Д. Е. Нестеренко

Психология суда

Чему не учат студентов

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.9

ББК 67.71

Н56

Изображение на обложке chones / Photogenica.ru

Автор:

Нестеренко Д. Е., юрист по защите интересов малого бизнеса и спорам с государственными органами, автор книг и статей по решению правовых ситуаций, написанных простым языком для широкой аудитории.

О кухне судебной системы мало что известно: внутренние нравы судей и сотрудников суда, неявные правила поведения, которые могут помочь или, напротив, навредить, – все это скрыто от взгляда посетителя суда.

Работа судьи – тяжелый, но благородный труд, сопряженный с постоянным давлением и на ходу меняющимся законодательством.

Вы узнаете, что процедура назначения судей на практике кардинальным образом отличается от установленной, а судьям приходится принимать решения на основе плохо проработанных законов. Получите ответы на самые распространенные вопросы о суде: как именно судья принимает решение и почему правосудие такое долгое? Есть ли в России прецедентное право и почему до сих пор не искоренен обвинительный уклон? Почему суд дружит с прокуратурой и почему у судьи есть начальник, которого по закону не может быть, вы узнаете из этой книги, написанной простым неюридическим языком.

Законодательство приведено по состоянию на 1 августа 2022 г.

УДК 347.9

ББК 67.71

© Нестеренко Д. Е., 2023

© ООО «Проспект», 2023

Введение

Вообще, писать книги о правовых проблемах простым языком довольно сложно.

Использовать специфические термины опасно: вам станет скучно.

Начну чрезмерно цитировать положения законов — заболит голова от юридического канцелярита.

Начну слишком углубляться в детали — вы запутаетесь, закроете книгу и скажете: «Бред собачий, ничего не понял, зря потратил деньги».

Для коллег по цеху подобные книги — не книги, а путеводитель из серии «Суд для чайников», писанина, недостойная внимания.

Так что здесь моя главная задача — сохранить баланс между точностью информации и простотой языка.

Если вы точно уверены, что хотите потратить свое время на книгу о психологии российского суда, то я предупредил.

Скажу сразу: я не психолог. Не юридический, не клинический — никакой.

Я юрист-практик. Основная сфера — защита малого бизнеса, изредка защищаю доверителей — частных лиц.

Почему тогда «непсихолог» пишет о психологии суда?

Потому что суд мне интересен, я регулярно в нем бываю и даже несколько лет готовился к тому, чтобы самому стать судьей. Однако не сложилось, и догадливый читатель поймет почему, прочитав эту книгу до конца.

Существует множество научных и иных глубоких работ¹, посвященных вопросам психологии суда. Однако их целевая аудитория — это юристы и иные специалисты «в теме», с более глубокими познаниями в области общественных наук, нежели человек, далекий от мира юриспруденции.

Но если вдруг захотите углубиться в детали, милости прошу ознакомиться с работами замечательных ученых-исследователей российского правосудия.

Мы же попробуем посмотреть на российскую судебную систему и правосудие общим взглядом типичного гражданина, который мало себе представляет, как устроен суд и, вообще, зачем он нужен.

Суд, с моей точки зрения, — главный фундамент любого государства. Не армия, не полиция, не президент. Настоящий суд делает страну развитой, бутафорский — создает ширму стабильности. Поэтому определить развитость любой страны легко по тому, насколько сильный и независимый суд в ней функционирует.

А что же с нашим отечественным судом?

У суда в России огромное количество проблем.

Это старые здания, техника, клетки в залах суда, катастрофически низкие уровни оплаты труда помощников и секретарей и много чего еще.

Но главная проблема суда — люди.

К большому сожалению, в российских судах все еще сильны веяния советской юридической психологии: правосознание отдельных судей различного уровня (особенно высшего) до сих пор основывается не только на репрессивных установках и приоритете государственных интересов, но и на осознании себя как части бюрократической машины и покорном подчинении исполнительной власти.

Едва ли эта книга будет интересна юристам, особенно судебникам, поскольку с российским судом они сталкивались многажды и видели многое из описанного собственным глазами.

Также эта книга точно не будет интересна сторонникам этатизма² и иным лицам, поддерживающим современную государственную политику в сфере правосудия и судоустройства.

Мы рассмотрим разнообразные явления и ситуации, которые непосредственным образом влияют на психологию как конкретного судьи, так и всего судейского сообщества.

К сожалению, судейское сообщество — закрытая корпорация.

Готов поспорить, что вы едва ли сможете назвать навскидку хотя бы одну фамилию любого судьи (если только не участвовали в каком-то процессе). Судьи не дают интервью, кроме редких казенных интервью судебного начальства. Судьи не участвуют в публичных мероприятиях, кроме того же судебного начальства. За редким исключением судьи не занимаются преподавательской работой, поскольку их загрузка такова, что ее можно описать как «света белого не вижу».

И в целом судьи не идентифицируют себя вне стен суда как судьи. По разным причинам.

Для сравнения можно привести в пример недружественную, как сейчас принято считать, страну под названием США. Среднестатистический американец как минимум знает имена всех 9-ти судей Верховного Суда США. Зачем это ему? Самое краткое объяснение звучит так: они уважают судебную власть и следят за деятельностью высшего суда своей страны.

И, разумеется, несмотря на имеющуюся в книге критику, следует помнить, что в судах работает огромное количество профессионалов, которые вопреки всем неудобствам и сложным моментам продолжают честно исполнять свой долг. Да, коррупции в судах хватает: как масштабной в виде взяток, так и небольшой, не бросающейся в глаза неискушенному в судебных делах человеку.

И делать однозначный вывод, что все хорошо или, наоборот, все плохо, — неверно.

Судебная система — это громоздкая машина с огромной властью. А в каждой системе есть свои изъяны.

