Уголовное право России.
Части Общая и Особенная

Учебник
для студентов среднего профессионального образования

Под редакцией 
доктора юридических наук, профессора  
Н. И. Пикурова,
кандидата юридических наук  
Т. П. Суспицыной

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.2/.7(470+571(075.32)

ББК 67.408(2Рос)я723

У26

Рецензенты:
Ображиев К. В., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовно-правовых дисциплин Университета прокуратуры Российской Федерации;
Яцеленко Б. В., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой уголовного права и криминологии Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России).

Под редакцией доктора юридических наук, профессора Н. И. Пикурова, кандидата юридических наук Т. П. Суспицыной.

Учебник подготовлен кафедрой уголовного права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). В нем представлен материал учебного курса Общей и Особенной частей уголовного права России в соответствии с программами среднего профессионального юридического образования.

Нормативный материал и судебная практика приведены по состоянию на 1 июля 2023 г.

Учебник рассчитан на студентов, обучающихся по программам среднего профессионального образования.

УДК 343.2/.7(470+571(075.32)

ББК 67.408(2Рос)я723

© Коллектив авторов, 2023

© ООО «Проспект», 2023

АВТОРЫ

Бимбинов А. А., канд. юрид. наук, доц. — § 3 гл. 14.

Боженок С. А., канд. юрид. наук, доц. — § 1 гл. 14.

Воронин В. Н., канд. юрид. наук, доц. — § 2 гл. 9.

Жарких И. Е., канд. юрид. наук — § 2 гл. 17.

Иногамова-Хегай Л. В., д-р юрид. наук, проф. — § 3 гл. 17.

Корнеева А. В., канд. юрид. наук, доц. — гл. 7, гл. 13.

Левандовская М. Г., канд. юрид. наук, доц. — гл. 5, гл. 10, гл. 18.

Новикова Е. В., канд. юрид. наук, доц. — § 3 гл. 4; § 1 гл. 15.

Мелешко Д. А., канд. юрид. наук, доц. — гл. 6.

Молчанов Д. М., канд. юрид. наук, доц. — § 2 гл. 1; § 1 гл. 4.

Палий В. В., канд. юрид. наук, доц. — § 1 гл. 9; § 5 гл. 14.

Пархоменко Д. А., канд. юрид. наук, доц. — § 1 гл. 17; § 4 гл. 17.

Пикуров Н. И., д-р юрид. наук, проф. — § 1 гл. 1, гл. 2; § 4 гл. 16.

Пудовочкин Ю. Е., д-р юрид. наук, проф. — § 1 гл. 16.

Рагулина А. В., канд. юрид. наук, доц. — гл. 12; § 3 гл. 15.

Рубцова А. С., канд. юрид. наук, доц. — § 2 гл. 14; § 3 гл. 16.

Русскевич Е. А., д-р юрид. наук, проф. — гл. 8; § 5 гл. 16.

Соктоев З. Б., д-р юрид. наук, проф. — § 2 гл. 4; § 4 гл. 14.

Суспицына Т. П., канд. юрид. наук — гл. 11; § 2 гл. 16.

Устинова Т. Д., д-р юрид. наук, проф. — гл. 3; § 2 гл. 15.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ И УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ

абз. — абзац

АПК — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации

БВС РФ — Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации

БК — Бюджетный кодекс Российской Федерации

ВС РФ — Верховный Суд Российской Федерации

ВВС — Ведомости Верховного Совета

г. — город

ГД — Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации

ГПК — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации

ЗК — Земельный кодекс Российской Федерации

КоАП — Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации

Конституционный Суд РФ — Конституционный Суд Российской Федерации

ЛК — Лесной кодекс Российской Федерации

НК — Налоговый кодекс Российской Федерации

ПВС РФ — Пленум Верховного суда Российской Федерации

п. — пункт/пункты

подп. — подпункт/подпункты

РГ — Российская газета

ред. — редакция

РСФСР — Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика

РФ — Российская Федерация

САПП — Собрание актов Президента и Правительства

СЗ РФ — Собрание законодательства Российской Федерации

СК — Семейный кодекс Российской Федерации

ст. — статья/статьи

ТК — Таможенный кодекс Российской Федерации

УИК — Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации

УК — Уголовный кодекс Российской Федерации

УПК — Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации

ФЗ — федеральный закон

ч. — часть/части

ВВЕДЕНИЕ

Учебник по уголовному праву для студентов, обучающихся по программам среднего профессионального юридического образования, подготовлен кафедрой уголовного права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА).

Содержание и форма изложения материала учебника соответствуют задаче формирования профессионального представления студентов об основных институтах Общей части уголовного права. Особенная часть представлена общей характеристикой преступлений по каждой главе Уголовного кодекса Российской Федерации. Подробнее рассматриваются составы наиболее распространенных в судебной практике преступлений. Квалифицирующие признаки, как правило, отдельно не рассматриваются. Лишь по отдельным составам дана их краткая характеристика.

В учебнике использованы постановления Пленума Верховного Суда РФ по отдельным категориям уголовных дел, а также судебные решения по конкретным уголовным делам. Тем самым преследуется цель максимального приближения теоретических знаний студентов к практике.

C учетом ограниченных возможностей в учебнике, за редким исключением, не затрагиваются дискуссионные вопросы и позиции по ним. В основном излагаются общепринятые мнения по устоявшимся в теории и судебной практике положениям. По той же причине ограниченно применяется научная классификация рассматриваемых явлений, если только она не вызывалась практической необходимостью, связанной с особенностью подачи учебного материала. Теоретические положения, где это необходимо, иллюстрируются примерами, в том числе из опубликованной судебной практики. Одним из отличительных признаков учебника является широкое использование схем, иллюстрирующих учебный материал. В техническом и дизайнерском оформлении схем активное участие принимал студент вуза В. И. Тарханов.

При написании учебника учтены все изменения в российском уголовном законодательстве и связанных с ним нормативных правовых актах регулятивного законодательства по состоянию на 1 июля 2023 г.

Глава 1.
ПОНЯТИЕ, ПРЕДМЕТ, ЗАДАЧИ И ПРИНЦИПЫ УГОЛОВНОГО ПРАВА

§ 1. Понятие уголовного права, его предмет, метод, система и задачи

Уголовное право — это отрасль российского права, включающая в себя правовые нормы, определяющие преступность и наказуемость деяний, а также иные уголовно-правовые последствия нарушения уголовного закона.

Уголовное право относится к числу основных отраслей права. По своему происхождению оно вполне может именоваться древнейшей отраслью. Запреты «не убий», «не укради», «не произноси ложного свидетельства на ближнего своего» тысячи лет назад легли в основу системы правовых норм, охраняющих наиболее важные для общества ценности. Пройдя долгий путь своего формирования, уголовное право сегодня представляет собой сложную систему правовых норм, имеющих свои задачи, собственные предмет и метод правового регулирования.

Задачи уголовного права. Современное российское уголовное право призвано охранять права и свободы человека и гражданина, собственность, общественный порядок и общественную безопасность, окружающую среду, конституционный строй нашего государства от преступных посягательств, обеспечивать мир и безопасность человечества, а также предупреждать преступления (ст. 2 УК).

Для решения указанных задач уголовное право дает исчерпывающий перечень тех опасных для общества деяний, которые являются преступными, а также определяет наказание и иные меры уголовно-правового характера за их совершение. Суть уголовного права можно передать цитатой из статьи известного немецкого социолога XIX века К. Маркса: «Наказание есть не что иное, как средство самозащиты общества против нарушений условий его существования…»¹. Это суждение необходимо уточнить применительно к современному взгляду на основные задачи уголовного права. Несмотря на то, что уголовное право защищает условия жизни общества в целом (отсюда и понятие — «общественно опасное деяние»), среди охраняемых им ценностей главное место занимает человек — его жизнь, здоровье, права и свободы. Даже те уголовно-правовые нормы, которые охраняют общественный порядок и общественную безопасность, в конечно счете защищают конкретного человека, создавая необходимые условия для реализации им своих прав и свобод в рамках стабильного правопорядка. Условия жизнедеятельности общества, права и свободы человека охраняют и другие отрасли российского права, однако уголовное право отличается от них предметом и методом правового регулирования.

Предмет уголовного права. Под предметом отрасли права обычно понимается круг тех общественных отношений, которые регулируются ее нормами. Предмет уголовного права включает в себя несколько групп правоотношений.

1. Правоотношения, которые возникают в результате вступления в силу уголовного закона. Каждый гражданин, находящийся в сфере юрисдикции государства, достигший возраста уголовной ответственности и будучи вменяемым, с момента вступления уголовного закона в силу обязан соблюдать предусмотренные им запреты, а государство вправе предпринимать меры для предупреждения и профилактики совершения преступлений. В теории права такие отношения называют абсолютными, поскольку точно неизвестен круг лиц, которым адресован запрет. Да и сам по себе этот круг постоянно меняется за счет изменения возрастного состава населения, миграции и т. д. Тем не менее указанное обстоятельство не мешает признать указанные правоотношения существующими реально.

Подавляющее большинство людей не совершает преступления, поскольку это противоречит их убеждениям, совести и другим внутренним регуляторам поведения. Однако история дает нам примеры того, как резко возрастает преступность в ситуациях, когда уголовный закон фактически бездействует и у правоохранительных органов отсутствует возможность контролировать соблюдение правопорядка. Регулирующее воздействие уголовного закона на поведение человека подтверждают также результаты социологических исследований.

Установление запрета под угрозой уголовного наказания остается реальным инструментом уголовно-правовой охраны общественных отношений, являющихся необходимым условием существования общества. Следовательно, и в рамках абсолютных правоотношений осуществляется не только охранительная, но и регулятивная функция уголовного права. Она реализуется в рамках правомерного с точки зрения уголовного права поведения².

Зачастую под уголовно-правовую охрану ставятся те общественные отношения, которые уже урегулированы нормами других отраслей права. Например, основания возникновения права собственности, порядок перехода этого права от одного субъекта к другому регулирует гражданское право. Уголовное право тоже охраняет эти правоотношения (см. ст. 158–168 гл. 21 УК), однако лишь от таких нарушений права собственности, которые совершаются способами, затрудняющими или делающими невозможным применение гражданско-правовых санкций, например тайно (ст. 159 УК), путем обмана (ст. 159 УК), с использованием полномочий в отношении похищаемого имущества (ст. 160 УК), с применением силы (ст. 162 УК) и т. п. Уголовным правом охраняются многие урегулированные административным правом общественные отношения (порядок управления, общественная безопасность, общественный порядок), однако под уголовно-правовой запрет подпадают лишь наиболее опасные для общества посягательства на эти отношения. Таким образом, уголовное право, несмотря на совпадение по виду регулируемых другими отраслями правоотношений, призвано предупреждать не любое нарушение установленного правопорядка, а лишь наиболее грубые и крайне опасные для общества формы посягательства на самые важные для данного общества ценности.

2. Правоотношения, возникающие в результате нарушения запрета, то есть при совершении преступления. В этом случае охранительная функция уголовного права вступает в полную силу, переходя к стадии реализации³. Государство в лице правоохранительных органов начинает осуществлять уголовное преследование нарушителя уголовно-правового запрета, возлагая на него обязанность понести наказание, предусмотренное за совершенное преступление. Государство обязано в рамках уголовного судопроизводства применить к нарушителю наказание (ст. 43 УК), либо иные меры уголовно-правового характера (ст. 104.1, 104.4 УК), либо, при наличии определенных условий, освободить лицо, совершившее преступление, от уголовной ответственности (ст. 75–78 УК). В первом случае охранительные правоотношения продолжают существовать и после приговора суда о назначении наказания, вплоть до его отбытия и погашения судимости. Во втором и третьем случаях уголовно-правовые отношения прекращают свое существование после принятия решения о применении иных, кроме наказания, уголовно-правовых мер или после вынесения решения об освобождении лица от уголовной ответственности.

3. При определенных обстоятельствах могут возникнуть также иные уголовно-правовые отношения, возникающие в связи с причинением вреда при необходимой обороне, в состоянии крайней необходимости и т. п. (ст. 37–41 УК). Это не совсем обычные для уголовного права отношения, поскольку они возникают не в результате нарушения запрета, а напротив, вследствие реализации права гражданина действовать определенным образом для защиты правоохраняемых интересов.

Метод уголовно-правового регулирования. Имея собственный предмет, уголовное право использует и собственный набор методов правового регулирования. Под методом в уголовном праве, как и в теории права, понимаются способы, с помощью которых уголовно-правовые нормы регулируют общественные отношения.

Метод уголовно-правового регулирования, во-первых, зависит от основных задач, стоящих перед отраслью; во-вторых, от особенностей предмета регулирования и, в-третьих, от соотношения императивных и диспозитивных начал правового регулирования общественных отношений, которые поставлены под охрану уголовного закона. С учетом предназначения уголовного права основным способом правового регулирования можно назвать метод запрета.

Довольно распространенным является мнение, что уголовное право исходит лишь из императивных начал правового регулирования. Действительно, императивный метод лежит в основе уголовно-правового запрета. Никому не разрешено его нарушать. Лицо, нарушившее уголовно-правовой запрет, не может заявить отказ от исполнения приговора о наказании из-за того, что его в чем-то не устраивает санкция за преступление. «Торг здесь неуместен», однако наличие института досудебного соглашения заставляет все же смягчить вопрос об исключительно императивном характере метода уголовно-правового регулирования. Согласно ч. 2 ст. 62 УК, в случае заключения досудебного соглашения о сотрудничестве при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК, и при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК. Еще более ярко выражен диспозитивный метод правового регулирования в институтах необходимой обороны, крайней необходимости и других обстоятельствах, исключающих преступность деяния. В рамках этих институтов ревизуется метод дозволения. Согласно ст. 37 УК, каждый может выбирать — обратиться ли за защитой своей жизни, здоровья, имущества от общественно опасных посягательств к органам государственной власти в лице сотрудников правоохранительных органов или же осуществлять защиту самостоятельно в разумных пределах. Уголовное право лишь определяет эти пределы и условия причинения вреда нападавшему, решение же принимает сам гражданин. В этом — безусловные начала диспозитивного метода правового регулирования. Несмотря на то, что некоторые уголовно-правовые отношения регулируются с помощью диспозитивного метода, предполагающего принятие решения одной из сторон уголовно-правовых отношений, все же сохраняется жесткий императив относительно границ его применения. Например, такой императивной границей являются, как мы уже указывали выше, пределы необходимой обороны.

В связи с тем, что адресатом норм уголовного права являются также лица, применяющие уголовный закон (суд, следователь, дознаватель), к методам запрета и дозволения прибавляется метод предписания. Например, в статьях УК, регламентирующих порядок назначения наказания, существуют предписания, согласно которым определяется порядок назначения наказания при совокупности преступлений (ст. 69 УК) и совокупности приговоров (ст. 70 УК), указываются пределы назначения наказания за неоконченное преступление (ст. 66 УК).

Несмотря на использование в уголовном праве всего привычного арсенала методов правового регулирования, основным методом уголовно-правового регулирования все же остается метод запрета, который относится к категории императивных методов права. Именно он определяет основной характер и специфику уголовно-правового регулирования. Одним из существенных отличий уголовного права является то, что практически все его запреты касаются сфер, урегулированных нормами других отраслей права. Поэтому для окончательного уяснения признаков уголовно-правового запрета часто приходится обращаться к нормам таких отраслей права. Например, чтобы установить признаки противоправности тайного завладения чужим имуществом при совершении кражи (ст. 158 УК), следует обратиться к нормам гражданского права, определяющим, что такое чужое имущество для данного лица и при каких условиях его изъятие является противоправным. Такая связь уголовного права с другими правовыми отраслями непосредственно предопределена его природными характеристиками, что, в свою очередь, обусловлено системными свойствами предмета и метода правового регулирования.

Система уголовного права. В результате длительной эволюции система норм уголовного права разделилась на два основных элемента — Общую и Особенную части.

Общая часть определяет принципы уголовного права, формулирует содержание отраслевых институтов, определяет основные признаки, которые должны содержаться в каждом деянии, признаваемом преступлением, устанавливает условия освобождения от уголовной ответственности, порядок назначения и освобождения от наказания.

Особенная часть уголовного права содержит нормы, предусматривающие признаки преступлений конкретного вида (состав преступления) и наказаний за их совершение.

Рис. 1. Предмет уголовного права

Рис. 2. Метод уголовного права

Представляя собой систему правовых норм, определяющих преступность и наказуемость деяний, а также другие уголовно-правовые последствия за их совершение, уголовное право одновременно является элементом более сложной структуры — системы российского права. В рамках этой системы появляются межотраслевые свойства уголовного права, обусловленные ее связью с нормами и институтами других отраслей права.

Рис. 3. Система уголовного права

Наука уголовного права. У понятия уголовного права есть еще одно значение. Кроме отрасли права оно обозначает также науку, изучающую уголовное законодательство, исследующую практику его применения. Необходимость науки уголовного права объясняется потребностью изучения эффективности принимаемых уголовных законов, выявления общественно опасных деяний, которые следовало бы отнести к числу преступных (криминализация деяния), или, наоборот, определения поступков, которые в новых условиях утратили свою общественную опасность и должны быть исключены из круга уголовно наказуемых деяний (декриминализация деяния).

Российская наука уголовного права тесно связана с практикой. Например, научные сотрудники и преподаватели Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) принимают участие в разработке уголовно-правовых законопроектов, в экспертизе правоприменительных ситуаций по уголовным делам, в работе Научно-консультативного совета при Верховном Суде РФ. К научной работе привлекаются и студенты вуза: при написании курсовых и выпускных квалификационных работ, участвуя в заседаниях научного кружка.

§ 2. Принципы уголовного права

Принципы уголовного права являются основой (фундаментом) для построения законодателем всей системы уголовно-правовых норм и непосредственным руководством к действию для правоприменителя. Действующий УК закрепляет пять принципов: принцип законности (ст. 3 УК); принцип равенства граждан перед законом (ст. 4 УК); принцип вины (ст. 5 УК); принцип справедливости (ст. 6 УК); принцип гуманизма (ст. 7 УК).

В доктрине уголовного права и практике Конституционного Суда РФ выделяются также иные принципы, которые либо не получили законодательного закрепления в УК, либо закреплены в УК не в виде отдельных принципов, а в виде положений в отдельных статьях УК или в виде составных частей других закрепленных в УК принципов.

Принцип законности. Указанный принцип в уголовном праве сформулирован более узко по сравнению с тем, как законность понимается в праве вообще. Законность обычно предполагает не только определение источников права (что как раз и закреплено в ст. 3 УК), но и применение норм права в точном соответствии с их смыслом как буквальным, так и по духу. Таким образом, принцип законности должен означать не только требование формально ограничить сферу поиска норм, устанавливающих преступность, наказуемость и иные уголовно-правовые последствия одним лишь уголовным кодексом, но и требование правильного применения этих норм в соответствии с их истинным смыслом. Уяснение же истинного смысла норм возможно лишь на основе понимания иных принципов. Упрощенно, в отношении такой категории, как дух закона, можно сказать, что принципы справедливости, равенства перед законом, вины и гуманизма составляют дух закона, а принцип законности утверждает необходимость следовать букве закона.

Запрет и уголовно-правовые последствия его нарушения — результат осмысления, почему конкретный человеческий поступок является по характеру и степени общественной опасности соответствующим понятию «преступление», почему он заслуживает именно того наказания, которое мы готовы за него установить. Эти выводы опираются на принципы справедливости, равенства, вины и гуманизма. Принцип же законности требует от законодателя лишь формального закрепления в норме определенных положений (создать сам закон). От правоприменителя же требуется установление формального соответствия нормам уголовного закона тех или иных деяний, требующих уголовно-правовой оценки, при безусловном соответствии такой оценки всем остальным принципам уголовного права.

Соблюдение принципа законности тесно связано с необходимостью правильного толкования уголовно-правовых норм. Дать норме толкование в допустимых пределах (например, расширительное или ограничительное) можно лишь на основе принципов, составляющих сущностное наполнение правовых норм. В этом контексте уместно упомянуть о тесной связи принципа законности с принципом правовой определенности. На основе формального соблюдения принципа законности невозможно разрешить ни проблем толкования, ни проблем конкуренции или коллизии уголовно-правовых норм. Законодатель, к сожалению, не в состоянии предусмотреть всего многообразия жизненных ситуаций и добиться скоординированности всех норм закона, чтобы они работали как детали часового механизма, поэтому в случае формального несоответствия нормы закона принципу справедливости коллизию принципов законности и справедливости следовало бы разрешать в пользу принципа справедливости. Формальной правовой базы для этого в УК пока нет. Исключение составляет лишь ч. 2 ст. 14 УК, которая прямо устанавливает приоритет принципа справедливости над принципом законности, но лишь применительно к малозначительным деяниям.

Сущность принципа законности сводится к следующему: основанные на уголовно-правовых принципах (справедливости, вины, равенства, гуманизма) правила, разработанные и сформулированные законодателем, приобретают формальный статус норм права, становятся законом и приобретают общеобязательный характер. Нормы права, в отличие от любых иных правил и предписаний, кроме сущностного наполнения (содержательная составляющая), должны получить формальное закрепление в законе (нормативная составляющая). Принцип законности отражает вторую составляющую.

Таким образом, принцип законности является своего рода итоговым принципом, в котором формализуется сугубо нормативное основание оценки фактов, имеющих уголовно-правовое значение.

Принцип равенства перед законом. Формально, в соответствии со ст. 4 УК, содержание принципа равенства исчерпывается тем, что любой человек подлежит уголовной ответственности, независимо от тех или иных индивидуальных особенностей.

В теории уголовного права обычно обосновывается такой тезис: принцип равенства граждан перед законом не исключает дифференциации ответственности. Причем дифференциация ответственности происходит по многим из тех признаков (пол⁴, имущественное⁵ и должностное положение⁶, национальность⁷, отношение к религии, убеждения), вне зависимости от которых провозглашается равенство. Верным будет такое утверждение: справедливое равенство перед законом возможно только на основе дифференциации ответственности. Поясним это на примере. Представим себе двух людей, которые совершили одинаковые по внешним признакам преступления: ч. 1 ст. 115 УК (умышленное причинение легкого вреда здоровью). Одному из них назначили наказание в виде штрафа в размере 40 тысяч рублей, а другому — в размере его заработной платы за 2 месяца, что составило 2 млн рублей. В равной ли мере наказаны преступники? В математическом измерении — в неравной. Будет ли справедливым уравнять размер штрафов? Для первого преступника штраф в 2 млн окажется несоразмерно большим, поскольку весь его доход составляет лишь пособие по безработице, поэтому штраф даже в 40 тысяч будет для него весьма суровым наказанием. Для второго же — 40 тысяч сумма незначительная, поскольку он зарабатывает ее за один день. Таким образом, именно за счет математического несоответствия меры наказания достигается справедливая равная ответственность⁸. И такая дифференциация должна быть признана справедливой. У профессора И. А. Ильина эта мысль выражена так: «справедливость… требует, чтобы права и обязанности людей, а также и их творческие возможности предметно соответствовали их природным особенностям, их способностям и делам… Надо возлагать на людей различные обязанности и бремена: на сильных, богатых, здоровых — большие, а на слабых, больных, бедных — меньшие, — и это будет справедливо»⁹.

В виде парадокса главное содержание принципа равенства можно сформулировать так: равенство достигается неравной ответственностью.

Принцип вины. Это — специфический уголовно-правовой принцип. Ст. 14 УК определяет преступление как виновное деяние.

Он тесно связан с принципом личной ответственности. Уголовное право закладывает этот принцип уже в самом названии: за совершение преступлений придется «отвечать головой».

Установление определенного психического отношения лица к общественно опасному деянию и его последствиям (вины) как необходимого условия для привлечения лица к уголовной ответственности вытекает из принципа справедливости. Невиновное и виновное причинение вреда несоизмеримы по степени опасности, а значит, справедливо установление уголовной ответственности лишь за виновные деяния. Принцип вины неразрывно связан с принципом справедливости. Во-первых, само по себе уголовное преследование лица невиновного — несправедливо. А во-вторых, в зависимости от степени вины наказание виновного может быть более строгим или менее строгим. Принцип справедливости, по мнению профессора А. И. Рарога, требует, чтобы была установлена степень вины лица, совершившего преступление, т. е. та мера искажения его ценностных ориентаций, которая проявилась в отрицательном, пренебрежительном или недостаточно внимательном отношении к основным социальным ценностям в этом случае и которая должна находиться в прямой зависимости с величиной уголовно-правового принуждения, необходимого для устранения дефектов в социальных ориентациях правонарушителя¹⁰.

Принцип вины определяет личный характер уголовной ответственности. В соответствии со ст. 5 УК к уголовной ответственности могут быть привлечены только физические лица, которые обладают сознанием и волей. Соотношение сознания и воли должно соответствовать одной из законодательно закрепленных форм вины (умысел и неосторожность) и одному из видов умысла или неосторожности. Вина неразрывно связана с возрастом субъекта и реальным уровнем его интеллектуального развития. Устанавливая возраст субъекта преступления (ч. 1–2 ст. 20 УК), законодатель исходит из способности субъекта в определенном возрасте осознавать социальное значение своих действий, а значит, соответствовать тем характеристикам интеллектуального элемента вины, который определяется законом (осознавать общественную опасность деяния, предвидеть его последствия). Неспособность несовершеннолетнего лица, хотя и достигшего возраста уголовной ответственности, в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, вследствие отставания в психическом развитии, исключает для такого лица уголовную ответственность.

Хотя сама ст. 5 УК и говорит лишь о действии (бездействии), в отношении которого должна быть установлена вина, однако и в теории, и в практике уголовного права России сложилось устоявшееся представление о том, что вина в отношении деяния складывается не только из осознания свойств самого деяния, но и из осознания иных юридически значимых обстоятельств, характеризующих объект и объективную сторону преступления. Противоположная этой позиция заключается в том, что вину следует устанавливать лишь в отношении самого деяния, а осознание иных юридически значимых последствий устанавливать не требуется¹¹.

