Лика П.
Измена. В сетях лжи

Глава 1

Глава 1. Валерия

– Лер, ну ты скоро?

– Я почти-и, милый, – сказала я Никите, глядя через зеркало, как он, недовольно поглядывая на вырез моего платья на спине, расхаживал по комнате, одетый в костюм цвета металлик под чёрные туфли и синий галстук с абстрактным узором, при виде которого я сморщилась.

Закончив с мэйком, окинула себя взглядом; оставшись довольной, отправилась в гардеробную, через минуту вернулась с чёрным галстуком в руке.

– Предлагаю заменить твой галстук.

– Тебе не нравится тот, который сейчас на мне? – Ник, хмуря брови, вытянул из-под пиджака аксессуар, рассматривая его. – А что с ним не так? Галстук как галстук.

– Всё так, но к твоему костюму он не подходит, – сказала, подойдя к нему.

– Да? Хм… Я достал тот, что был ближе.

– Даже не сомневалась, – произнесла с улыбкой, снимая с него галстук и скидывая его на спинку кресла.

Никита разглядывал моё лицо, пока я увлеченно завязывала ему выбранный мной аксессуар.

– Что? – не выдержав его пристального взгляда и взмахнув накрашенными ресницами, вопросительно посмотрела на него.

– Ты прекрасна, – произнёс Ник, глядя влюблённым взглядом.

– Льстец.

– Нет. Ты такая красавица, детка.

Завязав галстук, пригладив его ладонью, не отрываясь от пронзительно голубых глаз и по-мальчишески улыбающегося лица с ямочками, кокетливо покачивая головой, сказала:

– Никит, нам пора, ты ведь знаешь, моя мама любит пунктуальность.

– Серьёзно? И это мне говоришь ты, Лер? А кто собирался, два часа стоя у зеркала?

– Кто? – улыбнулась, делая вид, что не понимаю, о чём он. Развернувшись, взяла на ходу крохотную сумочку с ручкой, и мы направились к выходу. У Никиты ожил телефон, он принял вызов, и мой вопрос повис в воздухе.

– Добрый вечер, Денис Аркадьевич. Мы уже выходим, – положив поверх моей ладони свою, не позволил открыть мне входную дверь. – Да-да, хорошо, – зажав между ухом и плечом смартфон, притянул меня к себе, обняв за талию. Обернувшись через плечо, вопрошающе вздернула на него брови.

Завершив разговор, Никита убрал телефон в карман пиджака.

– Детка, ты так соблазнительна в этом наряде. Тебя нельзя в нём выпускать из дома. Ты, вообще, видела, как смотришься в нём со спины? Я не смогу от всех отбиваться.

Я усмехнулась, спросив:

– Что тебе мешает отстреливаться?

– Придётся, – развернув меня лицом к себе, Ник опустил ладони на мои ягодицы.

– Никит, мы опаздываем!

– А может, не поедем?

– Хочешь, чтобы моя мама со мной целый месяц не разговаривала?

– Ну а что, чем не повод отдохнуть от неё.

– Ник! – возмутившись, одернула его руки.

– Понял, был не прав.

– Именно!

Никита накинул на мои плечи норковую накидку, прикрывая открытую спину. Ревнивец.

– Ну и как мне идти в таком виде? – он раскинул руки, демонстрируя свою эрекцию, выпирающую внушительным бугром на брюках.

Меня пробрал смех, когда я опустила взгляд на его ширинку.

– Очень смешно.

– Не надо было руки распускать.

Мы вышли из квартиры и вошли в лифт, чтобы спуститься на парковку.

– А как тут удержаться, когда у тебя вся спина голая. Кто такие платья шьёт? Это, вообще, законно?

– Это «Christian Dior», милый.

– Ммм, француз…

– Он самый. У него всё законно, поверь.

– Верю, у этого не может быть иначе…

Лифт остановился, доставив нас на нулевой этаж, к паркингу.

– Идём, – недовольно буркнул Ник, поправляя свою эрекцию.

Мое платье, до колен и с узким V – образным вырезом на спине, выглядит вполне прилично. Я же в нём на вечер иду, а не в магазин. Просто мой блондин ревнив, только и всего.

Эхо от моих шпилек раздавалась по всей парковке. Ник открыл с пульта свой красный спорткар, и мы расселись по местам: он – на водительское, я села рядом – на пассажирское. Никита повернул ключ зажигания, двигатель издал звук, похожий на львиный рык. Выехав из парковки, влились в поток на столичном шоссе.

Через час, может, чуть больше, мы прибыли на закрытую вечеринку, которую организовали мои родители в честь юбилея. Прошло ровно тридцать лет со дня основания их первого «ООО»: это была обычная столовая, которая принесла отцу первый доход. С годами он приумножился, и теперь у папы целая сеть заведений общественного питания.

– Однако зябко, – сказала я, выйдя из автомобиля.

– Март месяц, конечно, зябко, – сказал Никита и стал натягивать на меня накидку, завязывая у ворота.

– Ник, что ты делаешь, прекрати. Идём скорее, нас уже встречают.

Я помахала папе, вышедшему, видимо, на перекур, а заодно и встретить опоздавших. Никита обернулся, завидев моего отца и своего руководителя в одном лице, и взял меня за руку. Спешным шагом мы поднялись по ступеням клуба, арендованного для сегодняшнего вечера, на котором собралась элита.

– Привет, пап.

– Привет, доченька.

– Добрый вечер, Денис Аркадьевич, – Ник протянул ладонь для рукопожатия.

– Виделись, Никит, – сказал отец, пожав в ответ его руку.

– Давайте-давайте, заходите! Лер, же ты знаешь, что мать не любит, когда опаздывают.

– Заходим, па.

Отец пошёл по террасе, раскуривая свою сигару.

– Терпеть не могу, когда они себя ведут, словно я всё ещё ребёнок, – тихо пожаловалась я Нику.

– Успокойся, он же ничего такого не сказал.

– Да, ты прав, но ведь каждый раз одно и то же. Что такого я могла пропустить? Ведь каждый их вечер похож на предыдущий.

– Может, тебе попробовать хоть раз прийти без опозданий?

– Ну спасибо! Я думала, ты поддержишь меня, и знаешь, ты не меньше моего виноват в опоздании, – обиженно высказалась я, подойдя к входу. Швейцар распахнул перед нами двери, приглашая войти.

– Не сердись, детка, я всегда за тебя, но здесь ты не права.

– Так и есть, но ты мог бы мне этого и не говорить.

Мы вошли внутрь. Всё как всегда, дорого – богато. Любимый цвет мамы – зелёный. Как много растений, «Мама что, опустошила чью-то оранжерею?» – спросила я себя.

Развернувшись к Никите, сказала:

– Не будем ссориться, прошу тебя. Знаю, я вспыльчивая, прости, признаю, что действительно не права.

– Ты что, глупая, какой ссориться… Я же люблю тебя.

Расслабившись, я прильнула к его крепкому телу.

– Валерия! – услышала строгий голос матери, подошедшей к нам. – Я крайне рада, что у вас теплые отношения между собой, но не стоит показывать их на людях, и уж тем более на моем вечере, это верх бескультурья.

– Привет, мам, выглядишь сногсшибательно, – развернулась к ней, показав лучезарную улыбку.

