Кристина Баландина
Все, что осталось

Часть первая.

I

Это событие произошло ранней весной 2010 года в месте, которое оставило в моей душе памятный след. Там я вновь обрела внутренний покой. Мне будет нелегко уйти от мыслей о том, что здесь я тяжело обнимала своего врага и любовника.

Зима.

2009 год.

– Милая, не переживай, всё будет хорошо, – нежно трогая жену за плечи, сказал мужчина.

– Джон…у меня сердце болит, каждую неделю мы проходим обследование, я так боюсь сдаться, понимаешь?

– Да, любимая, знаю, но я готов идти до конца ради нашего счастья. Представляю приятный шум в нашей комнате, – закрывая глаза и улыбаясь, говорит Джон, – когда солнце только встает и через шторы пробирается слабый свет. Мы подходим к нашему малышу, чтобы вновь насладиться душевным спокойствием, затем ты аккуратно поднимаешь свою маленькую копию и прижимаешь к сердцу для того, чтобы передать всю силу материнской любви.

После этих слов Кэрол изменилась в лице, тревога отступила, и женщина легко выдохнула. Она осмотрела коридор, который казался длинным из-за дурных мыслей, но после этого, Джон взял прохладные руки жены в свои и не отпускал до конца ожидания. Через некоторое время ассистент врача вышел и вызвал супругов в кабинет.

– Добрый день, миссис и мистер Грант, рада вас видеть, как обстоят дела? – уверенно спросил врач-репродуктолог.

– Здравствуйте, миссис Хопер, всё безуспешно…Я опускаю руки, не могу провести и дня без сожаления, надежда покидает меня… – сказала Кэрол, опустив голову вниз.

– Я понимаю, что сейчас вы проходите самый тяжелый и не менее важный период вашей жизни, но вы не должны сдаваться, нужно идти до конца, ведь всё зависит от вас.

– Доктор, готовы ли результаты с прошлой недели? – спросил неожиданно Джон.

– Да, преобладает секреторная форма у Вас, мистер Грант, Вы пьете новые таблетки?

– Да, конечно, еще я прохожу осмотр у своего личного врача, он предлагает новое решение проблемы, поэтому каждые три дня я стараюсь приходить к нему, – сказал уверенно Джон.

– Хорошо, очень здорово, а Вы, миссис Грант, как Ваше самочувствие?

– Нельзя сказать точно, ведь чаще всего усталость не дает мне нормально функционировать, а так, в дни процесса я всегда откладываю свои дела. – Джонатан поддерживает меня и не дает скучать, – сказала Кэрол, немного улыбаясь.

– Я очень рада, так как нужно обязательно приносить немного сладости в свой день, от этого и зарождается полноценное состояние здоровья, – сказала миссис Хопер.

Врач через некоторое время начала осмотр и, не заметив наружных изменений, прекратила наблюдения. Позвав Джона в кабинет, Кэрол села напротив мужа и смотрела на врача.

– Спасибо большое, доктор, но сейчас мы немного устали, поэтому, только отдых приведет нас в равновесие. – Мы будем продолжать попытки зачатия ребенка, до скорой встречи, – сказала Кэрол, желая быстрее выйти на улицу.

После посещения доктора, супруги поехали домой. По приезде Джон приготовил чай, накрыл пледом жену, а после этого близкие люди легли на диван, наслаждаясь отдыхом.

– Джон, ты не виноват, выброси эти мысли из головы, – сказала Кэрол.

– Кэр, я помню то ужасное детство: ту боль и холод по всему телу, я старался уберечь себя и брата, но мы были одни…совсем одни, – произнес почти шепотом Джон.

– Всё в прошлом, всё позади, ты справишься с этим, – говорит жена, прижимаясь к Джону.

– Я люблю тебя, Кэрол. Прости…нам просто нужно отдохнуть.

В объятиях общего несчастья Кэрол и Джон легли спать, надеясь хоть во сне увидеть будущее благополучие. Им хотелось отпустить тягость, которая скопилась за эти три года ожидания ребенка. Они, переживая изо дня в день об одной единственной проблеме, забывали про настоящие чувства и эмоции, которые должны были укреплять их союз и добавлять в семейную жизнь красок и вдохновения. Но в голове было лишь одно-рождение долгожданного малыша.

II

Рано утром, с первыми лучами солнца, когда земля начинает просыпаться и воздух наполняется паром, исходящим от проезжающих машин, улица стоит неподвижно, оставаясь в красоте зимней сказки. Ветер поднимает с тропинок снежинки и несет их, закручивая в вихре. Люди сонно ходят по своему дому, не осознавая, что скоро их настигнет новый день, который постепенно превратится в монотонную рутину. Кэрол встала от неожиданного звонка. Она не ответила и пыталась найти руки супруга.

Не почувствовав тепло рядом с собой, она резко встала и набрала Джона. Прозвучал лишь автоответчик.

– «Странно…ведь он ни разу не вставал так рано, может быть что-то случилось…» – подумала Кэрол.

Через некоторое время Кэрол уже смотрела в зеркало подаренного автомобиля. Машина была хороша, но еще более ценной ее делало то, что она была главным воспоминанием об умершем отце. Женщина поправила часы, осмотрелась и выехала на дорогу. Она направилась в ресторан мужа: только там у него могли быть важные дела. Кэрол ехала по уютной улице Аспена, дорога тянулась до самых гор, которые придавали городу красоту. Её можно было вдохнуть и проносить в памяти еще долгое время. Не успев выйти из машины, женщине снова позвонили.

– Кэрол! – радостно крикнул женский голос.

– Меган, какого чёрта…, на часах шесть часов утра…что тебе так необходимо сейчас? – спросила с негодованием женщина.

– Ты мне необходима, и да, шесть часов утра, мне нужна твоя помощь в работе, а у меня командировка…с Колсоном…ну, пожалуйста, выручи меня, – умоляюще просит подруга.

– Ничего нового, дорогая, – смеясь, говорит Кэрол, – хорошо, отправишь мне на почту суть твоей просьбы, а тебе удачной работы…с замужним мужчиной…

– Кэр, не начинай, всё расскажу потом, спасибо за ответ, передавай Джону привет, обнимаю, – сказала Меган.

После разговора женщина зашла в ресторан. Она сразу заметила мужа, который отчаянно смотрел на вывеску над лестницей. Чувства Кэрол в тот момент резко переменились, в глазах начало темнеть, но она держалась на ногах. Оглядев столы, и не заметив никого, кроме близких людей супруга, Кэрол направилась к Джону. На вывеске было написано: «В память о дорогом Денни».

– Джон, я начала волноваться, не заметив тебя в нашей постели, я звонила несколько раз, но ты не брал трубку…что это над нами? – после долго молчания, спросила Кэрол, боясь услышать ответа.

– Ох…Кэрол, ты здесь, сегодня седьмая годовщина смерти Денни, моего чудесного брата, но поезжай домой, отдохни, к вечеру всё будет готово, – ответил с сожалением Джон.

– Я…я совсем забыла про это, не хочу сегодня приходить сюда, я не люблю этот день, Джон, ты ведь знаешь, – сказала Кэрол, отворачиваясь от мужа.

– Дорогая, подойди ко мне, ты прекрасна, не расстраивай наш сегодняшний день, семья ведь самое главное, что есть в нашей жизни, – сказал Джон, указывая помощнику на часы. – Поезжай к своей маме, Адам довезет тебя, ты совсем побледнела, – продолжал Джон, тепло целуя жену.

– Нет, я доберусь сама, – немного отталкивая мужа, – сегодня есть важные дела в редакции, нужно оформить газету, после этого нужно будет помочь Меган, увидимся дома, – прощаясь, сказала Кэрол.

– Я понял, но вечером я жду тебя, приезжай, здесь будет вся наша семья, Денни бы точно был рад видеть тебя, – с насмешкой сказал Джон, – подумай об этом. Буду ждать, хорошего дня, любимая.

Кэрол не приняла этих слов всерьез и вышла, не посмотрев вслед, она знала, что Джон хотел задеть прошлое, которое оставило отпечаток на юном сердце женщины. Она держала себя, не показывая своих истинных эмоций: так она могла снова пробудить в своем муже злость и ревность к давно погибшему брату.

Из дневника Кэрол Грант:

Мои чувства перемешивались с обидой и огорчением, я не хотела ссор. Наша любовь была лишь картинкой для окружающих, а я жила с Джоном, думая, что со временем боль утихнет и останется в памяти, как пройденный этап жизни. Джонатан понимал мою душу и делал всё для того, чтобы я была счастлива. С уверенностью могу сказать, что он был бы замечательным отцом. Я старалась отдавать ему нежность, которую он заслуживал, ведь его любовь ко мне всегда была настоящей. Но в свою очередь просто свыклась с этой мыслью и решила жить так, как требует того моя судьба. И к большому несчастью, делала это зря, потому что видела в нем лишь близкого человека, а не любимого мужчину.

Через пятнадцать минут Кэрол уже сидела в своем кабинете, разглядывая новых авторов, желая поскорее закончить начатое дело. Начиналась вторая половина дня, когда воздух становился мягче, и горы начинали показывать свою прелесть, которая раскрывалась при свете солнца. А потом выпадает снег, легкий и чистый, благодаря которому на улице свежо и здорово. Немного погодя, Кэрол вспомнила о просьбе своей подруги и проверила почту. Сообщение от Меган появилось. Оно содержало следующее:

«Начну с главного, если ты не забыла о моей просьбе. За нашим городом находятся несколько особняков, все они далеко стоят друг от друга. Вспомни поляну, на которой мы отдыхали семьями, тогда еще, в детстве. Так вот, за ней стоит дом, я всегда показывала тебе его, но ты редко обращала внимание. Мой клиент живет там. Он подписывал договор о покупке яхты, сотрудничает с нашей компанией уже несколько лет. Он очень богат, живет один, охрана у него на разных точках, он делает свои дела из дома, что до сих пор кажется мне странным. Его зовут Райан Хадсон, он хорош, но, знаешь, его взгляд, суровый и пустой, всегда отталкивал меня, он очень скрытный, ни разу не видела его в знакомых местах. Он не любит долгих разговоров, его речь поставлена правильно, он аккуратно излагает свои мысли и, если честно, я всегда волнуюсь перед встречей с ним. Поезжай туда до заката солнца, так будет удобнее. И, пожалуйста, будь с ним вежлива, он очень влиятельный человек, но ужасно злиться, если ему что-то не нравится. А самое удивительное, что он очень крепкий мужчина, будто побывал на войне, у него есть шрам на шее, но это так, для себя, ведь не был бы он такой серьезный, я давно бы вышла замуж за него, всё-таки что-то притягивает в нём, может его голубые глаза…не знаю…в общем, буду благодарна за помощь, с меня ужин на следующих выходных.

С любовью, Меган.»