Нормы Особенной части УК построены таким образом, что достаточно часто из их содержания прямо не вытекает не только конкретная форма вины, но и вообще вина как необходимый признак состава преступления (например, ч. 1 и 2 ст. 121, ст. 231, ч. 1 ст. 283 УК и др.). Принцип вины в таких случаях становится нормой прямого действия. Необходимость установления одной из форм вины для привлечения к уголовной ответственности и назначения наказания вытекает, наряду со ст. 5 УК, и из иных статей УК (ч. 1 ст. 14, ч. 1 ст. 43, ч. 1 ст. 60 УК), однако исходной нормой для понимания вины как обязательного признака состава преступления остается ст. 5 УК.

Принцип справедливости. Справедливость — имманентное свойство права, его неотъемлемое начало и конечная цель. Позитивное право, не вытекающее из справедливости и не стремящееся к справедливости, — явление возможное, но сущностно пустое, поскольку, по сути, оно лишено правового содержания. Право, справедливость, правда — слова не просто однокоренные, но неразрывно сущностно связанные. Право существует ради правды, а по сути своей правдой и является. Неслучайно один из древнейших памятников русского права так и называется: Русская Правда. В научном обороте России XIX века для обозначения нарушений закона использовались такие термины, как «гражданская неправда» и «уголовная неправда», которые обозначали разные стороны единого явления: отступления от правды, нарушения права. Профессор Н. С. Таганцев по этому поводу писал следующее: «Современная доктрина отказалась от попытки принципиально различать уголовную неправду от гражданской и выставляет положение, что то, что мы называем неправдою уголовною и гражданскою, составляет только различные стороны одного и того же понятия»¹². Корни такого понимания права следует искать еще VI веке в Дигестах Юстиниана: «справедливость есть неизменная и постоянная склонность к возданию права всякому». Такое понимание соотношения права, правды и справедливости в действующем УК сохранено подспудно, поскольку в ст. 6 УК законодатель рассматривает справедливость лишь в узком значении (как соразмерность деяния и воздаяния). Уясняя значение принципа справедливости, следует делать поправку и на содержание ст. 43 УК. Буквальное толкование ст. 6 УК позволяет сделать вывод, что принцип справедливости в существующей редакции обращен исключительно к правоприменителю. Это ошибочный вывод. Реализация принципа справедливости правоприменителем возможна лишь при условии, что сами нормы закона создают предпосылки для этого, а следовательно, законодатель не может не руководствоваться принципом справедливости в своей законотворческой деятельности. Как верно отмечает профессор О. Ф. Шишов, справедливость в уголовном праве выражается и в справедливом формировании круга преступных деяний, и в определении в законе справедливой санкции за деяние, которое им запрещается. Другими словами, принцип справедливости охватывает как сферу правоприменения, так и сферу правотворчества¹³.

Справедливость можно рассматривать как неотъемлемое свойство общественной жизни, когда отношения между субъектами строятся на основе их внутреннего стремления к гармонии и порядку. Пункт 5 указа Президента РФ от 09.11.2022 № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей» к традиционным ценностям в числе прочих относит патриотизм, служение Отечеству и ответственность за его судьбу, высокие нравственные идеалы, приоритет духовного над материальным, гуманизм, милосердие, справедливость, коллективизм, взаимопомощь и взаимоуважение, историческая память и преемственность поколений. Пункт 6 этого же указа определяет источники этих ценностей: «христианство, ислам, буддизм, иудаизм и другие религии, являющиеся неотъемлемой частью российского исторического и духовного наследия, оказали значительное влияние на формирование традиционных ценностей». Почему в указе в качестве источников традиционных ценностей указываются четыре мировые религии, объяснить достаточно просто. Если источником того, что признается ценностью в обществе, являются частные мнения, хотя и подкрепленные, возможно, какой-то исторической традицией, такая ценность относительна и может утратить свое значение с течением времени. Религия утверждает абсолютный характер ценностей, поскольку они имеют объективный характер и не зависят от частных мнений. В таком контексте справедливость — категория объективная. Однако в субъективном человеческом восприятии она может искажаться. И такие искажения могут сказаться как на тексте самого закона, так и в практике его применения. Возможность преодоления таких искажений определяется личной интенцией к объективной справедливости каждого законодателя или правоприменителя.

Право следует рассматривать в его необходимой взаимосвязи с жизненными потребностями живых и справедливых людей, для которых справедливость — необходимая основа права. Можно посмотреть, например, как правосудие определял Владимир Иванович Даль: Правосудие — правый суд, справедливый приговор, решение по закону, по совести, по правде¹⁴. Связь справедливости с уголовным правом можно выразить так: 1. Преступление всегда несправедливо. 2. Уголовное право формально закрепляет все несправедливые деяния, обладающие высокой степенью общественной опасности, и признает их противозаконными по причине их несправедливости. 3. Применение норм уголовного права позволяет восстановить нарушенную справедливость в том объеме, которого уголовное право позволяет достигнуть¹⁵.

В определении В. И. Даля справедливость и совесть ставятся в один ряд. И это неслучайно. И совесть¹⁶, и справедливость являются необходимыми качествами, отсутствие которых не позволяет ни принимать нормальные законы, ни исполнять их¹⁷. И несмотря на совсем не юридическое содержание этих слов (полностью раскрыть их значение в рамках правовой нормы просто невозможно), закрепление их в законе представляется в современных жизненных условиях необходимым. Следует согласиться с профессором А. В. Малько: «В России издавна первостепенную роль в народной жизни играли не столько законы, сколько нравственные, духовные, религиозные и иные ценности и регуляторы, такие как совесть, честь, долг, порядочность, гражданское чувство, оказывавшие и оказывающие мощное определяющее воздействие на поведение людей»¹⁸. Российский законодатель учитывает это, а потому справедливость, долг и совесть являются законодательно закрепленными ориентирами при отправлении правосудия. Судья, впервые избранный на должность, приносит в торжественной обстановке присягу следующего содержания: «Торжественно клянусь честно и добросовестно исполнять свои обязанности, осуществлять правосудие, подчиняясь только закону, быть беспристрастным и справедливым, как велят мне долг судьи и моя совесть»¹⁹.

Принцип гуманизма. Гуманизм как принцип права возможен там, где каждая отдельная человеческая личность признается целью, а не средством. Если государство смотрит на каждую отдельную человеческую личность как на главный смысл своего существования (государство существует ради блага каждого отдельного человека) и воплощает такой взгляд в нормах права и в практике их реализации, то это и означает, что право в таком государстве построено на принципе гуманизма.

Принцип гуманизма не означает, что государство дает человеку право на вседозволенность, которая ограничивается лишь встречным правом на вседозволенность, которым обладает другой человек. Это квазигуманизм.

Устанавливая определенные законодательные ограничения, препятствующие человеку беспрепятственно реализовывать любые свои желания, государство действует в интересах человека (гуманно). Не ограничивая человека в его произволе, государство действует во вред человеку (антигуманно). Например, можно легализовать право граждан на приобретение, хранение, перевозку наркотиков без цели сбыта, постольку поскольку употребление наркотиков — личное дело каждого человека. Такое разрешение соответствовало бы желанию человека, поведение которого может и не затрагивать интересов других лиц. Но это не будет соответствовать ни принципу справедливости, ни принципу гуманизма, поскольку несправедливо, если человеку создаются законные условия для медленного самоубийства. Безразличие к человеку антигуманно. Гуманизм предполагает активное участие государства в создании условий для полноценной реализации отдельной личностью тех интересов, которые являются благом для человека, и активное препятствие осуществлению тех «интересов», которые разрушительны для личности и причиняют вред. В этом смысле положения части 1 ст. 7 УК об обеспечении уголовным законодательством РФ безопасности человека следует понимать более широко, чем может показаться на первый взгляд: государство обеспечивает безопасность человека не только от внешних посягательств, но и от опасного поведения лица в отношении самого себя²⁰.

Принцип гуманизма в отношении назначаемого наказания (ч. 2 ст. 7 УК) не исключает страданий преступника. Недопустимы лишь физические страдания и унижение человеческого достоинства. Причинение моральных страданий заложено в любом наказании как средство исправления. Преступник должен лишиться привычного, оказаться в новых, непривычных условиях ограниченных возможностей. Наказание как холодный душ для сонного человека — позволяет проснуться и взглянуть на свою жизнь по-новому. Преступление требует жесткой реакции государства. Это тоже проявление гуманизма. Государство, не карающее преступников жестко, — бесчеловечное и негуманное государство как по отношению к жертвам преступлений, так и по отношению к самим преступникам. Неоправданная мягкость наказания развращает преступника, лишая его возможности исправления, и порождает недоверие к государству и власти со стороны общества. Реализуя принцип гуманизма, и законодателю, и правоприменителю стоило бы прислушаться к Ф. М. Достоевскому: «Прямо скажу: строгим наказанием, острогом и каторгой вы, может быть, половину спасли бы из них. Облегчили бы их, а не отяготили (курсив. — Д. М.). Самоочищение страданием легче, — легче, говорю вам, чем та участь, которую вы делаете многим из них сплошным оправданием их на суде. Вы только вселяете в его душу цинизм, оставляете в нем соблазнительный вопрос и насмешку над вами же»²¹.

Гуманизм в отношении лица, совершившего преступление, должен заключаться в том, чтобы помочь этому лицу. В этом смысле принцип гуманизма коррелирует с такими целями наказания, как ресоциализация и исправление осужденного. Вне принципа гуманизма уголовный закон — орудие возмездия. С принципом гуманизма — механизм возвращения всего общества (включая и преступника) к справедливым правилам общежития. Принцип гуманизма не исключает преступника из членов общества, не позволяет ставить на нем клеймо изгоя, а требует от государства приложения всех необходимых усилий для того, чтобы он стал не ущербным, а полноценным членом общества. Восстановление социальной справедливости через призму принципа гуманизма должно означать не только удовлетворение чувства справедливости общества, которому преступник нанес урон, но и справедливое сочувственное отношение к нему, поскольку он сам является частью этого общества, и наказание требуется для того, чтобы окончательно восстановить его в правах такого полноценного члена общества, которых он сам себя лишил совершением преступления.

r1Вопросы (задания) для самоконтроля

1. Раскройте содержание предмета уголовного права. Сравните предмет уголовного права с предметом других отраслей российского права, найдите сходство и различие.

2. Дайте определение метода уголовного права. Сравните метод уголовного права с методом других отраслей российского права, найдите сходство и различие.

3. Перечислите задачи уголовного права. В чем заключается связь методов и задач уголовного права?

4. Какие функции выполняет наука уголовного права? Раскройте связь науки уголовного права с практикой законотворчества и правоприменения.

5. Перечислите и раскройте содержание принципов уголовного права.

Глава 2
УГОЛОВНЫЙ ЗАКОН

§ 1. Понятие и значение уголовного закона.
Действие уголовного закона во времени и в пространстве

Уголовный закон, как и все другие нормативные правовые акты, принятые законодательной властью, содержит правовые нормы, регулирующие определенный вид общественных отношений. Обладая общими для всех законов признаками, уголовный закон имеет особенности, отражающиеся в его форме, содержании, задачах и функциях.

От других законов он отличается тем, что в нем, и только в нем содержатся нормы, определяющие преступность и наказуемость деяния, а также иные уголовно-правовые последствия совершения преступления. Ни один другой закон не может взять на себя эти функции.

Имеются отличия и в системе уголовного законодательства. Уголовно-правовые нормы сведены в законодательный акт, именуемый Уголовным кодексом Российской Федерации. Полная кодификация уголовного законодательства отличает его от других законодательных отраслей. Согласно ст. 3 УК, преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом. Что касается иных вопросов, например освобождения от уголовной ответственности и наказания, некоторые из них могут регулироваться иными правовыми актами. Так, вопросы помилования осужденных к уголовному наказанию находятся в компетенции Президента Российской Федерации, вопросы амнистии разрешаются в соответствующих постановлениях Государственной Думы Российской Федерации.

Поскольку уголовный закон охраняет наиболее важные для общества и государства интересы, а также, учитывая, что уголовная ответственность и наказание затрагивают основные конституционные права и свободы человека, его нормы и институты основываются на Конституции Российской Федерации и общепризнанных принципах и нормах международного права (ст. 1 УК).

Действующий УК принят в 1996 г. Жизнь не стоит на месте, и Государственная Дума РФ принимает новые уголовные законы, вносящие изменения в УК, однако все они с момента вступления в силу являются его составной частью. Определяя круг наказуемых деяний, уголовный закон опирается, прежде всего, на утвердившиеся в обществе нормы нравственности — этот наиболее древний и справедливый механизм урегулирования споров между индивидом и обществом, однако в отличие от моральных требований запреты уголовного права являются императивными и в случае их нарушения влекут за собой меры государственного принуждения.

Тяжесть последствий преступлений и тяжесть уголовного наказаин ужбуют точных и выверенных средств определения признаков преступных деяний. Единство правового пространства Российской Федерации в части уголовно-правового регулирования объясняет то, что нормы уголовного права устанавливает нормативный правовой акт только федерального уровня. Субъекты Российской Федерации не имеют собственного уголовного законодательства. Отдельные положения, конкретизирующие признаки некоторых видов преступлений, могут содержаться в подзаконных актах. Например, постановлением Правительства РФ устанавливаются Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, сформулированы в постановлении Правительства РФ от 17.08.2007 № 522 (ред. от 17.11.2011)²², а критерии тяжести вреда здоровья, которые необходимы для применения уголовно-правовых норм, устанавливающих уголовную ответственность за посягательство на здоровье человека (ст. 111–115 УК), устанавливаются приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н (ред. от 18.01.2012) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»²³. Тем не менее полный набор признаков преступления, то есть сам уголовно-правовой запрет и санкция за его нарушение содержатся только в уголовном законе.

Кодекс состоит из Общей и Особенной частей. В Общей части определяются принципы уголовного права, устанавливается возраст лиц, которые подлежат уголовной ответственности в случае совершения ими преступления, формулируются нормы, касающиеся правила назначения наказания, условий освобождения от уголовной ответственности и др.

В Особенной части законодатель определяет признаки конкретных преступлений и наказаний, которые следуют за совершение таких деяний. Особенная часть УК поделена на разделы, главы и статьи. Так легче найти нужную норму, которая подлежит применению к конкретному факту совершения общественно опасного деяния (подробнее об этом см. гл. 13 учебника).

В отдельных случаях, когда уголовный закон охраняет общественные отношения, которые регулируются другими отраслями права (гражданского, административного, финансового и др.), признаки нарушения уголовно-правового запрета могут определяться во взаимосвязи с предписаниями таких отраслей права. В этом случае для применения уголовного закона мало учитывать его предписания, надо знать и другие правовые источники, с помощью которых происходит подобная детализация. Например, прежде чем обвинить лицо в хищении чужого имущества, надо установить — действительно ли это имущество является чужим для него или же оно принадлежит ему в силу правил гражданского оборота. В последнем случае нет нарушения уголовного закона, поскольку хищение может иметь место лишь при установлении признаков нарушения норм гражданского права, регулирующего отношения собственности.

Соотношение статьи Уголовного кодекса и нормы уголовного права. Основным предназначением уголовного закона в плане обеспечения его применения является формулирование признаков уголовно-правовых норм — уголовно-правовых запретов, предписаний и дозволений. Эти правовые нормы выражены в статьях уголовного закона. Статья УК, таким образом, является формой закрепления нормы уголовного права, а норма, выраженная в виде суждения, является содержанием уголовного закона. В одной и той же статье УК может содержаться несколько норм, и наоборот, одна и та же норма может содержаться в нескольких статьях уголовного закона. Например, признаки нормы о хищении в виде грабежа определены в ст. 161 УК, однако определение хищения содержится в примечании к ст. 158 УК, а признаки адресата этой нормы — то есть лица, которое может быть субъектом данного преступления, определены в ст. 20 УК. В принципе, все нормы Особенной части УК связаны с нормами Общей части, и полная уголовно-правовая норма, формулирующая запрет совершения преступления конкретного вида, складывается из предписаний всех указанных частей Уголовного закона.

Структура статей Общей и Особенной частей различается. В Общей части сформулированы принципы уголовного права, основные понятия, а также институты уголовного права, в связи с чем их структура не имеет четко выраженного деления на диспозицию и санкцию, однако в некоторых из них можно отыскать гипотезу (например, если преступление не окончено и пресечено на стадии приготовления, то срок или размер наказания за такое преступление не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части (ч. 2 ст. 66 УК)). Большей частью такие предписания имеют вид определительных норм или правил, обращенных к правоприменителю (определение понятий вины, правила реализации уголовного закона при назначении наказания, освобождения от уголовной ответственности и т. п.).

Статья Особенной части УК четко разделяется на два элемента — диспозицию и санкцию.

В диспозиции формулируются признаки преступления, а в санкции определяется наказание за совершение общественно опасного деяния. Законодатель использует разные приемы формулирования признаков преступления (состава преступления). В одном случае он подробно перечисляет все элементы, из которых складывается описательная диспозиция. Примером может быть описание состава злоупотребления служебными полномочиями в ч. 1 ст. 285 УК: «Использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из корыстной или иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства».

В некоторых случаях законодатель лишь называет преступление, не раскрывая подробно его признаки. Такая диспозиция называется простой. В качестве примера можно привести диспозицию ст. 126 УК, в которой лаконично обозначено лишь название преступления без раскрытия его признаков: «Похищение человека». Применение таких норм представляет определенные сложности, поскольку законодатель оставляет широкие пределы усмотрения для интерпретации признаков преступления.

В отдельных статьях УК для описания признаков преступления законодатель использует прием отсылки к другим статьям УК. Так, в ст. 117 УК при описании истязания, как преступления против здоровья, дается отсылка к ст. 111 и 112 УК в целях отграничения этого преступления от причинения тяжкого и средней тяжести вреда здоровью. Такая диспозиция называется отсылочной.

Особой формой межотраслевых связей уголовного закона является бланкетная диспозиция. Она отсылает к нормам других отраслей права для конкретизации некоторых признаков преступления. Это наиболее сложный для применения вид диспозиции, поскольку с помощью бланкетных признаков законодатель раскрывает значение не только отдельных терминов, но и деяния в целом. Например, преступление, предусмотренное бланкетной диспозицией ст. 264 УК, заключается в нарушении правил безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Для установления признаков этого преступления приходится применять всю систему правил, обеспечивающих безопасность дорожного движения.

В чистом виде описательные, бланкетные и ссылочные диспозиции встречаются очень редко. Чаще всего они носят смешанный характер, когда в одной диспозиции присутствуют элементы и того и другого вида. Например, уже упомянутая диспозиция ст. 264 УК имеет и бланкетные и описательные признаки: «нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека».

Санкция — это часть статьи Особенной части уголовного закона, в которой определены вид и размер наказания за совершение преступления. В теории права принято выделять следующие виды санкций: а) по степени определенности указанного в ней наказания — определенные, относительно определенные и неопределенные; б) по наличию вариантов выбора разных наказаний — альтернативные и безальтернативные. В истории российского законодательства можно было найти все перечисленные виды санкций, однако в статьях действующего УК законодатель использует только три основных вида санкций: относительно-определенные; альтернативные и безальтернативные.

В альтернативных санкциях содержится указание не на один, а на два или более вида наказания. Например, санкция ч. 1 ст. 158 УК, устанавливающая ответственность за кражу, предусматривает следующие виды наказания: штраф, обязательные работы, исправительные работы, принудительные работы, арест либо лишение свободы.

В качестве безальтернативной можно назвать лишь одну санкцию, содержащуюся в ч. 2 ст. 112 УК. В ней указан лишь один вид наказания — лишение свободы на срок до пяти лет.

Абсолютно определенных и абсолютно неопределенных санкций в действующем УК нет. Некоторое сходство с неопределенной санкцией имеет мера наказания в виде пожизненного лишения свободы (см. ч. 2 ст. 105 УК — убийство при отягчающих обстоятельствах), поскольку в момент вынесения приговора никому не известно, сколько лет проживет осужденный. Однако бесспорно отнести эту санкцию к числу неопределенных нельзя, поскольку ясно обозначен вид наказания и, во-вторых, этот вид наказания является конкретным в части ссылки на определенные границы, которая зависит от длительности жизни осужденного.

Относительно-определенная санкция устанавливает вид наказания, указывая его высший и низший пределы. Например, ч. 2 ст. 127 УК предусматривает за преступление наказание в виде лишения свободы на срок от трех до пяти лет. Относительно-определенными являются также санкции, в которых законодатель ограничивается указанием лишь на максимальный размер наказания. Такие санкции имеют нижний предел, но он установлен в статьях Общей части УК, посвященных соответствующему виду наказания. Например, в ст. 158.1 УК, предусматривающей ответственность за мелкое хищение, среди прочих видов наказания указано и на лишение свободы на срок до одного года. Такая формулировка не означает отсутствие нижнего предела данной санкции. Он установлен в ч. 2 ст. 56 УК для всех наказаний в виде лишения свободы (кроме пожизненного лишения свободы), минимальный срок лишения свободы равен 2 месяцам. Таким образом, в итоговом виде санкция ст. 158.1 УК может быть определена в виде наказания от 2 месяцев до 1 года лишения свободы.

В большинстве статей Особенной части УК санкции имеют смешанный характер, включая несколько видов.

Рис. 4. Норма права Особенной части

Действие уголовного закона во времени

Важным свойством уголовного закона является его стабильность, однако в реальной действительности изменения в уголовном законодательстве не столь уж редкое явление. В связи с этим возникает необходимость установления правила, согласно которому следует выбирать из нескольких сменяющих друг друга законов тот, который отвечает принципам уголовной ответственности.

В соответствии с ч. 2 ст. 54 Конституции РФ никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Правило базируется на простом понимании того, что нормы уголовного права могут регулировать только то поведение человека, которое осуществляется после вступления закона в юридическую силу. Лицо заранее, до совершения общественно опасного деяния, должно знать, какие неблагоприятные последствия его ждут в случае нарушения нормы уголовного закона.

Это принципиальное положение было отражено несколько веков назад в формуле римского права: nullum crimen, nulla poena sine lege — нет преступления и наказания без указания на то в законе. Данный принцип созвучен также положениям древнего канонического права: «и до закона грех был в мире, но он мертв, если нет закона» (см. послание Апостола Павла к римлянам 5:13).

В российском уголовном законе этот принцип воплощен в правило, согласно которому преступность и наказуемость деяния устанавливаются законом, действовавшим во время совершения деяния (ст. 9 УК).

Так, 16-летние К. и З. из хулиганских побуждений спилили столб электролинии, ведущей к сельской больнице. В связи с обесточиванием приборов была прервана неотложная операция и больной умер. Этот факт имел место в период, когда такие действия наказывались по ч. 2 ст. 167 УК (умышленное повреждение чужого имущества, повлекшее причинение по неосторожности смерти). В период расследования уголовного дела вступила в силу новая норма — ст. 215.2 УК: приведение в негодность объектов жизнеобеспечения. Действия подростков подпадали под признаки ч. 3 этой статьи, предусматривающей ответственность за повреждение объектов энергетики из хулиганских побуждений, если это повлекло причинение по неосторожности смерти. Несмотря на то, что дело было рассмотрено уже в период действия новой статьи УК, указанные лица были осуждены по отмененной к тому времени ст. 167 УК, поскольку она действовала в момент совершения деяния.

Новый уголовный закон может быть применен к деяниям, совершенным до его вступления в силу, но лишь при наличии определенных условий, о которых идет речь в ст. 10 УК. Согласно положениям этой статьи новый закон может быть применен к деянию, совершенному до его вступления в силу, в следующих случаях:

а) если он полностью отменяет наказуемость деяния, которое до этого считалось преступлением;

б) если новый закон предусматривает более мягкое наказание за его совершение;

в) если он иным образом облегчает положение лица, совершившего преступление.

Так, 16-летний С., поссорившись с одноклассником, нанес ему побои. Деяние было совершено в июне 2016 г. и было предусмотрено ст. 116 УК, но к моменту рассмотрения уголовного дела в суде вступила в силу новая норма — ст. 116.1 УК, согласно которой побои, совершенные впервые без отягчающих обстоятельств, признаются административным правонарушением и лишь в случае повторения таких действий лицом, наказанным в административном порядке за причинение побоев, гражданин привлекается к уголовной ответственности. В связи с этим был применен новый закон, согласно которому действия подростка хотя и были аморальны, но уже не признавались преступлением.

В части второй ст. 10 УК содержится та же мысль, что и в ст. 9 УК, но уже в виде вывода из этого принципа: уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет. Таким образом, для правильного применения закона необходимо установить точное время совершения уголовно наказуемого деяния. Согласно ч. 2 ст. 9, временем совершения преступления признается время совершения деяния, независимо от того, когда наступили последствия.

Например, некто А. дал яд своему конкуренту по бизнесу 12 декабря 2022 г., а смерть потерпевшего наступила 1 января 2023 г. В таком случае применяется закон, действовавший на момент дачи потерпевшему яда, то есть совершения общественно опасного действия.

Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц

Действие уголовного закона в пространстве и по кругу лиц связано с понятием суверенитета, который государство вправе распространять, во-первых, на все пространство своей территории, во-вторых, на всех своих граждан и других лиц, которых оно взяло под свою защиту. При решении вопроса о границах юрисдикции Российской Федерации национальное законодательство руководствуется в сфере уголовно-правового регулирования идеей максимальной защищенности законных интересов граждан Российской Федерации, лиц без гражданства, постоянно проживающих в Российской Федерации, а также государственных интересов в целом, независимо от того, где и кем совершено преступление, посягающее на такие интересы.

Среди основных принципов действия уголовного закона в пространстве обычно выделяют: территориальный принцип; принцип гражданства; реальный и универсальный принципы.

Территориальный принцип означает, что уголовный закон действует на всей территории России и распространяется на всех лиц, независимо от их гражданства. К территории Российской Федерации приравнивается пространство в пределах территориального моря; воздушное пространство Российской Федерации, континентальный шельф и исключительная экономическая зона Российской Федерации.

Территориальное море Российской Федерации — это примыкающий к сухопутной территории или к внутренним морским водам морской пояс шириной 12 морских миль, отмеряемых от исходных линий, указанных в ст. 4 ФЗ от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 21.05.2023).

Воздушное пространство Российской Федерации представляет собой пространство над территорией нашего государства, в том числе воздушное пространство над внутренними водами и территориальным морем» (ст. 1 ВК РФ).

Континентальный шельф Российской Федерации включает в себя морское дно и недра подводных районов, находящиеся за пределами территориального моря РФ на всем протяжении естественного продолжения ее сухопутной территории до внешней границы подводной окраины материка (ст. 1 ФЗ от 30.11.1995 № 187-ФЗ [ред. от 28.06.2022] «О континентальном шельфе Российской Федерации»).

