Антоним
Гладиатор

Глава 1

Утренний свет мягко проникал в комнату Ариана, играя на стенах теплыми золотистыми бликами. Ариан сидел на краю своей кровати, укутанный в изношенное, но уютное одеяло, которое слегка пахло солнцем и свежестью утра. В его руках дрожала потрепанная записка, оставленная его матерью много лет назад. Каждая буква на кусочке бумаги, вырванном из старинной книги, казалась наполненной обещаниями и теплом. “Простите меня. Ариан, я вернусь.” – Обещала она в этих строках. В воздухе витал дух надежды и новых начинаний, который так редко посещал сердце мальчика.

Внезапно тишину нарушил глубокий и властный голос Отца – так называли священника, который управлял приютом. Его силуэт занимал весь дверной проем, и его присутствие наполняло воздух авторитетом.

– Ариан, ты долго будешь сидеть и ничего не делать? Стирка, Люси и Клод ждут тебя, – произнес он, словно предостерегая мальчика от погружения в мир мечтаний.

После этих слов Отец удалился, оставив за собой лишь эхо шагов по старому деревянному полу. Ариан медленно сложил записку и аккуратно положил её в карман своего жилета. С тяжелым вздохом он встал, готовый столкнуться с реальностью приюта и его нескончаемыми обязанностями. В воздухе уже витал запах свежеиспеченного хлеба, и звуки утра наполняли приют жизнью и суетой нового дня.

Покинув свою комнату, Ариан ощутил, как утренний свет окутал его лицо, а свежий воздух наполнил легкие. Коридор приюта был наполнен различными звуками: где-то вдалеке раздавался детский смех, а где-то ближе – ворчание Отца, которое звучало как негромкая мелодия, регулярно нарушаемая шумом шагов и голосов.

Стены, украшенные потускневшими рисунками и пятнами от времени, словно рассказывали свою историю, а каждый шаг по скрипучему полу напоминал о множестве судеб, пересекавшихся здесь.

Выходя из здания, Ариан увидел Люси и Клода, которые с нетерпением ждали его, стоя у дверей. Их взгляды были полны возмущения из-за его опоздания, но в глубине глаз можно было уловить искорку дружеского тепла. Он лениво побежал к ним, чувствуя, как утренний холод сменяется теплом от движения.

Троица молча уселась на берегу реки, где вода блестела под лучами восходящего солнца. Они принялись за работу, стирая вещи для всего приюта. Холодная вода заставляла кожу покрываться мурашками, но работа продолжалась, словно ритуал, необходимый для поддержания порядка в их маленьком мире.

Люси, была первой, кто нарушил тишину. Ее голос звучал весело, но в нем чувствовалась и нотка укора:

– Чем ты там вообще занимался, Ариан? Небось отлынивал и прятался как всегда! – сказала она, пытаясь скрыть улыбку.

Клод, всегда серьезный и сосредоточенный, не отставал от Люси в своих подшучиваниях, но его слова звучали более резко:

– Опять смотрел на записку? Ты же понимаешь, что она не вернется. Тебе скоро восемнадцать, забудь про неё, – произнес он, стирая в холодной реке одежду детей, словно пытаясь отмыть от себя вес тяжелых мыслей о своем друге.

Ариан молчал, погруженный в свои раздумья. Он знал, что его друзья правы, но сердце все еще хранило тепло материнских слов. Он позволил себе на мгновение представить, что где-то там, за горизонтом, его мать все еще помнит о нем и однажды вернется.

– Надеюсь, в мой день рождения уже будет снег, – ответил он, пытаясь отвлечься от грустных мыслей и согреть свои замерзшие руки дыханием.

Люси вздохнула, но ее сердце смягчилось при виде Ариана, и она нежно взяла его руки в свои, пытаясь передать ему немного тепла.

– Опять переводишь тему… – недовольно пробормотала она себе под нос, но в ее глазах светилась забота.