Моя мама высокая стройная блондинка, и я очень похожа на неё, за исключением глаз, у меня серо-голубые, как у папы, а у неё голубые. Сегодня на ней приталенное платье макси из шикарной струящейся ткани глубокого зеленого цвета. Высокая прическа выгодно открывала шею, демонстрируя драгоценности. Она не выглядит на свои сорок пять, и можно без лукавства сказать, что моя мама красотка.

– Ты снова опоздала, – произнесла с укором, проигнорировав мой комплимент.

– Извини, так вышло.

– Добрый вечер, Ольга Вячеславовна, прекрасно выглядите. Это что, новое колье на Вас? – мой молодой человек переключил внимание на себя.

– Никита, дорогой мой, добрый вечер. Какой ты наблюдательный. Благодарю, – провела театральным жестом ухоженных пальцев по бриллиантовым камушкам в колье.

– Мам, прости, что опоздала, – обратилась вновь с извинением, зная, что она всё же держит обиду на меня.

– Хорошо, милая, и спасибо за комплимент, – сдержанно улыбнулась она и добавила:

– Твое платье также со вкусом выбрано.

– Спасибо. Есть в кого, – ввернула я комплимент, чем растопила сердце родительницы.

– Так и есть, проходи, дорогая, к гостям. У нас с папой для тебя уготован приятный сюрприз, о котором мы объявим позже, – не удержалась она, приоткрыв мне завесу сегодняшнего вечера.

– Что за сюрприз, мам? – напряглась я. Не хочется выглядеть глупо перед большим количеством людей, присутствующих здесь сегодня. Не всё то, что нравится моей замечательной маме, может понравиться и мне.

Скрывая свое напряженное состояние, я сняла накидку и вручила ее ожидавшему в сторонке швейцару. Родителей я люблю, но их сюрпризы – это как игра в рулетку. Последний сюрприз от мамы, когда она так же объявила о нём (исключением являлось только то, что папа в нём участия не принимал), ничего хорошего не принёс. Сюрпризом был сын банкира – Рафаиль Левин, рыжий гнусавый тип. Крайне неприятная личность. Маме показалось, что мне давно пора встречаться с парнями, и она, конечно же, решила взять всё в свои руки. В тот вечер пришлось с ним отужинать, делая вид, что не замечаю его липких взглядов, и ещё месяц потом отбивалась от телефонных звонков, придумывая всё новые и новые отговорки.

– Лерочка, ты не против, если я украду твоего молодого человека? – манерным жестом рисуя абстрактную линию в воздухе, поинтересовалась она, нырнув свободной рукой под локоть Никите.

– Не против, мам.

Я действительно была не против, что не скажешь о моем молодом человеке, вопрошающе глянувшем на меня. Подмигнув Никите, развернулась, прогоняя прочь мысли о «сюрпризе», и в приподнятом настроении пошла вглубь зала, где собрались приглашённые.

Улыбнулась, подумав: “А какой я буду матерью? Неужели стану так же искать женихов для своей дочери? Точно нет.” Поймала взглядом проходившего мимо официанта с шампанским, взяла двумя пальчиками бокал за длинную ножку и пошла, цокая высокими шпильками…

Глава 2

Глава 2. Захар

Восемь месяцев назад, июль

– Вот ведь как бывает, Дима, ещё месяц назад я и не думал, что стану главным держателем акций пивзавода, – говорю юристу, глядя из панорамного окна на оживленную столицу с высоты сорокового этажа, где располагался мой кабинет.

– Захар, я предупреждал тебя, не стоило одалживать деньги Вахрушеву.

– Да, предупреждал, – отвернулся от окна и прошёл за свое кресло. – Что сделано, то сделано, в любом случае я остался в плюсе. У меня теперь есть акции завода. Я не рассчитывал на них. Вахрушев не выполнил условия договора и не вернул мои деньги, взятые под акции, коими он владел. А сейчас поздно локти кусать, с недавних пор я являюсь главным акционером. Его потуги бесполезны, всё заверено юридически. Бизнес слабых не терпит. Это всё лирика, я тебя пригласил совершенно за другим.

– Слушаю, – Дима поправил свой галстук, сосредоточившись на моём лице.

Дмитрий Николаевич Пронин, тридцатисемилетний шатен, старше меня всего на пару лет. Специалист, который работает со мной пятый год.

– Понравилось мне это дело, Дмитрий Николаевич… Хочу выкупить все акции и стать полноправным и единственным их держателем.

– То есть владельцем завода?

– Именно так. Не люблю партнёрства, я одиночка.

– Заметил. Но ты остаешься инвестором или хочешь полностью переключиться на завод?

– Одно другому не помешает.

– И то верно. Я понял тебя. А ты рассматривал вариант, если акционеры не согласятся? – задал вопрос Дмитрий, что-то быстро набивая на клавиатуре своего ноута.

– Полагаешь, возникнут проблемы? – спросил, постукивая карандашом по ореховой поверхности стола.

– Кроме тебя у завода еще три акционера.

– Это я и без тебя знаю. Познакомились уже.

– Угу, хорошо. Ну вот смотри: у Бабаяна шесть процентов акций, а у Селезнёва и того меньше, всего три. Думаю, они могут согласиться на предложенную нами сумму, хотя уверен, что запросят больше, поэтому надо предложить меньше.

Меня пробрал смех от его коммерческой жилки.

– Не дури, Дим, не будем ничего занижать, пусть они озвучат свою цену, а мы подумаем над ней.

– Ну хорошо, с этими понятно, а что с Ковалёвым Аркадием будем делать, у него акций немало, целых сорок процентов. Это тебе не Вахрушев, который так по-лоховски профукал свое.

Резким движением оттолкнулся от стола. Откатившись в кресле, встал, положил руки в карманы брюк и стал расхаживать по кабинету.

– Думаешь, старик не согласится? Я навел о нем справки, он тяжело болен и, не ровен час, помрет.

– Ну и ты считаешь, что это причина для того, чтобы согласиться на твое предложение? У него, между прочим, наследник имеется, которому акции передаются после его смерти.

– Да знаю я! – ответил остановившись.

– Вот, познакомься: Денис Аркадьевич Ковалёв, пятьдесят шесть лет. Владелец сети заведений общественного питания, – Дмитрий развернул ноут экраном ко мне.

Из монитора на меня смотрел рослый мужчина крепкого телосложения с проседью в волосах. Шумно выдохнув, ответил:

– Я знаю Дениса, было дело, вкладывал инвестиции в его бизнес.

– Может, тогда проще тебе с ним лично договориться?

– Можно попробовать. У меня есть ощущение, что ему это неинтересно. Понятия не имею, с чего так решил.

– Не исключено, но тебе всё же лучше с ним встретиться. С Ковалёвым-старшим переговоры вести бессмысленно, здесь только время терять.

Застыл взглядом на лице своего юриста и, ухмыльнувшись, сказал:

– Да ты страшный человек, Дмитрий Николаевич.

– Работа такая, здесь не до сантиментов.

– Да, к сожалению, жизнь скоротечна, – сказал я, подойдя к столу и нажав на селектор:

– Нина Михайловна, будьте добры, два кофе нам.

– Принесу через пару минут.

Сев обратно в кресло и облокачиваясь на стол, сказал, глядя на Дмитрия исподлобья:

– Ну что, господин юрист, готовь все документы, я перебираюсь с этого офиса на завод.

– Хм, стало быть, пиво варить будешь?

– И не только пиво. Сам не могу поверить, но мне стал чертовски интересен этот бизнес, поэтому намерен его поставить на ноги. Я навел справки: еще пару лет, и завод пойдет ко дну как Титаник. Ему нужен сильный руководитель, – сказал, сжав ладонь в крепкий кулак.

