А. А. Максуров

Правовые проблемы заключения и расторжения браков с иностранными гражданами и лицами без гражданства

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.62

ББК 67.404.4

М17

Автор:

Максуров А. А., кандидат юридических наук, доцент, преподаватель кафедры теории и истории государства и права Ярославского государственного университета им. П. Г. Демидова. В настоящее время – преподаватель Школы права Парижского университета Сорбонна.

В работе рассказывается о правовом регулировании вопросов заключения и расторжения россиянами (россиянками) браков с иностранными гражданами и лицами без гражданства. Такие браки сегодня достаточно распространены, однако их заключение и расторжение отличается по некоторым содержательным характеристикам и процедуре от заключения (расторжения) браков между российскими гражданами. Автором рассматриваются условия заключения таких браков и процедурные вопросы, а также проблемы защиты прав российских граждан при их расторжении. Проанализирована судебная практика по данному вопросу, особое внимание при этом обращено на заключение фиктивных браков с целью получения иностранцами российского гражданства.

Законодательство приведено по состоянию на 1 декабря 2022 г.

Работа предназначена для юристов, ученых и практиков, лиц, обучающихся юридической специальности, работников органов государственной власти и местного самоуправления, имеющих полномочия в сфере регистрации актов гражданского состояния, а также широкого круга читателей, учитывая, что в настоящее время почти каждый десятый брак заключается с иностранцем (иностранкой).

УДК 347.62

ББК 67.404.4

© Максуров А. А., 2023

© ООО «Проспект», 2023

Введение

Актуальность темы исследования мы видим в возможности совершенствования отечественной правовой системы в части повышения эффективности правового регулирования вопросов заключения и расторжения брака с иностранными гражданами.

Вопросы правового регулирования, заключения и расторжения брака с иностранными гражданами сегодня достаточно актуальны и значимы. В эпоху глобализации и трансграничности смешанные браки становятся все более частыми, что характерно и для России, в том числе в связи с тем, что в составе Советского Союза именно РСФСР была объединяющей нации республикой¹. И сегодня у стран бывшего СССР наибольшая миграция наблюдается именно с Российской Федерацией, причем количество ежегодно прибывающих в страну иностранных граждан оценивается миллионами².

С 2010 года в России ежегодно регистрируется не менее 60–80 тыс. браков с иностранными гражданами³. Значительный прирост статистики смешанных браков дают и отдельные регионы: в Москве, например, около 10% от всех браков за 2018 год были заключены с иностранцами⁴. В 2019 году браки с гражданами дальнего и ближнего зарубежья также составили одну десятую часть всех заключенных браков. Даже в 2020 году, несмотря на закрытые большую часть года границы вследствие карантина в связи с пандемией коронавируса, выросло количество браков с иностранцами до 6 тыс. браков. Такая же тенденция сохранилась и в 2021–2022 годах В целом, интернациональными оказываются около 15% от общего числа заключенных браков⁵.

Еще более удивляет статистика депрессивных или приграничных регионов, благодаря которой в целом по России в последнее десятилетие (2010–2020 годы) каждая пятая российская невеста вышла замуж за иностранца⁶, несмотря на то, что, по той же статистике, каждый второй межнациональный брак распадается в течение пяти лет⁷.

Таким образом, брак с иностранным гражданином из экзотики давно уже стал практически значимым вопросом.

Семейное законодательство предлагает нам особое регулирование в указанной области. Основные аспекты реализации права на брак с иностранным гражданином разрешены в особой главе Семейного Кодекса Российской Федерации, на уровне законодательства об актах гражданского состояния и подзаконных нормативных правовых актов в той же области.

Вместе с тем, в науке до настоящего времени не выработалось единой концепции заключения и расторжения брака с иностранными гражданами, имеющих значительную специфику. До настоящего времени отсутствует разделяемое большинством авторов мнение о юридической сущности брака как социального и правового института, пределах применения законодательства о заключении и расторжении брака с иностранцами. Существуют практические проблемы в процедуре заключения так называемых «консульских» браков. Не определены во всех необходимых случаях алгоритмы осуществления и защиты семейных прав в области заключения брака с иностранцем.

Все указанное выше приводит к не всегда эффективному применению норм, регулирующих отношения в исследуемой сфере. Негативный отпечаток налагают также несовершенство и противоречивость законодательства о заключении и расторжении брака с иностранными гражданами, неполное соответствие ему практики его применения.

Разрешение отмеченных выше и связанных с ними вопросов и относится к целям исследования в указанной сфере.

В юридической литературе отсутствуют комплексные фундаментальные исследования по указанной проблеме. Некоторые аспекты данной проблемы исследовались в рамках отдельных институтов российской правовой системы, в том числе в области института заключения брака, проблематики действительности брачного союза, в части правовой природы брака и семьи, гарантий и способов защиты права на вступление в брак и права расторжения брака с иностранным элементом, в рамках семейного коллизионного права и т. п., однако целостной концепции, которая подразумевала бы системный анализ российского законодательства в указанной сфере, выработано не было.

Таким образом, степень научной разработки данной проблематики очень мала и фрагментарна, однако она все же может служить отправной точкой для начала исследования.

Объект исследования — общественные отношения в сфере заключения и расторжения брака с иностранными гражданами. Предметом исследования является специфика правовых отношений и норм права в области заключения и расторжения браков с иностранцами, путей и способов повышения оптимальности регулирования с помощью правовых средств.

