Карин Казима
Нарывы Души. Поэтический сборник

Русский язык

Русский язык. Могучий, великий,
Красивый и звучный, такой многоликий.
Утешить готов, украсть и спасти,
Заблудшую душу в рай отвести.

В ненастье помочь и от горя укрыть.
На нём спета песня, что нам не забыть.
Родной тихий голос всегда путь укажет,
Как только на русском благо слово скажут.

Язык этот также и плакать заставит,
И возненавидеть, любовь всю оставить.
На нём проклянут и горе накличут.
На нём тебя могут и вмиг обезличить.

На русском свободно и душу коверкать,
И сплетни пускать, что нам на поверку
Расходятся быстро, как в море волна.
Ведь да, да, такова клевета.

Русский язык способен и быть
Грязным, смердящим, как мокрая пыль.
Услышав такой, невольно поймёшь:
Нет, тот разговор нехорош.

Но русский такой же, как все языки.
Прекрасен и чист каждый из них
Настолько, насколько и мелочен даже.
Решают ведь всё уста только наши.

Оконце

Придёт пора – распустится здесь солнце
И облака не скроют белых звёзд.
Я постучу. Ты выглянешь в оконце.
Рукой помашешь будто не всерьёз,

Мол, заходи, коль выдастся минутка,
Я буду ждать. И так случится вновь.
Одной по улицам бродить мне очень жутко.
Приду к тебе и засияю, ныне – вновь.

Твоей улыбкой – освещать дороги.
За нею впору даже плыть.
Могу идти, не зная всей дороги,
Тебе лишь путь мой не забыть.

Простила

В бушующий ветер я выйду одна,
Но знаю, кто есть за спиною.
Великою силой злость мне дана,
Веди, веди за собою.

Было много плохого и тысячи раз
Мне «прости» говорили.
Я прощала, что станет-то с вас?
Но ничего не забыла.

Забыть и простить – не всё ли равно?
«Нет» – сказало мне сердце.
Коль выжжено болью давно уж оно,
Прощеньем ему не согреться.

Кто обитает в трубе?

Кто обитает там, в трубе?
Это дождь, стучащий по крышам.
Тихо кричит он сам себе:
Люди спускаются ниже.

Зависть и злоба грызут изнутри
Каждого из них.
Ты повнимательнее посмотри,
Пока гул счастья не стих.

Посвящают песни любимым,
Врагам посвящают угрозы.
Будь ты хоть самым сильным,
Всё равно проливаешь слезы.

Жизнь спешит, убегая вперёд.
Успевать не трудно за нею.
Не нужно глядеть, открывши рот,
Просто бросайся и делай.

Радость лови, боли не бойся.
Ну и борись за своё.
Время пройдёт, за закатом скроется,
А память о нём не уйдет.

На месте не стой, влюбляйся,
Борись, не жалея сил.
Чтобы потом не утянул
Тебя забвения ил.
Ил…

Я утону

Я утону под высшей силой
Той белой пены океана,
Что твёрдой влагой окропила,
Вскрыла заново все мои раны.

Под волнами качаюсь неспешно,
Касаюсь ногами песка.
До солнца дорога светлая
Не так уж и далека.

Но мне до неё дотронуться -
Сгореть, разлететься в небе.
Уж лучше остаться здесь,
Где нет ни жара, ни пепла.

Я утону и вмиг страдания
Исчезнут, будто не было их.
Не буду себя оплакивать.
Полечу над водою ввысь.

Не будет ни горя, ни прощения,
Не будет горьких слёз.
Те, кто шутил про воскрешение,
Задумаются всерьез.

Останутся здесь, под слоем воды.
Забудут и солнца свет.
А я наконец увижу холмы
Свободы, дарованной …мне

Знаете? Забудьте

Знаете, ведь в какой-то момент люди
Прекращаются, перестают просто жить.
Вроде ходят, дышат, общаются.
И при этом не представляют, как дальше им быть.

Знаете, я ведь тоже из этих.
Смеюсь при других и плачу одна.
И в одиночестве этом хочу умереть.
Людей таких много на свете…
Они… нет, все мы на самом деле
Нуждаемся в помощи, как малые дети.
Знаете.

Забудьте, забудьте какой я была.
Нет больше той чистой души.
Я лично давно её в лес завела,
Оставила в тёмной глуши.

Не стало тех мягких, услужливых глаз,
Смотревших без злобы на мир.
Не стало души, впитавшей в себя
Всю горечь и боль от обид.
Забудьте мои доброту и любовь.
Сама я от них откажусь.
Не стану прощаться, лишь тихо уйду.
Надеюсь, вовек не вернусь.

Прошу Прощения

Прошу прощения пред вами,
Что стала сильной (не опасной!),
Расставшись с горестями, пала,
Ночами плакать перестала.

