А. Д. Белоусов

Телефонное мошенничество:
психологический анализ и технологии развития устойчивости

Научно-практическое пособие

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.72

ББК 67.408

Б43

Автор:
Белоусов А. Д., кандидат биологических наук, доцент, ведущий научный сотрудник Всероссийского научно-исследовательского института МВД России.

Пособие посвящено актуальной проблеме дистанционных мошеннических влияний, осуществляемых, в значительной мере, с использованием телефонной связи. Материал основан на изучении реальных аудиоматериалов, зафиксированных в рамках расследования подобных преступлений. С применением методов практической психологии проведен разносторонний и детальный анализ манипулятивных мошеннических схем, разработаны соответствующие классификации. С использованием авторского тестового инструментария изучены личностные особенности респондентов на предмет их психологической устойчивости к подобным влияниям, определены динамические и содержательные характеристики интеллекта, ответственные за виктимное поведение при общении с телефонными мошенниками. На базе обнаруженных личностных закономерностей потенциальных потерпевших и с учетом сценарных алгоритмов преступных схем сформулированы предложения по видам профилактических материалов для граждан и способам их подачи.

Материал будет полезен для подготовки лекций, сообщений, выступлений перед широкой аудиторией. Предлагаемые подходы в соответствующей профилактике могут быть использованы для изготовления агитационных видео- и аудиоматериалов, плакатов, постеров, буклетов и т. п. Рекомендуемые направления повышения личностной защищенности могут представлять интерес для саморазвития граждан.

Текст публикуется в авторской редакции.

Изображение на обложке с ресурса Photogenica.ru

УДК 343.72

ББК 67.408

© Белоусов А. Д., 2023

© ООО «Проспект», 2023

ВВЕДЕНИЕ

Уровень и динамика преступлений с использованием информационно-телекоммуникационных технологий и в сфере компьютерной информации

Объективные общественные процессы научно-технического развития приводят к формированию новой информационной среды, качественно и количественно превосходящей традиционный обмен сообщениями между людьми. В виртуальную сферу перемещается не только обмен текстовыми обращениями, медиа файлами, программными продуктами, но и финансовые трансакции, хранение и переводы денежных средств граждан и организаций.

К сожалению, технические возможности данного информационного пространства пока значительно опережают ее нормативное регулирование, что создает значительные риски, так называемого, дистанционного неправомерного завладения конфиденциальной, интеллектуальной, имущественной, финансовой и иной собственностью физических и юридических лиц. Кроме технической сложности требующегося регулирования виртуальных взаимодействий их субъектов, важным препятствием этому выступает и глобальный характер единого информационного пространства, исключающий в полной мере учет законодательства и интересов отдельных государств, а в ряде случаев и способствующий пренебрежению ими, что реализуется в целенаправленных атаках на все названные сферы общественной жизни, использующие виртуальную среду или киберпространство.

Об уровне и динамике данных негативных процессов свидетельствуют следующие официальные данные: за период с января по декабрь 2022 года органами внутренних дел Российской Федерации выявлено 96 665 лиц, совершивших преступления с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации. Это на 11,5% больше, чем за 2021 год¹.

Несмотря на то, что за 11 месяцев 2022 года количество таких деяний сократилось на 4,9% (с 494,1 тыс. до 470,1 тыс.) по отношению к уровню предшествующего года², по данным Комитета Государственного Думы Российской Федерации по информполитике, киберпреступления составляют уже четверть (26,6%) всех зарегистрированных преступлений. Более 70% из них занимают дистанционные хищения (71%).

Из общего числа киберпреступлений совершается с использованием сети Интернет 45,0% преступных деяний, мобильной связи — 26,8%, банковских карт — 22,0%, компьютерной техники — 4,6%, программных средств — 1,4%, фиктивных электронных платежей — 0,2%³.

Практически все такие преступления (99,7%) выявляются органами внутренних дел Российской Федерации.

Значительная часть ИТ-преступлений имеет корыстную направленность и совершается в форме краж и мошенничества⁴.

Размер ущерба, нанесенного злоумышленниками клиентам Российских банков в III квартале 2022 года по сравнению с таким же периодом прошлого года, в результате хищения их денежных средств вырос на 23,0% и составил почти до 4 млрд рублей⁵.

Анализируя механизмы данных преступных деяний, необходимо условно разделить их на два способа изъятия денежных средств у потерпевших: посредством применения технических (программных, операциональных) приемов и информационно-психологического (манипулятивного) воздействия на владельцев электронных финансовых счетов⁶.

Имеются данные регионального уровня, согласно которым более 70% дистанционных хищений денежных средств, совершено злоумышленниками путем использования в ходе телефонных звонков психологических методов, приемов, манипуляций, с целью получения доступа к информации граждан либо побуждения их к совершению действий со своими денежными средствами в интересах преступников⁷.

В целом по стране в третьем квартале 2022 года объем таких информационно-психологических (манипулятивных) воздействий на потерпевших в общем числе совершенных краж увеличился до 54,1%, в аналогичном периоде 2021 года показатель оценивался в 41%⁸.

По данным ГИАЦ МВД России в 2022 году использование средств мобильной связи лицами, совершившими преступления с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации установлено в 23,8% случаев⁹.

Тот же источник сообщает, что посредством телефонной связи в 2022 году совершено 211 066 преступлений данной категории, с использованием технологии, так называемой, «социальной инженерии» — 71 805 преступных деяний.

Данная технология при осуществлении операций без согласия клиента (ОБС) используются в значительной части дистанционных хищений (данные Центрального банка России за III квартал 2022 года):

• под видом дистанционного банковского обслуживания — в 75,0% случаев;

• при оплате товаров и услуг в Интернете — в 53,3% случаев;

• посредством банкоматов, терминалов, импринтеров — в 14,1% случаев¹⁰.

Роль психологических знаний в профилактике дистанционных хищений, совершаемых с использованием технологий влияния

Признавая успехи общества в совершенствовании технических, организационных и правовых инструментов устранения условий совершения преступлений с использованием информационно-телекоммуникационных технологий или в сфере компьютерной информации, следует констатировать, что дальнейший научно-технический прогресс будет создавать все новые «зоны неопределенности» в информационном пространстве, как поле для появления ранее неизвестных способов посягательств на имущество организаций и технически некомпетентных граждан.

Следовательно, для предупреждения данных рисков требуются действия на опережение, в частности, формирующие у граждан психологическую готовность к встрече с новым и непонятным воздействием. Это важно и возможно с точки зрения неизменности, биологической обусловленности психических механизмов человека, эволюция которого как вида происходит многократно медленнее перемен в развитии производительных сил, науки и техники.

Таким образом, не пытаясь предвосхитить перспективные технические разработки и возникающие на их почве новые технологии влияния, следует сосредоточить внимание психологической науки на вскрытии общих алгоритмов и психологического содержания этих негативных воздействий с целью выработки адекватных научно-обоснованных профилактических мероприятий индивидуального и массового характера. Необходимо научить граждан осознавать в соответствующих ситуациях — что происходит (с ними, вне их), на какие потребности и чувства осуществлено воздействие, кому это выгодно, может ли это быть попыткой влияния, стоит ли продолжать взаимодействие (с программой, с реальным собеседником), какие совершил ошибки в прошлом и как их не повторять, какие черты и навыки в себе развить и т. п.

Актуальность названных задач прикладного характера очевидна в условиях имеющегося дефицита исследований проблемы киберпреступлений и их жертв¹¹, отсутствии монографических работ по виктимологической профилактике компьютерного мошенничества¹², скудности опыта в изучении путей, способов и средств обеспечения информационно-психологической безопасности развивающими средствами педагогической науки¹³.

Значение раскрытия психологического содержания и алгоритмов дистанционных технологий влияния

Имея конечной целью исследования проблемы дистанционных хищений, снижение уровня данной преступности и, в частности, посредством ее соответствующей профилактики, целесообразно, в первую очередь, вскрыть психологическое содержание данных технологий влияния или, проще, определить причины, по которым эти негативные воздействия вызывают у потерпевших действия, выгодные мошенникам.

Принимая во внимание высокую степень изученности виктимного поведения потерпевших от мошенничества, следует выделить основную особенность данных преступлений, совершаемых в киберпространстве — это отсутствие непосредственного контакта или «живого общения» мошенника и потерпевшего. Очевидно, именно это обстоятельство формирует низкую степень устойчивости граждан к влиянию в незнакомых условиях взаимодействия.

