Сталь и Пламя – 4
Возвращение утренней звезды
Илья Гутман

© Илья Гутман, 2024

ISBN 978-5-0062-9071-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Илья Гутман
Сталь и Пламя
Том четвёртый
Возвращение Утренней Звезды

На Небе был прославлен больше всех \
И в чине наивысшем состоял;
Подобный ликом Утренней Звезде,
Рои светил ведущей, он увлек
Обманом третью часть Небесных войск.

Узнай! Когда был свергнут Люцифер
(Так называй того, кто в Небесах
Средь Ангелов блистательней сиял,
Чем оная звезда средь прочих звезд),
Когда объятый пламенами, он
Со всеми легионами летел
Сквозь бездну, прямо в Ад.

Джон Мильтон. Потерянный Рай.

Пролог

Эллинор очнулся. Щит Абсолюта, выставленный им в последний момент, оказался не слишком эффективен против взрывной волны.

– Ловко он меня поймал, мерзавец, – подумал Эллинор. – Удивительно, что я всё ещё жив: в процессе битвы почти весь запас абсолютных энергий исчерпался – щит должен был получиться крайне слабым.

Убедившись, что битва давно закончилась, паладин побрёл к зданию академии, где его поджидал целый ворох не слишком-то приятных новостей.

Во-первых, выяснилось, что пока он валялся без чувств, экспедиция Ларратоса благополучно отбыла к Сельвину – и побеседовать с главой ордена Утренней Звезды не получится.

Во-вторых, совет спешно собрался на внеочередное заседание, где планировалось официально, по всем правилам, предать анафеме Ларратоса с Элиддином и объявить их «орден» вне закона. Эллинор был уверен, что в этом вопросе паладины проявят редкостное единодушие – так что результат голосования был, в общем-то, заранее известен.

Наконец, пройдя к себе в комнату и начав медитацию, Эллинор с удивлением, переходящим в ужас, обнаружил в своей ауре значительные вкрапления Хаоса! Вне всякого сомнения, именно мощь хаотических энергий, дополнив абсолютный щит, позволила паладину уцелеть во время взрыва.

– Похоже, – пробормотал Эллинор, – способности Ларратоса к инициации оказались сильнее, чем я думал…

Глава 1

Ночной народ

Отряд, вновь ставший отрядом Ларратоса и Элиддина, плыл на корабле «Могучий Альбатрос» по направлению к острову Сельвин. Естественно, Элиддин не мог никуда уплыть без своего верного дракона Руханнура.

Ларри прошёл в каюту-ресторан, где сразу же увидел Зарину: она пила чай с бутербродами.

– Присоединяйся, Ларри.

Он присел.

– Я знаю, что ждёт нас на Сельвине, – произнесла она.

– Знаешь?! Откуда?

– Потому что… потому что Сельвин – моя родина, – тихо произнесла Зарина.

– Родина? Но говорят, что там нет людей – только странные полудикие существа.

– Просто смотри, – проговорила Зарина, снимая с себя иллюзию.

Ларри не смог сдержать изумлённого возгласа: таких необычных существ ему ещё не приходилось видеть. Уши Зарины действительно были остроконечными – но на эльфийские они не походили. Очень широкие, треугольной формы, с изящно скруглёнными вершинами, они напоминали кошачьи уши. Да и расположены они были как у кошки – очень высоко, почти на макушке.

А в остальном – вполне человеческое лицо. Оторвавшись от созерцания ушей, Ларри окинул взглядом фигуру Зарины – и не нашёл особых отличий от человеческой. Разве что вместо плоских ногтей пальцы её рук оканчивались крепкими чуть загнутыми когтями.

Воистину женщина-кошка, ночная хищница.

– Зарина, кто ты? – спросил Ларратос.

– Я принадлежу к расе намейрус, она же – дрантейрус – то есть ночной или древесный народ. Точнее, не я, а моя мать – мой отец, как я и говорила, был человеком. Мизрахийцем. От него я унаследовала имя Зарина, что означает «княжна», фамилию Йархи, что значит «лунная» и страсть к магии иллюзий. Немногочисленные человеческие путешественники, что добирались до нашего изолированного острова, называли наш народ «люди-кошки»… Ну, так ты согласен, что нам стоит поговорить?

Ларри кивнул и сел напротив Зарины.

– Послушай, Зарина… У вашего народа есть столица? Насколько вообще развита Сельвинская цивилизация?

– Столица… – намейра чуть подняла голову, уставившись на Ларри задумчивыми зелёными глазами. Теперь они стали ещё круглее, а зрачки, напротив, выглядели вертикальными щёлками. – Можно сказать, что есть. Она называется Тереласом – я выросла неподалёку от этого города. Но чтобы туда попасть, придётся обогнуть весь остров: город расположен на берегах реки Ардул, а она, начинаясь в центре острова, течёт на север.

– Ардул? – удивился Ларратос. – Похоже на эльфийское «ардал», что означает «священный».

– Да, – ответила Зарина. – «Ардул» на языке намейрусов означает именно «священный». Ходят легенды, что у нашего народа и у эльфов были общие предки.

– Кстати, а как тебе удалось попасть в Масхон? Ведь здесь такие аномалии, что пробиться можно только на слайдере.

– Мой возлюбленный доставил меня по воздуху.

– А как вы познакомились?

– Я была рабыней, и он меня выкупил.

– Ты была рабыней? – поразился Ларри. – Ни за что не поверю!

– Это правда, – вздохнула Зарина. – Из-за отца-мизрахийца я выглядела несколько иначе, чем девушки намейрусов, и была гораздо слабее их. На меня с детства смотрели косо, а уж когда кто-то донёс, что я занимаюсь магией…

– Зарина, неужели ваш народ вообще не практикует магию?