Прошу прощения, что зубы,
Клыки вам острые явила.
За то, что этим поразила
И души кровью окропила.

Простите, твари ненасытные,
Что вам ответ смогла я дать
И не позволила собою
Всю жизнь пустую управлять.

Города Падают

Бегают люди, люди кричат.
Города падают, города падают.
Нет здесь концов и нет здесь начал.
Только отчаяние, только отчаяние.

Хочется плакать и вместе – молчать.
Сердца разорваны, души растоптаны.
Здесь никого уже не обличат.
Все оклеветаны и все оплёваны.

Сыпется пеплом на головы правда.
И разлетается, и разлетается.
Нам не подняться уже никогда.
Что ж, попрощаемся, все попрощаемся.

Боги поссорились

Боги поссорились. Олимп загудел.
Зевс закричал на Аида.
Тот ведь сказал, что мёртвых удел
Нане живым даже ближе.
Они молчаливы, суровы и злы.
Мечтать разучились давно.
Характеры общие тянут их
На самое грязное дно.
Ругается Гера, рычит Посейдон.
И только Афина молчит.
Она понимает всю правду,
Но ныне не хочет судить.
Действительно, люди погрязли
Во тьме, она сожрала изнутри.
Но глушат земные свой собственный
Вскрик, бояться сказать «помоги».

Расходятся боги. И ныне Олимп
Пустует. И тухнет свеча
Осколком на плитке ваза лежит,
Разбитая здесь сгоряча.
Вернулся Арес, ему всё по нраву:
И мрак, и размолвка богов, и
Даже тот хаос, что вместе с Аидом
Обратно под землю ушёл.

А люди, оставшись внизу, на песках,
Пытаются выжить давно.
Ну кто же сказал, что Олимпа богам
На нас теперь всё равно?

Летит пророчество

Хлопьями снег глаза застилает.
Я иду в одиночестве.
Что же злобная сила такая
Исполнила это пророчество,
Где каждый, кого сердце, любя,
Защищать собирается нежно,
Душу мою на асфальт, не щадя,
Рукою бросает небрежной?
Неужто настолько люди плохи,
Чтоб, боль причиняя друг другу,
Смеються, как будто вокруг – мотыльки,
И вновь называют «подругой»
Почему не помочь? Почему не спасти?
Зачем вжимать в грязь так беспечно?
Иль такова судьба у людей – быть зверями навечно?
Топтать и ломать, как кости, других,
Рушить чужие судьбы?
Нет. Так скажет лишь псих.
Нет в этом правосудия.
Давайте быть мягче, давайте жалеть.
Или отдать мир пламени?
Чтобы сказать: уж нет у людей
Ни шанса на покаяние.
Опустим весь мир в чёрную пыль,
Забудем, кого любили.
А что теперь нужно от нас другим?
Лишь деньги и бессилие.
И некому души вручать, нет доверия.
Давайте плакать и молчать,
Так говорят нам поверья.

Прощай

Прощай, отчий дом, прощай, серенада,
Что пелась под светлыми окном.
Что ж, эту обитель покинуть пора нам,
Не вспомним её мы потом.

Все страхи, сомненья – не ведомы мне.
Иду случайной дорогой.
Как странник, блуждаю в ночной темноте,
Надеясь найти дом с порогом.

Где примут меня, поймут и простят,
Забудут, отпустят грехи?
Или для всех теперь я распят
На высшем суде о любви?

Тогда уж не стоит надеяться впредь
На тёплую помощи руку.
Останусь один, смогу сам я спеть
Песнь для лучшего друга.

Для тени своей, что всегда позади.
Что мечется, тыл прикрывая.
Она ведь спешит, что игрок без удил,
Для жизни себя отдавая.

А я с ней сгораю, лечу к вышине.

И света уже не боюсь.

Изгнанником вечным останусь – и пусть.

Домой тогда не возвращусь.

“Прощай – не прощу”

Отвергнутый

Отчаяньем шепчут слова мне чужие
Все листья пожухлые, лёжа в траве.
Уж лучше им быть как людям, немыми,
И глупо молчать, узнав о беде.

Глаза отводить, смеясь равнодушно,
Надеясь, что горе уйдет и само.
Ну а услышав страданий крик жуткий,
На шее страдавшего выжечь клеймо.

И вот я, отвергнутый, лёжа в снегу,
Молюсь провиденью о чуде.
Подобно ребёнку, веря ему,
Клянусь, что вовек не забуду.

Но боги молчат. И снова кремень
Заполнит остывшее сердце.
И это вовсе не светлая тень,
А та, с кой вовек не согреться.