Сохраняющееся отставание цифровой грамотности основной части населения от скорости развития информационных технологий позволяет злоумышленникам создавать все новые алгоритмы получения доступа к личным данным и денежным счетам граждан. По данным представителей банковской сферы, только за 2022 год мошенниками сгенерировано около 20 новых дистанционных схем влияния¹⁴.

Причинами смены злоумышленниками нюансов данных сценариев и алгоритмов является не только возникающая устойчивость населения к избитым схемам, но и появляющиеся актуальные информационные поводы, иногда опережающие повестку средств массовой информации¹⁵. Например, это эпидемиологические, мобилизационные пенсионные нововведения и т. п.

На представительских мероприятиях, посвященных данной проблематике, справедливо отмечается, что мошенники креативны и сфокусированы, а общество и банковская сфера действуют еще разрозненно и медленно¹⁶.

Преступный смысл наличия широкого спектра разновидностей указанных схем, использующих общественно значимые события, состоит в подборе личностно значимых тем для всех слоев и социально-демографических групп населения для похищения их средств. Тем более, что личная проблематика абонентов телефонной и Интернет-связи состоит далеко не только в событиях социального информационного фона, что расширяет число потенциальных тем дистанционных воздействий на них.

Убедиться в подборе таких тем для каждого отдельного адресата можно на собственном опыте, воспользовавшись рекомендацией проследить логику изменения сценариев поступающих телефонных звонков. Это укажет на наличие в мошеннической базе алгоритма учета реакций гражданина, согласно которому, в случае, если он поначалу проявил признаки доверия к сообщаемой мошенником ложной информации и продолжил следовать его указаниям, но потом по какой-то причине прервал разговор, «сорвался», то в дальнейшем ему будут поступать звонки с похожим или «усовершенствованным» алгоритмом. Либо, напротив, абонент, не поверивший сразу звонящему от имени вымышленного персонажа, в дальнейшем будет получать звонки с незнакомых номеров, представляться в которых будут всегда иначе.

Одним из признаков «попадания» в такую базу «активных» или «отвечающих на незнакомые номера» абонентов является поступление вызовов и их сброс звонящим без ответа после их принятия адресатом. Таким образом осуществляется проверка (чаще всего автоматизированная) списка номеров, имеющихся у злоумышленников.

Гибкое варьирование вариантов дистанционных воздействий делает все более бесперспективными попытки общества профилактировать данные преступления простым информированием населения о них.

Следовать в этом смысле за замыслами «дистанционных мошенников», распространять конкретные примеры их звонков и сообщений, не выделяя общей психологически обусловленной структуры типичных схем и их алгоритмов, означает отставать и проигрывать в профилактике киберпреступлений. Необходимо действовать на опережение, вскрывая ход мысли и цели злоумышленников, типичные паттерны¹⁷ психологических влияний, личностные мишени негативных воздействий — известных и перспективных.

Социальная инженерия — термин и содержание

Руководствуясь в данном исследовании прикладными задачами психологической науки по профилактике дистанционных хищений, совершаемых с использованием технологий влияния, следует рассмотреть проблему целесообразности использования термина «социальная инженерия», закрепившегося в отношении изучаемого вида мошеннических действий.

Научное обоснование «социальной инженерии» впервые дал австрийский философ и социолог К. Поппер. В своем научном труде «Нищета историзма» автор рассмотрел социальную инженерию как совокупность неких подходов из области прикладной социологии, которые направлены на рационализированное изменение социальных систем на основе знаний об обществе и экстраполяции существующих данных с целью предсказания потенциальных результатов проводимых преобразований¹⁸.

Популярным термин «социальная инженерия» сделал некий К. Митник¹⁹, который описал ее тактические приемы как угрозы для корпоративной безопасности, позволяющие обойти так называемую технологическую оборону компаний и организаций.

В перечень содержательных элементов «социальной инженерии» исследователи обеспечения экономической безопасности относят следующее:

• создание и управление социальными институтами и значимыми социальными процессами;

• методы стимулирования и управления поведением общества, включающие в себя политическое воздействие при коррекции социальных установок при формировании общественного мнения;

• целенаправленное воздействие на изменение частной функции социальной среды в процессе социализации индивидов;

• достижение определенного социального действия через психологическое внедрение информации и изменения посредством данного внедрения определенных психологических реакций людей, таких как привычка, интерес, доверие и т. д.²⁰

Таким образом, очевидно, что корректное значение словосочетания «социальная инженерия» значительно шире обозначения им мошеннических действий с использованием телефонной мобильной связи²¹.

В то же время упоминание данного лексического шаблона в ряде публикаций неизменно влечет за собой расшифровку его психологической сути, а именно, «психологическое манипулирование людьми с целью получения конфиденциальной информации с последующим ее использованием при совершении хищений»²², кроме этого социальная инженерия определяется как «метод, основанный на базовых психологических закономерностях в финансовом поведении человека, при целенаправленном воздействии на которые человек становится управляем»²³.

Налицо логические искажения по типу номинализации²⁴, заключающиеся в употреблении абстрактного существительного «инженерия» вместо лексических форм, прямо обозначающих происходящие процессы, такие как «манипулирование», «влияние», «обман», «введение в заблуждение», «злоупотребление доверием» и т. п.

Данное искажение контрпродуктивно с точки зрения планирования профилактических, развивающих и коррекционных мероприятий, так как представление явления как законченного, «закапсулированного» процесса не позволяет увидеть направления приложения регулирующих психологических усилий. Напротив, обозначения, используемые в настоящем исследовании — «дистанционные хищения, совершаемые с использованием технологий влияния», характеризуют «что» совершается, «с какой целью» и «как».

Психологическое влияние здесь означает воздействие на психическое состояние, чувства, мысли и поступки других людей с помощью исключительно психологических средств: вербальных, паралингвистических или невербальных.

Кроме этого, по отношению к отдельным категориям граждан, таким как неработающие пенсионеры и несовершеннолетние, очевидно, не применим термин из сферы защиты корпоративных секретных кодов. Термин «социальная инженерия» введен в сферу противодействия киберпреступлениям специалистами технического профиля, представляющими психику по аналогии с машиной, устройством, что далеко от полного представления объективной истины.

I. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ АНАЛИЗА И КЛАССИФИКАЦИИ ДИСТАНЦИОННЫХ МОШЕННИЧЕСКИХ СХЕМ

Преследуя цель установить психологически значимые закономерности в массиве известных схем дистанционного мошенничества, необходимо произвести определенные психологической обобщения признаков этих влияний по смысловым уровням разной степени глубины. Данное погружение в смысловую (содержательную) структуру будет представлять собой движение от внешних, явных (воспринимаемых органами чувств и осознаваемых буквально) характеристик информационного воздействия к его скрытым или неочевидным психологическим значениям.

Данный анализ целесообразно предварительно проиллюстрировать на примере одной из распространенных мошеннических схем «Звонок с просьбой о помощи». Необходимо уточнить, что психологическая структура схемы не вполне аналогична последовательности задействования психических реакций адресата телефонного звонка.

В качестве матрицы такого анализа использована структура логических уровней из области нейролингвистического программирования (НЛП)²⁵, позволяющая максимально полно исследовать процесс (в данном случае, схему манипулятивного воздействия). В несколько адаптированном виде она содержит следующие фундаментальные вопросы.

Окружение (ситуация) процесса воздействия: Где? Когда? (где, когда происходит процесс).

Действия манипулятора: Что? (что конкретно делается).

Умения манипулятора: Как? (как это делается, какие задействованы технологии влияния — осознаваемые и не осознаваемые).

Причины эффективности воздействия: Почему? (почему это срабатывает, на какие психические процессы направлено).

Конечная цель воздействия: Для чего? (какие конечные цели преследуются мошенниками).

Субъект процесса: Кто? (кто это делает, личность субъекта — его смыслы, убеждения, ценности).

Пример анализа схемы дистанционного мошенничества «Звонок с просьбой о помощи»

Первый уровень (объективные характеристики элементов ситуации, среды): канал дистанционного воздействия — телефонная связь с непосредственным голосовым контактом мошенника и потерпевшего; инициатор общения — звонящее лицо, невидимое в данной ситуации; время воздействия — вечерне-ночное время отдыха адресата.