А спустя две недели пришла весть, что Ковалёв-старший скончался. Я выразил свои соболезнования семье Ковалевых в письме, отправив его по электронной почте, так как был в отъезде…

Настоящее время, месяц март

Сидя в новом кабинете после проведённой утренней летучки, разбирал почту с прошлой недели. Из-за навалившейся работы не успеваю её вовремя просматривать. Наткнулся на письмо от Ковалева Дениса Аркадьевича. Я так и не смог сделать ему выгодное предложение: вся проблема в том, что он крайне редко появляется на заводе, и каждый раз тогда, когда я в отъезде. А в последние месяцы все вопросы решает через своего секретаря. Довольно странное поведение для бизнесмена его уровня. Щёлкнув мышкой, открыл письмо, обратив внимание на его праздничное оформление. На стол опустилась чашка с ароматным кофе, моё обоняние тут же уловило запах зёрен арабики.

– Благодарю, Нина Михайловна, – сказал, обратившись к секретарю.

– Желаете, я приготовлю Вам горячий бутерброд?

Нина Михайловна – сорок лет, низенькая и щуплая брюнетка с заурядной внешностью, аккуратная, исполнительная, умная, ответственная. Работает со мной около года. С прошлой секретаршей пришлось расстаться после того, как та протиснулась, под мой удивлённый взгляд, между мной и столом и села на него, уперев носок обуви в мой член.

– Нет, спасибо за предложение. Можете быть свободны.

Секретарь вышла из кабинета, я пригубил горячий терпкий напиток, вернув взгляд к письму. Итак… Это приглашение на закрытый вечер в честь дня основания первого «ООО» Ковалёва, который будет проходить в одном из фешенебельных клубов города. Как говорится, был бы повод. Опустил глаза на дату и чертыхнулся. Так это же сегодня!

«Принимаю приглашение, Денис Аркадьевич; чем не повод поговорить о моем пивзаводе. Надеюсь, с тобой так же не возникнет проблем, как и с прошлыми акционерами, продавшими свои акции, тем самым приумножив мои. Попробую тебя убедить», – сказал вслух и сделал глоток кофе, откинувшись на спинку кресла.

Пришлось отложить свои запланированные на вечер дела, а они были длинноногие и с третьим размером бюста… Бизнес и секс несовместимы, и на чаше весов я всегда выберу первое.

Глава 3

Глава 3. Захар/Валерия

Захар

– Степан, пока можешь быть свободен. Как понадобишься, наберу.

– Хорошо, Захар Алексеевич.

– Да брось, просто Захар, – отмахнулся, говоря своему водителю.

Неплохой парень, а главное, ориентируется хорошо по Москве и области, что для меня крайне важно. Собственно, это и входит в его обязанность, а двери авто я умею и сам открывать.

Выйдя из кроссовера, захлопнул за собой пассажирскую дверь. Степан уже отъехал, а я ещё секунд десять стоял, глядя, как опоздавшая пара поспешно поднималась по ступенькам. Предпочитаю приходить на такие мероприятия одним из последних.

«Ну ладно», – сказал себе, проведя пятерней по густым волосам, зачесывая их назад. Опустив одну руку в карман своего чёрного костюма, тоже направляюсь по ступенькам к входу в ресторан.

Швейцар открыл передо мной двери, любезно приглашая войти.

Ух ты! В глаза сразу бросился интерьер. Сколько всего зелёного… Терпеть не могу этот цвет. Чувствуется, что оформлением занималась женщина. Ну или у моего «партнёра» очень дурной вкус. Посмотрев по сторонам, констатировал: «людно». Передо мной возник худощавый официант, предлагая мне шампанское.

– Благодарю, не нужно, – сказал, остановив рукой его порыв подать мне бокал. Я прошёл к бару.

– Бокал рома, – обратился я к бармену, жонглирующему шейкером, очевидно, готовившему коктейль двум дамам с густо накрашенными ресницами. Я сделал вид, что не замечаю на себе их томные взгляды. Взяв бокал, наполненный на четверть спиртным и парой кубиков льда, отошёл от барной стойки. Сделав щедрый глоток, осушил содержимое, поставил пустой бокал на поднос мимо пробегающему официанту и медленным шагом направился по залу в сторону скопления пар в надежде, что застану чету Ковалёвых именно там. И оказался абсолютно прав. Заметив меня, виновник торжества вышел навстречу.

– Рад… Очень рад, Захар Алексеевич, что не отказал и пришел, – протянул мне ладонь и мы обменялись крепким рукопожатием.

– Приветствую тебя, Денис Аркадьевич. С юбилеем компании. Я не мог не согласиться на твое приглашение, чтобы окончательно не забыть, как ты выглядишь.

– Благодарю за поздравления. Не знал-не знал, что такой интерес вызвал к себе, а то отправил бы тебе свой портрет.

– С курьером?

– Да!

Мы посмеялись, обменявшись по-приятельски шутливыми колкостями, подняв себе настроение. Подошли к группе собравшихся пар.

– Друзья! Прошу любить и жаловать – Власов Захар Алексеевич, мой партнёр.

Слово «партнёр» резануло мой слух, но показывать своего недовольства не стал.

– Добрый вечер, – поздоровался со всеми и услышал приветствия в ответ.

– Благодарю, что представил меня, дорогой «партнёр», – сделал на последнем слове акцент. – Я практически со всеми знаком.

– Неужели? – вздернул он свои густые брови, пропуская мою колкость мимо ушей.

– Так и есть, – подключилась мужская половина собравшихся.

– Доводилось работать вместе, – ответил абстрактно.

– Понял-понял, совсем запамятовал, ты же ещё, Захар Алексеевич, инвестор.

Вот жук… Забыл он, как же. Посмотрел на него с лёгким прищуром, принимая из его рук бокал с коньяком. «Ах ты ж лис, тебе от меня явно что-то нужно. Впрочем, как и мне от тебя», – подумал я про себя.

– Познакомься, моя жена Ольга, – обратил мое внимание на подплывшую к нам красивую даму, повисшую на локте молодого парня.

– Приятно познакомиться, Захар.

– О… Крайне приятно. Позвольте, я угадаю: Вы и есть нынешний партнер моего мужа. Верно?

– Совершенно верно, – подтвердил улыбаясь.

– Приятно находиться в компании такого красивого мужчины. Вы – мечта любой женщины, – произнесла с пленительной улыбкой Ольга.

– Благодарю, – кратко ответил и пожал протянутую ладонь, явно предназначавшуюся для поцелуя.

– Не ревнуй, милый, – улыбнувшись, глянула она на мужа, – ты же знаешь, что люблю я только тебя.

Вот еще супружеских страстей мне сейчас и не хватало. Как хорошо, что я не женат, и нет никаких обязательств: пошёл, потрахал, пришёл, и никто тебе мозг не сношает. Заметив, как ноздри Дэна раздулись, решил переключить внимание на себя:

– А это ваш сын, очевидно? – обратился я к чете Ковалевых, глядя на молчаливого блондина.

– Что? – нахмурился ревнивый муж. – А… Нет, это мой отличный маркетолог и будущий зять, – на последней фразе он просиял.

– Никита, – протянул ладонь парень.

– Милый, ты торопишь события. Пока это только парень нашей дочери, – мило улыбнулась Ольга мужу, а затем и мне.

