С. А. Тюшкевич

Поворот всемирной истории

Опыт Великой Победы над фашизмом

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 94(47)’’1941/1945’’

ББК 63.3(2)622

Т98

Изображение на обложке с ресурса Photogenica.ru

Автор:

Тюшкевич С. А., доктор философских наук, профессор, заслуженный деятель науки РСФСР, лауреат Государственной премии СССР, генерал-майор в отставке.

Победа над фашизмом, одержанная советским народом в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов, не просто изменила мир – она дала человечеству шанс стать лучше. Эта книга о смысле, значении, уроках Великой Победы Добра над Злом, о неразрывной связи времен и о том, как опыт прошлого помогает создавать настоящее и будущее.

Автор – известный советский и российский ученый, фронтовик, прошедший всю войну, кавалер многих государственных наград Степан Андреевич Тюшкевич (1917 г. р.).

Для широкого круга читателей.

УДК 94(47)’’1941/1945’’

ББК 63.3(2)622

© Тюшкевич С. А., 2023

© ООО «Проспект», 2023

С глубокой признательностью Николаю Вячеславовичу Илиевскому и Леониду Владимировичу Рожникову.

Ваше дружеское участие и практическая помощь неоценимы.

С. А. Тюшкевич

ОТ АВТОРА

Уважаемый читатель!

Вы держите в руках по-своему уникальную книгу. Дело в том, что она написана человеком, начавшим свой жизненный путь в таком далеком и в таком близком 1917 году.

В молодости невозможно поверить, что 105 лет — это, в общем-то, немного. Однако с возрастом восприятие времени меняется. Его нелинейность, многомерность, относительность из отвлеченно-философских категорий превращаются в лично пережитое и осмысленное.

Желание поделиться своим опытом и своими мыслями естественно для стариков. Хотя почему только для них? Это общечеловеческая черта.

Главное, чтобы было что сказать.

История нашего Отечества в ХХ веке насыщена важнейшими событиями: революциями, научными открытиями, военными потрясениями. Особое место в этом ряду занимает борьба с фашизмом во Второй мировой войне, представлявшей собой небывалое по ожесточенности, масштабу и значению столкновение различных цивилизационных проектов. В этом смысле она оказалась подобной мифической схватке богов и титанов, решившей судьбу мира.

Весьма существенен тот факт, что главный и основной вклад в достижение Великой всемирно-исторической Победы внес Советский Союз.

Именно его многонациональный народ совершил небывалый подвиг и сокрушил зло.

Победа открыла новую эпоху, стала стартом масштабных перемен во всех сферах жизни, во многом определила последующий ход истории. В мире произошли кардинальные изменения в соотношении сил, в самом направлении исторического развития и в его характере.

Советский Союз остановил обладавший огромной мощью фашизм, обратил вспять его натиск, поверг свастику в самом центре Европы. Тем самым Советский Союз осуществил великую освободительную миссию: спасая себя, он спас человечество от дикости и варварства, от деградации и гибели.

СССР стал главным победителем не только в военном отношении, но и как сила духовная, идеологическая, социальная. Победа обеспечила сохранение и развитие таких общественных принципов, как гуманизм, справедливость, народовластие, то есть идей, получивших действительное практическое воплощение благодаря Великой Октябрьской социалистической революции 1917 г., которая подобно огню Прометея дала человечеству живительное тепло и яркий свет.

Обретя по итогам Второй мировой войны огромное влияние и гигантский моральный авторитет, Советское государство, став противоположным США полюсом силы, предложило миру грандиозную социально-экономическую и политическую альтернативу, способствовало его стабильному многовекторному развитию, не допустило основанного на ядерном шантаже всеобъемлющего американского диктата.

Гибель советской цивилизации стала настоящей трагедией, сделавшей мир более бедным, более жестоким и более опасным. В противоборстве холодной войны с США и НАТО СССР не развалился, как это нередко можно услышать. Его сознательно разрушили внешние враги и внутренние предатели. Правопреемница Советского Союза Российская Федерация должна в точном соответствии с диалектическим законом отрицания взять лучшее от своего предшественника, с тем чтобы уверенно идти дальше.

В этой связи необходимо подчеркнуть, что то огромное внимание, которое в нашей стране многие годы уделяется истории Великой Отечественной войны, совершенно естественно и абсолютно оправданно. Императивный общественный и научный интерес к ней — своего рода константа, постоянная величина. В его основе лежит желание постичь высокие смыслы и извлечь актуальные уроки для настоящего и будущего.

Во-первых, это связано с тем, что современные войны и победы в них имеют более широкий и объемный характер, чем это случалось прежде. Теперь даже незначительные военные конфликты меняют судьбы не только отдельных государств и народов, а по существу все мироустройство. В различных формах, в различные сроки, но процесс перемен становится неодолимым. Развиваясь противоречиво, сопровождаясь промежуточными успехами и неудачами, он с неизбежностью приводит к рождению нового качества. Например, специальная военная операция России на Украине свидетельствует, что даже самое малое локальное событие вызывает сейчас задействование социально-политических, военных и идеологических сил, по существу, в мировом масштабе.

Во-вторых, Вторая мировая и последующие войны ХХ и начала XXI в. доказали, что идеи, знания, информация в полной мере стали материальной силой или, как говорил известный российский ученый В. И. Вернадский, геологической силой.

Здесь показателен такой пример. В самом начале Великой Отечественной войны идея «благородной ярости», прозвучавшая в песне «Священная война», стала не только верным образом, но и подлинной материальной силой, одним из необходимых условий победы.

В-третьих, сама история свидетельствует, что установление взаимоотношений между большими и малыми государствами на принципах стратегической стабильности и социальной справедливости возможно только в единстве того и другого.

Президент России В. В. Путин много раз говорил о том, что человеческая цивилизация находится сегодня в процессе кардинальных изменений международных отношений, вступив в активную фазу формирования многополярной, более демократичной и справедливой системы мироустройства. События 2022 г. свидетельствуют, что это действительно так.

Поэтому мероприятия, осуществлявшиеся в последние два десятилетия в Российской Федерации по развитию экономики, социальной сферы, обеспечению обороны и безопасности, были своевременны и необходимы.

Оправдал себя и курс сплочения российского общества на идеалах Великой Победы, нашедший широкую народную поддержку. Неслучайно Россия предложила объявить 2025 год в Содружестве Независимых Государств годом 80-летия Победы в Великой Отечественной войне, годом мира и единства в борьбе с нацизмом.

В условиях возрождения фашизма и попыток наших врагов стереть из памяти подвиг народов Советского Союза в спасении человечества от фашистской чумы необходимы наше единство и сплоченность в отстаивании исторической правды и в борьбе с неонацизмом.

Идеи неразрывной связи времен, смысла и значения победы советского народа над фашизмом, влияния победы на современный мировой общественный процесс и место России в нем — центральные в этой работе.

***

По своей форме эта книга своего рода сборник статей, написанных в разные годы, но объединенных общей идеей значения Великой Победы над фашизмом для судьбы нашего Отечества и всего мира.

Пусть читатель простит автору некоторые смысловые и формальные повторы, которые можно встретить на ее страницах. Попытки их убрать предпринимались, но ни к чему хорошему не приводили, поскольку в этих случаях нарушалась цельность конкретного текста, ломалась его внутренняя логика. Если верно, что «истина от повторения не тускнеет», то и вашему восприятию, надеюсь, эти повторы сильно не помешают.

Предисловие. ФАШИЗМ КАК ГЛОБАЛЬНАЯ ЦИВИЛИЗАЦИОННАЯ УГРОЗА¹

Известно, что, хотя фашизм как социально-политическая теория возник в первой четверти ХХ века, его идейные предпосылки начали формироваться много раньше. Не заглядывая далеко в глубь веков, отметим, что даже учение Чарльза Дарвина о естественном отборе и философия сверхчеловека Фридриха Ницше, вольно толкуемые и ловко препарированные идеологами фашизма, были использованы ими в качестве интеллектуальной базы своего «учения». Коммунистическая идея, казалось бы столь ненавистная фашизму, также парадоксальным образом способствовала рождению своего антипода — ведь именно ей фашизм был призван противостоять. Подобную ситуацию в математике называют методом доказательства от противного.

Вопрос идентификации фашизма является одним из центральных при исследовании этого феномена. В советских энциклопедических изданиях фашизм трактовался как политическое течение и режим, основанные на крайнем национализме и насилии². В документе Российской академии наук³, подготовленном по указанию Президента Российской Федерации в 1995 г., в качестве основного признака фашизма также называется крайний национализм. В западной историографии при определении фашизма акцент преимущественно делается на его тоталитарную природу⁴.

Особое внимание обращает на себя революционный (точнее говоря, контрреволюционный) характер фашизма. Например, А. А. Галкин, известный исследователь этого феномена, дает такое его определение: «Фашизм — это правоконсервативный революционизм, пытающийся, не считаясь с жертвами, снять реальные противоречия общества, разрушив все то, что воспринимается им как препоны к сохранению и возрождению специфически понимаемых извечных основ бытия»⁵. Сходную позицию занимает американский историк С. Пэйн, утверждающий, что фашизм — это «…форма революционного ультранационализма, имеющего целью возрождение нации на основе виталистской философии; структурированного по принципу экстремальной элитарности, массовой мобилизации, вождя; оценивающего насилие положительно как цель и метод; склонного считать нормой войну и/или военную мощь»⁶.

Для современной отечественной и зарубежной историографии характерно разделение всей совокупности признаков фашизма на два вида: отличительных именно для фашизма и присущих иным разновидностям тоталитаризма.

К первой группе относятся:

а) идея национальной исключительности, шовинизм;

б) расизм, в своих практических проявлениях доходящий до геноцида других народов;

в) диктатура национальной элиты во главе с вождем;

г) создание военизированной партии с жесткой дисциплиной;

д) определение внутренних и внешних «врагов нации»;

е) абсолютная идеологическая монополия;

ж) культ силы и устрашения;

з) особый политический стиль (лексика, специальные приветствия, символика, униформа и др.);

и) идея построения тоталитарного государства на основе принципа корпоративности.

Группа признаков, характерных не только для фашизма, но и для других видов тоталитаризма включает:

а) культ вождя;

б) ксенофобию;

в) отрицание демократии, подавление оппозиции, репрессивную политику;

г) политическую и социальную демагогию;

д) милитаризацию экономики и общественной жизни и др.

Надо сказать, что, хотя эта классификация далеко не безупречна и содержит в себе определенные пересечения, она тем не менее позволяет составить достаточно полное и объемное представление о феномене фашизма.

Тем не менее в последние годы появляются все новые его определения и трактовки, причем в большинстве случаев они носят весьма общий и размытый в смысловом отношении характер. Опираясь на них, к фашизму можно отнести едва ли не все, что не отвечает либеральным представлениям о демократии⁷.

Потенциальная опасность таких избыточно широких толкований проявляется двояко. Как справедливо заметил доктор философских наук О. А. Бельков: «С одной стороны, усилия государства и общества, в том числе средств массовой информации и спецслужб могут оказаться сосредоточенными на отторжении, противодействии, подавлении тех оппозиционных, протестных и т. п. групп и движений, позиции и требования которых должны не огульно развенчиваться, а учитываться в практической политике. С другой стороны, квалификация в качестве фашистских любых противников собственной политической линии может помешать разглядеть приход фашизма в его истинном обличии и сделать безоружным по отношению к нему»⁸.

В последние годы на Западе оформилась тенденция к проведению смысловой демаркации между фашизмом и нацизмом. Предпринимаются такие попытки и в нашей стране. В общественное сознание настойчиво внедряется мысль, что фашизм является всего лишь одной из многочисленных форм национализма. Утверждается, что он далеко не столь опасен, как нацизм, с неизбежностью порождающий расизм, геноцид и войну⁹. Сегодня даже нередки заявления о большем различии, нежели сходстве между фашизмом и нацизмом. При этом авторы подобных воззрений апеллируют как к генезису этих явлений, так и к соответствующей практике конкретных фашистских режимов¹⁰.

Проблема соотношения понятий «фашизм» и «нацизм» действительно существует. Никто не спорит: это не синонимы. Но и тесную связь между ними отрицать нельзя. Феномен фашизма вовсе не предполагает полного единообразия его проявлений. Итальянская, немецкая, испанская, венгерская, румынская, польская и иные версии фашизма несомненно имеют как общие, так и особенные черты. При этом итальянский фашизм, германский нацизм, испанский фалангизм и т. п. представляют собой вариации одного явления, что, кстати, не скрывалось и самими фашистскими вождями. Об этом, например, говорил Муссолини в 1937 г. в своем выступлении «Братья по крови: фашизм и нацизм»¹¹.

Подход, предполагающий, что между фашизмом и нацизмом существуют различия принципиального характера, в лучшем случае ошибочен, в худшем — своекорыстен. Цель подобных «интеллектуальных» конструкций состоит в том, чтобы, отделив фашизм от нацизма, добиться его частичной реабилитации.

Фашизм — это родовое понятие, а итальянский, немецкий, португальский и другие виды фашизма — его частные случаи, разновидности. В данном случае вполне уместна аналогия с онкологическим заболеванием, формы которого различны, но природа одинакова.

Очевидно также, что термин «фашизм» начиная уже с 30-х годов ХХ в. используется как в узком, так и в широком смыслах. Узкая трактовка неразрывно связана с итальянским фашизмом, ассоциирующимся прежде всего с именем Бенито Муссолини. В широком смысле под фашизмом изначально было принято понимать все родственные итальянскому образцу политические режимы, близкие ему в теоретическом и практическом выражении.

Термин «нацизм» применяют для обозначения фашистской по своей природе национал-социалистической идеологии и политического режима в гитлеровской Германии.

Таким образом, нацизм — это немецкий фашизм, обретший государственную форму в 1933–1945 гг. Радикальный террористический характер нацизма, как и формальное признание им примата нации, а не государства, не дают сколько-нибудь серьезных оснований для того, чтобы противопоставлять его фашизму, а тем более утверждать, что фашизма в Германии будто бы вообще не было¹².

На наш взгляд, научный обществоведческий анализ эволюции человечества невозможен без признания того факта, что основное содержание ХХ века определила конкуренция между тремя цивилизационными проектами: либеральным, коммунистическим и фашистским.

Великая русская революция 1917 г., ставшая подлинным вызовом «старому миру», ярко продемонстрировала гигантский масштаб и глубину кризиса, переживаемого человечеством. Этот вызов Запад не оставил без ответа, предложив, условно говоря, две его версии: мягкую и жесткую. Но если мягкий левоцентристский путь социальных реформ, помимо огромных сил и средств, необходимых для его реализации, требовал долгого времени, то крайне правый фашистский проект сулил достаточно быстрый и сравнительно малозатратный результат. Правда, риски этого жесткого ответа на вызовы времени «старый мир» явно недооценил.

Международная дискриминация Советского Союза Западом в период между Первой и Второй мировыми войнами была не только его реакцией на проводимые в СССР социалистические преобразования и коммунистические планы «мировой революции». Прежде всего тогдашние «санкции» являлись логическим продолжением многовековой западной политики сдерживания и ослабления России.

Предвзятое отношение Запада к исторической России (СССР) помешало его элитам верно оценить характер и масштаб угрозы Гитлера (фашизма, нацизма), способствовало глобализации кризиса, не позволило создать надежную систему коллективной безопасности. Самоубийственная позиция «каждый за себя», неспособность подчинить собственные эгоистические интересы общим задачам мирного развития, стремление Англии, Франции и США решать свои проблемы за чужой счет лишь укрепили фашистский проект в целом и нацистскую Германию, в частности обеспечили ей благоприятные условия для экспансии.

Подписание в августе 1939 г. советско-германского пакта о ненападении сорвало геостратегические планы «западных демократий» и похоронило их надежды остаться в стороне от схватки с фашизмом. Именно тогда правящие круги Великобритании и Франции, пытаясь отвлечь общественное мнение от темы их собственной ответственности за начавшуюся мировую войну, впервые попытались уравнять Гитлера и Сталина, фашизм и коммунизм, напирая на определенное внешнее сходство их политических режимов.

Нападение Германии на СССР на время приглушило прежние противоречия и, выдвинув на первый план общие интересы Запада и Советского Союза, способствовало созданию антигитлеровской коалиции. Однако по мере приближения победного финала войны ситуация все более менялась. 1944 год стал в этом смысле знаковым. Блестящие успехи Красной армии на советско-германском фронте показали, что Советский Союз может в одиночку сокрушить фашистский блок, и ускорили ревизию союзнических отношений со стороны Запада.

В этой связи необходимо назвать работу лауреата Нобелевской премии мира Ф. Хайека «Дорога к рабству»¹³, вышедшую в свет в том же 1944 г. и впервые обозначившую тему мнимого «родства» коммунизма и фашизма через их якобы общую тоталитарную природу. Причем отнюдь не фашизм, а именно коммунизм был подан автором в качестве главного зла.

Работа Хайека стала первой, но далеко не единственной в этом ряду. В 1945 г. публикуется двухтомный труд К. Поппера «Открытое общество и его враги»¹⁴, где проводится та же идея. В 1951 г. Х. Арендт пишет книгу «Происхождение тоталитаризма»¹⁵, в которой фактически отождествляет коммунизм с фашизмом. В 1965 г. выходит в свет книга К. Фридриха и З. Бжезинского «Тоталитарная диктатура и автократия»¹⁶, где «советский тоталитаризм» называется более жестким и «свирепым», чем фашистский. Последующие многочисленные зарубежные, а затем и отечественные публикации на данную тему, по сути своей, вторичны.

Утверждения о единой природе фашизма и коммунизма противоречат исторической правде и кощунственны по отношению к тем, кто отдал свои жизни за Великую Победу. Адепты мифического родства фашизма и коммунизма не желают считаться с фундаментальными сущностными различиями между этими явлениями, но зато абсолютизируют форму.

Соответствующие спекуляции строятся на известном сходстве недемократических режимов, персонифицированных именами Гитлера и Сталина. Их общими чертами выступают вождизм, жесткая однопартийность, развитые силовые структуры и др. Но внешнее сходство вовсе не означает сущностной близости и генетического родства. В случае с коммунизмом и фашизмом мы имеем дело с антиподами, поскольку в содержательном смысле эти идеологии и режимы кардинально различаются:

1) коммунизм предполагает социальное равенство и интернационализм, фашизм — социальное неравенство и подавление одних народов другими;

2) коммунизм означает примат общественной собственности, а фашизм, несмотря на соответствующую риторику, — доминирование частной собственности;

3) коммунизм основывается на идее постепенного отмирания государства, а фашизм его обожествляет;

4) коммунизм означает основную опору на рабочих и крестьян, фашизм — на мелкобуржуазную среду;

5) коммунизм предполагает духовный прогресс и расцвет культуры, фашизм глубоко враждебен культуре¹⁷.

И, наконец, главное — коммунизм ставит своей целью возвышение человека, его всестороннее развитие, а фашизм делит людей на сверхчеловеков и недочеловеков, обрекая слабых на уничтожение или рабство. Данное различие выступает ключевым и системообразующим.

Приведенный перечень не является исчерпывающим, его легко можно дополнить другими важными чертами, но и сказанного достаточно для того, чтобы понять: битва не на жизнь, а на смерть между Советским Союзом и фашистской (нацистской) Германией имела не только и не столько геополитическую, сколько цивилизационную и экзистенциальную природу.

Фашизм с его планами принудительной селекции человечества отличался предельной жестокостью и высокой агрессивностью. Корни его темной силы, его питательная среда лежат в обращении к худшей стороне человеческой натуры: к эгоизму, насилию, неприязни и ненависти к чужим и непохожим, желанию получить преимущество за счет слабых.

Фашистское переустройство мира предполагалось на основе тоталитарной модели, построенной на идее привилегированного положения «правильных народов». Всем остальным было уготовано порабощенное бесправное положение, жесткая эксплуатация или даже физическое уничтожение. Военная агрессия была главным инструментом достижения этой цели.

Не дожидаясь своей победы, фашисты активно реализовывали политику геноцида целых народов. 20 января 1942 г. в Ванзе (Берлин) состоялось совещание специальных представителей министерств и ведомств рейха, на котором обсуждались пути и способы «окончательного решения еврейской проблемы»¹⁸. Около 6 млн евреев было убито¹⁹.

Наибольшие потери в борьбе с фашизмом понес Советский Союз: свыше 26 600 000 человек. Судьба его народов была определена планом «Ост»²⁰, детально регламентировавшим переселение и уничтожение более чем 75% населения СССР. В период с 22 июня 1941 по 9 мая 1945 г. погибло более 13 млн 684 тыс. мирных советских граждан. Из них: преднамеренно истреблено фашистами — около 7,42 млн, погибло на принудительных работах в Германии — 2,16 млн, умерло от жестоких условий оккупационного режима (голода, болезней) — свыше 4,1 млн человек²¹.

Те, кто забыл или не хочет знать обо всем этом, предают не только память своих предков, но и собственное будущее, которое, как известно, создается настоящим.

Проблема фашизма как исторического и социального феномена в настоящее время вновь находится в центре общественного и научного внимания. В немалой степени это связано с тем, что в мире вообще и на постсоветском пространстве в частности возросло влияние политических сил, в открытой или латентной форме связанных с фашистской идеологией и практикой.

Сегодня фашизм обретает второе дыхание. Его адепты многому научились. Они рядятся в демократические одежды, призывают к толерантности, рассуждают о гуманизме.

Но не по словам, а по делам следует определять, кто есть кто.

Под анестезией либеральных заклинаний на Западе выстраивается система тотального контроля над человеком, неотъемлемые права людей обращаются в фикцию, народовластие — в симулякр.

Мир снова делят на своих, которым позволено все, и чужих, которых объявляют изгоями. Чудовищная угроза фашизма опять стала реальной.

Украина, родная земля для многих десятков миллионов советских людей, сознательно превращена в анти-Россию, в территорию русофобии и ненависти. Запад, приложив титанические усилия, разжег на украинской земле братоубийственный конфликт и делает все возможное, чтобы он продолжался как можно дольше.

В отношении политического строя, существующего на Украине с февраля 2014 г., его противники используют различные определения. Вот только некоторые из них: «укрофашизм», «бандерофашизм», «украинский неонацизм».

Но что представляют собой данные термины? Возможно, это всего лишь пропагандистские клише, остро востребованные в условиях ожесточенной информационной войны? Или же в их основе лежит научный анализ, по результатам которого политический режим на Украине справедливо оценивается как одна из новых разновидностей фашизма?

Пусть читатель самостоятельно ответит на эти вопросы с учетом как приведенных выше рассуждений, так и известных ему фактов. В конце концов, практика есть главный критерий истины, а собственные выводы имеют особую ценность.

Реинкарнация фашизма — страшный факт жизни современного мира.

Россия вновь находится на острие удара.

Наше дело правое! Победа будет за нами!

Май 1945 года живет в наших сердцах.

Часть 1. СМЫСЛ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ

Глава 1.1. О высшей справедливости Великой Отечественной войны, ее характере и особенностях

Проблема характера Великой Отечественной войны Советского Союза против фашистской Германии и ее европейских союзников 1941–1945 гг. — характера социального и военно-технического — была и остается в центре внимания советской и постсоветской историографии.

И это совершенно оправданно, поскольку категория «социальный характер войны» выражает социально-классовую направленность войны, соответствие или несоответствие ее главных политических целей (и их реализации) каждой из воюющих сторон социальному прогрессу, а также содержит в себе морально-нравственную оценку войны как справедливой или несправедливой.

Категория «военно-стратегический характер» войны выражает оценку военно-стратегических целей, применяемых воюющими сторонами средств поражения и военной техники, видов и масштабов военных действий, способов их ведения, физико-географических условий и т. д. Объективное содержание характера войны включает в себя также оценку правовую, моральную, эстетическую, политическую, религиозную и иную. Однако ведущей является политическая оценка характера войны: война насквозь пронизана политикой во всех сферах и на всех уровнях в зависимости от конкретно-исторических и иных условий эпохи и других обстоятельств.

Когда фашистская Германия вероломно, внезапно напала на Советский Союз, она тогда доминировала в Европе. Развязав Вторую мировую войну 1 сентября 1939 г., Германия установила в покоренных странах свой «новый порядок», лишивший их население человеческого достоинства и даже самой жизни. Фашистская армия в тот момент была самой мощной в мире, использовала огромный экономический и научно-технический ресурс всей Европы. Ее войска приобрели большой опыт ведения военных действий, владели стратегической инициативой и преимуществом внезапности.

Фашистскому политическому и военному руководству казалось, что Красная армия не устоит перед армадами танков и авиации агрессора и колосс на глиняных ногах, каким оно считало в то время Советский Союз, рухнет так же, как легко и быстро рухнули многие государства Европы. И тогда Германия еще до зимы завершит блицкриг, а ее войска пройдут как победители парадным маршем по Красной площади поверженной Москвы.

Повод для этого давали европейские страны, в которых общественное мнение было подавленным и пессимистичным. Многим казалось, что мощь фашистской Германии несокрушима. Один из английских парламентариев в августе 1941 г. писал, что его охватывает дрожь при одной мысли о том, какая судьба могла бы постигнуть Великобританию, если бы против нее было предпринято наступление такой силы, какое начато Гитлером против России. На Западе было немало политиков, которые не верили в способность СССР противостоять фашистской Германии, впрочем полагая, что для них лучше, если противоборствующие стороны будут как можно дольше истреблять друг друга.

Однако Советский Союз, его Красная армия, когда на нее напали, не испугалась и не испытала той дрожи, о которой говорил британский парламентарий. Политическое и военное руководство Советского государства, а также подавляющее большинство многонационального народа, воины Красной армии проявили себя настоящими патриотами Отечества. В сложных и драматических условиях начавшегося военного противоборства они сравнительно быстро обрели «общую душу», которая стала ведущим и решающим фактором в борьбе с фашизмом и победе над ним. В ней оказались диалектически слитными идея защиты Отечества и вера в справедливость нового социалистического общества, в свои силы, в правительство, в идеи Коммунистической партии и религиозная вера представителей многих конфессий, вера в историческое предназначение СССР. Душа народа своеобразно соединила индивидуальное и общественное, личностное и социальное, любовь к Родине и ненависть к врагу, что намного укрепило нравственность народа, способствовало формированию качеств, необходимых для отражения агрессии и победы над фашизмом.

Вот почему, как только фашистская Германия напала на Советский Союз, его лидеры, общественное мнение страны, опираясь на довоенные анализы и оценки социально-политического режима в Германии, проводимую ими внутреннюю и внешнюю политику, на большой исторический опыт и научное понимание характера той эпохи, назвали развязанную против него войну агрессивной, несправедливой, а со стороны СССР — справедливой Великой Отечественной. Философской и теоретической основой такой оценки стали философско-социологическое учение о войне и армии и советская военная теория, передовые для того времени. При этом война понималась как особое состояние общества, а ее сущность — как продолжение политики классов, государств средствами вооруженного насилия.