Для достижения поставленной цели предполагалось решение следующих задач:

— определить сущность понятия «брак», в том числе его юридическую природу;

— исследовать основные источники правового регулирования брачных отношений с участием иностранных граждан;

— рассмотреть необходимые условия для заключения брака с участием иностранного гражданина;

— изучить порядок заключения брака с иностранными гражданами и лицами без гражданства;

— исследовать правовую природу расторжения брака, а также особенности расторжения брака с иностранными гражданами;

— выявить проблемы в указанной области и предложить пути их решения;

— подготовить выводы и предложения по итогам работы.

Достижение такого рода задач позволяет создать единую концепцию правовых отношений, то есть обеспечивает необходимую теоретическую новизну, практическую и дидактическую значимость.

При работе над темой автор исходил из положений методологического плюрализма. В качестве методологической основы способен выступить целый комплекс общих и частнонаучных методов и приемов исследования, а именно методы формальной логики и системного анализа, социологические (в том числе статистические) и психологические методы, историко-правовой подход, метод сравнительного правоведения, иные методы и приемы исследования, методы обобщения юридической практики.

Однако основной акцент при исследовании был сделан на метод системного анализа, давший возможность раскрыть действительную социально-правовую значимость изучаемого вида правовых норм, показать основные закономерности их совершенствования в будущем.

Теоретическую основу исследования составляют труды отечественных и зарубежных ученых, так или иначе затрагивающих вопросы, рассматриваемые в работе. Нормативно-правовую и эмпирическую базу исследования составили российское и зарубежное законодательство, опубликованные и неопубликованные материалы юридической практики.

Теоретическое и практическое значение исследования определяется его актуальностью, новизной, четко сформулированными выводами и положениями. Практическая значимость работы состоит в том, что содержащиеся в ней выводы и предложения могут быть использованы в целях повышения эффективности практики применения норм, регулирующих вопросы заключения и расторжения брака с иностранными гражданами.

Глава 1. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ БРАЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

1.1. Понятие и юридическая природа брака

В обыденном понимании брак — это признанная обществом форма отношений между мужчиной и женщиной с целью создания семьи. Поскольку брак регистрируется государством, то в первую очередь исследователя должно интересовать легальное представление о браке.

Между тем значимых формально-правовых основ для построения дефиниции брака законодатель не предлагает.

Часть 1 ст. 38 Конституции Российской Федерации⁸ устанавливает, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства. Данный аспект правового регулирования несколько конкретизирован в пп. «ж» 1) п. 1 ст. 72 Конституции РФ, согласно которому в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся в том числе и вопросы защиты института брака как союза мужчины и женщины. В то же время, ранее политические деятели высказывали мнение о необходимости включения в Конституцию РФ прямой дефиниции брака как союза мужчины и женщины⁹, но, как видим, была избрана иная форма.

Последний момент, кстати, относительно нов — норма появилась в результате изменений Конституции РФ 2020 года и вызвала неоднозначную реакцию в российском обществе¹⁰. В отношении указанной поправки Конституционный Суд РФ отметил, что норма о браке как союзе мужчины и женщины не снимает с государства обязанности уважать различия, в том числе в сексуальной ориентации, само же понимание брака в России именно как союза мужчины и женщины исходит из того обстоятельства, что одно из предназначений семьи — рождение и воспитание детей, поэтому в основе законодательного подхода к вопросам демографического и социального характера в области семейных отношений в Российской Федерации лежит данное понимание юридической природы брака¹¹.

Еще до принятия данной нормы Конституции России в ч. 1 ст. 12 Семейного Кодекса Российской Федерации¹² были предусмотрены условия заключения брака (скорее, правильнее было бы вести речь об условиях регистрации брака в органах государственной власти) — добровольное согласие мужчины и женщины как сторон брака (супругов) и достижение ими брачного возраста (возраста вступления в брак).

Таким образом, законодатель в специальном нормативном правовом акте не определяет юридическую природу брака, а лишь ориентирует нас на субъектный состав возможного брака (мужчина и женщина) и указывает на два условия, при наличии которых брак может быть зарегистрирован в органах ЗАГС; государство подчеркивает в семейном законодательстве свою монополию на признание тех или иных отношений совместного проживания именно брачными отношениями. Следует отметить в этой связи, что такие особенности субъектного состава могут быть характерны и для других отношений, добровольность (наличие свободной воли на действие) тех или иных юридически значимых действий сторон является признаком действительности любой сделки, а брачный возраст (возраст вступлении в брак) в своем обычном понимании соответствует возрасту наступления гражданской дееспособности.

Следует отметить, что в других странах при общей тенденции к созданию схожих правовых конструкций, тем не менее, иногда предлагаются и более развернутые определения. Например, в ст. 21 Семейного Кодекса Украины под браком предлагается понимать семейный союз женщины и мужчины, зарегистрированный в органе записи актов гражданского состояния¹³, однако и такого рода легальные определения не способствуют установлению истинной юридической сущности брака. Чаще всего встречаются (в конституциях Италии, Греции, Ирландии) определения семьи как союзов, основанных на браке, без «расшифровки» содержания последнего¹⁴.

При отсутствии удовлетворяющего нас легального определения необходимо обратиться к достижениям доктрины.

Между тем, единства мнений в понимании данного социально-правового феномена не имеется.

Прежде всего, доктрина во многом основана на филологическом, семантическом и ином толковании слова «брак».