Никита напрягся, но промолчал, и я даже догадываюсь, почему. На вид ему до тридцати, смазлив и пользуется своей внешностью. Как раз такие и охмуряют богатеньких девочек.

– Захар, скажите, как Вам сегодняшний вечер?

«Скукота неимоверная», – подумал, а вслух сказал:

– Чудесный вечер и прекрасный стиль.

– О… Благодарю Сразу чувствуется, Вы эстет. Стиль бионика* Вам знаком?

– Впервые слышу, – соврал я. – Всё такое… Зелёное… Столько изысканных растений вокруг, – сказал я с нажимом.

Ничего не имею против растений, но столько сразу, и в одном месте, видел лишь в оранжерее. Рябит в глазах от насыщенного цвета. Видимо, хозяйка вечера посчитала, что этого недостаточно, и решила добить гостей своим платьем под стиль бионика.

– Это мой любимый цвет! И Ваш тоже? – возбужденно спросила Ольга, блеснув голубыми глазами.

– Да… И мой, – повернув голову, заметил, что Ковалёва отвлек полноватый мужчина в чёрном костюме. Я чертыхнулся: мой разговор, похоже, немного откладывается, а я не планировал задерживаться надолго. Ненавязчиво избавился от его жены. Проходя по залу, поставил нагретое в руках спиртное на стенной выступ. Только на секунду отвернулся, и в меня врезается кто-то.

– Чё-ёрт! – воскликнул я, столкнувшись с какой-то белобрысой пигалицей в сексуальном платье.

Валерия

Увидев сестёр Зотовых, я тут же остановилась, даже шампанское застряло где-то в горле. «Мама! Зачем ты их пригласила?» – застонала я. В универе еле выдерживала этих назойливых близняшек, Ариадну и Ариэллу. Боясь столкнуться с ними, резко разворачиваюсь, сделав широкий шаг, и врезаюсь в какого-то бугая!

– Чёрт! – воскликнула я, плеснув шампанское на свое платье.

– Чёрт! – прозвучало в ответ.

– Внимательней нужно быть. Посмотрите, что Вы наделали! – указываю на свое платье.

– А может, это Вам стоит быть внимательнее и смотреть перед собой?

– Но это Вы мне платье испортили, это же Dior! Последняя коллекция! Оно теперь испорчено!

– На Вас всего пара капель упала, только больше внимания к себе привлекаете, – сказал он спокойно.

Внимательным взглядом посмотрела на него, задерживаясь на внешности дольше приличного, учитывая, что у меня есть молодой человек. Передо мной стоял высокий шатен спортивного телосложения, его плечи были гораздо шире, чем у Никиты. Чертовски красив: большие миндалевидные глаза болотного оттенка, густые брови и такие же ресницы. Незнакомец приподнял брови, заметив вызванный к себе интерес. Я и сама понимаю, что неприлично пялюсь на него, поэтому фыркнула, гордо развернулась и быстрым шагом, насколько это было возможно при моих шпильках, пошла с пустым бокалом в руке искать, где в этой «оранжерее» расположен туалет.

Стоя перед зеркалом и зачищая салфеткой невидимые пятна, смотрю на своё раскрасневшееся лицо и спрашиваю сама себя, бубня под нос: “Что на тебя нашло, Лера? Всё ж нормально с платьем”. А перед глазами его лицо с легкой ухмылкой чувственных губ. Мысленно отмахнулась от морока, смяв бумажное полотенце, выкинула его в урну.

В дверях уборной появилась мама.

– Вот ты где, а мы с Ником только тебя и ждём. Папа уже на сцене стоит.

– О Боже, мама, какая сцена? Что вы надумали?

– Пошли-пошли, этот сюрприз тебе точно понравится, – взяв меня за руку, стала выводить из туалета, но вдруг остановилась, повернувшись ко мне лицом.

– Подожди, дай я тебе поправлю прическу. Как тебе идет каре! А вьющиеся локоны у тебя от бабушки, а мои в тётушку, прямые. – Мам, у тебя очень красивые волосы, – приобняв, сказала ей. – Я готова сдаться вам. Идём, раз нас все ждут.

– Да-да, пошли, – приложив пальцы к уголкам глаз, произнесла она на выходе из дамской комнаты: – Я стала сентиментальной.

– Ма… – я улыбнулась.

– Да, ты права. Всё! – вздернув головы, лёгкой походкой мы направились в зал, где все собрались. Дамы сверкали своими драгоценностями в полусумрачном зале, а рядом с ними тихо переговаривались мужчины с крепкими напитками в руках. Папа стоял на небольшой сцене и рассказывал, как он начинал свой бизнес, кто стоял у истоков, какие трудности приходилось преодолевать, каким был его первый доход и на что он его потратил. Мы подошли ближе, чтобы лучше видеть папу. Заметив меня, отец подмигнул, я в ответ подарила ему улыбку. Это было трогательно, В зале многие хлопали, когда отец вспоминал лихие девяностые. Его речь была такой трогательной, горжусь им. Сказав свое выступление, он замолкает, глядя на меня, и затем говорит в микрофон следующие слова:

– Хочу, чтобы сегодня был не только у меня юбилей. Вот так же и моя дочь соберет нас всех через пять лет, отмечая теперь уже свой первый юбилей.

Все притихли, и я тоже, сердце запульсировало…

– Лёша, дай папку, – обратился отец к своему помощнику, и тот передал ему папку красного цвета.

– В этой папке акции завода, ни много ни мало сорок процентов! Их я унаследовал от своего отца и сегодня передаю своей дочери. Это мой тебе подарок, Лера! Сделай так, чтобы дед на небесах гордился тобой, ну и я, конечно же, тоже!

Я стояла в шоке, не могла промолвить ни слова.

– Поднимайся на сцену.

Под бурные аплодисменты собравшихся прошла на сцену, не веря, что это происходит здесь и сейчас, и в центре внимания я. Отец передал мне в руки папку. В универе красный диплом не с таким волнением получала.

– Папа, я… Это так неожиданно. Спасибо, – все слова застряли в горле.

– Поздравляю, доченька.

Кто-то выкрикнул из зала:

– Дэн! А у кого же контрольный пакет акций?

Отец тут же прильнул к микрофону, провозгласив:

– У Власова Захара Алексеевича! Он перед вами, господа, – отец указал рукой на мужчину, стоящего неподалеку от сцены, и все обернулись на него, в том числе и я. – Партнер моей дочери!

Всё выглядело, как какое-то организованное шоу. Папина речь, подарок. Я повернула голову в зал, чтобы увидеть, кто же мой партнёр по бизнесу.

Все расступились, глядя на Власова. Он стоял, держа руки в карманах брюк, хмурым, исподлобья, взглядом смотрел ни то на меня, ни то на довольного отца. Все притихли в ожидании его реакции, но Власов, так ничего и не сказав, спустя тридцать секунд тишины поспешил покинуть клуб.

*Экология и гармония – главные приоритеты Бионики. Легкий, просторный и светлый интерьер. Сложные и воздушные архитектурные формы и большое количество зелени, камня, дерева и других природных материалов.

Глава 4

Глава 4. Захар

– Машину, быстро! – сорвался на водителя, гаркнув в трубку.

Расстегнул костюм и стал расхаживать по прилегающей территории клуба. Через десять минут в полуметре от меня остановился мой кроссовер.

– Домой давай! – сказал Степану, как только забрался в салон, и тот сорвался с места.