Кэрол, прочитав сообщение, начала собираться, чтобы поскорее выполнить просьбу, а затем поехать домой. Не предупредив Джона, женщина села в машину, немного подумала и отправилась в путь. Она проехала густой лес, насыщенный ароматом цветов и трав, дорога тянулась долго, и разительно притягивала взгляд Кэрол. Как ни странно, дорога не была скользкой, а наоборот, с каждым разом словно помогала найти верный путь. Солнце отпускало свою яркость. Грант почти нашла ту поляну, украшенную чистым снегом, за ней была тропа, ведущая к дому мужчины. Место будто описывало его характер, он был скрытным, видимо, поэтому жил в самой глубине таинственного леса.

Из дневника Кэрол Грант:

Я была в обычном расположении духа, мое сердце немного охватывала тревога при мысли о том, что я была совсем одна, в пустой глуши, но дорога, которая тянулась до живописной красоты зимних гор, приводила меня в чувство спокойствия. В тот момент я была расслаблена и помнила, что несколько лет назад именно по этому месту мы шли с моим возлюбленным, который нежно прикасался к моим губам, а затем рассматривал каждую частицу моего юного лица. В те моменты я жила. Я дышала ароматом его тела, оно было великолепно. Он всегда аккуратно брал мою ладонь, прижимал к своему сердцу, а потом хрупко оставлял руки на моем молодом теле. Он окутывал меня своей душевной любовью, которая окрыляла меня с каждой минутой, проведенной с ним. Солнце падало на его чудные ресницы, а я наблюдала за любым его взором в мою сторону, ведь так я еще больше ощущала тепло моего любимого. Моя привязанность росла с каждым днем, я жила его объятиями и прикосновениями, мне всегда хотелось гладить его волнистые волосы и смотреть в глаза, которые были несравнимы ни с чем. Он подарил мне страсть и эмоции, от которых моя кожа покрывалась приятным ощущением дрожи. Мне никогда не забыть то, как он называл меня, он как-то по-особенному произносил мое имя, но сейчас мне кажется, что я сильно была влюблена и не слышала ничего, кроме его ласкового голоса. В первую нашу ночь, у озера, когда лунный свет освещал темную воду и останавливался на завораживающем мрачном лесу, я почувствовала биение его сердца, ведь и мое не было спокойным. Мой обожатель вдохнул запах моих каштановых волос, слегка придерживая меня за плечи, его руки опускались ниже при новом моем вздохе, а когда же он опустил их на талию, по моему телу прошла волна жара. Я желала только его одного. Он прикоснулся губами к моей шее, и я на миг закрыла глаза, думая, что упаду, но он держал меня так крепко, что мое платье стало немного влажным. Через некоторое время мы снова наслаждались звездами, он обнимал меня, а я лежала на его груди и понимала, что испытываю невероятное влечение, которое заставляло меня дышать снова и снова. Я жила моментами, которые сейчас лишь расплывались в мимолетных воспоминаниях.

Проехав еще немного, Кэрол свернула к большому полю, за которым находился дом тайного клиента. Связи совсем не было-женщина посчитала нужным отключить телефон на некоторое время. Место, к которому подъехала Кэрол, было неприметным, такие местности обычно проезжают, ведь глушь и темнота чаще всего отталкивают большинство людей. Дом и вправду был большой, всё внимание было на воротах, которые казались огромными от падающего света фонарей. Женщина огляделась назад, прежде чем подъехать к охраняемой территории. Сзади всё казалось странным и далеким. Темнота поглощала неизведанный лес.

Внутренний страх немного овладевал женщиной, но она старалась представить в голове что-то другое, благодаря чему на душе бы стало легче. Кэрол остановилась перед воротами и не спешила объявить о своём появлении, но заметив бегущее время, она уже собиралась подать сигнал. Секунды были равны биению ее сердца, которое стучало то с невыносимой силой, то и вовсе замедляло удары. Через некоторое время по окрестности раздался резкий звук, который обычно бывает в момент серьезного происшествия. В маленьком домике, который стоял возле ворот, показался яркий свет. Мужчина, вышедший оттуда, посмотрел в разные стороны, а затем немного прищурил глаза, которые были еле видны из-под густых бровей. Кэрол точно поняла, что это был один из тех охранников, про которых говорила подруга. Она не спешила выходить, поэтому он, спустившись по лестнице, сам подошел к незнакомой машине. Его взгляд был полон серьезности и задумчивости. Женщина открыла окно, чтоб начать разговор с незнакомцем.

– Добрый вечер, – сказал охранник.

– Здравствуйте, – тихим голосом сказала Грант.

– Хотелось бы узнать, кто Вы, и по какой причине решили приехать сюда в столь поздний час?

Немного подождав, Кэрол уверенно ответила мужчине.

– Я от Меган Рэй, нам нужно получить подпись от мистера Хадсона, он недавно заключал договор о покупке яхты.

– Да…Меган, как же она хороша… – сразу же ответил мужчина, подняв голову вверх.

– Извините, сэр, мне нужен мистер Хадсон, ведь уже весьма поздно, поэтому я хочу скорее заключить договор и отправиться дальше, – с высокомерием сказала Кэрол.

– мистер Хадсон не сможет принять Вас, он занят своими делами, его работа не ждет, он очень серьезный человек, приезжайте в другой раз, мисс, – ответил с улыбкой охранник, а затем начал рассматривать руку девушки, на которой находилось золотое кольцо, – миссис…

– Я должна сейчас поговорить с ним, ведь если Вы назвали его человеком, то он должен войти в мое положение, сейчас слишком поздно, я ехала сюда достаточно долго.

– Хорошо, я сообщу о том, что Вы приехали, – недолго думая, сказал мужчина.

Тревога Кэрол была неспроста, она чувствовала невыносимую панику, которая проходила по рукам, а затем продолжала расходиться по всему телу. Её плохое предчувствие стало усиливаться при каждой новой мысли.

Она сама не понимала, отчего ей вдруг стало нехорошо, но она сжала кулаки настолько, что по ее ладоням прошла боль, которая перебила внутреннюю панику. Охранник резко появился у окна с новостью.

– Мисс, прошу, выйдите из машины, – сказал мужчина, открывая дверь Кэрол, – мистер Хадсон попросил подойти к микрофону, пойдемте, я покажу.

Кэрол подходила к воротам, немного озираясь. Затем она услышала непонятный звук, показался голос мужчины. Возможно, это и был клиент. Женщина задержала дыхание, волнение резко отпустило ее.

– Приветствую, миссис Грант, простите за такое долгое ожидание, я был немного занят раздумьями над вашим предложением, – сказал мужской голос, который тянулся долго, ведь мужчина вытягивал каждое слово нежно и аккуратно.

– Добрый вечер, мистер Хадсон, дистанционно мы не подпишем договор, что мешает Вам открыть двери Вашего дома? – спросила с интересом женщина.

– Дело в том, что я совсем не ждал Вас, и уже отдыхаю в своей уютной постели.

Мужчина говорил это слегка непринужденно и расслаблено, в его голосе скрывался тайный смех, он будто наслаждался тем, что сейчас лишь женщина стоит на ветру. Но Кэрол была не из тех, кто сможет позволить насмешек со стороны незнакомцев, поэтому она разгневалась самым ужасным способом и бросила разговаривать с человеком, который не имел ни капли уважения.

– Мне неинтересно продолжать разговор с Вами, король иронии, всего хорошего! – с гневном сказала Кэрол.

Отойдя от события, произошедшего несколько минут назад, Кэрол направилась в город. Время близилось к ночи, луна поднялась высоко и освещала сонные улицы ярким светом, который обычно бывает при полнолунии. Она отправилась домой, чтобы скорее забыть этот ужасный момент. Подъехав к дому, она к большой радости увидела машину мужа. Она зашла в прихожую, был тусклый свет, который ослаблял видимость. Джонатан стоял на кухне, наливая коньяк. Увидев это, она решила подойти к нему, но усталость тянула ее в сон, поэтому она тихо прошла в супружескую спальню, оставив дверь открытой.

– Кэрол…Кэрол, милая Кэрол… – начал звать жену Джон.

– Джон, ты пьян, пойдем, отдохни, – взяв за руку супруга, сказала Кэрол.

– Не трогай, Кэрол, это ты пьяна все годы нашей совместной жизни, ты не любишь меня…оставь! – крикнул Джон.

– Джон, что с тобой, ты говоришь бред, поставь эту бутылку.

– Нет, открой глаза, тебе всего лишь удобно жить со мной, ведь я ни о чем не прошу тебя, я просто рядом, а тебе и нужно только это.

– Этот разговор в пустоту, ты и сам знаешь, Джон, ты отец моего будущего ребенка и этим всё сказано, – сказала Кэрол.

– Я так не могу, я не могу смотреть, как ты несчастна со мной, ты до сих пор любишь Денни… – сказал с сожалением Джон.

– Джон…

– Нет, не перебивай меня, вся наша любовь, о которой ты говоришь, превращается в пыль, ее нет. – Прикасаться к тебе я могу лишь тогда, когда это нужно, как требует того график, но ведь это не любовь, Кэрол, – говорит Джон, хватаясь за голову. – Я хочу обнимать тебя, стараясь отдать всю нежность и ласку, но ты будто отталкиваешь меня, я не могу так, я не хочу заставлять тебя любить меня. Наша постель давно стала холодной, мое тело охватывает дрожь, когда ты закрываешь глаза. Я ценю эти часы, ведь могу смотреть на тебя и думать о том, что у нас когда-то будет счастливый новый день, но этого не происходит, и я тону в своих ложных надеждах…

– Джон…не говори так, мне становится больно от этих слов. – Я дорожу нашими моментами, – сказала Кэрол тихим голосом.

Джон подошел к ней и крепко обнял, зная, что она точно говорит неправду, но он верил, что все будет хорошо. В этот раз они уснули нежным сном, который хоть немного окутывал их легкостью и покоем, только во сне они были по-настоящему счастливы, как им казалось. Но там Кэрол ожидало совсем другое, то, что она никогда не произнесет вслух даже себе.

Из дневника Кэрол Грант:

Мне было противно осознавать то, что я вновь солгала о любви к мужу, это чувство перемешивалось с моим внутренним желанием бросить такую жизнь и убежать туда, где я бы обрела душевный покой. Другая же сторона моего функционирования желала того, чтобы я оборвала всю историю нашего брака, но я вновь думала лишь о том, что причиню боль Джону, хотя может, это и было бы эгоистичнее. Я сама не понимала, чего хотела, от этого я всё больше уходила на дно мыслей, и дурные голоса заставляли меня тонуть во лжи моих желаний. Я помню наше утро после ночного разговора, Джон был холоден и груб, а все потому, что стыдился своих вчерашних высказываний. Мне было тошно видеть эту картину, поэтому я прижала его к себе, чтобы успокоить тревогу. Я почувствовала биение сердца, которое было похоже на панику маленького ребенка, когда родители оставляют его играть одного на детской площадке. Через некоторое время мы вновь легли на кровать, ожидая зимнего восхода солнца.

III

Утро.

