Михаил Михеев
Наставник. Не бесите демона

© Михаил Михеев, 2024

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Я не считал своих врагов,

Я не боялся их клыков,

Я не умел ходить с поджатым хвостом.

И из всего, что в жизни есть,

Ценилась верность и честь,

А все остальное – потом.

Секрет. «Блюз бродячих собак»

В город они прибыли с помпой. Красться в ночи? Фе! Яран не без основания решил: если уж их противники имеют возможность отслеживать, где и когда они находятся, то прятаться нет смысла. Наоборот, можно поиметь кучу проблем, вплоть до летальных. И трупы никто не найдет – просто хотя бы потому, что никто об их появлении здесь не знает. А вот человека, который на виду и активно привлекает внимание, убить можно с той же легкостью, но вот сделать это незаметно уже вряд ли получится.

С другой стороны, наглость – второе счастье. Пусть конкуренты гадают, с чего такая уверенность в своих силах. Будут осторожничать, делать неверные выводы, совершать ошибки. Глядишь, что интересное и получится. А потому – больше фанфар, господа!

Ковер мчался над самой поверхностью воды. Защитное поле, придающее ему аэродинамическое совершенство, расплющилось снизу, максимально используя эффект экрана. Тонкий слой воздуха между ним и водой неплохо помогал поддерживать транспортное средство в воздухе, уменьшая расход энергии. Ну и, само собой, добавляя малость дешевых спецэффектов. Сложно не обратить внимание, когда мимо тебя с шумом пронесется такая махина, да еще и холодными брызгами обдаст. Пожалуй, на нее бы и в родном мире Ярана посмотрели внимательно, а здесь и вовсе – на крестьян и прочий не избалованный образованием и зрелищами люд такое действует убойно.

– Держись крепче, – рявкнул Яран воспитаннице. – И не вздумай упасть!

– Ага! – Сара выглядела абсолютно счастливой. Полет и так доставлял ей удовольствие, а тут еще и с такой скоростью, да почти вровень с водой! Так что мордашка от счастья светится, волосы на ветру развеваются, переливаясь в лучах солнца, как жидкое пламя. Адреналиновая наркоманка! Однако же наставника послушалась, ноги расставила пошире и слегка напряглась. Так что торможение с поворотом, когда Яран на хорошей скорости притер их транспортное средство к причалу, она выдержала достойно. Слегка качнулась, но и только. И это в ситуации, когда сам Яран едва не грохнулся. Впрочем, у Сары никогда не было проблем с координацией движений и вестибулярным аппаратом, так что устоять на ногах для нее оказалось несложно.

Откровенно говоря, можно было спокойно лететь дальше. Ковру все равно, что под ним, вода или городские улицы. Вот только попробуй над ними протиснись – как и все города средневекового типа, столица имела узкие извилистые улочки и нависающие над ними крыши. Яран здесь бывал не раз, планировку запомнил хорошо. Стоит признать, она его впечатлила. Протиснись, если храбрости в избытке… Ну и, откровенно говоря, не хотелось Ярану всем и каждому демонстрировать возможности своего транспортного средства.

Неспешно сойдя с ковра на причал, Яран деликатно подал руку воспитаннице. Жест по местному этикету совершенно необязательный, однако девушке нравилось, так что почему бы и не сделать ей приятно? Легко быть галантным, если тебе это ничего не стоит.

Доски под ногами слегка поскрипывали. Яран быстро, практически неуловимо для посторонних наблюдателей кинул на них сканирующее заклинание и тут же успокоился. Деревяшки толщиной в руку, хоть и тронуты уже гнилью, но сломаются еще нескоро. Обведя глазами пристань, Яран обнаружил спешащего к ним плюгавенького мужичка и звонко щелкнул пальцами, дабы поторопить его. Впрочем, мужик и без того проявлял немалое усердие, отчаянно пытаясь одновременно и быстро добраться до клиента, и не уронить при этом собственное достоинство. От напряжения его лысина блестела от пота и напоминала Ярану Сатурн – сверкающий центр и вокруг кольцо из венчика то ли седых, то ли просто светлых от природы волос.

– Что угодно господам?

– Угодно оставить свой транспорт. Лодочный сарай есть?

– Как же-с, обязательно-с, – смотритель причала склонился в поклоне. – Пройдемте-с…

И шустро засеменил впереди неизвестных, но, судя по транспортному средству, важных гостей. Яран, усмехаясь мысленно, шел следом, воспитанница держалась рядом. Несмотря на юношескую безбашенность, для понимания, что в незнакомом городе во избежание неприятностей лучше держаться поближе к наставнику, мозгов ей хватило.

О хранении транспортного средства, пускай и необычного, договорились быстро. Доплатить пришлось изрядно – места ковер занимал, как три большие лодки, не столько из-за размеров, сколько благодаря своей форме. Ну и плевать, денег хватало, а демонстративно наложенное на ковер проклятие, гарантирующее рискнувшему покуситься на чужое имущество смерть быструю, зато мучительную, позволяло надеяться на сохранность ценного летательного аппарата. Смотритель аж посерел, когда сообразил, какую проблему на себя подвесил, но Яран и бровью не повел на его испуганное беканье-меканье. Дерешь за хранение безбожно? Что же, изволь отрабатывать.

Вот так. Сложнее всего было этому смотрителю глаза отвести, чтоб Матильду не увидел. Для этого последний участок полета и все время на земле тигрица шла под пологом невидимости. Простое, но чрезвычайно трудоемкое заклинание, Ярану сил на его поддержание хватало только минут на пятнадцать, пришлось меняться с Сарой. Ну ничего, справились.

Тигрица осталась при транспорте – охранять. Не то чтобы это было особо нужно, только вот идти с нею рядом по улицам означало чересчур привлекать к себе внимание. Так что – увы и ах, придется ей поскучать. Впрочем, кошка может спать сутки напролет с перерывами на еду и отправление естественных потребностей. Еда и вода на ковре имелись, а то, что углы сарая провоняют… Да плевать, честно говоря. Это Ярана волновало сейчас в последнюю очередь.

Город, на который воспитанница смотрела восхищенными глазами, был и впрямь неплох. С одной маленькой оговоркой. Для этого мира. На взгляд же Ярана, полтораста тысяч населения и дома высотой максимум в три этажа для столицы смотрелись не то чтобы очень. Хорошо еще, крепостная стена имелась только вокруг королевского дворца, в самом центре. Иначе к общей мелкотравчатости добавилась бы еще зажатость со всех сторон каменными глыбами, а это уже вообще ни в какие ворота не лезущее убожество.

Но был у небольших размеров и несомненный плюс. Тем, кто по какой-то причине оказался в нем безлошадным, не составляло труда дойти до любой искомой точки на своих двоих. Ибо можно было, конечно, нанять прямо в порту коляску, но по узким улочкам проехать она могла далеко не везде. Ноги же – они универсальны. Только и проблем, что устают, а так… Откровенно говоря, здесь даже в скорости передвижения лошади серьезного преимущества не дают, поэтому пеший моцион выглядел достаточно логичной альтернативой.

Яран невольно хмыкнул, вспомнив отнюдь не самые большие мегаполисы собственного мира. Там, конечно, улицы заметно шире, чище и удобней, но куда-то добираться можно и по полдня. Даже используя транспорт. И куча времени теряется на ерунду вроде бессмысленных перемещений. Так что в маленьких городах есть свои пре-имущества, и Яран, откровенно говоря, подозревал, что, вернувшись домой, будет испытывать определенный дискомфорт. Впрочем, до этого еще надо дожить.

В отличие от него, Сара лишними мыслями не мучилась. Она просто глазела по сторонам, ибо ни в чем серьезнее отцовского замка не бывала. Тот, конечно, выглядел повнушительнее здешних домов, зато площадь занимал невеликую, с городом несравнимую. Да и было это уже слишком давно, воспоминания изрядно потускнели, поэтому интерес юной дворянки выглядел вполне объяснимо.

А вообще, они выглядели сейчас провинциалами, которых непонятно каким ветром занесло в столицу. Один (это который Яран) изо всех сил корчит из себя все на свете повидавшего и знающего, вторая – молодая дурочка. Одеты соответственно, удобство в дороге не принесено в жертву великосветским нормам. Вдали от столицы пренебрежение модой не то чтобы правило, но дело вполне обычное. А что у девушки на поясе шпага – так в провинции подобным вообще никого не удивишь. Там многие женщины, особенно из небогатых, но гордых дворянских родов, садятся на коня прежде, чем учатся ходить, и оружием владеют получше иного столичного хлыща. Ничего, вот поглядят, как нормальные люди живут, пообтешутся, глядишь, и сами научатся. Именно такой ход мыслей был нормальным практически для всех, кто попадался Ярану на пути. Слегка пренебрежительный, но в целом нейтральный, а значит, ни на что не провоцирующий. Что, откровенно говоря, Ярану и требовалось, потому как скандалы и драки в его ближайшие планы не входили.

Откровенно говоря, в его планы входило как можно быстрее встретиться с неким министром, приставить к его горлу шпагу (ну или, как вариант, собственные когти) и спросить: а что это вы неадекватно себя ведете? Или забыли, что бывает, если неверно оцениваешь противника? А если не вы, то кто? Вот только, будучи существом от природы достаточно прямым и к интригам не склонным, Яран видел очень мало вариантов для встречи. Если честно, всего три: штурмом взять главное здание Службы внутренней безопасности (к слову, не такое уж безнадежное мероприятие), подкараулить министра где-нибудь… Да хоть в Веселом доме, куда он, это Яран помнил еще по той, прошлой жизни, заходил довольно регулярно, давая повод к рождению массы анекдотов. Последние рассказывали тихонечко и в узкой компании, но в народ они уходили с завидной регулярностью. Ну и третий вариант – записаться на прием, а там уж видно будет.

Увы, именно к третьему варианту Яран сейчас и склонялся. Долго, уныло, зато довольно надежно. Подозрений тоже не вызовет – мало ли дворян хочет по какой-то причине встретиться с министром? Имя и титул в королевских списках есть, и они не привязаны к месту службы, а Сара по малолетству и вовсе не обязана представляться. К тому же она женщина. «Со спутницей», и все тут. В общем, разумное действо, но заниматься им придется с утра, да потом еще и ждать непонятно сколько. Вывод? Стоило найти место, где можно поселиться, и располагаться оно должно не в фешенебельном центре (денег-то хватит, но зачем привлекать внимание), но и не в трущобах.

Однако сегодня звезды сложились несколько иначе. Яран с Сарой не прошли и пары сотен метров, как позади них забухали тяжелые сапоги в аккомпанементе тяжелого, заполошного пыхтения. Кто бы его ни издавал, дыхалка у него была так себе. Демон шагнул в сторону, благо ширина улицы позволяла, рефлекторно отправив Сару себе за спину, положил руку на эфес шпаги. Может, это и ерунда, не имеющая к ним никакого отношения, вот только Яран давным-давно привык к мысли, что все непонятное надо встречать, будучи готовым к бою. Очень способствует долгой жизни вообще и здоровью в частности.

Через несколько секунд перед Яраном затормозил, да так, что подошвы сапог звучно скрипнули о камни мостовой, молодой человек со смутно знакомым лицом. Одежда добротная, хотя особо богатой ее не назовешь, на поясе тесак, называть который шпагой еще рано, а кинжалом уже несолидно. На голове – ярко-красный берет с потрепанным пером, выдранным, похоже, из хвоста петуха высокой облезлости. Словом, обычный паж или еще какой доверенный слуга при богатом дворянине.

– Уф, еле успел. Простите, милорд, задержался в дороге.

Причину задержки определить было несложно – свежевыпитым пивом от парня разило, наверное, за километр. Все как всегда – зашел человек пропустить на скорую руку кружечку и не успел оглянуться, как два часа прошло. Впрочем, какая разница? Куда важнее сейчас было прояснить ситуацию.

– Кто таков? От кого?

– А… – тут до парня дошло наконец, что его собеседник находится на социальной лестнице достаточно высоко, чтоб не помнить раз или два виденную челядь. – Просвитер Мэй, паж его сиятельства графа Штраубе. Послан вас встречать.

Ага, понятно теперь, почему лицо этого чудика кажется таким знакомым. Небось, в поместье графа и видел мимоходом. И понятно тогда, почему именно его послали. Если Яран видел этого… Просвитера, то и он наверняка видел гостей своего хозяина, а значит, худо-бедно знает Ярана в лицо и сможет опознать. Демон прищурился:

– А скажи-ка мне, друг ситный, откуда граф знает, что я сегодня прибуду?

– А он и не знает, – простодушно ответил паж. – Но как только его сиятельство прибыл в столицу, он организовал круглосуточное дежурство в порту. Чтоб, значит, сразу по вашему прибытию мы пригласили вас к нему, в поместье. Он сказал, что это лучше, чем городские забегаловки.

Что же, в логике Штраубе было не отказать. И касаемо качества местных ночлежек, в которых он, будучи беден, и сам не раз ночевал. И касаемо того, где ожидать Ярана. Порт – самое вероятное место его появления. Хотя, может статься, и на дорогах кого-то посадил. Учитывая его связи с контрабандистами – проще простого.

– Транспорт?

– Да, лошади рядом, тут и пройти всего ничего.

Что же, пришлось возвращаться в порт, где у трактира с подозрительно новой вывеской, у коновязи стояли под присмотром вездесущих мальчишек четыре лошади. Получив свои законные медяки, юные представители городского «дна» тут же отвалили, а паж незамедлительно принялся готовить лошадей к поездке. Четыре… Все правильно, три для людей, а одна на всякий случай. Для перевозки груза, к примеру. Все же Штраубе – предусмотрительный человек.

Пока их провожатый возился, Яран принюхался и едва не рассмеялся. Те пивные ароматы, что витали в воздухе, совпадали с «выхлопом» пажа один в один. Здесь он и сидел, похоже. Ну, его вопрос и его проблемы. Главное, приказ хозяйский он все же выполнил, а остальное мелочи, не стоящие внимания. Теперь пускай только подпруги нормально затянет, а то в его состоянии…

Волновался Яран зря. Все же седлать коней здесь умели едва ли не на уровне безусловных рефлексов, от количества выпитого не зависящих. Не прошло и двух минут, как они уже ехали по улицам города. И, стоит признать, экскурсию, сидя верхом на лошади, проводить оказалось куда удобнее, чем шагая на своих двоих.

Сара некоторое время еще вертела головой как заведенная. Потом скорость обзора несколько замедлилась, а минут через десять она и вовсе принялась клевать носом. И удивляться тут было нечему – устала, не выспалась, да и город, честно говоря, особыми изысками архитектуры не поражал. Вот если бы в центр, где королевский дворец и дома богатых дворян – там да, есть на что посмотреть. Здесь же больше приходилось следить за тем, чтоб никто сверху помоями не облил – издержки средневекового уровня канализации во всей красе. Впрочем, Яран предусмотрительно подвесил над ними силовой купол, невидимый, но ушат с помоями выдержать способный. Даже если этот ушат не выплеснут, а уронят. Вполне, к слову, актуальная предусмотрительность, что здесь, что в более развитых мирах. Единственное отличие – здесь помои выливают из окна, а там – с газетных страниц.

