Екатерина Мортус
Проект "Пастух"

Красота спасет мир. Когда-то эта фраза была актуальна в двадцать первом веке. Скорее ее лживое подобие, под маской которого скрывалось «красота – источник дохода». И только в двадцать втором веке обнажилась истинная натура. Никто не был против, наоборот, все с облегчением вздохнули, словно скинули с шеи увесистый камень и продолжили жить дальше.

Постепенно, а не в определенный момент, человечество внедряло и нашептывало представителям прекрасного пола о том, что белладонна придаст взгляду блеск, тугой корсет затруднит дыхание, но талию сделает такую тонкую, что злые завистницы будут до следующего вечера обсуждать. Мокрое муслиновое платье, подчеркивающее изгибы тела, выбеленная кожа… Все постепенно менялось, одежда переставала быть модной уже в следующем сезоне. Да и она становилась некачественной, одноразовой, что лишний раз подбивало маленькие квартирки превращать в склад ненужных вещей. Кислоты, ретинолы, массаж, микротоки, пластика, удаление нежелательных волос – множество разнокалиберных процедур, которые делали женщину на пять минут моложе и красивее ее предыдущей версии. Или превращали в даму, которая выглядит на свой возраст, только с видимыми косметологическими процедурами на лице и теле. Недолговечный результат нужно поддерживать. Это время, деньги, деньги, деньги….

Демонстрация достатка? Новомодная тенденция? Липкий страх превратиться в сморщенную старуху? Красиво стареть надо уметь, только смириться мало кто мог.

Первыми огромный шаг сделали «Титаниды». Не изменяя своей старой деятельности, они осуществили прорыв в косметологической ветке и вышли из пятилетнего застоя. «Титаниды» продемонстрировали, казалось бы, все то же самое, только результат был лучше. Глубокие морщинки разглаживались, как после утюга, отекшему и дряблому лицу возвращалась упругость, а апельсиновая корка…

Мария наманикюренным пальцем ковыряла мандарин. Ее монолог, который она считала философским, прервался.

– Я, конечно, никогда не была в их… клинике? – Девушка махнула рукой. – Даже не знаю, кем они там себя считаю. Мне год надо не есть, чтобы накопить хотя бы на одну процедуру. А их надо десять, чтобы разгладить межбровную морщину. – Загорелый палец пытался расправить складку. – Да я и не уверена, что мне это надо. Мы не хуже работам. Дешевле, конечно, и результат чуть меньше держится.

Стефания хрюкнула и засмеялась.

– «Чуть меньше»? Да мы и рядом не стояли. – Женщина перешла на шепот: – И зарплата гораздо хуже.

Приоткрытая дверь кабинета вела в прямой коридор, где каждое слово превращалось в эхо, и сотрудники других подразделений могли все услышать.

– Маш, закрой дверь, раз собралась сплетничать, – буркнула Стеша.

– Не хочу, – пропела Мария.

– Закрой. – В голосе Стефании не было злых ноток. Женщину скорее это веселило. – Не мешай нам работать.

– А вы как будто тут работаете, – не сдавалась девушка.

– Мария!

– Нет, вот такая я вредная.

Маша закинула ногу на ногу. Ее узкая зеленая юбка плотно облегала полные ноги, а швы безмолвно натянулись, угрожая разорваться в неподходящий момент.

Виленина скрипнула зубами.

«Спокойно, тише, не злись», – девушка, как мантру, прокручивала слова в голове. – «Если откроешь рот, то не сможешь остановиться».

Вила знала, что одно неосторожное слово в адрес Маши выплеснет весь негатив, который накопился за последние полтора года.

– Ты когда пострижёшься? – Мария, как обычно, своей целью выбрала Стешу – женщину предпенсионного возраста, которая отличалась редкой добротой и спокойствием.

«Добротой в этом коллективе», – напомнила Вилена.

– Что не так? – Стефания взъерошила короткие волосы. – Я не уверена, что снова хочу стрижку «пикси».

– Да не глупи, что за заросли на голове? Ты выглядишь, как домовой.

Вила сжала руку в кулак. Болтовня Марии мешала сосредоточиться. Девушка уже несколько раз вывела не те данные из базы клиентов, собираясь после обеда обзванивать и напоминать о предстоящей записи.

– Представляете, я вытянула данные по клиентам, которые у нас в черном списке. – Вилена натянуто засмеялась. – Вот умора была бы, когда я им позвонила б.

Девушка старалась намекнуть, что посторонним в чужом кабинете уже пора бы вернуться к себе, но Мария намеков не понимала, как и предпочитала игнорировать прямые заявления.

