Елизавета Ясиновская
По Москве – рекой. Увлекательная прогулка по набережным: знаменитые и малоизвестные достопримечательности

О, юности моей гостеприимный кров!
О, колыбель надежд и грез честолюбивых!
О, кто, кто из твоих сынов
Зрел без восторгов горделивых
Красу реки твоей, волшебных берегов,
Твоих палат, твоих садов,
Твоих холмов красноречивых!

Денис Давыдов

Художественное оформление Е.Ю. Шурлаповой

© Е.В. Ясиновская, 2012

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

© Художественное оформление, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2012

Вместо предисловия

Большинство крупнейших городов мира построены на реках: Киев – на Днепре, Санкт-Петербург – на Неве, Рим – на Тибре, Лондон – на Темзе, Багдад – на Тигре, Сеул – на Хангане, Каир – на Ниле… Москва тоже стоит на реке, в честь которой – по одной из версий – и получила свое название. В старину Москва-река и зимой была важнейшей артерией столицы: на льду строили торговые ряды, устраивали народные гулянья и кулачные бои. А уж летом…

Москва-река, живописно изгибаясь, несет свои воды через весь город с северо-запада на юго-восток, поэтому в теплое время года ее используют и для теплоходных прогулок, и для деловых поездок по городу, хотя далеко не в той мере, чтобы разгрузить городские автомагистрали.

Туристические маршруты проложены по Москве-реке так, чтобы была возможность насладиться и красивыми гранитными набережными столицы, и живописными городскими пейзажами, и самыми известными достопримечательностями города: Кремлем, храмом Христа Спасителя, Новодевичьим монастырем, Замоскворечьем, «Лужниками», Воробьевыми горами, Серебряным Бором, Коломенским… Возможность увидеть все это, не сходя на берег, особенно ценна для тех, кто приехал в Москву на два-три дня.

Многие судоходные компании Москвы используют условно три «участка» главной городской водной артерии: северный, центральный и южный. Поэтому и основных маршрутов – три.

Конечно же большой интерес представляют и маршруты по реке Яузе – второй по величине реки столицы после Москвы-реки. Длина Яузы – 48 километров. Ее протяженность по территории Москвы составляет 29 километров, а устье находится на километр ниже Кремля у Большого Устьинского моста. В IX–XII веках река Яуза была транспортной магистралью государственного значения. По ней проходили торговые пути из южной части России во Владимир, что стало одной из причин благополучного роста Москвы.

Но уже в XIX веке в центре Москвы Яуза была так загрязнена, что москвичи в шутку ее называли общегородской «язвой». В середине XX века, когда Москва разрасталась высокими темпами, в Яузе исчезли практически все формы жизни. Сейчас городские власти пытаются на некоторых участках очистить реку, чтобы вернуть ее к жизни…

На берегах Яузы расположены такие достопримечательности, как парк «Старое Свиблово»; Главный ботанический сад РАН с Леоновским лесом, которому после перепланировки и реконструкции в 2003 году присвоено название «Сад будущего»; национальный парк «Лосиный Остров»; Сокольники; исторический Лефортовский парк, считающийся первым регулярным парком России; Первомайский парк; усадьба Усачевых-Найденовых, в которой сейчас находится Московский научно-практический центр спортивной медицины, – этот усадебный парк часто попадал в кинофильмы, в том числе в нем снимали прекрасный фильм «Покровские ворота»; Спасо-Андроников монастырь, корпуса МГТУ им. Баумана, а также в дельте Яузы – знаменитый дом на Котельнической набережной, в котором в разное время жили выдающиеся деятели науки и культуры СССР, в частности Фаина Раневская, Михаил Жаров, Роман Кармен, Галина Уланова, Александр Твардовский, Людмила Зыкина, Клара Лучко, Никита Богословский, Лидия Смирнова и др.

Много еще интересных культурно-исторических объектов расположено по берегам Яузы, но, чтобы увидеть их все за один раз – то есть проплыть по реке, – придется арендовать водное такси или взять экскурсию на небольшом катере.

Часть первая
Северо-запад

Канал имени Москвы – Северный речной вокзал

Левый берег

История канала имени Москвы связана с именем Петра I, который задумал его еще в 1722 году для соединения Балтийского моря с центральным регионом России. На первом этапе этого грандиозного проекта требовалось с помощью притоков соединить Москву-реку с Волгой. Но после смерти Петра его идею отправили в долгий ящик и вернулись к ней уже после Отечественной войны 1812 года, когда стало ясно, что канал очень важен в стратегическом отношении.

Работы начали в 1825 году и за двадцать лет даже успели выкопать три канала, построить десятки шлюзов, но полной реализации проекта так и не произошло. Получившийся водный путь протяженностью почти 300 километров тем не менее использовался с полной нагрузкой вплоть до прокладки Николаевской железной дороги (ныне – Октябрьская), наконец связавшей скоростным транспортом две российские столицы: старую и новую.

Советская власть довершила задуманное Петром дело и за пять лет проложила канал Москва – Волга протяженностью 128 километров, ставший впоследствии каналом имени Москвы. Правда, основной задачей, которую он решал, было уже не столько транспортное сообщение, сколько водоснабжение столицы. Комплекс необходимых сооружений был серьезным: пришлось построить около двадцати мостов – автомобильных и железнодорожных, около десятка малых гидроэлектростанций, вырыть под каналом два тоннеля, возвести Северный речной вокзал и порт, создать Химкинское водохранилище.

Но строился канал Москва – Волга имени И.В. Сталина, увы, не на бескорыстном энтузиазме и не на светлых идеях коммунизма. Для того чтобы строительство прошло быстро и без лишних проблем, в 1932 году специально организовали Дмитровлаг (или Дмитлаг), подчиняющийся ГУЛАГу. Сотни тысяч заключенных под началом архитектора и инженера Сергея Жука более четырех лет «прорубали» канал, погибая от холода и усталости. В 1937 году Дмитлаг стали стремительно «сворачивать» – начались аресты руководства лагеря и массовые, многотысячные расстрелы заключенных.

Здание Северного речного вокзала, построенное в том же 1937 году, стало символом нового канала, а Москва благодаря ему постепенно приобрела статус порта пяти морей, то есть соединила Балтику и Беломорье с Каспием, Азовом и Черным морем.

Северный речной вокзал дал название построенной значительно позже станции метро «Речной вокзал». Поскольку он стоит на Химкинском водохранилище, его раньше называли Химкинским речным вокзалом. Водохранилище располагается на 36 метров выше уровня Москвы-реки и соединяется с ней по деривационному каналу и так называемой «Тушинской лестнице шлюзов». Во время Великой Отечественной войны фашисты намеревались бомбардировками уничтожить плотину водохранилища и таким образом затопить всю Москву. Поэтому, чтобы запутать врага, пришлось срочно менять топографию города – на речных плотах строить «потемкинские деревни» с макетами домов и деревьев.

Северный речной вокзал

Здание Северного речного вокзала было построено группой архитекторов, художников и скульпторов: Алексей Михайлович Рухлядев (руководитель строительства), Сергей Михайлович Бирюков, Владимир Федорович Кринский, Наталья Яковлевна Данько-Алексеенко и Иван Семенович Ефимов. По сравнению с Южным речным вокзалом Северный намного интереснее с точки зрения художественной ценности. Он построен в стиле сталинского ампира и считается памятником архитектуры.

Издалека вокзал напоминает изящный двухпалубный речной теплоход начала XX века. Его фасад над входом украшают двенадцать майоликовых панно в форме тарелок работы мастера Натальи Данько-Алексеенко. Сюжеты картин посвящены наиболее значимым событиям советской истории. На одном из медальонов, например, изображен неосуществленный проект Иофана – Дворец Советов, который планировали построить на месте разрушенного храма Христа Спасителя, но успели лишь фундамент залить – началась война. Внутри здания располагались кафе и ресторан «Волга-Волга», названный так же, как советская музыкальная комедия 1938 года, в съемках которой Северный речной вокзал принял непосредственное участие. Фильм по сценарию известного драматурга Николая Эрдмана с Любовью Орловой в главной роли был в свое время очень популярен, и его любил Сталин.

По бокам вокзала – два нарядных портика с фонтанами «Север» и «Юг», увы, давно не работающими. Чашу фонтана «Север», созданного Л.А. Кардашевым, поддерживают белокаменные медведи, а на «Юге» – в ней «резвятся» позолоченные дельфины работы скульптора И.С. Ефимова.

Широкая лестница из гранита ведет к главному причалу, а общая протяженность причалов составляет полтора километра.

Общая длина здания Северного речного вокзала достигает 150 метров. Оно украшено аркадами и галереями, над верхней «палубой» в центре возвышается «капитанский мостик», увенчанный башней со шпилем – «мачтой» из нержавеющей стали. 24-метровый шпиль венчает позолоченная звезда из красной меди и нержавеющей стали, которая какое-то время украшала Спасскую башню. Размах лучей этой звезды более 4 метров. На ней «Серп и молот» – символ Советского Союза, инкрустированный уральскими самоцветами – аквамаринами, топазами, аметистами, горным хрусталем. Задумано и выполнено было красиво, но самоцветы быстро помутнели и потеряли яркость, а это было неприемлемо для главной кремлевской башни, поэтому звезда и «переехала» на вокзал. Если присмотреться, то видно, что самоцветы стали совсем темными, а некоторые и вовсе пропали – не иначе «сороки-воровки» растащили.

Башня оборудована механизмом, который позволял поднимать и опускать шпиль со звездой. По первоначальному замыслу звезду должны были опускать и поднимать каждый раз, когда заканчивалась и возобновлялась навигация. Однако, несмотря на то, что механизм позволяет выполнять эту процедуру даже одному человеку, звезду за все годы опускали лишь несколько раз. Так, к примеру, в 1941 году ее спустили, чтобы лишить немецкую авиацию удобного ориентира.

История появления часов на башне Северного речного вокзала полна загадок: есть версии, что они «позаимствованы» у снесенного храма Христа Спасителя или у Воскресенского собора в Волоколамске, закрытого в 1930 году. В 1944–1947 годах на территории соборного комплекса был устроен лагерь для немецких военнопленных. В последующие несколько лет храм оставался заброшенным. Но вернемся к часам. Известно точно, что часы старше здания вокзала почти на двести лет. Каждая их деталь была сделана вручную, причем так искусно, что при правильной эксплуатации вероятность поломок была практически исключена. Раньше часы регулярно заводили, но с 1996 года они были снабжены электродвигателем, и с башни сняли четыре колокола – башенных глашатая времени, – так северо-запад столицы, к сожалению, лишился громкого и мелодичного боя курантов.

Вокруг Северного речного вокзала разбит парк площадью 50 гектаров, с ровными аллеями, украшенными скульптурами. Парк был разбит по проекту ландшафтного архитектора Т.П. Шафранского. У главного входа посетителей встречает скульптура «Водный путь»: девушка на постаменте, держащая в высоко поднятых руках модель корабля, – она хорошо видна с Ленинградского шоссе, проходящего рядом с парком. Летом в парке работают детские аттракционы.

О том, что такое Северный речной вокзал для Москвы, говорит хотя бы этот факт: он стал вторым памятником истории и культуры, официально поставленным на государственную охрану, – первым был Мавзолей.

К сожалению (а может, и к радости, наконец!), сегодня здание, бывшее когда-то визитной карточкой столицы, закрыто на реставрацию.

Северный вокзал, как и Южный, используется по своему прямому назначению: отсюда и сегодня в навигацию уходят в плавание суда на большое количество многодневных речных круизов, а также начинают свои прогулочные маршруты туристические трамвайчики и «Ракеты». Правда, они в основном не спускаются по Москве-реке, а поднимаются вверх по течению, к подмосковным прибрежным поселкам (Хвойный Бор, например), или просто катают гостей по бухте Радости.

Скульптура «Водный путь»

Севернее вокзала расположилась промышленная зона, совмещенная с грузовым портом. Этот порт специализируется на перевозках стройматериалов, поэтому возле реки всегда горы песка и гравия – их можно увидеть даже с Ленинградского моста, построенного в 1937 году через канал имени Москвы инженером Е. Улановым, который является своеобразной границей между Северным административным округом Москвы и Московской областью. У грузового порта есть своя достопримечательность – отслуживший свой срок сторожевой корабль «Дружный». Он был спущен на воду в 1975 году. В 2003 году боевой корабль исключили из состава Балтийского флота. Сначала планировалось сделать его частью Музея военно-морской техники на Химкинском водохранилище, потом – оборудовать на нем культурно-развлекательный центр. Пока же «Дружный» просто стоит на приколе на Химкинском водохранилище и медленно ржавеет.

Прямо на съезде с Ленинградки по направлению к центру видны предприятия околопортовой промзоны: хладокомбинат, здания научных организаций. И одно из самых интересных в этом районе – это Московский винно-коньячный завод «КИН».

При нем в 2007 году было построено специальное здание во французском стиле для единственного в нашей стране Музея истории коньяка, куда можно заглянуть, предварительно записавшись, и продегустировать алкогольные напитки. Впрочем, основная цель музея – вовсе не споить гостей, а познакомить с производством и обучить искусству пития коньяка. Экспонаты в музее все старинные, XIX–XX веков, и что интересно: их разрешается трогать руками. Самый любопытный из них, по мнению организаторов музея, – это шарантский аламбик (alambic Charantais), то есть французский перегонный куб 1900 года.

Далее Ленинградское шоссе проходит между парком Северного речного вокзала и парком Дружбы.

Парк Дружбы уходит от Москвы-реки в глубь района: он был организован в 1957 году на месте огородов Петровских выселок и деревни Аксиньино, известной с первой половины XVII века. О ней напоминает теперь разве что храм иконы «Знамение Божией Матери» в Аксиньине. К 1957 году участок будущего парка занимали отработанные карьеры Никольского кирпичного завода, некоторые из них были заполнены водой. Деревья высадили делегаты и участники VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов – такого рода акции были доброй традицией фестивалей: благодаря им пусть символически, но озеленили Прагу, Будапешт, Бухарест, Берлин и Варшаву. Но только в Москве было решено устроить в честь фестиваля целый парк. Кстати, улица, проходящая вдоль парка, как раз зовется Фестивальной – ее, как и всего нынешнего района Левобережный и станции метро «Речной вокзал», когда высаживались деревья парка Дружбы, еще не существовало.

Ландшафтную архитектуру парка создали молодые архитекторы Г. Ежова, А. Савин и В. Иванов под руководством мастера В. Долганова, по проекту которого построена смотровая площадка на Воробьевых горах.

Сегодня, как и прежде, парк украшает цепь соединенных друг с другом Фестивальных прудов (бывших карьеров), через протоки которых переброшены прогулочные мостики. Также здесь широко представлена парковая скульптура: композиция «Дружба континентов», появившаяся в парке уже в честь XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов 1985 года; памятник испанскому писателю Мигелю де Сервантесу (копия памятника в Мадриде); индийскому поэту, писателю и нобелевскому лауреату Рабиндранату Тагору; финский подарок – памятник «Дети мира»; датский подарок – мемориальная стела подвигу советских войск во Второй мировой войне; композиция из бронзовых скульптур «Хлеб» и «Плодородие», сделанных по проекту Веры Мухиной; памятная плита «Воинам, павшим в Афганистане». С 1993 года парк украшает еще и дерево мира – каштан с мемориальным камнем. Также в парке располагается цирк-шапито. Один сухой карьер используется как спортплощадка для регби и бейсбола.

Изначально на главной парковой площадке было высажено пять взрослых лип, символизировавших пять континентов, а также восьмидесятилетний дуб, привезенный из Химкинского лесопарка. Двадцать лет подряд парк украшала эмблема фестиваля из однолетних цветов: ромашка с пятью разноцветными лепестками. Но в 1977 году на ее месте возник громоздкий монумент «вечной венгеро-советской дружбы», и символ дружбы студентов канул в Лету.

В 2001 году поклонники Кира Булычева – при его непосредственном участии – высадили в парке аллею из двадцати пяти рябин и назвали ее Аллеей имени Алисы Селезневой, героини книги Булычева. Говорят, писатель предложил каждый год собирать рябиновые ягоды и гнать из них настойку «Алисовку».

Кстати, во время архитектурной разработки парка точкой отсчета служил как раз шпиль Северного речного вокзала – тот самый, со звездой, который можно было опустить и поднять. Один из архитекторов парка вспоминает: «…вдруг в один из дней, когда нам было необходимо завершить работы по разбивке дорожек, мы не нашли в поле нашего зрения шпиль вокзала! Ну нет его на горизонте! На что равняться, откуда «плясать»? А как потом выяснилось, шпиль опустили вовнутрь башни, чтобы почистить его и венчающую звезду». По всей видимости, это был именно тот – один из немногих случаев, когда механизм в здании вокзала использовался.

Южнее речного вокзала и также вдоль Ленинградского шоссе расположен комплекс старого водного стадиона «Динамо», построенного Геннадием Мовчаном в 1935 году, то есть почти одновременно с вокзалом. Он же дал название станции метро «Водный стадион». Прямо на Химкинском водохранилище были огорожены бассейны для плавания, водного поло и прыжков в воду с вышек, обустроены пляжи. Позже появились и эллинги (то есть хранилища) для спортивных судов и другие сооружения. В 1936 году здесь была установлена «Девушка с веслом» скульптора Ромуальда Иодко – в отличие от давшей отсчет «клонированию» «Девушки с веслом» Ивана Шадра, установленной в ЦПКиО им. Горького, она была одета в спортивный купальник. Именно «Девушку» Иодко, похожую на манекен, стали копировать в парках по всему СССР.

