Сергей Баранников
Арктическая академия. Часовщик

Глава 1. Через портал

– Николай Петрович, а вы уверены, что всё сработает?

Я стоял перед мигающей аркой портала, переминаясь с ноги на ногу. Нет, мне определённо нужна пятёрка за летнюю практику, но не ценой собственной жизни. А что, если эта штука просто располовинит меня? Тогда этот зачёт мне уже ни к чему. Хотя, о чём это я? Работающий портал в прошлое? Полный бред! Пусть профессор Мезенцев мается чем угодно, нужно просто ему подыграть, и тогда зачёт у меня в кармане.

Путешествий во времени ему захотелось! Мне казалось, что грезить об этом перестали ещё в прошлом столетии. Хотя, судя по возрасту, Николай Петрович как раз воспитывался на книгах Жюля Верна и других фантастов. Кто-то не смог удержать свою фантазию, а мне теперь расхлёбывай!

– Конечно, я уверен! – послышался голос профессора из-за приборной панели. – Арсений, прошу вас, смело шагайте вперёд, осмотритесь хорошенько и возвращайтесь обратно. Мне нужны доказательства того, что портал действительно работает. Я не позволю этим буквоедам закрыть мой эксперимент и поставить крест на величайшем изобретении столетия!

– Может, ещё на телефон всё заснять?

– Я же говорил, при переходе через портал вся электронная техника выходит из строя. Вы ведь выложили мобильник?

Я похлопал по пустому карману, показывая, что телефона при мне нет, и мне нечего беспокоиться.

– Остановить эксперимент! – в коридоре послышался крик, который не предвещал ничего хорошего. Мезенцев невольно вздрогнул, когда услышал голос.

– Скорее, Арсений! У нас мало времени!

– Приключение на пару минут. Войти и выйти, верно?

– В точку!

Нет, я на это не подписывался. Одно дело – согласиться на участие в эксперименте с нерабочим порталом, когда требуется просто потоптаться на месте, развести руками и получить давно заслуженную пятёрку за практику, и совсем другое, когда прямо перед лицом покрывается мелкой рябью неизвестная реальность. Я хотел было отказаться и прекратить эксперимент, но пространство внутри портала, словно прочитало мои намерения, и вытянулось в мою сторону. В одно мгновение я оказался внутри кокона, который затянуло внутрь. Тело прошибло холодом, накатила слабость, и я почувствовал как полностью покрылся липким потом, а парой секунд спустя наступило ощущение лёгкости. Сам не заметил как выдохнул, а потом жадно глотнул тёплый летний воздух и осмотрелся.

Не понимаю, эта штуковина реально сработала, или у меня галлюцинации? Я стоял на площади, вымощенной брусчаткой. Первое, что бросилось в глаза – очень странная архитектура зданий. Такое впечатление, что Мезенцев отправил меня в девятнадцатый век. Хотя, машины здесь очень даже современные, да и квадрокоптеры в небе как бы намекают, что это далеко не прошлое. Может, профессор ошибся и зашвырнул меня в параллельный мир? В любом случае, мне от этого не легче.

Так, спокойно! Зашёл, увидел и обратно. Всё как по плану. Немедленно повернулся к порталу, который ждал моего возвращения, но уже в следующее мгновение он мигнул и исчез. Не понял, так и должно быть?

***

– Стоять, я сказал! – заорал мужчина в костюме и помчался по коридору. Он отдавал себе отчет, что безнадежно опаздывает, а потому в порыве гнева бросился к щитку и одним махом перевел сразу несколько тумблеров вниз. На несколько секунд свет погас, а потом в коридоре замигало слабое резервное освещение.

– И ещё раз, чтобы наверняка остановить тебя, упрямец! – снова щёлкнули тумблеры, мужчина довольно хмыкнул, поправил костюм и уверенным шагом вошел в лабораторию, широко распахнув перед собой дверь.

– Я же сказал, прекратить эксперимент! Профессор, вы снова упорствуете?

Старый учёный сидел на полу, обхватив голову руками. Его губы шевелились, беззвучно произнося какие-то слова, но из уст профессора Мезенцева не доносилось ни звука.

– Профессор, не стоит так расстраиваться. Подумаешь, не дали провести рискованный эксперимент. Мало ли их было и ещё будет?

– Вы не понимаете! – наконец, выдавил Николай Петрович. – Я уже отправил мальчишку.

– Куда? – мужчина в костюме перевел взгляд на конструкцию и только сейчас понял, что в комнате кроме Мезенцева и его помощника не было больше никого. – Хотите сказать, что эта ваша конструкция реально сработала? Хорошая попытка меня разыграть, но неудачная. Нет, когда вы подтасовали отчёты опытов, в которых утверждали, будто отправляли через портал лабораторных мышей, собак и даже шимпанзе, это ещё было забавно, но теперь это уже не смешно.

– Простите, но парень реально прошёл через портал, и мы понятия не имеем где он сейчас находится, – вмешался ассистент профессора, испуганно выглядывающий из-за приборной панели. – У меня всё задокументировано на видео. Так сказать, для доказательства всему научному сообществу.

Мужчина перевёл взгляд с ассистента на самого профессора и едва слышно прошептал:

– Ты что наделал, старый хрыч?

– Это вы наделали! – огрызнулся профессор. – А точнее, обделались дальше некуда! Зачем вы полезли к электричеству и отключили даже резервное питание? Контакт разорван, всё!

– Так, сейчас я включаю всё обратно, и вы делаете что хотите, но чтобы пацан был тут. Ясно?

– Вы совершенно не слушали меня, Андрей Викторович! Я же говорил уже тысячу раз, что нельзя дважды войти в одну реку. Если связь разорвать, попасть в то же время и в то же пространство уже не выйдет.

– Вы хотите сказать, что парень исчез с концами?

– Да! Стоило вам нарушить питание, портал потерял энергию и закрылся. В теории, я могу открыть его, но в какое время, и в каком месте он окажется – совершенно непонятно. Шанс один на миллион, что портал откроется рядом с парнем. Я бы сказал, один на миллиард, если не меньше.

– Мы в полной заднице, – тихо произнес мужчина в костюме, до которого, наконец, дошла вся серьезность ситуации, виновником которой был он.

– Даже не представляете в какой! – в лабораторию бесцеремонно ворвался мужчина в военной форме. – Полковник Карташов?

Мужчина в костюме тут же приосанился и отчеканил:

– Так точно! Карташов Андрей Викторович. Уполномоченный по…

– Знаю, – оборвал его военный. – Я уже в курсе о том, что здесь произошло. С этого момента ситуация переходит под мой контроль, а вы трое садитесь за стол, даёте подписку о неразглашении, а потом пишете как всё было в деталях. Если я чего-то не увижу, заставлю сожрать бумагу и писать заново, пока не увижу каждую деталь. У вас пятнадцать минут. Время пошло!

***

– Эй, что происходит?

Я ждал, когда передо мной снова появится портал, оглядывался по сторонам, надеясь, что он просто переместился и играет со мной в поддавки, но мои слова вызвали совсем другой эффект.

– А тебе какое дело, чернь? – послышался рядом голос парня.

Я остановил взгляд на том, кто произнёс эту фразу, и шумно выдохнул. Мало было мне проблем с порталом, ещё и в местные разборки вмешался. В нескольких шагах от меня устроили драку парни лет восемнадцати на вид, мои ровесники. Их было четверо. Трое одеты в длинные черные плащи до самых пят. Они вообще в курсе, что сейчас середина августа, и в такой одежде должно быть жарковато? Хотя, тут очень даже прохладно, или это меня от волнения берёт озноб?

Одежду под плащами, естественно, я не мог разглядеть, да и не особо пытался, потому как мой взгляд был обращён к четвёртому, лежавшему на земле в луже собственной крови. Надеюсь, он живой, иначе у меня точно будут проблемы.

– Ты оглох? Я тебе вопрос задал! – снова произнёс светловолосый парень, который отделился от троицы и уверенным шагом направился ко мне. – Тебе какое дело до того, что здесь происходит? Вали отсюда, пока не вломили!

– Погоди, Федь, давай позабавимся! – отозвался его товарищ. Судя по всему, он был лидером в этой шайке.

Теперь вся троица утратила интерес к лежащему на брусчатке парню и направлялась ко мне. Вот почему негодяи ходят по трое? Их этому учат, или психологически так спокойнее творить что вздумается? Например, вдвоём страшновато, могут и навалять, а втроём куда больше шансов. Ладно, думать сейчас нужно не об этом. Портал обязательно появится, а мне нужно сохранить за собой физическую возможность дойти до него.

Светловолосый, которого звали Фёдором, попытался схватить меня за шиворот, но я нырнул под его рукой и пробил в печень. Если уж драки не избежать, нужно действовать первым. Парень согнулся пополам, а я воспользовался случаем и ударил с колена в лицо, чтобы он уже точно выбыл из строя. Крепкий гад! После таких ударов обычно не стоят на ногах, а этот ещё и руками машет. Фёдор попытался достать меня, но я перехватил его руку за кисть, развернул и снова приложил с ноги в голову. Теперь этот крепыш распластался на земле и успокоился.

– Ты смотри, он Никитского вырубил! – удивился второй и шагнул назад. А вот лидер этой шайки даже не думал отступать. Оно и понятно, я поставил под сомнение его авторитет, и этот парень так просто не отступится.

– Ты кто такой вообще? – нахмурился парень.

– Арсений. А ты?

– Платон Кислов. Слышал о доме Кисловых?

– Не приходилось.

– Платоха, да выруби его! – подначивал шестёрка.

– Спокойно! Вырубить всегда успеется. Я хочу, чтобы он пожалел о том, что стал у меня на пути.

Парень вытянул руку перед собой, а потом из неё вырвалось пламя и ударило мне прямо в лицо. Блин, как же больно! Что это вообще было? Перцовый баллончик? Не похоже. Лицо реально жжёт, как огнём. Куда я вообще попал, и куда смотрят прохожие?

В голове закружилось, и я сам не понял как снова оказался на ногах. Как ни странно, лицо совсем не болело.

– Ты смотри, он Никитского вырубил! – снова этот удивлённый возглас шестёрки Кислова. Он тугодум, или всегда дважды говорит одно и то же?

– Ты кто такой вообще? – то же смущение на лице парня. Что за временная петля? Это всё уже происходило со мной! – Ты глухой, или от страха язык проглотил?

– Платоха, да выруби его! – у меня перехватило дыхание сразу по двум причинам: всё это со мной было секунд пятнадцать назад, и если я ничего не исправлю, мне снова будет больно.

Как только Платон начал поднимать руку, я шагнул вперёд, левой перехватил руку парня, а правую согнул в локте и со всей силы заехал в лицо будущему обидчику. В падении он всё-таки зацепил меня по лицу, но это ерунда в сравнении с невероятно болезненным ожогом. Видимо, парень не ожидал от меня такой наглости, потому как удар вышел на славу – Кислов запрокинул голову и грохнулся на спину.

– Ты… ты совсем идиот? Он же сын Петра Кислова! – выпалил единственный оставшийся на ногах парень и попятился назад. – Тебе конец! Всю твою семью вырежут под корень, ты понимаешь?

– Может, мне и тебе лицо разбить?

– Не подходи, псих! – парень бросился бежать, бросив своих товарищей, а я снова осмотрелся. Портала домой нигде не было. Судя по всему, я застрял тут надолго. Зато лежавший на брусчатке парень пошевелился и даже смог подняться на руках. Я подошёл к нему поближе и помог стать на ноги. Выглядел он паршиво – нос разбит, бровь и верхняя губа рассечены, а правый глаз заплыл.

– Это ты их? – парень кивнул в сторону лежащих на брусчатке Никитского и Кислова.

– Ну, да.

– Ловко. Где учился?

– В МГУ.

– Где, блин?

– МГУ. Не слышал что ли?

– Нет, конечно! Ладно, давай валить отсюда, а то сейчас подтянутся люди Кисловых, и нам крышка.

– Да я бы с радостью, но в твоём-то состоянии мы далеко не уйдём.

– Ясен пень, что не уйдём! Поэтому мы поедем. Вон, смотри, Алексеич уже вырулил на парковку!

Рядом остановился чёрный седан бизнес класса. А неплохая машинка! В нашем мире такая стоила бы миллиона три, если не больше. Едва машина остановилась, из неё выскочил круглолицый водитель в синей униформе и с густой щеточкой усов на лице. Мужчина засуетился, открывая перед нами заднюю дверь.

– Родион Владимирович, как же так вышло? Вы же всего-то на пару минут отошли.

– Да понимаешь, Алексеич, хотел с Николаевской пообщаться, а тут Кислов со своей компанией подкатил. В общем, девчонка убежала подальше от неприятностей, а мне пришлось разбираться с этой троицей. Вон, если бы не этот парень, мне бы вообще конец пришёл.

Водитель не обратил на меня ни малейшего внимания, зато перевёл взгляд на место потасовки и едва не обомлел.

– Милостивые государи, да славятся имена их в веках! Это ж и впрямь сынок Кисловых! Ой, какой скандал будет…

– Алексеич, не сейчас! Давай в машину!

– А этот парень?

– Он с нами! Оставлять его здесь точно нельзя – порвут.

Получив негласное разрешение, я тут же плюхнулся на сидение рядом с парнем и захлопнул дверь. Бросил прощальный взгляд на площадь, где Кислов и его подельник уже приходили в себя, перевёл взгляд на место, где должен был оказаться портал, но его там не было. Водитель не стал терять время даром, юркнул за руль и дал по газам.

– Ой, что же будет! – причитал водитель, поглядывая в зеркало заднего вида. – Когда Кислов-старший узнает о том, что произошло…

– Алексеич, не начинай! Я предпочитаю опасаться того, что будет, если кисловские догонят нас, а ты ползёшь, как черепаха. Жми, давай!

– Я соблюдаю правила…

– Какие в пень правила? Сейчас Кучеров приведёт охрану Кисловых, и нас на куски порвут!

Водитель нахмурился, но притопил газку, а машина помчалась куда шустрее. Мимо пролетали какие-то дома и деревья, а я понимал, что быстро вернуться домой уже не смогу.

– Родион! – я отвлёкся от мыслей и не сразу понял, что парень протянул мне руку и представился. Ответил на рукопожатие и поспешил представиться, чтобы не показаться тормозом:

– Арсений Чижов.

– Ну, ты и чума, Арсений! Это ж надо, Никитского вырубить в рукопашке. Жаль, я этого не видел.

– А он важная шишка?

– Кто, Федька? Да нет, шестёрка у Кисловых, но боец хороший. У меня против него не было никаких шансов, а ты вот поломал.

– Он просто не ожидал.

– Да никто не ожидал! – заржал Родион. – Но Федя тебе этого точно не простит. Да что там Федя, ты Кислова вырубил, а это стопроцентный залёт! Да не дрожи ты так, прорвёмся!

Как объяснить ему, что меня трясёт не из-за драки, и даже не из-за возможных последствий? Я понемногу начал осознавать что произошло, и организм отзывался естественной реакцией. Портал Мезенцева действительно сработал, правда не так, как ожидалось. Я оказался в другом мире, который похож на наш, а обратного пути у меня нет. Или есть? Я ведь смог повернуть время обратно там, на площади. Может, если сильно постараться, я смогу повернуть время к тому моменту, когда портал затянул меня внутрь? Мысленно напрягся и попытался это сделать, но ничего не произошло.

– Фух, чуть не засыпались! – послышался облегчённый возглас с водительского сидения, когда машина выскочила на оживлённую улицу и влилась в поток других автомобилей.

– Не торопись с выводами, Алексеич! Ты же знаешь этих мразей – если вцепятся, уже не отпустят.

– Как бы вам беду не накликать, Родион Владимирович! – огорчённо отозвался водитель и замолк. Как же изящно он попросил его заткнуться! И не прикопаешься. Видимо, нельзя в его статусе по-отцовски гаркнуть. Да и вообще, я уже понял, что рядом со мной сидит какая-то важная шишка – машина, личный водитель, обращаются к парню по имени и отчеству.

В это время Родион обработал раны какой-то жидкостью, почти мгновенно остановив кровотечение, а затем принялся приводить в порядок свою одежду. Под лёгким плащом скрывалась тонкая вязаная жилетка с гербом и рубашка. Моё внимание привлек герб – на белом поле вышитая оранжевым буква «С», по бокам от которой отходят расправленные в стороны крылья, а в нижней части герба изображена дубовая ветвь с листьями.

