Анна Бруша
Среди чудес и кошмаров

Начало

Я очнулась от сна совершенно потерянной. Воспоминания были смутными и путаными, я никак не могла сообразить, ни где нахожусь, ни как я сюда попала. Под пуховой периной было тепло, но в комнате стоял колючий холод. Он подействовал в некоторой степени отрезвляюще, и обстоятельства моего пленения или спасения, это как посмотреть, обрушились с новой силой.

Мне не хотелось плакать, но слезы сами собой побежали по щекам. Я с силой сжала ладонь, чтобы ногти вонзились в кожу. Сейчас не время. Нужно удостовериться, что с Мадсом все в порядке.

Я села на кровати, кутаясь в перину, и сосредоточилась. Сначала ничего не происходило. Но в итоге мое терпение было вознаграждено.

Мадс был жив! И свободен. Лоб его пересекала кровоточащая царапина, но в целом он выглядел нормально. А главное, рядом не было ни троллей, ни магов в красном. Он стоял на коленях на берегу речушки и плескал в лицо водой. Отер шею. Тяжело вздохнул.

Если бы я могла говорить с ним так, как с Йотуном… Наверняка он задается вопросом, куда я подевалась, и будет меня искать.

А еще рядом с Мадсом не было тумана. Значит, он выбрался и перешел обратно в Миравингию. Я хотела подольше задержаться, побыть с ним, но видение резко оборвалось.

Йотун стоял в дверях моей темницы и с интересом меня разглядывал.

– Так вот, значит, как это происходит. И что ты видела? – в его голосе угадывалось искреннее любопытство.

Я не ответила, лишь неопределенно пожала плечами.

Теперь я могла изучить тролля в относительно спокойной обстановке. Он больше не носил черное, но предпочитал очень темный синий цвет. И только ворот нижней рубашки выделялся белизной.

– Я думал, ты захочешь увидеть своего друга. Он ушел от нашего патруля?

Что ж, в проницательности колдуну не откажешь.

– Ты можешь спросить об этом у этого самого патруля.

Йотун не стал добиваться от меня ответа, видимо, судьба Мадса его не слишком заботила. Или же он действительно собирался выяснить это у троллей.

– Да, я подумал, что тебе следует переодеться, поэтому принес кое-что. Осталось от… – на мгновение возникла неловкая пауза, пока он подбирал слова, – …посетителей этого места.

– От посетителей?

Йотун втащил в комнату небольшой дорожный сундук, окованный железом.

– Мы сначала хотели сжечь, но потом…

Я поднялась с кровати, по-прежнему завернутая в перину, подошла к сундуку и откинула крышку.

В нос ударил сладковатый цветочный аромат, чуть приторный, но смягченный временем.

– Хм… – только и могла сказать я, рассматривая ворох разноцветного шелка самых кричащих оттенков.

– Спускайся, когда будешь готова, – сказал Йотун и оставил меня одну.

Я разложила на кровати платья, нижние рубашки, пояса, нижние юбки с разрезами, отделанные тончайшим кружевом. Нетрудно было сообразить, откуда в замке эти вещи, но выбирать не приходилось. Возможно, позже у меня получится раздобыть иглу и нитки, тогда удастся починить мою одежду. Хотя тоже «моя» – это весьма смелое утверждение. Все, что было на мне надето, одолжено у карлингов. В сундуке также нашлись чулки с подвязками с красивой вышивкой и темно-синие домашние туфли.

В итоге я остановила выбор на небесно-голубом платье, у него был довольно откровенный вырез, но я исправила это шалью.

Странно, мне удалось сохранить ленту, подаренную Эйком. Зеленому цвету оказалось не под силу уберечь меня от разлук, горестей и похищений, но немного удачи все же перепало.

Я как могла привела волосы в порядок. Пока я одевалась, пыталась придумать, что сказать Йотуну. Когда мы были с Мадсом, я не воспринимала колдуна как врага. Я привыкла думать о нем как о возможном союзнике. Есть вероятность, что все это жестокое заблуждение. Но все-таки надежда, что мы с ним сможем договориться, пока сохранялась.

Я начала медленно спускаться с жилого этажа вниз, не имея в голове сколько-нибудь надежного плана.

Но потом я поняла… Странным образом Йотун способствовал приближению к цели. Где-то в окрестностях замка расположен портал, ведущий прямо в логово ведьм. Если я смогу добраться туда и убедить Бьянку сбежать, то мы вместе сможем разыскать Мадса.

Мне пришлось ухватиться за стену, потому что голова закружилась от столь смелого плана. Слишком много «если»…

Из зала доносились голоса. Один звучал громко и раздраженно. Второй, кажется, он принадлежал Йотуну, говорил что-то примирительное.

Мне не хотелось присутствовать при споре троллей, поэтому я развернулась, чтобы вернуться к себе, и вдруг услышала:

– Самодовольный ублюдок.

Сказано это было на человеческом.

Я замерла на месте. Мне был знаком говоривший. Люк. Я была в этом почти уверена.

– Не тебе об этом говорить, – парировал Йотун. – Строго говоря, из нас двоих ты – самый настоящий бастард.

Они снова перешли на троллий.

– Я повторяю тебе в сотый раз, я не настраивал против тебя хозяина питомника. Он очень своеобразный колдун и сам решает, как ему поступить. И весьма ревниво допускает кого бы то ни было в свои владения. Не уверен, что король удостоился такой чести.

На цыпочках я спустилась на пару ступеней.

Люк долго молчал, а потом спросил:

– Он, как и ты, говорил о том, что я что-то такое теряю. Говорил о том, что занимаю не свое место, а значит, не могу прожить свою судьбу. Что это означает?

– Лучше спроси у Фэйта.

В ответ Люк издал презрительное шипение.

– Он считает себя выше разговоров со мной.

В висках билась мысль: если я сейчас войду в зал, то, возможно, Люк вспомнит свое обещание мне помочь…

Я закусила губу, лихорадочно стараясь принять решение: Люк или Йотун.

С Люком мы неплохо ладили. Но он теперь слишком близок к королю, что само по себе опасно.

Йотун или Люк?

Мне нужно сделать всего несколько шагов, чтобы изменить все.

Азартная игра, где ставка – жизнь.

Голоса между тем зазвучали ближе. Кажется, тролли собирались покинуть зал.

Если я просто останусь стоять на месте и положусь на судьбу, то выбор будет сделан за меня.

– Теперь ничего нельзя изменить. Ты – тень короля. Постарайся быть достойным, – сказал Йотун.

– Да я не собираюсь ничего менять! Высокомерные тролли, только и делаете, что закатываете глаза да наводите туман. – Люк совершенно вышел из себя.

– Что ты хочешь услышать?

Они остановились, а я развернулась и тенью скользнула наверх, в «свою» комнату. Решение было принято.

Сколько они еще будут говорить? Минуты тянулись медленно. И я изводила себя вопросом: может, стоит сбежать вниз и обнаружить себя, крикнув: «Люк! Я здесь!»

Я подошла к окну, чтобы увидеть стремительно удаляющегося от замка Люка. Он может обернуться и взглянуть в мое окно. Еще не поздно его позвать.

Но я никак не выдала себя, а спокойно и с достоинством спустилась в зал. Йотун был там.

– Появись ты на несколько минут раньше, встретилась бы со своим старым знакомым – Люком, – сказал он.

– Я видела его из окна.

Кажется, Йотун удивился.

– Очевидно, у тебя были причины не заявлять о своем присутствии.

– Но ты тоже не рассказал Люку, что я нахожусь здесь… в гостях, – парировала я.

Наши взгляды скрестились.

– Что ж… – сказал Йотун. – Нам стоит поговорить.

– Определенно.

Напряжение, скручивающее внутренности узлом, исчезло, и я смогла вздохнуть свободно.

– Сейчас вернется патруль… Идем…

Йотун провел меня в дальний конец замка, где располагались несколько жилых комнат, которые он занимал.

На полу лежали кисти и краски, кто-то, а может быть, и сам колдун занимался восстановлением росписей, которые раньше щедро покрывали стены, но теперь являли собой лишь призрачные намеки на былую красоту.

– Я еще не завтракал, – сказал он, указав на накрытый стол.

Несмотря на наше общее желание поговорить, мы оба молча принялись за холодное мясо с хлебом.

Манеры Йотуна были безупречны. Я хотела сделать ему комплимент, но подумала, что мои слова прозвучат двусмысленно, будто в каждом тролле я ожидаю увидеть дикаря.

Как стоит начать разговор? Не о погоде же с ним беседовать.

«Чудесный сегодня денек. И туман так и стелется по земле…»

Я улыбнулась своим мыслям.

Йотун внимательно наблюдал за мной.

– Твое лицо. В видениях или… не знаю, как правильно назвать твое присутствие. Я никогда не видел твое лицо четко. Оно всегда было как будто скрыто под вуалью.

Пришел мой черед удивляться.

– Как странно. А я всегда видела тебя очень четко. Ну то есть обычно, как сейчас.

Он кивнул, аккуратно промокнул губы салфеткой.

– Я ненавижу верховного мага, – совершенно неожиданно сказала я.

Йотун чуть отодвинулся от стола и откинулся на спинку стула.

– Он казнил… – это слово, тяжелое, как камень, было трудно произнести, – … мою сестру. Я хочу ему отомстить.

– И ты считаешь, что я как-то могу помочь?

– Да.

– И как же?

– Я могу узнать его планы. Ты их разрушить.

В глазах тролля мелькнула искорка веселья.

– Слухи о моем могуществе сильно преувеличены, особенно в текущих обстоятельствах.

– Но ты бы мог вернуть расположение своего короля.

– И зачем мне это?

Такого вопроса я точно не ожидала.

– Не знаю… я думала, ты хочешь быть при дворе…

– Король подобен солнцу, – задумчиво сказал Йотун. – Если оказываешься к нему слишком близко – сгораешь, если слишком далеко – замерзаешь. Так что я доволен. Прекрасный замок достаточно удален от причуд и склок.

Мне хватило ума понять, что он смеется надо мной.

– Ты мне не веришь.

– Нет. Но звучит настолько глупо, что я допускаю, что это может оказаться правдой.

Я уставилась в свою тарелку.

– В твою пользу говорит то, что до этого ты не попадалась на лжи.

Прозвучало как оскорбление.

– Это, конечно, ничего не значит, человек может соврать в любой момент, – продолжал рассуждать тролль. – Вот только… если тебя подослали, то как они собираются тебя вернуть?

Вопрос я оставила без ответа, только почувствовала, как щеки начинают идти красными пятнами. Ах, значит «человек может соврать», а тролли, выходит, непогрешимы.

– Так что… ты отличаешься от других?

– От кого? – не понял он.

– От людей, – отрезала я.

Я взяла кружку и пригубила воды. Не самая лучшая идея провоцировать тролля, но я решила рискнуть.

– Каждый человек, которого я встречала после проявления моего «дара», желал, чтобы я что-нибудь узнала для него. Подсмотрела за его друзьями, врагами, возлюбленными. И, что интересно, прежде чем начать требовать и приказывать, они прикидывались добряками. Говорили о том, что заботятся обо мне, потом о Миравингии. Но на самом деле все хотели лишь одного – укрепить свою власть. Вот я и подумала… что раз ты не собираешься меня отпускать, как я просила, то значит, захочешь получить информацию.

Я с трудом выдержала взгляд пронзительных синих глаз. Не знаю, откуда во мне взялись силы, чтобы продолжить:

– Больше всего я желаю поражения Бальтазару Тоссе. Ты же сможешь вернуть потерянное положение. Не вижу смысла притворяться и тратить время.

– Что ж, – сказал он, поднимаясь. – А я не вижу смысла никуда торопиться. Для начала нужно разобраться в причинах странной возникшей связи. А пока, как я и говорил, ты будешь моей гостьей в этом замке. Можешь ходить тут свободно, но советую избегать тумана. В нем можно встретить чудовищ.

Тролль усмехнулся. А я поняла, что разговор окончен, и поднялась из-за стола.

– Я тебе не враг, – сказала я с достоинством.

Йотун прищурился.

– Никогда не утверждал ничего подобного. Но я полагаю, что все несколько не так, как ты стараешься показать.

Глава 1

Разговор оставил чувство смутного беспокойства и заставил меня сомневаться в правильности принятого решения, но я решила воспользоваться щедрым предложением Йотуна и побродить по замку и его окрестностям. Тем более, других троллей нигде не было видно.

В комнатах и залах попадались следы поспешного ремонта и попытки придать замку чуть более обжитой вид. По многочисленным коридорам гуляли ледяные сквозняки. Мне то и дело слышались вздохи и зловещие шепотки, но это было вызвано не магией, а вполне естественными причинами.

В одном зале я задержалась надолго. Пол был устлан толстыми коврами, огромный стол окружали тяжелые резные стулья. А в камине можно легко было бы разместить и зажарить целую тушу быка. В этой самой комнате проходил последний пир короля Этельреда…

Память услужливо подбрасывала воспоминания о тех событиях. Но если не знать, то ничего необычного в обстановке не было.

Я вышла из замка. Серая громада подавляла, заставляла почувствовать свою ничтожность перед этими стенами. Давящее ощущение усиливала черная тень, протянувшаяся до главных ворот через весь двор, а узкие окна смотрели на мир как будто с недоверчивым прищуром.

Я перешла двор и обогнула замок по широкой дуге. Позади обнаружился недавно разбитый небольшой сад с травами и овощами, а также конюшни и хозяйственные постройки.

Ноги понесли меня к конюшням.

Внутри стоял запах сена, к которому примешивался сладковато-звериный дух. Но лошадей видно не было. Я пошла мимо пустых стойл к последнему, откуда раздавалось мерное шуршание, и заглянула через решетку.

В сене копошился бесформенный клубок неизвестных мне существ, которых я сначала приняла за змей.

Наверное, они почуяли мое присутствие, потому что копошение прекратилось, и ко мне повернулись раскрытые глотки, усеянные по кругу зубами, похожими на загнутые внутрь крючки.

Я отшатнулась с отвращением.

– Что ты здесь делаешь?

От неожиданности я вскрикнула и повернулась. По проходу ко мне спешил тролль, припадая на левую ногу. У него было очень темное лицо и синие волосы, в ухе блестела золотая серьга.

– Что ты здесь делаешь? – повторил он свой вопрос.

Брови сошлись к переносице.

– Ничего. Я просто…

Я поспешила к выходу. Тролль не стал меня останавливать, и когда я проходила, презрительно фыркнул.

– Только ножных колокольчиков не хватает, – пробурчал он на своем языке и добавил: – Нечего тебе тут делать. Давай, давай быстрее… белая ведьма!

Я выскочила из конюшни так быстро, как будто меня подстегнули хлыстом. Хромой тролль вышел и, пока мог меня видеть, осыпал весьма нелестными эпитетами.

Уши горели. И я очень порадовалась, что нас с ним разделяет стена. Я коснулась серых шершавых камней, и перед глазами разлилась пелена тумана. Я смотрела на цитадель. Крики, мольбы и рычание монстров. Троллям с их чудовищами удалось проникнуть внутрь.

На каменных плитах лежали тела защитников и монстров, их кровь смешивалась и широкими ручейками сливалась в большие лужи, которые медленно застывали и лаково блестели.

Цитадель пала. Сомнений не осталось. Тролли скользили в тумане быстрыми тенями то ли в поисках наживы, то ли в поисках раненых. Но большая часть собралась перед массивными дверями, ведущими в небольшую круглую башню. Она была очень старой на вид и торчала в центре двора, как единственный зуб во рту карги.

– Сдавайтесь, – гаркнул высокий тролль. – И мы дадим вам уйти.

Тролли стихли в ожидании ответа.

Из-за толстых стен раздавался приглушенный детский плач, неразборчивые стенания и мольбы. А потом все стихло.

Я не сразу заметила легкую переливающуюся дымку на дверях и стенах башни. Магия. Она удерживала троллей от того, чтобы вышибить двери и завершить резню.

Я считала мгновения, когда мне будет позволено перестать на это смотреть. Сердце болезненно сокращалось.

– Если вы не выйдете в течение часа – пощады не будет!

Тролль взмахнул рукой, и башню начал окружать туман, но он не мог вплотную приблизиться к стенам. Переливающаяся дымка вспыхивала искрами, и туман отступал на почтительное расстояние.

– Один час! – повторил тролль. – Потом наше терпение исчезнет.

По его лицу скользнула и тут же растаяла злая улыбка.

Я привалилась к стене и прикрыла глаза. Кровь, опять пролилось столько крови.

Тут я услышала шум. Тролли возвращались в замок, весело переговариваясь. Двое несли тушу оленя. Я подождала, пока они пройдут.

У меня родилась безумная идея. А что если я смогу разыскать охотничью сторожку, в которой скрылась Ория от короля Этельреда? Когда его рыцари вошли внутрь в поиске ведьмы, ее там не оказалось. Вдруг портал находится там?

Я решительно двинулась прочь от замка и углубилась в лес по одной из тропинок. Деревья о чем-то шептались с ветром. Тумана не было. Все выглядело таким мирным и обычным, но при этом в лесу меня не покидало ощущение какой-то фальши. Я кружила между деревьями, памятуя о том, что где-то тут должна быть река или озеро, в которой плескалась Ория, как вдруг неожиданно оказалась прямо перед замком.

Слегка озадаченная этой неудачей, я снова углубилась в лес, на этот раз я свернула в другую сторону. Путь занял чуть больше времени, но результат оказался тем же… я вновь оказалась перед Тролльим замком.

Нет. Это не была случайность. Троллья магия. Поэтому Йотун так легко позволил мне отправиться на прогулку, не опасаясь возможного побега.

Стоя на дорожке, я наблюдала, как колдун вышел из замка и теперь неторопливо шел в мою сторону.

– Вот ты где, – сказал он. – Прогулялась? Видела что-то необычное? – с деланным интересом спросил он.

– Вы должны быть довольны. Цитадель пала, ваши монстры терзают трупы, – сухо ответила я.

– Цитадель?

– Да. Вы удушили все вокруг туманами, а затем заставили чудовищ убивать под свою дудку.

– А я-то думал, что нахожусь в глуши, где новости будут приходить с большим опозданием, – он вздохнул и покачал головой.

– Для тебя это шутка?

– Вовсе нет, – он стал серьезным. – Но сейчас меня занимает то, что происходит гораздо ближе.

Его холодная вежливость и недоверие сводили с ума.

– Что ты искала в лесу, Мальта? Может быть, портал?

Йотун застал меня врасплох, как будто прочел мысли.