Монументальные зрительские трибуны водного стадиона «Динамо» с флигелями Сталина и Берии вмещали 3 тысячи человек, но буквально до недавнего времени они находились в печальном состоянии разрушения, поскольку ни разу не ремонтировались с момента строительства, – если не считать «косметический» ремонт к Олимпиаде-80 в Москве. Теперь объекты восстановлены, но используются, мягко говоря, немного иначе: здесь открылся элитный яхт-клуб Royal Yacht Club, ресторан «Уобный», ночной клуб, частный платный пляж с песком, якобы привезенным с Мальдив (а кто проверял?), в бывших трибунах – апартаменты. Впрочем, дворец спорта «Динамо» также работает, но предлагает услуги, не связанные с водным спортом.

Улина Свободы – Захарково

Правый берег

На противоположном берегу от Северного речного вокзала располагается парк «Северное Тушино». Вдоль берега и парка на несколько километров протянулась улица Свободы – одна из крупнейших в Москве. Начинается она возле МКАД и Алешкинского леса, точнее, остатков прежнего леса, где располагается Бутаковский залив Химкинского водохранилища. Деревня Алешкино, известная по письменным источникам с 1623 года, переходила из рук в руки, была землей Никольского греческого монастыря, а к концу XVII века Петр I передал ее вместе с деревней Бутаково Спасо-Андроникову монастырю, который и теперь возвышается на высоком берегу Яузы. Затем Алешкино вновь перешло к Никольскому монастырю, и здесь появился монастырский двор с садом, был выкопан пруд. В Отечественную войну 1812 года в соседней деревне Химки стоял авангард корпуса Эжена (Евгения) Богарне, пасынка Наполеона, поэтому окрестности, включая Алешкино и Захарково, располагавшиеся южнее, были разорены.

В советское время в 1931 году между этими деревнями обустроили аэродром гражданского воздушного флота, который вскоре отдали Управлению полярной авиацией Главсевморпути, и аэродром переименовали в Захарково. Позже здесь начал работу учебный центр для летчиков.

Создание Химкинского водохранилища нарушило привычную жизнь деревень: некоторые территории оказались затопленными, колодезная вода стала непригодной для питья. В итоге между Алешкином и Захарковом разбили колхозный Захарковский яблонево-грушевый сад: он в 1990-х годах и стал основой парка «Северное Тушино».

Про соседствующий с парком Алешкинский лес люди рассказывают «страшилки»: мол, перед большой бедой или несчастьем в лесу встречают Черного Монаха. Выглядит он как бесшумно движущийся длинный черный балахон. Говорят, что Монах являлся накануне Великой Отечественной войны и был замечен накануне взрыва в переходе станции метро «Пушкинская» в августе 2000 года. Лучше конечно же его совсем не встречать, но уж если это – не приведи боже! – произошло, то ни в коем случае не окликать его и с ним не заговаривать. Правда, в последнее время призрак в черном монашеском одеянии давненько не появлялся, – по крайней мере, живых свидетельств его прогулок по лесу нет.

В парке «Северное Тушино», прямо напротив здания Северного речного вокзала, находится так называемый Алешкинский археологический комплекс. Здесь при раскопках были найдены стоянки древнего человека времен неолита, селище финно-угорских племен, славян (вероятно, вятичей). Теперь вся эта территория входит в состав района Тушино, возникшего на месте одноименной деревни, которая под названием Коробово известна с X века. Тушином она стала при боярине Василии Ивановиче Квашнине, которого за характерный рост и вес прозвали Тушей. Прославилась деревня и благодаря Тушинскому вору – Лжедмитрию II. Его лагерь Николай Карамзин описал в XII томе «Истории государства Российского» как самый настоящий бандитский район, «где каждый день, с утра до вечера, казался праздником грубой роскоши: вино и мед лилися из бочек; мяса, вареные и сырые, лежали грудами, пресыщая и людей и псов, которые вместе с изменниками стекались в Тушино».

Вслед за парком «Северное Тушино», почти на самом берегу (между башнями-многоэтажками советской поры и набережной), построили новый для России европейский вид жилья: таунхаусы. Таунхаус – от английского слова townhouse – городской (индивидуальный) дом. Сегодня под словом «таунхаус» понимают гибрид городской квартиры и загородного дома. Основное отличие таунхаусов от другого жилья – совмещение домов друг с другом боковыми стенками, собственный земельный участок, встроенный гараж (реже – стоянка для машины и пр.). Дома обнесены общим забором и прикрывают со стороны улицы Свободы выход к берегу Химкинского водохранилища. За таунхаусами расположилась то ли промзона, то ли заброшенный пустырь, переходящий возле причала «Захарково» в парк. Причал этот летом действует – от него отходит речной трамвайчик. Зимой суденышко здесь же отдыхает вместе с катерами и яхтами. А в парке расположился бывший стадион «Трудовые резервы», а ныне очередной спорткомплекс.

Деревня Захарково упоминается в письменных источниках раньше Алешкина. Она принадлежала одно время Шереметевым, входя в усадьбу Никольское.

Местный Захарковский аэродром в Великую Отечественную войну использовал Первый гвардейский авиационный штурмовой корпус под командованием генерал-майора авиации В.Г. Рязанова, а после войны здесь проходили испытания первые советские вертолеты. В 1970-х годах аэродром застроили жилыми кварталами. Кстати, нынешняя станция метро «Планерная» («летное» ведь название) в рабочих планах числилась как «Захарково».

У Тушина вообще очень насыщенная летная история. Помимо уже упомянутого аэродрома полярной авиации, еще в 1928 году на пойменном лугу близ Тушина открыли летную школу Осоавиахима (Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству), а рядом в 1930 году – планерный завод. Школу расширили до Центрального аэроклуба СССР имени В.П. Чкалова, построили Тушинский авиационный завод, потом – авиамоторный. В планах было строительство дирижаблестроительного комбината.

Северный речной порт

Тушинский машиностроительный завод принимал участие в создании советских «Шаттлов» – «Буранов». Улица Фомичевой в этом районе названа в честь Героя Советского Союза летчицы-бомбардировщицы. У Тушинского аэродрома своя история…

В 1960-х годах здесь, на месте владений Шереметевых, заложили камень будущего аэродрома гражданской авиации, но потом проект перенесли за нынешнюю МКАД, где уже был военный аэродром, – так появился международный аэропорт Шереметьево.

Но вернемся к парку «Северное Тушино». По нему стоит погулять хотя бы из-за превосходного вида, который открывается на Химкинское водохранилище, грузовой порт и Северный речной вокзал. Здесь тихо, зимой много лыжников, а летом, несмотря на предупреждающие таблички «Купаться запрещено» и явно грязные воды Химкинского водохранилища (еще бы: напротив – грузовой порт!), изнывающие от жары жители столицы открывают свой купальный сезон: загорают прямо в парке и ныряют с набережной.

Парк благоустроен и выглядит как музей деревянной скульптуры под открытым небом, поскольку украшен цветными изваяниями веселых грибов-человечков (мухоморов, лисичек, боровиков, белых грибов и др.), героев русских сказок, сказок Пушкина и советских мультфильмов. Вместо урн возле скамеек стоят пни с глубокими выемками, да и сами скамейки украшены изображениями лесных персонажей. Ближе к воде появляются «морские фигуры», а на набережной и вовсе стоит гигантский «Чудо-юдо рыба-кит». Эту своеобразную детскую тематику продолжает и летний парк аттракционов.

Есть здесь развлечения и для взрослых. В заливе Химкинского водохранилища устроен мемориальный музей истории ВМФ, состоящий из советской дизель-электрической подводной лодки Б-396 «Новосибирский комсомолец» (проекта 641Б «Сом»), экраноплана «Орленок» и Д-357 «Ската» – амфибийного десантно-штурмового катера на воздушной подушке. Кстати, еще не так давно неподалеку, как писали журналисты, «несколько лет гнил» (правда, «под охраной») космический корабль «Буран», построенный под рабочим названием «Байкал» на Тушинском машиностроительном заводе. Правильнее сказать: недостроенный, поскольку изготовлен был лишь наполовину – помешала перестройка. Его транспортировали отсюда на барже при большом стечении народа, привели одну сторону в «товарный вид» и под названием «Буран-2.01» включили в выставочную программу международного авиасалона в Жуковском МАКС-2011. В перспективе, его отреставрируют полностью и покажут на МАКСе в 2013 году. Не путайте этот «Буран» с тем, что до недавнего времени стоял на набережной возле парка культуры имени Горького, – по информации новых владельцев, в ходе реконструкции парка этот памятник некогда могучей советской космической державе исчезнет. Куда? Да кто знает…

Парк «Северное Тушино». Деревянные скульптуры

Парк «Северное Тушино». «Чудо-юдо»

«Новосибирский комсомолец». Подлодка

«Скат» и экраноплан

Подлодку «Новосибирский комсомолец» можно считать легендарной: сойдя в 1980 году со стапелей горьковского (нижегородского) завода «Красное Сормово», она бороздила глубины Атлантики, патрулировала советские, а затем и российские границы в Баренцевом море и была одной из лучших на Северном флоте. А в 1998 году была списана из состава ВМФ и вместе с упоминавшимся кораблем «Дружный» куплена правительством столицы, чтобы стать экспонатом музея ВМФ. Так началась отнюдь не легендарная и не боевая история пребывания подлодки в Москве: ее планировали то поставить у Кремлевской набережной, то возвести на четырехметровый пьедестал в парке Горького, то отвести к причалу «Порт хладокомбината» на Химкинском водохранилище, возле грузового порта, – но там уже стоит сторожевой корабль «Дружный». Вот списанную субмарину даже намеревались переправить на набережную Тараса Шевченко, поближе к «Москва-Сити» и мосту «Багратион».

В 2006 году все же состоялось открытие «Подводной лодки-музея» в Северном Тушине. Туда же позже, в 2007 году, доставили из Каспийска боевой морской транспортно-десантный экраноплан «Орленок» и десантно-штурмовой катер на воздушной подушке «Скат».

Эту местность не обошел стороной и кинематограф. В кадры «Волги-Волги» попал не только Северный речной вокзал, но и взлет гидросамолета со здешней пристани. Здесь снимался «милицейский» фильм «Город принял», упоминалась деревня Захарково и в фильме «Подсолнухи», причем не кем-нибудь, а героиней Софи Лорен.

Покровское-Глебово-Стрешнево – деривационный канал

Левый и правый берег

Из Химкинского водохранилища выходят два канала – собственно канал имени Москвы и Сходненский деривационный канал. Название он получил от гидротехнического термина «деривация» (от лат. Derivation – отведение, отвод). Понятно, что он предназначается для отведения излишков воды, поступающей из Волги по каналу имени Москвы. Сходненский деривационный канал начинается в южной части Химкинского водохранилища, следует в западном направлении вдоль улиц Лодочной по северному берегу и Малая Набережная по южному, до оконечности улицы Железнодорожный Тупик, где и впадает в реку Сходня. Длина деривационного канала составляет примерно 2,4 километра. На нем расположена Сходненская ГЭС, построенная в 1939 году, использующая энергию перепада высот между Химкинским водохранилищем и Москвой-рекой.

А канал имени Москвы движется на юг вдоль парка «Покровское-Стрешнево». Раньше по этому руслу текла речка Химка, приток Москвы-реки, подарившая название и Химкинскому водохранилищу, и подмосковному городу Химки. Первоначально она называлась Хинка, Хилка или даже Хынска и лишь в XIX веке окончательно переименовалась в Химку. В те времена она тянулась на 18 километров, а нынче, когда большая ее часть оказалась в коллекторах, а 9 километров разлились в водохранилище, лишь на протяжении 4 километров она успевает пробежать у родников в парке «Покровское-Глебово», затем в трубе под Волоколамским шоссе, а в конце выскочить из нее и впасть в Москву-реку возле Строгинской поймы: ее устье можно увидеть со Строгинского моста и высотного жилого комплекса «Алые паруса».

Некогда здесь, возле впадения Химки в Москву-реку, располагалась деревенька Иваньково, упоминания о которой встречаются с XIV века под именем Оносьино.

Во времена Ивана Грозного Оносьино принадлежало братьям Степану и Федору Тушиным, у которых к 1584 году было куплено дьяком Елизаром Ивановичем Благово, в результате чего за деревней около столетия сохранялось второе название – Блаженки.

В Смутное время, когда неподалеку отсюда «засел» Лжедмитрий II, земли бывших рядом Подъёлок оказались в руках Андрея Палицына, одного из сторонников самозванца. Видать, Палицын умел быстро ориентироваться в ситуации и дружить «с кем надо», раз уж смог и при новом, настоящем царе стать муромским воеводой. Тогда же и продал свои Подъёлки дьяку Михаилу Данилову, и при нем в 1629 году была возведена каменная церковь Покрова Пресвятой Богородицы, а само село стало зваться Покровское-Подъёлки.

В 1664 году Покровское купил владелец Иванькова Родион Стрешнев, поэтому название целого московского района звучит как «Покровское-Стрешнево». Иногда эту местность зовут Покровское-Глебово – тоже не случайно: правнучка Родиона Стрешнева, Елизавета Петровна, была женой генерала Федора Глебова. Будучи единственным ребенком в семье, она добилась того, чтобы ее сын получил двойную фамилию – Евграф Глебов-Стрешнев – и таким образом продолжил род Стрешневых. В 1880-х годах главный усадебный дом был перестроен по проектам архитекторов А.И. Резанова и К.В. Терского: был создан средневековый замок с элементами готического и неорусского стилей. Усадьба задумывалась как сказочный замок.

Муж Елизаветы Петровны построил для супруги на берегу Химки двухэтажный Ванный домик «Елизаветино» со зверинцем. В нем бывала Екатерина II, а хозяйка приглашала Карамзина сюда писать главы своей «Истории государства Российского». Барон Врангель в начале XX столетия так описал «Елизаветино» в книге «Старые усадьбы: Очерки истории русской дворянской культуры»: «…идешь по саду с бесконечными прямыми дорогами, окаймленными столетними деревьями, идешь долго к Ванному домику, вход в который охраняет маленький мраморный Амур. Дом стоит над гигантским обрывом, поросшим густым лесом, который кажется мелким кустарником, уходящим вдаль. Построена эта очаровательная игрушка мужем Елизаветы Петровны Стрешневой как сюрприз жене. Дом полон дивных английских гравюр, хороших старых копий с семейных портретов». К сожалению, «Елизаветино» было утрачено во Вторую мировую войну во время бомбежки.

В начале XIX века после смерти мужа Елизавета перестроила главный дом в стиле ампир, разбила сады и оранжереи. Тогда же в Покровском-Стрешневе появились дачи – как бы сейчас сказали, элитный поселок из 22 дач, которые арендовались очень богатыми и известными людьми.

Дачи в Покровском были очень дороги, а на въезде в поселок стоял шлагбаум. Сюда же в 1856 году на дачу, которую снимало из года в год семейство врача придворного ведомства А.Е. Берса, часто наведывался Л.Н. Толстой. Здесь он впервые встретился с двенадцатилетней дочкой Берсов Сонечкой, которая через шесть лет знакомства стала его женой.

В середине XIX века владельцами обширного поместья стали супруги князь и княгиня Шаховские-Глебовы-Стрешневы (уже тройная фамилия! – мужская линия рода вновь пресеклась).

Не имея собственных детей и обладая большим капиталом, Евгения Федоровна и Михаил Валентинович активно занимались благотворительностью: состояли в попечительских советах сиротских приютов, жертвовали средства на летние детские колонии, лазареты и убежища для престарелых.

В селе Иванькове было открыто несколько небольших промышленных предприятий, и в это же время оно становится известно как модная дачная местность. В путеводителе по московским окрестностям С.М. Любецкого о нем говорится: «Прекрасное по своей гористой местности и удобству селение Иваньково; там летом во множестве обитают московские переселенцы».

В 1884 году княгиня Евгения Федоровна у себя в имении создала первый загородный приют для гимназисток со слабым здоровьем. Он назывался «вакационной колонией» для девочек-гимназисток из небогатых семей. Летом 1886 года в приюте находилась 31 девочка от 9 до 17 лет. Приют работал с середины мая по середину августа. Его обслуживала ферма, поставлявшая к столу парное молоко. Сама княгиня строго следила за тем, как идут дела, и каждое утро посещала здания приюта.

Княгиня, как показывает схема из ее архива, разделила свою обширную усадьбу на три зоны:

1) Окрестности дома с регулярным парком и оранжереями и дорожки в «Елизаветино» – для личного пользования семьи и специально приглашенных гостей: «Пускать гулять только по особому распоряжению, без билетов. Не допускать езды ни верхом, ни в экипажах».

2) «Карлсбад» (получивший такое название из-за местных источников), то есть местность над Химкой и за Иваньковской дорогой. Здесь разрешалось гулять по билетам, ловить рыбу в реке, кататься на лодках. Границы «Карлсбада» были выделены стриженой еловой изгородью.

3) Восточная часть парка от дороги в Никольское до границы с землями села Всехсвятского и с Коптевскими выселками. Здесь также разрешалось по билетам собирать грибы, ходить по траве.

Софья Андреевна Толстая в письме мужу в 1897 году жаловалась: «В Покровском очень грустно то, что везде видна злоба хозяйки: все огорожено проволокой колючей, везде злые сторожа, и гулять можно только по пыльным, большим дорогам».

Вот вам и совершенно другой взгляд на дела известной благотворительницы. Но как бы там ни было, во время Русско-японской войны княгиня Евгения Федоровна устроила в своем имении лазарет на 25 раненых воинов, подарив для этих целей чудо-дом «Елизаветино» своей подруге – знаменитой портнихе Надежде Ламановой.