– Эх, как вас разукрасили-то! – снова завёл старую пластинку водитель, рассматривая парня в зеркало заднего вида. – Вот Владимир Михайлович расстроится! У него и так дела не ладятся в последнее время, а еще и эта драка с Кисловыми…

– Хватит, Алексеич, и так на душе тошно! – отозвался Родион и повернулся ко мне. – Ну, а ты откуда взялся? Вид у тебя какой-то необычный.

– Из Вологды, приехал поступать в университет.

Пришлось выдать старую информацию годичной давности. Не говорить же, что я из портала вывалился! Ещё решит, что мне всё-таки заехали по голове в драке.

– Я так и подумал, – отозвался парень.

– Что подумал?

– Сразу видно, что ты из простолюдинов, потому как у тебя герба нет. И на кой ты вообще вмешивался…

– Как это? Тебя избивали, вот я и заступился. И вообще, мог бы и спасибо сказать!

– Спасибо! – тут же отозвался парень, который теперь сидел хмурый, как туча. – Сам бы я точно не справился. Правда, лучше бы загнулся, а теперь эти проблемы разгребать. Кисловы ведь так просто это не оставят, обязательно отцу какую-нибудь пакость учинят. А тебе, так вообще конец, ты ведь из простых, считаться никто не будет.

– Это еще с каких делов?

– Ты не в курсе что ли? – удивленно посмотрел на меня парень. – Ты только что вырубил двоих аристократов. И ладно Никитские, у них особо-то и связей нет, а вот Кисловы… В общем, тебя найдут и прикончат. Не удивлюсь, если приволокут с мешком на голове к Платошке, чтобы он лично тебе голову оторвал.

На лице Родиона заиграли желваки, и он непроизвольно сжал кулаки, представляя моё будущее. Да уж, не самое радужное, стоит сказать. Скорей бы этот дурацкий портал починили. Оставаться здесь мне вообще неохота.

– Вот что! Я бы высадил тебя здесь и посоветовал затаиться, но бежать смысла нет – ищейки Кисловых тебя все равно найдут, куда бы ты ни подался, так что слушай внимательно: сейчас ты едешь со мной, я расскажу отцу всё как есть, а там он уже придумает как быть дальше. Придётся тебе стать частью дома Серафимовых, иначе никак.

– А Серафимовы – это кто?

– Нет, ты точно чумной какой-то! – рассмеялся Родион. – Серафимовы – это моя семья, а дом Серафимовых – один из самых влиятельных в Москве. Понял?

– Но не такой влиятельный, как Кисловы, я верно понимаю?

– Верно! – скривился парень.

– Не успели! – в сердцах выругался водитель, ударив обеими руками по баранке.

Я увидел обеспокоенный взгляд Алексеича в зеркале заднего вида и обернулся. За нашей машиной увязалась погоня – такой же точно автомобиль мчался позади и мигал фарами, требуя, чтобы мы остановились.

– Да, Кислов точно не успокоится. Алексеич, жми! Если штраф выпишут, заплатим, зато целыми останемся.

Вторая машина неожиданно выскочила прямо перед нами и заблокировала дорогу. Водитель ударил по тормозам, вывернул руль, чтобы уйти от столкновения, но всё равно зацепил машину и остановился.

– Зажали, выродки кисловские! – выругался Родион и повернулся ко мне. – Поздно дёргаться, нужно решать проблему сейчас.

Его рука пошарила в сумке, валявшейся на заднем сидении, и выудила оттуда жилет с такой же эмблемой, что красовалась на груди парня.

– Надень немедленно! Как только я выйду из машины, ты выходишь следом, стоишь рядом и не лезешь без необходимости. История такая: ты – мой телохранитель. Отец нарочно приставил ко мне ровесника, чтобы это не бросалось в глаза.

– Думаешь, в это кто-нибудь поверит?

– Сеня, подыграй мне! Ты спас меня, а я сделаю всё, что смогу, чтобы спасти твою шкуру.

Эх, сколько раз меня подкалывали в школе за имя, данное матушкой. А вот эта коронная фраза, которая напрочь рушила мою репутацию: «Сеня, объясни товарищу, зачем Володька сбрил усы!» Я искренне был благодарен случаю, после которого за мной прочно закрепилась новая кличка: «Чиж». Со временем на неё переключились все одноклассники, а про «Сеню» забыли. Как я понимаю, в этом мире моё имя было вполне обыденным, и мне не стоило бояться подколов со стороны остальных парней, но каждый раз, когда меня называли Сеней, внутри что-то передёргивало.

– Всё, пошли! – Родион толкнул дверь и решительно вышел из машины, а я вышел следом за ним.

– Серафимов! Ты ещё и за ремонт машины заплатишь! – орал Кислов. Нос у него раздался вдвое после моего удара, а ватные тампоны до сих пор останавливали кровотечение. – Но сначала я урою вот этого ублюдка!

– Эй, ты кого ублюдком назвал? – я шагнул вперёд, но Родион меня остановил.

– Платоша, а ты ничего не перепутал? Вы втроём напали на меня посреди площади, а мой телохранитель остановил беспредел. Это уже твои проблемы, что ты не захотел успокаиваться по-хорошему.

– Кто телохранитель? Этот? – Кислов посмотрел на меня оценивающим взглядом, а потом прыснул от смеха. – Родя, что ты мне заливаешь? Думаешь, я поверю, что этот дрыщ твой телохранитель? Или у твоего отца совсем денег не осталось на нормальную охрану?

– Финансовые проблемы дома Серафимовых тебя не касаются! – тут же отрезал Родион. Как только дело дошло до благосостояния его семьи, настрой парня заметно упал. Видимо, для него это болезненная тема.

Очень вовремя рядом остановилась машина дорожной инспекции, и из неё вышли два офицера. Теперь Кислов точно не станет затевать разборки. По крайней мере, не на глазах у хранителей порядка.

– Господа, кто виновник дорожного происшествия? – строго произнёс один из офицеров, переводя взгляд с Родиона на Платона.

– Они нас подрезали! – тут же возмутился Серафимов.

– А они скорость превысили! – парировал Кислов.

– Понятно. Значит, штраф заплатите оба. Попрошу водителей пройти в нашу машину для составления протокола. Сейчас проверим записи с летяг и выпишем штраф каждому по заслугам.

Пока Алексеич разбирался с местными «гайцами», Родион запихнул меня обратно в машину, чтобы убрать подальше с глаз и сам сел рядом.

– Сейчас они нас точно не тронут, так что время мы точно выиграли. А вот что будет дальше, зависит уже не столько от меня, сколько от отца. Но не волнуйся, он умеет решать проблемы.

Минут через десять мы продолжили путь. Машины Кисловых действительно больше не крутились рядом и остаток пути мы проделали без происшествий. Машина свернула с оживлённой улицы в частный сектор, где начинались дома богатых людей. Родион следил за тем, как я смотрю вокруг и довольно ухмылялся. На какое-то мгновение мне даже показалось, что инцидент с дракой у него уже выветрился из памяти, хотя раны на лице служили ярким и болезненным напоминанием.

– Это Барвиха, брат! Самый райский уголок в столице. Здесь живут только те аристократы, которые имеют вес в обществе.

– А другие попросту не могут себе позволить купить такие особняки?

– Можно сказать и так!

Кованые ворота на одной из улиц распахнулись, позволяя нам заехать внутрь. И тут настроение у Роди заметно упало, потому как на пороге роскошного особняка стоял его отец. Из машины парень вылезал с видом нашкодившего котёнка.

– Родион, я могу рассчитывать на твоё благоразумие, или ты меня в могилу решил загнать своими выходками? Что ты устроил на этот раз?

– Просто хотел прогуляться с подругой, а тут появился Кислов со своими дружками.

– Снова одни девки на уме! – выпалил мужчина и перевёл на меня взгляд. – А это кто с тобой, и почему он в жилетке с гербом нашего дома?

– А это человек, которому я обязан жизнью. Это он вырвал меня из рук Кислова, Никитского и Кучерова.

– Это человек, которому я обязан кучей проблем! Пётр Кислов уже звонил мне и в красках обрисовал ситуацию.

– Вот же нытик этот Платошка! Хотя, скорее всего, охрана уже настучала.

– Что ты там бормочешь? Ты понимаешь, что у меня через два дня заседание Совета? В каком свете ты выставляешь меня перед остальными благородными домами? Наследник Серафимовых устроил драку на Университетской площади при десятках свидетелей!

– И никто не вступился кроме Арсения! Па, они совсем с катушек слетели. Если бы не Сеня, меня бы точно угробили.

– Потому что вокруг чернь, которая не лезет в проблемы дворян! Нужно тщательнее выбирать места, где устраивать акт уничтожения моей репутации.

Владимир отчитывал сына при свидетелях, не скрывая эмоций. В какой-то момент самолюбие Родиона не выдержало:

– Конечно! Дави на меня дальше, я же твой единственный наследник! Павел ни за что бы не позволил себе такое!

– Прекрати приплетать везде старшего брата, когда у тебя нет других аргументов! Учись отвечать за свои поступки. Павел ушёл из семьи, его больше для меня не существует! – отчеканил мужчина и успокоился. – Зайди ко мне в кабинет на пару слов, а твой друг может быть свободен. И да, пусть оставит жилетку в машине. Я не допущу, чтобы кто попало расхаживал по Москве в жилетке с гербом нашего дома!

– Отец, я думаю, что Арсений должен остаться. Хоть он из простолюдинов, но у него есть талант. Я чувствовал, как он использовал его во время драки.

– Вот как? – мужчина уже поднимался по ступенькам к дому, но после слов Родиона остановился и повернулся ко мне лицом. – И что у тебя за талант, парень?

– Пока точно не знаю, это возникает непроизвольно…

– Скорость! – выпалил Родион. – Он уложил Никитского, хотя тот едва успел протянуть к нему руку, а Кислов даже не успел призвать огонь, когда Сеня отправил его в нокаут.

– Скорость? Выходит, парень – уник? Что же, пригласи его войти. Приведите себя в порядок и спускайтесь в столовую. Поговорим с вами после ужина.

Владимир Михайлович исчез в дверном проёме, и только после этого Родя толкнул меня локтем в бок.

– Видал? Проканало! Я же говорил, что не бросаю тех, кто помог мне. Идём, найду тебе что-нибудь приличное из своего гардероба. Матушка уже наверняка приготовила ужин, а я ужасно хочу есть. Но сначала загляну к целителю и попрошу привести в порядок лицо. Если мать увидит меня в таком виде, она в обморок упадёт, а ей сейчас нельзя волноваться.

Мигом проскочили к лестнице и поднялись на второй этаж дома, где находилась комната Родиона. Парень прихватил чистую одежду и отправился в ванную, а я быстренько переоделся и не знал куда себя деть.

– Ого, а ты кто? – в комнату вошла светловолосая девушка, отдалённо похожая на Родиона – такие же голубые глаза, схожие черты лица и такая же довольная ухмылка.

– Друг Родиона.

– У Роди есть друзья? Сочувствую тебе!

Я не сдержался и позволил себе улыбнуться. На самом деле, после событий сегодняшнего вечера я был на грани истерики: сначала проблемы с защитой летней практики, потом этот дурацкий эксперимент, который не имел никаких шансов на успех… Но портал реально сработал, пусть и не так, как предполагалось. Теперь эта драка, погоня и приём у людей, которых я раньше даже в глаза не видел. Если у судьбы есть фантазия, она оторвалась на мне от души.

– Что у тебя с лицом? – девушка коснулась моей переносицы, и та отозвалась острой болью.

– А что с ним?

– Я бы сказала, что тебе едва не сломали нос. Дай-ка я посмотрю поближе.

Девушка подвела меня к краю кровати и легонько толкнула, а сама бросилась к прикроватной тумбочке и принялась там рыться.

– Нашла!

– Что ты делаешь?

– Привожу тебя в порядок! – произнесла девушка и устроилась у меня на коленях, обхватив бёдрами. Она прижалась так близко, что её грудь упиралась в меня, доставляя массу приятных ощущений. Причём, всё это девчонка проделала с таким видом, будто ничего неуместного не происходит, а она пристально рассматривает рану.

– Лиза, прекрати! – послышался возмущённый голос Родиона. – На минуту оставил Арсения одного, а ты уже вьёшься вокруг него, словно кобра.

– Арсений? – девушка взглянула на меня с нескрываемым интересом и картинно закусила губу. – А я Лиза, как ты уже догадался. Надеюсь, что догадался. Ты ведь не такой тормоз, как мой кузен?

– Не кузен, а двоюродный брат! – не успокаивался Родион. – Нахваталась этих иностранных словечек… И вообще, слезь немедленно с него! Это тебе не стул!

– Отстань, родственничек! Не видишь, я практикуюсь в развитии своего таланта, как и желал твой отец.

– Прости, а какой у тебя талант? – тут же решил поинтересоваться у девушки на всякий случай.

– О, ты не в курсе? Родион совсем не рассказывал тебе обо мне? Вот с такими замкнутыми родственниками мне и приходится жить! Ни слова с них не вытянешь!

– А о чём я должен рассказывать? – послышался сзади недовольный голос Родиона. – О том, что ты вешаешься на шею всем парням, которых встретишь? И ладно бы только это… Позор нашего рода!

– Во-первых, не всем встречным, а только симпатичным. Кстати, твой друг очень даже ничего, мне нравится. Такой мужественный, с горбинкой на носу и шрамом на брови.

Девушка говорила это так восторженно и прижималась ко мне с такой силой, что я едва удерживал себя в руках. Лишь присутствие Родиона и неуместность ситуации помогали мне не слететь с катушек.

– И всё-таки? Мне интересно!

– Видел? – чтобы не упасть, одной рукой Лиза обхватила меня за шею и повернулась к Родиону. – Даже человеку, который впервые видит меня, я интереснее, чем всей вашей семье.

Девушка снова повернулась ко мне, капнула на ватный тампон немного жидкости из флакона, обработала рану, а потом провела рукой перед лицом. Тут же в ране защипало и запекло, будто её прогревали чем-то горячим. Я невольно шикнул от боли, но Лиза меня успокоила.

– Потерпи, еще минутку, и будешь как новенький.

– Ты говорила о шраме…

– Не волнуйся, до завтра даже следа не останется, всё-таки я неплохой целитель. Хотя, со шрамом ты был бы еще мужественнее.

Девушка, наконец, соскочила с моих коленей и поправила юбку, которая задралась кверху.

– А ты красавчик.

– Кто, я? Ты серьёзно? Сломанный нос, рассечение…

– А ты не думал, что это ещё больше заводит? Девушки любят парней с яйцами, которые могут постоять за себя и за близких, понимаешь? Это у нас прочно сидит в голове, так что…

– Лиза! – выпалил Родион, не дав двоюродной сестре договорить, но я и так понял что хотела сказать эта девчонка.

Я ответил, тщательно подбирая слова. Нет, не потому что терялся в разговоре с девушками, с этим у меня проблем не было. Просто не хотелось бы в первый же вечер вылететь с дома, где меня могут прикрыть от Кисловых.

– Знаешь, у каждого свои приоритеты, поэтому твои взгляды разделяют не все девушки…

– Да ладно, они просто в парнях не разбираются.

Дальнейший спор прервал стук в дверь. Через секунду она отворилась, и в комнату протиснулась голова лакея, который открывал нам дверь.

– Господин Серафимов, госпожа Серафимова и вы, господин…

– Чижов.

– Чижов! Вас просят спуститься вниз. Владимир Михайлович хочет поговорить с вами перед семейным ужином.

Глава 2. Обещания

Интересно, с чем связано желание Серафимова-старшего поговорить до ужина? Если я правильно помню, разговор намечался на более поздний срок. Выходит, случилось что-то, заставившее Владимира Михайловича действовать быстрее.

– Присядьте! – приказал Владимир, кивнув в сторону кресел напротив своего стола. Родион занял центральное кресло, а мы с Лизой сели по бокам. Судя по всему, такой вариант устроил главу семейства.

– Елизавета, начнём с тебя! Твоё вызывающее поведение ставит под угрозу репутацию нашего дома. В условиях, когда твой отец отсутствует, я вынужден взять воспитательный процесс на себя…

– Дядь Володь, не надо меня учить, ладно! Я сама как-нибудь…

– Вот именно, что как-нибудь! Я глава дома Серафимовых, и мне решать! Твой отец и без того доставил нам массу проблем…

– А я причём? Почему я постоянно должна отдуваться за ошибки отца?

Девушка подскочила с места и хотела выйти, но окрик Владимира Михайловича её остановил:

– Сядь на место!

Лиза взяла себя в руки и с шумом плюхнулась обратно в кресло.