– Практикует, но магия – прерогатива мужчин. Дело в том, Ларри, что у нас матриархат – в связи с тем, что девочек рождается в три раза больше, чем мальчиков. Власть у нас – в руках женщин. Дело женщины – война, а дело мужчины – магия. Если женщина хотя бы немного знакома с магией и об этом узнают окружающие, на неё тут же навешивается ярлык «ведьма». А нарушители закона у намейрусов в лучшем случае отправляются в рабство. Так что мне, можно сказать, ещё повезло.

Намейра печально вздохнула: похоже, воспоминания были не из приятных.

– Постой, Зарина! Как это война может быть женским делом?! Женщины слабее мужчин, кому нужны такие воины?

– А какой толк призывать в армию мужчин, если их в три раза меньше? Мужчины в нашей армии – добровольцы. Альтануны, «танцоры молний» – сильные и ловкие воители намейрусов, что дерутся двумя клинками. Они набираются из самых сильных мужчин-добровольцев. А женщин призывают на срочную службу в обязательном порядке. Девушек призывают в армию в возрасте шестнадцати лет. И в день принятия присяги на торжественной церемонии лишают девственности.

Ларри поперхнулся чаем.

– Что за отвратительные у вас обычаи?!!

– Нормальные обычаи, Ларри! Девственности лишают опытные в этом деле жрецы храма Ночного Паука. Но в связи с тем, что я была рабыней, меня так и не лишили девственности, – в глазах Зарины на пару секунд появилась грусть. – Но зато позже это сделал мой возлюбленный, Орсун Лутар.

– И ваши девушки так просто позволяют незнакомому мужчине-жрецу лишить себя девственности?

– Конечно, Ларри. Психология народа намейрусов может показаться странной для человека. У вас, как я знаю, инициаторами сексуальных отношений обычно выступают мужчины, а у нас – наоборот, женщины.

– Я уже заметил, – ответил Ларратос.

– Этот факт удивил и моего отца, выходца из Шемшии – Шамира Йархи. Он, привыкший, что мизрахийские женщины не вступают в интимные отношения до свадьбы, был просто в шоке от нашей морали. Но это не помешало ему жениться на моей матери.

– А он остался на Сельвине? Мы сможем его увидеть?

– Увы, Ларри, нет. Мой отец умер, когда я была совсем девочкой.

– Слушай, Зарина, а другие намейрусы бывали в землях людей? Или только ты одна?

– Конечно, бывали. Наши воительницы в землях людей обычно становились ассасинками.

– Но я никогда не слышал об асассинах с острова Сельвин!

– Это всё потому, что они действовали тайно и бесшумно. Хотя кое-что всё же попало в ваши легенды. Например, в Мизрахе и в Ариаде действовала особая каста асассинок, известная как «чёрные вдовы». Они вступали в интимные отношения с «заказанными» мужчинами, а потом, дождавшись, пока жертва уснёт, протыкали сердце отравленным кинжалом.

Ларри передёрнуло.

– А сколько живут намейрусы? – паладин решил сменить тему.

– Две-три сотни лет, не больше. Но у нас традиционное общество. И, по словам летописцев нашего народа, за тысячи лет оно совершенно не изменилось.

– А как ваш народ относится к чужакам?

– Очень по-разному. В любом случае, на тёплый приём рассчитывать не стоит. Кстати, – добавила Зарина, заметив протестующий взгляд Ларри, – мне тоже не хочется высаживаться на этом острове, но что делать… Учти: мужчин намейры считают низшими существами – при матриархате это и неудивительно. А ссориться с воительницами-намейрами не стоит.

Зарина вытащила свой меч и, положив его на стол, провела ладонью над лезвием, накладывая иллюзию.

– Это – «коготь», любимое оружие намейрусов, – пояснила она.

Ларри с интересом разглядывал изменённый клинок. Коготь напоминал небольшой кинжал с плавно изогнутым лезвием. Ближе к острию изгиб резко увеличивался, так что оружие действительно вызывало ассоциации со звериными когтями.

– Этим владеют все намейры. Лук и вот такой кинжал – первые игрушки наших девочек.

– Зарина, а ты можешь показать мне приёмы боя с этим оружием? Я что-то слабо представляю себе, как можно сражаться таким неудобным кинжалом.

– К сожалению, не могу, – досадливо поморщилась намейра. – Из-за моей нечистокровности мне не доверили когтя, не говоря уж про обучение технике боя. Скажу лишь, что это оружие действительно очень опасно: элитные воительницы, вооружённые таким кинжалом, представляют серьёзную опасность даже для паладина.

Ларри удивлённо хмыкнул: как-то не верилось, что живые существа, даже не владеющие магией, могут на равных биться с воином, поддержанным силой Абсолюта.

– У таких кинжалов есть одна неприятная особенность. Видишь ли, любой намейрус с детства знает всё о травах – целебных и ядовитых – и намейрусу ничего не стоит приготовить яд. При изготовлении когтя металл очень часто пропитывают особым ритуальным ядом. Тогда его лезвие приобретает зеленоватый оттенок. Вот так, – Зарина слегка подправила иллюзию. – На нас этот яд действует слабо, но для человека смертельна не то что царапина – даже простое прикосновение отравленного металла. Хотя паладина, я думаю, этим ядом не убить, но рисковать всё же не стоит.

***

«Могучий Альбатрос» плыл вдоль побережья Сельвина. Появление Ларратоса и Зарины в общей каюте сопровождалось изумлёнными возгласами всей команды. Необычный внешний вид намейрусов буквально притягивал взгляд – видимо, с непривычки.