– И не говори. – Маша достала телефон. – Слушай, я такую вкусняшку на выходных готовила. В общем, тебе нужен сыр «Камамбер». Но мне не нравится, как он пахнет, поэтому я срезаю белую плесень и запекаю так. В последний раз сыр почему-то вытек, но мы с мамкой и так поели. Вкусно, конечно, но калорийно. Мы так никогда не похудеем. У меня домашние все жирные – я, мамка и наша собака. – Девушка сделала паузу. – Вот бы есть и не полнеть.

Вила молчала. Она знала, что эта приставучая дама ждет комплимент в стиле «ой, что ты на себя наговариваешь, ты никакая не толстая, а наоборот, даже скинула немного». Но Виленина просто так комплиментами не разбрасывалась.

«Жирная стерва», – крутилось в голове, а на лице играла фальшивая улыбка.

– Я так и не рассказала. В общем, берешь сыр…

Мозг сразу отключился. Вила пыталась сосредоточиться на работе, чтобы быстрее все сделать и в свободное время продолжить онлайн-учебу. Конечно, она этим занималась, когда никто не дышал в затылок, и старалась никому не рассказывать о том, что пытается набраться знаний, чтобы наконец-то сменить работу. Каждый раз, когда казалось, что в жизни все наладилось, у Марии портилось настроение, и она пыталась перекинуть чужую работу на отдел, где работали Стефания, Виленина, Антонина и Любовь. Дело было в деньгах. Маша, имея по бумагам должность зама гендиректора, по факту получала гораздо меньше. Шеф, отчитываясь перед прокуратурой, налоговой и прочими важными людьми, в какой-то момент решил, что можно найти другого, кто будет тянуть на себе это бремя. Так и была введена новая должность, которая не имела под собой ничего значимого, только возможность на встрече выпускников гордо задрать голову и сообщить всем «я не какой-то там менеджер, а заместитель гендира». А Вила была «какой-то там менеджер» с очень хорошей зарплатой.

–… потом скручиваешь в жгутики и запекаешь. – После этих слов Виленина подключилась к разговору, чтобы в нужный момент просто кивнуть.

Мария бросила взгляд на часы, которые были небрежной подделкой на широко известный бренд, и встала.

– Надо и мне поработать. – Девушка взяла чашку с давно остывшим кофе.

Вила молча благодарила судьбу за то, что Маша уже уходит.

– Кстати, тебе тоже надо постричься. Не хочешь вместе сходить?

Виленина отрицательно покачала головой.

– А то я не хочу одна. – Мария надула губы. – Ну ладно.

Часы беззвучно завибрировали, предупреждая об учащенном пульсе. Вила прикрыла глаза и мысленно считала до десяти, чтобы успокоиться.

– Я на обед домой, – резко сказала девушка.

– Мне без разницы, но с часу до двух у меня перерыв. Выбери любое другое время, – сообщила Мария.

Стеша снова хрюкнула.

– А нам какое дело? – спросила женщина. – Ты вообще из другого отдела.

Маша, переступив порог, остановилась, будто вспомнила зачем она сюда пришла.

– Да, вы теперь составляете заявки.

– Это делали Юля и Николь! – воскликнула Виленина.

– Ника в отпуске, а Юля отрабатывает последние дни и уходит. Она уволилась.

– Я в курсе. У нас и так много работы.

– Мне без разницы. – Дружеский тон испарился. – Но чужую работу выполнять я не собираюсь, а так решил шеф.

Стук каблуков эхом отражался в коридоре, а потом затих в кабинете напротив.

– Вот крыса, – вырвалось у Вилы. Ядовитая мысль долго жила в голове и на работе крайне редко обретала звуковую форму. Обычно она озвучивалась только в присутствии Стефании. Тоня и Люба работали в другую смену и при всем желании Виленина не могла бы им пожаловаться.

– Отлично, за те же деньги дополнительная работа. Ладно, осталось пару лет до пенсии. Как выйду, так сразу уволюсь. Надоел этот цирк. – Стеша откинулась на спинку кресла. – А ты на обед иди тогда, когда тебе удобно. Не слушай никого.

Вила улыбнулась и продолжила усердно работать, чтобы после обеда хотя бы немного посвятить время учебе.

Столовую, которая располагалась в том же корпусе, где и был основной штат, закрыли. Причиной стало нашествие тараканов. Некоторые вещи даже в двадцать втором веке остаются неизменными. Технику, которая обслуживала проголодавшихся людей, списали, так как насекомые, как выяснилось, жили в ней. Покупать новую никто не собирался, а чистить запретила Мария. Собрав петицию со всех возможных коллег, она добралась до самого владельца фирмы и, размахивая планшетом, кричала, что тараканы переносят заразу, и обработка всех поверхностей не принесет должного результата. Только замена. Небольшое совещание совладельцев и вердикт – уволить всех сотрудников, деятельность которых напрямую связана с кухней, а это закупка товаров и готовка. Аниматроники частично готовили простые блюда и убирали в столовой, а живые существа в свою очередь чистили щетки, насадки и прочие атрибуты, которые были у роботов.