Я был зол! Ну Коваль! Как меня обставил… А я рассчитывал, что смогу выкупить его долю… И что, теперь мне придётся с бабой работать? С бабой?! Я?! Который всегда работал один. А сейчас стану делить завод даже не с мужиком. Я столько уже успел вложить ресурсов в него. Нет, это не просто баба, она грёбаная пигалица! Да что… Что эта «тёлка» может понимать в делах пивоварения? Не удивлюсь, если припрётся на совещание с розовыми, в стразах, карандашами.

– Тьфу, блядь! – заметив удивлённый взгляд водителя через зеркало заднего вида, сказал: – За дорогой следи, – и откинулся на спинку сиденья, выдыхая через ноздри.

– Сука! Сука! – не мог молчать, и хрен с ним, что мой шофёр слышит мою злость. – Он за что-то мне мстит? – не унимался я. – Не может здравомыслящий человек отдать акции ЗАВОДА своей… Сколько ей там лет? Двадцать пять… Двадцать семь? – достал телефон из кармана, быстро набрав номер человека, который может предоставить практически любую информацию.

– Андрей, найди мне всё на дочь Ковалёва! Ну а мне почём знать, сколько у него детей? Значит, собери на всех!

Завершив разговор, швырнул гаджет на сиденье. Задумавшись, с прищуром устремил взгляд вдаль. Возможно, отец с дочерью посмотрели, что Власов возрождает завод, вкладывая в него нехилый денежный ресурс, и их семейка хочет сделать аналогичное предложение теперь уже мне, чтобы я продал им свои акции? А может, и вовсе хотят тонко подвести к этой черте? И уже я лично буду им предлагать купить их у меня? Без их ведома ведь не имею права продавать свои ценные бумаги, если только передать наследникам, а у меня их нет. Этот пункт указан в уставе и внимательно был мною прочитан. А вот хрен вам, а не акции! Главный пакет у меня, значит, последнее слово тоже за мной.

Живу в посёлке: здесь воздух чистый, озеро, лес, одним словом, здесь я дома. Приехав к себе, первым делом спускаюсь на нулевой этаж, где расположен спортивный зал. Скинул с себя костюм, рубашку, и, оставшись в одних боксерах, стал колошматить грушу, а хотелось бы лицо Ковалёва за такую подставу.

Одиночный! Одиночный! А вот так двоечка! Не помню, сколько времени прошло, я остановился, лишь когда забились руки и пот градом бежал по всему телу. Придержал колыхающийся снаряд и уперся в него лбом, восстанавливая дыхание. Через несколько секунд почувствовал лёгкие прикосновения на спине – чьи-то тонкие пальцы выводили чуть осязаемые узоры. Буквально на пару секунд я напрягся, но быстро понял, кому они могут принадлежать, и кто может быть вхожим в мой дом.

– Ты как сюда попала? – спросил я.

– Через двери, – слышу, что улыбается.

– Лала, я вопрос тебе задал.

– Твоя экономка меня впустила.

– А как через охрану прошла?

– Подъехала к твоему дому, позвонила на домашний, она взяла трубку. Я умею быть убедительной.

– А машина где? – поинтересовался, проигнорировав ее слова.

– В гараже.

Я сначала обозлился на экономку и Лалу, а после выдохнул и сказал себе: «Секс – это то, что мне сейчас необходимо, чтобы отвлечься и снять напряжение». По крайней мере, хоть немного успокоюсь.

– Ладно, иди в спальню, сейчас приму душ и поднимусь.

– Я бы тоже его приняла… С тобой, – промурлыкала, накручивая локон на указательный палец, кокетливо прикусив нижнюю губу и выставив длинную ножку из-под юбки.

Лала – тридцатилетняя знойная брюнетка с вьющимися, до талии, волосами, ростом примерно сто восемьдесят пять сантиметров. С красивыми формами бёдер и грудью третьего размера. Она очень красива, и, прекрасно зная это, пользуется своими внешними данными, порой даже слишком, но пока мне это не мешает, я позволяю ей немного лишнего.

– Да? – сорвал полотенце с перекладины, вытер им своё потное лицо.

– Только за этим и ехала, – хитро сощурила свои большие карие глаза, модельно выставив бедро.

– Какая удача. Это как раз то, что мне сейчас необходимо, – говорю севшим голосом и медленным движением стираю яркую помаду с чувственных губ, размазывая полосой на щеке. В следующую секунду целую порочный рот коротким поцелуем.

– Иди настрой воду, – шлепнув по упругой заднице, произнёс я.

– Ай! – кокетливо глянув на меня, побежала в направлении душевой, соблазнительно виляя бёдрами. Я усмехнулся – эта женщина никогда не забывает о своей роли соблазнительницы.

Подобрав раскиданные в порыве злости вещи, сложил их на банкетку. Обратил внимание на покрасневшие костяшки пальцев. «Надо было перчатки надеть», – подумал мимолетно.

Вошел в душевую, снимая боксеры с себя, и вижу, как в распаренной кабинке душа Лала, соблазняя меня изгибами совершенного тела, елозит аппетитной задницей по стеклу. Я усмехнулся: вот чертовка, может настроение поднять, и не только настроение. Окончательно скинув с себя бельё, пошёл к кабинке. Раскрыл дверные створки, и меня тут же обдало горячим паром. Брюнетка, пленительно улыбаясь, вылила на свое тело мой гель, разнося его по своей груди. Я только улыбался, глядя на то, как она сжимает большие аппетитные полушария, призывно оттягивая соски. Сделав шаг вперёд под струи воды и взяв за локоть девушку, потянул её на себя. Грудь Лалы при этом соблазнительно качнулась. Взяв её в свою ладонь, ощущаю в руке приятную тяжесть и упругость. Страстным поцелуем захватил губы в свой плен. Инициативная красавица, не теряя времени, положила тонкие пальчики на мой твёрдый член, и, сжав в кольцо ладонью, стала водить по нему вверх-вниз. Прервав наш поцелуй, Лала, не разрывая зрительного контакта и плавно опускаясь на колени, царапала ноготками моё тело. Перехватив ее за кисти рук, сказал нахмурившись:

– Больше так не делай.

Не люблю, когда в женщинах начинает бунтовать собственница, и они пытаются оставить на мне свои метки.

– Прости, – виновато произнесла она, и я отпустил ее запястья.

Лала опустилась на колени и, как только головка члена оказалась у нее во рту, я забыл, что ещё пару секунд назад злился. Ммм… Расслабившись, откинул голову, подставляя лицо под струи воды. Лала захватила мой член как изголодавшаяся кошка, насаживаясь ртом на упругий ствол. Перекрыл душ – здесь и так слишком жарко. Эта женщина знает все тонкости минета и не выпустит член из своего рта до тех пор, пока я не кончу.

Опустил взгляд, глядя сверху вниз, как губы Ла скользят по венистому стволу, оставляя на нём влажные следы.

– Чё-ёрт…– прорычал, ухватив любовницу за голову и толкаясь навстречу. На третьем толчке я излился в её горло. Закрыл глаза, давая себе несколько минут на отдых, моя ладонь плавно спустилась к лицу Ла, поглаживая её скулы ленивым движением большого пальца.

– Ты чудо, – сказал, высвободив член из ее рта, повернулся к крану, включил его, быстро обмываясь. Ла прильнула ко мне и потянулась губами для поцелуя, приподнявшись на носочки. Отвернувшись, я произнёс: «Как помоешься, жду тебя. Продолжим наверху».