Джонатан внимательно смотрит в потолок, затем на часы, думая о том, как бы встать и починить их. Он призывает сон вернуться, но сон пропал. Мужчина поворачивается и видит перед собой хрупкое тело. Если приглядеться, сквозь белую майку можно увидеть маленькие царапины на спине Кэрол. Неужели, она досталась ему, такая ласковая, добрая, смелая, но в то же время скромная девушка. С каждым взглядом на нее сердце становилось лучшим другом. Ведь именно оно выбрало путь. Её густые волосы и брови, голубые глаза, невероятная душа и любовь-то, что нужно было Джону. Но он лишь ошибочно попадал в момент мечты, а потом возвращался обратно.

– Кэр, у тебя сегодня есть какие-то планы? – спросил Джон.

– Нет, Джон, сегодня я хочу отдохнуть, – ответила полусонная Кэрол.

– Тогда я хочу провести с тобой этот день, любимая, сходим в парк, выпьем горячего чаю, поговорим о нас, как раньше. Хочу, чтоб сегодня мы наслаждались друг другом.

– Хорошая идея, Джон, спасибо тебе за тепло, – сказала Кэрол, а затем поцеловала мужа в щеку.

Из дневника Кэрол Грант:

Всю ночь меня мучил страшный сон или, может быть, видение, но я была несколько напугана, там был страх и беспокойство, я посчитала это бредом, так как такого просто не могло быть. А сегодня был особенный день, ведь так я немного могла уделить частицу времени своему супругу. Я встала сразу же, как солнце показало свои лучи на белой простыне, которая была прохладна, потому что наши тела не вырабатывали то любовное тепло, греющее даже в самый ужасный мороз. Я приготовила нам обед, а Джон вышел на балкон, он всегда пил там кофе один, но лучше об этом не думать, ведь даже я до сих пор не понимаю этой привычки. Мой муж был скромен. Знаете, если бы я была заинтересована другой стороной Джонатана, я бы точно рассказала, почему он так делает, но мой интерес пропадал, и я не хотела слышать его теорию, только так, иногда, ведь я его уважала. Помню, когда муж подошел сзади и прошептал на ухо что-то очень нежное, но мне показалось это смешным, отчего я чуть не засмеялась, благо, тогда обстановка позволила мне хоть немного улыбнуться. Нет, не думайте, я не та женщина, которая ведет себя развязно и смеется без причин, просто в тот момент я посчитала нужным подать положительный знак для того, чтобы не обидеть Джона. После обеда, мы часто разговаривали о том, что будет, когда в нашей жизни появится долгожданный малыш. В эти моменты мы и вправду становились ближе, ведь размышляли о совместной жизни. Мне кажется, появление ребенка значительно поменяло бы наш жизненный устой. Помню, что время пролетело быстро, тогда нужно было выходить из дома, Джон взял меня за руку, поправил свое пальто и мы пошли по тропинке в сторону парка. Я смотрела на очертания его лица, мой муж был красив, но я совершала главную ошибку, так как всегда сравнивала его со своим умершим возлюбленным, меня бросало в дрожь, и я на миг забывала, что нахожусь в реальности. Через некоторое время мои запутанные мысли перебил Джон.

– Дорогая, ну нет, сегодня прошу тебя улыбаться, не хочу, чтобы посторонние мысли отвлекали тебя, – сказал с улыбкой Джон.

– Всё хорошо, ты же знаешь, я могу немного отвлечься, а сейчас я возвращаюсь, – сказала Кэрол, прижимаясь к мужу.

– Кстати, моя семья зовет нас на ужин в эти выходные, мы точно должны прийти, мама приготовит прекрасную утку, ммм…просто рай, – закрыв глаза и представляя вкус запечённой утки, сказал Джон.

– Джон, не смеши меня, самая лучшая еда на нашем семейном столе-пирог с ягодой, я готова не ждать горячего, а просто насладиться этой нежностью, твоя бабушка творит чудеса, и это я говорю совершенно серьезно, – поворачивается к мужу и смотрит ему в глаза, улыбаясь.

Джон на миг застыл в красоте голубых глаз. Как же она смотрела! Все мужчины мира непременно бы преклонили колено перед ней. Она очаровывала только лишь одним взглядом, будто флиртовала, но это было не так, только если совсем чуть-чуть. Кэрол вела себя сдержанно и аккуратно, не показывая пустоты и ветрености. Хоть у нее и была достаточно яркая внешность, но она никогда не считала себя красавицей, а наоборот, держала внутри себя комплексы, и даже тогда, когда она слышала комплименты мужчин, отворачивалась и молча отстранялась, будто услышала внезапную новость. Как-то, на благотворительном вечере отца Джона, Кэрол пришла в открытом наряде, что вызвало весьма бурные реакции у всей семьи супруга, но только лишь Джон любовался ею, ведь ее ослепляющая улыбка, ямочки на щеках и невероятная фигура доставляли ему удовольствие. Но Кэрол одевалась так, не потому что хотела внимания или сладкого взгляда, а для того, чтобы почувствовать себя более уверенно. Многие даже задавались вопросами, почему она такая скромная и достаточно спокойная, ведь вся ее внешность показывала обратное. Голубые глаза отдавали светло-синем цветом на конце радужки, а начало бровей было приближено к глазам, поэтому взгляд Кэрол был настолько острым и невероятно ослепляющим, отчего большинство людей всё больше старались поговорить с ней. С молодости цвет волос потерял свою красоту, и женщина перекрасила их в темно-каштановый, но это никак не испортило ее прошлой внешности, а наоборот, еще больше подчеркнуло великолепие прекрасных особенностей Грант. Из-за того, что она не пыталась притворяться, а была настоящей, то даже друзья супруга часто краснели, сидя за общим столом. Так, например, в начале супружеской жизни, близкий друг Джона, Майк, настолько был очарован его женой, что начал флиртовать с ней самым наглым образом, будто вокруг него не было никого, кроме нее, а после ужина позволил себе войти в уборную за ней и даже прикасаться к хрупкой талии женщины. Кэрол на следующий день сообщила об этом Джону, на что он и не показал удивления. Для нее это было странно, ведь другой мужчина, не думая ни о чем, немедленно бы отправился на разговор с наглецом. Но как оказалось потом, супруг знал о его страсти к женщинам, поэтому не стал ругать своего товарища, а поговорил с ним просто и легко, не вступая в глупый конфликт. За следующим ужином они снова встретились, и к малейшему удивлению, об этой истории знали уже все. Майк пришел в компании молодой девушки, она была похожа на девушку с непристойными мыслями. Вскоре она начала вести себя развязно и открыто. Не выдержав такого поведения, Джон окончательно закрыл дверь в свой дом, крикнув при этом следующее: «Прощай, Майк, и, пожалуйста, поищи себе девку получше.» На этом нелепые истории семьи закончились, потому что теперь Кэрол и Джон внимательно осматривали всех своих гостей, даже самых близких, ведь что находилось ближе, оказалось самым гадким и ложным.

Вот супружеская пара дошла до парка, в котором ярко горели фонари, играла тихая музыка и толпы людей стояли за вкусными угощениями и горячим чаем. Джон обнял Кэрол за талию, и они прошли к скамейке, возле которой были повешены замки любви.

– Кэрол, мне сейчас в голову пришла удивительная мысль, я очень хочу съехать с той горочки, – говорит Джон и указывает на горку, – но только после традиционного горячего чая.

– Ты сегодня решил рисковать, Джон, ну так что ж поделаешь, веселиться, так веселиться, я с тобой, – сказала Кэрол, посмотрев на мужа.

Джон не спешил уходить, он придвинулся ближе к жене и подвел свои губы к ее красной щечке, которая была слегка прохладной. Он повел маленькими поцелуями к ее губам, затем нежно прикоснулся и подарил поцелуй Кэрол.

– Джон, постой, пожалуйста, – сказала резко Кэрол.

– Что…что такое, милая? – возмутившись, спросил Джон.

– Мне кажется, будто на нас сейчас кто-то смотрит.

– Чего? – Ну тебе могло показаться, вдруг кто-то просто пробежал мимо нас, ведь это парк, Кэрол, – сказал уверенно Джон.

– Ладно, пойдем ближе, сходи за чаем, наш поцелуй не оставит тепло надолго, – сказала Кэрол, желая того, чтобы Джон скорее ушел.

Джон отошел за угол и смешался в толпе, а Кэрол осталась ждать на скамейке в середине парка. Спустя некоторое время женщина заметила знакомое лицо, которое все ближе приближалось к ней. Она была взволнована. Женщина узнала его, это был тот самый охранник, который разговаривал с ней у большого особняка за городом. Мужчина уже находился рядом с ней и не стал медлить, а сразу обратился к напуганной Кэрол.

– Добрый вечер, я рад наконец-то видеть Вас, долго не мог найти связь, миссис Грант, – сказал мужчина в черном пальто.

– По-моему Ваш хозяин дал ясно понять, что не хочет иметь со мной никаких дел, прошу закончить этот разговор сейчас, я не одна, – сказала уверенно Кэрол.

– мистер Хадсон сожалеет о таком неверном поступке, он прислал к Вам на почту письмо, Вы не прочли, вот и пришлось идти на крайние меры, искать Вас здесь, в Аспене.

– Передайте ему, что я и не прочту, у меня есть дела поважнее, а к нему у меня отсутствует уважение, извините, что Вам приходится это слушать, но я была весьма обижена тогда.

– Я понял Вас, и лишь поэтому, прошу Вас поехать со мной, а по дороге дам прочитать Вам письмо, написанное мистером Хадсоном, – сказал мужчина.

– Я сейчас с мужем, ничего не могу сделать, даже если бы я желала поехать туда, не смогла бы, – сказала Кэрол.

– Что здесь происходит? – спросил грубо Джон.

– Дорогой, этот мужчина клиент Меган, помнишь, я рассказывала тебе, что она просила помочь ей, – ответила Кэрол.

– Да, конечно, я помню, но сейчас далеко не рабочее время, поэтому было бы хорошо закончить этот разговор, – сказал с улыбкой Джон.

– Миссис Грант, я не уеду отсюда без Вас, – сказал охранник.

– Вы уже переходите границы, сэр, моя жена остается со мной, – ответил грубо Джон.

– Ваша жена сама вправе решать, останется она или нет, ведь миссис Грант достаточно взрослая, – настойчиво сказал мужчина в пальто.

– Лучше уйдите немедленно, я не хочу вступать в этот конфликт, Кэрол, мы уходим, сейчас же! – сказал громко Джон.

Конфликт мог усилиться еще сильнее, поэтому Кэрол старалась успокоить мужа и всё объяснить, ведь сейчас он мог слушать только ее голос.

– Джон, сейчас я проеду с этим человеком, это не займет много времени, а ты пойди домой и отдохни, через час я уже буду дома, не волнуйся, пожалуйста, – сказала Кэрол, поправляя волосы мужу.

– Нет, не проси меня, Кэрол, я поеду только с тобой, я не доверю тебя чужому человеку.

– Послушай меня, Джонатан, я поеду, буду на связи, решу свои дела и вернусь домой, я не хочу ругаться с тобой, просто прими эти слова и отпусти меня, всё будет хорошо… я.. люблю тебя, – сказала неуверенно Кэрол.