– Вот это я называю благоразумием. Если хочешь оставаться в моём доме, ты должна следовать чётким правилам. Ты – наша родная кровь, и я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь тебе занять достойное место в жизни, но запятнать честь дома Серафимовых не позволю. Это касается и тебя, Родион!

– А что я? – ухмыльнулся парень.

– Ты снова создал мне массу проблем. Такое впечатление, что ты нарочно стараешься обесценить все мои достижения. Единственное положительное, что ты сделал за последний месяц – привёл в наш дом таланта, возможно даже уника. Но учти, конфликт с Кисловым так просто не закончится. Думаю, вам всем троим нужно уехать из Москвы на какое-то время.

– А как же поступление? – оживился Родион. – Я ведь собирался поступать в Московскую академию!

– С вашим поступлением я уже решил вопрос. Вы все трое продолжите обучение, но в другом месте.

– Дядь Володь, надеюсь, вы не собираетесь отправить меня в монастырь? – Лиза состроила испуганную мордашку и прикрыла лицо руками.

Вообще не кается! На её месте я бы хоть для приличия сделал вид, что проникся словами главы дома, но эта бунтарка собиралась выводить дядю до конца.

– Мне жаль тех людей, которым придётся работать над твоим воспитанием. Поэтому, я отправлю тебя туда, где заставят соблюдать дисциплину.

Владимир повернулся к нам с Родионом и продолжил:

– Это же касается и вас, парни! Арктика стремительно развивается и открывает перед нами заманчивые перспективы. Природные ресурсы, торговые пути, научные исследования и открытия… Будущее государства во многом зависит от северных территорий, а будущее и благосостояние нашего дома – не меньше. Мой старый знакомый открывает академию в Мурманске…

– Мурманск? Что там делать, моржей кормить?

– Не перебивай, когда говорит отец! – сурово произнёс Владимир Михайлович. – Ты меня совсем не слушаешь? В этом году в Мурманске открывают Арктическую академию. Вы трое отправляетесь туда. Учтите, это не прогулка, а серьёзная работа. Вам предстоит мотаться по северным границам и всему Заполярью. Я хочу, чтобы Серафимовы оставили свой след в освоении Арктики и заняли важные места, пока они ещё вакантны!

– Дядь Вов, опять вы носитесь со своим величием? Вон, Роде сегодня начислили лицо как раз из-за того, что Серафимовы выпячиваются.

– Ему надавали лещей, потому что он лезет не в своё дело и не может пропустить ни одной юбки! – отрезал Владимир Михайлович. – Хорошо, что вообще на тот свет не отправили. Но ничего, академия и суровый северный климат научат вас дисциплине. Я уверен, что Гронский проследит, чтобы вы усвоили программу.

– Мы свободны? – холодным тоном поинтересовался Родион.

– Вы сможете идти, когда я скажу, – отчеканил Владимир Михайлович и повернулся ко мне. – Теперь ты, парень. Я подготовил бумаги, чтобы принять тебя в дом Серафимовых. От нас ты получишь защиту и поддержку, но взамен потребую выполнять мои условия. Мне понравилась идея Родиона с телохранителем. Ты отправишься в академию и будешь впитывать все знания и навыки, заодно присмотришь за моим сыном. Я очень надеюсь, что ты окупишь затраты на обучение и станешь ценным членом дома Серафимовых. Подпишем контракт на год, а дальше будет видно как ты проявишь себя.

Я не был докой в юриспруденции, но этот контракт был составлен простым языком и без подводных камней. В течение года я представляю интересы Серафимовых, являюсь членом их дома, а взамен они платят за моё обучение в академии и берут на себя покупку всего необходимого. Через год контракт автоматически продлевается, если ни одна из сторон не решит расторгнуть его. Если я захочу разорвать контракт, мне придётся выплатить четыреста тысяч, которых у меня не было.

Выходит, Владимир пытается прочно привязать меня к дому Серафимовых, а выбора у меня особо нет. Пробежав глазами текст ещё раз, я взял ручку и поставил свою подпись на документе.

– Теперь можете идти! – позволил глава семейства.

Стоило нам подняться, Владимир Михайлович вспомнил ещё кое-что.

– Родион, найди Ингу Витальевну, пусть приведёт тебя в порядок. Чтобы к ужину спустился вовремя и выглядел как подобает дворянину! И ещё, ни слова матери! Ни о том, что произошло на Университетской площади, ни о проблемах с Кисловыми. В её положении нельзя волноваться. Я придумаю достойную легенду, по которой вы отправляетесь в Арктическую академию, и сам ей всё расскажу во время ужина. От вас я попрошу не делать глупостей, вы и так их натворили за сегодня дальше некуда.

Интересно, что же за состояние такое у матери Родиона, что её всеми силами стараются оберегать от плохих новостей? Может, она серьёзно больна? Тогда почему эта Инга Витальевна, которая будет лечить Родиона, не может её помочь? Всё-таки я ещё слишком мало знаю об этом мире, чтобы понимать все тонкости.

– Сень! – стоило нам выйти из кабинета, Родион отвёл меня в сторону. – Учти, мне не нужна нянька.

– А как на счёт друга, который будет рядом и подставит плечо в трудную минуту?

– Такой вариант меня устраивает! – с важным видом ответил младший Серафимов и гордо удалился по своим делам. Оставшийся путь до комнаты Родиона мне пришлось пройти в компании Лизы.

– А ты не говорил, что владеешь уникальным талантом, – завела со мной разговор девушка, когда мы поднимались наверх. Родион умчался к целителю, поэтому мы могли переговорить с глазу на глаз.

– Не было такой возможности.

– Продемонстрируешь?

– Давай как-нибудь в другой раз.

– Смотри, ты обещал! – игриво улыбнулась девушка.

– Слушай, а кто такие уники?

– Шутишь? Я думала, это все знают, – искренне удивилась Лиза. – Уник – это лакомый кусок для любого дворянского дома. Во-первых – это талант, которого больше нет ни у кого, а во-вторых – лишняя возможность покрасоваться перед конкурентами. Можешь представить, насколько это повышает силу и престиж дома. Иногда это помогает дому возвыситься до небывалых высот, а уники могут вытащить на своих плечах даже безнадёжные битвы. Конечно, бывают бесполезные уники, но в основном эти люди в одиночку могут остановить нескольких талантов. Разумеется, при хорошем уровне развития. Я хорошо знаю дядю Володю, и уверена, что он обхаживает тебя не просто так, иначе давно бы выставил за порог, или отдал Кисловым, чтобы загладить конфликт. Считай, тебе повезло быть уником, иначе твоя судьба сложилась бы совсем иначе.

– Спасибо за исчерпывающий ответ. Буду знать, с кем имею дело.

– Привыкай, у дворян всегда так. Даже собственные дети – лишь способ для достижения цели.

– Знаешь, мне что-то не особо хочется быть дворянином.

Я решил сменить тему, поэтому тут же задал вопрос, который меня волновал:

– Слушай, Лиз, а в академию тяжело поступить? Я почти ничего не знаю о своём таланте…

– Не волнуйся, ты же уник! Считай, что ты поступаешь по льготной программе.

– Это как?

– Тебя с руками оторвут, если докажешь, что владеешь уникальным талантом. За учёбу заплатит дядя Володя, а для академии ты – прекрасная возможность похвастать перед остальными, ведь если уник прославится, академия получит часть его славы.

– Что это значит?

– Будут рассказывать всем вокруг, что это они воспитали такой талант! – рассмеялась Лиза. – Ладно, мне нужно переодеться перед ужином, чтобы не расстраивать тётю Галю своим опозданием. Если ты не хочешь мне с этим помочь, тогда увидимся за ужином.

Девушка круто развернулась и направилась в свою комнату, но перед тем, как открыть дверь, бросила на меня приглашающий взгляд и подмигнула. Терпеть не могу, когда мной пытаются манипулировать! Если эта девчонка думает, что так легко может мной играть, то ошибается. Я не Родион, который в похожей ситуации уже бежал бы к комнате девушки, пуская слюни. Именно поэтому я толкнул дверь в комнату Серафимова и спокойно дождался его возвращения.

Родион вернулся через полчаса. Отёк на лице заметно спал, рассечений на брови и на губе вообще не было видно. Думаю, и с остальными повреждениями целитель справился не хуже.

– Сень, мне нужно с тобой поговорить на счёт Лизы, – серьёзным тоном начал Родион.

– А что с ней не так?

– Дай мне слово, что у вас с ней не будет никаких отношений. Я вижу как она на тебя смотрит, и мне это не нравится. Можешь представить как это не понравится отцу, если ваши отношения зайдут слишком далеко.

– Слушай, я же не могу совсем не общаться с ней.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

– Хорошо, обещаю, что наше общение не зайдёт слишком далеко, я не хочу портить отношения в доме.

– Спасибо, мне этого достаточно, – ответил Родион.

На ужин было позволено одеться в более удобную одежду, поэтому я сменил официальный наряд на однотонные спортивные штаны и футболку с длинным рукавом. Несмотря на жаркий сезон, сегодня было прохладно.

– Ты из-за чего грузишься? – поинтересовался Родион, когда я ненадолго завис, погрузившись в мысли.

– Слушай, а как так вышло, что кто-то стал дворянином, имеет титулы, а другие так и остаются простолюдинами?

– А ты сам как думаешь? – ухмыльнулся Родион.

– По воле божьей? Ну, или за какие-то заслуги перед отечеством?

– Ну, ты и чума, Арсений! – заржал Серафимов. – Это ж надо такое придумать! Нет, дворянский титул можно получить за заслуги, но главным образом титулы достались тем, кто владел талантом, а они уже передаются от отцов детям. Так устроена наша жизнь, что если ты на голову выше кого-то, непременно выбьешься в люди…

– Ага, или заклюют, за то, что не такой, как все.

– Заклюют? – удивился Родя. – Пусть ещё попробуют! Таланты могут и двух, и трёх простолюдинов разорвать, а могущественные, так и десятки могут уничтожить. Конечно, если мы говорим не о целителях каких-нибудь. Понимаешь? Талант даёт нам путёвку в высшее общество. Мы эдакие альфа-самцы в стае…

На Родиона было смешно смотреть. Красуется, гордо держит голову и рассуждает о том, что он лучше кого-то лишь потому, что ему повезло родиться с талантом. Нет, я даже понимаю, что сейчас он говорит словами отца, потому как самостоятельно до таких умозаключений он вряд ли дошёл бы. Но я смог выделить суть в его словах.

– Погоди, а как же с простолюдинами, у которых в семье родился талант?

– Большая редкость! Один случай на тысячу, если не меньше. Да, такие люди могут пробиться в жизни, если будут полезны, но совсем не обязательно получать дворянский титул. И потом, даже дворяне иногда обновляют кровь, заключая династические браки с представителями разных семей. На самом-то деле даже в Москве всего-то с пару тысяч семей дворян, а в провинции и того меньше.

Родион ненадолго замолчал, но лишь для того, чтобы выдать мысль, которая меня попросту огорошила:

– Кстати, ты можешь рассчитывать на то, чтобы в будущем стать членом дворянской семьи, если проявишь себя. На девушек из рода Серафимовых можешь не рассчитывать, но семья кого-нибудь из вассалов вполне может предложить тебе свою дочь.

– Благодарю великодушно, но я привык руководствоваться чувствами. Знаешь, как говорится, все браки заключаются на небесах…

– Во, загнул! Нет, ну ты серьёзно чумной какой-то! Все серьёзные династические браки заключаются в кабинете главы семьи. А все остальное – мелочи, на которые даже внимание не стоит обращать.

Хотел было высказать Родиону что думаю о его взглядах, но от ссоры нас спасла Лиза, которая без стука ворвалась в комнату.

– Вы тут не переодевались, случайно? А жаль, я бы посмотрела на Арса без одежды! – мечтательно протянула девушка.

– Поверь, ничего необычного ты не увидишь. Всё как у всех, – поспешил я успокоить девушку, но та хмыкнула и одарила меня восхищенным взглядом.

– Вот за это ты мне и нравишься, Арс! Ты забавный и с тобой интересно. Куда интереснее, чем с заносчивым и нудным Родей, который только и грезит о величии нашей семьи. Мне даже жаль ту девушку, которая решится выйти за него замуж.

– Ты вся в своего отца, Елизавета! – важно произнёс Родион, поднимаясь с кресла. Вот оно, это выражение лица! Полная копия Владимира Серафимова, даже мимика и жесты его же! – Герман также небрежно относился к будущему семьи, и к чему его это привело?

– Никогда не сравнивай меня с отцом, понял? – тут же вспылила девушка. – Я не такая, как он!

На мгновение мне показалось, что Лиза сейчас в порошок сотрёт своего двоюродного братца, но в последний момент она круто развернулась и вышла из комнаты, хлопнув дверью так, что та чуть с петель не слетела.

– А что не так с её отцом?

– Если коротко – позор нашей семьи. Тёмное пятно на репутации и головная боль моего отца. Ну, а если подробнее, это не твоё дело.

Смерил Родиона презрительным взглядом и вышел из комнаты. Что ни говори, а мне невыносимо тяжело будет охранять его и не придушить самому.

За столом Родион сидел мрачный. Видимо, перспектива учёбы в Арктической академии ему совершенно не нравились, а вот Лиза наоборот болтала без умолку и шутила, поднимая настроение всем членам семьи. Мне вообще показалось, что она даже рада поскорее вырваться из особняка Серафимовых и оказаться как можно дальше отсюда.

Оказалось, что у Родиона была младшая сестра – пятнадцатилетняя София. Девушка слегка покраснела, когда меня представили ей, но уже через минуту потеряла ко мне всякий интерес, уставившись в экран смартфона.

– София, я же просил убирать телефон во время семейного ужина!

– Пап, речь была на счёт завтрака, и я общаюсь с Денисом.

– Марковым? Я же просил тебя не общаться с ним, мне не нравится этот скользкий тип.

– Па, Денис не такой! Мы хорошо с ним общаемся, и вообще он милый.

– В любом случае, я хочу, чтобы во время приёма пищи ты общалась с семьёй, а не сидела с телефоном в руках.

– Хорошо! Сейчас только напишу, что я немного занята.

Я едва сдержал улыбку. Может, между нашими мирами и существует масса отличий, но есть вещи, которые в обоих мирах неизменны. Например, настороженное отношение отцов к друзьям своих дочерей и постоянное залипание подростков в смартфонах.

– Всем добрый вечер и приятного аппетита!

В комнате появилась Галина, мать Родиона и Софии, и я с первого взгляда на неё понял, почему все так заботятся об эмоциональном спокойствии этой женщины. Дело в том, что Галина Серафимова была в положении. Судя по размеру живота, месяц шестой, хоть я точно и не разбираюсь в этом. В её-то возрасте действительно стоит быть осторожнее и стараться обходиться без потрясений, ведь на вид Галине было далеко за сорок.

– Лиза, прекрасно выглядишь сегодня! – похвалила племянницу Галина.

– Спасибо, – отозвалась девушка и закатила глаза. Судя по всему, такая опека доставляла ей неудобства.

– Сегодня у нас на ужин телятина в лимонном соусе с картофельным пюре и овощной салат, а на десерт – малиновый пирог.

Какой запах! Натуральная, экологически чистая пища, мастерски приготовленная хозяйкой дома. Каждый кусочек мяса просто таял во рту, доставляя невероятное удовольствие. От пережитых волнений я не на шутку проголодался и расправился со своей порцией в два счёта. Стоит отдать должное хозяйке – готовит она действительно превосходно. За едой мы непринуждённо болтали, но я понимал, что нужно быть начеку. Особенно после того, как Владимир сообщил, что мы трое уедем в Мурманск поступать в Арктическую академию.

– Арсений, Володя мне рассказал вашу историю, – произнесла Галина, когда тема академии отошла на второй план. – Мне так жаль, что вы остались совсем один, без семьи и родителей, но я рада, что вы с Родиончиком будете поступать вместе.

– Ма, я же просил, чтобы ты не называла меня Родиончиком! Тем более, при посторонних.

– Прости, сынок! – женщина виновато улыбнулась, но тут же спохватилась, будто вспомнила что-то важное. – У меня же пирог стынет!

– Я принесу! – тут же вызвался Владимир.

– Нет, предоставь это мне, – потребовала женщина. – Хватит делать из меня неженку, я хочу лично представить семье и гостям своё угощение.

– Я давно говорил, что нам пора нанять кухарку, чтобы облегчить твою работу, – проворчал Серафимов-старший.

– Тебе не нравится как я готовлю?

– Что ты, нравится, но это тяжело!