Задача этой книги — показать далекому от судебных споров человеку, как устроен суд, кто такие судьи и как они работают, как вести себя в суде и, главное, какие существуют проблемы у суда, кто эти проблемы создает и как их пытаются решить.

Оговорюсь также, что книга не претендует на фундаментальность и всесторонность освещения вопроса. По проблемам правосудия и судоустройства существует огромное количество публикаций и научных работ — эта же книга призвана в общем виде и понятным языком показать сторону суда, на которую человек как пользователь судебной системы не обращает внимания.

Кроме того, следует также понимать, что общая ситуация в судебной системе ни хорошая, ни плохая — она чрезвычайно сложная.

Нельзя сказать, что суда в России нет вообще — это неправда. Огромное количество дел рассматриваются судами по всей стране 24/7/365 по закону и справедливости.

Но есть и дела, когда суды принимают решение вопреки закону и справедливости в угоду начальству. Если не принимать во внимание откровенно коррупционные случаи, то суды нередко подыгрывают исполнительной власти, занимая позицию «стража» бюджетных интересов и наполняемости государственной казны. А уж по делам об административных правонарушениях добиться отмены наказания считается большой удачей, потому что презумпция невиновности по таким делам работает весьма своеобразно и звучит как «нет оснований не доверять сотруднику при исполнении».

Вообще, профессия судьи считается у юристов стран с независимым судом вершиной карьеры, ибо ни в одной другой юридической профессии нет такого глубокого погружения в мир норм и ситуаций.

Будь то частный юрист или юрист из государственной структуры какого бы то ни было ранга — все равно они не принимают каких-либо решений, а только рекомендуют поступить тем или иным образом.

Судья же как раз на основе позиций сторон и права должен разрешить спор и принять решение, которым определяется исход правового конфликта.

Книга также не является руководством к действию. Все даваемые здесь рекомендации основаны на моем понимании суда, которое я старался максимально упростить.

Если вы планируете обращаться в суд, то настоятельно рекомендую обращаться к юристам или адвокатам. Да и вообще полезно перед (подчеркну — перед) совершением какого-либо юридического действия консультироваться с юристами.

Лучше потратить 5000 руб. на консультацию, чем 150 000 руб. на сопровождение судебного процесса — и это еще не самые высокие цены.

Остерегайтесь юристов-мошенников!

В отношении адвокатов мне неизвестны случаи мошенничества, а вот юристов-аферистов без статуса адвоката хватает.

Признаки юристов-мошенников и много другого интересного я описал в книге «Не все юристы одинаково полезны».

Написанное в книге в большей степени относится к системе судов общей юрисдикции (позже мы разберем подробнее, что это за суды), в меньшей — к арбитражным судам.

Арбитражные суды — отдельная ветка судов, с которой люди вне предпринимательской деятельности почти не сталкиваются, но именно там, как я часто говорю, пахнет судом в хорошем смысле этого слова. В отношении же судов общей юрисдикции то же самое сказать можно довольно редко. Это не значит, что судьи арбитражных судов — белая кость, нет. Там есть свои особенности, нюансы, интриги и козни, однако с точки зрения «потребителя» арбитражного правосудия процесс в этих судах выстроен четче, судьи обладают большей квалификацией и глубиной подхода к разрешению споров.

***

Особую благодарность хочу выразить выдающемуся юристу Сергею Анатольевичу Пашину, учеником которого я был много лет назад и который до сих вдохновляет меня профессиональным духом и духом совести.

1. О СУДАХ В ЦЕЛОМ

Общее представление о судебной системе

Схема судебной системы России выглядит так:

Мы не будем подробно останавливаться на компетенции судов (у нас не учебник), а нужную информацию в базовом представлении легко получить в Интернете, например, в Википедии.

По состоянию на начало 2021 г. в России функционировали:

— 85 верховных судов республик, краевых и областных судов, судов городов федерального значения, судов автономных областей и автономных округов;

— 9 кассационных судов общей юрисдикции;

— 5 апелляционных судов общей юрисдикции;

— 9 окружных (флотских) военных судов;

— 2127 районных судов;

— 1 кассационный военный суд;

— 1 апелляционный военный суд;

— 100 гарнизонных военных судов, в том числе 5 судов, находящихся в местах дислокации российских войск за пределами территории РФ;

— 10 арбитражных судов округов;

— 21 арбитражный апелляционный суд;

— 83 арбитражных суда субъекта РФ;

— 1 специализированный арбитражный суд — Суд по интеллектуальным правам.

Всего на начало 2021 г. в РФ функционировали 2452 федеральных суда, в том числе:

— федеральных судов общей юрисдикции — 2337 ед.;

— федеральных арбитражных судов — 115 ед.

Фактическая численность судей федеральных судов общей юрисдикции составила:

— в кассационных судах общей юрисдикции — 583 судьи;

— в апелляционных судах общей юрисдикции — 134 судьи;

— в областных и равных им судах — 4827 судей;

— в районных судах — 15 802 судьи;

— в кассационном военном суде — 18 судей;

— в апелляционном военном суде — 13 судей;

— в окружных (флотских) военных судах — 203 судьи;

— в гарнизонных военных судах — 476 судей.

Фактическая численность судей федеральных арбитражных судов составила:

— в арбитражных судах округов — 382 судьи;

— в арбитражных апелляционных судах — 571 судья;

— в арбитражных судах субъектов Российской Федерации — 2913 судей;

— в Суде по интеллектуальным правам — 17 судей.

Численность мировых судей составляет порядка 7200 человек.

Представьте воочию всю эту огромную армию судей, с которыми бок о бок работают помощники, секретари и множество иного обеспечивающего персонала.

Но это все красивая официальная картинка, которая не отражает проблем судебной системы.

А проблем этих хватает.

Действительно, суды год от года разбирают дела, количество которых исчисляется миллионами, и значительная их часть разрешается по закону.

