Елизавета Львовна Манкевич
Любовь и мелкие пакости

© Манкевич Е. Л., 2024

© Разумовская А. В., иллюстрации, 2024

© Оформление. ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2024

Machaon®

Пролог

Все началось в первом классе. Ровно десять лет назад.

Марк был уверен, что именно я организовала первую подлянку, но это стопроцентная ложь. Все произошло случайно: урок изо, я несла стаканчик-непроливайку к раковине, чтобы вылить темно-зеленую жижу, которая была свидетельством моей неудачной попытки смешать гуашь… До цели добраться не удалось. Проклятый стаканчик выпал из рук, мутная вода вылилась прямо на рубашку моего одноклассника Марка Фаталина. И в свои семь лет я впервые столкнулась с животрепещущим гневом, с гнусным обманом и недоумением, почему стаканчик назвали непроливайкой.

– Казанцева! – раздался истошный вопль Марка.

Я хотела исправить оплошность и побежала за влажными салфетками, которые завалялись в моем рюкзаке. Поздно. Марк уже рвал и метал, выкрикивая имя учительницы.

Тоже мне, устроил истерику из-за воды. Разве парадная рубашка стоила таких волнений?

– Маркуша, в чем дело? – подбежала к прохиндею Людмила Петровна.

«Маркуша» – учительница всегда называла его так. Фаталин был ее любимчиком. Немудрено, ведь он сын директора школы. Учителя всегда бегали вокруг Марка, как курицы-наседки.

Избалованный одноклассник начал свирепо обвинять меня в том, что я специально вылила на него эту треклятую воду. Поганец! Если бы я хотела насолить ему, то выбрала бы более изощренный способ.

– Таня, зачем ты это сделала? – спросила Людмила Петровна, поверив Маркуше на слово.

– Я случайно, – тоненьким голосочком ответила я, стыдливо сжимая в ладошке упаковку влажных салфеток.

Маленький скандал с непроливайкой замяли быстро, но Марк был слишком злопамятным, чтобы просто так отпустить ситуацию. Через неделю Фаталин спрятал мои сапожки, подложив огромные каменюки в мешок для сменной обуви. Где он только эти булыжники раздобыл? И как пронес в школу?

Пока я металась по раздевалке в поисках сапог, Марк наблюдал за мной и хихикал. В отличие от него, я не была ябедой и терпеливо искала обувь без помощи взрослых, продумывая в голове план мести. Чертенок спрятал сапоги в мужском туалете. Очень умно! Одноклассник Артем тогда по-рыцарски вынес их мне, обломав идиотский план Фаталина.

С этого и началась наша война, которая длилась по сей день. После нелепой подлянки с обувью я отомстила Фаталину тем, что изрисовала мелом стул. Минут десять Маркуша щеголял по школе с белой задницей и ни о чем не подозревал. Розыгрыш старый, но проверенный. За Фаталиным не убыло, он действовал как охотник: дал мне перерыв в месяц и, когда я ослабила бдительность, напал. Он исподтишка засунул в мой рюкзак реалистичную копию таракана-мадагаскарца, которую стащил из кабинета природоведения. Когда я обнаружила псевдонасекомое, визжала как сумасшедшая на весь класс.

– Что случилось, Казанцева? – с ехидной улыбкой спросил он, и я поняла…

Поняла, что так просто этого не оставлю.

День за днем, месяц за месяцем, год за годом мы с Фаталиным пакостили друг другу. К нашим выходкам со временем привыкли одноклассники и учителя, со вздохом повторяя: «Опять они…»

Розыгрыши и подлянки превратились в своеобразную игру. Мы делали все, на что хватало фантазии. Однажды Марк подговорил весь класс игнорировать мое существование. Отрицать не буду: Фаталин обладал лидерскими качествами. Его послушались все, кроме моей лучшей подруги Дианы. Я не отставала и внесла парня в списки на олимпиаду по астрономии. Видели бы вы физиономию Маркуши, пылающую от злости и недоумения, когда за ним пришла учительница физики со словами: «Фаталин, все уже собрались. Только тебя и ждем». Отказываться было поздно – Марк послушно отправился за физичкой, а я прошептала ему вслед: «Удачи, звездочет!»

Перечислять розыгрыши я могу бесконечно. За десять лет их накопилось немало, некоторые даже повторялись. Таковой была наша игра, превратившаяся в извращенное хобби.

Никто из нас не хотел останавливаться, сочиняя новые козни. Перерывы, само собой, были. Самый длительный – полгода. Мы с Марком отдыхали, но потом активно наверстывали упущенное.

Однажды я решила остановить это, но все пошло не по плану…

Глава 1

Таня

Миновали плодотворные летние каникулы. Наступило первое сентября. Теперь я десятиклассница.

Я стояла на перекрестке, сжимая в руке три белые розы для нашего классного руководителя Константина Романовича, и ждала Диану, которая, как обычно, опаздывала. Ди – антоним пунктуальности во плоти. Самая настоящая копуша, и это ее единственный недостаток. Диана Годунова – моя лучшая подруга с первого класса, верная соратница, мудрая советчица, активный слушатель и партнер в любых махинациях. По отдельности мы не существовали, предпочитая быть единым целым, как сиамские близнецы. Мы Шрек и Осел, Тимон и Пумба, Пупсень и Вупсень. В общем, та самая идеальная парочка, которой для счастья нужны только локальные шутки, разговоры по душам и чай со столовскими булочками.

– Я знаю, что ты скажешь, поэтому не начинай, – произнесла Ди, подбегая ко мне сзади.

– Очередное опоздание. Пока что ничего нового.

– Да-да, ты крутая и всегда приходишь вовремя, – возмущенно затараторила подруга. – Между прочим, я спешила.

Ди, как всегда, выглядела шикарно, оправдывая свое опоздание красивой укладкой и выглаженными вещами. Хрупкая, миниатюрная Годунова была в черном костюме, который мы купили за неделю до Дня знаний. Черные как вороново крыло волосы она уложила в конский хвост, волосок к волоску. Серо-зеленые кошачьи глаза подвела черным карандашом, сдержанно и еле заметно, а на фарфоровое лицо нанесла немного румян.

– Подарим Косте букет от нас двоих? Я не успела купить. – Годунова взяла меня под руку.

Как мы только не называли нашего классного руководителя: и Костя, и Костян, и Костыль, и Костоправ. Я терпеть не могла прозвища, но иногда они появлялись сами по себе.

– Без проблем. Наверное, мы единственные, кто ему букет решил притащить.

– Думаешь? Если да, оно и хорошо, не будет сильно ругать нас за опоздание.

Прибыв на школьную линейку, мы начали расталкивать толпу младшеклассников, чтобы пробраться к своим. Константина Романовича я увидела первым: мужчина стоял, сжимая в руке табличку с надписью «10 “А”». Мы с Ди торжественно вручили ему букет роз. В ответ Константин Романович приветливо улыбнулся и слегка поклонился. Учитель был в хорошем расположении духа и даже не съязвил по поводу нашего опоздания.

Мы с Ди шепотом поздоровались с одноклассниками, которых не видели все лето. Те же лица, что и год назад, только отдохнувшие и повзрослевшие. Маша Демкина сняла брекеты и улыбалась во все тридцать два, сверкая ровными белоснежными зубами. Артем Жуков сменил имидж и состриг свои очаровательные кудряшки цвета спелой ржи, а Леша Немчинко стал дылдой и теперь был выше меня на две головы.

Тут я вспомнила о своем заклятом враге – Марке – и начала искать его глазами среди одноклассников. Странно, парня не было видно. Неужели пропустит первый учебный день в году? Неудивительно, ему ведь все можно.

Первый урок – классный час. Разбор полетов. Выбрали старосту на ближайшие полгода, обсудили учебные планы и новые предметы. Константин Романович что-то бубнил себе под нос, перебирая бумажки на рабочем столе. Ди зевала с периодичностью в минуту, а я вырисовывала незатейливый орнамент на полях тетради в ожидании звонка.

Скуку прервал опоздавший, которого я видеть не хотела. Двери кабинета распахнулись, и я услышала до боли знакомый голос:

– Константин Романович, можно войти?

– Да, Марк, только тихо, – ответил учитель, приглашая Фаталина жестом в класс, затем добавил: – Прощаю опоздание только сего- дня.

Марк вальяжно зашагал к своему месту, окидывая одноклассников оценивающим взглядом. За лето он изменился: темно-русые волосы отросли и были слегка взъерошены, на лице заострились скулы. Но в голубых глазах Марка все еще поблескивал тот самый хитрый огонек, обещающий шалость, он никуда не пропал.

Фаталин сел прямо за нами. Я приосанилась, готовясь к нападению, ведь от Марка можно было ожидать всякого. Ди взглянула на меня с упреком, заметив, как я напряглась. Подруга всегда осуждала меня за то, что я ведусь на провокации Фаталина и каждый раз придумываю розыгрыши в отместку. Диана говорила: «Ты сама можешь остановить это. Просто игнорируй». Мне подобная позиция не нравилась – я считала, что буду проигравшей.

– Каза-а-анцева, – шепотом протянул Марк и дважды ткнул меня в спину ручкой, – скучала по мне?

– Нет, – фыркнула я, не оборачиваясь.

– Почему тогда так пялилась? – продолжил приставать парень.

От этого вопроса мне стало неловко. Я и правда пялилась на него. Почему? Я не видела его три месяца. Хотела оценить, насколько переменился мой враг, проанализировать эти изменения, найти новые поводы для подтруниваний.

Я все-таки повернулась к Фаталину, чтобы сказать колкость прямо в глаза:

– Марк, ты выдаешь желаемое за действительное.

Парень ничего не ответил, лишь многозначительно улыбнулся. Его это позабавило? Ну ничего, посмотрим, кто будет улыбаться последним.

Остальные пять уроков прошли незаметно. В первую неделю сентября учителя всегда дружелюбные и расслабленные, не загружают большим количеством домашних заданий, не вызывают к доске. Есть редкие исключения, например наша учительница английского, которая сразу дала понять, что расслабляться не стоит, и в первый учебный день заставила писать эссе на самую банальную и приевшуюся тему «Как я провел лето».