Исключительная экономическая зона Российской Федерации — это морской район, находящийся за пределами территориального моря РФ и прилегающий к нему, с особым правовым режимом (ст. 1 ФЗ от 17.12.1998 № 191-ФЗ (ред. от 28.06.2022) «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации»).

К преступлениям, совершенным на территории Российской Федерации, приравниваются также уголовно наказуемые деяния, совершенные на судне, приписанном к порту Российской Федерации, находящемся в открытом водном или воздушном пространстве вне пределов Российской Федерации.

Любое лицо, совершившее преступление на территории Российской Федерации, несет уголовную ответственность по Уголовному кодексу РФ. Исключение из общих правил составляют положения об ответственности дипломатических представителей иностранных государств, уголовная ответственность которых разрешается дипломатическим путем (ч. 4 ст. 11 УК).

В круг лиц, пользующихся иммунитетом, входят, например, главы дипломатических представительств, члены представительств, имеющие дипломатический ранг, члены их семей, если последние не являются гражданами государства пребывания. К иным лицам, пользующимся иммунитетом, относятся, в частности, главы государств, правительств, главы внешнеполитических ведомств государств, члены персонала дипломатического представительства, осуществляющие административно-техническое обслуживание представительства, члены их семей, проживающие вместе с указанными лицами, если они не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно, а также другие лица, которые пользуются иммунитетом согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и международным договорам Российской Федерации (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 № 5 в ред. от 05.03.2013 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»).

На граждан России и лиц без гражданства, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, уголовный закон распространяет свое действие независимо от места совершения преступления.

Условием привлечения их к уголовной ответственности по российскому уголовному закону является то, что преступное посягательство направлено против тех интересов, которые охраняются в нашем государстве. И следующим условием является отсутствие решения по этому делу суда иностранного государства (ч. 1 ст. 12 УК).

Особые правила предусмотрены для военнослужащих воинских частей Российской Федерации, дислоцирующихся за пределами Российской Федерации. За преступления, совершенные на территории иностранного государства, они несут уголовную ответственность по УК, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации. Речь идет прежде всего о двусторонних договорах с теми странами, на территории которых располагаются наши воинские части.

Иностранные граждане не могут нести ответственность по российскому уголовному закону за преступления, совершенные вне пределов Российской Федерации. Лишь за отдельные виды преступлений (например, терроризм и некоторые другие) иностранные граждане в соответствии с универсальным принципом могут отвечать по нашему уголовному закону в соответствии с международным договором независимо от места совершения деяния (ч. 3 ст. 12 УК).

Кроме того, в силу реального принципа к уголовной ответственности по УК могут быть привлечены любые лица независимо от их гражданства и места совершения преступления, если речь идет о посягательстве на интересы нашей страны или на законные интересы граждан Российской Федерации, а также лиц без гражданства, постоянно проживающих на территории Российской Федерации (ч. 3 ст. 12 УК).

§ 2. Толкование уголовного закона

Определяя в статье УК признаки запрещаемого деяния, законодатель описывает их в обобщенной форме. Для того чтобы применить уголовно-правовую норму к конкретному деянию, следует выяснить, подпадает ли оно под признаки, указанные в диспозиции статьи уголовного закона. В силу принципа разделения властей суд должен применять уголовный закон в соответствии с тем смыслом, который заложен в него законодателем. В связи с этим необходимо уяснить содержание применяемой статьи УК. Например, кража в ст. 158 УК обозначена как тайное хищение чужого имущества. Для того чтобы применить эту статью, необходимо выяснить, что понимать под имуществом, подпадает ли, например, под это понятие криптовалюта; какое имущество является чужим, что такое тайное хищение и т. д. Получить ответы на указанные вопросы можно посредством толкования.

Под толкованием понимается уяснение или разъяснение содержания уголовного закона в целях применения его к конкретному случаю в соответствии с заложенным в нем смыслом. Поскольку содержанием уголовного закона является норма уголовного права, суть толкования сводится к выявлению полного набора признаков такой нормы.

Уголовный закон имеет письменную форму, поэтому толкование предполагает анализ текста его статей. Существуют разные способы выявления смысла нормы, исходя из текста уголовного закона. К числу таких способов толкования принято относить грамматическое, систематическое, историческое и логическое.

Грамматическое (филологическое) толкование закона заключается в уяснении смыла нормы, основываясь на правилах грамматики и синтаксиса, с учетом этимологии слова. При этом толкованию подлежат как отдельные слова и термины, использованные в тексте, так и предложения, а также текст статьи в целом. Учитывая, что в диспозиции статьи содержится не просто набор слов, а связный текст, значение и смысл отдельных терминов, слов, понятий, употребляемых в законе, толкуется в их системном единстве. При этом содержание обычного слова необходимо понимать в контексте, а значение термина остается постоянным и не меняется при перемещении его из текста одной статьи в другую. Например, словосочетание «должностное лицо» во всех статьях гл. 30 УК толкуется одинаково, исходя из его определения, которое дано в примечании к ст. 285 УК. Если уголовный закон заимствует термин из другой отрасли законодательства, по общему правилу, он должен толковаться с учетом этого отраслевого значения. Например, термин «налог» в ст. 198 УК толкуется в точном соответствии с тем определением, которое дано в ст. 8 Налогового кодекса РФ. В отдельных случаях из этого правила бывают исключения.

Образцы грамматического толкования отдельных слов и словосочетаний мы находим в постановлениях Пленума ВС РФ. Так, например, разъясняя понятие «вовлечение несовершеннолетнего» применительно к составам преступлений, предусмотренных ст. 150 УК и ст. 151 УК, Пленум Верховного Суда РФ указал, что под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления или совершение антиобщественных действий следует понимать действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление или антиобщественные действия как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить преступление или антиобщественные действия, разжигания чувства зависти, мести и иных действий, под этими понимаются действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление²⁴.

Логическое толкование. Этот вид толкования, как это следует из его наименования, предполагает использование логических умозаключений для выяснения смысла закона. Законы логики используются при толковании любого закона, и потому этот вид толкования, в принципе, можно было бы специально не выделять, однако иногда на этот прием делается особый упор. Например, в ч. 1 ст. 87 УК дается разъяснение, кого считать несовершеннолетним. Согласно этой статье «несовершеннолетними признаются лица, которым ко времени совершения преступления исполнилось четырнадцать, но не исполнилось восемнадцати лет». Если толковать буквально, то может получиться, что лица, не достигшие 14-летнего возраста, не являются несовершеннолетними. Однако это явно противоречило бы здравому смыслу. Логическое толкование этой статьи во взаимосвязи с другими статьями УК, в которых речь идет о несовершеннолетних, позволяет сделать вывод, что определение, данное в ст. 87 УК, распространяется лишь на тех лиц, которые привлекаются к уголовной ответственности. Что же касается несовершеннолетних потерпевших, то в их число законодатель включает и лиц, не достигших четырнадцатилетнего возраста. Так, в ст. 97 УК речь идет о том, что принудительные меры медицинского характера могут быть назначены судом лицам, совершившим в возрасте старше восемнадцати лет преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцатилетнего возраста.

Систематическим²⁵ называется толкование, при котором смысл нормы уясняется посредством сопоставления содержания норм из разных статей УК или даже из разных отраслей права. Например, для того чтобы определить признаки субъекта нарушения правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта (ст. 268 УК), обязательно надо обратиться к тексту статей 263 и 264 УК, поскольку в диспозиции этой статье указано, что наказанию подлежит пешеход или другой участник движения, кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 настоящего Кодекса.

Иногда за разъяснением терминов и отдельных слов приходится обращаться к нормативным правовым актам, находящимся за пределами сферы уголовного права. В таком случае систематическое толкование приобретает межотраслевой характер. Например, для раскрытия признака «тяжкий вред здоровью» (ст. 111 УК) необходимо обращаться к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н (ред. от 18.01.2012) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»²⁶. К тяжкому вреду здоровью, согласно этому нормативному правовому акту, относятся, например, проникающее ранение головы, шеи, брюшной и грудной полости, перелом основания (свода) черепа и др.

Богатство русского языка заключается в том, что многие слова имеют несколько значений, в том числе узкое и широкое. Выбор варианта толкования в таком случае остается за правоприменителем, но при этом он должен учитывать тот смысл, который заложил в уголовно-правовую норму законодатель. Если по смыслу нормы речь идет об узком значении слова, толкование именуется ограничительным, если о широком значении — оно называется расширительным. Например, в приведенном выше примере толкования понятия «вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность» (ст. 150 УК) слово «вовлечение» может обозначать как процесс склонения к преступлению несовершеннолетнего со стороны взрослого, так и результат этого процесса — фактическое участие несовершеннолетнего в совершении преступления. Пленум ВС РФ остановился на узком значении, признав преступление оконченным лишь тогда, когда взрослому удалось добиться того, что несовершеннолетний совершил преступление. Применительно к другому преступлению — незаконному сбыту наркотических средств (ст. 228.1 УК) Пленум ВС РФ использовал широкое значение слова «сбыт», указав, что под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать незаконную деятельность лица, направленную на их возмездную либо безвозмездную реализацию (продажа, дарение, обмен, уплата долга, дача взаймы и т. д.) другому лицу — приобретателю²⁷. В данном случае Пленум выбрал широкое значение термина, включив в понятие сбыта не только отчуждение (передачу другому лицу) наркотического средства, но и действия, предшествующие этому акту, — действия, направленные на то, чтобы сбыть кому-либо запрещенные наркотические средства.

Таким образом, и при расширительном толковании правоприменитель следует букве закона, принимая во внимание лишь один из вариантов значения слова, не выходя за его рамки. В противном случае может быть нарушен принцип разделения властей, подмена воли законодателя волей правоприменителя. Чаще всего расширительному толкованию подвергаются те нормы уголовного права, которые предусматривают возможность освобождения от уголовной ответственности или ограничения уголовной репрессии. Расширение основания и пределов уголовной ответственности с помощью толкования недопустимо.

Толкование по объему может быть связано не только с широким или узким значением слова, но и с контекстом статьи и даже всего УК в целом. Так, суды применяют ограничительное толкование при определении возраста лица, которое может быть привлечено к уголовной ответственности за розничную продажу несовершеннолетним алкогольной продукции (ст. 151.1 УК). В этой статье ничего не говорится о возрасте лица, совершающего такое преступление, значит, по общему правилу должна действовать норма ч. 1 ст. 20 УК, согласно которой уголовная ответственность наступает с 16 лет. Однако предназначением статей гл. 20 УК, которая именуется «Преступления против семьи и несовершеннолетних», является защита интересов несовершеннолетних от противоправных действий взрослых. Поэтому субъектом данного преступления может быть лишь взрослый. Кроме того, подобный вывод вытекает из положений административного законодательства об ответственности за нарушение правил продажи этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции (ст. 14, 16 КоАП), относительно которой Президиум Верховного Суда РФ прямо указал на то, что ответственность по этой статье наступает с 18 лет. В связи с тем, что к уголовной ответственности по ст. 151.1 УК привлекаются лишь те лица, которые ранее привлекались к административной ответственности, данная рекомендация Президиума ВС РФ должна быть учтена и по уголовному делу. В этом примере мы видим одновременное использование и логического, и систематического (межотраслевого) толкования уголовного закона.

Историческое толкование как прием выявления подлинного смысла применяемой нормы уголовного права связан с тем, что содержание слов с течением времени может меняться, приобретая иногда даже противоположный смысл. В таком случае слова толкуются в том значении, которое имел в виду законодатель, принимая уголовный закон.

В зависимости от того, кто толкует уголовный закон и для каких целей, выделяется легальное, судебное и доктринальное толкование.

Легальным называется толкование, осуществляемое законодателем. Такое толкование в действующем УК выражено обычно в форме примечания к его статьям. Например, в примечании к ст. 158 УК разъясняется, что следует понимать под хищением чужого имущества, в примечании к ст. 285 УК дается определение должностного лица. По сути, такое разъяснение становится составной частью уголовного закона и столь же обязательно для правоприменителя, как и сам уголовный закон. Поскольку уголовный закон посредством бланкетных признаков связан с нормативными правовыми актами других отраслей права, для квалификации преступления используются и легальные толкования других отраслей законодательства. Например, понятие «чужое имущество» толкуется в уголовном законодательстве с учетом норм гражданского законодательства, и, в частности, само понятие имущества — с учетом ст. 128 ГК. В этом с наибольшей очевидностью проявляется связь уголовного права с другими отраслями права.

Судебное толкование, в свою очередь, может быть нормативным и казуальным. Нормативное судебное толкование осуществляет Верховный Суд РФ для того, чтобы все суды единообразно применяли уголовный закон. Согласно ст. 7 ФКЗ от 05.02.2014 № 3-ФКЗ (ред. от 14.07.2022) «О Верховном Суде Российской Федерации», высший судебный орган дает судам разъяснения по вопросам судебной практики на основе ее изучения и обобщения. Например, на вопрос о том, какое хищение следует считать тайным, Верховный Суд РФ указывает: «Как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них»²⁸.

Нормативность такого разъяснения заключается в том, что оно адресовано всем судебным органам и рассчитано на неоднократное применение по данной категории уголовных дел. Несмотря на свою фактическую обязательность, такое постановление нельзя приравнять к закону, поскольку Верховный Суд РФ дает разъяснение на основе уяснения смысла действующего уголовного закона и не может выходить за его пределы. Особая ценность для практики такого разъяснения заключается в том, что оно является коллективным трудом практиков и ученых, которые готовят проект постановления на основе изучения большого массива уголовных дел.

Казуальное толкование осуществляется судом, а на досудебной стадии следователем, дознавателем, только по уголовным делам, которые находятся у них в производстве. Субъектом казуального толкования по конкретному уголовному делу является лицо, которое уполномочено принимать процессуальные решения: следователь, руководитель следственного органа, дознаватель, начальник органа дознания или подразделения дознания и суд (судья).

Результаты толкования отражаются в формуле квалификации преступления в процессуальном документе, который составляет уполномоченное лицо: в постановлении о возбуждении уголовного дела, о привлечении в качестве обвиняемого, в обвинительном заключении, в приговоре, а также в других процессуальных документах. Результаты этого толкования обязательны только по конкретному уголовному делу и лишь применительно к тем решениям, которые принимает субъект толкования. Вместе с тем некоторые результаты удачного казуального толкования по конкретному уголовному делу становятся образцом для других правоприменителей. Так, долгое время в судебной практике подобным образцом раскрыто понятие похищения человека, которое было дано Президиумом Верховного Суда РФ по конкретному уголовному делу. Затем это определение в основной своей части вошло в разъяснение по квалификации данного преступления, сформулированное Пленумом Верховного Суда РФ от 24.12.2019 № 58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» (п. 2).

Особую природу имеет толкование уголовного закона Конституционным Судом РФ. Можно выделить два вида толкования Конституционным Судом РФ уголовного закона. Основное предназначение Конституционного суда РФ в сфере уголовно-правового регулирования заключается в оценке того, соответствует ли определенный закон Конституции Российской Федерации. Решение Конституционного суда РФ по этому вопросу, основанное на толковании уголовного закона во взаимосвязи с положениями Конституции РФ, является обязательным для всех органов власти, юридических и физических лиц. Если Конституционный Суд РФ признает статью УК полностью или в определенной части неконституционной, его решение приобретает, по сути, силу закона.

При официальной публикации текста УК или при размещении его в справочно-информационных системах обязательной является ссылка на то, что его текст приводится с изменениями, внесенными Постановлениями Конституционного Суда РФ²⁹. В процессе анализа уголовного закона на предмет его конституционности Конституционный Суд РФ осуществляет также толкование на предмет выявления смысла уголовного закона, необходимого для принятия окончательного решения. Результаты такого вида толкования именуются позицией Конституционного Суда РФ по вопросам содержания той или иной нормы уголовного закона. Эта позиция Конституционного Суда РФ обычно учитывается при судебном и доктринальном толковании уголовного закона.

Рис. 5. Толкование уголовного закона

Доктринальное толкование уголовного закона — это уяснение смысла уголовно-правового предписания, выявляемое на основе научных исследований, которое базируется на изучении природы применяемой нормы права, анализа практики применения уголовного закона. Доктринальное токование не обязательно для суда, следователя и дознавателя, но оно находит свое отражение в практике применения уголовного закона, поскольку будущие правоприменители изучают в вузах науку уголовного права, осваивая понятия, институты и отдельные нормы на основе научных положений, отраженных в учебниках, монографиях и учебных пособиях. Кроме того, ученые принимают непосредственное участие в подготовке актов судебного нормативного толкования — постановлений Пленума ВС РФ.

r1Вопросы (задания) для самоконтроля

1. Что такое уголовный закон?

2. Какова структура Уголовного кодекса и его статей?

3. Какими правилами определяется действие уголовного закона во времени?

4. Каковы пределы действия УК России в пространстве?

5. Как действует уголовный закон в отношении граждан России и иностранных граждан в случае совершения ими преступления за пределами Российской Федерации?

Глава 3.
ПРЕСТУПЛЕНИЕ

§ 1. Понятие и признаки преступления.
Категории преступлений

Уголовный кодекс Российской Федерации определяет преступление как виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное под угрозой наказания (ст. 14 УК). В приведенном определении нашли отражение основные свойства и признаки преступления, а также форма его проявления в объективной действительности.

Преступление — это, прежде всего, деяние, определенный поступок, акт поведения человека во внешнем мире. Деяние может проявляться как в действии, так и бездействии, которые именуются формами деяния. Поступки человека приводят к определенным изменениям в окружающем мире и являются итогом деятельности субъекта. Бездействие также является разновидностью деяния, поскольку в нем находит воплощение волевое пассивное поведение человека, сознательно отказавшегося от необходимости совершить определенные действия, возложенные на него в силу закона, исполнения профессионального долга, семейных, гражданско-правовых отношений или иных обстоятельств. Так, неоказание врачом помощи больному, если при этом наступил вред средней тяжести здоровью человека, является преступлением, ответственность за которое установлена в ст. 124 УК.

Действие всегда внешне проявляется в активном поведении человека, которое выражается либо в одном акте, либо оно, как правило, складывается из нескольких телодвижений. Иногда при этом могут использоваться механизмы или иные технические средства, усиливающие физические возможности субъекта. Действие имеет свое начало во времени, когда телодвижение субъекта является отправным моментом для возникновения и развития определенных событий в избранном направлении. Ему присуще и окончание, когда последнее телодвижение либо приводит к наступлению желаемого результата в виде общественно опасных последствий, предусмотренных в уголовном законе, либо с последним телодвижением исчерпывается содержание преступного поведения, которое само по себе признается таковым.

Одно деяние (действие или бездействие) может привести к совершению двух и более преступлений. Злоумышленник, бросивший зажженную спичку в открытое окно дома, в котором находились спящие люди, фактически совершает два преступления: умышленное уничтожение чужого имущества путем поджога (ч. 2 ст. 168 УК) и, в случае гибели людей, — убийство двух и более лиц общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК).

Деяние всегда носит волевой характер, т. е. человек сам, свободно, без внешнего принуждения, выбирает именно преступное поведение. Если человек подвергается принуждению, от которого не может избавиться и уклониться, и в силу давления на него посторонних лиц совершает преступление, то такое поведение, исключающее свободу выбора, не может рассматриваться как преступное. Подробно основания для принятия такого решения законодательно впервые закреплены в действующем уголовном законе в ст. 40 УК.

Неконтролируемые, рефлекторные телодвижения, поступки людей, а также телодвижения, производимые при определенных болезненных состояниях, не могут быть преступными и уголовно наказуемыми, поскольку человек не направляет свою волю на их совершение.

Мысли, слова, те или иные взгляды, намерения, не способные изменить действительность, не могут признаваться преступлением. Исключение составляют случаи, когда высказывания имеют под собой реальную возможность воплотиться в определенные формы негативного поведения, создающие опасность для охраняемых уголовным законом отношений, правопорядку и государственному устройству. Такие деяния в силу заложенной в них повышенной опасности признаются преступными, например угроза убийством (ст. 119 УК), публичные призывы к осуществлению террористической деятельности (ст. 205.1 УК).

Первый признак преступления — это общественная опасность, т. е. такое свойство деяния, в результате которого наступают определенные отрицательные последствия как для конкретного человека или группы лиц, общества и государства в целом. Именно в силу этого общество, пытаясь оградить себя от вредных последствий, расценивает подобные деяния в качестве преступных.

Преступные последствия существуют в объективной действительности и воспринимаются обществом, его членами в виде материальных, физических, нравственных утрат, поражения в правах, ущемления интересов, охраняемых законом. Так, законодатель, описывая то или иное деяние, например злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК), в качестве последствий преступления называет «существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства».

В отдельных случаях поступки людей уже сами по себе рассматриваются как преступления, так как содержат в себе угрозу наступления вредных последствий. Так, например, незаконное приобретение или хранение оружия является преступлением (ст. 222 УК), независимо от того, было ли оно использовано для причинения вреда здоровью граждан. Общественную опасность принято именовать материальным признаком преступления в силу того, что ее можно, как правило, определить, конкретизировать.

Подводя итог, можно констатировать, что под общественной опасностью преступления понимается его способность причинять вред охраняемым уголовным законом общественным отношениям или создавать угрозу причинения такого вреда.

Общественная опасность характеризуется качественным признаком, характером, и количественным, под которым подразумевается степень ее проявления.

Характер общественной опасности зависит от важности общественных отношений, на которые посягает преступление. По характеру общественной опасности, важности охраняемых отношений выделяют преступления против жизни и здоровья человека, против собственности, порядка управления и т. д.

Характер общественной опасности используется законодателем для формирования разделов и глав Уголовного кодекса.

Степень общественной опасности показывает, какой вредоносностью обладают однотипные деяния и насколько они различаются между собой. Степень общественной опасности зависит от способа совершения преступления, тяжести наступившего вреда и ряда других показателей, которые учитываются законодателем при определении вида и размера наказания за содеянное. Так, открытый способ хищения чужого имущества при грабеже придает ему более высокую степень общественной опасности, чем тайный способ при краже. В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» подчеркивается, что при определении характера общественной опасности преступления «следует иметь в виду прежде всего направленность на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный вред», а степень общественной опасности «зависит от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, вида умысла». Так же особо указывается на то, что «справедливость наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления».

Второй признак преступления — противоправность, которая является нормативным отражением общественной опасности (формальный признак). Противостоять преступлению можно только в том случае, если существует запрет на его совершение на законодательном уровне. Определив, что какое-либо деяние причиняет вред или создает угрозу для общественных отношений, государство в лице законодательных органов принимает решение о его криминализации. Преступность деяния определяется только уголовным законом, и как бы негативно общество ни относилось к отдельным поступкам людей, они не могут рассматриваться в качестве преступных, если не упоминаются в Уголовном кодексе. Именно в силу этого в ст. 3 УК провозглашается запрет на применение уголовного закона по аналогии.

Реакция общества на те или иные деяния как общественно опасные со временем может изменяться, поэтому в зависимости от идеологии, господствующей в определенной общественно-экономической формации, одни деяния утрачивают свою вредоносность и исключаются из Уголовного кодекса, декриминализируются, а другие — напротив, признаются в качестве преступных. В связи с изложенным следует признать, что понятие преступления носит исторически изменчивый характер и определяется многими социальными, политическими и экономическими факторами.

Общественная опасность и противоправность являются материально-формальными признаками преступления.

Третий признак — виновность означает такое психическое отношение лица к своему деянию, при котором оно осознает характер совершаемых действий, предвидит в той или иной мере наступление вредных последствий и направляет свои волевые усилия в определенном направлении, желая или допуская наступление негативных последствий. Второй разновидностью является такое психическое отношение лица к последствиям, при котором они не желательны, и с этой целью субъект предпринимает некие попытки их предотвращения, но они оказываются тщетными и необоснованными, либо лицо не предвидело наступление общественно опасных последствий, но в силу профессиональных и прочих навыков должно и могло было их предвидеть.

Лицо подлежит уголовной ответственности только за те деяния, «в отношении которых установлена его вина» (ч. 1 ст. 5 УК). «Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается» (ч. 2 ст. 5 УК). Таким образом, российское уголовное законодательство придерживается позиции субъективного вменения.

Если лицо в момент совершения преступления находилось в таком состоянии, что не могло осознавать фактический характер и общественную опасность совершаемых действий либо руководить ими, оно не может подлежать уголовной ответственности (ст. 21 УК).

Четвертый признак — наказуемость является следствием противоправности, т. е. за предусмотренное в уголовном законе преступление следует наказание, адекватное характеру и степени его общественной опасности. Наказуемость означает наличие реальной возможности применить наказание к любому лицу, совершившему преступление, указанное в Особенной части Уголовного кодекса.

Не всегда общественная опасность конкретного деяния, признаваемого преступлением и указанного в уголовном законе, достигает достаточной степени в силу тех или иных обстоятельств его совершения, что позволяет признать его малозначительным и не привлекать лицо к уголовной ответственности. Такая возможность установлена в ч. 2 ст. 14 УК, в которой указано: «Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

При признании деяния малозначительным уголовное дело не возбуждается, а возбужденное подлежит прекращению. Вопрос об оценке деяния в качестве малозначительного решается всегда следственными или судебными органами применительно к конкретному преступлению, с учетом всех признаков преступления, содержащихся в диспозиции статьи Особенной части УК, и при тщательном установлении субъективного отношения лица к содеянному.

При признании деяния малозначительным во внимание принимаются следующие обстоятельства.

Если в уголовном законе в качестве обязательного признака преступления указаны определенные последствия в виде причиненного ущерба или иного вреда, то необходимо установить их объем. Так, например, уголовная ответственность за кражу наступает только в том случае, если сумма ущерба превышает 2,5 тыс. руб. Поэтому, если лицо похитило вещь стоимостью в 2 тыс. 600 руб., такое деяние можно признать малозначительным, хотя формально оно является преступлением. Однако при этом надо учитывать направленность умысла виновного, мотивы и цели.