Однако миллионное количество дел само по себе не означает доверия граждан к судебной системе, как любит отчитываться судебное начальство в докладах и отчетах.

Судебное начальство не расскажет о превышении нагрузки на судей, как и не расскажет о постоянном контроле над судьями.

Фундаментальная проблема российского суда — его зависимость от исполнительной власти, в частности, от Администрации Президента РФ и силовых органов (ФСБ и МВД).

К сожалению, российское общество и государство унаследовали дурную историческую веру в царя, который якобы все видит, все понимает и знает, как исправить.

На первый взгляд может показаться, что так проще — зачем это разделение властей и их балансирование, зачем дискуссии о лучшем направлении развития, если можно выбрать себе сильного руководителя, который замкнет всю систему власти на себя и без излишних экивоков будет решать проблемы общества и государства?

Однако мировая история показывает, что ни при авторитаризме, ни при диктатуре тем более, общество не счастливо, а государство не развивается. На короткий промежуток времени с исторической точки зрения, может быть, развитие и будет, но просто подумайте, когда человеку лучше жить и работать: когда ему создают условия для долгосрочного планирования и роста или создают систему контроля и постоянной угрозы применения репрессий?

Ответ очевиден, и тем не менее в отечестве живет много людей, предпочитающих «сильную руку» в обмен на права и свободы.

Российская исполнительная власть за последние 20 лет подмяла под себя законодательную и судебную, и все решения принимаются так называемой «вертикалью власти», т. е. в ручном режиме.

Управление любой большой системой в ручном режиме малоэффективно, а порой и опасно. Думаю, что каждый ощутил на себе отрицательные последствия некоторых государственных решений 2020–2022 гг.

Подмяв под себя власть законодательную, исполнительная власть прекрасно себя чувствует и имеет возможность оформить практически любое нужное ей решение. Как сказал один уже забытый государственный деятель, парламент — не место для политических дискуссий.

Однако нельзя сказать, будто в стране совсем нет суда.

Суд есть, и, если ваше дело не касается интересов власти, скорее всего, оно будет рассмотрено правильно.

Однако судебная система ежечасно, ежеминутно контролируется исполнительной властью, чтобы, не дай бог, судьи не начали чувствовать свою самостоятельность и принимать решения ей в противовес.

Вообще-то, так оно и должно быть: каждая ветвь власти балансирует другую и не дает приоритета. Однако у нас исполнительная власть по факту выше остальных, поэтому говорить о полностью независимом суде пока не приходится.

Зачем вообще нужен суд?

«Государство без правосудия — шайка бандитов».

На самый первый взгляд суд нужен для разрешения споров. Это верное, но несколько упрощенное понимание суда.

Суд нужен для балансирования общественных отношений в самом широком смысле этого понятия.

Для далекого от мира юриспруденции человека вопрос, зачем же нужен суд, может представлять интерес. Действительно, зачем нужен суд, если есть куча законов, и в целом понятно, как себя вести и что делать.

Однако не все так просто.

Законов много, подзаконных актов (постановлений Правительства РФ, приказов министерств и ведомств) еще больше — поди разберись, как правильно.

Абсолютное большинство людей полагает, что судья — такой же чиновник, как, например, сотрудник мэрии. Это простительное заблуждение, поскольку базовые правовые знания в школах если и преподаются, то весьма посредственно и скудно. Уж не потому ли, что государству невыгодны юридически грамотные граждане…

На самом деле судья — не чиновник.

Суд не стоит на страже интересов государства, как и не отдает предпочтение частным интересам.

Суд — балансир между государством и обществом, тот, кто не дает государству проявить свою мощь на обществе и гражданине, ибо государство не может остановить само себя в стремлении реализовать государственный интерес — слишком это сильная и трудноостановимая структура, которую чрезвычайно сложно держать в состоянии баланса.

Возьмите, к примеру, уголовный процесс. Совершено преступление, обвиняется некий человек, и сторона обвинения, действуя в своем интересе (а одна из задач государства — борьба с преступностью), требует наказать подсудимого построже — чтоб неповадно было, да и обществу показать надо, что государство работает.

Без суда такие наказания «построже» — не наказания, а расправа, чему в истории нашей страны есть печальные примеры. Вспомните работу так называемых «троек» — внесудебных органов расправы над неугодными государству людьми. Решения по таким делам выносились заранее, видимость судебного процесса разыгрывалась непонятно для кого и чего, а приговоры приводились в исполнение, если не сразу после оглашения, то вскоре после.

Найдите информацию про Катынь, Колпашево, Бутовский полигон и другие похожие места — государство массово расстреливало своих же граждан, врало о своей причастности, а спустя годы так же массово (но уже посмертно) реабилитировало как жертв политических репрессий.

Все ужасы государственной силы стали возможны лишь потому, что суд был изничтожен, и ему оставили роль «потемкинских деревень» — издалека кажется, что есть, но на деле нет ничего настоящего.

К сожалению, у нас понимание суда как части бюрократии устойчиво до сих пор и в целом доминирует в представлении общества, а в представлении государственных чиновников — особенно.

И это очень плохо для развития страны: государство послушные судьи устраивают, так как не мешают управлять и не сдерживают его деятельность, а общество, не понимая, что суд и есть самый главный его, общества, защитник от государства, молчит.

Как формируются суды?

Небольшое историческое отступление.

Современные российские суды — наследники советских судов, и отношение к людям со стороны судебной власти не в последнюю очередь основывается на советских воззрениях. Психологию и правосознание судей, преимущественно возрастных, также определяют установки советской юридической школы.

В ходе становления России в конце 1980-х — начале 1990-х гг. российский суд попытались отодвинуть от партийных структур для исключения их влияния.