– Вот когда мне станет тяжело, я приму твоё предложение, а пока дай мне возможность жить полноценной жизнью! – произнесла женщина, взяла прихватки и направилась на кухню. Буквально через минуту она появилась с подносом в руках.

Галина проходила мимо стула Родиона, сильно взяла левее, чтобы разминуться и зацепила вазу-кашпо, стоявшую на тумбе у стены. Раздался оглушительный грохот, а осколки вазы разлетелись по комнате и ранили ногу женщины. Я тут же подскочил с места, но Родион уже забрал поднос из рук матери и возился рядом с её ногой.

– Лиза, сходи за Ингой Витальевной! – распорядился Владимир и сел рядом с женой.

Я чувствовал себя неловко в этой ситуации, потому как не знал чем помочь. Хотя… А если я смогу повторить тот трюк с ходом времени, как проделал это на площади?

***

От сильного эмоционального потрясения скачок назад случился сам по себе. Вот Галина проходит с подносом мимо Родиона… Я подскочил с места и оказался рядом аккурат в тот момент, когда ваза пошатнулась и начала падение. Есть! Поймал вазу и вернул её на положенное место, вот только на этот раз поднос рухнул на пол – от неожиданности Галина выпустила его из рук. Фиаско! Мне нужно быть готовым к тому, что события могут пойти совершенно иначе, если я вернусь назад и попробую переиграть произошедшее.

***

Вернуться обратно на пятнадцать секунд мне было непросто, но я справился. Второй раз подряд! Так, не время радоваться, у меня мало времени. В этот раз заранее встал из-за стола, вовремя поймал вазу, а потом перехватил падающий поднос и поставил его на стол. Чистая работа! Мне казалось, или время действительно замедлилось, когда я реализовал свой план? Если это так, я вообще крут!

– Благодарю, Арсений! Что-то голова закружилась, – пожаловалась Галина и присела на стул, заботливо подставленный Родионом.

– С завтрашнего дня я найду повара, а ты можешь творить свои кулинарные шедевры, когда будешь хорошо себя чувствовать, – произнёс Владимир тоном, не терпящим возражений.

Момент с вазой забыли, но до конца вечера я ловил на себе заинтересованные взгляды Владимира и Лизы. Похоже, они поняли, что я использовал талант, чтобы избежать неприятностей.

– Лизочка, возьми добавки, милая! – Галина подложила на тарелку девушки ещё один кусочек пирога, и та состроила благодарную мордашку.

– Спасибо, тётушка! Вы точно хотите меня раскормить, чтобы я в вагон не поместилась и осталась с вами.

– Брось, у тебя отличная фигура! – поспешила успокоить её Галина. – А вот за свои формы не ручаюсь. Всё-таки четвёртая беременность…

– Не волнуйтесь, вы после трёх родов отлично выглядите, так что вам совершенно нечего бояться, – Лиза тут же поспешила успокоить тётку и вернуть комплимент.

– От этих любезностей меня сейчас стошнит прямо в тарелку! – прошептал Родион, склонившись над моим ухом, чтобы его не слышали остальные.

– Зря ты так! Мне этого не хватало в жизни. Я был единственным ребёнком в семье и рос без отца, а мои семейные вечера проходили в ожидании, когда мать вернётся с работы или свидания с очередным ухажёром.

– Сочувствую! – тут же изменился в лице парень. – Но иногда мне бы тоже так хотелось. Свобода! И никто не учит тебя как жить.

После ужина мы с Родионом убрали со стола и перемыли посуду. У Серафимовых были деньги на прислугу, но Владимир ограничивался минимальным персоналом, считая, что элементарную работу по дому члены семьи должны выполнять самостоятельно. Как я понял, из прислуги у Серафимовых работали два водителя, две горничных, несколько охранников и целитель, который следил за ходом беременности Галины Юрьевны.

– Арсений, можно тебя на минуту? – Владимир Михайлович старался придать своему виду максимально дружелюбный вид, но тон его голоса не давал сомнений, что это не предложение, а приказ.

– Конечно! – я не стал усугублять положение и легко согласился.

Мы отошли в другую комнату, и Серафимов-старший запер за собой дверь. Видимо, этот разговор не предназначался для посторонних ушей.

– Скажи, ты ведь не просто скоростник? Я видел как ты ловко схватил вазу, но ты поднялся с места ещё до того, как Галина зацепила её. Я бы мог подумать, что у тебя были другие намерения, но ты не сводил глаз с этого глиняного горшка.

– Верно. Мой талант заключается не только в скорости. Сложно объяснить…

– Но ты уж попытайся. Я не стану на тебя давить, но и ты меня должен понять – я хочу знать, с кем имею дело, и кто живёт в моём доме, а я не люблю, когда от меня что-то скрывают. Надеюсь, ты не лазутчик из враждебного дома?

– Нет, можете быть в этом уверены.

– Буду, когда мои люди проверят тебя по своим каналам. Уже проверяют, учти это. Если бы за тобой были какие-то явные грехи, тебя бы здесь уже не было. Надеюсь, ты не в обиде, и понимаешь, что это лишь меры безопасности. Беспечные долго не живут.

Интересно, что же такого мог нарыть на меня Владимир? Или они действовали от противного – проверили, что я не замечен в тёмных делах, и к ответственности за преступления не привлекался?

– Это точно. Владимир Михайлович, а можно вопрос? Понимаю, что лезу не в своё дело, но что не так с отцом Лизы? Я имею в виду вашего брата Германа…

– Он негодяй и подонок, – ответил Серафимов-старший.

А, так это ведь всё объясняет! Я понял всё до мелочей из этого скупого объяснения… Ладно, если отставить сарказм, теперь я точно знаю, что Родя – его сын. Такое же красноречие, как у столба. Не знаю что подействовало на главу семейства, но Владимир поколебался и всё-таки решил раскрыть мне тайну:

– Лет десять назад мой брат порвал отношения с остальными Серафимовыми и вместе с женой и дочерью перебрался в Швецию. Там он спустил всё своё состояние в преферанс, но даже это не сделало его изгоем в нашем доме. Брат совершил то, что даже я от него никак не мог ожидать: чтобы рассчитаться с карточными долгами, он выдал свою дочь замуж за одного из людей, которым задолжал. Тот обещал списать ему все долги и рассчитаться с остальными.

Владимир ненадолго замолчал, чтобы совладать с эмоциями, и продолжил:

– Даже не хочу представлять что чувствовала в этот момент Лиза. Через месяц после свадьбы она тайно сбежала в Россию и попросила помощи у нас с Галиной. Естественно, мы не могли отказать племяннице и приютили её. Долги Германа тоже пришлось взять на себя, потому как брак Лизы с тем негодяем оказался расторгнут, а мой нерадивый братец находится в бегах.

– Простите, не хотел задевать эту тёмную страницу вашей истории, но я должен был знать правду.

Теперь я смотрел на Владимира совсем иначе. Если раньше я воспринимал его как властного главу дворянского дома, который грезит о величии, то теперь он предстал мне в образе семьянина, который беспокоится о своей семье. Да, местами он груб и эгоистичен, но назвать его подлецом язык не поворачивался.

– Не знаю какой была Лиза до женитьбы, но сейчас она слишком много внимания уделяет физической близости. Мы пробовали работать с целителями, но психику восстановить куда сложнее, чем заживить рану на теле. Как видишь, моя жена всеми силами пытается поддержать девчонку, а я закрываю глаза на её выходки. Кстати, я запрещаю тебе пользоваться её слабостью.

– Не волнуйтесь, Владимир Михайлович, это слишком низко, и я не стану этого делать.

– Естественно, о нашем разговоре девочке ни слова!

– Разумеется!

Серафимов-старший внимательно посмотрел на меня и покачал головой, подтверждая какие-то свои мысли.

– Знаешь, я думаю, твоё появление в нашем доме – неплохое событие. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Вернулся на кухню, но Родя уже закончил уборку – ему на помощь пришла София и вместе с братом быстренько домыла посуду и расставила её по местам.

– Что хотел отец? – тут же насторожился Родион.

– Сказал, что следит за мной и предупредил, чтобы я не делал глупостей. А ещё интересовался моим даром.

– Ну да, ты всех удивил за ужином. Промчался как метеор.

– Хочешь сказать, это было быстро?

– Нереально быстро, старик! Я так быстро при желании не смогу сделать. Слушай, может, тебя на скачки отправить? Ты как, чувствуешь, что сможешь обогнать лошадку? Если что, я на тебя поставлю пару тысяч.

– Смешно!

– Да ладно тебе! – Родион по-дружески хлопнул меня по плечу и нахмурился. – Знаешь, я вижу как отец на тебя смотрит. Хотел бы я, чтобы на меня он смотрел с таким же одобрением.

Парень не стал дожидаться меня и поднялся к себе в комнату, а горничная провела меня в комнату для гостей, где всё уже было застелено.

– Сюрприз! – как только горничная вышла из комнаты и заперла за собой дверь, из-за шторы выскочила Лиза. Девушка была в одной ночнушке, которая лишь немного прикрывала её грудь. – Теперь, когда ты съехал от Родиона, нам никто не помешает.

– Лиз, не лучшая идея. Во-первых, сюда может заглянуть Владимир Михайлович. Мне кажется, он мне не доверяет, а во-вторых… – я подошёл ближе к девушке, чтобы меня услышала только она. – Мне кажется, что в этой комнате стоят скрытые камеры. Серафимов-старший хочет проверить меня, понимаешь? Не думаю, что нам стоит участвовать в пикантном видео, которое увидит охрана особняка и глава семейства.

– Разумно, – улыбнулась девушка и покрутила головой, словно рассчитывала увидеть камеры, расставленные по углам. – Пройдёмся? Хочется подышать свежим воздухом перед сном.

– Только если ты не будешь домогаться меня в парке, иначе мы поднимем на уши весь дом.

Лиза прыснула от смеха и отрицательно покачала головой.

– Нет, обещаю быть паинькой и вести себя хорошо.

Я взял плед, который тут же накинул на плечи девушки, сославшись на то, что августовские ночи уже прохладные. Но у этого поступка были и другая причина – в ночной рубашке Лиза выглядела соблазнительно, а я хотел сдержать обещания, данные Владимиру и Родиону.

В парке мы столкнулись с охранником, который патрулировал периметр дома и очень удивился, когда мы появились на улице, но вопросов не задал. Пожелав хорошего вечера, он поспешил удалиться.

– Слушай, а почему Родя такой дёрганый? И что не так с его старшим братом Павлом?

– О, это болезненная тема! – печально ухмыльнулась Лиза. – Лучше не вспоминай Павла при его родителях, иначе дядь Володя начинает психовать и ломать мебель, а тётя Галя расплачется из-за того, что не может увидеться с сыном.

– Всё настолько серьёзно?

– Павел сбежал из дома, отказался от права наследования и поступил в академию Северного флота в Архангельске. Можешь представить как разозлился дядя Володя, когда узнал об этом, он ведь готовил Павла на роль наследника и планировал передать ему свои дела, а пришлось выбирать Родю, который совершенно не годится для этого.

– Кажется, я понимаю о чём ты говорила, когда сказала, что дворяне жертвуют интересами своих детей. Владимир Михайлович хотел пожертвовать мечтой своего старшего сына, чтобы передать ему своё наследство.

– Да, это тоже один из примеров, – печально вздохнула девушка, подумав явно о другом случае.

– Тогда я понимаю почему грузится Родион.

– Не, там всё ещё серьёзнее. Ты ведь заметил, что тётя Галя в положении? Вроде бы дядь Володя ходил к сильному предсказателю, и тот пообещал ему, что у них родится мальчик. Представляешь, какой это удар по уверенности Родиона? Он ведь понимает, что отец приложит все силы, чтобы именно новый ребёнок стал наследником. Если понадобится, продаст последнюю рубаху, но наймёт лучших преподавателей и воспитает достойную замену Павлу.

– Родя не похож на того, кто будет грузиться из-за наследства…

– Да причём здесь наследство? – удивилась Лиза. – Дело не в деньгах, и не во власти, которой обладает дядя Володя. Мой кузен на взводе из-за того, что отец не доверяет ему и не ценит. Понимаешь, каково это – жить в семье, которая не воспринимает тебя всерьёз? Родику только в этом году стукнуло восемнадцать, и он стал совершеннолетним, а тут такой удар по самолюбию. Честно говоря, мне его жаль, и я бы даже хотела его поддержать, но как только пытаешься его утешить, он становится невыносимым уродцем, и все мои искренние мотивы рушатся как замки из песка. Арс, только я тебя прошу – Родиону ни слова.

– Эту тайну я заберу с собой в могилу.

– Надеюсь, это произойдёт нескоро! – улыбнулась девушка и глубже закуталась в плед. – Слушай, идём в дом. Что-то сегодня и правда холодно.

– Привыкай, в Мурманске будет ещё холоднее.

– Успокоил! – отозвалась девушка и закатила глаза.

Провёл Лизу до её комнаты и вернулся к себе. По пути столкнулся с Владимиром, который сделал вид, будто хочет пожелать всем спокойно ночи. Ну, расскажи мне, что ты совершенно не пытаешься меня проверять, а заодно контролировать Лизу.

Лёжа в кровати, я прокручивал в голове события сегодняшнего вечера. Из-за обилия происшествий мне тяжело было успокоиться, но я был настолько вымотан, что продержался всего пять минут, а потом начал проваливаться в сон.

Из важного за сегодня – я попал в другой мир, у меня есть уникальный талант, и сегодня я смог использовать его два раза подряд. Завтра Владимир купит нам билеты на поезд до Мурманска, а на днях мне с Родионом придётся проехаться до ателье и снять мерки для костюма, достойного дома Серафимовых. Учитывая, что за всё платит глава семейства, у него явно есть планы на моё будущее. Да, и ещё из важного – я должен использовать оставшееся время с умом, чтобы максимально развить свой талант и гарантированно поступить в академию.

Глава 3. Сборы

С утра решил начать новую жизнь. Собственно, она и так началась у меня со вчерашнего дня, но должна же быть какая-то психологическая точка отсчёта в роли понедельника, или утра нового дня. После ванной переоделся и вышел на пробежку. Охрана не сразу поняла зачем я бегаю по парку, как ошалелый. Видимо, у них так не принято, но никто не стал меня останавливать.

На обратном пути заметил, что за мной наблюдают из дома. Кто-то быстро одёрнул штору, когда я перевёл взгляд на окно второго этажа. Был это Владимир Михайлович, Лиза или кто-то другой, я уже вряд ли узнаю, да и не важно. Пусть знают, что их внимание меня совершенно не смущает.

Едва успел принять душ после пробежки и спуститься к завтраку. На этот раз София заранее спрятала телефон, чтобы не заводить отца с самого утра. Родион сидел с заспанным лицом, а Лиза ещё вообще не спустилась. Зато отец семейства был на своём коронном месте во главе стола и сиял от удовольствия.

– Как я и обещал, с сегодняшнего дня у нас будет работать кухарка, Тамара Васильевна. Мои люди проверили её по своим каналам, и уже этим утром она смогла приступить к работе.

Галина Юрьевна, конечно же, не обрадовалась такому положению вещей, но делала вид, что поддерживает решение мужа. И потом, в её положении действительно сложно управляться с готовкой на такое количество персон.

Как только вся семья оказалась за столом, нам представили нового повара и подали к столу угощение. На завтрак нас ждали горячие бутерброды с сыром и ветчиной, овсяная каша с фруктами, крепкий чай и фирменная шарлотка Тамары Васильевны на немецкий манер – с заварным кремом и яблоками.

Овсянку я не особо любил, но в этот раз она мне очень понравилась. Сам не заметил как расправился со своей порцией и переключил внимание на другие блюда. Пока я уплетал бутерброды, запивая их чаем, девушки решили отдать должное сладкому десерту. Погружённый в собственные мысли, я не сразу заметил как Лиза выронила из рук ложку, закатила глаза и рухнула на пол. Собственно, именно этот звук и заставил меня оторваться от мыслей и обратить внимание на происходящее вокруг. Галина Юрьевна тоже медленно сползала под стол.

– Ингу Валерьевну сюда, живо! – закричал Владимир, подскакивая со стола.

Что-то мне подсказывало, что пока целитель появится в комнате, помогать будет уже некому. Время назад!

***

– Прошу минуточку внимания! – я поднялся из-за стола и обратил на себя взгляды всех присутствующих. Очень вовремя, потому как Лиза уже отломила кусочек шарлотки и приготовилась попробовать его.