Поскольку война есть продолжение политики иными, именно вооруженными средствами, поскольку следует, что политика составляет основной элемент сущности войны, она порождает войну как средство разрешения общественных противоречий, определяет цели войны, ее социально-политический и военно-стратегический характер; оказывает решающее воздействие на общество в целях создания и использования военной мощи, обеспечивает достижение поставленных целей не только с помощью вооруженного насилия, но и других видов борьбы в войне (экономической, научно-технической, дипломатической, идеологической); обусловливает характер и направленность послевоенного мира.

Другую специфическую сторону сущности войны составляет вооруженная борьба, которая имеет способность обратного воздействия на политику. Так, ход вооруженной борьбы может заставить пересмотреть не только политические цели войны, но и всю внутреннюю и внешнюю политику воюющей стороны (воюющих сторон). Истории известны случаи, когда исход вооруженной борьбы в войне изменял всю политическую систему общества, его духовную жизнь, экономику и т. д.

Обе стороны сущности войны находятся в диалектическом взаимодействии, и изменение одной из них, как правило, влечет изменение другой. Кроме того, они обусловливают и социально-политический, и стратегический характер войны. Это две взаимосвязанные стороны.

Социально-политический характер войны раскрывает ее многообразные связи со всеми сферами и областями общественной жизни (политическими, социальными, экономическими, духовными, правовыми, моральными и т. д.). Вследствие этого социально-политический характер конкретной войны можно определить: с морально-политической точки зрения как ее справедливый и несправедливый характер; с точки зрения признанного международного права — законный или незаконный характер; с точки зрения социально-исторического развития — прогрессивный или реакционный характер и т. д.

Стратегический, или технический, характер войны в свою очередь раскрывает ее многообразные связи с собственно военной областью деятельности. Оценка военно-технического характера войны предполагает определение ее военно-стратегических целей, применяемых воюющими сторонами средств поражения и военной техники, видов и масштабов военных действий, способов их ведения, физико-географических условий и т. д.

Вторжение немецко-фашистских войск, поддержанное европейскими сателлитами, ранним утром 22 июня 1941 г. стало началом несправедливой, захватнической, грабительской и истребительной войны со стороны фашистской Германии против СССР. В 12 часов дня по Всесоюзному радио выступил первый заместитель Председателя Совета народных комиссаров и Народный комиссар иностранных дел СССР В. М. Молотов. Он заявил: «Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил Отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная армия и весь наш народ вновь поведут победоносную Отечественную войну за Родину, за честь, за свободу…». И закончил словами: «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами»²². Слушавшие его миллионы людей знали: это их мысли, это их чувства, это их цель.

В этот же день поэт В. Лебедев-Кумач написал стихотворение «Священная война», ставшее историческим призывом поднять народ, общество на священную войну против фашизма во имя победы. Через два дня это стихотворение стало песней, музыку которой написал композитор Б. Александров. Она лаконично, но при этом глубоко и доходчиво раскрыла характер Великой Отечественной войны и ее историческое предназначение. Неудивительно, что «Священная война» стала подлинно народным военным гимном, призвавшим советскую страну встать «на смертный бой с фашистской силой темною, с проклятою ордой»²³.

Полная и всесторонняя оценка социально-политического характера Великой Отечественной войны содержалась в речи Председателя Совета народных комиссаров, Председателя Государственного комитета обороны И. В. Сталина, произнесенной по радио 3 июля 1941 г. «Войну с фашистской Германией, — сказал он, — нельзя считать войной обычной. Она является не только войной между двумя армиями. Она является вместе с тем великой войной всего советского народа против немецко-фашистских войск. Целью этой всенародной отечественной войны против фашистских угнетателей является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма. В этой освободительной войне мы не будем одинокими. В этой великой войне мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки, в том числе в лице германского народа, порабощенными германскими заправилами. Наша война за свободу нашего Отечества сольется с борьбой народов Европы и Америки за их независимость, за демократические свободы. Это будет единый фронт народов, стоящих за свободу против порабощения и угрозы порабощения со стороны фашистских армий Германии»²⁴.

В речи И. В. Сталина была доходчиво объяснена необычность Великой Отечественной войны и показана ее высшая историческая, социальная и гуманитарная справедливость. Ибо политические цели Советского Союза в войне против фашистской Германии выражали жизненные интересы как каждого народа нашей страны, так и народов других стран и соответствовали характеру эпохи, общественному прогрессу.

Определение характера вынужденной войны по ее политическим целям как Отечественной, освободительной, народной подтверждало правильность исторического выбора народов, политического и военного руководства Советского Союза. На военную силу он ответил силой. Из двух реальных возможностей — сдаться на милость агрессору или воспротивиться вооруженному насилию, вступить в смертельную битву — была избрана вторая. Этот выбор обусловлен, во-первых, историей Российского государства, его народов. Она — результат многовековой борьбы народов за создание самостоятельного, независимого Российского государства, многих национальных и отечественных войн по его защите.

Во-вторых, советский народ поднялся на Отечественную войну, потому что создавал новое общество, следуя принципам социального равенства и социальной справедливости. Встав на этот путь, он прошел Гражданскую войну, осуществил коренную перестройку народного хозяйства, культурную революцию и, хотя переживал немалые материальные и иные трудности, показал, что путь социального развития, избранный им, является законным. И он не хотел, чтобы его достигнутые завоевания были утрачены.

В-третьих, советский народ ответил на агрессию Отечественной войной и потому, что он раньше других осознал опасность, исходящую от фашизма. Советское правительство задолго до войны предложило западным странам коллективно защищаться от агрессора, бороться с ним, но предложения СССР не были поддержаны. По отношению к фашизму западные страны, говоря современным языком, проводили политику двойных стандартов. Осуществляя политику умиротворения фашизма, они, по сути, поощряли его агрессивные устремления даже тогда, когда в Европе уже полыхала Вторая мировая война.

В-четвертых, советский народ непосредственно ощутил, что вторжение фашистских войск на территорию СССР направлено не только на уничтожение Красной армии и разгром Советского государства, но и на лишение его народов национальной самостоятельности, превращение их в рабов, на физическое истребление. Гитлер неоднократно заявлял, что Германия должна стереть с лица земли «…эту страну и уничтожить ее народ». Советские люди непосредственно ощутили бесчеловечные методы и способы ведения фашистскими войсками войны: убийства мирного населения, истязания военнопленных, грабежи, уничтожение памятников культуры и другие крайние формы насилия.

В-пятых, советский народ сделал свой выбор и потому, что он осознавал исторический и социальный смысл новой эпохи — эпохи идеологического и социального противоборства, ощущал свою миссию не только в защите интересов народов Советского Союза в первую очередь, но одновременно и интересов народов других стран, всего человечества.

Все свидетельствовало о том, что характер Отечественной войны выражал: защиту Родины, Отечества; сохранение достигнутых в ходе социалистического строительства завоеваний, уникальной российской цивилизации, освобождение Европы от фашистского порабощения; помощь народам оккупированных и порабощенных стран в их борьбе за свободу и независимость; уничтожение фашистского государства как самого реакционного политического режима и поражение идеологии фашизма; создание благоприятных условия для дальнейшего развития стран и народов, для социального прогресса в условиях длительного мира. Он предопределил необходимые силы и средства для отражения агрессии, борьбы с сильным и жестоким врагом, для победы; актуализировал инициативу и творчество, самоотверженность и веру в победу народа политического руководства страны, их деятельность в соответствии с требованиями войны: страна была превращена в единый военный лагерь, в котором усилия фронта и тыла, ратная и трудовая деятельность подчинялись достижению победы.

Характер начавшейся Великой Отечественной войны Советского Союза против фашистского агрессора сразу же предопределил и ее отличительные свойства, специфические качества, которые вошли в историю как важнейшие особенности Великой Отечественной войны, войны не обычной не только для ХХ века, эпохи противоборства двух противоположных социально-политических систем, формаций, цивилизаций, но и для всемирной истории.

Великая Отечественная война Советского Союза вошла в историю как война вынужденная, ответная.

Во-первых, потому, что в Советском Союзе в 30-е годы прошлого века уже отсутствовали основные источники войны: несправедливое распределение собственности, борьба за власть, нетерпимость к инакомыслию и образу жизни разных народов и некоторые другие. Их не стало в связи с преодолением классовых антагонизмов, ибо господствующей стала общественная государственная собственность, образовались дружественные классы, вместо национальной розни сформировалась дружба народов, общество в своей основе превратилось в социально однородное; была осуществлена культурная революция, стали широко раскрываться творческие способности народов всех этносов и национальностей, доступ к власти получили представители трудящихся, все больше стала раскрываться историческая инициатива народных масс.

Во-вторых, Советский Союз, его правящие круги проводили миролюбивую внешнюю политику, направленную на мирное сосуществование всех государств и народов, принадлежащих к различным социально-политическим системам.

В-третьих, Советский Союз первым из всех государств осознал опасность, исходящую от фашистских государств, от фашизма как идеологии и военной силы. Он предложил создать широкую и действенную систему коллективной безопасности, активно боролся против агрессивной политики фашистских милитаристских государств. При этом политическое и военное руководство СССР приняло энергичные духовные и материальные меры по укреплению оборонной мощи страны, необходимой и достаточной для отражения любой агрессии.

И, наконец, Советский Союз не предпринимал ни политических, ни военных мер по превентивному военному воздействию на вероятного противника, который был известен. Он не готовил войну против Германии, с которой был заключен пакт о ненападении, и не начинал ее.

Напротив, вторжение немецко-фашистских войск на советскую территорию — это был акт заранее спланированной и тщательно подготовленной агрессии. Чтобы оправдать эту агрессию, политическое руководство Германии создало миф о «превентивной войне». На Нюрнбергском процессе над главными немецкими преступниками было подтверждено, что нападение на СССР задумывалось и планировалось без какого-либо повода к тому с его стороны. Доказательства, представленные трибуналу, свидетельствовали, что Германия имела тщательно разработанные планы сокрушения СССР как политической и военной силы, для того чтобы расчистить путь для дальнейшей экспансии. Идеологическое обоснование агрессии было подготовлено заранее. В книге Гитлера «Моя борьба», ставшей официальной и реальной программой фашизма, в его выступлениях, в официальных документах утверждалось о необходимости уничтожения коммунистической идеологии и ее носителей — российской цивилизации.

Факты истории, ее веские доказательства не могут опровергнуть фальсификаторы истории: как доморощенные, так и зарубежные, как отдельные персоны, так и целые организации, — какие бы аргументы они не использовали.

Вынужденная война, которую вел Советский Союз против фашизма, одновременно была войной справедливой. Не будет преувеличением, если сказать, что самой справедливой в истории человечества. Прежде всего потому, что народ, созидающий социализм, стал сражаться с агрессором во имя справедливых и благородных целей, обусловленных природой нового общественного социального строя и вытекавших из миролюбивой политики социалистического государства, политики защиты достигнутых успехов.

Кроме того, война Советского Союза стала самой справедливой и потому, что война против СССР, развязанная фашизмом, по своему характеру стала самой ожесточенной и несправедливой, исключительно разрушительной и кровопролитной в ХХ в. Это предопределялось геополитическими, социально-политическими и военными целями, которые преследовал нацистский агрессор в ходе Второй мировой войны, развязанной им 1 сентября 1939 г. Нападение на Советский Союз показало, что они стали еще более несправедливыми и антигуманными. Начав истребительную войну против Советского Союза, его народов и культуры, фашистская Германия де-факто объявила истребительную войну и всей человеческой цивилизации.

Политические цели преступной войны фашистской Германии против СССР воплощали в себе дух традиционной прусской экспансии на Восток против российской цивилизации, отвечали потребностям немецкого милитаризма, западной цивилизации и выражали человеконенавистническую суть идеологии и политики фашизма. Будучи сформулированными Гитлером, Г. Герингом, А. Розенбергом и другими нацистскими политиками в официальных правительственных документах, в плане «Барбаросса», плане «Ост», ряде директив и приказов военного командования вермахта, они состояли в том, чтобы, разгромив Красную армию, уничтожить СССР как государство и цивилизацию, лишить его народы национальной самостоятельности, даже права на существование.

Показательно, что, когда немецко-фашистские войска вторглись на территорию Советского Союза, Гитлер, разъясняя своему генералитету суть начавшейся военной кампании, подчеркивал, что ее главная цель состоит в том, чтобы окончательно уничтожить Советский Союз как континентальную державу. Не завоевать, не захватить, а именно уничтожить как социалистическое государство со всеми политическими и общественными учреждениями²⁵. Политические цели Германии также в полной мере выражали принципы политики геноцида по отношению к народам СССР. Вскоре после вторжения вермахта Гитлер не раз заявлял, что необходимо лишить восточные народы «какой бы то ни было формы государственной организации и в соответствии с этим держать их на возможно более низком уровне культуры»; что «эти народы имеют одно единственное оправдание своего существования — быть полезными для нас (т. е. для немцев. — С. Т.) в экономическом отношении».

Достижение заявленных целей должно было создать предпосылки для порабощения или уничтожения других народов и установления в мире господства арийской расы. Руководство Германии не без оснований считало СССР главным препятствием на пути реализации этих планов.

Имея в виду возможные последствия в случае достижения фашизмом поставленных целей, народы Советского Союза, его политическое руководство не могли допустить этого. И не допустили.

В связи с этим вызывают не только удивление, но и законное возмущение утверждения некоторых отечественных и зарубежных неолибералов и «правозащитников» о том, что в войне СССР с фашистской Германией лучше победила бы последняя, ведь тогда «можно было бы давно пить баварское пиво». Носители подобных взглядов, по сути, являются последователями лакея Смердякова, антигероя произведения Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы». Это он говорил: «В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с»²⁶. Но не задумываются, очевидно, последователи Смердякова о том, какие же порядки установил бы германский фашизм в случае своей победы. Советские люди не только отвергли гитлеровский «новый порядок», но и разрушили его в Великой Отечественной войне, которую были вынуждены вести. И в ней одержали Великую Победу над врагом.

Осознание политическим руководством Советского Союза, его многонациональным народом фашистской угрозы, нависшей над ним и всем человечеством, а также осознание своей ответственности перед отечественной и всемирной историей сделало войну против фашизма и Отечественной, и Всенародной. И эта особенность Великой Отечественной войны также стала уникальной. Хотя в прошлом историческая Россия в 1812 г. вела отечественные войны против французских завоевателей во главе с Наполеоном. Однако Великая Отечественная война 1941–1945 гг. существенно отличалась от своей предшественницы: страна была иной в социально-политическом, экономическом, духовно-идеологическом отношении, да и противник-захватчик преследовал уже не региональные, а глобальные цели, угрожая советскому народу и другим народам не только порабощением, а и истреблением.

В момент огромной опасности советский народ не согнулся и не впал в уныние. Он осознал свою историческую ответственность за судьбу Отечества, остро почувствовал и понял неразрывную связь со всем человечеством. В тяжелейших условиях на фронте и в тылу день ото дня все более мощной становилась воля народа отстоять и сохранить свое Отечество, разгромить агрессора. Он не мыслил себя порабощенным, униженным, побежденным.

Во всенародной Отечественной войне произошло укрепление связей между многонациональным народом страны и Коммунистической партией. В едином военном лагере централизация усилий, осуществляемая ГКО, ЦК КПСС и СНК СССР по мобилизации сил и средств на борьбу с агрессором, сочеталась с творческой активностью масс на фронте и в тылу. Сама война создала для этого условия. При жесточайшей дисциплине военного времени не было мелочной опеки. Обстановка борьбы с врагом требовала доверять людям, давать им возможность действовать самостоятельно; но она же и обязывала их не боясь брать на себя ответственность.

В тяжелых условиях военного времени партия, правительство, народ осуществляли единую политику ведения войны, обеспечили огромную концентрацию сил и средств на важнейших направлениях.

Осуществляя политическое руководство, партия охватывала все сферы деятельности государственных, военных и общественных организаций. Свое воздействие на их функционирование она оказывала прежде всего и главным образом путем выработки и проведения политического курса, организаторской и идеологической работы. Партия сумела придать особую целенаправленность творчеству масс, работе кадров, функционированию государственных учреждений и общественных организаций.

С первых дней войны усилия народа были сосредоточены на осуществлении военно-мобилизационных мероприятий, вооруженной борьбе, создании слаженного военного хозяйства и организации всенародной борьбы в тылу врага. Это были взаимосвязанные задачи, решение которых в ходе войны приближало победу.

Огромную роль в мобилизации сил народов на борьбу с врагом играла идеологическая работа, проводимая среди народа и Красной армии. Целенаправленная пропаганда и агитация, стремление доходить до сознания каждого человека были важным фактором сплочения советских людей, источником их ратной и трудовой активности, преодоления невзгод и трудностей. Ход и исход войны показали, что идеи патриотизма, интернационализма и гуманизма взяли верх над человеконенавистническими взглядами германских фашистов и японских милитаристов, над идеологией порабощения, насилия.

В этом заключена одна из причин, почему среди источников победоносной борьбы на первом плане справедливо стоит массовый героизм советских людей, коллективный подвиг частей, соединений, заводов, колхозов. Это героизм особого рода — длительный и тяжелый, это ратный труд миллионов красноармейцев в условиях постоянной смертельной опасности, беззаветный труд миллионов рабочих, крестьян, служащих, научно-технической интеллигенции при предельном напряжении духовных и физических сил, часть — в условиях неимоверных лишений, голода и холода.

Примечательно, что в отличие от Франции 1940 г. и ряда других европейских стран, в Советском Союзе не было массовых пораженческих настроений. Даже в самые тяжелые и критические моменты 1941 и 1942 г.

Как начало Великой Отечественной войны, так и дальнейший ход — драматический и героический — а затем победы над фашизмом показывают, что в своей массе советские воины ненавидели фашизм и любили свой народ, были сознательными и исполнительными, любознательными и творческими, простыми, но и великими. Их патриотический настрой и боевой дух, внутренний мир и культурный уровень в самые тяжелые и трагические для страны, народа годы поднялись над планкой мирного времени, и потому для борьбы с агрессором они отдавали все, что могли. И в подавляющем большинстве они делали свой выбор по зову совести.

Великая Отечественная война была войной Освободительной. Освободительная миссия является такой особенностью этой войны, которая, с одной стороны, интегрирует все другие, обогащает их, а с другой — выступает убедительным показателем творческой и результативной деятельности — ратной и трудовой, самоотверженной, героической и жертвенной деятельности, исторически результативной и прогрессивной.

Реальность осуществления освободительной миссии сложилась так, что у Красной армии не оказалось достаточных и необходимых сил и средств, чтобы отразить агрессию на границе. Агрессор обладал превосходством над Красной армией на избранных им направлениях главных ударов. На его стороне были инициатива и опыт ведения военных действий, а также фактор внезапности.

Вследствие этих и других обстоятельств процесс освобождения от фашизма включал в себя ряд неравнозначных по характеру и конкретным результатам этапов, но главным их содержанием всегда было вооруженное противоборство воюющих сторон, питаемых материально и духовно своим тылом. Оно было масштабным пространственно и во времени, кровопролитным, драматическим, но со стороны Красной армии, советских людей — героическим и самоотверженным. Они сделали, казалось, невозможное, невероятное: на советско-германском фронте немецкая военная машина была остановлена и уничтожена. Вопреки надеждам гитлеровских стратегов у вермахта не получилось легкой прогулки по России, как это произошло на Западе. В тяжелых оборонительных боях и сражениях, испытывая неудачи и поражения, Красная армия устояла и сумела переломить ход борьбы, изменила соотношение сил, овладела стратегической инициативой.

Разгромив врага под Москвой в декабре 1941 г., Красная армия предстала перед всем миром способной побеждать. Да, в 1942 г. она вновь понесла тяжелые поражения, а политическое и военное руководство выпустило из своих рук инициативу. Но оборона на Волге и последующий разгром крупнейшей военной группировки агрессора под Сталинградом убеждали, что грядущая победа над фашистской Германией и освобождение от фашизма неизбежны. Подтверждением тому стали победа на Курской дуге, форсирование Днепра, освобождение временно оккупированной советской территории, перенос военных действий на территорию союзников Германии, а потом и самой Германии — туда, откуда к нам пришла война.

С военной точки зрения процесс освобождения от фашизма завершился битвой за Берлин весной 1945 г., ознаменовавшей окончание Великой Отечественной войны Советского Союза, а также Второй мировой войны в Европе. Военная сила фашизма, которая угрожала свободе и независимости Советского Союза, народам мира, перестала существовать главным образом потому, что на советско-германском фронте было уничтожено около 75% живой силы и военной техники противника. Об этом прямо говорил президент США Ф. Рузвельт еще в 1942 г.: «С точки зрения большой стратегии трудно уйти от очевидного факта, что русская армия уничтожает больше солдат и вооружения противника, чем все остальные 25 государств Объединенных наций, вместе взятых».

Процесс освобождения Советского Союза и порабощенных Германией стран Запада сопровождался борьбой коалиций: с одной стороны, усилением антигитлеровской коалиции, а с другой — кризисом блока и его распадом. Если в начале Отечественной войны Советский Союз поддерживало несколько западных стран, прежде всего США и Великобритания, то в 1942 г. антигитлеровская коалиция включала в себя 26 стран, а в конце войны — более 60 стран. В то же время шел процесс ослабления германского блока: в 1943 г. от него отошла Италия, а в 1944 — начале 1945 г. Советский Союз вывел из войны Румынию, Венгрию, Австрию, Словакию, Финляндию, Болгарию. Этому предшествовало освобождение западных территорий СССР, в том числе Белоруссии, Украины, Молдавии, Литвы, Латвии, Эстонии. Италия, Румыния, Венгрия, Болгария, Финляндия объявили войну своему бывшему союзнику — Германии. Как освободители советские войска сражались на территории 11 стран Европы. Они вступали туда исключительно в силу военной необходимости и не преследовали цели приобретения каких-либо выгод. Красная армия пришла в Европу не как завоевательница, а как освободительница.

В той великой войне союзником Советского Союза была сама история, повинуясь высшим законам гуманизма. Это ярко проявилось в борьбе советского народа, действиях Красной армии, партизан, в единстве защиты национальных интересов Советского Союза и интересов народов других стран, в глубокой связи национального и интернационального, а непосредственно — в единстве любви к Родине и ненависти к врагу.

Диалектика освободительной, справедливой войны состояла в том, что глубокая любовь советских людей — воинов и тружеников тыла — к своей исторической родине, к созданному ими социалистическому обществу — обществу социальной справедливости, с одной стороны, и зверства фашистских агрессоров по отношению в советским людям, их истребление, разрушение материальной и духовной культуры на временно оккупированной советской территории — с другой вызывали глубокую ненависть у воинов Красной армии, да и у всех советских людей. Это убедительно показано М. А. Шолоховым в его произведении «Наука ненависти». Лейтенант Герасимов говорит: «Тяжело я ненавижу фашистов за все, что причинили они моей Родине и мне лично, и в то же время всем сердцем люблю свой народ и не хочу, чтобы ему пришлось страдать под фашистским игом. Вот это-то и заставляет меня, да и всех нас, драться с таким ожесточением. Вы понимаете, что мы озверели, насмотревшись на все, что творили фашисты, да иначе и быть не могло. Именно эти два чувства, воплощенные в действие, и приведут к нам победу. И если любовь к Родине хранится у нас в сердцах и будет храниться до тех пор, пока эти сердца бьются, то ненависть к врагу всегда мы носим на кончиках штыков».

Ненависть к фашизму, к оккупантам не распространялась на мирное население Германии, когда Красная армия вступила на ее территорию. Она не ослепила солдат Красной армии, хотя страшная судьба замученных и казненных в фашистских концлагерях, миллионы человеческих судеб, погубленных и изломанных теми порядками, которые насаждались фашизмом, могли ожесточить кого угодно.

Находясь на территории Германии, Красная армия оказывала помощь немецкому народу, особенно детям. И логично, что одним из главных символов победы является монумент, установленный в «Трептов-парке»: советский солдат с немецкой девочкой на руках.

Несмотря на то, что СССР сам испытывал огромные трудности, он бескорыстно помогал всем освобожденным народам. Эта помощь сыграла важную роль в ликвидации разрушительных последствий германской агрессивной политики, создавала новые предпосылки, новые возможности для выбора многими народами своего образа жизни, социального обновления, утверждения на земле идеалов гуманизма.

Великая Отечественная война была важнейшей частью Второй мировой войны, в которой Советский Союз воевал в составе антигитлеровской коалиции и сыграл решающую роль в достижении победы. В этом смысле Великая Отечественная война явилась ключевым элементом системы коалиционной войны, направленной против сил фашизма и милитаризма.

Благодаря героизму и самоотверженности советского народа, Красной армии, в ходе и результате войны СССР вышел из международной изоляции, встал в центр антифашистской освободительной борьбы. Он по праву занял место общепризнанного лидера, являлся основой объединения сил, сражавшихся с агрессором, создания реально действующего антифашистского фронта, формирования антигитлеровской коалиции.

Своим характером, особенностями, рассмотренными выше, Великая Отечественная с самого начала во многом предопределила характер действия союзников, которые явились залогом создания антигитлеровской коалиции и ее победы над фашизмом и милитаризмом. Впервые в истории для противодействия реакции были объединены усилия государств разных социальных систем.

И все же ведущей силой в ней, силой решающей, был Советский Союз. Он также явился решающим фактором придания Второй мировой войне справедливого освободительного характера. С началом Великой Отечественной войны Советского Союза Вторая мировая война приобрела иное качество: в центре ее встало противоборство СССР и Германии. Председатель Коммунистической партии США У. Фостер писал: «Вступление в войну СССР придало ей те решающие черты, которые явились залогом победы поднявшихся на борьбу демократических народов над гитлеровцами. Во-первых, вступление СССР в войну означало крах предательской мюнхенской политики его западных союзников и обеспечило твердое антифашистское руководство этой войной. Без участия Советского Союза не могло быть и речи о том, чтобы сочувствовавшие фашизму и всегда готовые пойти на сговор с Гитлером решительно вступили на борьбу с фашизмом. Во-вторых, в результате вступления СССР в войну началось проведение определенной политической стратегии, решившей исход дела… В-третьих, с вступлением Советского Союза в войну в дело включились крупнейшие вооруженные силы, ибо роль СССР в достижении великой победы над фашизмом была решающей и гораздо более крупной, чем роль Соединенных Штатов, Англии и даже обеих этих стран, взятых вместе»²⁷.

Справедливый характер войны Великой Отечественной войны Советского Союза, обладая огромной воодушевляющей силой, ярко проявился в его освободительной миссии, в избавлении человечества от угрозы фашистского «нового порядка». Он воодушевлял вооруженные восстания народов порабощенных стран и демократические революции.