Джон резко изменился в лице, он услышал главные слова, которые Кэрол говорила редко и тихо, ведь они были слишком тяжелыми для нее.

– Хорошо, возвращайся скорее, – начал говорить тихо, опустившись к уху, – завтра день графика, а он обязателен, ты ведь помнишь, любимая.

Он поцеловал жену, а затем отпустил ее на некоторое время, не осознавая того, что прежней Кэрол уже никогда не будет. Этот вечер станет роковым не только для нее, но и для Джона.

– Пройдемте со мной, сядем в машину, и я отдам Вам письмо. А сейчас нужно ехать, пока дорога еще видна.

Они сели в машину и направились в ту же глушь таинственного леса, которая забирала темноту, а затем выпускала ее так, что она игралась со светом луны.

Мужчина достал черный конверт с подписью его хозяина, это было пугающе и завораживающе. Кэрол открыла его и начала читать строки, написанные от руки:

«Приветствую, миссис Грант, пишу к Вам с целью исправить свое губительное положение. Я повел себя нагло и очень грубо, за что хочу извиниться, я горячо сожалею о том, что заставил Вас мерзнуть на этом мерзком ветру. Обещаю, что в следующую нашу встречу, я не позволю вести себя подобным образом. Я не люблю долгих писем, да и не умею их писать, ведь живой диалог всегда интереснее, в них есть своя странность и притягательность, не так ли? Жду Вас непременно, миссис Грант.

С уважением, Райан Хадсон.»

Мысли Кэрол в тот момент пришли в порядок, но тревожность оставалась при ней. Он говорил загадками, будто даже через письмо играл ее эмоциями. Охранник резко повернул в местность, которая уже было знакома женщине, подъехав к воротам, она заметила, что снег начал хлопьями падать вниз, она снова осмотрелась вокруг и вышла из машины.

– Идите по тропе, за мной, – сказал охранник.

Ворота открылись, за ними пошла каменная тропа, дом был большого размера, вокруг него стояли огромные ели, по тропе были расположены фонари, всё смотрелось аккуратно и сдержанно.

Из дневника Кэрол Грант:

Помню, как я шла по этой тропе, украшенной камнями, а по всей территории был снег, я посмотрела наверх и увидела панорамные окна, в которых тускло мерцал свет. Я зашла на порог дома, дверь придерживал мужчина, ведущий меня в особняк.

– Поднимайтесь вверх по этой лестнице, справа будет дверь, зайдите туда, мистер Хадсон будет ждать Вас, – сказал мне мужчина.

Обстановка стояла невероятно напряженная, у меня участилось сердцебиение, я немного была рассеянна. Ещё я заметила, что весь дом был в пастельных тонах, а свет немного показывался из разных углов дома. Я должна была заходить в дверь, как неожиданно из нее вышел высокий мужчина, он улыбнулся мне и прошел дальше. Кажется, это был клиент, но я не стала заходить, ведь я думала, что он вернется через некоторое время. Прошло около пяти минут, я снова спустилась вниз, дома уже никого не было, вся охрана, и тот незнакомец резко пропали из моего поля зрения. Времени оставалось мало, тянуть было нечего, я вернулась в то самое место и отворила дверь в кабинет мистера Хадсона. Как ни странно, в моей памяти осталось то, что мужчина сидел спиной ко мне, в его кабинете пахло незабываемым одеколоном, который растворился по всей комнате. Тогда я совсем не могла успокоиться, это длительное молчание словно убивало меня, становилось всё хуже. Я решила первая поприветствовать его, ведь думала, что скоро упаду.

– Добрый вечер, мистер Хадсон… – сказала аккуратно Кэрол.

Мужчина встал и не спешил поворачиваться к женщине, ведь точно знал, что это будет самым плохим вариантом. Он поправил черную рубашку, затем опустил руки.

– Что же Вы ждете, повернитесь ко мне, какую игру Вы затеяли! – громко крикнула Кэрол.

Мужчина стоял в одном положении, но понимал, что тянуть больше не было смысла. Он нахмурил брови, а затем повернулся и посмотрел точным проницательным взглядом, не издав ни звука. Кэрол потеряла дар речи, она была испугана взглядом мужчины, его лицо, на котором были знакомые черты, заставили в миг перестать дышать, язык забыл свою функцию, сердце на несколько секунд прекратило свой бой, а бледное лицо показало ужасающий вид. Перед ней стоял тот, который покинул ее навсегда семь лет назад. Она смотрела на своего бывшего возлюбленного, он был настоящий, живой и здоровый.

– Денни… – тихо сказала девушка, которая едва не упала на пол.

Она не смогла больше ничего сказать, ее ноги ослабели, Денни сразу же подбежал к Кэрол и успел поймать ее. Они упали на твердый пол, но никому не было больно, ведь это чувство ушло тогда, когда они навеки потеряли друг друга. Но что же стало причиной его резкого исчезновения: он мог вернуться и жить в комфорте и счастье, а теперь он лишь остался в памяти людей юным Денни Грантом, умершим еще там, на военной службе.

Часть вторая.

IV

В голове Кэрол появлялись и исчезали разные мысли, которые она изредка могла контролировать, по ее телу проносилась дрожь, и даже сквозь сон чувствовалось биение сердца, она на миг закрывала глаза, а затем снова засыпала, ее тело будто попало в плен тяжелого наркоза.

– Кэрол, ты невероятная, просто не оторвать глаз, не зря сегодня с утра мы отправились к твоей маме, она славно постаралась, ты сияешь, как же она хорошо подчеркнула твои скулы.

– Спасибо, Меган, сегодня особенный день для меня, я переступлю порог юности и позволю себе начать новую жизнь.

Меган и Кэрол шли по лесной тропинке, ожидая начала торжества, на улице веяло теплом, ведь яркие лучи солнца означали то, что наступило лето.

– Бууу… – показался мужской голос сзади Кэрол.

– Ох, Майк, не пугай так, пожалуйста, я хочу, чтобы наша невеста сегодня улыбалась, а не пыталась успокоить тревогу от твоего неожиданного появления, – сказала Меган, смеясь.

– Меган, что-то мне тревожно не только от глупостей Майка, но и от плохого предчувствия, будто я нахожусь не там, где нужно, – сказала Кэрол, смотря по сторонам.

– Успокойся, все хорошо, гости уже заждались нас, а особенно твой чудесный жених, – ответила Меган, обнимая подругу, – давай, расслабься, уже завтра ты будешь женой самого красивого парня.

На большой поляне уже собрались гости, всё было украшено великолепными цветами, которые придавали празднику атмосферу. Родители жениха и невесты были взволнованы и ждали детей для того, чтобы разделить счастье родных душ. Кэрол направилась в толпу семьи, но не заметила своего возлюбленного, Джон пропал из поля зрения. Через некоторое время она заметила знакомый силуэт, но не решалась подойти, она точно знала, что к началу церемонии жених будет стоять напротив и произносить торжественную клятву.

– Кэрол, сегодня задумано много интересных идей, поэтому твои глаза на время будут закрыты, я надену тебе эту маску, – говорит Меган, стараясь зафиксировать маску на лице подруги.

Кэрол стояла у алтаря, вокруг слышались тихие голоса гостей, но она ждала только Джона, которого так долго не могла найти в толпе.

– Какого замечательного сына Вы вырастили, миссис Грант, – показалось в толпе.

Невеста почувствовала, что перед ней стоял будущий муж, поэтому начала снимать маску, но мужские руки опередили ее, и она медленно открыла глаза. Кэрол подняла глаза и пришла в ужас. Перед ней стоял брат Джона, он улыбался гостям, а затем и ей самой.

– Милая, что с тобой? – сказал с презрением мужчина, – ты ожидала увидеть не меня?

– Но ты же… – сказала Кэрол, посмотрев вниз, – твой пиджак, на твоей груди кровь, Денни.

– Кэрол, главное, что я с тобой, я вернулся, любимая, мы снова будем счастливы, – сказал Денни, не обращая на пугающий вид Кэрол.

– Ты мертв, Денни, это всё не по-настоящему, отпусти меня, – крикнула Кэрол.

Женщина хотела убежать от бывшего возлюбленного, но будто была прикована к земле, Денни снова стоял и улыбался, в его улыбке прятался ужас. Он не обратил внимания на истерику невесты, а резко достал револьвер нагана и стал прицеливаться, чтобы найти родного брата.

– Она никогда не будет твоей! – он начал водить пистолетом в разные стороны, – не смей прятаться от меня, мерзавец.

– Это не ты, Денни, мой настоящий Денни давно мертв, – сказала Кэрол.

Женщина медленно открыла глаза, она точно понимала, что ей снова приснился тот сон, мучащий ее в последнее время. Кэрол лежала на большой кровати, а луч солнца светил на подушку, которая находилась рядом с женщиной. Через некоторое время она полноценно пришла в сознание и в ее голове всплыла мысль о том, что она находилась в совершенно чужом месте. В комнате стояла гробовая тишина, но, чтобы вспомнить всю историю, произошедшую вчера, Кэрол встала, осмотрела комнату и поняла, что всё это было наяву. Вся спальня была украшена картинами, которые так чудно подходили под цвет дома, кровать находилась посередине комнаты, а слева от нее стол с искусственными цветами. Осмотрев комнату, Кэрол встала и пошла по теплому полу к двери, на одной из стен была медаль, она отличалась от других предметов комнаты. Женщина вышла, боясь увидеть то, во что она до сих пор не могла поверить. Вокруг никого не было. Внезапно женщина услышала маленькие шаги, которые исходили от лестницы.

– Доброе утро, миссис Грант, мистер Хадсон ждет Вас внизу, завтрак готов, прошу, пройдите за мной.

Из дневника Кэрол Грант:

Помню момент, когда я открыла глаза, в комнате было совсем пусто. Я не сразу поняла, что произошло вчера, ведь мой странный сон и резкое появление Денни сбили меня с пути, в моей голове находилось лишь одно – всё это могло мне привидеться. Но осознав то, что передо мной действительно стоял брат моего мужа, я отпустила тяжелые мысли. Теперь я решительно хотела узнать тайную игру своего возлюбленного. Я вышла из комнаты, а затем увидела женщину, которая была намного старше меня, ей было лет шестьдесят, но она была не из тех милых старушек, а, наоборот, показалось мне злой. Она отправила меня вниз и тут я вновь попала в свою тревогу. На нижнем этаже, за столом, сидел тот, которого я так отчаянно боялась увидеть.

– Привет, Кэрол, прошу, садись же за стол, – сказал Денни, улыбаясь и поправляя кухонные приборы, – миссис Кингсли, Вы можете сегодня отдохнуть, оставьте нас.

Кэрол смотрела на него дерзко и уверенно, она не понимала большую часть его действий, поэтому резко ответила ему:

– Что это значит?

– Ты вчера показала мне концерт, я уступил тебе место в своей спальне, сейчас угощаю вкусной едой, а ты позволяешь себе задавать мне такие глупые вопросы? – сказал Денни немного громче.