Их мирное утро нарушил Клод, который резко встал, вытянул руки вверх и с хрипом потянулся, словно пытаясь достать до самого неба.

– Эй, голубки, берите вещи и понесли их обратно, – сказал он, пытаясь внести немного жизни в их утреннюю рутину.

Люси вспыхнула, отпустив руки Ариана:

– Мы не голубки! – вскрикнула она, и ее голос разнесся над рекой, заставляя даже птиц замолчать.

Два парня начали смеяться над бедной девчушкой, и их смех наполнил утро радостью и теплом, рассеивая холод и туман. Ариан взял деревянный таз с чистой одеждой и пошел вперед, а Люси побежала за ним, оставив Клода одного.

– Эй! Люси! Ты куда, а свою часть вещей взять?! – крикнул Клод с недовольством.

Люси, не оборачиваясь, крикнула в ответ:

– Я приму твою помощь в качестве извинений!

Ариан остановился и посмотрел на Клода, его глаза светились шалостью.

– Так и быть, помогу тебе, – сказал он с ухмылкой.

Возвращаясь вместе, они разговорились о будущем. Клод рассказал о своем желании отправиться на юг и вступить в орден святого Андроса, чтобы защищать людей от племен Орков – трехметровых человекоподобных монстров с кожей цвета песка, которая идеально маскирует их среди дюн пустыни. Ариан же мечтал отправиться в Вилдэф, столицу королевства, и начать новую жизнь, работая в таверне и наслаждаясь свободой.

Дойдя до приюта, их встретил Отец в своих черно-красных одеяниях, символизирующих его служение и власть.

– И где вы так долго пропадали? Люси уже обе щеки набила, быстрее идите и вы отведать пищи, которую ниспослал нам Мелино, – сказал он, но в его голосе звучала не строгость, а скрытая забота.

Парни быстрым шагом дошли до крыльца приюта, зашли внутрь и бросили на пол тазы с одеждой.

– В следующий раз я Люси так просто не отпущу! – громко заявил Клод, направляясь в столовую.

– Ариан, ты тоже беги. Все только вас и ждут, чтобы прочесть молитву, – сказал Отец с улыбкой, указывая на дальнюю дверь столовой.

– Хорошо, Отец, – ответил Ариан, склонив голову и побежал за стол.

Прошло два месяца, и наступил день рождения Ариана. Его долгожданное восемнадцатилетие ознаменовало, что сразу после нового года он будет на шаг ближе к свободной жизни. Осталась лишь одна преграда – двухгодичное служение храму. И всё, свобода.

Как вихрь, время неумолимо мчалось вперёд, и вот уже на пороге стоял Новый Год, окутывая всё вокруг аурой волшебства и предвкушения чудес. В приюте царила особенная атмосфера: суета, радостные голоса и аромат праздничных блюд сливались в единую мелодию праздника. В этом году пир был особенно пышным, ведь наступил год Мелино – год могучего черного дракона, символа мощи и величия. Маги черного элемента, чьи сердца пульсировали в унисон с магическими потоками этого существа, встречали год своего покровителя с особым трепетом. Даже простые люди, несмотря на смешанные чувства страха и благоговения перед живым богом, не могли устоять перед магией момента.

Ариан, мальчик, выросший в тени стен этого приюта, наблюдал за всем происходящим с недоумением. Приют, управляемый преданными последователями Мелино, был оазисом доброты и милосердия в мире, где подозрительность и недоверие к черной магии были нормой. Он не мог понять, почему, несмотря на все благие дела, совершаемые здесь, люди продолжали с опаской относиться к его обитателям. В его глазах, они были как сам Мелино – могущественные, но неправильно понятые, их истинная сущность скрыта за покровом мифов и предрассудков.

Этот Новый Год обещал стать началом новой эры, эры, в которой Ариан мог бы раскрыть тайны, окружающие его происхождение, и, возможно, найти способ примирить черную магию и обыденность, разрушив старые стереотипы и построив мосты между мирами.