Я хотела уйти, но он ловко поймал меня за руку, вынуждая остановиться. Он хотел что-то добавить, но промолчал и только внимательно рассматривал, а потом внезапно ослабил хватку.

После этого я вернулась в замок.

Моим намерением было как можно дольше оставаться в отведенной мне комнате и не видеть троллей. За окном крепчал ветер, погода стремительна портилась. Голубое небо закрыли тяжелые рыхлые тучи, а в воздухе появился особенный запах свежести – верный предвестник грозы. Но надолго остаться в одиночестве, предаваться своим размышлениям и наблюдать за небесными явлениями мне не удалось.

В дверь постучали, и грубый низкий голос на ломаном наречии произнес, что мне следует немедленно спуститься вниз.

Я прошлась из угла в угол, но решила выполнить приказ, поскольку не хотела, чтобы неизвестный тролль потерял терпение и выволок меня наружу.

Грубый голос принадлежал высокому троллю с темными фиолетовыми волосами и татуировкой на шее. На левой руке у него было надето несколько браслетов из черненого серебра.

Он привел меня в королевский зал, в котором сидели другие тролли. В камине пылал жаркий огонь, а в жаровне на углях жарилась дичь, отчего все пространство наполнилось дымным сытным ароматом. На столе, во главе которого сидел Йотун, горели несколько свечей.

Должно быть, после ритуала он все еще предпочитал живой огонь магическому.

Тролли уставились на меня с самым живым интересом.

– Хочу представить мою гостью, – сказал Йотун. – Ее зовут Мальта. И она какое-то время побудет в замке.

Поскольку я так и продолжала стоять в дверях, то колдун сделал приглашающий жест. Я подошла к столу и заняла свободное место по его правую руку.

– Кто она, командир?

– Ты можешь спросить у нее. Она в состоянии сама ответить.

Я взглянула на тролля, который задал вопрос. Это он назвал меня «свеженькой курицей». Гельд. В его глазах плясали искорки веселья.

Кто я? Как ответить на этот вопрос? Я просто Мальта. Человек. Маг или ведьма? Молчание затягивалось, тролли ждали, поэтому я решила ограничиться кратким:

– Мое имя – Мальта Коракс. Я родилась в Миравингии.

Йотун подал мне бокал, наполненный до краев.

Я отпила большой глоток. Горло чуть обожгло, но в желудке быстро разлилось приятное тепло.

– Многое объясняет, – не сдавался Гельд. – Она тут гостит в качестве кого?

– Дело в том, что у Мальты возникли некоторые разногласия с людьми… магами. И были обстоятельства, которые не позволили мне остаться в стороне, тем более что она может быть полезна здесь, – уклончиво ответил Йотун.

Тролль, который переворачивал дичь на жаровне, на этих словах обернулся.

– Если эта самая Мальта может готовить на всех обжор, – он сделал щипцами выпад в сторону своих товарищей, – то лично мне все равно, кто она.

– О, нет. Мы не можем доверить наше пропитание никому другому.

– Отдать человечке такую власть? Да вы сошли с ума!

Пока тролли упражнялись в остроумии, я присматривалась к каждому из них.

Для удержания такого большого замка их было слишком мало. Они не носили мантий или каких-то особенных знаков отличия, но по тому, что они держались между собой на равных, хоть и признавали главенство Йотуна, я сделала вывод, что все они маги. Даже тот, кто сейчас исполнял роль повара и продолжал громко жаловаться на судьбу.

Еще меня слегка удивило, что среди них не было тролльчанок. Люди не делали различий между магами-мужчинами и магами-женщинами. Отец всячески подчеркивал, что эти порядки пришли к нам от троллей.

– Ты говоришь на тролльем, Мальта? – спросил Гельд.

– Нет, – покачала головой я и решила, что нет смысла притворяться. – Но я понимаю.

Тролли переглянулись.

– Да, – сказал Йотун. – Она получила образование. Но от нее требовалось лишь слушать. Не так ли?

– Так.

Хромой тролль, который выгнал меня из конюшни, тоже был в зале. Он так долго сверлил меня потемневшим взглядом, что я снова отпила из бокала.

– Тень навсегда остается тенью короля, – сказал хромой, переведя свой тяжелый взгляд на Йотуна. – Во всем повторяешь его.

Он расхохотался, словно шутка удалась на славу. Другие тролли тоже рассмеялись, и атмосфера окончательно потеплела. Мне же смысл остроты был не вполне ясен.

Повар поставил на стол огромное блюдо с жареным мясом, потом принес несколько глубоких мисок, наполненных неизвестной мне ярко-желтой кашей, а в заключение бросил на стол разделочную доску, на которой громоздились свежие лепешки. Тролли рвали их прямо руками. У каши был странный вкус: чуть горьковатый, чуть солоноватый. Непривычно и не слишком вкусно. Хотя тролли ели и хвалили. Они называли блюдо: «бирре».

Тролли как будто перестали обращать на меня внимание и вели беседы между собой. За стенами вовсю бушевала гроза. Ветер выл, как будто десятки ведьм собрались на похоронах и оплакивали утрату.

Мой бокал опустел, и Йотун очень предупредительно его наполнил.

– Ты не удивилась, когда я упомянул портал, – тихо сказал тролль.

– Я уже видела это место раньше, – мне стало легко. – Как раз на твоем месте сидел король Этельред. Ровно за этим же столом.

Для убедительности я постучала костяшками пальцев по столешнице.

– Его окружали рыцари, и они все веселились на оргии, для которой сюда привезли самых красивых девушек Миравингии.

Разговоры стихли, к нам стали прислушиваться.

– Он приказал убить одного из рыцарей, который не желал веселиться. Его тело валялось за стенами замка, а конь пасся рядом. Еще двоих рыцарей, которые были с Этельредом, казнила его мать. В назидание другим она продемонстрировала их отрубленные головы, запеченные в пирог. Но это было уже после… А до этого король поехал на охоту. Только охотиться он решил не на зверя, а на ведьму. Да, да… на вашу королеву ведьм – Орию. Как будто ему было мало женщин в замке! Но это как-то связано с его магией. Он обладал искрой, хотя не осознавал этого и магов в целом ненавидел и презирал.

Я глотнула еще из бокала, так как горло пересохло.

– И вот, когда он погнался за Орией, то конь не остановился, а вход в хижину был слишком низкий. Этельред на всем скаку влетел в балку. Его мозг растекся на земле. Это было ужасно, если меня спросить. И когда рыцари вошли в хижину, Ории там не было. Я думаю, там был портал.

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы перевести дух. Я выпила еще и обвела взглядом удивленные лица.

Йотун осторожно забрал у меня бокал.

– В хижине нет портала, – сказал он.

Я равнодушно пожала плечами.

– Кажется, мне пора.

Ноги не слушались, но я все-таки смогла выйти из-за стола.

Лестницу я преодолела только чудом.

Глава 2

По дороге шли две фигуры, закутанные в плащи. Погода была безжалостна: сверху на путников обрушивались потоки воды, а ветер едва не сбивал с ног.

– Я больше не могу, нужно отдохнуть, укрыться, – капюшон упал с головы, вспышка молнии озарила лицо. Ингар отбросила прилипшие ко лбу волосы и тяжело вздохнула, зашлась надсадным кашлем.

Мертвячка взяла ее под руку и сказала:

– Обопрись на меня, так будет легче. Сама же говорила, что мы почти пришли. Там нас ждет теплый прием, настоящие постели, еда.

При упоминании еды вспыхнули два красных огонька на месте глаз.

– У тебя такая холодная рука, – прошептала Ингар и начала медленно оседать прямо на раскисшую дорогу.

Упасть мертвячка ей не дала. Она легко подхватила девушку и понесла.

Гром сотряс землю. Казалось, сама земля должна разверзнуться и поглотить порождение темной магии, но мертвячка только ускорилась. Ей больше не нужно было притворяться уставшей или приноравливаться к слишком медленному шагу.

Она даже начала что-то мурлыкать себе под нос.

Голова Ингар безвольно болталась, глаза были закрыты. Мертвячка ласковым движением коснулась ее щеки, затем рука как бы невзначай легла на горло.

– Ингар, ты меня слышишь?

Дрогнули веки, и девушка что-то пробормотала.

Мертвячка убрала руку с горла и потащила дальше свою ношу.

Следующая молния высветила вдали очертания небольшого городка, сгрудившегося вокруг приземистого замка.

Дождь ослаб, когда мертвячка дошла до городка. Она сгрузила Ингар на траву и принялась хлопать ее по щекам.

– Давай же, мы почти на месте. Дом. Твой дом.

Ингар с трудом открыла глаза.

– Видишь, – мертвячка растянула губы в улыбке, – а ты говорила, что мы не дойдем.

Она почти тащила девушку вперед.

К замку они подошли не с парадной стороны, а с черного хода.

Мертвячка постучала. Ингар сидела на крыльце и кашляла.

– Все спят, – в перерывах между приступами смогла выговорить она.

– Ничего. Сейчас проснутся, – она принялась барабанить вовсю, а потом сняла с ноги башмак и стала бить им в дверь.

Вскоре внутри замка зашуршало, заворочалось, раздалось раздраженное ворчание, как гул разбуженного улья. Дверь распахнулась, и в неверном свете фонаря возник заспанный старик.

– Кого это несет…

Он взглянул на сидящую Ингар и ахнул.

– Да хозяйка вернулась ваша. Помоги завести ее в дом.

Мертвячка скользнула внутрь, оттирая старика к стене.

Ингар подхватили и понесли внутрь поднятые с постелей слуги. Горничные спешно разводили огонь и грели воду.

* * *

Я очнулась от неприятного видения и долго приходила в себя. Спертый воздух заброшенных шахт, давящие стены с жилами породы, тусклый магический светильник подслеповато мигнул и натужно разгорелся вновь. Я поежилась от холодка, скользнувшего по шее: каждый раз, когда я видела мертвячку, то чувствовала страх, к которому примешивалась доля отвращения. И мне было совершенно не понятно, почему все остальные не видели в ней чудовища, коим она являлась. С ней спокойно говорили, не замечая ее хищной природы. Да, она на каждого смотрит, как на еду. Но с Ингар она сдержалась и даже помогла ей. Магический светильник погас. Все погрузилось в непроглядную тьму. Но длилось это лишь мгновение. Я вздохнула с облегчением. Сидеть в темноте и ждать Мадса или Дару совершенно не хотелось.

Знать бы, сколько сейчас времени? Я прислушалась к собственным ощущениям. Проголодаться я не успела, но, кажется, близится время ужина.

Да, определенно, сейчас должен быть вечер. И карлинги должны вернуться.

– Мальта, иди сюда! – раздался голос Мадса.

Я поднялась и вышла в коридор.

– Мадс?

– Да, я тут.

Я поспешила на голос.

В заброшенных шахтах стоял пронизывающий холод. Дыхание вырывалась изо рта облачком пара.

– Где ты, Мадс?

– Да здесь же…

«В тоннелях можно заблудиться и никогда не выбраться наружу».

– Мадс?

– Ты уже близко, Мальта. Иди ко мне.

Магия. В этом месте чувствовалась что-то нехорошее, злое. Как при взгляде на мертвячку чувствовалась опасность, вот и здесь так же. Все мои чувства кричали об опасности.

– Ты можешь пойти мне навстречу?

– Какая же ты трусиха! Не робей!

Я остановилась у развилки.

– Налево или направо, Мадс?

– Налево. Скорее. Ты так медленно идешь.

Что-то заставило меня оглянуться назад. Пол покрылся трещинами, камень лопался с мягкими щелчками.

– Мальта. Почему ты остановилась? Я жду тебя.

– Нет. Нет… нет… Этого не может быть.

Из трещин сочилось что-то темное.

– Иди вперед!

Позади погасли все светильники, и только в левом тоннеле горел крохотный огонек.

– У тебя только один путь!

– Мадс?

– А кто же еще?

Теперь голос мне казался незнакомым.

– Я не должна здесь быть.

Тьма позади подступала непроницаемой стеной.

– Этого не может быть. Мы же ушли отсюда!

Я вынырнула из сна, как утопающий вырывается на поверхность из водного плена. Судорожно хватая ртом воздух, я лежала в комнате Тролльего замка. Пока я была в видениях, кто-то принес небольшую жаровню с углями, от которой распространялось приятное тепло. Я вытянула над ней руки и пробормотала:

– Это был сон. Только сон.

Но я знала, что нет. Из видения я попала в искусно созданную иллюзию. Это было похоже на действие того заклинания, в которое мы угодили с Мадсом. Но кто мог наслать на меня морок? Чей голос я слышала? Кто мог так искусно притворяться Мадсом? И куда бы я пришла, если бы не остановилась?

Дверь в комнату со скрипом отворилась.

Я почти обрадовалась, увидев на пороге Йотуна.

– Что это было? – спросил он, входя в комнату.

Я почти не удивилась вопросу.

– Что ты видел?

Мне было любопытно. И хотелось разделить свои опасения с кем-то понимающим. Мадс относился к бездне со скепсисом, Ио же, напротив, восхищался этой темной материей, и его одержимость была отталкивающей. Йотун же… Йотун отличался от этих двоих. Возможно, он видел то же, что и я, а значит, мог понять… и при этом он искушен в магическом искусстве.

А если он видел мертвячку… то мне хотелось, чтобы кто-то, как и я, ужаснулся этой магии. А может быть, объяснил бы хоть что-то.

Йотун потер лоб и наконец-то сказал:

– Туннели.

Слово он произнес на тролльем и продолжил на человеческом:

– Там была какая-то магия. Но она не принадлежит ни людям, ни троллям.

Я кивнула.

– Да. Была. Ты слышал голос?

– Нет. Я видел…

– Дай угадаю, темная вязкая жидкость, которая сочилась сквозь стены?

Йотун слегка покачал головой.

– Щупальца. Это не было чудовищем в привычном смысле. Но определенно наделено магией, и оно… все время изменяло форму. Теперь, когда ты сказала… да, действительно, похоже на странную черную субстанцию.

– Возможно, ты мне не поверишь. Опять. Но я расскажу то, что знаю, то, что удалось выяснить.

– Хорошо. Идем ко мне. Тут холодно.

Я накинула шаль и вышла за ним следом. Короткая прогулка позволила окончательно избавиться от гнетущего ощущения, оставленного видением.

В кабинете Йотун зажег свечи и подбросил дров в камин. Затем устроился за столом, достал бумагу, перо и чернила.

– Я слышала, что один маг называл эту магию бездной. Он считает, что она разумна. И мне тоже иногда так кажется.

Скрипнуло перо и на листе появилось несколько рун.

– Бальтазар Тосса – так зовут этого мага?

– Нет. Верховного мага это не интересует. Он считают эту магию выдумкой выжившего из ума… чародея.

– Чародея? – переспросил Йотун.

– Ио. Так он себя называет.

Тролль уставился на меня с мрачным выражением.

– Что ты о нем знаешь?

– Особенно ничего. Он прячется в башне и не желает иметь с магами ничего общего. Занят изучением ваших монстров и ожиданием конца света.

Я усмехнулась, но Йотун не улыбнулся. Выражение его лица было предельно серьезно и сосредоточенно.

– Ты слышал о нем?

И снова тяжелый взгляд был мне ответом. Но потом Йотун все-таки смягчился и ответил:

– Если это тот, о ком я думаю, то да, он хорошо известен среди троллей. Ио – автор весьма изощренных боевых заклинаний, чар, как он их называл. Многие погибли, угодив в его ловушки. Но в какой-то момент, он исчез, оставив недобрую память о «мяснике Ио».

Я вызвала в памяти образ Ио. «Мясник» или «мудрец». Пожалуй, обе эти маски приросли к его лицу. Внутренне я порадовалось, что артефакт, который он мне дал, и что так навязчиво возвращался, несмотря на все мои попытки от него избавиться, теперь находился в руках Исмара.

– Мальта? У тебя снова видение?

– Нет. Просто задумалась.

Я еще немного помолчала, подбирая слова. Мне предстояло ступить на очень тонкий лед, выдавая чужие тайны.

– У магов есть тайные ордена, которые проводят эксперименты с разными видами магии…

– Ну, это не то чтобы новость.

– Да, я понимаю. Все проводят. Но есть один замок… Хотя нет. Начать стоит с другой магии. Некромантии.

– Оживление мертвых, – Йотун скептически хмыкнул.

– Что, думаешь, такое невозможно?

– Напротив, я очень хорошо знаю. Это не жизнь и даже не ее подобие. Можно заставить тело двигаться, но… И тролли, и ваши маги… тут не стоит делать различий: все состязались в изобретательности. Но сейчас подобные развлечения потеряли остроту, если можно так выразиться. Чтобы заставить мертвеца двигаться, сил тратится много, но пользы от этого никакой.

Я обхватила себя за плечи. Он так легко говорил о чудовищных вещах.

– Представь, – перебила я его. – Было взято тело женщины, в прошлом магички. И она выглядит, как живая: ходит, говорит.

– Ненадолго.

– Нет, ты неправ. Уже долго. И ей не нужен маг, чтобы ею управлять. Она действует вполне самостоятельно. При этом обладает огромной физической силой и… убивает людей, пьет их кровь.

Йотун уставился на лист и нарисовал на нем несколько закорючек.

– Я зову ее «мертвячкой». Не понимаю, почему все, кто с ней встречаются, не испытывают рядом с ней страха. Это жуткое порождение магии. Она проникла в замок и вмешалась в ритуал, после чего в одном из залов треснул пол и из него появились эти самые темные щупальца. Но главное, одним замком это все не ограничилось… эта черная штука каким-то образом проникла и в те туннели. Может быть, оно все связано, как жилы в теле, и по ним она течет.

Тролль слушал мой сбивчивый рассказ, а потом спросил:

– Может, она просто маг? Знаешь ли, есть травы и составы, которые погружают человека на грань: сердце не бьется, дыхания нет, но это еще не смерть в полном смысле слова.

Я покачала головой.

– Нет. Если бы ты ее увидел, то понял бы. Человек не ползает по стенам, не бегает на четвереньках, у него не загораются глаза красным. И главное… человек не пьет крови.

– И чего же, по-твоему, добивается эта мертвячка?

– Не знаю. Но я уверена, что она опасна. Как и та разбуженная магия. Она не выглядит безобидной. И как будто хочет выбраться.

– Да уж… – Йотун сделал еще несколько таинственных пометок. – В одном ты права – магия, особенно неизвестная, опасна. Всегда.