Мы с Ди копошились в раздевалке, обсуждая прошедшие уроки. Домой идти не хотелось, погода радовала, будто бы лето не спешило уходить и сделало нам сюрприз, подарив первый на моей памяти солнечный День знаний.

– Девчули! – подбежал к нам Артем. – Я к вам по важному вопросу.

– Выкладывай, – кокетливо ответила Ди.

Началось! Дианка завела свой флиртомобиль.

– Не хотите погулять сегодня? На Севастопольской открылся новый парк аттракционов, – воодушевленно начал Жуков. – Потусуемся, отметим первое сентября. Моему отцу выдали шесть бесплатных билетов на работе.

Папа Артема работал кем-то в мэрии, и у него всегда были пропуска на городские мероприятия.

Предложение заманчивое, и я не могла не заметить, как обрадовалась Ди. Она влюблена в Артема с пятого класса и никак не решалась признаться ему в чувствах. Любые знаки внимания со стороны Жукова подруга обсуждала неделями, фантазируя и размышляя на тему «Что он имел в виду?».

– Таня, тебя отпустят? – поинтересовалась у меня Годунова.

– Сто процентов! За мной же сейчас присматривает Ксюша. Точнее, делает вид, что присматривает.

– Супер, тогда встречаемся в пять у метро, – заулыбался блондин, восторженно вскинув густые брови.

– А кто еще будет? – спросили мы с Ди хором.

– Давид, Машка и Марк, – перечислил Жуков.

Услышав последнее имя, мы с Дианой переглянулись. Я редко виделась с Фаталиным за пределами школы и не знала, можем ли мы устраивать друг другу подлянки вне храма знаний. Еще и Артем позвал нас так неожидано… может быть, Марк его подговорил? Пока не проверим, не узнаем. Если это часть очередного розыгрыша, то я приму его с честью, а если нет, то просто хорошо проведу время (если это вообще возможно в одной компании с Марком). В конце концов, я не могла подставить Ди, ведь для нее эта вылазка была отличным шансом сблизиться с Артемом, а без меня она бы пойти струсила.

– До встречи, – попрощалась я, и Артем удалился.

Годунова облегченно вздохнула, как только парень исчез из нашего поля зрения, и начала улыбаться, как дитя при виде Деда Мороза. Влюбленность делает людей такими милыми и дурашливыми.

– Диан, как у тебя только ноги не подкосились? – поддразнила я подругу.

– Подкосились, и еще как! – томно вздохнула Годунова. – Какой же он красавчик!..

– Хорошо, что у нас разный вкус на парней.

Это было правдой. Я не разделяла восторгов подруги по поводу Жукова, несмотря на то что тот успел прослыть школьным красавчиком. Девочки вздыхали и грезили по этому спортивному парню с блондинистой шевелюрой и добрыми карими глазами. А я никогда не понимала, почему большинству девушек так нравятся широкоплечие и подкачанные, в то время как я считала, что худенькие и субтильные мальчики намного обаятельнее.

* * *

Дома меня встретила моя старшая сестра Ксюша. Позавчера наши родители уехали в Китай по работе, и мы остались вдвоем на целый месяц. Ксюше было двадцать шесть лет. Она работала дизайнером на удаленке в новомодной IT-компании, любила всевозможные тусовки и литрами пила кофе. Называть сестру взрослой язык не поворачивался: она узнавала о вирусных трендах, новых музыкальных исполнителях быстрее меня и активно вела социальные сети. А еще Ксюша невероятно безответственная, и когда наши родители уезжали, то в шутку говорили: «Ну все, Таня, остаешься за старшую».

Ксюша сидела на кухне и пила чай в компании нашего соседа по лестничной площадке Гриши Совинского, и они над чем-то смеялись. Гриша был частым гостем в нашей квартире. Сестра уверяла, что они просто друзья, но я видела, какие искры летали между ними. Ксюше было сложно признать, что у нее есть чувства к кому-либо, и она неумело отнекивалась.

– Будешь есть? – спросила сестра, кивая в сторону холодильника.

– Нет, я не голодная.

– Молодой организм нуждается в пище, – по-отцовски сказал Гриша. – Вот повзрослеешь и будешь скучать по домашней стряпне.

Я закатила глаза в ответ на реплику Григория и сделала несколько глотков прохладной воды. Сестра для галочки задала парочку дежурных вопросов о первом учебном дне.

Ксюша тоже училась в моей школе, и некоторые учителя до сих пор вспоминают сестрицу-оторву, когда слышат мою фамилию. Она была популярной девчонкой, у которой в приоритете всегда были тусовки и мальчики. Училась плохо, хулиганила. Родители с Ксюшей нанервничались знатно и бывали частыми гостями в кабинете у директора. То она прогуливала, то курила в школьном туалете, то спровоцировала драку… Я таким послужным списком похвастаться не могла, и слава богу. Меня учителя ругали только за проделки по отношению к Марку, и то редко, считая его главным зачинщиком.

– Сегодня иду в парк аттракционов с одноклассниками. – Я поставила стакан на стол и сестру перед фактом.

– Во сколько вернешься? – Ксюша подняла свои карие глаза. – Только, пожалуйста, аккуратнее. Пообещай, что не будешь кататься на всяких чертовых колесах и так далее…

– В девять буду дома, – на свой страх и риск заявила я, ведь для родителей, по «комендантскому часу», я должна была возвращаться всегда в семь и ни минутой позже.

– Нет, – возразила Ксюша. – Максимум в восемь.

– Да ладно, – влез Гриша. – Первый учебный день, пусть повеселится с друзьями. Я заберу ее на машине.

– Уговорили, – недолго думая, ответила сестра.

Победным шагом я отправилась в свою комнату и начала готовиться к прогулке. То ли из-за нового статуса старшеклассницы, то ли из-за хорошего настроения мне хотелось выглядеть сногсшибательно. Поэтому я стащила классный розовый сарафан из шкафа сестры, пока та продолжала ворковать на кухне с Гришаней. Надела его поверх белой водолазки и покрутилась перед зеркалом. Ксюша бесилась, когда я брала ее вещи, но они были такими прикольными, что я не могла удержаться. Розовый цвет идеально сочетался с моими длинными светло-русыми волосами, которые я предпочитала заплетать в косички или «колоски». Теперь я старшеклассница, нужно избавляться от детских причесок и поддерживать имидж.

После того как я достала косметичку, остановиться было сложно. Свои губы бантиком я подчеркнула полупрозрачным блеском, курносый миниатюрный нос слегка припудрила и подрумянила щеки. Вуаля! Образ готов.

Я на цыпочках подкралась к входной двери, попутно схватив с вешалки белую холщовую сумку. Пронесло. Ксюша была слишком занята беседой с Гришей и не успела меня заметить.

– Я пошла, всем пока!

* * *

Мы с Ди встретились на перекрестке и пошли к метро. Подруга нервничала из-за Артема, я пыталась ее приободрить и пообещала, что все будет хорошо. Годунова не упустила возможности похвалить мой новый образ, восторженно восклицая, что мне очень идет. Ее оценка дорогого стоила. За болтовней мы и не заметили, как приблизились к месту назначения. Все уже собрались и ждали только нас.

Сердцебиение участилось, когда я заметила Марка, стоящего в солнцезащитных очках боком к нам. Парень что-то читал в телефоне с сосредоточенным лицом, прикусив нижнюю губу.

– Девчонки! – обрадовался Артем.

Марк резко повернулся, и я отвела взгляд в сторону Маши и Давида, которые воодушевленно приветствовали нас. Фаталин не сказал ни слова, но я чувствовала, что он пялится.

Три станции метро, которые отделяли нас от парка аттракционов, казались мне бесконечными. Видимо, Ди заразила меня своим волнением: я не могла успокоиться и избегала встречаться взглядом с Фаталиным, который всю дорогу хихикал и подшучивал над всеми, как обычно.

Вот бы этот день прошел без приключений!

Когда мы дошли до парка развлечений, я уже изнемогала от трепещущего восторга. Детишки бегали от аттракциона к аттракциону, сжимая в ладошках разноцветные шарики, подростки столпились возле американских горок с «мертвой петлей», а взрослые сидели в мини-кафешках и потягивали молочные коктейли. По левую сторону от нас располагалась карусель-центрифуга в виде большой ракушки золотистого цвета, которая безжалостно кружила вопящих посетителей. По правую сторону – двухэтажное черное здание, крыша которого была покрыта импровизированной паутиной, похожей на шерстяные нитки.

– Начнем с «Дома ужасов», – скомандовал Артем, указывая на то самое жуткое здание. – У нас бесплатные билеты, значит, мы попробуем всё.

– Это же для детей, – фыркнул Марк, а из «Дома ужасов» послышались истошные вопли.

– И что? Я хочу сходить, – закапризничала Маша.

– Я тоже, – пожал плечами Давид, подстраиваясь под мнение большинства. – Девчонки, а вы что думаете?

Темноволосый парень посмотрел на нас с Ди, и мы незамедлительно согласились. У входа в «Дом ужасов» была небольшая очередь, состоящая из наших ровесников.

– Ребята, запускаем только по парам! – противным голосом прокричала билетерша.

Мы начали переглядываться, и я мысленно поставила себя в пару с Ди. Несмотря на то что мы обе трусихи, я уверена, что со смехом преодолели бы эту страшную полосу препятствий.

– Таня, пойдешь со мной? – внезапно пригласил меня Артем.

Я опешила.

– Сходи лучше с Ди, – неловко пробубнила я, поняв, что надо тактично отказать и постараться никого не обидеть. – Я хочу пойти с Фаталиным и послушать его девчачий визг.

Само собой, я не хотела идти с Марком, но иного выбора у меня не было. Давид уже застолбил Машу, а идти с Артемом и злить Ди я точно не планировала.

– Казанцева просто хочет уединиться со мной в темноте, – ухмыльнулся Марк, подмигнув.

Конечно, Маркуша не мог не ответить колкостью на колкость.