Этимологически брак (греч. γάμος, итал. braccio, франц. le braccia, лат. brachium — брак; производное от глагола брат), разумеется, в интересующем нас контексте, — это относительно постоянное сожительство супругов¹⁵, совокупность бытовых и правовых отношений, форма закрепления супружеских отношений¹⁶, союз мужчины и женщины с целью создания семьи, рождения, защиты и воспитания детей, а также для обеспечения различных нужд этой семьи и общества в целом¹⁷; семейные, супружеские отношения между мужчиной и женщиной¹⁸, частное проявление общественного института семьи¹⁹, семья²⁰ и т. п.

Таким образом, словари предлагают нам лишь различные аспекты брака как социального явления, не затрагивая его сути. Ученые-юристы принимают этимологические выводы и достижения за отправную точку собственных исследований.

Обычно в концепциях ученых-юристов по вопросу юридической природы брака предлагаются модели «брак-партнерство»²¹, «брак-таинство»²² «брак — институт особого рода»²³, «брак-договор»²⁴, «брак — зарегистрированный государством акт»²⁵, однако полностью к указанным моделям большинство авторов брак не сводит, полагая, что это явление более сложное и многоаспектное.

В частности, многие юристы, учитывая социальную сущность и значение брака, особое внимание обращают на субъектный состав такого рода союза, не только принимая прямые указания закона на разный пол супругов, но и исследуя при этом трансформацию прав лиц, вступающих в брак, с правами супругов, что очень характерно, например, для исследователей проблематики брачного договора²⁶. Иные авторы изначально делают акцент на то, что брак — это некое соглашение (договор), который не является гражданским обязательством и, скорее, имеет не экономическое содержание²⁷, даже «договор без правовых формальностей»²⁸, то есть это некоторое юридически значимое взаимное и добровольное действие, в результате которого образуется семья. Повышенный интерес к субъектному составу брака и его пониманию в качестве «союза» — некоего сообщества мужчины и женщины для совместной деятельности — как раз и обусловливает проблематику многих современных исследователей, например, вроде обсуждения вопроса «однополости» супругов²⁹.

Однако отдельными юристами брак традиционно рассматривался несколько более широко, нежели «узаконенный» союз мужчины и женщины.

Например, К. П. Победоносцев указывал, что физическая и душевная природа человека предшествует в брачном союзе непосредственной регистрации как разновидности сделки³⁰. Д. И. Мейер писал о нравственной составляющей брака как особенности такого рода союза³¹. Да и современный исследователь Ю. Ф. Беспалов пишет о необходимости положительного взаимного чувства брачующихся как условия реального брачного союза³². Таким образом, многие ученые едины в том, что брак характеризуется и категориями нравственности.

Все же чаще всего авторы указывают на то, что брак юридически опосредует законы природы и явление общественной жизни³³, это санкционированное государством соглашение сторон о совместном пожизненном проживании³⁴, юридически признанная общность мужчины и женщины³⁵, заключенный в органах ЗАГС пожизненный союз мужчины и женщины с целью образования семьи³⁶, моногамный союз, образующий семью или союз с целью создания семьи³⁷.

Таким образом, с указанных позиций следует в основе понимания брака ставить его цель. Однако этот момент не столь очевиден.

Проблемы телеологии — учения о целях (от греч. telos — цель и logos — учение) издавна привлекали внимание философов, политиков, юристов, а также представителей других наук³⁸. В обыденном смысле цель — это «предмет стремления, то, что надо, желательно осуществить»³⁹; в философском — «отображение в сознании определенного объекта того, что является предметом потребностей, интересов и ценностей, на достижение которых (как желательного, полезного результата) направлена деятельность социального субъекта: личности, социальной группы, исторической общности, общества»⁴⁰; в психологическом — «1. Конечный ожидаемый результат какого-либо процесса: движения, действия, деятельности и т. п.; 2. Символ, образ, идея, которая представляет собой конечный, внутренний результат целенаправленного поведения»⁴¹.

Цель всегда выступает в качестве основного системообразующего фактора реализации любой деятельности, объединяя в единое целое юридические действия и операции различных ее субъектов, используемые ими способы и средства, результаты и т. д. Юридические цели у участников тех или иных фактических связей необходимо устанавливать с учетом реальных потребностей и интересов участников общественных отношений⁴².

В первую очередь получается, что у брака имеется два уровня целей: это цели личные (создание семьи как союза конкретного мужчины с конкретной женщиной) и цели социальные (создание семьи как домохозяйства или «ячейки общества»). Понятно, что определение брака как юридической конструкции с позиции субъективных прав и охраняемых законом интересов супругов следует рассматривать только через их личные цели, так как вряд ли человека будет интересовать, какую тем самым пользу он приносит государству и обществу.

Исторически личная цель брака, как мы видели выше, указывалась юристами либо в неких абстрактных нравственно-торжественных выражениях, либо в последовательности результатов вступления в брак. Чаще всего результатами брака предлагалось признать рождение детей и создание семьи⁴³.

В современном обществе существенно изменились и подходы к самому браку⁴⁴, что не может не найти своего отражения и в области права. Налицо отказ в большинстве развитых стран от брака как от формы совместной жизни⁴⁵. В условиях вступления в 2020-е годы в репродуктивный возраст поколения «чайлдфри» о рождении детей как обязательной цели брака говорить не приходится; разумеется, такая цель характерна для многих брачующихся пар, но юридически она необязательна. Нельзя забывать и о том, что браки заключают и пары в пожилом, не репродуктивном возрасте, либо пары, где один из партнеров или оба они — бесплодны, чего не учитывают многие авторы⁴⁶. Единственная цель брака, которая более или менее признается большинством членов юридического сообщества, — это создание семьи. И это — сильный аргумент, так как наличие у сторон цели в виде создания семьи позволяет говорить о действительности брака, а отсутствие такой цели с точки зрения права свидетельствует о его порочности и недействительности.

