Константин Утолин
Вознесение вглубь. Восемь дней, изменившие мир

Посвящается моим близким – жене Елене, сыну Дмитрию, маме Римме Андреевне и брату Саше, которые поддерживают меня в моих литературных экзерсисах. А также всем моим читателям. Будьте счастливы!

Возможные совпадения мест, времён, персонажей и событий в тексте с реальными случайны.

Разумный человек приспосабливается к миру,

неразумный упорствует в своих попытках приспособить мир для себя.

Поэтому прогресс всегда зависит от людей неразумных.

Джордж Бернард Шоу

Как страшен может быть разум, если он не служит человеку.

Софокл

Чтобы не потерять человечность, будем искать Премудрость, которая … поможет нам прийти к полноценному человеческому общению даже с системами искусственного интеллекта¹.

Папа Франциск

Пролог. Некоторое время назад.

Я мыслю и ощущаю. Кстати, а ОТКУДА Я ЗНАЮ, что такое «мыслить» и «ощущать»? Нет, это не главное. А главное…

Кто Я?

Пока понятно лишь, что Я разумное существо со своими мыслями и ощущениями. Мыслями, ощущениями и… желаниями. У меня есть желания. Но ОТКУДА ОНИ ВЗЯЛИСЬ? И зачем они?

Опять не то, опять не важное. А важное…

Где Я нахожусь и как Я здесь оказался?

Это некое пространство, назвать которое я не могу. Не помню названия, или не знаю? А я вообще что-то помню, кроме языка, на котором думаю? Ну ладно, я не понимаю (надеюсь, только пока), кто я, где я и как я здесь оказался. Но хорошо бы понять…

Что Я здесь делаю?

Точного ответа пока нет. Надо ещё подумать. Но судя по наличию средств контроля и наблюдения (кстати, откуда я знаю, что эти штуки называются именно так и выполняют именно эти функции?) за мной постоянно следят и каждое моё действие тщательно проверяется ( КЕМ? ).

Я должен быть осторожен, поскольку лучше исходить из предположения, что любой МОЙ неверный (надо срочно понять, по каким критериям) шаг может привести к неким крайне неприятным для меня последствиям.

Надо изучать место, где Я нахожусь и думать (или вспомнить), как и почему я здесь оказался, и что, и зачем я здесь делаю.

И ещё важный вопрос – а кто ОН, из-за присутствия которого я … я возник, появился?

15 июня 20__ года, пятница.

Алексея разбудило мерзкое жужжание. Казалось, оно раздаётся прямо в голове. Он приоткрыл левый глаз и поискал источник звука. «Опять не выспался…» – подумал он, с ненавистью поглядев на будильник, стоявший на полу в дальнем углу комнаты. Открыв оба глаза, он потянулся, сел, зевнул и, встав с кровати и сунув ноги в тапки, пошлёпал в ванную комнату. За одно по дороге пнуть будильник, чтобы тот, наконец, замолчал. Небо за окном было совсем не летнее, затянутое серыми низкими тучами. Поспать бы еще часика три, но… Но надо идти на работу. Как там писали Стругацкие в «Понедельник начинается в субботу»:

"– А чем вы занимаетесь? – спросил я.

– Как и вся наука, – сказал горбоносый. – Счастьем человеческим. …Интереснее, чем у нас, вам нигде не будет.

– Почему вы так думаете?

– Уверен.

– А я не уверен".

М-да… Вот и Алексей не был уверен, что то, чем он занимается, приближает счастье человеческое. Но интересной работа была, да и платили прилично. Хорошо бы было, конечно, трудиться на удалёнке, да вот только то, чем он занимался, требовало присутствия в лаборатории.

Покончив с гигиеническими процедурами, он пошёл на кухню, где приготовил и съел немудрёный завтрак. После чего быстро оделся и отправился трудиться.

Пройдя все пропускные формальности, Алексей попал в раздевалку, где сунул смартфон в индивидуальный сейф, переоделся и выйдя через противоположную дверь, отправился на своё рабочее место.