Однако, по меткому выражению одного из российских высших политиков того времени, хотели как лучше, а получилось как всегда.

Отчасти это получилось, и с 1991 г. до примерно 1998 г. суд был относительно независимой ветвью власти: исполнительная власть особо не препятствовала развитию суда и даже не мешала проводить разумные идеи, которые в последующие 20 лет почти полностью были снивелированы той же исполнительной властью.

Предоставляя судьям серьезные гарантии статуса и предоставляя хорошее материальное обеспечение, предполагалось, что такая полузакрытая корпорация будет сама себя регулировать и не допускать в свои ряды идеологизированных субъектов.

Однако результат получился не лучше.

К концу 90-х гг. исполнительная власть в лице некоторых силовых ведомств, поняв, что судьи становятся более независимыми, мало-помалу начали инициативу перехватывать и внедрять инструменты контроля за руководством судебной системы, в частности, появилось пожизненное назначение председателей судов, судебному начальству дали машины с мигалками, и очень быстро судебное начальство начало ассоциировать себя с бюрократическим аппаратом, а судей воспринимать как своих подчиненных.

Зачем это сделано? Ответ очень простой: для ручного контроля, чтобы судьи, не дай бог, не возомнили себя судьями и не начали принимать непредсказуемые (то бишь, невыгодные) для государства решения.

Сегодняшний российский суд — это закрытая государственная корпорация, находящаяся под контролем исполнительной власти.

Да, по Конституции РФ у нас разделение властей. По факту — культ исполнительной власти и раболепное благоговение перед начальством.

Современная судебная корпорация отгородилась от общества и не считает нужным разговаривать с ним, хотя суд, как и любая часть государства, призвана как раз следовать интересам человека и общества.

Именно люди и являются в конечном итоге работодателями для судей, а из налогов, которые общество платит, судьи получают свою зарплату.

Базовое устройство судебной системы отражено в Конституции РФ: описаны ветви судебной системы, виды судопроизводств и базовая компетенция высших судов.

В развитие положений Конституции РФ приняты федеральные конституционные и федеральные законы, которые определят порядок создания и работы того или иного суда. В отношении мировых судов те же вопросы решаются через региональные законы.

Вся страна разделена на судебные территории, поскольку юрисдикции судов не должны пересекаться.

У каждого суда своя территория, где он обладает всей полнотой судебной власти. Территория юрисдикции суда устанавливается законом о нем, причем чем ниже уровня суд, тем точнее будут описаны границы. К примеру, федеральный закон о создании N-ского районного суда укажет, что юрисдикция распространяется на N-ский район. А вот региональный закон о создании участка мирового судьи уже будет описывать границы внутри N-ского района вдоль линий домов, улиц, оврагов, русл рек и т. п.

В наше время определить территориальную подсудность не составляет труда, достаточно зайти в ГАС «Правосудие», ввести адрес и получить адрес нужного суда.

Поэтому мало кто интересуется вопросом, как же формируются территории юрисдикции судов. Зато теперь вы знаете, как это происходит.

Зачем столько много судов?

Ранее мы ознакомились с количеством судов и судей и составили общее представление о судебной системе страны.

Кажется, что судов много.

На самом деле их мало, особенно в крупных городах.

За каждым судом закрепляется определенная территория юрисдикции, и территории эти «нарезаются» по разным критериям, в том числе от количества населения на ней. Логика простая: чем больше людей, тем больше споров.

В малонаселенных юрисдикциях, вдали от крупных городов, территории судов низового уровня значительны по площади, что также имеет свою логику «нарезки».

В городах, особенно больших, территории юрисдикции несколько меньше, однако «нарезаны» они на основе исторически сложившихся границ в те времена, когда населения в городах было значительно меньше.

Рассмотрим на примере Москвы.

В Москве на середину 2022 г. образовано:

— 471 судебный участок мировых судей;

— 35 районных судов общей юрисдикции;

— Московский городской суд;

— Первый апелляционный суд общей юрисдикции;

— Второй кассационный суд общей юрисдикции;

— Верховный Суд РФ (далее — ВС РФ);

— 3 арбитражных суда (вообще пять, но территория юрисдикции двух относится к Московской области);

— 3 военных суда.

Итого получается 515 судов.

Население Москвы на конец апреля 2022 г., по данным Росстата, составляет 12 635 466 человек.

То есть в среднем получается, что один суд «обслуживает» около 24 500 человек. Кажется, что не так много, — откуда тогда такая загрузка?

Расчет выше очень и очень условный, поскольку не учитывает компетенцию судов.

Из расчета нужно убрать арбитражные суды, компетенция которых состоит в разрешении споров между организациями (преимущественно коммерческими) и рядом схожих дел. Граждане в арбитражном процессе участвуют редко, в основном как должники по делам о своем банкротстве.

Нужно убрать ВС РФ, так как территория его юрисдикции — вся страна.

Апелляционные и кассационные суды я также исключил: далеко не все решения суда обжалуются, поэтому для чистоты подсчета их брать не стоит.

Остаются мировые и районные суды.

Судебные участки мировых судей³ создаются из расчета численности населения на одном участке от 15 000 до 23 000 человек. В административно-территориальных образованиях с численностью населения менее 15 000 человек создается один судебный участок.

Считаем: 12 600 000 делим на 471, получаем примерно 26 700 человек на одного судью — норматив уже не выполняется.

И если вы когда-то сталкивались с московскими судами, то знаете, как там все медленно: и принятие документов к производству, и рассмотрение, и изготовление решения в полном объеме.

Вакансии судов в Москве не заполнены на 100%, что, очевидно, повышает судебную нагрузку на действующих судей.

Что же делать?

В самом общем виде улучшить ситуацию поможет доукомплектование утвержденного штата судей и снижение их нагрузки. Возможно, стоит увеличить количество судей.