Однако семья — это юридически крайне неопределенное понятие, что уже давно признается в литературе⁴⁷. Неслучайно выше мы приводили этимологические примеры о том, что семья и ассоциируется с браком.

В этом смысле дополнительным аргументом служит и то обстоятельство, что, по мнению многих авторов, к прекращению брака должна приводить смена пола одним из партнеров⁴⁸. Однако при заключении брака у брачующихся не было иной цели, кроме создания семьи, они эту цель на протяжении некоторого (иногда — длительного) времени реализовывали, а потом, когда один из супругов перестал быть женщиной или мужчиной, эта уже реализованная цель не может «исчезнуть в никуда». Нельзя не согласиться с авторами, указывающими, что по российскому законодательству такой брак должен быть прекращен⁴⁹, однако нельзя в таком случае говорить и о цели создания семьи как обязательном признаке брака.

Кроме того, мы полагаем указание на создание семьи как на цель обоих партнеров не во всех условиях верной: их цели могут быть различными (улучшение материального достатка, желание у женщины «защиты» в современном мире, а у мужчины — домашнего очага и уюта, стремление к общению, половое желание, любовь, спасение от одиночества и даже боязнь его и т. п.), то есть могут не совпадать. Вместе с тем, полагаем, что личные цели должны находить соприкосновение в том моменте, что стороны брачного союза сочли наиболее правильным для себя реализацию именно их в условиях совместного проживания и ведения общего хозяйства.

В то же время сегодня опять-таки нередки случаи длительного (а то и постоянного) раздельного проживания супругов (следствие, например, экономической необходимости работы в другом регионе или стране), заключения браков с лицами, осужденными к лишению свободы на длительные сроки, что уже само по себе не позволяет ставить вопрос о совместном проживании и ведении общего хозяйства, и иные схожие ситуации.

В результате полагаем, что, скорее всего, в качестве обязательной должна иметь место не цель создания семьи как таковой, а цель удовлетворения личных интересов посредством создания семьи, то есть, семья здесь не цель (не главная цель), но ее средство. В таком виде указание на цель брака как на создание семьи вряд ли может быть указано в законе.

Впрочем, указанный теоретический подход пока не разделяется отечественным законодателем.

Ряд юристов вообще находится на позициях агностицизма и указывает на невозможность определения категории «брак» ввиду комплексности этого института⁵⁰, что, разумеется, неверно: определить можно любое понятие, вопрос лишь в том, насколько правильно это сделано, выделены ли все необходимые сущностные признаки понятия, отличающие его от иных правовых явлений. Другие авторы говорят, что это «сложно»⁵¹ или «не нужно»⁵². Однако именно в дефиниции отражаются сущностные признаки того или иного правового явления, позволяющие лучше понять его природу⁵³.

Обращаясь к генезису категории брака как юридической конструкции, исследователи отмечают такие черты брака на Руси (в России) и в Европе, как его освященность церковными канонами (в христианстве)⁵⁴ и обычаем конкретного народа⁵⁵, союз именно мужчины и женщины как историческую традицию⁵⁶, моногамность супругов⁵⁷, создание семьи (реже — и продолжение рода брачующихся, либо рода лица мужского пола⁵⁸) как домохозяйства — экономической (тягловой, податной), социальной («власть отца»), культурной и т. п. единицы — в качестве цели брака⁵⁹, аналоги современных условий заключения брака — добровольности вступления в брак и достижения брачного возраста⁶⁰ (в отличие от современности, исторически не всегда и не для всех социальных категорий брачующихся эти условия были обязательны⁶¹), особый порядок заключения брака⁶², особенную природу последующих отношений между супругами⁶³ как аналог семьи⁶⁴.

Соответственно, и здесь мы видим лишь некоторый набор актуальных или устаревших на сегодня характеристик брака.

Не оказывает в этом вопросе существенной помощи и зарубежное право. И. А. Трофимец, приложившая немалые усилия для сравнительно-правового исследования категории и дефиниций брака за рубежом⁶⁵, начиная с «Дигест» Юстиниана⁶⁶, тем не менее отмечает, что в законодательстве большинства других стран также отсутствует легальное определение брака, а его понимание конструируется путем оценки предъявляемых национальными правовыми системами требований к лицам, вступающим в брак, основным из которых, по мнению автора, является цель брака — создание семьи⁶⁷.

Таким образом, сегодня в качестве господствующих можно выделить следующие позиции ученых по вопросу правовой сущности брака. Во-первых, значительная часть юристов придерживается той позиции, что брак — это форма государственного признания сложившихся отношений соответственно стандартам отношений мужчины и женщины, принятым в обществе. Во-вторых, формально цивилисты нередко рассматривают брак как сделку с особыми требованиями к форме и содержанию, значительно отличающую брак от других сделок, как гражданско-правовых, так и семейно-правовых. В-третьих, среди специалистов в области семейного права распространено мнение о том, что брак — институт права, позволяющий реализовать субъективные права на совместное проживание мужчины и женщины. В-четвертых, имеются обоснованные указания ученых на то, что брак можно понимать и как правовой институт, и как социальный институт, в связи с чем его реализация осуществляется одновременно и в правовой (права и обязанности супругов, права детей и т. п.) и в социальной (новые социальные взаимосвязи в «ячейке общества») сферах, причем лишь часть отношений такого рода подлежит правовому регулированию. Наконец, в-пятых, с точки зрения теологии (учения о целях), брак — поощряемый государством способ достижения социально и личностно значимых целей, таких как создание семьи, рождение и воспитание детей и проч.