Отмечая решающую роль Великой Отечественной войны Советского Союза в ходе Второй мировой войны, следует учитывать, что составной частью социально-политического характера являются и ее моральные и правовые аспекты. Кому и какую пользу приносила политика Англии и Франции в начале Второй мировой войны? Она проводилась ими, прежде всего, в своих узкокорыстных интересах. Этим и объясняются такие их действия, как нарушение принятых на себя обязательств по отношению к другим странам (Польша), отказ от реализаций или коллективной безопасности, выдвинутой Советским Союзом, нежелание вести активные военные действия против Германии («странная война»), попытки создания единого антисоветского фронта. Нельзя считать справедливым то, что служит потребностям примитивной эгоистической политики. Лишь Великая Отечественная война с неизбежностью заставила правящие круги западных стран изменить идеологию и практику ведения войны. Осознание страшной опасности, нависшей над всей человеческой цивилизацией, смертельной угрозы поступательному движению мирового сообщества способствовало образование широкого фронта борьбы с агрессором. Необходимость решения общечеловеческих задач в первую очередь обусловило создание и деятельность антигитлеровской коалиции, которая вела справедливую войну. Этот опыт показал, что столь разные страны могут стать союзниками в войне против общего врага, не будучи при этом политическими и идеологическими единомышленниками.

Конечно, наличие объективных предпосылок для таких объединений лишь одна сторона вопроса. Другая состояла в том, что были необходимы политическая воля и значительные постоянные усилия, чтобы поняв противоречия, существовавшие между СССР и западными странами, а также внутри самого западного блока, найти пути их преодоления. В противоречия были весьма существенны и сохранялись на протяжении всей войны. Так, если СССР своевременно выполнял свои обязательства, хотя это и было сопряжено с большими трудностями, то его союзники по коалиции порой поступали иначе. Это, например, проявилось в затягивании сроков открытия второго фронта: он был открыт лишь тогда, когда судьба фашистской государственности фактически была предрешена на советско-германском фронте. Советский Союз, напротив, точно в определенные взаимными соглашениями сроки вступил в войну с Японией и разгромил Квантунскую армию. Советский Союз настойчиво боролся за вовлечение в коалицию различных государств, и особенно тех европейских стран, которые были оккупированы фашистскими захватчиками. В первую очередь это относится к чехословацкому и польскому правительствам, а также к Национальному комитету «Свободная Франция» (с июня 1942 г. — «Сражающаяся Франция»).

В военно-политическом сотрудничестве с западными государствами Советскому Союзу часто принадлежала дипломатическая инициатива. По его предложению проведены многие важнейшие двусторонние и многосторонние международные переговоры, встречи, он активно участвовал в разработке совместных соглашений.

Важную роль в объединении совместных усилий сыграли конференции глав правительств СССР, США и Англии: Тегеранская 1943 г., Крымская (Ялтинская) и Берлинская (Потсдамская) 1945 г. На них рассматривались важные вопросы международной и военно-стратегической обстановки, обсуждались неотложные проблемы коалиционной политики и стратегии обеспечения безопасности народов после завершения войны. В их числе: сокращение сроков войны; открытие второго фронта; ведение войны против милитаристской Японии и участие в ней Советского Союза; безоговорочная капитуляция Германии и политика в отношении ее послевоенного положения; программа демократического устройства послевоенного мира и создание организации международной безопасности; наказание военных преступников и др.

Конференции глав правительств СССР, США и Англии в годы Второй мировой войны — события крупного масштаба. Результаты их работы отражали процесс складывания в Европе и во всем мире нового соотношения сил, возросший авторитет Советского Союза и его роль на международной арене.

Справедливый освободительный социально-политический характер Великой Отечественной войны явился фактором огромного исторического смысла и воздействия. Он выразил стремление народов СССР к великой цели, высокой человечности, смысл строительства социализма и сохранения российской цивилизации; сплотил народы Советского Союза, обеспечил мобилизацию необходимых материальных и духовных сил и средств как для отражения агрессии, так и для изменения хода войны и достижения победы над фашизмом. Одновременно он явился действенным фактором изменения социально-политического характера Второй мировой войны, создания и активной деятельности антигитлеровской коалиции, ее основой и опорной скрепой.

Характер Великой Отечественной войны предопределил победоносный для Советского Союза и его союзников исход войны против фашизма, а также ее прогрессивный исторический смысл и значение не только для народов своей страны, но и для всего человечества. Тем самым положение о том, что война, навязанная фашизмом Советскому Союзу, была Великой Отечественной, является бесспорным. Это непререкаемая историческая истина.

Глава 1.2. Во имя жизни. Всемирно-историческое значение победы над фашизмом

Об историческом значении войн и победы в них мыслители, историки, политики задумывались еще в древности. Но только в Новое время эта проблема получила научное и философское объяснение, которое в нашу эпоху достигло достаточно большой полноты.

А каковы критерии оценки военно-исторических событий, какие глубинные обстоятельства и факторы позволяют нам делать в отношении них такие выводы?

В этой связи уместно вспомнить, как на эту проблему смотрел видный немецкий философ Г. Гегель. В своей работе «Философия истории» он, оценивая итоги греко-персидских войн V в. до н. э., назвал греческую победу всемирно-исторической и отметил: «…здесь изумительны не только храбрость, гений и мужество, но и содержание, действие, результат, которые оказываются единственными в своем роде. Все другие битвы представляют более частный интерес; но бессмертная слава греков заслужена ими, так как было спасено возвышенное дело. Во всемирной истории славы заслуживает не формальная храбрость…˃а ценность дела. Здесь лежали на весах интересы всемирной истории…˃Никогда в истории не проявлялось с таким блеском превосходство духовной силы над массой, и притом над такой массой, к которой нельзя относиться с пренебрежением»²⁸. Вот он главный критерий оценки войны — ценность спасения возвышенного дела.

Прошли века. В ХХ в. интересы всемирной истории, всего человечества, достигшего больших высот в развитии духовной и материальной культуры, в очередной раз оказались на весах войны. Но войны намного масштабнее и значительней прежних войн, в том числе и такой, как война греков с персами, — Великой Отечественной войны Советского Союза против гитлеровской Германии и ее союзников 1941–1945 гг., главной и решающей части Второй мировой войны 1939–1945 гг.

На весах лежал исторический выбор: с одной стороны, германский фашизм и японский милитаризм предложили путь установления с помощью военной силы «нового порядка» с его дикостью и варварством, уничтожением целых народов, превращением большинства населения земного шара в рабов так называемых высших рас — арийской и японской; с другой — Советский Союз и другие страны антигитлеровской коалиции встали на защиту гуманистических идеалов, демократии, социалистического выбора, национальных и иных интересов народов мирового сообщества.

В противоборстве этих несовместимых курсов победоносным и наиболее жизнеспособным оказался выбор антигитлеровской коалиции, в которой наиболее действенной военной и политической силой был Советский Союз. Его победа в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. стала всемирно-исторической, озарила ярким пламенем настоящее и будущее Советского Союза, стран антигитлеровской коалиции и всего человечества.

Прежде всего, потому, что политические цели войны против фашизма были справедливыми, освободительными, народными, национальными, выражавшими природу общественного и государственного строя СССР, его интересы и одновременно интернациональными, освободительными, прогрессивными со стороны других народов и стран, боровшихся с фашизмом и за социальное освобождение. Эти цели выражали дух ведущей тенденции ХХ в., его животворного огня.

Кроме того, именно Советский Союз, его народ и Красная армия оказались единственной силой, способной выдержать натиск гитлеровской военной машины, самой мощной в конце 30-х — начале 40-х годов, отразить его, а затем разбить эту машину. От них тогда зависела судьба не только народов Советской страны, но и народов Европы, да и всего мира.

Все сказанное Гегелем о значении победы греков стократ справедливо по отношению к Великой Победе советского народа. Сокрушение фашизма спасло человечество от порабощения и жестокой селекции по принципу арийцы/ недочеловеки, в рамках которого немцам и другим «нордическим народам» предназначалось господствующее положение, а всем остальным — роль слуг и рабов. Самобытная и яркая российская цивилизация была сохранена, перспективный «красный» проект продолжен, мировая цивилизация получила новые возможности для дальнейшего развития. Так что когда мы говорим о всемирно-историческом значении победы, то нисколько не грешим против истины.

Накануне и во время Второй мировой войны не было ни одного другого государства, кроме СССР, которое смогло бы успешно противостоять нацистской Германии. К тому же противодействию германской агрессии не способствовала «политика двойных стандартов», проводимая западными странами. Один из английских парламентариев в августе 1941 г. писал: «Меня охватывает дрожь при одной мысли о том, какая судьба могла бы постичь Великобританию, если бы против нас, находящихся в одиночестве, было бы предпринято наступление такой же силы, какое было начато Гитлером против России».

Советский Союз не только устоял под ударами военной машины Германии и ее союзников (сателлитов), но и сначала сорвал гитлеровский план «молниеносной войны», а затем переломил ход войны в свою пользу, уничтожил военную машину и политическую систему фашизма, нанес ему военное, духовное, идеологическое поражение. Президент США Ф. Рузвельт в 1942 г. говорил: «С точки зрения большой стратегии трудно уйти от очевидного факта, что русская армия уничтожает больше солдат и вооружения противника, чем все остальные 25 государств Объединенных Наций вместе взятых». Так было и в 1943, и в 1944, и в 1945 г. На советско-германском фронте в 1941–1945 гг. были разгромлены главные силы вермахта: около 74–75% всей живой силы и военной техники, что в несколько раз больше, чем на всех остальных фронтах Второй мировой войны.

Наконец, всемирно-историческое значение Великой Победы Советского Союза заключается и в том, что он избавил от фашистской угрозы не только себя, но и все человечество, включая немецкий народ, осуществил великую миссию — освободил не только свои временно оккупированные территории, но и территории ряда других стран. Советский Союз устранил тогда главное препятствие на пути развития цивилизации, положил начало глубоким переменам в расстановке геополитических, классовых, национальных, военно-политических сил на международной арене, создал новые предпосылки, новые возможности для выбора народами своего образа жизни, выражения своего волеизъявления, социального обновления, утверждения на земле идеалов гуманизма (произошли распад, а затем и полное крушение колониальной системы, образовались десятки новых суверенных государств); бурно проявилось стремление народов к более справедливому общественному устройству; возникли новые предпосылки для взаимодействия и сотрудничества стран и народов в региональном и глобальном масштабах для рационального решения проблемы войны и мира. К сожалению, использованы они были не в полной мере.

Особо подчеркнем: Великая Победа СССР над фашистской Германией и ее союзниками стала фактором роста духовных сил советского многонационального народа, подняла на новый, более высокий уровень патриотизм, сформировала потенциал, позволивший пережить горе и страдания, залечить раны, нанесенные агрессией, восстановить разрушенное войной народное хозяйство и затем достичь выдающихся успехов в развитии экономики, науки и культуры, значительно повысить жизненный уровень населения страны.

В послевоенные годы Советский Союз превратился в сильную, великую державу мира, авторитет которой был чрезвычайно высок. Однако со временем потенциал победы в развитии страны стал ослабевать, а под воздействием ряда объективных и субъективных, внутренних и внешних причин Советский Союз был разрушен. Его правопреемницей стала Российская Федерация (Россия). Она же стала и наследницей Великой Победы, носителем ее яркого огня. Преемниками победы являются также и народы других республик бывшего СССР и те социальные, политические силы в мире, которые руководствуются принципом социальной справедливости и заинтересованы в мире на нашей планете.

Россия, будучи правопреемницей СССР, оказалась в существенно иных, чем прежде, геополитических и геостратегических условиях. Иной стала и модель международных отношений: биполярный мир перестал существовать. Для военно-политической обстановки стали реальными две тенденции. Одна действует в направлении формирования однополюсного мира во главе с США; другая направлена на формирование многополюсного мира с несколькими центрами силы. Роль России во взаимодействии этих тенденций велика. Несмотря на то что по большинству параметров (кроме размеров территории и военного потенциала) Россия переместилась в категорию средних региональных держав, она имеет все основания быть одной из великих держав. Она сохраняет статус постоянного члена Совета Безопасности ООН, является ядерной державой, соизмеримой по мощи с США. Вместе с тем существуют внешние и внутренние факторы, препятствующие сохранению Россией роли великой державы в современном мире.

Россия находится в поисках своего места в системе современных цивилизаций, в системах региональной и глобальной безопасности. Как евразийская страна она имеет глубокие и долгосрочные интересы в Европе, на Дальнем Востоке, на севере и на юге своих границ. Особое значение имеет создание действенной системы общеевропейской безопасности, но необходима также и система безопасности на Дальнем Востоке, в Азиатско-Тихоокеанском регионе, в Арктике и на южных рубежах. Необходимы взвешенные партнерские отношения с США в интересах обеспечения глобальной безопасности, формирования многополярного мира. А также для противодействия вызовам и опасностям, которые угрожают и России, и мировому сообществу. В том числе и противодействие терроризму — международному и внутреннему, борьба с ним.

Чтобы Россия оставалась мировой державой, эффективно выполняла роль мирового цивилизационного и силового балансира, необходимы сохранение и укрепление ее территориальной целостности и единства — политического, социального, национального, экономического, духовного. В этих целях следует: в полной мере использовать весь потенциал Великой Победы, особенно его духовную составляющую; постоянно обращаться к опыту Советского Союза по обеспечению своей безопасности, опыту борьбы и победы над фашизмом, в котором содержатся великие свершения и огромные знания; адекватно определить национальные интересы, поставить великие цели, выработать идеологию и стратегию выхода из кризиса и дальнейшего развития России как великой державы.

Советский Союз как социалистическая страна сохранил человечеству огонь справедливости и гуманизма, народовластия и прогресса. Память о Великой Победе над фашизмом — опора и стимул возрождения великой России, патриотизма ее граждан.

Глава 1.3. Необходимое условие прогресса. Философия освобождения и освободительная миссия Красной армии

Историческая истина состоит в том, что Советский Союз, его Красная армия осуществили в ходе Великой Отечественной и Второй мировой войн против фашистской Германии и ее союзников на Западе и Востоке великую освободительную миссию.

Эта истина в военные годы не оспаривалась. Напротив, постоянно подчеркивалось, что война Советского Союза, борьба Красной армии против войск агрессора — явления не только национальные, но и интернациональные, общемирового масштаба, явления освободительные, всемирно-исторические. Так, в день нападения фашистской Германии на СССР премьер-министр Англии У. Черчилль, будучи последовательным противником коммунизма, тем не менее сказал: «...Опасность, угрожающая России, — это опасность, грозящая нам и Соединенным Штатам, точно так же как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и дом, — это дело свободных людей и свободных народов во всех уголках земного шара»²⁹. Немного позже, в июле 1941 г., в обращении итальянской компартии говорилось: «Русские рабочие борются также и за нас, и за наших детей. Наша обязанность — помочь им покончить навсегда с врагом цивилизации и прогресса»³⁰. В документах индийской компартии отмечалось, что «каждый удар, нанесенный Красной армией по нацистам, служит делу независимости и свободы всех народов»³¹. Подобные взгляды высказывали также западные политические и военные деятели отнюдь не коммунистической ориентации. Генерал Макартур прямо заявил: «Надежда цивилизации возложена на достойные знамена храброй русской армии»³². Генерал де Голль отмечал: «Я не сомневаюсь, что благодаря героизму советских армий победа увенчает усилия союзников...»³³ и что «Красная армия — главный инструмент освобождения порабощенных народов»³⁴.

Весьма однозначно и определенно охарактеризовал значение освободительной миссии Советского Союза в годы Второй мировой войны для человечества, его истории президент США Ф. Рузвельт. Весной 1942 г., во время наибольших успехов фашистского блока, когда Красная армия отступала в глубь страны, в телеграмме И. В. Сталину от имени американского народа он заявил: «Решимость Ваших армий и народа нанести поражение гитлеризму вдохновляет свободные народы мира»³⁵.

Летом 1943 г., отмечая победы СССР, Ф. Рузвельт писал: «Мир не видел большей преданности делу, большей решимости и самоотверженности, чем те, которые были проявлены русским народом и его армией под командованием маршала Иосифа Сталина. Спасая себя, Россия рассчитывает спасти весь мир от нацизма (подчеркнуто мною. — С. Т.). Мы должны быть благодарны этой стране, которая сумеет также быть хорошим соседом и искренним другом в мире будущего»³⁶.

Действительно, Советский Союз своим вынужденным участием во Второй мировой войне предопределил не только исход вооруженного противоборства с фашистским блоком в пользу антигитлеровской коалиции, но и послевоенное устройство мира в интересах демократии и социального прогресса. Его освободительная миссия во время войны не была случайным явлением: она стала закономерным следствием совокупности социальных, политических, военных и иных (например, геополитических) факторов минувшего века, в том числе и самой природы общественного строя Советского Союза, и политических целей Великой Отечественной войны 1941–1945 гг., которую он вел.

Успех многотрудной и исторически значимой освободительной миссии Советского Союза во Второй мировой войне, главным содержанием которой являлась Великая Отечественная война против фашистской Германии и ее союзников, во многом обусловлен тем, что руководство СССР в довоенные годы своевременно осознало смысл и содержание международной обстановки, ее противоречия и ведущие тенденции, сумело верно оценить военные опасности и угрозы новому для мировой истории Советскому государству, их временные параметры и на этой основе выработать необходимую стратегию противодействия этим опасностям и угрозам, надвигающейся войне.

Одним из ключевых, определяющих шагов по выработке этой стратегии стало выступление И. В. Сталина в 1931 г. В нем говорилось не просто об экономической, военной отсталости России, а об исторической отсталости России от наиболее развитых стран мира. И. В. Сталин особо отметил, что «мы отстаем от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут»³⁷. Это, по сути, и стало первейшей стратегической задачей советского народа и политического руководства страны.

Теперь, по прошествии многих десятилетий после тяжелой войны, в которой мы стали победителями, видно, насколько прозорливо была сформулирована названная выше задача и насколько предупреждающей она оказалась. А ее решение было мобилизующим, творческим и мужественным. Еще Г. Гегель отмечал, что «истинное мужество просвещенных народов состоит в готовности к самопожертвованию во имя Родины».

Советский Союз первый из всех тогдашних стран — больших и малых — увидел, понял и осознал опасность для своей страны и для всего человечества, которая исходила от фашистской Германии в 1930–1940-е годы. Советское правительство видело опасность, которую представляла собой политика фашистских и милитаристских государств, особенно гитлеровской Германии, которая в то время обладала наибольшей военной мощью и огромной отмобилизованной армией. В марте 1939 г. на XVIII съезде ВКП(б) было отмечено, что развязывание фашистскими государствами войны против свободолюбивых народов представляет угрозу делу мира во всем мире. На XVIII партийной конференции ВКП(б) в 1940 г. был рассмотрен вопрос о надвигавшейся угрозе. Партия призвала народ к дальнейшему укреплению страны, указала на необходимость поддержания советской экономики в состоянии мобилизационной готовности в условиях угрозы агрессии, выработала мероприятия по морально-политической подготовке народа к защите Родины.

События в Испании, у озера Хасан и на реке Халхин-Гол, в Чехословакии, в Польше, Финляндии и, наконец, в Западной Европе свидетельствовали, что дело идет к неизбежному военному нападению на Советский Союз, к новой мировой войне. В этих условиях советское правительство призывало Англию, Францию и другие западные страны объединить усилия для противодействия фашистским планам мирового господства и истребления других народов. Однако эти призывы не были услышаны. Более того, зная о планах Гитлера, западные страны никаких шагов к тому, чтобы предотвратить перерастание фашистской агрессии в мировую войну, не предпринимали. По сути, они были заинтересованы в другом. Факты свидетельствуют, что тогдашние лидеры Англии и Франции не ставили перед собой цели сокрушить фашистский режим, поэтому они не могли возглавить борьбу своих собственных народов против фашизма, так как не были заинтересованы в его ликвидации. Убедительным подтверждением этого нежелания и неспособности может служить правительство Виши, которое пошло в услужение Гитлеру и ничего не сделало для того, чтобы поднять народ Франции на борьбу с оккупантами. Той же линии собиралось держаться и правительство Англии. Инструкция британского министерства внутренних дел рекомендовала населению в случае немецкого вторжения «оставаться на месте» и «соблюдать спокойствие» (сопротивляться должны были только люди, одетые в военную форму)³⁸.

Проявляя терпимость по отношению к фашизму, правящие круги Англии, даже воюя с Гитлером, были не менее его заинтересованы в ликвидации Советского государства. Они тайно хотели, чтобы столкновение между Советским Союзом и фашистской Германией произошло. Такое поведение западноевропейских государств не было случайным. «В те довоенные годы, — отмечал бывший заместитель государственного секретаря США Самнер Уэллес, — представители крупных финансовых и торговых кругов в западных демократических странах, включая и Соединенные Штаты, были твердо уверены, что война между Советским Союзом и гитлеровской Германией будет только благоприятна для их собственных интересов. Они утверждали, что Россия непременно потерпит поражение, и тем самым будет ликвидирован коммунизм»³⁹.

Эти круги не забывали и о разрешении противоречий между западными странами, об ослаблении своих конкурентов. По свидетельству того же Уэллеса, западные державы надеялись, что «Германия, ослабленная в результате этого конфликта на многие годы, не сможет быть реальной угрозой для остального мира»⁴⁰. Но классовый интерес оказался сильнее, чем межимпериалистические противоречия. 14 июня 1941 г. Госдепартамент США направил в американские посольства в Москве и Лондоне телеграмму, в которой говорилось: «Мы не намерены делать каких-либо предложений о переговорах Советскому Союзу». Допуская возможность встречного обращения, Госдепартамент писал: «Мы отнесемся к ним сдержанно»⁴¹. Такая позиция правящих кругов США и других западных государств была политикой поощрения агрессора. Этим объясняется и то, почему западные страны не приняли предложения Советского Союза о создании системы коллективной безопасности.

Однако для противодействия фашистским государствам одного осознания опасности и угрозы, исходящих от них для Советского Союза и всего человечества, было явно недостаточно. Необходимо было и наличие достаточной военной силы, которая могла бы умерить аппетиты агрессора. Поскольку западные страны отказались от создания системы коллективной безопасности, СССР должен был действовать быстро и энергично. И Великая Отечественная война показала, что Советский Союз с решением необходимых военных задач справился.

В ходе войны росла военная мощь Советского Союза. Укреплялся международный авторитет СССР как главной и решающей освободительной силы.

Это наглядно показал 1944 г. С ним связаны полное освобождение временно оккупированной территории Советского Союза, выход советских войск на государственную границу и начало нового этапа освободительной миссии: непосредственное освобождение Красной армией ряда стран Европы и Азии.

В первомайском приказе Верховного главнокомандующего был определен политический и военно-стратегический замысел на летне-осеннюю кампанию 1944 г. Он состоял в том, чтобы разгромить основные стратегические группировки врага, полностью освободить от захватчиков территорию СССР, протянуть руку братской помощи народам других стран и вывести из войны сателлитов Германии: помочь их народам в освобождении от фашистского ига.

Первой страной, на территорию которой вступила Красная армия, была Румыния. Это произошло в ночь на 27 марта 1944 г., когда советские войска форсировали реку Прут. 2 апреля советское правительство сделало заявление, в котором отмечалось, что вступившие на территорию Румынии советские войска не преследуют цели приобретения какой-либо части румынской территории или изменения существующего общественного строя Румынии и что вступление советских войск в пределы Румынии диктуется исключительно военной необходимостью и продолжающимся сопротивлением войск противника. Затем были освобождены Болгария, часть Югославии, Венгрия и ряд других стран.

Красная армия полностью или частично освободила территории 11 стран Европы общей площадью более 1000 кв. км с населением более 110 млн человек и частично — территории двух стран Азии общей площадью более 1500 тыс. кв. км с населением около 60 млн человек. В пять из них Красная армия вступила на основе соответствующих межправительственных соглашений (в Чехословакию, Югославию, Польшу, Норвегию и Китай), с правительствами еще двух ранее оккупированных стран (Дания и Корея) соответствующие соглашения были подписаны в последующем. Таким образом, в отношении семи стран Советский Союз достойно выполнил свой союзнический долг. Что же касается государств, которые активно воевали против СССР (Германия, Румыния, Венгрия) или вели против него враждебную политику (Болгария и Финляндия), то советские войска вступили на их территории по праву победителей, в силу военной необходимости, осуществляя одновременно освободительную миссию.

Успехи Красной армии произвели огромное впечатление как на советских людей, так и на народы Европы и правительства союзных держав. Показательным оказалось событие, произошедшее в июле 1944 г. По улицам Москвы была проведена огромная колонна немецких генералов, офицеров и солдат, плененных в ходе Белорусской наступательной операции («Багратион»). Москвичи увидели тех, кто вероломно нарушил мирную жизнь советского народа, кто бомбил его города и села, сеял смерть и разрушения. Как только колонна пленных прошла, улицы были почищены и вымыты, чтобы не осталось на асфальте и следов от преступных «завоевателей». В это время английский премьер-министр Черчилль, отмечая огромные успехи Красной армии, говорил о Германии: «Мало оснований сомневаться в том, что вскоре наступит ее общий крах».

Благодаря победам советских войск в 1944 г. коренным образом изменилась стратегическая обстановка на всем советско-германском фронте. Достойным завершением Великой Отечественной войны стали выдающаяся победа в Берлинской битве весной 1945 г. и водружение Знамени Победы над Рейхстагом. 9 мая 1945 г. — день Великой Победы Советского Союза над фашистской Германией.

Не умаляя вклада в победу других народов и государств антигитлеровской коалиции, следует признать, что решающую роль в ее достижении сыграл советский народ и его вооруженные силы. Это доказывается тем, что с 22 июня 1941 по 9 мая 1945 г. советско-германский фронт был главным фронтом Второй мировой войны, здесь решались судьбы мира, а активные боевые действия составляли 93% общего времени его существования. Ни на одном другом фронте Второй мировой войны не было столь напряженной и ожесточенной борьбы. Советские Вооруженные силы разгромили основные силы военной машины фашизма. Достаточно сказать, что урон в личном составе, нанесенный вермахту на советско-германском фронте, был в четыре раза больше, чем на западноевропейском и средиземноморском театрах военных действий, вместе взятых, а по числу убитых и раненых — в шесть раз. На советско-германском фронте уничтожена и основная часть военной техники вермахта: до 75% танков, самолетов, артиллерийских орудий.

На заключительном этапе Второй мировой войны советские Вооруженные силы, выполняя союзнические обязательства, разгромили в августе 1945 г. мощную Квантунскую армию, лишив тем самым японского агрессора всякой перспективы дальнейшего ведения войны, заставили его принять требования Объединенных Наций о безоговорочной капитуляции.