Сам Яран и вовсе ничего интересного вокруг не наблюдал. Все же в средневековье жизнь течет на редкость медленно, и, хотя с момента последнего его визита сюда прошло без малого десять лет, каких-либо принципиальных изменений город не претерпел. Ну а раз так, какой смысл особо напрягаться? Нет, полтораста лет назад Яран очень жаждал исследовать этот город поближе, особенно его загадочные, вошедшие в легенды подземелья, но – не срослось. А теперь интерес новизны исчез, и Яран просто перестал обращать на город внимание.

Зато дорогу он отслеживал очень тщательно, благо планировка города за эти годы почти не изменилась. И был весьма удивлен тому факту, что едут они к воротам. Даже подготовился к неожиданностям вроде внезапного нападения – нарастил чешую, выпустил когти и поудобнее сместил шпагу на поясе. Но это оказались напрасные переживания – просто жилье Штраубе располагалось вне удушающих объятий городских стен.

В одном интересном технологическом мире Ярану как-то довелось видеть торт с эпическим названием «Графские развалины». Произведение ремесленников от кулинарии было вполне заслуживающим внимания с точки зрения вкуса, но с дворцом, пускай и разрушенным, почему-то не ассоциировалось совершенно. Возможно, потому, что не имело с ним ничего общего.

А вот резиденция Штраубе, напротив, на дворец тянула вполне. Назвать ее огромной язык бы, конечно, не повернулся, но, учитывая стоимость земли в столице, пускай даже во внешнем кольце, а также сопутствующие траты, возникал резонный вопрос об истинных объемах контрабанды, идущей через земли графа. Ибо за молчание столько точно не дадут – организовать ему несчастный случай выйдет заметно проще и дешевле.

Встречали их не то чтобы с помпой, но весьма и весьма хлебосольно. Во всяком случае, когда графу доложили об их прибытии, он выскочил на крыльцо с проворством невероятным, и аккурат в тот момент, когда Яран с воспитанницей пре-одолевали последние ступени. Так что получилось очень и очень символично.

– Я рад вас видеть!

– Аналогично, – усмехнулся Яран. – Хотя, честно говоря, не ожидал, что нас будут встречать, да еще так усердно.

Паж заметно побледнел. Если гость расскажет о том, как именно его встречали… Но Яран был не злопамятен по отношению к слугам. Какой смысл? Так что вместо жалобы он только рукой махнул.

– Кормить-то будешь?

– Естественно! – Лицо у Штраубе стало такое, будто он как личное оскорбление воспринимал даже малейший намек на отсутствие гостеприимства.

– Тогда веди. Потому что мы с утра не ели, голодные, как волки.

Насчет «с утра» Яран, конечно, приврал. Банально потому, что пару кусков мяса, оставшихся от завтрака, они с Сарой во время полета ухомячили. Но, с другой стороны, на полноценный обед это совершенно не тянуло, да и управление ковром, при всей своей кажущейся простоте, сил требовало немало. Так что голодны они были по-настоящему, и это превалировало над желаниями помыться и отдохнуть.

– Тогда прошу! – граф сделал приглашающий жест и повернулся.

Яран присвистнул. Если левая половина породистого дворянского лица выглядела совсем неплохо, то правая, когда на нее упал свет, произвела на него удручающее впечатление. Свежий бланш под глазом и россыпь царапин придавали Штраубе вид дикаря, только-только вышедшего из джунглей и еще не успевшего смыть боевую раскраску.

Но если демон повел себя максимально сдержанно, мало ли что в жизни случается, то непосредственная Сара при виде этого зрелища по-простонародному охнула. Граф лишь рукой махнул в ответ:

– Не обращайте внимания…

Проще сказать, чем сделать. Больно уж лицо было разбито качественно. Сара прищурилась и сочувственно спросила:

– Это вас лошадь скинула?

– Сама ты лошадь, – раздалось откуда-то сзади.

Голос был знакомый и принадлежал графине, которая выплыла из-за спины мужа, как фрегат под парусами. Во всяком случае, пышное розовое платье, обильно украшенное кружевами, придавало ей немалое сходство с кораблем. Хороша была, зараза!

– О, здравствуйте, здравствуйте, – физиономия Ярана расплылась в широкой, искренней улыбке, весьма контрастирующей с вытянувшимся лицом графини. Повернувшись к ее мужу, демон спросил: – Вы не будете возражать, если я ее убью?

– Э-э-э…

– Ну, зачем вы так? Не стоит жадничать, вам не идет. И вообще, она же нас убить пыталась – так неужели я не могу отплатить ей той же монетой?

– Стоп! – до графа наконец дошло, что шутками здесь и не пахнет. – Что случилось?

– Да ничего особенного, – голос Ярана звучал на сей раз куда менее дружелюбно. – Эта курица натравила на нас своего ручного вампира, и оставить это без последствий я не могу. Сам знаешь, меня люди не поймут.

– Я не понял…

– А тебе-то чего тут понимать? Впрочем, пойдем. Будешь нас кормить, а заодно поговорим – за жизнь или за смерть, тут уж как получится.

– Что…

Граф заткнул жену одним бешеным взглядом. Вновь повернулся к Ярану и холодно процедил:

– Ты знаешь, я тебя уважаю, но если это тупая шутка…

– Да какие тут шутки? И потом, я всегда шучу или остро, злободневно и изящно, или страшно. А то, что сейчас было сказано, лишь констатация факта. Или ты хочешь доказательств?

– Хотелось бы.

Яран пожал плечами, сунул руку в карман и выудил из него два предмета понятного функционала, но не вполне обычных размеров.

– Это что?

– Зубы вампира. Хороший трофей, чтоб перед барышнями хвастаться. Сара, дитя мое, перестань скалиться, нет здесь барышень. Где нас не потревожат и не будут подсматривать?

– Здесь, – хмуро ответил граф, заходя в небольшой зал, призванный быть столовой для ограниченного круга лиц. – Все брысь!

Присутствующих здесь же официантов как ветром сдуло. Яран кивнул одобрительно и, когда все вошли, аккуратно прикрыл дверь и задвинул тяжелый засов.

– Ну все. А теперь смотри.

То, что продемонстрировал далее Яран, относилось к псионическому разделу ментальной магии, было малозатратно с точки зрения энергии, но крайне сложно в реализации. Честно говоря, хрен бы Яран стал изучать это длинное и мутное заклинание без логической опоры. Открытое в свое время случайно, как побочный результат неудавшегося эксперимента, оно не относилось к разряду классических и специально нигде не изучалось. Все так – но в среде провинциальных студентов одно время было модно козырнуть им, а потому будущие светила науки изучали его самостоятельно. Не у всех получалось, но Яран был настойчив и решил вопрос, банально вызубрив шестнадцатиразрядную матрицу. Глупая, если вдуматься, трата времени и сил – но в этом мире пригодилось, и не раз.

Сейчас вывести любой мыслеобраз в голографическую проекцию было для Ярана достаточно просто. Он так для воспитанников, когда они были малолетними, сказки визуализировал. Воспоминания – их сделать видимыми еще проще, хотя и намного затратнее в плане расхода энергии. Все же детализация на несколько порядков выше, чем в придуманном сюжете.

Зато и сомнений в правдивости показанной истории не было. Такое попросту не выдумаешь. Точнее, в плане сюжета – запросто, но как раз запредельная детализация прямо-таки вопила: демон и вправду показывает то, что видел на самом деле. Все же не раз и не два Яран демонстрировал сказки и воспитаннику, и его шалопаистым приятелям, так что видел Штраубе, как выглядит придуманная история, соответственно, имел возможность сравнить.

Граф смотрел, слушал, краснел, бледнел, сжимал и разжимал кулаки… Следы не поймешь, то ли семейных разборок, то ли постельных баталий на лице выделялись, будто нарисованные тушью. – Потом, когда действо закончилось, он медленно повернулся к жене и глухо, но почему-то очень четко, спросил:

– И как это понимать?

– Ну, пупсик… – капризно надула губки графиня, но что-то в лице мужа, видимо, подсказало ей: в этот раз такой номер не пройдет. Впрочем, это мог быть и громкий рык мужа:

– Как это понимать, черт побери? Ты что, за моей спиной решила убить моих гостей?

Видимо, тон и громкость толкнули его жену на откровенность. Во всяком случае, юлить графиня больше не пыталась.

– Ну а что ты хотел, дорогой? – скривилась она. – Чтобы все секреты ушли на сторону?

Поразительно, как меняется женщина, когда ей не нужно изображать дуру. Вот только что за столом сидела красивая кукла – а теперь это красивая, уверенная в себе дама с жестким, волевым лицом и уверенными движениями. Причем красота ее никуда не пропала, скорее, наоборот. Яран мысленно усмехнулся – с такой женщиной он и сам не отказался бы замутить. Сара это, видимо, заметила. Иначе с чего бы ей шипеть, как рассерженной кошке? А вот граф, как ни странно, успокоился. Повернулся к Ярану и печально сказал:

– Похоже, у меня возникла проблема…

– Дай ей в глаз, чтоб не возникала. И не бойся, не буду я твою жену убивать. Умная женщина, радеющая о благе семьи, уже сама по себе капитал. И очень неплохой капитал, если уж на то пошло. Ты получал доход со своих не вполне законных операций, а она за ними реально присматривала. Так?

Графиня кивнула.

– Вот и цени, женщина для семьи старалась, да еще и так, чтоб твое самолюбие не уязвить. Это не каждый сумеет. Так что, думаю, ты ей не безразличен. И мой совет: заведите детей. Оба спокойнее будете.

Графиня смотрела на него удивленно. Видимо, ждала чего угодно, вплоть до реальной попытки оторвать ей голову. Но такие околофилософские размышления в список ее ожиданий явно не входили. А Штраубе серьезно кивнул в ответ:

– Спасибо…

Уж кто-кто, а он понимал, что демон, проживший столетия и успешно воспитавший не одно поколение дворян, разбирается и в ситуации, и в людях очень даже неплохо. Понимал он также, что Яран, реши он открутить голову его супруге, был бы в своем праве. А главное, в состоянии это сделать! Яран лишь рукой махнул:

– Да ладно, дело житейское. Ты лучше скажи: нас здесь кормить-то будут?

Первый бал! Как много в этих словах. Для женского сердца – уж точно. И пусть она еще малолетняя сопля… Особенно если она в таком возрасте, впервые оказаться на балу, впервые закружиться в настоящем танце – это… Говоря по чести, Яран в принципе не понимал, что женщины во всем этом находят.

А вот Сара, несмотря на абсолютно нестандартное воспитание и нетипичный для дворянки образ жизни, понимала неплохо. Всем, так сказать, сердцем. Потому и нервничала. И никакие уговоры служанок, помогающих наносить тонкий, едва заметный макияж, ей не помогали. А бесконечные примерки – на портных, ткани и прочие мелочи Штраубе не поскупился – еще и добавляли нервозности. Хорошо еще драгоценности были свои, да такие, что все остальные присутствующие дамы повесятся от зависти. Все же полезно иногда обносить сокровищницу дракона. Правда, это привлечет лишнее внимание, но Яран, подумав немного, плюнул и не стал наводить излишнюю секретность. Он не без основания полагал, что все, кто по-настоящему заинтересован в получении информации об их местонахождении, давным-давно пронюхали, где сидят опасные визитеры. Раз так, стоило не метаться, как червяки в кислоте, а половить вероятных противников на живца.

В этом раскладе тот факт, что Сара здесь формально инкогнито, был только на руку. Подобное вполне допустимо этикетом, но внимание при этом как раз привлекает, добавляя красоте воспитанницы нотку таинственности. Можно не сомневаться, что народ вокруг нее будет крутиться предельно активно, поднимая девушке самооценку, мешая друг другу и поставляя строгому воспитателю информацию к размышлениям. И если кто-то будет иметь намерения не вполне дружественные, то пусть ему будет хуже. На виду у большого количества людей гадость незаметно сделать не так и просто, а «засветиться» при этом легче легкого. И вот тогда Яран моментально побеседует с ним за жизнь. Или за смерть, что куда вероятнее. Правда, не всегда наставник сможет быть рядом, но тут уж Штраубе обещал помочь.

Сам же Яран и вовсе не таился. Был он здесь под собственным именем, которое, в силу малоизвестности и забытости, никому и ничего в принципе не говорило. Нормальные расклады для провинциала в эпоху, далекую от цифровых технологий или хотя бы грамотно поставленного архивного дела. Какой-то приятель хозяина еще с тех времен, когда сам граф гулял вольно, бедный, как церковная мышь. И это наглухо отсекало от него чужой интерес и служило лучшей маскировкой от случайных зевак. А кому положено знать – тот и без того знает, от него маскировка так и так не спасет.

Вот таким был третий вечер пребывания их в поместье графа Штраубе. Дело тут было совершенно житейское – пребывая в статусе весьма состоятельного вельможи, граф просто вынужден был иногда давать балы. Раз в год как минимум. Возможно, не очень пышные, что формально оправдывалось не экономией, а нежеланием оскорбить короля, случайно дав прием круче, чем у самодержца. Вполне традиционная отмазка, но как минимум раз в год бал вынь да положь, иначе в обществе не поймут. А последнее чревато репутационными издержками со всеми прилагаемыми к ним последствиями. Так что Штраубе без особого энтузиазма, но вполне достойно проводил мероприятие. А что сейчас – так все равно же в столицу приехал, так почему бы и нет? Терять даром время было не в его правилах.

Яран понимал расклады и относился к происходящему спокойно. Во-первых, изменить что-либо было не в его власти. Во-вторых, все равно предстояло ждать неопределенное время. Доверенный человек графа записал его на прием к министру, но когда тот соизволит призвать к себе просителя – вопрос открытый, дело может затянуться на пару недель, а то и больше. Так почему бы не дать воспитаннице развлечься, вместо того чтобы дохнуть от скуки? Ну и в-третьих, Яран даже сам себе не признавался, насколько ему надоело вынужденное затворничество. Как ни крути, а хотелось разнообразия. И желательно веселого, а не как в последнее время, когда оно свелось к уконтропупиванию многочисленных врагов, оптом и в розницу.

А народ потихоньку собирался, заполняя главный зал усадьбы. Не то чтобы огромный, но весьма достойных размеров. Вот он плюс расположения за стенами города. Там, чтобы построить что-либо подобное, Штраубе пришлось бы выкупить несколько соседних домов и, скорее всего, снести их. Либо снимать для бала отдельное помещение, что по деньгам за несколько лет выйдет ему во вполне сопоставимую сумму. Одни убытки, право слово. Здесь же – никаких проблем, цены на землю вполне подъемные, места хватает, стройся – не хочу.

Графиня бабочкой порхала по залу, встречая гостей. Заметно было, что роль хозяйки бала доставляла ей огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие. Да уж, это вам не контрабандистами командовать да интриги крутить. Она и Сару поприветствовала вполне дружелюбно, и та ей ответила в том же духе. И это притом, что в остальное время они смотрели друг на друга, словно две помойные кошки над колбасой. Очень похоже, воспитанница ревновала ее к Ярану, а графиня Сару – к своему мужу. Делать им нечего обеим…

Хотя, стоит признать, девочка выросла. Когда Яран увидел ее в подобающем дворянке платье, да с макияжем… О-ох, аж дух захватывает! Пожалуй, после сегодняшнего мероприятия рыжие волосы могут и в моду войти. Краски местные красотки не чуждались, так что запросто.