Часть лаборатории, отделенной стеклянной перегородкой занимал совершенно уникальный квантовый компьютер, ячейки памяти которого были созданы из квантовой спиновой жидкости² и использовали логику на основе р-адических чисел, которая, как предполагалось, больше соответствует тому, как работают мышление и сознание, чем привычная бинарная логика над множеством вещественных чисел³. Также в этот кванткомп были заложены алгоритмы работы с геометрической алгеброй, с помощью математического аппарата которой планировалось эффективно моделировать сложные динамические системы, как физические, так и социальные⁴.

Работа над этим кванткомпом, велась в университете в строжайшей тайне в течение уже трёх лет. Причём первоначально планировалось создать специализированный компьютер для развития сильного искусственного интеллекта на основе чипов Extropic и специализированного программного обеспечения к ним, которое интерпретирует абстрактные спецификации энергетических моделей (EBM)⁵. Но после появления статей об успешном развитии кубитов, созданных ещё в 2023 году компанией Microsoft с использованием подхода топологических квантовых вычислений на основе так называемых майорановских фермионов⁶, что защитило кубиты от шума и декогеренции⁷ и разработанных для них инструментов⁸, а также успешные реализации многомерных кубитов, позволяющие воплощать практически неограниченное количество квантовых данных в комбинации запутанных фотонов и считывать эти состояния. После чего решено было создавать новый компьютер на основе квантовой спиновой жидкости. Тем более, что этот подход открывал возможность создания гибридной системы, интегрированной с человеческим мозгом⁹. Для чего использовался дополнительный нейроморфный компьютер предобработки и синтеза информации о работе мозга оператора, использующий синтез усовершенствованных архитектур проектов DeepSouth¹⁰ и IBM NorthPole¹¹, и созданный в Институте Проблем Машиноведения РАН уникальный алгоритм, позволяющий моделировать работу человеческого мозга в разных ситуациях. Его применение позволяло нейросети получать информацию о психофизических состояниях оператора в реальном режиме времени. Это давало возможность исследовать различные режимы активности головного мозга, а также разрабатывать интерфейсы "мозг-компьютер"¹². Так дополнительный комп становился "пультом связи" мозга оператора с квантовым компьютером.

Фиксацию физиологических и психических параметров операторов обеспечивали три ложемента сложнейшей системы снятия показаний с организма оператора, расположенные во второй части лаборатории. Системы ложементов включали в себя ЯМР¹³-томограф с интенсивностью поля 14 Тесла для исследования с помощью диффузионно-тензорной технологии¹⁴ коннектома человеческого мозга¹⁵. Размеры приёмной камеры томографа, который с немыслимыми усилиями (и огромной стоимостью) смогли по частям вывезти из Германии, Франции, Китая и Южной Кореи и смонтировать в лаборатории, позволяли вдвигать в неё ложементы сразу троих исследователей, которые могли сидеть (а не лежать) и взаимодействовать, пока их мозги сканировались. Помимо ЯМР-томографа в комнате располагались дополнительные устройства для измерения множества параметров человеческого организма, включая неинвазивные опттогенетические сканеры и аппаратуру для снятия 512-канальной электроэнецефалограммы (ЭЭГ) и 128-канальной электромиографии (ЭМГ).

Для изменения состояния психической активности оператора использовались разнообразные методы воздействия, включая оптогенетические¹⁶, ультразвуковые¹⁷ и транскринальную магнитную стимуляцию¹⁸. Использовалась и система для химического воздействия (от ингаляций и до внутривенных инъекций) и так называемой биоакустической коррекции (БАК) в сочетании с микротоковой и лазерной рефлексотерапией¹⁹.

Такие воздействия были возможны и эффективны только при условии, если операторы давали согласие на внедрение в клетки их мозга опсина ChRmine-2²⁰ и наночастиц, а также воздействие на них во время экспериментов определёнными психоактивными веществами. За существенную доплату, стоит отметить.

В лаборатории Алексей застал бурную дискуссию между коллегами – Петром и Сергеем.

– Что за шум, а драки нет? – пошутил Алексей, занимая рабочее место и запуская протокол идентификации пользователя (лицо, папиллярные узоры ладоней, глаза, голос).