Историческое значение освободительной миссии Советского Союза во Второй мировой войне подчеркивается тем, что его Вооруженные Силы были главным ее инструментом, средством. Военные победы Красной армии уничтожили военную силу фашистского блока и ускорили его распад. Сначала из войны была выведена Италия, а затем от фашистской Германии были отколоты Финляндия, Румыния, Болгария. Огромный размах операций на советско-германском фронте и разгром ряда группировок немецких войск решительным образом облегчили союзникам их действия на суше и на море, но что особенно важно — открытие второго фронта в Европе (июнь 1944 г.).

Стремительные, крупномасштабные операции советских войск имели не только военное, но и огромное политическое и социальное значение. Они приводили к освобождению больших территорий и многочисленного населения от гитлеровской оккупации, создавали условия для восстановления свобод, законности и демократии; неизменно способствовали активизации национально-освободительного движения; эти победы одерживались не только на территории Советского Союза, но и на территориях освобождаемых стран, в том числе и на территории самой Германии.

Советские Вооруженные силы оказали непосредственную помощь народам других стран Европы и Азии в их избавлении от германской и японской оккупации. Полностью или частично они освободили территории 13 стран Европы и Азии, способствовали развитию прогрессивных тенденций в этих странах, получивших выражение в ряде случаев в победе народно-демократических и социалистических революций.

Здесь Советские Вооруженные Силы играли важную роль внешних сил освобождения. Но главную, определяющую роль в выборе пути развития своих стран играли внутренние силы освобождения: армия, участники Сопротивления, сражавшийся с фашизмом народ, борьбу которых возглавляли коммунистические и рабочие партии.

Советский Союз оказал большую помощь в организации иностранных воинских частей, в укреплении народных армий ряда стран. Это важное условие того вклада, который внесли они в победу над фашистской Германией и милитаристской Японией. Храбро сражались воины Народно-освободительной армии Югославии, чехословацкой армии, Войска польского, Национально-освободительной армии Албании, а к концу войны, после распада фашистской коалиции, — болгарские, румынские и венгерские войска. Братскую помощь советскому народу оказала Монгольская Народная Республика.

Освободительная миссия СССР способствовала успехам движения Сопротивления. В ряде стран оно вылилось в широкую национально-освободительную борьбу, в которой участвовали трудящиеся города и деревни, патриотически настроенные круги мелкой и средней буржуазии, интеллигенция, чиновники, офицерство. Формы борьбы были разнообразны. Среди них важную роль сыграли антифашистские фронты, в первых рядах которых был рабочий класс, возглавляемый коммунистическими партиями.

Одновременно освободительная миссия СССР создавала благоприятные условия для национально-освободительной борьбы народов колоний и зависимых стран, осуществления в них освободительных революций и, как следствие, распада колониальной системы и образования десятков молодых независимых государств.

В ходе Второй мировой войны, развязанной фашистским блоком, были стерты с лица земли сотни городов и тысячи сел, превращены в руины десятки тысяч заводов и фабрик, огромный ущерб причинен сельскому хозяйству. Мировая война унесла более 50 млн человеческих жизней, из них — около 27 млн советских людей. Она оставила десятки миллионов вдов, сирот и инвалидов. Бездна человеческого горя и страданий стоит за всем этим. И если бы не освободительная миссия Советского Союза, его решающая роль в разгроме агрессора, то последствия войны были бы еще более разрушительными и кровавыми. Люди мира не должны этого забывать.

Невозможно забыть и то, что благодаря освободительной миссии СССР были спасены сотни тысяч, миллионы граждан СССР, Польши, Франции, Бельгии, Нидерландов, Чехословакии, Югославии, Румынии, Венгрии и других стран, заключенных в лагерях смерти — Бухенвальде, Освенциме, Майданеке, Заксенхаузене, Треблинке и др. Концентрационные лагеря предназначались для физического уничтожения целых народов, в первую очередь славянских; тотального истребления евреев, цыган; беспощадной эксплуатации узников в качестве рабочей силы. Из 18 млн человек, заключенных в концентрационные лагеря, погибло 11 млн.

Освободительная миссия Советского Союза во Второй мировой войне вошла в число решающих факторов, открывших перед человечеством новые перспективы социального прогресса стран и народов на исторической сцене, свободной от фашизма: она означала победу гуманизма над варварством, способствовала созданию благоприятных условий для сохранения и развития культуры, национальных традиций, образа жизни; выбора многими народами своего социально-политического курса развития, о чем свидетельствуют многие антиколониальные, народно-демократические и социалистические революции 1950–1960-х гг.

Огромное историческое значение освободительной миссии Советского Союза в ходе Второй мировой войны состоит и в том, что с ней связано создание условий для решения вопроса о войне и мире и обеспечения национальной и международной безопасности по-новому.

Образовавшийся биполярный мир не стал фактором возникновения новой мировой войны, тем более войны ядерной. Новая геополитическая система в нем оказалась такой, что благодаря Варшавскому договору вплоть до конца 1960-х гг. на границах Советского Союза не было серьезных военных конфликтов.

Освободительная миссия СССР — символ неодолимости социального прогресса, цели которого справедливы и благородны.

Осуществляя освободительную миссию, Советский Союз сознавал историческую ответственность за свою судьбу и за судьбу всего человечества. В ходе войны неуклонно возрастали его международный авторитет и влияние. Уже в ходе войны Советский Союз стал самостоятельным центром силы, способным на равных разговаривать с Западом, участвовать в строительстве послевоенного мира, в его международно-правовых отношениях. Фактор Советского Союза придавал им большую, чем до Второй мировой войны, устойчивость, стабильность.

Носителем освободительной миссии были все народы Советского Союза, всех союзных республик. Во время войны они особенно остро почувствовали свое единство, связь времен. Это было единое целое на огромном геополитическом пространстве от Тихого океана до Балтийского моря, от Черного до Белого моря. Единство народов характеризовалось любовью к Родине, беспредельным патриотизмом, самоотверженностью, жертвенностью, преданностью Отечеству.

Особую роль в осуществлении освободительной миссии сыграли Советские Вооруженные Силы. Великий подвиг совершили все воины от рядового до маршала — плоть от плоти сыны советского народа. Опираясь на его силы, они понимали свою ответственность перед Родиной, восприняли благородные, справедливые цели Великой Отечественной войны не только умом, но и всем своим существом. Они мыслили тогда масштабами страны, эпохи, века и были героями. Так, английский историк Джукс в своей книге о Курской битве говорит о том, что если Розенберг и другие идеологи нацизма еще продолжали «принижать народные массы России», утверждая, что они якобы «годны только для работы на немецких фермах, генералы и солдаты, которым уже пришлось столкнуться с этими массами в бою, думали по-другому». Они с первых дней войны поняли, что «личный состав Красной армии трудно одолеть в бою, что советские танки оказались лучше их собственных, что советская артиллерия, по крайней мере, была равной германской, а новые типы советских самолетов способны по меньшей мере сдерживать немецкие. Один из них — штурмовик Ил-2 — является выдающимся самолетом поддержки сухопутных войск и грозой танков». Генералы Советской армии были «достойными противниками лучших генералов Германии», но Жуков наиболее выдающийся. Талант командиров подкреплялся тем, что в Советской армии на место старого вооружения «поступало превосходное вооружение с заводов востока страны».

В неразрывной органической связи с народом, Красной армией истинное мужество проявили Коммунистическая партия, общественные организации, деятели науки и культуры, политическое руководство страны, возглавляемое И. В. Сталиным. Вся страна была единым целым, имела общую душу, что и обеспечило сохранение Советского Союза и осуществление им великой освободительной миссии.

С тех пор прошло много десятилетий. Не стало СССР — творца Великой Победы. Многие испытания выпали на долю нашей страны и ее граждан. Подверглась и подвергается испытаниям сама память об освободительной миссии Советского Союза. Появилось немало политиков, общественных деятелей и даже историков как в нашей стране, так и за рубежом, которые делают вид, что не было подвига советского народа в годы Второй мировой войны, что СССР, борясь с фашистской Германией и ее союзниками в 1941–1945 гг., не освобождал народы мира от фашистского варварства и мракобесия, бесчеловечности, что не Советский Союз, а Соединенные Штаты сыграли решающую роль в разгроме фашизма. Есть и такие, особенно в странах Восточной Европы, освобожденных в ходе военных действий от фашистской оккупации, и даже в странах Прибалтики, входивших в СССР, кто освободительную миссию называет оккупацией, а советский народ –оккупантами. Подобного рода деятели не просто потеряли память, нет: они готовы на любую низость, гнусность, чтобы угодить сильным мира сего.

Однако никому не дано забыть, что самим своим существованием, своей свободой люди нашего времени обязаны Советскому государству, его Вооруженным Силам, выполнившим великую освободительную миссию во Второй мировой и Великой Отечественной войнах.

Таким образом, справедливый, освободительный социально-политический характер Великой Отечественной войны явился фактором огромного исторического смысла и воздействия. Он выразил стремление народов СССР к великой цели, высокой человечности, воплотил смысл строительства социализма и сохранения российской цивилизации, сплотил народы Советского Союза, обеспечил мобилизацию необходимых материальных и духовных сил и средств как для отражения агрессии, так и для изменения хода войны и достижения победы над фашизмом. Одновременно он явился действенным фактором изменения социально-политического характера Второй мировой войны, создания и активной деятельности антигитлеровской коалиции, ее основой и опорной скрепой.

Характер Великой Отечественной войны предопределил победоносный для Советского Союза и его союзников исход войны против фашизма, а также ее прогрессивный исторический смысл и значение не только для народов своей страны, но и для всего человечества. Для Советского Союза — потому, что он устоял и выстоял. Советский народ и Красная армия, проявив героизм и самопожертвование, остановили агрессора, сорвали его планы молниеносной войны, после чего, завоевав стратегическую инициативу, осуществили коренной перелом в войне в свою пользу, освободили свою территорию от захватчиков. В интересах государств и народов Европы советский народ и Красная армия выполнили освободительную миссию. Разгромив фашистов, овладев Берлином, Красная армия, советский народ спасли человечество от германского фашизма, открыли ему путь к социальному прогрессу.

Глава 1.4. Утраты и обретения

Во всемирной истории не было ни одной войны, в которой не было бы человеческих жертв и потерь материальной и духовной культуры. При этом победившая сторона многое приобретала, а потерпевшая, напротив, теряла. Это в полной мере относится как ко Второй мировой войне в целом, так и к Великой Отечественной войне Советского Союза. В них и победители, и побежденные несли потери в людях, материальной и духовной культуре, но в то же время победители достигли своих целей, а побежденные нет.

Казалось бы, здесь все должно быть ясно. Однако в последние 10–15 лет в ряде научных работ, особенно в материалах средств массовой информации (электронных и печатных), вопрос о том, что получили победители и что они потеряли, стал чаще всего запутываться. В основном потому, что для него используются категории «цена войны» и «цена победы» с грубыми нарушениями теоретико-методологических принципов: эти категории отождествляются, и одна категория стала подменяться другой (как правило, категория «цена победы» категорией «цена войны»), игнорируя при этом реальные события минувшего противоборства, его ход и результаты. Главным образом тот факт, что были агрессор и жертвы агрессии, были войны несправедливые и справедливые. Если агрессор, игнорируя международные правовые нормы и попирая моральные устои, сознательно убивал и расстреливал мирных жителей других стран, разрушал там все, что было возможно, то обороняющаяся сторона, ведя справедливую войну, вынуждена была ответить военной силой, чтобы нанести агрессору, возможно, больший урон и добиться победы над ним.

В связи с этим есть необходимость еще раз напомнить, кто был агрессором, а кто стал жертвой.

1 сентября 1939 г. фашистская Германия — лидер фашистско-милитаристского блока, напав на Польшу, развязала Вторую мировую войну. Ее главной составной частью стала Великая Отечественная война, навязанная Советскому Союзу 22 июня 1941 г. 9 мая 1945 г. разгромом фашистской Германии закончилась Великая Отечественная война и война в Европе, а 3 сентября поражение милитаристской Японии ознаменовало окончание Второй мировой войны.

Война, которую вели государства антигитлеровской коалиции, в первую очередь Советский Союз, была войной справедливой, в защиту Отечества, суверенитета, целостности, своего исторического выбора. Но война всегда связана с потерями и разрушениями. Без них одержать победу над фашизмом и милитаризмом — увы! — было невозможно. Человеческие жертвы, материальные потери и разрушения — результат агрессии. И потому здесь иной характер утрат, и цена их иная.

Понять Вторую мировую и Великую Отечественную войны и победу в них над фашизмом и милитаризмом, цену этой победы возможно лишь в контексте всемирной истории, ее ведущих противоречий и тенденций. Основной из них является тенденция прогрессивного развития человечества, преодоления социальных трудностей и катаклизмов. Без признания этого невозможно оценить ход истории, в том числе ее ключевые, опорные и поворотные явления и процессы.

Однако и признание прогрессивного развития человечества еще не является гарантией объективной, научной оценки его различных этапов. История знает факты и упрощенных представлений о прогрессе, и односторонних оценок тех или иных его этапов, в том числе и войн, обусловленных как особенностями философских научных подходов, так и социальными интересами общественных сил, творящих историю, а также конъюнктурными соображениями. Так, после окончания Второй мировой и Великой Отечественной войн в Советском Союзе неизменно подчеркивалось, что с победой над фашизмом связаны ускорение исторического развития, облегчение борьбы народов за национальное и социальное освобождение, за перспективу справедливого и прочного мира на планете. В западных странах было иначе: наряду с позитивными оценками победы над фашизмом были и негативные. Некоторые политические и государственные деятели победу над фашизмом называли даже ненужной и бессмысленной.

Иным стал диапазон оценок победы в конце минувшего века и в России. По разным причинам — идеологическим, политическим, теоретико-методологическим, фактологическим, субъективно-конъюнктурным. Это особенно видно при определении цены победы над фашизмом.

Многие публикации, в которых исследуется проблема цены победы, к сожалению, не служат поиску истины. Социальная заданность, политическая и идеологическая ангажированность многих историков, пишущих о Второй мировой и Великой Отечественной войнах, предопределили существенные методологические изъяны и теоретическую несостоятельность представлений о цене этих войн и цене победы над фашизмом и милитаризмом. Они выражаются в первую очередь в игнорировании системного подхода к пониманию общественного прогресса, комплексного характера его критериев. Ими являются:

1) темпы роста производства, производительности труда, ведущие к увеличению свободы человека по отношению к природе;

2) степень свободы работников производства от эксплуатации;

3) уровень демократизации общественной жизни;

4) уровень реальных возможностей для всестороннего развития индивидов;

5) увеличение «удельного веса» человеческого счастья и добра⁴².

Допускается также упрощенное понимание войны как общественного явления: война как двусторонний процесс, как противоборство двух социально-политических и военных сил отождествляется с действием одной стороны или по каким-либо причинам сводится к ней. Нередко действия агрессора, направленные против мирного населения, выдаются за издержки войны, и на этом основании ответственность за них распространяется и на пострадавшую сторону, поскольку она вынуждена защищаться и на применение военной силы отвечать военной силой. Коалиционный характер войны также нередко понимается упрощенно, в угоду некоторым участникам коалиции: за неудачи и поражения делается ответственным один какой-либо участник коалиции, как правило Советский Союз, а успехи и победы, одержанные одним участником коалиции, например Красной армией, распространяются на всю коалицию или даже приписываются другим ее участникам.

Для многих публикаций о цене войны характерно обедненное понимание категории «военная победа»: она либо абсолютизируется, отрывается от политических, социальных, экономических, геополитических и иных факторов, либо отождествляется с результатом войны, который, как известно из истории, может быть следствием компромисса, мирных переговоров и т. д. Во Второй мировой войне такого не было. Она завершилась исторической военной победой антигитлеровской коалиции — главным показателем общей победы, включающей в себя также политический, экономический и иные аспекты. Другой стороной войны было тотальное поражение фашистского блока, и прежде всего нацистской Германии и милитаристской Японии.

Военная победа во Второй мировой войне означала разгром вооруженных сил фашистского блока, разрушительное воздействие на тыл его участников, овладение столицей Германии, последовательный вывод ее союзников из войны. Таким образом, антигитлеровской коалицией достигались политические цели войны, которые обобщенно были выражены в Декларации Объединенных Наций, принятой 1 января 1942 г. В ней провозглашалась необходимость достижения полной победы (исключая сепаратные соглашения и т. п.) над фашистской Германией и ее союзниками в целях защиты жизни, свободы, независимости и для сохранения прав человека и справедливости.

В победе антифашистской коалиции и поражении фашистского блока наиболее полно выразился не только их военный аспект, но также социально-политический, геополитический и идеологический. В своей совокупности они в полной мере отразили конкретно-историческое содержание Второй мировой войны, обусловленное политическими и военными целями, с одной стороны, и соотношением материальных и духовных сил борющихся сторон — с другой. Тем самым и победа антигитлеровской коалиции, и поражение фашистского блока — это две стороны войны, выражающие ее итог и ее цену.

В результате войны нацистская Германия и милитаристская Япония — страны с гегемонистскими устремлениями, направленными на приобретение мирового господства, — оказались разгромленными. Были сорваны политические и военные планы агрессоров, уничтожена их военная машина, а вместе с ними ликвидированы самые антигуманные, самые реакционные политические режимы в этих и союзных с ними странах. Основная преграда на пути социального прогресса тогда была устранена. Угроза порабощения и уничтожения многих народов и стран перестала существовать.

Победа антигитлеровской коалиции закрепила и усилила стремление народов к новому общественному устройству, основанному на справедливом распределении собственности, демократических принципах, безопасности личности, создала возможность формирования мира на принципах разума и здравого смысла. Стало историческим фактом сохранение и укрепление демократических государств, подвергшихся агрессии, Советского Союза, а вместе с ним и социалистической альтернативы развития других государств; появление новых благоприятных возможностей для развития национального и социального освобождения народов многих стран мира, находившихся в колониальной зависимости, демократии и утверждения идеалов гуманизма.

Устранив главное препятствие на пути развития цивилизации, победа над фашизмом положила начало глубоким переменам в расстановке социальных и национальных сил на международной арене, создала новые предпосылки, новые возможности для выбора народами своего образа жизни, выражения своего волеизъявления, социального обновления, утверждения на земле идеалов гуманизма; подтвердила жизненность прогрессивных тенденций XX в., стремление народов к более справедливому общественному устройству.

Историческое значение и цена Второй мировой войны, завершившейся победой над фашизмом и милитаризмом, состоят также в том, что политически и практически был поставлен вопрос об устранении из жизни общества мировых войн как общественно-политического явления.

Во Второй мировой войне народы мира поняли античеловеческую сущность идеологии и стратегии фашизма; узнали такие симптомы возможной катастрофы, как национальная и расовая истерия, шовинистический угар, слепая вера в собственное предназначение, не ограниченная выбором путей его достижения, увидели опасность применения разрушительных для судеб человечества средств борьбы.

Война пополнила исторический опыт человеческого общества новым содержанием: теорией и практикой международного сотрудничества в борьбе за выживание, осознания всеми народами общей ответственности за мир на нашей пока еще, несмотря ни на что, живой планете.

После Второй мировой войны образовался большой исторический промежуток времени без мировых войн, хотя были и кризисные явления в мировой политике, и локальные войны.

Другая сторона цены войны выражает тот факт, что Вторая мировая война была жестоким и кровавым испытанием для человечества. В течение шести лет шло массовое уничтожение людей в различных районах земного шара. Многие десятки миллионов были убиты, получили ранения, остались инвалидами. Резко возросли потери гражданского населения. Точно установить число погибших военнослужащих и гражданских лиц по ряду стран чрезвычайно трудно, так как во многих из них отсутствуют статистические данные потерь населения за войну в целом либо эти данные не отражают действительного положения. Кроме того, фашисты стремились всячески скрыть свои злодеяния, а после войны их адвокаты умышленно извращали показатели людских потерь отдельных стран.

Исследования показывают, что в годы Второй мировой войны погибло не менее 60 млн человек⁴³. Называются и более значительные цифры. Кроме прямых людских потерь, многие воевавшие государства понесли и большие косвенные потери. Мобилизация значительной части мужского населения в вооруженные силы, форсированное вовлечение женщин в систему общественно организованного труда, материально-бытовые трудности и т. д. резко изменили режим воспроизводства народонаселения, снизили показатели рождаемости и увеличили смертность.

Самые большие прямые и косвенные потери населения понесли государства Европы. Здесь погибло более 40 млн человек, т. е. значительно больше, чем на других континентах, вместе взятых. В годы войны почти во всех европейских странах на длительное время ухудшились условия существования и развития народонаселения.

Война серьезно деформировала возрастную, половую и семейно-брачную структуру народонаселения континента. Существенно снизились качество, а во многих странах — и уровень общеобразовательной и профессиональной подготовки.

Более половины людских потерь в Европе приходится на долю СССР. Они составили около 27 млн человек, значительная часть из них — гражданское население, погибшее в гитлеровских лагерях смерти, в результате фашистских репрессий, болезней и голода, от налетов вражеской авиации. Тяжелая демографическая ситуация сложилась в Польше и Югославии, которые потеряли значительную часть своего населения: Польша — 6 млн, Югославия — 1,7 млн человек. Меньшие потери оказались во Франции (600 тыс.) и Великобритании (370 тыс.). Потери Германии составили около 7 млн человек, Италия потеряла погибшими 500 тыс., Голландия — 270, Греция — 450, Чехословакия — 340, Румыния — 500, Венгрия — 430, Австрия — 374, Финляндия — 100 тыс. человек.

Огромные людские потери в годы войны понесли народы Азии. Число убитых в Китае составило свыше 15 млн человек⁴⁴. Япония потеряла 2,5 млн человек, в основном военнослужащих. Из 350 тыс. гражданских лиц, погибших в Японии, большая часть — свыше 270 тыс. человек — жертвы атомных бомбардировок городов Хиросимы и Нагасаки.

По сравнению с Европой и Азией другие континенты понесли значительно меньшие людские потери. В целом они составили порядка 500 тыс. человек. США потеряли около 400 тыс. человек погибшими, Австралия и Новая Зеландия — свыше 40 тыс., Африка — 10 тыс. человек⁴⁵.

Большие различия в людских потерях применительно к отдельным странам, группам государств, регионам мира обусловлены, с одной стороны, характером и степенью их участия непосредственно в вооруженной борьбе, а с другой — социально-политическими целями, которые при этом преследовали воевавшие страны. Многие сотни тысяч военнопленных и миллионы мирных граждан были уничтожены на оккупированных немецко-фашистскими и японскими захватчиками территориях. С особым ожесточением применяли тщательно разработанную ими политику физического уничтожения людей гитлеровцы. Фашисты осуществляли массовый угон гражданского населения в Германию, где оно попадало либо на каторжные работы, либо в концентрационные лагеря. Так, из 18 млн граждан Европы, оказавшихся в гитлеровских концентрационных лагерях, было уничтожено свыше 11 млн человек.

Война оказала большое влияние не только на естественное воспроизводство населения во всех странах мира, но и на его межгосударственную и внутреннюю миграцию. Уже само наступление фашистских армий привело к значительному перемещению населения почти во всех странах Европы. Кроме того, гитлеровцы прибегали к массовому насильственному вывозу в Германию рабочей силы из оккупированных районов. Вызванная войной внутренняя миграция, сопровождавшаяся огромными лишениями и тяготами, способствовала повышению смертности и снижению рождаемости. Аналогичные процессы происходили в Азии.

Велика цена Второй мировой войны и по материальным затратам и потерям. Подсчитано, что совокупные материальные издержки на подготовку и ведение войн, происходивших в первой половине XX в. (включая Вторую мировую войну), а также на ликвидацию последствий этих войн составили около 4 трлн 700 млрд долларов. Подавляющая часть этой поистине астрономической суммы — 4 трлн долларов — приходится на Вторую мировую войну. При этом издержки войны отражают затраты и потери не только за период войны, но и охватывают в известной мере расходы предвоенных лет (накопление резервов, материальное обеспечение и подготовка вооруженных сил, оборудование театров военных действий и т. п.), а также расходы послевоенного периода (например, восстановление разрушенного, проценты по военным займам, выплата пособий и пенсий).

В годы Второй мировой войны значительно выросли финансовые расходы на ее ведение. Если в Первую мировую войну совокупные военные расходы непосредственно из бюджетов государств составили 208 млрд долларов, то во время Второй мировой войны они достигли 1147 млрд долларов (695 млрд долларов — страны антигитлеровской коалиции и 422 млрд долларов — Германия с союзниками). Сравнение этих данных в сопоставимых ценах показывает, что бюджетные издержки Второй мировой войны по отношению к войне 1914–1918 гг. возросли в несколько раз. Огромные военные расходы вели к крайнему напряжению финансов. Так, в Германии, где и в предвоенные годы затраты на содержание вермахта были весьма высокими, военный бюджет в 1943/44 году по сравнению с 1938/39 бюджетным годом вырос в шесть с лишним раз. Многократно возросли расходы в Англии, достигнув в 1944/45 году 5 млрд 125 млн фунтов. США затратили на военные цели в 1944/45 финансовом году 81 млрд долларов (в 1940/41 финансовом году — 6 млрд долларов), т. е. за войну они увеличили свои военно-бюджетные расходы в 13,5 раз. Удельный вес военных расходов в последний финансовый год войны составил 85,7% федерального бюджета.

В Советском Союзе объем ресурсов государственного бюджета, использованного на военные нужды в 1941–1945 гг., составил 582,4 млрд рублей.

Тяжелое бремя военных расходов серьезно отразилось на экономике воевавших стран. Доля военно-бюджетных издержек в национальном доходе США составила 43,4%, Англии — 55,7%, Германии — 67,8%, Японии — 49,7%, а доля прямых военных расходов в СССР достигла 55% национального дохода. Значительную часть военных издержек составили потери, вызванные разрушениями и уничтожением материальных ценностей. Общая стоимость уничтоженных материальных ценностей во всех воевавших странах превысила 316 млрд долларов.

Особый урон народному хозяйству наносили действия немецко-фашистских войск. Варварскому разграблению были подвергнуты временно оккупированные области СССР. Отступая под ударами советских войск, гитлеровская армия применяла тактику «выжженной земли».

Огромен ущерб от прямого уничтожения и разрушения материальных ценностей на территории СССР. Он составлял почти 41% потерь всех стран, участвовавших в войне. СССР потерял за годы войны около 30% национального богатства. В Польше фашисты уничтожили почти 40% национального богатства. В Югославии было разрушено около 40% промышленных предприятий, разорено почти 300 тыс. крестьянских хозяйств. Материальные потери Франции были тоже значительными и составили 21,5 млрд долларов.

Материальных потерь почти избежали США. Они составили лишь 1 млрд 267 млн долларов, или 0,4% общей стоимости потерь материальных ценностей всех стран за время войны. Материальные потери оказались сравнительно небольшими и для государств, которые не принимали активного участия в войне, находились далеко от театров военных действий.