Глава 5

Глава 5. Валерия

– Ты куда? – спросил меня Ник сонным голосом, когда я вставала с постели.

– С утра уже смеёшься надо мной?

– И ни думал, – оторвав голову от подушки, посмотрел сначала на меня, потом перевёл взгляд на электронные часы, стоящие на тумбочке. – Твою мать, половина пятого утра! Такая рань! Можно ещё спать часа полтора.

– Ник, я нервничаю. Всю ночь не спала, ворочалась. Ведь это даже не салон, что отец матери подарил, а целый завод! – показываю жестом рук, насколько он большой. – Ты вообще понимаешь масштаб? – задала вопрос, стоя перед ним в одних трусах.

– Угу… – закинув руки за голову, улыбается и смотрит на меня, растянув улыбку.

– Ну что ты смеёшься? – удивилась его спокойствию.

Правая рука Ника потянулась и спряталась в боксерах.

– Детка, у меня с утра эрекция, а ты стоишь обнажённая, я не могу сконцентрироваться и тем более быть серьёзным.

– Ты будто меня впервые видишь в таком виде, – ответила, ничуть не возмутившись его словам.

– Нет, не впервые, но ты для меня всегда такая соблазнительная. Я же не могу тебя так быстро отпустить, раз уж разбудила меня в это время.

Нахмурившись, я несколько секунд соображаю «О чём это он?» Мои мысли были заняты только заводом. Поняв его, ответила:

– Я тебя не будила.

– Конечно, не будила, но от твоего шебуршания я проснулся, да и с этим, – намекнул на свою утреннюю эрекцию, сжав пальцы на члене, – надо что-то делать.

– Нет, нет и ещё раз нет! Мне сейчас не до секса.

Но он и слушать не захотел. Встал с кровати, надвигаясь на меня.

– Я мыться! – сказала и, развернувшись, хотела побежать в сторону ванной, но не успела. Его руки сомкнулись вокруг моей талии.

– Попалась, Красная шапочка? – услышала я будоражащие слова над ухом.

– Так ты Серый волк? – задала вопрос, пока Ник пошло тёрся об меня твёрдым пахом.

– Угу… чувствуешь?

– Чувствую волчонка. А где же папа чудесного малыша? – стебалась над ним, смеясь.

– Сейчас познакомлю с ним! Ты сама напросилась! – взвалил меня на плечо и понёс обратно в постель.

– Нет! Мне надо собираться! Никита!

– Значит, волчонок?

– Беру свои слова обратно, только отпусти.

– Поздно!

Кинув меня на кровать и гортанно посмеиваясь, взялся за резинку боксеров и одним резким движением стянул их вниз. Напряжённый член буквально отпружинил из белья.

Уперев кулаки в бёдра, расставил ноги на ширине плеч:

– Покажи, где ты тут увидела волчонка, детка? – серьёзным тоном задал мне вопрос, крутанув бедром, и его гордо стоящий член качнулся. У меня началась истерика от смеха.

– Ну всё, не жди пощады! – Ник скинул окончательно свои трусы и сиганул в постель.

– А-а-а-а!!! – сквозь слёзы заверещала я.

– Показывай свой пирожок, Красная шапочка…

“Ну давай же, чёрт тебя побрал”, – стукнула по кожаному рулю и тут же ойкнула от боли. Уже битый час стою в пробке, а она, как на стоп кадре, не двигается. Со всех сторон раздаются сигналы опаздывающих и возмущённых водителей. Я достала пудреницу из косметички, разглядывая в зеркало засос, поставленный Ником. «Вот дурак», – бормотала я и в сотый раз пудрила шею в этом месте. Он специально его поставил. «Чтобы все видели, кто твой партнёр в первую очередь», – сказал ревниво. Конечно же, он видел Власова. Возвращаясь воспоминаниями во вчерашний вечер, анализирую реакцию своего парня. Странным показалось не то, что Ник ревнует, а то, что поздравил меня как-то сквозь зубы… Это… зависть? Я нахмурилась. «Показалось, наверное», – сказала себе, захлопнув пудреницу. Кинула её в косметичку и вернулась к намертво вставшей пробке.

Боже… Я опоздаю в первый же день, это очень плохо… Что обо мне подумает этот Захар Алексеевич? Отец меня предупредил, чтобы я сразу приступала к своим обязанностям, не откладывая в долгий ящик. Да, надо показать этому мужлану, что я здесь не просто так, а полноправная хозяйка своих сорока процентов акций. Меня всё ещё бьёт мандраж по этому поводу. Да, папа может удивить… До моего слуха донесся вдруг резкий звук автомобильных клаксонов. Задумавшись в очередной раз, упустила момент, когда движение ожило, и мне стали сигналить разъярённые водители. Я спохватилась, тут же повернула ключ зажигания в своём минике и начала движение.

– Да слышу, слышу! – крикнула в приоткрытое окно. «Какие все нервные, и на секундочку нельзя задуматься».

Добравшись до офиса завода, объяснила на проходной, кем являюсь. Меня пропустили, сказав: «Денис Аркадьевич предупредил нас ещё месяц назад». Я сделала вид, что в курсе. Но на самом деле меня, конечно же, и удивило, и порадовало услышанное, а так же распирало от гордости за своего отца. Услужливый охранник объяснил, как проехать на парковку, чем я и воспользовалась. На паркинге встала рядом с огромным тонированным крузаком. «Сто процентов это его», – подумалось мне. Взяв сумку, вышла из машины. Сегодня на мне стиль бизнес-кэжуал, но я внесла в него чуточку ярких красок. Поправив кардиган, направилась к трёхэтажному зданию, элегантно неся сумочку на согнутом локте.

Войдя в просторное фойе, первым делом осмотрелась, совсем позабыв, что опаздываю. По обе стороны от стены расположены диваны с журнальными столиками, по центру стоит большая резная ваза. Смотрится гармонично. Весь интерьер выполнен в чёрном цвете, кроме искусственных цветов, что веточками стояли в вазоне: они были белыми, как и стойка ресепшена, верх которой, в тон интерьера, выполнен из камня. Вкус Власова мне уже понятен – скучный, для меня не хватает яркости. Осмотревшись, пошла дальше, стук каблучков моих высоких шпилек отдавался эхом по глянцевой поверхности светлого пола.

– Прошу прощения, я ищу свой кабинет. Меня зовут Валерия Ковалёва, – я обратилась к девушке за стойкой ресепшена, которая увлечённо чем-то занималась. Она поднимает на меня свой взгляд и, чуть замешкавшись, говорит:

– Доброе утро, Валерия Денисовна! Ваш кабинет на втором этаже, напротив кабинета Захара Алексеевича.

– Доброе утро, – опустив взгляд на прикреплённый к светлой блузке бейдж, прочитала имя администратора. – Благодарю, поняла Вас, Ирина, – и повернулась к лестнице, что вела наверх, мысленно подумав, что табличка будет ориентиром. У него же наверняка она имеется на двери.

– Летучка уже началась, – донеслось до моего слуха, и я повернулась к девушке.

– Что, простите?

– Летучка… Так называют ежедневные совещания, – сообразительная Ирина объяснила смысл этого слова.

– Благодарю, я знаю, что такое летучка, – пришлось соврать, чтобы не выглядеть в ее глазах дилетанткой.

– Извините, – администратор встала со своего места. – Конференц-зал на третьем этаже прямо по коридору.

– Хорошо.