Обедать в офисе запрещалось, чтобы разные ароматы не смущали клиентов. На возражение Стеши о том, что посторонние редко бывают в этой части здания, шеф заявил:

– Я работаю на том же этаже, что и вы. Если к нам придут проконсультироваться по поводу заключения договора или приедет кто-нибудь из владельцев, то им будет крайне неприятно находиться здесь.

– Да мы и так знаем, когда они приезжают. Внезапных визитов не бывает, только все запланированное.

– Я все сказал. Вопрос больше не обсуждается.

Виленина стояла рядом с движущейся дорожкой, снабженной поручнями. Девушка сжимала в руке рюкзак, собираясь с мыслями. Пассажирский конвейер, или известный как «траволатор», раньше больше использовался для облегчения передвижения. Со временем его деятельность расширилась, став упрощенным и иногда основным способом передвижения на улице.

Виле везло. До ее дома был практически прямой путь, потом надо было на перекрестке быстро перейти на другую ветку и все, она дома. Это от силы занимало минут десять. Ничего сложного, бойкие старушки умудрялись таким способом кататься из одного края города в другой. От одной мысли об этом Виленину укачивало. Часы снова завибрировали, предупредив об учащенном пульсе.

Вила закинула рюкзак на плечо и оглянулась – Маша переходила дорогу и шла в ресторан, который специализировался на жирной и высококалорийной кухне. Вилена, не смотря на свою худобу, не могла каждый рабочий день там есть, иначе к концу месяца она заработала бы себе изжогу и лишний вес. Несмотря на распространенное мнение, что все высокие худые, девушка была склонна к полноте, потому в меру своих сил следила за весом.

«Когда-нибудь начальство заменит таких, как Маша. И принимать звонки от клиентов будет робот». – С это мыслью девушка сделала шаг на платформу.

Это было возможно, только эгоистичные клиенты, не изменив своего отношения к сфере обслуживания, периодически перекидывали свое высокомерие на тех людей, которые по рабочему уставу не имели права им грубить. С роботом не поругаешься и настроение ему не испортишь. А клиенты важны, потому приходилось ради них держать таких работников. Виленина нисколько не принижала чужой труд, наоборот, даже жалела, так как сама понимала, чего стоит общение с людьми, но Машу терпеть не могла.

Платформа плавно двигалась, и даже тошнота пришла практически под самый конец пути. Стефания любила ездить на платформе босиком, так как движущаяся лента была с подогревом, чтобы во время дождя или снегопада не создавать скользкую поверхность. Конечно, в основном подогрев был отключен, но в редкие моменты, когда он работал, Стеша от удовольствия щурилась, как кот на солнце, подставляя лицо весеннему дождю. Безумная женщина даже зимой умудрялась снять ботинки и получать удовольствие от личного ритуала, не обращая внимания на прохожих.

Виленина ворвалась в квартиру, бросила рюкзак и сжала руки в кулаки.

– Уууу, – вырвалось из груди.

Из гостиной на компьютерном стуле выехал Вова.

– Что случилось? – спросил мужчина.

– Достала. – Вилена топнула. – Жирная свинина доведет меня до психушки.

– Выскажи ей все. – Вова пожал плечами и, переключив рычаг на подлокотнике, поехал в сторону компьютера.

– Да бесполезно. Даже Стеша говорила, а дура эта смеется и повторяет «вот такая я вредна». Ага, особенная. И больше таких нам не надо. Мне кажется, еще немного и я ее ударю.

Вила стала ругаться, сопровождая свой монолог отборными ругательствами.

– Будь добрее, – посоветовал муж.

– Не могу. Она мешает мне учиться.

– На работе надо работать.

– Знаю. – Виленина немного остыла. – Но я быстро делаю свою работу, у меня появляется свободное время, которое я хочу тратить на учебу, а не на пустую болтовню и сплетни.

Злость подкралась с новой волной, и Вилена поспешила на кухню.

– Обед на плите! – крикнул Вова. – Я потом поем, работать надо.

Вила привычными движениями на панели, вмонтированной в стену, нашла вкладку «чайник» и, немного подумав, выбрала ромашковый чай.

– Меха, добавь сахар, – запоздало сказала девушка. – Две ложки. Сегодня мне необходимо сладкое.

– Хорошо, – бодро отозвался головой помощник.

Машина для приготовления чая подмигнула зеленой кнопкой и мягко загудела.

– Спасибо, Меха. – Вилена села на кухонный диван.

– Не за что. Что-нибудь еще?

– Нет.