Нагрузка же снижается не только увеличением количества судей, но, например, снижением количества мелких и бесспорных дел, о которых мы еще поговорим.

2. О СУДЬЯХ В ЦЕЛОМ

Про судей обычный человек мало что знает.

Человек в мантии чего-то там говорит, какие-то решения принимает…

А между тем за судейской мантией стоит живой человек со своим мировоззрением, чувствами и личными проблемами. И этот человек ежедневно разрешает конфликтные ситуации по гражданским делам, решает человеческие судьбы по уголовным и определяет, кто прав, государство или человек, по административным.

Это непростая работа, эмоционально затратная. Судьи чрезвычайно перегружены и фактически живут на работе, лишая себя радостей обычной человеческой жизни: общения с близкими и друзьями, отдыха и минут спокойствия.

Безусловно, каждый судья понимает все риски и неудобства профессии, поэтому я отнюдь не пытаюсь вызывать жалость, а просто хочу показать, что работа судьи сложна во всех ее аспектах.

Легко ли стать судьей?

Образ судьи типично формируется через медиа и в большинстве своем — в негативном смысле.

Редко когда можно увидеть в СМИ образ справедливого судьи, который принял решение по закону и справедливости. Обычно у нас начинаются волны публикаций после очередного громкого эпизода, когда под пресс государственной машины попадает политический или общественный деятель, которому, к примеру, назначают пару недель ареста за выход на прогулку по улицам города (в логике государства это же в чистом виде незаконная политическая акция!).

Дыма без огня не бывает — незаконных и несправедливых наказаний у нас хватает.

Принимающие же такие решения судьи выставляются слугами зла, которые спят и видят, как наказать смутьянов. И такие судьи действительно есть: можете обратить внимание, что критически настроенных граждан судят часто одни и те же судьи, которые по интересному стечению обстоятельств оказываются дежурящими именно в тот день, когда нужно рассмотреть дело нужного государству человека.

Если же ознакомиться с аудио- или видеоматериалами с таких заседаний, то часто можно услышать, как судья пулеметом зачитывает постановление или приговор, что вызывает ощущение конвейера и полного равнодушия к человеческой судьбе.

Перефразируя цитату известного фильма: «Это судья кого надо судья». Да, есть и такие «служители», только служат они не закону, а воле начальства. Кто-то из них уже сразу приходит в судебную систему с этой установкой, кто-то ломается после. О таких «чиновниках в мантии» мы подробнее поговорим далее.

Однако, по моему глубокому убеждению, адекватных и честных судей гораздо больше, даже несмотря на все существующие инструменты отбора и контроля за ними.

Давайте попробуем разобрать порядок наделения судей полномочиями.

Базовые формальные требования к судьям низовых уровней (то есть к мировым и районным судьям) таковы:

— гражданство России;

— дееспособность;

— возраст не менее 25 лет;

— высшее образование по российскому праву;

— стаж по юридической профессии не менее 5 лет;

— успешный результат на квалификационном экзамене.

Кажется, не бог весть какие требования для юриста, однако это не так.

Экзамен сложный. Сдать его без глубоких знаний по всему перечню вопросов нереально. Если кто-то думает, что достаточно вызубрить сотню-другую законов, то он рассуждает наивно. Для такого экзамена знания теории — само собой разумеющееся, необходимы знания судебной практики и умение решать сложные вопросы из смежных отраслей права.

В юриспруденции, видите ли, все взаимосвязано. Поэтому занять позицию «я криминалист, а что там в вашем гражданском праве происходит, мне неинтересно» — признак плохого юриста, такому судьей не стать однозначно.

Сдать экзамен — это только лишь часть процесса назначения.

Кандидат в судьи проходит от 3 до 6 кругов ада, коими являются:

— квалификационные коллегии судей (субъектов РФ);

— экзаменационные комиссии;

— Высшая квалификационная коллегия судей РФ (далее — ВККС);

— председатели высших судов в субъектах РФ и Председатель Верховного Суда РФ;

— Комиссия при Президенте РФ по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей федеральных судов (далее — Комиссия);

— Президент РФ.

Мы не будем подробно разбирать состав и компетенцию каждой инстанции и ограничимся лишь основными этапами. Подробнее с порядком назначения судей можно ознакомиться из иных открытых источников⁴.

Кандидат должен подать заявление и пакет документов в экзаменационную комиссию, которая проверяет их и допускает кандидата до экзамена. После чего остается только лишь дождаться даты экзамена (они проводятся несколько раз в год), прийти и успешно его сдать.

После успешной сдачи экзамена кандидату выдается удостоверение о прохождении экзамена, действительное 3 года.

Далее кандидату остается лишь ловить открытую вакансию для перехода на следующий этап отбора.

Когда вакансия открывается, кандидат подает заявление с иными документами в квалификационную коллегию судей, которая организует проверку документов и кандидата, в том числе с привлечением правоохранительных органов. Если все в порядке и если согласен председатель суда (о них мы подробнее поговорим далее), то кандидат получает рекомендацию к назначению на должность, после чего документы кандидата отправляются в Администрацию Президента РФ.

Одной из стадий рассмотрения кандидата в судьи является проверка его биографии силовыми ведомствами в Комиссии по предварительному рассмотрению кандидатур на должности судей.

Кстати говоря, правовой статус этой Комиссии вызывает вопросы: она не указана в нормативных документах в качестве органа судейского сообщества, хотя и положение о ней, и состав утверждаются Президентом РФ, и можно сказать, что это президент делегировал Комиссии свои полномочия — действительно, не сам же он будет кандидатуры рассматривать.

Комиссия, не имея четкого правового статуса, на деле является решающей инстанцией, состоится назначение кандидата или нет.