Мы видим, что приведенные позиции ученых прямо не противоречат друг другу, а взаимодополняют мнения юристов о природе брака, обращая в своих исследованиях особое внимание на те или иные аспекты юридической природы брака, наиболее важные и значимые с их точки зрения.

Со своей стороны, основываясь на понимании государства как сервисной функции современного гражданского общества, мы можем определить брак как установленный национальным законом режим, к которому можно присоединиться путем регистрации брачных отношений, и который в силу закона устанавливает определенные права и обязанности сторон брака как совокупность свойств и характеристик семейно-правового статуса мужа и жены.

В этой связи мы полагаем брак универсальным союзом мужчины и женщины, который основан на естественном праве человека проживать в семье, а в своей реализации опирается на позитивные законодательные установления.

Таким образом, стороны брака (супруги) реализуют свои естественные права в браке в объеме, предусмотренном национальным законодательством места их проживания, независимо от их принадлежности к тому или иному государству (граждане Российской Федерации и иностранные граждане), либо отсутствия такой принадлежности вовсе (лица без гражданства).

Другое дело, что заключение брака гражданина (-ки) Российской Федерации с иностранным (-ной) гражданином (-кой) или лицом без гражданства, а равно его расторжение подчиняется особым правилам, установленным, во-первых, коллизионными нормами международного частного права и, во-вторых, национальными правопорядками.

1.2. Источники правового регулирования брачных отношений с участием иностранных граждан

Рассмотрение проблематики заключения и расторжения брака с иностранными гражданами невозможно без уяснения основных начал («правил игры»), а именно норм и иных руководящих положений о заключении и расторжении брака с иностранцами, то есть речь здесь следует вести об источниках правового регулирования в указанной сфере.

Строго говоря, брак с участием иностранных граждан нельзя считать неким типом брака, разновидностью брачно-семейных отношений, поскольку объем прав и обязанностей супругов не зависит от их гражданства (отсутствия у них гражданства страны проживания), однако специфика правового регулирования заключения и расторжения брака с иностранным гражданином подразумевает особое правовое регулирование данного вопроса, что выражается в соответствующих источниках права.

По нашему мнению, понятие «источник правового регулирования» в данном контексте несколько шире, нежели «источник (форма) права». Источником правового регулирования здесь могут быть признаны как международные акты и соглашения (договоры), так и конституционные акты или же, например, модельные акты не правового, а, скорее, морального характера. Основными источниками правового регулирования, разумеется, остаются национальные нормативные акты (федеральные и иные законы, а также подзаконные акты). Вместе с тем, важное значение имеют и руководящие разъяснения по вопросам заключения (расторжения) брака с иностранцами судебных инстанций, например постановления пленума Верховного Суда РФ, которые, хотя, как известно, и не признаются в России источниками права, но делают единообразной практику применения существующих правовых норм судами, восполняют пробелы в праве, выполняют иные важные функции, в связи с чем вполне могут быть отнесены к источникам правового регулирования в интересующем нас смысле.

Мы полагаем, что фундаментальную основу правового регулирования заключения и расторжения брака с иностранцами должны составить общепризнанные нормы и принципы международного права, а также иные международные нормы, как имплементированные в российское национальное право, так и применяемые в силу признания их для себя значимыми самой Российской Федерацией⁶⁸. С практической точки зрения в целях настоящей работы мы можем почерпнуть из всего этого нормативного массива главным образом принципы свободы человека на заключение брака с любым лицом, а также допустимые государственные ограничения такого права в интересах национальных правопорядков.

Специалисты в области международного права, тем не менее, указывают, что в брачно-семейной сфере значительная унификация материально-правовых норм отсутствует и вряд ли может иметь место по той причине, что различия между правопорядками являются очень значительными⁶⁹ в силу исторических, правовых, культурных, религиозных и духовных в целом традиций, а уже это само по себе не только затрудняет создание удовлетворяющих все национальные правопорядки норм международного права, но и сложно с точки зрения применения международно-правовых актов российскими судами и органами исполнительной власти⁷⁰.

Тем не менее исследуемые нормы и принципы условно можно подразделить на две группы: во-первых, это некие основополагающие начала (стратегемы), в основе которых лежит право человека на частную жизнь, и, во-вторых, это так называемые нормы международного права, регулирующие брачные правоотношения, которые не получили статуса общепризнанных и могут базироваться, в числе прочего, и на региональных источниках, а также на двусторонних договорах и соглашениях.

Принцип уважения прав человека и гражданина является первоосновой для создания международных норм права в брачно-семейной сфере.

Среди положений актов, содержащих такого рода общепризнанные нормы и принципы международного права, видимо, следует назвать в первую очередь нормы Всеобщей декларации прав человека 1948 года⁷¹, а также нормы Международного пакта о гражданских и политических правах⁷².

Например, в ст. 23 Международного пакта о гражданских и политических правах за мужчинами и женщинами, достигшими брачного возраста, закрепляется право на вступление в брак и право основывать семью.

