Михаил Грушевский
И первые станут последними

1960 год. Только что взмыло к небу величественно-монументальное здание телецентра. Серый гранит, стекло. Во дворе – парк зелени! Простому смертному сюда и на экскурсию-то не попасть. А на работу – предел мечтаний. Чтобы тебя в кадр допустили – нужно быть и красавицей, и замужней, и членом партии. Взамен – цветы, аплодисменты, узнавание. Но в нашем деле – не только розы! Есть и шипы. Раз в неделю я завожу будильник на пять утра. Мое дежурство! Выпиваю три чашки кофе. Ловлю машину. Приезжаю на студию. Переодевание – это целый процесс. Таинство! Что выбрать: белое с лимонным воланом, ярко-красное или вишневое с зеленым воротом? Гардероб полон. Мои серьги отлично подойдут к красному! Пара колец с гранатами – тоже. Моя пожилая костюмерша носит увесистые бриллиантовые серьги, на работе замазывая яркое сверкание камней хозяйственным мылом, чтоб никто их с нее не сорвал. Меня, живущую напоказ, такое ханжество только смешит!

Готова! При полном параде присев в дикторской, я немного досплю. В последний момент успею продрать глаза (чертова тушь!), сменить войлочные тапки на лакированные лодочки и, звонко стуча шпильками по полам телестудии, стремительно понестись по коридору. «Шевченко, быстрее!» – закричат мне в спину. В холле наткнусь на школьную экскурсию. Сдержанный гомон при моем появлении. Пионеры проводят мою пробежку горящими глазами. Дети! Один из них станет моим оператором, другой – водителем и спутником жизни моей подруги – тоже диктора. Но все это потом.

8.00. «С добрым утром, дорогие товарищи телезрители! В эфире – городское телевидение. С вами – Людмила Шевченко. Обратите внимание, что до шестнадцати часов мы вещаем на город и область, а впоследствии – на всю страну, на частоте пятого национального телеканала! Прослушайте программу телепередач на сегодня, пятое мая, день советской печати!»

1965. Я спокойно занималась техническими переводами с английского. Никого не трогала! Как вдруг мой папа – военный, комбриг – где-то вычитал объявление о наборе в группу теледикторов. Мой решительный характер – от отца. Я требовательна, и прежде всего к себе – дикторами просто так не становятся! Я любила папу сильнее прочих, слушалась его, до сих пор езжу к нему на могилку и добела отмываю белоснежный мрамор. Именно отец отправил на студию мое фото. Длинная коса, блестящие глаза, румянец во всю щеку – комиссия перед такой красоткой не устояла. Я сопротивлялась, но меня уговорили! С тех пор я стучу шпильками по местным коридорам! Спросите, для какой цели мне надобны лодочки, если их не видно в кадре? Да для ощущения себя! Успеть доскакать до студии. Взлететь на стул перед камерой. Пять секунд до эфира. Контрольный взгляд в зеркало. Порция лака на волосы. Капли в глаза! Дежурная улыбка пудренице: не осталось ли в зубах чего ненужного? Оператор – у камеры, в эфир несутся позывные. Куда запропастился этот дурацкий сценарий? И где обещанный кофе? Ох, я же забыла надушиться! У меня есть то, что впоследствии назовут фишкой. Свой запах. Никто из зрителей его не слышит – скажете? Да я сама чувствую запах прежде всего! За это меня дразнят «диктором будущего» – мол, когда к камере приделают нос, я уже буду к этому готова!

10.00. А сейчас – утренний повтор информационного-аналитического видеоканала «Пятое колесо»! Выпуск журналистки Зои Беляевой «Остров глухих заборов» посвящен незаконной застройке Крестовского острова.

1970. Перерыв. До следующего появления в студии есть время. В моем распоряжении – два часа. Идти в студийную столовую опасно для фигуры: повариха тетя Клава – моя фанатка и угощает меня фантастическими булочками. Покемарю в уголке студии – там притаился уютный диванчик! Кто составляет эту чертову программу? Зачем нам прямой эфир? Но так уж повелось с тех замшелых времен, когда видеозаписи просто-напросто не было. Она потом появилась, но кто-то счел, что записывать нас – слишком дорого. И никого не волнует, какие мы затрачиваем нервы! Нас как на расстрел выводят. Прямой эфир – это открытый нерв, по которому бьют электротоком! Я несколько раз память теряла от ответственности. Но в режим записи нас не перевели. «Живьем» мы были дешевле! Перерывы сохранились. Два часа! Чем же заняться? Трепотней! Благо, есть с кем. Еще один ведущий «сидит» на информации.

Я помню случай, когда ученые обвешали меня датчиками и попросили в прямом эфире прочесть программу передач. Задание для дошколят! Это был последний день перед отпуском – вместе с мужем и дочкой я уезжала в Пицунду, на месяц! Настроение замечательное! Несмотря на это, после эксперимента датчики, закрепленные на мне, буквально зашкаливало. Вот какое напряжение мы испытывали в эфире! Однажды, когда моя подруга Лиля читала программу передач, в студии с веревки сорвался огромный кусок неограненного стекла, сквозь который проходил изломанный луч. Он создавал за спиной красавицы причудливую игру света. Взрыв был громким. Скандал – тоже! А Лилька невозмутимо продолжила чтение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.