Иду в одиночестве. Уже не боюсь
Очнуться, но встать на колени?
Нет, для этого я не гожусь.
Уж лучше останусь в томлении.

Счастливого часа вряд ли дождусь.
Надеяться даже не смею.
Но может, хоть для чего-то сгожусь,
Иль люди совсем озверели?

Ты встретилась мне

И воющий ветер,
И белые волны,
И призрак темнеющий
Бывшей свободы.
Всё это уходит
И форму теряет.
Всё это тоску
На людей нагоняет.

﻿Прохожие шепчут
Пустыми шагами
И люди бормочут,
Будто не зная.

А я не хочу
Оставаться пустым,
Холодным сосудом,
В ком виски и дым.
Стою у двери,
Тебя дожидаясь.
О, сила любви,
Тебе поклоняюсь.
Готов я и душу,
И тело отдать.
Лишь бы услышать
Твой голос опять.

Прекрасный мотив,
Напетый тобой,
Меня поразил,
Останься собой.

Мой ангел

Летящий по небу ангел
Разгоняет земную тоску.
Замену тебе, родная,
Я найти не смогу.

Прекрасное чудо, пари,
Ведь за тебя отдана жизнь.
От грусти и боли спаси,
Вознесись над городом ввысь.

Ты светом своим расчищай
Всю грязь от слов людских.
Меня, молю, ограждай
От взглядов и домыслов злых.

Будь тем солнцем чистым,
Что меня спасало не раз.
Надеюсь, промысел высший
Тебя не чужим отдаст.

Останься со мной навечно,
Буду твоим рабом.
Стану твоим подопечным,
Стану твоим тёмным злом,
Буду плохим и пусть -
Ты станешь ярче сиять.

Боли мои и грусть
Можешь лишь ты забрать.
Только, прошу, не забудь -
Мне без тебя не выстоять.

Ты прекрасна

Подчинись, милая, обнажи душу.
Я ей готов внимать.
Порывы общие жажду слушать,
А главное – понимать.
Нет равных нам и не будет.
Уж такова судьба.
Тысячи жизней мир позабудет.
Но ты ведь мне отдана.
Я готов вечно воспевать кудри,
Что льются по плечам.
Ты утаила от общества мудрость,
Доступную лишь ворам.
Ты прекрасна. Лунный свет
Нашу обрамляет муку.
Настойчиво даю совет:
К грустной не веди разлуке.
Без тебя мне мир немил.
Есть одни пороки.
У людям я давно остыл.
Медленно поднимаю руки.
Платье на вешалке, в шкафу,
Рядом с моим скелетом.
Ну и куда ты бежишь? Не пойму.
Останусь твоим секретом.

Птица

Машет белыми крыльями
Птица, летит над Невой.
Стоя перед перилами,
Мы обвенчались с тобой.
Тихо, вдвоем, без чужих,
Глядя в белую ночь.
Не нужно взглядов злых,
Мы уж уходим прочь.

Прячешь под капюшон (ведь ветер)
Длинные пряди волос.
Боишься также, как я, сплетен,
Всюду сующих нос.
Расстанусь с тобой под утро,
Легонько прикрою дверь.
Взгляну на небо, что хмуро.
Пойму, что жива теперь.
А сверху парить будет птица,
Кружащая над рекой.
Не крови ей нужно напиться,
Счастье несёт нам с тобой.
Счастье свободными быть
И боли уже не боятся.
Счастье спокойно любить,
Друг друга всегда дожидаться.

Тихая улица

Тихая, тихая улица.
Тихий, тихий вокзал.
«С ветра уйди, ведь простудишься» -
Забудь, что я сказал.

Наговорил ведь в ссоре,
Не думая, не щадя.
Хотел извиниться позже,
Объяснить, что я «любя».
Но ты ушла, хлопнув дверью.
Покинула тёмный дом.
И как теперь поверить,
Что мы жили здесь вдвоём?
Нет больше мягкой неги,
Рук твоих тепла.
Лишь светлую память об этом
Ты с собой не взяла.

«Не прав был я, умоляю» -
Кричу, а в ответ – тишина,
Которая не прощает.
Уходишь в ночь ты одна.
В спальне погасла лампа.
Кофе остыл давно.
Знаю, один я остался,
С болью смотрю в окно.

Тихая, тихая улица.
Тихий, тихий вокзал.
«С ветра уйди, ведь простудишься» -
Я бы тебе сказал.