Артем улыбнулся Диане, и они вдвоем отправились в «Дом ужасов». Годунова, наверное, сойдет с ума от счастья там, рядышком с Артемом. Я уже предвкушала ее восторги и ахи на обратном пути.

Через несколько минут билетерша писклявым голосом начала инструктировать меня и Фаталина:

– Идите строго по светящимся стрелкам на полу, а если станет страшно, то просто поднимите руку вверх, и вас выведут.

Лгать не буду, мне было немного боязно, но из-за стадного чувства отказываться от этого аттракциона не хотелось. Мы прошли внутрь, и нас окутала кромешная темнота. Путь слабо освещали синие стрелки с легкой подсветкой. Где-то вдалеке слышались вопли Дианы. На долю секунды мне захотелось выбежать оттуда к черту, но я не могла доставить такого удовольствия Марку.

– Ну что, пойдем? – спросил он.

– Пойдем, – прошептала я.

Марк шел впереди осторожными шагами, я следовала за ним, озираясь по сторонам. Вот же дернуло меня пойти сюда, да еще и с Фаталиным! Я фильмы ужасов не смотрю только из-за скримеров, а тут сама добровольно отправилась навстречу пугалкам.

– А-а-а! – заорала я, когда сбоку выпрыгнуло нечто в ужасающей маске.

Колени задрожали, и я неосознанно вцепилась в рукав толстовки Марка. Чудовище потопало перед нами несколько раз, затем побежало вперед. От ужаса я зажмурилась, так и не разглядев, что это было.

– Казанцева, я так и знал, что ты выбрала меня в пару только для того, чтобы полапать, – смеясь, сказал Фаталин.

– З-заткнись, – заикаясь, прошипела я, выпустив рукав Марка из пальцев.

Неужели ему совсем не страшно? Наверняка притворяется, а у самого уже штаны намокли.

Мы пошли дальше. Я отчаянно делала вид, что совсем не испугалась, но ноги стали ватными. Откуда-то сверху послышался жуткий смех, свет зловеще замерцал разными цветами. Кровь отлила от лица, но я сосредоточилась на мысли, что никто не способен причинить мне вред. Это просто актеры, обычные люди, которых не стоит бояться.

Бесполезно.

Когда сзади к нам подбежал клоун в окровавленном костюме, я ринулась вперед что есть силы, визжа и размахивая руками. Фаталин бежал за мной и наверняка наслаждался зрелищем. Следуя по стрелкам, я повернула за угол и притормозила, чтобы отдышаться. Оглянувшись, заметила, что позади меня клоуна уже нет (если не брать Марка в расчет, конечно же), и выдохнула с облегчением.

– Казанцева, – продолжал издеваться парень, – какая же ты трусиха!

Шум, зловещий смех, жуткий стук сопровождали нас еще несколько метров. Я вошла во вкус и даже немного расслабилась – казалось, что самое страшное миновало. Не тут-то было…

Глава 2

Таня

Прямо перед выходом, за метр до финиша, в темном узком коридоре появились языки пламени. Скорее всего, это была голограмма или что-то подобное. Я застыла на месте, даже не дышала, ожидая, когда мурашки закончат полумарафон. Пусть огонь ненастоящий, это неважно, в любом виде он меня пугал до звона в ушах. Руки затряслись, и я больше не могла себя контролировать.

Началось.

В одно мгновение я обильно вспотела и начала задыхаться. «Я не сгорю, я не сгорю», – говорил разум. «В этот раз огонь тебя победит», – спорило с ним удушающее чувство тревоги. Паника. Каждый раз казалось, что я погибаю, мучительно и медленно. Огонь – не моя стихия, огонь – это то, чего я стараюсь избегать. В памяти всплывали истошные вопли, запах дыма, вой пожарной сирены. Я зачем-то схватилась за волосы, меня пугали звуки собственных всхлипов. Сознание выделывало кульбиты, я будто телепортировалась в прошлое и находилась в эпицентре пожара.

Марк схватил меня за плечи и подтолкнул к выходу. Сердце стучало с невероятной скоростью; казалось, что сосуды в теле лопались, как попкорн в микроволновке.

Улица. Свежий воздух. Все позади.

Я плюхнулась на красную лавочку, которая словно ждала посетителей «Дома ужасов» для передышки после череды дурацких пугалок. Сделала глубокий вдох, затем выдох. Мысленно радовалась, что все закончилось, но ноги и руки все еще предательски тряслись. Сознание было совсем не ясное, скорее перевозбужденное.

– Казанцева, ну предупредила бы, что тебе страшно, – сказал испуганный Марк, встав напротив меня. – Нас бы вывели. К чему этот героизм? Я был уверен, что ты отрубишься.

– Я… Мне… – Речевой аппарат дал сбой.

– Казанцева, давай я тебе водички принесу, – прервал мои попытки заговорить Марк. – У тебя даже губы посинели.

Мне было плевать, что подумал Фаталин. Главное, я жива. Марк добежал до ближайшей палатки с мороженым. Не дожидаясь, пока очередь дойдет до него, самостоятельно вытащил из холодильника две бутылки воды, после чего сунул купюру в руку возмущенной продавщицы. Для нее – наглый жест, для меня – рыцарский.

Марк подсел ко мне и вручил бутылку. Я зачем-то приложила ее ко лбу, вместо того чтобы использовать по назначению. Из ниоткуда рядом с лавочкой появились Диана и Артем с возбужденными после аттракциона физиономиями.

Ди перестала улыбаться, когда увидела мое убитое выражение лица. Да уж, вылазки со мной – это тот еще стресс.

– Таня, что случилось? Ты перепугалась? – обеспокоенно спросила подруга, присаживаясь рядом.

– Ты в порядке, Таня? – подхватил Артем.

Марк молчал – видимо, сам пребывал в не меньшем шоке. Я его сильно перепугала. Ну ничего страшного, ему полезно.

– Мне стало нехорошо, – ответила я, убирая бутылку ото лба. – Голова закружилась.

– Ничего себе голова закружилась, – буркнул Марк. – Ты задыхалась и тряслась. Не пойму, что тебя так напугало. Огонь?

Как только Ди услышала про огонь, она все поняла и молча обняла меня. Годунова знала о том, что произошло со мной в детстве, – однажды она увидела ожог на моем левом бедре, и мне пришлось рассказать ей о самом болезненном эпизоде в моей жизни.

– Сейчас с тобой все хорошо? – обеспокоенно спросил Жуков, теребя шнурок своей черной толстовки.

– Да, все супер, – наигранно бодро ответила я, отпрянув от Ди. – Не будем заострять на этом внимание.

Через несколько минут из «Дома ужасов» выбежали Давид и Маша. Они были в восторге, очень сумбурно и громко делились с нами впечатлениями. Мы выслушали их, а затем отправились дальше. Ди периодически спрашивала о моем самочувствии, Артем шел рядом с нами, Маша и Давид были на своей волне, будто пришли отдельно, а Марк плелся сзади со скучающим видом.

– Давайте сюда сходим, – предложил Артем, указывая на цепочную карусель высотой с девятиэтажный дом.

– Может, просто прогуляемся? – ответил ему Марк.

– Страшно? – с дерзкой ухмылкой спросил Жуков у Фаталина.

– Нет, не страшно, – проворчал Марк и зачем-то посмотрел на меня. – Очередь длинная, долго ждать.

– Пусть каждый пойдет туда, куда хочет, – сказала Маша. – Встретимся в восемь на этом месте.

Предложение девушки показалось здравым, и все согласились. Давид и Маша радостно побежали к аттракциону с говорящим названием «Катапульта». Мы остались вчетвером. Артем сообщил, что все еще хочет на большую карусель, и поинтересовался, кто пойдет вместе с ним. Взгляд Дианы буквально молил меня о благословении.

Конечно, подруга жаждала пойти с Жуковым и покружиться бок о бок на двойных местах, но оставлять меня Ди тоже не хотела. Я уж точно не собиралась никуда идти после внезапного приступа. Хватит с меня адреналина. Без звука, только губами, я сказала подруге: «Иди», и на ее лице появилась лучезарная улыбка.

– Я с тобой, – радостно оповестила Диана Артема.

– А вы? – поинтересовался Жуков, посмотрев сначала на меня, затем на Фаталина.

– Спасибо, я пас, – отмахнулся Марк. – Эти карусели-блевастеры не мое.

– Я тоже не хочу. На следующий аттракцион сходим вместе, – будто оправдываясь, ответила я.

Ди и Артем поспешили к карусели, а я осталась один на один с Марком. Опять. Дважды за один день – это много, я не осилю. Мы молча сели на очередную лавочку. Я наблюдала за тем, как Фаталин медленно спрятал руки в карманы джинсов и тяжело вздохнул, словно его привели сюда против воли.

Начать разговор? А стоит ли? Нет, я потом пожалею.

– Каза-а-а-нцева… – Фаталин всегда проговаривал мою фамилию монотонно, растягивая гласные. – Дианка что, запала на Жукова?

– Понятия не имею, – резко ответила я.

Любит сплетничать? А я не буду, точно не с ним.

– У меня для нее плохие новости, – продолжил он, словно не заметив, что этот диалог мне в тягость. – Годунова ему не нравится.

– Сам с собой решил поговорить?

– Нет, с тобой. – Марк повернул лохматую голову в мою сторону. – Лучше скажи ей, чтобы не обольщалась, потом только хуже будет.

Я ничего не ответила, сидела молча и переваривала информацию. Допустим, Ди ему не нравилась, но она же может понравиться? Пусть проведут время вместе, узнают друг друга поближе.

– Почему ты так испугалась фальшивого огня? – Марк подвинулся ко мне и взбесил своим присутствием больше обычного.

Это Фаталин, все еще тот Фаталин, который устраивал мне подлянки. Ни в коем случае нельзя с ним откровенничать и рассказывать о своих слабостях.

– Я не испугалась огня, мне просто стало плохо, – солгала я и приложила ладонь к месту ожога.

– Ну да… – Марк не поверил, слышно по голосу.