– Ладно, какого черта здесь происходит, Денни? – сказала Кэрол.

– Успокойся, я не узнаю тебя. Что, совсем наскучила жизнь с моим братом? – ответил Денни, а затем начал смеяться.

Кэрол поменялась в лице, она не узнала своего нежного возлюбленного. Перед ней сидел грубый и наглый мужчина, а не тот, которого она любила несколько лет назад. Тут в ее голове всплыла история, которую она всегда вспоминает с теплом и трепетом. Однажды, когда Денни и Кэрол гуляли на поляне, наслаждаясь запахом распустившихся цветов, к ним в поле зрения попал маленький бурундук с раненной лапкой. Кэрол тогда была весьма впечатлительна, поэтому дернула своего возлюбленного за руку. Денни очень бережно относился к природе, и заметив этого чудного зверька, просто не смог пройти мимо, да и чувствительный взгляд Кэрол не отпустил бы его. Он поцеловал руку девушки и направился отважно помогать бедному бурундуку. Конечно, Денни не был научен этому, но вспомнив слова своей родной матери, он сорвал листок, а затем аккуратно закрыл рану. Кэрол наблюдала за его стараниями, а еще чаще смотрела на невинного зверька, он был встревожен и напуган, но Денни, одной рукой пытался осторожно убрать грязь с маленького места ранения, а другой гладил и бережно держал бурундука. Через некоторое время девушка поднесла воду, которой они немного успокоили боль животного. Как же сияли глаза Кэрол, ведь Денни даже побледнел от того, что не хотел причинить малейшее чувство боли. Парень помог бурундуку и еще долго смотрел в его глаза. Так он принимал связь с природой. Кэрол обнимала своего любимого и радовалась тому, что он не был похож на других, а напротив, отличался своим чутким сердцем, которое пылало от взгляда девушки.

– Денни, перестань так разговаривать со мной, я просто хочу услышать правду, ведь я стояла возле твоей могилы, я очень страдала без тебя, потому что любила, а сейчас… – сказала тихим голосом Кэрол.

Денни был достаточно груб, но делал это непроизвольно, ведь чувствовал вину перед Кэрол и старался всеми способами оттолкнуть ее от себя. Но он вновь увидел искренний и нежный взгляд, который был не сравним ни с чем, поэтому отпустил свой порыв гнева. Его злоба могла проявляться не только из-за чувства вины, но и из-за мучительных лет на службе. Денни просто не мог контролировать свои эмоции и по этой причине закрывал душу от всех.

В комнату резко зашел водитель Денни.

– Я же сказал уйти отсюда, немедленно выйди, чего ты стоишь здесь, идиот! – крикнул Денни, почти взрываясь от злости.

Кэрол была в шоке, ее глаза на мгновенье перестали двигаться. Денни кричал достаточно громко, отчего водитель замер и стоял неподвижно. Тогда Денни с огромной мужской силой сбил стакан, стоящий на столе. Кэрол вздрогнула, а затем задержала дыхание. Бывший возлюбленный смотрел по сторонам, приняв форму того человека, который начинает читать молитву перед трапезой.

– Я всего лишь попросил уйти… – сказал тихо Денни.

Он посмотрел на Кэрол пустым взглядом. Водитель смог уйти, а она стояла и находилась в глубокой внутренней панике.

– Кэрол…я не хотел этого, пойми, пожалуйста, прошу, пойми меня, – сказал Денни, встав и протянув руку женщине.

– Я думаю, что мне пора, я бы очень хотела узнать правду, Денни, а сейчас…

Он перебил ее, а затем подошел и поцеловал в лоб. Медленно и аккуратно.

– Даже сейчас я очень боюсь рассказывать что-то, ведь ты замужняя женщина, а я глубоко внутри уважаю своего брата, он не будет заслуживать такого удара от нас. – Дай же насладиться хоть на миг твоими глазами, – сказал Денни, посмотрев в голубые глаза Кэрол.

Из дневника Кэрол Грант:

Тогда, когда он посмотрел своими глазами в мои, я на мгновенье попала обратно туда, в наше место, он так же аккуратно прикасался к моей шее и держал меня так, будто мы совсем больше не увидимся. Но я не оттолкнула его, мне хотелось ощутить его тепло, ведь я еще любила своего милого Денни. Я понимала его грубость, когда он только увидел меня, так как сама не могла знать того, что он испытал в годы службы. Но как он обнял меня после долгой разлуки и боялся сделать что-то не так. Денни совсем хрупко прикоснулся к моей талии. Он понимал, что сейчас между нами должна быть грань, которую мы ни в коем случае не должны преступать.

V

Джонатан не был спокоен всю ночь или, точнее сказать, с момента уезда Кэрол, ведь он отпустил ее совсем одну, не зная куда. Он еще долгое время винил себя за это, так как понимал, что совершил ошибку, сделав неправильный выбор. Джон долго стоял на балконе в холодный период времени и почти всю ночь курил сигареты, подаренные друзьями, хоть и никогда не интересовался такой вредной привычкой. В его голове путались мысли и росла вина, от которой он не мог отойти. Джонатан был открыт душой. Он никогда не проходил мимо проблем и всегда старался осчастливить каждого человека. У него сложилась искренность и любовь, благодаря которой он не позволял грубости и гнева. Джон Грант всегда с трепетом и нежностью относился не только к жене, но и ко всем людям, вне зависимости от их отношения к нему. Нет, он не был жалким или тихим мужчиной, а просто жил так, как его приучили с детства родители. Маленький Джон видел любовь отца и матери, поэтому получил самые настоящие качества, которые сейчас помогают ему в жизни. Даже если его друзья могли смеяться над другими людьми, то он, напротив, старался выслушать и откликнуться на проблему. Но таких, он не считал товарищами, ведь не мог всегда соглашаться с их пустым мнением. Так и в этой ситуации с Кэрол, он волновался каждую минуту, чувствуя ужасную дрожь по всему телу. И как бы супруга не была к нему холодна, он все равно всем сердцем любил ее.

Не выдержав этой страшной ночи, которая плавно перешла в утро, Джон отправился к своим родителям, чтоб хоть на мгновенье успокоить тревогу души. Спустя некоторое время мужчина уже стоял на пороге родного дома.

Сразу за коридором находилась кухня, на которой мама Джона готовила завтрак для своего супруга. Миссис Грант, или как ее часто называли друзья, Мария Родригес, была весьма высокомерна и самовольна, поэтому ее мужу, мистеру Гранту, приходилось всегда выслушивать глупые капризы своей жены. Но это ни в коем случае не помешало прожить семье двадцать пять лет в браке. Юный Генри, супруг Марии, приехал туристом в Испанию, в то время как его будущая жена училась на юридическом факультете. Профессию выбрали ее родители, а они были достаточно строгие, ведь хотели хорошо воспитать Марию. Но это оказалось самой плохой идеей. Родители часто ограничивали ее в разных действиях, поэтому она убегала из дома и так зависела только от себя. Она все же закончила институт, потому что понимала, что теперь вся жизнь в ее руках. Но и такая рутина продлилась недолго. Она осталась в одиночестве, денег с учебы хватало лишь на маленькие комнаты в грязных номерах, а это не нравилось девушке, поэтому примирение с родителями было выгодным вариантом. Спустя некоторое время жизнь пошла в гору, в свои двадцать три года Мария смогла найти работу. Конечно, не по своему направлению, но и так ей было комфортно находится в своем месте. Генри любил путешествовать, поэтому понял, что не зря выбрал Испанию, а именно Барселону, город мечтаний и открытий. Вот и его мечта сбылась. По счастливой случайности, в один замечательный вечер, Генри проходил улицы чудесного города, вокруг сияли яркие огни, и стоял приятный шум, который доносился от заведений. Он решил заглянуть в одно маленькое кафе, там играла музыка и шумели гости. Зайдя туда, он сразу обратил внимание на людей, они были приветливы и счастливы, поэтому Генри тоже улыбался и сиял, ведь на его родной земле, в Америке, люди в большей мере заняты работой, потому им часто приходится сидеть в закрытых помещениях. И в этот чудный вечер, там была Мария, она рисовала на стенах в этом кафе, а после рабочего дня отдыхала с гостями, ведь так она хоть немного могла сама распоряжаться своей жизнью. Генри прошел в центр и увидел юную девушку, которая танцевала и пела песни, у нее были кудрявые волосы и ослепительная улыбка, от которой Генри впал в смущение. Он долго любовался девушкой, а затем произошла самая нелепая ситуация, которую сейчас Мария и Генри вспоминают с весельем. Грант стоял с бокалом красного вина. Вскоре его толкнула толпа мужчин, которые не заметили парня. Мария заканчивала свой танец, как внезапно на ее платье попала красная жидкость. Она была растеряна и смешна, ведь ее платье, после того как стало мокрым, показало силуэт ее прелестной фигуры. В гневе она бросилась на Генри, но он в свою очередь, принял ее крики, потому что чувствовал свою вину. Мария быстро выбежала из заведения и поспешила домой, укрывая руками свою грудь. Генри не растерялся и немедленно отправился за ней, на что она еще больше погрузилась в злость и кричала в след: «Боже, что же только подумает мой отец». Генри тут же рассмеялся, так как бежал за ней не просто так, а для того, чтобы отдать куртку. Всю дорогу он так и шел за Марией, и вот, они подошли к дому. Девушка посмотрела на виновника и ничего не сказав, собралась уходить. Теперь Генри точно почувствовал уверенность и сказал следующее:

– А ты красивая, и танцуешь, и поешь прелестно, даже фигурой ты хороша.

– «Ну что за наглец», – подумала про себя Мария, – советую немедленно уходить, пока моя семья тебя не увидела, – сказала девушка.

– Даже не поцелуешь меня? – сказал Генри, смотря в глаза девушке, – у нас ведь сейчас было целое свидание: кафе, вино и прогулка.

– Тебе нравится издеваться над людьми? – сказала Мария, – отдай мою куртку и уходи!

Генри еще долго смотрел в ее темно-зеленые глаза, но так и не отдал куртку, а на следующий день вернулся и провел с ней прекрасный вечер. Так прошли их три месяца: в любви, страсти и радости. Родители вечно ругали Марию, но она влюбилась в Генри бесповоротно, поэтому окончательно ушла от опеки родителей. Сыграв свадьбу, молодая пара задумалась о детях. Но их шансы были пусты, ведь ничего не получалось. Тогда, они решили обратиться в детский дом, чтобы взять чудесных детей и любить, как родных. Они нашли прелестных мальчиков, двух братьев. Их детство проходило в ужасе, они часто голодали, ведь их родная мать пила и редко занималась детьми. Поначалу Джон и Денни были напуганы, долгое время молчали и не выходили из комнаты, только слушали друг друга. Джон, старший брат, защищал своего маленького брата, и тогда, когда почувствовал доверие и заботу со стороны новых родителей, стал приучать Денни растить в себе доброту к другим людям. Полноценная семья жила в гармонии и счастье в Испании пять лет, а затем, на десятый день рождения Джона, Мария и Генри решили переехать в Америку. Но потом, когда дети стали старше и закончили учебу, все решили уехать в уединенный уголок страны, в город Аспен, где и началась взрослая жизнь Джона и Денни.