О, а вот и она, легка на помине. Уже весело, на грани флирта, общается с каким-то парнем, размерами и формой напоминающем упитанного кабанчика, по какому-то недоразумению упакованного в богато украшенный камзол. А рядом неслышной тенью отирается слуга, вроде бы проверяющий, все ли в порядке с многочисленными, в живописном беспорядке расставленными магическими светильниками, освещающими зал.

Прикрытие от Штраубе – не обманул граф. И выбор исполнителя грамотный. Дворяне челядь не замечают – и невместно это, и воспринимаются слуги как элемент пейзажа. Стереотип, конечно, вбитый в голову с детства, но притом сейчас очень полезный. Не факт, конечно, что этот с виду крепкий малый реально поможет, случись заваруха. Все же каждый дворянин, пусть и самый никчемный, – хорошо подготовленный воин. Но даже если слуга и не сможет его остановить, сигнал он подать будет в состоянии. Ярану этого достаточно.

Заиграла музыка. Стоит признать, здесь понимали в ней толк. Инструменты примитивные – а вот звук живой, теплый, не электронная муть, как на родине. И мелодии шикарные. Немалая часть гостей моментально закружилась в вальсе, и, как с удовлетворением отметил Яран, воспитанница не подвела своего учителя. Во всяком случае, порхала она так, словно весила меньше воздуха.

– Ну, как тебе действо?

– Вполне, вполне, – ответил Яран, не оборачиваясь. – Зря подкрадывался, я тебя все равно слышал.

– Как ты ухитряешься? С детства завидую…

– Уметь надо, – Яран громко щелкнул пальцами, подзывая лакея с подносом.

Придирчиво выбрал – и взял с него высокий бокал на тонкой, изящной ножке. Пригубил, кивнул задумчиво.

– А неплохо.

– Купил по дешевке довольно большую партию. Не коллекционные вина, конечно, однако вполне пристойный напиток.

– Точнее, жена купила, а?

Оба рассмеялись, потом граф реквизировал с подноса бокал для себя и, слегка коснувшись краем посуды Ярана, аккурат настолько, чтобы родился мелодичный звук, влил в себя все содержимое.

– Ух, хорошо пошло!

– Армейское прошлое вспоминаешь?

– Его. Помню, мы тогда… Э-эх! Как быстро пролетело время!

– Не переживай, – философски улыбнулся Яран, подошел к одному из стоящих у стены кресел и сел, с удовольствием отметив мягкость и удобство мебели. Граф, секунду подумав, сделал то же самое. – Время – это как раз та субстанция, которую никому еще не удавалось обмануть.

– Ага, так уж и никому. Я помню тебя невесть сколько лет, но ты не меняешься.

– Я – ужас, летящий на крыльях ночи, мне положено, – Яран вновь улыбнулся. – Но – увы, я тоже меняюсь, разве что немного медленнее других.

– Да ладно тебе. Бегаешь, словно мальчишка.

Яран пожал плечами. По меркам своего мира он мальчишкой, конечно, не был. Но из подросткового возраста вышел не так уж и давно. Если смотреть на продолжительность жизни, конечно.

– И ты побегай, кто ж мешает? Или потанцуй.

– А сам?

– Я не любитель. Умею – но не люблю.

– Ты просто чересчур серьезен. Отдохни. Эх, а я бы и впрямь потанцевал.

– Так за чем же дело стало? – Яран с интересом посмотрел на собеседника.

– Суставы болят, старею…

– Болят суставы? Сделай перцовую клизму, живо бегать начнешь.

Граф лишь печально хохотнул. Потом внимательно посмотрел в зал и сделал Ярану приглашающий жест:

– Обрати внимание – барон Вилкат. Гроза соседей и женских сердец. Даже удивительно, что до сих пор не женат.

Посмотреть действительно было на что. Изящно вальсируя с дамой, по залу кружил здоровенный мужик. Здоровенный – это еще мягко сказано. За два метра ростом, плечи соответствующей ширины, мускулатура бугрится всюду, где можно и нельзя. При этом движения отточенные, плавные – барон мужчина крупный, но абсолютно не громоздкий. И координация движений практически идеальная. Никому не отдавил ногу, да даже откровенно коряво танцующего старикана ухитрился обойти, не толкнув. Пожалуй, рядом с таким обычный человек запросто заработает себе комплекс неполноценности. Даже Яран ощутил нечто вроде легкого приступа зависти, впрочем, моментально исчезнувшего.

И все же… Что-то было в облике барона странное, какая-то непонятность. А вот что именно его напрягло, Яран сообразить никак не мог. Словно бы маячит какая-то тень на периферии взгляда, а какая именно – не поймешь. Секунд десять Яран мучился, затем плюнул и произнес заклинание расширения сознания. Нелюбимое из-за чрезмерного расхода сил и в некоторых ситуациях накатывающихся иногда приступов головной боли, зато обостряющих все чувства. Даже те, о которых простой человек и не подозревает.

Сегодня заклинание сработало в точности так, как надо. Без побочных эффектов, видимо, только что выпитое Яраном вино немного расслабило его, сработав как своеобразный допинг. Нехорошо, конечно, так и спиться можно, зато это позволило сразу увидеть и понять, что происходит. Пригасив его, демон едва не рассмеялся – почему-то после всех свалившихся за последние дни приключений сочувствовать кому бы то ни было он не жаждал совершенно. Вот ведь маразм… А с другой стороны, какая разница? Барон ему не сват и не брат. Пускай себе танцует.

– Почему гроза женщин – это сразу ясно. Перед таким большинство готовы сразу на спину рухнуть. А вот при чем тут соседи? Боятся того же?

– Нет, барон – завзятый дуэлянт. Не проиграл еще ни одного боя. Вот и опасаются с ним связываться.

Яран задумчиво кивнул. Ясно, в принципе. Такая дурмашина вызовет на бой – и прибьет. А откажешься – прослывешь трусом, что для дворянина едва ли не хуже. Просто потому, что общество отреагирует презрением, и двери большинства домов перед тобой закроются. Со всеми вытекающими из этого последствиями. Вполне логично, что здоровяка предпочитают не злить. Ладно, если что, присоединимся к большинству – в том, что он способен приколоть барона к стене, Яран не сомневался. Но вот скандал ему был не нужен совершенно.

Увы, все это оказалось мечтами, имеющими весьма слабое отношение к реальности. А все потому, что, закончив тур, барон обвел окружающее пространство взглядом и зацепился им за Сару. Девушка только-только решила немного отдышаться, подошла к наставнику, веселая и раскрасневшаяся. Действительно, перевести бы ей дух, но, увы, судьба решила, что временем распорядиться стоит чуточку иначе. Яран глазом моргнуть не успел, а барон уже стоял рядом с ними.

– Позвольте ангажировать вашу даму?

– Не позволю, – на секунду опередил девушку Яран. – Сара, если хочешь повеселиться, выбери другого партнера для танца. Вальсировать с бароном вредно для здоровья.

– Что-о?!

Казалось, от рева барона вылетят стекла. Яран медленно встал, посмотрел ему в глаза. Довольно сложно делать это на равных с тем, кто выше тебя почти на две головы, но у него получилось:

– Что слышал. Еще вопросы?

Похоже, его спокойный, безразличный тон разозлил барона даже сильнее, чем отказ. Покраснел он, как помидор, и злобно прошипел:

– Вы хам, сударь! Я вас вызываю!

– Здесь и сейчас. Шпаги…

Настроение с утра было немного подраться, и не стоило идти против естественной потребности. Яран оглянулся и обратился к первому попавшемуся из дворян, кому был сегодня представлен:

– Вы не откажетесь быть моим секундантом?

– Э-э-э… Нет, разумеется.

Вопрос, похоже, застал невысокого пухлощекого мужчину средних лет врасплох, но отказаться он даже не подумал. Хотя и предупредил, что барон, секунданты которого появились буквально через несколько секунд, весьма опасный человек. Яран скривился и громко, так, чтобы противник услышал и лишний раз психанул, бросил:

– Этого мула бояться? Не стоит оно того, поверьте.

– Т-ты!

Барон, весьма похоже, с трудом удержался от того, чтобы броситься в драку, не дожидаясь, когда секунданты обговорят условия. Что же, почему бы и нет? Яран усмехнулся, крутанул в руке шпагу, разминая кисть:

– Ну что, приступим?

Следующие пару минут он потратил на изучение арсенала приемов своего противника. Довольно разнообразного, кстати, пару связок Яран даже запомнил. Барон же за это время успел окончательно закипеть, как чайник на огне. Несдержанность – плохое качество для фехтовальщика, но тут его можно было понять. На своих визави он, судя по всему, привык давить за счет быстроты и силы. Ну, с силой понятно, а вот запредельной скорости от такого здоровяка точно не ждешь. Добавив к этому еще и неплохую технику, барон вообще получал тотальное преимущество. Наверняка привык заканчивать дело одним, максимум двумя выпадами. И то, что Яран, уступая ему ростом и габаритами, никак не желает проигрывать, бесило его страшно.

Нельзя сказать, что демону приходилось легко, но все же он был хоть самую малость, но быстрее, учен лучше, да и опыта имел куда как больше. Все это позволяло ему не мериться с бароном силой. Все же тот был реально могуч, и кто кого переломит – вопрос открытый. И без того приходилось финтить, уклоняться, спускать рубящие удары по своему клинку. В общем, изображать тот самый вечно беспокойный, никогда не остающийся на месте огонь, к стихии которого Яран принадлежал. И ждать, когда противник выдохнется.

– Стой! – прохрипел наконец барон. – Дерись, как мужчина!

А вот это он, честно говоря, зря. Скорость и сила есть, но вот с выносливостью у таких здоровяков дело обстоит похуже. Особенно если ритм движений рваный – а именно этого с первых секунд боя легко добился Яран. И в такой ситуации еще и трепать языком значит точно сбить дыхалку. Но если он хочет – нет препятствий героям!

– Как мужчина я дерусь с мужчинами, – насмешливо отсалютовал ему шпагой Яран. Предварительно отскочив за пределы досягаемости, естественно. – А с пивным бурдюком…

Он даже не договорил – барон, взревев, попер, как бык. Видать, достигла цели колкость. Два рубящих удара, крест-накрест, от которых демон легко уклонился. Широкий, со всей дури, горизонтальный удар на уровне головы Яран пропустил над собой, пригнувшись. И тут же подпрыгнул – обратным ходом шпага барона прошла как раз там, где только что были его колени.

Болван, мысленно поморщился Яран. Совсем забыл о защите. С такими замахами его можно нанизать на клинок, словно жука на булавку. Но убивать кого-то ради убийства – фи! А потому…

Еще один выпад барона, на сей раз колющий – и шпага демона, вместо того, чтобы мягко отвести оружие противника в сторону, вдруг крутанулась и как живая оплела чужой клинок. Буквально на долю секунды, но этого хватило, чтобы увести его вниз, так, что кончик скрежетнул по камням пола. Шаг вперед, на этот раз максимально быстро, и удар по чужому оружию сверху подошвой сапога.

Барон даже не понял, что произошло. Его шпага попросту сломалась у самого эфеса. Не будь он настолько силен – просто выронил бы оружие, а так вся скорость и масса были приняты упершимся в камень клинком. Тот закономерно не выдержал издевательства. И пока барон мучительно соображал, что же случилось, Яран сделал еще шаг и с разворота, вкладывая в удар свою силу и весь свой немалый вес, с чувством врезал ему по лицу зажатым в кулаке эфесом. Стоит признать, тот сработал не хуже литого свинцового кастета. – Теряя в полете зубы, барон рухнул на спину, попутно сметя некстати подвернувшийся стол. Посмотрев на него, Яран небрежным движением кинул свое оружие в ножны, отряхнул руки и совершенно ровным голосом резюмировал:

– Ну, вот так как-то…

Вокруг зааплодировали. Дуэль – традиционное развлечение на балах, и для многих Яран, что называется, сделал вечер. Мужчины громогласно поздравляли победителя, все как один желая выпить с ним, дамочки словно невзначай демонстрировали намеки на свои прелести, благо покрой бальных платьев с их глубокими декольте открывал иной раз весьма заманчивые виды. Пожалуй, кое с кем из обладательниц столь выдающихся достоинств можно было бы познакомиться и поближе. Намного, хе-хе, ближе, шире и, что надо отметить, глубже. Особенно учитывая, что с момента, когда стартовал их квест, прошло уже довольно много времени. – Достаточно, чтобы даже слово «драники» начало уводить мысли на фривольные ассоциации.

Сара, прекрасно все понимающая, шипела, как разъяренная кошка. Женщины, видя это, млели. Одна глазастая дама средних лет, отметив это, даже поинтересовалась:

– Неужели вам так дорога… э-э-э… ваша приемная дочь, что вы решили драться в таких неравных условиях?

– Почему же приемная? – деланно удивился Яран и, заломив бровь, с интересом посмотрел на чрезмерно наблюдательную собеседницу. – А вдруг племянница?

– Ну… Позвольте, но я разбираюсь в этом неплохо, и между вами ничего общего.

– Кроме жизни. Но кое в чем вы правы, отдаю должное вашему уму.

Женщина от похвалы аж зарделась.

– Она – моя воспитанница. Мой долг – защитить ее от любого посягательства. Ради нее, если надо, я готов умереть. Но с куда большим удовольствием я ради нее буду убивать.

– И вы сочли невинную фразу барона угрозой?

– Ну, что и чем считать – я решаю покамест самостоятельно, не обращая внимания на общественное мнение, – широко улыбнулся Яран. Однако женщина имела явный избыток любопытства в организме и не поняла намека на желательное прекращение разговора.

– Скажите, вы и впрямь готовы убить человека из-за пары неосторожно сказанных слов?

– Да, – спокойно ответил Яран.

В этот момент их прервали. Через толпу пропихнулся наконец Штраубе, посмотрел на возящихся возле поверженного гиганта целителей, хмыкнул понимающе. Уж кто-кто, а он-то хорошо знал боевые возможности гостя. Следом за ним, раздвигая людей плечами, подошел высокий, широкоплечий человек, обликом весьма напоминающий Вилката. Малость помельче барона, конечно, однако похож, этого не отнять. Посмотрел на творящееся безобразие и мрачно попросил:

– Граф, представьте меня, пожалуйста.

– Маркиз ла’Монэ. Виконт Яран ви’Тарро.

– Не могу сказать, что очень приятно.

– Я тоже, – «успокоил» его Яран. – У вас ко мне претензии?

– Да. Барон – мой двоюродный брат.

– И что?.. Решил поиграть в бретера и нарвался на кого покруче. Бывает. К слову, я поступил еще довольно аккуратно. Убить его было куда проще. Так что не вижу повода для претензий.

– И все же, это вы его оскорбили.

– Разве правдой можно оскорбить?

– То есть?