Плевать. Я вдохнула свежий осенний воздух и подняла глаза. Багряно-красное солнце медленно опускалось за горизонт, уступая место звездам и луне. Закат. Я с восхищением смотрела на небо, наблюдая за тем, как плыли облака, которые из белой ваты превратились в оранжевые факелы, отражающие солнечный свет. Небесное пламя меня не пугало, скорее влюбляло и завораживало.

Марк притворно закашлял, обращая на себя внимание. Сложно наслаждаться чем-то столь прекрасным в присутствии назойливого дуралея.

– Казанцева, мы учимся вместе десять лет, но я никогда не замечал, что ты чудная. – Он поправил темно-русую челку. – Зависаешь периодически.

Не чудная, а задумчивая. Мои близкие об этом знали и уже привыкли, что я иногда погружалась в свои мысли и не спешила возвращаться.

– А ты неприятный. Это я замечала всегда.

Марк улыбнулся, а я обратила внимание, что его красная толстовка идеально сочеталась с закатом. В голубых нагловатых глазах отражалось светло-оранжевое небо, а тусклые лучи закатного солнца делали волосы парня рыжеватыми. У Марка такие густые ресницы, даже нижние, он медленно хлопал ими и изучающе смотрел на меня.

Я спрятала глаза от смущения. Странное и непонятное ощущение трепета вперемешку с опасностью разливалось где-то в грудной клетке и медленно перемещалось в низ живота. Что это было?

На мое счастье, Артем и Диана вернулись. Я выкинула из головы слова Марка о чувствах Артема, подумав, что он сказал глупость. В смысле Диана не нравится?! Понравится, иначе и быть не могло, – она красивая, добрая, заботливая и веселая.

Мы еще час шатались по парку, рассматривая аттракционы и прилавки уличных магазинчиков. Артем угостил нас с Дианой вкусным шоколадным мороженым. Марк почти все время молчал, послушно следуя за нами с унылой физиономией. Давид и Маша сказали, что хотят погулять до закрытия, – неугомонная парочка так и не пришла на место встречи, отделавшись от нас несколькими сообщениями.

Гриша прибыл ровно в половине девятого на своем стареньком полумертвом BMW. Ксюша была вместе с ним, сидела на переднем пассажирском и пила кофе из бумажного стаканчика. Мы вчетвером подошли к машине, сестра скептично посмотрела на моих товарищей из приоткрытого окна и строго поздоровалась с ними.

– Можно мы подвезем Диану? – спросила я у Гриши.

– Если поместитесь, то залезайте все.

Парни с радостью согласились поехать на машине. Оно и понятно – кто захочет трястись в метро вечером? Мы уселись на заднем сиденье. Я и Диана были по центру, а парни расположились по бокам. Какой-то двойной чизбургер получился, ей-богу!

Фаталин сидел слишком близко ко мне и не знал, куда деть правую руку. Он с полминуты ерзал, не понимая, как расположиться, затем не стесняясь закинул свою чертову лапу мне за спину. Его пальцы случайно коснулись моей шеи, и я резко дернулась. Понятия не имею почему, будто бы молила о помощи, хотя ничего такого не произошло. Марк больше не касался меня рукой, она лежала где-то сверху на подголовнике, но внутри что-то неистово свербело, и это «что-то» сбило мое дыхание. Я даже не услышала, что Ксюша задала мне вопрос.

– Тань, ты спишь, что ли? – возмущенно спросила она, обернувшись.

– Что? – откликнулась я с таким видом, словно меня только что выдернули из параллельной вселенной.

Марк еле слышно хихикнул. Опять, наверное, подумал, что я залипла. Так и было, и все бы ничего… Если бы я не думала о нем, его пальцах и прикосновении.

– Я спросила, у тебя телефон заряжен или нет, – противным учительским тоном повторила Ксюша.

Что с ней? Захотела поиграть во взрослую перед моими одноклассниками?

– Заряжен, – ответила я, передразнивая сестринскую интонацию.

– По лбу получишь, – прошептала сестра и отвернулась.

– Как парк? – спросил Гриша, посматривая на нас в зеркало заднего вида. – Понравился?

– Да, очень, – ответила Ди. – Там настоящий Диснейленд по сравнению с тем, что было.

Ребята начали переговариваться, а я молчала, вдыхая приятный аромат Фаталина. Интересно, это одеколон такой? Или шампунь? Или он сам по себе так пах? Его запах напоминал пачули, только не такой резкий – наоборот, еле уловимый.

– Марк, это твоя остановка? – спросила у парня сестра.

Голос Ксюши вернул меня с небес на землю. Ничего себе, как же быстро пронеслись двадцать минут!

– Да. – Фаталин приоткрыл дверцу. – Всем пока, а тебе, Казанцева, особенно. Я придумал грандиозный розыгрыш, жди.

– Что?! – возмутилась я.

– Мою голову посетила гениальная идея. – Марк вылез из автомобиля и бросил на прощание: – Казанцева, ты проиграешь!

Я растерялась от неожиданности. Пока мысленно поворачивала не туда и думала о его руках и запахе, он разработал коварный план. Нужно было приходить в себя, реанимироваться. Марк – враг, и думать о нем я должна как о злодее.

– Так, Фаталин, я за тобой слежу! – выкрикнула Ксюша, теперь уже изображая мамашу.

Гриша тронулся с места, но его резко окликнул Артем.

– Гриша, можно я выйду? – попросил парень, похлопав по изголовью сиденья. – Догоню Марка. Я забыл, что нам переговорить надо.

Совинский послушно притормозил. Жуков выбежал из машины, шустро попрощавшись с нами, и влетел в подъезд за Фаталиным.

– Интересно-интере-е-есно… – Сестра переглянулась с Гришей. – Мальчишки драться из-за вас не будут?

– Не говори глупостей, – злобно прошипела я.

Мы довезли Диану до дома. Подруга сообщила, что позвонит, и чмокнула меня в щеку на прощание. Я предвкушала, как она будет делиться впечатлениями о моментах, проведенных с Артемом.

Как только Годунова хлопнула дверцей автомобиля, Гриша и Ксюша начали щебетать, обсуждая моих сегодняшних компаньонов.

– Видел, как Марк вымахал? – обратилась сестра к Грише.

– Да, взрослый совсем. – Совинский зыркнул на меня своими зелеными глазами в зеркало заднего вида. – Будет обижать, ты сразу меня зови.

– Да-да, – проворчала я, мечтая, чтобы эти разговоры закончились как можно быстрее.

Тридцатник не за горами, а они все кокетничали как подростки. Гриша не мог признаться в чувствах, а Ксюша делала вид, что у нее их нет. Зато других обсуждали, смакуя каждую мелочь.

– Розыгрыш он приготовил!.. – Сестра обернулась и лукаво подмигнула мне: – Смотрите не заиграйтесь.

– Вы бы за собой следили, – вырвалось у меня.

– Артем, может, побежал разбираться? – предположил Гриша. – Будет за нашу Танюху драться. Не просто же так он после слов о розыгрыше выйти захотел.

Пока эти двое продолжали додумывать, я погрузилась в собственные мысли. Что же затеял Марк? И зачем он меня оповестил? Страшновато и волнительно, но я справлюсь, не дам ему выиграть. Пусть даже не рассчитывает.

Глава 3

Марк

Я ждал лифт и, зажмурившись, мечтал, чтобы отца не было дома. Может, нам с мамой повезет и он останется на работе допоздна? Такое редко, но случалось. Когда мы с мамой спали или делали вид, что спали, он нас не трогал.

В подъезд кто-то зашел. Послышались торопливые шаги, и я разочарованно вздохнул, смиренно принимая тот факт, что в лифте поеду не один. Обернувшись, я ожидал увидеть кого-то из соседей, но передо мной стоял Жуков и глядел исподлобья как бык.

– Ты чего? – Я взглянул на парня вопросительно.

Жуков нервничал. Еще и в подъезд за мной побежал, чтобы отчитать.

– Это я у тебя должен спросить, – отчеканил он со строгой миной.

Двери лифта открылись со скрипом, но я понял, что никуда не поеду. Артем дал мне задание, а я его провалил. Не специально, конечно же.

– Жуков, только не пыхти, – произнес я с улыбкой, но осознавал, что Артем настроен серьезно.

– Я же попросил тебя отвлечь Диану, чтобы я побыл с Таней! – Голос Артема звучал жалобно и грубо одновременно.

Так и было, он позвал меня в этот дурацкий парк аттракционов только ради того, чтобы я отвлек Диану от Тани. Мне эта затея изначально не понравилась, но другу я отказать не мог. Получилось все ровно наоборот: я большую часть времени провел с Казанцевой, пока Артем мучился на аттракционах с Дианой. Годуновой он нравился, это было видно, и то, как Казанцева увиливала от Артема, тоже говорило о многом.

– Это была тупая идея, – сказал я. – Хочешь побыть с девушкой, пригласи ее провести время наедине и без дурацких игр.

– Я не мог, она всегда с Дианой. Уверен, Таня бы и не пошла. А еще я хотел заручиться поддержкой друга, но так и не получил ее.

Артем обиделся. Я действительно перегнул палку. Сначала как-то слишком странно отреагировал на то, что Казанцева решила пойти со мной в «Дом ужасов», а потом выкрикнул про розыгрыш. Я идиот, но так сложно было сдержаться. Это у нас с Таней стиль общения такой, я к нему привык и отучиться пока не могу.

– Ну прости, Тём, – выдавил я из себя.

– Не лезь к ней, – твердо ответил он, сжимая кулаки.

Я даже поежился. Мне не нравилось, когда со мной разговаривали подобным тоном. Почему Артем так зациклился на Казанцевой? За ним толпы девчонок бегали. Все как у Пушкина: «Мы любим тех, кто нас не любит…»

– Остынь, – попытался успокоить я друга. – Поговори с Таней нормально, и все.

– Я боюсь.

Таня нравилась Артему уже год. Об этом я узнал только вчера. Все это время парень ревниво наблюдал за тем, как мы с Казанцевой подтрунивали друг над другом, и молчал. Понять его можно – Таня девочка симпатичная, хоть и немного странная.

– Поговори, и все, – повторил я и вновь вызвал лифт. – Мне домой надо. До завтра.