Глава 3

Наступившее после грозы утро встретило прозрачно-голубым, высоким небом и глубокими лужами во дворе замка. Ночной разговор с Йотуном подействовал на меня хорошо, как будто я сняла с плеч тяжелую ношу. Колдун не поделился своими выводами, но я была рада уже одной возможности разделить знание о мертвячке и бездне.

После завтрака Йотун попросил составить ему компанию на прогулке. Мы вышли из ворот замка и неспешно пошли по тропе. С деревьев то и дело падали холодные капли, и я в полной мере осознала недостатки своего наряда с глубоким декольте. Скоро мои волосы и плечи намокли, а солнце еще не слишком пригревало.

– Почему сейчас нет тумана? – спросила я скорее из желания просто начать разговор, чем из праздного любопытства.

– Он здесь.

– Где?

Я отвернулась от тропинки всего на несколько мгновений, чтобы взглянуть на Йотуна, а теперь впереди деревья тонули в мягкой белой дымке.

Йотун ухмыльнулся и подал мне руку.

– В той школе магии ты так и не освоила заклинание, чтобы не заблудиться в тумане?

– Нет.

Ладонь тролля была теплая и жесткая. Он чуть сдавил мои пальцы, и мы вместе шагнули в туман. Воздух был насыщен магией, она ощущалась легким покалыванием на коже и головокружением.

Все прекратилось так же внезапно, как и началось, мы просто вышли на окраину леса. Перед нами была разлившаяся река, которая после бури набрала воды и неслась с громким шипением, чуть поодаль была охотничья хижина. Все как тогда в видении. С этого самого места рыцари рукава наблюдали, как король несся на коне к своей смерти.

– Узнаешь тут что-нибудь? – спросил Йотун.

– Да.

– Пойдем осмотримся.

Мы подошли к домику. Потемневшие камни основания осели и зарылись в землю, на них яркими пятнами зеленел мох. Я взглянула на балку, но на ней не осталось никаких следов. Йотун угадал ход моих мыслей и жестко сказал:

– Мозги вашего короля давно смыли дожди. Ничего не осталось.

Он наклонился и исчез внутри хижины. Я же чуть помедлила, прежде чем войти.

– Сколько у Ории было времени, чтобы исчезнуть? – спросил тролль.

– От силы пару минут. Рыцари вошли почти сразу.

В хижине было сыро и пахло плесенью. Никакой мебели. Пол… из толстых каменных плит покрывал слой грязи, пыли и сухих листьев.

Йотун прошелся по комнатенке, выглянул в небольшое окошко, в которое мог бы пролезть разве что ребенок.

– Один вход. Если бы она вылезла в окно, то рыцари бы ее увидели.

Он снова прошелся, нарочно громко топая по полу, видимо, в надежде обнаружить пустоты.

– Она не могла стать невидимой?

– Все возможно… Если уж люди, как ты говоришь, научились прилично оживлять мертвых, то уж невидимость…

Мне послышалась насмешка в его голосе.

Я тоже прошлась по комнате.

– Портал же должен оставлять следы? Как он обычно выглядит?

– Чаще всего как дверь или арка, или отмечается камнями… – Йотун вернулся ко входу и принялся обследовать дверной косяк. – …Но если кто-то пытается портал спрятать, то возможны разные варианты.

Хижина выглядела старой, сырой и совершенно непримечательной. Зацепиться глазу было просто не за что, а маги обычно старались обставить все с пышностью и роскошью, чтобы каждая деталь кричала о величии и силе.

– Эту хижину строили тролли? – спросила я.

– Трудно сказать.

– Я просто думаю, о Башнях Пепла: снаружи была видна только одна башня, а весь остальной замок скрывался магией от посторонних глаз.

– Не тот случай, – коротко бросил Йотун через плечо, продолжая ощупывать балку над входом.

От нечего делать я стала трогать камни под окном. Они были холодными и влажными на ощупь, один камень в кладке оказался плохо закреплен и качался.

– Нашла что-нибудь? – спросил Йотун.

– Качающийся камень.

Тролль подошел и сам попробовал. Потом стал ощупывать стенку, и вскоре мы обнаружили еще один плохо закрепленный камень.

Йотун нажимал на них, раскачивал, но никаких изменений в хижине не произошло. Неудача его не смутила, поэтому следующие несколько часов мы провели, азартно расшатывая каждый камень.

И снова мне повезло. Около входа под каменным порогом я нашла камень, который от нажатия ушел внутрь с громким щелчком. Тогда Йотун снова покачал ранее найденные камни. Под его ладонью провалился сначала один, затем второй.

Пол начал буквально уходить из-под ног…

Я едва не упала, но Йотун успел меня поддержать. Одна из плит откинулась вверх, открывая уходящую вниз шахту.

Мы заглянули в темноту. Ничего не было видно, если не считать нескольких ступеней узкой, хлипкой на вид лестницы. Йотун сотворил магический светлячок. Круглый шарик поплыл вниз, и вскоре мы смогли различить песчаный пол.

– Спустимся? – с сомнением спросила я.

Йотун попробовал ногой крепость первой ступеньки.

– Конечно.

Он быстро спустился и сказал:

– Давай, Мальта! Раз лестница выдержала меня, то и тебя тоже.

Я последовала за троллем. Спускаться было непросто. Лестница качалась, и казалось, что она может в любой момент рухнуть. И потом, расстояние я оценила совершенно неверно. Когда мои ноги коснулись твердой поверхности и я задрала голову вверх, то вход показался небольшим белым квадратом среди непроглядной черноты.

На подземном этаже обнаружилась арка, сложенная из белых камней.

– Это портал?

– Да. Он самый, – подтвердил Йотун.

– И куда он ведет?

Сердце начало стучать очень часто. Наверняка это тот самый портал, который ведет в Белый замок. Что ж… обнаружить портал оказалось не так сложно.

– Не знаю, – ответил Йотун.

– А ты можешь… заставить его действовать?

– Ты считаешь разумным входить в портал, ведущий неизвестно куда? И главное, еще неизвестно, кто или что может ждать на другой стороне.

Я кивнула, соглашаясь с его доводами. Но мне пришлось на несколько мгновений задержать дыхание, чтобы успокоиться.

– Хотел бы я знать, кто его здесь построил и с какой целью, – задумчиво пробормотал Йотун.

– Это разве не троллья работа? – удивилась я.

– Не уверен. Выглядит странно. Или это очень древняя конструкция. И что необычно, в замке есть один портал, точнее был. Какой смысл строить второй так близко от первого? Да еще и так тщательно маскировать его? И он не упоминается ни в одном документе, ни в одном описании. Бессмыслица.

Йотун обошел портал по кругу, а потом вошел в арку, мне показалось, что он сейчас исчезнет.

– Странно, – снова сказал он.

– Что?

– Его нельзя использовать.

– Почему?

Я едва не застонала от разочарования.

– Он сгорел от чрезмерной магической нагрузки.

Когда я подошла ближе, то увидела, что внутренняя поверхность арки неестественно гладкая, больше похожая на воск, как будто камень расплавился и потек.

– Хотел бы я знать, что было причиной.

Тролль опустился на корточки и принялся раскапывать песок.

– Что ты ищешь?

– Кого… – поправил меня Йотун, – Колдуна или мага, прошедшего через этот портал. Похоже, что было неверно рассчитано приложение сил, а значит, тот, кто им воспользовался…

Тролль упрямо копал, отбрасывая песок руками. Я не стала предлагать ему свою помощь и просто наблюдала. Мне уже начало казаться, что его предположение окажется ложным, но в тусклом свете матово блеснул желтый череп. Йотун испустил победный вопль:

– Ага! Я был прав!

– Это человек? Или тролль? – спросила я.

– Человек. Хотя… трудно сказать, возможно и полукровка… ну… или… возможно, что… – Йотун замолчал и нахмурился.

– Возможно, что? – переспросила я.

– Череп принадлежал женщине-тролльчанке.

– Это так трудно определить?

Колдун невесело усмехнулся и расчистил еще немного пространства, обнажая кости.

– Мертвецы надежно хранят свои секреты. Их отличает крайняя неразговорчивость. И потом, как ты видишь, все очевидные отличия стерло время. Это может многим не нравиться, но глубоко внутри мы похожи.

Я поймала его пристальный взгляд, от которого смутилась, и поэтому быстро спросила:

– Так что могло разрушить портал?

– Какой-нибудь артефакт, хотя я не представляю, что это могло быть. Помнишь, когда Люк покидал Башни Пепла? Портал легко поглотил остаточную магию целого замка. А здесь, судя по всему, было нечто гораздо более сильное.

– А этот песок? Как думаешь, откуда он?

– Возможно, его принесло вместе с магом, кем бы ни был этот несчастный неудачник. Но одно мы теперь знаем точно, Ория знала про это место. Но, очевидно, она не могла никуда перенестись отсюда, а просто отсиделась. Подождала, пока вашего короля унесут и рыцари уберутся подальше, потом спокойненько вылезла наружу и отправилась…

– К вашему королю, – закончила я за него фразу.

– Да, к нашему королю. Я хотел сказать по-другому, но это тоже подойдет.

– И она могла воспользоваться другим порталом, о котором ты говорил? Который есть в замке?

Йотун пожал плечами.

– Его никто не охранял, но я сомневаюсь.

– Почему?

– Ория слишком осторожна, чтобы так рисковать. Ты не задумывалась, почему порталы не слишком распространены? И те, что построены, мягко говоря, возводились очень давно?

Я не стала признаваться, что о существовании порталов узнала совсем недавно. Мое невежество в магии наверняка шокировало бы Йотуна.

– И потом, ведьма действует скорее хитростью и коварством, а для открытия портала нужна сила. Конечно, она могла разжиться какими-то артефактами, но вряд ли бы подвергла себя опасности.

Насчет силы королевы ведьм я не могла судить, но мне казалось, что их у нее достаточно. Я сама видела, что она совершала удивительные и опасные вещи.

– Что ж… – сказал Йотун. – Мы здесь порядком задержались. Нужно возвращаться.

– А с ним что? Или с ней? – я кивнула на скелет.

Череп с застывшей смертельной улыбкой взирал куда-то вдаль пустыми глазницами.

– Ничего. Пусть себе лежит здесь.

Обратно в замок мы возвращались другим путем. Видимо, Йотун решил проверить, как выполняются его поручения. К моему удивлению, тролли были заняты посадками. Они вскопали между деревьями что-то вроде длинных грядок и быстро втыкали пророщенные семена.

– Нечего ей здесь делать, – ворчливо заметил Гельд.

Меня же столь поразило это мирное занятие воинов и магов, что я даже не обратила внимание на откровенно неодобрительные взгляды. Я была уверена, что для подобного занятия люди бы пригнали крестьян.

– Она может рассказать о том, что увидит.

Йотун усмехнулся.

– А ты считаешь, что это может остаться незамеченным? Лес уже принадлежит нам. И потом, Мальта в ближайшее время гостит здесь.

– Как знаешь, – Гельд вытер лоб, и на нем осталась грязная полоска. – Но мне бы не хотелось, чтобы сюда раньше времени явилась толпа. Хочется, чтобы все цветы расцвели.

Краем глаза я заметила, что пророщенные семена, которые лежали в ящике, ожидая своей очереди на посадку, двигались. Я посмотрела повнимательнее – и точно: маленькие слабые ростки, больше похожие на зеленые ниточки, извивались и крутились.

– Мальта, можешь подать пару штук Гельду?

Я протянула руку, и слабенькая ниточка немедленно коснулась пальца и попыталась обвиться.

– Не трогай. Еще испортишь, – Гельд перехватил мою руку, но быстро отпустил. – Прошу прощения, командир. Мне не следовало прикасаться…

Его лицо приобрело растерянное выражение, мне даже показалось, что на щеках выступил румянец, но так как кожа была темной, то щеки тролля пошли лиловыми пятнами.

– Я не хотел оскорбить вас.

Йотун кивнул, и Гельд быстро вернулся к работе.

Мы же продолжили свой путь.

– Это были не овощи? – спросила я, когда мы отошли на достаточное расстояние.

– Нет.

– И чем оно станет, когда вырастет?

– Ты действительно не знаешь?

– Я догадалась, что это что-то опасное.

– Ты когда-нибудь слышала про «сладкие сети»?

– Не приходилось.

– Они дивно цветут в туманах и еще очень быстро растут, если дать им волю.

Я ждала, когда он продолжит.

– Люди засыпают, надышавшись ароматных паров. Их сон глубок настолько, что подобен смерти. И тогда сеть оплетает свою жертву, у сладкой сети есть шипы, которые впиваются глубоко в кожу и пьют… сладкую кровь.

Мне показалось, что Йотун меня разыгрывает, но он был серьезен и продолжил:

– Но бывает, что «сети» медлят, и тогда некоторые твари не прочь полакомиться беззащитным путником, уснувшим в тумане.

– Зачем… ты мне это рассказал?

– Ты спросила. Я ответил.

Спорить с этим не представлялось возможным, но это совершенно не объясняло его откровенности.

Неужели Йотун рассудил, что мне можно доверять?

– Значит, это не туман усыпляет.

– Этому тебя учили? – тут Йотун действительно заинтересовался.

– Я знаю, что туман может свести с ума, вывести в странное место, проделать шутку со временем.

– «Шутку со временем», – Йотун покачал головой. – Не больно-то ваши маги делятся знаниями со своими подопечными.

– Они не считали нужным меня обучать. Да я и не способна к магии.

– Весьма самокритично.

Я только развела руками.

– Мальта, как считаешь, отправит ли сюда ваш верховный маг войска или своих магов?

– Не знаю, – честно ответила я.

Между нами повис не высказанный вслух вопрос, который заключался в том, предупрежу ли я троллей, если увижу, что на замок готовится нападение.

Глава 4

Стук-стук. Стук-стук. Ворона постучала клювом по раме. Она пристально следила за тем, как принцесса Марианна поднимается с кресла и идет к окну.

– Опять ты? – сказала принцесса, впуская ворону.

Та влетела в комнату, описала круг по комнате и села на насест, сверля Марианну черными умными глазами.

– А Уголька нет. Он улетел. Так что твои планы на женитьбу с красивым умным вороном рухнули.

Ворона громко щелкнула клювом и издала звук, похожий на смех.

Марианна усмехнулась.

– Нет? В твои планы не входило соблазнять Уголька?

Ответом было весьма недвусмысленное покачивание вороньей головы из стороны в сторону: «Нет».

– Ну и правильно. Нет никакой радости в том, чтобы высиживать яйца. А меня все хотят видеть глупой бессловесной немой наседкой. Так что сейчас я рада твоей компании.

Ворона взлетела с насеста и приземлилась на предплечье принцессе. Та счастливо рассмеялась.

В комнату вошел доверенный карлик Сырок.

– Она снова здесь? Вот странная птица, – Сырок сузил глаза и подозрительно рассматривал ворону. – А вдруг она задумала что-то украсть? Этому племени доверять нельзя.

Принцесса рассмеялась.

– Если она любит украшения, это только показывает наличие ума.

– И все-таки, ваше высочество, Марианна, нужно быть осторожнее. Я уберу все блестящее, если уж решили пустить ее сюда.

Сырок начал торопливо складывать украшения, разложенные в беспорядке на маленьком столике у зеркала, но потом остановился и хлопнул себя по лбу.

– Я же бежал сюда сказать, что вас ожидает король Стефан.

Марианна надула губы.

– Он просит присоединиться к нему на прогулке во дворе.

– Что ж… я сижу тут затворницей. И хоть мне не доставит удовольствие видеть супруга, я воспользуюсь приглашением, чтобы пройтись.

На этих словах Сырок закатил глаза и принялся энергично жестикулировать и показывать на дверь.

Но Марианна только поморщилась и поднялась.

Ворона упруго взмахнула крыльями и вылетела из комнаты. Но уселась на карнизе и склонила голову, прислушиваясь к разговору.

– Ваше высочество, – сказал Сырок, творя странный пас обеими руками, – вы уверены, что ее не подослал Захария, чтобы шпионить за вами?

– Нет. Думаю, тут дело в другом.

– И в чем же?

– Потом скажу.

Карлик поклонился.

– Ладно. Подай накидку. Супруг, верно, заждался.

Но одной накидкой дело не ограничилось. Марианна очень тщательно подготовилась к выходу. Она сменила платье и украсила шею тяжелым колье с крупными рубинами, на лицо нанесла невесомую пудру, отчего кожа приобрела жемчужное сияние, коснулась помадой губ, чтобы они стали еще сочнее.

Когда она вышла, то ее тут же окружили дамы из свиты, они склонились в почтительных реверансах, но принцесса не удостоила их приветствием и прошла вперед.

Она спустилась по лестнице, у подножья которой столкнулась с варваром, который выглядел весьма внушительно и дико за счет своего наряда из кожи. Его накидку украшал целый волк, а на могучей шее позвякивало ожерелье из зубов и когтей диких зверей.

– А, молодой вождь, – сказала Марианна и улыбнулась одними уголками губ.

Варвар оглядел ее с головы до ног и чуть склонил голову, видимо, таким образом отдавая дань придворному этикету.

Дамы, которые тенями следовали за принцессой, застыли на некотором расстоянии, и среди них пробежал шепоток, в котором угадывалось: «пустили во дворец», «дикарь», «почему король их терпит».

Марианна же подошла к варвару и дерзко взглянула прямо ему в глаза:

– А где же ваши воины? – спросила она.

Мужчина молчал, но по напрягшейся челюсти становилось ясно, что вопрос ему не понравился.

– Ушли с вашим уважаемым батюшкой? Грабить, веселиться, а вас бросили в этом ужасном месте, обнесенном каменной стеной, твердыми стенами? Вам, должно быть, очень не хватает звездного неба над головой и освежающего ветра?

Одна из фрейлин отважно отделилась от группки, подошла к Марианне и, понизив голос так, что ее могла услышать только принцесса, сказала:

– Осторожно, ваше высочество, он может быть опасен.

– Опасен?

Щеки фрейлины вспыхнули. Она отступила назад, стараясь не смотреть на варвара.

– Что за вздор, Катерина! Взгляни на него, он смирный, точно ягненок.

– Его величество будут гневаться.

– С чего бы? Мы мило беседуем.

Марианна одарила варвара широкой доброй улыбкой.

Он остался так же хмур и молчалив, лишь в глазах промелькнул злой огонек, да так и остался угольком тлеть в глубине зрачков.

Принцесса хотела продолжить дразнить варвара, но появился король Стефан со своей свитой. Все поклонились королю. А тот подозрительно оглядел всех собравшихся и нахмурил брови. От его внимания не укрылось, что принцесса стояла в опасной близости от молодого варвара. Щеки монарха покрылись пятнами, а губы дернулись. Но он быстро взял себя в руки.