Второй уровень (непосредственно воспринимаемое речевое воздействие): ключевая фраза — плачущий голос, обращающийся к адресату со словами: «Бабушка, я попала в аварию!» (последующие реплики зависят от реакции адресата); если ответ адресата прозвучал первым, то это позволяет звонящему определить пол, приблизительный возраст и избрать соответствующий ролевой вариант взаимодействия «Член семьи или знакомый, просящий о помощи» (в данном случае это внучка); форма начального обращения — эмоциональная просьба; не исключена и адресность сценария (претекстинг (от англ. pretext «предлог», «повод») — выход на человека, о котором звонящему заранее известно, что у него есть внучка и ее возраст.

Третий уровень (технологии захвата внимания, поддержания эмоциональной вовлеченности): с первых секунд разговора создана среда, в которой адресат звонка переводится максимально контрастно из расслабленного психологического состояния в ситуацию, требующую предельной мобилизации; вызвана и поддерживается эмоция страха за благополучие внучки; внезапность и значимость информации (близкий родственник) должны, по расчету звонящего, ввести абонента в быстрый транс (легкая стадия гипноза), что лишает его способности мыслить критически и формирует узкий канал восприятия стимулов, без отвлечения на нелогичность смысловых и неестественность паралингвистических (свойства голоса) характеристик сообщения; чувство доверия — вызвано угадыванием наличия внучки, ее возраста и использованием настоящего имени, выданного самим адресатом в первой же реплике — «Маша, это ты?!»; не прерывающийся поток поступающей невнятной информации (от «внучки», третьих лиц, участников инсценированной ситуации) не позволяет бабушке «очнуться», выйти из трансового состояния и предпринять трезвые действия по подключению к ситуации помощников (родственников, знакомых, сотрудников правоохранительных органов и прочих).

Четвертый уровень (актуализируемая потребность, задействованное чувство, личностная значимость): в данном случае мошенническая схема основана на задействованных чувствах — волнение, сострадание, родственные чувства, а также на личностной ценности заботы о близких. Эксплуатируются альтруистические шаблоны действий по взаимопомощи и самопожертвованию ради детей и внуков, находящихся в трудной и опасной ситуации.

Пятый уровень (технологии управления поведением, психологического ведения): начальное подавление критического мышления адресата позволяет злоумышленнику направлять его решения и действия по усвоенным шаблонам, автоматизмам, в соответствии с его ценностями, правилами, установками и т. п. и пассивно следовать руководящим фразам звонящего; директивный, внушающий тон руководящих фраз (третьих лиц сценария) манипулирует трансакцией (ролевым взаимодействием) «Родитель – Ребенок»²⁶ (родителя олицетворяет, например, сотрудник полиции, присутствующий рядом с «внучкой», а ребенка — адресат звонка, находящийся в зависимом положении); по ходу общения осуществляется удержание мыслительного процесса абонента в требующемся направлении («тоннеле») с использованием, с одной стороны, положительного подкрепления одобряющими фразами «правильного» хода мыслей адресата и, с другой стороны, отрицательным стимулированием (порицаниями, осуждениями, запугиваниями) попыток жертвы сомневаться в происходящем; быстрый ритм и сумбурность сообщаемой информации удерживает трансовое состояние адресата, лишает его сознание возможности «зацепиться» за знакомые ситуации и включить критическое мышление; указания на необходимость действовать без промедлений (под разными предлогами) — мешает обдуманному принятию решений; чувство доверия на этом уровне поддерживается дополнительными сценарными ходами, например, необходимостью оформить передачу денег соответствующими расписками в трех экземплярах и т. п.;. запреты на подключение к разговору третьих лиц абонентом исключают возможность оценки ситуации со стороны.

Шестой уровень (конечная цель мошенников, действия, к которым склоняют потерпевшего и алгоритм хищения): конечной целью мошенников, лежащей в основе всей схемы, в данном варианте является физическая передача адресатом денег злоумышленникам; форма передачи — наличные курьеру.

Седьмой уровень (особенности лиц (и их действий), реализующих мошенническую схему): имитируется ситуация присутствия различных участников происшествия, которым по очереди передается трубка (сотрудник правоохранительных органов, медицинский работник, потерпевший от ДТП и т. п.); шаблонный характер фраз для реагирования на действия адресата, очевидность наличия кальки заданного сценария; настойчивость и неотступность следования злоумышленниками плану мошеннической атаки, инициатива в прекращении телефонной связи со стороны звонящих исключается.

Как было отмечено выше, порядок представления уровней отражает лишь различные смысловые подходы к анализу ключевых элементов схемы, но не четкую последовательность разворачивания во времени отдельных сцен или задействования психических процессов абонента. Сценарий конкретного способа дистанционного влияния часто предполагает одновременное использование мошенниками паттернов, относящихся к нескольким из обозначенных уровней. То есть, например, удержание внимания адресата, формирование его чувства доверия и подкрепление требуемых действий может осуществляться единовременно или попеременно в зависимости от складывающейся ситуации.

Высоко вероятно также, что не каждый злоумышленник владеет специальными познаниями, позволяющими подобным образом понимать психологическую суть совершаемых им действий. Зачастую к мошенническим звонкам в call-центрах²⁷ привлекают наспех обученных сотрудников, которых могут ставить в тупик ответы адресатов звонков и сообщений, если они не прописаны в их стандартных «шпаргалках».

Практика общения с телефонными мошенниками содержит примеры, когда абонент, обладающий специальными психологическими компетенциями, указывает мошеннику на то, что в затянувшемся разговоре уже имеются явные признаки отсутствия у адресата заинтересованности или обеспокоенности темой, по поводу которой был совершен звонок, и нет смысла пытаться разворачивать весь шаблон схемы. Реакция звонящего на это показывает непонимание им промежуточных и конечных задач всего сценария, и психологической сути его отдельных элементов.

В то же время для создания эффективных и научно обоснованных образцов наглядной профилактической продукции, данные скрытые элементы схем психологических влияний чрезвычайно важны, так как попытки давать рекомендации по сознательному, логическому и внимательному поведению граждан без учета приемов воздействия злоумышленниками на их подсознание малоэффективно.

Совокупность выделенных в приведенном примере критериев описания дистанционных мошеннических схем могут служить шаблоном для анализа всего многообразия действующих и перспективных преступных алгоритмов хищений. Очевидно, что различия между отдельными из них будут несомненны лишь на самых поверхностных уровнях восприятия, но при анализе их скрытой психологической сути, станут очевидными сходства и типичность многих из сценариев.

Для удобства данного анализа на практике, очевидно, целесообразна классификация применяемых злоумышленниками схем на основе типичных паттернов психологических влияний.

II. КЛАССИФИКАЦИЯ ДИСТАНЦИОННЫХ МОШЕННИЧЕСКИХ СХЕМ ПО ТИПИЧНЫМ ПАТТЕРНАМ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ВЛИЯНИЙ

2.1. Паттерны объективных характеристик ситуации дистанционной технологии влияния

2.2. Текстовые и речевые паттерны дистанционных воздействий

2.3. Паттерны способов и содержания психологических влияний

2.4. Отдельные личностные особенности субъектов, использующих дистанционные мошеннические схемы с использованием мобильной телефонной связи

2.1. Паттерны объективных характеристик ситуации дистанционной технологии влияния

Базовый вопрос для анализа (см. выше — структура логических уровней) — «Где», в каких условиях реализуется мошенническая схема? Другими словами, какие элементы ситуации имеют психологическое значение для ее реализации.

Так, самый общий критерий, позволяющий различать два вида подобных дистанционных влияний, это вид контакта мошенника с потерпевшим.

Во-первых, это косвенный, опосредованный программным обеспечением контакт (текстовые сообщения — реклама, объявления, распространяемые с помощью СМС-сообщений, электронной почты, социальных сетей и мессенджеров (в том числе и от имени знакомых людей, чьи аккаунты были взломаны)), вредоносное программное обеспечение (программы-«вымогатели», поддельные сайты, вредоносные домены, вирусные ссылки, и т. п.). К данному классу влияний, очевидно, следует отнести и «сбрасываемые», «немые» либо внезапно прерывающиеся телефонные звонки с неизвестных номеров, провоцирующие абонента перезвонить по ним.