Ларри, находящийся в кабине слайдера, внимательно осматривал загадочный остров. Сельвин, буквально утопающий в яркой сочной зелени, выглядел вполне мирно: в отличие от того же Гирдашана, на острове намейрусов не наблюдалось высоких гор, скал или узких фьордов. Не было здесь и песчаных пляжей: всё побережье густо заросло какой-то странной растительностью, а заросли довольно высоких деревьев с крепкими воздушными корнями заполонили всё мелководье. Что настораживало, так это обилие подводных скал, хорошо просматривающихся сквозь удивительно прозрачную воду. Обычный корабль на месте «Альбатроса» уже лежал бы на дне с распоротым днищем.

Паладин не ощущал никакой опасности, связанной с Сельвином, но внутренним зрением заметил лёгкую красноватую дымку, окутывающую весь остров. Кое-где энергии Хаоса собирались в небольшие клубящиеся красноватые облака. Правда, здешний Хаос не проявлял заметной активности – в отличие от того, что стоял над Масхоном.

– Зарина, – поинтересовался Ларри у намейры, – можешь объяснить, отчего здесь скопилось столько Хаоса и почему он кажется каким-то сонным, неактивным?

– Не могу, – пробормотала Зарина. – Сама впервые вижу такое. Наш народ не владеет внутренним зрением, а паладином я стала уже после того, как покинула Сельвин.

– А как насчёт вон тех странных деревьев? Я никогда не слышал о том, что деревья могут расти на мелководье – здесь же вода солёная!

– Это стражи прибоя, – улыбнулась Зарина. – На самом деле они часто встречаются по берегам тропических островов. Кстати, а вот и устье Ардула.

Ларри повернул штурвал судна, и «Могучий Альбатрос», описав плавную дугу, двинулся вверх по течению священной реки. Ларри любовался пейзажем – впрочем, довольно однообразным. Стражи прибоя, заполонившие берега Ардула, отгораживали путешественников от внутренних частей острова сплошной зелёной стеной.

Вода реки по виду почти не отличалась от морской – такая же синяя и прозрачная. Дна видно не было: Ардул оказался весьма глубоким.

– Надо же – а река-то, оказывается, судоходна, – удивился Ларратос, когда слайдер промчался рядом с небольшими ярко-оранжевыми буйками, установленными над подводными скалами. – Было бы неплохо встретить попутное судно.

– Ларри, наш народ не умеет строить корабли, – чуть удивлённо ответила Зарина. – По крайней мере, не умел, – добавила она.

***

Четверть часа спустя заросли стражей прибоя внезапно поредели, и вот теперь Ларри оказался по-настоящему потрясён. Перед его взором предстали совершенно удивительные деревья. С мощными корнями, очень толстым стволом – метров десять в обхвате, и крайне длинными корявыми ветвями, они выглядели очень древними. Ветви нижнего яруса располагались на десятиметровой высоте и шли почти горизонтально, из-за чего кроны деревьев казались сплюснутыми.

– Прибыли, – спокойно сообщила Зарина. – Как видишь, Сельвин и Терелас совершенно не изменились.

– Что это? – изумлённо проговорил Ларратос, указывая на необычные деревья. «Могучий Альбатрос» замедлил ход, плавно приземлившись на воду, и паладин смог рассмотреть заинтересовавшие его растения подробнее. Они были довольно высокими – метров двадцать, а то и выше. Немногочисленные толстые ветви располагались в два-три яруса.

– Это и есть столица, – спокойно ответила Зарина. – Такое дерево называют полым дубом: стоит пробить в его коре достаточно большую дырку – и сердцевина ствола за пару месяцев полностью выветрится, но само дерево при этом остаётся живым. Получается вполне сносная хижина.

– Так эта роща – ваш город?!

– Ну а за что, по-твоему, нас прозвали «древесными людьми»? Как видишь, деревья посажены довольно редко, но их длинные ветви всё равно пересекаются. И они достаточно толсты, чтобы служить своеобразными улицами.

– Мы должны подняться наверх, – произнёс Ларратос. – И связаться с кем-нибудь из правящей касты. Например, с вашей верховной правительницей – матриархом, матриархиней или как её там…

– Королевой.

– Королева должна знать географию подвластных ей земель, что сильно поможет нам в поисках.

– Боюсь, тут всё не так просто, – неуверенно произнесла Зарина. – Понимаешь ли, Ларратос, жители Тааневера не являются подданными королевы Тереласа, а ведь кристалл находится в окрестностях именно этого города, не так ли?

– Как это – не являются подданными? – не понял Ларри. – А разве Терелас не столица Сельвина?

– Терелас – не столица в вашем, вестландском понимании этого слова. Да, он – самый крупный и влиятельный город в Сельвине. Но власть его королевы не абсолютна.

– Выходит, Сельвин не является единой страной?

– Является, Ларратос. Наша государственная форма резко отличается от вашей. Сельвином правят пять Великих Домов – у нас очень сильна клановость. Каждый из Домов располагается в своём городе – своей столице. Каждый из этих пяти городов принадлежит одному из Великих Домов, но в каждом городе есть и агенты других. Великие дома оказывают влияние на жизнь во всей стране – но каждый пытается делать это так, чтобы усилить своё влияние и ослабить соперников. Так что Сельвин не имеет чёткой столицы в вашем понимании этого слова. Он имеет пять столиц – и при этом является единым государством. У каждого Великого Дома есть своя королева, только у дома Ильграр – король. У каждого Великого Дома есть своя армия – между собой они и воюют, для этого нам и нужная армия: внешних врагов у нас нет.

– Могу ли я узнать, что это за Великие Дома?

– Конечно. Великий Дом Белар – дом воителей и воительниц. Великий Дом Бинкар – дом асассинов. Великий Дом Зибейль – дом монахинь, постигших боевые искусства и дом Фаран, дом воительниц, совершенно не пускают в свои ряды мужчин, ибо их королевы традиционно считают мужчин низшими существами. Великий Дом Ильграр – напротив, чисто мужской дом, дом магов. Женщина-намейрус, что занимается магией, будет опозорена – и поэтому дом Ильграр закрыт для женщин навсегда.