Изначально «Меха» представляла собой охранную систему, устанавливаемую в частные или многоквартирные дома. Со временем ее версия расширилась, превратившись в невидимую помощницу по дому, которая включала стиральную машинку, сама из отсеков для геля и ополаскивателя контролировала дозировку; включала пылесос или мойщика окон; регулировала температуру варочной панели и духового шкафа и отключала, когда блюдо было готово. Последней функцией обычно пользовался Вова. Вилена предпочитала сама контролировать процесс, так как иногда Меха отключалась, когда на мясе только начинала образовываться аппетитная корочка, да и не все блюда можно готовить по принципу «включи и выключи через определенное время». Функций у механического помощника много, только доступны они по подписке. В свое время Виленина пользовалась услугой «няня», которая ее во время декрета сильно выручала.

– Где Артем? – спросила Вилена после обеда. – Разве у него не онлайн-занятия?

– Ушел к деду. Сказал, что будет там заниматься, а мы ему мешаем, – ответил Вова и пожал плечами. – Переходный возраст.

– Ему одиннадцать!

– Вообще-то существует несколько этапов…

– Все, мне пора. А то слышу профдеформацию в твоем голосе. Хорошего дня.

– И тебе.

Обратная дорога прошла лучше, если не считать того, что это была дорога на работу. Мимо проносились самокатчики, среди которых некоторые так и не научились ездить по специально отведенным для них местам. Несколько лет крепко держалась легенда, что именно из-за этой категории отказались от создания летающих машин. Причина, конечно, была в другом, только любителям заговора нравилась эта версия.

Воздух на мгновение замер и стал ватным, а потом задрожал и покрылся паутинкой. Все, кто был в зоне видимости, остановились и подняли головы. Виленина была в их числе. Раздался хлопок и через минуту в лицо ударил теплый поток воздуха. Девушка с шумом вдохнула, находясь в предвкушении, и внимательно уставилась на небо, но там ничего не изменилось. Все те же небоскребы уходили ввысь, а соседние планеты соблазнительно расположились так близко, что можно было безошибочно их поименно перечислить, и в то же время так далеко, потому что перемещение между ними требовало денег, здоровья и времени. Хорошие деньги были не у всех, а наличие времени… Между переходами должно было пройти минимум две недели, чтобы организм мог адаптироваться к чужеродной среде и непривычному путешествию. Резкие скачки могли вызвать продолжительную мигрень, боль в суставах и даже потерю волос и зубов. У Вилены было все, кроме здоровья. Онкология, кардиостимуляторы, беременность – это и многое другое были противопоказаниями к перелету между планетами. Дед жаловался, что у него после последнего путешествия рассыпались зубные импланты. Виле врач запретил из-за гипертонии. Сказал, что были летальные случаи среди гипертоников. Виленине оставалось только мечтать.

На проходной Виленину поприветствовала мужская версия Мехи. Вилена задрала голову, чтобы камера могла рассмотреть ее лицо.

– Проходите.

Девушка, скользя кроссовками по плитке, поспешила к лестнице.

– Эй, Вила, идем сюда. – Из кабины лифта высунулась голова с выкрашенными в черный цвет волосами.

– Спасибо, Маш, я лучше пешком.

– Разве тебе не лень топать? Идем.

Виленина выдохнула и поспешила к лифту.

– Будем вместе жирными, – радостно сообщила Мария.

Вила быстро улыбнулась и погрузилась в мысли.

Стефания дремала в кресле, сложив руки на груди крестом.

– А? – Женщина приоткрыла один глаз и потянулась. Густые волосы на руках переливались золотистым блеском. – Уже все?

– Увы. Какие новости? – Виленина бросила на стол рюкзак. – Кажется, салат забыла. Снова я без ужина.

Стефания приложила руку к сканеру, лампочка мигнула и ящик открылся с характерным щелчком.

– Печенье будешь?

– Нет, спасибо.

– А я снова есть хочу.

Стеша достала пластиковый контейнер и длинным ногтем постучала по экрану. Цифры замерцали и сменили свои показания.

– Кажется, он сломался. Снова показывает произвольную температуру. Такими темпами все там отсыреет или зажарится. Тут как повезет.

Виленина нажала на кнопку, чтобы сделать монитор прозрачным. Сквозь него и ряд отчетов она посмотрела на коллегу.

– Зажарится? – переспросила девушка.

– Ты в отпуске, наверное, была. В общем, у прошлого моего контейнера закипел аккумулятор и задымил. Я в этом не разбираюсь, но сказали, что еще немного и он мог взорваться.

– Ужас какой. – Вилена покосилась на потенциально опасное устройство. – А я все думала себе такой купить, чтобы тут обедать.

– Оно тебе надо? Тебе до дома рукой подать, это мне сорок минут в одну сторону. Но, если будешь брать, возьми дороже, тот, который частично запах поглощает. Иначе весь этаж слюной захлебнется.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.