Малозначительное деяние не только объективно характеризуется такими показателями, которые не соответствуют типовой степени общественной опасности, но и субъективно оценивается виновным как таковое. Поэтому если преступник хотел похитить крупную сумму денег, которые к моменту совершения преступления были изъяты из сейфа их собственником, то даже отсутствие какого бы то ни было ущерба в таком случае не дает повода для признания деяния малозначительным. Ведь преступное последствие не наступило по причинам, не зависящим от воли виновного. Поэтому подобное деяние будет квалифицировано как покушение на кражу в крупном размере.

Сложнее обстоит дело при признании малозначительным деяния, которое заключается только в совершении какого-либо действия или в бездействии. В такой ситуации необходимо проанализировать мотивы и цели совершаемого преступления; если их можно оценить как общественно полезные или нейтральные, то это может привести к признанию малозначительности. Так, несмотря на то, что в УК предусмотрена ответственность за незаконное хранение оружия, суд признал такое деяние малозначительным, так как виновный забрал у своего приятеля оружие для того, чтобы тот не совершил самоубийство.

Уголовный кодекс РФ закрепил деление всех преступлений на несколько категорий, объединив в каждой из них деяния, схожие по характеру и степени общественной опасности. В основу категоризации преступлений положены: форма вины — умышленная или неосторожная; максимальные размеры самого строгого наказания — лишения свободы, которое предусмотрено в санкции статьи Особенной части УК. В результате выделены четыре категории преступлений: небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие (ч. 1 ст. 15 УК). Неосторожные преступления составляют только три категории: небольшой, средней тяжести и тяжкие. Для умышленных преступлений установлена и особо тяжкая категория.

Рис. 6. Классификация преступлений. Умышленные деяния

Рис 7. Классификация преступлений. Неосторожные деяния

Из приведенных таблиц видно, что к преступлениям средней тяжести относятся умышленные деяния, максимальное наказание за которые не превышает пяти лет лишения свободы, а также и неосторожные деяния, максимальное наказание за которые не превышает десяти лет лишения свободы (ч. 3 ст. 15 УК). Приведенное положение можно пояснить на следующих примерах. Так, кража чужого имущества в значительном размере (п. «в» ч. 2 ст. 158 УК) — умышленное преступление, которое наказывается на срок до пяти лет лишения свободы, признается преступлением средней тяжести. В эту же категорию входит и нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть двух и более лиц (ч. 5 ст. 264 УК), так как максимальное наказание за это преступление не превышает десяти лет лишения свободы и может быть назначено в пределах до семи лет.

Категория преступления, определенная в Уголовном кодексе, не является неизменной величиной. В соответствии с ч. 6 ст. 15 УК суду предоставлено право изменять категорию преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления, например, преступление средней тяжести — в категорию небольшой и т. д.

Перевод преступления в иную категорию осуществляется в отношении конкретного деяния и с соблюдением строго определенных требований. Во-первых, такая процедура может производиться только с учетом фактических обстоятельств совершения преступления и степени его общественной опасности, при наличии смягчающих и отсутствии отягчающих наказание обстоятельств. Характеристика названных обстоятельств, перечень и особенности их учета содержатся соответственно в ст. 61 и 63 УК. Во-вторых, должны соблюдаться следующие условия. При переводе преступления средней тяжести в категорию небольшой тяжести осужденному должно быть назначено наказание, не превышающее трех лет лишения свободы, или другое более мягкое наказание; тяжкого преступления — в категорию средней тяжести, назначенное осужденному наказание не должно превышать пяти лет лишения свободы или другое, более мягкое наказание. Наконец, при переводе особо тяжкого преступления в категорию тяжкого осужденному должно быть назначено наказание, не превышающее семи лет лишения свободы.

Приведенная классификация преступлений имеет важное практическое значение для применения ряда положений уголовного законодательства, имеющих непосредственное отношение к лицам, совершившим общественно опасные деяния, и определяющих их дальнейшее правовое положение.

В качестве подтверждения этого тезиса можно привести следующие наиболее важные положения Общей части УК.

Если лицо совершило преступление небольшой тяжести, наказание в виде лишения свободы может быть назначено только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК, за небольшим исключением.

Освобождение от уголовной ответственности при наличии определенных оснований может иметь место только при совершении преступлений небольшой и средней тяжести (ст. 75, 76 УК).

Несовершеннолетний освобождается от уголовной ответственности (ст. 90 УК) и наказания (ст. 92 УК) с применением принудительных мер воспитательного воздействия, если он совершил преступления небольшой или средней тяжести.

Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 79 УК), замена не отбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания (ч. 2 ст. 80 УК) ставятся в зависимость от категории преступления. Так, лицо, осужденное за преступление небольшой тяжести, должно отбыть не менее одной трети назначенного срока наказания, а лицо, совершившее тяжкое преступление, — не менее половины назначенного срока наказания.

Пожизненное лишение свободы устанавливается только за совершение особо тяжкого преступления, посягающего на жизнь, или направленных против здоровья населения и общественной нравственности, общественной безопасности, половой неприкосновенности несовершеннолетних (ст. 57 УК). Смертная казнь может быть установлена только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь (ст. 59 УК).

Сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст. 78 УК) и давности исполнения обвинительного приговора (ст. 83 УК), а также погашения судимости (ст. 86 УК) зависят от категории совершенного преступления.

Подводя итог рассмотрения сущности и целей классификации преступлений, необходимо отметить, что ее наличие в уголовном законодательстве является одним из существенных достижений законодательной техники и позволяет точно определять правовые последствия, наступающие в случае совершения общественно опасных деяний.

§ 2. Преступление и иные правонарушения

Преступление следует отграничивать от иных правонарушений, в частности от административных деликтов. Прежде всего, надлежит отметить, что преступление обладает более высокой степенью общественной опасности, чем, к примеру, административный проступок. Только тогда, когда степень общественной опасности переходит определенный рубеж, деяние признается преступлением, и в первую очередь это обусловливается тяжестью наступивших последствий. Нарушение правил дорожного движения, повлекшее причинение потерпевшему легкого или средней тяжести вреда здоровью, является административным правонарушением. Наступление тяжкого вреда здоровью подпадает под признаки преступления, предусмотренного ст. 264 УК.

В качестве обстоятельства, повышающего степень общественной опасности, может выступать объем неправомерных действий. Так, незаконное предпринимательство (ст. 171 УК) будет преступлением, в частности в том случае, если был получен доход в крупном размере (св. 2 млн 250 тыс. руб.). Меньшая сумма влечет применение норм административного законодательства.

Асоциальные мотивы и цели могут повысить степень общественной опасности, переведя, таким образом, дисциплинарный проступок в разряд преступления. В качестве иллюстрации можно привести неисполнение обязанностей налогового агента (ст. 199.1 УК), продиктованное такими мотивами, как личные интересы.

Наконец, форма вины также оказывает влияние на степень общественной опасности. Неосторожное отношение субъекта к наступившим последствиям, которые к тому же сами по себе не являются тяжкими, позволяет законодателю расценивать их как административное правонарушение. Так, причинение легкого вреда по неосторожности подлежит ответственности по статье Кодекса об административных правонарушениях, в то время как умышленное причинение такого же вреда образует преступление (ст. 115 УК).

Различия между преступлением и иными правонарушениями можно обнаружить применительно к такому понятию, как виновность. Если в уголовном законодательстве вина является одним из обязательных условий привлечения к ответственности, причем со строгим установлением конкретных ее видов, то в иных отраслях права она не имеет столь существенного значения. Так, в административном законодательстве на квалификацию содеянного не влияет, имела ли место умышленная или неосторожная форма вины, которые не упоминаются при описании признаков правонарушений. В гражданском законодательстве провозглашается принцип ответственности даже при отсутствии вины, например, владелец источника повышенной опасности отвечает за причиненный вред независимо от своей вины.

Субъектом преступления является лишь физическое лицо, достигшее определенного возраста и осознано относящееся к своим поступкам. Субъектами административных проступков и гражданско-правовых деликтов могут быть и юридические лица. В этом также заключается разница в подходе к определению сущности и содержания преступления и иного правонарушения.

Последствия совершенного преступления и правонарушения также различаются. Результатом понесенного уголовного наказания является судимость, которая погашается по истечении определенного срока, установленного в Уголовном кодексе в зависимости от категории совершенного преступления. В соответствии с административным законодательством лицо считается не привлекавшимся к ответственности, если прошел год с момента исполнения административного взыскания (ст. 4.6 КоАП).

Противоправность преступления устанавливается только уголовным законом. «Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в настоящий Кодекс», — провозглашается в ч. 1 ст. 1 УК. Правонарушения, гражданско-правовые деликты могут содержаться соответственно не только в КоАП РФ или ГК РФ, но и в иных нормативных правовых актах, принимаемых, в том числе, и субъектами Российской Федерации.

r1Вопросы (задания) для самоконтроля

1. Дайте определение преступления по УК.

2. Перечислите признаки преступления.

3. Укажите и охарактеризуйте формы деяния.

4. Перечислите категории преступлений и основания для их выделения.

5. В чем отличие преступлений от иных правонарушений?

Глава 4.
УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ И ЕЕ ОСНОВАНИЕ

§ 1. Понятие уголовной ответственности и ее основания.
Состав преступления: понятие, структура, значение.
Виды составов

Уголовная ответственность относится к числу ключевых понятий уголовного права. Несмотря на то, что об уголовной ответственности идет речь во многих статьях УК, законодатель прямо не раскрывает ее содержание, употребляя такие формулировки, как «лицо подлежит уголовной ответственности», «лицо несет уголовную ответственность», «уголовная ответственность наступает». Если выстроить эти формулировки в определенной хронологической последовательности, можно сказать, что при определенных обстоятельствах возникает основание для уголовной ответственности, но она еще существует лишь в виде потенциальной возможности. В случае реализации потенциальной возможности уголовная ответственность наступает, и лицо, подлежащее ответственности, несет уголовную ответственность.

Статья 8 УК определяет в качестве основания уголовной ответственности совершение общественно опасного деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного УК. Факт совершения такого деяния должен найти подтверждения в суде. Для установления виновности лица в совершении преступления требуется вступивший в законную силу приговор суда. В противном случае, даже если достоверно известно, что он виновен в совершении преступления, однако обвинительный приговор не вынесен судом по тем или иным причинам, лицо считается невиновным (ст. 49 Конституции России). Таким образом, потенциальная возможность привлечения лица к уголовной ответственности за совершение указанного в ст. 8 УК деяния реализуется лишь при вступлении в силу приговора суда.

Считать те или иные ограничения до приговора реализацией уголовной ответственности (например, заключение под стражу) возможно лишь в том случае, если впоследствии был вынесен обвинительный приговор. Если же лицо было заключено под стражу до решения суда, а суд признал его невиновным, все неблагоприятные последствия, которые претерпевало такое лицо, не могут рассматриваться как несение уголовной ответственности³⁰. Нести уголовную ответственность может только преступник, а признать лицо таковым может только суд. Сама процедура привлечения к уголовной ответственности в соответствии с УПК РФ может быть связана с определенными ограничениями для лица, в отношении которого ведется расследование. Подписка о невыезде, домашний арест, заключение под стражу или иные меры пресечения в соответствии со ст. 98 УПК РФ ограничивают права лица, совершившего преступление, однако привлечение к ответственности не есть еще сама ответственность. В отношении привлеченного к уголовной ответственности может быть вынесен оправдательный приговор, и тогда встанет вопрос о компенсации за те ограничения³¹, которым лицо было подвергнуто. Привлечение к уголовной ответственности в уголовно-процессуальном порядке надо рассматривать лишь как предварительное решение возложить на виновного уголовную ответственность.

Все сказанное позволяет нам сделать вывод, что уголовная ответственность заключается в принудительном государственно-правовом воздействии, которое применяется к лицу на основании обвинительного приговора суда. Во-первых, сам по себе обвинительный приговор является видом принудительного воздействия. Лицо в глазах всего общества объявляется преступником. Публичное признание совершенного им поступка бесчестным, порочным, бессовестным, несправедливым наносит ущерб его честному имени и репутации. По своей внутренней сущности обвинительный приговор отделяет преступника от общества, выставляя его на всеобщее обозрение. Но государство не ставит цель унизить человека таким образом, значение обвинительного приговора в этом качестве заключается в том, чтобы вызвать у преступника раскаяние, побудить загладить свою вину, устранить свое отделение от общества и вернуться в него полноправным членом. Если суд придет к выводу, что сам по себе обвинительный приговор является достаточным средством исправления преступника, он может освободить преступника от наказания, и тогда уголовная ответственность будет реализована лишь в обвинительном приговоре суда. Такое право предоставляется суду лишь при соблюдении тех условий, которые определил законодатель (глава 12 УК).

Наказание за совершенное преступление — вторая составляющая реализации уголовной ответственности. Перечень видов наказаний содержится в ст. 44 УК, а в санкциях статей Особенной части закреплены те виды наказаний, которые могут быть назначены за конкретное преступление. Наказание всегда связано с какими-то ограничениями личных прав и свобод преступника. Третьей составляющей уголовной ответственности, реализованной в наказании за совершенное преступление, является судимость (ст. 86 УК). Лица, имеющие судимость, в соответствии с федеральными законами ограничиваются в правах. Например, судимость будет препятствием для службы в правоохранительных органах. Судимость будет учитываться при назначении наказания в случае совершения лицом нового преступления. Несмотря на то, что ч. 6 ст. 86 УК говорит о том, что снятие или погашение судимости аннулирует все правовые последствия судимости, в ряде федеральных законов ограничения сохраняются и после погашения или снятия судимости. Однако эти ограничения имеют иную отраслевую природу.

Таким образом, весь объем ограничений, которые включает в себя уголовная ответственность, состоит в следующем: а) обвинительный приговор суда; б) наказание; в) судимость. Часто в научной литературе реализацию уголовной ответственности связывают с претерпеванием лицом, совершившим преступление, неблагоприятных (отрицательных) последствий. Это не вполне верная формулировка. Привлекая лицо к уголовной ответственности, государство всегда стремится к достижению положительного (благоприятного) результата как для общества, так и для самого преступника. Если преступник отказывается признавать обвинительный приговор и наказание благом для себя и считает это негативным, отрицательным, неблагоприятным воздействием, такое субъективное восприятие не изменяет объективной природы уголовной ответственности: ее реализация в том числе направлена к тому, чтобы помочь преступнику вернуться в общество в качестве полноправного члена. Следовательно, чем менее человек раскаивается в своем преступлении, чем менее он хочет пострадать за свое преступление — тем большего наказания, как возможного средства исправления, он заслуживает. Если же, напротив, совпадают и оценка преступником, и оценка государством уголовной ответственности как последствия благоприятного, в первую очередь для самого преступника, тяжесть наказания может быть существенно ниже, вплоть до полного отказа суда от назначения наказания.

Соотношение уголовной ответственности и уголовного правоотношения можно определить следующим образом. Поскольку уголовное правоотношение порождается таким юридическим фактом, как совершение преступления, права и обязанности сторон в таком правоотношении регулируются нормами уголовного права, однако реализация прав и обязанностей сторон возможна только при вынесении обвинительного приговора суда, можно сказать, что само уголовно-правовое отношение в виде взаимных прав и обязанностей преступника и государства возникает с момента совершения преступления. Однако эти права и обязанности хотя потенциально и существуют, но могут быть не реализованы, поскольку лицо, совершившее преступление, не найдено, поскольку истекли сроки привлечения такого лица к уголовной ответственности, поскольку вина лица, совершившего преступление, не была доказана, и он был оправдан, поскольку имели место иные обстоятельства, препятствовавшие реализации прав и обязанностей сторон правоотношения. Реализация же прав и обязанностей субъекта преступления и государства возникает в результате возложения на лицо бремени уголовной ответственности. Таким образом, можно сказать, что уголовная ответственность является составной частью реализованного уголовного правоотношения. Для лучшего уяснения можно сравнить реализованное и нереализованное правоотношение с правом собственности. Если у собственника похитили имущество, то его статус собственника не изменился. Он остается собственником похищенного имущества, однако реализовать свой статус собственника не может. Юридически он обладает правами владения, пользования и распоряжения, но фактически не владеет, не пользуется, не распоряжается. Так же обстоит дело и с уголовным правоотношением: с момента совершения преступления у государства возникает право привлечь виновного к уголовной ответственности и наказать его в соответствии с законом, а у преступника возникает обязанность понести уголовную ответственность, соответствующую его преступлению. Но эти взаимные права и обязанности могут быть реализованы только в том случае, если вина лица в совершении преступления доказана и лицо несет уголовную ответственность. А если лицо не понесло уголовной ответственности, уголовное правоотношение сохраняется лишь в виде потенциально существующих, но не реализованных прав и обязанностей. Справедливо будет назвать нереализованное уголовное правоотношение уголовным правоотношением без уголовной ответственности. В уголовном правоотношении у государства есть не только право, но и обязанность, а у преступника не только обязанность, но и право. Обязанность государства — возложить на преступника ответственность лишь в пределах, определенных УК, а право преступника — подвергнуться ответственности только в этих пределах. Необходимо отметить право государства в рамках уголовно-правового отношения на освобождение лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности. В этом случае можно сказать, что уголовное правоотношение хотя и возникло по вине преступника, однако государство добровольно отказалось от реализации права подвергнуть преступника уголовно-правовой репрессии. Этому праву не существует корреспондирующей обязанности со стороны преступника, однако отказ преступника от освобождения от уголовной ответственности не всегда может быть реализован, поскольку в некоторых случаях освобождение от уголовной ответственности является обязанностью, а не правом суда (например, ст. 78 УК).

Уголовная ответственность реализуется в соответствии с принципом справедливости (ст. 6 УК): объем ответственности должен соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления. Усредненная степень опасности определенного вида преступления определяется законодателем и находит свое отражение в санкции соответствующей статьи Особенной части УК, конкретный вид наказания определяется судом, исходя из фактических обстоятельств дела. Таким образом, в дифференциации уголовной ответственности участвует законодатель, а индивидуализация уголовной ответственности зависит от правоприменителя.

В теории выделяют формы реализации уголовной ответственности.

Первая форма реализации — назначение преступнику реального наказания с последующей судимостью. Реализуются три элемента государственного принуждения: обвинительный приговор, наказание, судимость.

Вторая форма реализации уголовной ответственности — условное осуждение и осуждение с отсрочкой отбывания наказания (ст. 73 и 82 УК). При условном осуждении и отсрочке лицо может не подвергнуться реальному наказанию, остальные элементы реализации уголовной ответственности соответствуют первой форме.

Третья форма реализации уголовной ответственности — осуждение без назначения наказания (например, ст. 80.1 УК). В этом случае государственное принуждение реализуется лишь в обвинительном приговоре суда.

Особая форма реализации уголовной ответственности может быть применена в отношении несовершеннолетних, освобожденных от наказания с назначением принудительных мер воспитательного воздействия (ч. 1, 2 ст. 92 УК). Для этой формы реализации уголовной ответственности характерны два элемента: обвинительный приговор суда, принудительные меры воспитательного воздействия.

Состав преступления: понятие, структура, значение

В науке уголовного права существует два подхода к пониманию состава преступления. Первый основан на идее, согласно которой состав преступления представляет сущностную сердцевину того объективного явления, которое именуется преступлением. Другими словами, состав преступления понимается как объективная данность и главное качественное содержание того, что называется преступлением. Академик В. Н. Кудрявцев писал по этому поводу так: «Законодатель, разумеется, образует не состав, а уголовно-правовую норму, в которой с большей или меньшей полнотой описываются признаки состава преступления. Сами эти признаки существуют объективно, независимо от сознания людей, они действительно присущи данному конкретному преступлению, и задача законодателя состоит в том, чтобы выявить и предусмотреть эти признаки в законе с наибольшей точностью и глубиной»³². Такое понимание состава преступления имеет под собой серьезный философский фундамент. В Библии описан такой эпизод: «Господь Бог образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей»³³. Наречь имя животному или иному предмету (не в бытовом, а в онтологическом смысле) — значит проникнуть в сущность этого предмета. Поэтому применительно к составу преступления надо согласиться с В. Н. Кудрявцевым: любое преступление имеет свою внутреннюю логику и структуру. Можно сказать, что законодателю следует ориентироваться именно на такое понимание состава преступления. Задача законодателя и заключается именно в том, чтобы выявить главные сущностные черты того деяния, которое нуждается в криминализации, и на основе этого сконструировать модель состава, включаемого в УК. В зависимости от того, насколько успешно эта задача решена законодателем, в УК появляются более удачные конструкции или менее удачные. Если законодатель не справляется с поставленной задачей, в уголовном законе могут появляться так называемые «мертвые» составы преступлений, не имеющие практической ценности.

В теории уголовного права можно найти и иное понимание состава преступления, в частности как совокупность объективных и субъективных признаков, закрепленных в УК и описывающих конкретное общественно опасное деяние как преступление. Он получает объективное выражение в законе как результат законотворческой деятельности. Такое понимание состава преступления ориентировано на правоприменителя, поскольку в его задачу не входит создавать новые нормы, а требуется применять существующие. Именно на это определение и будем опираться в дальнейшем изложении материала.

В составе преступления принято выделять элементы и признаки. Элементы состава преступления — это его структурные части. Таковыми являются объект, объективная сторона преступления, субъективная сторона преступления и субъект преступления. Каждый из этих четырех элементов характеризуется определенным набором признаков.

В науке уголовного права можно выделить два уровня изучения такого феномена, как состав преступления. Один можно назвать общетеоретическим. На этом уровне исследуется весь возможный набор признаков, которые могут использоваться законодателем для конструирования конкретных составов преступлений. Состав преступления в общетеоретическом смысле не является моделью какого-то конкретного преступления. Но именно на общетеоретическом уровне можно провести деление всех признаков состава на обязательные и факультативные, поскольку они изучаются не применительно к отдельным конкретным составам преступления, закрепленным законодателем в УК (убийство, кража, диверсия и т. д.), а применительно ко всей совокупности составов преступлений: к тем, которые уже включены в УК, и к тем, которые могут быть включены в УК в будущем. Исследование признаков состава на общетеоретическом уровне позволяет понять механизм конструирования составов преступления: какие признаки законодатель в любом случае должен включать в состав конкретного преступления (обязательные признаки), а какие подлежат включению лишь в некоторые из них (факультативные признаки). Для одних преступлений, например, способ совершения преступления является существенной характеристикой, определяющей степень опасности, а для других он не имеет значения, поскольку независимо от него степень опасности остается одной и той же. Например, для квалификации простого убийства способ не имеет никакого значения (застрелили, зарезали, задушили, утопили и т. п.): убийство может быть совершено любым способом, кроме тех, которые указаны в ч. 2 ст. 105 УК. Но как только способ убийства приобретает черты, повышающие степень опасности совершаемого преступления (особая жестокость, общеопасный способ), законодатель должен отразить его в числе признаков состава. Состав преступления на первом (общетеоретическом) уровне можно определить как совокупность всех объективных и субъективных признаков, которые могут быть использованы законодателем при конструировании конкретных составов.

На втором уровне состав изучается как набор признаков, характеризующих конкретное преступление, которое может быть совершено в действительности. Второй уровень — это анализ признаков тех составов, которые законодатель уже включил в УК, и признаков тех конкретных составов, которые следовало бы включить в УК. В этом случае признаки нельзя поделить на обязательные и факультативные, поскольку для конкретного состава все они являются обязательными.

Конкретные составы преступлений являются юридическим инструментом уголовно-правовой оценки. Задача правоприменителя на этапе квалификации — определить, какой именно статье Особенной части (части и пункту этой статьи) соответствует совершенное виновным деяние. Для того чтобы дать такую оценку, фактические обстоятельства совершения преступления сопоставляются с признаками конкретного состава преступления. Необходимо установить тождество фактических обстоятельств и признаков состава. Главная задача квалификации заключается в ответе на вопрос: какое именно преступление было совершено? Если норма найдена и преступление определено, процесс квалификации окончен, и можно переходить ко второму этапу применения уголовно-правовой нормы — назначению наказания, которое предусмотрено за совершение общественно опасного деяния, содержащего все элементы состава определенного преступления.

Объект преступления — это те общественные отношения, охраняемые уголовным законом, на которые направлено преступное посягательство (жизнь, собственность, общественная безопасность и др.)³⁴. Структура разных отношений разная. Например, отношения собственности всегда возникают по поводу конкретного предмета материального мира, а поэтому посягательство на них невозможно без воздействия на этот предмет. Жизнь человека является тем благом, ущерб которому нельзя причинить иначе как воздействием на организм человека. Честь или достоинство — такие объекты уголовно-правовой охраны, причинение вреда которым не требует воздействия ни на предмет, ни на самого потерпевшего, поскольку эти блага не связаны с биологической составляющей человека.

Таким образом, когда характеризуется объект посягательства как элемент состава, то имеются в виду общественные отношения в широком смысле слова. В зависимости от объекта посягательства причинение вреда возможно через воздействие на какой-либо предмет материального мира (кража) или потерпевшего как носителя определенного блага (причинение вреда здоровью). В других ситуациях объект может быть нарушен без воздействия на предмет и организм человека (клевета).

Преступление всегда направлено на разрыв охраняемых уголовным законом социальных связей (общественных отношений в узком смысле), следовательно, последние признаются обязательным признаком объекта преступления. В некоторых случаях разрыв связей происходит через воздействие на предмет преступления или на потерпевшего, следовательно, они являются факультативными признаками объекта. Иногда причинение вреда одному объекту обязательно сопряжено с причинением вреда (или угрозой причинения вреда) иным объектам уголовно-правовой охраны. Тогда в структуре объекта появляется дополнительный объект. В некоторых случаях причинение вреда одному объекту хотя и не обязательно связано с причинением вреда (или угрозой причинения вреда) другому объекту, но, в зависимости от конкретных обстоятельств совершения преступления, другой объект все же может пострадать. Тогда мы говорим о факультативном объекте. Разница между дополнительным и факультативным объектом заключается в их уголовно-правовом значении. Дополнительный объект учитывается при квалификации, а вред факультативному объекту — при назначении наказания.

Объективная сторона преступления — центральный элемент состава преступления. Именно по объективной стороне в большинстве случаев преступления отличаются друг от друга. Она является основой и для установления признаков субъективной стороны.