– А какой дом правит Тереласом?

– Белар. А дом Фаран правит городом Тааневер.

***

Экипаж (за исключением Марра, которого решили оставить на «Альбатросе»), покинул герметичное судно – и сразу же в полной мере ощутил изнуряющую тропическую духоту. Нет, на Сельвине было не слишком-то и жарко, но полное безветрие вкупе с очень влажным воздухом действовало изнуряющее. Пахло сыростью, прелым деревом и речной тиной. Первыми звуками Сельвина, которые услышал Ларри, стали плеск речных волн, шум древесной листвы и надоедливый комариный звон: не прошло и минуты, как вокруг отряда начала кружиться всевозможная мошкара. Досадливо поморщившись, Ларри установил слабенький Абсолютный щит, остальные паладины проделали то же самое. Руханнур, очутившись на не вполне свежем Сельвинском воздухе, немедленно начал чихать и трясти башкой: мошка лезла в глаза и ноздри, набивалась в пасть. Пришлось Элиддину прикрыть танина щитом… А вот Мирида не испытывала особых затруднений: гидры – обитатели болот, и уж там-то комаров хватает.

– Где жители? – поинтересовался Беллерадаш. – Столица, а никого нет…

– Потому что день, – нетерпеливо объяснила Зарина. – Мы – ночной народ, Сельвин оживает после заката. Но это неважно! Лезем на дерево – а до дворца я вас провожу.

– Не уверен, что это хорошая идея, – потеребил бороду Элиддин. – Требовать аудиенции королевы среди дня, когда все спят – всё равно что врываться к гиперборейскому консулу после полуночи. Нужна очень веская причина.

– Предоставьте это мне, – Зарина ловко вскарабкалась на ближайшее дерево. – Ну, что встали? За мной!

Ларри поднял взор, недоумённо уставившись на довольную намейру.

– И как мы сюда заберёмся? У нас-то ведь нет когтей!

– Звери ваши на что?

– Рискованная затея, – прогудел Руханнур. – Ветви тонкие, на них не приземлишься толком. И расположены тесно. Ума не приложу, можно ли вообще до них добраться, не переломав крыльев?

– Сссаткниссь и делай как я! – прошипела Мирида, вонзая когти в шершавую кору дерева. И пока танин недоумённо хлопал глазами, гидра, шипя и ругаясь, довольно ловко вскарабкалась наверх: драконьи когти оказались ничуть не хуже намейрусовых.

Оценив предложение Мириды, Элиддин забрался на спину дракона, посадив позади себя Леона, и танин начал восхождение, непрерывно ворча.

– Надо же – как только меня не используют… То для перевозки почтовых грузов – вредных таких, зелёных, – Руханнур с намёком посмотрел на Мириду, – то вместо кошки, по деревьям лазать…

Ларри посмотрел на медленно карабкающегося танина; на паладинов, с трудом удерживающихся на скользкой спине ящера – и решил забираться на дерево своим ходом.

«В конце концов, я же рыцарь-тигр, неужто не допрыгну?» – подумал Мельд, с силой отталкиваясь от земли. Прыжок, усиленный мощью Абсолюта – и паладин опустился на ветку рядом с Миридой.

Апион, к его удивлению, был уже наверху. Ларратос даже не успел заметить, как он здесь очутился: воровские навыки бывшего преступника удачно дополнились способностями паладина…

– Так, остался Беллердаш, – прокомментировал Элиддин. – Руханнур, не желаешь ли ещё разок поднять сюда пассажиров?

– Хм, мне кажется, здесь можно обойтись без издевательств над животными, – мягко улыбнулся Леон, доставая левитатор. Щелчок, плавное движение руки – и вот уже весь отряд в сборе.

Зарина двинулась вперёд, с лёгкостью переходя с одного дерева на другое. Паладины тоже не испытывали особых трудностей: толстые прочные ветки с ровной шершавой корой действительно напоминали подвесные улицы Стейнгарда – разве что значительно уже.

– Зарина, а почему намейрусы предпочитают ночь? – поинтересовался Ларри.

– Днём очень душно, а в воздухе полно насекомых.

– Подожди, ты хочешь сказать, что ночью комары исчезают?! Да с наступлением темноты их должно стать ещё больше!

– Дело в том, Ларри, что вечером здесь пройдёт сильный дождь, а ночью выпадет обильная роса – комары этого не любят.

– А с чего ты решила, что дождь будет именно сегодня?

– Ларри, – довольно рассмеялась намейра, – это же тропический остров! Здесь на редкость однообразная погода: каждый день душно, каждый вечер – ливень, а каждую ночь – обильная роса. И так круглый год…

Терелас и впрямь занимал значительную площадь: к дворцу королевы путешественники вышли только через полчаса. Общие впечатления от столицы – зелень, вода, духота и комары. Палящие лучи тропического солнца пробивались сквозь не слишком густые кроны полых дубов, а ветер смахивал с листвы крупные капли влаги. Стволы некоторых деревьев были обвиты лианами, а прямо под тереласскими «улицами» простирались необыкновенно густые заросли ядовито-зелёного кустарника. В мощных розетках его длинных дугообразно изогнутых листьев скапливалась вода. Комариный звон не смолкал ни на минуту, а духота стояла неимоверная. Одежда путешественников уже через пару минут ходьбы стала насквозь мокрой от пота.

Дворец правящего дома расположился на невысоком холме, а составляющие его деревья были явно посажены искусственно: они располагались правильной спиралью, взбегавшей от подножия к вершине. Их кроны были аккуратно подстрижены, дабы ещё сильнее подчеркнуть «спиральность», а значительная часть ветвей – обрублена.

От этого «строения» веяло слабой природной магией. Ларри заметил, что мошкара куда-то подевалась, и немедленно снял щит.

– Ты же говорила, будто намейрусы не используют магию? – Мельд покосился на Зарину.