Во Второй мировой войне были велики косвенные материальные издержки. Она не только поглотила огромную массу материальных средств, но и препятствовала созданию новых материальных ценностей, нарушила структуру производства, резко снизила или вовсе прекратила новое строительство. Косвенные издержки войны явились также результатом людских потерь, уменьшивших производительные силы, возможности создания материальных благ. Снизилось качество жизни.

Таково основное содержание цены Второй мировой войны. И отождествлять с ней цену победы недопустимо.

Цена победы — лишь часть цены войны, но часть особая: она выражает и результаты, и издержки борьбы народа и его вооруженных сил против сильного врага, т. е. военную победу. Конечно, судьба войны решалась во всех сферах общественной жизни, усилиями всего народа, но военная машина Германии — опора фашистского порядка — могла быть уничтожена только силой в ходе военных действий. Иначе говоря, непосредственным носителем военной победы является военная сила (армия и флот) как орудие политики СССР и других государств антигитлеровской коалиции.

Решающее значение военной победы во Второй мировой войне подтверждается тем, что военные руководители нацистской Германии, а затем Японии подписали акты о безоговорочной капитуляции всех вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, признали свое поражение.

Ее непосредственными показателями (параметрами) явились: разгром военной силы агрессора, лишающей его возможности ведения войны; захват его территории, наиболее важных административных, промышленных и иных объектов; лишение противника союзников, а также необходимых ресурсов; захват инициативы и достижение решающих результатов в свою пользу. Здесь имеются в виду нанесение агрессору потерь в живой силе, разрушение его промышленности, других отраслей хозяйства, уничтожение или поражение административных, политических, военных, научных и иных центров.

Победа в войне означала достижение государствами антигитлеровской коалиции политических и военных целей (военно-политических и стратегических) с использованием для этого материальных и духовных сил. В свою очередь, в ходе войны на отдельных фронтах в разное время были свои крупные, решительные, великие исторические победы как слагаемые общей военной победы. Например, на советско-германском фронте победа советских войск под Москвой была крупной, имевшей для хода войны поворотное значение. Победа же под Сталинградом была выдающейся, поскольку обратила войну вспять. Победа Красной армии в Берлинской битве была и заключительной, и великой. Она венчала разгром фашистской Германии.

На основании изложенного выше можно заключить, что цена победы не тождественна цене войны, а является стороной, аспектом последней. Это означает, что цена победы включает в себя обретения победившей антигитлеровской коалиции, в том числе и Советского Союза, но имеет иные количественные и качественные параметры издержек и потерь.

Об обретениях (как цене победы) победителей уже говорилось достаточно подробно. Здесь лишь подчеркнем: применительно к Советскому Союзу цена его победы в войне с фашистской Германией — это достижение Советским Союзом политических и военных целей Великой Отечественной войны. СССР вышел из войны сильным в военном, морально-политическом и экономическом отношениях. Его Вооруженные Силы освободили свою территорию, внесли решающий вклад в освобождение стран Европы и Азии, в разгром и искоренение фашизма. В результате победы Советский Союз получил самые справедливые границы, подтвердил право на вхождение в свой состав Западной Украины и Западной Белоруссии, Бессарабии, Северной Буковины, Закарпатской Украины (что до войны западные страны не признавали), области Петсамо и Кенигсберга, а на Дальнем Востоке — Южного Сахалина и Курильских островов.

Наряду с этим Советский Союз получил значительные репарации. Союзники вынуждены были согласиться, чтобы нашей стране было выделено 10 млрд долларов — 50% от общей суммы. И хотя Советский Союз впоследствии получил не все из причитающегося, наша страна демонтировала и вывезла на свою территорию 4389 промышленных предприятий из Германии, Польши (немецкая Силезия), Австрии, Венгрии, Чехословакии и Маньчжурии. Трофейный военный и торговый флот Германии был разделен поровну между СССР и союзниками. Советский Союз получил при этом 155 боевых кораблей, в том числе один крейсер, четыре эсминца, шесть миноносцев, 10 подводных лодок. В состав ВМФ СССР также вошла часть кораблей Италии и других стран фашистского блока⁴⁶.

В цене победы (подвига, освободительной миссии) Советского Союза отразился исторический факт его решающей роли в борьбе с фашизмом и разгроме нацистской Германии и ее союзников. Он принял на себя основной удар агрессора, выстоял и победил. Другие страны антигитлеровской коалиции такой задачи не решали, поэтому их потери в борьбе за победу, издержки были (и не могли не быть) иными. Напряженность и характер вооруженной борьбы на фронтах Второй мировой войны были различными, они несли на себе неодинаковую политическую и стратегическую нагрузку и потому сыграли неодинаковые роли в ходе и исходе вооруженного противоборства коалиций.

На характере и величине потерь войск разных стран антигитлеровской коалиции сказалась внезапность нападения как способ развязывания войны фашистской Германией и милитаристской Японией. Она оказала большое влияние на последующий ход вооруженной борьбы и во многом обусловила крупные успехи, достигнутые фашистско-милитаристским блоком в первые годы войны, с одной стороны, и потребовала огромных усилий подвергшихся агрессии государств, особенно Советского Союза, чтобы ликвидировать ее последствия, — с другой.

Различие в потерях армий различных государств обусловливалось также изменением состава коалиций на различных этапах войны: соответственно, менялось соотношение сил, масштабы военных действий и состав группировок вооруженных сил на фронтах и т. д.

На главном фронте войны против Германии и ее европейских союзников — советско-германском — вели единоборство Вооруженные Силы СССР, вынесшие основную тяжесть борьбы с фашизмом. Упорные бои с оккупантами вела Народно-освободительная армия Югославии. С 1943 г. совместно с Красной армией сражались войска Польши, Чехословакии, а на завершающем этапе войны в Европе — армии Болгарии, Румынии, подразделения и части Венгрии. В войне против Японии вместе с Советскими Вооруженными Силами в боевых действиях участвовали соединения Монгольской народно-революционной армии. На других фронтах в состав группировок вооруженных сил антифашистской коалиции входили войска США, Великобритании, Франции, Китая, Канады, Индии, Австралии, Греции, Норвегии, Эфиопии и ряда других государств.

Наряду с регулярными армиями в вооруженной борьбе против фашизма участвовали партизанские формирования. Гитлеровское командование было вынуждено держать на оккупированных территориях европейских стран около 20% своих войск. Наиболее широким размахом и эффективностью отличалось партизанское движение на временно оккупированной территории Советского Союза.

В составе фашистско-милитаристского блока военные действия в Европе вели вооруженные силы Германии, Италии, Венгрии, Финляндии, Румынии, в Азии — Японии и Таиланда, а также формирования ряда других государств. В ходе войны соотношение сил на фронтах изменялось в пользу антигитлеровской коалиции. Под ударами Вооруженных Сил СССР и союзных с ним стран начался кризис, а затем и распад агрессивного блока. В конце войны Германия в Европе и Япония в Азии оказались в полной политической и военной изоляции.

Огромен был пространственный размах вооруженной борьбы. Военные действия охватили большую часть европейского континента, развернулись в Азии и Африке. Общая площадь театров военных действий составляла свыше 22 млн кв. км — в 5,5 раз больше, чем в Первую мировую войну.

Наиболее интенсивными и напряженными были военные действия в Европе, где они охватили территорию 19 государств: Австрии, Албании, Бельгии, Болгарии, Венгрии, Германии, Голландии, Греции, Дании, Италии, Люксембурга, Норвегии, Польши, Румынии, СССР, Финляндии, Франции, Чехословакии, Югославии. На европейском театре военных действий были самые большие людские и материальные потери.

Вооруженная борьба в Азии проходила на территории 10 стран: в Бирме, Голландской Индии, Индии, Китае, Корее, Малайе, Таиланде, Филиппинах, Французском Индокитае, Японии; в Африке — 11 государств: в Алжире, Египте, Кении, Ливии, Марокко, Британском и Итальянском Сомали, Судане, Тунисе, Эритрее, Эфиопии. Военные действия здесь велись преимущественно на узких участках фронта или носили очаговый характер: в них участвовало значительно меньше сил и средств, особенно танков, авиации, артиллерии, чем в Европе, и соотношение потерь было иное.

Вне сферы вооруженной борьбы в годы Второй мировой войны находился весь американский континент. Из 22 американских государств, объявивших войну странам фашистского блока, только США, Канада, Мексика и Бразилия в разной мере участвовали в войне своими вооруженными силами.

Большой размах имели военные действия на океанских и морских театрах военных действий. Они охватывали обширные акватории, архипелаги и острова Тихого, Атлантического, Северного Ледовитого, Индийского океанов, Средиземного, Балтийского, Черного и многих других морей.

Вооруженную борьбу в годы Второй мировой войны вели массовые многомиллионные армии, многочисленные военно-воздушные и военно-морские силы. Если в 1939–1940 гг. воевавшие государства в Европе имели под ружьем 10–13 млн человек, то к началу 1945 г. общая численность вооруженных сил обеих коалиций превышала 150 млн человек. В антифашистской коалиции наиболее крупными вооруженными силами обладали СССР, США, Великобритания, Китай. Значительные людские контингенты были мобилизованы в Индии, Австралии, Канаде, однако степень их боевого использования была неодинаковой. С наибольшим напряжением сражались Вооруженные Силы СССР. США и Англия, имея многомиллионные армии, направляли на действующие фронты незначительную часть войск: вплоть до 1944 г. там было около трети Вооруженных сил США и Великобритании. Основная же масса их войск не оказывала непосредственного влияния на ход вооруженной борьбы и ее результаты. И, конечно, не имела боевых потерь.

Это подтверждается и особенностями фронтов и театров военных действий, которые существовали в ходе Второй мировой войны. Место и роль каждого из них, масштабы, напряженность и результативность военных действий были различными в зависимости от решительности и бескомпромиссности политических и стратегических целей вооруженной борьбы, применяемых сил и средств (количество и качество) и ряда других обстоятельств. Из восьми стратегических фронтов и театров военных действий самым масштабным, активным и результативным был советско-германский фронт. На нем решались основные политические и стратегические задачи Второй мировой войны, здесь были сосредоточены основные силы противоборствующих сторон и здесь были достигнуты основные результаты в пользу антигитлеровской коалиции.

Здесь были и самые большие потери личного состава войск и военной техники. Достаточно отметить, что до лета 1944 г. на советско-германском фронте находилось в среднем в 15–20 раз больше вражеских войск, чем на других фронтах, где действовали армии США и Англии (Северная Африка, Италия). С июня 1944 г. количество соединений вермахта, действовавших против американских, английских и французских войск на европейском ТВД, существенно возросло, но и тогда их было в 1,8–2,8 раз меньше, чем на советско-германском фронте. Следовательно, ход и исход вооруженной борьбы в годы Второй мировой войны определялись противоборством воюющих сторон именно на советско-германском фронте⁴⁷.

Для отпора фашистской агрессии и разгрома врага в ходе войны численность действующей армии Советского Союза непрерывно возрастала. Если в июне 1941 г. она составляла 2,9 млн человек, то в последующем достигла 6,7 млн человек. На фронте от Баренцева до Черного моря на различных этапах войны с обеих сторон находилось от 8 до 12,8 млн человек, от 84 до 163 тыс. орудий и минометов, от 5,7 до 20 тыс. танков, САУ (штурмовых орудий), от 6,5 до 18,8 тыс. самолетов. Активные боевые действия войск составляли 93% времени существования фронта. Ни на одном из других фронтов не было столь напряженной и ожесточенной борьбы, в том числе на западноевропейском, когда произошло открытие второго фронта, о котором нередко пишут как о главном фронте Второй мировой войны в связи с тем, что здесь действовали Вооруженные силы США. Однако факты истории неопровержимы: действия союзников на западноевропейском фронте развернулись тогда, когда силы фашистской Германии были истощены. Там находилось от 56 до 75 дивизий вермахта, т. е. в несколько раз меньше, чем на советско-германском фронте. Боеспособность немецких войск на западе была ниже, чем на востоке, значительная часть их предпочитала сдаваться в плен, а не оказывать сопротивление англо-американским войскам. Боевые потери вермахта убитыми и ранеными в Западной Европе были во много раз меньше, чем на советско-германском фронте. В июне — июле 1944 г. в результате потерь в составе немецко-фашистской армии на всех ТВД было расформировано 34 дивизии, из них 29 — на советско-германском фронте. Общие потери вермахта с начала боев в Нормандии до конца сентября 1944 г. составили 460 тыс. человек — меньше, чем в одной только Белорусской операции. В июне — декабре 1944 г. противник потерял на западноевропейском фронте в 2,5 раза меньше войск, чем за это же время на советско-германском.

Примерно такая же картина характерна и для других фронтов. Так, в боях в Северной Африке, Италии и других районах Средиземноморья вермахт, по данным гитлеровского командования, с 1940 по весну 1945 г. потерял убитыми, ранеными, пленными и пропавшими без вести около 550 тыс. человек — значительно меньше, чем в любой из восьми кампаний на советско-германском фронте.

Во многом иное положение с военными действиями и потерями в живой силе и военной технике было на морских театрах. Так, в битве за коммуникации в Атлантике соотношение потерь изменялось в пользу союзников и антигитлеровской коалиции. Если в 1942 г. они у них превышали 6 млн брт, то в 1943 г. снизились до 1,9, а в 1944 г. — до 0,5 млн брт. Потери же противника, в частности немецких подводных лодок, из года в год возрастали: в 1944–1945 гг. они более чем в 10 раз превысили уровень 1939–1940 гг.

Всего флот Германии за войну потерял 780 подводных лодок и 75 надводных кораблей основных классов, причем 90% потерь лодок — в Атлантическом океане и прилегающих к нему морях.

Об общих потерях стран антигитлеровской коалиции уже говорилось. Но не все они относятся к цене победы, определение которой связано с потерями и издержками активной борьбы с фашистско-милитаристскими государствами, в первую очередь вооруженной борьбы. Наибольшими они оказались у Красной армии, которая вела военные действия на главном фронте Второй мировой войны. Но и у противника — фашистской Германии и ее союзников — они были большими, сравнимыми с потерями и издержками Красной армии. Можно говорить о большой цене поражения для агрессора и о большой цене победы для победителя.

Но при этом не следует забывать и того исторического факта, что до нападения на нашу страну фашистский вермахт прошел по странам Европы, можно сказать, триумфальным маршем. Ни одна европейская армия не смогла противостоять агрессору. Столкновения с вермахтом не выдержали и лучшие тогда армии Европы — французская и английская, которые сумели продержаться в борьбе с противником всего несколько недель. Но Красная армия, пережив полосу неудач и поражений, остановила агрессора, а затем и нанесла ему смертельный удар.

В ожесточенных сражениях на советско-германском фронте Красная армия потеряла убитыми, попавшими в плен и не вернувшимися из него, а также умершими от ран и болезней 8668,4 тыс. человек (в том числе и потери в кампании на Дальнем Востоке)⁴⁸. Кроме того, были миллионы раненых, контуженных, обмороженных. С этими потерями Красной армии соизмеримы потери Вооруженных сил Германии и армий ее союзников.

Аналогично обстоит дело и с потерями военной техники. Потери Красной армии составили: танков и САУ — 96,5 тыс.; орудий и минометов — 317,5 тыс., боевых самолетов — 43,1 тыс. единиц. Потери противника на советско-германском фронте составили 75% от общих потерь Германии в годы Второй мировой войны. Она (без учета потерь ее союзников в Европе) потеряла: танков и самоходных орудий — 50 878, орудий и минометов — 493 439, боевых самолетов — 101 671.

Чтобы иметь верное, а не предвзятое представление о цене нашей победы, недостаточно иметь в виду лишь общие данные о потерях. Следует учитывать и их характер на различных этапах войны. Факты свидетельствуют, что наибольшие потери наши войска несли в 1941–1942 гг., когда они вынуждены были вести военные действия, не будучи полностью укомплектованными и отмобилизованными, приведенными в полную боевую готовность. Эффект неожиданности, внезапности нападения агрессора долгое время оказывал отрицательное воздействие на части Красной армии. В целом период войны с 22 июня 1941 по 18 ноября 1942 г. оказался самым неблагоприятным. В это время советские войска понесли большие потери в ходе ожесточенных приграничных сражений под ударами превосходящих сил противника, во время отступлений, окружений и т. д. Вермахт тогда имел несомненные преимущества в боевом опыте, маневренности и сосредоточении сил на направлениях главных ударов. Однако и в этих условиях Красная армия наносила немецким войскам ощутимые удары. Уже через несколько дней после нападения, 29 июня, начальник генерального штаба сухопутных войск вермахта генерал Гальдер записал в дневнике: «Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности и отступления от уставных принципов: теперь это уже недопустимо»⁴⁹.

В ходе войны наши войска, командиры, военачальники, рядовые довольно быстро и основательно учились воевать по-новому, овладевать искусством ведения как оборонительных, так и наступательных боев и операций, управления войсками. Неуклонно росла техническая оснащенность Красной армии. Критически осваивался опыт боев и сражений, активно развивалась военная теория, выводы которой находили применение в военной практике. Красная армия получала все большую морально-психологическую поддержку населения страны. Призыв «Все для фронта, все для победы!» выступал активно действующим фактором борьбы с агрессором. Все это положительно сказалось как на эффективности действий советских войск, так и на уменьшении числа их потерь. Свидетельством тому являются все ключевые сражения и битвы Великой Отечественной: Московская, Сталинградская, Курская, сражения 1944 г. и Битва за Берлин. Это подтверждается следующими данными: если безвозвратные потери наших войск в 1941 г. составили 27,8% от их общих потерь, а в 1942 г. — 28,9%, то уже в 1943 г., когда произошел коренной перелом в войне, безвозвратные потери уменьшились до 20,5%. Значительно меньшими они стали в 1944 и 1945 гг.: соответственно 15,6 и 7,1%.

При этом нужно учесть, что в 1944–1945 гг. Красная армия вела сражения не только на своей территории, но и на территории освобождаемых стран, в том числе и на территории самой Германии; она несла жертвы не только во имя независимости своей Родины, но и ради освобождения от фашизма народов других стран. Так, при освобождении Польши Красная армия потеряла более 600 тыс. солдат и офицеров, Чехословакии — около 140 тыс., Венгрии — 140 тыс., Румынии — около 69 тыс., Югославии — около 8 тыс., Австрии — 26 тыс., Норвегии — более 3 тыс.

Приведенные выше факты и данные говорят: кощунственно звучат слова В. Астафьева о том, что мы закончили войну, «не умея воевать. Мы залили своей кровью, завалили врага своими трупами». Беспочвенны и утверждения многих публицистов, что победа наших войск якобы достигалась благодаря многократному численному превосходству над противником, ценой неисчислимых жертв.

Они показывают также несостоятельность применяемого многими авторами приема сравнения потерь по различным основаниям. Например, у агрессора берутся только безвозвратные потери войск в ходе боевых действий, к тому же без учета потерь войск союзников гитлеровской Германии — Италии, Румынии, Венгрии, Финляндии и других стран, а также инонациональных легионов, сражавшихся в составе немецко-фашистских войск. А это немалая часть вражеских потерь! В то же время у Советского Союза учитываются безвозвратные потери всего населения страны, в том числе уничтоженные фашистами в концлагерях, расстрелянные мирные жители в ходе карательных операций, а также умершие от голода и болезней. Часто не учитывается, что в число безвозвратных потерь Советского Союза вошли и предатели Родины, сражавшиеся против Красной армии.

Нельзя не упомянуть и о том, что многие авторы ссылаются на работы, изданные в западных странах, в которых людские потери гитлеровской Германии во Второй мировой войне занижены. К тому же нередко не учитывается, что в большинстве западных публикаций людские потери Германии приведены только в границах рейха (1937 г.), а потери австрийцев, судетских немцев и лиц иностранного происхождения, служивших в вермахте, в эти данные не включены. Кроме того, известно, что в 1945 г. учет потерь вермахта страдал большими неточностями и мало соответствовал действительности.

Более того, отдельные «исследователи» проблемы цены победы нарушают нормы элементарной логики, а то и просто фальсифицируют данные. Особенно отличается этим доктор филологии Б. Соколов, который в 1990 г. в книге «Цена победы» насчитал 14,7 млн павших советских воинов, а в 1993 г. в статье «Цена потерь — цена системы»⁵⁰ довел число погибших Красной армии до 26,4 млн человек. Если в первом случае Красная армия потеряла убитыми по сравнению с вермахтом больше в 3,8 раза, то во втором — в 10 раз. Не отстают от Б. Соколова и некоторые известные писатели и ученые, в том числе историки⁵¹.

Историческая истина, подтвержденная реальными событиями и документами, объективными исследованиями, свидетельствует, что победа над немецко-фашистскими войсками была достигнута благодаря превосходству военного искусства, героизму воинов, усилиям всех народов СССР.

Однако истина состоит и в том, что цена победы могла быть и не такой высокой. Причин, почему цена победы оказалась выше, чем могла быть, немало. Одна из них заключена в просчетах и ошибках политического и военного руководства страны, которое неверно оценило ход и перспективы войны на Западе, полагая, что она там затянется и будет время для подготовки страны и Красной армии к отражению агрессии. Из-за этого не были своевременно проведены необходимые мероприятия по приведению вооруженных сил в боевую готовность.

В число причин, обусловивших размеры потерь наших войск, следует включить и неверное представление у политического и военного руководства страны о военно-техническом характере возможной войны с фашистской Германией. Так, оно исходило из представления о том, что война, когда она станет фактом, будет иметь начальный период, который позволит мобилизовать и людские резервы, и экономику, и транспорт, как это было в Первой мировой войне. Но война началась и протекала иначе. Из-за этого отчасти не была своевременно обеспечена боеготовность войск приграничных военных округов и не создана организация управления вооруженными силами.

На величине потерь сказалась также слабая профессиональная подготовка многих командиров и военачальников, недостаточная подготовка командных кадров запаса, мобилизованных в армию с началом войны. Военное командование далеко не всегда решало стратегические, оперативные и тактические задачи ценою минимума жертв. Нередко, особенно в начале войны, брали верх не умением, а числом. Определенная часть потерь была обусловлена крупными просчетами в управлении войсками и их несвоевременным материально-техническим обеспечением. Наиболее показательно это проявилось в Любанской наступательной операции Волховского фронта (1942 г.), когда после прорыва обороны противника на узком участке фронта войска вели тяжелые бои в полуокружении и в окружении. Неумелое руководство стало главной причиной того, что, например, за полгода боевых действий войска 2-й Ударной армии потеряли свыше 66 тыс. убитыми, пропавшими без вести и пленными.

Крупные недостатки и просчеты в управлении приводили к неоправданным потерям людей и военной техники (например, в Харьковском сражении в мае 1942 г.). Большие потери несли наши войска при прорыве подготовленной обороны противника на начальных этапах ряда успешных в целом наступательных операций, в том числе и Берлинской 1945 г.

Дорого обошлась Советскому Союзу и оттяжка с открытием второго фронта в Европе, которая наряду с объективными трудностями союзников обусловливалась также их политическими расчетами и стремлением к экономии своих сил.

Цену нашей победы характеризует и тот исторический факт, что советский народ понес жертвы в борьбе с фашизмом, в борьбе, в которой решался вопрос о его жизни и смерти, судьбе государства, независимом национальном существовании. И нужно уметь отличать жертвы, понесенные в ходе бескомпромиссной борьбы с агрессором ради победы над ним, от жертв войны и ее последствий.

Победоносное окончание Великой Отечественной войны — это величайший в истории человечества подвиг советского народа; взлет человеческого духа, небывалый подъем материальных и духовных сил народа, созидающего общество на принципах социальной справедливости. Подвиг был подготовлен всей историей нашей страны, а непосредственно — строительством социалистического общества, для которого были характерны патриотизм и интернационализм, приоритет образования, культуры, забота о здоровье населения. Он формировался динамичным развитием экономики, науки и техники, социальных отношений, превращением общественного и индивидуального сознания из преимущественно религиозного в рациональное, объективно-научное.

В историческом подвиге советского народа своеобразно соединились, слились личностное и социальное, индивидуальное и общественное, что намного подняло параметры нравственности народа, способствовало его высокой неуязвимости к отрицательным явлениям и процессам, с одной стороны, а с другой — создавало всеохватывающие предпосылки для успешной борьбы с агрессором, массового героизма на протяжении всей войны.

Цена победы советского народа над фашистской Германией — это выражение результатов ожесточенной борьбы, в которой решался вопрос о жизни и смерти СССР, его народов, материальной и духовной культуры, о жизни и смерти человеческой цивилизации; выражение обретений и жертв. И где те весы, на которых можно измерить: достаточными, избыточными или нет были эти жертвы?

Никому не дано забыть, что люди нашего времени самим своим существованием, своей свободой обязаны Советскому государству, его Вооруженным Силам, выполнившим великую освободительную миссию во Второй мировой войне. Память об этом побуждает бережно хранить плоды Великой Победы над фашизмом: она была, есть и будет точкой опоры народов России, фактором ее устойчивого развития.

Глава 1.5. Символы Великой Отечественной войны и их значение

Символы Великой Отечественной войны есть концентрированное выражение ее смысла. Можно сказать и по-другому. Символы — это такие предметы, действия, образы, которые служат условным обозначением определенных понятий, идей, событий и в сжатом виде передают их смысл и значение. Символами удобно оперировать, поскольку когда мы используем их, то одно лишь правильно подобранное слово вызывает у читателя (зрителя, слушателя) целый ряд образов и ассоциаций. Символы Великой Отечественной воплощают в себе ее характер как войны справедливой, всенародной, Отечественной и Великой по своему значению в истории России, Советского Союза и в истории всего человечества, в их судьбах.

Главным символом Великой Отечественной войны является одержанная в ней победа, ставшая результатом героических, многолетних усилий нашего народа и потребовавшая от него больших жертв.

Победа позволила нашему народу не просто выжить, сохраниться, но и обеспечила ему великое будущее. При этом победа имеет значение, далеко выходящее за национальные рамки. Как справедливо сказал президент США Ф. Рузвельт: «Русские, спасая себя, спасли весь мир».

Важнейшим символом Великой Отечественной войны является Подвиг, совершенный нашим народом.

Подвиг — это чрезвычайное напряжение духовных и физических сил, выходящее за пределы возможного в повседневной жизни. Он совершается ради достижения великой цели, рядом с которой все остальное не важно, не существенно.

Подвиг — это преодоление препятствий, неблагоприятных обстоятельств, сопротивления врага, собственных слабостей и недостатков.