В состав Комиссии входит судебное начальство, заместители руководителей основных силовых ведомство и чиновники президентской администрации — всего 16 человек. Именно высокоранговые чиновники от исполнительной власти (которая постоянно выступает в суде в качестве стороны спора) и определяют судьбу каждого кандидата на должность судьи.

Кандидат проверяется по всем гласным и негласным учетам, к нему приходят домой, изучают его круг общения — словом, все направлено на глубокую проверку, но только для чего?

А для того, чтобы отсечь неудобного кандидата.

Основания для отказа в назначении

По закону кандидаты не могут стать судьями при несоответствии базовым требованиям, которые мы разобрали выше, плюс при наличии следующих обстоятельств:

— кандидат имеет или имел судимость, либо подвергался уголовному преследованию, прекращенному по нереабилитирующим основаниям;

— кандидат имеет гражданство иностранного государства либо вид на жительство или иной документ, подтверждающий право на постоянное проживание гражданина России на территории иностранного государства;

— кандидат имеет заболевания, препятствующие осуществлению полномочий судьи;

— признание кандидата судом недееспособным или ограниченно дееспособным;

— кандидат подозревается или обвиняется в совершении преступления;

— кандидат состоит в близком родстве или свойстве (супруги, родители, дети, родные братья и сестры, дедушки, бабушки, внуки, а также родители, дети, родные братья и сестры супругов) с председателем или заместителем председателя того же суда;

— кандидат состоит на учете в наркологическом или психоневрологическом диспансере в связи с лечением от алкоголизма, наркомании, токсикомании, хронических и затяжных психических расстройств.

Как видите, формальный перечень довольно обширный, но в то же время понятный и не вызывающий вопросов. Действительно, правосудие должны отправлять лучшие из лучших, адекватнейшие из адекватных.

Мы уже знаем, что кандидаты проходят несколько проверок в разных инстанциях, решающей из которых является президентская комиссия по отбору: по факту именно она принимает решение по каждому кандидату. Напомню, комиссия состоит из высшего судебного начальства и руководства силовых органов исполнительной власти.

Несложно догадаться, что на этом этапе легко получить ничем не мотивированный отказ, поскольку комиссия никак не связана решениями квалификационных коллегий судей (далее — ККС).

Возникает интересный вопрос: а зачем тогда вообще нужны ККС, если окончательное решение принимает, по сути, президентская администрация?

Одобрение, как и отказ, оформляется решениями, которые нигде не публикуются.

Получить отказное решение кандидат не может, что лишает последнего права на обжалование даже по формальным основаниям. А даже если и подать жалобу, то комиссия всегда может прикрыться формулой «решение комиссии — промежуточный этап в целях реализации функции Президента РФ по назначению судей».

Теоретически президент имеет право не согласиться с Комиссией и назначить не получившего «добро» кандидата. На практике же очевидна невозможность такого сценария.

Оспорить «неназначение» в судьи невозможно, поэтому, если не прошел все круги ада, пробуй заново или уймись.

Откуда приходят судьи

По формальным критериям на должность судьи может претендовать человек с высшим юридическим образованием, опытом работы по профессии не менее 5 лет и не имеющий порочащих пятен в биографии — так упрощенно можно описать базовые критерии для кандидата.

Откуда же приходят кандидаты?

Исторически сложилось, что основная кузница кадров для суда — сам суд. На втором месте — органы исполнительной власти, чаще всего правоохранительные.

Почему так?

Можно сказать, что судебная корпорация в этом смысле несильно отличается от иных корпораций.

Например, если вы работаете в какой-либо средней или крупной компании или иной подобной организации, то наверняка знаете, что начальников низшего и среднего звена обычно растят из собственных сотрудников.

И если для компании это вполне логично, то с судом ситуация выглядит иначе.

Ну вот представьте себе, например, студента, который после преддипломной практики сразу пошел работать в районный суд на должность помощника или секретаря.

Вузовские программы юридического образования в стране на 99% состоят из теоретических знаний. Только профильные вузы и отдельные преподаватели-энтузиасты могут себе позволить расширить этот коридор и дать больше практических знаний — в подавляющем большинстве все сводится к тупому заучиванию содержания нормативных актов без их осмысления и попытки применения на тренировках и имитациях реальных ситуаций.

И вот приходит такой выпускник в суд, пусть даже имея хорошую теоретическую подготовку, — что он умеет?

Мира права он не видел, с людьми не общался и понятия не имеет, как все устроено и работает. Особенно это касается арбитражных споров в предпринимательской деятельности: там море разливанное разнообразных ситуаций, что аж дух захватывает. А наш замечательный законодатель ежедневно подкидывает в котел нормативных актов все новые и новые изменения, в которых судье нужно уметь разбираться здесь и сейчас. Рынок на месте не стоит — без практических навыков понимания устройства бизнеса грамотно разобрать спор невозможно.

Тут в какой тип судопроизводства ни посмотри, ситуация идентичная.

Едва ли можно хорошо рассматривать уголовные дела, не поработав на стадии предварительного следствия, неважно, будь то следователь или адвокат. Как и нельзя разрешать гражданские дела, не погрузившись в кухню разнообразных вопросов этой сферы.

В итоге психология такого «выпускника» определяется по установкам его начальника судьи и иными сотрудниками суда.

Что можно сделать? Набирать судей из юристов, не связанных с государством: адвокатов, юристов коммерческих и некоммерческих организаций.

Однако практика пока идет по своему пути, и случаи назначения судей не из числа государственных служащих чрезвычайно редки.

Легко ли быть судьей?

В целом быть судьей сложно.

Это по умолчанию тяжелая работа, требующая глубоких юридических знаний и связанная с постоянным напряжением.

Однако есть и иные причины, усложняющие работу судей. Некоторые из них более подробно мы рассмотрим далее.