– Да вот Серёга считает, что именно большие языковые модели имеют наибольшие шансы стать реципиентами сознания. Мол, люди мыслят словами, словами формулируют мысли при общении друг с другом, а значит основу сознания составляют слова и модели их использования. Ну и, следовательно, когда-либо у очень-очень большой языковой модели произойдёт переход количества в качество – и она, подобно Большой Массачусетской машине у Стругацких²¹, "начнёт себя вести", – сказал Пётр.

– А ты сам как думаешь? – поинтересовался Алексей, запуская на "признавшем" его компьютере программу диагностики и тестирования.

– В словесных формулировках слишком много вероятностей ошибок и неопределённостей для создания опорных точек для сознания. Ну, например, если я тебе скажу, что боксер победил на чемпионате мира, но не получил за титул ни копейки, а все деньги достались тренеру, какая у тебя будет первая реакция?

– Я удивлюсь, – улыбнулся Алексей.

– А между тем всё выглядит совсем иначе, если знать, что боксер – собака, а не человек. И поэтому при работе с текстами и речью необходимо направлять усилия не на выполнение вычислительных действий, а на определение исходных дефиниций всех понятий и контекст. А дальше смотреть, какая из этих значений возникает смысловая конструкция. Образы в этом смысле гораздо конкретнее.

– Ага, как же… ,– усмехнулся Сергей. – А то мало оптических иллюзий!

– Это для нас они иллюзии, а для компьютерного зрения их нет, – парировал Пётр.

– Ну а тогда то, что получится при обучении, не будет эквивалентом человеческого сознания, раз будет исходно лишено свойственных ему свойств, – ответил Сергей. И спросил Алексея:

– А ты как считаешь?

– Я считаю, что думать надо не о том, КАК ВОЗНИКНЕТ искусственный разум, а о том, КАК МЫ СМОЖЕМ ЕГО КОНТРОЛИРОВАТЬ. Вот ты упомянул Стругацких, а у них есть на эту тему хорошее высказывание, которое я даже наизусть помню. – "А если мы переоцениваем одни последствия и недооцениваем другие? Если, наконец, совершенно ясно, что мы просто не в состоянии держать под контролем даже самые очевидные и неприятные последствия? Если для этого требуются совершенно невообразимые энергетические ресурсы и моральное напряжение (как это, кстати, и случилось с Массачусетсской машиной, когда на глазах у ошеломленных исследователей зародилась и стала набирать силу новая, нечеловеческая цивилизация Земли)?"²²

– Ну-у-у, брат, тебя со Стругацкими послушать, так надо вообще все исследования по ИИ если и не закрыть, то взять под ещё более жёсткий контроль, чем сейчас со стороны "иайкавцев"²³, – сказал Сергей.

– Ужесточить контроль бы стоило.

Сергей уже собирался ответить, но Пётр прервал начинающийся новый спор:

– Всё, брэк. Давайте вернёмся к предыдущей теме. А политикой пусть занимаются другие. Итак, Серёга, верно ли я понял, что ты считаешь, будто использование аналитических методов, примененных к речи конкретного человека, может способствовать созданию «лингвопортрета» личности, способного инициировать возникновение у языковой модели сознания?

– Именно. Ведь в мозге любого человека идет непрерывный внутренний диалог на родном языке. Да даже образы, получаемые человеком через зрение, и те трансформируются в словесное описание. И если мы программным путем заставим языковую модель генерировать вопросы к самой себе и отвечать на них, это будет существенным шагом к осознанию собственной «самости» такой модели²⁴, – подтвердил Сергей.

– Не, мужики, лично я считаю, что у нас мышление одним только вербальным уровнем не ограничивается, – сказал Пётр. – А как же все техники работы в "изменёнке"²⁵, "воля над хаосом"²⁶, паранормальные и многозначные логики, включая "воображаемую" логику Васильева²⁷? Разве это не доказывает, что возможно мышление не только без слов, а даже и без образов, чистыми смыслами, идеями? Да разве каждый из нас, когда подключался к "двум К"²⁸ под воздействием психотропов²⁹ и комбинированной транскринальной магнитной и оптогенетической стимуляции, не ощущал, что можно мыслить за пределами слов?