На рассвете третьего дня нового года, тишина приюта была нарушена прибытием послушников из столичного храма. Они пришли, чтобы забрать тех, кто достиг возраста совершеннолетия – порога новой жизни. Все они были одеты в черные плащи, подобно Отцу. Их можно было отличить лишь по узору окантовки, которая словно шифр, раскрывал их ранг и путь.

Молодые люди, предназначенные для великой миссии, были выстроены в линию. Священник с красной окантовкой одеяния, отражающей его власть и мудрость, произносил свои решения с непоколебимой уверенностью, определяя судьбу каждого из новых послушников.

– Как тебя зовут? – спросил он хриплым голосом, обращаясь к Клоду.

В этот момент Клод встретился взглядом с полностью черными глазами священника, напоминающими о глазах Отца, но более мрачными и глубокими. Они вызывали страх, и даже Клод, высокий и крепкий юноша, почувствовал себя неловко.

– Меня зовут Клод… – пробормотал он, и, не в силах сдержать трепет, добавил: – Господин.

– Я не господин, я лишь один из многих мастеров церкви, – ответил священник с легкой усмешкой, поправляя лист бумаги. – Вижу, ты силен и высок, как и положено молодому воину. Ты отправишься в столицу, где твои качества будут по достоинству оценены.

Эта мысль о будущем в ордене святого Андроса заставила Клода улыбнуться. С радостью и надеждой он направился к повозке, где его уже ждали другие молодые люди из разных приютов. Заняв место у края, он уперся в деревянный борт, размышляя о будущем. Единственное, что могло усилить его счастье, – это если бы Ариана тоже отправили в столичный храм.

– Как тебя зовут? – повторил священник, его голос звучал хрипло, как эхо древних времен.

– Ариан, – сказал юноша, его голос дрожал от волнения. – Пожалуйста, отправьте меня в столицу!

– И почему я должен это сделать? – удивленно поинтересовался священник, почесывая свою щетину.

– Клод – мой лучший друг, и разлука с ним будет для меня большой утратой, – тихо произнес Ариан, обретая спокойствие.

– Хм, ты кажешься хрупким, но, возможно, ловким? Это может оказаться интересным, – усмехнулся священник и кивнул. – Хорошо, следуй за своим другом.

– Спасибо вам, мастер, – с облегчением вздохнул Ариан и поклонился, прежде чем отправиться на улицу вслед за Клодом.

Прощание с близкими было тяжелым, особенно с Люси. Ее слезы текли рекой, и никто не мог их остановить, пока не прозвучали утешительные слова Отца. Молодые люди отправились в путь, и Ариан с грустью смотрел на Отца и Люси, уходящих вдаль. В его сердце теплилась надежда, что и Люси когда-нибудь окажется в столичном храме. Между тем, Клод уже завел новые знакомства с двумя парнями и девушкой из приюта неподалеку от деревни Навир.

Мишель, девушка с белоснежными кончиками волос и радужками глаз, словно отражение зимнего неба, скромно слушала разговоры. Ариан, заметив её особенность, не удержался от вопроса:

– Мишель, ты маг белого элемента? Удивительно видеть тебя в приюте Мелино, – задумчиво произнес он, отводя руку от края повозки и чуть поморщившись от занозы.

Её смех, легкий как весенний ветерок, наполнил пространство, и она, взяв его руку, ответила:

– Да, я белый маг, и хотя мой отец был магом черного элемента и руководил этим приютом, я родилась здесь, – сказала она, отпуская его руку.

– Ты уже вылечила мою ладонь, и я даже не заметил, – удивленно отметил Ариан, вглядываясь в свою руку. – Где твой отец сейчас?

– Он исчез, когда магистр из церкви узнал обо мне… – голос Мишель дрогнул, и слезы блестели в её глазах.

– Прости, я не хотел… – начал Ариан, но она уже отвернулась, и он решил больше не тревожить её.