– Прекрати эту фигню с розыгрышами, – потребовал Жуков, но я ничего не ответил, скрываясь за массивными дверями лифта.

Вышел на своем этаже, открыл дверь, включил свет в коридоре. На полу стояли лакированные туфли отца, и это означало только одно – дьявол в здании. Молитвы были напрасны. Я скинул с себя кроссовки и, прислушиваясь, пошел к ванной. Пока тихо. Наверное, он ел. Я тщательно мыл руки, разглядывая свое недовольное выражение лица в зеркале. Почему-то вспомнил Таню и то, как ее шелковистые волосы разметались по моей толстовке, когда мы сидели вплотную друг к другу в машине.

Черт. Что это было? Мне нельзя о ней думать. Казанцева, вылезай из моей головы сейчас же!

– Сынок! – выкрикнула из кухни мама. – Будешь ужинать?

– Буду.

Пока я переодевался в домашнюю одежду, прислушивался к тому, что происходило на кухне. Голоса отца все еще не было слышно. Я бы обрадовался его молчаливости, но это всего лишь затишье перед бурей.

Зашел на кухню. Отец сидел на своем месте, ел и читал что-то в телефоне. Мама кивком пригласила меня сесть за стол и поставила передо мной тарелку с картошкой и мясом по-французски.

– С кем гулял? – поинтересовался отец, не отводя взгляда от смартфона.

Он знал всех моих одноклассников, ведь несколько лет назад преподавал у нас историю. Потом он отказался от нашего класса, чтобы ученики и учителя не думали, что Игорь Олегович Фаталин делает поблажки своему сыну. Все так ко мне и относились: как к сыну директора, но никто не знал, что у меня нет блата; наоборот, для своего отца – я худший. На работе он всегда был таким добросовестным, интеллигентным, но дома превращался в настоящего зверя.

– С Жуковым, Казанцевой и Годуновой, – ответил я, позабыв, что с нами были еще и Давид с Машей.

– Вы с Татьяной Казанцевой больше не занимаетесь ерундой? – Он наконец поднял на меня свои огромные злые глазищи.

Я хотел огрызнуться, но не стал провоцировать его лишний раз.

– Не занимаемся.

– Вот и отлично. Может, хоть в этом году не будешь меня позорить.

Отец отложил телефон, прошелся ладонью по лысой голове, затем взглянул на маму:

– Я доел. Тарелку прямо сейчас помой, чтобы еда не присохла.

Мама послушно кивнула, а мне захотелось плюнуть в лицо этому чертову педанту, помешанному на чистоте. Это ненормально, что я не люблю своего папу? Я не знаю. Мне всего лишь шестнадцать.

Я молча ел, пытаясь подавить агрессию. Отец встал из-за стола и аккуратно расправил скатерть. Он посмотрел мне за спину, хмуро и злобно. Что-то не так, я знаю этот взгляд. Дьявол прошел мимо меня и остановился в дверном проеме.

– Лена, это что?! – резко крикнул отец.

Я машинально обернулся и увидел, что на стене, рядом с микроволновкой, прямо возле двери красовалось желтое пятно. Зверь нашел повод для нападения.

– Игорь, – мама выдавила из себя нервный смешок, – это я не доглядела, когда мясо готовила.

– Ты слепая курица! – прошипел он сквозь зубы. – Уродливая, криворукая, слепая курица!

Эти слова добили меня окончательно. Я встал и подошел к нему почти вплотную. Сейчас будет порка. Матери достанется за пятно, а мне за то, что я опять за нее заступился.

Таня

Из динамика телефона доносился голос Дианы, которая детально описывала каждый взгляд и жест Жукова. Мне было немного не по себе от слов Фаталина. Вдруг сердце Артема уже занято? Если Диана об этом узнает, ей будет больно, но расстраивать подругу не хотелось. Поспрашиваю у Марка, может, расколется, ведь он сам начал этот разговор.

– Прости, что тебе пришлось тусоваться с Фаталиным, – сказала Ди, и я чуть не подавилась блинчиком, когда услышала его фамилию.

– Все нормально, не так уж и много мы тусовались, – ответила я.

– Мне кажется, что Марк иногда может быть нормальным парнем. – Я услышала, как Годунова вздохнула. – Воды принес, когда ты испугалась. Может, он к тебе неровно дышит, но проявляет чувства только в тупых розыгрышах?

Я вновь почувствовала странное ощущение трепета и вспомнила, как приятно пах Марк. Проклятье! Это что, симпатия? Откуда она взялась и почему именно сейчас?

– Тань, ты тут?

– Ага. – Я дожевала последний блин. – Не говори ерунды, Ди. Ты что, не видела, как он ведет себя с девчонками?

– Как?

– Как придурок, – констатировала я. – Если ему кто-то понравится, он своего не упустит.

– Ладно, не будем о нем, а то ты начинаешь беситься, – успокаивающе произнесла Ди. – У меня к тебе есть просьба.

– Какая?

– Ты же помнишь, что совсем скоро мой день рождения? – Годунова выдержала интригующую паузу, а затем начала тараторить, как радио: – У меня отмечать не вариант, родители всегда дома и ворчать будут. Можно отметить у тебя? Ты же сейчас с Ксюшей живешь, а она у тебя классная, точно разрешит и не будет читать нотации.

– Я даже не знаю.

Ко мне домой никогда не приходили одноклассники, если не считать саму Годунову. Диана наверняка планирует пирушку, а не маленький междусобойчик, иначе бы отмечала у себя. Я пообещала подруге, что поговорю с сестрой, мы пожелали друг другу спокойной ночи и распрощались.

Взглянув на настенные часы, я разочарованно вздохнула: родители так и не позвонили. Они предупреждали, что в отеле плохая связь, но я все же надеялась, что мы будем созваниваться каждый день.

Я пошла на кухню, чтобы отнести тарелку и умолять Ксюшу разрешить Диане отметить день рождения у нас. Сестра что-то сосредоточенно печатала на ноутбуке и не обращала на меня внимания. Почему-то она всегда начинала работать ближе к ночи.

– Ксю-ю-шенька… – обратилась я ласково.

– Что тебе надобно? – спросила сестра, продолжая стучать лиловыми наращенными ногтями по клавиатуре.

– Есть просьба, – начала я. – Можно Диана отметит у нас свой день рождения в следующие выходные?

– Нет, – твердо ответила сестра, продолжая клацать по клавиатуре.

– Почему? Вы же с Гришей постоянно где-то пропадаете на выходных.

Сестра перестала печатать, отодвинула ноутбук и провела по воздуху указательным пальцем, приказывая, чтобы я села напротив нее.

Слушаюсь и повинуюсь.

– Мальчики будут? – вдруг поинтересовалась она, складывая пальцы домиком. Это был ее особый жест для переговоров. У меня появился шанс заключить соглашение.

– Да, но все наши, – ответила я, хотя точно не знала, кого Ди собралась приглашать.

– Алкоголь?

– Нет.

– Сигареты?

– Нет.

Тут я отвечала только за себя и Ди. Мы с ней не пили и не курили, а про остальных я не знала.

– Кто будет убираться?

– Я и Ди.

– Обещаете, что квартира будет идеально чистой к моему приходу?

Чего только не пообещаешь ради любимой подруги! Я чувствовала, что Ксюша уже почти согласна. Остался последний рывок. Уговорить ее оказалось куда проще, чем я думала.

– Да!

– Чтобы без сомнительных личностей, – наказывала она, – без шума и без жалоб соседей.

– Наш сосед – Гриша. Не думаю, что он будет жаловаться, – хихикнула я.

– Сверху живет очень опасная бабуля, не советую ее злить, – серьезно произнесла Ксения, а затем улыбнулась. – Какая же я классная сестра!

– Да-да, ты супер! – бросила я и побежала в комнату, чтобы сообщить подруге приятную новость.

Таня Казанцева:

С Ксюшей договорились. Она согласна.

Диана Годунова:

Обожаю тебя! Обожаю Ксюшу! Спасибо!

Глава 4

Таня

Идти в школу было немного страшно. Слова Фаталина о розыгрыше засели в голове. Зачем он вообще мне рассказал о нем? Раньше мы действовали внезапно, без предупреждений. Еще и эта информация об Артеме, кинутая невзначай. Я переживала, что Диана будет страдать, ведь она еще больше в него влюбилась после прогулки в парке аттракционов. Фантазировала себе всякое, мечтала. Подруга зациклилась на Жукове, говорила только о нем, словно все остальные темы для разговора строго запрещены.

– Пригласить Артема на день рождения? – спросила Ди, вырывая меня из размышлений.

Опять Артем! Что мне ответить? «Ты, скорее всего, ему не нравишься» или «Не приглашай, поищи другого парня»? Влюбленному сердцу бесполезно что-то доказывать.

– Почему бы и нет, – сухо ответила я.

Мы зашли в школу, поздоровались с охранником, который практически всегда был полусонным, и забежали в гардеробную. Переобулись как прилежные ученицы и поспешили на литературу, которую преподавал наш любимый Константин Романович.

На этот раз мы не опоздали – спасибо Диане, которая из-за Артема теперь ходила в школу как на праздник. До звонка оставалось пять минут. Я оглянулась: Марк сидел на своем месте с понурым видом, играл ручкой и ни на кого не обращал внимания. Мне вдруг стало интересно, что у него случилось, но я поймала себя на этой мысли и притормозила. Это не мое дело!

Может быть, спросить у него об Артеме? Диана как раз отвлеклась на болтовню с Машей. Когда девочки обсуждают тот самый сериал, который я не смотрела, – их не остановить.

Я набралась храбрости, подошла к парте Марка и села рядом. Фаталин обернулся. Когда он посмотрел мне прямо в глаза, дыхание перехватило, как от порыва ветра. Я не знала, как начать разговор, а он уставился на меня, недоумевая, почему я подсела. Это была плохая идея. Разве я могла ему доверять? Мы с Марком никогда серьезно не разговаривали, и было уже поздно начинать.

– Казанцева, связь с космосом потеряна? – спросил Фаталин в привычной для него манере.