Конечно, нарушение церемонии спокойного семейного завтрака не прошло бесследно – Владимир смотрел на меня взглядом, в котором явно читалось сожаление о том, что я вообще появился в их доме, и испортил беззаботное утро не только ему, но и всей семье.

– Я хочу поблагодарить вашу семью и особенно Владимира Михайловича за оказанное мне гостеприимство. А ещё я хочу поблагодарить нашего повара за прекрасный завтрак. Думаю, будет справедливо, если первый кусочек этой шарлотки достанется ей.

Я выразительно посмотрел на Владимира, стараясь дать ему понять, что я неспроста принял такое решение.

– И, правда, Тамара, будьте так любезны! – ответил Владимир и сделал едва заметный жест, чтобы нажать на кнопку под столешницей.

– Мне даже как-то неудобно, – начала женщина, но без колебаний отрезала кусочек шарлотки, и положила его в рот. Буквально через пять секунд она пошатнулась и рухнула на пол.

Кажется, в мой план закралась ошибка. Либо женщина не знала, что в пироге находится яд, либо она настолько безумна, что готова пойти даже на такие жертвы, чтобы не выдать себя. Время назад!

***

Я стоял перед всей семьёй, Тамара ещё не вышла из кухни, поэтому я понимал, что время откатилось секунд на тридцать назад.

– Арсений, вы хотели нам что- то сказать? – поддержала меня Галина Юрьевна, отложив в сторону столовые приборы.

– Да! Я хочу поблагодарить вашу семью и особенно Владимира Михайловича за оказанное мне гостеприимство. И ещё я хочу, чтобы этот пирог проверили. Мне кажется, в нём находится яд.

– Тебе кажется? – удивился Владимир, внимательно посмотрев на меня. Его рука уже нащупала под столешницей кнопку вызова охраны.

– Я уверен!

– Что же, мы можем это проверить. Любой целитель может определить есть ли яд в угощении. Елизавета?

– Без проблем! – отозвалась побледневшая девушка и провела рукой над десертом. Она сосредоточилась и ответила не сразу. – Да, здесь есть какая-то вредная добавка, которая может быть опасна для организма.

– А вот сейчас мы узнаем какая! – произнёс Владимир, когда в комнату вошли два охранника и целитель. – Инга Витальевна, я попрошу вас проверить нашу пищу. У нашего гостя есть подозрение, что пища может быть отравлена.

Женщина справилась куда быстрее, всего за пару секунд, и дала более развёрнутый ответ. И это при том, что ей пришлось сканировать все блюда на столе. Теперь я понимаю за что Владимир платит ей деньги – она действительно сильный талант.

– Вот эта шарлотка, – произнесла Инга Витальевна, указав на угощение. – В заварном креме содержится жидкость, которая вызывает мгновенный спазм и удушье. Из-за небольшой концентрации целитель способен нейтрализовать эффект, но если затянуть с вмешательством, человек может умереть. В любом случае, остановка дыхания ничем хорошим для здоровья не закончится. Тем более, для здоровья Галины Юрьевны и будущего ребёнка.

– Арсений, выйдем! – Владимир снова пригласил меня выйти в соседнюю комнату. Это превращалось в неприятную традицию. Тамара Васильевна уже была задержана и запиналась, пытаясь доказать свою невиновность охраннику. Второй охранник тенью проскользнул вслед за главой семейства и стал рядом.

– Может, объяснишь что здесь происходит? – потребовал Владимир, глядя на меня таким взглядом, будто я виноват в том, что здесь произошло.

– Я спас Лизу и Галину Юрьевну от смерти через удушье. Шарлотка оказалась отравлена, я это узнал и использовал талант, чтобы исправить ситуацию.

– А причем здесь моя жена и племянница? Они ведь даже не прикоснулись к десерту.

– Это была уже моя вторая попытка всё исправить. В первый раз они умерли.

Я пересказал Владимиру предыдущие варианты событий, и он хмурился с каждым моим словом.

– Хочешь сказать, Тамара невиновна?

– Не знаю, но мне так показалось. Стали бы вы есть пирог, зная, что в нём содержится смертельно опасный яд? Конечно, её могли заставить, но в любом случае, это не повод допускать её смерть.

– Ты прав, она – ценный свидетель, которого допросят мои люди и выяснят, каким образом яд попал в пирог.

– Вообще я имел в виду немного другое, но это тоже верно. Только будьте осторожнее, я использовал обе попытки, и больше не смогу помочь. Даже не знаю, когда моя способность снова восстановится – к вечеру, к завтрашнему дню или ещё позже.

Я не знал точно сколько у меня было сил на использование таланта, но внутреннее чувство подсказывало, что я использовал их без остатка.

– Не волнуйся, теперь я буду начеку. И спасибо за помощь. Если твои слова верны, то сегодня ты спас троих дорогих мне людей один из которых мой будущий сын. Я такие вещи не забываю. И да, теперь я лучше понимаю как работает твой талант. Ты действительно ценный уник, который нужен дому Серафимовых.

Когда мы вернулись обратно в столовую, Инга Витальевна успокаивала Галину Юрьевну, а Тамара Васильевна объясняла начальнику охраны где она взяла продукты. В комнату вошёл другой охранник, которого послали проверить кухню.

– Владимир Михайлович, смотрите! – парень протянул Серафимову записку, которая была прикреплена к пачке от заварного крема.

«Володя, если читаешь эту записку, думаю, ты получил моё предупреждение. Надеюсь, ты проявишь благоразумие».

– И что это может значить? – тут же выдал Родион.

– То, что враги не дремлют, и пробрались даже в наше родовое гнездо. Тамару Васильевну допросить, и если она невиновна, отпустить. Надеюсь, этот случай не повлияет на её решение работать в нашем доме. Всем остальным – успокоиться.

Сегодня Владимир задержался дома, и на работу отправился лишь часам к десяти. Нам же предстояло отправиться в ателье и разобраться с костюмами. Если у Лизы была вся необходимая одежда, то в процессе сборов оказалось, что мы с Родионом не готовы к поездке в академию. Роде понадобился новый выходной костюм, а мне в довесок к костюму ещё и плащ с меховой подбивкой. Пусть температура в Мурманске летом вполне комфортная, но уже осенью начнутся морозы.

Нам снова выпало ехать с Алексеичем. Как я понял, у Владимира был отдельный личный водитель, а Юрий Алексеевич возил остальных членов семьи, если им понадобится куда-нибудь поехать. В этот раз нам предстояло выбраться в ателье. Мы проехали минут десять, проторчали ещё минут пятнадцать в пробке, и почти добрались до цели. За время поездки я несколько раз видел квадрокоптеры, которые пролетали высоко над домами. Полагаю, что здесь они могут называться иначе, да и цель у них не совеем понятная.

– Родь, а что это у вас летает?

– А, ну да! В Вологде твоей такое редко встретишь. Это летяги! – отозвался парень, выглянув в окно. – Изначально использовались для обеспечения порядка, но в последнюю пару лет доставляют мелкие заказы по курьерской службе. Кисловы наводнили ими чуть ли не всю Москву.

– Это что же, Кисловы придумали?

– Нет, скорее, удачно вписались в перспективное направление. Изобрели и внедрили совсем другие люди, а Кисловы приобрели около сотни летяг по закупочной цене и выбили в Совете разрешение на использование в коммерческих целях. – Родион наклонился вперёд, чтобы оказаться поближе к водителю. – Алексеич, приехали! Высади нас на углу Беловежской и Вяземской!

– На углу не положено! – отозвался водитель.

– Ну, тогда тяни до парковки! – Родион указал на свободное парковочное место возле ателье, и водитель тут же включил поворотник.

– Господа, вы, если не возражаете, я отъеду ненадолго контакты проверить, а то аккумулятор заряд не держит, того и гляди посреди Москвы станем. Вы ведь всё равно ещё долго примерку делать будете.

– За полчаса справишься?

– Сорок минут! – попытался выторговать себе немного времени Алексеич.

– Идёт!

Мы вышли из машины и направились обратно к ателье.

– Придётся пройтись немного! – сокрушался Родя.

– Брось, тут метров пятнадцать всего! И вообще, когда ты в последний раз гулял на свежем воздухе?

– Буквально вчера, – парировал парень. – Правда, прогулка вышла не самой приятной.

Я хмыкнул, вспоминая события вчерашнего вечера, и потянул дверь, пропуская Родиона вперёд. Какая всё-таки любопытная штука – наша нервная система. Всё-таки человек – такое существо, что приспосабливается к чему угодно.

Я попал в другой мир, меня едва не обсмолили, как кабанчика, утром чуть не отравили, а я гуляю по почти незнакомому мне миру и радуюсь свежему воздуху. Хотя, Москва почти такая же, разве что внешний вид зданий другой, да и сами люди одеваются иначе. Именно поэтому я рад, что Родион отправился со мной и поможет выбрать нормальный костюм. Хотя, мне кажется, Лиза справилась бы с этой задачей лучше – её вкусу я больше доверяю.

– Господа, вы на примерку?

– А есть что-то уже готовое? – поинтересовался Родя. – Жуть, как неохота торчать столбом, пока будут снимать размеры. Да и времени у нас нет – костюм нужен на утро завтрашнего дня.

– В таком случае, предлагаю вам пройти в соседний зал, – пригласила нас девушка.

И вот тут я реально потерялся. Больше тысячи костюмов разных покроев, цветов, стилей… Тут можно выбирать до утра. К счастью, я сразу решил воспользоваться спасательным кругом, а точнее, помощью самой девушки-ассистента.

– А есть что-то из современного и представительного. Родя, что у нас по бюджету?

– Никогда не называй цену до того, как увидишь вещь! – деловито произнёс парень и вальяжной походкой направился рассматривать ряды с костюмами.

– Позвольте я вам помогу. Наше ателье одно из лучших в Москве и Московской губернии. Уверена, вы найдёте подходящий вариант по вкусу.

Родя решил выделиться и взял серый пиджак в шотландскую клетку и галстук стального цвета, а я со своим выбором справился ещё быстрее – остановился на классическом костюме с жилеткой и галстуком-бабочкой. С пальто тоже не стал особо возиться – остановился на чёрном цвете с белым меховым воротником.

Стоило нам расплатиться и забрать покупки, нас ждал сюрприз. В ателье заявился Платон Кислов с охраной. Пока он находился в соседнем зале и не заметил нас, но в воздухе запахло очередным противостоянием.

– Что будем делать? – я смотрел на Родиона, ожидая от него умных идей. Хотя, судя по ответу, я переоценил его умственные возможности:

– Как что? Воспользуемся твоим талантом, чтобы навалять охране Кисловых, а потом потолковать по душам с самим Платоном. Если это его семейство стоит за утренним угощением, я его прикончу прямо здесь.

– И отправишься на каторгу, потому как доказательств у тебя нет, а слова самого Платона – пустой звук. В суде он скажет, что ты выбил из него это признание силой. И потом, чтобы сразу отмести эту идею, я тебе скажу, что в этот раз с Платоном два профессиональных бойца, а не подростка с талантом, а у меня нет сил, чтобы использовать талант – я потратил все попытки сегодня утром.

– Паршивая история, но попробовать всё равно стоит, – Родион дёрнулся, чтобы наброситься на Кислова, но я схватил его за плечо и остановил.

– Не делай глупостей. Ты разве забыл, о чём тебя просил отец? И потом, где гарантия, что это дело рук Кисловых? Может, за этим стоят люди, которым задолжал Герман? Я так понимаю, его карточный долг теперь лежит на плечах твоего отца?

– Откуда ты знаешь о долге?

– Владимир Михайлович сам сказал мне об этом ещё вчера.

– Быстро же отец выболтал тебе секреты нашей семьи. У меня такое чувство, что он теперь ценит тебя больше, чем своего родного сына.

– Родя, не придумывай того, чего нет. Я прекрасно понимаю, что я лишь ценный талант в доме Серафимовых, да и мою ценность ещё предстоит доказать. Этот единичный случай пока не показатель.

– Согласен, извини, – успокоился парень. – Ты прав, нам не стоит создавать отцу ещё большие проблемы, уходим!

Легко сказать! Охрана Кисловых стоит у входа в ателье и наверняка заметит нас на выходе и передаст Платону. Думаю, у каждого члена дома Кисловых есть соответствующее распоряжение на этот счёт. Нужно искать другие пути для отступления.

Мимо пробегала молоденькая швея с лентой в руках. Я взял её под руку и отвёл в сторонку, став так, чтобы девушка закрывала моё лицо от посетителей.

– Девушка, скажите, а у вас есть туалет? У моего друга проблема, а сам он попросить стесняется.

– Конечно, я вас проведу! Для наших клиентов мы предоставляем такую возможность, – произнесла девушка и посмотрела на Родиона. – Идёмте.

Мы с Родей забрали свои вещи и направились вслед за девушкой.

– Простите, а у вас обоих проблемы? – улыбнулась девушка, заметив, что я иду следом.

– Нет, я заберу костюм друга на время, пока он не вернётся.

Родя всучил мне свой костюм и исчез за дверью с табличкой «Служебное помещение». Не знаю, сможет ли он найти выход, но мне определённо придётся искать другой вариант эвакуации из ателье, иначе на месте этого здания останутся одни головёшки. Если Кислов применит свой талант в помещении, эффект будет как у спички, брошенной в стог сена.

– Молодой человек, вы кого-то ждёте? – поинтересовалась женщина, которая вышла из двери, где до этого исчез Родион с молоденькой девушкой.

– Да, я…

– А, вы хотите забрать свой заказ? Минуточку! – женщина исчезла за дверью, а потом вынесла мне четыре огромных коробки с вещами.

– Всё уже оплачено вашим отцом. Нам очень приятно работать с домом Кисловых…

– А мне как приятно! – отозвался я из-за вороха коробок. Мало того, что мне приходилось держать в руках два костюма и плащ, теперь на мне оказались ещё и эти коробки, которые полностью закрывали обзор.

– Можете расписаться в журнале? Поставьте коробки, чтобы они вам не мешали. Вы один? Давайте я позову ваших слуг или охрану…

– Не стоит волноваться! – вручил коробки обратно женщине, нарисовал неприличный жест на месте подписи и вернул журнал в обмен на коробки.

Любое событие нужно уметь обращать себе в пользу. С этими коробками я свободно могу выйти из ателье, и никто не станет мне мешать. Надеюсь, Родя уже решил свои проблемы. Я бы на его месте за это время уже до китайской границы добежать успел, не то, что выбраться из здания.

Так, главное – уверенность и чуточку везения, чтобы меня не узнали раньше времени. С важным видом прошёл мимо Кислова с коробками в руках и краем уха услышал его восторженную фразу:

– Вот это кто-то затарился! Кирюх, ты смотри, чтобы он хоть в дверь попал, а то в окно так с коробками и выйдет! – послышался голос Платона, в котором читалась насмешка.

– Проходите! – побеспокоился охранник, открывая передо мной дверь.

Хотелось его поблагодарить, но тогда Кислов узнает мой голос, поэтому ограничился простым надрывным «Угу!». Возле ателье была припаркована машина Кисловых, в которой сидели водитель и второй охранник. Я бесцеремонно поставил коробки на капот и проорал так, что они оба подскочили:

– Почему я должен таскать коробки за вас? У меня своих вещей разве нет? Забирайте заказ!

Демонстративно развернулся, закинул на спину наши с Родей покупки и направился к повороту. Конечно, у меня была идея вышвырнуть заказ Кислова в ближайший мусорный бак, но камеры у входа в ателье меня засняли, поэтому это было не самой лучшей идеей.

Меня спасало, что Платон никак не ожидал нас увидеть в ателье, а потому был расслаблен, да и охранник с водителем не на шутку удивились, но дальше испытывать судьбу определённо не стоит. Быстрым шагом дошёл до поворота и свернул за угол, где едва нос к носу не столкнулся с Родионом.

– Арс, почему ты так долго? – набросился на меня Серафимов. – Я уже думал тебе на выручку идти!

– Вообще-то это я давал тебе время, чтобы выбраться из здания.

– Да там интересная история вышла. В общем, теперь у меня есть телефончик той скромняшки, которая провела меня в служебное помещение и вывела через запасной выход. Я ей такого наплёл! В общем, девчонка моя!

– А ты своего не упустишь, как я погляжу. Кстати, какие девчонки? Ты ведь в курсе, что мы завтра уезжаем? Твой отец уже взял билеты.

– А целый вечер мне на что? Главное присутствовать на ужине, а потом я могу отправляться куда угодно.

– Как твой персональный телохранитель не советую.

– Тоже мне указ! – насупился Родя. – Кстати, а ты как выбрался? Неужели через парадный ход вышел?