Под объективной стороной преступления понимается совокупность внешних обстоятельств (места и времени, обстановка), в которых совершается общественно опасное деяние, характеристики самого деяния (способ, орудия и средства совершения), общественно опасные последствия и причинно-следственная связь. Обязательным признаком объективной стороны является только деяние (действие или бездействие); только проявив себя вовне — сделав запрещенное (действие) или не сделав необходимого (бездействие) — можно совершить преступление.

Включение остальных признаков в объективную сторону конкретного преступления зависит от специфики механизма причинения вреда объекту. В одном случае этот вред всегда связан с наступлением определенного последствия (например, вред здоровью — ст. 111, 112, 115 УК; смерть — ст. 105 УК; имущественный ущерб — гл. 21 УК). В другом случае существенным обстоятельством, изменяющим степень общественной опасности, является способ совершения преступления (тайное хищение — ст. 158 УК; открытое хищение — ст. 161 УК; хищение с применением насилия, опасного для жизни, — ст. 162 УК); иногда важной характеристикой общественной опасности становятся обстоятельства места (п. «г» ч. 1 ст. 258 УК и др.) или времени (ст. 106 УК и др.) совершения преступления. Поэтому все признаки объективной стороны (кроме деяния) считаются факультативными, они не всегда используются законодателем в конструировании конкретных составов преступлений.

Для субъективной стороны преступления можно выделить также только один обязательный признак — вину. Ее обязательность для любого состава преступления напрямую вытекает из принципа вины (ст. 5 УК). Содержание конкретной статьи Особенной части позволяет сделать вывод о том, может ли конкретное преступление совершаться только умышленно, только по неосторожности, только с конкретным видом умысла или с конкретным видом неосторожности или же может быть совершено как умышленно, так и неосторожно. В некоторых случаях (ч. 4 ст. 111, п. «б» ч. 3 ст. 131 УК и др.) требуется установить две формы вины одновременно (ст. 27 УК). Мотив и цель включаются законодателем в составы конкретных преступлений лишь в некоторых случаях, а поэтому являются факультативными признаками. Установить признаки субъективной стороны можно путем внимательного исследования фактических (объективных) обстоятельств: например, способа, места, поведения преступника и потерпевшего до преступления, в момент преступления и после совершения преступления. На основе такого исследования правоприменитель может сконструировать предполагаемую модель субъективной стороны преступления и сопоставить ее с признаками субъективной стороны преступления, закрепленными в законе.

Субъектом преступления могут быть только физические лица. Обязательными признаками субъекта являются установленный УК возраст уголовной ответственности и вменяемость (в УК существует презумпция вменяемости). Дополнительные качества лица (например, должностное положение), позволяющие говорить о наличии специального субъекта, являются факультативными признаками состава преступления.

Функция (значение) обязательных признаков состава преступления всегда одна и та же: поскольку ни один конкретный состав преступления не может быть сконструирован без них, они всегда необходимы для квалификации. Троякое же значение факультативных признаков определяется именно тем, что в одних случаях они включаются в конкретные составы преступлений, в других — не включаются, используются для оценки фактических обстоятельств совершения преступления либо при квалификации, либо при назначении наказания. Первое и второе значение факультативных признаков схожи, поскольку они включаются в конструкцию конкретных составов, становятся из факультативных обязательными. В первом значении факультативные признаки включаются в основной состав, следовательно, имеют значение криминообразующих³⁵. Например, криминообразующим признаком кражи является тайный способ хищения. Если изъятие имущества совершено иным способом, следовательно, нет такого преступления, как кража. Когда признак включается в квалифицированный или привилегированный состав (второе значение), он влияет на квалификацию преступления одного и того же вида. Например, если кража совершена с проникновением в жилище, то это обстоятельство меняет квалификацию с ч. 1 ст. 158 на п. «а» ч. 3 ст. 158 УК.

Если же законодатель не включает факультативный признак в конкретный состав преступления, то он имеет значение обстоятельства, влияющего на выбор вида и размера наказания (ст. 61, 63 УК) и в процессе квалификации не участвует. Любому обстоятельству совершения преступления уголовно-правовая оценка дается только один раз: либо при квалификации, либо при назначении наказания (ч. 3 ст. 61 и ч. 2 ст. 63 УК).

Главное значение состава преступления состоит в том, что он является тем инструментом, использование которого позволяет дать уголовно-правовую оценку, квалифицировать общественно опасное деяние, позволяет сделать вывод о том, что лицо подлежит уголовной ответственности, и о границах этой ответственности.

Виды составов преступления. В теории уголовного права существует несколько классификаций видов составов преступлений: по степени общественной опасности, по структуре элемента состава, по конструкции объективной стороны.

По степени общественной опасности выделяют основной, квалифицированный (с отягчающими обстоятельствами) и привилегированный (со смягчающими обстоятельствами) составы.

Основной состав содержит минимально необходимый для описания определенного вида преступления набор признаков (ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 162 УК и др.). Само его название предполагает, что именно на его основе строятся все иные составы данной классификации. В квалифицированном составе к признакам основного состава добавляются признаки, характеризующие повышенную опасность этого вида преступления (ч. 2. ст. 105, ч. 2, 3, 4 ст. 158, ч. 2, 3, 4 ст. 162 УК и др.). В привилегированном составе к признакам основного состава добавляются признаки, понижающие общественную опасность данного вида преступления (ст. 106—108, ст. 113, 114 УК и др.).

По структуре элементов состава можно выделить простые и сложные составы преступлений. В простых составах признаки каждого элемента структурированы одномерно: один объект, один потерпевший, одно деяние, одно последствие, одна форма вины и т. п. Появление в структуре состава дополнительного объекта, дополнительного последствия, второй формы вины, второго деяния, второго субъекта или удвоение иного признака делает состав сложным. Состав может быть сложным по структуре признаков сразу нескольких элементов. Например, в п. «б» ч. 3 ст. 131 УК содержатся признаки сложного состава с двумя объектами (половая свобода и здоровье), двумя действиями (применение насилия и половое сношение) и двумя формами вины (умысел и неосторожность).

К разновидностям сложных следует отнести составы преступлений, для которых необходимым условием квалификации является сопряженность с другим преступлением (п. «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК). Наступление ответственности за такие преступления обусловливается необходимостью выявления всех признаков нескольких составов: состава сопряженного преступления и состава того преступления, с которым оно должно быть сопряжено.

По конструкции объективной стороны выделяются формальные и материальные составы, а также составы опасности. В конструкцию материальных составов включаются последствия и причинно-следственная связь. В формальных составах этих признаков нет. Специфика составов опасности состоит в том, что угроза наступления тех или иных последствий является необходимым условием квалификации (например, ч. 1 ст. 205, ч. 1 ст. 215 УК и др.). Несмотря на то, что сами последствия находятся за рамками составов этих преступлений (обычно наступившие последствия являются признаком квалифицированных составов таких видов преступлений), эти составы более схожи не с формальными, а с материальными, поскольку опасность наступления последствий должна находиться в причинной связи с совершенным деянием. Разновидностью формального состава является усеченный состав преступления. Специфика усеченных составов заключается в том, что на этапе разработки уголовно-правовой нормы, закрепляющей признаки этого состава в УК, законодатель осознает внутреннюю логику и смысл совершаемого преступления, однако в уголовный закон признаки этого состава включает в усеченном виде. Например, законодатель понимает, что по своей внутренней логике такое преступление, как разбой (ст. 162 УК), заканчивается с момента завладения имуществом потерпевшего и получения возможности распоряжаться им по своему усмотрению. Однако особо опасный способ завладения имуществом вынуждает законодателя перенести момент окончания разбоя на более раннюю стадию и признать его оконченным преступлением уже в момент нападения. Таким образом, юридически разбой считается оконченным преступлением уже в момент нападения на потерпевшего, а фактически (в случае реализации умысла преступника) оканчивается завладением имуществом. Специфика усеченных составов определяется тем, что фактическое окончание (доведение замысла преступника до логического завершения) не изменяет квалификацию.

§ 2. Объективные признаки состава преступления

Каждый поступок человека, в том числе и преступление, предстает в психофизиологическом единстве объективных (внешних) и субъективных (внутренних) признаков. Это единство принято разрывать, «препарировать» для их лучшего понимания: выделяются объективные признаки преступления и субъективные признаки преступления. Такое деление позволяет глубже понять поступок в целом, правильно его оценить. Например, нет преступления там, где нет его объективной стороны, а есть только не воплотившиеся ни в каком внешнем поведении мысли, идеи, намерения, какими бы опасными они ни были.

Объективные признаки состава преступления образуют признаки преступления, наблюдаемые со стороны (внешние признаки):

1) признаки, характеризующие объект преступления;

2) признаки, характеризующие объективную сторону преступления.

Познающим субъектом в данном случае выступает следователь, судья (суд), которые обязаны на основе беспристрастного, полного и всестороннего исследования всех обстоятельств содеянного установить истинное представление о произошедшем. Объективные (внешние) признаки преступления оцениваются правоприменителем не в том виде, как они отразились в воображении лица, совершившего преступление (это вопросы субъективной стороны преступления), а в том, как они наблюдались бы со стороны любым другим беспристрастным исследователем.

При этом под объектом преступления понимается то, на что посягает преступник (субъект преступления). Объект преступления — это общественные отношения, охраняемые уголовным законом и подвергшиеся преступному посягательству. Общественные отношения охраняются уголовным законом в силу того, что за ними стоят наиболее важные для общества интересы и ценности, определенные блага. Например, объектом убийства является жизнь человека, объектом клеветы — честь и достоинство личности, а объектом уклонения от прохождения военной службы — установленный порядок комплектования Вооруженных Сил РФ.

Совершением преступления лицо изменяет реальную действительность. Эти изменения состоят в реальном причинении вреда или создании опасности причинения вреда объектам, охраняемым уголовным законом. Объект преступления позволяет отделить преступное от непреступного.

Всю совокупность объектов, охраняемых уголовным законом, принято именовать общим объектом преступления. Они перечислены в ч. 1 ст. 2 УК: права и свободы человека и гражданина, собственность, общественный порядок и общественная безопасность, окружающая среда, конституционный строй РФ, мир и безопасность человечества. Причинение вреда объектам, не указанным в УК, не может признаваться преступлением. Такие объекты могут иметь уголовно-правовое значение в связи с иными охраняемыми уголовным законом объектами. Например, жизнь животного не охватывается общим объектом преступления, но уничтожение животного может рассматриваться как преступление против собственности (если животное признается чужим имуществом), либо как экологическое преступление (например, когда осуществляется незаконная охота в отношении животного, занесенного в Красную книгу), или как преступление против нравственности (при жестоком обращении с животным).

Следующим по степени обобщения принято выделять родовой объект преступления — группу однородных объектов, выступающих критерием законодательной (а также научной) классификации преступлений. Система Особенной части УК построена с учетом родовых объектов — разделы VII—XII (соответственно личность, экономика, общественная безопасность и общественный порядок, государственная власть, военная служба, мир и безопасность человечества).

В свою очередь, разделы Особенной части УК состоят из глав, выделяемых по видовому объекту — группе тождественных объектов. Например, раздел VII охватывает главы 16–20, в наименовании каждой из которых отражен соответствующий видовой объект (жизнь и здоровье, свобода, честь и достоинство личности, половая свобода и половая неприкосновенность личности, конституционные права и свободы человека и гражданина, семья и несовершеннолетние).

Конкретное благо, ценность, общественное отношение, на которое посягает лицо, совершая преступление, образует непосредственный объект преступления.

Выделение общего, родового, видового и непосредственного объектов принято именовать классификацией по «вертикали».

Рис. 8. Классификация объектов по вертикали

На уровне непосредственного объекта преступления проводится классификация по «горизонтали»: выделяются основной непосредственный объект — тот объект, ради охраны которого специально сформулирована уголовно-правовая норма, дополнительный непосредственный объект — объект, который неизбежно ставится в опасность причинения вреда, но который специально не охраняется данной нормой, при этом заслуживает самостоятельной охраны в другой норме (например, в составе разбоя основной объект — собственность, дополнительный объект — жизнь и здоровье), факультативный объект — тот, который охраняется попутно и не всегда терпит урон (например, при грабеже — свобода личности).

Рис. 9. Классификация объекта по горизонтали

В структуре объекта преступления выделяют предмет преступления — то, воздействуя на что, лицо, совершающее преступление, причиняет вред объекту уголовно-правовой охраны. Когда преступление направлено против конкретного человека, то его принято именовать потерпевшим — тем, кому преступлением причинен физический или моральный вред. Если объект всегда претерпевает вред, то предмет преступления может и не страдать (например, при краже автомобиля всегда причиняется вред собственности, но при этом сам автомобиль может быть отремонтирован и т. п.).

Выделяются два основных подхода к определению содержания предмета преступления.

Согласно первому подходу под предметом преступления понимаются вещи или иные материальные носители соответствующих ценностей, воздействуя на которые виновный посягает на объект преступления. Например, при совершении растраты объектом преступления выступает собственность, а предметом — вверенное виновному имущество. Но при этом предмет преступления указывается не во всех составах и присутствует не во всех преступлениях.

В соответствии со вторым подходом так называемых «беспредметных» преступлений не существует, поскольку согласно этой позиции невозможно совершить посягательство на отношения (объект) без воздействия на его элементы³⁶. Такими элементами выступают субъекты (участники) общественного отношения, материальные и нематериальные блага, по поводу которых субъекты вступают в общественное отношение, деятельность (взаимоотношения) субъектов, образуемые реализацией субъективных прав и выполнением субъективных обязанностей. Согласно указанному подходу объект может быть нарушен путем воздействия на любой из перечисленных структурных элементов — предмет преступления.

Предмет преступления следует отличать от орудий или средств совершения преступления. Одна и та же вещь может играть различную роль в составе преступления. Например, огнестрельное оружие или взрывное устройство выступают предметом преступления при их хищении (ст. 226 УК), но эти же вещи, использованные при применении насилия или угрозы применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в разбойном нападении (ст. 162 УК), выступают орудием или средством совершения преступления. Автомобиль при угоне — предмет преступления, тот же автомобиль при совершении наезда с целью убийства — орудие преступления.

Таким образом, лицо, совершающее преступление, пребывая в определенном психическом состоянии (субъект преступления), осуществляет психическую деятельность (выраженную в субъективной стороне преступления) и вносит изменения в окружающий мир.

То, как лицо воздействует на внешний для него мир, причиняя или ставя в опасность причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны, как это наблюдается или может быть наблюдаемо посторонним, этот процесс, развертываемый в реальной жизни, образует объективную сторону преступления.

Объективная сторона преступления складывается из следующих признаков. На уровне общего состава преступления, который выделяется путем абстрагирования от конкретных видов общественно опасных деяний с их конкретными составами преступлений, различают:

1) основные признаки:

а) преступное деяние;

б) общественно опасные последствия;

в) причинную связь между деянием и общественно опасными последствиями;

2) дополнительные признаки:

а) время;

б) место;

в) обстановку;

г) способ;

д) средства;

е) орудия совершения преступления.

Как уже отмечено в предыдущем параграфе, на уровне конкретного состава преступления говорят об обязательных (конструктивных) и факультативных признаках. Эти характеризующие объективную сторону преступления признаки образуются путем сочетания тех признаков, которые выделены на уровне общего состава преступления. Для того чтобы понять эту разницу, нужно вспомнить, что основание уголовной ответственности образует совершение деяния, содержащего все признаки именно конкретного (а не общего) состава преступления, предусмотренного соответствующей уголовно-правовой нормой. Если общий состав преступления неизвестен уголовному закону, то конкретный состав преступления выводится непосредственно из уголовно-правовой нормы. Так, при совершении кражи (ч. 1 ст. 158 УК) обязательными (конструктивными) признаками объективной стороны преступления выступают: 1) преступное деяние; 2) причинная связь (имманентное деянию); 3) общественно опасные последствия; 4) способ совершения преступления. Следовательно, такие признаки, как время, место, обстановка, средства, орудия преступления, играют роль факультативных признаков, которые не влияют на квалификацию содеянного, но могут быть учтены при индивидуализации ответственности. Например, обстановка стихийного или иного общественного бедствия, которой воспользовался вор, будет рассматриваться как отягчающее наказание обстоятельство (п. «л» ч. 1 ст. 63 УК).

Различают две формы преступного деяния: действие или бездействие.

Общественно опасное действие — это осознанный, волевой, общественно опасный, противоправный акт активного поведения человека.

При квалификации преступления оценивается не просто проявление человека в объективной действительности, а его осознанный и волевой поступок. Поэтому признание деяния как совершенного под контролем сознания и воли выступает необходимой предпосылкой для оценки социальных и юридических свойств содеянного лицом.

Действие как акт активного поведения лица образуют телодвижения (жесты, физическое воздействие на человека, предметы и т. п.), иная активность субъекта (произнесение слов, отправление электронных сообщений и т. п.) и задействованные в механизме причинения вредного результата силы и закономерности, которые сознательно и добровольно используются лицом. Субъект преступления не совершает деяния в его уголовно-правовом смысле, если он при фактическом выполнении телодвижений и т. п. не осознавал фактический характер своих действий либо не был способен руководить ими. Например, не совершает общественно опасного действия лицо, которое в беспамятстве в связи с тяжелой болезнью причиняет вред здоровью потерпевшего рефлекторным ударом руки. Нет преступного действия и в ситуации непреодолимой силы, когда лицо хотя и осознает фактический характер действия, но по причине чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств совершает телодвижения, которые не может контролировать.

Вместе с тем осознанный, выражающий свободную волю лица поступок сам по себе не представляет общественной опасности и не предрешает вопроса о виновности лица. Об общественно опасном действии говорится в том случае, когда человек из нескольких вариантов поведения выбирает тот, который приводит к причинению или созданию угрозы причинения вреда объекту уголовно-правовой охраны.

По общему правилу, качественным показателем (характером) общественной опасности действия служит то, насколько резко это деяние противоречит норме поведения в обществе, то, на причинение вреда каким ценностям, интересам (жизни, здоровью, личной свободе, собственности, авторитету публичной власти и т. п.) оно направлено. Количественный показатель (степень) общественной опасности действия состоит в степени вероятности причинения вреда охраняемым уголовным законом объектам. Сочетание этих показателей позволяет оценить общественную опасность (тяжесть) совершенного преступного действия.

Противоправность общественно опасного действия заключается в запрещенности этого действия уголовным законом («nullum crimen sine lege»). Из чего следуют требования о недопустимости применения уголовного закона по аналогии, недопустимости создания уголовно-правовых законов в субъектах Российской Федерации.

Общественно опасное бездействие — это осознанный, волевой, общественно опасный, противоправный акт пассивного поведения человека.

Бездействие как форма преступного деяния заключается в несовершении лицом действий, которые оно должно было и могло совершить в силу возложенных на него обязанностей.

Преступное бездействие с психофизиологической точки зрения представляет собой поступок человека, он совершается им осознанно и под контролем воли и в этом отношении тождественен преступному действию. Нет этой формы деяния, например, в ситуации, когда в силу непреодолимого физического принуждения (связан, приведен в бессознательное состояние) сторож не может выполнить возложенные на него обязанности по охране имущества. Либо врач в связи с непреодолимой силой, допустим, разыгравшегося стихийного бедствия, не может оказать помощь больному, так как невозможно обеспечить физический доступ к этому больному.

Бездействие — это акт пассивного поведения лица в том смысле, что этот человек не совершает требуемых от него действий. Общественная опасность такого пассивного отношения к выполнению возложенных на него обязанностей объясняется тем, что лицо, будучи включено в определенную систему отношений, социальных связей, выполняет свою роль, необходимую для нормального функционирования этой системы отношений, связей. Соответственно, отказ от выполнения возложенной на лицо роли ведет к отказам в целом в функционировании системы. Хотя при этом человек может быть физически активным, совершать другие действия. Например, водитель автомобиля как участник дорожного движения, включенный в сложную социотехническую систему, обязан выполнять требования Правил дорожного движения, в частности должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия. Допустим, что водитель игнорирует возложенные на него обязанности и решает написать СМС-сообщение, отвлекаясь, теряя контроль за движением транспортного средства. Нетрудно представить, что такое игнорирование требований Правил дорожного движения может привести к катастрофическим, общественно опасным последствиям.

Обязанность действовать требуемым образом может возникать из различных правовых оснований:

а) из закона или иного нормативного правового акта;

б) из характера профессии или служебного положения (например, врач по образованию обязан оказать медицинскую помощь; ответственность за неоказание помощи больному предусмотрена ст. 124 УК);

в) из принятых на себя обязательств (например, если лицо приняло на себя обязанность заботы о престарелом, больном, лишенным возможности принять меры к самосохранению, то неисполнение этого обязательства влечет ответственность в соответствии со ст. 125 УК);

г) из предшествующего поведения, ставящего в реальную опасность охраняемые уголовным законом объекты (например, водитель автотранспортного средства, совершивший наезд на пешехода, обязан оказать ему помощь; уклонение от выполнения этой обязанности влечет ответственность в соответствии со ст. 125 УК).

При квалификации преступного бездействия кроме установления обязанности лица действовать определенным образом необходимо решить следующие вопросы:

1) выяснить законность возложения указанной обязанности на лицо, подлежащее уголовной ответственности;

2) определить фактическое бездействие этого лица. Различаются два вида составов преступного бездействия: составы незаконного уклонения от выполнения возложенных обязанностей и составы незаконного хранения запрещенных предметов;

3) установить наличие возможности у лица действовать в конкретной сложившейся обстановке. Эта возможность определяется с учетом ресурсов этого конкретного лица действовать в данных сложившихся условиях места, времени и обстановки.

Общественно опасные последствия — это вредные (негативные) изменения в охраняемых уголовным законом объектах, наступающие вследствие совершения общественно опасного деяния. Общественно опасные последствия рассматриваются как связующий признак между преступным действием (бездействием) и объектом уголовно-правовой охраны. При этом это не любой вред, который наступает вследствие совершения преступления, а лишь тот, который предусмотрен диспозицией уголовно-правовой нормы. Здесь нужно иметь в виду, что место преступных последствий в структуре преступления определяется по-разному.

Одни авторы придают ему самостоятельное значение, роль самостоятельного признака, характеризующего объективную сторону преступления. Другие — рассматривают преступные последствия как завершающий момент действия. Третьи относят последствия одновременно и к действию, и к объекту преступления. Поскольку вследствие воздействия преступного посягательства на объект преступления одновременно с окончанием деяния наступают преступные последствия, можно утверждать, что каждая из трех названных позиций имеет право на существование. Иной вопрос состоит в том, что уголовный закон по-разному описывает преступные последствия.

В некоторых диспозициях уголовно-правовых норм общественно опасные последствия вовсе не упоминаются. Например, такое преступление, как нарушение неприкосновенности жилища, состоит в незаконном проникновении в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица (ст. 139 УК). Этот состав преступления — формальный. Преступление окончено с момента совершения опасного деяния — проникновения в жилище.

Напротив, есть диспозиции уголовно-правовых норм, в которых содержится указание на общественно опасные последствия. Так, убийством признается умышленное причинение смерти другому человеку (ч. 1 ст. 105 УК). Это преступления с материальным составом.

Характер и масштабы общественно опасных последствий влияют на определение степени тяжести совершенного преступления. В связи с этим важное место отводится классификации преступных последствий.

С учетом иерархии охраняемых уголовным законом ценностей различают: 1) вред, причиняемый личности (в частности, физический, психический вред, вред правам и законным интересам личности); 2) вред, причиняемый обществу (например, имущественный ущерб, экономический вред, вред общественной безопасности и общественному порядку); 3) вред, причиняемый государству (организационный, идеологический вред, вред интересам управления и государственного обустройства и др.).

По такому критерию, как содержание (характер) причиненного вреда, преступные последствия разделяют на: 1) материальные общественно опасные последствия; 2) нематериальные общественно опасные последствия. Как правило, материальными последствиями признаются те, которые измеряются физическим вредом или имущественным ущербом. Физический вред заключается в причинении вреда жизни или здоровью человека, его телесной неприкосновенности. Это общественно опасные последствия в виде причинения смерти потерпевшему, причинения тяжкого, средней тяжести, легкого вреда здоровью человека, причинение физической боли при побоях и т. п. Имущественный ущерб может проявляться как в виде реального ущерба, так и упущенной выгоды. К нематериальным последствиям относят моральный (психологический), политический, идеологический, организационный и иной не обнаруживаемый в вещно-событийной действительности вред, наступающий вследствие совершенного преступления.

Причинная связь в уголовном праве — это один из видов закономерной связи, отражающей конкретное отношение причинения, которое характеризуется односторонне направленным во времени и пространственно непрерывным взаимодействием составляющих причины, генерирующих однородные по содержанию (общественной опасности) последствия. Причинная связь — это, прежде всего, фундаментальная философская категория, которая употребляется как форма мышления, а потому дуалистична в том смысле, что отражает знание о причинной обусловленности явлений, процессов и в то же время представляет форму мыслительной деятельности, посредством которой уясняется эта связь.

В большинстве уголовных дел выявление причинной связи не вызывает значительных сложностей, так как связано с установлением самих фактов: причин или последствий тех или иных общественно опасных явлений. Практический работник решает задачу выявления причинной связи во многом интуитивно. Однако такой прием, основанный на бытовом представлении о причинной связи, может привести к ошибочным и внутренне противоречивым выводам. Поэтому уголовное право разработало концепции причинной связи.

Теория conditio sine qua non (необходимого условия). Отправным в теории является утверждение, что все условия в равной степени должны рассматриваться в качестве причины преступного результата. Теория предлагает свой метод — правило мысленного исключения (или гипотетического элиминирования). Для этого из всех предшествующих наступлению результата условий мысленно исключается то действие, которое предполагается в качестве причины наступившего преступного результата. Если при таком исключении оказывается, что без этого действия последствие не наступило бы либо наступило в иное время или ином виде, то делается вывод, что именно это действие и было необходимым условием интересующего нас результата, т. е. его причиной. В противном случае о наличии причинной связи говорить не приходится.

Теория адекватной причинности. В уголовном праве советского периода А. А. Пионтковским был разработан отечественный аналог этой теории — концепция «необходимого причинения». В настоящее время теория адекватной причинности с соответствующими правками и дополнениями переживает определенный ренессанс.