Подвиг — это всегда самопожертвование. Готовность к нему не спонтанна. Напротив, она изначально осознанна, даже в чем-то рассудочна. Самопожертвование всегда сопряжено с физическими, материальными и другими утратами, а жизнь в этом ряду есть окончательная, фатальная жертва. Сам момент ее принесения диктуется конкретными обстоятельствами и особым эмоциональным состоянием — это верно. Но неправда, что Александр Матросов, Николай Гастелло, Зоя Космодемьянская и тысячи других героев в горячке боя не отдавали себе ясного отчета в своем поступке. Принципиальное решение ими было принято давно, они были готовы к жертве, к Подвигу, и потому оказались на него способны.

Подвиг — это еще и искупление. В жизни каждого человека много всего намешано: хватает и грязи, и грехов, и заурядных ошибок, тяжким грузом давящих на совесть. Через Подвиг мы обретаем очищение. Неслучайно в советских штрафных частях существовало незыблемое правило искупления вины кровью. Показательно, что для немецких штрафников аналогичная практика отсутствовала.

Подвиг всегда бескорыстен. Он не нуждается в специальном признании, поощрении званиями и орденами. Конечно, все названное по справедливости должно сопровождать Подвиг, но ведь не ради наград он совершается?

Подвиг немыслим без патриотизма, который есть его подлинная и главная мотивация. Любовь к Родине, вбирающая в себя мириады разных явлений, событий, близких и незнакомых людей, делает человека по-настоящему сильным.

Подвиг есть высшая форма нравственности. При этом важно правильно оценить проявления героического в армии противника. Да, немцы тоже могли жертвовать собой, но это явление иного, более низкого, порядка, ложного смысла. Как несовместимы Гений и Злодейство, так несовместимы Злодейство и Подвиг.

Еще один неотъемлемый символ Великой Отечественной войны — Освобождение от фашизма.

Тема освободительной миссии Красной армии звучит сейчас особенно актуально в связи с многочисленными попытками извратить ее характер и принизить подвиг советского солдата, которые в последнее время заметно активизировались.

Оставляя сейчас в стороне мировоззренческие различия в понимании свободы, хочу подчеркнуть главное: для Европы военного времени понятия Освобождение и Спасение были практически синонимами.

Многие победы Великой Отечественной войны также являются ее важными символами. Московская, Сталинградская, Курская битвы, сражения на Днепре, за Кенигсберг, Будапешт, Берлин и другие по праву находятся в этом ряду.

Каждый военный год — это тоже символ. Называем 1941 год — и вызываем в памяти ряд определенных ассоциаций, вспоминаем 1945-й — и возникает другой ряд образов. Конечно, очень важно — какие это образы и ассоциации. И здесь многое зависит от позиции историков. Для лучшего понимания этого тезиса приведем пример, связанный с началом войны. Посмотрите, какие его трактовки сегодня являются доминирующими? Почти исключительно негативные. Отсюда и соответствующий словарный ряд: неготовность, ошибки, преступления, поражение, плен, предательство, отступление, катастрофа. Эти слова-символы (точнее, антисимволы) применительно к 1941 г. уже прочно внедрены в общественное сознание. И это плохо, потому что не соответствует правде истории.

Парадокс, но 1941 год явно недооценен в позитивном отношении. Очень часто, в разной связи и по разным поводам, повторяются одни и те же тезисы о тяжелых поражениях Красной армии в первые месяцы войны и о значении Московской битвы. Яркие трагедийные краски начала войны и грандиозная панорама Московской битвы действительно затрудняют объективную оценку общей картины.

Между тем, именно по итогам 1941 г. опасность возможного военного поражения Советского Союза была сведена к минимуму. Пусть до победы оставалось больше трех лет, но для нее уже были созданы необходимые предпосылки. В пользу этого утверждения свидетельствует многое:

1. В последние мирные месяцы 1941 г. была проделана грандиозная работа по подготовке страны и ее вооруженных сил к войне, что в конечном счете помогло выстоять.

2. Удалось избежать нападения Германии в мае и оттянуть его на конец июня, что существенно сказалось на ходе всей кампании. Вообще, попытки Сталина выиграть время и сделать войну в 1941 г. не возможной заслуживают пристального внимания. В этой связи по-иному видятся и его «недоверие предупреждениям», и «боязнь провокаций», и «вера в честное слово Гитлера».

3. СССР смог не допустить войны на два фронта и параллельно заложить основы прочного сотрудничества в рамках антигитлеровской коалиции.

4. Самое важное: несмотря на тяжелейшие поражения и утрату колоссальной территории с многомиллионным населением, Советский Союз выдержал удар, не распался, как предрекали многие. Страна и армия не потеряли управляемость и, постепенно оправившись от страшного шока, преодолели инерцию мирного сознания. Блестяще организованная эвакуация миллионов людей, тысяч предприятий, огромных материальных ценностей позволила уже в 1942 г. превзойти Германию по выпуску основных видов военной продукции.

5. Наконец, именно в 1941 г. удалось не только отстоять Ленинград и Москву, но остановить врага и нанести ему первые поражения.

Сталин как фактический глава государства и Верховный главнокомандующий, безусловно, также является одним из символов Великой Отечественной войны.

Роль И. В. Сталина давно нуждается в глубоком осмыслении. Его деятельность в предвоенный (особенно в 1937–1941 гг.) и военный (1941–1945 гг.) периоды рассматривается во многих работах, но не системно — фрагментарно. К тому же авторы в большинстве случаев вольно или невольно становятся заложниками своего отношения к этой личности. Отсюда либо безоговорочное одобрение Сталина, либо столь же категоричное осуждение. На наш взгляд, сплошное очернительство выглядит даже более беспомощно, чем голая апологетика — ненависть в этом случае ослепляет сильнее любви. Нужен взвешенный, серьезный, беспристрастный, аргументированный подход.

В связи с Великой Отечественной войной большое значение имеют государственные символы — герб, гимн, флаг Советского Союза, Знамя Победы.

Особое место принадлежит таким символам Великой Отечественной войны, как памятники. Вспомним здесь символические изображения Родины-матери и прежде всего грандиозное сооружение в Волгограде (Сталинграде) на Мамаевом кургане. Этот мемориальный комплекс — незабываемый образ Советского Союза, стойкости его народов, Красной армии и тружеников тыла, поднявшихся на смертельный бой с фашизмом.

Величествен символ воина Красной армии — победителя, установленный в берлинском Трептов-парке. Это скульптурный образ освободителя народов, находившихся под гнетом фашизма, и одновременно — символ высшей гуманности воина-победителя.

Вспомним другие замечательные памятники: героическим защитникам Брестской крепости, городов-героев Москвы, Ленинграда, Севастополя и многие-многие другие.

Война с советскими памятниками, развернувшаяся в последние годы в европейских государствах (Польша, Чехия, Словакия), бывших советских республиках (Латвия, Литва, Эстония, Украина), — позор для этих стран и их народов. Черная неблагодарность, историческое беспамятство, животная злоба относятся к числу худших человеческих качеств. Война с символами Великой Победы над фашизмом разоблачает тех, кто ее ведет, обнажает их собственную фашистскую сущность.

По символам Великой Отечественной войны, а через них и по ее высоким смыслам, наносятся также мощные информационные удары. Они имеют задачей дегероизацию отечественной истории, а в конечном счете — ослабление духовно-нравственного потенциала нашего общества. Фальсификация истории Великой Отечественной войны сопровождается настойчивым внедрением ложных образов и понятий, принижающих и оскорбляющих вооруженных защитников нашего Отечества, всех нас.

Последнее десятилетие XX и начало XXI века показали, что информатизация — это не просто часть научно-технического прогресса, а явление более глубокое. Как историческое, так и социальное, культурное и в целом цивилизационное.

Информатизация общества меняет его качественно не только в техническом отношении, но и главным образом в социальном и духовном отношениях. Ибо информация — это прежде всего знания о чем-либо, сведения в какой-либо области, отчужденные от их носителя-субъекта в результате передачи другим людям или выраженные в какой-либо информационно-знаковой форме, сохраняемые в письменных (печатных) источниках и технических устройствах. А знание, как известно, это сила, и потому можно согласиться с писателем Фредериком Форсайтом, который заметил: «Информация означает власть. Знание того, что происходит, и, что более важно, того, что произойдет, дает человеку больше власти, чем политическая должность и даже деньги».

Не будет преувеличением сказать, что духовная сфера российского общества, в том числе и ее информационная составляющая, находится в кризисном состоянии. Оценки прошлого и настоящего не только различны, но порой прямо противоположны; в состоянии противоборства находятся идеи и взгляды на перспективы развития России, на ее место и роль в мировом сообществе; идет явная и скрытая борьба различных социальных сил за умы и души людей по коренным мировоззренческим, нравственно-этическим, эстетическим и другим жизненно важным проблемам, от хода и исхода которых во многом зависит судьба России.

В современной информационной войне, ведущейся против нашей страны, участвуют как внешние силы, так и внутренняя оппозиция. Преследуя опасные для России цели, они используют современные электронно-технические средства и способы хранения, переработки, востребования и распространения информации, с помощью которой прививается населению России чувство национальной униженности и вины за свое прошлое; навязывается порочный образ жизни, всячески дискредитируется исторический путь развития самой России, особенно советский период; культивируется безнравственность, пошлость, насилие; формируются в сознании российских людей разрушительные, деструктивные психологические программы жизнедеятельности; под флагом возрождения России обществу вместо науки, научного знания навязываются различного рода верования, предрассудки, знахарство, оккультизм и т. п.

В информационной психологической войне против России особое место занимает военная тематика. Она используется для того, чтобы духовной жизни общества придать ярко выраженные черты антиисторизма и антипатриотизма. Это не случайно: военные подвиги народов России, ратные дела ее народов по защите страны от иноземных захватчиков с Востока, Запада и Юга в ее истории всегда были структурообразующими. Великие исторические события прочно вошли в общественное сознание народов России, стали важнейшим элементом их исторической памяти, а также фактором общественного развития. На это обстоятельство справедливо обратил внимание Президент России В. В. Путин, постоянно подчеркивающий, что чрезвычайно «важно беречь историческую ратную память Отечества», что, опираясь на тысячелетнюю историю, «мы обретаем внутреннюю силу и смысл национального развития».

Нет сомнения, что именно в этом заключена одна из причин, почему с настойчивостью, достойной лучшего применения, внешние и внутренние недруги России распространяют различные домыслы, сомнительные факты, а то и просто ложь о военной истории нашей страны, особенно о такой ее странице, как Великая Отечественная война 1941–1945 гг. Используя в этих целях различные жанры и формы информации, они стремятся отравить историческое сознание народов России и таким путем ослабить ее, сделать уязвимой, беспомощной.

В последнюю четверть века многие средства массовой информации тиражируют различные фальшивые материалы, чтобы доказать, что не фашистская Германия была агрессором и напала на нашу страну, а Советский Союз готовил нападение на Германию, и потому последняя была-де вынуждена начать превентивную войну. В этих целях даже в школьных учебниках так называемый пакт Молотова — Риббентропа 1939 г. характеризуется как преступный, а оборонные мероприятия, проводившиеся накануне войны Советским Союзом, объявляются неоправданными. Как будто не было Мюнхенского сговора западных стран с Гитлером, после чего Европа оказалась под властью нацистской Германии, не было желания западных стран направить агрессора на Восток, в сторону СССР!

В информационной войне против России извращаются важнейшие события Великой Отечественной войны, но особенно циничны попытки оболгать, опорочить Великую Победу советского народа, ее творцов — Красную армию, советский народ, военное и политическое руководство страны.

Особо настойчиво тиражируются в информационной войне против нашего народа попытки представить победу, одержанную Советским Союзом, как достигнутую вопреки существовавшему в СССР общественному строю, но благодаря генералу Морозу, пространствам России и бездорожью, неисчислимости людских ресурсов СССР, помощи союзников — США и Англии, т. е. тем обстоятельствам, на которые ссылались и гитлеровские генералы, оправдывая поражения германских войск от Красной армии. Таким путем многие «исследователи» истории Отечественной войны принижают военный подвиг советских солдат и полководцев, талант и мастерство инженеров и организаторов производства, героизм и стойкость народа в целом.

Принижая Великую Победу Советского Союза над фашизмом, фальсификаторы — оруженосцы информационной войны рассуждают так, как в свое время рассуждал лакей Смердяков в романе Ф. М. Достоевского «Братья Карамазовы». В разговоре с Марьей Кондратьевной он говорил: «В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского Первого, отца нынешнему, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы: умная нация покорила бы весьма глупую-с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки-с». Но вот не задумываются, очевидно, последователи Смердякова о том, какие же порядки установил бы германский фашизм в случае победы. Но человечество знает о фашистском «новом порядке» и потому осудило его морально, а Нюрнбергский трибунал покарал преступников.

В день, когда Германия напала на СССР, на территорию нашей страны, помимо прочих войск, вошли 19 рот пропаганды и шесть взводов военных корреспондентов СС (фото-, кино- и радиорепортеры, специалисты по разработке, изданию плакатов, листовок, сотрудники фронтовых газет, переводчики). Взводы и роты пропаганды были в каждой армии. На апрель 1943 г. численность подразделений пропаганды вермахта достигла 15 тыс. человек.

Все три года оккупации они усердно, по-немецки аккуратно, трудились, располагая уникальным административным ресурсом и финансированием. То, что эти 15 тысяч «наработали» на идеологическом фронте, вернулось к нам сегодня. В том числе — в виде мифа о миллионе русских, воевавших за Гитлера.

Этот миф лишь один из многих показательных примеров внедрения негативных стереотипов в общественное сознание. Как правило, черные мифы о войне передаются одной хлесткой фразой, которая начинает обрастать аргументами, статьями, авторитетами.

Вот некоторые примеры: трупами немцев завалили; Жуков не жалел солдат; Жуков был мясником; любимая поговорка Жукова — «бабы новых нарожают»; Сталин предал своих военнопленных, потому что не подписал Женевскую конвенцию; в начале войны Сталин впал в прострацию; одна винтовка была на троих; с шашками шли на танки; войну выиграли штрафбаты; заградотряды стреляли в спину своим из пулеметов; из лагеря — в лагерь, из гитлеровских концлагерей наши пленные попадали в ГУЛАГ; подвигов Космодемьянской, Матросова, Гастелло, 28 панфиловцев и др. не было, а если были — то не такие, и вообще это подвиги других людей; миллион русских воевал за Гитлера (вариант — 10 млн); Власов и Каминский были истинными героями России; решающую роль в победе сыграл ленд-лиз; советские солдаты изнасиловали два миллиона немок и др.

Ложь, ложь, ложь...

Каждый из этих мифов разоблачен детально и аргументированно.

Например, с самых первых лет исторической «перестройки» нашего сознания нам внушается, что Красная армия творила в Европе неслыханные зверства. Книга англичанина Энтони Бивора о взятии Берлина в свое время была сделана европейским бестселлером. Одна из ключевых тем сего творения — зверства Красной армии. Среди всего прочего, по подсчетам Э. Бивора, советские солдаты изнасиловали 2 млн немок: «Русские солдаты насиловали всех немок от 8 до 80 лет. Это была армия насильников».

Стыдно, но этот миф проник и в Россию. Некоторые современные исследователи заполонили свои «труды» самыми устрашающими подробностями учиненных советскими войсками зверств. А за рубежом выходят все новые и новые книги, например «Добыча» Ингеборги Якобс; выпускаются документальные и художественные фильмы, например «Безымянная — одна женщина в Берлине» Макса Фербербека.

Но так же как и с «нацистско-советской войной» и «миллионом русских за Гитлера», первым запустил в массы историю о русских варварах-насильниках не кто иной, как Геббельс. Это слова из его статьи в гитлеровском официозе «Фелькишер беобахтер» («Народный обозреватель») за 2 марта 1945 г.: «В лице советских солдат мы имеем дело со степными подонками. Это подтверждают поступившие к нам из восточных областей сведения о зверствах. Они действительно внушают ужас. Их невозможно даже воспроизвести в отдельности. Прежде всего, следует упомянуть об ужасных документах, поступивших из Верхней Силезии. В отдельных деревнях и городах бесчисленным изнасилованиям подверглись все женщины от 10 до 70 лет. Это делается по приказу сверху, так как в поведении советской солдатни можно усмотреть явную систему».

А вот подлинный текст приказа И. В. Сталина от 19 января 1945 г.: «Офицеры и красноармейцы! Мы идем в страну противника... Оставшееся население на завоеванных областях, независимо от того немец ли, чех ли, поляк ли, не должно подвергаться насилию. Виновные будут наказаны по законам военного времени. На завоеванной территории не позволяются половые связи с женским полом. За насилие и изнасилования виновные будут расстреляны».

Тиран Сталин грозил виновникам расстрелом за насилие, а демократ американский генерал Эйзенхауэр заявлял прямо противоположное: «Все население Германии параноидально. И нет никаких причин обращаться вежливо с этими параноиками».

Политический режим СССР был жестким, но не мстительным. Никакого планомерного истребления вчерашних врагов никогда не проводилось и не планировалось. Напротив, 11 мая 1945 г. были утверждены нормы снабжения продовольствием населения оккупированного Берлина. Из постановления Военного совета 1-го Белорусского фронта: «...Исходя из установленных ГКО норм снабжения продовольствием г. Берлина в среднем на одного человека в день: хлеба — 400–450 г, крупы — 50 г, мяса — 60 г, жиров — 15 г, сахара — 20 г, кофе натурального — 50 г, чая — 20 г, картофеля и овощей, молочных продуктов, соли и других продовольственных товаров — по нормам, установленным на месте, в зависимости от наличия ресурсов ˂...˃ доложить Военному совету свои соображения о возможных нормах и порядке выдачи молочных продуктов населению Берлина, а также о возможности передачи минимально необходимого самоуправлению Берлина молочного скота из числа трофейного». Пленный военнослужащий вермахта получал паек 600 г хлеба в день.

Защита символов Великой Отечественной войны — часть гораздо большей задачи по сохранению, укреплению и развитию исторического сознания нашего народа.

Отстаивание исторической истины, разоблачение фальсификаций необходимо вести, имея в виду, что прошлое — не «преданья старины глубокой», имеющее лишь сугубо познавательный интерес. Оно должно служить своего рода лакмусовой бумагой, выявляющей проблемы сегодняшнего дня, помогающей понять и оценить современность. Отечественную историю необходимо анализировать в трояком плане: за что боролись старшие поколения, чего они добились, какова судьба их наследия.

Самосознание людей нельзя сформировать просто и разово — президентским указом или официальным запретом на «фальсификацию истории». Черные мифы не побеждаются постановлениями. Но чувство гордости за свою историю можно и должно формировать: и через пропаганду, и через произведения искусства, и через труды историков.

Пересмотр итогов Второй мировой войны ни больше ни меньше есть часть большого плана по изъятию у России ресурсов и территорий — мирно, официально и в рамках международного права.

Первый шаг здесь уже сделан. Назначаются виновники войны. Ее, как теперь считается, начали Гитлер со Сталиным, Третий рейх и СССР, подписав секретные протоколы к пакту Молотова — Риббентропа.

Шаг второй. Определяются проигравшие в войне. Раз ее начали силы Зла, то победили в ней силы Добра. Зло — тирания (Сталин с Гитлером), Добро — Америка, Британия. Сталин хитростью затесался в ряды победителей, но все равно в итоге сталинизм (равный нацизму) потерпел крах. Частично — в 1956-м, а окончательно — в 1991-м.

Шаг третий. Определяется наказание для виновных в развязывании войны. Германия как бы за все уже расплатилась в 1945-м, а вот Россия как преемница СССР еще нет. И теперь должна вернуть «незаконно оккупированные» Калининградскую область, Курильские острова, Сахалин, Карелию, а заодно Приморье, Кавказ. Россия должна уйти навсегда с постсоветского пространства, подчинить другим странам свои бизнес-интересы.

Все делается чисто информационными методами. Воевать за Курилы и Восточную Пруссию, может быть, никто с Россией и не будет. Нужно только нам самим поверить в то, что отдать — это правильно и справедливо. Как в 1991-м, когда страна совершенно без всякой войны понесла территориальные потери, невиданные в истории.

Какими силами, средствами, методами может и должно осуществляться противодействие информационным атакам на нашу историю? Очевидно, что поскольку фальсификация истории является универсальной угрозой, то и противостоять ей должны и государство, и общество. При этом нельзя забывать, что противодействие — активность вторичная, усилия ответные. Первичным является позитивное раскрытие исторической правды.

Необходимы:

1. Инициирование на государственном уровне комплекса актуальных научно-исследовательских работ по исторической тематике. Данные разработки должны получить финансовую, информационную и другую необходимую поддержку со стороны государства.

2. Консолидация научного сообщества России.

3. Постановка во всех авторитетных международных организациях, включая ООН, вопроса об ответственности стран и государственных деятелей, позволяющих себе попытки пересмотра итогов Второй мировой войны, очернительство членов антигитлеровской коалиции, прямое или косвенное оправдание нацистов и их пособников.

4. Модернизация образовательного процесса в сфере истории.

5. Перестройка историко-просветительской политики как в государственных, так и в негосударственных средствах массовой информации. Нужно стимулировать производство документальных и художественных фильмов, исторических ток-шоу и т. п., но с другим знаком и с другим качеством. Цель (и одновременно критерий финансирования) — формирование позитивного исторического сознания.

Признание того, что цель фальсификаторов не искажение исторических фактов, а решение политических проблем, разрушение духовных цивилизационных основ государства и народа, неизбежно означает, что противодействие им должно включать в себя помимо опровержения лжи, еще и нечто другое, несоизмеримо более важное, — укрепление и развитие этих самых духовных и цивилизационных основ. К счастью, духовное здоровье российского общества оказалось достаточно крепким. Инстинкт самосохранения помог людям почувствовать, что за якобы историческими спорами стоит вопрос о собственном будущем, будущем своих детей и внуков.

Память о Великой Отечественной войне стала надежным щитом для национального самосознания России от всякого рода попыток унизить историю страны, национальное достоинство и тем самым достоинство каждого патриота Отечества. Более того, историческая память о Великой Отечественной войне, победе над фашизмом выступает структурообразующим элементом духовного настроя народа, фактором его сплочения и мобилизации на преодоление имеющихся недостатков, на решение стоящих перед ним экономических, социальных и политических задач.

Часть 2. ПУТЬ К ПОБЕДЕ

Глава 2.1. Диалектика победы

В последнее время появилось много заведомых спекуляций по поводу смысла Великой Победы советского народа и ее цены, которые предельно упрощают тему, сводя все дело к арифметическим подсчетам потерь и утрат.

В связи с этим целесообразно подробнее остановиться на том, что такое вообще победа.

Как известно, победа и поражение — две стороны таких явлений, как бой, сражение, операция, война. На протяжении веков считалось, что если достигнуты политические и военные цели в войне, то одержана победа. Другая сторона при этом рассматривалась потерпевшей поражение. Причем представление о победе связывалось с разгромом вооруженных сил другой стороны, а в последние два столетия — и с разрушительным воздействием на тыл противника. Если разгромлены вооруженные силы и подавлен тыл противника настолько, что он не может обеспечить восстановление военного потенциала и продолжение борьбы военными средствами, то это означает сокрушение этой воюющей стороны. Разъясняя, что означает сокрушение врага, К. Клаузевиц писал: «Конец в каждом отдельном случае может разниться, но начало всегда одно и то же, а именно уничтожение неприятельских вооруженных сил, т. е. крупная победа, одержанная над ними, и их разгром. Чем скорее, т. е. чем ближе к нашей границе, будет одержана эта победа, тем достижение ее будет легче; чем позже, т. е. чем глубже в неприятельской стране мы ее одержим, тем она будет решительнее. Здесь, как и во всех других случаях, легкость успеха находится в строгом соответствии с его размерами»⁵². К этому К. Клаузевиц добавлял, что сокрушение противника, т. е. победа, выступает как цель войны. Ее достижение связано не только с разгромом армии противника как самостоятельной силы, но и с занятием неприятельской столицы, а также с действенным ударом по главному союзнику⁵³.

Подобное понимание смысла победы, ее сути, характерное для XIX в., разделялось многими военными историками и теоретиками позднейшего времени, вплоть до наших дней. В частности, его разделяло политическое и военное руководство фашистской Германии. Оно нашло выражение в военной доктрине последней. Не случайно в агрессивном плане нападения на Советский Союз (плане «Барбаросса») достижение победы связывалось с тем, что «германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании»⁵⁴. В нем говорилось: «Основные силы русских сухопутных войск, находящихся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено. ˂... ˃

Конечной целью операции является создание заградительного барьера против Азиатской России по общей линии Волга — Архангельск. Таким образом, в случае необходимости, последний индустриальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации»⁵⁵.

Традиционное представление о победе было и в Советском Союзе, который стал жертвой неспровоцированной агрессии со стороны фашистской Германии. Политическое и военное руководство страны, советские люди не помышляли о поражении в войне с фашизмом, несмотря на драматизм отступления и поражения советских войск в 1941 г., а затем и летом 1942 г.; они были убеждены в том, что враг будет разбит и победа будет за народами СССР.

Аналогичное понимание победы получило воплощение в принятой 1 января 1942 г. Декларации Объединенных Наций, которая провозглашала необходимость достижения полной победы (исключая сепаратные соглашения и т. п.) над фашистской Германией и ее союзниками в целях защиты жизни, свободы, независимости и для сохранения человеческих прав и справедливости.

Очевидно, что на протяжении тысячелетий, начиная войну по собственной инициативе или вынужденно, ни одна из воюющих сторон не желала поражения. Даже в том случае, если такой исход допускался, расчет делался на победу. Однако всегда есть победитель, и есть проигравший. Например, и в Первой, и во Второй мировых войнах их инициатор — Германия — начинала эти войны, рассчитывая выйти из них победителем, но оба раза оказывалась побежденной. Напротив, страны, вынужденные в этих войнах вступить в борьбу с Германией, хотя и терпели в ходе войн поражения в отдельных сражениях и операциях, в конечном счете оказались победителями.

История войн дает огромный материал, на основании которого можно заключить, что понятие «победа» (поражение тоже) с течением исторического времени меняло свое содержание. В нем появлялись новые элементы преимущественно социально-политического характера: оно все полнее отражало конкретно-историческое содержание войн, обусловленное политическими и военными целями, с одной стороны, и соотношением сил борющихся сторон — с другой. Кроме того, в понятии «победа» все больше отражались черты, тенденции, присущие той эпохе, в которой происходили войны. На эту особенность эволюции обратил внимание известный русский военный теоретик Г. Леер. Он писал: «Война может казаться исключительным злом тем, кто смотрит на нее с узкой точки, кто из жизни народа выхватит только период войны; тот действительно увидит только кровопролитие и разрушение, гибель отдельных личностей и целых обществ. Но взгляните несколько шире на дело, возьмите период в жизни народа непосредственно перед войной и непосредственно после войны». И тогда и в войне, и в победе одной из сторон в этой войне можно увидеть гораздо большее, чем военные действия и их непосредственный результат. Военная победа приобретала более глубокий смысл. Она становилась социальной, политической и т. д. В больших войнах, особенно мировых, победы приобретали огромное историческое, общечеловеческое значение.