– Долгая история, а нам нужно побыстрее валить отсюда. Давай за мной!

Алексеича перехватили по дороге и без приключений добрались до особняка Серафимовых.

Остаток дня собирали чемоданы. Я достал из тумбочки свои небогатые пожитки: футболку с длинным рукавом, джинсы и кроссовки – слабое напоминание о прошлой жизни. В кармане джинсов нащупал смарт-часы, которые заблаговременно снял и убрал в карман. Увы, после прохождения через портал они пришли в негодность. Видимо, сгорела плата. И как я не догадался оставить их на столе вместе с телефоном? Хотя, какая теперь разница? Что телефон, что часы я уже не смогу использовать. Если первый девайс остался в моём родном мире, то часы переместились со мной, но превратились в кучу мусора.

Ногтем поддел заднюю крышку и осмотрел внутренний механизм. Пустая затея! Внутри всё расплавилось, перемешалось до состояния однородной массы и застыло. Вон, лишь кусочек платы торчит, а так всё залито расплавленной пластмассой. Хорошо, что эта жижа не вылилась наружу, иначе на ноге остался бы сильный ожог.

– Что это у тебя? – насторожился Родион, увидев у меня в руках часы.

– Умные часы.

– Крутая штука. Можно посмотреть?

– Крутая, но не работает, – протянул часы Родиону, но тот покрутил их в руках, хмыкнул и вернул обратно.

– И ты решил самостоятельно их починить? Ну, ты прям возомнил себя настоящим часовщиком! Нет, старик, зря стараешься – это дело стоит доверить артефакторам, они чувствуют неживые предметы и наполняют энергией механизмы, заставляя работать. Правда, мне кажется, что твоим часам точно пришёл конец. Купи себе новые, в чём проблема?

– Проблема в том, что у меня нет на это денег.

– С этим помочь не смогу, у самого туго с финансами, – развёл руками парень.

Мои пожитки легко уместились в дорожную сумку, а вот Родион забил чемодан на колёсах и такую же сумку, как у меня.

– Мальчики, к вам можно? – Лиза без стука зашла в комнату и бросила взгляд на наш багаж. – Родя, ты как всегда! У меня вещей и то меньше, чем у тебя!

– Потому что я еду из своего дома, а ты здесь в гостях! – тут же поставил девушку на место Родион. – Ты зачем зашла?

– Хотела предложить прогуляться перед ужином, но ты испортил всё настроение. Спасибо, Родя! Умеешь поддержать.

Девушка захлопнула дверь, и, судя по удаляющимся шагам, направилась к себе в комнату.

– Зря ты так с ней, – я посмотрел на Родю, который с виноватым видом смотрел на дверь.

– Может, и горячнул, не спорю… Да, ладно! Думаешь, я не знаю, зачем она приходила? Уже положила на тебя глаз и ищет способ как бы охмурить.

За ужином все были немногословны, лишь Галина Юрьевна болтала без умолку. После процедур у Инги Витальевны она быстро отошла от утреннего происшествия и воспринимала происходящее гораздо спокойнее. Думаю, женщина всё ещё находилась под действием таланта целительницы.

– Дети, я приготовила пирог вам в дорогу. Разделила на кусочки каждому, чтобы вы поели. Тамара сделала голубцы, и бутерброды с ветчиной, грибами и сыром. Ещё положили по баночке чёрной игры, специи…

– Галь, ты их на северный полюс провожаешь, или на учёбу в академию? – оборвал жену Владимир Михайлович.

– Представь себе, что почти на полюс! От Мурманска до северной точки земли всего четыре дня пути.

– До Москвы и то ближе! – отмахнулся Серафимов-старший.

Отказаться от внушительных пайков не удалось, да я и не особо старался. Когда ещё выдастся возможность перекусить чёрной икоркой? Сегодня обошёлся без прогулок и разговоров по душам, хоть я и видел, что Родиону хотелось поговорить. Ничего, пусть дозреет, тогда и пообщаемся, нужно понемногу выбивать с него дворянскую спесь и дурь, которой научили его в гимназии и обществе аристократов.

Свидание с девушкой из ателье у него сорвалось – Владимир запретил охране выпускать кого-то из нас из особняка в тёмное время суток, мотивируя это тем, что и так проблем создали дальше некуда. Пожалуй, это был тот редкий случай, когда я был согласен с главой семейства.

Утром собирались впопыхах. Подъём в семь, утренние процедуры, завтрак, и вот, мы на двух машинах едем на вокзал. Галина Юрьевна с нами не поехала и попрощалась на пороге особняка, обняв по очереди каждого из нас. Досталась своя порция нежностей и мне.

Владимир забрал в машину к себе Родиона, а мне выпало ехать с Лизой. Теперь на переднем сидении возле водителя сидел охранник. Почти весь путь до вокзала ехали молча, лишь пару раз обменялись дежурными фразами. И я, и Лиза были напряжены и мысленно были уже там, в поезде, мчащем в сторону Мурманска.

Хорошо, хоть в это время пробок на дорогах не оказалось – все уже разъехались по работам, поэтому на вокзале мы оказались минут за сорок до отправления поезда. Уже на перроне Владимир остановил меня и протянул пачку денег.

– Возьми на карманные расходы. У Родиона и Лизы есть чековые книжки с лимитом в пятьдесят тысяч, а тебе сделать такую не успели в суматохе. Но так даже лучше – пока с этими чеками разберёшься, «живые деньги» пригодятся куда больше. Это в Москве чеки обналичивают мгновенно, но попробуй сделать это в Мурманске…

– Спасибо! – разделил деньги на две равные части, одну спрятал во внутреннем кармане пиджака, другую засунул поглубже в дорожную сумку. Всё равно постоянно будет со мной, так что можно не волноваться, что украдут.

– Присматривай за Родионом и Лизой. Знаю, на счёт племяшки у нас уговора не было, но ты ведь понимаешь, что она тоже часть семьи. Если с деньгами возникнут проблемы, дай мне знать, но не транжирь особо. Мне ваше обучение и так влетело в копеечку.

Представляю. После ужина Родя сокрушался, что только за оплату обучения у нас уйдёт три четверти миллиона, а с билетами, сборами и прочими расходами сумма плавно переваливает за миллион.

Пожал Владимиру руку, поблагодарил за всё, что он для меня сделал и направился искать свой вагон. Из-за того, что билеты брали буквально в последний момент, Лизе пришлось ехать в другом вагоне, а мы с Родей оказались в одном купе. Стоило подняться по ступенькам, проводница закрыла вход, а поезд издал прощальный гудок, дёрнулся от начала до самого хвоста, и медленно покатился вперёд, набирая скорость. Моё путешествие в Арктику начинается!

Глава 4. Поезд

– У меня пятнадцатое место, а твоё – шестнадцатое, – заявил Родион, когда мы вошли в вагон. – Эх, просил ведь отца выкупить всё купе, но нет! За день до отправления билетов почти не осталось. Хорошо, хоть вообще смогли уехать. Такое впечатление, что всем срочно понадобилось ехать в Мурманск.

– Так ты погляди, кругом одни студенты. Или с Москвы, или с южных городов приехали, чтобы отсюда добраться до Мурманска. Вон, три вагона под нас зарезервировали.

– Да, я уже успел присмотреться к парочке студенток! – послышался впереди довольный голос Серафимова-младшего. Парень остановился возле нашего купе и повернулся ко мне. – Кстати, у тебя чётное место! Выходит, ты едешь на верхней полке.

– А ты разве не хочешь? – я удивлённо посмотрел на Родиона.

– Нет, конечно! С чего ты решил, что я захочу ехать на верхней полке?

– Например, захочешь подчеркнуть, что ты выше по статусу, а потому должен возвышаться над остальными, или какие у вас там благородных заморочки на этот счёт?

– Единственная заморочка в том, что мне не придётся карабкаться наверх. Я спокойно лягу на нижней полке и с комфортом доеду до Мурманска.

– Как знаешь! Мне так будет даже удобнее.

Родион распахнул дверь купе и замер у входа. На лице парня появилась каменная маска удивления. Такое впечатление, что внутри сидел человек, который навёл на него ствол. Я положил ладонь ему на плечо и медленно отодвинул в сторону. Нет, ничего опасного, просто симпатичная девушка, а Родион, оказывается, ещё тот нерешительный тип.

– Так, свободен! – пришёл в себя Серафимов.

– В каком плане свободен? Я же должен тебя охранять, а для этого нужно находиться рядом. Как ты себе это представляешь, если мы будем ехать в разных купе?

Родион захлопнул дверь в купе и уставился на меня. В коридоре никого не было, поэтому мы могли поговорить без свидетелей.

– С чего ты вообще взял, что меня нужно постоянно опекать? Отец назначил тебя моим охранником не для того, чтобы ты таскался за мной по пятам и мешал. Мне не грозит опасность, а если кому-то захочется затеять драку, вот тогда ты и понадобишься, не раньше. Понял?

– Понял тебя с пары слов, Родя! Удачи с девчонкой, а я пока поищу себе свободное место. Буду поблизости, так что зови, если понадобится помощь.

– Без твоей помощи разберусь! – осклабился парень и решительно открыл дверь купе.

Так, Родя меня выселил, но это не значит, что я буду торчать в коридоре всю дорогу до Мурманска. Учитывая, что путь неблизкий, нужно поискать свободное место. Из следующего купе доносилась болтовня и дружный смех. Судя по количеству голосов, свободных мест там нет, поэтому поиски разумнее начать с другого купе, которое располагалось ближе к началу поезда.

Постучал, и отодвинул дверь купе в сторону. Взгляд тут же зацепился за симпатичную девушку, сидевшую на нижней полке. Похоже, мне тоже повезло ехать в приятной компании.

– Не помешаю?

Девушка повернулась на мой голос и широко раскрыла глаза от удивления. Видимо, не слышала как я вошёл. А она симпатичная! Длинные волнистые волосы, карие глаза и приятное личико… Строгое чёрное платье на ней смотрелось просто великолепно.

– Нет, конечно! Присаживайся!

Я осмотрел купе, в котором мне предстояло ехать с незнакомкой. Верхние полки были не заняты, а на противоположной нижней полке кто-то спал, отвернувшись лицом к стене. Судя по длинным светлым волосам, тоже девушка.

– Это моя подруга, Регина. Не волнуйся, она не будет против компании.

– Отлично! Знаешь, не хотел стеснять своим присутствием.

– О, ты нас точно не стеснишь! Реги продрыхнет половину дороги, а я с ума сойду от скуки. Знаешь, не могу уснуть из-за качки и постоянного стука колёс. Вот, спасаюсь наушниками.

– А что слушаешь?

– «Жажду» Вальтера.

– Композитор?

– Неа, писатель. Это аудиокнига. Кстати, я – Мира, Мирослава.

– Рад знакомству. Арсений Чижов. Можно с тобой рядом присяду, а то в соседнем купе слишком шумно.

– Конечно! Наушник нужен?

– Давай!

Следующие часа полтора мы с Мирой слушали книгу, укрывшись пледом. Ситуация скатывалась к романтике и неловкости, но храп Регины, который отчётливо был слышен даже через наушник, исправлял ситуацию. Всё-таки мы были в купе не одни.

Время от времени мы останавливались, чтобы обсудить особо острые моменты сюжета, иногда даже чтобы посмеяться над неудачами книжного героя по имени Морзе, и постепенно границы между нами таяли. Всё испортил крик Родиона, полный ужаса и боли. Я невольно подскочил на месте и приложился головой о верхнюю полку.

– Что случилось? – забеспокоилась Мира.

– Сейчас узнаю!

Пулей выскочил из купе и рванул ручку двери, за которой скрывался Родя. Заперто! Только этого не хватало! Я уже собирался выбить дверь, но в следующую секунду она распахнулась, и в коридор вышла девушка с чемоданом в руках.

– С дороги! – приказным тоном выпалила она и протиснулась мимо.

Серафимов был жив, поэтому я не стал задерживать девушку, а поспешил на помощь другу. Уже в купе я оценил масштаб проблемы. На брюках Родиона расплывалось огромное парующее пятно, а парень спешно расстегивал ремень.

– Она что, стихийник?

– Фигийник! – провизжал Родя. – Горячий чай на меня вылила, стерва, разве не видно? А-а-а!

Пальцы Родиона дрожали, а потому ему не сразу удалось справиться с ремнём. Парень тут же стащил с себя штаны и отбросил в сторону. Его рука потянулась к бутылке с водой, а мгновением спустя парень вылил содержимое на себя.

– Нужна помощь? – я услышал голос Миры и повернулся к девушке.

– Нет, спасибо, сам справится! – успокоил я девушку и закрыл собой не самое лицеприятное зрелище.

– Дверь закрой, я же тут без штанов стою! – завопил Родион, и я поспешил исполнить его просьбу.

Мира прыснула от смеха, а я не сдержался и рассмеялся вместе с ней. Нет, наверно, я никогда не перестану угорать над Родей. Это просто ходячая катастрофа с комплексом неполноценности, озабоченностью и завышенной самооценкой в одном флаконе.

– Будет свободная минутка, заходи. Мне понравилось слушать книгу вместе, – произнесла девушка и подмигнула мне.

– Непременно. Правда, чувствую, что теперь Родион не отпустит меня от себя ни на шаг.

– Ты только горячий чай на него не выливай, а то придётся искать сильного целителя.

Мира снова хихикнула, а потом скрылась в своём купе. Мне же не оставалось ничего другого, как вернуться на своё место согласно купленному билету. Минут через десять заявилась наша скандальная спутница в компании начальника поезда и потребовала поменять ей место.

Лишь после того, как обиженка удалилась, я решил поинтересоваться у Роди что произошло. Он не особо горел желанием рассказывать, но по обрывкам фраз я понял, что пока мы с Мирой слушали аудиокнигу, Родя форсировал события, чтобы склонить свою попутчицу к близости. В какой-то момент он перешёл границы дозволенного и запустил руку под юбку, что совершенно не понравилось даме. На беду, под рукой оказался стакан с горячим чаем, который девушка вылила на промежность парня. Остальное я уже знал.

– Арс, только Лизе не слова, понял? Если она узнает, будет травить меня до конца жизни. Ты ведь знаешь эту злопамятную фурию. Ей только дай поглумиться и порадоваться тому, что не её выставили в плохом свете.

– Не волнуйся, я промолчу, но вот за остальную часть поезда не ручаюсь. Ты ведь понимаешь, что эта история станет одной из самых популярных за текущие сутки?

Родион устроился на сидении, скрестил руки на груди и отвернулся к окну, сделав вид, что наблюдает за проплывающими мимо деревьями. Конечно, я мог бы успокоить друга и приврать, но зачем, если в действительности это не так? Раз уж он дворянин и своего рода известная личность, пусть привыкает к тому, что каждый его поступок оставляет след не только на его репутации, но и на добром имени всего рода.

Не стал успокаивать Родю, но занял место с противоположной стороны столика и посмотрел на станцию, которая появилась за окном.

– Где мы?

– Тверь, – лениво бросил Родион, который после происшествия с чаем явно был не в настроении. – Первая крупная станция по нашему маршруту. Дальше из больших городов будет только Великий Новгород, но до него ещё часов десять ехать.

Вокзал выглядел действительно величественно. Старая архитектура с резными колоннами, старинными зданиями, витражами и коваными фонарями, которые держали по три лампы. На удивление, на перроне было много людей, правда, большинство из них толпились возле головы поезда, поэтому наши три вагона, забронированные для будущих студентов Арктической академии, выглядели немного странно. Возле нашего вагона собрались всего человек шесть провожающих и трое студентов. Может, возле остальных вагонов ситуация другая?

В нашу дверь постучали, поэтому я невольно оторвался от окна и повернулся.

– Не помешаю? – дверь купе отъехала в сторону, а внутрь шагнул худощавый парень с короткими черными, как смоль, волосами и зелёными глазами. – У меня был билет в соседний вагон, но при посадке проводница отправила меня сюда.

– Всё верно! Просто одна истеричка захотела поменяться местами, – проворчал Родион и немного подвинулся. – Сам понимаешь, москвички. Один бог знает, что у них на уме.

Я едва сдержал себя в руках, чтобы не рассмеялся из-за фразы Родиона. Наш попутчик зашвырнул свои сумки на верхнюю полку, покосился на хмурого Серафимова, и сел рядом со мной. Видимо, посчитал меня более приветливым.

– Я – Валик. Валентин Зимин, целитель. А вы?

– Родион Серафимов. Слышал о нашем доме?

– Что-то припоминаю. У вас проблемы сейчас, кажется?