– А, мой дорогой друг и союзник, – сказал Стефан варвару. – Ваше высочество, – приветствовал он супругу.

Марианна взглянула на него.

– Вы прекрасно выглядите, государь.

Король подал ей руку.

– Идемте же, наш придворный маг Захария обещает устроить нам представление, которое всех нас должно развлечь.

– Как неожиданно, – сказала Марианна и руку приняла.

Король и принцесса пошли впереди процессии. Придворные следовали на некотором расстоянии. Варвар же смешался с толпой, а потом и вовсе отстал и шел позади всех.

– О чем вы говорили?

– С кем?

– Хватит притворяться, Марианна. Я не потерплю такого…

– Ты и так запер меня в комнате, окруженную моими «подругами», которые каждое утро обнюхивают мои простыни и роются в нижнем белье, – глаза Марианны блеснули гневом. – Эта ревность недостойна не только короля, но и мужчины. Тем более я не давала поводов…

Стефан насупился и ничего на это не сказал, только упрямо сжал губы. На краткий миг на его лице проступили черты обиженного мальчика.

– Или это Захария надоумил держать меня взаперти? – ядовито спросила Марианна.

– Нет. Мага не касаются наши дела.

– Конечно. Я так и поняла… по тому, что он является ко мне раз в неделю. Только задумывался ли ты, мой супруг, стоит ли полагаться в вопросах лечения на человека, который и себе-то помочь не может?

– Вздор, Марианна! Я начинаю жалеть, что приказал тебе явиться на прогулку.

Принцесса побледнела так сильно, как будто могла вот-вот упасть в обморок. Но скорее ее бледность была вызвана крайней степенью ярости.

Они вышли в просторный внутренний двор замка в напряженном молчании.

Им навстречу вышел Захария. Его лицо еще больше осунулось, глаза стали казаться больше и темнее. От его взгляда по коже пробегал холодок, как будто он заглядывал внутрь и находил все сокровенные мысли и секреты.

– Ваше величество! Ваше высочество! – он приветствовал Марианну и Стефана поклоном. – Мне бы хотелось продемонстрировать вам некоторые скромные достижения.

– Надеюсь, не слишком скромные, – хохотнул Стефан. – Все-таки мне приходится кормить целую ораву ваших. Да еще то сборище, что ты наскреб по королевству. Сообщают, что они особенно прожорливы.

Захария коротко улыбнулся:

– Они не зря едят свой хлеб.

– Меньше слов! Показывай! – раздражение Стефана все-таки прорвалось, как гной вырывается из фурункула.

И горе было тому, кто не успел увернуться.

– Тогда приступим! Без лишних слов, – сказал Захария, но вопреки себе же продолжал рассказывать: – Как вы помните, те, кого я отобрал, никогда не обучались магии.

– Да уж! Многих ты вытащил из худших коровников, до сих пор несет дерьмом во дворце, – Стефан не сдерживался и не стеснялся.

Захария словно не замечал мрачное настроение и кротко улыбнулся:

– О, в этом я знаю толк, алмазы можно найти и в глине и в нечистотах. Они могут появиться где угодно, тут не может быть предрассудков. Немного чистой воды и шлифовки, и перед нами уже бриллиант, который может украсить корону.

Король хмыкнул, отдавая должное искусной лести.

– И надо сказать, мои подопечные прогрессируют гораздо быстрее, чем ученики в лучших школах Миравингии. И главное, у них есть силы, чтобы творить…

Захария говорил уверенно и твердо, увлекая короля и принцессу за собой. Они прошли арку, ведущую из внутреннего двора в парк. На ровной лужайке были расставлены соломенные чучела, а с краю построился небольшой отряд. Молодые люди, как и мужчины постарше, а также несколько девушек и женщин, стояли навытяжку. Все они были одеты в яркие фиолетовые плащи.

Начинающие маги поклонились королю.

Король смерил их надменным взглядом, но все же снизошел до кивка. Свита и монаршая чета расположились перед полем.

Дамы перешептывались и ожидали представления.

На другой стороне поля появились несколько капюшонов.

– Отдайте команду, ваше величество, – сказал Захария. – Они ждут вашего приказа.

– Начинайте! – зычно крикнул король.

Ученики быстро разбились на тройки и двинулись на соломенную армию.

Двое парней в каждой тройке ловко, почти синхронно проделали магические пассы. Воздух завибрировал от напряжения, запахло грозой. И на соломенных солдат обрушились… стрелы. Хотя нет, это были не стрелы, а тонкие струйки огня, которые прошивали солому насквозь, оставляя дымящиеся края.

Парни отступили, и вперед вышли две девушки. Со стороны казалось, что они вооружены светящимися белым бичами.

Девушки понеслись вперед, раскручивая свое причудливое оружие. Если они попадали по чучелам, то рассекали их пополам, или несчастные соломенные бойцы теряли головы, ноги или руки. Легко было представить, что ждет от встречи с такой страшной магией.

Магички были удивительно хороши в своей легкости. И двигались с грацией танцовщиц.

Одну и вовсе можно было назвать красавицей. У нее была длинная коса соломенного цвета и удивительные синие глаза.

Добежав до конца поля, она вернулась, чуть задержалась перед королем и сделала реверанс, чем вызвала оживление и аплодисменты среди придворных.

Королю зрелище понравилось. Надменное, равнодушное выражение оставило его лицо, сменившись искренним любопытством.

Но он не желал давать окружающим спуску, поэтому ворчливо заметил:

– Хм, недурно. Но настоящие солдаты вряд ли будут стоять, как чучела. Особенно если на них сами бегут длинноногие девицы.

Свита угодливо рассмеялась. Король почитал себя остряком, поэтому над его шутками полагалось смеяться.

Но позы стали свободнее. Настроение короля изменилось в лучшую сторону, а значит, буря миновала, так и не разразившись.

– Вы правы, ваше величество, – Захария подал сигнал капюшонам, и те выпустили в воздух какие-то темные шары, которые понеслись на магов в фиолетовом.

Маги быстро сгруппировались спина к спине. Их окутала красная дымка. Черные шары прилипали к ней, а потом теряли форму, расплывались уродливыми пятнами и исчезали. А ученики Захарии двигались по полю, разрушая оставшиеся соломенные чучела.

– Я позволил себе разработать стратегию. Каждый маг – это самостоятельная единица, но вместе они могут достигать большего, копить силы и разить врагов…

– Да, я все это понял, – король Стефан перебил Захарию, чтобы тот не слишком задавался. – Стратегия, мать ее. Конечно.

Маги в фиолетовом дошли до конца поля и только тогда разорвали свой строй. Красная дымка исчезла.

Пот катился со лбов, дыхание вырывалась из их ртов со свистом. Они едва не валились на траву.

– Ладно! Пусть живут! Накормить этих славных ребят и напоить! – крикнул король и даже улыбнулся.

Лоб его разгладился.

– Но их слишком мало! Сколько магов в Миравингии?

Захария зашелся надсадным кашлем. Ему понадобилось немного времени, чтобы победить приступ.

– Будьте уверены, ваше величество, я найду еще. Знаете, искры могут находиться… – не закончив фразу, он огляделся.

Взгляд его задержался на принцессе Марианне, но потом Захария вошел в толпу придворных и схватил за руку одну из фрейлин.

От неожиданности девушка вскрикнула.

– Она – маг! – торжественно провозгласил Захария.

– Нет! Я не…

– Да! – настаивал Захария.

– Не может быть! Я никогда! – фрейлина хотела вернуться на свое место, но хватка у воспитателя магов была железной.

Он цепко держал свою жертву одной рукой, а второй подцепил свой медальон, висящий на длинной цепи и приложил его к ее лбу.

– Искры могут находиться везде, – сказал Захария.

Фрейлина охнула, забилась, как будто металл был раскален, и едва не упала, потому что маг внезапно ее отпустил.

– Смотрите! Смотрите! Ее руки!

Девушка с удивлением уставилась на собственные пальцы: кончики начали светиться.

А потом она упала без чувств.

Ее унесли.

– Что ж… а еще среди моих бездельников не найдется ли чего полезного? – спросил король.

– Пока не вижу никаких проблесков, – с поклоном ответил Захария.

Маги в фиолетовом пристально наблюдали за происходящим с безопасного расстояния.

– Принцесса устала, – объявил король Стефан. – Ей пора удалиться в свои покои.

Марианна едва могла скрыть досаду. Но король самым решительным образом взял ее под руку и повел обратно во дворец.

Потом, поручив супругу ее фрейлинам, Стефан удалился на свою половину дворца.

Марианна оказалась в центре щебечущей стайки дам.

– Маги, маги, – только и слышалось вокруг.

– А что теперь будет с бедняжкой Эттель? Неужели ей теперь придется служить, как солдату?

– Говорят, у магов нет пола. Что бы это значило?

– Но она дворянка! И теперь она лишится своего положения.

– Король привечает магов.

– Да, но их статус…

Дамы волновались, их голоса становились все громче, шорох платьев сделался похожим на шелест крыльев стаи крылатых насекомых.

Марианна приложила тонкие пальцы к вискам, как будто ее поразил внезапный приступ боли.

– Мэтр Захария так строг. Когда он смотрит на меня, я готова лишиться чувств.

– Он столько раз видел Эттель. Неужели он обнаружил в ней магию только сегодня?

– Ни одна из нас не может быть в безопасности.

– Оставьте меня, – тихо, но властно приказала Марианна.

Но дамы были слишком разгорячены сплетнями и не услышали приказа.

– Говорят, учеников магов подвергают изнурительным тренировкам.

– Я не желаю, чтобы меня изнуряли!

– Катерина! Мы все знаем, что ты не прочь…

– Я сказала, оставьте меня! – громче повторила Марианна.

Фрейлины затихли.

Шуршание их платьев, когда они покидали комнату, сделалось нестерпимо-громким. Марианна осталась в одиночестве, быстро распахнула окно и жадно глотала воздух, опершись локтями на подоконник. Со стороны казалось, что она задыхается.

Раздался упругий звук ударов сильных крыльев о воздух.

Ворона приземлилась на насест и с интересом рассматривала принцессу, но та даже не повернула головы. Она слишком глубоко и часто дышала, из горла вырывались хрипы. Ворона соскочила с насеста и прошлась по полу, зашла за кровать… и вскоре из-за нее поднялась ведьма-ворона. Она уселась на постель и тихо сказала:

– Ты не задыхаешься. Тебе хватает воздуха. Нужно дышать медленнее.

Асса поднялась, подошла к принцессе и обхватила сзади, прижав ее руки к туловищу. В этом странном объятии они опустились на пол. Постепенно дыхание Марианны выровнялось и стало почти нормальным.

– Кто ты? – спросила принцесса хриплым голосом, – Ты же превратилась…

– Ведьма. Мое имя Асса. И думаю, у нас есть кое-что общее.

Глава 5

Иногда мне казалось, что я могу контролировать свою магию, но каждый раз моя уверенность разбивалась вдребезги. Само по себе видение о принцессе Марианне помогло скоротать время, но я хотела увидеть Мадса. И пусть я не могла ничего ему сказать, но знать, что с ним все в порядке, было бы большим облегчением. У меня не получалось его увидеть уже несколько дней. Я словно наталкивалась на непроницаемую стену. Попытки заканчивались сильной головной болью, или же меня бросало в другие видения.

Еще у меня была странная, даже глупая надежда, что Мадс выберет путь к Белому замку через Заолокский лес. Тогда мы с ним сможем встретиться. Тем более тролли были слишком заняты, и за мной никто особенно не следил.

Но с другой стороны, сможет ли Мадс пройти через этот лес, который становился проклятым с пугающей скоростью. Опасные семена уже начали давать всходы, а по ночам из чащи раздавались такие жуткие звуки, что у меня кровь стыла в жилах.

Возможно, поэтому тролли не считали нужным тратить время на надзор, разумно полагая, что я не стану соваться в лес одна. И действительно, решиться на такое было бы безумием.

Я прислушалась. Судя по шуму, тролли вернулись со своих работ. Но что-то было не так, уж очень громко звучали их голоса. Я рискнула покинуть свою комнату и спустилась.

Внизу я застала радостное оживление. Они притащили пузатый бочонок и разливали вино.

– Выпьешь с нами, Мальта? – спросил Гельд.

Но я замотала головой и поинтересовалась:

– В честь чего веселье?

– О, поводов несколько, – осклабился хромой тролль. – Ваши оставили Линойтус.

«Линойтус» – слово, означавшее цитадель. Но оно же было и названием.

Ко мне подошел Йотун, он тоже был в приподнятом настроении и, когда тролли зашумели, сдвинув кружки, тихо сказал:

– Ты сказала правду. Наши воины и маги захватили цитадель на границе. Но как сильно запоздала новость.

Он сокрушенно покачал головой и отпил вино.

– И монстры, – в тон ему ответила я. – И ваши монстры захватили.

Он усмехнулся.

– Да.

Я прислушалась к своим ощущениям. На сердце была пустота.

– Людей изгнали, – сказал Йотун, и глаза его хитро блеснули.

В этих словах был какой-то скрытый смысл. Он что… хочет меня подбодрить? Я видела, что в цитадели прятались жители окрестных деревень. И раз было, кого изгонять, значит, чудовищ остановили, чтобы они не растерзали всех. Я с сомнением взглянула на колдуна, но он уже отошел.

Как и сказал Гельд, повод для праздника оказался не один. Эту ночь тролли называли «Ночью пробуждения духов». С наступлением темноты мы все собрались в зале короля, как упорно про себя я продолжала именовать самую обжитую комнату. На столе горели свечи. Я заметила, что их число соответствует числу троллей.

В качестве угощения была любимая троллями каша «бирре», только в честь праздника она была полита сверху оранжевой горячей подливой. Я ожидала привычный горьковато-соленый вкус, но за счет добавки оранжевого варева все приобрело дополнительно остро-кислый оттенок, что делало ужин почти несъедобным. Видно, нужно быть троллем, чтобы есть это с удовольствием.

– Вы, людишки, – сказал Гельд, – думаете, что все ужасы приходят на землю с холодом и гнездятся в туманах, но вы слепы и беспечны. На границе весны и лета, когда устанавливается тепло и все и думать забыли о тьме, они выходят из своих убежищ и поджидают путников. Горе тем, кто решит последовать за фигурой на перекрестке или решит преследовать оленя с тремя рогами…

Гельд взял со стола свечу и принялся рассказывать:

– Это произошло со мной пару лет назад.

Мои брови удивленно взлетели вверх. Неужели… те, кто выращивает жутких монстров, сеют семена плотоядных растений или еще чего похуже, чего-то боятся и рассказывают друг другу страшные истории?

Йотун откинулся на стул и с легкой полуулыбкой слушал.

– Я шел через туман, а потом оказался на перекрестке четырех дорог.

– О нет! Мы это уже слышали!

– Одно и то же каждый раз!

Гельд повысил голос, чтобы, перебить возгласы недовольства.

– Оказался я на перекрестке, и вдруг слышу…

– Тихий плач, – сказал вполголоса тролль напротив.

– А вот и нет! Слышу, как прокричал кровянник. Три раза.

Тролли одобрительно зашумели, подбадривая рассказчика.

– И потом раздался тихий плач, – припечатал Гельд.

Отовсюду раздались разочарованные вздохи.

– Невозможно.

Но если товарищи Гельда слышали историю, то я нет. Поэтому ожидала продолжения с нетерпением.

– Я сразу же понял, что надо убираться, и призвал туман, но что-то мешало…

– То, что ты был пьян.

Но Гельд упорно продолжал:

– Туман все-таки пришел, и в нем я увидел девушку. Тролльчанку. Она была одета в красный шелк.

Больше едких замечаний никто не отпускал.

– И она горько плакала. Но я все время был настороже. Понимал: откуда здесь взяться девушке, да еще в таком наряде.

Мне сделалось не по себе. Я подумала о Сэм, которая была ни жива, ни мертва, и о Башнях Пепла, когда меня попытались спрятать… за стеной камеры я слышала плач, а потом Мадс сказал, что там не было никого живого.

– Девушка в красном перестала плакать, отняла ладони от лица, и тогда я увидел, что у нее нет лица: вместо него пустое место – темнота. И она спросила: «Хороша ли я?» Что тут скажешь? При встрече с духом, если уж не удалось убежать, то нужно отвечать аккуратно.

– Тем более с девицами. Больно они обидчивы, – вставил хромой тролль и усмехнулся.

– Сначала я хотел сказать: «Да», но это добром не заканчивается. Услышит такой дух «да» и попробует забрать твое лицо себе. Они злобные. Ах, красивая… значит, и ты такой же будешь. А если услышит «нет» – разобидится и тоже попытается навредить. Мой ответ был: «Ты обычная». А пока дух думал, я собрал силы и прыгнул в тумане подальше.

Гельд шумно задул свечу.

Дальше ритуал повторялся: тот, кто рассказывал, брал свечу, а когда история заканчивалась, то он ее задувал. Поэтому в зале становилось все темнее, и по моей спине изредка пробегал холодок от услышанного.

Осталась последняя свеча. Она отбрасывала маленький желтый кружок света, отвоевав его у тьмы. Я с трудом могла различить лица троллей, сидящих напротив. Не говорил только Йотун, значит, он должен задуть последнюю свечу.

Мне было интересно, что он расскажет. И вот Йотун взял свечу. Его лицо осветилось снизу, отчего приобрело пугающий, хищный вид.

* * *

Мертвячка выскользнула из замка и быстро пошла в сторону деревни. Час был поздний, в домах не горел ни единый огонь, а на небе не было ни звезд, ни луны. Кругом стояла тьма, сонная и непроглядная, в которой едва можно было различить путь. Но для мертвячки, – порождения самой темной магии, – отсутствие света не было преградой. Она шла, точно скользила, а потом побежала.

Какое-то время она бродила по улочкам, переходила от дома к дому, стояла под окнами и прислушивалась. Она не торопилась. Выбирала.

Мертвячка сунулась в один из дворов.

Тишину нарушил лай цепного пса. Собака почти захлебывалась то ли от ярости, то ли от страха.

Кто-то заворочался в доме, хлопнула входная дверь.

Мертвячка шарахнулась в сторону и затаилась. Вскоре все стихло. И тогда она медленно, как будто лениво, вползла в окно. В одной постели спали мужчина и женщина. Он лежал на спине, выставив из-под одеяла жилистую руку.