Согласно этой концепции, причинная связь рассматривается как категория, порожденная сознанием, как известная привычка, ожидание и уверенность в наступлении ожидаемого. С этих позиций выделяется конкретная причинность, отражающая конкретное течение событий, которое, строго говоря, уникально, а каждое из ее условий необходимо. Конструируется понятие абстрактной причинности посредством абстрагирования от особенностей конкретного причинения, выявления и обобщения условий, которые не только в данном конкретном случае, а обычно (вообще, в принципе, всегда) приводят именно к конкретному результату. Соответственно, причиной вредного результата признаются исключительно те действия субъекта, которые могут рассматриваться как типичные, общепризнанные по отношению к человеческому опыту, адекватные для наступивших последствий.

Теории о неравноценности условий, в основе которых лежит идея о различии взаимодействующих факторов, приведших в процессе причинения к вредному результату, среди которых деяние лица принципиально отличалось бы от иных условий.

Так, Т. В. Церетели предлагала два критерия: первый критерий — «необходимого условия», в соответствии с которым нужно установить, что деяние человека было одним из необходимых условий наступления вредных последствий; затем с учетом многофакторности причинного ряда выводится второй критерий — «реальной возможности воздействия на фактический ход событий». После признания действия лица conditio sine qua non нужно выяснить, содержало ли оно в себе в момент совершения реальную возможность воздействия на ход событий, приведших к наступлению преступного последствия.

Согласно концепции академика В. Н. Кудрявцева, причинная связь для признания признаком состава преступления должна отвечать требованиям двух родов: общим требованиям и требованиям специальным. Общие требования касаются трех моментов: 1) характера действия, служащего причиной; 2) характера последствия; 3) степени протяженности связи между действиями и последствием (степени отдаленности действия от последствия). Согласно специальным требованиям, причинность должна состоять из таких «звеньев» и включать такие привходящие силы, которые соответствуют смыслу данной уголовно-правовой нормы и, следовательно, являются в данном случае конкретным выражением той общей закономерности, которая лежала в основе создания этой нормы, учитывалась законодателем при установлении уголовной ответственности за данное преступление. В «проблемных» ситуациях, которые характеризуются сложным механизмом причинения, лицо отвечает за наступившие последствия только тогда, когда оно имело специальную обязанность предотвратить их наступление. Следовательно, при отсутствии такой специальной обязанности уголовная ответственность лица исключается.

Дополнительные признаки (время, место, обстановка, способ, средства и орудия совершения преступления), характеризующие объективную сторону преступления, имеют троякое значение.

Во-первых, эти признаки могут выступать обязательным признаком состава преступления, выполняющим роль криминообразующего признака. Например, время совершения преступления выполняет такую роль в составе самовольного оставления части или места службы (ст. 337 УК), где указывается на продолжительность свыше двух суток, но не более десяти суток. Место совершения преступления — в составе незаконной охоты, которая признается преступлением, если совершается на особо охраняемой природной территории, либо в зоне экологического бедствия, или в зоне чрезвычайной экологической ситуации (п. «г» ч. 1 ст. 158 УК). Обстановка совершения преступления — в составе убийства матерью новорожденного ребенка, когда говорится об условиях психотравмирующей ситуации (ст. 106 УК). Способ совершения преступления (совокупность определенных приемов, используемых для реализации преступного намерения) — в составах хищения: тайный, открытый, путем обмана или злоупотребления доверием, с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия (ст. 158–162 УК). Средства совершения преступления (вещи, вещества или энергия, физические, химические и иные свойства которых используются для совершения преступления) — в составе мошенничества в сфере компьютерной информации (ст. 159.6 УК). Орудия преступления (любые предметы, используемые для непосредственного осуществления преступления, как специально приспособленные, так и специально не предназначенные для этого) — например, в составе хулиганства, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК, т. е. грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенного с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Во-вторых, эти признаки могут выступать конструктивным признаком состава преступления, имеющим значение квалифицирующего или особо квалифицирующего признака (например, общеопасный способ (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК) как признак квалифицированного убийства).

В-третьих, дополнительные признаки, не будучи конструктивным признаком состава преступления, что, как правило, и наблюдается в системе Особенной части УК, могут учитываться в качестве обстоятельства смягчающего или отягчающего наказание (например, обстановка совершения преступления — в условиях чрезвычайного положения, стихийного или иного общественного бедствия, а также при массовых беспорядках, в условиях вооруженного конфликта или военных действий (п. «л» ч. 1 ст. 63 УК) как обстоятельство, отягчающее наказание).

§ 3. Субъективные признаки состава преступления

Под субъективными признаками понимаются те свойства преступления, которые относятся к субъекту и субъективной стороне.

Субъект преступления. Субъектом преступления признается лицо, совершившее противоправное, общественно опасное деяние, способное нести за него уголовную ответственность.

Как элемент состава субъект преступления объединяет в себе несколько признаков: им может быть лишь физическое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности и вменяемое (ст. 19 УК). Данные характеристики необходимы для наличия состава любого преступления.

В некоторых случаях возможность привлечения лица к уголовной ответственности связывается с дополнительными признаками лица, совершившего преступление. Наличие в составе такого дополнительного набора признаков позволяет выделить понятие специального субъекта преступления. Признаки специального субъекта можно отнести к числу факультативных признаков состава преступления, поскольку они встречаются не во всех составах.

Определение субъекта преступления как физического лица говорит о недопустимости привлечения к уголовной ответственности юридических лиц. В российской системе права организации несут гражданско-правовую и административную ответственность.

Возраст уголовной ответственности — минимальное количество прожитых лет, с которым связывается возможность нести ответственность за совершенное преступление.

Часть 1 ст. 20 УК предусматривает общее правило: ответственности за преступление подлежит лицо, достигшее ко времени его совершения шестнадцатилетнего возраста. Часть 2 ст. 20 УК закрепляет перечень деликтов, возраст ответственности за которые понижен до 14 лет. Среди них убийство, похищение человека, разбой, террористический акт, хулиганство при отягчающих обстоятельствах и др.

Ряд норм Особенной части УК устанавливают более высокий возрастной порог. Например, субъектами посягательств на несовершеннолетних и малолетних, их нормальное нравственное и физическое развитие, половую неприкосновенность (ст. 134, 135, 150, 151 УК) могут быть только лица, достигшие 18-летнего возраста.

Таким образом, уголовный закон устанавливает несколько возрастных границ уголовной ответственности: общая — 16 лет; пониженная — 14; повышенная — 18 лет и старше.

Помимо возраста по паспорту, о котором шла речь выше, принято выделять и психологический возраст. Он определяется уровнем психического (интеллектуального и личностного) развития индивида.

В практике встречаются случаи, когда психический возраст отстает от паспортного. Тогда приоритет отдается последнему, и лицо, формально достигшее возраста уголовной ответственности, но отстающее в развитии, не подлежит уголовной ответственности. Анализируемый институт в уголовно-правовой науке иногда называют «возрастной невменяемостью». Он закреплен в ч. 3 ст. 20 УК.

В структуре «возрастной невменяемости» принято выделять медицинский, юридический и темпоральный критерии. Первый описан в законе словами: «отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством». Такое отставание имеет самостоятельное уголовно-правовое значение только в отношении подростков 14–17 лет, т. е. лиц, недалеко ушедших от возраста наступления уголовной ответственности. Причинами отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, могут быть социально-педагогическая запущенность, длительные или тяжелые заболевания, общее недоразвитие организма, сенсорная депривация (слепота, глухота), психическая депривация.

Во всех перечисленных случаях задержка психического становления не носит патологического характера. Психика подростка здорова. Отставание в ее развитии обусловлено социальными факторами.

Юридический критерий возрастной невменяемости заключается в том, что лицо не может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Подросток способен отдавать себе отчет в собственном поведении и произвольно им управлять; но эти возможности развиты в нем существенно меньше, чем в лицах, психическое формирование которых идет без задержек.

Темпоральный (временной) критерий состоит в требовании совпадения медицинского и юридического признаков возрастной невменяемости на момент совершения подростком общественно опасного деяния. Индивид, применительно к которому установлена возрастная невменяемость, не отвечает за совершенное им общественно опасное деяние. Поскольку задержка формирования психики в случае возрастной невменяемости не связана с психическим расстройством, принудительные меры медицинского характера соответствующим людям не назначаются.

Вменяемость предполагает, что лицо в момент совершения общественно опасного деяния было способно правильно оценивать свои действия (бездействие) и произвольно управлять ими.

Уголовный закон не раскрывает понятие «вменяемость». В то же время ст. 21 УК закрепляет признаки невменяемости, исключающей признание лица субъектом преступления: не является вменяемым тот, кто в момент совершения общественно опасного деяния страдал психическим расстройством и по этой причине не мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

Невменяемость характеризуется тремя признаками (критериями): медицинским, юридическим и темпоральным.

Медицинский критерий предполагает наличие у лица психического отклонения: хроническое психическое расстройство (шизофрения, эпилепсия, маниакально-депрессивный психоз и др.), временное психическое расстройство (патологическое опьянение, патологический аффект, алкогольный делирий и др.), слабоумие (олигофрения, деменция) и иное болезненное состояние психики (психопатии, органические и травматические поражения головного мозга, абстинентный синдром у наркоманов и др.).

Юридический критерий невменяемости состоит в невозможности лица осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Данная характеристика описывает глубину психического расстройства.

В рамках юридического критерия выделяют интеллектуальный и волевой элементы. Интеллектуальный описан в УК как невозможность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия). Волевой элемент заключается в неспособности руководить собственным поведением. Невменяемость в целом констатируют, когда имеются любое из психических нарушений, входящих в медицинский критерий, и хотя бы один из элементов юридического критерия.

Темпоральным критерием называется требование совпадения медицинского и юридического признаков невменяемости на момент совершения общественно опасного деяния. Психическое состояние человека именно в это время определяет, был ли он свободен в своем поступке и может ли подлежать ответственности за него.

Человек, признанный судом невменяемым, не подлежит уголовной ответственности. Ему могут назначаться принудительные меры медицинского характера.

Кроме вменяемости и невменяемости, существует явление, названное в теории «ограниченной вменяемостью»³⁷. Оно означает, что лицо в момент совершения преступления страдает психическим расстройством, но сохраняет, пусть и не в полной мере, способность осознавать свои деяния и руководить (ст. 22 УК).

Так же, как невменяемость и возрастная невменяемость, ограниченная вменяемость характеризуется медицинским, юридическим и темпоральным критериями.

Первый обозначен в уголовном законе как «психическое расстройство». По содержанию он аналогичен медицинскому критерию невменяемости³⁸.

Юридический критерий ограниченной вменяемости выражается в том, что в момент совершения преступления субъект не может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. В названном признаке принято выделять интеллектуальный и волевой элементы. Первый состоит в уменьшенной возможности понимать фактическое и социальное содержание своего поведения, второй — в сниженной способности им управлять.

Темпоральный критерий уменьшенной вменяемости состоит в том, что медицинский и юридический признаки рассматриваемого явления должны присутствовать в момент совершения общественно опасного деяния.

Лицо, в отношении которого установлена ограниченная вменяемость, несет уголовную ответственность за совершенное преступление. Согласно ч. 2 ст. 22 УК, психическое расстройство, не исключающее вменяемости, принимается судом во внимание при назначении наказания и может служить основанием для применения принудительных мер медицинского характера.

Ограниченная вменяемость, невменяемость и возрастная невменяемость — близкие уголовно-правовые явления. Они имеют одинаковую структуру, но различаются по содержанию и уголовно-правовому значению. Общие черты и различия названных институтов видны из приведенной ниже таблицы.

Специальный субъект — субъект преступления, который помимо физической природы, необходимого возраста и вменяемости характеризуется каким-либо дополнительным признаком.

Действующий УК предусматривает большое количество таких свойств. Среди них характеристики, указывающие на род занятий преступника (должностное лицо (ч. 1 ст. 285 УК), лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации (ч. 3 ст. 204 УК), частный нотариус (ст. 202 УК), следователь (ст. 302 УК) и др.); личные качества — мужской пол (ст. 131 УК), совершеннолетний возраст (ст. 150 УК), состояние аффекта (ст. 107 УК) и др.; отношение виновного к потерпевшему: родитель, педагог, иной человек, на которого возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего (ч. 2 ст. 150 УК); взрослый трудоспособный ребенок (ч. 2 ст. 157 УК); субъект, которому вверено имущество потерпевшего (ст. 160 УК); гражданин Российской Федерации (ст. 275 УК) и др.

Субъективная сторона характеризует психическую деятельность лица в момент совершения преступления и выражается в таких категориях, как вина, мотив и цель преступления.

Вина отражает психическое отношение лица к совершаемому общественно опасному посягательству. Это обязательный признак, который имеется в любом составе преступления. Вина складывается из двух элементов. Интеллектуальный элемент вины включает в себя психическое отношение лица к совершаемому общественно опасному деянию и его общественно опасным последствиям. Для уголовно-правовой оценки содеянного важно, как они отражаются в сознании виновного — понимает ли он опасность своих действий (бездействия), предвидит ли наступление последствий. Волевой элемент вины отвечает на вопрос о направленности воли лица, совершающего преступление: стремится ли человек к наступлению преступного результата, безразличен к нему, старается его избежать.

Таблица 1

Виды невменяемости. Общие черты и различия

| Медицинский критерий | Юридический критерий | Темпоральный критерий | Значение

Невменяемость
(ст. 21 УК)

– Хроническое психическое расстройство

– Временное психическое расстройство

– Слабоумие

– Иное болезненное состояние психики

– Не осознает фактический характер и социальное значение своего деяния

– Не руководит своим деянием

В момент совершения общественно опасного деяния

– Исключает уголовную ответственность

– Возможны принудительные меры медицинского характера

Ограниченная вменяемость (ст. 22 УК) | Психическое расстройство | Не в полной мере: – осознает фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) – руководит своими действиями (бездействием) | – Не исключает уголовную ответственность – Учитывается при назначении наказания – Возможны принудительные меры медицинского характера
Возрастная невменяемость (ч. 3 ст. 20 УК) | Отставание в психическом развитии, не связанное с психическим расстройством | Не в полной мере: – осознает фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) – руководит своими действиями (бездействием) | Исключает уголовную ответственность

В зависимости от конкретного содержания интеллектуального и волевого элементов выделяют две формы вины — умысел и неосторожность. В свою очередь, умысел делится на виды — прямой и косвенный; неосторожность — на легкомыслие и небрежность.

Понятие прямого умысла закреплено в ч. 2 ст. 25 УК. Согласно этой норме, интеллектуальный элемент прямого умысла выражается в осознании лицом общественной опасности своих действий (бездействия) и предвидении наступления общественно опасных последствий. Последние видятся злоумышленнику как возможные или неизбежные.

Волевой элемент прямого умысла предполагает желание наступления общественно опасных последствий.

Так, Баранкин, движимый чувством мести, подкараулил Синицына у дома и, когда тот вышел из подъезда, направил свой автомобиль на потерпевшего и сбил его. Синицын скончался на месте. Совершая наезд, Баранкин осознавал общественную опасность своего маневра, предвидел, что столкновение с пешеходом может причинить смерть последнему, и желал наступления указанных последствий.

Косвенный умысел определен в ч. 3 ст. 25 УК. Его интеллектуальный элемент состоит в том, что лицо осознает общественную опасность своих действий (бездействия) и предвидит наступление общественно опасных последствий. Последствия в сознании преступника представляются как возможные, но не неизбежные.

Волевой элемент выражается в том, что человек сознательно допускает общественно опасные последствия либо относится к ним безразлично.

Например, Борисов, опаздывая на самолет, двигался на личном автомобиле по городской улице с нарушением скоростного режима. Он не успел затормозить перед нерегулируемым пешеходным переходом и сбил переходившего дорогу Степанова. Борисов имел небольшой водительский стаж, вечером накануне поездки принял изрядную дозу алкоголя; водитель двигался в условиях плохой видимости из-за дождя и по мокрой дороге. Он осознавал, что превышение скорости при таких обстоятельствах чревато дорожно-транспортным происшествием, но пренебрег этой опасностью, стремясь быстрее попасть в аэропорт.

Сравним прямой и косвенный умыслы. Наиболее очевидные различия видны в волевом элементе. Лицо, действующее (бездействующее) прямоумышленно, желает наступления общественно опасных последствий; тот, в чьем поведении просматривается косвенный умысел, не желает, но сознательно допускает наступление указанных последствий, относится к ним безразлично.

Отличия есть и в интеллектуальном элементе. В обоих случаях виновный осознает общественную опасность своего деяния и предвидит наступление общественно опасных последствий. В том и другом случаях последствия могут представляться преступнику как возможные. Однако для прямого умысла характерно предвидение последствий и как неизбежных. Если злоумышленник понимает, что его деяние повлечет общественно опасные последствия неминуемо, он действует с прямым умыслом.

Это справедливо и для ситуаций, когда волевое отношение виновного к последствиям, на первый взгляд, безразличное, т. е. характерное для косвенного умысла. Если человек знает, что его действие (бездействие) неизбежно приведет к наступлению того или иного последствия, и все-таки совершает указанное деяние, значит, последствия для него желательны. Возможно, они необходимы ему не сами по себе, а как этап на пути к другому, желаемому, последствию или как обязательное условие наступления этого другого последствия (например, убийство наследником наследодателя ради получения наследства). Эмоциональное отношение к причиняемому общественно опасному последствию здесь может быть негативным, но воля направлена на его причинение; виновный желает его наступления.

Помимо деления умысла на прямой и косвенный, существует его разграничение на конкретизированный (определенный) и неконкретизированный (неопределенный). При определенном умысле виновный точно предвидит последствия своих действий. При неопределенном — понимает, что какие-то вредные последствия наступят, но в чем именно они будут выражены, не знает или не задумывается.

Так, Афанасьев ударяет ножом в грудь Кузнецова. Если злоумышленник целится в левую часть грудной клетки и понимает, что удар может привести к смерти, его умысел конкретизирован и направлен на убийство. Действия виновного будут квалифицироваться по направленности его умысла, т. е. Афанасьев будет отвечать за убийство или покушение на убийство (если смерть на наступит). Если удар наносится «вслепую», например в драке, и попадает именно в грудь, умысел неконкретизирован. Действия субъекта будут оцениваться по фактически наступившим последствиям: Афанасьев будет отвечать за убийство или причинение вреда здоровью той или иной степени тяжести — в зависимости от того, чем закончится нанесенный удар для Кузнецова.

Волевое отношение к предвидимым последствиям — конкретизированным или неконкретизированным — может быть разным: виновный может желать их наступления или относиться к ним безразлично. Иными словами, деление умысла на прямой и косвенный и на конкретизированный и неконкретизированный — параллельные, не зависящие друг от друга классификации.

Понятие легкомыслия как вида неосторожности закреплено в ч. 2 ст. 26 УК. Интеллектуальный элемент этого вида вины состоит в предвидении лицом возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия). Волевой элемент — в самонадеянном, без достаточных на то оснований, расчете на предотвращение этих последствий.

Так, Беспалов, опаздывая на самолет, двигался на личном автомобиле по городской улице с нарушением скоростного режима. Он не успел затормозить перед нерегулируемым пешеходным переходом и сбил переходившего дорогу Слепнева. Беспалов имел большой водительский стаж; его автомобиль неделю назад прошел полное техническое обслуживание; погода в день аварии была ясная и сухая, видимость хорошая; движение водитель осуществлял в дневное время, был бодр и хорошо себя чувствовал. Двигаясь с превышением скорости, Беспалов понимал, что теоретически это грозит дорожно-транспортным происшествием, но, рассчитывая на свой опыт и хорошие дорожные условия, надеялся, что сможет избежать несчастья.

Легкомыслие имеет много общего с косвенным умыслом, но и существенно от него отличается. В обоих видах вины интеллектуальный элемент предполагает, что лицо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий. Однако при косвенном умысле эта возможность осознается как реальная: общественно опасные последствия могут наступить не отвлеченно, а именно с виновным, в конкретных обстоятельствах, в которых он действует (бездействует). При легкомыслии возможность наступления последствий видится как абстрактная: теоретически подобное деяние может причинить вред, но именно в это раз ничего плохого не случится, так как на стороне деятеля конкретные обстоятельства, которые не позволят общественно опасным последствиям наступить.

Волевые элементы и косвенного умысла, и легкомыслия состоят в том, что виновный не желает наступления общественно опасных последствий. Однако косвенный умысел предполагает, что виновный относится к указанным последствиям безразлично, а легкомыслие — что он активно противодействует их наступлению.

Безразличие в приведенном описании характеризует не эмоции, а волю человека. Если виновный страшится наступления общественно опасных последствий, но все-таки совершает деяние, которое, по его мнению, может причинить вред, значит, в душе он допускает эти последствия, безразличен к ним. Выражение «надеяться на авось» отражает именно косвенный умысел. Ключевым здесь является указание не на надежду избежать вредных последствий, а на «авось», т. е. на отсутствие реальных предпосылок для благополучного исхода.

Понятие небрежности дано в ч. 3 ст. 26 УК. Это единственный вид вины, интеллектуальный элемент которого выражается в том, что преступник не предвидит возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия). Волевой элемент небрежности заключается в том, что субъект не предпринимает достаточных волевых усилий, чтобы предвидеть последствия, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог их предусмотреть.

Применительно к небрежности выделяют отрицательный и положительный признаки.

Отрицательный признак отражает то, чего в небрежности нет: предвидения общественно опасных последствий.

Положительный — указывает на то, что есть: обязанность предвидеть последствия (объективный критерий) и возможность их предвидеть (субъективный критерий). Для наступления уголовной ответственности за последствия, которые не охватывались сознанием причинителя, обязательны оба критерия.

Обязанность предвидеть может вытекать, например, из профессии, специфического рода деятельности, которым занимается виновный, бытующих в обществе общих представлений об осторожности. Возможность — из опыта, здравого смысла.

Похожую схему мы встречали, изучая бездействие как форму общественно опасного деяния. Субъект несет ответственность за бездействие при условии, что он должен был и мог действовать.

Небрежность — своего рода ментальное бездействие. Лицо не дает себе труда задуматься о последствиях своих действий, хотя обязано и может такую интеллектуальную активность проявить.

Например, Блинов за рулем личного автомобиля допустил наезд на пешехода Снигирева, переходившего дорогу в неположенном месте, вдали от пешеходного перехода. Автотехническая экспертиза показала, что причиной дорожно-транспортного происшествия стало нарушение водителем скоростного режима: слишком большая скорость не позволила вовремя увидеть пешехода и затормозить.

Двигаясь с превышением скорости, Блинов не предвидел появление пешехода вне пешеходного перехода, хотя должен был (взяв на себя функции по управлению автомобилем) и мог (в силу имеющегося водительского опыта) подумать, что это возможно, и предпринять меры для избежания наезда.

Состав любого преступления содержит указание на форму вины. Подчас это указание прямое: умышленное причинение смерти другому лицу (ч. 1 ст. 105 УК) или причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ч. 1 ст. 118 УК). Иногда о возможной форме вины можно судить по косвенным признакам. Так, формальный состав преступления предполагает вину в виде прямого умысла. На прямой умысел указывают и упоминания мотива или цели в составе преступления, определение какого-либо обстоятельства как заведомого, а деяния как злостного.

Таблица 2

Формы вины. Виды умысла и осторожности | Интеллектуальный элемент | Волевой элемент

Прямой умысел
(ч. 2 ст. 25 УК)

А) Осознание общественной опасности деяния

Б) Предвидение общественно опасных

последствий:

– возможных;

– неизбежных

Желание наступления последствий

Косвенный умысел (ч. 3 ст. 25 УК) | А) Осознание общественной опасности деяния Б) Предвидение общественно опасных последствий: – возможных (реальная возможность) | Безразличное отношение / допущение последствий
Легкомыслие (ч. 2 ст. 26 УК) | Предвидение общественно опасных последствий: – возможных (абстрактная возможность) | Самонадеянный расчет на предотвращение последствий
Небрежность (ч. 3 ст. 26 УК) | Непредвидение общественно опасных последствий | Отсутствие волевых усилий по предвидению последствий при обязанности и возможности их предвидеть

Если форма вины никаким из возможных способов не обозначена, то она, согласно ч. 2 ст. 24 УК, может быть любой — как умышленной, так и неосторожной.

Возможны ситуации, когда субъект выполнил объективную сторону состава преступления, но вина ни в какой форме в его поведении не просматривается. Тогда налицо невиновное причинение вреда.

Уголовный закон предусматривает два варианта невиновного причинения вреда. Первый — казус или субъективный случай, описанный в ч. 1 ст. 28 УК. По этой норме, деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть.

Казус близок к небрежности. В обоих случаях человек не предвидит возможность наступления общественно опасных последствий. Однако если субъект может и должен их предвидеть, он виноват в их наступлении. Если же лицо не может или не должно предугадать опасный результат, а также и не может и не должно, то за наступление указанных последствий оно не отвечает.

Например, Биркин, двигаясь по загородной дороге с превышением скорости, допустил наезд на пешехода Сорокина. Последний, страдая психическим расстройством, под влиянием слуховых галлюцинаций решил совершить самоубийство. В темное время суток мужчина вышел на обочину дороги и бросился под колеса проезжающего мимо автомобиля под управлением Биркина. Водитель не видел пешехода, не предвидел его внезапное появление на дороге в метре от капота своего автомобиля и по обстоятельствам дела не мог это предвидеть.

Второй вариант невиновного причинения вреда иногда называют профессиональной, или специальной невменяемостью (ч. 2 ст. 28 УК). Деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но не могло их предотвратить в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно-психическим перегрузкам.

Например, при аварии на производстве оператор, от которого требовалось быстрое и четкое выполнение инструкции, растерялся, «впал в ступор» и не смог предотвратить причинение вреда здоровью сотрудников.

Или авиадиспетчер в конце рабочей смены, не справившись с нервно-психической нагрузкой, отвлекся от монитора и допустил столкновение двух воздушных судов.

Помимо вины к признакам субъективной стороны состава преступления относятся мотив и цель совершения преступления.

Мотив и цель встречаются лишь в некоторых составах и, значит, являются факультативными признаками.

Мотив представляет собой внутреннее побуждение лица к совершению преступления. Им может быть месть, ревность, корысть, личная заинтересованность, неуважение к обществу (хулиганский мотив) или ненависть к какой-либо социальной группе (экстремистский мотив). Смягчающим наказание обстоятельством выступает мотив сострадания (например, в случае эвтаназии).