– Используют. Но только мужчины! А глава самого влиятельного из домов вполне может нанять магов – хотя бы для защиты дворца.

– От насекомых? – ехидно поинтересовался Руханнур.

– И от них тоже. Что ж это за дворец, если там сплошное комарьё?

Главный дворцовый вход (как определил его Ларри) представлял собой большущее шестиугольное отверстие, закрытое металлической дверью с выгравированным гербом дома. Зарина решительно подошла к нему и требовательно постучала.

Ей открыли. На пороге стояла стражница – невысокая оранжевоглазая намейра в плотной кожаной одежде.

– Терва, – сказала стражнице Зарина и поклонилась. Очевидно, на языке намейрусов это слово означало приветствие.

Намейры обменялись ещё несколькими репликами, пока Ларратос не догадался включить лингвофон.

– Миссия паладина, – услышал Ларри из лингвофона голос Зарины, – уничтожить вселенское зло. А для этого нам надо поговорить с королевой о городе Тааневер и выслушать все её советы. Как можно скорее!

– Королева готова к встрече, – кивнула стражница. – Она примет вас немедленно.

– Как, прямо сейчас? – удивилась Зарина: кажется, она не ожидала такой оперативности.

– Вы чем-то недовольны? – прищурилась намейра.

Зарина пожала плечами и жестом велела остальным путешественникам следовать за ней.

– Зверей оставьте снаружи, – прозвучал ещё один спокойный приказ стражницы.

Отряд вошёл в первое из дворцовых деревьев – и Ларри облегчённо вздохнул: в стволе полого дуба оказалось удивительно сухо и прохладно. Понятно теперь, почему днём намейрусы и носа не высовывают наружу! – подумал паладин.

Основным недостатком древесного жилища была полная темнота: паладины спешно перешли на внутреннее зрение. Впрочем, сами намейрусы и в темноте видели неплохо. Внутри ствол полого дуба, как заметил Ларри, делился горизонтальными перегородками на этажи, соединённые винтовой деревянной лестницей. Поднявшись ярусом выше, путешественники встали перед ещё одной шестиугольной дверью.

Устройство этих самых дверей своей необычностью сильно заинтересовало Леона. Дверь не открывалась, а раскрывалась: чуть присев, стражница вонзила когти в самый центр шестиугольника и с силой развела в стороны шесть треугольных створок двери.

В лицо Ларри ударил яркий солнечный свет. Отряд покинул первое из дворцовых деревьев и направился к следующему, следуя вдоль спирали дворца. Стражница неторопливо шла вдоль ветви-«улицы», и Ларри обратил внимание на кожаную обувь намейры: у этой обувки отсутствовали носки, а из прорези выглядывали мощные блестящие когти – гораздо длиннее и крепче, чем на руках. Ларратос осторожно скосил взгляд в сторону Зарины. У той не наблюдалось ничего похожего – вероятно, сказывалась нечистокровность.

***

Отряд вошёл в покои королевы. К удивлению Мельда, здесь внутреннее зрение не понадобилось – просторный круглый зал освещался магическим кристаллом, вставленным в спинку деревянного трона, где сейчас и восседала королева. Вероятно, ожидалось, что властительница, окружённая мерцающим свечением, будет выглядеть грозной и величественной. На деле же королева выглядела какой-то растрёпанной, поразительно напоминая разбуженную по тревоге воительницу, не вполне понимающую, что, собственно, происходит.

Глава дома Белар оказалась высокой рыжеволосой намейрой, выглядящей лет на тридцать пять человеческой женщины. Ларри слегка позабавили её уши. Если у Зарины они располагались вертикально, торчком, то у королевы – почти плашмя, придавая правительнице довольно забавный вид. Её одежда тоже не отличалась оригинальностью – стандартная кожаная куртка с кожаными же штанами. Разве что без обуви.

Ларри недоумённо моргнул: ступни намейры были короче, чем у человека, а пальцы, напротив, длиннее. И толще. Это вызывало ассоциации со звериными лапами. Под ногами правительницы лежал небольшой коврик, сделанный из шкуры какого-то животного (по мнению Ларратоса – нечто вроде гигантского клыкастого хомяка). Помимо самой королевы (кстати, вооружённой уже известным Мельду кинжалом-«когтем») в зале присутствовал целый отряд элитной стражи. Две воительницы слева от трона, две – справа. Тоже босиком: блики от яркого магического кристалла играли на их мощных когтях. А позади каждой пары элитных стражниц расположилось по альтануну – никем, кроме «танцоров молнии», эти могучие воины о двух клинках каждый быть просто не могли.

– Здравствуйте, ваше величество, – поклонился Ларри. – Я – Ларратос Мельд, паладин. Странствующий рыцарь.

– Приветствую, паладин, – произнесла королева мягким мурлыкающим голосом. Её светло-синие глаза светились от любопытства. – Что привело тебя в Терелас?

– Мне нужно попасть в город Тааневер, – произнёс Ларратос. – Я хочу там найти древний артефакт-кристалл.

– Таанавер, – довольно прищурившись, произнесла правительница, улыбнувшись каким-то своим мыслям. – Это неблизко. Он расположен примерно в ста восьмидесяти милях к западо-юго-западу от Тереласа¹. Пожалуй, – королева чуть приподняла левое ухо, искоса рассматривая отряд путешественников, – я даже помогу вам туда добраться. Между прочим, местная королева, глава дома Фаран, увлекается поисками древностей и могучих артефактов.

– У неё может быть искомый кристалл?

– Может, – пожала плечами королева и, лукаво улыбнувшись, добавила:

– А может и не быть. И молитесь вашему… Абсолюту, кажется?.. чтобы не было.

– Почему же?

– Да потому что Кельбриз – феноменальная жадина, – весело рассмеялась правительница. – Из тех, у кого на болоте комаров не допросишься. Учти ещё, что она терпеть не может мужчин.