– Ну, маркиз, я же точно знаю, что у него не стоит. Для женщины он безвреднее ужика.

– И все же я не понимаю, – ла’Монэ раздраженно махнул рукой. – Вы один раз на него взглянули – и определили?

– Ну да, – Яран пожал плечами. – Это же просто. Кинжал у него на поясе видите? Не протягивайте к нему руки, не советую. Хотя… Это же ваше здоровье, чего я волнуюсь?

– Поясните свою мысль, – маркиз, совершенно бездумно, на автопилоте решивший вытащить из ножен так заинтересовавшее Ярана оружие, на всякий случай убрал руки за спину.

– А что тут пояснять? Кинжал сделан не из железа. Уж не знаю, это кто-то специально подсунул барону такую замечательную игрушку, или просто какой-то оружейник наловчился работать с интересным металлом, не зная о его свойствах ничего, кроме как то, что он тяжелый, ковкий и твердый, да вдобавок красивый на вид. Ну, и искры при ударе высекает эффектно. Я не очень сильный, но все же маг и умею видеть чуть больше обычных людей.

– И что?..

– В разных ми… местах у этого металла разные названия. Серебряная отрава, искромет, уран, коллодий… Он излучает… Скажем так, он выделяет яд. Не очень много. Но барон таскал его долго, ремень и кое-какие элементы одежды буквально пропитаны этой дрянью. И первое, что разрушает выделяемый металлом яд – мужская сила. Так что почти наверняка он в постели может разве что храпеть. Подозреваю, это тоже ненадолго.

– Почему?

– Некоторые яды вызывают много болезней, часто неизлечимых. Барон крупный и сильный человек. Но боюсь, это его не спасет. Вопрос лишь, сколько продержится его организм.

– Его никак не спасти?

– Если процесс все же не успел начаться, то просто выбросьте это оружие куда подальше. Мужская сила вряд ли восстановится, но хотя бы жить будет. Правда, я бы на это особо не рассчитывал. Если же успел… Онкологию местные целители лечить попросту не умеют. И да, предупреждая ваш вопрос… Я тоже не умею.

– Я бы хотел…

– Хотите, я ж вам не запрещаю.

С этими словами Яран безразлично пожал плечами и отвернулся. Разговор был окончен, а кто этого не понял, может идти в то самое место, где спина раздваивается и называется чуточку иначе.

– Однако ты ухитрился озадачить маркиза по самую маковку.

Яран безразлично пожал плечами. Его душевные терзания местных обывателей волновали постольку-поскольку. Безжалостный, если требовалось, к себе, проблемы чужих людей он, как правило, игнорировал, а уж страдать из-за чьих-то болячек тем более не собирался. Граф этого, впрочем, и не ожидал. Тем более что на общем фоне событий, произошедших сегодня, что барон, что маркиз, что сама дуэль и прилагающиеся к ней проблемы смотрелись не стоящей внимания мелочью. И, если уж на то пошло, бал этот теперь запомнится надолго.

Конечно, вначале проблем вроде бы не намечалось. Барона (интересно, он сам влез не в то время и не в то место, или все же подговорил кто) унесли. Радиоактивный кинжал унесли отдельно – маркиз заявил, что намерен проверить слова Ярана. Кто другой на такое неверие и вспылил бы, но демону было плевать. Его восприятие многих внешних раздражителей порядком отличалось от реакции обычных людей, все же и долгая жизнь, и расширенные по сравнению с обычными людьми возможности, да и просто иное, замешанное на ушедшей на сотни лет вперед культуре воспитание сказали свое веское слово. Так что хочет маркиз все проверить и перепроверить – и пусть его. Яран просто не обратил на некую толику оскорбительности в заявлении собеседника внимания, благо мог себе это позволить – как ни крути, а после сегодняшней дуэли в трусости его никто не рискнул бы обвинить. Единственно, посоветовал маркизу хранить кинжал в свинцовом футляре, и совет тот был принят со всей серьезностью.

Вот так. Хорошо, откровенно говоря, что здесь не знают, к чему могут привести эксперименты с этим металлом. В голове так и вертелась услышанная в одном интересном мире детская считалочка:

Расскажу я вам, дружочки,
Как выращивать грибочки:
Нужно в поле утром рано
Сдвинуть два куска урана…

Хорошо еще, для местных технологий создать оружие такого уровня – мечта недостижимая. Но если показать им путь – глядишь, и сподобятся. Люди – существа изобретательные, могут и обойти кое-какие законы развития. Нет уж, нет уж. Пускай лучше пребывают в счастливом неведении, а то это может плохо кончиться.

В общем, обиженная семейка убралась куда подальше, бал продолжился, воспитанница Ярана вновь порхала в танце… К слову, после случившегося героем дня был не столько сам победитель, сколько дама, из-за которой скрестили шпаги два в высшей степени достойных человека. Интересный вывих человеческой логики, хотя Яран, стоит признать, ничего не имел против. Девочке полезно – и самоутвердится лишний раз, и просто сможет лучше врасти в человеческое общество. Как-никак рано или поздно Яран уйдет, а ей здесь еще жить.

Итак, Сара танцевала, Яран дегустировал вино и намерен был к концу мероприятия если не наклюкаться, то как минимум изрядно поднять себе настроение. А потом на них напали…

Это было эффектно, хотя человечишко, учинивший безобразие, оказался совершенно никчемным. Мелковатый, плюгавенький… Но все это выяснилось много позже, а сейчас он или, возможно, тот, кто за ним стоял, показал себя хорошим организатором и неплохим тактиком. Во всяком случае, напали на Ярана и Сару практически одновременно.

Ярану повезло, что после дуэли он не отдал шпагу распорядителю, а просто повесил на привычное место. Что ни говори, а привычка – вторая натура, и без шпаги на боку в компании вроде нынешней Яран чувствовал себя голым. Вот и нацепил перевязь с ножнами, сделав это совершенно бездумно. Ну и вторая удача – слух, в отличие от человеческого способный поспорить с совиным.

Неудивительно, что Яран услышал шаги за спиной. Раздавшиеся, к слову, в самый неподходящий момент. Он как раз ушел по естественной и всем понятной надобности – выпитое уже настойчиво просилось наружу, грозя превысить емкость отведенных для него резервуаров. Хорошо еще, шаги Яран услышал уже после того, как завершил процесс и вышел из расположенного в глубине сада затрапезного вида, но притом вполне приемлемой чистоты будочки. А то ведь и конфуз мог случиться.

Увы, увы, о централизованной системе канализации в поместье графа Штраубе оставалось только мечтать. Этим философским мыслям Яран и предавался по нескольку раз в день, посещая господские «удобства». Но вся глубина построений его мысли не помешала разобрать тихий шелест, выбивающийся ритмом и из вечернего шелеста листвы, колеблемой легким ветерком, и из отголосков праздника, доносящихся сквозь все ту же листву. А потому, когда стрела из арбалета с легким щелчком покинула удобное деревянное ложе, Яран уже был к этому готов.

Короткое, почти неуловимое движение – и смерть, глухо жужжа, проносится аккурат возле уха Ярана. А он уже готов и стоит лицом к незадачливому стрелку, и на клинке шпаги переливаются отсверки луны. Стрелок же, не сообразив, видимо, что человек, обладающий такой впечатляющей реакцией, позволяющей увернуться от выпущенной с десяти шагов стрелы, может оказаться страшным противником, повел себя не вполне адекватно. Если по-простому, глухо зарычал и, отшвырнув разряженный арбалет, потащил на свет божий топор, до того притороченный за спиной.

Да уж, не топор, а просто чудо. Обычно боевые топоры легкие, с коротким лезвием, способные прорубить доспех, но притом не утомляющие руку. Этот же… Ну, до алебарды он еще не дорос, а топор обыкновенный плотницкий перерос давным-давно. Яран видел такие у северян-наемников, пиратствовавших время от времени по всему побережью. И было это в последний раз, если память не изменяет, лет полтораста назад. И где, спрашивается, это чудо широкоплечее откопало такой раритет?

Впрочем, не все ли равно? Драки Яран не боялся и бороться с вооруженными такими вот топорами мордоворотами умел неплохо. Правда, обычно после его борьбы оставались трупы, с которыми не поговорить. А как раз этого Яран желал страстно, можно сказать, истово и самозабвенно. Хотя бы потому, что очень жаждал узнать имя нанимателя этой груды мышц. Поэтому стоило для начала поговорить. Ну, хотя бы попробовать.

– Брось оружие, толстолобик!

Здоровяк в ответ лишь глухо рыкнул и попер вперед, вращая над головой топор на манер лопастей боевого вертолета. Вот ведь, сколько лет Яран не видел этого, а сравнение пришло в голову сразу. Что ж, и не с такими управлялись.

Шаг вперед и чуть вбок, демонстрируя несвойственную обычным людям гибкость, нырнуть под эффектный, но неэффективный удар. Против ожидания, мужика не занесло от собственной инерции, слишком крепок. Впрочем, это ничего не решает, техника побеждает силу. Короткий высверк шпаги – и нога противника окрашивается кровью. Яростный рев оскорбленной силы, удар – но теперь координация движений чуть-чуть нарушена болью, и Ярану не составляет труда уклониться. В следующий миг он уже сбоку от противника. Удар, широкий, рубящий, поставил точку в споре. И полетел в одну сторону топор, а в другую покатилась буйна головушка. Тело же еще несколько секунд стояло, щедро окропляя кровью все вокруг. А потом колени подогнулись, и оно рухнуло с грохотом, от которого, кажется, дрогнула земля.

– Ну вот, как-то так, юноши.

Пожалуй, эта фраза может и в привычку войти. Второй раз за вечер… Но, увы, на осмысление сей, несомненно, глубокой и важной мысли времени не оставалось от слова «совсем». Просто потому, что Яран ни на миг не забывал: у незадачливого убийцы вполне могла быть подстраховка. И она, что характерно, не заставила себя ждать.

Как ни странно, на этот раз не было игр со стрельбой. Зря, к слову – это давало бы убийце тень шанса если не поразить Ярана, то хотя бы самому успеть смыться. Но что получилось – то получилось, а разбираться в нюансах провальной тактики противника смысла не было совершенно.

Все произошло очень быстро. Яран только казался расслабленным, на самом же деле он ни на миг не упускал ситуацию из-под контроля. Ну а противник… Кто ж с таким шумом бухает сапогами, нападая со спины?

Поворот, уход в сторону, разворот вокруг своей оси… Удар противника был широким, рубящим. Таким можно располосовать человека от плеча до задницы. Вот только есть у него и обратная сторона – огромная инерция. Особенно когда в руках тяжелый кавалерийский палаш. Всего на миг замер клинок в самой нижней точке – и в этот момент удар Ярана обрушился на державшую его руку, придясь аккурат на запястье.

Откровенно говоря, демон и сам не ожидал столь сокрушительного эффекта. Но и его собственный замах был хорош, и попал он удачно. Шпага попросту смахнула кисть, ударив по суставу и пройдя между костями. Яран даже не почувствовал этого, просто отлетела в стороны все еще сжимающая эфес рука противника, а шпага уже возвращалась. И по дороге обратным ходом смахнула с плеч решившуюся на удар в спину глупую голову.

Идиот! Две срубленные головы за вечер – не стоящая внимания мелочь. Было дело, трупы вообще штабелями укладывал. Но допросить-то теперь некого! И винить тоже. Разве что кроме собственных рефлексов и четко поставленной последовательности ударов, которая будет завершена, наверное, даже в случае, если к концу связки на плечах не окажется головы самого Ярана. Вот только сейчас от этого не легче.

Вот ведь! Яран мысленно выругался и со всех ног рванул к дому. Если на него здесь и сейчас напали, то могли и на Сару. Воспитанница сейчас без его защиты, а значит, ее вполне могут рассматривать как легкую добычу. И, к слову, даже с учетом того, что кое-чему наставник успел ее обучить, на полноценного боевого мага она не тянула в принципе. А значит, ее жизни и впрямь угрожала нешуточная опасность.

Яран едва не опоздал. Ворвался в зал аккурат в тот момент, когда народ повалил из него во все стороны, включая не только двери, но и окна. Демон опередил толпу на какие-то секунды и успел еще увидеть, как разлетаются, словно сбитые городошные фигурки, какие-то умники вполне обычного вида, но с оружием в руках. Впрочем, они его сейчас активно теряли – как-никак, отнесло некоторых метров на пять-семь. Ученица не стала мудрствовать лукаво, а ударила волной чистой силы, и получилось у нее на удивление неплохо. Во всяком случае, решившие нарушить мирное течение бала хамы огребли по полной.

– Стоять! – заорал Яран во всю силу легких, понимая уже, что не успевает. Ибо тот самый мелкий и плюгавый, стоящий на балконе второго яруса, уже вскинул руки в знакомом жесте – и метнул заклинание.

Поток огня ударил Саре в лицо. Все замерли, и воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом жидкого пламени. А потом оно опало, и перед ними предстала Сара. Абсолютно живая, разве что слегка ошалевшая и закопченная. Яран украдкой перевел дух. Сработал-таки амулет из драконьего хвоста, сработал! А он так боялся, что, изготавливая его, сделал что-нибудь неправильно. Два вечера убил, поминутно сверяясь с накопителем. И ведь справился же!

Но все это было сейчас маловажным. Главное – успеть, чтобы этот урод не ударил снова. Времени на то, чтобы повторить, требуется не так и много, а выдержит ли амулет второй удар – вопрос открытый. Слишком многое зависит от того, насколько силен их противник.

И Яран успел! Мощный, немыслимый для человека прыжок – и он уже стоит перед чужим магом, от неожиданности шарахнувшимся назад и сбросившим в ноль почти готовое заклинание. А секундой позже все, кто еще остался в зале, имели достаточно редкую и чертовски опасную возможность наблюдать за поединком двух магов.

Когда маги демонстрируют свое мастерство, в ход идут заклинания эффектные. Когда они сражаются – быстрые. Противник Ярана знал эту истину не хуже демона, и подготовились они практически одновременно. Что и неудивительно – оба использовали одно и то же заклинание. Простое, быстрое и мощное!

Когда два потока высокотемпературной плазмы сталкиваются, зрелище в результате получается феерическое. Рвануло так, что Ярана отбросило и протащило спиной вперед едва не до лестницы. Не будь он огненным магом, вовсе убило бы. Его противник огреб примерно так же, но у него не было природной силы Ярана, да и общая прочность организма оказалась ниже. В результате он еще пытался встать, а Яран уже был на ногах и готов к бою…

Маг пытался еще что-то изобразить, руки налились огнем – но время было упущено. Яран ударил первым, вкладывая в заклинание всю мощь. Короткая и яркая, словно в костер сыпанули полкило магния, вспышка, заставившая всех зажмуриться… А когда глаза людей снова смогли видеть, на месте чужого мага осталась только кучка серого пепла. Хорошее удобрение – вот и вся сущность человека, если вдуматься.