Еще в конце XIX века Покровское-Глебово облюбовали фабриканты: здесь открылись шерстопрядильная фабрика Ефима Белишева и красильно-бумажная фабрика Александра Граната. А уж с приходом нового, XX столетия привычный усадебный уклад жизни был вынужден вовсе измениться: появилось «Пиротехническое заведение Германа Германовича Кульганена», усадьбу пересекла Московско-Виндавская (теперь Рижская) железная дорога. Здание возле платформы железной дороги спроектировал архитектор Бржозовский.

Но в начале XX века Покровское продолжало оставаться популярным дачным местом. Местные крестьяне получали хороший доход от сдачи домов внаем. Дачи сдавались по цене от 100 до 2 тысяч рублей за сезон и пользовались такой популярностью, что в летний сезон 1908 года между Покровским и Петровско-Разумовским было устроено автобусное сообщение (по Петербургскому шоссе).

А дачи в Иванькове облюбовали актеры Художественного театра, и одним из первых был художник-декоратор театра Виктор Андреевич Симов, построивший оригинальную дачу-мастерскую в форме парохода. Симов строил дачи и для своих коллег и друзей. Например, сохранившиеся до наших времен дача «Грековка», дача Василия Лужского «Чайка», а также дача миллионера Владимира Носёнкова «Осинка», которую Симов построил в 1909 году в соавторстве с одним из братьев Весниных, Леонидом Александровичем, известным впоследствии как архитектор-авангардист.

В Иванькове имел недвижимость также владелец Трехгорной мануфактуры Н.И. Прохоров. Здесь, между прочим, жил на даче и Алексей Николаевич Толстой, – его рассказ «Буря» помечен в рукописи: «10 июня 1915 г. Иваньково». Название деревни упоминается им и в романе «Петр Первый».

Дачником здесь был знаменитый врач С.П. Боткин, перестроивший на свои деньги церковь Покрова, а также многие предприниматели и богатые люди свободных профессий.

Все эти дачи сохранились в Никольском тупике – «уголке» между каналом имени Москвы и Химкинским водохранилищем. И в советское время на здешней даче обитал писатель Алексей Толстой, и к нему в гости приезжал в 1923 году Михаил Булгаков, о чем упомянул в своем дневнике: «Сегодня я с Катаевым ездил на дачу к Алексею Толстому (Иваньково). Он сегодня был очень мил. Единственно, что плохо, это плохо исправимая манера его и жены богемно обращаться с молодыми писателями. Все, впрочем, искупает его действительно большой талант. Когда мы с Катаевым уходили, он проводил нас до плотины. Половина луны была на небе, вечер звездный, тишина».

После Октябрьского переворота 1917 года в усадьбе разместился санаторий ЦК, потом – дом отдыха текстильщиков. Дачи в основном перешли во владения санатория Московского горкома «Чайка» (теперь это дом отдыха «Чайка» – пансионат Управления делами мэрии Москвы). В Иванькове побывал Ленин, чтобы навестить Инессу Арманд.

Затем здания были переданы дому отдыха военных летчиков, в 1970 году – НИИ гражданской авиации. Сейчас архитектурный ансамбль усадьбы восстанавливается. Парк «Покровское-Глебово» объявлен заповедной зоной. Он считается одним из самых больших и чистых в черте Москвы. Вместе со старыми липами здесь растут и клены, и сосны, и кедры, и вязы, декоративные ивы и многие другие деревья. Па востоке парка, на реке Чернушке, располагаются пруды с пляжами, выкопанные для разведения рыбы еще в XVII веке, на северо-западе, где протекает Химка, – единственный на всю столицу родник, вода которого считается более-менее безопасной для питья. Называется он «Царевна Лебедь» и с 1987 года считается памятником природы.

Часть усадьбы мы можем видеть, когда проезжаем по Волоколамскому шоссе.

На месте деревни сегодня стоит комплекс таунхаусов «Покровские холмы».

Неподалеку, на Волоколамском шоссе, среди корпусов психиатрической клинической больницы № 12 сохранился бело-охряный двухэтажный особняк, построенный в 1904–1906 годах архитектором Владимиром Дмитриевичем Адамовичем на месте старого дома, принадлежащего сыну московского купца мануфактур-советнику Константину Францевичу Зегеру – владельцу магазина оптических, физических и математических инструментов в Столешниковом переулке. Сейчас дом является административным корпусом психиатрической клинической больницы № 12. Работники и пациенты больницы называют его «Теремок» – он и в самом деле на него похож.

Строгино – Троице-Лыково

Правый берег

Канал имени Москвы, так же как и река Химка, выходит в Строгинскую (или Троице-Лыковскую) пойму Москвы-реки в районе Тушинского аэрополя и элитного жилого комплекса «Алые паруса», довольно известного в столице своей богатой инфраструктурой (тут вам и аквапарк, и боулинг, и ресторан, и яхт-клуб, и собственная пристань), а также тем, что стоит на самом берегу и находится в большой опасности: река в этой местности в прежние времена характер имела своенравный и нередко заливала местность вокруг.

Отсюда начинается огромная заповедная зона, называемая сегодня природно-историческим парком «Москворецкий».

Имя его не случайно, ведь в территорию парка входит и Строгинская пойма Москвы-реки, и Крылатская, и Мневниковская, а большинство природных памятников связано именно с Москвой-рекой и ее притоками. Экологическая обстановка в парке настолько благоприятна, что и по сей день здесь произрастают редчайшие для Москвы горицвет кукушкин, клевер пашенный, лук Вальдштейна, волчье лыко, ландыши. Трудно представить, что в таком мегаполисе, как Москва, еще встречаются горностаи, зайцы-русаки, летучие мыши (например, лесной нетопырь), сыч домовой, тритон гребенчатый… Но все они здесь, в Москворецком парке, по заповедным уголкам которого проводятся экологические экскурсии. Летом сюда приезжают на пикники и пляжи, зимой катаются на лыжах, а крутые берега поймы служат санными горками.

Из «Алых парусов» видна большая часть парка, в том числе жилой район Строгино, разместившийся на противоположном берегу поймы: он один из самых молодых в столице – 1979 года рождения. Из письменных источников известно, что во времена Ивана Грозного здесь располагалось дворцовое, царское конюшенное село Острогино. На нынешнем гербе района Строгино изображен трезубец – острога для рыбной ловли. Возможно, именно он и даровал название селу.

Жилой комплекс «Алые паруса»

Строгино прославилось в годы Великой Отечественной войны тем, что в небе над ним был сбит первый немецко-фашистский самолет. Здесь же начиналась Дорога жизни: формировались автоколонны с продуктами для блокадного Ленинграда. В честь нее в парке у Москвы-реки, недалеко от Строгинского шоссе, появилась аллея «Дорога жизни», теперь так называется еще и автобусная остановка. В районе аллеи проходят так называемые фитонцидные зоны, гуляя по которым и вдыхая ароматы растений можно провести время с пользой для здоровья. А в 2010 году в мемориальном комплексе, включающем аллею, при инициативе ветерана войны Анатолия Терехова были высажены сибирские кедровые сосны из Кузбасса: так появилось «Кедровое поле памяти». Из той части этого парка, что возле улицы Исаковского, можно попасть к причалу «Строгино» и прокатиться по Москве-реке.

Строгинская пойма

А напротив причала, за рекой и до самого Волоколамского шоссе, располагается местность, прежде именовавшаяся Тушинским аэродромом, но неизвестно, как ее будут называть в народе уже в самые ближайшие годы, поскольку идея бывшего московского мэра Ю.М. Лужкова о развитии малой авиации для разгрузки городских автомагистралей так и не была реализована, и здесь строится комплекс спортивных сооружений, включающий в себя огромный стадион «Спартак», который должен стать одной из площадок чемпионата мира по футболу 2018 года.

А в Строгине сегодня находятся два московских центра инновационных технологий – технопарки «Орбита» и «Строгино», а также Дворец спорта и стадион «Янтарь» (постройки 2003 года), где работают: детский футбольный клуб, Высшая школа теннисного мастерства под патронажем президента Федерации тенниса России, школа тенниса на колясках для людей с ограниченными возможностями; здесь тренируется

и одна из лучших в стране команд по пляжному футболу. Недавно появился и открытый искусственный каток, а ледовый дворец на базе КП ФСЦ «Строгино» стал центром подготовки по фигурному катанию «Конек Е.А. Чайковской». На самом берегу Строгинского затона, на улице Твардовского, находится вольер для птиц «Фазанарий».

В современный район Строгино входят земли Троице-Лыкова, у которого также есть свой причал на Москве-реке. Об этом селе сохранились сведения еще с XVI столетия – тогда это было Троицкое, названное так по церкви Живоначальной Троицы. В 1610 году тогдашний царь Василий Шуйский подарил Троицкое и соседнюю деревню Черевковую (с XIX века – Черепково) князю Борису Михайловичу Лыкову-Оболенскому – за защиту столицы от польско-литовской интервенции.

Лыков, который, кстати, приходился благодаря жене дядей первому царю из Романовых, «учудил» в своей вотчине перестановку: поменял населенные пункты местами, переселив крестьян Черевковой в прежнее Троицкое, а крестьян Троицкого – в прежнюю Черевковую, где возвел деревянный приходской храм Живоначальной Троицы. Вот так Троицкое стало Новой Черевковой, а Черевковая – Новым Троицким, ближе к берегу Москвы-реки. Постепенно их стали называть по-прежнему: Троицкое и Лыково. О перестановке упоминает писцовая книга 1627 года: «…в селе Новом Троицком… двор вотчинников, а в нем живут деловые люди, и пять дворов людских, в них пять человек. В деревне Новой Черевковой на пруде, что было село Старое Троицкое, 17 дворов крестьянских и пять дворов бобыльских».

Из-за того, что все дети Лыкова умерли еще в детстве, к концу XVII века Троице-Лыково оказалось в списке дворцовых, то есть государственных, владений и перешло в руки дяди Петра I – стольника Мартемьяна Кирилловича Нарышкина. Примерно в то же время при активном участии его брата Льва Кирилловича зодчим Яковом Бухвостовым в 1698–1703 годах был выстроен храм Живоначальной Троицы. По преданию, камень в его основание в знак уважения к дяде заложил сам Петр I. Нарядный храм из красного кирпича является типичным образцом так называемого «нарышкинского барокко», когда церковь и колокольня-звонница сливаются в одном здании.

Архитектурное совершенство этого храма и его внутреннее убранство привлекали к себе исследователей: о нем много писали, им восхищались. В «Путеводителе по окрестностям Москвы за 1867 год» М. Захаров так описывает его интерьер: «Внутри ее главные части – трапеза, храм, алтарь – отделены одна от другой арками, между двумя стенами с трех сторон идут двойные хоры, на кои ведут лестницы в стене. На западной стороне хор устроено Царское место наподобие висячего фонаря, увенчанное Императорской короной. Над пролетами хор, окнами и арками наличники украшены искусной резьбой и позолотой. Над ними в клеймах – поясные изображения святых из русских Государей, от княгини Ольги до царевича Дмитрия». Великолепный девятиярусный иконостас потрясал своей виртуозной золоченой резьбой, выполненной мастерами Оружейной палаты.

Снаружи эта белоснежная церковь с золочеными ажурными крестами была так прекрасна, что ее сравнивали с невестой, одетой в кружевной наряд и золотой кокошник, любующейся на свое отражение в водах Москвы-реки, поэтому храм еще называли «Белым лебедем». Он был освящен в 1708 году при Петре I, и историки полагают, что царь посещал его, приезжая в Троице-Лыково навестить своих родственников.

Во время Отечественной войны 1812 года храм вместе с усадьбой был разорен, из него вывезли множество ценностей. Часть их была отбита у французов партизанами и возвращена церкви. Не вернулось только старинное серебряное паникадило, которое мародеры распилили на куски. Взамен его сам император Александр I прислал новое бронзовое с хрустальными подвесками.

Храм Живоначальной Троицы

В советское время храм Троицы был закрыт. В нем власти собирались открыть выставку народного хозяйства Туркменской ССР. С этой целью намечалась перестройка культового здания «в части изъятия глав, барельефов, украшения, отделки, напоминающих церковь». К счастью, варварский замысел осуществить не удалось. В 1935 году храм Живоначальной Троицы был объявлен памятником архитектуры мирового значения и взят на учет Лигой Наций, позднее комиссией ЮНЕСКО. Таким образом он был спасен от разрушения. В нем некоторое время находился клуб. В 1970-х годах, к счастью, храм не снесли, а наоборот – начали потихоньку реставрировать.

Впрочем, и старое деревянное здание Троицкой церкви тогда, при Нарышкиных, не пропало – видать, были в Троицком люди экономные и прозорливые – грехом считалось разрушать церковь: здание перенесли и освятили заново, но уже как церковь Успения Пресвятой Богородицы. Успенский храм, несмотря на то что был сделан из дерева, простоял два столетия – прошел, так сказать, сквозь «огонь, воду и медные трубы». Но в 1937 году был, как и большинство церквей в стране, утрачен. Причем, согласно истории, его сожгли молодые советские активисты из-за того, что переоборудованный под клуб каменный храм народ посещал менее охотно, чем деревянную церковь.

Известно, что храмы Троице-Лыкова посещал святой старец преподобный Серафим Саровский. По словам Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, преподобный Серафим был тем духовным огоньком, у которого отогревалась вся Россия. В 20-х годах прошлого века здесь совершил одно из своих последних богослужений Святейший патриарх Тихон, который в слове, произнесенном в 1918 году, сказал: «Главное – это возрождение души нашей, об этом надо позаботиться прежде всего… Была бы только крепка вера православная… Пока будет вера, будет стоять и государство наше».

В 1749 году Троице-Лыково досталось Кириллу Григорьевичу Разумовскому, женатому на внучке Льва Кирилловича Нарышкина – Екатерине Ивановне. Граф Кирилл Григорьевич был президентом Петербургской академии наук, генерал-фельдмаршалом, блистательным вельможей при дворе двух императриц: Елизаветы и Екатерины II. Его сын Алексей Кириллович – страстный ботаник и коллекционер, чья замечательная библиотека и уникальный гербарий стали частью императорского Ботанического сада в Петербурге, был министром народного образования и ввел богословие как дисциплину во все учебные заведения России.

Что касается дальнейшей судьбы имения, то во второй половине XIX века его владельцем стал Н.А. Бутурлин. Выполняя волю умершей матери, он строит каменный храм Успения Пресвятой Богородицы с двумя приделами: святой великомученицы Екатерины и святителя Николая Чудотворца, который особенно любим и почитаем у русского народа. Автор проекта неизвестен, но в архитектуре храма видно влияние модного тогда русско-византийского стиля. В 1851 году церковь освятили.

Позднее Юлия Матвеевна Карзинкина на свои деньги отреставрировала и расширила храм.

С 1876 года Троице-Лыковым стали заведовать купцы Карзинкины, выходцы из крестьян, которым принадлежали текстильные фабрики, магазины в Гостином дворе, гостиницы «Метрополь» и «Гранд-отель», жилые и доходные дома в Москве и других городах. Они отреставрировали церкви, модернизировали усадебный дом и в начале XX века передали его богадельне, переехав в деревянный дом в «псевдорусском» стиле архитектора И.П. Ропета (Петрова). Для детей по эскизам художника Виктора Васнецова были построены «сказочные» домики. Их дом всегда был полон гостей. В усадьбу часто приезжали братья-художники Аполлинарий и Виктор Васнецовы, собиратели картин Третьяковы, семьи Шаляпиных и Гнесиных.

К несчастью, этот необыкновенный памятник архитектуры был утерян в пожаре совсем недавно – в 1990 году.

Последняя дореволюционная хозяйка усадьбы, Юлия Матвеевна Карзинкина, владелица чайных магазинов в Гостином Дворе и на улице Покровке, не остановилась в благотворительности на одной только богадельне и пожертвовала после своей кончины все Троице-Лыково новой Свято-Троицкой общине. Но монастырь, открывшись, просуществовал недолго: на дворе стоял 1917 год. В начале 1922 года в санатории, разместившемся в усадьбе Карзинкиных, проживал и лечился В.И. Ленин. Как ни странно, но именно здесь он написал самые яростные антицерковные труды – есть сведения, что его отдыху очень мешал звон колоколов храмов Троице-Лыкова.

В том же 1922 году имение было отдано московскому зоопарку, который так и не воспользовался подарком. Затем там был учрежден рабфак для активистов из Туркменистана, а в послевоенное время – военно-музыкальная школа.

Село вошло в состав Москвы в 1960 году и во многом сохранило свой сельский, а ныне дачный облик. В современном Троице-Лыкове проживал нобелевский лауреат А.И. Солженицын. Рядом с селом проходит трасса Арбатско-Покровской линии метро, в будущем здесь будет построена станция «Троице-Лыково».

Нелегкая судьба выпала и Успенской церкви, памятнику XIX века. С 1943 по 1979 год здесь был репетиционный зал Суворовского музыкального училища. В разное время в ней устраивались и изба-читальня, и госпиталь, и клуб со сценой в алтаре, и даже столовая, а последний владелец здания – Институт атомной энергии им. Курчатова – устроил в ней склад лакокрасочных материалов, который 28 декабря 1989 взорвался, уничтожив остатки росписи потолка. Каким-то чудом остался нетронутым изумительный пол, покрытый ковровой кафельной плиткой.

В октябре 1989 года обезглавленный, полуразрушенный храм Успения в Троице-Лыкове был возвращен Русской православной церкви. Его окружали горы мусора, на колокольне росли деревья, некогда прекрасный парк пришел в полное запустение, были варварски уничтожены некрополь и часовня-усыпальница, где была захоронена последняя владелица имения Ю.М. Карзинкина.

В 1981 году новостроящийся район Строгино постепенно включил в себя Троице-Лыково, которое стало частью столицы. До 2000-х годов сохранялась и переправа по реке, но теперь прокатиться по Строгинской пойме Москвы-реки можно только летом на прогулочном теплоходе.