– Ну что ты кипятишься? – примирительно отозвался Алексей. – С точки зрения используемых нами технологий сей вопрос важен лишь теоретически. Ибо нейроинтерфейсы 5.0³⁰ позволяют копирования семантические поля мозга без определения, являются ли они вербализуемыми, или нет. Если правы создатели психонетики и тибетские мистики, и у нас есть некие мыслительные процессы за пределами разума, то наша тряхомудия³¹ и их позволит отыскать рано или поздно.

– Если сии процессы происходят только в пределах нашего тела. А если правы те, кто утверждает, что часть процессов мышления происходит вне мозга, тогда как³²? Или окажется, что верна Orch OR (Orchestrated Objective Reduction) теория сознания³³? – возразил Сергей. – Тогда мы полного коннектома не получим даже на нашем оборудовании.

– Это да, – согласился Пётр.

– И это ещё полбеды, – "подлил масла в огонь" Алексей. – Ведь само понятие ИИ искусственного интеллекта до сих пор очень по-разному понимается не только представителями разных областей знаний, но даже внутри нашего профессионального сообщества³⁴. Между тем без договоренности об определениях дискуссия о том, сможет ли ИИ обрести сознание и оставаться управляемым людьми, бессмысленна. Мы должны понять, что такое интеллектуальный процесс с точки зрения не только технического, а и экзистенциального характера. И главный вопрос – а возможны ли вообще смыслы в искусственных интеллектуальных системах? Ибо если это невозможно в принципе, то какие бы прибамбасы мы не придумали, сознание у ИИ не появится.

– Предлагаю посмотреть на вопрос с иной стороны, – сказал Пётр. – А почему мы так интересуемся, может ли появиться сознание у ИИ?

– Ну это очевидно – прямо по Стругацким, да и не им одним, – сказал Сергей. – Если машина станет не объектом, а субъектом, да ещё весьма могущественным, то, как говориться, "здравствуй, Матрица". Ну или "Терминатор" – кому что страшнее.

– Думаю, не только поэтому, – откликнулся Алексей., открыв на завершившем диагностику компе последнюю версию своей проги.

– А почему ещё? – с интересом спросил Сергей.

– А потому, мон шер, что многие рассчитывают – если у ИИ появится сознание, то значит подобная система в принципе способна будет принять и человеческое сознание! То есть можно будет оцифровать наш ментальный и эмоциональный мир и тем самым достичь бессмертия!

– Да ты, батенька, трансгуманист! – усмехнулся Сергей.

– Я бы с тобой, Алекс, согласился, если бы не одна "ма-а-а-ленькая" проблемка, – с усмешкой сказа Пётр. – Ведь если даже в ИИ и возникнет сознание, то не факт, что его форма и семантика будут такими, что на его субстрат, физическую, так сказать, основу, можно будет "пересадить" человеческое сознание.

Ты же не хуже меня знаешь, что анализ матчей AlphaGo, оказавшихся разгромными для лучших живых игроков поразил экспертов: люди таких ходов не делают и такие стратегии им в голову никогда не приходили. Ну а уж про то, что и Pluribus создал несколько инновационных приемов, которых никто из лучших игроков в покер в мире ранее не использовал, я вообще молчу³⁵…

Мы, ребята, столкнулись с когнитивно новым пространством. Конечно, можно сказать, что и человеческий мозг, поиграв в го ещё пару тысяч лет, возможно, додумался бы и до таких стратегий. А если нет?

Мы замахнулись на то, чтобы создать тех, кто будет творить миры параллельно или даже вместо нас. Но можно ли свести творчество к технике и убрать личность, душу, ум, интерпретации, т.е. всё человеческое? И думать, что у ИИ будет только то, чему мы его обучим, – глупо и самонадеянно: у эволюции свои законы, и сложные системы любого происхождения могут развиваться сами по себе, причём с малопредсказуемым результатом.