Снова весна

Снова весна. Все влюблены.
Снег разлетается пеплом.
Злость и тоска подкрались ко мне
Как и всегда, незаметно.
Лежа на грязном, мокром снегу,
Взглядом в Луну упираюсь.
Ну а затем, смахнувши слезу,
Встать себя заставляю.
Улыба больная скользит по лицу,
Всех встречаю я, кланяясь.
Эх, стал из них кто наглецом -
Знаний открыли бы кладезь.
По небу серые тучи ползут,
Гонит их ветер неспешно.
Жду, ведь до гроба меня донесут,
А мир вокруг не поблекнет.
Любовь – обман одинокой души,
Прячущей чувством все боли.
Останьтесь одни в глубокой глуши -
Лишь буря ответит вам воем.

Прозрение

Случилось то, что сложно представить:
Оставшись один, я прозрел.
Потеряв душу, сердце оставил
И наконец осмелел.

Время пришло говорить, не смолкая.
Бездумно правду нести.
На меня скалиться злая стая.
Что ж, себя не спасти.

Люди обнажают пасти.
Правду слышать не хотят.
Здесь угодья зла и страсти.
А чужой будет распят.

Я смотрю на мир вокруг
И, радуясь, рыдаю.
Кто здесь ближе мне, чем друг,
Что в тоске оставил?

Не уйду я на покой.
Лес горит, крича.
Совершили мы с тобой
Это, замолчав.

Пора признать вину и плакать.
Это – наш удел.
Сторожа, готовьте плаху.
Добрый мир сгорел.

Виденье

В холодной ночи ожидания,
Под утро, близко к утру.
Мне было виденье о боли, о страхе,
Обо всех земных грехах.
Как будто толпа около плахи
Кричала о высших благах.

Их души были пропитаны грязью,
А руки горели в огне.
И звали те люди падшего князя,
Что ныне тонет в котле.

Земля извергалась, кипели моря,
А плаха была нерушима.
Тонула в крови любая страна,
Сгорала златая нива.

Люди метались, ища защиты,
Но жизнь не могла оградить.
Их поцелуем прощали биты
И хоронили штыки.

Петли на ветру, плача, качались,
Громко каркали вороны.
Звучал из голосов отчаянных
Где-то марш похоронный.

Эту картину узнал лишь старик,
Что в прошлое заглянул.
Предупредил и сразу же сник -
За правду вокруг караул.

Возмездие

Вам стоило быть осторожней,
Бояться смотреть вокруг.
Мир – наша общая родина,
Нам самый верный друг.

А люди об этом забыли.
Губили ее, не щадя.
Жгли, копали, рубили.
«Для общества» – для себя.

Лицемерно крича о защите,
Они навлекли беду.
Трупы зверей медью отлиты,
Леса полыхают в бреду.

Теперь пришло время расплаты,
Пора отвечать за грехи.
Природа надела латы.
Люди – её враги.

Открой глаза, оглянись – ястреб летит над городом.
Клюв у него в крови.
Слишком уж долго голодом
Эту птицу морили.

Оказавшись на воле, она заклевала
Без жалости сторожей.
Именно так природа сказала:
Все, кто зол – мишень.

Мишень для огня, для ураганов,
Для беспощадной волны.
Мишень для бурь, гроз и обвалов -
Для самой жестокой силы.

От неё не спастись, от неё не уйти.
У неё не просить прощенья.
Её нельзя даже перехитрить.
Природа всегда сильнее.

Опомнитесь, люди, ведь вы свысока
На высший дар жизни смотрели.
Теперь прошло время играть дурака
Прощаться, забыть птичьи трели.

Нас мгла поглотит и в хаос вернёт
Забудет мир человека.
И вмиг лес и зверь счастливо споют
О высшей погибели века.

Железо, бетон уйдут в пустоту.
И рухнут пустые дома.
Деревья холодную пыль подметут
Природа вздохнёт ото зла.

Причина

Я ненавижу их. Не стану
Лукавить, прятать в пол глаза.
Ведь мое сердце не достанут,
Его сожгли руки творца.

Когда опомнитесь и слово
Ударит в памяти как гонг,
Тогда поймёте, какого же
Мне было слышать тот урок.

Убийство оправдать легко им,
Лишь «неприязнью» стоит звать,
Всё, что не нравится. Суровой,
Когтистой лапой станет рать.

И, загребая без разбора,
Всех, кто посмел перечить ей,
Не вспомнит даже разговора,
Что тонет в памяти моей.

Я влюблена – прошу

«Я влюблена» – ужасно.
«Чувства важны» – ложь?
Из двоих мне лишь страшно?
С радостью ты врёшь?
Я не прошу той отдачи,
Что может всем навредить.
Я не прошу быть мягче.
Я не прошу любви.
Но я тону, пойми же.
Мне так нужно знать,
Что я важна, не ниже,
Что меня рано бросать.
Даже если сейчас оставишь,
Не буду писать тебе ночью.
Я лишь прошу – не тайно,
Так я сломаюсь точно.