Мне нельзя так себя вести. Нужно приходить в себя. Срочно. Не дам ему поводов для шуток.

– Ты вчера что-то говорил про Артема и Диану, – сумбурно начала я, стараясь сделать все возможное, чтобы никто меня не услышал.

– До тебя только сейчас информация долетела?

Марк меня разозлил. Я выхватила ручку у него из пальцев и угрожающе направила ее на парня. И это весь мой ответ? Мне что, десять лет? Какой стыд! Раньше я так не терялась и всегда могла ответить ему колкостью на колкость, но сейчас язык словно опух, и я запиналась, каждое мое движение было неловким до безобразия.

– Ну давай, убей меня, Танюша! – сдался Марк, приподняв обе руки.

– Фаталин, мне просто интересно, что ты вчера имел в виду.

Марк подвинулся ко мне и прошептал на ухо сдержанно и спокойно:

– Не нравится ему Годунова. Он в другую влюблен.

Ответил без шуток. Похоже, не врал. Даже страшно от того, насколько сильно я ему не доверяла. Может быть, верно говорят, что счастье в неведении?

– Вот оно как, – проговорила я тихо, устремив взгляд на хохочущую Диану.

Черт, обидно за нее.

Марк слегка наклонил голову, тем самым обращая на себя мое внимание. Наши колени под столом соприкоснулись, но никто не отодвинулся. Он все еще сидел катастрофически близко, и я, к своему большому сожалению, была не против. За последние два дня у нас с Марком произошло слишком много тактильных контактов, и каждый из них запечатлелся в памяти как что-то весомое. Может, дело в подростковых гормонах, на которые так часто ссылаются взрослые?

– Ты для себя Артемом интересуешься или для подруги? – полушепотом поинтересовался он, отпрянув от спинки стула.

– Для себя, – солгала я, чтобы не сдавать Ди.

То ли от разочарования, то ли от излишнего напряжения я забыла о ручке, и она вылетела из моей ладони. Мы с Фаталиным одновременно потянулись за ней и практически столкнулись лбами. Опять его запах прошиб до мозга костей. Марк посмотрел на меня каким-то странным взглядом, не таким ехидным, как обычно. А я обратила внимание на его не прикрытую толстовкой шею. На бледной коже темнел фиолетовый синяк. Я бы его не увидела, если бы не была так близко. Эти несколько секунд измотали меня до невозможности. Ручку мы так и не подняли, резко отстранившись друг от друга.

Откуда синяк? Он подрался? Или это засос? Хотя какая разница. Не мое дело.

– Казанцева, ты теперь тут сидишь? – послышался низкий голос.

Это Артем. Чертов Артем! Я так разозлилась на него, хотя он ни в чем не виноват. Нужно было приходить в себя и медленно спускать влюбленное сердце Ди на землю, а то оно застряло в облаке под названием «Надежда».

– Таня как раз про тебя спрашивала, – сказал Марк с лучезарной улыбкой, но Артем сегодня был слишком серьезен.

– Ты что-то хотела, Тань? – Голос Артема стал немного мягче, но лицо оставалось хмурым.

Я поднялась с места. Отчего-то меня не покидало ощущение, что нас с Фаталиным застукали за чем-то неприличным.

– Я уже не помню, – бросила я и неловко помчалась к своей парте.

В класс зашел Константин Романович, немного замешкался, поворчал и озвучил тему урока. Я делала вид, что внимательно слушаю его, но на самом деле мне было плевать, ведь в голове плавали одни и те же мысли о Диане и немножечко о Фаталине. Почему так страшно говорить правду? Почему я так боялась, что Ди на меня обидится?

– И что это было? – шепотом спросила подруга, кивая в сторону Марка.

– Ты про что?

Я почувствовала на себе пристальный взгляд Константина Романовича и опустила голову, чтобы не смотреть на учителя.

– Казанцева, будь добра всем рассказать, «что это было», – повторил за Дианой учитель, и я чуть не сгорела от стыда.

Класс залился смехом, будто бы все знали, о чем речь. Нужно было выкручиваться. Мои одноклассники – коршуны, и если дать слабину, то они сразу вцепятся своими пубертатными когтями, и я стану новой мишенью для глупых подтруниваний.

– Это было просто невероятно – то, как вы четко и уверенно озвучили тему урока. Я вся внимание, – выдала я уверенно первое, что пришло на ум, и заулыбалась как дурочка.

Пусть это прозвучало по-идиотски, но я вышла из положения. Не позволю стыдить себя.

– Вот Казанцева, вот молодец! – саркастично произнес Константин Романович. – Выходи к доске, будешь сегодня в центре внимания.

Ох уж эти интерактивы! Ни одного урока литературы без сценок. Я выдержу, главное – не сбить боевой настрой и не улететь в собственные мысли. Встала возле доски, дожидаясь задания от учителя, который задумчиво водил рукой по своей плешивой голове.

Константин Романович наш классный руководитель с пятого класса, а я так и не поняла, сколько ему лет: то ли тридцать, то ли сорок. Я серьезно, есть такой тип людей, который выглядит и молодо, и старо одновременно. Обычно они круглолицые, у них идеальная кожа, но есть нечто выдающее зрелость. В случае с Константином Романовичем – это была лысина на затылке, а еще он очень странно одевался. Костюмы его всегда были на несколько размеров больше необходимого и висели на учителе нелепо и немного комично. Тем не менее у него были добрые глаза, которые говорили об отсутствии враждебности, даже когда он делал замечания.

– Сегодня мы вспомним произведения, которые проходили год назад, – огласил учитель. – Жуков, подойди, пожалуйста, к Казанцевой, а то ты что-то заскучал.

Артем бодро поднялся с места, Марк недовольно вздохнул и посмотрел на друга. Между ними витало явное напряжение – видимо, вчерашний разговор был весьма неприятным. А вдруг этот синяк – следствие их беседы? Нет, это бред, с чего бы им драться?

– Делимся на две группы, – жестикулируя, начал объяснять правила учитель. – В команде Казанцевой будут: Василевская, Демкина, Фаталин и Немчинко. В команде Жукова: Годунова, Кравченко, Святкин и Шелих. Те, чья команда выиграет, получат пять.

У меня была команда мечты. Фаталин и Немчинко – это дуэт, сошедший с небес. Уверена, что Марк будет специально вредить, а Леша – местный клоун, который никогда ничего не делает серьезно. Василевская Дарья – отдельная тема для обсуждения, мы с ней никогда не ладили. Она противная, глупая выскочка. Демкина Маша – единственная, на кого я могла рассчитывать.

Две команды расселись по местам. Константин Романович восторженно хлопнул в ладоши и рассказал, что раздаст нам карточки, на которых написаны названия произведений. Мы с Артемом должны придумать для своих команд по три слова-ассоциации для каждого произведения, но без упоминания имен героев и названий. Ребята должны угадать, о какой книге идет речь, за пятнадцать секунд.

Команда Артема отгадала четыре произведения из десяти. Теперь моя очередь.

Выпала «Бедная Лиза».

– Э-э, – я потерялась в потемках воспоминаний о книге и ляпнула первое, что пришло в голову: – Суицид, сентиментализм, обман.

– О мой бог, это каждый первый сериал, который смотрит моя мама, – уныло произнес Леша.

– «Бедная Лиза», – спокойно ответил Марк. – Давай дальше.

Видимо, мы не в полной заднице. Я взяла вторую карточку, и там – «Евгений Онегин». Можно выдохнуть, это слишком просто.

– Любовь, письмо, ножки.

– Ножки? – переспросила Маша.

– Куриные, что ли? – подхватил Леша, который забыл, как игриво читал вслух отрывок из романа.

Константин Романович засмеялся.

– «Евгений Онегин», – вновь ответил Фаталин так беззаботно, словно знал ответ заранее.

Марк выручал своими познаниями в литературе. Видимо, азарт и возможность получить халявную пятерку сближают. Я взяла следующую бумажку, с «Горем от ума», и выдала свой вариант цитаты, которая пришла на ум:

– Счастливые, часы, наблюдать.

– «Горе от ума», – быстро отгадал Марк и подмигнул мне.

Задание было легким, но только для тех, кто читал книги. Увы, в нашем классе книголюбов мало. Марк порадовал Константина Романовича, который явно не ожидал, что мы так прекрасно справимся с заданием.

Далее мне попалось «Слово о полку Игореве», затем «Медный всадник» и «Мертвые души». Фаталин в одно мгновение угадывал произведения, пока остальные тормозили и выкрикивали глупости.

– Справедливо будет, если пятерки получат только Фаталин и Казанцева, – объявил учитель, и со стороны моей команды раздались недовольные возгласы. – Они вдвоем работали как команда, а остальные даже не пытались.

– Так нечестно! – прокричал Леша. – Кто виноват, что Фаталин так быстро отвечал?

– Алексей, ты отвечал бы быстрее, если бы удосужился открыть хоть одну книгу. – Учитель зыркнул на Немчинко исподлобья, намекая на то, что уступок не будет.

Недовольные замолкли, мы с Марком благодарно кивнули друг другу, и я села на место. Диану жизнь ничему не научила, и она опять начала спрашивать:

– Что происходит? Вы с Марком теперь друзья? Зачем ты садилась к нему? Что за переглядки?

– Притормози, – прошептала я раздраженно. – Просто стечение обстоятельств, ничего личного.

Звонок спас меня, но ненадолго. После того как мы вышли из класса, Ди продолжила спрашивать про Фаталина. Может, рассказать ей о том, что во мне родились странные чувства? Почему бы и нет, не только Годуновой постоянно болтать про парней. Я взяла подругу под руку и потянула в сторону женского туалета. Мы прошли внутрь, она растерялась, а я, как истинный параноик, начала смотреть под кабинки, проверяя, нет ли кого в помещении.

– Казанцева, ты что, придумала для Марка какой-то прикол? – спросила она, поправляя свою черную косу.

– Ди, происходит странное. Мне кажется, что внутри меня есть что-то к Марку, – выдала я несвязно и почему-то безумно занервничала.