Цель — это существующий в сознании виновного результат, которого субъект хотел бы добиться, совершая преступление. В уголовном законе встречаются указания на такие цели, как сокрытие другого преступления, способствование совершению другого преступления, воспрепятствование законной деятельности потерпевшего, корыстная цель, цель сбыта (например, предмета преступления, изъятого из свободного гражданского оборота — наркотиков, оружия, поддельных денег и ценных бумаг).

r1Вопросы (задания) для самоконтроля

1. Раскройте понятие объекта преступления.

2. Какие признаки характеризуют объективную сторону преступления?

3. При каких условиях уголовно наказуемо бездействие лица?

4. Приведите классификацию общественно опасных последствий.

5. Раскройте основные подходы к решению проблемы причинной связи в уголовном праве.

6. Назовите формы и виды вины.

7. Покажите, что общего и чем различаются косвенный умысел и легкомыслие.

8. Сравните между собой небрежность и субъективный казус (случай).

9. Сравните между собой ограниченную вменяемость и возрастную невменяемость.

10. Покажите, что общего и чем различаются невменяемость и ограниченная вменяемость.

Глава 5.
НЕОКОНЧЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ

§ 1. Понятие, виды и основания ответственности за неоконченное преступление

Умышленное преступление в своем развитии обычно проходит несколько этапов от зарождения умысла до его завершения. Каждый из них характеризует разную степень реализации умысла и, следовательно, разную степень нарастающей опасности для охраняемых уголовным законом отношений. Эта особенность развития умышленных преступлений отражена в ст. 29 УК, которая выделяет следующие стадии: приготовление к преступлению; покушение на преступление и оконченное преступление. Согласно ч. 1 этой статьи, преступление признается оконченным, если в совершенном лицом деянии содержатся все признаки состава преступления, предусмотренного нормами УК.

Если преступление не окончено, в деянии отсутствует какой-либо признак состава преступления, однако и в этом случае деяние может быть настолько общественно опасным, что требует уголовно-правового реагирования. В связи с этим законодатель предусмотрел возможность привлечения к уголовной ответственности за преступление, прерванное на стадии приготовления или покушения. Уголовная ответственность за неоконченное преступление регламентирована статьями главы 6 УК. Согласно ч. 3 ст. 29 УК, уголовная ответственность за неоконченное преступление наступает по статье настоящего Кодекса, предусматривающей ответственность за оконченное преступление, со ссылкой на статью 30 настоящего Кодекса.

Не каждое преступление осуществляется поэтапно. Многие преступления совершаются без предварительной подготовки и не прерываются на этапе покушения. Кроме того, деяния, не носящие целенаправленный характер (совершающиеся с косвенным умыслом и по неосторожности), становятся основанием уголовной ответственности исключительно при наличии всех необходимых признаков состава преступления, запрещенного статьей Особенной части УК (в том числе признаков его объективной стороны), поэтому оконченное преступление представляет собой универсальное основание уголовной ответственности. При наличии в содеянном всех признаков конкретного состава преступления (независимо от того, включал процесс его совершения стадии приготовления и покушения или нет) действуют общие правила уголовной ответственности.

Выделение в качестве неоконченного преступления различающихся между собой этапов (стадий) целенаправленного преступного поведения может быть произведено только на основе взаимосвязанных критериев — объективного и субъективного. Применение указанных критериев позволяет выделить следующие признаки неоконченного преступления:

1) каждая разновидность неоконченного преступления представляет собой запрещенное уголовным законом деяние (по этой причине законодатель описывает приготовление и покушение в контексте неоконченного преступления, а не выразившиеся в целенаправленном поведении, происходящие исключительно в психике лица, процессы возникновения и формирования умысла не могут рассматриваться как часть преступной деятельности);

2) каждый вид неоконченного преступления специфичен с точки зрения свойственной ему совокупности объективных признаков (на этапе приготовления лицо создает условия для будущего преступления, покушение характеризуется совершением деяния, запрещенного одной из статей Особенной части, при этом всех необходимых для данного преступления признаков объективной стороны в содеянном не усматривается, преступление остается не оконченным);

3) внутренняя общность разновидностей неоконченного преступления, позволяющая признать их разными этапами единого процесса преступного поведения, основана на единой направленности деяния. Какими бы разными ни выглядели деяния субъекта на разных этапах его преступной деятельности, все имеют общую цель и совершаются только с прямым умыслом;

4) деяние, совершающееся при том или ином виде неоконченного преступления, имеет отличия в степени общественной опасности. При переходе к следующей стадии реализации преступного намерения происходит постепенное увеличение общественной опасности преступления;

5) самостоятельное уголовно-правовое значение (выражающееся в особенностях уголовно-правовой оценки и наказуемости) каждый вид неоконченного преступления получает только при прерывании именно на данном этапе процесса совершения преступления по причинам, не зависящим от виновного. Таким образом, определяющим для уголовно-правовой квалификации становится тот этап преступной деятельности, на котором преступное поведение оказалось фактически остановленным (то есть приготовление поглощается покушением, а обе стадии неоконченной преступной деятельности поглощаются преступлением оконченным).

Рис. 10. Этапы развития преступного умысла

Первой уголовно наказуемой стадией совершения умышленного преступления является приготовление, относящееся к разновидностям неоконченного преступления и характеризующееся свойственными данному этапу преступной деятельности объективными и субъективными признаками.

К объективным признакам приготовления относятся целенаправленное создание условий для совершения в будущем деяния, предусмотренного какой-либо нормой Особенной части УК (основного преступления), и вынужденная для виновного (вызванная обстоятельствами от него не зависящими) прерванность преступного поведения именно на этом этапе, то есть до начала выполнения объективной стороны основного преступления. Субъективными признаками приготовления являются целенаправленный характер преступной деятельности, прямой определенный умысел, предполагающий желание виновного продолжить преступное поведение и совершить основное преступление.

В ч. 1 ст. 30 УК приведен открытый перечень возможных, по мнению законодателя, форм приготовительных действий, некоторые из которых направлены на получение или видоизменение предметов, которые виновный планирует использовать как будущие орудия и средства совершения основного преступления, а другие — на формирование соучастия в этом преступлении или на иное создание условий его совершения.

К действиям, направленным на получение или видоизменение предметов, рассматриваемых виновным в качестве будущих орудий или средств совершения преступления, относятся их приискание, изготовление или приспособление. Под приисканием орудий или средств понимается их приобретение законным или незаконным способом (покупка, находка, получение в уплату долга, обмен, хищение и т. д.). Изготовление средств или орудий означает их создание (изготовление поддельного документа, взрывного устройства, ядовитого вещества и т. д.). Приспособлением средств или орудий признается изменение конструктивных особенностей предметов материального мира, их обработка, придание указанным предметам новых или дополнительных качеств, приведение в состояние, позволяющее использовать их при совершении основного преступления (заточка арматуры, переделка охотничьего ружья в обрез, ремонт непригодного для производства выстрела пистолета и т. д.). Принципиальным отличием стадии приготовления как этапа уголовно наказуемого поведения человека является направленность совершающего на этом этапе деяния на реализацию уже возникшего, сформировавшегося (а возможно, и обнаруженного) умысла совершить конкретное тяжкое или особо тяжкое преступление. При обнаружении умысла лицо может сообщить о своем намерении совершить такое преступление, не начиная при этом создавать для этого условий.

К приготовительным действиям, направленным на формирование соучастия в основном преступлении, законодатель относит приискание соучастников преступления и сговор на совершение преступления. Под приисканием соучастников понимаются действия, направленные на привлечение других лиц к участию совместно с виновным в совершении основного преступления. Таким образом закон характеризует поведение субъекта, выступающего инициатором желаемого для него образования соучастия в будущем основном преступлении, умысел, на совершение которого в данном лице уже сформировался и начал реализовываться. В соответствии с ч. 5 ст. 34 УК лицо, которому по не зависящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления, несет уголовную ответственность за приготовление.

Сговор понимается как результативные действия по формированию соучастия. В результате сговора возможно как появление одной из трех указанных в ст. 35 УК преступных групп, предполагающих наличие предварительной договоренности о совместном совершении преступления, — группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (при условии создания последних двух групп с целью совершения конкретного преступления, требующего длительной подготовки), так и возникновения так называемого соучастия с разделением ролей (когда в сговоре принимают участие соучастники разных видов — например, исполнитель договаривается с пособником о предоставлении необходимой для совершения преступления информации, подстрекатель обсуждает с исполнителем детали будущего совершения основного преступления, организатор дает указания исполнителю о том, каким способом и в какое время он должен начать совершать преступление и др.).

Приведенный законодателем перечень возможных форм приготовления является открытым. Помимо прямо названных в указанной норме действий, к формам приготовления отнесено любое иное умышленное создание условий для совершения основного преступления. В правоприменительной практике известны случаи, когда суды оценивали как приготовление сам факт целенаправленного прибытия субъекта к предполагаемому месту совершения основного преступления. Так, например, по делу Т. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда СССР указывалось, что прибытие Т. к месту преступления с целью изнасилования потерпевшей направлено на обеспечение возможности совершения этого преступления, и поэтому это действие следует расценивать как приготовление к изнасилованию³⁹.

Одной из возможных форм приготовления к преступлению нередко становится поиск и получение необходимой для дальнейшей реализации преступного умысла виновного информации. Например, лицо стремится получить дополнительную информацию о будущем потерпевшем, об используемых для охраны собственности защитных средствах и механизмах, о способах изготовления оружия с использованием новых 3D-технологий, на так называемых сайтах криминальных услуг осуществляет подбор кандидатов на роль исполнителя желаемого для лица основного преступления. Однако следует помнить, что приготовление всегда конкретно и целенаправленно: оно направлено на создание конкретных условий для конкретного же задуманного лицом будущего основного преступления (не создание условий для занятия каким-либо видом преступной деятельности, а создание условий для конкретного преступления позволяет оценить содеянное как приготовление).

В соответствии с ч. 3 ст. 29 УК уголовная ответственность за неоконченное преступление (в том числе за приготовление) наступает по статье Уголовного Кодекса, предусматривающей ответственность за оконченное преступление, со ссылкой на статью 30 УК. Для точности производимой уголовно-правовой оценки в формуле квалификации при ссылке на ст. 30 УК необходимо указание на часть 1 данной нормы, в которой законодатель описывает основание уголовной ответственности за приготовление. Кроме того, следует помнить, что некоторые из возможных форм приготовительных деяний могут полностью нарушить какой-либо дополнительный уголовно-правовой запрет, сформулированный в другой статье Особенной части УК (например, готовясь совершить убийство, виновный похищает пистолет, из которого планирует застрелить потерпевшего; или, готовясь к совершению вымогательства в крупном размере с угрозами предать огласке сведения о частной жизни потерпевшего, составляющие его личную или семейную тайну, виновный сначала собирает эту информацию). Содеянное в таких случаях выходит за рамки нарушения уголовно-правового запрета, сформулированного в ч. 1 ст. 30 УК, поэтому помимо правил квалификации приготовления будут применены правила квалификации совокупности преступлений. Назначение наказания за приготовление к преступлению предполагает обязательное ограничение верхнего предела санкции, поскольку ст. 66 УК предписывает при назначении наказания не выйти за границы ½ от максимального размера наиболее строгого вида наказания из числа предусмотренных санкцией.

В соответствии с ч. 3 ст. 30 УК покушением признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Среди объективных признаков покушения можно выделить:

1. Совершение лицом деяния, непосредственно направленного на совершение основного преступления, под которым понимается целенаправленное начало выполнения виновным объективной стороны преступления, запрещенного Особенной частью УК. Именно этот признак — особенности противоправности деяния, совершающегося на той или иной стадии неоконченного преступления, — лежит в основе разграничения приготовления и покушения. И если при всей возможной активности приготовительных действий они не выходят за рамки уголовно-правового запрета, сформулированного в ч. 1 ст. 30 УК, и лишь создают условия для будущего совершения задуманного лицом основного преступления, то при покушении виновный приступает к непосредственному совершению этого преступления. Из законодательной характеристики покушения на преступление видно, что оно может быть совершено как путем активных действий, так и путем целенаправленного пассивного поведения — бездействия (при наличии необходимых для уголовно-правового значения бездействия дополнительных условий — обязанности и возможности виновного совершить активные действия).

Начальным моментом, с которого можно констатировать переход с этапа приготовительных действий на стадию покушения, становится нарушение лицом запрета, сформулированного в основном блоке запретительных норм — в Особенной части УК. Для оценки поведения виновного по правилам покушения необходимо установить, что совершающееся им деяние является частью объективной стороны основного преступления. Очевидно, определение этого момента зависит не только от особенностей поведения лица на анализируемом этапе, но и от законодательной характеристики состава того преступления, на совершение которого был направлен умысел виновного. Поэтому оценка схожего поведения (например, незаконного проникновения в жилище потерпевшего) при совершении разных преступлений может иметь разную оценку: незаконное проникновение в квартиру потерпевшего с целью совершения там кражи образует стадию покушения, поскольку включено законодателем в число усиливающих ответственность признаков кражи (п. «а» ч. 3 ст. 158 УК), если же виновный незаконно проникает в чью-то квартиру, преследуя цель дождаться возвращения хозяина жилого помещения и совершить его убийство (или похищение человека, или вымогательство), такое проникновение будет оцениваться как приготовление к основному преступлению (поскольку в составы преступлений, предусмотренных статьями 105, 126 и 163 УК, не включено незаконное проникновение в жилище ни в качестве признака основного состава, ни в качестве признака, дифференцирующего ответственность за указанные преступления), а ст. 139 УК, предусматривающая самостоятельную уголовную ответственность за незаконное проникновение в жилище, должна в таких случаях дополнить квалификацию по правилам совокупности преступлений.

2. Отсутствие всех необходимых для преступлений данного вида (а значит, входящих в число обязательных признаков конкретного состава преступления) признаков. Несмотря на то, что покушение связано с совершением деяния, направленным на непосредственное повреждение объекта, взятые под уголовно-правовую охрану при покушении не повреждаются (или не повреждаются в полной мере), поскольку некоторые признаки, необходимые для преступлений данного вида, отсутствуют. Для определения момента перехода на стадию оконченного преступления, означающего юридическое его завершение, необходимо установить особенности структуры объективной стороны конкретного состава преступления, на совершение которого был направлен умысел виновного.

Поскольку объективная сторона преступлений с материальным составом включает три обязательных признака: общественно опасное деяние, описанные в диспозиции статьи Особенной части УК последствия и причинную связь между ними, стадия покушения в таких случаях возможна в трех случаях: а) деяние, направленное на причинение указанных в законе последствий, вынужденно для виновного прерывается (начавшего душить жертву преступника обезвреживают сотрудники полиции, осуществляющие его задержание, или залезшего в пустую квартиру вора останавливают неожиданно пришедшие хозяева квартиры в момент упаковки ценных вещей в принесенные с собой сумки); б) деяние хоть и выполнено полностью, не причинило желаемых для виновного последствий (виновный выстрелил в потерпевшего, но промахнулся, или потерпевшей удается увернуться от кислоты, которую соперница плеснула ей в лицо с целью обезобразить внешность); в) умышленно совершенное деяние причиняет общественно опасные последствия, но не те, на которые был направлен умысел виновного (целясь в голову и желая причинить смерть, виновный попадает в грудь потерпевшего, причиняя последнему тяжкий вред здоровью, или виновный тайно похищает кошелек из сумки потерпевшего, думая, что там находится вся снятая потерпевшим в банкомате денежная сумма в размере 500 тыс. руб. (что в соответствии с Примечанием 4 к ст. 158 УК составляет крупный размер), но, приехав домой, обнаруживает в похищенном кошельке лишь 50 тыс. руб.).

В объективную сторону преступлений с формальным составом закон не включает последствия в качестве обязательного признака. Такие преступления признаются оконченными с момента совершения общественно опасного деяния. Стадия покушения в преступлениях с формальным составом возможна лишь в случаях так называемых результативных деяний (в которых наступление всей полноты уголовной ответственности связано не с началом совершения деяния, а с его завершенностью и появлением дополнительных условий). Если деяние виновного вынужденно прерывается до появления этих условий или ему просто не удается вызвать необходимую для завершения деяния результативность, содеянное оценивается по правилам покушения. Так, Верховный Суд РФ в п. 9 постановления Пленума от 15.06.2006 № 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» отмечает, что под предусмотренным ст. 228 УК незаконным изготовлением наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов без цели сбыта следует понимать совершенные в нарушение законодательства Российской Федерации умышленные действия, в результате которых из растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, лекарственных, химических и иных веществ получено одно или несколько готовых к использованию и потреблению наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов. Таким образом, нерезультативная попытка изготовить наркотик, при которой не было получено готовое к использованию наркотическое средство в значительном размере для личного употребления, образует стадию покушения на преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 228 УК.

Еще одним примером результативного деяния является запрещенное ч. 1 ст. 209 УК создание банды. В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.01.1997 № 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» разъясняется, что «создание банды предполагает совершение любых действий, результатом которых стало образование организованной устойчивой вооруженной группы в целях нападения на граждан либо организации», а «в тех случаях, когда активные действия лица, направленные на создание устойчивой вооруженной группы, в силу их своевременного пресечения правоохранительными органами либо по другим не зависящим от этого лица обстоятельствам не привели к возникновению банды, они должны быть квалифицированы как покушение на создание банды». Результатом некоторых преступных деяний, необходимым для их завершенности, является поведение лица, ставшего для виновного объектом воздействия. Например, для установления окончания такого преступного деяния, как дача взятки, необходимо, чтобы должностное лицо приняло хотя бы часть вознаграждения. В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9.07.2013 № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» прямо указано, что в случае, если должностное лицо отказалось принять взятку, действия лица, непосредственно направленные на их передачу, подлежат квалификации как покушение на преступление, предусмотренное статьей 291 УК. Необходимая для юридического окончания деяния, запрещенного ст. 150 УК (вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления), результативность подчеркивается Верховным Судом РФ в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», где прямо утверждается, это преступление признается оконченным «с момента совершения несовершеннолетним преступления, приготовления к преступлению, покушения на преступление». Если же несовершеннолетний даже не начал готовиться к преступлению, в которое его пытался вовлечь виновный, содеянное будет оцениваться как покушение.

Примером деяний в преступлениях с формальным составом, в которых вполне возможна стадия покушения, являются так называемые составные деяния. Недоведение преступления до конца в таких деяниях означает несовершение всех действий, включенных законодателем в их объективную сторону. Например, объективная сторона изнасилования состоит из действий, подавляющих волю потерпевшей (насилия, угрозы применения насилия и др.) и самого полового сношения. В связи с этим когда виновный совершает действия, подавляющие волю потерпевшей (угрожает убийством ее самой или ее близких, толкает потерпевшую и связывает ей руки), но половое сношение начать ему не удается по независящим от него обстоятельствам, содеянное считается покушением на изнасилование.

В преступлениях с усеченным составом, в которых целенаправленные деяния признаются оконченными преступлениями с момента начала их совершения, стадия покушения приравнена к оконченному преступлению и потому, как правило, самостоятельного значения не имеет.

3. Третьим объективным признаком покушения является вынужденная прерванность преступного поведения виновного на этом этапе — недоведение преступления до конца по независящим от виновного лица обстоятельствам. Это означает, что обстоятельства, из-за которых преступление не состоялось в полной мере, возникли не по воле субъекта. Как вынужденное прерывание совершения преступления также оценивается прекращение самим виновным попытки общественно опасного посягательства при осознании им невозможности продолжения преступного поведения без риска быть задержанным на месте преступления.

С точки зрения субъективной стороны покушение (как и приготовление) предполагает целенаправленность преступного поведения и поэтому может быть совершено только с прямым умыслом.

В зависимости от степени реализации преступного намерения покушение разделяется на оконченное и неоконченное.

Рис. 11. Виды покушения

Оконченным покушение признается в случаях, когда виновный полагает, что полностью совершил деяние, необходимое для завершения преступления; однако преступный результат не наступил по независящим от него обстоятельствам. Примером оконченного покушения в преступлениях с материальным составом является произведенный с целью убийства выстрел, при котором пуля проходит мимо и не попадает в потерпевшего. Оконченным в некоторых случаях может оказаться и покушение на преступление с формальным составом, когда деяние виновным выполняется полностью, но необходимая для момента окончания преступления результативность отсутствует (в п. 16 постановления Пленума от 15.06.2006 № 14 (ред. от 16.05.2017) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» Верховный Суд УК рекомендует оценивать как покушение на незаконное приобретение наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов случаи, когда лицо покупает у мошенника пакетик с белым, например стиральным, порошком, полагая, что этот порошок является наркотическим средством).

Неоконченным является такое покушение, при котором виновный по независящим от него обстоятельствам прерывает совершение деяния, не выполнив всего, что он считал необходимым для окончания преступления. Примером неоконченного покушения является проникновение виновного в чужую квартиру с целью кражи, прерванное неожиданно вернувшимся домой потерпевшим.

Определение вида покушения имеет значение для индивидуализации наказания. Поскольку в оконченном покушении (по сравнению с неоконченным) можно установить наличие большего числа признаков объективной стороны состава основного преступления, эта разновидность покушения наиболее приближена к преступлению оконченному и обычно наказывается строже, чем покушение, прерванное на этапе совершения. Кроме того, определение вида покушения имеет значение для решения вопроса о добровольном отказе от доведения преступления до конца.

Особым видом покушения является так называемое негодное покушение, которое, в свою очередь, подразделяется на покушение на негодный объект и покушение с негодными средствами. Покушение на негодный объект представляет собой результат неверного представления лица о фактических обстоятельствах совершаемого деяния — ошибки, при которой виновный ошибочно предполагает наличие фактически отсутствующего в момент посягательства общественного отношения, являющегося непосредственным объектом состава преступления, на совершение которого направлен его умысел (например: виновный с целью убийства стреляет в сидящего в кресле человека, не зная [и не видя], что 10 минут назад тот уже умер от обширного инфаркта), или неверно представляет существенные признаки предмета преступления, вследствие чего фактически нарушенными оказываются не те общественные отношения, на которые был направлен умысел субъекта (например, похищает из аптеки лекарственные средства, ошибочно принятые им за наркотики).

Покушение с негодными средствами является результатом применения виновным орудий или средств, которыми совершение задуманного преступления невозможно. Данный вид покушения можно разделить на покушение с относительно и абсолютно негодными средствами. При покушении с относительно негодными средствами виновный выбирает вид орудий или средств, с помощью которых могло бы быть совершено задуманное преступление. В реальной же действительности он ошибочно принимает за подобные орудия или средства предметы или вещества, не обладающие необходимыми для такого посягательства признаками. Например, субъект пытается убить потерпевшего, нажимая на курок неисправного пистолета, вместо яда по ошибке добавляет в чай потерпевшего соль. Особенностью данного вида покушения, определяющей наличие в содеянном достаточного уровня общественной опасности, является то, что лицо ошибается не в момент выбора вида орудий или средств, а в момент их использования (фактически принимая что-то другое за избранные действительно опасные предметы или вещества). Такие покушения теория и практика относит к уголовно наказуемым.

Под покушением с абсолютно негодными средствами в уголовно-правовой литературе и практике понимается выбор и использование лицом орудий или средств, которыми ни в каких случаях и ни при каких обстоятельствах невозможно причинить вред объекту уголовно-правовой охраны. В данном случае при совершении деяния лицо применяет именно то, что и хотело применить, однако сам выбор осуществлен в пользу не имеющих реальной опасности веществ, предметов или способа (например, пытается вызвать смерть другого человека, используя «заговоры на смерть» с подкладыванием иголок ко входу в квартиру потерпевшего). Учитывая отсутствие реальной опасности деяний, совершаемых таким образом, подобное поведение рассматриваются как малозначительное и не влекущее уголовной ответственности.

По сравнению с оконченным преступлением пониженную степень общественной опасности имеют оба вида неоконченного преступления. Пониженная опасность покушения отражается в квалификации покушения (преступное поведение, прерванное на стадии покушения, квалифицируется по статье УК, предусматривающей ответственность за оконченное преступление, со ссылкой на ч. 3 ст. 30 УК) и обязательных правилах смягчения наказания, предусмотренных в ч. 2 ст. 66 УК. Однако правильное определение стадии, на которой оказывается вынужденно прерванным преступное поведение, имеет значение для установления наличия основания уголовной ответственности (для преступлений небольшой и средней тяжести первым уголовно наказуемым этапом преступной деятельности является именно покушение, создание условий для их совершения не влечет уголовной ответственности). Для тяжких и особо тяжких преступлений разграничение приготовления и покушения имеет важное значение для дифференциации уголовной ответственности, поскольку правила назначения наказания за покушение снижают пределы наказуемости не до ½ (как при приготовлении), а до ¾ максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК за оконченное преступление.

§ 2. Добровольный отказ от доведения преступления до конца

Устанавливая основания уголовной ответственности за неоконченное преступление, законодатель поощряет и стимулирует прерывание реализации умысла и отказ от доведения преступления до конца. В соответствии с ч. 1 ст. 31 УК добровольным отказом от преступления признается добровольное прекращение лицом начатой преступной деятельности на этапах приготовления к преступлению либо покушения на преступление, если при этом данное лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. В ч. 2 ст. 31 УК определено значение добровольного отказа: лицо не подлежит уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца. Таким образом, если лицо, осознавая возможность продолжить преступное поведение и реализовать преступный умысел, принимает осознанное решение не совершать данное преступление, уголовная ответственность за это преступление исключается.

Законодательная характеристика добровольного отказа позволяет выделить три его существенных признака: добровольность, окончательность и своевременность.

Рис. 12. Добровольный отказ от совершения преступления

Добровольность отказа означает, что прекращение преступного поведения становится осознанным и волевым поступком: совершающее неоконченное преступление лицо, понимая, что имеет возможность продолжить и довести преступную деятельность до этапа юридического окончания, принимает решение, следуя которому прекращает дальнейшую реализацию преступного умысла. Поскольку минимально необходимые субъективные составляющие добровольности охарактеризованы в ст. 31 УК и включают только осознание возможности доведения преступления до конца, большинство исследователей, как и судебная практика, не ограничивают анализируемый признак отказа мотивами какого-либо вида. Считается, что возможной мотивацией прекращения совершения преступления в таких случаях может быть и жалость к потерпевшему, и корысть, и страх перед возможным наказанием. В оценке же возможности продолжения преступления законодатель устанавливает в качестве определяющего субъективный критерий — представления лица о различных обстоятельствах совершения конкретного преступления, субъективная оценка лицом возможности доведения преступления до конца. Объективные препятствия для дальнейшей реализации умысла исключают добровольность прекращения совершения преступления лишь при осознании их субъектом и формировании у него на основе этого осознания представления о существенных затруднениях или полной невозможности завершения преступления (в таких случаях прерывание преступления признается вынужденным и не имеющим значения добровольного отказа).