Прошу

Я прошу – будь рядом.
Я прошу – помоги.
Я прошу – не надо
Рвать стихи о любви.

Другая птица

Летит по небу птица.
С кровью омытым крылом.
Мне сегодня не спится,
Сердце покрыто льдом.
Страшно, до холода страшно
Снова остаться во тьме,
Где каждое чувство неважно,
Где самое место мне.

Брошена

Вроде влюбленность есть
И даже взаимна.
И вроде хороших моментов не счесть,
Но как-то все «мимо».
Мне страшно, обидно, тоскливо сейчас,
А хуже всего – одиноко.
Как будто и нет никого, как будто не я
Ходила театра около
С счастливым лицом и танцующим сердцем,
Готовым сбежать из груди.
А вдруг и не ждали меня на то место,
Что замку теперь сродни.
Похоже, воздушному, раз так сложилось.
Или всё лишь в голове?
Может, зря мое сердце тревожилось,
Сжимаясь в боли огне?

Школа (из прошлого)

Шум, запах мела, шорох бумаги.
Снова мы в школе, ура.
Учителям точно не хватит отваги.
Таблетки купить пора.
Пожалуйста, чёрт, я класс ненавижу.
Людей, место, звуки, запах.
Крики и ругань только и слышу.
И остаюсь в этих лапах..
Ответственность не для всех,
Теперь это ясно мне.
«Пофигистов ждёт успех!» -
В глазах будто затмение.
Волнуюсь за чужие ошибки.
Это сложно, спокойствия нет.
Всем непонятны злые крики,
А я не хочу упустить момент.

На коленях

Я не думала, что решу это,
Но есть те, перед кем на колени
Упасть хочется с улыбкой
Или совсем без сомнений.

Я едва не жалею, что
Любовь не подвластна разуму.
Для чувств неважно, кто.
Да и нам не понять сразу.

Хочется большего, это неправильно?
Рамки, границы – хорошая вещь?
Выбор я сделала слишком рано.
Мыслей неправильных не счесть.

Тоскую

Я скучаю. Хотя что есть скука?
Тоска – вот слово, верное сейчас.
Без поцелуев ярких жизнь – мука.
С ума схожу без «нас».
«Мы» слово хорошее, значит,
Надежность есть и любовь.
Получается, есть и отдача,
Желание встретиться вновь.
Мне нужно чувствовать нужность.
И я, и мне, и вдвоем.
И важно, чтоб была любовь была общей.
Иначе мы просто не выживем.

Вы когда-нибудь?

Он пришел домой, когда я не ждала.
В день рождения сестры, рано утром.
Не хочу его видеть, я помню, как плакала.
И нельзя что-то «сделать», «папа» мне он.

Я прекрасно помню ужасное, да.
До сих пор я хочу исчезнуть.
Как в вечер, когда узнала, что не нужна.
Когда поняла, что для него бесполезна.

Вы когда-нибудь, лет в шестнадцать,
Уводили сестру от бухого отца?
Такое, поверьте, запоминается.
Особенно если в квартире с ним ты старшая и одна.

Я помню моменты разные,
Давно меня они гнетут.
Я знаю все мысли свои страшные.
И знаю, откуда они растут.

Мама кричит на отца за стеной.
Я слышу отчетливо каждое слово.
Мне надо обговорить это с сестрой.
Предупредить её – моя забота?

Видеть

Мне не нравится весна.
Гораздо больше осень люблю,
После зимы я особо одна.
Деревья красны, рыдать не хочу.
Белые розы, черная кровь.
Красные слёзы, мягкая кожа.
Если желаем, встретимся вновь.
Память хрупка, но вернуть её можно.
При виде длинных кудрей
Сердце предательски скачет.
Таким удивишь друзей -
Осудят, а как иначе?

Хочу

Хочу быть рядом, хочу держать за руку,
Даже когда не одни.
На ощупь кудри мягкие
Перебираю твои, ты – мои.

Помощь в мелочах, темный лукавый взгляд.
Запах сигарет и
Безопасные объятия,
Теперь нужные больше, чем воздух.

Я хочу делать то, что делать нельзя.
Запах и голос твой…
Всему ты виной.
Всё тянешь и тянешь ближе меня.

Самое страшное (лучшее), что мне
Нравится этот хаос.
Себя вожу за нос,
Но чувства эти – как свет во мгле.

Мне плохо, мне лучше, пьяна я тобой.
Признаться в любви?
Так глупо, прости.
Знать так легко: я воюю с собой.

Нам выбор даётся всегда и не важно,
Плохой или верный, когда совершенный.
Попробовать стоит только однажды
И вот ты уже подчинен.

Да, ужасно

Да, знаю, ужасно,
Но я не могу.
Понятно мне, ясно,
Что больше не выдержу.
Не знаю, люблю ли.
Не знаю, как быть.
Лишь знаю: отныне
Нельзя их забыть.