– Внутри тебя есть что-то? – Годунова скривилась так, словно выпила уксуса. – До тебя наконец-то дошло, что он тебе нравится?

– Замолчи! – выкрикнула я. Произнесенные вслух, эти слова звучали ужасно. – Это просто временное помутнение рассудка. Только вчера и немножко сегодня.

Ди захихикала, а я чуть ли не скрипела зубами от злости. Над ее чувствами я никогда не смеялась.

– Это ты из-за Фаталина перестала нормально формулировать мысли? – Это прозвучало как издевка, но добрая издевка. – Я видела, как вы друг на друга пялились. Даже у меня сердце на пару секунд замерло.

– Это пройдет?

Выражение лица Ди стало серьезным, она положила руку мне на плечо:

– Тань, чувства – это не сыпь. Волшебной пилюли от такого недуга, как влюбленность, не существует. Я давно поняла, что Марк тебе нравится, иначе ты бы не заморачивалась так с розыгрышами.

Годунова сошла с ума. Какая влюбленность?!

– Нет, – опровергла я. – Я только вчера что-то почувствовала. Понимаешь, от него так приятно пахнет, и волосы…

– О-о-о, – прервала меня Диана, – все намного хуже, чем я думала. Казанцева, для начала покончи с розыгрышами, объяви перемирие, ведь разбираться с чувствами в таких условиях – это пытка.

– Сейчас его очередь устраивать подлянку.

– Меня всегда пугало, что у вас есть правила. – Диана закатила глаза. – Ну попроси его не разыгрывать тебя или подожди, когда он сделает дело, и не продолжай. В конце концов, вы старшеклассники и пора заканчивать с детскими шалостями.

Подруга была права. Мне необходимо закончить нашу игру как можно быстрее. Розыгрыши не могли длиться бесконечно. Тем более мне не нравилось то, что я чувствовала, и это можно прекратить, только если пресечь любое взаимодействие.

* * *

Я пришла домой, захватив из школы странное чувство эйфории. Это все Дианка, она заразила меня романтическим настроением, ну и еще Марк, взгляд которого отпечатался в моей памяти.

Я так и не решилась рассказать Годуновой о том, чем со мной поделился Фаталин. Мне не хотелось становиться гонцом с дурными известиями. Посоветуюсь с Ксенией, у нее в подобных делах больше опыта.

– Привет всем, – поздоровалась я с бессменным дуэтом, вросшим в кухонный диванчик.

Ксюша сидела и уплетала чипсы, а Гришаня показывал ей видео на телефоне, и они звонко хохотали.

– Мне нужен совет взрослых, – сказала я, и ребята резко изменились в лице.

– Мне тоже, – отшутился Гриша и вместе с сестрой продолжил зубоскалить.

Я закатила глаза. А они точно взрослые?

– Ладно, говори, Танюш, – добродушно попросила Ксюша, и я приземлилась напротив сладкой парочки.

Я рассказала про ситуацию с Дианой и Артемом. Ребята кивали и внимательно меня слушали. Интересно, они сталкивались с подобным в школе? Наверняка да. Храм знаний – источник подростковых любовных драм.

– Пусть сами разбираются, – посоветовал Гриша. – В таких делах третий – лишний. Твоя Диана рано или поздно поймет, что неинтересна Артему, и успокоится.

– А мне кажется, лучше рассказать, чтобы Диана не натворила глупостей. – Сестра протянула мне пачку чипсов, но я отказалась. Мне и отравы в виде Фаталина в жизни хватало. – Тебе Марк все это сообщил? С каких пор ты доверяешь ему?

– Смысл ему врать? – спросила я.

Марк говорил серьезно. Не похоже, что он обманывал.

– Может, это опять его розыгрыш? Возьмет и поссорит вас, – предположила Ксюша.

– Дайте мне номерок этого Марка. Я устрою ему такой розыгрыш, век не забудет. – Гриша заметно напрягся. – Что это за развлечения такие?

– Мы никогда не впутывали в наши розыгрыши посторонних, это своего рода кодекс, – успокоила я ребят. – Лучше скажите: кого из вас мне послушать?

– Давай компромисс! – Гриша театрально хлопнул ладонью по столу. – Подожди недельку, посмотри, как пойдет, а потом расскажешь.

Ксюша с ним согласилась, и я немного расслабилась. Слава богу, у меня были советчики. Я могла обсудить ситуацию со взрослым парнем и со взрослой девушкой, оценивая их разные позиции. Это удобно.

– Танюш, – мягко обратилась ко мне сестра, – а тебе не кажется, что именно ты нравишься Артему?

– Глупости! – фыркнула я. – С чего бы?

– Ну, например, с того, что вчера он позвал вас в парк, а потом побежал за Марком после того, как тот наговорил глупостей. – Ксюша посмотрела на Гришу, а тот закивал в знак согласия. – Вы с Артемом никогда близко не общались, с чего ему приглашать вас, если Диана ему совсем не нравится.

– Так и есть, – подтвердил Гриша. – Я тоже заметил странные романтические вибрации со стороны блондинчика.

– Точно нет, – уверенно ответила я. – Это была бы катастрофа.

Марк

– Интересно, сколько раз я должен просить тебя не лезть к Тане? – опять завел свою шарманку Артем.

Жуков как комар, который пищит над ухом полночи. Накрываешься одеялом с головой – все равно слышно.

– Я не лез. Ты просто сходишь с ума от ревности. – Я специально отвечал максимально безучастно, чтобы он быстрее отстал.

– Что она у тебя спрашивала?

– Она спрашивала, кто тебе нравится.

– И что ты ответил?

– Ничего. Сам говори с ней, ясно?

Как же меня бесил Артем! Наверное, неправильно так реагировать на друга, но я не выдерживал его эмоционального давления и тупых вопросов.

Вылетел из школы пулей, чтобы избежать бредовых разговоров с Жуковым. Домой идти не хотелось, ведь мы с отцом ночуем вдвоем, а у мамы суточная смена. Она работала хирургом в районной больнице и очень уставала, проводя по шесть операций в день. Маму жалко, и я недоумевал: почему она до сих пор жила с этим демоном, которого язык не поворачивался назвать отцом? Видимо, во взрослых отношениях была какая-то неведомая для меня грань или свои правила. Я свернул к гаражам и отправил сообщение отцу: «Вернусь поздно». Ему было плевать, но предупредить надо, иначе бы он взорвался.

Между гаражами и автобусной стоянкой находился небольшой участок. Мы называли его «Остров». Там до самого вечера тусовались ребята из седьмого детского дома. Я часто проводил время с ними, чувствуя тесную связь. Словно я был как они: сиротой, только с отцом-тираном и мамой, которая никогда меня не защищала.

– Смотрите, кто пришел, – обрадовалась мне Яна Аксёнова. – Если Марк здесь, значит, мы будем играть в карты до самой ночи.

– Доброго дня! – поприветствовал меня Андрей Зимин, следом за ним протянул руку и Паша Фаинский.

Андрюха парень умный и взрослый не по годам – если честно, он чертов гений. Это с его подачи я так увлекся литературой, не хотел отставать. Пашка угрюмый, вечно депрессовал и впадал в меланхолию. Было в нем что-то интересное и загадочное, он мне нравился. Яна раскрепощенная девочка, кокетливая. Мы с ней целовались трижды. Она будто бы искала повод коснуться меня своими красивыми пухлыми губами, а я был не против.

– Раз ты здесь, значит, что-то стряслось, – констатировал Андрей, поправляя очки в квадратной оправе. – Проблемы в школе или дома?

– Да фигня. – Я махнул рукой и скинул рюкзак на землю рядом с деревянным самодельным столом.

Мы с ребятами просидели до десяти вечера: играли в карты, болтали о насущном, делились проблемами. Потом произошло непредвиденное: нагрянула полиция. Мы схватили сумки, рюкзаки и рванули с места. Двое полицейских подкрались незаметно и, притаившись, ждали своего выхода за кустами. Детдомовским попадаться нельзя – они нарушили «комендантский час», поэтому я набрался смелости и отвлек внимание полиции на себя.

– Эй вы, догоните? – начал дразнить их я, ринувшись с места.

Дяденьки в форме растерялись, не понимая, кого ловить, когда мы ломанулись со всех ног в разные стороны. Иногда сотрудники полиции заглядывали на «Остров» и вели себя грубо с ребятами. Мои друзья – из детдома, за них заступиться некому, и менты это прекрасно понимали.

Бывало, попадались и адекватные блюстители порядка, которые относились к нам с пониманием и ограничивались парочкой замечаний. Сегодняшние были не из их числа. Полицейские обратились к нам не иначе как: «Эй вы, детдомовская шушера!»

Я пронесся мимо пустой автобусной стоянки. Не знаю, зачем продолжал бежать, ведь полицейские оставили попытки догнать меня и вернулись обратно в белую тачку с мигалкой. Я быстро шагал по дворам, судорожно вдыхая прохладный сентябрьский воздух. Похолодало, но я любил осень и то, как шуршали опавшие листья под ногами. Небо хмурилось и прятало солнце; природа отдыхала от жары; люди неохотно надевали на себя куртки и шапки; дул морозный ветер, и дышалось как-то легче.

Я подошел к дому и посмотрел в окна своей квартиры. Свет горел – значит, отец дома. Я устало вздохнул и медленно зашагал к подъезду, оттягивая время возвращения домой. Синяк на шее еще болел. В этот раз отец яростно вцепился в меня своими щупальцами и ударил кулаком в живот. Мне практически удалось увернуться. Отец больше меня, сильнее, но ничего, мы еще посмотрим, кто кого.

Смирившись со своей участью, открыл дверь в подъезд. Я надеялся, что отец слишком устал и не будет доставать меня сегодня.

Таня

На часах было пол-одиннадцатого. Я болтала с мамой и папой по видеосвязи. В Китае пять утра, но родители еще не адаптировались под новый режим. Папа рассказывал про местный климат и жаловался на длительный джетлаг, мама подтрунивала над ним и постоянно спрашивала у меня про школу. Я не упустила возможности похвастаться пятеркой по литературе, о дне рождения Ди умолчала – мало ли, вдруг не разрешат.