Окончательность добровольного отказа означает полное и окончательное прекращение совершения данного преступления, а не временное приостановление преступного поведения при сохранении общего намерения в будущем (подобрав соучастников, заменив орудия, выбрав более подходящий момент и др.) вернуться к его реализации. Окончательность отказа является прекращением не только объективно проявившегося процесса преступного поведения, но и самого существования в связанной с совершаемым посягательством психической деятельности субъекта умысла, направленного на будущее возобновление совершения преступления.

Своевременность добровольного отказа означает прекращение преступной деятельности до момента юридического окончания преступления (то есть до того момента, когда в содеянном будут присутствовать все необходимые для состава данного преступления признаки). Следует отметить, что момент полной реализации умысла нередко не совпадает с моментом юридического окончания преступления, зависящего от усмотрения законодателя и законодательной конструкции состава преступления, на который был направлен умысел. После достижения стадии юридического окончания многие преступные деяния продолжают фактически совершаться, и добровольное прерывание преступного поведения может произойти в процессе такого совершения. Поскольку нередко даже смежные составы имеют разную конструкцию объективной стороны, схожее на первый взгляд прекращение совершения преступления будет иметь разное значение. Например, при совершающемся грабеже или разбойном нападении виновный может пожалеть потерпевшего и отказаться от реализации своего умысла, направленного на хищение. При грабеже подобное прекращение преступления будет оцениваться по правилам добровольного отказа, поскольку грабеж как преступление с материальным составом юридически оконченным признается с момента получения виновным реальной возможности пользоваться и распоряжаться похищенным. Разбой же сконструирован как преступление с усеченным составом (нападение в целях хищения), юридически оконченным признается с момента начала нападения, соединенного с насилием, опасным для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, а значит, даже добровольный отказ лица от достижения первоначальной цели (хищения имущества потерпевшего) будет относиться к так называемому посткриминальному поведению (имеющему место после окончания преступления). Поскольку сам законодатель ограничил возможность добровольного отказа стадиями приготовления к преступлению и покушения на него, отказ от хищения после начала разбойного нападения не может рассматриваться как добровольный отказ и будет учтен лишь при назначении наказания.

На этапе создания условий для совершения основного преступления (при приготовлении) и в процессе совершения деяния, входящего в состав этого преступления (неоконченное покушение), возможность добровольного отказа сомнений не вызывает и полностью соответствует вышеперечисленным его признакам. В таких случаях добровольный отказ может быть совершен не только в активной, но и в пассивной форме (то есть для добровольного отказа субъекту иногда достаточно остановиться и не продолжать целенаправленное совершение преступления).

Однако есть случаи неоконченного преступления, при которых деяние субъекта оказывается полностью совершенным, в то же время в целом преступление остается неоконченным. Речь идет о совершающихся на этапах предварительной преступной деятельности деяниях соучастников, не выполняющих функции исполнителя преступления (и зачастую свою преступную роль выполняющих до начала совершения исполнителем деяния, входящего в объективную сторону основного преступления), а также о деянии лица, непосредственно совершающего основное преступление при наличии в его поведении признаков оконченного покушения. В отношении соучастников-неисполнителей вопрос о возможности добровольного отказа решен самим законодателем, в отношении же оконченного покушения основные алгоритмы его решения выработаны в науке.

В соответствии с ч. 4 ст. 31 УК добровольный отказ подстрекателя, организатора и пособника, помимо общих признаков (добровольности, окончательности, своевременности), должен соответствовать дополнительным условиям, которые, в свою очередь, зависят от характера выполняемой соучастником роли. Для подстрекателя и организатора такими условиями являются активная форма поведения и успешность реализации намерения предотвратить совершение преступления. Активная форма добровольного отказа подстрекателя или организатора означает, что соучастники должны совершить действия в виде своевременного сообщения органам власти или принятия иных мер, направленных на предотвращение доведения преступления исполнителем до конца. При этом только в случае успешности и результативности этих действий подобная активность будет оцениваться как добровольный отказ. Согласно ч. 5 ст. 31 УК, если действия организатора или подстрекателя не привели к предотвращению совершения преступления исполнителем, то предпринятые ими меры могут быть оценены только при назначении наказания в качестве смягчающих обстоятельств. Принимая во внимание второстепенное значение функций пособника (который лишь оказывает содействие исполнителю) в виде активной формы добровольного отказа (от пособника требуется лишь принятие зависящих от него мер, направленных на предотвращение совершения преступления). Независимо от успешности этих действий (в случаях, если исполнитель все же довел до конца совершение преступления) отказ пособника принимается при условии, что он нейтрализовал опасность уже выполненных пособнических функций (отнял предоставленные исполнителю орудия, дезавуировал данное обещание приобрести предметы, которые исполнитель планирует получить в результате преступления, и др.).

В настоящее время большинство исследователей, как и судебная практика, признают возможность добровольного отказа при оконченном покушении при наличии следующих дополнительных условий:

1) причинная связь между совершенным на этапе оконченного покушения деянием и последствиями, на которые оно было направлено, продолжает развиваться;

2) совершившее деяние, направленное на причинение последствий, лицо сохраняет контроль над дальнейшим развитием причинной связи и способно прервать этот процесс;

3) лицо совершает активные действия, направленные на прекращение развития причинной связи между совершенным деянием и последствиями, на которые оно было направлено (активная форма);

4) последствия, на которые было направлено деяние, субъекту удалось предотвратить (успешность).

Таким образом, при оконченном покушении невозможен добровольный отказ в случаях прекратившей развитие причинной связи между деянием и желаемыми виновным последствиями (например, в случаях, когда виновный, намереваясь убить потерпевшего, стреляет, но промахивается). В таких случаях содеянное оценивается как покушение на убийство, даже если лицо отказывается реализовывать имеющуюся у него возможность совершить еще один выстрел.

В случае установления прекращения субъектом целенаправленного преступного поведения, имеющего признаки добровольного отказа, уголовная ответственность не наступает. Однако в ч. 3 ст. 31 УК содержится напоминание о том, что подобное исключение ответственности не носит абсолютного характера и распространяется лишь на конкретное преступление, от совершения которого лицо добровольно, окончательно и своевременно отказалось. Если же фактически совершенное лицом деяние содержит состав иного преступления, лицо привлекается за его совершение к уголовной ответственности. Например, готовясь к убийству, субъект совершил хищение огнестрельного оружия, однако позже принял решение не убивать потерпевшего и выбросил похищенный пистолет. В данном случае признаки добровольного отказа могут быть установлены лишь в отношении убийства. Что касается общественно опасного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 226 УК, то оно является оконченным, и потому ответственность за это преступление не исключается.

От добровольного отказа следует отличать деятельное раскаяние, под которым понимается посткриминальное (совершающееся после наступления момента юридического окончания преступления) позитивное, поощряемое государством активное поведение совершившего преступление лица, направленное на содействие интересам правосудия или минимизацию возможных последствий. Общая характеристика деятельного раскаяния содержится в ст. 75 УК, согласно которой деятельным раскаянием признается добровольная явка с повинной, способствование раскрытию преступления, возмещение причиненного ущерба или иные действия виновного, направленные на заглаживание вреда, причиненного в результате преступления. Основные различия добровольного отказа от доведения преступления до конца и деятельного раскаяния заключается в следующем:

1) добровольный отказ возможен только на стадиях приготовления и покушения, то есть до установления в содеянном всех признаков состава основного преступления (до момента его юридического окончания); деятельное раскаяние, наоборот, имеет место только после юридического окончания преступления;

2) добровольный отказ в большинстве случаев может быть совершен и в активной, и в пассивной форме; деятельное раскаяние всегда состоит в активных действиях виновного;

3) последствием добровольного отказа является исключение уголовной ответственности за основное преступление, на которое был направлен умысел (при установлении признаков добровольного отказа от доведения преступления до конца уголовное правоотношение, в рамках которого существует и реализуется уголовная ответственность, не возникает); последствием установления деятельного раскаяния может стать либо освобождение от реализации уголовной ответственности, либо смягчение наказания.

r1Вопросы (задания) для самоконтроля

1. Что объединяет приготовление к преступлению и покушение на преступление? Чем они различаются?

2. Перечислите виды покушения.

3. Назовите признаки добровольного отказа от доведения преступления до конца.

4. В чем особенность добровольного отказа при соучастии?

5. Назовите отличия добровольного отказа от деятельного раскаяния.

Глава 6.
СОУЧАСТИЕ В ПРЕСТУПЛЕНИИ

§ 1. Понятие и признаки соучастия

Преступное деяние, равно как и любое другое, может быть совершено одним лицом либо одновременно несколькими лицами. При этом юридическая оценка преступного деяния, совершенного одним лицом, вызывает у правоприменителя значительно меньше трудностей, поскольку диспозиции статей Особенной части УК в негативной форме описывают правила поведения, в соответствии с которыми преступник самостоятельно и единолично совершает то или иное посягательство. Если же преступление совершается при участии нескольких лиц, юридическая оценка содеянного объективно осложнена. Юридическим инструментом, обеспечивающим возможность уголовно-правовой оценки подобных деяний, является институт соучастия в преступлении.

Говоря о значении соучастия, следует отметить, что:

– во-первых, институт соучастия делает возможным привлечение к уголовной ответственности сразу нескольких лиц, непосредственно совершивших одно преступление (соисполнителей). К примеру, за убийство, совершенное группой лиц, будут нести ответственность оба преступника, избившие до смерти потерпевшего;

– во-вторых, посредством норм о соучастии дается оценка действиям (бездействию) лиц, непосредственно не выполняющих объективную сторону состава преступления, но тем не менее участвующих в его совершении, то есть организатора, подстрекателя и пособника. Так, виновными в совершении одной и той же кражи будут признаны и исполнитель, который похитил деньги из сейфа, и пособник, который сообщил ему пароль от сейфа;

– в-третьих, совершение преступления в одной из регламентированных в законе форм соучастия (группе лиц, группе лиц по предварительному сговору, организованной группе или преступном сообществе) влечет повышение его общественной опасности. При этом соучастие с распределением ролей (без какой-либо формы соучастия) по общему правилу не влечет повышение общественной опасности содеянного: уголовным законом оно не признается ни квалифицирующим признаком, ни отягчающим наказание обстоятельством;

– в-четвертых, квалификация действий соучастников с учетом их роли и фактического участия в совершении преступления позволяет дифференцировать ответственность и индивидуализировать наказание каждого из них.

В ст. 32 УК понятие соучастия определено как умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

В данной статье в довольно емкой форме перечислены все обязательные признаки соучастия: множественность лиц, совместность деяния, умышленный характер участия и умышленный характер самого преступления.

Необходимо отметить, что квалификация соучастия в преступлении всякий раз должна начинаться не с определения вида или формы соучастия, а с установления в деянии всех общих признаков соучастия. Неуклонное следование этому правилу поможет еще на первоначальной стадии разрешить большинство спорных вопросов и избежать распространенных ошибок уголовно-правовой оценки.

Признаки соучастия традиционно делятся на объективные (множественность лиц, совместность деяния) и субъективные (умышленный характер участия и умышленный характер совершаемого преступления). Объективное и субъективное, являясь философскими категориями, представляют собой противоположные понятия: первое обозначает часть внешней реальности, второе — носителя деятельности. Бесспорно, любое явление — это сплав субъективного и объективного, но только посредством раздельного рассмотрения этих сторон возможно сформировать исчерпывающее представление о сути явления, распознать существующие проблемы и предложить их решение. Напротив, смешанное рассмотрение объективного и субъективного грозит упущением из виду существенных характеристик.

В процессе установления признаков соучастия также следует придерживаться изложенной последовательности — от признаков, характеризующих внешнюю и очевидную сторону деяния, переходить к признакам, характеризующим внутреннюю и завуалированную его сторону.

1. Первым объективным признаком — без которого, очевидно, не мыслится и сама возможность соучастия в преступлении — является наличие двух или более лиц, участвующих в совершении преступления. Каждое из таких лиц должно обладать общими признаками субъекта преступления, перечисленными в ст. 19 УК. В пользу такого вывода говорит указание в ст. 32 УК на умышленный характер участия в совершении преступления, а с умыслом, как известно, может действовать только вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности. В случае если признаками субъекта преступления обладает лишь одно из участвующих лиц, а другое является, к примеру, невменяемым, деяние должно квалифицироваться как совершенное единолично.

2. С признаком множественности лиц неразрывно связан второй объективный признак соучастия в преступлении — признак совместности деяния, ведь только при наличии нескольких лиц можно вести речь о совместном характере их действий. Признак совместности можно именовать краеугольным камнем всего учения о соучастии, потому как совместность деяния есть та сущностная характеристика, что отличает преступление, совершенное в соучастии, от единолично совершенного преступления.

Во-первых, совместность деяния слагается из суммы действий (бездействия) всех соучастников. Профессор Н. С. Таганцев по этому поводу писал: «Как в оркестре нельзя приписать одному лицу исполнение музыкального произведения, так и при соучастии невозможно выделить единственного причинителя общего результата»⁴⁰. Общность действий соучастников может образовываться как за счет материального (физического) вклада в преступное деяние, заключающегося, к примеру, в избиении жертвы, так и за счет интеллектуального вклада, который может выражаться, например, в составлении плана легализации денежных средств, добытых преступным путем. При этом продолжительность участия в совершении преступления может быть различной: допустимо как одномоментное участие (дача пособником совета исполнителю о способах взлома компьютерной сети банка), так и на всем протяжении преступления, начиная с приготовительных действий и заканчивая причинением преступных последствий (организация убийства по найму, включающая слежку за жертвой, приобретение оружия для исполнителя и руководство самим посягательством, повлекшим причинение смерти).

Во-вторых, наличие совместности предполагает, что общие действия соучастников и общий преступный результат находятся между собой в причинно-следственной связи. Поэтому для наличия соучастия необходимо, чтобы в той или иной степени действия (бездействие) каждого из соучастников повлияли на наступление преступного результата. Кроме того, причинная связь в данном аспекте обосновывает ответственность каждого из виновных лиц.

Показательным представляется решение ВС РФ, подтвердившее правильность квалификации соучастия в форме соисполнительства на основании того, что осужденные действовали совместно и каждый из них непосредственно участвовал в процессе лишения жизни потерпевшего⁴¹.

Так, приговором суда первой инстанции было установлено, что З. и К. на почве конфликта, вызванного их совместной предпринимательской деятельностью с И., решили убить последнего. С этой целью они приобрели ружье, которое переделали в обрез, и обманным путем заманили И. к себе домой. Находясь в доме, К. произвел из обреза выстрел в голову потерпевшего. Полагая, что потерпевший еще жив, З. взял обрез у К. и произвел второй выстрел в голову И. В результате совместных действий осужденных последовала смерть потерпевшего И. Указанные действия осужденного З. квалифицированы судом по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК.

В апелляционной жалобе З. просил изменить приговор, утверждая, что смерть потерпевшего последовала от действий К. Оставляя приговор без изменения, Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ указала следующее. Согласно заключению судебно-медицинского эксперта, смерть И. наступила в результате множественных (двух) огнестрельных пулевых ранений головы, которые являются прижизненными и возникли незадолго до наступления смерти от двух воздействий компактно действующего снаряда. Таким образом, заключила коллегия, согласованный характер действий осужденных и производство последовательно каждым из них выстрелов в голову потерпевшего свидетельствуют о причинении ими совместно смерти потерпевшему.

В-третьих, наличие причинно-следственной связи — это универсальный критерий, отграничивающий случаи соучастия от стоящих с ними бок о бок случаев прикосновенности к преступлению. При прикосновенности к преступлению, отмечает Р. Р. Галиакбаров, «налицо самостоятельные проявления (типы) общественно опасного поведения лиц, которые развиваются в связи с готовящимся, совершаемым или оконченным другим лицом преступлением, но не содействующие ему ни физически, ни интеллектуально»⁴².

Прикосновенность к преступлению не является соучастием и признается преступным деянием только в том случае, если законодатель специально отражает это в Особенной части УК. Сегодня при оценке запрещенных уголовным законом видов прикосновенности к преступлению следует вести речь о заранее не обещанном укрывательстве преступления (ст. 174, 175, 316 УК), попустительстве преступлению (ст. 224, 225 УК), недоносительстве о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении (ст. 205.6 УК).

Укрывательство, как прикосновенное преступление, берет начало исключительно после момента окончания основного преступления и никоим образом не влияет на наступление уже свершившегося преступного результата. «Нельзя вложиться в то, что уже совершилось и существует, нельзя согласиться на участие в том, что уже сделано»⁴³.

О попустительстве преступлению, помимо указанных выше случаев, можно говорить при невыполнении лицом обязанностей по воспрепятствованию совершению преступления, если такие обязанности возложены на него законом. К указанным лицам относятся работники правоохранительных органов, военнослужащие и т. д. В случае попустительства отсутствует причинно-следственная связь между невоспрепятствованием преступлению и наступлением преступного результата, ведь самостоятельное, заранее не обещанное деяние попустителя не обусловливает ни намерение соучастников совершить преступление, ни ход совершения преступления. Аналогичная ситуация наблюдается и при недоносительстве: лица, не сообщившие о преступлении, не объединяют свою волю с волей соучастников основного преступления в целях совместного его совершения.

Следует отметить, что действия (бездействие) по укрывательству и попустительство преступлению могут квалифицироваться как соучастие, но только в тех случаях, когда они были заранее обещаны исполнителю.

3. Первым субъективным признаком соучастия является умышленный характер участия в совершении преступления. Данный признак означает, что участвующие в преступлении лица действуют с единым (общим) умыслом и осознают факт участия в преступлении иных лиц.

Во-первых, единство умысла образуется за счет заведомой направленности действий (бездействия) соучастников на достижение общего преступного результата. Соглашение между соучастниками на достижение такого результата может быть выражено как вербально, так и посредством фактических действий, например в форме присоединения соучастника к уже совершаемому преступлению. По своей сути единство умысла является субъективным отражением совместности деяния.

Из этого следует, что для соучастия недостаточно лишь внешнего единства деяния. Между тем такие явления, при которых самостоятельные действия нескольких лиц в силу совпадения их в одном месте и в одно время приводят к причинению вреда единому объекту посягательства, имеют место и именуются «совпадением действия».

Так, в определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР от 17.12.1949 по делу Л. и др. указано: «Л., К. и С. признаны виновными в том, что они по сговору между собой похитили из колхозного сарая 43 кг табаку, который при обыске у них был обнаружен и возвращен колхозу.

Из материалов дела видно, что никакого предварительного сговора между осужденными в совершении хищения табака не было. Вечером Л., К. и С. возвращались из клуба и, проходя мимо сарая, где сушился колхозный табак, зашли в этот сарай с тем, чтобы попросить у сторожа покурить. Сторожа в сарае не оказалось, а сарай, как всегда, был открыт, и каждый из осужденных набрал по нескольку ниток табаку; похищенный табак каждым из них был унесен к себе домой. Каждый из осужденных действовал самостоятельно и независимо друг от друга, и поэтому у них оказалось обнаруженным разное количество табаку»⁴⁴.

При этих условиях деяние каждого из осужденных переквалифицировано на самостоятельное преступление, исключено указание на соучастие в преступлении. Таким образом, темпорально-территориальное совпадение преступных деяний само по себе не свидетельствует о наличии соучастия.

Во-вторых, общность умысла предполагает, что участвующие лица действуют с преступными целями. В случае если один из двух субъектов действует с намерением пресечь совершение преступления, квалификация соучастия исключается. Распространенным примером таких ситуаций являются случаи контролируемого совершения преступления, когда в роли «соучастника» выступает агент или сотрудник правоохранительного органа, действующий в рамках оперативно-розыскного мероприятия. Задача этого лица заключается в пресечении общественно опасного посягательства, что, конечно, свидетельствует об отсутствии преступного умысла и соучастия в преступлении в целом.

В-третьих, умышленный характер участия проявляется в наличии двусторонней субъективной связи между соучастниками, т. е. виновные должны знать о существовании и участии друг друга в совершении общего преступления (все соисполнители должны быть взаимно осведомлены о действиях каждого из них, тогда как для иных соучастников достаточно осведомленности о действиях исполнителей [соисполнителей]). Только при такой связи возможно говорить о единении воль и сознаний субъектов, что и составляет саму сущность соучастия.

Примечательно, что в теории уголовного права нет единства мнений об оценке действий субъектов при наличии между ними односторонней субъективной связи. Наличие односторонней связи означает, что преступный результат объективно достигается совместными усилиями нескольких лиц, однако осознает данное обстоятельство только один из участников содеянного, фактически выступающий в роли «тайного подельника». Сторонники признания соучастия при односторонней связи апеллируют, как правило, к следующему примеру.

Б. решил убить свою жену, но у него не было оружия. А. узнал о намерении Б., имея оружие на законном основании и желая помочь Б., тайно подбросил ему пистолет, из которого Б. убил свою жену.

Буквальное толкование дефиниции соучастия не позволяет признавать подобные преступления совершенными в соучастии, поскольку отсутствует совместная умышленность действий. Неудивительно, что данная ситуация довольно часто становится предметом обсуждения в науке. «Соучастие при односторонней субъективной связи, — справедливо отмечал П. Ф. Тельнов, — не соответствует закону, который требует умышленного совместного участия всех и каждого; умышленная совместность предполагает и знание каждым соучастником о примкнувшей деятельности других лиц»⁴⁵.

В-четвертых, неотъемлемой характеристикой единого умысла соучастников является осознание ими факта совершения одного и того же преступления. Не зря законодатель в ст. 32 УК говорит о преступлении, а не о преступлениях. В качестве примера представляет интерес дело Таментаевой, опубликованное в 1970 г. в Бюллетене Верховного Суда СССР.

Таментаева осуждена за хищение государственного имущества в крупных размерах, а К., Б., Р. и Г. за пособничество в указанном хищении. Таментаева, работая буфетчицей в столовой, систематически присваивала кооперативные средства, а при содействии остальных осужденных (продавцов, бухгалтера, заведующей столовой) скрывала следы преступлений оформлением фиктивных бестоварных накладных.

Пленум Верховного Суда СССР, изменяя приговор нижестоящего суда, указал, что содеянное К., Б., Р. и Г. (продавцов, бухгалтера, заведующей столовой) неправильно квалифицировано как пособничество в хищении. Они действительно занимались оформлением бестоварных документов для сокрытия недостачи у Таментаевой. Однако Таментаева не уведомляла указанных осужденных о присвоении ею денежных средств и не договаривалась с ними о хищении. Обращаясь к ним, она просила помочь скрыть имеющуюся у нее недостачу на момент ревизии, не объясняя причины ее образования. При таких условиях в действиях К., Б., Р. и Г. отсутствует состав хищения государственного имущества, их действия следует рассматривать как злоупотребление служебным положением⁴⁶.

Примечательно, что данное дело было опубликовано под заголовком, содержащим в себе основные характеристики общего умысла: «Обвинение в соучастии признается обоснованным в том случае, если установлено, что обвиняемый, объективно способствовавший совершению преступления, имел с непосредственным исполнителем единые намерения, общие цели и взаимную осведомленность о преступной деятельности».

4. Последним обязательным признаком соучастия в преступлении, относящимся к числу субъективных признаков, является умышленный характер совершаемого преступления.

Во-первых, вменение в вину преступникам соучастия в преступлении становится возможным при совершении ими посягательства, характеризующегося умышленной формой вины. Данный вывод следует из нормативной дефиниции соучастия, в соответствии с которой невозможно как неосторожное участие в умышленном преступлении, так и умышленное участие в неосторожном преступлении.

Заметим, что судебной практике известны случаи ошибочной квалификации соучастия в неосторожных преступлениях, однако подобные судебные решения, больше характерные для 70–80-х годов прошлого века, впоследствии признавались вышестоящими судами незаконными и отменялись.

Так, в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16.06.1961 под заголовком «Соучастие в виде пособничества предполагает умышленное способствование исполнителю в осуществлении им преступного намерения» опубликовано дело по обвинению Анисимова и Небоянова. Исходя из материалов дела, судом первой инстанции было установлено, что Анисимов и Небоянов явились соучастниками преступления, совершенного Садаковым: они втянули последнего в распитие спиртных напитков, ездили по городу, не приняли мер к пресечению нарушения правил безопасности движения Садаковым, в результате чего Садаков совершил наезд на людей, повлекший человеческие жертвы.

Пленум Верховного Суда СССР со сделанными выводами не согласился, указав, что соучастие в виде пособничества предполагает умышленное способствование исполнителю преступления в осуществлении им преступного намерения. По делу же не установлено, что Анисимов и Небоянов вместе с Садаковым распивали спиртные напитки с целью совершения последним аварии с человеческими жертвами, следовательно, в действиях Анисимова и Небоянова отсутствует состав преступления⁴⁷. Данный пример наглядно иллюстрирует невозможность квалификации соучастия в преступлениях, совершенных по неосторожности.

Во-вторых, мотивы и цели по общему правилу признаются факультативными признаками субъективной стороны преступления, совершенного в соучастии. Обязательный характер указанные признаки приобретают лишь тогда, когда они прямо указаны в числе признаков основного или квалифицированного состава преступления, к примеру корыстная цель при хищении, цель подрыва экономической безопасности страны при диверсии, мотив кровной мести при убийстве. Такие мотивы и цели должны устанавливаться применительно к исполнителю (соисполнителям) преступления, остальные соучастники должны осознавать, какими мотивами и целями обусловлены действия (бездействие) исполнителя.

§ 2. Виды соучастников. Формы соучастия в преступлении

В статье 33 УК регламентированы четыре вида соучастников: исполнитель, организатор, подстрекатель и пособник.

Исполнитель (соисполнитель) отвечает по статье Особенной части УК за совершенное им преступление без ссылки на ст. 33 УК. Уголовная ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на ст. 33 УК, за исключением случаев, когда они одновременно являлись соисполнителями