Как называются похороны электрика? Заземление. А если его нет, результат как раз такой, какой получился. Что же, сам виноват, для ищущего работу с риском финал получился закономерным. На том, в принципе, все и закончилось. Единственное, что портило настроение, это вновь отсутствие тех, кому можно задать вопросы. Пока маги играли в веселую игру «кто кого поджарит», народ попроще не стал рисковать, а рванул во все стороны, как тараканы из-под тапка. Двоих Сара ненароком пришибла, все же, увидев перед собой обнаженные клинки, она от неожиданности и с испугу выдала самую мощную силовую волну, на которую была способна. Остальные же, не испытывая судьбу, воспользовались тем, что все внимание сосредоточено на магах, и повыпрыгивали в окна. Притом, что шанс как раз в этот момент убить Сару или взять ее в заложницы у них имелся. Но – не рискнули, что наводило на определенные мысли об их мотивации.

Вот такой получился вечер. Так что сейчас, отправив женщин отдыхать, мужчины расположились у камина, вооружившись бокалами с вином. Дамы, правда, тоже время зря не теряли. Как доложил лакей, они тоже активно снимали стресс и даже помирились на этой почве. Сейчас женская часть их общества засела в малой гостиной с намерением налиться до изумления. Во всяком случае, бутылок им доставили целый ящик.

– Думаю, сегодняшний бал запомнится гостям надолго, – Яран отпил вино, покатал его немного во рту и озадаченно посмотрел на хозяина. – Совсем не то, что подавали днем, а?

– Естественно. Сам подумай, если я буду угощать всех подряд тем, что у тебя в бокале, то разорюсь мгновенно. Бал – он сам по себе удовольствие затратное, так что…

– Да ясное дело. Но, полагаю, в следующий раз такая толпа к тебе не придет. Просто не рискнут.

– Значит, сэкономлю, – усмехнулся граф. – Меня куда больше волнует другой вопрос. Все те, кто устроил нападение, пришли на бал якобы по моему приглашению. Но их приглашения были подделкой, и очень искусной. К слову, они вообще не дворяне! Воспользовались, сволочи, что в столице их куча, всех знать не получается. А лакей на входе – ему ж только бумажку покажи, а кто есть кто – ему до лампады.

Непонятно было, что возмущает графа сильнее – учиненная на празднике бойня, поддельные бумаги или тот факт, что какие-то орлы из низших сословий влезли на элитный праздник. Яран усмехнулся:

– И почему я даже не удивлен?

– Наверное, потому, что и не такое видел?

– Очень возможно. Хотя в жизни всегда найдется что-то новенькое.

– Философ… Куда уж нам, сирым да убогим. Женить тебя надо, срочно. А то сидишь, жизни радуешься…

– Да мне и так неплохо.

– Во-во. А другим, может, при виде твоей счастливой физиономии тошно становится. Кстати, у меня к тебе давно назрел вопрос.

– Давай, слушаю.

– А скажи, почему ты не учишь девочку боевым заклинаниям? Она ведь сильный маг.

– Учу, и, смею надеяться, неплохо.

– Тогда почему она даже не попыталась вступить в бой? И от нападающих просто отмахнулась…

– Для войны есть мужчины, – улыбнулся Яран. – Да что я тебе рассказываю, сам все понимаешь.

– Но когда-нибудь тебя не будет рядом – и что тогда?

– Тогда рядом будет ее муж. Пускай он сражается. А магия и клинок пускай останутся на самый крайний случай.

– Который сегодня едва не случился. Да, ты справился, но… Почему ты не поставил ей рефлексы, к примеру, утопить нападающих?

– Утопить? – Яран хохотнул. Со стороны его можно было принять за пьяного, и, говоря по чести, вино и впрямь ударило ему в голову. Сказалось, видимо, и количество выпитого за день, и едва-едва отпустившее нервное напряжение, и усталость. – Да вы примитив, молодой человек. Многообразие боевых заклинаний из арсенала водной стихии зашкаливает.

– Ты понял вопрос. Конечно, это праздное любопытство, но… Почему ты делаешь всю работу сам, а не поручишь своей воспитаннице? Даже если знаешь, что она сделает ее лучше и проще?

– Потому что я не хочу, чтобы она убивала. Одно дело ради спасения жизни и совсем другое вешать на свою совесть груз, когда можно обойтись без него.

– Надо же, – с непонятной интонацией сказал граф. – А я думал, слово жалость в твоем лексиконе отсутствует.

– Оно так. Но есть исключения.

– И какие же? – похоже, Штраубе всерьез заинтересовался изгибами демонической психики. И пускай Яран не вполне демон, все равно новое знание смотрелось интригующе. Что же, почему нет? Яран пожал плечами – никакого секрета из того, что граф хотел узнать, он никогда не строил. Не карты генерального штаба, чай.

– Знаешь, мне никогда не было жалко людей. Точнее, не так. Мне никогда не было жаль людей, когда они воюют. Знают, за что кладут головы. А вот лошадей и собак, тварей бессловесных, что идут в бой рядом с человеком и гибнут – этих жаль. Потому что они умирать не обязаны и просто разделяют судьбу своего человека.

– Вот оно как…

– Да, вот такой я сентиментальный. К слову, именно поэтому мне никогда не жалко было кошек – мы им безразличны, умирать за нас они не станут. Во всяком случае, раньше я думал именно так, но Матильда поколебала мою убежденность.

Штраубе открыл было рот, наверняка чтобы поинтересоваться, какое отношение к собакам, кошкам и прочим лошадям имеет Сара, но сегодня удовлетворить любопытство ему было не суждено. Именно в этот момент их прервали. Дверь графского кабинета распахнулась, будто в нее ударил порыв урагана. Мужчины удивленно повернулись – и обнаружили там две стоящие плечом к плечу женские фигуры. И, судя по всему, рядом они стояли исключительно для того, чтобы подпирать друг друга и не падать, ибо пьяны обе были до изумления.

– Твоя супруга плохо действует на мою воспитанницу, – глубокомысленно резюмировал Яран.

– А почему сразу моя? Может, это твоя воспитанница споила мою красавицу?

– Да… Она… Ик… Плохо на меня действует.

Сказано это было в два голоса и настолько синхронно, что, казалось, за дуэтом стояла как минимум неделя репетиций. Мужчины переглянулись и столь же синхронно расхохотались.

Дальнейшие посиделки продолжились в расширенном формате. Жена графа по-простонародному уселась ему на колени с таким видом, словно дело происходило не в дворянском поместье, а в таверне, набитой хлещущими пиво моряками. Сара хотела повторить то же самое, но наткнулась глазами на укоризненный взгляд Ярана и расположилась на широком подлокотнике кресла. На родине Ярана мебель предпочитали легкую, вычурную, и подобное вполне могло кончиться ее разрушением, но для местных кресел, собранных из массива прочного дерева и отличающихся внушительными размерами, вес девушки был пушинкой.

Вот только деловой настрой ушел моментально. Во-первых, дамы были настроены на отдых, а во-вторых, вина еще оставалось изрядно. Так что они моментально споили своих морально нестойких спутников, и не прошло и получаса, как граф с супругой на нетвердых ногах удалились в спальню. Точнее, Штраубе ноги переставлял, а графиня просто висела на его плече, мыча что-то нечленораздельное.

А после этого… Да уж, после этого стало весело, потому как Сара начала решительно клеить наставника. Ну да, стресс и все такое, против него лекарства известные, но всему же есть границы! Понятно, что дружбой ночью не займешься, но какого черта!

Впрочем, отшить ее оказалось на удивление легко. Не столько благодаря красноречию демона, а потому что сама девушка ухитрилась заснуть прямо на середине фразы. Вот ведь… Пришлось на руках отнести ее в отведенные Саре апартаменты и прямо в платье уложить на кровать. Одежда, конечно, с утра будет напоминать смятую тряпку, но это сейчас было меньшим из зол. Так что уложил, вышел, закрыл за собой дверь, несколько секунд постоял, вслушиваясь в глубокое, ровное дыхание девушки, и ушел к себе. Все же Яран тоже не был железным, устал и спать хотел неимоверно.

Войдя в свою комнату и сбросив одежду прямо на пол неопрятной кучей, от плюхнулся на кровать и пару секунд просто сидел, бездумно глядя перед собой. Потом усмехнулся, сделал зловещее лицо и провозгласил:

– Да наступит конец света!

Щелчком пальцев погасил магический светильник, рухнул на кровать и заснул, похоже, еще до того, как голова коснулась подушки.

Кофе с утра бодрит. Но если зарядить его в ружье и выстрелить кому-то в задницу, это взбодрит пациента сильнее, чем напиток. Как жаль, что Яран был начисто лишен возможности придать кому-нибудь бодрости, а себе поднять настроение столь радикальным способом. Оставалось развлекаться, слушая графа, который разливался соловьем, поддерживая застольную беседу, а заодно комментируя висящие на стенах картины. Весьма, кстати, недурственно выполненные.

– …Перед вами знаменитая картина «Король на охоте».

– Стоп, но тут будуар королевы и сразу трое мужчин в… э-э-э… обнаженном виде.

– Повторяю: король на охоте.

– Это называется фига в кармане, – громким шепотом прокомментировал Яран. Сара рассмеялась, графиня же попыталась сделать вид, что ничего не услышала, но сдерживать хихиканье у нее сегодня получалось плохо.

– Да-да, именно так, – Штраубе махнул рукой, подзывая слугу.

Тот подскочил мгновенно, однако притом абсолютно бесшумно. Все-таки хорошо их учат, узнать бы еще, где именно. Может статься, когда-нибудь пригодится…

В считанные минуты хозяевам и гостям поменяли тарелки. Что поделать, Штраубе свято верил, что надо или есть, или не баловаться, поэтому трапеза получилась обильной. Привлеченная запахами, в воздухе загудела муха, и, проводив ее взглядом, Сара задумчиво сказала:

– Говорят, мухи переносят заразу.

– Не волнуйся, тебя она не поднимет.

Эта реплика Ярана вызвала смех у всех присутствующих, да такой, что кое-кто даже подавился и громко закашлялся. Что поделать, шутки, в мире Ярана давным-давно ставшие классикой, здесь звучали свежо и поражали всех своей новизной…

Вот так они и развлекались за завтраком. А куда деваться? Настроение у всех было приподнятое, главным образом на контрасте с тем, что было сразу после пробуждения. Все же столько выпить, да еще и смешать разные напитки… Сразу поймешь, насколько права древняя мудрость, что утро добрым не бывает. В общем, если у Ярана был в кармане небольшой чит, выученное еще в студенчестве заклинание от похмелья, то остальным пришлось тяжко. Даже Саре, которая теоретически заклинание знала, а реально повторить его не смогла. Так уж получилось, что в период спокойной жизни не придавала ему значения, мол, с ней это никогда не случится. И вот, случилось!

Прелесть заклинания была в том, что накладывалось оно на самого себя, и никак иначе. Были, конечно, и продвинутые версии, позволяющие лечить других, но Яран, вот незадача, их не знал. И в накопителе не нашел. Так что пришлось всем принимать народное средство. Яран, к слову, тоже поддержал компанию. В результате сейчас народ чувствовал себя вполне сносно и по этому поводу испытывал немалый душевный подъем.

Впрочем, больше всего Ярана сейчас радовал тот факт, что Сара, похоже, ничего не помнила о том, что творила вчера в кабинете Штраубе. А то оба со стыда бы сгорели. И это притом, что Ярану вроде бы и нечего стыдиться – а вот поди ж ты! – Изгибы человеческой психики – штука своеобразная, и, даже понимая умом, что ни в чем он не виноват, демон чувствовал определенный дискомфорт.

А вообще, говоря по чести, в непотребном поведении воспитанницы Яран винил только и исключительно себя. Где-то недоглядел, сделал ошибку в воспитании – и нате вам, готово. Теперь предстояло долго и мучительно выправлять ситуацию, с корнем выкорчевывая из головы девушки нездоровые мысли. Но все это – потом, сегодня их ждала встреча с министром, канцелярия которого разродилась-таки решением о приеме. Который, что характерно, должен был состояться сегодня, ближе к вечеру.

Хорошо еще, что опытный Штраубе во время подготовки к балу распорядился заодно обеспечить гостей вещами, уместными для визита. Камзолы там, рубахи, штаны… От этого чуда дизайнерской мысли Яран, правда, решительно отказался – последний и, как он надеялся, глядя на это непотребство, предсмертный писк столичной моды впечатлял своей безвкусицей.

Ну, лосины – это еще туда-сюда. Бывало уже такое, и даже пару раз надевать приходилось. Но ткань, которая шла на приличествующий дворянину костюм… Она ж тонкая настолько, что в комплекте с покроем все первичные половые признаки буквально торчали наружу! Добавьте к этому кислотно-яркий цвет и нечто вроде шорт, из-за покроя которых задница казалась вдвое шире! Мечта представителя нетрадиционной ориентации, по-другому и не назовешь.

В общем, когда Яран увидел, что ему сшили, он в уныние впадать не стал, а просто спустил модельера с лестницы. Тот, пару раз ударившись макушкой о ступеньки, резко поумнел, и его следующее творение выглядело куда приличней. Еще бы! Творил-то он под непрерывным приглядом самого Ярана, практически копируя его старую одежду. Результат вышел, как было сказано всеми, кто его увидел, несколько старомодным, однако для провинциала объяснимым.

По сравнению с Яраном, Сара отделалась малой кровью. Все же женское платье в насквозь патриархальные времена сделать вовсе уж неприличным мало кто решится. Единственно, по поводу декольте пришлось объяснять, демонстрируя носу мастера внушительный кулак. Впрочем, тот и не сопротивлялся особо, живо сообразив, что вырез «чуть не до пупа», как выразился заказчик, и впрямь неуместен. Глубокие декольте хороши для женщин с выдающимися достоинствами, а на худощавой Саре оно выглядело, скорее, насмешкой. Именно поэтому и парадное, и бальное платья получились достаточно закрытыми, но притом подчеркивающими достоинства фигуры девушки – тут, стоит признать, модельер был мастером.

В результате всего этого они вполне прилично выглядели, когда вылезли из одолженной Штраубе кареты напротив высоких дверей Службы внутренней безопасности. Точнее, ее центрального офиса. Здесь это, конечно, называлось иначе, но суть не менялась.

А вот с тем, чтобы дойти до цели, оказалось намного проще. Все же и бюрократия примитивных миров не столь развита, как дома, и меры предосторожности не такие строгие. Всего-то дюжий швейцар у входа, добрый и кроткий взгляд которого так и говорил, что головы непрошеным гостям он, случись нужда, проломит без малейшего удовольствия. Далее пара расположившихся в холле на первом этаже стражников, вооруженных до зубов, но не попытавшихся даже оторвать задницы от мягких стульев. Ну и секретарь министра, проверивший в приемной их приглашения и сделавший жест, который можно было трактовать исключительно как «проходите».

Министр выглядел… солидно. Именно так и должен выглядеть чиновник соответствующего ранга в любом уважающем себя государстве. То есть не мальчишка с торчащими во все стороны лохмами волос и не дряхлая развалина. Человек, умудренный опытом, но притом еще сильный и физически, и умственно. Все остальное – респектабельность, одежда, лишний вес или, напротив, подтянутость – вторично.