Благодаря Строгинскому затону в пойме появился как бы речной полуостров, он так и зовется: Щукинский полуостров – в честь района Щукино, лежащего напротив Строгина. О существовании деревеньки Щукино, названной так, вероятно, в честь одного из владельцев с «рыбьим» именем (имя Щука встречалось в Древней Руси), впервые можно узнать из грамоты около середины XV века. В ней Василий Темный распоряжается передать Щукинскую вместе с многими другими деревнями во владение князю Дмитрию Шемяке: «Яз тебя пожаловал, дал ти есмь в вудел, в вотчину оудел дяди нашего, княж Константинов Дмитриевича, Ржеву и Оугличе, и с волостями, и с селы, и чем, так же и в Московском уезде села Зарадылье, Сохна, Раменеицы, Усташковские деревни, Щукинская». С XVI века Щукино было дворцовым уделом, а в начале XVII века принадлежало матери первого царя из рода Романовых – инокине Марфе (Ксении Романовой).

Живописная улица – Серебряный Бор

Левый берег

От комплекса «Алые паруса» возле Москвы-реки идет Живописная улица, получившая такое название потому, что с верхних этажей домов, расположенных на ней, открывается живописный вид на Троице-Лыковскую или Строгинскую пойму Москвы-реки, напоминающую озеро, и на извилистый Щукинский полуостров, по береговой линии буквально испещренный заливами – большими и малыми: крупнейший зовется Чистым. Вероятно, залив и в самом деле чист, ведь в его водах (почти в соответствии с названием полуострова) обитает щука и рыбы, занесенные в Красную книгу Москвы, – например, налим. Здесь же встречаются редкие даже для парка «Москворецкий» растения вроде бессмертника, горца змеиного и гвоздики Фишера.

Вдоль Щукинского полуострова Москва-река резко выгибается, этот изгиб соединяет канал Хорошевское спрямление – получившийся в 1937 году в результате спрямления русла при строительстве Карамышевского гидроузла, мимо которого тянется Живописная улица. Одно из первых зданий, встречающихся по ней, – семиэтажный «Сталинский дом» под № 52, построенный в 1940 году по оригинальному проекту. Таких домов, построенных по «нетиповым проектам» и примерно в то же время, на Живописной улице предостаточно: малая этажность и удобная планировка вместе с тихими двориками, редким стуком трамвайных колес и чудесным видом из окон сегодня ценятся очень высоко.

Щукинский полуостров

На этой же улице вдоль реки располагается одно из зданий ВНИИНМ – Высокотехнологического научно-исследовательского института неорганических материалов имени академика А.А. Бочвара. Не так давно, а именно в 1944 году, это была сверхсекретная лаборатория, а ныне – ключевая организация для Росатома, поскольку здесь занимаются технологиями ядерного топлива: отсюда вышел и отечественный атомный флот, и космические аппараты (например, первые луноходы), и атомные электростанции, и даже первая советская атомная бомба. В общем-то, во всем районе сегодня расположено немало организаций, так или иначе связанных с атомной энергетикой. И главные здания ВНИИНМ, и, собственно, знаменитый Курчатовский институт находятся тоже недалеко – в районе Щукина.

ВНИИНМ

А вот на Живописной, например, примечательно еще одно интересное советское здание, позади которого возвышается заводская труба: это Федеральный центр по проектированию и развитию объектов ядерной медицины, рядом с которым расположился и завод по производству радиоактивных препаратов, а также место утилизации одежды, побывавшей под радиоактивным воздействием. Звучит, возможно, страшновато, но атомщики уверяют, что «фонит» здесь не больше, чем в среднем по Москве.

Благодаря Хорошевскому спрямлению образовался как бы остров в междуречье, считающийся сегодня одним из немногих признанных речных «курортов» с оборудованными в черте Москвы пляжами (включая даже нудистский). Называется это местечко Серебряный Бор (а во времена Смуты был известен как Серебряный овраг). Вообще этот сосновый бор изначально тянулся от Покровского-Стрешнева через поселки Рублево и Барвиха до самого подмосковного Звенигорода. Эти поселки уже давно ассоциируются у россиян с властью и богатством, но и до современных богачей здесь обитали крупные деятели – большевики, здесь отдыхали Ленин, Троцкий, Калинин, философ Николай Бердяев… Даже в кровопролитные революционные годы и годы Гражданской войны здесь, в Серебряном Бору, было тихо и свежо. Ныне бор встречается лишь участками. Возможно, «серебряным» этот бор стали называть из-за того, что летом поутру сосны блестели от росы. Теперь это явление встречается разве что в Барвихе, да и то крайне редко – воздух по утрам в московском регионе уже не тот.

При Алексее Михайловиче, большом любителе соколиной охоты, Серебряный Бор был одним из многочисленных царских охотничьих угодий (многие из них также расположены вдоль рек: Сокольники, Коломенское, Тюфелева роща, Преображенское и др.). От речного причала «Троице-Лыково» можно попасть в местность, называемую как раз Соколиной горкой. По легенде, один из орлов, предназначенных для охоты, насмерть забил любимого сокола царя Алексея Михайловича. Дело было якобы на этой самой Соколиной горке, и здесь же царь велел высечь «орлака». Сегодня отсюда открывается великолепный вид на белокаменный храм Живоначальной Троицы.

В XIX столетии в Серебряном Бору обосновался конный завод, а затем появился артиллерийский парк и стоянка Фанагорийского полка. И сегодня военная тематика присутствует в топонимике Серебряного Бора: напротив причала «Троице-Лыково» разбит удобный парк «Ветеран» с прогулочными дорожками и скамейками – специально для ветеранов Великой Отечественной войны и просто пожилых людей.

Располагался прежде в Серебряном Бору и дом отдыха артистов Большого театра, в котором бывал знаменитый певец Сергей Лемешев. Ему приглянулась поляна с древним дубом, и теперь ее называют Мемориальной Лемешевской и нередко используют как концертную площадку под открытым небом, где собираются поклонники вокальной музыки, чтобы послушать «живое» пение.

В середине XX века то, что москвичи сегодня считают местом отдыха и купания, именовалось «Хорошевским серебряным бором». Вокруг Серебряного Бора ходят прогулочные теплоходы – здесь есть собственный причал «Серебряный Бор», а в самом центре «острова» находится извилистое озеро Бездонное. Некогда оно действительно было озером Бездонки, но в советское время, после модернизации русла столичной водной артерии, оно соединилось с рекой и выглядит как залив на Москве-реке. Несмотря на название, дно у него все-таки есть, и ученые предполагают, что из него бьют артезианские источники. Кстати, возле озера по экологической тропе водят экскурсии, поскольку здесь сохранилось единственное в столице тростниковое болото.

Кусочки того самого соснового бора можно еще увидеть, прогуливаясь по Живописной улице: среди них на берегу Хорошевского спрямления прячется простаивающий спортивный комплекс «Октябрь», от которого ведет набережная Новикова-Прибоя – в честь автора известного романа «Цусима», повествующего о событиях Русско-японской войны, участником которой был сам писатель. Недалеко отсюда находятся и здания крупного булочно-кондитерского комбината «Серебряный Бор».

На пересечении спрямляющего канала и Москвы-реки открывается вид на новое московское «чудо»: Живописный мост, на котором лежит проспект Маршала Жукова. Новое – потому, что построен был в 2007 году. А чудо – потому, что этот 1,5-километровый вантовый (совмещенный с арочным металлическим) мост, придуманный в Омске, был возведен архитекторами Н.И. Шумаковым и Н.В. Шурыгиной.

В Серебряном Бору на Живописной улице

Аналогов этому подвесному мосту нет ни в Москве, ни в России, ни в мире. Эксклюзивность его заключается в том, что традиционный пилон выполнен в виде огромной красной арки, перекинутой с одного берега Москвы-реки на другой. Пролет арки составляет 182 метра, высота 90 метров, в том числе от проезжей части – 70 метров. К арке веером крепятся ванты – высокопрочные тросы из оцинкованных закрытых канатов. Длина подвесного моста без эстакад составляет 410 метров. Его видно даже из самых отдаленных уголков Москворецкого парка – со Строгинского моста, с самого района Строгино.

Под аркой в буквальном смысле висит некое «гнездо» или «улей» эллипсоидной формы, в котором в скором времени устроится… московский ЗАГС: чтобы попасть в него, придется воспользоваться специальным канатным подъемником. Изначально там предполагалась смотровая площадка, затем панорамный ресторан, но, вероятно, решили, что желающих провести торжественную церемонию в таком необычном месте будет куда больше, чем желающих отобедать, – ведь это вам не придорожная забегаловка: добраться до «гнезда», зависшего над трассой, не так-то просто. Предполагается, что неподалеку отсюда могут появиться новейшие станции метро Калининской линии.

Живописный мост

Рядом с мостом со стороны района Хорошево-Мневни-ки стоит 50-этажный небоскреб жилого комплекса «Континенталь» (разумеется, элитного) – современная архитектура, не лишенная оригинальности, но, как говорится, «на любителя». Некоторые «нелюбители» сравнивают его с «Башней» Дмитрия Сафонова, который написал ряд романов-катастроф. В официальной аннотации к роману интрига завязывается так: «Москва. Год 200… Серебряный Бор. Элитная высотка. Дорогие квартиры, богатые жильцы. Обычный летний день. Ничто не предвещает катастрофы. И вдруг… дом издает протяжный вздох, и трещина молнией пронизывает фундамент небоскреба».

Жилой комплекс «Континенталь»

Что ж, будем надеяться, что это останется лишь фантазией автора, а реальностью станет падение… цен на квартиры в этом доме.

Крылатское

Правый берег

Собственно, с Живописного моста, как и из окон домов на одноименной улице, тоже открывается весьма живописный вид: по одну сторону – Серебряный Бор, по другую – район Крылатское, названный по имени села, известного с начала XV века как Крилатьское (или Крылецкое). Имена соседних сел также сохранились в современных топонимах: Кунцево стало районом, Татарово, где занимались добычей камня, дало название нескольким природным памятникам, включая Татаровский овраг.

Здесь, в Крылатском, периодически бывал Иван Грозный – возможно, он присутствовал на освящении новой церкви Рождества Богородицы. При нем село упоминается в летописи как Крылецкое – дескать, «крыльцо столицы». Крылатское всегда числилось как дворцовое село, поскольку принадлежало либо самим государям, либо их ближайшим родственникам. Владелицей была и инокиня Марфа, мать первого царя из династии Романовых.

Романовы в 1714 году возвели в Крылатском деревянную Рождественскую церковь на месте прежней, сгоревшей. В 1868 году был отстроен каменный храм с двумя приделами по проекту архитектора Воде, а 1877 году архитектором Стратилатовым была воздвигнута колокольня. И сегодня изящное ярко-голубое с белым строение храма украшает пейзажи Крылатских холмов.

Крылатское граничит с Троице-Лыковым по речушке Большая Гнилуша, которая своим названием напоминает о болотистой местности, бывшей здесь с глубокой древности. Хотя и сегодня посетители Крылатских холмов и оврагов нередко жалуются на сочащуюся из земли гнилую жижу, которую им приходится преодолевать во время прогулок.

Здесь всюду простирается парк «Москворецкий» – вплоть до Крылатских холмов, Филевского и Суворовского парков. Здешние места прослыли едва ли не самыми чистыми в Москве – благодаря отсутствию тяжелой промышленности. Даже крупную птицефабрику, выстроенную здесь в советское время, уже давно перенесли за город, а промзоны начинаются значительно южнее Фили-Кунцевского лесопарка. Благоприятной атмосферой поспешили воспользоваться бизнесмены и те, кто может позволить себе «правильную экологию», поэтому здесь постоянно строятся элитные жилые комплексы и поселки – вроде «Острова фантазий». Если приглядеться с Живописного моста, то вдали можно увидеть на горизонте игрушечные башенки филевского «замка» – это жилой дом бизнес-класса «Эдельвейс».

Впрочем, отдыхать и жить в Крылатском любили и безбедные дачники начала XX века: однажды, в 1913 году, здесь арендовал дом знаменитый архитектор-модернист Федор Шехтель. Примерно в те же годы предприниматель Александр Ханжонков, как говорят, «на заре отечественного кинематографа» возвел здесь съемочную студию и стеклянный павильон.

Но не чистота и не именитые жильцы по-настоящему прославили Крылатское, а многочисленные спортивные сооружения. Дома, расположенные рядом с аркой Живописного моста, тоже прославили Крылатское – но уже скандально, а скандалы, как показывает опыт, не скоро забываются.

Речь идет о нашумевшей истории с поселком «Речник». Он был организован как садовое товарищество (проще говоря – огороды) еще в 1957 году. И здесь было запрещено капитальное строительство жилых и даже дачных домов. В 1998 году «Речник» (как и соседний «Огородник») вошел в состав парка «Москворецкий», при этом частично оставаясь, так сказать, «казенным», то есть государственным. В середине 2000-х годов Росприроднадзор добился сноса нескольких десятков незаконно построенных домов. Но сносить коттеджи начали лишь зимой 2010 года, что не могло не возмутить жителей поселка, терявших не только собственность, но и часто место постоянного жительства. Этот варварский способ «разборок» московских властей со своими жителями возмутил общественность. Власти почему-то решили снести лишь некоторые здания – вроде как для того, чтобы открыть доступ к плотине на Москве-реке. Но скандал разгорелся жарче, когда журналисты обратили внимание на аналогичный поселок неподалеку от «Речника» – элитный «Остров фантазий», культурно-оздоровительный центр и парк-отель с жилой зоной, который никто сносить не собирался, хотя построены они были значительно позже и тоже без всяких официальных согласований с властями. Бывший мэр столицы Юрий Лужков тогда, видимо, сгоряча заявил, что и «Остров фантазий» подлежит сносу, но оказалось, что в нем проживают видные российские олигархи и семьи министров здравоохранения и промышленности. В конечном счете публике дали понять, что «Остров фантазий» построен законно, а дело с «Речником», как это водится, было спущено на тормозах. Получили ли «речники» снесенных домов хоть какую-то компенсацию?.. Теперь это уже никому не интересно…

Поселок «Речник» справа

Кстати, предполагалось, что на месте снесенных домов «Речника» будут строиться новые спортивные сооружения, несмотря на то что этот уголок возле Крылатской поймы и так уже занят многочисленными крупными спорткомплексами – их бы заполнить желающими оздоровиться! И в первую очередь – гребным каналом, который был построен (или, правильнее сказать, выкопан) в искусственной Татаровской пойме Москвы-реки к чемпионату Европы по академической гребле 1973 года. Увидеть его поближе можно с Москвы-реки возле причала «Гребной канал», что в Мневниковской пойме, или с Крылатского моста. Канал длиной 2300 метров и сегодня готов к соревнованиям не только по академической гребле, но и по гребле на каноэ, байдарках, причем на длинные дистанции: по возвратному руслу канала.

Рядом с гребным каналом к московской Олимпиаде 1980 года был возведен крытый велотрек «Крылатское». Это уникальное сооружение имеет форму эллипса с размерами осей 168 и 138 метров. Покрытие выполнено в виде мембраны из рулонной стали толщиной 4 миллиметра. Протяженность трековой дорожки 333,3 метра, ширина 10 метров. Материал покрытия трекового полотна – древесина сибирской лиственницы. Во время олимпийских соревнований полотно трека зарекомендовало себя как одно из самых «быстрых» в мире: на той самой Олимпиаде было отмечено 13 мировых рекордов! Велотрек вместимостью 6 тысяч зрителей устроен так, что на нем можно проводить и другие соревнования – например, по гандболу и настольному теннису. Поэтому он легко выполняет функции обыкновенного спорткомплекса: здесь и комплекс для стрельбы из лука, и корты для сквоша, и залы для единоборств, и спортивные залы и сауны.

Есть в Крылатском и кольцевая олимпийская велотрасса, и поля для гольфа, и Конькобежный центр спорткомплекса «Крылатское» – между прочим, это один из самых крупных в мире ледовых стадионов, который при желании легко трансформируется в площадку для летних соревнований.

За спортивными сооружениями на Крылатской улице, протянувшейся от района Рублевского шоссе мимо Крылатских прудов, Суворовского парка и речного причала «Гребной канал», находится ландшафтный заказник «Крылатские Холмы», частично занятый велотрассой. Благодаря оврагам и естественным и насыпным холмам эта местность обладает интересным рельефом, который зимой используется в качестве горнолыжных спусков, – именно на этих склонах возник первый в Москве горнолыжный клуб, а сейчас здесь находится спортивно-экологический комплекс Lata Track со сноуборд-парком и освещенными горнолыжными трассами, оборудованными подъемниками.

Храм Рождества Пресвятой Богородицы

На улице Крылатские Холмы недавно разместили необычный памятник лосю. В связи с чем – не очень ясно, ведь его появление было бы мотивированным, скажем, в парке «Лосиный Остров».

Возле храма Рождества Пресвятой Богородицы в Крылатском, причисляемого к памятникам архитектуры федерального значения, можно спуститься в древнейший овраг Крылатских Холмов – Каменную Клетву (возможно, от слова «клеть», «клетка»). Есть здесь и другие живописные овраги – например, Татаровский или Каменные Заразы. Но именно по Каменной Клетве бежит Крылатский ручей и бьют целых три благоустроенных родника, один из которых – святой источник, чудотворный родник «Рудненская Божья Мать». Родник мощностью 200 литров в минуту, над которым некогда стояла часовня, получил название в честь Рудненской иконы Богородицы. По преданию, крестьяне села Крылатское, идя на сенокос, в траве у родника нашли образ Матери Божией. Образ был помещен в часовне, специально для него построенной на роднике. Считается, что эта икона покровительствует Крылатскому, и в октябре верующие отмечают праздник Рудненской иконы Божьей Матери. Даже Рождественскую церковь иногда называли Рудненской или Рудницкой. Правда, с закрытием храма в 30-х годах XX века оригинальная икона оказалась утрачена – была сожжена. Часовню над родником в советское время снесли, как и приходское кладбище, а вот церковь удалось спасти если не от ущерба и разорения, то от полного уничтожения. В 1941 году колокольню из лучших побуждений разобрали: высокая звонница, да еще на холме, могла быть удобным ориентиром для нацистской авиации. Но сегодня храм с восстановленной звонницей виден издалека.