Во-вторых, это непосредственный голосовой контакт мошенника и потерпевшего (телефонная связь либо видео и аудио звонок в мессенджере).

В сфере кибербезопасности и защиты корпоративных данных от приемов, так называемой, «социальной инженерии» в отношении сотрудников организаций, за первым, опосредованным, классом дистанционных воздействий закрепился термин фишинг (англ. phishing — рыбная ловля), который довольно точно передает принцип стимуляции реагировании адресатов — наживка просто размещается в информационном пространстве и «ожидает поклевки» доверчивых и невнимательных пользователей.

Соответственно, для второго класса влияний, с использованием голосовой связи, применим термин — вишинг (англ. vishing — voice+phishing) или телефонный фишинг, при котором сама речь мошенника создает заинтересованность абонента.

Очевидно, что наибольшее поле для непосредственного негативного психологического влияния²⁸ на адресата, предоставляет «живое» телефонное общение, в процессе которого злоумышленники пользуясь смысловыми, структурными, сценарными и прочими характеристиками речи, разворачивают мошенническую схему в зависимости от реакций абонента на их сообщения.

Соответственно, статистика подтверждает этот вывод. От общего числа зафиксированных влияний по типу «социальной инженерии» телефонная связь, как канал воздействия в 2019–2020 годах использовалась в 84% случаев. Лишь 15% подобных инцидентов связано с получением гражданами мошеннических СМС-сообщений или сообщений в различных мессенджерах — 1%²⁹.

Ситуация речевого воздействия при телефонном общении позволяет создавать следующий элемент среды — эмоциональное состояние потерпевшего, что достигается следующими психологически важными факторами. Во-первых, внезапностью звонка, который часто осуществляется в вечернее время суток, на фоне отдыха граждан после трудового дня; во-вторых, фиксацией адресата на голосе звонящего в отсутствие другой информации о его личности, относительной отключенности в данный момент от других элементов окружающей обстановки и от возможного участия в разговоре других лиц со стороны потерпевшего; в-третьих — значимостью для адресата сообщаемой по телефону информации (в случае его доверия незнакомцу); в четвертых — возможности мошенником менять эмоциональную окраску сообщаемой информации, придавая ей повышенную значимость для адресата в необходимых моментах разговора (в отличие от бесстрастного письменного сообщения).

Ситуации предварительной разработки сценария конкретного телефонного звонка, при владении информацией об абоненте (похищенной из вскрытых баз данных, размещаемых объявлений, заказов товаров и услуг и т. п.), позволяют называть этот метод в «социальной инженерии» претекстингом (англ. prepared text — подготовленный заранее текст).

Появляющийся в последнее время такой вид дистанционного «живого» общения мошенника с потерпевшим, как видеозвонок в мессенджере, при котором злоумышленник не только озвучивает, но и изображает роль официального лица или служащего финансовой организации, а также подделка голоса звонящего с помощью технических средств (синтезирование с помощью технологии искусственного интеллекта) под голос знакомого адресату человека, можно называть телефонным фрикингом (англ. phreaking — слияние слов phone и freak (чудак))³⁰.

В соответствии с данным делением ситуаций мошеннических схем, исследователи условно выделяют два типа потерпевших: от информационного и технического воздействия³¹.

Для разработки эффективных профилактических действий данное деление заслуживает определенного внимания, так как первые адресаты мошеннических атак предварительно могут быть охарактеризованы как доверчивые, легкомысленные, небрежные в общении и т. п., а вторые, по большей части, как неосторожные или некомпетентные в технических нюансах киберпространства. Последние, по сути, реагируют на расставленные стимулы, не используя имеющееся в их распоряжении время для обдумывания, либо совет окружающих.

Другим существенным критерием, характеризующим ситуацию дистанционного мошеннического воздействия, является источник инициативы данного воздействия — внешний по отношению к потерпевшему или его собственная инициатива. Если фишинг и вишинг, очевидно, разворачиваются в результате изначальной активности других лиц, то в случае, если для решения имеющей личной актуальной потребности гражданин самостоятельно размещает в киберпространстве объявления, касающиеся, например, предлагаемых им самим товаров и услуг, то реагирование на это мошенников, с определенной долей условности, можно отличать от предыдущего и называть термином «обратная социальная инженерия»³². Данная условность в различиях ситуации очевидна при принятии во внимание последующих аналогичных действий мошенников в ответ на активность потерпевшего.

Другие нюансы условий или характеристики ситуации для реализации дистанционных мошеннических схем, такие как их осуществление, например, с помощью банковских карт, программ и приложений, мессенджеров и др.³³, с точки зрения их психологической составляющей, могут быть учтены в других логических блоках анализа.

2.2. Текстовые и речевые паттерны дистанционных воздействий

Базовый вопрос для классификации на данном логическом уровне — Что конкретно делают мошенники (без анализа скрытых влияний)? Уточняющие — Что непосредственно воспринимается адресатом этих действий? Какие типичные (отличительные) фразы произносят в телефонном разговоре? Какой текст размещают в рассылаемых сообщениях, объявлениях, рекламе и т. п.?

Кроме вербализированной (содержательной) информации, сюда, очевидно, целесообразно относить и паралингвистические характеристики речи — темп, тембр, эмоциональную окрашенность, акцент речи и т. п.

Варианты соответствующих паттернов множатся в информационном пространстве в соответствии с новыми поводами социального информационного фона и освоением мошенниками новых возможностей киберсреды. Исчезновение некогда популярных тем данных воздействий, их периодическое «затухание» можно объяснять повышением соответствующей осведомленности о них у населения либо техническими ограничениями со стороны банковской системы, государственной регуляцией киберпространства и действиями правоохранительных органов. Таким образом, соответствующая статистика, применяемых злоумышленниками тем, имеет лишь ситуативное, кратковременное соответствие реальности³⁴.

Не предполагая исчерпывающий охват нюансов конкретных мошеннических текстов и фраз, так как сведения о новых из них появляются в новостных лентах почти ежедневно, продуктивному движению в направлении их профилактики должен способствовать обобщающий подход к классификации паттернов данных влияний. Выбор этих нюансов здесь обусловлен наличием в них психологически значимой составляющей.

2.2.1. Классификация мошеннических схем на основе используемых общественно актуальных информационных поводов и личностно значимой информации³⁵

Приведены примеры дистанционных действий злоумышленников, зафиксированные к моменту подготовки материала. Прослеживается не только корыстный, но и общественно дестабилизирующий умысел.

Тематика внешнего экономического фона.

Осуществлялись звонки от «доброжелателей» с призывом срочно снять все деньги со счетов в банках, потому что они якобы станут недоступными после отключения SWIFT.

Рассылались СМС-сообщения следующего содержания: «Поможем разблокировать брокерский счет за небольшую плату» или «Биржа обанкротилась».

Тематика специальной военной операции.

В мессенджерах размещались предложения о помощи избежать призыва на службу в вооруженные силы.

Рассылались электронные письма с приглашением посетить военкомат, якобы для уточнения персональных данных.

В мессенджерах размещались вредоносные ссылки, якобы на списки мобилизации.

Санитарно-ограничительная тематика.

Создавались поддельные сайты, связанные с COVID-19, чтобы побудить заинтересованных посетителей открыть вредоносные вложения или фишинговые ссылки, приводящие к взлому личного кабинета.

В киберпространстве регистрировалось большое число вредоносных доменов по ключевым словам «COVID» или «Корона».

Рассылались СМС-сообщения следующего содержания: «Согласно геолокации, Вами был нарушен режим карантина по статье 20.6.1 КоАП РФ. Вам необходимо заплатить штраф согласно постановлению ФСИН № 168-312 от 10-04-2021 г.», либо — «Вы нарушили карантин, переведите деньги на номер телефона».

Сообщалось о полагающихся государственных пособиях и компенсациях ущерба от вируса. Для их получения запрашивались конфиденциальные личные данные.

Поступали предложения принять участие в благотворительных акциях, например, в пожертвовании денег на помощь заразившимся коронавирусом.

Осуществлялись звонки от имени госорганов с предложением пройти опрос о вакцинации COVID-19. Таким образом запрашивались личные данные.

Рассылались СМС-сообщения следующего содержания: «Поддержите разработку вакцины от коронавируса».

Создавалось и распространялось деструктивное вредоносное программное обеспечение против объектов критической инфраструктуры и ответственных учреждений — больниц и медицинских центров.