– Спасибо за предупреждение, ваше величество. Но не могли бы вы подсказать мне, как конкретно добраться до Таанавера? Боюсь, что в здешних джунглях легко заблудиться.

– Я выделю вам отряд сопровождения. Только подождите до вечера – дневной Сельвин не подходит для прогулок и путешествий.

– Прошу прощения, но мы торопимся, – покачал головой Ларри.

– В таком случае, вам лучше воспользоваться водоходами, – королева ничуть не удивилась такой поспешности. – Они соединяют все крупные города Сельвина. Я отдам необходимые распоряжения. Если отправитесь прямо сейчас – к утру уже очутитесь в Тааневере.

– Благодарю вас, ваше величество, – ещё раз поклонился Ларри.

– Не стоит, – пожала плечами королева. – Между прочим, вы – не первые паладины, которые прибыли за этим кристаллом.

– Вот как? – насторожился Ларри.

– Да, полвека назад тут уже появлялся паладин.

– Позвольте, угадаю. Его звали Абдель Хариб, не так ли?

– Верно, – ответила королева. – Именно так.

Ларратос открыл рот от изумления, но ничего не произнёс.

– Ладно, ступайте, – королева махнула рукой, давая понять, что аудиенция окончена. Выглядела она при этом такой довольной, что у Ларратоса возникли нехорошие подозрения.

Задействовав внутреннее зрение, паладин просканировал королеву и её окружение – но не обнаружил ничего подозрительного. Хорошие, удивительно мощные ауры намейрусов говорили об их недюжинной живучести и выносливости. Аура королевы излучала обаяние и тот же животный магнетизм, которым некогда пыталась воспользоваться Зарина. Но никакой угрозы от главы дома не исходило – только искренний интерес и любопытство. Попутно Ларри отметил, что королеву окружает целый клубок защитных заклинаний. Гадать об их источнике не приходилось – стражей-альтанунов окутывали точно такие же чары. Да и таинственный коврик под ногами правительницы излучал какие-то странные энергии, тоже явно магического свойства.

***

– Зарина, а что такое водоход? – поинтересовался Ларри, когда путешественники, покинув дворец, зашагали к южной части города, где, по уверениям королевы, их уже должны были ждать.

– Не знаю. Транспорт, надеюсь, – ответила ему девушка.

– А почему у ваших воительниц такие странные причёски? – вдруг поинтересовался Апион. Ларри невольно обернулся: до этих пор бывший преступник держался так незаметно, что паладин уже успел забыть о нём.

– Странные? – не поняла Зарина.

– Гиперборейские аристократки тоже любят поиздеваться над своими волосами, но мне ещё не приходилось видеть, чтобы каждую прядь красили в собственный цвет.

– Ах, это! – рассмеялась намейра. – Так это не краска, а их естественный окрас. У нас женщины с многоцветными волосами – не редкость.

– Расскажи лучше о королеве, – нахмурился Элиддин. – Ей вообще можно доверять?

– Да, мне тоже не понравились её «дружелюбные» улыбочки, – недовольно поморщился Ларри. – Она выглядела как кошка, сожравшая крынку сметаны.

Зарина задумалась.

– Полагаю, что можно, – наконец ответила намейра. Прозвучало это не слишком уверенно. – Но должна предупредить: правящие дома постоянно интригуют, пытаясь увеличить своё влияние. И нам ни в коем случае нельзя влезать в здешние политические игры, в противном случае мы рискуем застрять на этом острове до конца жизни. Размаху местных интриг позавидовал бы даже Азиз Шакир.

Глава 2

Тени интриг

Водоход действительно оказался видом транспорта, только весьма экзотичным. Спустившись к реке, путешественники увидели пару гигантских насекомых, внешне напоминающих водяных клопов. Они лениво покачивались на волнах, плавно перебирая лапами. На спине переднего (чуть более крупного) «клопа» устроилась крайне недовольная намейра. Похоже, её только что разбудили, да и плыть в Тааневер по такой духоте ей явно не улыбалось.

– Явились? – недружелюбно процедила она, сверкая злющими жёлтыми глазищами. – Устраивайтесь, – кивок в сторону насекомых. – Королева велела доставить вас в Таанавер.

– Пожалуй, начнём с размещения зверей, – предложил Элиддин. – Руханнур, прошу!

Фыркнув, дракон запрыгнул на водоход. Насекомое коротко булькнуло и плавно осело под тяжестью ящера, полностью скрывшись под водой – к счастью, неглубоко. Мизрахийский танин, которому вода теперь почти доставала до брюха, немедленно разворчался.

– Это что ж, мне почти сутки мокнуть?! Тогда зачем, спрашивается, нам это шестиногое, если и так почти вплавь придется?

– Можешь плыть, если так хочется! – разъярённо прошипела намейра-погонщица. – Но вообще-то водоход и вторую зверюгу выдержит, а когда поплывём, усадка уменьшится.

Гидра мрачно рассматривала «клопа», который мало того, что затонул, так ещё и мерно покачивался, угрожая сбросить танина. Вдобавок пара драконов хоть и помещалась на водоходе, но едва-едва.

– Сссс! Хоссяин! Рассрешшите мне плыть бесссс этого насссекомого! Прошшшу вассс! Путешшесссствие в обнимку ссс жшшелтой ящшшерицей будет бессссить меня!

– Плыть? Мирида, ты уверена, что сумеешь плыть вровень с водоходами, да ещё так долго?

– А я вообще не слышал, чтобы драконы умели плавать! – встрял Руханнур. – Эли, это я к тебе обращаюсь. Вроде как тонкий намёк.

– Мошшет, всякая огнедышшшащшшая шшшваль и не плавает, но вода – нашшша родная стихия, – выдала гидра.