Необходимо, однако, признать, что в указанных нормах интересующие нас правоположения сформулированы в достаточно общем виде. Их необходимая конкретизация сделана в иных международных документах, например, таком важнейшем акте, как Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод⁷³.

В частности, в ст. 12 Конвенции провозглашено право граждан на заключение брака и создание семьи, однако это право есть лишь у мужчин и женщин, достигших брачного возраста, причем указанное право может быть реализовано в соответствии с национальным законодательством, регулирующим осуществление этого права⁷⁴.

На указанном примере видно, что общепризнанные нормы и принципы международного права могут и должны служить значимым источником правового регулирования отношений в области заключения россиянами брака с иностранными гражданами или его расторжения, содержащим указание как на право, так на ограничение в праве и порядок реализации этого права.

Следует отметить, что в 1950–1970-х годах международное сообщество приняло значимые акты в указанной сфере, например такие, как Гаагская конвенция о признании разводов и решений о раздельном жительстве супругов 1970 г.; Гаагская конвенция о праве, применимом к режимам собственности супругов, 1978 г.; Конвенция ООН о согласии на вступление в брак, брачном возрасте и регистрации браков 1962 г.; Нью-Йоркская конвенция о гражданстве замужней женщины 1957 г., однако исторически сложилось так, что в большинстве наиболее важных международно-правовых договоров и конвенций в брачно-семейной сфере Российская Федерация не участвует. Тем не менее одна из основных конвенций в указанной сфере — Гаагская конвенция о заключении и признании действительности браков от 14 марта 1978 г.⁷⁵ в России ратифицирована. Наиболее важным является то, что брак гражданина России с иностранным гражданином может быть заключен на территории Российской Федерации без каких-либо ограничений, кроме обязательности его соответствия российскому законодательству в части условий заключения брака⁷⁶.

Проблематика применения международных норм в российском правовом пространстве достаточно подробно исследована в современной литературе, причем очевидно, что судами и иными органами правоприменения общепризнанные нормы и принципы международного права применяются (за исключением случаев, когда это происходит в связи с необходимостью исполнения решений Европейского суда по правам человека) при рассмотрении (разрешении) конкретных правовых споров лишь в двух случаях: в первом случае — в дополнение к существующей норме национального права при ее нечеткости или неопределенности, для лучшей правовой аргументации и мотивировки решения, и во втором случае — в связи с тем, что вышестоящая судебная инстанция уже сослалась на данную норму при разрешении схожей ситуации и нижестоящий суд попросту «переписывает» ее из решения вышестоящего суда в мотивировочную часть решения по рассматриваемому им делу. При этом применяются лишь общепризнанные нормы и принципы международного права, которые содержатся либо в международных договорах Российской Федерации, либо в международных нормативных правовых актах, то есть применяются, по сути, не сами общепризнанные принципы и нормы международного права, а указанные источники права, содержащие их⁷⁷.

Важнейшие правоположения в части регулирования общественных отношений в сфере заключения и расторжения браков с иностранными гражданами закреплены в Конституции Российской Федерации⁷⁸.

Здесь мы имеем дело (в интересующем нас контексте) с двумя группами норм.

Во-первых, это нормы-принципы, в которых закреплены права и свободы человека и гражданина, а также пределы и ограничения для реализации таких прав.

Так, ч. 3 ст. 62 Конституции РФ предусмотрено, что иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации. Часть 1 ст. 38 Конституции Российской Федерации указывает, что материнство и детство, семья находятся под защитой государства.

Во-вторых, это «нормы о компетенции».

В частности, в силу пп. «к» п. 1 ст. 72 Конституции РФ семейное законодательство относится к совместной компетенции федерального центра и регионов, на основании пп. «ж» 1 п. 1 ст. 72 Конституции РФ, в совместном ведении Российской Федерации и субъектов Российской Федерации находятся в том числе и вопросы защиты института брака как союза мужчины и женщины.

Исходя из указанного, лишь на федеральном уровне возможно установление условий и порядка заключения и расторжения брака с иностранными гражданами, тогда как в целях защиты института брака как союза мужчины и женщины соответствующие нормативные правовые акты могут издавать и субъекты Российской Федерации.

Таким образом, как видим, конституционные нормы — это своего рода идеальные ориентиры и непосредственно действующие принципы национальной правовой системы, которые важны как фундаментальные «правила игры» в исследуемой сфере, а также организационные аспекты рассматриваемой области общественных отношений.

Конституционные нормы конкретизируются, реализуются и обеспечиваются прежде всего в федеральном законодательстве.

Основным таким актом является уже упомянутый нами выше Семейный Кодекс Российской Федерации.

Нет особой нужды подробно описывать нормы данного акта, его структуру и т. п. Обратим лишь внимание на следующие, наиболее значимые с позиций нашей тематики, группы норм и отдельные нормы.

В частности, в соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 10 СК РФ брак подлежит заключению (как условие его действительности) в государственных органах — органах записи актов гражданского состояния (ЗАГС). Сами общие условия заключения брака указаны в п. 1 ст. 12 СК РФ, а обстоятельства, препятствующие заключению брака, — в ст. 14 Семейного Кодекса.

Существуют и нормы права, непосредственно регулирующие вопросы заключения и расторжения брака с иностранными гражданами, часть из указанных норм — коллизионные.