Тематика государственных социальных выплат.

Посредством различных дистанционных ресурсов осуществлялись рассылки сообщений о том, что гражданину в конце года положены некие выплаты от государства и ему необходимо ввести данные свой банковской карты по ссылке.

Вариантами сообщений данного информационного паттерна являлись:

• «Я сотрудник Банка России, вам положена компенсация»;

• «Вам письмо от Портала Госуслуг и денежная компенсация!»;

• «Получите компенсацию НДС до 300 000 рублей, только заплатите комиссию»;

• «Оформите возврат страховых накоплений по ссылке».

Тематика угрозы уголовного наказания.

Осуществлялись звонки от имени сотрудников финансовых учреждений с ложными сообщениями о том, что со счета адресата была совершена попытка перевести деньги на счет экстремистской организации. Не допустить этого можно путем перевода их на специальный счет.

Осуществлялись звонки следующих содержаний:

• «Срочно переводите нам деньги или обвиним вас в пособничестве терроризму»;

• «Вам звонит Росфинмониторинг. Заплатите штраф за отмывание доходов, иначе заблокируем»;

• «Смотрите фильм незаконно? Платите штраф за пиратство!».

Кроме этого, темой мошеннических угроз уголовно-правового характера являлись такие как экстремизм, госизмена, отмывание денежных средств или уклонение от уплаты налогов, оплаты счетов ЖКХ и прочее.

Тематика якобы возникшей у адресата проблемы и содействия в ее устранении.

Осуществлялись звонки от имени службы безопасности банка-эмитента платежной карты. В разговоре сообщалось о совершении подозрительной операции или о различных сбоях в работе, которые способны привести к потере средств. Для восстановления счета и возврата денег злоумышленники просили конфиденциальные данные: одноразовые коды, CVC код, пароль, кодовое слово, благодаря чему получали полный доступ к счету.

Осуществлялись звонки от имени сотрудника службы поддержки мобильного оператора и сообщалось о том, что произошли какие-либо технические изменения с номером телефона

Отправлялись СМС-сообщения от имени телефонных операторов с сообщением о подключенной платной подписке абонента на определенный сервис. Чтобы отписаться от нее, необходимо отправить ответное СМС-сообщение.

Осуществлялись звонки от имени представителя правоохранительных органов, расследующего, например, случаи мошенничеств по телефону, в делах по которым фигурирует и абонент. В процессе беседы запрашиваются личные данные и пароли.

Звонили (отправляли сообщения) с предложением снять сглаз/ порчу адресата, о которых стало известно этим «специалистам».

Тематика разного рода выигрышей, бонусов, выгодных условий.

Сообщение по различным каналам дистанционной коммуникации о выигрыше (призе) адресата, но для его получения требуется оплатить налог, перейти по ссылке, ввести данные банковской карты для перечисления денег, позвонить по данному номеру (отправить сообщение) для подтверждения участия в акции.

Предложения поучаствовать в выгодных акциях или мероприятиях, для чего требуется набрать комбинацию цифр на своем телефоне или отправить ответное СМС-сообщение.

Сообщения с предложением направить незначительную сумму денег на определенный счет (электронный кошелек), для обратного получения суммы в два раза больше.

Сообщения мужчинам на различных Интернет-ресурсах от привлекательных женщин (иногда — знаменитостей) с предложением общения. Для его продолжения необходимо перейти на некий выделенный ресурс или перечислить некую сумму денег на благотворительную акцию.

Рассылались сообщения с фото женщин и предложением установить приложение сайта знакомств.

Тематика помощи близким, попавшим в затруднительные обстоятельства.

Поступали сообщения по различным каналам связи об автомобильной аварии, наезде на пешехода, крушении поезда и других происшествиях, случившихся с детьми, внуками, друзьями. Для предотвращения негативных последствий предлагалось срочно перевести значительные суммы денег на банковский счет, электронный кошелек, счет сотового оператора, либо передать курьеру.

Тематика предложений товаров и услуг, удачных сделок по объявлениям, размещенным адресатом.

Создание злоумышленниками аккаунтов на торговых площадках с размещением на них предложений о товарах и услугах, не предоставляя которые мошенники получают соответствующую оплату от потерпевших.

Получение злоумышленниками доступа к счетам потерпевших при операциях дистанционной оплаты за товары, предложенные последними в объявлениях на различных торговых площадках.

Широкая рассылка сообщений либо поступающие звонки рекламного характера. Таким образом навязываются товары и услуги низкого качества и по завышенным ценам. Например, стоматологические услуги в частных клиниках, где с использованием манипулятивных сценариев клиенту навязываются не требующиеся для него процедуры.

Отдельный блок — предложения кредитов, микрозаймов, карт экспресс-оплаты, для быстрого оформления которых требуется передать личные данные или перевести определенную сумму.

Предложение дистанционно продлить страховой полис от имени реальной страховой компании.

Тематика шантажа и вымогательства.

Звонки или сообщения об угрозах предать огласке некие материалы интимного характера целенаправленно собранные злоумышленниками на гражданина (например, зафиксированные посещения им сайтов для взрослых, супружеская измена и прочее), либо ложные «вбросы» об их наличии.

Напротив, предложения заплатить за якобы имеющиеся материалы, компрометирующие родственника адресата.

Похищение денежных сбережений адресата и предложение вернуть их за совершение неких резонансных противоправных действий, например, поджогов госучреждений.

Ошибочный платеж. Сообщение или звонок об ошибочном переводе денег на счет мобильного телефона адресата и требование вернуть их владельцу под угрозой обращения в полицию или к оператору связи для блокировки номера.

2.2.2. Классификация мошеннических схем по разыгрываемой роли инициатора общения

В неразрывной связи с предыдущей классификацией схем находится и их деление по принципу сценарной роли, которую злоумышленники разыгрывают воздействуя на адресата. Тем не менее, интересы эффективности профилактических материалов для населения, очевидно, требуют выделения и данной классификации, так как укрупнение (обобщение) мошеннических приемов в средствах наглядной агитации способно создать у граждан устойчивость к новым манипулятивным сценариям.

Очевидно, в значительно большей степени эти обобщения касаются телефонного или речевого воздействия, при которых может быть передана соответствующая интонация, адекватность которой разыгрываемому образу звонящего, зависит от его квалификации. Так, из опыта общения с данными лицами по телефону, известно, что эта квалификация не всегда находится на высоком уровне и иногда «ответственное лицо», за которое себя выдает звонящий, переходит на раздражительную или угрожающую интонацию.

Кроме интонации, часто вызывает ощущение диссонанса с должностью «оператора» его провинциальный или национальный говор и, даже безграмотность построения фраз.

Виды ролей, используемых злоумышленниками для осуществления дистанционных влияний.

«Специалист (консультант)-спаситель».

Пример: «Звонок от имени службы безопасности банка».

«Член семьи или знакомый, просящий о помощи».

Пример: «Мама, я совершил аварию, сбил человека».

«Посредник-благодетель».

Пример: «Ваш родственник в беде, передайте деньги».

«Отстраненный информатор».

Примеры: «Хотим предложить Вам билеты на новогоднюю елку по выгодной цене»; «Пожалуйста, пройдите опрос о вакцинации COVID-19»; «Я сотрудник Госуслуг, Вам положена компенсация».

«Директивный распорядитель».

Примеры: «Я старший оперуполномоченный Сидоров Иван Федорович. Вы почему не явились по повестке?»; «Слушайте меня внимательно! Вы подошли к терминалу оплаты? Что на экране?».

«Зазывала-агитатор».

Пример: «Поздравляем Вас, Вам посчастливилось попасть на прекрасный спектакль в театр. Хотим предложить Вам лучшие билеты на сегодняшний сеанс».

«Консультант в сфере финансового успеха».

Пример: «Вы хотели бы получить финансовую независимость еще до выхода на пенсию? Начните зарабатывать на бирже!».

«Вымогатель».

Пример: «Велась съемка с камеры телефона и были получены Ваши интимные снимки».

«Заботливый альтруист».

Пример: «Я уже давно мог бы разорвать наше общение, так как Вы не помогаете мне спасти Ваши деньги, но чисто из благородства продолжаю это делать».

«Загадочный молчун».