Одна из основных причин — огромное количество и низкое качество принимаемых нормативных актов. Я имею в виду не только законы, но и подзаконные акты (постановления Правительства РФ, акты министерств и ведомств, региональные законы и региональные подзаконные акты) — их огромное количество, и каждый день принимаются новые, изменяются действующие и утрачивают силу устаревшие документы. Уследить за этим просто физически невозможно.

Поэтому хороший юрист — это не тот, кто все знает, а тот, кто знает, где искать.

Если для среднестатистического юриста держать руку на пульсе изменений законодательства сложно, то судье сложнее вдвойне из-за катастрофической нехватки времени — это еще одна причина сложности работы судьи.

Времени не хватает, потому что количество дел выше норматива (норма составляет примерно 40 дел в месяц, а в больших городах норматив превышен в 4–5 раз).

Зашкаливающее количество дел, потому что иные способы разрешения споров малоэффективны и необязательны, и люди используют свое право на судебную защиту для получения решения суда, которое хотя бы можно попробовать исполнить. А без документов, как известно, слова к делу не пришьешь. Плюс в общее море дел подливают государственные органы, типа Пенсионного фонда России (далее — ПФР), любящие судиться за три копейки, а ведь каждое дело для суда — это трудочасы судьи и его помощников, которые стоят на порядок дороже, чем копеечные требования ПФР.

Загрузка судов возрастает год от года, соответственно, повышается нагрузка на каждого судью. Количество принимаемых законов увеличивается, их качество — снижается.

Очевидно, что работать в таких условиях непросто.

Помимо этого, судебное начальство и исполнительная власть неустанно бдят над судьями и контролируют их в постоянном режиме, чтобы, не дай бог, чего не произошло. Объясняется это не отеческой заботой, а страхом разбалансировки системы.

Почему судьи закрытые?

Здесь срабатывает ряд факторов.

Изрядное количество судей не считают себя подотчетными обществу и мало интересуются тем, как они и их решения выглядят в глазах граждан⁵.

Причину этого явления вы уже сами знаете — это репрессивное правосознание подобных судей — выходцев из правоохранительных органов. Плюс к этому добавляется профессиональная деформация, которую мы тоже рассмотрим подробнее.

У некоторых срабатывает банальная гордыня: как же, я получил власть, я теперь Судия Всемогущий, а вы тут ходите, просители несчастные. Да, от власти кружит голову, и далеко не каждый способен преодолеть это «головокружение от успеха».

Некоторые настолько сильно держатся за должность, что просто закрываются от всего мира и не видят ничего вокруг, кроме бесконечного числа дел на столе. Особенно часто, по моим наблюдениям, этим страдают несемейные судьи.

Нельзя сбрасывать со счетов и законодательные ограничения для судей, испорченные извращенными трактовками судебного начальства. В частности, речь идет о нормах судейской этики, которые вводят ряд ограничений для судей, но трактовка этих норм судебным начальством фактически ограничивает судью в любой активности и иных проявлениях открытости. Не найдете вы ни канала на YouTube, ни телеграм-канала, ни любой другой формы коммуникации между судьями и обществом — запрещено под страхом наказания. Хотя законом не запрещено судье рассказывать о судебной работе (с некоторыми ограничениями), на практике это фактически запрещено.

Ну и в целом преобладает подход «лучше промолчать, кабы чего не вышло».

К примеру, можете поискать в открытых источниках историю про бывшего судью Дмитрия Новикова, который уже много лет с переменным успехом борется с коррупцией в судебной системе Краснодарского края (для незнающих: этот регион имеет негласный статус особенного места со своим особенным правосудием). Его путь заслуживает пристального изучения и уважения: в середине 2022 г. он в очередной раз посажен под арест по сомнительному обвинению. В прошлом он уже подвергался уголовному преследованию с арестом, но был оправдан, не испугался и продолжил свою деятельность уже как юрист-представитель.

Поверьте, судьям есть что рассказать людям и о рассмотрении дел, и о том, как себя надо вести и не надо, и много чего еще. Но даже на такие темы наложено табу: то ли от устаревших взглядов на информационное общество, то ли от страха, что общество, прознав о проблемах судей, начнет требовать реформ и замены устаревшего во всех смыслах судебного начальства.

Возрастное начальство судебной системы — еще один фактор закрытости судей. Посмотрите на возраст руководства Верховного Суда РФ, и вам все сразу станет понятно.

А если захотите побольше узнать о подвигах Председателя Верхового Суда РФ г-на В. М. Лебедева — погуглите. Только не официальную сухую биографию, а иную. Вы увидите, что во главе высшего суда России несколько десятилетий (!) стоит человек с глубоко репрессивной и верноподданнической позицией.

Посмотрите, сколько лет своей трудовой биографии он работал непосредственно судьей, а сколько — председателем. Это не судья, а типичный чиновник из серии «чего изволите», который держит в страхе и подчинении весь российский судейский корпус.

Ну и так, занимательный факт.

Верховный Суд РФ состоит из 170 судей. На рассмотрение этого суда попадает примерно 1% от подаваемых туда жалоб.

Самоцензура

Еще одним фактором закрытости является самоцензура.

Мы разобрали, что у судей при наличии довольно «вкусных» условий есть и довольно жесткие ограничения на общение с внешним миром не только при исполнении своих прямых обязанностей, но и вне службы.

Взглянем на некоторые положения Кодекса судейской этики⁶ — важного документа судейского сообщества.

«В своей профессиональной деятельности и вне службы судья обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы, руководствоваться Законом Российской Федерации “О статусе судей в Российской Федерации”, нормами процессуального законодательства, другими нормативными правовыми актами, а также принципами и правилами поведения, установленными Кодексом судейской этики, общепринятыми нормами морали и нравственности, неукоснительно следовать присяге судьи»⁷.

Как мы видим, требования распространяются на действия судьи, где бы он ни находился и что бы ни делал.