Джон прошел в зал, поздоровался с отцом, а затем они вместе прошли на кухню к Марии. Родители сразу заметили, что произошла какая-то беда.

– Сынок, что случилось? – спросила мама Джона.

– Кэрол…

– Что? Что произошло? Снова ваши глупые ссоры, Джон? – ответил твердо отец.

– Нет, на этот раз Кэрол просто ушла, мы вчера отдыхали в парке, а затем… – сказал Джон.

– Что значит ушла? А я всегда говорила, что она немного не в себе, – перебила и строго сказала миссис Грант.

– Хватит, мама, не перебивай меня. – Вчера я отпустил ее за город, ей нужно было по работе, а Кэрол не приехала, может быть, что-то произошло, – сказал тихим голосом Джон.

– Так ты даже и не знал, куда она поехала, ведь так? – спросил отец.

– Да, отец, – сказал Джон, опустив голову.

– Хорошо. Я сообщу в наш участок, дорога за город одна, может что-то найдут, мои ребята быстрые, уже к вечеру все сообщат. – Поезжай домой, сынок, вдруг приедет твоя жена, – сказал отец.

– Жена, с такой женой и проблем не надо, а ты, Джон, правда, отдохни дома. – Если будешь плохо себя чувствовать, приезжай к нам, – сказала Мария, обняв сына.

Кэрол, после уезда Джона, тоже собралась уезжать из огромного особняка, она лишь посмотрела на Денни, ничего не сказав.

– Ведь мы еще увидимся, Кэрол…? – последнее, что спросил Денни.

Но женщина просто вышла и села в машину, которая привезла ее сюда. Через час она приехала к дому, свет не горел, а значит, Джона не было дома. Она зашла в прихожую и прошла в ванную комнату. Кэрол встала перед зеркалом и закрыв глаза, вспоминала, как недавно Денни смотрел в глаза и нежно прикасался к ее шее. Джон не приехал домой, а сидел в своем ресторане, не думая ни о чем. Телефон жены был выключен, поэтому было бы глупо снова набирать ее. А Кэрол настолько была погружена в себя, что просто забыла предупредить мужа, или же, боялась увидеть его самого. Джон к вечеру приехал домой и заметил, что Кэрол вернулась. Он в тяжелой радости побежал в спальню и увидел, что супруга спала на кровати. Он подошел к ней и поцеловал, а затем сидел и смотрел на нее. Женщина, почувствовав тепло на щеке, медленно открыла глаза.

– Кэр, как же ты напугала меня, не вздумай больше так делать, но и я дурак, даже не узнал, куда отправил тебя, – сказал Джон, улыбаясь.

– Прости меня, я хотела сказать, что задержусь, но потом мой телефон отключился, – отвернувшись, сказала Кэрол.

– Но где ты была всю ночь?

– Я…я была у мамы, хотела поговорить с ней, а тебя тревожить ночью не было бы причины, – снова ответила Кэрол.

– Я был у твоей мамы сегодня, и в редакции тоже…

Тут Кэрол его перебила и ответила:

– Джон, не выясняй, просто разминулись, видимо, я ушла от мамы утром, затем немного прошлась, но потом сразу пришла домой…у меня болит голова, прости, я уже не могу разговаривать.

– Да, конечно, все хорошо, отдыхай, я верю тебе, Кэрол, – сказал Джон, обняв жену.

Из дневника Кэрол Грант:

Этой ночью я не спала, да и думаю мой Денни тоже. По моему телу проходили сотни тысяч мурашек, от которых я попадала в состоянии эйфории. Меня обнимал Джон, а на его лице была самая милая улыбка, потому что он радовался моему присутствию, хоть мне это и не нравилось. Я пропустила день графика и снова стала на шаг дальше от рождения своего чуда, но ничего не могла поделать. Мне было тошно лежать в одной постели с мужем, не думая уже и об интимной близости. Многие поймут мои чувства. Когда на тебя смотрит или же целует тот человек, к которому ты ничего не испытываешь, равно тому, что есть нелюбимую еду, но тебе приходится снова и снова употреблять это, ведь либо ты просто приучил себя к этому, либо так нужно. Но оба этих варианта паршивы. А если же дело касается взаимности, то здесь и думать не нужно, ты просто любишь. Это чувство вдохновения поднимает тебя высоко, и ты даже не боишься упасть, ты живешь и дышишь этой любовью. Все прикосновения, взгляды, объятия, поцелуи становятся лакомым кусочком даже в самое трудное время. Рождается легкость от этой пылающей страсти. Так к чему я размышляю об этом. У моего супруга очень теплые руки, и он сам достаточно нежный, но я никогда не чувствовала этих ощущений внутри себя, наверное, это как прижиматься к батарее, только она еще и приносит немного кайфа, который постепенно разносится по частицам организма. В декабрьские деньки я гуляла с Денни, тогда еще мороз не окутал город. Мы долго думали о том, чтобы покататься с огромной горки, которая считалась звездочкой для туристов. Но мы так и не попали туда, потому что пока мы собирались, тучи заполонили все небо, и настроение моментально пропало. Мой Денни не растерялся и придумал самое удивительное приключение. Мы забрались на невысокую горочку, но это не помешало заметить фонари вечернего города. Он жил. Повсюду были толпы людей, а возле них бегали дети. Я улыбалась, ведь меня переполняли эмоции. Именно в тот момент я научилась радоваться мелочам. Денни пытался зажечь костер, но ничего не получалось, а я смотрела на него с весельем. Он был таким забавным, волновался и бегал в разные стороны. Тогда мы еще не были вместе, а просто гуляли, но это не помешало мне поцеловать его прохладную щечку. Денни приподнял меня и начал крутить, поэтому спустя две секунды мы лежали на снегу, держась за руки и смеясь. Как же он был рад не получившемуся костру. И вот там, с ним, я почувствовала самое настоящее тепло, оно прошло по рукам. А в животе появилось приятное ощущение прилива эмоций, кровь начала играть внутри меня. И только сейчас, будучи взрослой, я понимаю, что мы находим искреннее тепло только там, где привязана наша душа. А моя душа жила рядом с Денни, поэтому, уютная кровать под крышей дома не являлась источником моей внутренней энергии, согревающей мое сердце каждое мгновенье.

Денни сегодня играл со своими мыслями. Он смотрел на луну, которая ярко освещала белый снег и придавала ему сказочный вид. Как ни странно, он не думал о том, чтобы снова увидеть Кэрол. Он был человеком с нравственными ценностями, которые в детстве получил от своего старшего брата, и только лишь поэтому, не мог думать даже и о глазах женщины. В нем глубоко сидела боль, но он тщательно старался стереть малейшее напоминание о ней. Смотря на темное небо, он растворялся в моментах, подаренных в годы глубокой молодости. В одну из таких звездных ночей, Кэрол и Денни, катаясь на мотоцикле, попали под чудесное явление. Девушка крепко держала любимого, положив руки ему на торс, как вдруг на ее лицо упала капля дождя. Он был невероятно теплым, а когда попадал на кожу, то непременно оставлял следы нежности, поэтому по всему телу проходили ощущения приятной дрожи. Дождь не заканчивался, но и не становился сильнее. Боясь тогда того, что Кэрол может замерзнуть, парень немедленно повернул в сторону дома. Но улыбающаяся от счастья Кэрол не хотела уезжать, а наоборот, просила остаться еще на некоторое время. Ее глаза сияли, а когда дождь попадал на волосы, то они постепенно закручивались на нижних прядях. Денни снова застыл в прелести голубых глаз, они светились от любви к нему, а он получал тепло, которое заставляло улыбаться.

– Ты ведь совсем замерзнешь, – сказал Денни, укутывая девушку пледом.

– Все хорошо, – сказала Кэрол, прижавшись к парню, – дай мне свою руку, Денни.

Она взяла его теплую руку, и укутавшись еще сильнее, положила голову на плечо любимого. Денни был достаточно скромен, поэтому ни в коем случае не мог позволить себе проявления ласки. Он боялся, что сейчас она могла ошибочно попасть в момент влюбленности и страсти, а через некоторое время и вовсе забыть о том, что было между ними. Но затем он услышал слова, которые дали ему возможность проявить всё, что он хранил внутри себя.

– Мне так хорошо с тобой, Денни. Я безумно счастлива от того, что могу ощущать твое тепло. Я никогда не испытывала такого нежного чувства, ты даришь мне что-то невероятное, потому что внутри меня растет истинная любовь и я чувствую ее. – говорит Кэрол. – Любовь и влюбленность достаточно близки, и ты не думай, Денни, я не хочу сейчас доказать тебе что-то, а просто обожаю размышлять. С тобой я буквально открываю перед собой все двери и лечу в объятия страсти, но я не теряюсь, а со временем выращиваю цветок, который расцветает только тогда, когда за ним ухаживаешь. А в моей же душе расцвел целый сад, потому что ты даришь мне самую чистую и искреннюю любовь, от которой я становлюсь лучше. Ты и есть любовь, Денни.

Кэрол приподняла голову, чтобы посмотреть в глаза своего возлюбленного. Он был полон радости и наслаждения от этих слов, и не думая ни о чем, положил свою руку на щечку Кэрол, но при этом пальцем задевал ее нижнюю губку.

– Ты до безумия невероятна, милая Кэр, я так люблю момент, когда мы молчим, потому что ощущаю твое дыхание, от него я получаю эмоции, перерастающие во что-то настоящее, – сказал Денни, смотря в чудные глаза Кэрол.

Он начал приближаться своим лицом к ней, чтобы поцеловать ее юные губы, которые Кэрол облизывала, ведь от приятного страха в животе губы становились сухими. Денни прикоснулся так нежно, что девушка вдохнула в себя, а затем резко отпустила воздух. Она легла на его плечо, а он так и продолжал целовать ее. Второй рукой он медленно гладил хрупкое тело девушки, то поднимаясь, то опускаясь. Он чередовал каждый приятный момент, прикасаясь сначала к губам, а затем к шее, доставляя самое настоящее удовольствие. Спустя некоторое время он понимал, что нужно обязательно остановиться, так как еще было слишком рано для новых ощущений. И так Денни снова вспоминал последующие моменты, касающиеся Кэрол. Затем он остался совсем один, позволив мыслям и воспоминаниям окончательно заполнить свой разум.