Так, итоги Первой мировой войны, с победами и поражениями ее участников, свидетельствуют о том, что одни из них извлекли немалые выгоды — территориальные, экономические, политические, военные, а другие, потерпевшие поражение, напротив, многого лишились и оказались в зависимости от победителей. Это и было зафиксировано в Версальском мирном договоре, который стал одной из причин Второй мировой войны. Существенное воздействие на характер победы в Первой мировой войне оказал такой фактор, как революционное движение народов ряда воевавших стран, но особенно две революции в России — Февральская и Октябрьская 1917 г.

С образованием государства, народы которого избрали социалистический путь развития, в войнах с его участием содержание победы приобрело качественно новые элементы социально-политического характера, что подтверждается итогами Великой Отечественной войны Советского Союза против фашистской Германии и ее союзников. Военная победа здесь одновременно была победой исторической, социально-политической, идеологической, дипломатической, экономической и т. д.

В связи с тем, что военная победа является фактором воздействия на политические, геополитические отношения, на всю общественную жизнь, ее объективная оценка достигается с большими трудностями. Чтобы их преодолеть и не допустить крупных ошибок в оценке победы и в выяснении ее значения, целесообразно учитывать следующие обстоятельства.

Во-первых, непременными показателями (параметрами) победы одной стороны над другой являются: разгром военной силы последней или нанесение ей поражения, лишающего возможности дальнейшего ведения войны (военных действий); захват территории, наиболее важных административных, промышленных и иных объектов; лишение противника союзников, а также необходимых ресурсов, деморализация войск и населения, отвлечение сил и т. д.; захват инициативы и достижение решающих результатов в свою пользу. Как видно, здесь имеются в виду нанесение другой стороне потерь в живой силе, разрушение ее промышленности, других отраслей хозяйства, уничтожение или поражение военных, административных, политических, научных и иных центров.

Разгром военной силы не является самоцелью. Он реализуется в процессе достижения определенных политических и военных целей (военно-политических и стратегических) при рациональном использовании привлекаемых для этого материальных и духовных сил, а также благоприятных условий и возможностей при одновременном парировании или нейтрализации неблагоприятных.

В этой связи важное значение для решения вопроса о победе (или поражении) имеет учет действия закона зависимости хода и исхода войны от соотношения материальных и духовных сил воюющих сторон. Это наиболее общий закон, ибо он очерчивает границы деятельности противоборствующих сторон (классов, государств, стран, коалиций), обусловливает рамки выбора ими целей, принятия решений и, что самое важное, определяет реальный ход событий войны — их масштабы, временные интервалы, интенсивность, темпы и т. д. Соотношение сил противоборствующих сторон, отражая состояние экономики, науки, социальную и национальную структуры общества, расстановку сил, уровень морально-политического, национального, оборонного сознания, идеологических факторов и т. д., определяет основное направление развертывания объективных процессов войны, их вероятные темпы, формы и результаты. Например, во время Второй мировой войны фашистской Германии и ее союзникам не удалось удержать и сохранить то соотношение сил, которое сложилось к началу и в начале войны. Их военная мощь со временем ослаблялась, а военная мощь Советского Союза, других стран антифашистской коалиции в ходе войны росла, и соотношение сил после коренного перелома в войне неуклонно изменялось в их пользу. Победа над фашизмом и милитаризмом как раз и стала итогом этого нового соотношения сил.

Во-вторых, еще одним важнейшим критерием оценки победы является учет цены победы, цены войны и цены поражения. Без верного анализа этих категорий не может быть найдена объективная истина в процессе исследования войны. При этом необходимо понимать, что цена победы не тождественна цене войны, — это лишь ее часть, хоть и часть особенная.

Цена войны включает и жертвы мирного населения, понесенные в результате целенаправленных (а не случайных) действий той или иной стороны конфликта. В отношении советского народа нацистская Германия осуществляла политику геноцида, и совершенно ясно, что включать жертв этих преступлений в цену победы неправомерно.

Что же касается цены поражения, то в общем случае она варьируется от репутационных издержек и небольших территориальных утрат до гибели государства и его народа. Великая Отечественная война была для Советского Союза войной за существование, и потому цена поражения в этом случае была предельной.

При всей очевидности вышеизложенного многие отечественные и зарубежные авторы зачастую смешивают понятия цены войны и цены победы, а тему цены поражения вообще игнорируют. Причинами этого являются не только методологические и теоретические просчеты, но и сознательные действия в целях искажения истины.

Ко всему этому надо добавить следующее. В зависимости от количественных и качественных параметров и показателей победа может быть более или менее значительной. Как в ходе войны, так и в ее результате победа может быть крупной, решительной, великой, исторической и т. п. Например, в ходе Великой Отечественной войны победа советских войск под Москвой была крупной, имевшей для хода войны поворотное значение. Победа же под Сталинградом была выдающейся, означала коренной перелом в ходе Отечественной войны, а также в развитии мировых военно-политических событий. Она создала условия для успехов Красной армии в битве на Курской дуге, форсировании Днепра, побед в 1944 и 1945 г. и тем самым предопределила дальнейший путь фашистской Германии — к полной катастрофе, которая и наступила в мае 1945 г.

Что же касается победы в войне вообще, то ее значение определяется рядом факторов. В первую очередь, ее социально-политическим характером, особенно политическими целями, масштабом и способами ведения войны, а также: характером и уровнем военного разгрома противника; новым соотношением военно-стратегических сил, которое сложилось в результате вооруженной борьбы как в конкретном регионе, так и в мире в целом; геополитическими обстоятельствами, в которых оказались победившая и побежденная стороны соответственно; экономическим, социально-политическим и военным состоянием страны-победительницы, ее международным весом и влиянием на решение международных проблем.

В-третьих, значимость победы в войне существенно зависит от того, в какой взаимосвязи она находится с содержанием эпохи, ее ведущими тенденциями и противоречиями. Однако применительно к Великой Отечественной и Второй мировой войнам, к победе над фашизмом, как это теперь видно, их необходимо рассматривать не в связи с эпохой, а в контексте всего XX века и даже более того — в контексте всемирной истории. Прежний тезис о взаимосвязи этих войн с эпохой перехода от капитализма к социализму оказался ограниченным в силу того, что сама эта эпоха — момент, часть более общего исторического целого — XX века, который, в свою очередь, является определенным этапом всемирной истории. К тому же в связи с ликвидацией социалистических режимов в странах Восточной Европы и разрушением СССР эта эпоха стала достоянием истории, и ее оценки нуждаются в переосмыслении. Кроме того, рассмотрение Великой Отечественной войны и победы над фашизмом в связи с содержанием XX века дает возможность лучше понять как их причины и характер, так и место и роль во всемирной истории, в том числе и их влияние на последующий ход общественного развития.

Глава 2.2. Одна на всех! И встала страна Советская на смертный бой!

Анализируя опыт достижения победы в любой войне, мы стараемся найти ее источники, определить ключевые факторы, обеспечившие успех. Надо сказать, что данная проблема всегда интересовала лучшие умы человечества. Так, еще Гай Саллюстий Крисп, римский историк и политик, живший в I в. до н. э., задаваясь вопросом о том, «что на войне, в военном деле важнее — разум и сила духа или физическая сила?», отвечал, что каждый из этих факторов играет значимую роль в ходе и исходе вооруженной борьбы, войны в целом. Одно немыслимо без другого. Только диалектическое единство духа, разума, силы, образуя единое целое, ведет к победе⁵⁶.

Конкретное содержание и соотношение духовного и материального компонента действительно определяет успех или неудачу любого дела и дает фундаментальное основание для сравнительного анализа не только отдельных событий, но и целых исторических эпох. Опираясь на эту мысль, попробуем по возможности объективно оценить опыт Великой Отечественной войны и источники достигнутой в ней победы над фашизмом.

Советский народ — главный творец победы

В результате социалистических преобразований в 20–30-е годы прошлого столетия в СССР стала формироваться новая историческая, социальная и интернациональная общность людей — советский народ. Она формировалась на основе общности территории, экономики, социалистической по содержанию культуры, союзного общенародного государства и общей цели. Теоретический вывод о советском народе как новой исторической общности людей был сделан в 1971 г. Советский народ представлял собой многонациональный коллектив тружеников города и деревни, объединенный общностью социалистического строя, марксистско-ленинской идеологией, принципами интернационализма. У советского народа были единые высшие органы государственной власти и государственного управления СССР, для всех советских людей было установлено единое гражданство. Общим языком межнационального общения в СССР являлся русский язык. Величайшим результатом революционного переустройства общества явилось рождение нового духовного и психологического облика советских людей, возникновение чувства общенациональной гордости советского человека.

Все характерные черты новой общности людей проявлялись уже на более ранних стадиях социалистического строительства, в частности в предвоенные и в военные годы, когда сложился прочный союз рабочего класса, крестьянства и интеллигенции при ведущей роли рабочего класса. Так, в 1939 г. рабочие составляли уже 33,5%, служащие — 16,7%, колхозники — 47,2%, а крестьяне-единоличники с некооперированными кустарями — лишь 2,6%. В это же время были заложены прочные основы дружбы более ста наций и народностей страны. Прочное социально-политическое единство советского общества в значительной степени способствовало успешному решению народно-хозяйственных и оборонных задач. Огромные потенциальные возможности советского общества не реализовывались автоматически, для их осуществления проводилась целенаправленная и многогранная работа Коммунистической партии, государственных органов и общественных организаций, в том числе по вопросам укрепления Вооруженных Сил страны.

Следует подчеркнуть, что, осуществляя социалистическое строительство, советское военно-политическое руководство видело опасность для СССР, исходившую от агрессивных западных стран, и предпринимало действенные меры для повышения обороноспособности страны, в частности для подготовки военных кадров и армейского резерва. При этом особое внимание уделялось распространению военных знаний среди населения страны. Всю эту работу возглавляли созданные в 1939 г. при райкомах, горкомах, окружкомах, обкомах и ЦК союзных республик военные отделы. Пропагандой военных знаний занимались также партийные, комсомольские организации, добровольные оборонные общества и профсоюзы.

На предприятиях, в учебных заведениях и учреждениях, в колхозах и совхозах было организовано изучение основ противовоздушной и противохимической обороны, сдавались нормы на значок «Готов к ПВХО». Широкую пропаганду знаний по авиации вели аэроклубы. В специальных кружках изучались основы военно-морского дела.

Важную роль в подготовке молодежи к службе в Вооруженных Силах играл спорт. Постановлением Совнаркома СССР от 26 ноября 1939 г. в спортивный комплекс «Готов к труду и обороне» были включены такие военно-прикладные виды спорта, как гранатометание, штыковой бой, фехтование, преодоление полосы препятствий, верховая езда, мотоспорт, борьба, альпинизм.

Действенную помощь в обучении трудящихся военному делу оказывали оборонно-массовые организации, важнейшей из которых был Осоавиахим — Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству. Его деятельность была сосредоточена на решении трех главных задач: военная подготовка молодежи, переподготовка комсостава запаса и развитие авиационного, стрелкового спорта, противовоздушная и противохимическая подготовка трудящихся.

Осоавиахим за короткий срок стал массовой организацией. Численность этой организации выросла с 9 млн человек в 1939 до 13,6 млн в 1941 г., объединенных в 369 тыс. первичных организаций. К началу Великой Отечественной войны в этой системе насчитывалось 156 групп, 26 680 команд и 3500 отрядов, в которых приобретали различные военные специальности 2,5 млн человек. В частности, в 1941 г. в Осоавиахиме завершили подготовку около 400 тыс. летчиков запаса, пилотов-планеристов, парашютистов, авиамехаников, морских специалистов, автомобилистов, мотоциклистов и связистов.

Многие из тех, кто прошел через осоавиахимовские учебные организации, в годы войны стали отважными и умелыми воинами. Например, из рядов воспитанников аэроклубов вышли трижды герои Советского Союза А. И. Покрышкин, И. Н. Кожедуб и почти половина дважды героев Советского Союза, в том числе А. И. Молодчий, Н. М. Скоморохов, А. Е. Боровых, Г. А. Речкалов, М. П. Одинцов и многие другие.

Значительный вклад в дело укрепления обороноспособности нашей Родины внес Союз Обществ Красного Креста и Красного Полумесяца. Этот Союз создал широкую сеть своих организаций и развернул подготовку медицинских сестер, санитаров, вел среди населения активную просветительскую работу по санитарной подготовке. Накануне войны в его рядах насчитывалось более 7 млн человек. Только в течение 1939–1940 гг. было подготовлено на курсах и в школах Союза свыше 52 тыс. медицинских сестер.

Активную работу по укреплению обороны страны вел комсомол. Еще в 1922 г. V Всероссийский съезд РКСМ принял решение о шефстве над Военно-морским флотом. А XI съезд комсомола в 1931 г. постановил взять шефство над Военно-воздушными силами. Съезд призвал каждую комсомольскую организацию, каждого комсомольца заботиться о Военно-воздушном флоте. Комсомол направлял туда лучших своих членов.

Большое участие в оборонно-массовой работе среди населения страны принимали командиры, политработники и бойцы Красной армии. Они руководили кружками, проводили в них занятия, организовывали военные игры, полевые походы, вели активную военно-патриотическую работу.

Оборонно-массовая работа в предвоенные годы велась повсеместно по всей стране. Она сплачивала все социальные классы и слои общества, все народы многонациональной страны вокруг ее военно-политического руководства во имя укрепления могущества, обеспечения суверенитета и независимости Отечества в противовес агрессивным силам Запада.

Так, официальная нацистская пропаганда с первого дня представляла войну как превентивную, как освобождающую народы Советского Союза от «еврейско-большевистского ига». Обращаясь к немецкому народу утром 22 июня 1941 г., Гитлер утверждал, что «никогда немецкий народ не испытывал враждебных чувств к народам России. Не Германия пыталась перенести свое националистическое мировоззрение в Россию, а еврейско-большевистские правители в Москве неуклонно предпринимали попытки навязать нашему и другим европейским народам свое господство». В тот же день Й. Геббельс разослал своим пропагандистам тайное Указание № 13, озаглавленное «Ответ Германии на предательство еврейско-большевистского Кремля», которое предписывало им представлять войну как вынужденную самооборону: «Война ведется не против народов страны большевиков, а против еврейского большевизма и тех, кто его представляет».

Готовя агрессию, германские захватчики рассчитывали на непрочность советского общественного и государственного строя, на конфликты между рабочим классом и крестьянством, на «духовный бунт» советской интеллигенции. Особые надежды гитлеровцы возлагали на то, что СССР как «этнический конгломерат» распадется под первыми же ударами вермахта, что им удастся разжечь национальные страсти, натравить советские народы друг на друга. В «Зеленой папке» Г. Геринга содержались документы, предписывавшие «использовать в интересах Германии противоречия между литовцами, эстонцами, латышами и русскими. На юге использовать в наших интересах возможное наличие противоречий между украинцами и великороссами, на Кавказе использовать в наших интересах противоречия между туземцами — грузинами, армянами, татарами и русскими».

Но в первых же сражениях выявилась полная несостоятельность всех этих расчетов. Война опрокинула надежды фашистов на возрождение межнациональных междоусобиц, на развал многонационального социалистического государства, на коллаборационизм и национал-сепаратизм. Народы СССР в едином строю героически сражались и самоотверженно трудились во имя своего Отечества, общей победы над врагом, явили миру чудеса стойкости и мужества. И это несмотря на недавние социально-политические потрясения, вызванные коллективизацией, массовыми репрессиями и проблемами социально-экономической политики И. В. Сталина. Хотя некоторые из антисоветски настроенных людей допускали на первых порах, что с приходом немцев «хуже не будет», «германцы простых людей бить не будут», они только избавят страну «от евреев и коммунистов» и покарают воинствующих атеистов. Были и те, кто не верил в способность Красной армии защитить страну. Однако основная масса народа доверяла руководству страны и верила в достижение победы даже после неудачных приграничных сражений и отступления в глубь страны.

История свидетельствует, что русскому народу пришлось немало повоевать, но он никогда не любил войну. Будучи смелым, он оставался миролюбивым. «Только тогда, — отмечал писатель И. Эренбург, — когда враг врывался на русскую землю, когда он оскорблял ломоть хлеба и сон ребенка, русский народ отдавался с душой войне. Так было в дни нашествия татар, поляков, французов. Так случилось и теперь: народ-пахарь, народ-строитель, народ-певец стал народом-воином. Мы не разлюбили серпа во имя меча».

Война СССР против вероломной агрессии фашистской Германии с самого начала приняла всенародный характер. Красная армия, несмотря на ее силу и мощь, не смогла сдержать удар соединений и частей вермахта. Активными участниками войны по защите Отечества стали все социальные слои населения: рабочие, крестьяне, интеллигенция, мужчины и женщины, молодежь и люди пожилого возраста, представители всех наций и народностей нашей страны. Их объединяло глубокое понимание того, что они ведут справедливую освободительную войну, отстаивая свободу и независимость своей Родины.

Советский народ развернул борьбу с фашистской агрессией в трех тесно связанных сферах — на фронте, в тылу страны и на временно оккупированной врагом территории СССР. Каждая из этих сфер была исключительно важной и требовала к себе пристального внимания и колоссальных усилий всего народа для успешного решения стоящих в ней сложных задач. Вместе с тем главным фактором, определявшим положение в стране и обществе, был фронт. Именно от ситуации на советско-германском фронте зависело настроение трудящихся масс в тылу и на временно оккупированной территории. В стране делалось все, чтобы остановить продвижение гитлеровских войск по советской территории, стабилизировать положение на фронте, мобилизовать в действующую армию новые силы и отбросить врага.

Высокая ответственность советских людей за судьбу своей страны проявилась уже в первые дни мобилизации запасников в ее Вооруженные Силы. В результате мобилизация проходила четко и организованно. Только за восемь месяцев войны было мобилизовано около 11 млн человек, из которых более девяти млн направлено на укомплектование как вновь создаваемых, так и существующих боевых частей. Это позволило сформировать с конца июня до 1 декабря 1941 г. и направить на фронт 291 дивизию и 94 бригады, в том числе вновь сформированные 194 дивизии и 94 бригады. Война поглощала такое количество резервов, что за полтора года стрелковые войска в действующей армии обновляли свой состав трижды.

За четыре года войны было мобилизовано (за вычетом повторно призванных 2 237,3 тыс. человек) 29 575 тыс. человек. Всего же вместе с кадровым составом, находившимся в Вооруженных Силах на 22 июня 1941 г., надели шинели за годы войны 34 476 тыс. человек, что составило 17,5% от всего населения страны. По мобилизации были призваны представители 151 нации и народности СССР.

Подготовленные резервы и активная военно-мобилизационная работа позволяли из года в год увеличивать количество частей и соединений, отправляемых на фронт. Если к началу войны в Красной армии имелось 198 стрелковых дивизий, то ко времени Сталинградской битвы — 382, а к началу 1944 г. в действующей армии Советского Союза имелось 480 стрелковых, мотострелковых, кавалерийских и воздушно-десантных дивизий, 55 отдельных бригад, 35 танковых и механизированных корпусов, 80 артиллерийских и минометных дивизий, 128 авиационных дивизий и много отдельных частей. Общая численность Вооруженных Сил СССР в 1945 г. достигла 13 млн 450 тыс. человек или более 13% от всего населения страны.

Ярким свидетельством всенародного характера Великой Отечественной войны являлось патриотическое движение за создание в помощь фронту частей и соединений народного ополчения. В Российской Федерации самыми крупными ополчениями являлись московское и ленинградское. Уже к 7 июля 1941 г. в Москве и области было сформировано 12 дивизий общей численностью около 120 тыс. человек, а в Ленинграде — 10 дивизий и 14 отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов общей численностью свыше 135 тыс. человек.

Большую роль в создании частей и соединений ополчения сыграли трудящиеся Сталинградской, Рязанской, Тульской, Кировской, Ивановской, Костромской и других областей. Подразделения народного ополчения героически сражались на Украине, в Белоруссии и Прибалтийских республиках. Летом и осенью 1941 г. по стране изъявили желание вступить в народное ополчение более 4 млн человек. Ополченцы стали важным резервом Красной армии и сыграли большую роль в разгроме гитлеровцев в крупнейших битвах войны.

Другим убедительным фактом, свидетельствующим о всенародном характере войны, являлось создание истребительных батальонов для борьбы с вражескими диверсантами и охраны объектов государственного значения.

При формировании народного ополчения и истребительных батальонов значительный вклад внесли народы союзных республик СССР. Например, уже в первые недели войны в Литве было организовано около довооруженных отрядов, в Молдавии — 63 истребительных батальона. Всего к концу июля 1941 г. в основном в прифронтовой полосе было сформировано 1755 истребительных батальонов, объединявших 328 тыс. человек.

В это же время проходила большая работа по мобилизации населения прифронтовых районов для оказания помощи советским войскам в строительстве оборонительных сооружений. В 1941 г. на эти работы было привлечено около 10 млн трудящихся, в основном женщины и молодежь. Так, в строительстве оборонительных объектов участвовало свыше 500 тыс. ленинградцев, 300 тыс. харьковчан, около 500 тыс. киевлян.

В годы войны остро встал вопрос о массовой подготовке резервов, чтобы на необходимом уровне поддерживать численность Вооруженных Сил. В соответствии с постановлением ГКО от 17 сентября 1941 г. «О всеобщем обязательном обучении военному делу граждан СССР» все граждане мужского пола в возрасте от 16 до 50 лет, способные носить оружие, должны были пройти обязательное военное обучение. К нему привлекались в первую очередь молодежь и военнообязанные запаса, не прошедшие военную подготовку. Эти занятия проводились без отрыва от производства. За годы войны военное обучение прошли почти 10 млн советских граждан. Только в комсомольско-молодежных подразделениях всевобуча было подготовлено 1 млн 700 тыс. специалистов, в том числе 144 тыс. истребителей танков, 194 тыс. минометчиков, 311 тыс. пулеметчиков, 308 тыс. автоматчиков и других специалистов.

Опыт войны показал, что формирование частей и соединений народного ополчения, создание истребительных батальонов, массовая подготовка резервов для Вооруженных Сил и другие формы оказания помощи тыла фронту явились важным вкладом в завоевание победы Советского Союза в войне с гитлеровской Германией. Однако главным фактором в достижении этой победы явились Красная армия и флот, все виды и рода войск, в которых проходили службу представители многонационального советского народа.

Братское единство и взаимопомощь, пламенный патриотизм советских людей ярко проявились в боевых действиях Красной армии уже в первых боях на фронтах войны. «Фронт является оселком, на котором, в числе многих других чувств человека, испытываются также верность и дружба, — говорил руководитель верховного органа Советского государства М. И. Калинин. — Народы Советского Союза это испытание выдержали не только в дружной работе в тылу, но и в поведении своих сыновей на передовых линиях фронта».

Воплощением братства социалистических наций являлись Советские Вооруженные Силы. Вместе с народами РСФСР, Украинской и Белорусской республик народы Казахстана и Средней Азии, Закавказья и Прибалтики внесли большой вклад в пополнение армейских рядов. В основном за счет материальных и людских ресурсов Азербайджана, Армении, Грузии, Казахстана, Узбекистана и Эстонии было укомплектовано свыше 80 дивизий и отдельных бригад. Среди этих соединений были и национальные формирования, которые явились одной из форм участия народов национальных республик в общей борьбе против немецко-фашистских захватчиков. Пополнения из одних национальных республик поступали также в соединения, формировавшиеся в других республиках. Например, в мае 1942 г. в составе действующих фронтов и флотов насчитывалось 5 млн 500 тыс. воинов нерусской национальности, в том числе 1 млн 200 тыс. грузин, азербайджанцев, армян, узбеков, казахов, киргизов. Среди них многие не владели или слабо владели русским языком, что негативно отражалось на их боевой выучке, затрудняло разъяснение им боевых задач, работу по их политическому воспитанию.

Среди воинов, призванных из национальных республик, активно проводилась воспитательная работа, все делалось для укрепления их политико-морального состояния. В сентябре 1942 г. была принята директива Главного политического управления РККА «О воспитательной работе с красноармейцами и младшими командирами нерусской национальности». Директива предлагала развернуть пропаганду и агитацию на родном языке, на исторических традициях героической борьбы каждого из народов СССР против иноземных захватчиков. Вводился институт агитаторов среди бойцов нерусской национальности, владеющих родным языком, для данной категории воинов.

Исключительное значение приобрело овладение русским языком представителями коренных национальностей республик для успешного несения службы в Красной армии, оснащенной современной боевой техникой и вооружением. На русском языке составлялись боевые уставы, на нем писались приказы и другие документы. Русский язык служил средством для общения между бойцами и командирами различных национальностей.

В воспитательных целях печаталось большое количество брошюр, плакатов на языках народов СССР. К августу 1943 г. издавалось 55 фронтовых и армейских газет на национальных языках, а также сотни тысяч листовок. Так, к началу 1943 г. в действующей армии, двух округах и в трех армиях издавалось газет на узбекском языке — 11, казахском — 10, татарском — 8, азербайджанском — 7, туркменском — 8, грузинском — 5 и т. д. Обычно фронтовая газета, как правило, выходила на нескольких языках народов СССР. Например, «Красноармейская правда», газета Западного фронта, выходила на узбекском, казахском, таджикском, туркменском и татарском языках. Значение этих газет в укреплении политико-морального состояния было довольно велико. Кроме того, большими тиражами издавались на языках народов СССР брошюры, листовки, плакаты. Только с октября 1943 г. по январь 1945 г. было издано на этих языках 79 листовок общим тиражом 3370 тыс. экземпляров.

Важным средством воспитания бойцов всех национальностей являлись встречи с делегациями трудящихся союзных республик. Они бывали в частях и подразделениях, беседовали с солдатами, сержантами, офицерами, знакомились с их жизнью и боевыми успехами на фронте. Большое впечатление на бойцов производили рассказы делегаций о жизни и работе тружеников тыла, неустанно ковавших оружие и боевую технику Красной армии для быстрейшего разгрома врага.

В момент огромнейшей опасности для себя наш народ особенно остро почувствовал и понял свою неразрывную связь со всем человечеством. В его мыслях и делах сфокусировались потребности переменной эпохи. Ее бремя он взвалил на свои плечи. День ото дня все более мощной становилась решимость народа отстоять свою Родину, разгромить агрессора. Он не мыслил себя порабощенным, униженным, побежденным. Решимость во что бы то ни стало разгромить фашистскую Германию и ее союзников неуклонно зрела.