Хотя, говоря по чести, некоторым лишним весом данный экземпляр обладал. Яран помнил его еще по тем временам, когда министр был совсем юным. К слову, он начинал в армии, в самом обычном полку, и пробежался по всем ступенькам, от солдата до генерала. Правда, нигде особо не задерживаясь, но тут, конечно, роль сыграло происхождение и многочисленная высокопоставленная родня, упорно двигающая будущего политика по карьерной лестнице. Впрочем, это как раз нормально, и тот факт, что молодой человек успел вживую пощупать массу хитросплетений армейской жизни, а заодно хлебнуть походных тягот и пару раз нюхнуть пороха, был ему только в плюс.

Гостя министр, естественно, не узнал. Сколько лет прошло, а общались они тогда всего несколько раз. Яран и сам бы не вспомнил, не стань этот умник тем, кем стал. А вот манеры начальника всей полиции страны оставляли желать лучшего. Во всяком случае, он даже сесть не предложил. Посмотрел на визитеров исподлобья, так, словно они отрывали его от дела вселенских масштабов (хотя, на самом деле, только от кружки чая с бисквитом), и брюзгливо спросил:

– Какое у вас ко мне дело? Быстрее, у меня не так много времени, чтобы тратить его на ерунду.

Да, годы и бюрократическая работа мало кому идут на пользу. От сопливого, но веселого и компанейского лейтенанта осталось только имя…

– Видите ли, мое дело…

– Быстрей, Яран, быстрей. Раньше ты не был таким мямлей.

Яран замер, подавившись словами. Его воспитанница сидела с открытым ртом. А министр… расхохотался. Да так, что, кажется, стекла задрожали.

– Что, не ожидал? Думал, старый пень уже все позабыл?

Вот так. Не на постаревшее лицо надо было смотреть, не на мундир с орденами и не на изрядно отросшее брюхо. А на глаза – они выцвели, но выражение их осталось прежним, из тех времен, когда министр был совсем молод и не боялся мчаться в атаку в первых рядах конной лавы…

А еще надо было думать. Министра держат не за былые заслуги и даже не за шикарные усы. Он – одна из ключевых фигур в силовой структуре государства. Профессионал с отличной памятью и серьезнейшими навыками работы с информацией. К его услугам – мощнейшая сеть осведомителей и куча специалистов. А ты, демон самозваный – зазнавшийся дурак, решивший, что рождение в более развитом мире само по себе делает тебя лучше всех. Ох, дура-ак! И ничему-то ты за эти годы не научился.

Полчаса спустя, когда они закончили дегустировать вино из личных запасов министра, и Яран уже пришел к выводу, что в последние дни все поголовно сговорились, дабы споить морально нестойкого демона, министр наконец перешел к делу.

– Честно скажу – не смогу я тебе помочь.

– Не сможешь – или просто не хочешь?

– Не смогу, – министр выглядел крайне серьезным. – Потому что сам ничего не могу понять.

– Вот как?

– Именно. В отличие от некоторых, – он сделал презрительный жест, – считающих, что они тут самые умные, я тебя из виду никогда не терял. Что вытаращился-то? Тоже думал, что умнее всех? Может, и так, но у меня, не забудь, осведомители в любой мало-мальски приличной деревне, так что заметили тебя сразу и отслеживали не то чтобы постоянно, однако же довольно плотно.

– Вот черт…

– Смешно видеть чертыхающегося демона, ты не находишь?

– Возможно.

– Точно тебе говорю. И тот факт, что кроме меня до сих пор никто тебя не нашел, объясняется просто: искали бездарно. Еще хуже, чем ты замаскировался. Удивляешься, что никому о тебе не сообщил? Так у меня приказа не было, формально я вообще вне этой игры.

– А подробнее можно?

– Да нечего тут подробности разводить. Что произошло в замке, я не знаю. Когда начал копать, мне деликатно намекнули, чтобы я ограничился формальным расследованием и побыстрее закрыл дело. Сам понимаешь, отливать против ветра – не мой стиль.

– Ну да, ты, небось, стал за эти годы изрядным политиком.

– А куда деваться? – министр развел руками. – Но за тобой я продолжал деликатно приглядывать – так, на всякий случай. О том, что мальчишку похитили, узнал почти сразу. О том, что за тобой охота – тоже узнал, осведомители у меня практически в каждой банде. Но вмешаться просто не успевал…

Звучало чертовски логично. Это на родине Ярана полиция была способна в считанные минуты перебросить любое подкрепление, а здесь и сейчас – увы, транспортные возможности не те. И то, что говорил министр… А зачем ему врать? Оставалось лишь задать вопрос:

– В таком случае, что ты планируешь делать дальше?

– Ну, тут все просто. Моя задача – соблюдение закона. Мальчишку похитили? Похитили. Закон нарушен? Естественно! А значит, я обязан оказать содействие одному провинциальному дворянину… Проще говоря, выдам тебе бумагу, предъявив которую ты можешь рассчитывать на помощь моей службы в любом городе. Ну и по своим каналам буду копать, хотя, сдается мне, это не принесет особого успеха. Все-таки развил я чуйку за эти годы и привык ей доверять.

– А скажи мне, только честно: зачем ты лезешь в это дело?

– Затем, что деду этого мальчишки я обязан жизнью. Ты и сам это знаешь.

Да, так и было. Тогда будущего министра с дырой в брюхе старый граф тащил на себе, а Яран прикрывал их отход. К слову, последнее было чисто формальным действом, никто их не преследовал. А вот как молодой офицер выжил, так и осталось тайной за семью печатями.

– А еще, – продолжал министр, – я терпеть не могу, когда мне указывают на мое место люди, которые сами не более чем говорящие головы. И кое-кому я этого никогда не прощу!

Когда Яран с Сарой ехали обратно, в поместье графа, демон пребывал в глубокой задумчивости. Он, конечно, кое-чего добился сегодня, однако вопросов стало больше, чем ответов. Просто потому, что министр и сам не знал точно, кто его одернул. И, главное, с того времени прошло куча времени, большинство министров сменились. Что теперь, идти короля за жабры брать? Яран, при всей своей наглости, идиотом не был, самоубийцей – тем более. А самое паршивое, он не знал, что делать дальше. Откровенно говоря, он никогда не вел расследование и даже в своем мире детективами не увлекался. Вот и получилось, что оказавшийся важным навык у него отсутствовал в принципе. Какого-либо алгоритма действий Яран не имел и вообще разбирался в происходящем, как корова в компасе.

Однако, как оказалось, сегодняшний день, несмотря на позднее вроде бы время, был далек от завершения. И те, кто решил продолжить банкет, сделали это весело и с огоньком. Во всяком случае, взрыв, опрокинувший карету, тянул как минимум на бочонок черного пороха. И единственное, в чем можно быть уверенным, так это в том, что их не пытались убить. Хотели бы – рванули бы заряд непосредственно под каретой, а не калечили ни в чем неповинных лошадей в компании с кучером.

Когда Яран, мотая головой от звона в ушах, выбил решившую вдруг стать стенкой крышу кареты, то обнаружил, что сделал он это крайне вовремя, на считанные секунды опередив бегущих к ним людей. План их был прост, логичен и понятен. Взорвать бомбу и взять оглушенных пассажиров тепленькими. Единственное, чего не учли нападающие, так это повышенную устойчивость демона к внешним воздействиям. И, как результат, Яран не потерял сознания, хотя контузию, похоже, заработал.

То, что он остался в сознании, было для нападающих сюрпризом, но небольшим. А вот тот факт, что разъяренный демон в бою страшен – это уже не сюрприз, а, можно сказать, сюрпризище. Эпических масштабов и с неприятными последствиями. Во всяком случае, для самого шустрого, которого Яран одним ударом развалил напополам, и его товарища, бегущего следом и заполучившего порцию отменной стали в брюхо.

Остальные шарахнулись назад, поднимая оружие, и это было самым глупым, что они могли сделать в такой ситуации. Навались они всей толпой, навяжи рукопашную, и демон был бы серьезно ограничен в возможностях, а так… Яран не собирался играть в благородство. Короткий, резкий жест – и в нападающих полетел впечатляющих размеров огненный шар. Рванул он с чувством, и стены домов ахнули – грохот получился впечатляющий. А затем в немногочисленных уцелевших буквально врезался размахивающий шпагой Яран, и за какие-то секунды все было кончено.

Но то, что окончен бой, еще ничего не значило. Сейчас сюда прибежит куча народу, и не факт, что с дружественными намерениями. А прибегут, в этом сомневаться не приходилось – тут ведь и грохот взрывов, и эхо боевого заклинания… Оставалось лишь одно – валить прочь, и побыстрее. А потому Яран подхватил на руки пребывающую без сознания воспитанницу и рванул прочь со всех ног.

Пробежал он шагов двадцать, не больше. Те, кто устроил охоту на демонов, причем явно без лицензии, оказались народом предусмотрительным. Во всяком случае, улицы они перекрыли, и сделали это качественно. Миниатюрная фаланга, закрывшаяся щитами и ощетинившаяся копьями, упиралась флангами в стены. Перепрыгнуть… Яран смог бы, наверное. И перелететь бы смог. Но не с бесчувственной девушкой на руках. Да и толку-то? Расположившиеся в тылу были неплохо подготовлены к такому развитию событий. Зря, что ли, прихватили с собой арбалеты, пистолеты, мушкеты… От града пуль и стрел не спасут ни заклинания, ни естественная броневая чешуя. И, сколь мог судить Яран, амулеты от прямого магического удара противник запасти не забыл. У каждого воина есть. Много они не отобьют, но на пару раз их должно хватить, а больше и не нужно. Выбивать солдат по одному – на это не хватит сил даже у мэтров боевой магии.

Вот только обратной стороной надежности такого построения была его малая подвижность. Обороняться можно, атаковать… сложно. Наверняка с противоположной стороны улицу перекрывал такой же строй, и, сближаясь, они прижмут оказавшегося на дороге противника. Но времени подобные телодвижения займут массу, и шанс найти вариант сбежать у Ярана остается. Это понимал и он сам, и его противники, а потому вполне логичным продолжением банкета выглядели переговоры. Которые, надо сказать, ждать себя не заставили.

– Эй, ты! Бросай оружие!

Голос был звучный, красивый, а вот слова Ярану не понравились. Он лишь ухмыльнулся в ответ:

– Тыкать незнакомым людям как минимум неприлично. С кем имею сомнительную честь разговаривать?

– Граф ле’Мортеньи, – по ту сторону позиции копейщиков иронию то ли не поняли, то ли предпочли не обращать на нее внимания. – Оружие бросай, кому сказано!

– Я всегда знал, – пробормотал Яран, – что в этой несчастной стране графов больше, чем блох на помойной дворняге. Но чтоб настолько!..

– Чего?!!

– Ничего-ничего, – успокоил собеседника Яран. – Просто я размышляю, где вас лучше прикопать, болезные.

Граф возмущенно запыхтел. Яран не отреагировал, и воцарилось молчание. Копейщики, не получая приказов, начали переглядываться. Пауза затягивалась, и на той стороне не выдержали первыми.

– Эй, я долго буду ждать?

– У меня к вам есть встречное предложение, – голос Ярана звучал спокойно, негромко, однако в наступившей тишине это выглядело намного выигрышнее надрывающего горло противника. – Граф, как вы смотрите на то, чтобы бросить оружие и лечь лицом вниз, сложив руки на затылке? Я задам вам несколько вопросов, а потом убью, но обещаю, что сделаю это без лишних мучений. Так как?

– Ты… Ты…

Очевидно, на фоне столь великолепной наглости граф на какое-то время потерял дар речи. Ну, что ж, было бы предложено. Яран пожал плечами, а потом внезапно прыгнул. Высоко и без разбега.

На первых этажах окна имели далеко не все дома. Двери – это само собой, а вот окна не у всех, чаще узкие бойницы, только-только чтобы свет проходил. Что поделать, такая архитектура – наследие эпохи, когда уличные бои оказывались суровой обыденностью. Да и сейчас пьяные драки, а то и дворянские разборки, один на один или стенка на стенку, отнюдь не редкость. В такой ситуации окна повыбивают запросто. А вот на вторых этажах они у всех, и даже ставни не закрыты. Очень может статься, для того, чтобы удобней было наблюдать за уличными безобразиями.

Почему бы и нет, к слову? Зрелищ у горожан явная нехватка, а глядеть сверху практически не опасно. До эпохи скорострельного оружия, когда полоснуть из автомата по мелькнувшей в окне роже – обыденность, здесь еще далеко. Такой роскоши сражающиеся позволить себе просто не могут. Хотя бы потому, что с перезарядкой замучаешься. Так что ставни открывают безбоязненно, чем Яран и воспользовался.

Охреневшее лицо толстого мужика, которого Яран снес, лучше всякой медали служило доказательством его наглости, прыгучести, а главное, тактического мышления. В два прыжка демон пересек комнату, затем вторую и оказался на противоположной стороне дома, где такие же окна выходили совсем на другую улицу.

Прыжок! Стоило бы сделать приземление малость помягче, но, увы, с грузом на руках это оказалось довольно сложно. Пятки ушиб… Впрочем, не смертельно. Потратив секунду на восстановление равновесия, Яран сплюнул презрительно и бросился прочь. Конечно, не предусмотрев такой вариант прорыва, его визави продемонстрировали лютый непрофессионализм. Однако тем злее они будут пытаться восстановить свое реноме и поквитаться с беглецом, а раз так, следовало оторваться от них как можно дальше. В конце концов, обеспечив себе пару минут форы, Яран выиграл эпизод, но отнюдь не всю схватку.

Бегом! Бегом! Бегом! Камни мостовой неровные и скользкие, отполированные тысячами ног. Держать равновесие само по себе тот еще квест. Из-за угла, поддергивая штаны – оросил, небось, стену, зараза! – выходит стражник, по случаю пока еще относительно светлого времени одиночный. Прежде чем он успел предпринять хоть что-то, Яран пинком в грудь отшвырнул его с дороги и нырнул в узкий переулок, где крыши домов, практически сходясь над головой, закрывали небо и солнце. В царящем здесь полумраке обычному человеку бежать сложно, Ярану же с его зрением разницы нет. Короткая пробежка, новая улица. И отсюда рукой подать до здания, в котором не более получаса назад они общались с министром. И, недолго думая, Яран со всех ног припустил к нему – разумеется, это весьма предсказуемый шаг, зато в набитой полицейскими, прочностью стен напоминающей крепость постройке можно надежно укрыться от преследования, а затем не торопясь разобраться в ситуации.

Сара заворочалась у него на руках. Яран притормозил на миг:

– Как ты?

– Нормально. Отпусти.

– Сама идти сможешь?

– Да…

А по голосу судя, нет. Яран скептически пожал плечами, но просьбу воспитанницы исполнил. Тут же убедился в своей правоте, ибо Сара не простояла на ногах и секунды, начала оседать, цепляясь пальцами за стену. Мысленно выругавшись, демон подхватил ее на руки и бегом рванул прочь. На то, чтобы дать воспитаннице окончательно прийти в себя, у него не было времени.

Пожалуй, не будь у него в загашнике последствий работы генных инженеров, сил бы попросту не хватило. Жаль только, добежать Яран все равно не успел. Когда до места оставались жалкие полсотни метров, окна министерства вдруг полыхнули огнем, и во все стороны полетели осколки стекла, дерева и камня. Тот, кто устраивал диверсию, не мелочился и взрыв устроил что надо.