Часть третья

VI

Утром, как обычно бывает в солнечные зимние дни, шел блестящий снег, который так и приковывал внимание к своей белоснежной красоте. В это же время, Кэрол, обнимающая подушку, почувствовала сквозь сон тупые стуки, исходившие от окна. Они будто напоминали то время, когда дети играют со снежками и стараются разбудить людей в дни Рождества. Но женщина не придала этим звукам значения и снова уснула крепким сном. Всю ночь Кэрол тревожно засыпала, а затем просыпалась и чувствовала легкий страх, поэтому весь период сна проходил достаточно плохо. Только лишь стоило снова вспомнить о случившемся, Кэрол непременно попадала в тяжелую панику. Спустя два часа, когда время близилось к обеду, женщина встала, приняла душ и отправилась на кухню для того, чтобы приготовить бодрящий завтрак. Желание набирать Джона осталось далеко там, где Кэрол не хотела бы побывать снова. Ее день начался отлично, поэтому, чтоб отвлечься, она точно отложила телефон. Когда Грант села за стол, наслаждаясь куриной грудкой, услышала стук в дверь. Но так как она была не из пугливых людей, то сразу встретила нежданного гостя. Перед ней стояла девушка, лет двадцати пяти, ее румяное лицо показывало ослепительную улыбку, от которой на правой щеке появлялась маленькая ямочка. Девушка изображала чувство радости, а ее короткое платье поднималось от ветра, гуляющего по улице. У нее были темно-зеленые глаза, она была весьма привлекательна, но не отличалась красотой от Кэрол. В силу своей молодости, ее волосы блестели и развевались на ветру. Она приветливо улыбнулась и зажмурила глаза.

– Привет, Кэр! – крикнула девушка, обнимая Кэрол.

Кэрол была в удивлении, но затем начала улыбаться и обнимать девушку в ответ.

– Бетти, не ожидала тебя увидеть, пойдем же, проходи в зал, – сказала Кэрол, улыбаясь от счастья. – Что ты здесь забыла, милая, все стараются уехать из этого города, а ты, напротив… – спросила Кэрол, радуясь еще сильнее.

– Да хватит, Кэр, хороший город, – смеясь, отвечает Бетти, – а я приехала, потому что безумно скучала по дому, как там мама, как Джон?

Кэрол немного смутилась, но тем не менее ответила на вопрос.

– Мама хорошо, но…, после смерти папы ей всегда нужна поддержка, ты и сама понимаешь, – ответила Грант, – можем даже сегодня поехать к ней в гости, она очень будет рада видеть тебя, сестренка.

– Да, поедем скорее! – сказала Бетти.

Через некоторое время Бетти, или как ее называли в колледже, Элизабет Эстли, ждала сестру в машине, затем, повернувшись в сторону стекла, она увидела Джона.

– Вау, Элизабет, да тебя не узнать, невероятная красавица, не уступаешь теперь и моей жене, – сказал Джон, рассмеявшись.

– Спасибо, Джон, ты как всегда на высоте, скучала по твоему веселью, ведь у нас на факультете одни зануды, – улыбнувшись, ответила Бетти.

Кэрол подходила к машине и увидела супруга, который улыбался и смотрел на нее.

– Моя любовь, привет, – сказал Джон, обняв Кэрол за талию, – ты ослепительна, а этот запах, я снова влюбился в тебя, милая.

– И тебе привет, Джон, – сказала Кэрол, сделав вид того, что она срочно спешит, – нам нужно ехать, увидимся вечером в твоем ресторане.

– Да, точно, я понял тебя, любимая, и кстати, Элизабет, жду сегодня на своей вечеринке, – сказал Джон, облокотившись на дверь машины.

– Очередная тусовка с алкоголем, Лиззи, как тебе и нравится, – ответила Кэрол с иронией.

– Ребят, а вы всегда такие странные? – спросила Бетти, немного нахмурив брови. – Ах, ладно, поехали уже, Кэр, здесь так душно.

Кэрол отъехала от большого дома и поехала в сторону центра. Проехав пару перекрестков, сестры уже находились на территории дома родной матери. Пройдя в зал, они увидели маму, сидевшую за столом. Она смотрела передачи и собирала книги, принесенные маленькими детьми. Мать Кэрол и Элизабет разительно отличалась от Марии Грант, мамы Джона и Денни. Миссис Эстли всегда была открыта душой, помогала всем нуждающимся, и это стало большим плюсом в ее работе. Она была медсестрой и помогала раненным в далеком 1986 году, в период вторжения Соединенных Штатов Америки на Гренаду. Она и подруги, отучившись на медицинском факультете и пройдя практику, были мечтательны. Но начало войны непременно заставило действовать профессионально. И вот через несколько недель после окончания университета, молодая Эстли отправилась в самую горячую точку, спасая американцев от серьезных травм. После этого в ее жизни была лишь одна цель-служение людям. И свою чистую и добрую натуру мама Кэрол пронесла сквозь года.

– Здравствуй, мам, смотри, кого я тебе привела, – сказала тихо Кэрол.

Взрослая женщина посмотрела на двух дочерей, а младшую непременно начала хвалить:

– Моя девочка, как же ты хороша, ты умница у нас! – сказала миссис Эстли, обнимая младшую дочь.

– Мамочка, давно мечтала увидеться с тобой. – Приехала, как можно скорее, а сейчас я здесь и просто счастлива, – сказала Бетти, смотря на мать.

– Мои красавицы, вы так отличаетесь друг от друга, но ваши души всегда соединены, ведь вы родные люди, мои девочки, садитесь же, я налью вам чай, поговорим, – сказала миссис Эстли, радуясь каждому взгляду дочек.

– Ну что, Бетти, рассказывай о своей учебе, – сказала Кэрол, пока мама наливала чай.

– Ох…здесь лучше просто пропустить всю историю, потому что медицинский университет-полный ужас! – ответила Бетти, затем улыбнулась и закатила глаза. – Мам, не в сторону твоей профессии, просто это сфера точно не для меня…

– Брось, доченька, это только сейчас так трудно, затем войдешь в этот ритм и все встанет на свои места, – улыбаясь, ответила миссис Эстли, – я точно тебе говорю.

– Вот недавно, например, была практика по абдоминальной хирургии, и что вы думаете, я умудрилась и там ошибиться, как же только миссис Грин отыгрывалась на мне… – сказала Бетти и аккуратно посмотрела в окно.

– Вообще, у меня есть отдельное мнение на этот счет, – начала Кэрол, подложив кулак под подбородок, – это огромная ответственность, а в голове просто не укладывается то, как люди умело проводят операции, а это кровь…и в то же время, какая опасность совершить в один момент что-то не так…

– Ну,Кэрол, кажется, ты сейчас отобьешь мое желание к профессии врача…

– Мои милые, ничего страшного нет в том, чтобы узнать или совершить что-то новое, важно, перебороть свой страх, посмотреть с разных сторон причину своего страха и тогда, вы в миг перестанете бояться, – продолжала миссис Эстли, – расскажу вам о годах войны. – В первые дни, когда я увидела человека, у которого вот-вот должны были ампутировать ноги от сильного удара, я впала в безумный страх, в панику, я была молода и боялась каждого нового переломного момента в судьбах людей. – Но нельзя было думать только о своем страхе, его жизнь была на моих руках, его мысли были и в моей голове, и как я должна была потом смотреть на солдата, который больше никогда не сможет встать на ноги, не сможет так же подойти и сказать важную новость. – Я плакала ночами, я боялась осознавать свое присутствие в месте, где гибнут люди.

– И что потом, мама? – сказали в один раз сестры.

– Потом я прошла через себя, я понимала, что, не собравшись, я сделаю только хуже и опущу руки до конца, но так ни в коем случае нельзя делать. – Лучше полностью погрузиться в беду, в трагедию, пропустить через себя боль и слезы, и после этого к тебе прибудут силы для дальнейшего пути.

– А что стало с тем мужчиной?

– С пареньком, он молодой совсем был, удушил себя простыней, увидев инвалида, а не крепкого солдата. – И самое ужасное то, что, умирая, он крепко сжимал в руках фотографию своей матери…позже мы нашли надпись на обратной стороне: «Возвращайся, милый мой сынок, сердце болит, а я мучаюсь, но верю, что спешишь уже домой с верой и правдой, береги себя, Робби, и никому не давай в обиду нашу страну, а твоя мамочка будет ждать тебя дома.» – Здесь у любого человека душа будет болеть безумно…

Так день прошел незаметно, они разговаривали, смеялись и понимали, что роднее семьи в жизни нет никого, ведь только там душа и дом. Место, в котором находятся наши любимые люди, является значимой ценностью, без которой становится тяжело и одиноко. А в семье миссис и мистера Эстли всегда царила нежность и доброта, которую родители отдали сначала старшей дочери-Кэрол, а затем и Элизабет. Когда время подошло к вечеру, то девушки направились к ресторану Джонатана. Когда они вошли, то увидели знакомых людей: родителей Джона и близких друзей семьи. Играла тихая музыка, а официант ходил с подносом, на котором находилось шампанское. Грант, увидев жену, подбежал к ней и провел в толпу.

– Как тебе вечер, нежная моя? – сказал Джон, смотря в прелестные глаза Кэрол.

– Как всегда прекрасно, Джон, неужели ты все сам это подготовил? – спросила супруга.

– Нет, конечно, нет, Майк помогал мне, а вот кстати и он, – показывает пальцем на друга, – только вот что он забыл рядом с Бетти… – сказал Джон, сдерживая смех.

– Пусть хоть тут отдохнет, – сказала Кэрол, показывая свою ослепительную улыбку.

Супруги прошли к родителям, и все это время Джон придерживал хрупкую талию жены. Он прикасался к ее оголенной спине, которую было видно от выреза сзади. При его прикосновениях она каждый раз вздрагивала.

– Привет, мама, привет, отец! – Сегодня замечательный вечер, жаль, что их бывает так мало, – сказал Джонатан.

– Сынок, когда ты вернешься, еще и не такое устроим, сам организую тебе вечеринку, или как она у вас там называется! – крикнул с улыбкой мистер Грант.

– Да, дела по новому ресторану в Нью-Йорке никак не ждут, ох уж эти командировки, – со вздохом сказал Джон, – как же мне неделю без теплых рук моей ненаглядной супруги.

Кэрол стояла без эмоционально, смотря в окно, и немного отвернувшись от мужа, но все равно ощущала его руку в своей.

– Ты бы хоть улыбнулась для мужа, или снова мы должны всё сделать для тебя, – сказала миссис Грант, держа злобу после исчезновения Кэрол, – ты наглая, только и портишь жизнь моему сыну, забрала младшего, так теперь и Джон должен ползать возле тебя. Не позволю!

После этих слов мать Джона немедленно удалилась, ведь оставшись, она бы могла устроить необратимый конфликт.

– Не обращай внимания, пожалуйста, пройдет, всё пройдет, я обещаю, – сказал Джон, обнимая жену.

– Всё хорошо, я уже и не удивлена после стольких лет брака, Джон, – обнимая в ответ, говорит Кэрол.

– Поехали домой, любимая, отдохнешь там, – сказал Джон.

Кэрол не спешила уходить, а решила выйти на улицу, чтобы отойти от ситуации. Возле ресторана стоял отец Джона, хоть женщина сначала его и не заметила.

– Кэрол, не держи зла на нее, она другая совсем, а хочет казаться выше и лучше всех. Но понимаешь, вся моя жизнь с ней показало обратное. – Мария добрая и чуткая, просто росла в дурных условиях, отчего сейчас буквально топит тебя своими словами, – сказал мистер Грант.