Хорошево-Мневники – Карамышевская набережная

Левый берег

Напротив Крылатского расположен район Хорошево-Мневники: с ним граничат Живописная улица и канал Хорошевское спрямление, а многие его дома прекрасно видны с Живописного моста. Прежде, когда его не было, чтобы попасть в район на другом берегу, автомобилистам приходилось пользоваться объездными дорогами. А въезд на «остров» Серебряный Бор осуществлялся через соседний с Живописным Хорошевский мост: его в 1937 году построила организация «Москва-Волга-Строй», о чем говорит памятная табличка на мосту: «19 МВС 37» (то есть 1937 год, Москва-Волга-Строй). За этой «скромной» аббревиатурой скрывался исправительно-трудовой Дмитровлаг.

Выезд на Карамышевскую набережную с Живописного моста

Село Хорошево до XVI столетия именовалось Ходынским лугом (нынешнее Ходынское поле действительно недалеко отсюда) и считалось вотчиной Дмитрия Донского. По одной из версий, новое название появилось благодаря положительной оценке, которую дал селу сам Иван Грозный. Это вполне объяснимо: здесь и прежде были привлекательные места для отдыха, охоты и, видимо, рыбалки – об этом напоминает вторая часть названия района: Мневники. Ведь как раз за Карамышевской набережной, возле одноименной излучины, находилась деревенька Ехалово. О ней упоминается в писцовой книге середины XVII века: «В деревне Ехалово, Мневники тож, живут рыбные ловцы, ловят рыбу мни на государев двор». Под «рыбой мни» (или мень, мнюх) скрывается налим, печень которого на Руси традиционно добавляли в уху или в начинку «мневых пирогов». Так вот рыбаков, специализировавшихся на налиме, звали мневниками, откуда и произошло название района. Но в Мневниках ловили не только налима, но и другую речную рыбу, которую раньше здесь буквально собирали корзинами. Поэтому в Мневниках было развернуто целое рыболовецкое хозяйство.

Дома, стоящие на Карамышевском проезде – как раз напротив поселка «Речник», трудно не заметить, прогуливаясь по все тому же Живописному мосту: это уникальные архитектурные комплексы, внешним обликом напоминающие дома жилого района на Ходынском поле. Построены они по проекту президента Союза московских архитекторов Виктора Николаевича Логвинова, сторонника принципов экологической архитектуры. Самый необычный из здешних домов официально называют жилым комплексом «Новогодуново», а в народе его величают «домом-полукругом». В одном из интервью сам архитектор так описывает свое детище: «Жилой дом имеет форму разомкнутого овала, террасами опускающегося в сторону храма, как бы склоняясь пред ним».

Речь идет о храме Живоначальной Троицы в Хорошеве, стоящем на самом берегу Москвы-реки, как раз напротив полукруглого дома. Это древняя церковь, первое здание которой было возведено по указу Бориса Годунова, владельца села Хорошево (оттуда и название «Новогодуново»). Ее построили в 1598 году по образу и подобию Малого собора Донского монастыря. Есть версии, что ее первым зодчим мог быть сам Федор Савельевич Конь, «государев мастер» при Годунове, автор Смоленского кремля, Боровского монастыря и, самое главное, не сохранившегося московского Белого города. Колокольню в середине XVIII века перестраивали по проекту Андреяна Афанасьева, добавили галереи, расширили окна. А в XIX веке построили новенькую трапезную, которая с помощью галерей-переходов объединила церковь и колокольню в едином комплексе.

После революции Хорошевский Троицкий храм стал, как и многие другие, колхозным клубом. Затем здесь разместили детскую консультацию и цех офсетной печати. С начала 1960-х годов архитектор Б.Л. Альтшуллер начал реставрацию основного здания храма, и он стал вновь действующим. Но трапезную и колокольню до самых 1990-х использовали не по основному назначению. В 2009 году здесь по благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла известный протоиерей Всеволод Чаплин провел панихиду по жертвам теракта в Беслане.

Жилой комплекс «Новогодуново»

Монолитный жилой комплекс «Новогодуново» переменной этажности (5—19) расположен всего в 15 километрах от центра города, по адресу: проспект Маршала Жукова, 59. Жилой комплекс можно считать энергоэффективным: в замкнутом дворе хорошо сохраняется тепло, нет ветра. Кольцо дома венчает «бриллиант», точнее, башенка. Окна в здешних квартирах выходят на обе стороны: во двор и наружу, поэтому практически каждый жилец может насладиться восхитительным видом на Москву-реку и на Троицкий храм. Рядом располагается административно-деловой центр, построенный в том же стиле и в том же цвете, со ступенчатыми террасами на крыше, которые летом можно озеленять.

Из Карамышевского проезда, что у Троицкой церкви, «вытекает» первая (если не считать набережную Новикова-Прибоя вдоль Хорошевского спрямления) московская набережная на левом берегу Москвы-реки – Карамышевская. Стояла здесь когда-то деревня дворян Карамышевых, которые, если верить преданию, были монголо-татарами, то есть пришли из Золотой Орды (возможно, оттуда и другое название села – Татарово?). С тюркского их фамилию можно перевести на русский язык как «защитники».

Вдоль Карамышевской набережной продолжается цепь московских шлюзов – возле шлюза № 9 располагается пляж, который жители района прозвали «На дамбах», поскольку здесь, на выходе канала Карамышевского спрямления в Москву-реку, построена Карамышевская плотина с малой гидроэлектростанцией.

На набережной вслед за жилым комплексом «Новогодуново» стоят яркие жилые высотки, среди которых выделяется «Wellton Park» с ярко-оранжевыми и сочно-зелеными «пикселями» – небольшими квадратиками, декорирующими здание. Постепенно весь район перестраивается на современный лад: в свое время здесь было возведено очень много хрущоб, то есть неудобных для жилья панельных пятиэтажек, которые теперь сносятся и заменяются новыми домами. Правда, вместе с этим «заменяются» и старые жильцы района.

С Карамышевской набережной переброшен одноименный мост в одноименную пойму, которую на картах указывают еще как Мневниковскую. Если обратить внимание на названия улиц и прочие топонимы поблизости, то нетрудно заметить, что Мневники бывают Верхние и Нижние: например, на набережной есть причал «Верхние Мневники», а улица Нижние Мневники уходит по Карамышевскому мосту до самого Крылатского моста, ведущего к Гребному каналу.

Дело в том, что изначально, когда еще не было Карамышевского спрямления, Мневники располагались в излучине Москвы-реки, то есть на территории нынешнего «острова». В 1812 году после разорения французами деревня едва пережила голодную зиму и больше не смогла догнать село Хорошево ни по количеству людей, ни по уровню жизни.

Жилой комплекс «Wellton Park»

В 1870-х годах в Мневниках открылась земская школа, в которую съезжались ребята со всех окрестностей, включая Крылатское и Татарово. В 1931 году здесь организовался колхоз «Всходы». Но недолго ему было суждено всходами и урожаями радовать советских людей, ведь при строительстве канала имени Москвы и Карамышевского гидроузла (по проекту А.М. Рухлядева – архитектора здания Северного речного вокзала) около сотни домов из Мневников и соседнего Карамышева пришлось перевезти на новое место, которое стало Верхними Мневниками. А оставшуюся старую часть прозвали Нижними Мневниками. Впрочем, затопления были настолько сильными, что и Нижние Мневники несколько сдвинули ближе к деревне Терехово.

Терехово известно как село с середины XVII века; в 1812 году его полностью разграбили французы. После отмены крепостного права некий крестьянин Егоров организовал в Терехове небольшой бумагокрасильный цех. Во времена коллективизации в Терехове возник колхоз «Пионер», его сменило в 1980-х годах одно из отделений совхоза «Звенигородский».

Деревня Терехово расположена всего в 10 километрах от Кремля и входит в природоохранную зону. Ее здания не подлежат сносу, но тем не менее уже с 1992 года неоднократно в СМИ появлялась информация о строительстве на месте Терехова детского «Парка чудес» Зураба Церетели – эдакого российского с грузинским размахом Диснейленда.

Сегодня в деревне, как и много лет назад, топят печи, а воду зимой приносят в дом из колонок. Ремонт здесь технические службы Москвы выполняют с большой неохотой. В то же время эти 316 гектаров неподконтрольной городу частной, экологически чистой земли за последние годы превратились в общегородскую свалку промышленных и бытовых отходов.

В 2000-х годах московское правительство решило пойти по пути Бутова и отобрать земли у жителей деревни Терехово, но без публичных скандалов: тереховцев стали потихоньку выживать с насиженного места, переселяя их с деревенских улочек и домов с участками в каменные коробки…

Был на острове еще один поселок, иногда по-прежнему указываемый на карте как «поселок Главмосстроя». Он был организован недалеко от Карамышевского гидроузла в конце 1940-х – начале 1950-х годов трестом «Особстрой». В 1954 году появилось Главное управление по жилищному и гражданскому строительству. Если сказать короче – то это и есть Главмосстрой, объединивший около полусотни строительных трестов, включая «Особстрой». Именно на Главмосстрой в условиях острого дефицита жилья, наметившегося в послевоенное время, была возложена ответственность за возведение жилых домов и инфраструктурных объектов – больниц, школ, культурных центров…

Рабочим, которые съехались на главную стройку страны с окрестных деревень и сел, необходимо было где-то жить, пускай временно. Так на искусственном острове во второй половине 1950-х появился поселок с общежитиями. Специально для рабочей молодежи, которой в поселке была большая часть, построили танцевальную площадку и летнюю эстраду. Но со временем «временный» поселок расширялся: молодежь подросла и начала строить не только дома, но и собственные семьи. Во всяком случае, в 1960 году в поселке организовали ясли-сад. В 1960-х к поселку провели и асфальтированную дорогу, которая сегодня зовется проездом Главмосстроя и соединяет улицу Нижние Мневники с одноименной пристанью.

Постепенно, помимо рабочих-строителей, в поселке Главмосстроя стали жить работники и КБ «Салют», и завода имени М.В. Хруничева, и Мостелефонстроя, и пр. Но к 1990 годам всех главмосстроевцев переселили с острова, и поселок стал призраком, поскольку по документам он считался снесенным, а в реальности здания остались. И в этих зданиях каким-то «неведомым» для города образом разместились склады, бетонный заводик, служебные помещения ОМОНа. К сожалению, аренда или покупка несуществующих зданий – дело в России нередкое. Одно время даже Управление на водном и речном транспорте Москвы заседало по недействительному адресу: поселок Главмосстроя, 19.

Не могли никак отменить и автобусный маршрут № 243, следовавший почти двадцать лет в поселок-призрак практически пустым. Его отменили лишь в мае 2010 года и сразу же, летом, официально снесли и поселок, на месте которого пока ничего не строится.

Деревню Мневники выселили с острова значительно раньше: еще в 1960-х годах от нее не осталось ничего, кроме заросших садов и заброшенных огородов. Вообще эпитеты «заросший» и «заброшенный» как нельзя лучше подходят едва ли не ко всей местности в Мневниковской пойме. Возможно, ее просто еще не успели застроить частными элитными поселками: тут тебе и склады, и автобазы, и брошенный совхоз «Тепличный», и брошенный стадион, и топкие болота. Даже от Тереховских прудов остался только один, да и то не благоустроенный, хотя – после приложения усилий и денег – мог бы стать прекрасным местом отдыха.

Впрочем, места тут нечистые – не в мистическом смысле, а в самом прямом: в 1927 году возле Терехова построили завод «Галалит» для галантерейной промышленности – из дешевого галалита (то есть казеинового пластика) делались пуговицы, ручки, гребни. В 1947 году завод перепрофилировали и стали выпускать на нем емкости для консервации радиоактивных и едких отходов. Смертоубийственное производство погубило почти всех рабочих и персонал завода. Причем закрыли его за вредностью в 1967 году, а вот от рака люди страдали аж до середины 1980-х. Снесли отравленные здания, между прочим, только в 2010 году – до этого в них ютились автосервисы.

Первые «звоночки» по очистке Мневниковской поймы прозвенели в сентябре 2011 года, когда фонд «Экология для всех» объявил о закладке на месте бывшей свалки неподалеку от Терехова и того самого «Галалита» Московского дендропарка. Если деревья и кустарники хорошо приживутся на привезенной почве, то есть шанс, что Москва обогатится новой зеленой зоной. А пока что по Мневниковской пойме ведет автотрасса, местами обнесенная забором, кое-где какая-то жизнь теплится: мототрасса, шиномонтаж, кроссовый трек, учебная база по вождению автомобилей, завод тротуарной плитки. По свидетельствам очевидцев, на берег иногда выгоняют лошадей – возможно, жители Терехова. А вот причал «Нижние Мневники» туристическими теплоходами не используется – да и что здесь забыли туристы?..

Кунцево – Фили

Правый берег

Недостаток живописности на острове в Мневниковской пойме полностью компенсирует цепь парков на противоположном берегу Москвы-реки, расположенных от самого Гребного канала до Новозаводской улицы в Филях. Несколько парков, среди названий которых «Суворовский», «Солдатенковский» и «Ворошиловский», входят в ПКиО «Фили», а в народе именуются просто Филевским парком. Все вместе они являются частью Фили-Кунцевского лесопарка, который, в свою очередь, входит в заповедную зону Москворецкого парка – вот такая «матрешка».

В лесопарке, который по рельефу едва ли уступает изрытым оврагами Крылатским холмам, полно памятников природы – начиная от обнажения юрских глин, родников и оползневых склонов и заканчивая холмами Кунцевского городища, – в основном они находятся в районе Суворовского парка. Летом это привлекательное место для прогулок, а зимой, в снежные деньки, – для катания на санках, ледянках и ватрушках. Правда, приготовьтесь к тому, что на большей части лесопарка нет указателей, а местность кое-где «по-лесному» диковатая и оправдывает свое название времен Алексея Михайловича, отца Петра I, – Плуткина пустошь (от слова «плутать»).

Кунцевское городище запечатлел на своем полотне художник Алексей Кондратьевич Саврасов, один из частых гостей здешних мест, под несколько пугающим названием: «Осенний лес. Кунцево (Проклятое место)». Предполагается, что в глубокой древности на нем было языческое капище, то есть жертвенник, – оттуда и вся мистическая «проклятость» этого места.

Если верить раскопкам Музея истории и реконструкции Москвы, проведенным в 1960—1970-х годах, впервые нога человека ступила сюда, на высокий холм на берегу Москвы-реки, более 2500 лет назад. К примеру, среди интересных находок 2000-летней древности – глиняная погремушка-рыба с песком внутри.

Древнее городище, и по сей день покрытое черной землей, было прежде окружено рвами и валами, которые деформировались из-за частых оползней. Похоже, что об опасности «сползания» древние жители знали, поэтому укрепляли склоны крутого берега камнями и плетнем. На верхнюю площадку городища вела мощеная дорога, обвивавшая холм.

Здесь и сегодня можно найти белемниты – окаменелости вымерших моллюсков, которые в народе считались «стрелами Перуна» или «чертовыми пальцами». С XIII столетия на месте городища находилось кладбище – известный историк Иван Егорович Забелин, посвятивший этим местам целую книгу исторических воспоминаний «Кунцово и древний Сетунский стан», побывал на Кунцевском городище в 1840-х годах и лично обнаружил могильную плиту с надписью: «Лета 7065/1557 преставился». Он же приметил, как парни и девушки из деревни Терехово (видать, той, что ныне заброшена на острове в Мневниковской пойме) прибежали к берегу реки возле городища, побросали свои венки и убежали, из чего Забелин сделал вывод, что традиции этого места уходят корнями в глубочайшую древность.

На плане Москвы 1804 года кладбище называется почему-то Татарским – возможно, из-за близости села Татарова. При кладбище в свое время находилась церковь Покрова Богородицы – размещение храмов на месте языческих капищ на Руси (да и не только на Руси) не было редкостью. Как повествует легенда, родня и священнослужители отговаривали боярина возводить здесь церковь, но он почему-то настоял на своем. Храм построили. На его освящение из Москвы прибыло много знатных особ, в том числе и молодой боярин Борис Годунов. Оказался возле новой церкви и юродивый Большой Колпак. Вначале он озабоченно ходил вокруг храма, охал, вздыхал, а потом вдруг подобрался к Годунову и зашептал: «Матушка церковь не на свое место попала… И ты, батюшка, не туда попал… Вберет в себя церковь эта грехи людские и провалится под землю. А опосля денек – и тебя погубят…»

Неизвестно, поверил ли тогда юродивому Борис Годунов, но церковь в Кунцеве посещал не раз. И всегда там каким-то образом оказывался Большой Колпак. «Стоит еще матушка… Нехорошо ей в проклятом месте, а терпит… И ты терпи…» – бормотал юродивый.

А вот крестьянин из деревеньки Мазиловой, сопровождавший тогда Забелина к городищу, сказал точно: в одночасье церковь вместе с крестом ушла под землю на 50 метров. Суеверные люди сразу же связали это с «проклятым местом», а современные специалисты легко объясняют эту историю оползнями. По легенде, на «проклятом месте» по ночам можно услышать звон колоколов исчезнувшего храма. О существовании церкви упомянул еще царь Алексей Михайлович Романов, продавая здешние земли Милославскому, отметив в указе: «Покрова Пречистыя Богородицы средь Заразов на Городище». Заразами звались местные береговые кручи (в Крылатском есть свои Заразы – Каменные).