– Это у тебя сейчас будут проблемы! – подскочил с места Родя, но я его успокоил. Валик невольно вжался в спинку сидения и с нескрываемым испугом следил за Серафимовым.

– Да ладно тебе, я же просто сказал что слышал. Так-то в Твери о московских домах не особо говорят, разве что о Великих…

– Вот уж спасибо! – ещё больше набычился Родион. – Сень, вот ты сам видишь, что он меня провоцирует! Всего дважды рот раскрыл, и в каждой фразе попытка унизить. Чтобы ты понимал, выскочка тверская, дом Серафимовых занимает пятьдесят седьмую строчку в списке дворянских домов Москвы!

– Я бы попросил! – тут же вспылил наш новый знакомый. – Пусть Зимины и не самая известная фамилия, но мы тоже крепко стоим на ногах, и в Твери нас уважают.

Нет, ну два барана, которые не могут разойтись на ровном месте! Срочно нужно менять тему, потому как после очередного конфликта нас просто высадят из поезда.

– А разве у домов есть рейтинги?

– Конечно! – хором ответили парни.

– Каждый год, в январе, авторитетными изданиями публикуются рейтинги с учётом прошедшего года. В них сравнивается приблизительная мощь дворянского дома, его финансовое благополучие и потенциал, – тут же объяснил мне Родя.

– Если не произойдёт ничего чрезвычайного, Зимины поднимутся сразу на две строчки! – заявил Валик и бросил довольный взгляд на Родиона. Наверняка нашёл чем его задеть, потому как Серафимов замолчал и надулся.

Нашли чем меряться! Сами ничего толком для своих домов наверняка не сделали, зато чужими достижениями гордятся сильнее, чем своими.

– Ладно, уделал ты меня! – признался Родион. – Но учти, что за каждым падением следует подъём, и Серафимовы поднимутся так высоко, что все о них услышат!

– Да ничего такого я не хотел! – принялся оправдываться Зимин и подскочил с места.

Я напрягся и приготовился вырубить парня, если он решит вытворить что-то опасное, но Валик раскрыл один из рюкзаков и вывалил на стол огромный круглый пирог с малиновым вареньем. Лицо Серафимова побелело, когда следом за пирогом на столе оказался литровый термос.

– Это что?

– Чай с шиповником. Ещё горячий!

– Убери его со стола! – заорал Родион так, что услышал весь вагон.

– Да я ж ведь не со зла, просто угостить хотел в знак примирения.

– Как вы вообще в дороге едите? Оно ведь трясёт, качает, а иногда так вообще подкидывает! Тут, кажется, содержимое желудка вот-вот наружу попросится, а вы ещё и еду туда запихиваете.

– Валь, плесни мне в стакан немного! – попросил я Зимина. – А остальное лучше убрать. У нашего Роди с чаем немного не сложилось.

– А, так ты и есть тот самый псих, который до Чагиной домогался? – хмыкнул парень, но поймал на себе яростный взгляд Родиона и быстро замолчал.

Через пару минут мы с Валиком сидели за столиком и уплетали вкуснейший пирог с горячим чаем. Шиповник придавал ему немного кисловато-сладкий привкус, но это совсем не мешало этому кулинарному шедевру. Если я верно понимаю, малиновые пироги тут в ходу. И ведь вкусно пекут. Так, что хочется добавки, но надо знать меру, иначе наберу потом пару лишних килограмм и не смогу подтянуться на турниках. А я чувствую, что физической подготовке в академии будут уделять самое пристальное внимание.

– Слушай, ничего более вкусного в жизни не пробовал, – я проглотил первый кусок, и сам не заметил, как уплетал второй. – Где такой пирог купил?

– Это домашний, мать испекла! – с гордостью в голосе отозвался Зимин. – Я ведь люблю поесть, а тут полтора суток ехать! Можно и ноги протянуть.

– Что-то по тебе не скажешь, что ты обжора.

– Это потому, что у меня обмен веществ хороший. Родь, а ты зря нос воротишь. Нам до Мурманска ещё часов тридцать тарахтеть, а вагона-ресторана я здесь не заметил.

Немного поколебавшись, Родя всё-таки присоединился к нашей трапезе, но только после того, как поезд остановился в Лихославле. Стоянка была всего каких-то три минуты, но этого хватило Серафимову, чтобы затолкать в себя кусок пирога и запить остывшим чаем.

– Всё, я спать! – отрезал Родя и завалился на бок.

– Так ведь стемнеет только часов через шесть! – попытался отговорить его Валик.

– А у тебя есть другие идеи чем заняться?

На этом спор и закончился. Валик вышел на пару минут в туалет, а потом забрался на верхнюю полку и тоже захрапел, а мне сон никак не шёл. Не привык я спать днём, а заняться было совершенно нечем. Попробовать что ли ускорить время, чтобы поездка показалась более короткой? От нечего делать попросил у проснувшегося Зимина книгу по Заполярью, и погрузился в чтение.

Поезд размеренно стучал колесами, навевая сон, а книга совершенно не читалась. Перед тем, как закрыть глаза, я подумал, что сейчас очень не хватает Миры с её аудиокнигой. Я бы не отказался засунуть в ухо наушник, прижаться к девушке, закрыть глаза и задремать.

Проснулся, когда поезд приближался к следующей крупной станции – Великому Новгороду. Здесь студентов набилось побольше, чем в Твери, а у нас появился четвёртый пассажир – круглолицый артефактор Иннокентий Уваров.

– Кеша! – парень протянул руку по очереди мне, Родиону и Валику, а затем принялся рассказывать истории об артефактах. Валентин присоединился к разговору и временами даже спорил, а Родя потерял к нам всякий интерес и отлёживался, отвернувшись лицом к стене. Я же внимательно слушал, впитывая любую информацию об артефактах и людях, которые с ними работают. В моём мире не было ничего подобного, и даже самая очевидная информация была в новинку.

За время разговора Родя делал вид, что не обращает на нас внимания, пару раз он даже выходил прогуляться по вагону, но быстро возвращался обратно. Видимо, слухи об инциденте в начале поездки уже распространились по всему вагону, и слава нашла своего героя.

– Слушайте, парни, а вы чем планируете заниматься в свободное время? – оживился Валик. – Собеседование у нас аж на следующий день, так что у нас есть время осмотреться в городе. Может, прогуляемся по Мурманску, посмотрим чем местные развлекаются?

– Некогда бездельничать! – важно заявил Родион. – Нужно готовиться к собеседованию, а пошататься по городу всегда успеем.

– Родь, можно тебя на пару слов? – я вывел парня в коридор и закрыл дверь в купе, чтобы нас не слышали.

– Ты чего на парней взъелся? Ни за что не поверю, чтобы ты упустил возможность повалять дурака, когда есть возможность.

– С ними? – Серафимов кивнул в сторону купе, где сидели Зимин и Уваров. – Кто они такие, Арс? Зимины – дворяне только по названию, у них нет ни достаточного количества денег, ни влияния в обществе аристократов. Валентин – дворянин во втором колене. Ты понимаешь? Его отец заслужил дворянский титул за то, что лечил людей, а за Уваровых я вообще молчу – Иннокентий из семьи простолюдинов!

– Не просто лечил, а спасал жизни раненых бойцов на войне, продолжал оперировать даже во время обстрелов госпиталя, а в мирное время спас жизни сотням человек. Согласись, за такие заслуги можно и отметить.

– Если раздавать дворянство кому попало, скоро и плюнуть будет некуда – одни дворяне будут кругом.

– А зачем плевать-то, Родь?

– Ты разве не понимаешь? Они не чета Серафимовым. Мы находимся на разных уровнях.

– А ты не забыл, что у твоего отца проблемы? И конкуренты одолевают, и карточный долг брата довлеет над бюджетом семьи. Как бы вам самим не опуститься до их же уровня.

– Это ещё не хватало! – забеспокоился парень.

– И потом, Серафимовы тоже когда-то начинали вот так. Да и если отбросить в сторону эти условности, я считаю, что в человеке важно не его происхождение, а он сам. Мне они показались вполне компанейскими. Вот увидишь, что Валик, что Кеша далеко пойдут, так что не суди людей свысока и думай прежде всего о том, чего можешь добиться ты, а не твой отец и его деньги. Пройдут годы, и уже тебе придётся брать на себя ответственность за будущее дома. А деньги – ненадёжный союзник. Сейчас они есть, а завтра их может и не быть. Но если повезёт найти настоящих друзей, считай, что у тебя есть надёжная опора.

Судя по выражению на лице Родиона, он уловил смысл моих слов. Когда мы вернулись обратно в купе, он вёл себя как ни в чём не бывало, но уже гораздо охотнее поддерживал беседу.

На второй день нашего путешествия мы прикончили свои припасы, которые скинули в общий котёл.

– О, икорка! – обрадовался Кеша, когда я достал баночку чёрной икры.

– У вас что, икры нет в Новгороде? – удивился Серафимов.

– Икра-то есть, но стоит столько, что не каждый день позволишь себе такое удовольствие.

За время завтрака умяли и бутерброды, и всё, что оставалось в рюкзаках из съестного. Ситуацию спасли угощения, которое разносили проводницы. Оказалось, что и тут академия побеспокоилась о своих абитуриентах, и подготовила пайки для пассажиров зарезервированных вагонов.

– Не, в меня второй завтрак точно не влезет! – запротестовал Родион, когда рядом с ним приземлился увесистый пакет с угощениями.

– Это на сутки? – забеспокоился Валик, оценивая объём своего пайка.

– Не беспокойтесь, это только завтрак, – успокоила его проводница. Предусмотрен ещё обед и небольшой десерт на ужин.

– Я ещё в глаза не видел эту академию, но она мне уже нравится! – обрадовался Зимин, вызвав улыбку у проводницы.

После Петрозаводска поезд заметно ускорился, и я едва успевал замечать как за окном проносятся деревья, растущие вблизи от путей.

– Видали, как гонит? На прямой курс вышел! – радовался Кеша, которому поскорее хотелось увидеть академию.

– А почему бы и не гнать? Здесь и станций-то нет по пути. Так, посёлочки, – отозвался Родя.

И всё-таки наш поезд останавливался ещё шесть раз, прежде чем добраться до Мурманска. К городу мы подъезжали уже затемно, часов в девять вечера. За пятнадцать минут до остановки проводница предупредила, что скоро конечная остановка, и нам пора собирать вещи.

Из нашей компании я выходил первым. Ни разу не пожалел, что купил тёплый плащ, потому как холодный ветер со стороны порта заставлял закутаться и поднять воротник. Обернувшись назад, заметил знакомые силуэты. При ночном освещении рассмотреть пассажиров соседнего вагона было проблематично, но я почти был уверен, что по перрону шагали Кислов, Никитский и Кучеров.

– Что ты застыл, как верстовой столб на Старой Владимирской дороге? – голос Родиона заставил меня обернуться, а когда я снова посмотрел туда, где были Кислов и компания, их уже не было.

– Родь, мне кажется, я видел Кислова.

– Да ладно, откуда ему здесь взяться? Тебе уже повсюду Кислов мерещится. Успокойся, теперь нас с ним разделяет без малого полторы тысячи километров.

– Может, ты и прав, но я привык доверять своим глазам.

– Серафимов! – послышался позади голос Платона. – Точно, Родик приехал, ещё и самоубийцу своего прихватил. Неужели тебя с Московской академии выперли, и ты не придумал ничего лучше, чем податься на север?

– А сам-то что здесь забыл? – тут же сделал ответный выпад Родион. – Или тебя из Московской академии выгнали, теперь на других срываешься?

– Дело у меня здесь есть! – отозвался парень. – Не то, что вы мыкаетесь, лишь бы куда-то взяли.

Кислов прошёл мимо, задев Родиона плечом, а затем повернулся и бросил:

– Не думай, что я забыл о нашем конфликте. Вы двое у меня в чёрном списке и даже в Мурманске я вам жизни не дам.

Платон поспешил удалиться, а Никитский и Кучеров последовали за ним. На прощание Фёдор Никитский наградил меня таким тяжёлым взглядом, что я сразу понял – с ним мы ещё точно встретимся, но к этой встрече он подойдёт со всей серьёзностью.

– Знакомые? – Валик внимательно рассматривал удалявшуюся компанию.

– Можно сказать и так. Скорее, непримиримые враги.

– Мне показалось, или это был Кислов-младший?

– То есть, о Серафимовых ты что-то слышал, а сынка Петра Кислова в лицо узнаёшь? – насупился Родя.

– Так ведь они разработали курьерскую службу летяг, это же профиль моего дяди! Он разрабатывает и обслуживает устройства для гражданских целей.

Пришлось менять тему, чтобы Родион не устроил потасовку с Валиком прямо на вокзале.

– Не понимаю, что здесь забыл Платон? Ещё и всю компашку сюда перетянул, – пробормотал озадаченный Родя. – Да и пёс с ним, с Кисловым, с какого перепугу он на меня взъелся из-за Николаевской? Если он знал, что уедет на север, почему не давал с ней замутить? Ещё и всю эту чехарду затеял…

– Потому что, Родичка, люди думают не только тем центром принятия решений, который находится у тебя в штанах! – произнесла Лиза, которая успела выйти из своего вагона и найти нас в толпе. – Например, он не планировал ехать в Мурманск, и всё произошло в последний момент. Или у него есть чувства к Николаевской, поэтому он не хотел, чтобы кто-то зажимал её даже в его отсутствие. Тем более, если этот кто-то – ты.

– А что со мной не так? – тут же набычился парень. – Не такой уж и плохой вариант.

– Тебе список в письменном виде составить, или в двух словах объяснить?

– Ой, да иди ты! – зашипел Серафимов, и потащил свой багаж к выходу из вокзала. Нам ничего не оставалось, как последовать за ним.

К счастью, не пришлось искать способ добраться до академии. Ректор распорядился, чтобы с вокзала нас забрали автобусы, которые приехали ещё до прибытия поезда и ждали на парковке. Правда, двух автобусов не хватило, и нам пришлось простоять минут десять, пока они отвезут первую партию студентов. Отсюда вывод – академия находится недалеко от вокзала.

Минут через пятнадцать я сам убедился в этом, когда мы проехали пару улочек и свернули к старинному зданию, утопающему в ночном освещении фонарей. В академии действительно постарались произвести на нас впечатление, потому как остальные строения за высокой каменной оградой довольствовались освещением фонарей. Сейчас же было подсвечено всё здание учебного корпуса.

– Надеюсь, они выключат эту штуку на ночь, иначе будет светить в окна, и я точно не усну! – пожаловался Родион.

– Не волнуйся, парень, это разовая акция! – успокоил его сопровождающий и тут же подбросил дров в огонь. – На твоём месте я бы больше волновался на счёт зимних морозов и экспедиций. Готов поспорить, что в будущем ты ещё не раз пожалеешь, что прошёл собеседование и поступил в Арктическую академию.

Глава 5. Собеседование

Рассмотреть учебный корпус удалось только со стороны, а всё потому что за каменной оградой раскинулся настоящий Академгородок – учебный корпус, теплицы, тренировочные залы, бассейн и отдельное здание для общежития. Добавить сюда ещё парк и спортивное поле, так вообще получается крошечный город на площади где-то в квадратный километр.

– Студенты, сюда!

Темноволосый худощавый мужчина лет сорока махнул рукой, приглашая нас за собой. Уже внутри общежития нас распределяли по комнатам.

– Меня зовут Григорий Иванович Лёвушкин, и я буду преподавать у вас артефакторику.

– Прямо сейчас? – тут же выбрал момент для шутки Кислов, но его поддержали только дружки, остальные устали с дороги и хотели поскорее расселиться по комнатам.

– Нет, по просьбе ректора сейчас я помогу вам распределиться по комнатам. Разбейтесь на пары по два человека.

Валик повернулся ко мне, но тут же покосился на Родю и объединился с Уваровым, а мне не оставалось другого выхода, как выбрать Серафимова. Всё-таки я должен помнить просьбу Владимира Михайловича и присматривать за ним.

Нас провели на первый этаж в правый блок, который включал в себя две комнаты с отдельными ванной и туалетом, но с общей комнатой для занятий. С нескрываемой радостью отметил, что нашими соседями по блоку стали Зимин и Уваров. Прежде чем отправиться осматривать свою комнату, повернулся и встретился взглядом с Мирой. Девушка ожидаемо объединилась в пару с Региной. Вот только они будут жить в левом крыле.

– Выходит, ты мой сосед по комнате? – я поставил свою дорожную сумку на тумбочку возле кровати и осмотрелся. В принципе, комнатка удобная, в МГУ, конечно, было симпатичнее, но это куда выше среднего.