– На самом деле, я устала слушать ее, думаю, не каждому под силу переживать такое изо дня в день…

– Понимаешь, мы любим Джона, стараемся отдать ему все хорошее, что есть на свете. А Мария, она мать. Ей тяжело досталось вернуть детей к благополучному состоянию. Она плакала, кричала, не могла найти себе места, а я всеми силами старался понять ее, помочь хоть чем, лишь бы моя семья была счастлива. Люди ведь часто видят только сторону гнева, чего-то плохого, но, если попробовать узнать настоящую сторону, вот только прикоснуться к прошлому человека. Все мысли в миг поменяются.

Кэрол лишь молчала в ответ.

– Она не желает тебе зла, просто знай это.

– Да я совсем и не думала об этом, просто, ведь раньше я, правда, видела ее хорошую сторону, что же стало с ней? – спросила Кэрол.

– Смерть Денни, конечно, изменила ее. Она винила себя, винила других, ее сына больше нельзя было вернуть, что же оставалось моей супруге…Если я, отец, пытался держаться стойко, то она падала и падала вниз, думая о самом страшном. Честно, даже сейчас я не знаю, почему она так относится к тебе, но, только лишь тот период изменил ее. Возможно ли такое…. Да, она знала, что ты встречаешься с Денни, а затем, когда увидела с Джоном, ее буквально гнев хватил.

– Но…почему, ведь…

– Подожди, не перебивай меня, пожалуйста. Она не поняла того, как ты так просто смогла отпустить любимого человека и закрутить роман с его родным братом. Моя жена считала это безумием, – продолжал мистер Грант.

– Тогда и я могу сказать, что до нашей свадьбы, а может быть и сейчас я безумно скучаю по нему. Нельзя осуждать человека, не узнав правды, вот что настоящее безумие. У меня нет желания оправдывать себя, потому что только я могу знать, какие чувства испытала в эти моменты, – ответила Кэрол, сдерживая слезы, – Боже…

Из дневника Кэрол Грант:

Сегодня вечер для меня был слегка скучноват. В ресторане я наслушалась пустых советов и поняла только одно, что все настоящие советы и мнения находятся лишь в нашей голове. А голоса, говорящие внутри нас – истинная дорога к выходу из любой ситуации. Прошло уже достаточно много времени, но каждый раз мой разум заставляет меня действовать иначе. Он помогает открыть мне дверь в новую жизнь. Я точно понимаю это. Раньше я даже не могла и отвести взгляд от супруга, потому, что общество влиятельных людей, окружающее нашу семью, подумало себе что-то не то. Сейчас же я легко делаю все вещи так, как желает только мой внутренний голос. А когда мать Джона снова начала унижать меня самым наглым образом, то я просто держалась стойко, ведь иначе вся моя жизнь пройдет в конфликтах и скандалах. Но опускаться так же низко, как миссис Грант, я, естественно, не буду. Она смешна до безумия. Можно пропустить плохую историю, думаю, их еще будет хватать. А теперь я хочу рассказать о своей чудесной сестре, как же я была счастлива, что она снова рядом со мной. Хоть она и была младше меня на семь лет, но мы, становясь старше, научились понимать друг друга. Она выросла достойной, а другого и просто не могло быть. Я вижу в ней свое продолжение, частицу себя, ведь если внешне она больше похожа не на меня, то внутренне мы точно одинаковы. Я отлично запомнила ее историю, когда ей только исполнилось шестнадцать лет. Возраст беззаботной радости. Она тогда влюбилась в парня, который был старше ее на пять лет. С каким теплом он только дарил ей цветы, всю ночь стоял под ее окнами и читал стихи. Он буквально стал ей родным, потому что они и дня без друг друга не проводили. Мне он нравился, он не был из тех гадких и лицемерных мальчишек, ведь и разговаривал просто и сдержанно, даже немного скромно. Но после каждой встречи с ним, Бетти почему-то чувствовала внутри себя жар, тогда она думала, что это от влюбленности и мимолетно забывала это. Да и я смеялась, ведь никогда не понимала голоса Бога или что-то вроде этого. Родители никогда не были против их встреч, а наоборот, радовались бесконечно. Я всю ночь лежала с сестрой и слушала ее истории про его невероятный голос и умные мысли. У меня тогда сложилась очень хорошая картина о нем. И вот, наступил долгожданный день (как раз через несколько дней я собиралась уезжать в Аспен). Он зашел в рубашке и брюках, которые обыкновенно надевают на деловые встречи, в руках у него был шикарный букет, а более ценным его делало то, что он собственными руками зарабатывал деньги, чтобы выбрать яркие и удивительные цветы. Он встал на колено, а Бетти сияла от счастья. В тот момент в доме были все: папа, мама и Лиззи. Я наблюдала за всем этим и безумно была рада за свою младшую сестру. Юноша спросил значимый вопрос, от которого кровь закипела. Но Элизабет резко поменялась в лице и дала отрицательный ответ. Все пришли к большому удивлению. История так и не кончилась, а через несколько недель мы узнали страшную тайну о том, что он ужасно истерзал и убил пять юных девушек, которые тоже трепетно и нежно относились к нему. Бетти всегда повторяла мне, что внутри нее начал появляться маленький жар, именно там, на сердце. И в тот момент, будто не она сказала нет, а ее внутренний голос. История до жути охватывала меня. Теперь я всегда слушаю себя и чувствую ощущения тепла или холода, которые находятся глубоко во мне. Мы часто совершаем ошибки, делая все быстро и необдуманно. Но стоит только лишь немного почувствовать себя и вам откроется безграничная связь со своим разумом.

После ресторана Джон и Кэрол приехали домой. Они сразу прошли в спальню, чтобы приготовиться ко сну. Кэрол ушла в ванную комнату. Там она находилась наедине с собой. Ее супруг всегда понимал ее, поэтому тщательно старался не беспокоить жену в такие моменты. Ведь еще и думал о том, что нервная система тоже может повлиять на проблему со здоровьем, из-за которой в будущем не получится завести ребенка. Кэрол прошла в комнату и закрыла дверь на ключ. Сегодня муж и жена были одни. Элизабет, сестра Кэрол, осталась у матери, что позволило супругам так же свободно провести время. Но так думал только Джонатан, который привык находится рядом с женой, не отвлекаясь на других людей. День графика был пропущен, поэтому, сегодня вечер обещал быть теплым и нежным. Кэрол все стояла напротив зеркала, закрыв руками лицо.

– «Минуты, минута, сейчас все настанет, – думала про себя Кэрол, – как же избежать близости, от которой я попадаю в панику…».

Кэрол начала умывать лицо, затем, когда подняла голову, увидела что-то темное за своей спиной и резко вышла из ванной.

В ее голове были сотни, а может даже и тысячи мыслей, которые блуждали несколько часов подряд. Через некоторое время она вышла, выпив сначала лекарство, прописанное доктором, а затем прошла в комнату, где находился муж. Она легла рядом с ним.

– Как самочувствие, Кэр? – спросил Джон, – мама не испортила тебе настроение?

– Нет, Джон, все хорошо, забудь, – сказала Кэрол, поджав губы.

Джон обнял супругу, подарив тепло. Кэрол слегка вздохнула. День графика не заставлял ждать, поэтому пришлось отдать все свои силы на процесс зачатия. Как бы женщина не старалась избежать этого, ей все равно приходилось уступать ласкам мужа, ведь желание увидеть ребенка никогда не давало покоя. Джон сиял от счастья, так как сегодня снова ощутил красоту прелестного тела своей супруги. Он дышал этим. Кэрол же в свою очередь была нежна и спокойна, не показывая отрицательных эмоций. Муж и жена уснули сладким сном, который был подобен удивительной сказке.

Ранним утром, когда Кэрол еще спала, Джон уехал в аэропорт. Он оставил маленькую записку, ведь был из романтиков, тех самых, трепетных и чутких. На листке, находившимся на тумбе, было следующее:

" Моя прекрасная, как только свет прикоснется к твоим прелестным ресницам, прочти это. К тому времени мой самолет уже покинет город. Я уехал, целуя твои чудесные руки, ведь для меня нет ничего роднее. Милая Кэр, я буду желать только одного – приехать домой. Я уже безумно скучаю по тебе и мысленно представляю твои глаза. Наша ночь была незабываема. Желаю по возвращении узнать чудесные новости. Хочу уже наслаждаться теплом, исходящим от твоего живота. Хорошего дня, моя миссис Грант ".

Кэрол встала, прочитав небольшую записку.

– «Ты всегда был удивительным и веселым», – подумала Кэрол после прочтения.

Утро было достаточно холодным. Кэрол, выпив чашку кофе, отправилась в редакцию. Работа стояла уже несколько дней, но решить ее можно было бы за пару часов. Оттого что в редакции была тишина и скука, потому что предложения и новые тексты приходили редко, то Кэрол предложила Лиззи поехать туда. Она заехала за ней, и две сестры поехали к зданию, которое находилось в центре города. Пройдя туда, Кэрол села за стол, а Бетти легла на диван.

– Черт возьми! – сказала громко Кэрол, – что же здесь происходит с документами!

– Оу, Кэр, да у тебя явно сегодня нет настроения, наверное, это из-за холода… – сказала Бетти, желая услышать ответ.

– Все в норме, я разобралась, ты же знаешь, мои перепады настроения – это что-то…, – ответила Кэрол, – и появилось достаточно много проблем…или я снова сама устраиваю себе их, не знаю.

– Что за проблемы, сестра? – спросила Лиззи. – Раньше мы были так близки, я была бы рада услышать тебя.

Тут Кэрол немного откинулась на спинку кресла, а затем указательным и большим пальцем правой руки прикоснулась к виску. Ей было достаточно тяжело держать все внутри себя. Но, к сожалению, она была вынуждена держать главную тайну только в своей голове.

– Это все слишком сложно, Бетти, я никогда и не думала, что попаду в сложные этапы жизни, я всегда верила, что смогу пройти их легко. – Но я ошиблась, – сказала Кэрол.

– Я могу снова предположить, что ты переживаешь из-за Джона, поэтому всегда выслушаю тебя, Кэр, – ответила Бетти, встав с дивана.

– Помнишь, что произошло после смерти Денни? – спросила Кэрол. – Мне ведь просто некуда было уйти от этих мыслей. И я совершала ошибки снова и снова, – продолжала женщина.

– Мы совершаем ошибки, не думая ни о чем, потому что не до конца разбираемся в чем-то. Без промаха ничего не получится, главное, вынести значимое из этого и идти дальше, стараясь больше не совершить ошибку. – ответила Элизабет. – Наша жизнь полна новых открытий. Действительно, она ставит перед нами выбор, который мы должны обдуманно сделать, но и тут бывает печально. Кэр, все ведь может быть по-другому, от грусти можно тоже уйти, если преодолеть такой период. – Всего лишь дурные мысли сбивают тебя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.