– Ладно, Мирида, плыви, – согласился Ларри, а про себя подумал, что общение с танином плохо действует на гидру: у неё начинает прорезываться ехидство и какое-то нездоровое чувство юмора.

Разобравшись с драконами, путешественники устроились на спине первого водохода. Погонщица, усевшись поудобнее и ухватившись за усы насекомого, оглушительно свистнула. Повинуясь её команде, водоходы энергично заработали лапами.

При этом усадка водоходов действительно уменьшилась, а высокая скорость принесла избавление от комаров: последние почему-то не кидались на подвижную цель. Зато духота, напротив, усилилась. Тёплый влажный воздух, обтекая лица путешественников, невольно заставлял задуматься – а может, королева была права, предлагая подождать до вечера.

Обернувшись, Ларри увидел гидру, мерно плывущую вровень с передним водоходом. Она работала не только лапами, но и крыльями, а из-под воды торчал лишь самый кончик её морды. Изумрудная чешуя дракона блестела на солнце россыпью ярко-золотых и нежно-зелёных бликов.

Руханнур на своём водоходе делал вид, будто вот-вот свалится, и время от времени косился на Элиддина – видит ли? Паладин, уже давно привыкший к всевозможным выходкам танина, делал вид, что ничего не замечает.

В целом же путешествие обещало получиться интересным. «Хотя до „Альбатроса“ этому водоходу далеко», – подумал Ларри.

– Послушай, Зарина, – вдруг поинтересовался глава ордена. – Королева сказала, что Абдель Хариб появился здесь полвека назад. И я видел, что с ним путешествовала черноволосая девушка…

– Ты очень догадлив, Ларри. Да, это я.

– Тогда та черноволосая девушка, что я видел во сне про Абделя…

– Да, Ларри, это – я.

– Сколько же тебе лет, Зарина?

– Около семидесяти. Сама сбилась со счёта. Мы, намейры, живём долго. Да и магия позволяет мне сохранить молодость.

– Зарина, ты же – свидетельница всех открытий Абделя! Разве ты не знаешь, где конкретно в Тааневере он нашёл кристалл?

– Нет, не знаю. Он познакомился со мной уже на обратном пути.

– А знаешь ли, где мы можем найти следующий?

– В древних землях орков.

– И ты видела саму цивилизацию Перворождённых?

– Нет. Абдель велел мне остаться на корабле. Тогда я ещё не обладала паладинскими навыками – и не могла нормально сама защитить себя.

***

Духота с каждым часом усиливалась. Небо, в начале путешествия бывшее светло-синим, как-то плавно и незаметно сменило свой цвет на равномерно-серый. На водную гладь упали первые тяжёлые капли.

«Неужели дождь?» – подумал Ларри. – Хорошо бы, а то прямо хоть ледяную магию используй…

Ливень действительно хлынул – сперва приторно-тёплый, но постепенно холодеющий. Ветра не было, и ровные струи дождя обтекали выставленный Ларратосом Абсолютный щит. Видимость (и слышимость) сразу же резко уменьшились.

Вскоре путешественники заметили просеку в плотной стене стражей прибоя, трепещущих под дождевыми струями.

– Приплыли, – довольно кивнула погонщица: как только стало чуть прохладнее, её настроение улучшилось. – Теперь будем двигаться по суше до самого Таанавера.

Водоходы неуклюже выкарабкались на скользкий от дождя берег – Ларри отметил необычный красноватый цвет Сельвинской земли, а также большие группы высоких деревьев с широкими кожистыми листьями. Столь любимых немейрусами полых дубов поблизости не наблюдалось – вероятно, они росли только в городах.

Водоходы сноровисто двинулись прямо сквозь плотные заросли всё того же воронкообразного кустарника. Его листья были столь жёсткими, что капли дождя разбивались на них, окутывая всю тропу сплошной пеленой мелких брызг. К специфическому шуму льющейся воды добавился хруст и шелест листьев, сминаемых водоходами. Быстро темнело. Обернувшись, Ларри не увидел заднего водохода с Руханнуром – он полностью скрылся за мерно шумящей холодной пеленой дождя.

– А где второй водоход? – поинтересовался Элиддин у погонщицы. – Он не потеряется?

– Исключено, – улыбнулась намейра. – Водоходы часто ходят цепочками, и никогда не теряют друг друга.

***

Руханнур, мокрый, как мышь, тоже потерял из виду переднего «клопа». А обилие воды, зелени и грязи изрядно раздражало дракона. Он с тоской вспоминал мизрахийские пустыни и мысленно сетовал на Элиддина, непонятно с какой дури сунувшегося в Сельвин. «Неудивительно, что его из ордена выгнали. За такое издевательство над драконом нужно ещё и анафеме предавать». От размышлений его отвлёк какой-то странный хруст, пробившийся сквозь шум дождевых струй. Обернувшись, танин увидел Мириду, постепенно догоняющую водоход. Гидра выглядела неважно: вся в красноватых потёках грязи, с прилипшими к чешуе ошмётками листьев, она с немалым трудом пробивалась сквозь неподатливый кустарник.

Танин сразу же довольно заухмылялся: приятно видеть, что вредной змеюке приходится ещё хуже, чем ему.

– Подвиньссся, – пропыхтела гидра, поровнявшись с водоходом.

– Ну, если вежливо попросишь, – довольно прищурился Руханнур.

Дёрнувшись, как от удара, гидра замерла, яростно сверкая сразу тремя парами янтарных глаз. В сгущающихся сумерках это выглядело особенно эффектно.

– Есссли ххозссяин посссволит, от тебя дашше хвоссста не оссстанетссся! – услышал танин, прежде чем Мирида скрылась из виду: здесь, в густых зарослях, с водоходом гидре было не тягаться.