Пример: Звонок и молчание, сбрасывание отвеченных звонков. «Ух! Еле до тебя дозвонилась» и сброс.

«Рассеянный простак».

Пример: «Ой, извините, нечаянно перевел деньги на Ваш номер, верните их назад на этот номер, пожалуйста».

2.2.3. Виды реплик, типичных для мошеннических телефонных звонков

В последнее время предпринимаются попытки автоматизированного формирования образов-улик путем документирования голоса телефонного мошенника³⁶, тем не менее, алгоритмы для данных программ должны разрабатываться с помощью специальных психологических компетенций.

Контент анализ аудиозаписей телефонных разговоров мошенников позволил выделить психологически значимые образцы типичных реплик злоумышленников. Эти фразы отражают как содержательную, так и структурную характеристику сообщений.

Для примера такого выделения ключевых фраз использована тематика мошеннических звонков — «Проблема, возникшая у адресата и содействие в ее устранении (звонок из банка)». Вероятность их распознавания адресатом в реальном разговоре с мошенниками возрастает при их комплексной встречаемости.

Типичные реплики звонящего:

• «служба безопасности»;

• «мошеннический действия»;

• «обнаружена атака»;

• «подтвердите оплату»;

• «у меня отображается»;

• «Вы подтверждаете?»;

• «Ваши данные были скомпрометированы»;

• «не теряли?»;

• «назовите»;

• «продиктуйте»;

• «какая сумма?»;

• «какой банк (банки)?»;

• «какие операции совершали?»;

• «сколько было на счету?»;

• «фиксирую данную информацию»;

• «все верно?»;

• «перевести»;

• «перечислить»;

• «Вы не меняли номер?!»;

• «только что три минуты назад — не вы делали?»;

• «это уже проблема»;

• «сейчас я задам вам ряд тестовых вопросов»;

• «нам нужно произвести диагностику вашего устройства»;

• «кто-то сможет услышать наш с вами диалог».

Данная база типичных реплик злоумышленников является открытой по своему наполнению, постепенно одни из них должны удаляться, как нетипичные, а другие, напротив, включаться.

Ценность этих фраз для профилактических мероприятий с населением трудно переоценить, так как, в отличие от сухих практических рекомендаций по поведению в киберпространстве, они могут быть использованы как эмоционально окрашенные «якоря», связанные в видеороликах социальной рекламы с широко известными персонажами, и воспроизводимыми в памяти по принципу ассоциации в угрожающей ситуации.

2.3. Паттерны способов и содержания психологических влияний

Базовые вопросы для анализа — Как достигаются цели мошеннических схем? Какие задействованы технологии влияния? Почему данные влияния осуществимы? Какие психические феномены (личностные мишени) потерпевших задействуются при их реализации?

Анализ и классификация способов дистанционных мошеннических влияний по используемым в них психологическим паттернам представляет собой наиболее глубокое осмысление причин не снижающегося уровня и видов этих преступных деяний. Вскрытие и описание этих причин позволяет наметить на этой основе наиболее действенные и научно обоснованные профилактические мероприятия и создать наиболее эффективные образцы соответствующих материалов.

Конкретные тактические способы реализации рассматриваемых схем, осуществимы в отношении их адресатов благодаря своему психологическому содержанию, и на пути к конечной противоправной цели преследуют промежуточные цели, которые следует классифицировать по трем блокам:

1) захват внимания;

2) психологическое ведение (управление мышлением и эмоциональными состояниями);

3) подталкивание (побуждение) к конкретным операциям (действиям) — (перевод денежных средств, разглашение конфиденциальной или личной информации, покупка товаров и услуг и т. п.).

Границы между отдельными из способов (психотехниками) могут быть не вполне четкими и разворачиваться не в строгом порядке. Конкретные из них в рамках одной схемы могут образовывать комплекс или цепочку чередующихся влияний, но также вся схема может представлять собой одно воздействие, например, ссылка на вредоносное программное обеспечение, как подталкивание к действиям (пункт 3).

2.3.1. Захват внимания адресата

Данная промежуточная цель мошенников достигается посредством ряда технологий влияния, каждая из которых является этапом или соответствующей подцелью:

1. Актуализация ведущих потребности и мотивов адресата («игра на личном интересе»).

2. Навязываемое усиление актуального мотива.

3. Выведение адресата из эмоционального равновесия для его погружения в транс.

4. Создание у адресата чувства доверия к собеседнику.

1. Актуализация ведущих потребности и мотивов адресата («игра на личном интересе»).

В самом общем смысле потребности современного человека можно разделить на материальные и духовные. Кроме этого, к его естественным потребностям относятся, так называемые, витальные потребности, требующие первоочередного удовлетворения — потребность в безопасности (своей и близких), еде, продолжении рода, принадлежности к группе и т. п.

В зависимости от личностных особенностей и жизненной ситуации те или иные потребности гражданина становятся более важными и их удовлетворение становится приоритетной задачей, мотивирующей повседневную активность. Стремление к достижению актуальной цели порождает переживание соответствующей эмоции.

Практическая психология группирует все многообразие эмоциональных реакций человека вокруг шести основных чувств — удивление, страх, отвращение, гнев, радость, печаль³⁷. Другие известные чувства являются производными этих основных.

Актуализировать (пробудить) то или иное чувственное отношение индивида и, соответственно, создать психическую доминанту (преобладание) одной из его потребностей, возможно учитывая общественные стереотипы и личную иерархию интересов конкретного человека.

Анализ значительного массива дистанционных мошеннических схем позволяет различать их по актуализируемой потребности, задействованному чувству адресата, использовать которые составляет промежуточную (этапную) цель злоумышленников³⁸.

Чувства адресатов дистанционных влияний, используемые злоумышленниками:

• беспокойство;

• страх;

• волнение, родственные чувства, сострадание;

• корысть;

• алчность;

• сексуальное возбуждение;

• любопытство.

Беспокойство (по поводу своего материального благополучия). Задействовать это чувство мошенники пытаются влияниями в форме устных и письменных сообщений, содержащих ложные сведения об угрозах:

• на личном счете (конкретные способы — «Получили Ваше заявление о закрытии счета. Где хотите забрать деньги?», «С Вашего счета хотят получить деньги по фальшивой доверенности — опередите мошенников», «Возьмите кредитов чтобы не дать снять деньги мошенникам»);

• недвижимости (конкретные способы — «Мошенники хотят отнять у Вас квартиру. Чтобы спасти имущество, нужно успеть первым продать его, а деньги положить на специальный счет»).

• в кредитной истории (конкретные способы — «В вашей кредитной истории произошли критические изменения», «Мошенники оформляют на вас кредит, срочно переведите нам деньги»);

• в личных данных (конкретные способы — «На «Госуслугах» сбой, вот резервная ссылка для оплаты коммуналки», «Мы обнаружили попытку изменить ваш контактный номер на Госуслугах»).

В данную группу используемого чувства беспокойства, очевидно, следует отнести и форму сообщений о предложениях избавить от материальных проблем (конкретные способы — «Улучшим вашу кредитную историю всего за 25 000 рублей!», «Избавим от долгов. Гарантированно. Законно. Дорого», «Установите приложение, чтобы обезопасить свои деньги», «Потерял телефон — отдавай миллион», «Вернем украденные с карты деньги — только заплатите огромную пошлину», «Поможем разблокировать брокерский счет за небольшую плату», «Вашего товара нет в наличии. Можем прислать с другого склада — вот ссылка для оплаты», «Отменился рейс из-за коронавируса? Мы вернем деньги»).

Страх. Задействовать это чувство мошенники пытаются влияниями в форме устных и письменных сообщений, содержащих попытки запугать:

• наказанием за якобы совершаемые адресатом нарушения и преступления (конкретные способы — «Смотрите фильм незаконно? Платите штраф за пиратство!», «Вам звонит Росфинмониторинг. Заплатите штраф за отмывание доходов, иначе заблокируем счета», «Вы нарушили карантин, скиньте деньги на телефон», «У вас долг по ЖКХ, закройте немедленно»);

• с помощью шантажа (конкретные способы — «Назовите код из СМС — иначе отключим ваш номер», «Назовите код из СМС или не проедете к дому», «Срочно переводите нам все деньги или обвиним вас в пособничестве терроризму»).