«На протяжении всего срока пребывания в должности судья не должен осуществлять никакой деятельности, которая могла бы поставить под сомнение его независимость и беспристрастность и привести к конфликту интересов»⁸.

«Судья должен следовать высоким стандартам морали и нравственности, быть честным, в любой ситуации сохранять личное достоинство, дорожить своей честью, избегать всего, что могло бы умалить авторитет судебной власти и причинить ущерб репутации судьи»⁹.

«Судья не должен использовать свой статус в целях получения каких-либо благ, услуг, коммерческой или иной выгоды для себя, своих родственников, друзей, знакомых (например, получение кредита, заключение договоров на иных условиях, чем это предусмотрено в отношении других лиц); требовать либо принимать не предусмотренные законодательством Российской Федерации льготы, выплаты и преимущества (например, ссуды, беспроцентные займы, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов) и обязан принять разумные меры к тому, чтобы указанные льготы, выплаты и преимущества не могли быть приняты членами его семьи, если это вызвано действиями, которые судья совершил или намеревается совершить, либо бездействием судьи в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Судье не следует использовать свой статус при обращениях в различные государственные органы и органы местного самоуправления по личным вопросам; получать вознаграждение, связанное с выполнением обязанностей по осуществлению правосудия, из иных источников, кроме федерального бюджета, а в случаях, предусмотренных законом, — бюджета соответствующего субъекта Российской Федерации»¹⁰.

«Судья не должен совершать каких-либо действий либо давать повод другим лицам совершать такие действия, которые позволяли бы сделать вывод об оказании влияния на осуществление судьей его полномочий и усомниться в независимости и беспристрастности судьи»¹¹.

Иными словами, судья должен избегать абсолютно любых ситуаций, которые могут быть истолкованы судейским сообществом как направленные против авторитета судебной власти.

Однако и приведенные положения не являются исчерпывающими правилами поведения судьи.

В Кодексе судейской этики есть, например, глава 4 «Принципы и правила поведения судьи во внесудебной деятельности», где подробно закреплены разрешения и ограничения для судей в свободное от службы время.

Не будем подробно останавливаться на анализе документа, при желании его легко можно найти в открытом доступе и ознакомиться.

Главное — понять логику документа: судье не следует вовлекаться в какие-либо ситуации, которые могут привести к возникновению сомнений в беспристрастности судьи, конфликту интересов или иным противоправным ситуациям.

Отдельно хочу рассмотреть положения статей 15¹² и 22¹³ Кодекса судейской этики.

Почему я сделал акцент на них и при чем тут самоцензура?

Много ли вы знаете судей, которые выступают с публичными докладами о развитии правосудия?

Широко известные в узких кругах официозные мероприятия Верховного Суда РФ, где сухим и казенным языком произносятся доклады и предлагаются инициативы, предварительно согласованные перед их озвучиванием, не считаются.

Никакой критики быть не может по определению, любого смутьяна ждет наказание — от простых криков до изгнания из корпорации.

А много ли было случаев, когда судьи разъясняли правовые мотивы принятых ими или их коллегами судебных решений? Я про такие не знаю.

Вывод: судьи этим правом не пользуются в силу самоцензуры.

А что такое самоцензура? Страх понести ответственность за правомерные действия. Да, именно правомерные.

За примером можно обратиться к простой ситуации: в трудовом коллективе, когда руководство нарушает права работников, работники при этом молчат и не защищают свои права. Потому что откроешь рот — тут же получишь травлю и прессинг со стороны начальства.

Чего боятся судьи?

Для обычного человека может показаться, что судьи — эдакие бессмертные эльфы, вершащие судьбы людей, которым нечего опасаться, ибо за ними — государственная машина.

Однако судьям есть чего бояться.

Потеря мантии

Вы уже знаете, что для получения заветного назначения надо пройти от 3 до 6 кругов ада, выдержать испытания и проверки спецслужб.

Значит, и за свое место судья будет держаться крепко, особенно в так называемых депрессивных, бедных регионах, где средняя заработная плата составляет порядка 20 000–25 000 руб. в месяц. Сравниваем с зарплатой 150 000–180 000 руб. (и это без надбавок, премий и прочих доплат!) — есть что терять. Не говоря уже о стаже, возможности повышения квалификации и получения государственной квартиры с правом последующей приватизации.

Страхом потери статуса судьи также умело играет судебное начальство. Будешь себя хорошо вести — будешь иметь все; будешь плохо — вылетишь.

Жалобы со стороны граждан

Как и любая государственная служба, судебная служба в смысле порядка ее организации и склонности к бронзовению мало чем отличается от других видов.

Без общественного контроля и открытости суд зарастет коррупцией, хамством и безразличием. Проблема в том, что на исполнительную власть можно пожаловаться как вышестоящему чиновнику, так и в суд, но подать в суд на суд, увы, никак не получится.

Зарвавшемуся судье можно потрепать нервы двумя способами:

1) пожаловаться председателю суда (или вышестоящего суда);

2) обратиться в квалификационную коллегию судей.

Нарушения, которые может допустить судья, существуют в спектре от мелких нарушений инструкции по делопроизводству вплоть до уголовных преступлений.

Поэтому, если соберетесь жаловаться на судью, обязательно предварительно проконсультируйтесь со своим юридическим советником. Безосновательные или плохо подготовленные жалобы нервы судьям не задевают.

Имеет значение как количество, так и качество жалоб.

Если на судью жалуются, условно, несколько раз в год, то это по умолчанию будет интерпретировано как отместка со стороны проигравшей стороны.

Другое дело, если на судью жалуются пачками, тут уже действительно есть повод присмотреться.

Конечно, бывают и такие ситуации, при которых на судью жалуются пачками, но судейское сообщество не реагирует, как и по одной жалобе инициируют дисциплинарное расследование.