Ариан присоединился к разговору с другими, и время медленно текло вперед. Вокруг повозки расстилалась зимняя страна чудес: бескрайние поля покрыты были пушистым снегом, который переливался под лучами заходящего солнца, словно бесчисленные алмазы. Деревья стояли величественно, укутанные в белоснежные шубы, их ветви изгибались под тяжестью снега, создавая арки над узкой тропой. Иногда можно было заметить следы зверей, ведущие к заснеженным кустам, где они, вероятно, искали приют от холода.

Когда солнце скрылось за горизонтом, небо окрасилось в мягкие оттенки розового и лилового, а затем потемнело, уступая место первым звездам. Луна, полная и яркая, взошла на небосвод, освещая путь путников своим бледным светом. Снег начал блестеть еще ярче, создавая иллюзию бесконечного звездного поля прямо под ногами. Воздух был свежим и чистым, каждый вдох наполнял легкие прохладой и ощущением приключений, которые ждали впереди. С таким воодушевлением сироты начали постепенно засыпать.

Глава 2

Ариан медленно приходил в себя, ощущая, как острая боль в висках пронзает его сознание, словно десятки ледяных иголок. Его тело сопротивлялось каждому движению, но он заставил себя сесть и осмотреться. Он был в мрачной подземной камере, где в полумраке можно было разглядеть фигуры других сирот. Некоторые из них, пробудившись раньше остальных, были охвачены паникой: одни рыдали, не в силах сдержать слез, другие же, обезумев от страха, прятались в углах, отказываясь верить, что они не в безопасности храма.

Клод лежал неподалеку, недвижимый, и все попытки Ариана разбудить его были тщетны. Только ровное дыхание подтверждало, что Клод еще жив. Внезапно, Ариан заметил за решеткой камеры фигуру послушника. Собрав волю в кулак и игнорируя пронзительную боль, он подошел к решетке, надеясь узнать, что же произошло и где они находятся.

– Что здесь происходит? Где мы? – с трудом выдавил из себя Ариан, пытаясь прогнать туман боли, который окутал его разум.

Он искал ответы, но послушник лишь молча уставился на него, его глаза были черны, как бездонные колодцы, наполненные маной. Минуты тянулись, как вечность, пока Ариан не понял, что слова бесполезны. Он отступил, чтобы присоединиться к Клоду, который все еще был погружен в глубокий сон.

Время шло, и Ариан был оставлен наедине со своими мыслями, которые становились все тяжелее под громкие молитвы сокамерников, отказывающихся принять жестокую реальность их положения. Головная боль не отступала, а навязчивые мысли, словно темные тени, начали окутывать его сознание, заставляя чувствовать ненависть ко всему живому вокруг – от крупных крыс, скрывающихся в темных углах, до невинных людей, чьи судьбы были так же безнадежны, как и его собственная.

Клод медленно открыл глаза, и его первый взгляд упал на лицо Ариана, который, казалось, был на грани того, чтобы поддаться темной волне гнева, вызванной безысходностью их ситуации. Но вид друга вернул его к реальности.

– Похоже, они собираются продать нас в рабство, чтобы покрыть расходы нашего содержания в приюте, – с горечью произнес Ариан, словно освобождаясь от давившей его мысли.

– Где Мишель? Ты её видел? – спросил Клод, отодвигая на второй план все предположения Ариана.

– Нет, возможно, она в другой ка… – Ариан не успел закончить фразу, как внимание всех в камере привлек громкий скрежет открывающихся дверей. Все затаили дыхание, уставившись на лестницу, по которой начали спускаться ноги неизвестной фигуры. Сердца забились в тревожном ожидании того, кто или что появится перед ними следующим.

Когда последняя ступенька преодолена, в полусвете камеры появился высокий, лысый мужчина. Отсутствие одного глаза и шрамы, покрывающие его лицо, придавали ему зловещий вид. Он окинул взглядом группу сирот, их глаза были полны страха и недоумения, и это заставило его засмеяться.