Волнение, родственные чувства, сострадание. Задействовать эти чувства мошенники пытаются влияниями в форме устных и письменных сообщений, содержащих ложные сведения о требующейся помощи:

• их близким или знакомым, попавшим в трудную ситуацию (конкретные способы — «Бабушка, я попала в аварию!», «Срочно нужна помощь, кидай деньги на карту», «Скинь 500 рублей до вечера. Меня не взломали — вот фото карты»);

• другим людям, обществу (конкретные способы — «Поддержите разработку вакцины от коронавируса»).

Корысть. Задействовать это чувство мошенники пытаются влияниями в форме устных и письменных сообщений, содержащих якобы выгодные предложения:

• легкого заработка (конкретные способы — «Хотите много зарабатывать онлайн? Скачайте программу», «Вы скоро обогатитесь, но сначала подскажите конфиденциальные данные», «Подпишись на мой Инстаграм и получи доход 200%», «Заработай 2% в день на крипте. Все подробности в Телеграм-боте», «Надо наращивать баланс, вы уже тысяч 5 потеряли!», «Дайте реквизиты карты — будем перечислять вам большую зарплату», «Научим вас выгодно инвестировать. Для начала возьмите кредит», «Подберем вам самый выгодный вклад. Назовите код из СМС», «Снимите деньги с вклада и отдайте наличные в Фонд инвестиций, чтобы получить супердоход», «Увеличу ваш капитал в пять раз за сутки. Переведите деньги моему помощнику», «Заработай на газе и нефти, но сначала купи их побольше», «Получите акции и бонусы государственных компаний. Для этого установите их приложения»³⁹);

• выгодного вложения в сомнительные акции (конкретные способы — «Купите золотые серьги — и получите кешбэк 200%», «Введите номер СНИЛС и получите 120 000 рублей!», «Гарантируем получение кредита людям с плохой кредитной историей», «Пополни электронный кошелек — верни с процентом», «Мы знаем, как пустить ваши деньги в рост», «Вноси 2400 рублей и зови друзей — заработаешь в восемь раз больше!», «Держите заем под 365%, о котором вы не просили», «Оформите возврат страховых накоплений по ссылке»).

• товаров и услуг (конкретные способы — «Купи билеты в кино на этом сайте. Там дают скидку», «Берите массажную накидку за 200 000 рублей — кредит в подарок!», «Суперпредложение — круиз за полцены»).

Кроме этого, очевидно, данное чувство в связи с материальным интересом задействуется в сообщениях, приходящих якобы как ответ на размещенные адресатом объявлений о продаже (конкретные способы — «Ваш товар купили, перейдите по ссылке», «Хочу купить ваш товар! Давайте обсудим детали в мессенджере», «Отсканируйте QR-код для перевода денег за ваш товар»).

Алчность. Задействовать это чувство мошенники пытаются влияниями в форме устных и письменных сообщений, содержащих ложные сведения о победах и выигрышах адресата в различных акциях. (конкретные способы — «Вы выиграли приз от мобильного приложения», «Вы стали призером Системы быстрых платежей! Перейдите по ссылке», «Переведи с карты 1 рубль, чтобы получить приз»).

Очевидно, смешанные чувства (алчность, сочувствие, беспокойство) испытывает адресат сообщений об ошибочных переводах денег на его номер (конкретные способы — «Верните мои деньги, но часть можете оставить себе», «Ошибся номером, верните мне деньги»).

Сексуальное возбуждение. Использовать чувства, связанные с межполовыми отношениями мошенники пытаются в форме устных и письменных сообщений, содержащих предложения о знакомстве, и ссылки на соответствующие сайты. (конкретные способы — «Буду любить тебя вечно. Только положи деньги на инвестсчет», «Продолжим общение в мессенджере, вот ссылка», «Ох! Наконец-то смогла до тебя дозвониться» и сброс связи).

Любопытство. Использовать данное чувство мошенники пытаются в форме устных и письменных сообщений, содержащих ссылки на ресурсы с контентом разнообразного содержания по интересам (конкретные способы — шок-контент, порнография, актуальные информационные поводы и т. п.; сообщения скрытого содержания — «Этот абонент не может вам дозвониться», телефонный звонок и молчание или сброс, голос звонящего, прерывающийся якобы слабой связью, где среди непонятных слов звучит четко «банк» и последующий сброс без перезвона).

2. Навязываемое усиление актуального мотива. Суть данной технологии по захвату внимания адресата состоит в подчеркивании мошенником по ходу телефонного общения значимости предмета разговора, данные комментарии представляют собой положительную или отрицательную оценку ситуации (конкретные способы — «У нас для вас приятные новости», «Если не поможете, то человеку жизнь сломаете»).

3. Выведение адресата из эмоционального равновесия (создание кратковременного эмоционального состояния высокой интенсивности) для его погружения в транс⁴⁰.

Данный процесс базируется на следующих объективных законах реагирования психики. В ситуациях поступления достаточно значимой, важной, непривычной, непонятной информации (как негативного, так и позитивного характера), человека захватывает достаточно сильная эмоция. Это способствует погружению его в трансовое или полугипнотическое состояние⁴¹. Возникающий при этом в центральной нервной системе доминирующий очаг возбуждения подавляет значительную часть мыслительных процессов — восприятие, анализ, оценку, переработку информации, и не позволяет трезво ориентироваться в сложившихся условиях.

Субъективно ощущаемыми признаками вхождения в трансовое состояние являются — туннельное зрение, двигательная заторможенность, «мурашки по коже», дрожание век, глухота к информации, не касающейся захватившей темы.

Со стороны у человека может также наблюдаться фиксация взгляда, прекращение мигания, уменьшение подвижности тела, замедление дыхания, расслабление и разглаживание мышц лица, побледнение его цвета, расширение зрачков, задержка словесных ответов и другие подобные признаки.

Формами влияний по наведению транса, которые используют мошенники в условиях телефонной связи являются:

• ошеломляющая, интригующая информация, которая идет в разрез с привычным пониманием человеком действительности, данной ситуации; намеренно организованное столкновение с чем-то ранее незнакомым, выходящим за рамки привычной среды индивида (конкретные способы — звонок о случившемся несчастье с дорогим человеком, эмоциональная просьба о помощи близкого человека, сообщение о крупном выигрыше, информация о крупном кредите, взятом от имени адресата звонка, поступление личного сообщения в мессенджере от кумира или публичной личности противоположного пола с предложением общения и т. п.);

• поток иррациональных, противоречивых, сбивчивых, требующих неотложных действий сообщений, произносимых в быстром темпе (конкретные способы — сразу после ошеломляющей информации о взломе личного счета человека, быстрое произнесение непонятных технических, юридических, финансовых терминов; перебивание ответов адресата, игнорирование его просьб об уточнении и т. п.)

• умышленные речевые искажения, вызывающие затруднения в интерпретации услышанного (конкретные способы — нелогичное чередование фраз, периодическая несогласованность слов в предложениях, округления и обобщения по типу «всем известно», «это явно указывает», «вне всякого сомнения» и т. п.);

• разрушение шаблонов допустимой манеры дискуссии, смысловые провокации эмоционального реагирования (конкретные способы — раздражительные, гневные, директивные интонации звонящего, оскорбления в ответ на высказывание недоверия адресата, пренебрежение его доводами, игнорирование его версий происходящего, унизительные эпитеты и комментарии и т. п.);

• указания, которые адресат трактует как значимые, обязательные для сохранения своего благополучия и безопасности близких людей (конкретные способы — «Вам сейчас надо очень внимательно слушать мои указания», «не реагируйте на иную информацию вокруг Вас» и другие распоряжения, углубляющие состояние некритического восприятия реальности).

Создание измененного, трансового состояния сознания, приводящего к некритическому восприятию реальности во множестве дистанционных мошеннических схем является центральным условием манипулятивного управления действиями адресата. Этапы общего алгоритма таких влияний в основном соответствуют сценариям телефонного мошенничества, отличаясь лишь в специфических деталях.

Общий алгоритм использования мгновенного гипноза в манипулятивных целях⁴²:

• «зацепить» жертву, то есть привлечь внимание;

• установить раппорт (расположить к сотрудничеству, вызвать доверие);

• заинтересовать и заинтриговать;

• привести в замешательство, не давая возможности включится аналитическому мышлению;

• обеспечить искаженное, некритичное восприятие действительности;

• обрести и удерживать контроль над подсознанием, настойчиво «предлагая» выполнить требуемые манипулятору действия;

• сохранить измененное состояние сознания адресата для обеспечения выхода манипулятора из общения.