Игра пошла по-крупному, эта мысль буквально выкристаллизовалась в голове у Ярана, острыми гранями царапая черепную коробку. Взрыв в министерстве, и почти наверняка с гибелью самого министра, это коронное преступление. За такое положено четвертовать!

С другой стороны, возможностям устроившего безобразие стоило позавидовать. Магической составляющей Яран не чувствовал, по всему, рванул пороховой заряд. А чтобы получить взрыв подобной мощи, надо заправить его в здание не меньше тонны, распределить по разным точкам, да еще и обеспечить единовременную детонацию. С техническими возможностями местных террористов – а это понятие было здесь вполне известно – результат не вязался совершенно. Вот только думать об этом было некогда – следовало бежать и прятаться. Чем быстрее – тем лучше!

Вновь рывок в подворотню и сумасшедший бег. Самое сложное не заблудиться и удержать перед мысленным взором наглухо зазубренный когда-то план города. Разумеется, за прошедшие годы что-то изменилось, что-то убралось, а что-то и наоборот – добавилось, но в целом базовый план каменного города не меняется веками.

– Стоять!

Вот ведь неугомонные! Такая оперативность в организации перехвата и грамотный анализ путей отхода жертвы, конечно, вызывают уважение. Однако, боги, как не вовремя!

Загораживающих узкий проход было всего четверо, и они явно не вполне понимали, с кем имеют дело. Яран перекинул воспитанницу на плечо, освобождая руки, ловко отвел ладонью клинок тонкой, гражданской шпаги и, не останавливаясь, ввинтил кулак в лицо ее владельцу. Да так, что у того нос выскочил на затылке.

Трое других просто не успели отреагировать на изменение обстановки. Демон их попросту разметал – в ближнем бою те прутики, которые они называли шпагами, были не особо полезны. Их боевые собратья вроде той, что таскал Яран, еще были на что-то способны, а этими хорошо только на дуэлях друг друга в филейную часть колоть. Так что Яран, не особо рискуя, вырубил их всех, но можно было не сомневаться, что на крик уже спешит подмога – недооценивать противника уж точно не стоило.

– Отпусти, сама пойду…

Голос звучал недовольно. Логично, в общем-то, на руках мотало туда-сюда, а сейчас и вовсе на плече висит, еще и вниз головой. Того и гляди, морскую болезнь заработает да всю спину запачкает. Потому как стошнит!

– Ты один раз уже попыталась, – буркнул Яран, однако все же поставил девушку на ноги. Украдкой повел плечами – все же, как бы силен он ни был, за время пробежки воспитанница изрядно оттянула ему и руки, и спину. – Как?

– Нормально, – Сару ощутимо качнуло, но на ногах она все же устояла.

– Молодец. Лежать!

А вот последнее уже относилось к одной из побитых личностей, вяло шарящей руками по земле и пытающейся встать. Наверное, сломанной челюсти ему было мало. Что же, придется уважить. Пинок под ребра – и героический, но не слишком умный любитель становиться на пути мирно бегущих демонов замер, свернувшись в позе эмбриона.

– А теперь бегом!

Откровенно говоря, бежать Саре было не так-то просто, но тут больше мешало платье. Все же местные привычки женский бег с препятствиями не предусматривали. В остальном же все не так страшно – обезболивающее заклинание Яран на воспитанницу наложил сразу же. Да и само по себе движение разгоняет кровь и позволяет лучше справляться с последствиями контузии. Не такой и сильной, к слову, иначе вообще стоять бы не могла. Так что два квартала они преодолели относительно быстро, и тут, в двух шагах от цели, их перехватили вновь.

На этот раз обе стороны не стали размениваться на пошлости вроде окриков. Комитет по встрече сразу же дал залп, Яран запустил в них самым мощным огненным шаром, какой только сумел на бегу сгенерировать. Получилось одинаково хреново. Яран успел рухнуть на камни, сбивая заодно с ног воспитанницу. Так что пули с противным воем прошли над ними и выбили несколько осколков камня из встретившейся на пути стены. Его же удар… Ну, он достиг цели. Вроде бы достиг.

Когда опало шелестящее пламя, за ним обнаружились незадачливые стрелки. Капитально закопченные, но целые и невредимые. Тот, кто ставил им защиту, в своем деле определенно был неплох. И как теперь быть? Сколько ударов потребуется, чтобы истощить защиту, совершенно непонятно, а биться головой в стену глупо.

Между тем, сообразив, что магия до них не достанет, эти умники принялись спешно перезаряжать оружие. Само по себе, конечно, решение правильное, но, во-первых, процесс это медленный, а во-вторых, не оставляющий демону иного выбора, кроме как драться. И, если не получается решить проблему в лоб – значит, требуется искать обходные пути. Благо имелось их немало, и лежали они, что называется, на поверхности.

– Ну, видят боги, я этого не хотел, – пробормотал Яран. А потому ударил. Но не в людей, а в стены домов, между которыми они расположились. В самое основание. Со всей дури врезал, и это закономерно сработало.

Тот, кто накладывал на стрелков защиту, ориентировался на магию, возможно, на пули, но явно не на то, что на них обрушится пара тонн камней. В результате их попросту смяло, и даже если они уцелели, вести бой в такой ситуации было затруднительно. Не теряя даром времени, Яран с воспитанницей проскочили мимо них, как горные козлы прыгая по каменной осыпи. Раз-два-три – и порядок. Так думал Яран и ошибся.

Выстрел сзади громыхнул неожиданно, и практически сразу Яран получил сильнейший удар в левое плечо. Такой, что его практически развернуло. Но боли еще не было, и в оставшиеся у него секунды демон успел выбросить еще одно заклинание, обрушившее дополнительный участок каменной кладки. Авось похоронит стрелка! Но эти мысли пришли уже потом, а сейчас Яран, пользуясь тем, что облако пыли ненадолго скрыло его от любопытных глаз, толчком отправил Сару в сторону неприметной двери. Та была заперта изнутри на засов, но демон это знал – он сам задвигал его много лет назад. Короткий магический импульс, засов отодвигается, и дверь со скрипом поворачивается на вечность не смазывавшихся петлях. Сара влетает в открывшуюся за ней темноту, Яран – следом и, скрипя зубами от боли, захлопывает дверь и запирает ее. Все, кажется, оторвались.

Очень плохо чувствовать себя идиотом. Это портит карму, роняет самомнение, а главное, не несет каких-либо перспектив. Но Яран себя ощущал как раз идиотом, и ничего не мог с этим поделать. Причем не простым, а многократным и, чего уж там, вполне заслуженно.

А куда деваться? Ошибок он насовершал кучу. Не зачистил за собой улицу, к примеру. А ведь под завалами кто-то мог и выжить, увидеть, куда скрылись беглецы, и навести погоню. А еще Яран никак не замаскировал следы. Просто забыл! Ну не идиот ли, в самом-то деле? Сейчас их найдут без свидетелей и магии, просто собак по следу пустив. На фоне этого позволить себя подстрелить… В общем, печально. А тот факт, что, несмотря на обезболивающее заклинание, потуги Сары в области извлечения пули с копанием в ране обеспечивали незабываемые ощущения, выглядел сейчас красивой вишенкой на торте.

Нет, как же он так лопухнулся-то… Кто мешал доспех надеть или чешую нарастить? Почувствовал себя тут самым крутым, расслабился – и вот он, результат…

– Я закончила, – Сара показала наставнику смятый кусочек свинца. – Кость не задета, радуйся.

– Угу, – Яран с брезгливым любопытством посмотрел на отвратительно черный в свете подвешенного над головой магического шара-светильника окровавленный комочек. Повезло, можно сказать. Калибр у местных пистолетов как у слонобоя, а вот баллистика так себе. Иначе бы развороченной мышцей дело не ограничилось. Хотя, конечно, и это неприятно – болеть, несмотря на ускоренную регенерацию, будет долго. Конечно, он постарается купировать болевые ощущения, благо опыта хватает, но все равно подвижность руки будет ограничена. Это само по себе неприятно, а в их ситуации и вовсе чревато.

– Шрам останется, – предупредила девушка.

Яран не ответил. Шрамом больше, шрамом меньше – какая разница? Куда хуже, что рука некоторое время будет ограниченно дееспособна. Впрочем, если не можешь ничего изменить – смирись. Играть все равно приходится теми картами, какие есть. Или подменить разом всю колоду.

Сара между тем оторвала подол своего платья. Мешало оно бегать, так что решение оправданное. Выбрав в получившейся тряпке кусок почище, она ловко перетянула рану, которая, несмотря на все усилия Ярана, понемногу кровоточила. Демон поморщился – ну никакой дезинфекции! С другой стороны – а чем? Самогон – и тот не взяли. Ладно, организм Ярана совершенней, чем у простых людей, как-нибудь справится, но бодрости духа это все равно не добавляло.

– Так себе, – резюмировала девушка самокритично, осмотрев повязку.

– Ничего, переживу.

– Все равно так себе, – не вовремя проснувшийся перфекционизм из нее так и пер.

– Бывало и хуже, – философски отозвался Яран. – Хотя и реже. Все относительно. Как, хе-хе, теория относительности.

Попытка заболтать Сару и отвлечь ее от проблем вполне удалась. В таком возрасте люди вообще легко переключаются с мысли на мысль. Вот и Сара заинтересовалась, что такое теория относительности. Яран лишь хмыкнул:

– Представь себе: если ты проведешь ночь с любимым человеком, то она покажется тебе секундой. Я если голой… гм… задницей сядешь на раскаленную плиту, секунда покажется тебе вечностью.

Сара хихикнула в кулачок, после чего вновь занялась плечом Ярана. Некоторое время сосредоточенно над ним колдовала, потом отошла на шаг, внимательно осмотрела плод трудов своих и кивнула, на сей раз удовлетворенно, после чего вновь принялась что-то там поправлять.

– Что будем делать? – спросила воспитанница, закончив наконец-то сначала бинтовать, а потом аккуратно подвешивать руку демона на переброшенной через шею перевязи, сделанной из все того же изуродованного подола. Вышло не слишком эстетично, однако надежно и достаточно удобно. Во всяком случае, не так болезненно, как раньше.

– Уходить будем. Я ж не совсем дурак, чтобы забиться в щель и надеяться, что меня не найдут. Здесь, ниже, вход в катакомбы. Есть где разгуляться.

Действительно, простор для маневра изрядный. Город вырос не просто так, для строительства нужен камень. И его активно добывали – здесь не очень глубоко имелись немалые залежи известняка. Хорошего, плотного и в то же время не слишком твердого. Сдвиг тектонических плит выдавил его когда-то практически на поверхность, не нарушив при этом целостность, что оказалось для строителей очень кстати. Так что добывали какое-то время камень, что называется, не отходя от кассы. Потом каменоломни забросили – что на поверхности выработали, а глубже лезть было невыгодно, да и опасно. Вот и остались под городом огромные, причудливо запутанные лабиринты, в которых можно спрятаться так, что до скончания веков не найдут.

Обратная сторона медали тоже имелась. Яран, откровенно говоря, понятия не имел, куда можно попасть в катакомбах. Никаких планов здесь никто и никогда не составлял. Небольшой участок он в свое время сумел исследовать, один выход подготовил – как раз на случай, если придется от кого-то экстренно прятаться. Честно говоря, лучше бы два или три, но выбирать не приходилось. Увы, поленился он когда-то. А зря!

Ко входу в катакомбы они спустились по узкой винтовой лестнице, кончающейся самой обычной дверью. За ней комнатушка, заваленная хламом и призванная обосновать само наличие подвала от любопытных глаз, буде они появятся. К ней Яран даже не подошел, вместо этого нашарил на стене ничем вроде бы не приметный камень, вдавил – и участок стены отъехал в сторону, открывая вход в подземелье.

Здесь было темно, сыро и немилосердно воняло – просачивающаяся вниз через толщу земли вода имела мало общего с родниками, зато к городским стокам отношение самое прямое. Местечко, прямо скажем, для жизни не лучшее. Когда проем за спинами беглецов закрылся, стало еще не-уютнее. Откровенно говоря, если бы не магический светильник, летевший, как привязанный, у плеча Ярана и чуть впереди, избежать приступов клаустрофобии было бы сложно. Да и с ним низкие своды рукотворной пещеры, то и дело заставляющие пригибаться, на нервы действовали качественно. Хорошо еще, ширина проходов впечатляла – когда-то здесь вырезали каменные блоки, и размер их был в чести.

Яран поморщился, зябко повел плечами и был тут же наказан хлестнувшей от раны болью. Чтоб не зашипеть, потребовались немалые усилия. Сара, к его удивлению, повела себя достаточно спокойно и в панику впадать не собиралась, но и ей находиться здесь было не слишком приятно.

– Пойдем?

– Да, шагай за мной. Только не отставай – потеряться здесь проще, чем кажется.

Учитывая, что заблудиться в катакомбах человеку неподготовленному даже навскидку легче легкого, угроза подействовала. Так и шли они, впереди светящийся шарик, за ним Яран, и замыкала маленькую процессию Сара, намертво вцепившаяся холодными от нервов пальцами в рукав наставника. Хорошо еще в правый, где рука здоровая…

Но человек – скотина такая, что привыкает ко всему. И к катакомбам с их своеобразной – аурой тоже привыкает, тем более что идти было с километр. Учитывая же, что здесь прямых дорог не было, то и не меньше двух получалось. В результате уже к середине пути и Яран перестал чувствовать запахи, и воспитанница малость пообвыклась, перестав вздрагивать при каждом шорохе и не угрожая больше оторвать рукав камзола. Заодно и по сторонам начала смотреть. К слову, было на что. Особенно там, где стены остались сухими.

Камни бывают разные. Какие-то природа создает из кипящей лавы, а какие-то – миллионы лет спрессовывая песок. Известняк же, из которого состояли пещеры, когда-то создало море.

Именно море – в далекие времена оно плескалось здесь, неглубокое и не слишком соленое. В нем жили самые разные существа – моллюски, рыбы, крабы и еще тысячи всевозможных тварей, о которых человек, может статься, никогда не узнает. И все они в конечном итоге проходили один и тот же жизненный цикл – рождались, росли, старели, а в конце пути умирали и падали на дно.

Органика разлагалась, а раковины, скелеты и прочие содержащие кальций останки накапливались, спрессовывались и постепенно превращались в тот самый известняк, из которого и был построен стоящий наверху город. Только там вода и ветры давно затерли неровности, здесь же все сохранилось в относительной целости. Острый взгляд молодой волшебницы то и дело выхватывал попавшие в неяркий свет магического фонаря ракушки, а иногда и что поинтереснее. Один раз попалось нечто похожее на громадную кость. Яран, посмотрев, кивнул и сказал, что да, так и есть. Кость. Ведь раньше по земле ходили очень разные существа. К примеру, ящеры величиной с амбар. Вот от них такое и осталось…

Сара после короткой лекции некоторое время пребывала в задумчивости, но это не помешало ей разглядеть на стене характерный желтый блеск, который девушка приняла за золото. И, естественно, принялась выколупывать.