– Добро пожаловать, новобранцы! Вижу, вы в растерянности, но страх вам ни к чему, – сказал он, качая головой. – Ваши ‘Отцы’, видимо, не посчитали нужным поделиться планами на ваш счет, но я буду откровенен! Я – ваш новый наставник, и я здесь, чтобы сделать из вас воинов.

– Н—наставник? – прохрипел один из юношей, с которыми Клод подружился в пути.

– Верно, мой нетерпеливый ученик. Я – ваш тренер, а вы – мои новые подопечные, которые будут сражаться на арене для удовольствия знати. Добро пожаловать в мир гладиаторов! – Его смех вновь прозвучал в камере, но он быстро стих. – За твою смелость ты выступишь первым!

– Ч-что?! – парень в ужасе попытался убежать от послушников, вошедших за ним, но все попытки были тщетны.

Тренер взглянул на всех одним глазом и начал присваивать порядковые номера, под которыми каждый из них выйдет на арену. Клод получил номер четыре, а Ариан – номер шесть.

– Т-тренер! – воскликнул Ариан. – Можно задать два вопроса?

– За твою находчивость я дам тебе ответ.

– С кем нам предстоит сражаться? И где сейчас девушка с белыми глазами и кончиками волос? – Ёрзая на месте от волнения, спросил Ариан.

– Насчет девушки не знаю, но если ее нет среди вас, то, скорее всего, она уже стала “обслуживающей” рабыней для дворян. – Тренер почесал затылок. – А сражаться вы будете с другой группой учеников, прибывших с юга королевства.

– Спасибо, тренер. – сказал Ариан, склонив голову. – Могу ли я попросить о еще одной милости?

– Мне нравится твоя храбрость. Говори. – махнул рукой тренер.

– Не могли бы вы дать нам немного воды? Горло пересохло.

Тренер засмеялся.

– Воду вы должны заслужить. Или можете утолить жажду друг у друга, если уж так сильно хотите. – Его смех разнесся по камере, оставив после себя лишь разочарование и эхо его грубого хохота.

Ариан и Клод молча наблюдали, как третий по счету парень, дрожащий от страха, поднимался по лестнице и исчезал из виду, оставляя их в напряженном ожидании своей участи. Время тянулось медленно, и каждый шаг, доносившийся сверху, заставлял их сердца биться чаще. Клод встал, обернулся к Ариану:

– Прощай. – прошептал он, голос его дрожал. – Встретимся…

Его слова оборвал грубый голос послушника, который выкрикнул номер Клода и, открыв дверь камеры, схватил его и потащил вверх. Ариану оставалось лишь смотреть сквозь решетку на удаляющегося друга, сожалея, что не успел попрощаться. Он беспокойно ходил туда-сюда, пытаясь успокоить свои мысли. Но вот звуки шагов снова прервали его раздумья. Ариан вскинул голову, уставившись на лестницу, и, увидев плащ послушника, подбежал к решетке.

– Что случилось с Клодом?! – крикнул он из последних сил, и вкус крови во рту напомнил о жестокой реальности их положения.

Послушник не обратил внимания на вопрос Ариана, продолжая свои обязанности без единого взгляда в его сторону. Даже когда он уводил молящуюся девушку, её молитвы продолжали отзываться в ушах Ариана, напоминая о неизбежности его собственной судьбы. Это осознание заставило его вновь бороться с внутренней тревогой. Но звук шагов прервал его мысли, и он подошел к решетке, где волнение сменилось неожиданным спокойствием.

– Шестой, выходи! – громко объявил послушник, открывая дверь камеры. Он был готов силой вытащить очередного сироту, но Ариан уже стоял перед ним, готовый идти.

Они вместе направились к лестнице. Ариан считал каждую ступеньку, пока поднимался, и, достигнув последней, переступил порог. Перед ним открылась комната, заполненная арсеналом различного оружия. Его взгляд упал на простое копье, и он выбрал его для предстоящего боя.