Дистанционные схемы негативных психологических воздействий с мошенническими целями в ряде случаев используют уже имеющиеся измененные психофизиологические состояния своих адресатов, вызванные трудной жизненной ситуацией, о которой злоумышленникам становится известно из «слива» соответствующей информации учреждений и организаций.

Пример 1. Женщине, находящейся в тяжелом психоэмоциональном состоянии в связи со смертью матери, поступил звонок с сообщением о проблемах с личным счетом, что требовало безотлагательных действий по «спасению» денежных средств. Звонившие обратились к женщине по имени отчеству, сочетание которого с используемым номером телефона, зарегистрированным на ее супруга, она сообщала ранее только в реанимационном отделении больницы в связи с медицинской помощью ее матери.

Пример 2. Женщина, известная публичная личность, на своей страничке в социальных сетях в деталях делилась с подписчиками своей тревожной ситуацией в связи с проблемами со здоровьем. Вскоре ей поступило сообщение с незнакомого аккаунта от имени якобы целительницы, которая готова ей помочь. Завладев ее вниманием и применяя в течение ряда последующих дней технологии поддержания измененного состояния сознания, злоумышленница похитила у потерпевшей значительную сумму денег и недвижимость, которые последняя дистанционно перевела на нее.

Ту же промежуточную цель — создать максимальный контраст между имевшимся комфортным психологическим состоянием и пугающим внешним сообщением, злоумышленники преследуют осуществляя звонки, в частности, от имени родственниках, попавших в беду, в ночное время суток.

Объективным подтверждением корректности выводов об использовании злоумышленниками особых технологий влияния для введения их адресатов в трансовое состояние, является цитата выдающегося гипнотерапевта Милтона Эриксона:

«Я считаю, что техники гипноза являются, в сущности, лишь способом сделать так, чтобы внимание пациентов было обращено на вас — обращено таким образом, чтобы вы могли предлагать им идеи, активизирующие их собственные способности проявлять новые формы поведения»⁴³.

4. Создание у адресата чувства доверия к собеседнику (при телефонной мошеннической схеме). По психологической сути любое мошенничество, по определению, есть обман доверия, того базового чувства потерпевшего, на создание которого нацелено множество форм и способов влияний.

Для решения профилактических задач (информирование населения, разработка наглядных агитационных материалов) распознавание манипулятивного характера подобных попыток злоумышленников должна способствовать классификация конкретных форм завоевания доверия.

1) Избрание и соответствие ролевой модели лица, от имени которого осуществляется телефонный звонок.

А) Представление сотрудником известной организации.

Б) Использование имени, должности, служебного телефона, личного номера реально существующего сотрудника организации.

В) Соответствие стиля речи и специальных терминов ролевой модели.

Г) Демонстрация специфики взаимодействия и разделения задач, принятая в ведомстве, от имени которого производится телефонное обращение.

Д) Владение информацией об адресате.

Е) Ориентация на местности, прилегающей к месту жительства адресата.

Ж) Технические методы имитации принадлежности поступающего звонка заявленной организации или знакомому лицу.

2) Устное дистанцирование от известных мошеннических схем.

3) Исполнение сравнительно незначительных обещаний, предваряющих более крупный ущерб.

4) Имитация фамильярной манеры речи близкого или знакомого человека.

1) Избрание и соответствие ролевой модели лица, от имени которого осуществляется телефонный звонок (см. также § 2.2.1).

А) Представление сотрудником известной организации. В качестве такого лица, априори вызывающего доверие, выбирается представитель власти (сотрудник полиции), службы безопасности (банка), муниципального ведомства (жилищно-коммунального хозяйства), контролирующего органа (сотрудник Центробанка), финансово-кредитной организации (консультант банка), государственного электронного ресурса (сайт Госуслуг) и прочее.

Кроме этого, злоумышленники представляются специалистами, обладающий особыми компетенциями (в финансово-банковской сфере, в юриспруденции, в электронном делопроизводстве) и якобы имеющими доступ к полной конфиденциальной информации «клиента».

Б) Использование имени, должности, служебного телефона, личного номера реально существующего сотрудника организации. Предварительно осуществляется доступ к такого рода сведениям с использованием хитроумных стратегий, примеры которых приводятся в зарубежной литературе по «социальной инженерии»⁴⁴.

Сначала социальный инженер звонит в магазин электроники в West Girard.

«Электронный Город. Это Тед.»

«Привет, Тед. Это — Адам. Слушай, Я пару дней назад говорил с продавцом о сотовом телефоне. Я сказал ему, что перезвоню, когда решу, какой тарифный план выбрать, и я забыл его имя. Кто тот парень, который работал в этом отделе на днях?

«Тут не один продавец. Это был Вильям?»

«Я не уверен. Может быть, это было Вильям. Как он выглядит?»

«Высокий худой парень».

«Я думаю, это был он. Повтори пожалуйста, как его фамилия?»

«Хедли Х-Е-Д-Л-И»

«Да, вроде это был он. Когда он снова будет?»

«Я не знаю его расписание на эту неделю, но на вторую смену люди приходят около пяти».

«Хорошо. Я проговорю с ним сегодня вечером. Спасибо, Тед».

Второй Звонок: в магазин той же самой компании на North Broad Street.

«Привет, Электронный Город. Кети на проводе, чем могу вам помочь?»

«Кети, Привет. Это Вильям Хедли, из магазина на West Girard».

Далее мошенник получает товар по акции якобы для одного из клиентов магазина.

Если адресат будет настаивать на перезвоне в организацию, от имени которой осуществляется телефонный звонок, то по номеру, учтиво предоставленную злоумышленником, ему ответят, что такой сотрудник действительно имеется в штате.

В) Соответствие стиля речи и профессиональных терминов избранной ролевой модели (см. также § 2.2.3). На начальном этапе ложного звонка злоумышленник способен придерживаться стиля речи избранной ролевой модели: сухой, отстраненной, бесстрастной (от имени сотрудника банка); напористой, обвиняющей, запугивающей (сотрудник правоохранительных органов); эмоционально-аффективной, надрывной, панической (родственник, попавший в беду) и т. п.

При этом используются соответствующие шаблоны речи.

Сотрудник банка: «был подан запрос о получении кредитования», «Вы подтверждаете?», «все верно?», «в таком случае я буду эту операцию оценивать, как неправомерное действие», «я фиксирую эту информацию», «мошеннические действия», «у меня отображается», «Ваши личные данные скомпрометированы» и т. п.

Сотрудник правоохранительных органов (по факту мошеннических действий):

«Вам четко ответят на все вопросы, майор впоследствии посмотрит лично видео с камер наблюдения вместе с Вами в своем кабинете и на основании оперативных материалов предложит дать показания»; «В данный момент вы совершили оскорбление сотрудника и я сейчас высылаю по Вашему адресу группу реагирования».

Родственник, попавший в беду:

«Я в панике! Сейчас сотрудник ГИБДД будет составлять на меня протокол. Если я не внесу денежный залог, меня посадят в тюрьму!».

Г) Демонстрация специфики взаимодействия и разделения задач, принятая в ведомстве, от имени которого производится телефонное обращение. Злоумышленники считают, что они будут более убедительны в глазах адресата, если по ходу общения станут переключать связь между якобы специалистами своей организации, в соответствии с их компетенциями. Так при звонке из банка называются такие должности, как специалист технического отдела, менеджер, представитель службы безопасности, правоохранительных органов и прочее.

Д) Владение информацией об адресате. Создатели дистанционных мошеннических схем справедливо полагают, что изначальное обращение к адресату телефонного звонка по имени отчеству и озвучивание некоторой другой личной информации о нем (адрес места жительства, номера банковских карт, адрес электронной почты и т. п. производит на адресата, особенно зрелого возраста, довольно сильное убеждающее впечатление о принадлежности звонящего к организации, имеющей правомерный доступ к такого рода данным.

Е) Ориентация на местности, прилегающей к месту жительства адресата. Признаком предварительной подготовки к телефонному общению с конкретным лицом со стороны злоумышленников является также подчеркивание ими в ходе общения знания расположения на местности, знакомой адресату, зданий банковских подразделений, банкоматов, отделов полиции и прочее.