Мне пусто, мечусь.
Она-Он… простите.
За руку схвачусь,
Лишь протяните.
В Него влюблена,
Но с Ней так спокойно.
Моих чувств волна,
Чужих нет, мне больно.

Смываются рамки,
Черт нет давно.
В душé вечно драки,
А всем всё равно.
Порыв этот есть…
И я в ужасе, правда.
Счастье и тяжесть
Класс, я и рада…

Я думала, шутка.
Теперь поняла.
Уже без минуты…
Останусь одна?

Я знаю точно

«Я люблю его» – знаю точно,
Но понять эти чувства нельзя.
Вечна готовность помочь.
Понимают я и меня.

Любую тревогу украли
Глаза шоколадного цвета.
Свободу свою отдали.
Грим, кулисы, букеты.

Кудри и тёплые руки -
Вот, что запомнить просто.
С мной точно не до скуки,
Смех разбавляет строгостью.

Цепляет взгляд серёжка
И ворот рубашки отогнут…
В свете софитов я одинока,
Ты в зале, кажешься богом.

Фантом

Я влюблена в мечту, в фантом,
Пахнущий резкими духами, случайным подарком.
Я вижу его во снах, просыпаюсь потом
Во лжи чувстве топящие-мягком.

Мне снова в беспамятстве виделось,
Что я в его объятиях, за большой сценой.
Своим ходом шла подготовка, мелькал темный свет.
И было так хорошо и спокойно…

Оказалось однажды и в полумраке концерта.
Разумом, да, но было достаточно.
Мы говорили мыслями, песня была недопета,
А запомнилось лишь чувство осадочное.

Его голос слышится галлюцинацией.
Я пьянею от высоких нот, звучащих
Через душу прямо, они прекрасны.
Как не желать в сон уходить чаще?

Я влюблена, а как же иначе?
Каждый влюблена, просто по-своему.
В жизнь, в боль, в человека.
Я влюблена в иллюзию, что это значит?

Заново шепчет судьба

Такие изящные руки,
Но они не для меня,
Хотя точно не от скуки
Сердца чувство одно хранят.
Любое касание – нежность,
От которой в груди щемит,
Прижимает к себе бережно,
Словно действительно любит.
Постоянно ходим по грани:
Еще чуть-чуть и сорвусь.
В пропасть довер отчаяния,
Оттуда сама не выберусь.
Просыпаюсь – и снова тревога:
Что правильно? А что нет?
Как будто пуста дорога:
Не дан ещё четкий ответ.

А губы сладкие-сладкие,
Но не от помады.
И взгляд его мягкий-мягкий,
Но мне здесь не рады.
И речь льется нежно, плавно,
Разум просит пощады.
Будто в портсигаре
Две разные марки
Не по силам задача -
Скурить без остатка.
Одна я здесь зрячая
Вижу краски неяркие.
Шумно на фоне,
Алкоголь капает.
Чувства убитые
Рождаются заново.
Рок будет доволен,
А сердце оплакано.

Все решилось до ужаса
Скользко, словно и не было
Горячих на улице мерзлой
Слез, истерики первой.
Мне теперь хорошо?
Страшно, куда ж без нервов.

Я ждать готова ещё,
Но не бесконечно.
Цифра прекрасная есть
Её мне достаточно.
Потом уже будет полет,
Сейчас падать красочно.
Опять на краю,
На острых камнях.
Опять балансирую,
Не желая держаться.
В неясной пучине тону.
Я не хочу подниматься.
Да, снова плачу.
Бывает такое.
Куда силы трачу
В тишине безвольно?
К боли мчусь.
Мне не холодно.

Повторение

Чувства рвутся наружу и сердце.

Мне сложно держать их правильными.

В мыслях собственных мне не место.

Рамки разума теперь оставлены.

Я люблю случайные касания,

Когда не думаешь о том, что кто-то видит.

Когда дыхание чуть сбивается, грозясь выдать.

Я люблю, когда душа открытая.

Прижми крепче и не отпускай, пусть больно.

У нас и шанса не было, но вот, всё в порядке.

С тобой чувствую любовь свободной.

Радостно позволяю себя держать рядом.

Но мне нужно больше, чем даешь.

Рука в волосах, сожми жестче.

Желание ближе быть изнутри рвет.

Отказ станет тем, от чего было б легче.

Поцелуй в скулу – я хочу в губы.

Дыханье в плечо, доверчиво льнешь,

Пока разум сердце окликает грубо.

Желанье без ошибок остаться хорошей.

Запах курева пьянит и голову кружит.

Но сигарет уже нет в моих  пальцах.