Мертвячка склонилась над этой рукой, как будто отдавая дань уважения, а затем впилась в запястье и принялась жадно сосать кровь. Она сделала несколько больших глотков и заставила себя остановиться, оторвалась c тяжелым вздохом, почти стоном. Губы ее стали красными, очень гладкими и блестящими.

Мужчина вздрогнул во сне, но не проснулся. Чудовище обошло кровать. Женщина лежала на боку, подтянув колени к груди. Ее очень молодое лицо покрывала россыпь золотых веснушек Теперь настал ее черед. Почти нежно мертвячка откинула золотистые волосы своей жертвы, распустила завязки ночной рубашки и припала к основанию шеи.

Пес на улице снова заскулил, зазвенел цепью. Но что мог поделать верный страж?

Мертвячка облизнула губы и огляделась. В углу стояла маленькая кроватка, в которой, держась за столбики, стоял малыш и смотрел на происходящее широко открытыми глазами. Его личико сморщилось и исказилось капризной гримасой, рот открылся, он был готов заплакать. Мертвячка оказалась около кроватки и достала малыша. Она нежно прижала его к груди и принялась баюкать, приговаривая что-то ласковое. Но он все-таки заплакал.

Его мать попыталась вырваться из сна, что-то пробормотав и вздрогнув, но не смогла. Ее глаза остались плотно закрыты, только уголки губ грустно дернулись вниз, да между бровей углубилась морщинка.

* * *

Я моргнула. Свечка по-прежнему горела, но заметно оплавилась. Тролли смотрели на меня с интересом. Мне стало неуютно под их взглядами. Судя по выразительному молчанию, я рассказывала о том, что видела.

– Что ж… достойная история, – сказал Йотун и задул свечу. Зал погрузился во тьму.

На мгновение я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела, что тьма стала не такой густой. Из окон лился слабый голубой свет, легкий и серебристый.

Задвигались стулья. Тролли начали расходиться.

Я тоже поднялась.

– Не торопись, – сказал Йотун.

Мы остались вдвоем.

Синий свет в окне сделался ярче.

– Прости… ты должен был рассказывать, а я перебила… – горло сдавило.

– Твоя история и впрямь была весьма интересна.

Тролль надолго замолчал. Я не знала, чего ожидать. Мне не было видно его лица. Но по тону голоса не было похоже, что он злился.

– То, что рассказывали другие… Дань уважения традиции.

Выходит, все эти ужасы – не более чем детские сказки. А я поверила….

– Ты же не поверила, что духи могут разрубить тролля или человека на куски?

Йотун снова угадал мои мысли.

– Нет, конечно же, нет, – соврала я.

– Но то существо, «мертвячка», как ты ее называешь… Сначала я не придал значения твоему рассказу, но теперь все предстает несколько в ином свете. Мне хочется узнать о ней побольше.

Помолчав немного, Йотун добавил:

– И я согласен на твое предложение. Я выслушаю все, что ты захочешь мне рассказать… не только о ней… о Бальтазаре Тоссе тоже.

Неужели мое видение заставило его передумать? Меня мучило жгучее любопытство.

– Почему ты изменил свое мнение?

– Прогуляемся перед сном, – это был скорее приказ, чем вопрос.

Мы вышли во двор замка, и я не смогла удержать восторженный возглас. Этот синий свет шел от леса. Как будто с неба упали звезды и запутались в кронах.

– Как красиво! – Я сделала шаг в сторону леса.

Мне хотелось рассмотреть эти звезды поближе, но Йотун поймал меня за руку:

– Если верить только своим глазам, то другие чувства замолкают.

Я удивленно взглянула на него. Его слова меня поразили.

В синем свете его лицо казалось бледным, а глаза так и вовсе полными тьмы, как тогда, когда я увидела Йотуна в первый раз.

– Но и другие чувства не могут заменить зрение. А если отворачиваться от очевидного – это прямой путь в пропасть.

– Да уж… лучше видеть опасность.

– Хорошо бы еще понимать, в чем она заключается, – усмехнулся тролль.

Я с грустью взглянула на лес. Ветер шевелил ветви, и звезды покачивались, а потом до земли спустились светящиеся нити, произошло какое-то движение. Звезды вспыхнули ярче.

– Это какая-то смертоносная магия? – обреченно спросила я.

– Одно из наших созданий. Так оно охотится. Привлекает своим светом… Не только мотыльки глупы, знаешь ли. Но стоит ему получить добычу, как оно потухнет.

– Этот лес становится крепостью, – со вздохом сказала я, снова подумав о Мадсе.

– Люди не смогут его пройти, – жестко отрезал Йотун. – Ни ваши маги, ни солдаты.

В его голосе сквозила ледяная уверенность, которая пробирала до костей. Без сомнений, он лучше меня знал, какие смертоносные заклинания могут применить люди, но был уверен, что то, что скрыто в чаще, сможет противостоять любым угрозам.

Йотун любовался на синий свет, который испускало неизвестное мне существо – продукт тролльей магии.

Глава 6

Бальтазар Тосса был в постели. Час был ранним, заря только начинала разгораться, а слуги уже принесли серебряный поднос, на который неутомимые секретари сложили важнейшие донесения и заметки.

Верховный маг взял одну записку и немедленно вызвал секретаря.

– Пусть ищейка войдет.

Бальтазар Тосса с кряхтением сел, подправив под спиной подушку и расправив складки на одеяле. Лицо его приобрело надменное выражение.

Маг в сером вошел в спальню и поклонился.

– Ну… – жестко сказал Бальтазар Тосса.

– Есть основания полагать, что девушка мертва, – выдохнул ищейка.

Поразительно, насколько все ищейки были похожи. Их стертые черты лица были такими же невзрачными и серыми, как их мантии.

– Потрудись изъясняться точнее. Какая девушка? – проговорил Бальтазар Тосса грозно и четко. Ни капли расслабленности или сонливости. Он умудрялся выглядеть так, как будто сидел не в постели в ночном одеянии, а на троне, облаченный в мантию.

– Мальта Коракс, государь.

– Вы нашли ее тело?

Посланец замялся. Его глаза были странно безжизненными, а голос почти без интонаций.

– Никак нет. Но мы знаем, что один из наших, кто ее выследил, был убит троллями. Красные братья сообщают, что они тоже столкнулись с отрядом.

Бальтазар Тосса сцепил пальцы в замок.

– И почему вы думаете, что они именно убили ее?

– Они выпустили златоглазов и фуранов. Они не собирались брать пленных.

– Бездарно, – прошипел Бальтазар Тосса. – Вы ее потеряли. И ничего лучшего не придумали, как попытаться убедить меня, что Мальта мертва. Я, по-твоему, похож на идиота?

Ищейка молчал.

– Я задал вопрос.

– Нет, государь, вы не похожи на идиота.

Бальтазар Тосса с неожиданной резкостью выбросил вперед руку. Раздался громкий хруст. От мантии ищейки посыпались искры и пошел дым. Маг схватился за горло. Несколько мгновений он отчаянно пытался сорвать с шеи медальон. Но цепь запуталась в складках мантии. Бальтазар Тосса взирал на эти попытки со своего ложа с брезгливым равнодушием. Наконец ищейка избавился от медальона, тот с мелодичным звоном упал на пол. Кристалл в центре выгорел и дымился.

– У тебя не хватило духа сказать мне о том, что ваш орден провалил задание.

– Простите, государь! – Ищейка тяжело дышал, его глаза все еще были затуманены действием кристалла.

– Меня окружают трусливые недоумки. Зачем тогда, скажи, вообще нужен ваш Орден?

– Я готов понести наказание.

– Готов он. И что с того?

Ищейка удивленно моргнул.

– Какие-то проклятые полукровки украли мое золото, девица, которая мне нужна, то ли убита, то ли в плену. Что происходит?

Могло показаться, что Верховный маг предается старческому ворчанию.

– А теперь скажи правду, где Мальта Коракс?

Ищейка молчал.

– Да, подумай над ответом. От него не очень многое зависит в государственном масштабе, всего-то твоя судьба… не торопись.

– Она жива. Во всяком случае была, когда был убит наш брат. А девушку забрали тролли.

– Уже лучше. Что еще известно?

– Это все. Ее след теряется в туманах. Хотя есть еще одно… ее забрал не патруль. Там был один тролль.

– Значит, есть шанс найти того, кто ее пленил? – Бальтазар Тосса чуть оживился.

– Обмена пленными сейчас не существует. Хотя мне известно, что в захваченной цитадели осталось несколько живых магов.

– Да? Странно. И чего хотят от них тролли?

– Возможно, хотят казнить их на потеху своим колдунам. Или вытянуть из них информацию.

– Надо бы возродить благородную традицию вызволения пленников. Мы должны заботиться о своих подданных. Пока можешь идти, но не далеко. Ты мне еще понадобишься.

Следующее решение, которое принял Бальтазар Тосса – это разрушение Ордена ищеек. Их имущество он с поразительной легкостью разделил между целителями и боевыми чернокнижниками, о чем сообщил Дагберту Ханту, которому достался жирный кусок. Ищеек полагалось разделить и не дать опомниться главе ордена. Обучение ложилось на плечи Медеи, адептов – будущих ищеек полагалось поместить на небезызвестное «Небо» в Башнях Пепла, пока они не докажут свою преданность «истинному пути» магии.

И это все даже не вставая с постели, до завтрака.

Я открыла глаза и уставилась на потолок. Трещины складывались в причудливый рисунок, каждый раз разный, иногда мне виделась карта дальних неизведанных земель, иногда можно было угадать женское лицо или увидеть чудовище с открытой пастью. А сейчас мне упорно казалось, что я вижу полуприкрытые глаза верховного мага и часть его щеки. Он не оставил своих попыток вернуть меня во дворец Айль. Неужели его власть простирается так далеко и у него получится начать переговоры с троллями? Выдаст ли меня Йотун…

Эти мысли терзали меня все утро.

И это не осталось незамеченным. Когда мы пришли в комнаты тролля, он сказал:

– Ты была очень молчалива за завтраком.

Я кивнула.

– Дурное видение?

– Бальтазар Тосса – чудовище. Самое настоящее. Извини, но ваши существа не могут даже близко сравниться с ним.

Я начала прохаживаться по комнате, чтобы хоть немного справиться с волнением.

Йотун подошел к стене и принялся рассматривать роспись, взял кисть, обмакнул ее в краску и начал восстанавливать стертый участок.

– Если хочешь, можешь присоединиться, – сказал он, показав на другую кисть. – Как думаешь, справишься?

– Он приказал отравить Фиренц. Весь город. Маг, который исполнил приказ, убит.

Если Йотун и удивился, то не подал виду. Казалось, его внимание поглотил рисунок.

– Вода в городе отравлена. Это место станет ловушкой для вас, если вы решите его занять. То, что вам обещал верховный маг – это ложь. Даже не Бальтазар Тосса явился на встречу, а его сын – Лука. Он владеет магией преображения, может принять облик любого. Так он расправляется со своими соперниками. Обманывает их, вытягивает тайны и секреты, притворяясь кем-то знакомым, близким, любимым.

Кисточка замерла. Йотун взглянул на меня с любопытством. Это был долгий, оценивающий взгляд.

– Да, он даже несколько раз притворялся собственным отцом – Бальтазаром Тоссой.

– И что же… никто не заметил подмены?

– Нет.

Йотун склонил голову на бок, любуясь свежим слоем краски. Я подошла и встала рядом.

– Как человек может изменить себя? И лицо, и рост. Бальтазар Тосса тучен, а его сын худощав. А голос?

– Для оборотня – это неважно, – небрежно бросил колдун.

– У троллей тоже есть такие маги? – спросила я.

Брови Йотуна сошлись к переносице. Краска закончилась. Он взял две баночки и принялся смешивать порошки, капал на них сильно пахнущую жидкость, добиваясь нужного оттенка.

– Если он настолько хорош, как ты рассказываешь, то таких нет. Обычно оборотни предпочитают использовать только одну личину, поскольку процесс преображения крайне болезненный и требует очень много сил. Я признаться, не встречал ни одного оборотня.

Что ж… значит, в этом я опережаю Йотуна, я знаю двоих.

– Почему я все это вижу? Ради чего? Что это за проклятие? В чем смысл знать и не иметь возможность ничего изменить?

Йотун вложил мне в руку кисть. При этом наши ладони соприкоснулись чуть дольше, чем требовала ситуация.

– Не уверена, что у меня получится так же хорошо. Вдруг я испорчу…

– Краску можно стереть.

Мы с троллем поменялись местами. Он отошел на несколько шагов и встал позади, наблюдая.

– Это те самые «сладкие сети», которыми вы засадили лес? – спросила я.

– Похоже. Но все же это фантазия художника.

Я принялась за работу. Краска ложилась гладко и легко. Стебель зеленел все ярче, как будто наполнялся соком. Я старалась не выйти за едва видимый контур.

– Магия – это судьба, – сказал Йотун. – Она настигает нас всех, готовы мы к этому или нет.

В его словах чувствовался привкус горечи.

– У меня должна была быть обычная жизнь. Они забрали меня из дома и отправили в Башни Пепла. А потом выяснилось, что я не настоящий маг, могу только видеть… разное. Они все хотели, чтобы я вещала… желательно не приходя в сознание.

Не знаю, почему я так откровенна с ним. Надеюсь на сочувствие? Найдут ли мои слова понимание? Но я не хотела молчать, а Йотун оказался хорошим слушателем. Доверие должно быть обоюдоострым, поэтому я почувствовала, что могу спросить:

– Как ты стал тенью короля?

Ответит он или нет?

Я повернулась, вглядываясь в его лицо.

– Аму Вайо, – слова были сказаны на тролльем.

Для меня их значения сплелись в клубок из нескольких понятий. Я поняла это, как тень и призрак. А точнее: «Тот, кто невидим, находится в тени, и в то же время сам является тенью».

– Ты слышала о существовании магических орденов?

– Да, приходилось.

– Аму Вайо – один из самых древних и влиятельных. Среди прочего они дают королю тень.

– Как?

– Выращивают.

Он усмехнулся, видя непонимание в моих глазах.

– Если тролли в чем-то и хороши, так это в выведении разных пород.

– Я не понимаю…

– Линии, Мальта. Они важны, если хочешь получить определенные свойства в потомстве. Я не знаю, кто мои родители, этот секрет строго охраняется. Но, очевидно, их подбирали за магические способности, силу. Возможно, они были аристократами, а может быть, и нет. Когда стало понятно, что я имею все необходимые задатки, то началась долгая подготовка. Это и есть процесс выращивания Тени. Аму Вайо воспитали преданность королю и обучили колдовству.

– Но это же бесчеловечно!

Йотун смеялся очень громко.

– Столь непосредственно. Но в этом есть странная правда, с которой трудно спорить.

– Неужели тебе не было интересно, кто твои родители?

– Почему же… было.

– И ты не смог этого узнать?

– Нет. Но в Аму Вайо умеют объяснять, что можно, а что нельзя. Правила нельзя нарушить. А потом, когда я стал настоящей полноценной Тенью, это потеряло смысл.

– Почему?

– Тень может быть лишь тенью, – последовал загадочный ответ.

Но я поняла, что сказанное важно, и решила поразмышлять об этом позже.

– Но разве можно заранее узнать, будет ли ребенок обладать нужными магическими способностями?

– И вновь ты смотришь в самую суть. Аму Вайо не могут позволить себе ошибку. Поэтому изначально кандидатов-теней несколько. И самая сильная и стойкая должна победить остальных.

– Вы бились друг с другом?

– Разумеется. Тень должна в случае необходимости защитить своего короля.

Что-то промелькнуло в глазах Йотуна, и он быстро сказал:

– Но главное, как тебе известно, король разорвал магическую связь и выбрал новую Тень.

– Он выбрал Люка.

Йотун кивнул:

– Высший совет Аму Вайо был в ярости, но желание короля – закон. Так что ты стала свидетельницей весьма редкого ритуала. Короли меняли Тени всего два раза в истории Ордена. Так что ни один человек никогда не был свидетелем подобного. Ты можешь быть горда собой.

– Но все же… почему король так несправедливо с тобой обошелся?

– Справедливость тут ни при чем, – отмахнулся Йотун.

Он подошел к окну и уставился на лес. Я не могла видеть его лица.

– Разве кто-то может выбирать свою тень… – пробормотала я.

– Почему ты так сказала? – Йотун резко обернулся.

И вдруг… я поняла. «Чужая судьба», Тень может быть только тенью, не имеющей прошлого, – все туманные намеки сложились в единое целое.

– Люк – бастард с королевской кровью… А теперь он – Тень. Это значит…

– А ты догадалась быстрее, чем он. Поразительно.

Йотун покачал головой и довольно усмехнулся.

– Но разве не важно, что в его жилах течет человеческая кровь? – удивилась я.

– Важно качество. Иногда даже капля значит очень много.

– Удивительно. Сомневаюсь, что такое было бы возможно в Миравингии. Выходит, тролли относятся к полукровкам терпимее, чем люди.

– Так было не всегда. И не ко всем полукровкам.

– Не все карлинги равны между собой, – задумчиво пробормотала я, но Йотун услышал.

– Разумеется.

Сказано было неожиданно жестко.

– В любом случае, Люку повезло, – быстро сказала я.

По лицу Йотуна промелькнуло странное выражение, которое я не поняла.

– Посмотрим, сколько продлится его «везение».

Мне было любопытно, каков теперь статус Йотуна, раз он перестал быть Тенью, и похоже, колдуны-тролли, которые его окружали, не принадлежали к загадочному ордену Аму Вайо. Я посчитала, что спрашивать колдуна о его звании было бы совершенно неразумно.

– А у тебя недурно получается.

Я сначала не поняла, о чем тролль говорит, но он кивнул на стену.

– Так восстановление пойдет гораздо быстрее. Да. Решено. Пока мы здесь, будешь приходить сюда после завтрака и рисовать. А сейчас мне пора вернуться к делам.

«Пока мы здесь».

Почему-то эта сказанная вскользь фраза всколыхнула волну тревоги. Куда Йотун собирается меня отправить?

Но я думала, что он кто-то вроде коменданта этого замка и должен восстановить тут все. Возможно, возродить троллью школу магии. Неужели он передаст меня своему королю… Нет. Не может быть. Сомневаюсь. Вряд ли.

– Мне заниматься только стеблями? – спросила я.

– Как хочешь, другие цвета вон в той коробке, – Йотун кивнул в сторону стола. – И не думай, что ты ничего не можешь изменить.