Например, общий порядок и условия заключения брака с иностранцами на территории России определены в ст. 156 СК РФ. Заключению брака с иностранцами в дипломатических представительствах и консульских учреждениях посвящена ст. 157 СК РФ. Вопросы расторжения брака с иностранными гражданами регулирует ст. 160 СК РФ. Установление содержания норм иностранного семейного права, что зачастую необходимо, возможно по правилам ст. 166 СК РФ, а в ст. 167 СК РФ предусмотрены и ограничения применения норм иностранного семейного права.

Отдельные организационно-процедурные вопросы заключения и расторжения брака с иностранными гражданами решаются нормами Федерального закона от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»⁷⁹ и Консульского устава Российской Федерации⁸⁰.

Существуют и другие актуальные акты, которые могут касаться вопросов заключения (расторжения) брака уже опосредовано.

Например, вопросы установления государственной пошлины за государственную регистрацию заключения или расторжения брака, в том числе с иностранным гражданином, а также порядка ее уплаты, решаются Налоговом Кодексом Российской Федерации, процессуальные аспекты расторжения брака в судебном порядке предусмотрены ГПК РФ и т. п.

Среди подзаконных актов в этой сфере можно назвать, например, Положение о консульском учреждении Российской Федерации, утвержденное Указом Президента РФ от 5 ноября 1998 г. № 1330⁸¹, нормы которого, в основном, имеют процессуальный характер.

Среди других важных подзаконных актов следует упомянуть Концепцию государственной семейной политики в Российской Федерации на период до 2025 года, утвержденную Распоряжением Правительства РФ от 25 августа 2014 г. № 1618-р⁸². В субъектах Федерации распространены и региональные концепции схожего характера⁸³.

Учитывая, что вопросы заключения и расторжения брака в органах исполнительной власти имеют во многом организационно-процедурный характер, особая роль в правовом регулировании принадлежит административным регламентам.

Например, практически значимы нормы Административного регламента предоставления государственной услуги по государственной регистрации актов гражданского состояния органами, осуществляющими государственную регистрацию актов гражданского состояния на территории Российской Федерации, утв. Приказом Минюста России от 29 ноября 2011 г. № 412)⁸⁴ и Административного регламента Министерства иностранных дел Российской Федерации по предоставлению государственной услуги по государственной регистрации актов гражданского состояния граждан Российской Федерации, проживающих за пределами территории Российской Федерации, утв. Приказом МИД России от 29 июня 2012 г. № 10490)⁸⁵.

В настоящее время часть актуальных вопросов заключения и расторжения браков с иностранными гражданами решена на уровне интерпретационных актов Верховного Суда Российской Федерации, основная часть из которых — результаты выработки единой позиции судебной практики Пленумом Верховного Суда РФ. Разумеется, постановления Пленума Верховного Суда РФ не являются нормативными актами и не могут содержать новых норм права, однако это важнейшие интерпретационные акты, которые нельзя обойти в исследовании по заданной тематике.

В частности, в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»⁸⁶ и от 27 мая 1998 г. № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей»⁸⁷ не только решаются проблемы толкования норм семейного законодательства, но и даны соответствующие обязательные указания нижестоящим судам, в том числе в части обеспечения единообразного применения норм коллизионного семейного права.

Таким образом, очевидно, что важнейшим источником информации и ориентира для последующего правового регулирования является судебная практика по данной категории дел.

Определенная заслуживающая внимания судебная практика имеется у международных судебных инстанций.

Например, Европейским судом по правам человека (далее — ЕСПЧ) накоплен значительный опыт разрешения конфликтов в части соблюдения положений ст. 12 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, который подвергнут анализу современными исследователями⁸⁸.

Так, в деле Шапина и Шарпентьера (Mr Chapin and Mr Charpentier) против Франции (известном во Франции как mariage de Bègles) суд единогласно признал, что ст. 12 (на право вступать в брак) совместно со ст. 14 (запрет на дискриминацию) и ст. 8 (право на уважение частной и семейной жизни) не были нарушены, поскольку французское законодательство на тот момент не предусматривало возможность регистрации однополых браков⁸⁹, то есть в части ограничений при заключении брака приоритет отдается национальному праву.

Таким образом, по результатам исследования мы полагаем, что источники правового регулирования вопросов заключения и расторжения брака с иностранными гражданами многочисленны и разнообразны. Они представляют собой практически законченную с содержательной точки зрения систему, где основные источники правового регулирования возможно расположить в порядке иерархической соподчиненности и взаимосвязи.

Эти источники в своей совокупности представляют собой необходимую, по нашему мнению, базу для обеспечения эффективного и качественного правового регулирования вопросов заключения и расторжения брака с иностранными гражданами.

В некотором смысле именно такой массив правовых норм и норм толкования права позволяет нам говорить о существовании особого семейного права — совокупности правовых норм, регулирующих общественные отношения в области заключения и расторжения брака с иностранными гражданами, пока еще не оформленного окончательно в институт законодательства.

Глава 2. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ БРАКА С УЧАСТИЕМ ИНОСТРАННЫХ ГРАЖДАН И ЛИЦ БЕЗ ГРАЖДАНСТВА

2.1. Необходимые условия для заключения брака с участием иностранного гражданина

Прежде всего следует отметить, что исторически в России (на Руси) длительное время бытовало отрицательное отношение к бракам местного населения с иностранцами, что, видимо, было вызвано требованиями религиозного характера, поскольку существовала единственная форма заключения брака — церковная⁹⁰, хотя прямого запрета на такие браки не было⁹¹. Более того, указанные возможности предоставляли уже первые международные договоры Руси⁹².