– Вы можете воспользоваться лифтом, если желаете…

Глава 6

Глава 6. Захар

– Так, ну с модернизацией линии по напиткам вопрос остаётся открытым, – говорю, помечая в своём планшете интересующие меня пункты, – отложим пока его. Как дела обстоят с рекламой? – поднял взгляд, обратившись к начальнику маркетингового отдела:

– Я слушаю Вас, Виктор Владимирович.

– Благодарю, Захар Алексеевич. Я хотел сегодня предло…

Очевидно, он хотел сказать “предложить”, но его слова повисли в воздухе, так как дверь в конференц-зал открылась, и вошло яркое пятно. Твою мать!

– Доброе утро, прошу прощения за опоздание. Меня зовут Валерия Ковалёва… эм… Валерия Денисовна Ковалёва, – мило улыбнулась всем она, скользнув по мне мимолётным взглядом.

Сидящие за круглым столом оторвались от своих планшетов, повернув головы в сторону вошедшей. Тем временем я пристальным взглядом рассматривал её внешний вид: чёрные туфли на неприлично высоком каблуке, облегающие красного цвета брюки открывают стройные лодыжки, белая блузка с короткими рукавами слишком подчеркивает форму груди, обрисовывая очертания бюстгальтера, я даже на расстоянии это вижу. Как мужчина, не мог не обратить внимание, что дочь Ковалёва хорошо сложена. Одним словом – пигалица. Раздувая ноздри, пытаюсь загасить нарастающую злость. Поднял тяжёлый взгляд к её лицу и пробасил:

– Вы опоздали.

Сотрудники повторили движение головой, только уже обратив своё внимание в мою сторону.

– О… Прошу меня простить за опоздание.

Приподняв светлые брови, смотрит на меня, кокетливо держа на изгибе локтя свой кардиган и стильную сумку.

– Я попала в пробку, к сожалению, так случилось…

– Случается только с теми, у кого непрофессиональное отношение к своему делу, – говорю, не спуская с неё взгляда.

– Я не виновата, что в городе с утра такое интенсивное движение, не знала, что так выйдет, и уже извинилась за опоздание. Куда могу присесть? – обводит взглядом зал в поисках удобного для себя места.

Не дождавшись ответа, она молча прошла и села в свободное кресло рядом со мной.

– И знаете что! – говорит мне вполголоса, вешая на спинку свой кардиган. – Я не на ваш работник, не нужно со мной так разговаривать, – обращает, наконец, на меня своё внимание.

– Хм, конечно, и Вам очень повезло, иначе были бы уже уволены.

– Ну и замечательно, что мы всё выяснили. Может, всё же представите меня? – и вздёрнув брови, одарила пристальным взглядом.

– Уважаемые сотрудники, дама, которая сегодня сорвала нашу важную планёрку, является держателем сорока процентов акций и по совместительству моим партнёром.

У всех собравшихся вытянулись лица. И я их очень понимаю. Вряд ли они за свой долгий трудовой стаж могли представить, что акционером крупного завода станет двадцатишестилетняя девушка, не проработавшая за свою жизнь ни единого дня.

– Мне очень приятно со всеми познакомиться, – начала свою речь Ковалёва, встав с места. – Благодарю своих деда и отца, которые доверили мне такой бизнес как ЗАО “Пивзавод”. Я приложу все свои усилия, чтобы оправдать их и ваше доверие.

Послышались лёгкие, одобряющие аплодисменты. А вот лица собравшихся по-прежнему пребывали в шоке. Разумеется, мне всё это не нравилось, но «речь» в пару предложений оказалась вполне сносной, и что-то подсказывает мне, что пигалица не захочет продать перешедшие ей акции, которыми я так одержим.

– Что ж, можем приступать, – присев, обратилась она ко мне и достала из сумки розовый планшет и стилус.* Мать твою-ю… Он весь в стразах. «Ну и в чём я был неправ?» – мысленно задал себе вопрос, а вслух произнёс, обращаясь к начальникам отделов:

– Расходитесь по своим рабочим местам, наше несостоявшееся совещание затянулось.

Раздался скрежет кресел, все разом начали вставать и, желая мне хорошего трудового дня, покидали конференц-зал. Глядя им вслед, я со вздохом мысленно сказал себе: «Хорошим он уже вряд ли будет». Как только закрылась дверь за последним человеком, повернулся к пигалице. Она смотрела в чёрный экран планшета, сжав в ладони стилус. Нервничает. Может, это и к лучшему: во мне ещё теплится надежда, и я решаю сделать ей предложение в лобовую.

– Эм.. – как там её звать? Вера… Лена…

– Валерия Денисовна, – пришла Ковалёва мне на помощь, продолжая гипнотизировать выключенный планшет.

– Да, Валерия Денисовна, у нас как-то с самого начала не заладилось.

– Хм, – усмехнулась пигалица, удостоив-таки меня своим взглядом. – И Вы заметили? – произнесла с сарказмом.

Я нахмурил брови:

– Заметил.

– Это потому что я слишком молодая? – выпучила на меня свои глаза с лисьим разрезом. – Или потому что женщина? А может, и то, и другое?

Краски стали сгущаться…

– Да. А ещё потому, что Вы заносчивая, – ответил, глядя на неё хмуро.

– Ну разумеется, рядом с таким-то ангелом я просто ад кромешный.

– Послушайте, как Вас там…

– Не утруждайте себя, можно просто “партнёр”. Надеюсь, это простое слово Вы не забудете?

– Твою мать! Я хотел поговорить конструктивно, – чуть повысил тон.

– Нет! – раз десятый, наверное, за недолгое время эта пигалица меня перебила. – Вы, Захар Алексеевич, – как можно язвительней произнесла моё имя, – можете не рассчитывать на мои акции, я их Вам не продам. Хотите того или нет, но я – совладелец завода и собираюсь вникнуть в этот бизнес, – говоря последние слова, она, чуть подавшись вперёд, постукивала по столу своим наманикюренным ногтем.

При движении ворот её блузки буквально на пару секунд съехал вниз, и мой взгляд мельком уловил засос, который она старательно попыталась замаскировать. Блядь! Так вот почему эта сучка опоздала!

Раздувая ноздри, почему-то сижу и терплю такое поведение, да ещё и от бабы!

– И кстати, заметили, что я, в отличие от Вас, запомнила Ваше имя и отчество?

– Вы сегодня остановитесь или нет, в конце концов?! – пробасил я. Она замолкла и, глядя на меня, только моргала длинными ресницами. – Так-то лучше, а то раскудахталась.

– Вы сейчас меня что, с курицей сравнили?

– С ней.

– Знаете что! – она выпрямилась, заправив свои локоны за ухо, прожгла взглядом и спокойно продолжила, – а вот верно говорят: мнение, сложившееся в первый день при знакомстве, самое верное.

– М-м… Да, прекрасно помню, как Вы пялились на меня тогда клубе, настолько я Вас впечатлил. Это имеете в виду? – ухмыльнулся, понимая, что чем дольше рядом с ней нахожусь, тем больше она меня раздражает.

Ей нечем было крыть, поэтому молча вскочила с места и направилась широкой походкой на выход, виляя бёдрами так, что её стильное каре подпрыгивало при каждом шаге.

– И вот что я Вам скажу, парт-нё-ёр. Будьте добры, в следующий раз одевайтесь по уставу.

Ковалёва захлопнула обратно двери, которые уже было успела открыть. Держась за ручку, повернула голову в мою сторону:

– А что не так с моей одеждой?