– А ты думал, будет иначе? – Родион пристально посмотрел на меня. – Сеня, ты вообще помнишь зачем здесь? Да, ты уник, но я бы не раскатывал губу. Отец отправил тебя сюда только с одной целью – охранять меня, а раскроешь ты свой талант или нет – ещё большой вопрос. Как-то ты ведь жил до восемнадцати лет, практически не используя его. Очень может быть, что он окажется пустышкой.

– А там, в особняке Серафимовых, ты недостаточно убедился в пользе моего таланта?

– Думаешь, все поверили в то, что ты переиграл само время? Сень, не перебарщивай. Ты спокойно мог наплести с три короба, только не понимаю как отец тебе поверил. Или сделал вид, что принял твои слова всерьез?

В этот момент мне безумно захотелось сменить соседа по комнате. Плевать на просьбы Владимира и мои общения, начну новую жизнь! Вот только это окажется не так-то и просто. Ладно, я ещё найду способ поставить Родиона на место. Благо, академия предоставит ещё массу возможностей.

Серафимов швырнул дорожные сумки на ближайшую кровать и презрительно осмотрел небольшую комнату размером пять на четыре, в которой было одно большое окно, а из мебели: два письменных стола, два стула, столько же кроватей и прикроватных тумбочек. Ах, да! Ещё два платяных шкафа и… всё!

– Келья! – выпалил Родион, презрительно поморщившись. – Нет, ты видел? Голые стены! Хорошо, хоть кровати есть.

– Почему же? Милое местечко, ничего лишнего. Вон, даже шторы есть и тюль до самого пола.

– Пф! Ты это называешь шторами? Тряпки повесили, чтобы солнце в глаза не светило.

– А зачем ещё нужны шторы? – я отлично понимал, к чему клонит Серафимов, но мне доставляло невероятное наслаждение изводить его своими замечаниями. Это всё равно, что поместить сына миллиардера в условия обычной малосемейки, которых тысячи по всей стране.

– Ладно, выживем как-нибудь! Закажу с Москвы мебель и новую люстру. А вот с полом сложнее. Придётся довольствоваться коврами, потому как ламинат уложить некому, а мастеров на территорию академии не допустят. Эх, интересно, как там Кислов? Наверно, вне себя от этой дыры.

– Да также истерит, и ломает голову в поисках способа обеспечить себе комфортные условия жизни.

– Ой, молчи уже, дитя трущоб! Понятно, что тебе к такой помойке не привыкать, – надулся Родион.

– Гляди-ка, богач нашёлся! Родя, а сколько ты заработал своим умом? Ну, или трудом, если уж на то пошло? Ты живёшь за счёт отца и его дела. И потом, кто тебе сказал, что отец даст денег? Помнится, у Серафимовых большие проблемы с финансами, так что привыкай к этой келье, на ближайшие три года она станет тебе родным домом.

– Ты преувеличиваешь наши проблемы! – произнёс Серафимов и смерил меня недовольным взглядом.

– Разве? Твой отец потратил миллион на нашу учёбу. А сколько он должен по долгу Германа?

– Ему осталось выплатить всего двенадцать миллионов из тридцати, но эти проценты… – Родион осёкся, поняв, что сказал лишнего, и замолчал.

– Ладно, давай уже спать ложиться, завтра нужно успеть сделать много дел.

На скорую руку заправил постель, переоделся в спортивный костюм, который на время заменит мне пижаму, и заметил, что Родя сидит на краю незастеленной кровати.

– Ты так и будешь спать?

– Нет, я жду, когда ты освободишься и застелешь мне.

– С чего бы это? Я – твой охранник, а не горничная. Если ты не готов к самостоятельности, нужно было просить отца выписать из Москвы горничную и поселить с тобой в одной комнате.

– Очень смешно! – надулся парень, поднялся с кровати и принялся разбираться самостоятельно. Прежде чем уснуть, ещё минут десять я слышал его недовольное сопение, пока Серафимов боролся с пододеяльниками и наволочками.

Утром решил не изменять привычке и вышел на пробежку. Благо, здесь были созданы все условия для спорта. На беговой дорожке повстречался с Лизой, которая рассказала, что поселилась в третьем блоке слева. Здесь же занимались Мира и Регина. Правда, девушки уже направлялись к себе в комнату.

– Кто-то долго спит, – улыбнулась мне Мира, проходя мимо.

Да, если бы я знал, что встречу тебя, малышка, завёл бы будильник. Кстати, а это идея! Мне нужно купить телефон, на котором и будильник можно завести, и в сеть выйти. А вторая не менее важная покупка – часы. Очень сложно угадывать сколько времени я откатил назад. Рано или поздно это помешает мне ориентироваться во времени и приведет к ошибке. Хорошо, если закончится просто забавным недоразумением. Конечно, можно было бы попытаться обойтись телефоном, на нём ведь можно выставить время, но это неудобно. В случае, когда всё решают секунды, лучше иметь часы.

Валик с Кешей уже ушли гулять по городу, а с Родей мы были в контрах, поэтому гулять по магазинам я отправился сам. Конечно, можно было попросить Лизу составить компанию, но я решил не усложнять ситуацию.

Найти нужные мне магазины не составило труда – стоило выйти на одну из главных улиц города, как они тут же запестрели вывесками. Прошёлся по району, присмотрелся и заглянул в тот, который мне понравился больше всего.

– Для каких целей вы ищёте телефон? – поинтересовалась низенькая темноволосая девушка-продавец.

– Интернет, аудиокниги и для использования в экспедициях.

– Вы моряк?

– Нет, будущий студент Арктической академии.

– Поняла! – девушка почему-то густо покраснела и принялась предлагать мне различные варианты. – Сенсорный сразу не рекомендую. В черте города и в помещениях он удобнее и выглядит более презентабельно, но в экспедиции это точно лишний груз.

– А если я выберу этот вариант? – взял в руки хороший кнопочный телефон и повертел в руках.

– Отличный выбор! Батарея держит долго, есть фонарик, защита от воды и пыли…

– А минусы будут? – избавил я девушку от ненужных объяснений.

– Косые взгляды аристократов. Телефон хоть и симпатичный на вид, но не самый презентабельный.

– Я знаю одного аристократа, который точно не оценит мой выбор. Только ради того, чтобы позлить его, стоит брать.

Ещё одно доказательство того, что наши миры невероятно похожи. Здесь тоже телефон выступал одним из показателей престижности владельца и подчёркивал его статус. Единственное, что мне нравилось в этом мире, здесь всё-таки смотрели на полезность. Ты купил себе «кирпич» за пятьдесят тысяч? Не самый умный поступок, который вызовет насмешки у окружающих или добродушные советы в следующий раз быть более осмотрительным при покупке телефона. Но если взять рабочую лошадку с хорошими характеристиками, пусть и по скромной цене, на тебя будут смотреть с пониманием.

Именно поэтому я остановил выбор на аппарате за восемь тысяч: аккумулятор с возможностью непрерывной работы в течение недели, подходящий для холодов температурный режим работы, защита от воды и пыли, большой объём памяти, шустрый процессор и в довесок яркий фонарик. В общем, для экспедиций по Заполярью самое то. Ещё и место останется для аудиокниг. Должен признать, мне понравилось слушать книги в аудио, поэтому я потратил ещё три тысячи на беспроводные наушники.

Что на счёт сенсорного телефона для престижа, возьму как-нибудь потом, когда будут свободные деньги. Для начала, нужно ещё поступить в академию, а потом уже тратиться. Конечно, деньги за меня уже уплачены, но если я не пройду собеседование, вся сумма вернётся на счёт Владимира Михайловича.

– Простите, а карточку я могу купить?

– Какую карточку? – удивлённо посмотрела на меня девушка.

– Ну, карточку с номером и счётом, который можно пополнять. Деньги куда закинуть?

– Не понимаю. Вот ваш телефон, номер присваивается автоматически. Данные владельца тоже попали в сеть.

Я посмотрел на экран телефона и тут же нашёл свой номер, состоящий из десяти цифр. Судя по тому, что первые две были нулями, а на третьем месте шла семёрка, можно было догадаться, что услугами связи по стране пользовалось чуть больше семидесяти миллионов абонентов.

– Благодарю, теперь понял! И пополнять не нужно каждый месяц?

– Нет, что вы. Можете звонить, пока телефон не сломается, а потом можно принести в сервис, или попросить о помощи знакомого артефактора, чтобы он его починил. В крайнем случае, можно купить новый телефон, но даже в этом случае ваш номер останется прежним.

– Благодарю! – приобрёл ещё и чехол для телефона, который тут же нацепил на пояс. Носить в кармане пиджака или брюк совсем неудобно, а таскать с сумкой накладно.

– Кстати, я забила в память свой номер, абонент Кристина. Когда в академии будут выходные, можем встретиться. С меня экскурсия по городу.

– Спасибо!

Вышел из магазина и направился дальше по улице, где присмотрел классные часы. От покупки телефона были смешанные чувства. С одной стороны, я радовался полезному приобретению, с другой – нехорошо получилось с Кристиной. Я ведь даже не собирался ей звонить. Зачем, если я всерьёз нацелился строить отношения с Мирой? Но огорчать девушку отказом не решился. Может, так было бы правильнее, но не хотелось портить ей настроение.

Часы пришлось брать механические, зато водонепроницаемые. Это удовольствие обошлось мне ещё в три тысячи. Да, надо бы затянуть пояс, а то за один день истратил почти половину карманных денег. С хорошим настроением вернулся обратно в общежитие, и даже бубнёж Серафимова не смог испортить мне настроение.

– Дешёвое фуфло! – прокомментировал мой выбор Родион. – Смотри, какой аппарат нужно выбирать!

Парень достал из чехла на поясе сенсорный телефон премиального бренда и помахал им в воздухе.

– Такой и не стыдно на стол в кафешке положить, и засветить невзначай перед девушкой. Правда, и стоит он почти сто тысяч.

– Как по мне, нелепая трата денег, когда у твоей семьи финансовые проблемы. И вот ещё, сколько часов держит заряд твой дорогущий телефон? Проверим его в условиях Мурманска? Думаю, часов на шесть хватит, не больше. И что-то мне подсказывает, что с наступлением холодов ты со своим чудо-аппаратом ещё намаешься. Особенно я хотел бы посмотреть как ты будешь им пользоваться в перчатках.

Родя хмыкнул и вернул телефон обратно в чехол.

– Такие вещи покупаются не для того, чтобы бегать с ними по заснеженным просторам. Эта вещь нужна, чтобы подчеркнуть статус.

– В таком случае, тебе понадобится ещё один аппарат наподобие моего, или в экспедиции советую не теряться.

До конца дня попытался потренироваться в работе со временем, но ни разу отмотать время обратно у меня не получилось. А жаль, очень хотелось проверить насколько удобно прыгать во времени с часами. Под вечер заглянул в общую комнату, где торчали Валик с Кешей. Парни играли в какую-то настольную игру, но я так и не понял до конца правил, потому решил не вмешиваться, а наблюдал со стороны.

Зато утро подбросило массу испытаний. Встал по будильнику в семь утра и отправился в ванную. Буквально минут через двадцать пришла комендантша и предупредила, что собеседование начнётся в десять, а пока у нас есть время на завтрак. К слову, кормить нас никто не собирался, а это значит, что питание возлагается на наши плечи, а точнее, на наш и без того худой кошелёк.

– Арс, есть чё пожрать? – Родя вышел из ванной в одних труселях и полотенце на голове.

– Представь себе, нет. Я как-то не озаботился этим вчера, а теперь придётся перебиваться чем есть.

– Бежать тебе – у меня голова мокрая! – тут же сориентировался Серафимов.

– Да без проблем!

Памятуя случай в особняке, я лучше сам схожу за продуктами, хоть буду знать что я купил и из чего готовлю. В случае с Родей быть уверенным в безопасности продуктов нельзя – этот хитрый жук всё равно придумает как переложить свои обязанности на кого-нибудь другого, а оно мне надо? В таких условиях тот же Кислов может отправить на тот свет нас обоих.

В магазине оставил три тысячи, зато притащил в комнату два полных пакета продуктов. Разложил по полкам всё, что долго хранится, а скоропортящиеся продукты отправил в холодильник. На поздний завтрак у нас был сладкий чай и бутерброды с маслом и сыром – всё, что успел приготовить на скорую руку.

На собеседование каждый шёл с нескрываемым волнением. Пугала неизвестность. Кто знает, какие критерии нужны в Арктической академии? Как я понял, набирают людей с крепким здоровьем, выдержкой и владеющих талантами для обучения и последующей работы в Арктике. Что на счёт меня? Будет ли здесь полезен мой талант? Волновался даже Родион, хоть и старался не подавать вида.

Наконец-то нам выпала возможность увидеть учебный корпус изнутри. Собеседование проходило в большом зале для конференций, где собрались ректор и деканы факультетов. Одним словом, практически все преподаватели академии, которые были на данный момент. Оно и не удивительно – для одного курса преподавателей много не нужно, это в последующие годы, когда в мурманске будет учиться два, а потом и все три курса, штат придётся расширять.

Студентов было очень много, поэтому нас разделили на группы. Мы с Серафимовым, Уваровым и Зиминым попали в группу из двадцати студентов, которым предстояло первыми пройти собеседование. У дверей в зал стоял уже знакомый нам профессор Лёвушкин, который в день нашего приезда занимался распределением студентов в общежитии.

– Матвей Любавин!

Григорий Иванович назвал первую фамилию, и мимо нас прошёл упитанный розовощёкий парень. Остановившись у двери, он шумно выдохнул, а потом решительно шагнул в зал. Минут через пять он вышел в коридор весь мокрый от пота. Увидев нас, парень расплылся в улыбке.

– Прошёл!

– Что спрашивали? Тяжело было? Какой у тебя талант? – парня буквально завалили вопросами те, кто ждал своей участи. Парня спас громкий голос профессора:

– Илья Ларский!

Парень с длинными чёрными волосами, собранными в пучок, протиснулся через толпу и скрылся за дверью. Его не было минут семь, если верить моим наручным часам. Илья вышел с таким же невозмутимым видом, с каким и заходил.

– Ну? Прошёл? – тут же набросились на него остальные.

– Взяли, – небрежно бросил парень и поскорее выбрался из толпы.

– Есения Ларская! – позвал нового студента Григорий Иванович.

– Сестра что ли? – снова зашумела редеющая толпа, провожая девушку удивлёнными взглядами.

Девчонка появилась в коридоре минут через пять и расплакалась от счастья.

– Прошла? – набросился на неё с расспросами Уваров, но от переизбытка чувств Есения смогла лишь утвердительно кивнуть в ответ.

– Карина Чагина!

Мимо нас прошла та самая девушка, которая повздорила с Серафимовым в поезде. Она обвела толпу надменным взглядом, презрительно поморщилась, увидев Родиона, и шагнула в зал. Через несколько минут она вышла и продекламировала:

– Зачислена на первый курс в группу стихийников!

– О, Родя, так она реально стихиями управляет! – толкнул я друга в бок. – Скажи спасибо, что ещё легко горячим чаем отделался, а ведь на его месте мог оказаться огненный шар, или вообще сосулька какая-нибудь.

– Заткнись, а! – отозвался Родион и поморщился, увидев на лицах остальных ребят ехидные ухмылки.

Следующими прошли Валик с Кешей, а после них настал черёд Регины и Миры.

– Прошла! – поделилась радостью девушка и заключила меня в объятия. Ничего обязывающего – просто поделилась радостью и по-дружески обняла, но у меня внутри всё перевернулось. Только я растаял, из пучин наслаждения меня вырвал голос Лёвушкина:

– Арсений Чижов!

Я невольно замер у входа в просторную аудиторию, в которой убрали все столы для студентов, оставив лишь пару столов со стульями для преподавателей. На меня оценивающе смотрели семеро членов комиссии. Лёвушкин занял пустующее место с краю и стал восьмым.

– Смелее, молодой человек! – произнёс мужчина, сидевший по центру, приняв моё желание осмотреться за робость. Э нет, я не из робкого десятка и не намерен пасовать перед возможностями, которые открывает передо мной новый мир. Если у меня есть шанс ворваться в эту жизнь студентом академии, я выжму из него максимум и добьюсь своего!

– Приветствую уважаемых членов комиссии! – мой голос звучал довольно уверенно, а вот колени немного дрожали от напряжения. Хорошо, хоть это не было заметно со стороны. Я ведь даже не подозреваю что они захотят у меня узнать!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.