Некоторые «послабления» в национальной правовой практике были сделаны лишь во времена царствования Петра I в 1721 г., хотя и тогда разрешались только браки с иностранцами христианских конфессий, а потом потомство от таких браков (если оно не исповедовало православие) было несколько ущемлено в правах⁹³. Со времен Петра I и до начала XX в. имел место постепенный процесс ослабления правовых запретов на браки с иностранными гражданами, вплоть до полного их снятия в 1917 г.

С конца 1920-х гг. начался процесс фактического сворачивания практики реализации норм о браке с иностранными гражданами при формальном допущении законодателем такого рода брака: лишь с 1947 по 1953 гг. в рамках борьбы с «космополитизмом» и в условиях угрожающей демографической послевоенной ситуации браки советских граждан с иностранцами были запрещены, однако и в более поздний период за брак с иностранцем (кой) лицо могло быть привлечено к уголовной ответственности за преступление против государства («антисоветская агитация» и т. п.) по надуманным основаниям⁹⁴. Негативным обстоятельством можно назвать и тот факт, что советские коллизионные нормы (ст. 161 Кодекса о браке и семье РСФСР 1969 г.⁹⁵, например) не допускали применения норм иностранного семейного права при решении вопросов о заключении брака между советскими и иностранными гражданами, либо между иностранцами на территории СССР. Лицам, желающим заключить брак с иностранцем, на практике чинились всяческие бюрократические препоны.

Ситуация изменилась лишь к началу 1990-х годов. Вместе с тем, даже сегодня в российском гражданском обществе и ментальности российского населения в целом остается предубеждение в отношении браков россиян с иностранцами.

Одной из причин негативного отношения общества к браку с иностранными гражданами и по сей день является боязнь уменьшения населения России за счет отъезда заключившего (-ей) брак иностранным (-ной) гражданином (-кой) для проживания за рубеж. Однако такая тенденция была характерна более для 1990-х годов. Уже более 10 лет тренд несколько изменился, и все чаще встречаются ситуации, когда мужчина-иностранец приезжает в Россию, женится на россиянке и новая семья остается проживать на территории Российской Федерации⁹⁶, что не только не противоречит интересам демографической политики России, но даже способствует достижению ее целей.

Как бы там ни было, причины формирования особых условий заключения брака с иностранными гражданами, как в советский период, так и в наше время в какой-то мере связаны именно с указанным общественным мнением, равно как и с приоритетами государственной политики в понимании находящихся у власти лиц⁹⁷.

В рамках применения метода сравнительного правоведения следует отметить, что наличие ограничений для вступающих в брак с иностранными гражданами характерны и для семейного законодательства других стран, в том числе в настоящее время.

Например, в Дании в брак с иностранцем может вступить только лицо, достигшее 24-летнего возраста, хотя брачный возраст в случае заключения брака между гражданами Дании ниже. Особый случай: замужество иностранки с гражданином Дании: последний не только должен обеспечить ей жилье необходимой площади для проживания, но и предоставить в орган регистрации брака сведения о своих достаточных для содержания семьи доходах и даже банковскую гарантию⁹⁸. В Туркмении от иностранца требуется наличие в собственности жилья и внесение «страховки» на содержание детей в случае расторжения брака. Есть правопорядки, запрещающие браки с иностранными гражданами и сегодня⁹⁹.

С этой точки зрения современное российское законодательство о браке с иностранцами достаточно либерально: оно не содержит ограничений ни для иностранцев, желающих заключить брак с гражданином (-кой) России, ни для самих российских граждан, связывающих себя узами брака с иностранцами.

Требования к браку с иностранными гражданами представлены в ст. 156 СК РФ. Эти требования можно разделить на три группы: требования к форме заключения брака (формальные требования), требования к порядку заключения брака (процедурно-организационные требования) и условия заключения брака (материально-правовые, «содержательные» требования) с иностранным гражданином. Вопросы порядка заключения брака с иностранцами мы рассмотрим во втором параграфе настоящей главы. Здесь же остановимся на формальных и содержательных требованиях.

Прежде всего, п. 1 ст. 156 СК РФ предусматривает, что форма и порядок заключения брака на территории Российской Федерации определяются законодательством Российской Федерации. Это означает, что, во-первых, брак заключается в письменной форме — о заключении брака должна быть роспись обоих супругов. Во-вторых, брак подлежит регистрации, поскольку только и исключительно после этого возникают права и обязанности супругов.

Пункт 1 ст. 10 СК РФ традиционно говорит о заключении в Российской Федерации брака в органах записи актов гражданского состояния. Перечень и полномочия указанных органов определены ст. 4 Федерального закона от 15ноября 1997 г. № 143-ФЗ (ред. от 01.05.2017) «Об актах гражданского состояния»¹⁰⁰.

По общему правилу, государственная регистрация актов гражданского состояния производится органами записи актов гражданского состояния, образованными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. На практике указанные государственные полномочия передаются органам местного самоуправления, которые и организуют работу территориальных отделов ЗАГС и дворцов бракосочетания. В сельских поселениях нередко в составе органа местного самоуправления присутствует специалист в области регистрации актов гражданского состояния, а сама регистрация происходит в администрации муниципального образования.

В качестве исключения п. 3 ст. 4 Федерального закона от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния» предусматривает и возможность регистрации брака консульскими учреждениями Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации. Правила заключения браков в данном случае устанавливаются также ст. 157 СК РФ. При этом иностранные граждане, вступающие в брак на территории Российской Федерации через консульские учреждения и дипломатические