Писатель-беллетрист первой половины XIX века Михаил Воскресенский, «вдохновленный» мистикой Кунцевского городища, написал роман «Проклятое место». В нем он воспевает эту местность: «Из всех окрестностей московских мне более других нравится обворожительное Кунцово с его пустым и неправильным садом, с его прелестными рощами, горами и вертепами. Надобно изучить это место, чтобы вполне постигнуть всю его прелесть. Как гордо и мило красуется оно на песчаной горе своей! Каким светлым изгибом воды опоясывает его радушная Москва-река! Сколько тут богатых воспоминаний, сколько пищи для ума и сердца!»

Критики же к роману, как и ко всему творчеству Воскресенского, были безжалостны. Белинский называл писателя «московским писакой» или «романистом средней руки», а теперь литературоведы считают его романы «слизанными» с плохих французских образцов. Тем не менее в XIX веке «Проклятое место» выдержало два издания.

Описания местности вокруг городища 1833 года, сделанные Воскресенским, сегодня вполне можно использовать как путеводитель во многих других районах лесопарка, особенно в плохую погоду: «Дорогу вы себе будете прокладывать сами – это правда, много и хлопот будет; ибо платье ваше будет цепляться за сучья частых деревьев, нога будет скользить вниз по сырой траве; вы будете обязаны даже несколько раз поднять вашу шляпу, сшибленную упругими ветвями, – но за все это, уверяю вас, вы вознаградитесь удивительным образом: вы увидите чудное, картинное место – и это именно есть так называемое Проклятое место.

Представьте себе большую, почти квадратную площадь на превысочайшей горе, на которую с трудом можно взобраться, – обросшую со всех сторон густыми, но поблеклыми купами дерев. Посреди этой уединенной долины – разбитый когда-то грозою дуб. Около его торчат угловатые, поросшие мхом надгробные камни. Земля во многих местах изрыта. Трава желтая, как будто обожженная молниею. Подойдите к какому хотите краю этой мрачной долины, вы ничего не увидите, кроме зеленых дерев, растущих тесно по крутой горе».

Упомянутый дуб действительно существовал рядом с городищем. Ему посвятил свое стихотворение и поэт Иван Козлов:

Гром грянул, молния дуб крепкий опалила;
Дуб треснул, но грозой он не был сокрушен:
Еще осталась в нем стесненной жизни сила,
Хоть вянуть обречен.

Исторические сведения о дереве путаются: по одной версии, этот дуб срубили в 1850 году. Однако о вековом дубе возле городища писал в конце XIX века ученый Климент Аркадьевич Тимирязев в своей «Жизни растений»: «Его могучий ствол, почти в четыре обхвата толщиной, поднимается со дна глубокого оврага, а вершина расстилается над макушками столпившихся по обрыву лип и осин». Маяковский, по некоторым сведениям, тоже читал в XX веке свои стихи под неким тысячелетним дубом, также «разбитым молнией». В общем, в этой истории все непонятно и нечисто – «проклятое место», что уж тут и говорить.

Рядом с Кунцевским городищем в честь празднования 850-летия Москвы в духе русских укреплений X–XII столетий был возведен «Город мастеров» – самый настоящий деревянный городок со смотровыми башнями, крепостными стенами, вдоль которых ведут галереи.

Название его напоминает о том, что задумывался он первоначально как центр русских ремесленных и культурно-развлекательных традиций. Поэтому гости «Города мастеров» могут почувствовать себя его жителями, участвуя в военно-исторических реконструкциях, занимаясь резьбой по дереву и т. д.

В 2001 году «Город мастеров» приобрел мемориальное значение: в нем был открыт Дом-музей князей Лобановых-Ростовских, почетным хранителем которого и считается здравствующий ныне князь Никита Дмитриевич Лобанов-Ростовский.

Родственница его матери была фрейлиной Александры Федоровны, супруги Николая II, а родственник по отцу, Алексей Борисович Лобанов-Ростовский, – министр иностранных дел Российской империи. Князь утверждает, что он в 34-м поколении чистокровный русский человек, представитель древнего рода, ведущего историю от Рюриковичей. Однако родился он в болгарской эмиграции в 1935 году. После Второй мировой войны, когда Болгария оказалась «в распоряжении» СССР, княжеская семья попыталась бежать в Грецию, но попытка оказалась неудачной и стоила в итоге князю Дмитрию Ивановичу жизни, а юный Никита некоторое время провел в тюрьме. В 1953 году он оказался с матерью в Париже, после этого выучился в Оксфорде на геолога и переехал в Америку, где начал активно работать и стал гражданином США.

Уже занимаясь коллекционированием живописи и уникальных предметов русского театрально-декоративного искусства, он представлял в СССР интересы влиятельного американского банка, у которого советские власти брали займы. Еще в конце 1980-х Никита Лобанов-Ростовский из своего личного собрания подарил ГМИИ им. Пушкина серию шедевров русской графики, а Музею личных коллекций – фарфор начала XX века. С 2010 года особым решением президента РФ Никита Дмитриевич получил российское гражданство. Обо всем этом можно узнать в мемориальном доме-музее князей в «Городе мастеров». Кстати, в Смутное время и после него Лобановы-Ростовские владели сельцом Очаковом и селом Волынским – они оба находятся недалеко от Кунцева.

Заселение территорий современного Филевского парка началось в XV веке, когда боярину Петру Константиновичу Ростовскому (кто знает, возможно, одному из предков или родственников Лобановых-Ростовских) досталась деревня Ипская и земли на месте нынешнего Кунцева. Ростовский подарил их кремлевскому Успенскому собору. До этого они, возможно, принадлежали внуку Ивана Калиты – князю Серпуховскому Владимиру Храброму. В 1572 году Иван Грозный пожаловал эти земли боярину Ивану Федоровичу Мстиславскому, который был потом сослан новым царем Борисом Годуновым в монастырь – в наказание за заговор. А вот сын Мстиславского, Федор Иванович, напротив, служил Годунову, как, впрочем, и Шуйскому, а затем и первому Романову. Был, в общем, верен любому государю, поэтому здешние земли остались в его руках. Однако в 1639 году после смерти княгини Ирины Мстиславской все деревни отошли государству. И тесть царя Алексея Михайловича – отец его супруги Марии Милославской, Илья Данилович, – буквально выпросил у зятя эти земли для строительства имения. Но страстный любитель охоты, каким был отец будущего Петра I, не мог вот так – запросто живешь! – отдать роскошную местность: охотился Алексей Михайлович и в Кунцевских Заразах, и в Хвильских болотах неподалеку. Поэтому предложил он тестю «пустошь Плуткину», не заселенную людьми, причем не подарил, а продал в 1649 году, – такие вот царские родственные отношения.

Так что Кунцево строилось с нуля и довольно быстро при новом хозяине стало сельцом. Правда, служило оно для боярина Милославского всего лишь летней резиденцией. Внучатая племянница Ильи Даниловича и единственная наследница своего отца, Феодосья Ивановна Милославская, почуяв, что время правления Милославских подошло к концу, в 1689 году отказалась от Кунцева в пользу Успенского собора в память о своих родителях и родственниках. Но имение недолго задержалось во владениях собора: поскольку продавать дареное на «помин души» было нехорошо, с помощью Андрея Артамоновича Матвеева, одного из сподвижников Петра I, патриарх обменял Кунцево на Крюково (теперь так называется железнодорожная станция возле Зеленограда). Матвеев, в свою очередь, отдал Кунцево Льву Нарышкину, а сам построил неподалеку деревню Сетунь в долине одноименной реки.

Итак, в 1690 году, после Стрелецкого бунта, Кунцево и соседние Фили оказались в руках у Льва Кирилловича Нарышкина, дяди Петра I со стороны матери. Его брату Мартемьяну принадлежало село Троице-Лыково, неподалеку отсюда (см. выше). В Филях Лев Кириллович возвел храм Покрова Пресвятой Богородицы: лучший экземпляр так называемого «нарышкинского барокко». А Кунцевом занимались уже его потомки.

Название «Кунцево» (или «Кунцово»), возможно, появилось от сходного по значению слова «кунак», то есть «друг», а с древнерусского «кунеть» переводилось как «хорошеть». Но у Даля на этот счет есть своя версия, будто в Кунцеве крестьяне ловили синиц, которых здесь звали «купцами».

При сыне Льва Кирилловича, Александре Львовиче Нарышкине, который за участие в заговоре против Меншикова был сослан в свою подмосковную усадьбу, в 1744 году в Кунцеве был возведен храм иконы Божией Матери «Знамение». В 1910-х годах его по желанию последней владелицы усадьбы – вдовы Василия Солдатенкова (племянника знаменитого мецената) – перестроил в византийском стиле архитектор Сергей Устинович Соловьев: возможно, он ориентировался на итальянские базилики Равенны VI века, такие как Сан-Витале или Сант-Аполлинаре-Нуово. Во всяком случае, некоторое сходство есть.

В 1932 году Знаменскую церковь закрыли и поместили туда военно-спортивный клуб, в результате чего здание сильно пострадало. По рассказам старожилов, когда в советское время вскрыли один из гробов Знаменской церкви, выбрасывая церковные захоронения, в нем оказалось нетленное тело молодой женщины – на глазах изумленных осквернителей гробницы оно почернело.

В наши дни храм был отреставрирован и вошел в перечень объектов исторического и культурного наследия федерального значения. И не зря: основное здание с терракотовыми и алыми крышами и его отдельно стоящая колокольня в форме столба действительно имеют необычный и весьма праздничный облик: схожие храмы легко увидеть скорее в столице Греции Афинах, но никак не в Москве. «Греческий» след сохраняется и в главных святынях храма, привезенных с греческой священной горы Афон.

Кунцевский усадебный дом с бельведером и тосканскими пилястрами в стиле раннего классицизма также возвели Нарышкины: точнее, «срубили» его из дерева и позже разбили возле него оранжереи. В 1812 году дом сгорел и был восстановлен в 1817 году, уже с пристроенными ампирными флигелями. Сегодня утрачены многие украшения ландшафтного усадебного парка, сохранявшиеся еще в XIX столетии, – это «половецкие бабы», вывезенные из степей, дубовая беседка в форме гриба, железная статуя женщины с поднятой рукой середины XVIII века, «Святой колодец» в каменном гроте…

В 1990-х годах едва не были утрачены парковые скульптуры «Юнона» и «Юпитер» и композиция «Похищение Прозерпины Плутоном», но их спас современный скульптор Александр Бурганов. Теперь их выставляют в музее «Дом Бурганова». Есть версия, что «Похищение Прозерпины Плутоном» (возможный создатель – Паоло Трискорни, автор «Трех граций» в Павловске и сторожевых львов возле дома Лобанова-Ростовского в Петербурге) даровала хозяевам имения Екатерина II во время ее визита в Кунцево в 1763 году.

Что точно императрица подарила обер-шталмейстеру Льву Нарышкину (внуку Льва Кирилловича), так это голубую колонну с личным вензелем, изготовленную из сибирского мрамора, – его добыча тогда только начиналась. Правда, подарок был сделан в 1769 году в Петербурге, а до Кунцева он добрался лишь спустя многие годы.

Среди других коронованных посетителей Кунцева был король Пруссии Фридрих-Вильгельм III. Он остановился в Кунцеве в 1818 году, во время приезда в Россию в связи с рождением у его дочери и супруги Николая I – императрицы Александры Федоровны – сына-наследника, будущего императора-освободителя Александра II. В честь этого посещения в Кунцеве был установлен белокаменный обелиск.

В свое время нарышкинская вотчина была огромной: именитый дворянский род владел едва ли не всеми землями в округе, кроме разве что Крылатского да Татарова. Но 175-летнему «господству» фамилии пришел конец: последние владельцы усадьбы обитали преимущественно за границей или, по крайней мере, не в Москве. Наконец Василий Львович Нарышкин в 1850-х годах продал часть земель купцам – Солодовникову (участки недалеко от Кунцевского городища) и Шелапутину, выходцу из Рогожской слободы.

Лев Толстой в третьей повести из трилогии «Детство. Отрочество. Юность» описывает дачи, которыми в то время стало стремительно застраиваться Кунцево: «…мы и не заметили, как подъезжали к Кунцеву, – не заметили и того, что небо заволокало и собирался дождик. […] Немного правее виднелись уже из-за кустов и дерев разноцветные крыши дачных домиков, из которых некоторые отражали на себе блестящие лучи солнца. Некоторые принимали на себя унылый характер другой стороны неба. Налево внизу синел неподвижный пруд, окруженный бледно-зелеными ракитами, которые темно отражались на его матовой, как бы выпуклой поверхности».

Да и в романе Тургенева «Накануне» герои оказываются перед «одною из многочисленных дач, окружающих Кунцево. Небольшой деревянный домик с мезонином, выкрашенный розовою краской, стоял посреди сада и как-то наивно выглядывал из-за зелени деревьев». Видимо, это как раз дачи, построенные Солодовниковым или Шелапутиным, поскольку повествование романа начинается с фразы, упоминающей год: «В тени высокой липы, на берегу Москвы-реки, недалеко от Кунцева, в один из самых жарких летних дней 1853 года лежали на траве два молодых человека».

В мае 1861 года в Кунцеве побывал император Александр II с супругой. А уже в 1865 году Нарышкин продал основную усадьбу Козьме Терентьевичу Солдатенкову – фабриканту и книгоиздателю, в честь которого этот участок Фили-Кунцевского лесопарка сегодня зовется Солдатенковским парком. Сначала Солдатенков делил земли Кунцева с другими владельцами, но затем выкупил их и построил не один десяток дач для летнего отдыха купечества.

Солдатенков родился в купеческой семье в Рогожской слободе. Хорошего образования ему получить не удалось – отчасти из-за консерватизма родителей-старообрядцев, но это не помешало ему стать «текстильным королем России», издавать Огарева и Герцена, а затем впервые в России выпустить в свет труды экономиста и философа Адама Смита. Кстати, сочинение Ивана Забелина о Кунцеве в 1873 году также напечатал Солдатенков. Был он и знаменитым благотворителем: приобрел некоторые экспонаты для будущего Музея изящных искусств (ныне ГМИИ им. А.С. Пушкина), передав их Ивану Владимировичу Цветаеву, отцу будущей поэтессы Марины Цветаевой. Его огромная частная коллекция книг стала частью Российской государственной библиотеки. Он покупал картины великих русских живописцев – Брюллова, Крамского, Левитана, Перова, Иванова, Федотова… Причем не только покупал произведения у художников, но и всячески им помогал, – за меценатство его прозвали Козьмой Медичи.

Прежде картины из его собрания выставлялись в петербургском Румянцевском музее, а ныне входят в коллекции Русского музея и Третьяковской галереи. Строил он сиротские приюты, дома для престарелых и ветеранов, странноприимые дома, открывал женские курсы, бесприданниц обеспечивал приданым, а бедных студентов – жильем и питанием. Известно, что на все это он денег не жалел, а вот излишеств и роскоши в быту не любил: его скромный летний кунцевский дом – лучший тому пример. Активное участие Козьмы Терентьевича в общественной жизни России многим претило, даже Тургенев в своем романе «Новь» упомянул героя-старовера, который «глупый и чванливый, хочет слыть прогрессистом, вроде Солдатенкова». Но, несмотря на это, Солдатенков издавал романы и Тургенева тоже. Тем более что кунцевские места Тургенева вдохновляли, и он описал их в другом своем романе «Накануне». В память о писателе местный сквер зовется Тургеневским.

К сожалению, советское время частично стерло имя Солдатенкова со страниц истории, а ведь именно его, Солдатенковская больница, именуется сегодня Боткинской (возле административного здания в 1990-х был установлен памятник Солдатенкову). В честь Солдатенкова иногда называют и Нарышкинский пруд – самый крупный в парке, и двухэтажный нарышкинский усадебный дом, который Солдатенков несколько перестроил в 1874 году под себя. В 1970-х годах случился пожар, и дом пришлось восстанавливать более основательно – в кирпиче, но прежние, классические формы были сохранены.

Где-то здесь на пороге революции встречались «суриковцы» – члены Суриковского литературно-музыкального кружка, в котором непродолжительное время состоял еще совсем молодой Сергей Есенин. Один из организаторов кружка, Георгий Деев-Хомяковский, в своих воспоминаниях писал: «Наша группа конспиративно собиралась часто в Кунцеве, в парке бывшем Солдатенкова, близ села Крылатского, под заветным старым вековым дубом. Там, под видом экскурсий литераторов, мы впервые и ввели Есенина в круг общественной и политической жизни. Там молодой поэт впервые стал публично выступать со своим творчеством». К сожалению, многие историки и литературоведы считают этот красивый эпизод под «вековым дубом» не совсем достоверным: Есенин приехал в Москву и вступил в кружок позже, чем это описывается у Деева-Хомяковского… Так что жителям Крылатского и Кунцева остается только надеяться, что крупица правды в этих мемуарах все же есть, а значит, можно гордиться тем, что великий поэт действительно читал свои стихи в Солдатенковском парке.

Впрочем, в разное время в нарышкинской (или солдатенковской, кунцевской) усадьбе действительно побывали и другие, не менее значимые для истории фигуры: Николай Карамзин задумал здесь в 1800 году первые главы для своей «Истории государства Российского»; со своей бабушкой на даче Нарышкиных гостил юный Лермонтов; Лев Толстой «до слез наслаждался природой»; здесь рисовали художники Перов и Саврасов; Врубель работал над иллюстрациями к поэме Лермонтова «Измаил-Бей»; композитор Чайковский подслушал здесь крестьянскую песню «Соловушка»…

В начале XX века сюда приезжали отдохнуть и искупаться жители Москвы: паром доставлял их на противоположный берег, где располагался пляж. Вниз от усадьбы дорожки вели к пристани, возле которой располагалась летняя эстрада – теперь это обычная пристань «Кунцево».