Любой жест и взгляд надеждой служат.

Я застряла в непонимания сетях.

Ещё чуть-чуть и поцелуй.

В манящие, сладкие  губы.

До слез горячих обниму.

Пальцы вплету в нежные кудри.

Идите вы

Мне плевать на ваши сухие правила.

Неприятно? Да идите к черту.

Жуйте их без пояснений, если нравится.

А я останусь разговаривать вольно.

У вас глаза наметаны, зрачки потерты.

У вас в словах «нельзя», «не стоит».

А я боль сердец растираю мертвую.

Творите, убивайте эмоции уже замерзшие.

В молчание разговоры вянут.

Вы не знаете, как себя вести.

Кто от таких слов воспрянет -

Тому свой гроб нести.

Душные, скучные, невыносимые -

Зачем мне к вам прислушиваться?

Как вы себе не противны?

У вас изо рта грязь льется.

Оставайтесь в этом,

Наслаждайтесь собой.

А с этим куплетом

Я ухожу в мир свой.

Надеясь

Шагая по ночной Москве,

Металл в пальцах кручу.

Боюсь, что могу не успеть,

Но знаю – не расплачусь.

Не расплачусь за счастье,

Спокойствие, теплоту,

В них тону, как иначе.

И совсем не боюсь.

Я и понятия не имела,

Как нуждалась в «хорошо»,

Как сильно засыпать хотела

Рядом со своим человеком.

Мне нравится смаковать

Моменты, скрытые закатом.

Мне нравится вдыхать

Волос кудрявых запах.

Тревога уходит послушно,

Идеи и мысли роятся.

Мы привыкаем быстро.

К тому, что обоим нравится.

Воспоминания

Мне совсем не везет в любви,

В принципе, как всем людям в мире.

Не в моих правилах просить пощады,

Но я готова на коленях ползти к тебе.

Все это против правил, знаю.

Но память без спора берет свое:

Как и тогда, сидим вместе в зале.

Разрывать наше прикосновение больно.﻿

Рядом с тобой хорошо, давно поняла.

Спрячем друг друга от всех вокруг.

Мы это можем, уверяю тебя.

Нам не поймать жизнь безмятежную.

Пусть чувства останутся странными,

Им простительно, такими взросли.

Хочу лишь быть тобой любимою.

Потому и не в силах отсюда уйти.

Давнее

Честно говоря, мне уже и неясно,
Насколько поступаю приличиям следуя.
Ты снишься, счастье даря, постоянно,
Я этим утрами страдаю бесследными.

Нас с тобой повенчали по-черному.
“Кто же мог?” – Откуда мне знать, милый?
Это хорошим не кончиться, но пробую.
А не зря в ответах Дьявол преследует.

Мне тяжко, но затею отвергнуть
Не могу уже пару лет – бесполезно.
Может, решимся мы при заверении?
Любви требует разум? Нет, тело.

Я уже на грани безумия в танце,
В нем свет прячет кулисы тень
И горящая мирно лампочка красная,
Мы при ней становились смелее.

Слышишь? Конечно. Ты ведь все знаешь.
Я тебе много стихов посвятила.
Ты и теперь вряд ли правду скажешь.
Пощади, дай ответ: хоть взаимно?

На другом языке звук меняется, но мотив, что напела душа, тот же самый…

Honestly, it's already unclear to me
How much decency am I following.
You're in all my dreams, giving happiness.
It's traceful suffer for me in the morning.

Someone made for us a black wedding.
“Who could?” – “How should I know, honey?”
All this can't have good end, but I'm trying.
Not for nothing Devil pursues in answers.

Hard but I still can't reject this idea
Tried for a couple of years – it's useless.
Maybe we decide after a clear promise?
Does the mind require love? No. Body.

Now I'm on the verge of dance madness.
And the red light is burning peacefully.
The light hides shadows behind scenes
We became much more brave with it.

Do you hear? Sure. You know everything.
I’ve dedicated a lot of poetry to you.
Even now you don't want tell the truth.
Spare me, answer me: at least you too?

Август 2024

Я стираю песни о любви,
Не желая начинать с начала.
Так и не услышала “прости”,
Сердцем ставка сильно проиграла.

В силах

Я ведь в силах выносить разлуку,
Куда больнее рядом находиться
И чувствовать себя ненужной и глупой,
Пытаться о ноющем сердце забыть.

В тишине мечтать о поцелуях,
Больших, чем те, что могу получить.
Дружбы мне мало, тоскую.
Прячу в стихах строки любви.

Любви тела, разума, сердца.
Она долго длится уже.
Меня изнутри съедает, терзая.
Сплелся на шее петли узел.

Освободи меня, скажи “нет” -
На ответ “да” надежду глушу.
Сгоревшей мечты не гаснет пепел.
Мозг сам рождает слухи.