Душа народа не есть что-то мистическое. Это неосязаемая физически, но вполне реальная сила, которая в конечном счете решает судьбу исторических событий, является чрезвычайно важной для народа. А в определенных условиях не только для него, но и для других, для человечества в целом.

С началом Великой Отечественной войны советского народа против фашистской Германии его душа оказалась непреоборимой для агрессора. В этом — главный источник победы. Советские люди оказались намного выше народов Германии и ее союзников, прежде всего в духовном отношении. Душа народа связана с глубокой верой, но верой, не тождественной вере религиозной. В ней слились идея защиты Отечества и национальная идея, религиозная вера и вера в справедливость нового общества, в свои силы, в историческое предназначение.

Эта душа советского народа укрепляла Красную армию, спасала ее в дни поражений и неудач, поднимала на успехи, сделала страну единым военным лагерем, способствовала мобилизации материальных и духовных ресурсов во время победы.

Самоотверженность народа: единство фронта и тыла

Массовый характер ратных подвигов советских воинов, совершивших их как в условиях отступлений Красной армии и ее неудач, так и в успешных наступательных боях и сражениях, — это не только результат исполнения ими своего воинского долга и показатель их высокого военного профессионализма. Это было особое социальное явление истории нашей страны, порожденное конкретно-историческими, социально-экономическими и духовными факторами советского общества, сплоченностью и самоотверженностью подавляющего большинства советских людей. Массовый героизм советских воинов в течение всей Великой Отечественной войны — наиболее убедительное доказательство тому, что война была не только вооруженной борьбой, но и войной идеологий, социальных и экономических систем. Она была особым состоянием советского общества, качественно отличным от его мирного состояния.

Советскому Союзу противостояла не просто фашистская армия, хорошо подготовленная к агрессии против СССР. Ему противостояли фашистская идеология — идеология превосходства немецкой расы над всеми другими, но в первую очередь над русскими и славянами, — а также так называемый новый фашистский порядок, который они хотели установить на завоеванных ими территориях. И потому поведение немецко-фашистских солдат и офицеров, которые осуществляли ничем не оправданное массовое уничтожение мирного населения, нашей материальной и духовной культуры, было по своей социальной сути преступным, антигероичным.

Напротив, поведение советских солдат, имевшее целью уничтожение захватчиков-оккупантов, было социально и исторически оправданным. Оно было героическим. Истоки такого поведения советских воинов — в героической истории нашего Отечества. Фундамент качеств, необходимых для этого, закладывался в ходе строительства социалистического общества, героического и драматического. Но в обстановке войны, когда речь шла о жизни и смерти и народов нашей страны, и каждого отдельного человека, труженики городов и сел, рабочие, колхозники, интеллигенция, воины стали острее понимать окружающий мир, научились, преодолевая трудности и опасности, делать то, что требовала жестокая борьба. Чувство долга, коллективизм, взаимная выручка сделались осью жизни всех и каждого и проявлялись они непосредственно в той социально-экономической, политической и духовной атмосфере, которая сложилась в советском обществе во время войны.

Сплоченность и уверенность

Вопрос об источниках и факторах массового героизма воинов Красной армии и тружеников тыла во время войны является сейчас одним из главных не только в историографии войны. Значимость непредвзятого, правдивого ответа на него имеет особое значение и потому, что за многие десятилетия, что отделяют нас от Великой Отечественной, высказывались не только объективные взгляды, но и заведомо ложные. Несмотря на реализацию государственной программы по патриотическому воспитанию российского населения, особенно молодежи, ее противники изобретают различные способы и приемы дегероизации советского прошлого.

Дать верное, объективное объяснение источников и характера героизма воинов Красной армии и всего советского народа в годы Великой Отечественной — значит не только объяснить прошлое, но показать нашему народу верный ориентир для решения сложных и трудных вопросов общественного развития современной России в настоящем и будущем. При этом, конечно, нельзя упускать из виду факт качественного отличия общества во время войны и в мирные годы.

В этой связи напомним, что война — это не только вооруженная борьба, как до сих пор полагают многие. Особенно так называемые военные историки из числа некоторых политиков и публицистов, малокомпетентных в этих вопросах.

Война — особое состояние общества⁵⁷. С ее началом в жизни противоборствующих сторон происходят существенные перемены. Вооруженная борьба вызывает изменения во всех сферах общества — от экономики до духовной жизни. Характер и степень этих изменений исторически неодинаковы. Неодинаковы они и в государствах с различным общественным и государственным строем, а также с неодинаковой (а тем более — противоположной) идеологией. С рубежа Великой французской революции стало особенно заметно влияние общественного и государственного строя на отношение народа и воинов к войнам. На это обратили внимание многие мыслители, полководцы, военные теоретики. Анализируя положение дел в стране и ход развития Гражданской войны в Северной Америке, К. Маркс и Ф. Энгельс подчеркивали зависимость хода войны от зрелости и сложности социального механизма⁵⁸. К. Клаузевиц в своем исследовании истории войны Наполеона против Пруссии в 1806 г., закончившейся катастрофическим разгромом Пруссии, писал: «В чисто монархических государствах народ только тогда по-настоящему принимает участие в общественных делах, когда он непосредственно ощущает связь событий с его благосостоянием, например когда государство втянуто в войну или когда кровоточат раны, нанесенные ему другим государством»⁵⁹. Зависимость военных действий от морального, нравственного состояния народов отмечал Ф. И. Тютчев, предсказав на этом основании поражение французов в 1870 г. в войне с Германией. Через восемь дней после начала войны он писал, что «...судьба Франции поставлена в зависимость от случайности одного сражения...», поскольку это обусловлено «глубоким внутренним разложением нравственного чувства...»⁶⁰.

Войны начала XX в. дали еще больший материал для теоретического обоснования зависимости военных побед и поражений от экономического, социального, нравственного и духовного состояния общества стран, участвующих в войне. Наиболее полно это сделано в марксистской, советской военно-философской мысли⁶¹, а также и некоторыми авторами западных стран. Так, в 30-е годы прошлого века английский военный теоретик Дж. Фуллер отмечал: «В настоящее время в войне принимает участие весь народ, и сила армии основана на воле к борьбе гражданского населения»⁶².

Начавшаяся в 1939 г. Вторая мировая война стала наглядным тому подтверждением. Достаточно напомнить, что многие страны Запада потерпели поражение не только и не столько из-за военных причин, сколько из-за социальных, морально-нравственных. Внутреннее нравственное разложение французского общества стало (в который раз!) причиной того, что Франция, армия которой обладала боевой мощью, соизмеримой с германскими войсками, сдалась на милость агрессору за 40 дней.

Совершенно противоположная картина наблюдалась в Советском Союзе, который стал объектом агрессии фашистской Германии. Здесь были иные и социальный строй, и идеология, и нравственное состояние общества. Здесь иначе, чем когда-либо ранее, сложились и функционировали отношения между вооруженной борьбой и другими формами противоборства, армией и народом, фронтом и тылом. Все это достаточно полно, всесторонне и обстоятельно отражено в советской военно-философской мысли, в военной теории, во многих научных, художественных и публицистических работах. Советское общество и государство сумели обеспечить эффективную реализацию призывов: «Наше дело правое, победа будет за нами!», «Все для фронта, все для победы!». Но сделать это было не так просто⁶³. Когда советский народ узнал о начале войны, он не сразу осознал всю опасность навалившейся на него беды. Еще неясны были возможные масштабы человеческих жертв и разрушений. Никто и мысли не допускал, что огромная территория его Родины окажется оккупированной фашистскими варварами. А разве советские люди предполагали, что в планах Гитлера им уготована роль рабов арийских завоевателей или участь физического истребления?!

Уже в первых сводках с фронтов, которые по известным причинам не были полными и достаточно откровенными, говорилось о драматизме событий, об огромной человеческой трагедии, которая разыгрывалась в жесточайших по своему накалу и последствиям сражениях и боях. Красная армия, упорно обороняясь, отступала, уступала агрессору города и села. Появились толпы беженцев, стремившихся уйти подальше на восток. По железной дороге и на автомобилях перевозились машины и оборудование фабрик и заводов, спасенных от огненного смерча, который затягивал в свое чрево новые и новые жертвы. Молох войны был ненасытен.

Народ оказался в тяжелейшем положении. Он переживал страшное горе. Многим думалось, что страна обречена, как были обречены до этого польский, французский и многие другие народы покоренной фашизмом Европы.

Однако в грохоте сражений в сознании абсолютного большинства советского народа зрели чувства, отодвигавшие страх, уныние и апатию, но укреплявшие уверенность в правоте борьбы против фашизма, в неизбежности торжества справедливости, в победе над агрессором. Но временами это чувство ослабевало, как бы отходило на второй план. Это, как правило, было тогда, когда народ узнавал о неудачах Красной армии. Тогда перед ним вставали все новые, все более сложные задачи борьбы. Во время поражений Красной армии, ее отступлений наш народ мучительно страдал. Это было чувство исторической ответственности за судьбы своей Родины, за жизнь каждого человека, судьбу отцов, матерей, детей и внуков.

В момент огромнейшей опасности наш народ не покорился обстоятельствам, не пал духом. Напротив, он особенно остро почувствовал и понял неразрывную связь со всем человечеством. В его мыслях и делах сфокусировались потребности переломной эпохи. Ее бремя он взвалил на свои плечи. И какая это оказалась тяжелая ноша! Но советские люди не согнулись, они выдержали неимоверные духовные и физические нагрузки и перегрузки. День ото дня все более мощной становилась воля народа отстоять Родину, разгромить агрессора. Он не мыслил себя порабощенным, униженным, побежденным.

Эта решимость, осознанная ответственность за судьбы земли предков подняла девятый вал в душе русского и украинца, белоруса и узбека, грузина и казаха — всех, кто входил в дружную советскую семью. Этого как раз и не поняли не только агрессоры, но и правящие круги других стран Запада.

Во время Великой Отечественной войны душа советского народа оказалась непреоборимой для агрессора. Народы СССР в своем подавляющем большинстве быстро обрели «общую душу», которая стала ведущим и решающим фактором в борьбе с фашизмом и победе над ним. Душа народа в годы войны своеобразно соединила индивидуальное и общественное, личностное и социальное, что намного подняло параметры нравственности народа, способствовало его высокой неуязвимости к отрицательным явлениям и процессам.

Почему так произошло в Советском Союзе, но не было в Российской империи во время Русско-японской войны 1904–1905 гг. и во время Первой мировой войны 1914–1918 гг.? Главная причина заключалась в коренном, качественном изменении, которое произошло в стране в результате Великой Октябрьской революции 1917 г. Советский Союз (СССР), как стала называться Россия с декабря 1922 г., уже к началу войны превратился из отсталой, по преимуществу аграрной, страны, в мировую индустриально-колхозную державу, в единое многонациональное государство. Оно состояло из 16 равноправных союзных республик, в которых проживало около 200 млн человек более ста различных наций и народностей. Это была первая страна в мире, где не было эксплуататорских классов, была ликвидирована безработица. Советское общество состояло из рабочего класса, крестьянства и трудовой интеллигенции. Все население пользовалось бесплатным медицинским обслуживанием.

Бурному развитию культуры способствовала ликвидация неграмотности. Если в дореволюционной России неграмотными были 75% взрослого населения, то за 1923–1939 гг. было обучено более 50 млн неграмотных и малограмотных. В 1939 г. количество грамотных в возрасте от 9 до 49 лет составило почти 90% населения. Более 40 народностей, не имевших своей письменности, получили ее. К началу войны число грамотных увеличилось еще больше. В десятки и сотни раз увеличилось число начальных и средних школ и высших учебных заведений, научно-исследовательских институтов.

Все это способствовало подъему народного хозяйства, быстрому развитию промышленности, науки и техники. Накануне войны Советский Союз вышел на первое место в Европе и второе в мире (после США) по объему промышленного производства. В основном была завершена техническая реконструкция народного хозяйства; были осуществлены индустриализация страны и коллективизация сельского хозяйства.

Значительные успехи были достигнуты в области социального обеспечения трудящихся, причем во всех республиках Союза. Конечно, не все слои населения жили одинаково: многие жили превосходно, а многие — не очень. Но разрыв в уровне жизни был незначительным — четыре к одному, по принятым на Западе меркам. Для сравнения отметим, что в постсоветской России это соотношение стало принципиально иным, недопустимым — тридцать (даже сорок) к одному, что свидетельствует о резкой социальной дифференциации населения.

Сложившаяся в Советском Союзе социальная обстановка создавала условия для самой высокой в мире и в истории человечества вообще вертикальной динамики населения, т. е. подъему из низших слоев в более высокие. Для большинства таких людей это делалось как бы само собой⁶⁴. Они, как правило, не прилагали особых усилий. Если в постсоветском обществе действует принцип «что иметь?», то в советском был «кем быть?». И чтобы быть активным членом общества и хорошо жить, нужно было хорошо учиться и работать, быть честным гражданином. И таких были миллионы, десятки миллионов. Окружающие видели и ценили это. Те, от кого зависело служебное положение человека, сами способствовали его жизненному успеху. Это было обычным, нормальным явлением. Все они и составляли фундамент советского общества.

Сформировавшиеся в обществе отношения предопределили высокий уровень самосознания и сознания советского человека, так ярко проявившиеся во время справедливой Отечественной войны в их героических подвигах и на фронте, и в тылу страны, а также на временно оккупированной агрессором территории СССР, в плену и во вражеской стране, будучи угнанными на подневольную, тяжелую работу.

Несмотря на то что существовавшая излишняя централизация власти ограничивала свободу, она одновременно создавала всеохватывающие предпосылки для успешной борьбы с агрессором, укрепления единства фронта и тыла. Выполняя директивы ЦК партии и Государственного комитета обороны, исполнительные органы, трудовые коллективы, общественные организации всю свою деятельность подчинили интересам решительного отпора, а затем разгрому врага.

Жизнеспособность, высокая сопротивляемость и активность советского государства в годы войны основывались на союзе рабочего класса, колхозного крестьянства и народной интеллигенции, который позволял в борьбе с врагом все подчинить интересам войны. Важнейшим фактором победы было единство фронта и тыла. Оно подкреплялось лучшими чертами общества, приобретенными за всю историю страны.

Ныне находятся политологи и публицисты, утверждающие, что якобы дружба народов СССР была декоративной и нежизненной. Глубокое заблуждение! Именно всестороннее братское сотрудничество и взаимопомощь наций и народностей являлись важнейшим источником экономического, политического и оборонного могущества СССР в канун нападения агрессора, в годы войны и в первые десятилетия после победы. И отнюдь не случайно провалилась ставка гитлеровцев на развал Союза Советских Социалистических Республик.

Другое дело, что по ряду субъективных причин в союзных республиках в национальном вопросе допускались извращения и лакировка, хотя и заявлялось широковещательно о полном претворении в жизнь ленинских положений национальной политики, об отсутствии нерешенных национальных проблем.

Но следует еще раз повторить, что нельзя сосредоточивать внимание только на ошибках. Ведь даже по прошествии десятков лет непредубежденному человеку совершенно ясно, что в самые тяжелые для нас годы основной стабилизирующей силой в стране, авангардом сражающегося народа была Коммунистическая партия⁶⁵. Понимая, что партия коммунистов является силой, организующей сопротивление агрессору, внушает людям веру в победу, гитлеровское руководство приказало коммунистов в плен не брать, а расстреливать на месте.

Во всенародной, справедливой войне произошло укрепление связей между многонациональным народом страны и Коммунистической партией. В едином военном лагере огромная централизация усилий, осуществляемая ГКО, ЦК ВКП(б) и СНК СССР по мобилизации сил и средств на борьбу с агрессором, сочеталась с творческой активностью масс на фронте и в тылу. Сама война создала для этого условия. При жесточайшей дисциплине военного времени не было мелочной опеки. Обстановка борьбы с врагом требовала доверять людям, давать им возможность действовать самостоятельно; но она же и обязывала их не боясь брать на себя ответственность.

В тяжелых условиях военного времени партия, правительство, народ осуществляли единую политику ведения войны, обеспечили огромную концентрацию сил и средств на важнейших направлениях.

Осуществляя политическое руководство, партия охватывала все сферы деятельности государственных, военных и общественных организаций. Свое воздействие на их функционирование она оказывала прежде всего и главным образом путем выработки и проведения политического курса, организаторской и идеологической работой. Партия сумела придать особую целенаправленность творчеству масс, работе кадров, функционированию государственных учреждений и общественных организаций. Она была душой всех ратных и трудовых дел советского народа.

В этом — решающая причина того, что в период войны приток свежих сил в партию был массовым. В годы военного лихолетья в ряды партии встали 5 млн новых бойцов. Каждые четверо из пяти коммунистов несли службу в войсках или на оборонных предприятиях. Это качественно новое явление в жизни партии, выражавшее политическую активность прежде всего бойцов Красной армии как в обороне, так и в наступлении. Но также и тружеников тыла.

Являясь по своей сути институтом гражданского общества, Коммунистическая партия во время войны напрямую соединяла общество и государство. Она политически руководила работой активно действовавших в годы войны организаций представительной власти и общественных организаций.

Советы депутатов трудящихся стали органической частью военно-политической системы страны. Они многое сделали для удовлетворения нужд фронта и создания для населения в тылу необходимых условий жизни и труда.

Большую работу по сплочению трудящихся проводили профессиональные союзы. Их деятельность была приближена к нуждам военного производства, к социальным проблемам, 13 млн членов профсоюза ушли на фронт. К 1945 г. профсоюзы СССР объединяли 21 млн человек.

Активную работу проводила комсомольская организация СССР Всесоюзный Ленинский коммунистический союз молодежи (ВЛКСМ). Главной его задачей была мобилизация молодежи на помощь фронту и на самоотверженную работу в тылу. Комсомол в годы войны проявил возросшую гражданскую зрелость и общественно-политическую активность. На фронте в конце войны каждый пятый воин был комсомольцем. Комсомол являлся основным резервом пополнения партийных рядов.

Большой размах приобрела деятельность других массовых организаций: Осовиахима, Общества Красного Креста и Красного Полумесяца и т. д., сыгравших важную роль в получении гражданами знаний и обретении навыков, необходимых для защиты Отечества. Усилению вклада различных социальных групп населения в борьбу с фашизмом способствовали организации, возникшие во время войны. Среди них: Антифашистский комитет советских женщин, Антифашистский комитет советской молодежи, Антифашистский комитет ученых и др. Они проводили большую работу по разоблачению фашистской идеологии и политики, способствовали активизации советского народа в борьбе с фашизмом и победе над ним.

Одним из факторов сплоченности советского народа на борьбу с фашизмом и достижения победы над ним явилась деятельность Русской православной церкви и других конфессий. Они способствовали формированию у верующих патриотизма, уверенности в справедливости войны и ненависти к захватчикам. В этом одна из причин, почему в годы войны не наблюдалось случаев отказов от мобилизации в армию по религиозным мотивам. Церковные организации обеспечили всестороннюю помощь Красной армии, проводили сбор средств на строительство боевой техники, подарки для фронтовиков и т. д. В письме к Председателю СНК СССР И. В. Сталину патриарх Алексий доводил до сведения, что в основе его деятельности будут лежать принципы: следование канонам и установкам церковным, с одной стороны, и неизменная верность Родине и советскому правительству — с другой.

В сложившихся условиях Советское государство стремилось, естественно в допустимых пределах, политизировать церковь и оказывало необходимую помощь в ее функционировании. В 1943 г. был создан Совет по делам Русской православной церкви, в 1944 г. — Совет по делам религиозных культов (оба — при СНК СССР). В 1943 г. был избран патриарх РПЦ, место которого оставалось свободным с 1925 г. В Ташкенте было создано Духовное управление мусульман Средней Азии и Казахстана. Еще раньше был закрыт журнал «Юный безбожник».

Огромную роль в мобилизации сил советского народа на борьбу с врагом играла идеологическая работа, проводимая среди народа и Красной армии. Целенаправленная пропаганда и агитация, стремление доходить до сознания каждого человека были важным фактором сплочения советских людей, источником их ратной и трудовой активности, преодоления невзгод и трудностей. Исход войны показал, что идеи патриотизма и интернационализма, справедливости и гуманизма взяли верх над человеконенавистническими взглядами германских фашистов и японских милитаристов, над идеологией порабощения, насилия. Повышению духовной стойкости и активности советского народа, мобилизации его воли на борьбу с врагом способствовали героико-патриотическая пропаганда, воспитание на национальных революционных трудовых традициях народов СССР. Особое внимание обращалось на высокую ответственность, сознательную дисциплину и организованность, необходимость строгого соблюдения законов военного времени. Действенным идеологическим оружием в борьбе за победу являлись печать, культурно-просветительные учреждения, литература и искусство, о чем подробно говорится в следующей главе.

Если воины Красной армии своими ратными подвигами добывали победу на полях сражений, то труженики тыла своим самоотверженным трудом выиграли битву за металл и хлеб, топливо и сырье, за создание оружия победы.

Люди трудились по двенадцать и более часов в сутки, без выходных и отпусков. Даже во время налетов фашистской авиации на прифронтовые города работа не прекращалась. А если учесть нехватку продуктов, самых элементарных вещей, холод в нерегулярно отапливаемых домах, то станет ясно, в каких суровых условиях жили и трудились люди. Но они знали: действующая армия ждет самолеты, танки, орудия, боеприпасы... И все старались сделать как можно больше и как можно лучше.

Особо выделяется трудовой подвиг населения Одессы, Севастополя, Москвы, Сталинграда, других городов-героев и многих прифронтовых населенных пунктов. Мир был потрясен небывалым в истории подвигом ленинградцев. В условиях блокады, под постоянными обстрелами и бомбежкой, когда умирали тысячи, оставшиеся в живых продолжали делать оружие, и не только для Ленинградского фронта. В начале декабря 1941 г., когда советские войска перешли в контрнаступление под Москвой, на самолетах и по ледовой Дороге жизни им отправлялись техника и вооружение, изготовленные на ленинградских предприятиях.

За каждой тонной металла и топлива, продовольствия и сырья, за каждым орудием, танком и самолетом, за каждым центнером хлеба — героические усилия тружеников тыла. Они, труженики тыла, дали право утверждать, что советский солдат победил советским оружием. Из этого, конечно, не следует, что мы не получали значительной помощи и от наших тогдашних союзников. Ее умаление — пример отхода от исторической правды. Но та же правда гласит, что отечественная промышленность превзошла промышленность фашистской Германии и обеспечила большую часть потребностей фронта.

Советские люди в боях и труде для нужд фронта постигали смысл борьбы с фашизмом, а понятие «Родина» становилось для них более осязаемым и конкретным. Для ее спасения советские люди стремились сделать все, что могли.

Патриотический порыв охватил старшее и среднее поколения, молодежь и подростков. Все стремились внести свой посильный вклад в общее дело скорейшего разгрома врага. На фабриках и заводах, на колхозных и совхозных полях, в научных институтах, лабораториях советские люди работали так, что казалось нет предела человеческим возможностям.

Особым проявлением патриотического порыва граждан стало народное ополчение. Оно было не просто повторением подобных явлений прошлого, характерным для справедливых войн России. Это было качественно новое явление, ибо народное ополчение, будучи добровольным, массовым, явилось одной из форм проявления всенародного характера войны против агрессора, боевым резервом Красной армии, что особенно относится к частям и соединениям народного ополчения городов-героев: Ленинграда, Москвы, Киева, Одессы, Севастополя, Сталинграда. Но оно было не только резервом. Ополченцы, став кадровыми воинами Красной армии, повысили тем самым ее боеспособность. В их числе были преподаватели и воспитанники Ленинградского электротехнического института им. В. И. Ульянова (Ленина), к которым относится и автор этих строк. Многие из ополченцев, став командирами, политработниками, способствовали укреплению духовного потенциала Красной армии, быстрейшему осознанию личным составом особенностей начавшегося вооруженного противоборства с фашистскими войсками. Ведь интеллектуальный уровень ополченцев, их гражданственность, патриотизм были весьма велики.

Небывалым в истории было массовое участие женщин в вооруженной защите Отечества и в оказании всесторонней помощи фронту. В рядах Красной армии находилось около 600 тыс. женщин, в том числе более 80 тыс. офицеров. В тылу, заменив ушедших на фронт отцов и братьев, мужей и сыновей, женщины выносили на своих плечах основную тяжесть труда в промышленности, сельском хозяйстве, строительстве, на транспорте. Советские женщины стояли в одном строю с мужьями и сыновьями.

Особым проявлением патриотизма явились пожертвования трудящихся государству. Они позволили дополнительно направить на фронт 2565 самолетов, несколько тысяч танков и много другой военной техники⁶⁶. Широкое распространение получило движение по сбору вещей и подарков для воинов. Большой размах имело донорское движение.

Патриотичным было поведение соотечественников, оказавшихся на оккупированной территории, где немецко-фашистское командование, широко используя социальную демагогию, провокации, обман, установило режим беспощадного террора. Однако даже под угрозой смерти подавляющее большинство не покорилось захватчикам. В тылу врага ими задолго до союзников был, по существу, создан второй фронт, противостоящий оккупантам. Формы борьбы с фашистами были разнообразными, и она велась всюду: в лесах и горах, в городах и селах. Ее вели рабочие и колхозники, старики и подростки, представители всех народов. И эту борьбу не смогли сколько-нибудь существенно ослабить люди, предавшие Родину и ставшие пособниками немецко-фашистских захватчиков. Таких людей народ заклеймил позором.

Но в тылу врага были многие сотни советских людей, которые находились в созданных оккупантами концентрационных лагерях и фабриках смерти. И там многие обездоленные в тяжелейших условиях фашистской неволи, каторжной работы не утратили веры в конечную победу над врагом. А сколько наших соотечественников внесло свой вклад в борьбу против фашизма на территории оккупированной Европы!

Труд во имя победы

Подвиг тружеников тыла многогранен. Важнейшей его стороной было укрепление материально-технической основы боевой мощи Вооруженных Сил СССР. И началась эта титаническая работа задолго до нападения фашистской Германии на нашу страну. Политическое и военное руководство Советского Союза понимало, что без развитой экономики невозможно успешно решить как социальные, так и оборонные задачи⁶⁷.

Осуществленные в 1920-х — начале 1930-х гг. меры по экономическому развитию страны способствовали усилению материальных и организационных основ обороны страны. Уже к концу 1930-х годов Советский Союз располагал мощной и высокоразвитой индустрией, потенциал которой во много раз превышал дореволюционный уровень. Три гиганта черной индустрии — Магнитогорский, Кузнецкий и Макеевский заводы — выплавляли столько чугуна, сколько вся промышленность царской России. Днепрогэс вырабатывал электроэнергии больше, чем все электростанции страны в 1913 г., вместе взятые. По существу, заново были созданы тракторная и автомобильная, авиационная и станкостроительная промышленность, приборостроение и развитая химия. Наполовину обновился парк металлорежущих станков. Подавляющая