– Ты не боишься, что я тебя убью? – обернулся Ариан к послушнику.

– Нет, я маг черного элемента, благословленный Мелино. – спокойно ответил послушник. – Что ты можешь сделать мне, неопытный сирота?

– Пожалуй, ты прав… – усмехнулся Ариан, едва слышно произнеся слова.

Подойдя к очередной лестнице Ариан взглянул наверх, но увидел лишь потолок следующего этажа на котором игрался свет от свеч освещающих вечные коридоры подземного комплекса. Поднявшись выше по проходу, перед ним предстали ворота через которые он прошёл и оказался на арене, к его удивлению это первое место где не было ничего над головой. Первый взгляд с момента пробуждения на голубое небо заполненного одинокими облаками, плывущими над этим кровавым местом. Пусть была и зима, но было не холодно, и так же не было снега на песке. Вернувшись в реальность, Ариан услышал громкий гул толпы, взгляд которой был устремлен на него и его противника. Это была молодая рыжая девушка, которая из последних сил держала меч перед собой.

Окинув взглядом арену, Ариан заметил следы прошлых битв – пятна крови, которые темнели на песке, словно тени прошлого. Он сжал копье крепче, чувствуя его вес и холодную уверенность в своих руках. Несмотря на отсутствие желания причинять вред, инстинкт самосохранения подталкивал его к борьбе. Минута напряженного ожидания тянулась вечность, пока его противница, не уронила меч, не выдержав его тяжести.

Ариан решился сделать свой ход. С хриплым криком, который разорвал тишину, он бросился вперед, сокращая расстояние между ними. Он закрыл глаза и совершил выпад, но воздух был пуст – удар не достиг цели.

В тот критический момент, когда судьбы переплелись в смертельном танце, Ариан открыл глаза. Меч его противницы, беззвучно покоился на песке, а она сама, словно тень, переместилась справа от него. С кинжалом, который был скрыт за её спиной, она совершила стремительный выпад, целясь в его шею. Но инстинкты Ариана оказались быстрее; он уклонился, и лезвие лишь коснулось его кожи, оставив жгучий след.

Ошеломленный болью и адреналином, Ариан ответил инстинктивным взмахом копья. Древко ударило по голове девушки, и она упала на песок, лицом вниз, а копье сломалось от силы удара. В этот момент, когда время замедлило свой бег, Ариан, движимый отчаянием и выживанием, набросился на неё. Он схватил её за волосы, поднял голову и с силой опустил вниз, песок заглушил звук удара. Она начала плакать, умоляя о пощаде, но в сердце Ариана уже не осталось места для сострадания. Он продолжал давить, пока все признаки жизни не покинули её тело.

Трибуны, которые до этого момента были окутаны молчанием, взорвались гулом одобрения. Серебряные монеты полетели на арену, словно дождь, отмечая победу и одновременно трагедию. Послушники вошли на арену, и один из них, взяв Ариана за руку, повел его обратно в подземелье. Когда он пришел в себя, уже находился среди других победителей, чьи глаза были полны страха и боли от содеянного. Осмотревшись, он понял, что Клода среди них нет. Устроившись в углу, Ариан обнял колени и начал тихо плакать, осознавая весь ужас того, что произошло.

Глава 3

За полгода бесконечных схваток на арене, Ариан набрался бесценного опыта. Его противники были разнообразны: от обездоленных рабов до диких тварей, захваченных в пустынях Орков. Сегодня же его ожидала схватка с бывшим солдатом, который за проступки был обращен в рабство.

Они медленно двигались по арене, вглядываясь в глаза друг друга, ища слабые места в обороне. Солдат, собравшись с духом, сделал решительный выпад, но Ариан, был к этому готов.Он увернулся, присев на колено, и сильным ударом поразил ногу противника, заставив его издать пронзительный вопль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.