Я осталась одна с кистями и коробкой, полной цветных порошков, готовых для превращения в краску. Тут было даже золото. Должно быть, все это стоило целое состояние. И тролль так легко доверил мне такое богатство…

Вместо того, чтобы продолжить рисовать, я подошла к окну и уставилась на лес, стараясь собраться с мыслями.

Когда Йотун намекнул на то, что я могу что-то изменить… он явно не имел в виду украшение стены замка. Неужели я все-таки смогу способствовать падению ненавистного Бальтазара Тоссы? Какова будет цена?

Деревья покачивались на ветру и стояли плотной угрюмой стеной. Весенняя кружевная листва как-то незаметно сменилась на темную зелень. Тролли строят новую границу. Одного тумана им больше не достаточно. Они будут выгрызать земли Миравингии, населяя их чудовищами и ядовитыми растениями. А что если их план – вытеснить людей в Даригон или Кольпергию… и единственный, кто может противостоять захватчикам – это верховный маг? При всех его омерзительных интригах, он сейчас единственный правитель…

Мне нужно было срочно выпить воды. Я оглядела комнату Йотуна, но не увидела ни кувшина, ни чашки, поэтому решила наведаться в свою комнату.

Когда я шла по коридору, то услышала голоса. Я не собиралась подслушивать, о чем говорили тролли, но услышала свое имя и остановилась. Говорившие стояли на улице и вряд ли могли догадаться о моем присутствии.

– Просто говорю, что не следует держать наложницу в замке, – говорил один голос, кажется, принадлежащий хромому троллю.

Находясь под защитой стены, я не решалась выглянуть в окно, чтобы подтвердить свою догадку.

– А почему нет. Он никому не запрещает привести сюда… хоть по пятерке девиц на брата, – отвечал второй.

Тут я была почти уверена, что это был Гельд.

– Не паясничай. Ты прекрасно понял, о чем я.

– Не завидуй.

– Ей тут не место!

– Вот заладил. Ну так скажи об этом Тени.

– Бывшей Тени, – педантично поправил своего собеседника голос. – Курочка ходит свободно, где хочет, и отвлекает от работы. И прибавь к этому всякое отсутствие манер.

– Для человечки ее манеры не так уж плохи. Ты преувеличил. И потом, мы не знаем, какие у него планы. Скорее всего, ей не стать официальной наложницей, а значит, вряд ли светит пройти обучение. Вроде эта Мальта радует командира, пусть делает с ней, что захочет: хоть трахает, пока не переломит ей хребет – это его дело.

– Да, Гельд, в одном ты прав – назвать шлюшку наложницей было опрометчиво.

У меня перехватило дыхание.

– Эй! Не распускай язык, вдруг он и правда сделает ее наложницей, тогда неудобно получится.

– Неудобно будет, если ты побежишь и расскажешь ему о нашем разговоре.

Тролльи колдуны сплетничали и злословили, как базарные кумушки. Едва ли такое поведение делало им честь.

Мало того, что они считают меня любовницей Йотуна, так еще им не нравятся мои манеры. Я была готова сгореть со стыда, но продолжала ловить каждое слово с болезненным интересом.

– Ее статус – это одно… но она может рассказать о том, что здесь увидит.

– Кому, интересно? Магам? Это исключено. Им сюда не добраться.

– Ведьмам!

– Осторожно, ты прекрасно знаешь, все, что творится в Белом замке, происходит по приказу короля. Одно дело шутить над Йотуном, другое…

– Ты прав, да.

– Пойдем, пора приниматься за дело.

Их голоса начали удаляться. Я стояла, привалившись к стене, и никак не могла успокоиться, сердце гулко ухало в груди.

Что ж… я получила еще одно напоминание, что мое положение весьма ненадежно и в любой момент может измениться… не в лучшую сторону.

Тем более, Йотун ловко избегал объяснений касательно моего статуса в замке. Оказывается, расплывчатое «гостья» выглядело в глазах троллей весьма двусмысленно. А ведь придется сидеть с ними вечером за одним столом. Как сохранять спокойствие после всего услышанного? Я приложила ладони к ледяным камням стены, а потом к щекам, чтобы хоть немного их охладить.

Глава 7

Вечером я решила не спускаться к ужину, а остаться в комнате. Я легла в постель, и едва моя голова коснулась подушки, я заснула.

Снов я либо не видела, либо не запомнила, что было само по себе подарком.

Тролли уже успели разойтись по своим делам, так что я беспрепятственно взяла на кухне немного еды и отправилась в комнаты Йотуна, чтобы продолжить рисовать, посчитав, что все-таки не стоит пренебрегать его просьбой.

Тем более, смешивание красок и кропотливая работа позволяли не только скоротать время, но и многое обдумать.

Как мне стоит вести себя с троллями? Не могу же я прятаться вечно. Допустим, мне удастся несколько дней воровать еду с кухни, но это вызовет неудобные вопросы. И в итоге объяснения станут еще мучительнее.

Я вздохнула и отошла на несколько шагов, чтобы полюбоваться своей работой. Что ж… можно попробовать восстановить вот тот лист, в самом низу, а то со стеблями уже вышел явный перебор. Без цветов и листьев все это больше напоминает змей.

Я принялась смешивать более темный оттенок зелени…

* * *

Мертвячка лежала на животе, прижавшись лицом к земле. Глаза ее были закрыты.

– Вот ты где! А я везде тебя ищу.

Ингар опустилась рядом, прямо на траву. Девушка была одета в роскошное платье. И выглядела заметно лучше. Недаром говорят, что хороший уход и забота творят чудеса.

– И охота тебе валяться в грязи?

Мертвячка открыла глаза. Вздохнула и села. Для того, чтобы изменить положение, она неестественно вывернула руки и несколько мгновений напоминала огромного паука.

Она улыбнулась Ингар жутковатой ласковой улыбкой.

– Я слушала.

– И что же?

– Песню. Она так прекрасна.

Ингар прислушалась. Потом тоже легла на землю.

– Я ничего не слышу, – сказала она через несколько мгновений. – Только шум своей крови в ушах.

Мертвячка облизала красные губы и рассмеялась.

– Ты глуха. Как и вы все. Вы не слышите магию. А она поет и зовет. Говорит.

Ингар только покачала головой.

– Кто мы?

– Человечки, – игриво усмехнулась мертвячка, блеснули белые зубы.

– Ты – сумасшедшая, – сказала Ингар. – Но я рада, что мы подружились. Без тебя я была бы мертва.

– Да уж, смерть – это досадное неудобство.

– А я ведь так и не поблагодарила тебя. Моя семья хотела бы сделать тебе подарок. Чего ты желаешь?

– Ничего. Я бы хотела задержаться у вас в гостях.

– Да, конечно. Живи сколько хочешь! – Ингар улыбнулась. – Но о подарке все-таки подумай. Мы не любим быть в долгу.

– Поверь, в долгу ты не останешься.

Где-то раздался грохот и ржание лошадей.

Ингар вздрогнула.

– Не беспокойся, – сказала мертвячка. – Это дурень из вашей деревни вез бочки и задел ворота.

– Ты это поняла только по звуку?

Она чуть склонила голову и снова жутковато улыбнулась. Возможно, по ее замыслу, это должно было придать ее лицу некую теплоту, но эффект вышел обратный.

– Не переживай о магах. Они не явятся сюда. А если и придут, то себе на горе.

– Ты так уверенно об этом говоришь. Что мы сможем сделать, если явятся боевые чернокнижники?

– Ингар, не бери в голову. Я смогу тебя защитить. Более того, скоро ты станешь такой же, как я…

* * *

Я выпала из видения, чтобы не упасть, мне пришлось схватиться за стену. Хорошо, что краска за время моего отсутствия успела высохнуть.

Чтобы успокоиться, мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов, и как раз в это время Йотун вошел в комнату, небрежно бросив плащ на стул.

– Тебя вчера не было на ужине. И ты пропустила завтрак, – вместо приветствия сказал он.

– Да, – подтвердила я, хотя этого и не требовалось.

Он не дождался объяснений, но и спрашивать ничего не стал.

– Вижу, работа неплохо продвигается.

– Я снова видела мертвячку, – сказала я.

Глаза колдуна заинтересованно блеснули. После моего рассказа он задумчиво потер подбородок и спросил:

– И что ты об этом всем думаешь?

– Что я могу думать? Из нас двоих ты больше сведущ в магии.

– И все-таки… мне интересно твое мнение.

Йотун сел на стул, положил ногу на ногу и превратился в слух, всем своим видом демонстрируя заинтересованность.

– Что ж… Судя по ее словам и тому, что я уже видела… эта бездна разумна. Во всяком случае, она обладает голосом. И у нее есть своя цель. Я думаю, что мертвячка служит ей, а не Ории, – сказала и прикусила язык.

Но было поздно. Йотун заметил эту оговорку.

– С чего бы мертвячке служить королеве ведьм?

– Потому что она руководила обрядом, который вернул магичку к жизни. Я же говорила, что ее оживили…

– Да, но ты упустила одно обстоятельство, что это сделала Ория.

Я пожала плечами, напустив на себя равнодушный вид.

– И для чего она это сделала? – почти прошипел Йотун.

– Ты сам знаешь. Королева совершенно не скрывает своих намерений.

– Что, поиск этого сказочного артефакта? – тролль презрительно фыркнул. – Глупости.

– Не знаю, – протянула я. – Может, да, а может, и нет. Но она очень постоянна в своих планах.

Йотун слегка расслабился.

– Ведьма весьма хитра. Может, она искренне заблуждается. Я лично сомневаюсь, что камень действительно существовал. Скорее это символ, красивая метафора. Мол, люди смогли овладеть магическим искусством, которое принадлежало только троллям. Отняли тайное знание и все в таком духе…

– Вот и Бальтазар Тосса не верит.

– Но идея ведьмы, что она лишит всех недостойных магической искры и будет править – завораживает безумной смелостью. Безумной в первую очередь.

– Она настроена весьма серьезно.

Йотун махнул рукой.

– Иногда такие идеи могут причинить много вреда. Итак, что мы знаем. Эта самая черная дрянь прорывается в разных местах. Мы знаем несколько: заброшенные шахты… некий замок, в котором практикуют запрещенную магию, и еще один замок, в котором сейчас пребывает мертвячка. Дальше, сама «мертвячка». Воскрешение из мертвых все же очень сомнительно…

Я вздохнула, и Йотун быстро сказал:

– Но не станем сбрасывать такую возможность со счетов. Да, будет интересно… Ты говоришь, что она пообещала этой девушке… Ингар… сделать ее такой же, как она.

– Она хочет ее убить! – Я вскочила на ноги.

– Да, тогда мы сможем удостовериться, что воскрешение имеет место, – Йотун нахмурился. – И тогда это будет означать, что законы магии поменялись.

– Часто такое происходит?

– Вообще-то… Никогда. Ладно, все эти изыскания пробудили аппетит. Идем.

– Я не голодна. Лучше побуду здесь.

Бровь тролля удивленно взлетела вверх.

– С чего это ты решила морить себя голодом?

– Я не решила…

Йотун подошел ко мне.

– Кто-то из магов тебя обидел? – его глаза зло блеснули.

– Нет, ничего такого. Просто, думаю, мне не следует…

– Не следует есть?

Я фыркнула, потому что Йотун сказал это таким подчеркнуто серьезным тоном, что не улыбнуться было невозможно.

– Следует… просто… Твоим людям не слишком нравится мое общество.

– И кто из «моих людей» это сказал? – спросил Йотун.

Опять я назвала троллей людьми. Непростительная ошибка.

– У меня сложилось такое впечатление, – тихо проговорила я.

Не рассказывать же, что я подслушала двух троллей.

– И на чем же основаны такие умозаключения.

Я молчала.

Йотун вздохнул.

– Что ж… я могу спросить у них сам.

– Не нужно! – отчаянно вскрикнула я.

Коварная улыбка изогнула губы тролля. Он собирался что-то ответить… Но наш разговор получил отсрочку, поскольку в дверь с силой постучали.

– Командир! Вас это заинтересует. Сработала одна из сигнальных ловушек.

– Хорошо, – Йотун выглядел довольным, на его лице проступил азарт охотника, готового пуститься в погоню.

Тролли вышли из комнаты, и я вздохнула с некоторым облегчением, но Йотун вернулся.

– Не думай, что мы закончили.

Я вздрогнула, но колдун уже исчез.

Тролли ушли, я осталась одна в целом замке. Продолжать рисовать, как ни в чем не бывало, я не могла. И тут вспомнила, что Йотун упоминал портал. Да, конечно, он говорил, что им нельзя воспользоваться… Но посмотреть же не возбраняется. Никакого прямого запрета не было.

Когда еще представится возможность… Я вытерла кисти и вышла из комнаты.

Так, портал находится где-то внизу, значит, нужно найти лестницу.

Справиться с этой задачей оказалось на удивление непросто. Я обошла весь земляной этаж, но никаких признаков спуска. Обследовала кухню… – ничего.

– И почему эти проклятые порталы строятся под землей?! – в сердцах воскликнула я.

Но, возможно… я просто неправильно ищу. В хижине, которую мы посетили с Йотуном, вход под землю был в виде лаза в полу, может быть, здесь так же.

Я еще раз обошла замок, на этот раз мой взгляд был прикован к полу. Удача улыбнулась мне в зале короля, вход в подвал был скрыт ковром. Я взялась за железное кольцо и с силой потянула, ожидая что мне понадобятся все силы, но люк как будто подпрыгнул, торопясь явить мне вход в подземелье.

Я заглянула внутрь.

Словно нехотя начали разгораться магические светильники, освещая винтовую лестницу.

– Возможно, Мальта, ты об этом пожалеешь, – сказала я, делая первый шаг.

Лестница была крутая и скользкая, я изо всех сил цеплялась за поручни, чтобы не скатиться кубарем.

– Куда тебя несет, Мальта. Знаешь же, что любопытство сгубило кошку, – ругала я себя последними словами, но спускалась.

– Увидишь ты портал, и что сделаешь? – я говорила вслух, чтобы разогнать гнетущую, давящую тишину тролльего замка, а потом лишилась дара речи.

Со стен черными провалами глазниц на меня взирали черепа. Их были тут сотни. А магические светильники поддерживали… кости. Позвоночники, ребра, берцовые кости, все пошло для украшения этого зала. Теперь-то мне в полной мере стала понятна вычурная фигура речи: «кровь стынет в жилах».

Что ж… оказывается, под залом, в котором мы с троллями ели… находилось… не знаю даже, как это правильно назвать. Кладбище? Зал для запретной магии?

Первым моим порывом было взбежать наверх, захлопнуть вход, вернуть ковер на место и забыть обо всем увиденном.

Но я оставалась стоять.

«Портал похож на арку или вход».

Я двинулась вдоль одной из стен. Казалось, черепа смотрели осуждающе. Кто мог сотворить такое? Люди или тролли?

Один костяной зал плавно перешел в другой… не менее жуткий, и вот там был портал. Портал стоял ниже уровня пола, к нему вели четыре высокие каменные ступени, оканчивающиеся песчаной площадкой. И выглядел он, учитывая весь окружающий антураж, весьма обычно: белая каменная арка, украшенная искусной резьбой, в которой я узнала те же цветочные мотивы, которые восстанавливала в комнатах Йотуна.

«Вот ты и нашла портал, и что дальше?»

Я спустилась по ступенькам и встала напротив прохода.

«Не думала же ты, что он сработает, если на него долго смотреть».

Я подошла ближе и коснулась прохладного камня. Провела пальцем по резному листу, и меня бросило в видение, так резко, что виски пронзило болью.

* * *

Свет красиво проникал через витражное окно и ложился золотыми, красными и голубыми пятнами на пол. На витраже было изображено плачущее солнце, пронзенное пикой.

Комендант подошел к шкафу и долго рассматривал длинные ряды склянок, пробирок, колб, полных разноцветных жидкостей, порошков и диковинных ингредиентов, а затем медленно открыл шкаф и достал крошечный пузырек с весьма внушительной пробкой.

– Что ты тут делаешь? – Кьяра вошла в лабораторию.

Комендант пробормотал что-то неопределенное и вытянул вперед руку со своей находкой.

Целительница удивленно взглянула на него и пожала плечами.

– Зачем мне это? Поставь на место.

– Для заклинания. Стабилизация, – сквозь зубы процедил он.

– О, да ты, смотрю, стал разбираться в магии, – прозвучало насмешливо.

– Добавь к первому составу, – гнул свое комендант.

Кьяра взяла пузырек и посмотрела его содержимое на просвет. Плачущее солнце расцветило ее лицо золотым и красным.

– Нет. Это мне не нужно, – бывшая фаворитка верховного мага вернула загадочный ингредиент обратно.

По лицу коменданта пробежала тень.

– Почему ты не хочешь попробовать?

– Потому что из нас двоих я кое-что понимаю в магии, а у тебя другие таланты.

Она усмехнулась, взяла несколько склянок и собралась выходить.

– Ты должна сделать то, что я говорю, – прошипел комендант.

От его голоса становилось не по себе.

– Должна! Ах, должна! Ты забываешься! Сейчас, когда я на пороге важного открытия, ты влезаешь с грацией тупой коровы и отнимаешь время. Что, закончились девки, которых можно трахнуть, и ты решил переключиться на магию?

Он скрипнул зубами и сжал кулаки.

– Сама подумай!

– Подготовь трех полукровок. Проведу эксперимент.

– Не сработает.

– Хватит перечить! – вспылила Кьяра. – Твое дело исполнять мои приказы. Думать при этом не обязательно!

– Курица! Ты просто потеряешь время. Ты идешь по ложному пути!

– Ты, похоже, не в себе, – на этот раз Кьяра говорила совершенно спокойно. – Тебе нужно отдохнуть…

Она не успела закончить, потому что комендант отчаянно зарычал и принялся переворачивать все на столешнице.

– Бумагу! – приказал он.

– Хочешь порисовать? – но за шутливым тоном целительницы угадывалась настороженность.

Магичка явно растерялась, подобное поведение было ей в новинку.

– Ты не понимаешь. Не понимаешь, – бормотание коменданта сделалось неразборчивым, а бумаги, как назло, под рукой не было, как и чернил.

Тогда в порыве отчаянной ярости он укусил себя за ладонь. Поморщился от боли и принялся писать на столешнице… собственной кровью.

Выходили загадочные закорючки.

Кровь не слишком хорошая замена чернилам. Символы выходили смазанными, нечеткими.

– Все-все, прекрати.

Дара подошла к коменданту и взяла его за руку.

– Ты и правда перетрудился, – ласково сказала она. – Не стоило мне быть с тобой резкой.

Он взглянул на нее мутным взглядом, моргнул и огляделся, словно пытаясь понять, как здесь очутился.