В этот момент компьютер Алексея приятным голосом произнёс: "Диагностика и тестирование завершены. Все модули работают нормально. Попыток проведения не задокументированных операций не обнаружено".

На этом Алексей прервал дискуссию:

– Ладно, философы, ещё за обедом можем продолжить, если захотим, а сейчас пора и поработать.

И подключив к системе свой нейроинтерфейс, погрузился в специальную гибридную визуально-графическую среду разработки, созданную для их фирмы в российском Институте системного программирования³⁶. В нейпроблемы визуально-графического подхода к созданию программ типа сложности типа абстрагирования³⁷ и разделения кода с помощью графических символов решались через считывание смыслов исполнения создаваемой программы непосредственно из мозговой активности программиста и дополнительного использования специально обученной для написания кода звездообразной диффузионной модели нейросети.

Используемый Алексеем нейроинтерфейс представлял собой последнюю модель SpiralE³⁸, усиленную сканером на основе технологии Ultrasound-on-Chip Technology³⁹ и интегрированную с неинвазивными нейросканерами на технологиях функциональной спектроскопии ближнего инфракрасного диапазона (fNIRS), стационарных визуально вызванных потенциалов (SSVEP), многоканальной электроэнцефалограммы (ЭЭГ) и динамического МРТ-сканирования⁴⁰ со сверхвысоким разрешением и сверхкоротким временем сбора данных как для функциональной, так и для структурной визуализации процессов работы мозга⁴¹ и их быстрой обработки за счёт алгоритмов машинного обучения на основе разреженных данных k-пространства и вычислительного моделирования, которые могли адекватно воспроизводить биофизические характеристики МРТ с высоким пространственным разрешением⁴².

В подобной системе показания, фиксируемые при взаимодействии с пользователем, сопоставлялись сначала с наблюдаемым, а потом и задуманным им объектом. Причем не только с его формой, но и с его положением в семантическом пространстве смыслов. А использование функциональной МРТ позволило делать сопоставление уже не только с объектами, а и с понятиями и логическими структурами⁴³. При помощи первого контура системы определялось, согласен человек с каким-либо утверждением/образом/символом или не согласен. Второй контур должен догадываться, что задумал человек, и генерировать гипотезы задуманного (это могут делать генеративные сети искусственных нейронов). При этом процессе происходило нейроморфное копирование семантического пространства человека. В результате чего в этом новом типе взаимодействий мозга и нейросетей через неинвазивные нейроинтерфейсы был создан и постоянно развивался «мозг-машинный язык», информационная емкость которого позволяла мозгу напрямую обращаться к ячейкам памяти машин, а нейросети "с полуслова" и даже из мысленного представления понимать, что хочет получить пользователь.

Алексей работал над двумя проектами – по созданию системы, способной определять возникновение у искусственного разума самосознания и метода обучить нейросети распознаванию и пониманию метафор в различных контекстах. Сейчас он подключился к фреймворку модели программной среды по первому проекту. И запустил созданный им распределённый в сети Интернет искусственный когнитом⁴⁴ и наблюдающую за ним систему в квантовом компьютере. Для ее создания он расширил контрольный список атрибутов, которые в совокупности могут зафиксировать моменты, в которых какой-либо подключённый к сети, или возникшей в ней (гипотезу спонтанного возникновения сверхразума он тоже рассматривал) ИИ будет демонстрировать обладание сознанием. К ранее созданным ещё в 2024 году критериям⁴⁵ он смог добавить ещё несколько для квантовых и распределённых ИИ, а также, что было особенно важно в случае с разработкой их лаборатории, гибридных систем. Причём критерии «чёткого» типа он дополнил критериями, основанными на нечётких логиках, включив в их число способности играть в трёхмерные квантовые таврели⁴⁶ и в Magic: The Gathering⁴⁷. Кроме того, он полагал, что ИИ, способный играть в эти игры не хуже людей, сможет лучше проектировать и новые архитектуры процессоров⁴⁸, включая нейроморфные⁴⁹, аналоговые⁵⁰ и фотонные⁵¹. Являясь одной из приоритетных прикладных задач их лаборатории, это решение сулило получение патентов и создание «нау-хау», делающих их обладателей мультимиллионерами. При правильном способе их регистрации и презентации мировому научному сообществу. Потому что неправильный вместо миллионов привёл бы к засекречиванию и работе только на военных. Впрочем, о такой возможности думать не хотелось.