А вот знаменитый дом по-прежнему стоит в верхней, высокой части парка, поэтому его желто-белые стены и красноватую крышу, увенчанную башенкой – бельведером, можно разглядеть прямо с реки. Правда, летом из-за густой зелени видна одна только крыша.

За усадьбой, в глубь от реки, находится Мазиловский пруд – он сохранил название деревеньки Мазилово, располагавшейся рядом с Кунцевом и Филями. В свое время на месте деревни был разбит фруктово-ягодный сад. Западнее Мазиловского пруда расположился район Кунцево с одноименной железнодорожной станцией, открытой в 1871 году. К концу XIX века здесь был организован летний театр, а красивейшее полуготическое здание вокзала, которое радует пассажиров и по сей день, было построено на рубеже XIX и XX веков архитектором-модернистом Иваном Струковым, автором столичного Белорусского вокзала. В то время привокзальный буфет был настолько славен, что местные жители сложили поговорку – мол, «из Кунцева голодным не уедешь».

Тогда же в Кунцеве стали строиться заводы – вот их неполный список: клееночно-кожевенный, шерстоткацкий, суконный, игольный, фабрика брезента и ремней, российско-бельгийский патронный завод и многие другие. Некоторые впоследствии превратились в крупные советские заводы: к примеру, бывший патронный с 1971 года переформировался в МРТЗ – Московский радиотехнический завод, на котором выпускались телевизоры «Юность».

Также в начале XX века неподалеку от вокзала и нынешней станции метро «Кунцевская» появилась обитель Серафима Саровского – подворье Крестовоздвиженской Полунинской женской общины Рязанской епархии. В народе ее звали Кунцевским монастырем, хотя до полноценного монастыря ей было, конечно, далеко. В советское время ее место занял филиал завода имени Сакко и Ванцетти, храм был разрушен. Его пока не восстанавливали, но рядом, на нынешней улице Багрицкого, в конце 1990-х возвели временную церквушку с колокольней. Кстати, улица названа в честь атеиста Эдуарда Багрицкого, автора стихотворения «Смерть пионерки», – он жил на этой улице.

Выступал с речами в Кунцеве и Ленин – на бывшей банкирской даче, после революции ставшей кунцевским волостным исполкомом. Проживали в Кунцеве и Владимир Маяковский, и Аркадий Гайдар. А совсем неподалеку отсюда, на Ближней даче в Волынском лесу, умер Сталин.

После войны в городе Кунцеве возвели рабочий поселок, в народе более известный как «Страна Лимония» из-за того, что все стены домов в этом поселке были выкрашены в кислотно-желтый цвет. В 1990-х годах имела некоторую популярность группа «Дюна», дебютный альбом которой вышел как раз под названием «Страна Лимония». В одноименной песне, сразу же ставшей хитом, «Лимония» зовется «страной без забот».

С 1960 года город Кунцево и весь «Сетунский стан», описываемый Забелиным, то есть местность на реке Сетунь, вошли в состав Москвы. К тому времени в Кунцевский район входили даже земли Внукова, где теперь международный аэропорт, и Сколкова, где строится инновационный центр.

Но вернемся к берегам Москвы-реки. Восточнее Кунцевской усадьбы, в Ворошиловском парке, расположились спортивные объекты – это и спорткомплекс «Конструктор», и уже ближе к Крылатскому – горнолыжная база ЦСКА. А вниз по течению Москвы-реки, по правому ее берегу, в Карамышевской излучине, вдоль парков тянется Филевская набережная, помеченная далеко не на всех картах, поскольку за ней не числится ни одного дома, она толком не оборудована, да и общественный транспорт по ней не ходит. Зато она фактически соединяет два речных причала – «Кунцево» и «Парк Фили». Последний из них находится у подножия самого парка культуры и отдыха «Фили», в честь которого названа близлежащая станция московского метрополитена – «Филевский парк».

На набережной располагается станция зимнего купания, так что зимой здесь можно встретить бодрых «моржей», которые, искупавшись в ледяной воде, затем бегают вдоль берега с оголенными торсами: закаляются. А чуть выше, на склонах берега, повсюду стоят оборудованные мангалы и удобные беседки для летних пикников.

Здесь начинается местность, называемая Фили, – она переходила от одного владельца к другому вместе с Кунцевом, а возникла благодаря протекавшей здесь речке Хвилке. Собственно, и село Фили раньше называлось Хвили, – потому что, как известно, буквы «ф» в русском языке изначально не было – она пришла к нам из греческого. Даже Пушкин ее не жаловал, стараясь избегать в своих произведениях. До сих пор в России некоторые деревенские не выговаривают эту букву – то ли нарочно, то ли по привычке, заменяя сочетанием «хв» или просто буквой «х»: не «лифт», а «лихт», не «фантазия», а «хвантазия».

Филевская набережная зимой

Вернемся к истории этих мест. Сначала Хвили достались Мстиславским, а вместе с Хвилями деревеньки Ипская, Гусарева, Мазилово и местность Кунцево. Крестьяне Ипской и Гусаревой в начале XVIII века были переселены в Мазилово, что на Большой Звенигородской дороге. В бывшей Ипской была посажена Липовая роща, а в Хвилях в 1619 году построена деревянная церковь Покрова Пресвятой Богородицы, благодаря которой село стали называть Покровским или Покровским-Фили.

Лев Нарышкин, приобретя Фили, перестроил церковь в камне: оставив зимний Покровский престол в нижнем ярусе, в верхнем разместил престол в честь Спаса Нерукотворного, поскольку молился именно перед этой иконой, чтобы спастись от смерти во время Стрелецкого бунта.

Его потомки, братья Лев и Александр Нарышкины, в 1763 году приняли у себя в гостях коронованную императрицу Екатерину II. Сначала она заглянула в Покровское-Фили и отобедала здесь, затем по аллее, которая, возможно, была высажена специально к ее приезду, направилась смотреть полки возле деревни Фили на Можайской дороге, куда первый Нарышкин переселил кунцевских крестьян. А затем уж посетила Кунцево-Знаменское (по Знаменской церкви), где и отужинала. Предполагается, что аллея располагалась на месте нынешней Большой Филевской улицы и соединяла Кунцево с храмом Покрова Пресвятой Богородицы в Филях, в который императрица также заглядывала.

Советский художник и искусствовед Игорь Грабарь назвал эту церковь «легкой кружевной сказкой», в которой «чувствуется рука великого поэта и зодчего-чародея». Покрова в Филях (как чаще всего величают храм) – действительно «икона» нарышкинского стиля в архитектуре. Искусствоведы спорят о том, кто мог быть архитектором этого великолепного барочного храма: либо знаменитый Яков Бухвостов, либо Петр Потапов, автор Новодевичьего монастыря. А вот внутреннее убранство и иконостас сделаны руками резчика по дереву Карпа Золотарева, создавшего ряд икон для Донского и Новодевичьего монастырей. Прежде здесь хранились и полотенца, вышитые царицей Натальей Кирилловной Нарышкиной.

Покровский храм представляет собой единый комплекс церкви и колокольни: на его украшение сам Петр I не жалел денег – даже подарил своему дяде цветные витражи после успешного взятия Нарвы. Вероятно, он лично бывал в этом храме. Некоторые главы церкви были увенчаны имперскими символами – двуглавым орлом и короной.

Отечественная война прославила Фили: здесь, в простой избе, произошел легендарный военный «совет в Филях». У Льва Толстого совет открыл вопросом Бенигсен: «Оставить ли без боя священную и древнюю столицу России или защищать ее?» И Кутузов принял историческое решение оставить Москву французам. Впрочем, Толстой по-своему представил «решение» Кутузова: «Отпустив генералов, Кутузов долго сидел, облокотившись на стол, и думал все о том же страшном вопросе: «Когда же, когда же, наконец, решилось то, что оставлена Москва? Когда было сделано то, что решило вопрос, и кто виноват в этом?»

Покровский храм в Филях

В честь полководца был назван главный проспект в этой местности – Кутузовский, да и весь район приобрел названия, так или иначе напоминающие о событиях и героях 1812 года.

Покровскую церковь французы тогда осквернили и использовали как конюшню и портняжную мастерскую, а в начале Великой Отечественной войны храм Покрова в Филях был закрыт. Верхушка здания была разобрана, чтобы не быть ориентиром для немецких летчиков, но это не помогло, и некоторые зажигательные бомбы все-таки попали в храм. При этом до 1943 года на нижнем ярусе располагался лазарет.

После войны на протяжении практически двадцати лет Покровский храм использовался как бумажный склад, после чего наконец-то было решено его реставрировать. Первые реставрации начались еще в 1955 году – спасали уникальный памятник И.В. Ильенко и Е.В. Михайловский. В 1971 году здание передали в ведение музея имени Андрея Рублева, то есть Спасо-Андроникова монастыря. К Олимпиаде 1980 года сияющий храм Покрова в Филях был готов к открытию как филиал музея.

Как ни странно, но серьезные проблемы начались в 1990-х годах: во всей стране храмы возвращались обратно в лоно Русской православной церкви. Нижний, Покровский придел, в котором практически не сохранилось ничего старинного, действительно с 1992 года стали периодически использовать для церковных служб. А вот верхний ярус музейщики отдавать не хотели – только в 2000 году было издано правительственное распоряжение, согласно которому Покровский храм мог использоваться одновременно и как музей, и как церковное учреждение (по праздникам).

Из ценностей, которые принадлежали храму изначально, остался дубовый престол, главная икона «Покров Богородицы», несколько других икон (например, «Три радости»). Кое-где на сводах можно разглядеть остатки росписей XVII столетия и более поздних времен.

Сегодня фоном для храма Покрова в Филях служит стоящий вдалеке «кусочек Нью-Йорка» в Москве – комплекс небоскребов «Москва-Сити». Буквально за Новозаводской улицей, на которой располагается церковь, начинается промышленная зона. Самое интересное, что в ней находится, – это Государственный космический научно-производственный центр имени М.В. Хруничева – едва ли не главное предприятие отечественной ракетно-космической промышленности. Возникло оно в 1993 году при слиянии конструкторского бюро «Салют» и машиностроительного завода имени Хруничева – тех самых, работники которых проживали в поселке Главмосстроя на острове на противоположном берегу Москвы-реки. В Филях и в нескольких филиалах ГКНПЦ имени Хруничева разрабатываются, создаются и проходят испытания российские ракеты-носители семейств «Протон» и «Ангара», а также разгонные блоки.

Территория завода и историческая местность Фили вместе с прежними деревнями Мазилово и Давыдково входят в район Фили-Давыдково, чуть севернее которого располагаются знаменитая Поклонная гора и парк Победы.

В район Фили-Давыдкова входит и часть природоохранной зоны «Долина реки Сетунь», поэтому элитные застройщики облюбовали это место, возведя жилой комплекс «Кутузовская Ривьера» и «Эдельвейс» – тот самый, который видно еще с Живописного моста возле Серебряного Бора. А недавно земли бывшего села Мазилова купил Газпром под свою застройку.

Шелепихинская набережная – Западный порт

Левый и правый берег

По левому берегу Москвы-реки, напротив Филей, проходит Шелепихинская набережная. Фактически после нее Москва-река входит в оживленную центральную часть города. Когда-то здесь было село Шелепиха. Возле него во время визита в нарышкинские владения Покровское и Кунцево императрица Екатерина переправилась через Москву-реку на роскошном пароме Александра Александровича Нарышкина, тогдашнего владельца этих земель.

В XIX веке Шелепиху заняли дачники, а в XX веке, уже после Великой Отечественной войны, – промышленные предприятия. На набережной, например, и сегодня стоит Первый московский асфальтобетонный завод. Практически посередине набережной на противолежащий берег выходит Шелепихинский мост, возле которого располагается Западный речной порт. Строился этот мост в 1965 году специалистами Гипротрансмоста Н.Н. Рудомазиным и К.Н. Яковлевым – как Краснопресненский мост, благо до Красной Пресни здесь действительно рукой подать. Ничего необыкновенного в нем нет, зато это самый высокий проезжий мост над Москвой-рекой.

Рядом с ним на правом берегу разместился большой Западный порт, построенный в 1937 году, как и канал имени Москвы. В будущем планируют реконструировать его по всем международным стандартам, сделать логистическим центром и передать в пользование деловому кварталу «Москва-Сити», который располагается вниз по течению за двумя мостами.

Собственно, Шелепихинская набережная практически выходит к одному из них – Дорогомиловскому железнодорожному мосту, на котором лежат рельсы Малого кольца МЖД. Построен он был в 1907 году, и, хотя на табличке указана фамилия Г.В. Ульянинского, его проектировщиками иногда считают Л.Д. Проскурякова, П.И. Рашевского и А.Н. Померанцева. Этот мост звался прежде Старым Дорогомиловским, поскольку чуть ниже по течению реки, вслед за ним, располагался Смоленский железнодорожный мост, который в 1998 году перестроен в Дорогомиловский автодорожный мост.

Прямо за мостами река изгибается в Дорогомиловской излучине и по правому берегу образуется клин, на котором расположился район Дорогомилово, даровавший название этому мосту.

Первое Дорогомилово возникло в XIII столетии – но на противоположном берегу, пока в XVI веке на месте нынешнего Киевского вокзала переселенными ямщиками из села Вяземы не была организована новая Дорогомиловская ямская слобода, через которую проходила дорога на Смоленск. К XX веку это была весьма небогатая окраина города, измученная наводнениями, поэтому здесь не селились богатые люди. Зато здесь располагалось еврейское Дорогомиловское кладбище, на котором, кстати, были похоронены художник Исаак Левитан и братья-магнаты (один – банкир, другой – железнодорожник) Лазарь и Самуил Поляковы – одни из первых в России титулованные дворяне иудейского вероисповедания. В советское время после сноса еврейского кладбища их могилы были перенесены на Востряковское кладбище, а Левитана – на Новодевичье.

Весной 1908 года, когда У₅ всей тогдашней Москвы оказалась под водой, Москва-река добралась даже до Дорогомиловского кладбища, а в самом селе случилась настоящая катастрофа – одноэтажные дома полностью утонули, а перед Брянским (теперь Киевским) вокзалом разлилось огромное озеро, и многие мосты были снесены разъяренным течением. Однако старый Дорогомиловский мост успешно прошел серьезное испытание этим наводнением и в 1938 году был отремонтирован. Сегодня по нему проходит Белорусская железная дорога (прежде Александровская), а на соседнем мосту располагаются сразу две кольцевые трассы: по одной мчатся автомобили Третьего транспортного кольца столицы (ТТК), а по другой – поезда Малого кольца Московской железной дороги.

С Дорогомиловского автодорожного моста открывается вид на Краснопресненскую набережную, застраиваемую небоскребами, и на набережную Тараса Шевченко, которая как раз и упирается в трассу ТТК.

Набережная Тараса Шевченко

Правый берег

Самое первое здание возле Дорогомиловского железнодорожного моста, числящееся за набережной Тараса Шевченко, – это новая сцена Московского театра «Мастерская П.Н. Фоменко». Этот известный театр, созданный в 1993 году самим Фоменко и студентами его режиссерской мастерской в ГИТИСе («фоменками»), долгое время не имел собственной сцены, а затем ютился в помещениях кинотеатра «Киев» на Кутузовском проспекте – в двух тесных залах с крайне ограниченным количеством мест, из-за чего билеты было невозможно достать даже за несколько месяцев до спектакля.

И вот, наконец, в 2000-х годах в московском правительстве было решено возвести полноценное здание для популярного театра – ровно напротив старого помещения. За проект взялась архитектурная мастерская С.В. Гнедовского, и в 2006 году он даже был удостоен высшей архитектурной премии – «Золотое сечение». В 2008 году «Мастерская П.Н. Фоменко» праздновала 15-летие театра на новой сцене.

Театр, который создал Петр Наумович, справивший в 2011 году 79-летие, известен своими традициями русского театра и «старой школы»: но, помимо классических постановок Островского и Чехова, снискавших славу на многих международных фестивалях, здесь активно ставятся пьесы и авангардных, и советских, и современных авторов – например, «Носорог» Эжена Ионеско, «Мотылек» Петра Гладилина, «Рыжий» на основе стихов Бориса Рыжего, «Пять вечеров» Александра Володина. В 2010 году один из лучших актеров театра – Юрий Степанов погиб в автокатастрофе, и некоторые спектакли с его участием были сняты с репертуара.

От театра вдоль реки протянулась набережная Тараса Шевченко: поскольку территориально она находится в районе Дорогомилово, в прошлом она называлась Дорогомиловской. Она возникла в середине XIX столетия примерно от современного причала «Гостиница «Украина» и вниз по течению до Бородинского моста. Из-за близости с Киевским вокзалом в этой местности вообще многое связано с украинской тематикой: и тот самый кинотеатр «Киев», и Украинский бульвар, и собственно гостиница, и Киевская улица. Поэтому вполне закономерно, что в 1961 году набережная получила новое название в честь 100-летия со дня смерти украинского писателя Тараса Григорьевича Шевченко. А еще через три года в сквере перед гостиницей «Украина» ему был установлен памятник работы скульпторов Михаила Грицюка, Юлия Синькевича и Анатолия Фуженко.

Здание «Мастерской П.Н. Фоменко»

Неподалеку от театра Петра Фоменко в 2001 году набережную Тараса Шевченко украсила 104-метровая «Башня-2000», первая из небоскребов комплекса «Москва-Сити», который разместился ровно напротив, на левом берегу Москвы-реки. Она играла роль главного здания компании «Зималетто» в некогда популярном телевизионном сериале «Не родись красивой», а название свое получила в честь последнего года уходящего второго тысячелетия.