– Я знаю, ты предан мне и магии и стараешься помочь. А сейчас давай я обработаю рану, потом ты пойдешь хорошенько выспишься, и каждый будет заниматься своим делом.

Комендант хотел что-то возразить, но она приложила палец к его губам.

– Не спорь, пожалуйста.

Кьяра говорила еще что-то ласковое, а он все озирался и тер переносицу. Целительница лишь мельком взглянула на кровавые знаки и только покачала головой.

А я решила рассмотреть их подробнее. И главное, я смогу показать их тому, кто разбирается в магии.

У меня, как и у коменданта, не было под рукой бумаги, но я не хотела покидать видение, боясь, что я или не смогу вернуться в лабораторию с плачущим солнцем, или Кьяра решит уничтожить следы припадка, а знаки так просто не запомнить. Я опустилась на колени и принялась старательно зарисовывать ничего не значащие для меня закорючки.

Было непросто сохранять концентрацию и пребывать одновременно в двух пространствах.

Я справилась только с одной строчкой, когда меня грубо подняли на ноги.

– Сбежать вздумала?

– Мальта?

Выход из полутранса сопровождался головокружением, я едва не потеряла сознание.

– Не прикидывайся. Вот командир… узнает…

Меня уже куда-то тащили.

– Что она там писала? – раздался голос за моей спиной.

– Без понятия. Оставь. Ничего не трогай. Йотун должен сам это увидеть.

Меня волокли к лестнице, как мешок с пшеном. Перед глазами так и мелькали жуткие черепа и украшения из костей.

Но подняться мы не успели, потому что Йотун уже спустился до половины.

Мои конвоиры заговорили одновременно и очень быстро.

– Она…

– Пыталась открыть портал.

– Колдовство.

– Да! Знаки!

Тролли перебивали друг друга, отчего их обвинения сливались в бессмысленный хор.

Йотун закончил спуск и насмешливо спросил:

– И как, у нее получилось открыть портал?

– Нет, но…

– В противном случае я бы сильно удивился.

Он прошел к порталу. Теперь меня волокли в обратную сторону. Тролли расступились, пропуская своего командира.

– Что это? – спросил он, указывая на начерченную мной на песке строчку. – Есть ли следы магии?

Я поджала губы, не желая отвечать при всех. Да и объяснение получится очень путаным и долгим. Но оказалось, что вопрос был адресован не мне.

– Никаких следов. Возможно, это человеческая магия, но она не содержит в себе…

– Магия, которая не содержит магии, – глаза Йотуна блеснули гневом. – Вот уж коварная задумка.

В этом момент руки, крепко меня державшие, разжали хватку.

– Но она была у портала…

– Который не действует, – с нажимом сказал Йотун.

– Может, она не успела…

– Не успела чего?

– … сотворить заклинание.

Йотун презрительно фыркнул.

– Конечно, вы увидели человека у неработающего портала – вот уж повод впадать в панику.

Неожиданно тролли рассмеялись.

– И правда, командир.

– Что мы, как люди…

Еще несколько мгновений назад они были готовы меня растерзать, полагая, что я готовлюсь совершить какое-то вредоносное заклинание, а теперь беззаботно веселятся и больше напоминают мальчишек.

К нашей небольшой компании присоединился хромой. Он внимательно изучил знаки. Губы его вытянулись в напряженную линию, крючковатый нос свесился над знаками. Еще немного, и тролль прочертит им полоску. Маг недовольно сопел и пыхтел.

– Эй, да остается только пожевать песок. В этих каракулях нет магии, как ни ищи, – сказал Гельд.

Он весело подмигнул мне, спустился к порталу и одним движением сапога стер мою запись, сделанную с таким трудом.

Вот тебе и добрые намерения. Внутри начал закипать гнев.

– Вот она, всесильная людская магия. Раз и нет, – паясничал Гельд.

Но внезапно остановился… схватился за горло и испустил жуткий хрип, закашлялся, согнулся пополам.

– Что с ним?

Тролли обступили Гельда, который хрипел и трясся.

– Заклятие?

Гельд выпрямился, утирая слезы. Наглец притворялся, и трясся он от хохота, сраженный собственным остроумием.

– Видели бы вы свои рожи!

Бессменный троллий повар хлопнул Гельда по спине, отчего тот едва не упал:

– Шутник выискался! – ворчливо сказал он, впрочем, без особой злобы.

Гельд же продолжал дурачиться:

– Нет, милашка даже не маг.

Тролли начали расходиться, но хромой никак не хотел уняться, он прямо взглянул на Йотуна и сказал:

– И все же… не стоит отпускать зверушку беспрепятственно бродить по замку.

Его голос прозвучал резко и грубо.

Йотун вздрогнул, как от пощечины.

– Она моя гостья, и ей не воспрещалось гулять, где пожелает, – холодно сказал он.

– И все-таки… – не сдавался хромой. – Что она тут делала? Высматривала? Может, она связана с теми, кто сегодня хотел пройти через Заолокский лес?

Теперь его взгляд впился в меня.

Гельд взял хромого под руку и потянул. Но тролль стоял и смотрел на Йотуна. В его позе был вызов.

– Да перестань же… Если она связана с теми неудачниками, то не больно-то она им помогла. Те маги уже завтра станут дерьмом, которое исторгнут из себя детки златоглазов.

Но шутливый тон не помог. Йотун и хромой стояли друг напротив друга. Если бы между ними вздумала пролететь муха, то, вероятно, она упала бы замертво, такое напряжение было между магами.

– Ты ставишь под сомнение мои решения? – тихо спросил Йотун.

Улыбки растаяли на лицах.

Я рано обрадовалось, что все обратилось в шутку. Дело принимало серьезный оборот. У меня возникло ощущение, что хромой готов бросить Йотуну вызов.

Сражаются ли тролли между собой, как дворяне на мечах? Или это магическая дуэль?

Хромой отвел взгляд.

– Никак нет. Я просто говорю, что питомцу лучше оставаться где-то, где он не может причинить вред другим или… пострадать сам.

Он зашаркал из зала.

Йотун перевел взгляд на меня.

– Идем, – приказал он, в голосе звенел металл.

Глава 8

– Ну? – спросил Йотун, как только дверь за ним закрылась.

Всю дорогу до его комнат он крепко сжимал мое плечо, как будто опасаясь попытки побега.

Я твердо решила, что не буду извиняться. Тем более никакого запрета на поиск портала не было. Да тролль сам мне рассказал, где тот находится!

– Есть какая-то особенная причина твоего интереса к порталам? – спросил Йотун, усаживаясь на стул.

Я пожала плечами:

– Любопытство.

Трудность заключалась в том, что я и сама не могла точно ответить на этот вопрос.

– Увидела. А дальше?

Тон голоса был холоден, и колдун всем своим видом демонстрировал, что не намерен тратить время на уловки и игры.

– Я захотела коснуться портала.

– В надежде, что он перенесет тебя… и куда же ты собиралась отправиться? Разве я не говорил, что портал не действует?

– Говорил, – со вздохом подтвердила я.

– Думала, я солгал?

– Нет. Я была уверена, что останусь на месте.

– И что это были за знаки, которые ты рисовала на песке? – раздраженно бросил тролль и добавил: – Подходящее времечко выбрала.

– У меня было видение. Я хотела, чтобы ты взглянул на эти знаки. Это может быть важно.

– Могла бы прийти сюда и записать здесь.

– Я боялась, что их сотрут, или что стоит выйти из видения, то не попаду в тот зал.

Тролль вздохнул и приказал:

– Рассказывай.

– Я думаю, мое видение связано с бездной.

Йотун сложил руки на груди. Он был так неподвижен, что казался статуей, высеченной из камня.

– Маги проводят бесчеловечные эксперименты. Ими руководит любовница Бальтазара Тоссы – Кьяра. Как я поняла, она состояла в каком-то тайном древнем ордене. Их символ – плачущее солнце…

– Пронзенное пикой, – закончил Йотун.

– Да, именно так. Ты знаешь о них?

– Продолжай, – Йотун поднялся, пересек комнату и достал из сундука небольшую книгу, на обложке было тиснение с хорошо знакомой мне эмблемой.

– Так вот… в этом самом замке бездна вышла на поверхность после ритуала мертвячки, – я говорила быстро, как будто могла куда-то не успеть. – Комендант ходил в опечатанный магией зал, он… не знаю… дразнил бездну.

– Дразнил?

– Кьяра поставила защитную магию, и он был беспечен, не чувствовал опасности… я видела, как он проглотил каплю этой черной гадости. И теперь ведет себя странно.

Йотун похлопал по ладони книгой. Я продолжила уже спокойнее:

– В замке Кьяра пытается создать смертоносное оружие. Она проводит эксперименты на троллях, полукровках и людях. Я видела ямы, в которых помещается зелье, те, кто работают с ним, быстро умирают.

Тролль поджал губы.

– Но что-то в ее заклинании не получается. Она пока не может закончить свою задумку. И комендант решил ей помочь. Но ты бы видел… – я усмехнулась. – Он точно обезумел. Достал какой-то ингредиент из шкафа и все твердил про стабилизацию. А потом… он пытался убедить Кьяру, что знает, как сделать так, чтобы заклинание работало. Хотел записать, но бумаги не нашлось, тогда он прокусил себе руку и писал кровью.

Я вздохнула, переводя дух.

– И ты решила зарисовать те самые символы, написанные кровью? – спросил Йотун.

– Да.

– Ты знаешь, что они означают?

– Понятия не имею! Поэтому я хотела показать их тебе! – я повысила голос. – Думала, ты сможешь разобраться…

– Все тролли, которые находятся в этом замке, весьма сильные маги.

– Это я уже поняла.

– И ни один из них не разобрал того, что было написано.

– Кьяра тоже не поверила тому, что комендант говорил. Не восприняла его слова серьезно, – задумчиво сказала я. – Говорила, что у него нет нужных магических знаний и умений, ну или как-то так.

– Но ты решила, что я разберусь.

– Во-первых, ты необычный маг.

– Так, лесть… – Йотун улыбнулся вполне добродушно.

– Дело не в лести, – я смутилась. – Может, комендант действительно сошел с ума, находясь в том мрачном и жестоком замке, а может…

– Давай… – подбодрил меня Йотун, – договаривай.

– Я просто подумала… вдруг… это бездна заставила его написать?

Произнесенное вслух подозрение прозвучало безумно.

– Как именно?

– Не знаю. Она же говорила в моем видении, прикидывалась Мадсом, звала куда-то. Все это проявления воли… разума.

– Разумная магия? М-да… Весьма необычная мысль, – сказал Йотун.

Я попыталась уловить насмешку в его словах, но тролль говорил серьезно.

– Итак, ты подозреваешь, что комендантом кто-то управлял.

– Было похоже на то. И после… когда он пришел в себя, мне показалось, что он не понимал, что происходит.

– Неплохо бы взглянуть на знаки еще раз, – задумчиво проронил тролль.

Он просит меня вновь погрузиться в видение.

Йотун достал бумагу, перо и чернила разложил все это на столе и сделал приглашающий жест рукой.

– Я попробую. Не обещаю, что…

Зря я волновалась. Получилось легко, как пройти несколько шагов, чтобы оказаться в соседней комнате.

Из груди вырвался разочарованный вздох:

– Так и знала… уже все стерли. Никаких следов.

– Досадно.

Я слышала голос Йотуна. Он стоял совсем близко. Кажется, наклонился к самому моему уху.

– Я попробую попасть в его покои.

Резкий стук в дверь заставил меня почти подпрыгнуть на месте.

– Не сейчас! – рявкнул невидимый мне Йотун.

Лаборатория перед моими глазами пошатнулась, но я удержалась.

Комендант. Мне нужно его увидеть. Я сосредоточилась на этой мысли. Во мне проснулся азарт и желание доказать собственную правоту.

Он был в своих покоях. Не спал, как того требовала Кьяра. И на этот раз у него была бумага. Вокруг валялись десятки листов, покрытые все теми же непонятными каракулями.

Так… мне нужно сосредоточиться и попробовать переписать.

Но несколько мгновений я рассматривала мага. Он яростно покрывал очередной лист знаками, губы его беззвучно шевелились, брови временами сходились к переносице. Он как будто спорил с кем-то невидимым. Строчки выходили размашистыми и жесткими. Иногда от нажима бумага рвалась.

Я вытянула руку, почувствовала, как Йотун вложил в нее перо.

Так… теперь мне нужно, чтобы два листа бумаги совпали в видении и в реальности, чтобы я могла обвести знаки.

Глаза резало от напряжения. Лист двоился и дрожал. Знаки исполняли веселенькую пляску. Скрипнуло перо. Мое перо или коменданта? Кажется, все-таки мое.

Я принялась обводить знаки. Надеюсь, что все-таки пишу на бумаге и чернилами…

Не знаю, сколько времени у меня заняло переписывание всего одной страницы, но я была без сил. Пот катился со лба.

– Все… – я моргнула и огляделась.

– Интересно было наблюдать, – сообщил Йотун и забрал страничку.

Он рассаживал по комнате, глядя на таинственные знаки.

– Это ни на что не похоже! – наконец-то сказал он, в раздражении отбрасывая с таким трудом добытые знаки. – Этот маг просто спятил. Магические формулы пишутся по-другому.

Я почувствовала разочарование, но постаралась его не показывать.

– Что ж… значит, сошел с ума.

– Духи, – пробормотал Йотун и жестко усмехнулся. – Помнишь истории про духов?

– Конечно.

– Духи не могут прикоснуться к нам, тем более взять нож, даже поднять песчинку для них непосильная задача. Однако все гораздо хуже.

Йотун немного помолчал.

– Их способ – обман. Игра на наших страхах и сомнениях. Посеять раздор между друзьями, сбить с пути путника и заманить в топь, свести с ума от ревности или горя – это они могут. Нашептать во тьме, смутить. Искусная ложь – их конек.

Я начала понимать, куда он клонит. Сравнение мне не больно-то польстило. Кровожадный, коварный дух из страшных историй. Просто прекрасно. Но я была слишком сильно измотана, чтобы возражать.

С другой стороны, у него нет причин доверять мне полностью. А для того, кто всю сознательную жизнь провел рядом с королем и видел самые изощренные интриги, он еще проявляет чудеса терпения и… доброты.

– Однако случается, что они говорят правду. Иногда слова духов становятся понятны только через много лет.

– И как же тогда быть?

Тролль пожал плечами.

– Думать.

Возможно, мое видение было «молоком», как называл бы его Захария, но оно имело одно приятное последствие. Йотун позволил мне отправиться к себе и поужинать в гордом одиночестве.

Кажется, я начинаю привыкать к «бирре», каша уже почти съедобна на вкус. А на хлеб и мясо я набросилась так, как будто не ела целый месяц.

Было немного обидно, что я потратила столько сил на коменданта. Но сама виновата. Зачем вздумала переписать эти каракули? Чем дольше я размышляла, тем больше убеждалась в собственной глупости.

Пару дней меня мучила странная слабость. Все видения были мимолетными и какими-то «замыленными». И я по-прежнему не могла увидеть Мадса, что меня сильно печалило. Неужели то, что я полюбила его… приблизило чернокнижника ко мне настолько, что получится так же, как и с моей семьей? Я много думала над этим, благо времени было предостаточно, и тогда пришло одно очень странное видение.

* * *

Красные мантии, красные капюшоны, закрывающие лица. Маги не торопили лошадей, ехали шагом.

– Глянь-ка, что впереди.

Дорога была перегорожена другими конными. Большой отряд. На солнце блестели доспехи, видны были ощетинившиеся пики. Навстречу магам неторопливо выехал верховой.

Красные остановились и поджидали.

– Дальше нельзя. Разворачивайтесь и уезжайте, откуда приехали, – гонец ловко сплюнул под ноги лошади стоящего впереди капюшона.

– И кто же нас не пропустит?

– Граф Лестр запретил вам проезжать через свои земли.

– Разве дороги не для всех?

– Не для тех, кто разоряет деревни и пугает честных жителей.

– Да ты знаешь, с кем говоришь, парень? Могу пальцем пошевелить, и ты свалишься замертво.

– Может, и свалюсь, – дерзко ответил гонец. – Вот только вы тоже далеко не уедете. Гвардия его милости – это не безответные крестьяне.

– Мы действуем по приказу государя Бальтазара Тоссы! Очистите дорогу, дайте нам проехать, и никто не пострадает.

– А мы действуем по приказу графа Лестра. Разворачивайте коней и поезжайте, откуда приехали.

За спиной у гонца военные пришли в движение. Раздался характерный щелчок, который сопровождает готовность арбалета.

И маги в красном повернули назад.

* * *

Я так обрадовалась, что кто-то дал отпор красной банде: кем бы ни был этот аристократ, граф Лестр, но он явно не робкого десятка, раз решился пойти против верховного мага.

Но это было самое цельное и связное видение.

В остальном же я старалась вести себя осторожно и как можно меньше попадаться на глаза троллям, включая Йотуна. Благо он был занят и почти не появлялся в своих покоях, где я продолжала реставрировать роспись.

Когда мы виделись, он рассеянно кивал, погруженный в свои мысли.

Тролль пришел ночью.

– Мальта! – он потряс меня за плечо.

Вырванная из сна, я пыталась понять, где нахожусь. Мне снилось что-то приятное. В общем, это был просто обычный сон, да еще и не кошмар.

– Мальта! – Йотун выглядел так, как будто вообще не ложился.

– Что случилось? – спросила я, садясь в постели.

Вместо ответа он помахал у меня перед носом листком бумаги, на котором были записаны каракули.

– Я понял.

Я вздохнула, мысленно задаваясь вопросом, почему это разговор не мог подождать до утра. Но сонное недовольство прошло, когда колдун сказал:

– Ты была права! Это действительно часть заклинания. Твой комендант не сошел с ума.

– И что же с ним?

– Что с ним, не могу сказать. Но вот эти знаки… очень даже имеют смысл.

Было странно видеть обычно такого сдержанного и спокойного Йотуна в столь приподнятом расположении духа.

От меня явно ждали вопроса, и я его великодушно задала:

– Так что удалось выяснить?

Тролль довольно ухмыльнулся.

И я задумалась, сколько же ему лет. Он же на самом деле немногим меня старше. Может, он ровесник Мадса… ну или чуть старше.

– Эти каракули не шли у меня из головы. Я все думал, есть ли в них какой-то смысл.

Мне это польстило. Значит, Йотун не отмахнулся от моей идеи, а все это время напряженно думал. Вот чем объяснялась его молчаливость и отрешенность.