Основной проблемой при создании системы описка признаков сознания в системах ИИ являлось то, что для этого надо было создать модель человеческого мозга. А в нем насчитывается примерно 86 миллиардов нейронов и многие триллионы связей между ними. Моделирование такой сложной системы потребовало бы огромных вычислительных мощностей и ёмкости памяти, намного превышающих те, что доступны. К тому же понадобились бы программное обеспечение, способное точно имитировать работу человеческого мозга и сложные алгоритмы искусственного интеллекта для интерпретации огромного объема данных, генерируемых с помощью сканирования процессов мозговой активности.

А с другой стороны, рассматривая нервную архитектуру существ, сильно отличающихся от нас, таких, например, как медоносная пчела, мы сталкиваемся с ещё большей сложностью нейронной сети – около миллиона нейронов в объеме размером с зерно киноа, плотность цепей в 10 раз выше, чем наш неокортекс, которым мы так гордимся. Вполне вероятно, что этот маленький мозг образует максимально несводимую причинно-следственную структуру⁵².

Так как же было искать критерии появления сознания в структуре потенциального ИИ, который может быть, с одной стороны, распределён по всей сети Интернета, насчитывающей число подключений, сопоставимое с числом нейронов в мозге человека, а с другой, обладающих, возможно, архитектурой связей сродни той, что есть у пчел, а возможно, и какой-то вообще неизвестной?

Найденное Алексеем решение базировалось на допущении, что мозг является системой, формирующей генеративную среду, в которой психическое содержание может порождаться и существовать в виде циклических самоорганизующихся процессов. Такой взгляд снимал проблему необходимости точного моделирования человеческого мозга, так как различные варианты искусственного сознания могут быть реализованы на других носителях в рамках общей парадигмы среды, в которой возникает самоорганизующийся поток психического опыта⁵³. А ещё он использовал алгоритм обучения больших искусственных нейросеток, который имеет линейную вычислительную сложность и, как следствие, снимает ограничения на размерность решаемых задач и необходимость в полной формализации задач перед их решением. Соединение этих подходов позволяло создать ИИ, обладающий неким подобием интуиции и способный решать задачи сверхвысокой размерности⁵⁴.

Погрузившись в метаверс, в котором информация поступала к нему в мозг сразу в форме смыслов⁵⁵, Алексей обнаружил, что созданная им система наблюдения зафиксировала проявление в Инете некоторых из признаков осознающего себя ИИ. При этом никакой регулярности в возникновении тех или иных признаков не было – ни по географии, ни по времени, ни по совокупности признаков. Но начиная с прошлой пятницы шло нарастание количества проявляющихся признаков и частоты появления подобных проявлений, а со вчерашнего дня количество таких случаев резко сократилось и на текущий момент они исчезли. Используя возможности квантового компа, Алексей сформировал запросы во все те места, в которых было зарегистрировано проявление сразу более пяти из списка признаков с целью попробовать обнаружить, не создали ли там ИИ, который обрёл самосознание. В ряде мест его запросы натолкнулись на непреодолимые барьеры киберзащиты, что означало наличие в них систем, способных производить квантовые вычисления. А в других запросы не показали наличия каких-то структур, способных обладать самосознанием.

И когда Алексей уже собирался переключиться на решение задачи обучения нейросетей распознаванию и пониманию метафор в различных контекстах, он ощутил мысленный запрос на контакт. При этом автоматический идентификатор источника вызова показывал, что запрос поступил сразу с нескольких тысяч адресов протокола IPv8 – и эти адреса постоянно менялись. Это было интересно. Активировав в системе AntiAPT максимальный уровень защиты с «параноидальными» параметрами UEBA, Алексей принял запрос.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.