Поразительно, как устроено человеческое мышление. У самой в пространственном кармане золота куча, а в торчащую из стены блестяшку вцепилась – не оторвешь! Пришлось Ярану выбить ее из камня, отдать девушке и посмотреть, как вытянулось ее лицо. Золотом сиял скол большой, плоской, завитой в спираль раковины.

Оставалось лишь объяснять, что это – древний моллюск аммонит, у которого все, что было внутри, заместилось на железо. Пирит, железный колчедан или, как его иногда называют, золото дураков. Впрочем, Сара была не слишком разочарована – Яран, неспешно шагающий впереди и старающийся любым способом отвлечь воспитанницу от давящей атмосферы подземелья, рассказал, что, во-первых, такая ракушка, если ее правильно распилить, очень красива, а во-вторых, из нее можно сделать шикарный амулет, неплохо защищающий от распыленных в воздухе ядов. А после того, как он пообещал, что и сделает, и Сару научит, та и вовсе повеселела и спрятала находку, чтоб не потерять.

Вот так, без особых происшествий, они и шли. Откровенно говоря, Яран уже надеялся, что их круиз по подземельям закончится относительно спокойно. В конце концов, почему нет? И тем неприятнее было, когда в несчастных полусотне метров от выхода, когда Яран уже видел слабые отсветы заходящего солнца, эту надежду грубо обломали.

– Стоять!

Поразительно, однако же, эти умники очень хотели взять их живыми. Зачем иначе кричать? Здесь, в подземелье, от многих заклинаний было мало проку – искажения, вносимые в магические потоки огромной каменной массой, практически не давали использовать что-либо мало-мальски сложное. То же, что удавалось заставить действовать, резко теряло в дальнобойности. Во всяком случае, засаду Яран обнаружить не смог, и, будь у засевших у выхода умников желание убить его, их шансы выглядели предпочтительнее. Однако самонадеянность, как это часто бывает, подвела, и в результате Яран получил шанс опередить противника. Стоит ли говорить, что демон им воспользовался?

Самые бесполезные в подземельях заклинания – это вариации на тему огня, родной стихии Ярана. Хотя бы потому, что в замкнутом объеме практически мгновенно выжигают кислород. Катакомбы формально к совсем уж замкнутому пространству не относятся, вот только разница невелика. И, не будь многоопытный Яран заранее готов к неожиданностям, далеко не факт, что они сумели бы отбиться. Вот только привычка надеяться на лучшее, но готовиться к худшему пришлась очень кстати.

Боевое заклинание Яран держал наготове. Хорошее заклинание, в этом мире неизвестное. – Маленькая сфера, в которой, зажатая силовым полем, билась крохотная искра живого огня. И когда сфера раскрылась, она превратилась в зеркальную чашу-отражатель, направившую заклинание в сторону цели.

На сей раз из искры не родилось всепоглощающее пламя. Зато возникшая направленная ударная волна смела тех, кто встал на пути. Яран даже не увидел их лиц…

На полу пещеры осталось семь или восемь трупов. Навскидку Яран не смог бы назвать точное число – половина лежала живописно разбросанными, развешенными на потолке и размазанными по стенам кусками. Голов точно было семь, но кто сказал, что они нашли все? Свод обрушился, намертво перекрывая выход из катакомб, и кто оказался под завалами, сказать было сложно.

– Вот как-то так, девочка, – вздохнул Яран, разворачивая Сару спиной к кровавому месиву. Хотя воспитанница и не боялась трупов, но тут картина получилась такой, что, пожалуй, ночью можно и не уснуть. – Вот как-то так…

На душе было редкостно противно. И не потому даже, что так бездарно провалилась их попытка уйти, а потому, что о выходе из катакомб помимо Ярана знали только двое. И обоим он доверял…

А еще в полный рост стояла проблема эвакуации. Проще говоря, о том, что выходов из катакомб немало, знали все, и Яран не был исключением. Только вот где эти выходы? Когда-то нехватка времени и, чего уж там, природная лень не позволили Ярану найти альтернативные пути отхода… Впрочем, может статься, это и к лучшему, иначе потратил бы больше времени – а выходы все равно оказались бы запечатанными. Судя по всему, с людьми у неведомого противника проблем не наблюдалось, перекрыли бы и два, и три выхода.

Как ни странно, эта мысль успокоила и вернула способность рационально мыслить. Яран покрутил головой и непроизвольно сморщился – рана, потревоженная взрывом, не то чтобы болела, скорее, ныла, противно дергая плечо. Оставалось надеяться, что воспитанница не видит – и так день тяжелый, а тут еще о нем волноваться!

– Ну что, мелкая, пошли? – как можно бодрее спросил он.

– Я не мелкая!

– Ладно, крупная. Пошли?

– Ага…

Вот так. А не отвлеки он ее детским прозвищем, которое любил использовать Питер и на которое Сара обижалась, обязательно спросила бы «куда». Яран же не был уверен в своей способности ответить убедительно и бодро. Так что пусть ее. Теперь главное – не заблудиться, но в своей способности чувствовать направление демон был уверен.

Час спустя эта уверенность не то чтобы исчезла, а, скорее, как-то поблекла. Уж больно заковыристыми были коридоры, а из исследованной части катакомб они вышли почти сразу. Яран, конечно, отмечал путь, так что заблудиться теоретически было сложно, однако такие вот тупые и бессистемные поиски изрядно его тяготили.

По сравнению с ним Сара явно чувствовала себя бодрой и уверенной в себе. Но это состояние эйфории длилось недолго. На смену адреналиновой волне пришла усталость, да и последствия взрыва никуда не делись и, по мере того, как истощалось и прекращало действовать обезболивающее заклинание, ей все труднее удавалось держаться на ногах, и все чаще она цеплялась за всевозможные углы. И ничуть не удивительно, что именно Сара влипла в совершенно неожиданную историю, просто прислонившись к стене.

Казавшийся монолитным и несокрушимым, камень под ее рукой внезапно развалился на отдельные сегменты и с грохотом рухнул куда-то вниз. А следом за ним туда же полетела, не удержавшись, и сама девушка. И, что обидно, Яран ничего не успел сделать. Даже будь он здоров и находись в идеальной форме, не успел бы, а уж сейчас, с покалеченной рукой…

– Проклятие! Ты жива? – гаркнул Яран в дыру.

И после короткой, но показавшейся бесконечной паузы, за время которой он едва не поседел, услышал неуверенное:

– Вроде бы да… Здесь невысоко.

– Подняться сможешь?

– Нет… В потолке дыра, мне не добраться.

Ах ты ж… И веревки-то нет. Как-то не входило сегодня в планы бродить по подземельям и прочим лабиринтам. Яран скрипнул зубами от злости, оценил размер дыры и осторожно, стараясь не беспокоить раненую руку, полез внутрь.

Спуск оказался тем еще извращением. Яран упирался спиной в одну стену практически вертикальной шахты, рукой и ногами – в другую. При этом приходилось изгибаться, чтобы не прижать раненое плечо, а одной руки для страховки явно не хватало. Справился, конечно, однако вроде бы короткий спуск затянулся минут на пять, и когда шахта кончилась, вконец измотанный Яран просто рухнул с трехметровой высоты, не успев даже сообразить, что произошло.

О! Вот это было действительно больно. Приложился-то как раз теми местами, которые тщательно оберегал. Ощущения получились соответствующие. Яран не шутил, когда говорил, что бывало и хуже. Действительно, бывало. Но не слишком часто, хвала богам, так что привыкнуть он не успел.

Сознания он не потерял, все же организм, хоть и потрепанный разномастными приключениями и прочими непотребствами, по-прежнему готов был дать фору очень многим. Тем не менее пару минут он словно висел между явью и небытием, все слышал, видел, но не воспринимал. Мозг просто не хотел нормально работать. А так как именно он (а не сердце, как ошибочно полагают некоторые романтики) управляет всеми осмысленными процессами, то лежал демон кисель киселем и, сколько бы ни трясла его Сара, шевелиться отказывался.

Однако же то ли приступ боли начал проходить, то ли Яран попросту к ней приспособился и, в конце концов, перестал воспринимать, но сознание, наконец, обрело четкость, а тело – подвижность. Осторожно сев, Яран здоровой рукой оперся о пол и некоторое время сидел, преодолевая головокружение. Потом собрался с силами, щелкнул пальцами, вызывая осветительный шарик – и охнул!

Потолок действительно оказался потолком. Не сводом пещеры, как он думал, полагая, что воспитанница попросту оговорилась, а именно потолком. Ровненьким, выложенным плиткой, напоминающей кафельную. Это притом, что кафель здесь производить не умели. Стены вокруг облицованы тем же материалом, разве что цвет отличается. И под ногами аккуратно сделанный и очень гладкий пол. Что за черт!

– Живой!

Вот ведь… Подумать – и то не дадут. Так и норовят с мысли сбить, кричат, пусть и шепотом. А с другой стороны, и сам Яран был рад, что Сара жива и, кажется, даже не пострадала. Во всяком случае, на ногах она стояла твердо, и даже светильник над плечом висел. Такой же, как у Ярана, только голубовато-белый, что нормально для мага водной стихии.

А вот платью девушки досталось. Порвалось в нескольких местах – стенки шахты высоким классом полировки не отличались. Эффект… Яран усмехнулся. Как там сказал классик? Из всех искусств для нас важнейшим является стриптиз? Конечно, по меркам родного мира Ярана получившийся результат даже на пляжную моду не тянул. И даже просто на костюм для прогулок в теплое время – чересчур тяжелый и закрытый. Но для местных рукава, оборванные до плеч (ох, пристрелить бы портного за такое качество швов), и стихийно образовавшийся на юбке вырез до середины бедра вполне могли показаться верхом непотребства. Не для крестьян, естественно, те смотрят на жизнь проще, но в дворянской среде Сара, появись она там в таком виде, независимо от причин имела бы все шансы заработать не лучшую репутацию.

Впрочем, девушку это сейчас волновало в последнюю очередь. Но вот слезами заливать рубашку Ярана так, что ветерок, идущий непонятно откуда, начал ощутимо холодить кожу сквозь мокрую ткань, определенно не стоило. Хорошо еще, догадалась выбрать здоровое плечо… И пришлось Ярану минут пять успокаивать воспитанницу, говорить ей, что ничего не случилось, и обещать, что все будет в порядке и он, назло всем, не сдохнет, а лучше сам кого-нибудь прирежет. И лишь после того, как текущие по щекам слезы сменились шмыгающим носом, настало время по-настоящему осмотреться.

Увы, даже пристальное разглядывание стен ничего нового им не принесло. Плитки и впрямь оказались кафельными. Не все. Большая часть облицовки – мрамор. Создавалось впечатление, что как раз мрамор и был основой, а кафелем заменяли те куски облицовки, которые разрушились или еще из-за чего-то пришли в негодность. Такое имело смысл исключительно если кафель считали дешевым настолько, что экономия средств оправдывала нарушение эстетической составляющей. Все это позволяло однозначно утверждать: древность постройки невероятная, но и только.

А в остальном все было в полнейшей сохранности. Никаких потеков на стенах, разве что толстый слой пыли… Некоторое время Яран раздумывал, затем посмотрел вверх, до предела сузив луч светильника. Нашел дыру, из которой вывалился, подумал и прошептал заклинание.

– Икумчик, как вы думаете, для кого может быть полезно заклинание, которое мы сегодня – изучали?

– Я полагаю, для спелеологов, наставник.

– Правильно, садитесь. Итак, действительно, данное заклинание было создано для спелеологов. Имя создателя история не сохранила, однако можно с уверенностью предположить, что он и сам занимался исследованием пещер – очень уж специфичны некоторые присутствующие в нем нюансы. Тем не менее нашло оно применение и в другой сфере. Валам, подскажите мне, старому и забывчивому, в какой именно?

– Не могу знать!

– Ай-ай-ай, как стыдно. Не потому, что вы не знаете, а потому, что не умеете думать. Садитесь, двойка.

– Но…

– Вы хотите сказать, что я не прав?

– Нет!

– А вот это правильный ответ. Но – увы, недостаточный. Потому что думать все же иногда стоит. А ведь ответ на поверхности. Любую, сколь бы сомнительно она ни выглядела, новинку всегда приспосабливает к своим нуждам армия. Конкретно это заклинание входит в арсенал тактических групп, предназначенных для участия в штурме укреплений в городах и труднодоступной горной местности. Большим секретом оно не является, поэтому разрешено к изучению, в том числе и в нашем центре. Сейчас я продемонстрирую упрощенную версию заклинания, адаптированную под ваши нужды. Запишите…

Откровенно говоря, не любил Яран это заклинание. Работает от силы на двадцать метров, нестабильно, силы жрет, как пылесос. А главное, сложное, творится достаточно долго и получается через раз. Возможно, как раз потому, что изучать пришлось именно упрощенную версию, маломощную и с кучей внутренних конфликтов. Но, стоит признать, даже столь ослабленное заклинание позволяет заглянуть в любую нору, этого не отнять.

– Ну ни… чего се… бе, – выдал он минуту спустя.

– Что? – как только Сара перестала нервничать, из нее буквально поперло любопытство.

– Смотри, – Яран не стал тратить время на объяснения, просто ретранслировал ей картинку. Нечто подобное он недавно проделывал для Штраубе, и то, что он делал сейчас, отличалось лишь источником данных. Тогда – память, нынче же – прямая ретрансляция. То есть заклинание качает информацию в мозг создателя, а тот сразу же передает ее дальше, создавая голограмму. К слову, разрешение заклинание-разведчик выдавало очень неплохое.

А на картинке была та дыра, через которую они сюда провалились. Даже не приглядываясь, было понятно: через отверстие таких размеров человеку не проникнуть. И почему так произошло, гадать не приходилось – края медленно сжимались, да не просто так. Они словно прирастали маленькими, хаотично вращающимися квадратиками. Потом каждый из них словно находил себе место и замирал, а к нему прирастал следующий. Картинка получалась эффектная и завораживающая. Такая, что глаз не оторвать.

– Что это?

– Это? – Яран пожал плечами. – Если бы я знал. Хотя, конечно, нечто похожее в свое время мне видеть приходилось. Не совсем такое, но все же.

– И?..

– Нос у тебя длинный-длинный. Не боишься, что оторвут за любопытство?

– Не-а! Тебе меня жалко будет, а кому другому я его сама отрежу.

– Ню-ню. Впрочем, какая разница… Это очень похоже на маскирующее заклинание, самоподдерживающееся, замкнутое на себя. Поэтому я его и не почувствовал. Хорошее заклинание, имитирует даже поверхность камня. Но при достаточно сильном толчке, ударе или еще каком-то воздействии, оно разрушается.

– Я вроде бы не сильно…

– Даже не сомневаюсь. Просто такие заклинание рано или поздно накапливают ошибки, изнашиваются, а потом ослабевают. Неизвестно, сколько веков оно существует. Могу назвать только верхний предел – семьсот двадцать лет.

– Это как?

– Именно тогда на этом участке была закончена добыча камня. Дальше работали в других местах. Так что, может, семьсот лет, может, и триста.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.