Татьяна Волчяк
Уровень 1. Загрузка…

День первый

– Давай поднимайся, солдат, – прозвучал над ухом голос командира.

Я открыл глаза и поморщился от света желтой лампы Ильича. Дурдом… НИИ называется. Продвинутые технологии – висит груша, нельзя скушать. Сплюнул на пол вязкую слюну с прожилками крови. Да, хорошо меня обработали, на лицо бы глянуть. Губа точно разбита. Не успел вернуться с последнего задания и зависнуть в баре с девчонкой, как меня вновь в пекло. Не люблю ученых. Мозги выкрутят и высушат своими заумными терминами. Им бы все открывать новые и совершенные способы убийства человечества. То бомбы, то вирусы, то интеллект искусственный, будто естественный уже непригоден.

– Командир, может, другое задание дадите, а? Я готов родину защищать, в Сибирь, если хотите, сошлите или на нефть в Африку. – Я нехотя поднялся с пола.

Длинный коридор и ни одного стула. Явно посетители здесь редкие гости.

– Поговори мне тут. Сам виноват. Нечего было к дочке генеральской подкатывать. Не для тебя, солдафона, растили.

– Сан Саныч, так она сама, а мне что, много надо? Только с базы вернулся, голодный.

– Ничего, посидишь тут в спокойствии пару дней, на пробирки посмотришь да за парнем приглядишь. Молодой гений, говорят. Павел Потёмин, семнадцать лет, имеет нарушения аутистического спектра, на контакт идет плохо. В общем отвезешь, куда скажут, и свободен. – Капитан протянул папку с фотографией и краткой информацией.

Я пробежал глазами, выцепил важные детали. Память меня никогда не подводила, быстро запоминаю. Воду от фактов отделяю мгновенно. Математикой я не блещу, но с логикой и быстротой реакции – полный порядок. За это и ценит меня руководство.

Мы на пятнадцатом этаже, ниже уровня земли. Пока спускались, дважды сменили лифт и прошли пару лестничных пролетов. Бункер, не иначе. Захочет неподготовленный человек сбежать – не выйдет. Командир продолжает зачитывать мои обязанности, а у меня башка раскалывается. Хоть бы таблетку дали, что ли. Телефон отобрали, табельное тоже. Оружию здесь не место, а сигнал телефона может сбить настройки высокочувствительной техники – вот и весь ответ.

Черт, зачем поперся в тот бар… Лучше б отоспался в своей общаге, чем сейчас докторов наук лицезреть.

– Сержант, соберись!

– Так точно! Приглядеть за парнем и отвезти, – повторил за капитаном. – Основная задача?

– Сохранение жизни.

Я присвистнул.

– Смотреть, чтобы он ненароком себе ресницы не подпалил, пока эксперименты ставит? – хмыкнул.

Саныч не ответил, лишь покосился на меня и нахмурился. А вот это уже нехорошо. Если он брови сводит, все серьезно, держи ствол наготове и смотри в оба. А ствола-то и нет.

Взявшись за ручку совдеповской двери, командир замер и прошептал:

– Мне жаль, Жека.

Не успел я спросить, о чем он жалеет, дверь распахнулась. Меня схватили под локоть, пытаясь заломить руку за спину, и я, не разбираясь, врезал негостеприимному типу в челюсть. Сгруппировался быстро. Присел, вломил в пах появившемуся второму, а замешкавшегося третьего взял в удушающий захват левой.

– В сторону! Три шага назад, иначе сверну шею вашему дружку.

Наверное, вчерашняя попойка сказывается, головная боль жуткая, с подкатывающей тошнотой. Твою ж… Чуйка моя слабо работает после перепоя, но, думаю, командир сожалел далеко не о моем нежелании быть нянькой мелкому пацану, играющему в науку.

– Вы что творите, балбесы? – прозвучал за спиной чей-то старческий голос.

Я развернулся вместе с мужиком, которого удерживал, осмотрел новое действующее лицо. Старичок с ноготок в белом халате, на глазах – окуляры с лупами вместо линз. Только зрачки и видны. Не похож он на семнадцатилетнего гения-аутиста. Хотя кто их, ученых разберет, может, открыл какой ген старения. Сегодня молодой – завтра старый.

– Ты кто? – спросил меня дедуля.

– А ты? – не стал сразу раскрываться, в напряженной обстановке обычно правду выкладывают, ну если, конечно, перед тобой не обученные шпионы.

– Владимир Васильевич Минтарев. Ученый. Генетик. Инженер. Нейробиолог. Лингвист…

– Стоп! Хватит! Я понял.

М-да… Все Эйнштейны мира отдыхают, если русские берутся доказывать теоремы. Все, что я понял из сказанного, – он ученый. Ненавижу ученых.

– Где Потемкин? – задал главный вопрос.

– Какой Потемкин?

– Фельдмаршал великой императрицы, – начал я злиться. – Где Павел?

– А… – протянул старик. – Ты про Пашку Потёмина?

Тот, кому я заехал по хозяйству, усмехнулся. Я бы, конечно, поддержал его веселье и пошутил пару раз по его ухмыляющейся роже, но голова моя закружилась, в глазах сверкнуло, и последнее, что запомнил перед тем, как отключиться, какую-то тарабарщину старика.