– Что тебе привезти? – заботливо поинтересовалась мама. – Местные сладости необычные, красивых вещей много.

– Давай купим тебе сарафан, а то Ксюша жалуется, что ты у нее воруешь, – с усмешкой предложил папа, смотря на меня через экран.

– Она уже наябедничать успела! – с упреком произнесла я. – Подумаю над этим предложением. Вы, главное, себя привезите, и побыстрее.

У моих родителей был свой бренд декоративной косметики, который назывался E&V – это их инициалы, Ева и Владислав. Они держали бизнес уже двадцать лет, и дела шли весьма успешно. Маму и папу часто приглашали на выставки и конференции в другие страны. Целевая аудитория бренда – визажисты и салоны красоты, которые покупали косметику оптом. Я тоже пользовалась товарами E&V, но редко, мама говорила, что краситься в моем возрасте – преступление.

– Ладно, доченька, у нас завтра тяжелый день, попробуем поспать, и ты ложись, – попрощалась мама.

– Хорошо, спокойной ночи.

Я послала родителям воздушный поцелуй, они помахали мне на прощание, растворившись в пикселях из-за плохой связи, и отключились. Родные подняли мне настроение, и я задумалась, что заказать родителям. В Китае много всякой всячины, есть из чего выбрать. Одежда, обувь, бижутерия…

Мои размышления прервал дверной звонок. Кто заявился к нам так поздно? Неужели Ксюша кого-то позвала? Вот засранка, я тоже на нее наябедничаю.

Я поднялась с дивана и прислушалась к звукам в коридоре. Дверь открылась, и Гриша спросил: «Что ты тут делаешь?» Затем послышался обеспокоенный голос сестры: «Что случилось, Марк?» Я остолбенела.

Марк? МАРК?! Мне не послышалось?

Я приоткрыла дверь, выглянула в коридор и не поверила своим глазам. На пороге стоял Фаталин во плоти, красный, взмыленный и нервный.

Глава 5

Таня

Марк стоял на пороге, а я терялась в догадках. Что он тут делает? Вот так сюрприз на сон грядущий. Я даже проморгалась, чтобы проверить, явь ли все это. Ксюша, само собой, смотрела на меня и ждала объяснений. Я бы с радостью их дала, если бы понимала, что, собственно, происходит.

– Марк, уже поздно, придешь в гости завтра, – спокойно сказал Гриша, взяв на себя инициативу и прерывая неловкое молчание.

– Я хотел попроситься на ночь, – заявил Марк, а мне померещилось, что у него заплаканные глаза.

А может, и не померещилось. У Марка явно что-то случилось, либо же он первоклассный актер. На ночь? Что он придумал? У него друзья закончились? Нет, тут точно был подвох, я его всем нутром чувствовала.

– Вот это новости, – с ноткой надменности в голосе проговорила Ксюша. – Может, расскажешь, что у тебя стряслось?

Никогда не видела Марка таким растерянным: на его лице словно отпечатался шок. Глаза парня, пустые и потускневшие, источали пронзительный холод, от которого стало не по себе.

– У меня небольшие проблемы. – С губ Фаталина слетел нервный смешок. – Родители уехали, а я без ключа. К Артему пойти не смог, он не отвечает. Леха… У Лехи ночевать негде – там пять человек ютятся в двушке. Больше у меня друзей нет. Вспомнил, что вы без родителей, и подумал: вдруг впустите?

Марк спрятал глаза. Он лгал. Куда это родители уехали с ночевкой, не позаботившись о сыне? Бред, выдуманный на ходу. Похоже, что семья Фаталиных не такая идеальная, как мне казалось. Еще и синяк на шее не давал мне покоя.

– Марк, проходи, – пригласил Гриша. – Спокойно расскажешь нам, что с тобой стряслось.

– Я уже рассказал. – Марк пытался говорить сдержанно. – Ладно, это была плохая идея. Я пойду.

Фаталин развернулся и попытался открыть дверь, но у него не вышло. В бешенстве он ударил по ручке. Мы с Ксюшей испуганно глянули на Совинского, который взял на себя роль главы нашей семьи. Гриша оттащил парня от двери за локоть со словами: «Дверь тебе ничего не сделала» – и жестом приказал снять обувь.

– Мне можно остаться? – спросил взволнованный Марк у Гриши, который, по идее, подобные решения не мог принимать.

У Фаталина был все еще злобный вид и истерический настрой не пропал, но он держался изо всех сил, сжимая руки в кулаки. Таким я его не видела никогда – обычно он расслабленный, спокойный и безмятежный, но теперь его состояние можно было описать антонимами вышеупомянутых прилагательных.

Мы с Ксюшей прошли на кухню за молодыми людьми и сели за стол. Марк смотрел на меня в упор, а я вспомнила, что на мне пижама. Детская пижама с Винни Пухом, которую я ношу лет с тринадцати. Она уже мне мала и выцвела, но я все никак не могла с ней расстаться. Наверное, взвинченному Марку до моего внешнего вида дела не было.

– Марк, ты поругался с родителями? – серьезно спросил Гриша, протягивая Фаталину стакан с водой.

– Спасибо, – тихо сказал Марк и снова опустил глаза. – Мне обязательно рассказывать?

– Нет. – Гриша улыбнулся. Тон его голоса был таким мягким, что я на месте Марка не удержалась бы и выдала бы ему все свои секреты. – Мы должны убедиться, что они сейчас не бегают по дворам и не ищут тебя.

– Не бегают, – хмыкнул Марк.

Фаталин достал телефон из кармана, ввел пароль и протянул Грише.

– Вот видишь, я маме написал, что ночую у друга. – Фаталин ткнул пальцем в экран. – Она сегодня в ночь работает. Мы с отцом были вдвоем и повздорили. Семейные проблемы. С кем не бывает.

– Твой папа пьет? – вдруг вмешалась Ксюша и тут же получила в ответ возмущенный взгляд Гриши.

– Заканчивайте допрос, – вздохнул Марк. – Просто скажите: можно переночевать или нет?

– Нам с Ксенией нужно удалиться. – Гриша встал из-за стола, сестра послушно последовала его примеру, и оба скрылись за дверью.

Начались переговоры. На повестке дня Фаталин и его внезапный визит. Я даже догадывалась, что именно они будут обсуждать. Никто не решится выгнать подростка в таком взбудораженном состоянии на улицу, тем более ночью. Конечно, я не доверяла Марку, но его вид говорил сам за себя.

– Ты же понимаешь, что я не пришел бы сюда, если бы у меня был выбор? – обратился Фаталин ко мне и провел пальцем по запотевшему стеклу стакана.

Меня задели его слова, но вряд ли Марк хотел нагрубить. Кажется, он был не в состоянии ерничать. Но изо рта выскакивает разное, особенно когда ты на нервах. Я это поняла и приняла.

– Это у тебя «пожалуйста» такое?

– Прости, Казанцева, – сказал он и сделал несколько глотков воды.

У Марка тряслись руки, я не могла не обратить на это внимания. Казалось, что каждый глоток давался ему с трудом, будто бы стакан вибрировал в ладони. Его глаза смотрели в никуда, а волосы были мокрые. Что должно случиться, чтобы Фаталин так испугался? Он бежал со всех ног, оттого и вспотел?

Никогда бы не подумала, что буду испытывать по отношению к Марку нечто большее, чем легкое раздражение. Мне стало его жаль, он выглядел разбитым и растерянным, как испуганный дикий зверек, но все еще пытался держать лицо.

На кухню вернулись Ксюша и Гриша. Лица были такие серьезные, будто бы они обсуждали дальнейшую судьбу всей Галактики на инопланетном консилиуме.

– Марк, ты остаешься, – вынесла вердикт Ксюша. Фаталин открыл рот, чтобы что-то сказать, но сестра остановила его жестом: – Надеюсь, у Тани не будет никаких проблем из-за того, что твой отец директор школы. И помните, я не сплю ночью, работаю. Чтобы без шороха в коридоре и беготни по комнатам. Это лагерь, и сегодня я ваша вожатая. Отбой через полчаса, подъем в семь, любые нарушения наказуемы.

– Марк, если это какой-то тупой розыгрыш, – строго обратился к парню Гриша, – я такое тебе устрою, ты даже представить себе не сможешь!

– Спасибо, – тихо поблагодарил Фаталин. – Это не розыгрыш, честно. Я бы никогда не стал… Спасибо.

* * *

Я смотрела в потолок, забросив отчаянные попытки уснуть. Сняла наушники и выключила музыку – она не помогала, а, наоборот, заставляла бодро прыгать по волнам воображения. Я представляла себе всякое и не могла спокойно лежать на месте, даже когда играли самые заунывные треки из плейлиста для сна.

Непросто перестать думать о Фаталине и закончить мысленно перебирать варианты того, что с ним могло случиться. Марк нуждался в друге, который помог бы ему и поддержал. Могла ли я стать таким другом? Мне хотелось, очень хотелось. Даже мысль о том, что наши отношения могли стать чуть ближе, заставляла мое сердце сбросить незримые оковы.

Я сказала себе: «Казанцева, тормози!» Один день ничего не значил, он все еще тот самый Марк – задира, с которым у меня были весьма странные отношения.

Я взяла со стола планшет в надежде, что какое-нибудь видео поможет заснуть. Открыла YouTube и посмотрела рекомендации: «Прическа за пять минут», «Топ-3 средства от целлюлита» – это еще откуда? Ксюша опять заходила с моего аккаунта? Когда она уже перестанет переживать из-за фигуры? Пролистала далее – «Кошмар в Ишвуде. Их секреты узнали все». Документалка с любимого канала Ди, я зачем-то включила ее и поняла, что теперь точно не усну.

«После зверского убийства семнадцатилетней девушки в маленьком городке начали происходить страшные вещи», – произнес низкий голос за кадром, пока на экране транслировалось слайд-шоу с фотографиями рыжеволосой красавицы.

Внезапно на телефон пришло уведомление, и я отвлеклась, откладывая планшет в сторону. Неужели Ксюша услышала, что я не сплю, но ей лень поднять задницу со стула?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.