Я узнаю его по шагам
И оттого совершенно не легче.
Пускай утекает вода.
Оказалось, время не лечит.

Сложно

Я ненавижу “всё сложно”,
Но сама в этом живу.
Черт, от чувств уже тошно.
А сделать ничего не могу.

Жду, обратит ли внимание -
Или всё-таки нужно сказать.
Не могу, я в вязком страдании.
И спасение только во снах.

А признаться ведь страшно,
Грозит проблемами вдруг.
Пусть с ним всегда безопасно,
Теперь доверять не могу.

Даже ненависть лучше апатии.
Ведь в злости своей человек
Будет к вам возвращаться мысленно
И не станет, если чувств нет.

Я люблю тебя не только как друга.
Слова застревают в горле.
Уже не хочу быть чьей-то супругой,
Если не могу быть с тобой.

Отпустить

Тяжко осознавать, что я не в силах
Отпустить невозможную мечту.
Я мечтаю о нем в постели
До тех пор, пока не усну,
Представляю себя в объятиях,
В кольце его сильных рук.
Я вижу, как он засыпает
В перерыве в уютной каморке
И хочу молча лечь рядом,
Но знаю, что это неловко.
Зачем я ему нужна.
Хотя… меня тоже он
Неясно чем привлекает.
Оттого рождена надежда.
Любовь иррациональна,
На то она и чудна.
Любовь толкает на глупости,
Потому она и важна.

Тринадцать

Готовятся в спешке декорации,
Звучат попсовые песни с колонки.
Сердца в едином танце.
Сбросили рутины оковы.

Да, пусть успеть всё и сложно,
Но разве рожденье – легко?
В цифре 13 есть общность.
На ней взлетим высоко.

Все мы еще слишком молоды,
чтоб мир вокруг понимать,
Но зато мы горим азартом
И поделимся им с вами.

Ловите кайф от жизни.
Никто вам не запретит.
Ищите во всём позитивное
И не слушайте нотации.

На часах ровно 13.
Значит, время играть.
Юность – пора разности.
У нас её не отнять.

Будем, будем счастливы.
Будем, будем силой.
Если духом богаты,
Сделаем мир красивым.

АД

Куплет 1:

Конкистадоры радостно кричали,
Бросали девушкам вслед цветы.
А нас с тобой толпа не замечала,
Тогда рассвет и встретил обрыв.

Припев:

В моих мыслях не забытая мечта.
В моем сердце темно-карие глаза.
В моем сне волосы цвета шоколада.
Мое желание – взаимности отрада.

Куплет 2:

Я всегда готова к злому слову,
Но сама открыта добротой.
Взгляд к нему скользит безвольно.
Может, путаю любовь с похвалой?

Куплет 3:

Готова стать его нежным сердцем,
Способна стать его вечной болью.
Когда он захочет согреться, сумею
Окружить своей агонией.

Куплет 4:

Я хочу стать его чудом счастливым,
Стать для него самой добротой.
Без сомнений приду из ниоткуда,
Стоит ему позвать за собой.

Образ

Я люблю тебя так сладко и трепетно,
Что щемит сердце и слабеют колени.
Для спокойствия хватит мыслей нежных.
Даже рожденных игрой воображения.

Мне нравится мечтать о несбыточном.
И любви, которой пока не имею.
Мыслям моим чужда критика.
В свободе фантазия млеет.

Пусть ты лишь мечта тайная,
Пусть тебя нет и не будет рядом.
Не в тягость мне моя любовь шальная,
Беречь это чувство в себе не устану.

Человек

Мы жестокие правители судьбы своей

Мы грабим её по частям.

Мы не увидим победных огней,

Мы отдали их чужакам.

Вчера наш город сгорел дотла.

Сегодня он восстанет из пепла.

Это – урок для всех, кому чужда молва:

Власть человека не вечна.

Нет здесь крыши, что могла бы спасти,

Нет здесь ниши, чтобы себя утопить.

Позвольте исчезнуть, позвольте забыть.

Ведь мы не видим смысла дальше быть.

Может, пламя нас очистит?

Голые стены вокруг в огне.

Закройте окна, мы сгорим,

Ведь это нам по душе.

Серый пепел летает вокруг.

Теперь понятно, кто твой друг.

Нет защиты, нет и прав.

И кто же в этом виноват?

Старики и дети одни.

Никто теперь не в ответе за них.

Закройте глаза, доверьтесь огню.

Почему б не начать молиться ему?

Деритесь, кричите, бегите, любите.

Нас больше, мы выдержим, только начните!

На милость надейтесь, пощады не ждите.

Мы все еще здесь, нас не истребить!

Ничтожество

Я

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.