– Давайте, живо, живо… на кушетку его…

***

Сны у меня всегда яркие. Нет, я не шизик. Но, будучи спецназовцем, много дерьма повидал в жизни. По малолетке я загремел быстро. Приворовывал по мелочи. Пару кошельков стянул, квас в магазине, а когда сосед на Юльку мелкую залез, меня накрыло. Очнулся в изоляторе. Сказали, забил до смерти того урода. Долго не просидел, на исправление взяли. Сначала то тут, то там гоняли по госслужбам, частным охранкам, а к тридцати годкам в спецназ пригласили. Скажем так, очень вежливо пригласили, но без права отказаться. Я не сопротивлялся. Родаков у меня нет, спились оба. Друзей тоже особо не было, недоверчивый я. Может, только к Сан Санычу проникся. Ничё такой мужик, много дельного говорит. Своих ребят не подводит и не бросает в спорных ситуациях. Ему за полсотни перевалило, но на заданиях не отсиживается в кабинете, а идет впереди всех.

Странно, я сплю и все это вижу со стороны. Всю свою жизнь наблюдаю, как фильм ужасов. Чертовщина… Фрагмент за фрагментом и во всей палитре красок. Неужели белочка и ко мне допрыгала? Видел я, как парни не выдерживали и дурочку ловили, а потом таблеточки, укольчики и палата с решеткой.

Тьфу, тьфу… Не дай Бог!

Голова сейчас треснет и расколется на два полушария. Невыносимая боль в черепушке – и это во сне? Вон Маринка идет, мы с ней одно время зависали, но не сложилось. Красивая девка, зачетная, ушла к богатенькому мурзилке. Я не в обиде. С меня что взять? Сегодня тут, завтра там, а послезавтра, может, и не наступит. Мамка моя за столом обеденным сидит и плачет. А я рядом на табуретке, по спине ее глажу. Вот и ее похороны следом. Сердце не выдержало после очередного сетования на судьбу за рюмкой горячительного. Жуткое время было. Следом вижу, как с ребятами на задание пошли. Заложников освобождали. Улыбаюсь, заварушка еще та вышла, но все живы и людей спасли, а террористов нет, ну так они и не люди. Бог с ними, там всех нас рассудят.

Так, надоело мне свою жизнь рассматривать, чего я там не видел? Пора просыпаться. И только я об этом подумал, глаза сами открылись. Подскакиваю на кушетке, за секунды сканирую обстановку.

Белый потолок в неоновом свете, на нем черные круги. Такие обычно от петард бывают и от спичек, которые зажигали в подъезде и подбрасывали кверху. Смотрели, как они к штукатурке прилипают.

Полукруглое помещение в диаметре не меньше двухсот метров. В глазах рябит от количества аппаратуры. Датчики, приборы с надписью «Собственность корпорации „Заслон“», а посередине – стеклянная емкость от пола до потолка. В ней хаотично движется розовая жидкость, от которой и исходит этот мерзкий неоновой свет. Непонятная субстанция то ускоряется, то замирает, расщепляясь на капли.

С ближайшего стола я стянул металлический прибор. Хоть какое-то оружие. Справа от меня что-то запиликало, а слева прозвучало:

– Добрый вечер. Вы бы, положили обратно амперметр, он вам ничего плохого не сделал, – явился местный Эйнштейн.

– Он – нет, а в вас я не уверен. Где Потёмин?

– Он у себя, вон там, – махнул в сторону старик.

Не выпуская из поля зрения ученого, я подошел к раскрытой двери. Стоя у большой доски, худощавый темноволосый парень чиркал мелом какие-то символы. Иероглифы, не иначе. Сразу за ним сидело двое знакомых бугаев. Короткие стрижки, камуфляжная форма. Определенно, военные с немалым опытом, но довольно молодые ребята. Они спокойно резались в карты, словно в будний день без видимых происшествий на базе.

– Твой ход, Миха. Давай не мухлюй.

– Да пошел ты, дай подумать.

– Я тебе сейчас башку проломлю, фильтруй слова, упырь.

Третий стоял в отдалении. Увидев меня, не среагировал. Отвернулся к пацану и стал рассматривать его каракули.

– Проходи, не стесняйся, – протиснулся между мной и дверью старик.

Выпускать из рук тот самый метр я не стал. Приблизился к парню возле доски. Обзор здесь лучше, все на виду.

– Очнулся, буйный, – отвлекся от игры тот, кто хватал меня за локоть. – Я Михаил. Это Ден, – указал на напарника по игре, – а там Андрей. С нашим профессором ты знаком, а этот малый и есть твой Потемкин, – заржал Миша. – Тебя как называть?

– Смотрю, смешно тут всем, кроме меня. Вы кто такие?

Не нравится мне происходящее. Спокойные они через чур, после моего яркого появления.

– Тебя ведь послали для охраны, так и нас так же, – сухо ответил смурной и задумчивый Андрей, не отрывая взгляда от доски.

Словно понимает, что там пацан черкает. А может, и понимает?

Анализировать поведение людей – мой конек, но я никак не могу сконцентрироваться. В глазах мутно, и давит на уши с такой силой, будто при контузии. Была у меня такая гадость однажды. Но то от снаряда, взорвавшегося рядом, а сейчас что? Сотрясение или водка паленая была?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.