– Вы слишком ярко выглядите и…

Оторвавшись от дверной ручки и развернувшись ко мне лицом, пигалица в своей манере меня перебивает:

– Ах вот в чём дело… В таком случае я буду первой, кто внесёт яркие оттенки в этот серый офис, – заявила, картинно оглядев зал.

– Все должны действовать согласно установленным правилам, иначе будет бардак. Разумеется, Вы этого не знаете.

– Внутренние правила можно изменить. Заявляю Вам это, Захар Алексеевич, как человек с юридическим образованием. И не забывайте, кем я являюсь, – подошла, собрала свои оставленные вещи и красивой походкой удалилась.

Шарахнув с силой ладонью по столу так, что звук эхом разнесся по залу, я наконец смог выплеснуть скопившуюся злость. «Вот сучка!»

* стилус – карандаш для планшета

Глава 7

Глава 7. Валерия

Спускаюсь на второй этаж, состояние взвинченное. Без труда нахожу свой кабинет – как тут ошибиться, если он напротив Захарова. Вхожу, швыряю всё, что несла в руках, на диван, и начинаю эмоционально расхаживать. Так и знала, что между нами состоится неприятная словесная перепалка! Уже с порога заметила его недовольную физиономию, которая с каждой минутой моего пребывания в зале приобретала всё более серый оттенок. Все присутствующие обратили на это внимание. Акции он мои хочет, каков наглец! А вот фигушки. Остановилась, перевела дух, стала, наконец, осматриваться: диван, два кресла, кофейный столик, рабочий стол, – на мой вкус, слишком много чёрного. Даже шторы, и те мрачные. Хмурым взглядом окинула обстановку, повернула голову вправо и заметила дверь. За ней располагались мини гардеробная и санузел. Надо же, даже душ имеется, вот это мне нравится.

Положив руки на талию, прищуриваю глаза, чуть приподняв одну бровь, и, покусывая слегка уголок верхней губы, прикидываю, какой мне здесь нужен интерьер, чтобы мой кабинет смотрелся максимально стильно для такой девушки, как я. Сегодня же займусь этим. Сдвинув в сторону свой кардиган и сумку, села на диван и набрала отцу.

– О… Кто это звонит, бизнесвумен? Рад слышать тебя, дочка!

– Привет, пап.

– Ну и как себя чувствует совладелец завода в первый свой рабочий день? – по голосу слышу, что он улыбается.

Я шумно выдохнула, не зная, сказать правду или соврать.

– Так-так… рассказывай, что там уже у вас стряслось?

– Ну что ещё могло произойти, пап! Этот мужлан, как кот мартовский, пометил территорию и не хочет никого на неё пускать.

– Интересное сравнение. Ну не думала же ты, что он тебя с караваем у порога встречать будет?

– Нет конечно, па! – встала и начала нервно расхаживать по кабинету. – Видел бы ты его физиономию, как только я вошла.

– Ты там не с разрешения Захара, оттого он и бесится, что сделать ничего не может, приходится мириться. Но, кроме всего прочего, он отлично умеет вести бизнес. Власов также инвестор, у него хорошая команда. Дочка, покажи, что и ты не пустышка. Я верю в тебя, ты у меня везде отличница и умница.

– Если честно, я не знаю, с чего начать… Вот думала, может, интерьер сменить у себя в кабинете, – сказала поникшим голосом.

– А что, мне нравится, это хорошая идея. Поменяй всё и сделай по своему вкусу, а я тебе сейчас пополню карту.

– Ты правда считаешь это хорошей идеей? – удивилась я.

– Конечно. Обязательно начни с кабинета, ты же там будешь много времени проводить, надо, чтобы всё было комфортно и глаз радовало. Я поддерживаю твою идею.

– А дальше-то что? – спросила растеряно.

– А дальше, мышка, иди на завод, начни с него и обязательно открой вакансию помощника, он тебе очень пригодятся.

– Спасибо, папочка.

– Ну что ты, дочка, не за что.

– Можно, я тебе буду звонить, если трудности возникнут?

– Ну разумеется, моя хорошая.

На приятной ноте завершила разговор с отцом. Перекинув кардиган через локоть и взяв сумку, я вышла из кабинета и направилась к лестнице. Попутно проходя, увидела дверь с табличкой «секретарь». Хм, и даже у его секретарши кабинет отдельный. Как интересно. Уверена, там сидит длинноногая девица. Кобель! И какого фига я об этом думаю? Мне никакого дела нет до него, пусть хоть всех в округе перетрахает. Вот мой Ник – он другой, улыбнулась, вспоминая наше утро.

– Что, устали уже, рабочий день закончен? – я даже дёрнулась от неожиданности, снова услышав рядом этот мерзкий голос. Нахмурилась, рассматривая его идеальный профиль, когда он поравнялся со мной. “Красивый, гад”, – подметила про себя.

– А Вам какое дело, я не Ваш сотрудник. Привыкайте уже к мысли, что Вам, Захар Алексеевич, придётся-таки считаться с женщиной!

Он обогнал меня и быстрым шагом стал спускаться по ступенькам, всем своим видом показывая злость, так, что ходящие на скулах желваки были видны даже со стороны затылка.

«Гад! Ну и хорошо… С перекошенным лицом ты мне гораздо больше нравишься», – злорадно бубнила себе под нос.

Спустившись в фойе и увидев, как Власов стоит у стойки и что-то мило говорит администратору, я стала намеренно впечатывать свой шаг в глянцевый пол. Здесь прекрасная акустика, каждый удар каблуком и без того раздавался громким стуком, но мысль о том, что его перепонки будут испытывать дискомфорт, веселила меня. И добилась своего. Боковым зрением я заметила, как Захар Алексеевич повернулся всем корпусом в мою сторону. Остановилась, заправляя локон своей стильной причёски за ухо, и обратила в его сторону невинный взгляд.

– Ирина, а будьте добры, поднимите мне документы по производству продукции.

– Эм… – администратор встала со своего места и растерянно посмотрела на меня.

– Всё в порядке, Ира, работайте. Мой… партнёр не знает, что администратор по работе с клиентами этим не занимается, – тут же влез Власов.

– И правда, Ирина, не знаю, но быстро учусь, – лилейным голосом парировала я, мягко приблизившись к нему. Пожалуй, даже слишком близко, настолько, что мне стали видны мельчайшие черточки рисунка его болотных глаз. Рука сама потянулась к галстуку Власова, перебирая материю пальцами:

– Как же красиво звучит с Ваших уст слово парт-нёр, – произнесла, перекатывая последний слог на языке.

– Непривычно, у меня с этим словом ассоциация другая, – с лёгкостью отбил он.

– М-м… а я сразу поняла, что Вы из породы кобелей, как только впервые увидела.

– Это когда Вы пялились на меня, вот ровно, как и сейчас? – с лёгкой ухмылкой спросил он.

– Не льстите себе, Вы не в моём вкусе, – фыркнула я.

– Ну разумеется, другого ответа и не ждал, а Вы вполне могли бы мне подойти для одной ночи, если бы не нынешние обстоятельства. Хотя я мог бы и пересмотреть их, – сказал, пристально глядя мне в глаза.

Я почувствовала, как мои щёки запылали от такого хамства, но не стала истерить, а решила ответить спокойно, делая вид, что его быдлячество меня ничем не задело.

– Что-то подобное было ожидаемо, но не думала, что твоё нутро, Власов, откроется в первый же день!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.