– Руны. Очень древние. Ума не приложу, откуда комендант их взял. И скажу тебе, записаны они весьма странным образом – зеркально.

– Как это? – удивилась я.

– Смотри. Обычно мы пишем слева направо, а здесь наоборот, справа налево, и все символы в заклинании перевернуты.

– Как ты это обнаружил?

– Случайно. Я уже был готов сдаться и отбросил лист. Он перевернулся. А писала ты не слишком аккуратно, так что часть рун проступила на другой стороне.

Я пропустила мимо ушей шпильку о почерке, тем более пребывание в видении не располагает к чистописанию.

– И я узнал парочку. А уже потом было просто: поднес лист к зеркалу, тогда-то стало понятно, с чем мы имеем дело.

Мы имеем дело. Я заметила эту оговорку. Она позволяет думать, что Йотун воспринимает меня серьезно. В отличие от остальных троллей, которые смотрят либо как на досадную помеху, либо как на дрессированного зверька.

– Но пока заклинание расшифровать не удалось.

– То есть это троллья магия? – спросила я.

Йотун нахмурился.

– Трудно сказать. Символы полузабыты и нами не используются для записи заклинаний.

– Но ты понял! Узнал их!

– Сама же сказала, что я необычный маг, – тролль улыбнулся.

А я отчего-то смутилась. Хорошо, что в полумраке не видно, как горят мои щеки.

– И все-таки странно, что комендант использовал такой способ рассказать Кьяре о том, как исправить заклинание, – сказала я.

– Весьма, – согласился тролль. – Не лучший способ быть понятым. И главное, зачем зашифровывать написанное?

– А что если я права?

– Думаешь, это все бездна?

Я кивнула и обхватила себя за плечи. Как будто сквозняк проник в комнату, и холод пробрал до костей.

– Да, – просто ответила я.

Йотун смотрел на меня и ждал.

– Сам посуди. Зачем магу использовать забытые руны? – я начала загибать пальцы. – Ты не видел, но он ведет себя, как помешанный. И еще… я сейчас подумала… почему он писал «зеркально»? Никакого зеркала рядом не было. А значит… кто-то ему показывал эти символы, и он их переписывал.

Тролль потер переносицу.

– Надо расшифровать заклинание, – сказал он. – Тогда можно будет делать какие-то выводы.

Он собрался уходить.

– Йотун, – остановила я его. – Могу я спросить?

– Уже спросила.

– Черепа… Кости. Откуда они взялись в подземных залах?

Йотун помолчал немного, потом ответил:

– Ты знаешь, что воины короля Этельреда убили всех, кто был в этом замке. Тела были повсюду. Часть сбросили к порталу, часть так и оставили лежать на земле. Смрад стоял нестерпимый. Вороны уже не могли летать…

Я кивнула.

– После пришли два человека. Они-то и сказали, что позаботятся об останках. Им позволили. Дни и ночи они мыли кости, избавляли их от оставшейся плоти и складывали в зале.

– Как жутко.

– Это был их способ отдать дань уважения… Уже скоро рассвет, нужно хоть немного поспать.

Когда Йотун ушел, я лежала и смотрела в потолок.

И все-таки тролль что-то недоговаривал о портале. В его словах была какая-то фальшь… Он не верил, что Ория могла им воспользоваться, но все-таки оставлял такую возможность при наличии артефакта. Почему? А также для меня была загадка, почему люди… маги ничего не сделали с порталом. Почему защитники замка не спаслись через портал?

Вопросы множились в моей голове, а ответов не находилось.

Глава 9

Утро выдалось серое и пасмурное. Я поднялась с кровати, быстро привела себя в порядок и с замиранием сердца попыталась вызвать в видении образ Мадса. Я представила его лицо во всех подробностях, его кривоватую ухмылку, то, как он мог взъерошить волосы. Ничего. Пустота. Только мое глухо ухающее в груди сердце.

Но у меня оставалась моя глупая надежда. Я не брошу попытки, буду продолжать. Тем более мне показалось, что сегодня «пустота» была не такой «плотной», а обещающей возможность видения. Эти ощущения были ненадежны и призрачны, и я цеплялась за них, не позволяя себе скатиться в отчаяние.

Я вышла из комнаты, которую привыкла считать своей, и спустилась вниз. Привычно прислушалась, остановившись на лестнице. Похоже, тролли уже ушли: голосов не было слышно.

Это обстоятельство меня обрадовало. Я прошла мимо зала короля и не могла не заметить, что тяжелая дубовая дверь была затворена. Ради интереса я толкнула ее – так и есть. Заперто. Мне недвусмысленно дали понять, что мою жажду исследований стоит умерить, но еще и заботливо избавили от искушения. Я усмехнулась, покачав головой.

Зато на кухне нашлась еда.

Вгрызаясь в хлеб, я мысленно возвращалась к ночному разговору с Йотуном, раз за разом повторяя известные мне факты о портале. Что-то важное ускользало от меня, и я не могла разобраться.

Теперь я находилась на месте тролля. Он пытался разгадать загадку таинственных символов, и это поглощало все его внимание, а я билась над тайной порталов.

Закончив завтрак, отправилась в покои Йотуна. В его комнатах я чувствовала себя в безопасности, да и работа, которую он мне дал, была достаточно приятной и позволяла спокойно уходить в видения.

А сегодня я решила сделать то, что давно откладывала. Я должна увидеть Бьянку и королеву Орию. Нужно отбросить эмоции и внимательно следить за ведьмами.

Из размышлений меня вывело тихое постукивание. Я остановилась и прислушалась. Замок обычно был наполнен разными звуками: в нем шумели сквозняки, старые балки поскрипывали, но сейчас в привычную симфонию закралась новая нота.

Похоже… на стук когтей по полу. И эти когти приближались.

Невозможно. Монстры не заходят в замок. Они все в лесу, в тумане.

Раздался скрежет – такой, когда когти царапают камень. Холодок пробежал по спине. А затем в соседнем коридоре раздалось утробное рычание, рассеивающее всякие сомнения.

Я побежала в надежде укрыться. Все двери оказались заперты. Я колотилась в каждую, как обезумевший, ослепленный мотылек бьется о стекло светильника. Позади что-то шумно сопело и подвывало.

До комнат Йотуна оставалось преодолеть всего один длинный коридор…

Дыхание сбивалось. Боль полоснула под ребром. Еще немного, и я буду у цели. Он не мог их запереть, не мог.

Но я не успела! Путь преградило чудовище. Оно появилось из оконного проема. Плюхнулось на живот и быстро поднялось во весь рост. Существо представляло собой невообразимую смесь: было в нем что-то от собаки и от обезьяны…

Монстр стоял на крепких задних ногах, все тело поросло курчавой рыжей шерстью, сквозь которую проглядывала пятнистая кожа, очень тонкие, жилистые передние лапы, увенчанные трехпалыми кистями с черными когтями, свисали до земли… Огромные изумрудные глаза с квадратными, как у козы, зрачками смотрели равнодушно. Но главное – короткая пасть со множеством треугольных зубов.

Я остановилась, оглянулась, надеясь медленно отступить. Но точно такой же урод отрезал эту возможность. Мерцали изумрудные глаза, из пасти свисали нити слюны.

То самое рычание, которое я слышала на некотором отдалении, теперь было совсем рядом.

«Как глупо быть растерзанной в тролльем замке».

Монстры приближались каждый со своей стороны, медленно и неотвратимо.

Страх парализовал мысли, вытеснил все остальные чувства, а мир съежился до размеров коридора.

«Они сожрут меня. Разорвут. Спасения нет».

Я закрыла глаза.

Йотун. Как вспышка. Озарение. Надежда на спасение.

Колдун смеялся. Он стоял в окружении других где-то в лесу. По земле струился туман, доходивший троллям до колен. Гельд сотворил сложный магический пасс, вспыхнуло заклинание.

– Йотун! – прошептала я. – Спаси.

Мои губы едва шевелились. Я боялась лишний раз вздохнуть.

Один из монстров уже подошел почти вплотную и обнюхивал пол у моих ног.

– Йотун! – снова повторила я.

А монстр встал на ноги. Я ощутила зловонное дыхание на своей щеке.

Колдун вскинул голову.

– В замке чудовища, – сказала я.

Тролль смотрел прямо на меня.

«Он услышал. Но не успеет».

Звук рвущейся ткани платья взорвался в ушах. Я закричала, вскинув руки и закрыв лицо руками, готовясь к боли, но ее не последовало. Ужасные когти-лезвия не коснулись кожи.

Как будто лениво монстр снова занес лапу, и трехпалая кисть обрушилась на подол. Снова нестерпимый треск. Юбка превращалась в лохмотья.

Второй монстр подошел вплотную. Мокрый нос ткнулся мне ладонь, и я почувствовала горячий язык на своих пальцах. Я так и продолжала закрывать лицо. Слюни чудовища попали на щеку. Это было отвратительно, но я забыла, как шевелиться.

Над ухом раздалось грозное рычание.

И вдруг визг, вспышка света. Горячий бок бросившегося прочь чудовища впечатал меня в стену.

В замке был туман. И из этого тумана шагнул Йотун. За его спиной я различила фигуры других троллей. Они заполняли коридор. На всех лицах был живой интерес. Я вздохнула и вытерла щеку.

Жива.

Йотун подошел ко мне.

– Ты ранена? – спросил он, лицо его было заледеневшим, темно-синие глаза потемнели и теперь казались черными.

Я мотнула головой.

Но он все равно внимательно осмотрел меня, легонько поворачивая из стороны в сторону, точно куклу.

Я вздрогнула, когда его ладонь бесцеремонно коснулось колена и прошлась снизу вверх.

Когда наши взгляды встретились, я испугалась. Йотун быль в ярости. Тлеющая злость во взгляде требовала выхода. Губы были плотно сжаты. Он даже побледнел.

Удостоверившись, что я не пострадала, он отпустил меня и повернулся к троллям.

Теперь я могла лицезреть его напряженную спину.

– Кто? – сухо спросил Йотун.

Он не стал дожидаться ответа, а сделал быстрое движение рукой: выбросил вперед кисть, сжимая пальцы в кулак и дернул на себя. В воздухе вспыхнули легкие серебристые нити. И они вели к руке…

– Дьярви? – вкрадчиво спросил Йотун.

Вот, теперь я узнала, как зовут хромого. Почему-то обычно тролли избегали обращаться к нему по имени.

– А что, недурная вышла шутка, – сказал хромой, осклабившись.

– Ты нарушил приказ.

– Разве? Так с ней ничего не случилось. Цела и невредима.

Гельд тихо выругался.

– Это слишком, – пробормотал он, отступая от Дьярви на шаг, будто отстраняясь от товарища.

А хромой продолжал паясничать, разыгрывая непонимание.

– Я признаться, понятия не имею, как следует поступать с гостями-людьми. И могут ли в Заолокском лесу быть люди, а? Но ты сам сказал, что она может быть полезна здесь, в замке. Вот мне показалось полезным потренировать контроль над тварями, что я и сделал.

Он смотрел на Йотуна с вызовом.

Я почувствовала, что остальные наблюдают за этим, как за представлением, обещающим занимательное зрелище.

– Так что я исполнил приказ в точности… – он подленько улыбнулся и добавил: – Командир.

В руке Йотуна вспыхнуло боевое заклинание. Не без изящества он прокатил огненный сгусток по ладони. Сноп искр полетел в лицо хромого.

Со стороны это напоминало пощечину.

– Сейчас, – холодно сказал Йотун. – Во дворе.

– С туманом или без? – хромой выглядел, как человек, который добился своего.

Он взглянул на меня насмешливо, в глазах плясали злые искры.

– С туманом.

Не могут же они сражаться насмерть? Или могут? Что будет, если Йотун проиграет?

Другие тролли заметно оживились. Кажется, они одобряли, что двое их сородичей сейчас вцепятся друг в друга, ну или начнут калечить заклинаниями.

Йотун не оглянулся на меня, пошел в сторону выхода. Они с Дьярви шли рядом, почти плечом к плечу. Йотун даже подстроил шаг под колченогую походку хромого. Как будто лучшие друзья собираются на прогулку.

Тролли поспешили за соперниками, оживленно переговариваясь. Еще немного, и начнут делать ставки.

Я двинулась за ними следом.

Гельд оглянулся и махнул рукой, как бы отсылая меня прочь.

– Приведи себя в порядок, – буркнул он. – Ты раздета.

Да, это было бы разумно. Спасаясь от чудовищ, я где-то потеряла свою шаль, а без нее был слишком заметен низкий вырез платья. Да и лохмотья юбки не оставляли воображению простора. Но я опасалась, что после произошедшего у меня не хватит сил, чтобы следить за поединком в видении. Я должна все увидеть своими глазами.

– Они сейчас будут сражаться? – тихо спросила я.

Я не до конца верила в происходящее.

Гельд хмыкнул.

– Да, – подтвердил он. – Из-за тебя! Гляди, что ты наделала, женщина!

Меня покоробило его обращение, а от несправедливости обвинения перехватило дыхание и краска бросилась в лицо. Вот уж нет! Даже сейчас, когда мысли в голове путались, мне было очевидно одно: эти двое наконец-то нашли удобный предлог. Точнее, Дьярви приложил все возможные усилия, чтобы спровоцировать Йотуна. Он пытался добиться вызова еще около портала, но Йотун не поддался, и вот сейчас бросил вызов. Но, естественно, я оставила все эти соображения при себе.

Король Этельред официально не одобрял поединков между дворянами. И, насколько я знала, в столице действовал запрет, который, впрочем, постоянно нарушался.

– Разве битвы между вашими магами не запрещены? – решила я подтвердить свою догадку.

– Строжайше, – радостно подтвердил Гельд. – Но у Йотуна нет выбора.

– Почему? – на мой взгляд, выбор все-таки был.

– Король считает, что маги не должны лить кровь друг друга, когда есть соперник посерьезнее.

Я едва не застонала: мой вопрос Гельд истолковал по-своему.

– Но разве они могут вызывать друг друга на поединок?

– Дьярви не мог бы бросить вызов, поскольку он ниже по статусу, но своим вызовом Йотун временно выравнивает их положение.

Это было мне понятно. А теперь главный вопрос:

– И что будет, когда один из них победит…

– Победитель сохранит свое лицо. И жизнь.

– Так они сражаются насмерть? – мои худшие предположения подтверждались.

Я мотнула головой, как будто силилась отогнать мучительное видение. Ощущения были похожи.

– Разумеется. А как еще можно защитить свою честь? Дьярви поставил под сомнение власть Йотуна, утверждает, что бывший Тенью короля размяк. Вот Дьярви и решил продвинуть себя по службе. Надеется стать тут главным.

– И вы примете его командование, если он победит?

Гельд пожал плечами, всем своим видом показывая, что нет смысла тратить слова на столь очевидные вещи.

– Йотун не проиграет, – убежденно сказала я.

Скорее себе, чем троллю.

Во взгляде Гельда, обращенном на меня, промелькнуло что-то похожее на жалость. Хотя нет, просто показалось.

– Можешь остаться, – сказал он. – Поединок будет интересным.

Для сражения тролли выбрали площадку перед замком. Дьярви весь светился. Его грубое, обычно мрачное лицо то и дело озарялось улыбкой. Соперники готовились. Для защиты чести оба надели легкие доспехи из кожи. Вооружились ужасными длинными кинжалами и мечами. На предплечье у каждого крепился небольшой круглый щит.

Другие тролли рассаживались прямо на земле. Ну, точно, они делают ставки!

От отвращения меня затошнило.

Йотун закончил приготовления и теперь спокойно дожидался Дьярви. Как я ни сверлила его взглядом, он так и не повернулся, смотрел прямо перед собой. Я мысленно пожелала ему удачи, а заодно и себе.

Перед тем, как поединок начался, я успела порадоваться, что преимущество на нашей стороне. Йотун не хромает.

Оружие было извлечено из ножен с леденящим душу шипением и со сноровкой, выдающей долгие часы тренировок у обоих противников. Первые мгновения тролли сражались с такой яростью и ожесточением, что несколько раз их лица оказывались совсем рядом. Быстро стало понятно, что Дьярви искусный фехтовальщик, он проворно уходил от ударов и свою хромоту компенсировал ловкостью и коварством.

Я поймала себя на том, что задерживаю дыхание и кусаю губы, но не могла отвести глаз от дерущихся.

Йотун увеличил темп и начал теснить Дьярви. Лица обоих блестели от пота, Дьярви тяжело дышал. В какой-то момент ему удалось разбить щит Йотуна, но в свою очередь Йотуну удалось ранить Дьярви в руку. Рубашка быстро намокла от крови. Держать оружие стало труднее. Но, несмотря на это, Дьярви осклабился, в глазах блеснула злость. Он не был готов сдаться. Йотун же в свою очередь не был готов отступить. Кровь соперника опьянила его.

Площадку начал заполнять туман, скрывая дерущихся от моих глаз. Тролли-зрители одобрительно зашумели.

Как плохо, что мне так и не удалось освоить заклинание «Око». В тумане Йотун и Дьярви были лишь размытыми темными силуэтами, да еще потрескивали заклинания, озаряя яркими вспышками серую, непроглядную для меня пелену. Я зажмурилась.

* * *

Мадс спал, лежа в сене, на верхнем ярусе конюшни. Лошади мирно жевали и пофыркивали.

Сердце пустилось вскачь от радости. Наконец-то! Я его вижу. Хотя мне было нужно наблюдать за поединком троллей, я не могла позволить так легко отпустить это видение.

Грудь чернокнижника мерно вздымалась, дыхание было глубоким и размеренным.

Почему он спит в такое время? В груди всколыхнулось беспокойство. И не напрасно, потому что в конюшню вошли двое ищеек в сопровождении трех красных капюшонов.

Один из магов кивнул на сенной ярус, где отдыхал Мадс.

«Проснись! Проснись!» – молила я его. Но, разумеется, он не мог меня слышать.

Парень просто повернулся на бок и поудобнее пристроил ладонь под щеку.

Один из ищеек по-кошачьи ловко вскарабкался по лестнице и заглянул на ярус.

– Здесь, как и было указано, – сообщил он своим товарищам и ловко запрыгнул на ярус.

Мадс не проснулся, хотя ищейки и красные маги больше не таились. Они нарочито громко топали и переговаривались.

Да он же чем-то одурманен, поняла я, когда на чернокнижника надели сковывающие магию наручники.

– Так-то лучше. А теперь буди его, – сказал «красный», и в нем я узнала Калеба – мужа моей сестры Кристы.

* * *

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.