Еще ниже по течению, вслед за «Башней-2000», начинается бывшая промышленная зона. Это территория бывшего пивоваренного завода, а ныне – бизнес-центра «Бадаевский». Лучше всего смотреть на это здание с противоположной набережной – Краснопресненской.

«Башня-2000»

В 1875 году купцом Б.А. Гивартовским и выборгским пивоваром А.А. Кемпе, получившим образование в Мюнхене и Риге, здесь было организовано Трехгорное пивоваренное товарищество в Москве (по местности на противоположном берегу, известной как Три горы). Гивартовский всего за 10 тысяч рублей приобрел не очень привлекательный участок земли на Москве-реке, но для производства был необходим капитал. И тогда было создано товарищество на паях, куда вступили и предприниматель К.Т. Солдатенков, живший в соседнем Кунцеве, и А.К. Крестовников, владелец мыловаренных и свечных заводов, и другие крупные промышленники и купцы, но самым крупным пайщиком стал С.Т. Морозов, владелец Товарищества Никольской текстильной мануфактуры.

Здание завода строилось на основе Мюнхенского пивоваренного завода, на котором бывал сам Кемпе. В цехах были использованы все на тот момент современные пивоваренные технологии, включавшие использование механической солодовни, уникального для России солодорастительного аппарата, газового освещения и паровых двигателей.

Первые марки пива – «Баварское», «Золотой ярлык» и «Мюнхенское» – принесли заводу славу и популярность, неоднократно отмечаясь наградами на всероссийских выставках. Завод даже получил право использовать государственный герб на своих этикетках. Став крупнейшим пивоваренным заводом Москвы, Трехгорный завод стал строить склады в десятках российских городов, а для перевозки продукции купил в самом начале XX века шесть автомобилей.

Уже в советское время, в 1925 году, Моссельпром даже выпустил плакат «Трехгорное пиво выгонит вон ханжу и самогон», соавтором которого был Владимир Маяковский. А в 1934 году Трехгорный пивоваренный завод был переименован в Бадаевский – имени Алексея Егоровича Бадаева – советского деятеля в сфере пищевой промышленности. Тот в 1937–1938 годах был наркомом пищевой промышленности РСФСР, а во время Великой Отечественной – руководителем треста «Главпиво».

В 1990-х годах Бадаевский завод был переименован в Трехгорный, но старое название уже не ассоциировалось с пивом «Бадаевское», а скорее напоминало о текстильной фабрике – Трехгорной мануфактуре, что на противоположном берегу реки. Поэтому сначала завод вновь стал Бадаевским, а затем, в 2000 году, отметив 125-летне, завод закрылся на реконструкцию, – как оказалось, навсегда: в помещениях теперь находится элитное жилье и бизнес-центр.

В Москве на сегодня вообще сложилась такая тенденция: в зданиях бывших заводов размещаются офисы, бизнесцентры и арт-кварталы. Последнее, пожалуй, особенно популярно: взять хотя бы историю «Винзавода», «Гаража», центра Artplay или дизайн-завода «Флакон». А уж если здание имеет значимый для культуры и архитектуры облик, то для предпринимателей и меценатов оно становится особо лакомым кусочком.

Краснокирпичное здание Бадаевского завода – одно из таких. Над ним потрудились именитые архитекторы: например, Роман Иванович Клейн – автор зданий ГМИИ им. Пушкина и универсального магазина «Мюр и Мерилиз» – ныне ЦУМ; Август Егорович Вебер – автор здания цирка на Цветном бульваре и гостиницы с рестораном «Славянский базар», и Георгий Павлович Евланов – создатель первых зданий электрозавода на Яузе. Яркие здания из красного кирпича Бадаевского завода, как и строения многих других промышленных предприятий того времени, в 1999 году были причислены к памятникам промышленной архитектуры.

В 2011 году руководство центра современной культуры «Гараж» объявило о том, что в начале 2012 года центр может переехать на территорию Бадаевского пивоваренного завода, но, в конце концов, было решено перенести «Гараж» в парк Горького. Так что арт-кварталом Бадаевскому заводу пока стать не суждено.

Вплоть до середины XIX века на Дорогомиловской набережной ниже по течению Москвы-реки было пустовато: несколько домов, заливные луга и огороды. Собственно, Гивартовский и Кемпе не зря присмотрели для своего пивзавода здешние недорогие неухоженные земли. К началу XX века домов стало чуть больше, а первые серьезные каменные постройки возникли здесь лишь со строительством Смоленского метромоста (архитекторы К.Н. и Ю.Н. Яковлевы). Открытие моста состоялось 20 марта 1937 года. Мост венчают четыре цельнолитые вазы, по 7,5 тонны каждая. К мосту с обеих сторон ведут эстакады длиной в 430 метров.

Систематическая же застройка набережной началась в 1950-х годах: жилые дома (один из них с башней), гостиница «Украина» – строительство которой по проекту архитекторов А.Г. Мордвинова, В.К. Олтаржевского, В.Г. Калита и конструктора П.А. Красильникова затянулось на несколько лет, завершившись в 1957 году, – тогда же был открыт и Кутузовский проспект, на углу которого она располагается.

Гостиница «Украина»

Один из архитекторов, Вячеслав Константинович Олтаржевский, специально изучал в Нью-Йорке небоскребостроение и затем написал книгу «Строительство высотных зданий в Москве». Случайно или нет, но почти у всех «сталинских высоток» – семи сестер – есть сестры американские, в Нью-Йорке. А вот двойника «Украины» не нашли.

«Украина» вознеслась вверх на 206 метров, правда включая шпиль высотой 73 метра. «Сталинской» она считается потому, что ее проект разрабатывался при жизни великого вождя, задумавшего «Гостиничное здание в Драгомилове». А вот строилась она уже при Хрущеве, почему и получила новое название: Хрущев-то был родом с Украины. Стройкой руководил известный инженер Василий Андреевич Сапрыкин.

В разное время в жилых домах, выходящих на Кутузовский проспект и составляющих часть комплекса «Украины», жили: кинорежиссер С.А. Герасимов и актриса Тамара Макарова, режиссер С.Д. Васильев (один из братьев Васильевых), невропатолог Н.К. Боголепов, писатель Л.С. Соболев и много других деятелей культуры, науки и искусства.

С верхней площадки 34-этажного здания, декорированного серпами, молотами, звездами и прочей советской символикой, открывается один из самых захватывающих видов на Москву. Ее фасад смотрит на Белый дом, расположенный ровно напротив, через Москву-реку. Сегодня пятизвездочная гостиница, отреставрированная в конце 2000-х годов, принадлежит сети «Рэдиссон» и называется Radisson Royal Hotel (или «Рэдиссон-Московская»). Это самый крупный пятизвездочный отель столицы, в котором 38 номеров представляют собой апартаменты для длительного проживания. Здесь и целый список фешенебельных ресторанов с необычными кухнями: иранской, средиземноморской, итальянской, японской. На цокольном этаже располагается большой бассейн, бани, а также спа-зона. В гостинице «Украина» в разное время останавливались Марчелло Мастроянни и Роберт де Ниро, Тамара Гвердцители и Эдита Пьеха и многие другие знаменитости.

Большую часть жилых домов, среди которых стоит гостиница, спроектировал Леонид Михайлович Поляков, архитектор мастерской Моспроекта и автор другой «сталинской высотки» – гостиницы «Ленинградская». Монументальные дома Полякова украшены золотистой керамикой и пилястрами.

12-этажный дом, один из самых первых серьезных проектов на набережной Тараса Шевченко, возведен инженером Г.Н. Львовым совместно с архитекторами А.Б. Гурковым и З.М. Розенфельдом – все в том же сталинском стиле. Вообще практически все дома, числящиеся и за набережной, и за Кутузовским проспектом (но стоящие на набережной), относятся к 50-м годам XX века. Они украшены колоннами, барельефами с серпом и молотом, да и выглядят монументально, поэтому жилье здесь считается и по сей день элитным и очень дорогим. В одном из них – на Кутузовском, 26 – проживали Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев и глава КГБ Юрий Владимирович Андропов.

В доме № 7/1 по набережной Тараса Шевченко проживали семьи известных фотографов и журналистов военных лет – корреспондентов «Известий» Павла Трошкина, Евгения Кригера, Виктора Полторацкого, Леонида Кудреватых… Сегодня имена военных корреспондентов практически забыты, но главное – это дело, которому они служили тогда: приносили с фронта живые вести. С Трошкиным вместе воевал и работал писатель и поэт Константин Симонов, который запечатлел своего товарища в книге воспоминаний «Разные дни войны»: «О войне он рассказывал языком своих снимков. Чтобы показать войну и людей войны, передать дыхание боя, ему надо было всегда находиться на передовой линии, тогда каждый добытый из огня кадр приобретал силу боевого оружия». Один из таких кадров Трошкин поймал летом 1941 года – это первые подбитые вражеские танки. Снимок этот после публикации в «Известиях» стал знаменитым и обошел всю мировую печать. Трошкин погиб в 1944 году под Станиславом (ныне Ивано-Франковск, Украина), а в его квартире проживают его родственники.

На противоположную сторону с набережной Тараса Шевченко ведет Повоарбатский мост (в 1963–1993 годах – Калининский), построенный в 1957 году (инженеры М.С. Руденко, С.Я. Терехин, архитекторы А.П. Душкин, К.Н. Яковлев, М.Ф. Марковский, А.И. Сусоров, Б.И. Тхор), а в 2003–2004 годах серьезно реконструированный. Это первый мост в столице, стальные пролеты которого цельносварные. В октябре 1993 года именно с него танки стреляли по зданию Белого дома, расположившегося выше по течению на Краснопресненской набережной.

Краснопресненская набережная

Левый берег

Набережная была устроена во второй половине XVIII века под названием Пресненская, а «покраснела» в 1940 году в честь событий 1905 года: в этом районе о вооруженном восстании напоминает и улица 1905 года с одноименной станцией метро, и станция «Баррикадная» с переходом на «Краснопресненскую».

Если двигаться вниз по течению Москвы-реки, то можно считать, что Краснопресненская набережная начинается возле моста «Багратион» и Третьего транспортного кольца и завершается у Новоарбатского моста, но счет домов идет в обратном направлении. Возможно, набережная будет продлена, поскольку в конце 2011 года в Департаменте строительства Москвы об этом было принято решение. Тем более что строиться есть куда, ведь именно возле моста «Багратион» вырос остров стеклобетонных футуристических небоскребов, известный как «Москва-Сити». К нему был специально построен дополнительный участок Филевской линии метро. Прежде здесь располагалась каменоломня, а с 1992 года реализуется идея бизнес-квартала международного уровня. Торгово-пешеходный мост «Багратион» является частью этого комплекса и одновременно его самым первым реализованным проектом.

Стеклобетонный двухуровневый «Багратион» (в честь великого полководца Петра Ивановича Багратиона) построен по проекту мастерской архитектора Бориса Ивановича Тхора. Мост открыли в 1997 году, в год празднования 850-летия Москвы. Верхний этаж «Багратиона» выполняет функции смотровой площадки, нижний – собственно моста с торговой галереей «Аквариус», он оснащен траволаторами – движущимися бесступенчатыми дорожками по горизонтальной поверхности. «Багратион» соединяет Краснопресненскую с противоположной набережной Тараса Шевченко, на которой стоит «Башня-2000», а от нее далее к Кутузовскому проспекту ведет аллея с памятником генералу Багратиону работы скульптора, академика Мераба Мерабишвили. Там же рядом разместился речной причал «Кутузовская набережная».

«Москва-Сити»

Внутри торгово-пешеходного моста «Багратион» находится скульптурная композиция «Древо жизни». Ее автор – советский, ныне живущий в США, скульптор Эрнст Неизвестный. Семиметровое творение – монумент «Древо жизни», открывшийся в Москве, является венцом его творчества. По словам Неизвестного, «эта композиция олицетворяет борьбу добра со злом и победу светлых сил». Прежде с моста можно было попасть на станцию метро «Выставочная», но сейчас этот вход закрыт. Возможно, это связано с активным строительством небоскребов на территории «Москва-Сити», площадью 100 гектаров. Уже возведены Северная башня и «Город столиц» (башни «Москва» и «Санкт-Петербург»), практически достроена Imperia Tower с аквапарком и комплекс «Федерация» с двумя разновысотными башнями «Восток» и «Запад» (93 и 62 этажа), объединенными общей стилобатной частью. Башня «Восток» должна стать самым высоким в Европе зданием – вместе со шпилем ее высота 506 метров, что на 247 метров превосходит самое высокое здание в Европе – Коммерц-банк во Франкфурте. Сейчас на одной из башен установлены электронные часы – самые высоко расположенные на земле. В память о Стиве Джобсе на башне «Федерация» в ММДЦ «Москва-Сити» появилась его цитата: «Есть только один способ проделать большую работу – полюбить ее».

Еще одно сверхвысокое строение – «Меркурий-Сити-Тауэр» с оранжевыми стеклами от американца Фрэнка Уильямса и отечественных архитекторов Михаила Посохина и Геннадия Сироты. Строящаяся башня «Евразия» будет оборудована панорамным лифтом.

Предполагается, что в будущем в «Москва-Сити» будет и вертолетная площадка, и связь с аэропортами Шереметьево, Домодедово и Внуково через строящийся Терминальный комплекс и соседствующее Малое кольцо Московской железной дороги. У основания бизнес-квартала возле входа на станцию метро «Выставочная» сейчас функционирует крупный торгово-развлекательный центр «Афимолл-Сити». А в будущем здесь будут открыты киноконцертный зал и гостиница.

Грандиозные планы по дальнейшему пополнению в рядах небоскребов «Москва-Сити» включают башню «Эволюция», где, помимо офисов, должен разместиться Дворец бракосочетаний. Планировалась еще и беспрецедентной высоты башня «Россия» (1 километр) архитектора Нормана Фостера, но сначала проект уменьшали по высоте из-за опасений неустойчивости, а теперь он и вовсе отменен. Хотя, кто знает, вдруг его однажды «разморозят» – надо же будет застраивать Москву той сотней небоскребов, о которых шла речь в принятом в 2010 году генеральном плане развития Москвы. Если он будет реализован, то «Москва-Сити» перерастет в Большой Сити, который займет всю промышленную зону севернее Москвы-реки вплоть до Хорошевского шоссе. То есть ту самую, которая находится за Шелепихинской набережной и напротив Западного речного порта.

Башня «Федерация»

А пока у подножия существующих небоскребов раскинулся контрастно пологий выставочный «Экспоцентр», в котором проходят ключевые международные выставки, конгрессы и форумы России.

Здание «Экспоцентра» появилось на Краснопресненской набережной еще в советское время: первый павильон был построен в 1977 году, а уже в 1980-х годах комплекс дополнился другими павильонами, включая самый необычный, в форме стеклянной пирамиды, – «Форум». В 2000-х годах «Экспоцентр» вновь стал разрастаться – современные технологии позволили построить двухэтажный павильон с трансформирующимися залами, а также павильон со специальной акустикой, благодаря которой «Экспоцентр» можно использовать как концертную площадку.

Еще ниже по течению Москвы-реки, ровно напротив Бадаевского пивоваренного завода, что на противоположном берегу, располагается парк культуры и отдыха «Пресня» («Краснопресненский», «На Пресне») – это то, что осталось от прежней усадьбы Студенец, выстроенной архитектором Доменико Жилярди. Название усадьбы, возможно, говорит о наличии здесь ручья со студеной, то есть чистой родниковой водой. Действительно, в былое время в районе Пресни пробегал Ермаковский ручей и собственно Студенец, бравший начало у Ваганьковского кладбища, – сегодня он замусорен и упрятан с глаз долой в трубу.

Первым владельцем этой земли был серпуховской князь Владимир Храбрый, которому, вероятно, принадлежало и Кунцево, что неподалеку отсюда. Правда, тогда здесь было село Выпряжково.

Позже, на рубеже XVII и XVIII столетий, свой дворец здесь выстроил князь Матвей Петрович Гагарин – вначале ближайший сподвижник Петра I. Он был московским комендантом, затем назначен сибирским губернатором. Но, заподозренный в симпатии к царевичу Алексею, был обвинен в злоупотреблении властью, подвергся пыткам и, хотя вины своей не признал, был приговорен к смертной казни. А Студенец отошел государству. Но ненадолго, поскольку императрица Анна Иоанновна возвратила усадьбу семейству Гагариных, и они разбили здесь голландский парк с прудами, названными впоследствии Гагаринскими.

В самом начале XIX века Студенцом владел граф Федор Андреевич Толстой, а в период войны с Наполеоном и после нее здесь уже обитал его зять – Арсений Закревский, генерал, герой Отечественной войны 1812 года, московский генерал-губернатор в 1848–1859 годах, ставший министром внутренних дел при Николае I. Он сделал из «дачи Студенец» московское чудо (ее стали называть и «дача Закревского»).

Был выстроен деревянный дом с флигелями (архитекторы Д.И. Жилярди, А.Г. Григорьев; разобран в 1900 году). Основой композиции усадьбы является необычная водная система первой половины XVIII века: по сторонам центральной трехрядной аллеи парка размещаются участки, обведенные каналами. Первоначально они имели одинаковую планировку, в которой читалась буква «Е». По преданию, она обозначала вензель императрицы. Из многочисленных мемориальных сооружений, выстроенных в 1820-х годах в память победы в Отечественной войне 1812 года, сохранилось два: белокаменная колонна на острове (восстановлена в 1960 году) и передвинутый в 1973 году на новое место павильон «Октагон». Первоначально изящный восьмигранный павильон в стиле ампир стоял над источником, и из чугунных масок на его стенах били фонтаны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.