***

Дождь окончился так же внезапно, как и начался. Облака довольно быстро рассеялись, явив взорам путешественника удивительно красивое звёздное небо Сельвина. Луны не было, но голубоватый звёздный свет оказался достаточно ярок, чтобы деревья отбрасывали нечёткие тени. С каждым часом становилось всё холоднее. Ларри любовался удивительным ночным пейзажем, когда водоходы вдруг резко остановились.

– Что? Уже приехали? – дёрнулся Ларри, поспешно включая лингвофон.

– Нет, – мрачно ответила извозчица. – До города ещё шестьдесят миль, но путь в Таанавер временно закрыт.

– Почему же? – изумился Ларратос.

– Посмотрите сами, – пожала плечами намейра, показывая на толстые канаты серебристой паутины, в изобилии растянутые между ближайшими деревьями.

– Тут завелись лесные пауки, – пояснила извозчица. – И похоже, у них начался сезон охоты. Водоходы не пойдут дальше. Этот путь будет закрыт ещё дней шесть. Нам придётся вернуться.

– Шесть дней?! – вскричал Ларри. – Но мы не можем терять столько времени!

– Боюсь, я ничем не смогу помочь, – вздохнула погонщица. – Лезть через паучьи тропы – самоубийство.

– Умный в гору не бежит, умный гору облетит, – вставил своё словечко Руханнур: второй водоход поравнялся с головным, так что ящер услышал окончание разговора.

– Ты прав, Руханнур, – ответил Ларратос. – Но вам с Миридой не поднять весь отряд. Ты можешь поднять двоих, а подросшая гидра – от силы троих.

– Тогда части отряда придётся возвращаться в Терелас и ждать нас на корабле, – сказал Элиддин. – С нами могут отправиться ещё трое.

– Надо взять Зарину, – сказал Ларратос. – Она сможет ориентироваться на этой местности. И Апиона, без чьей помощи мы вряд ли сумеем попасть внутрь пещеры Перворождённых. Нам нужен ещё один доброволец.

– Я пойду, – сказал Леон. – Просто не могу упустить возможность исследовать руины Перворождённых и их технологии.

Водоходы благополучно отбыли, а отряд паладинов, лишившийся теперь Беллерадаша, приступил к погрузке.

– Так, Леон, мы садимся на Руханнура, – скомандовал Элиддин.

– А всем остальным придётся довольствоваться гидрой, – добавил танин, хотя это было и так понятно.

Но тут возникла ещё одна проблема: гидра куда-то делась.

– Мирида! – крикнул Ларри. – Мирида, где ты? Вот только этого ещё не хватало. Зря мы её пустили своим ходом. Может, водоходы и не теряются, но гидра ночью, да ещё в джунглях, да ещё под таким ливнем могла и заблудиться.

– Не говори ерунды, – улыбнулся Леон. – У них же чутьё на хозяина. Сам ведь рассказывал, как гидра тебя разыскала в Баалгардских трущобах… О, а вот, наверное, и она! – добавил изобретатель, услышав какой-то шум со стороны тропы.

Но это оказалась не Мирида. Смяв заросли кустарника, перед путешественниками вылез здоровенный мохнатый паук.

– Ничего себе, – пробормотал Элиддин, доставая Малькинур.

– Стойте! – раздалось вдруг откуда-то сзади. – Он не нападёт, если вы не наделаете глупостей.

Резко обернувшись, Ларри увидел двух намейр, одетых в одинаковые серебристые хламиды с вышитыми изображениями чёрного паука. Одна из намейр сжимала в руках короткий кинжал-«коготь», другая же – странное оружие, напоминающее алебарду. Её лезвие отсвечивало зеленоватым, а сам паладин ощутил опасность, исходящую от этих девушек.

– Жрицы Паука, – прошептала Зарина.

– Именно, – величаво кивнула та, что с кинжалом.

И, повинуясь её небрежному жесту, из тьмы выползло ещё два здоровенных паука, послушно замерших за спинами жриц.

– Так эта паутина – ваших рук дело! – осенило Ларратоса.

– Конечно, – вновь кивнула жрица. – Дом Зибейль недоволен вашими действиями, паладины. Мы пытались остановить вас косвенными методами, – она плавно взмахнула рукой, указав на переплетённую серебристыми нитями паучью тропу, – но вы оказались слишком упрямы.

– Недоволен? – поразился Ларри. – Что мы такого сделали?

– Пока ещё ничего. Но можете. Королева Кельбриз попытается вас использовать. И вот этого мы не допустим. Запомните: если вы начнёте действовать против Чёрной Пантеры – вас устранят, несмотря на все ваши сверхспособности.

– К чему эти угрозы? – недоумевал Ларратос. – Да я впервые слышу про вашу пантеру!

– Тем лучше. Вам и не нужно знать всего. Просто запомните.

Произнеся эти слова, жрицы растворились во тьме. Мгновением позже исчезли и пауки.

– Странно всё это, – покачал головой Элиддин. – Зарина, ты понимаешь, о чём они сейчас толковали?

– Увы, – сожалеющее вздохнула намейра. – Но их угроза более чем серьёзна. Если они натравят на нас пару десятков этих паутинных тварей, нам придётся туго. А если ещё и асассинов подключат…

– Ссстой сспокйно, насссекомое, когда я тебя убиваю! – раздалось вдруг знакомое шипение.

– Мирида! – ахнул Ларри, стремглав бросаясь назад по тропе. – Что случилось? С тобой всё в порядке?

Навстречу ему вылезла гидра собственной персоной – вся в земле, какой-то слизи и остатках паутины.

– Не всссё! Сссс насссекомым расссчиталиссь, осссталась мерзссская ящшшерица!

– Какая ящерица? О чём ты?

Не вдаваясь в подробности, Мирида смерила Руханнура очень нехорошим взглядом, а потом, отвернувшись, плюнула ядом на ствол ближайшего дерева. Лёгкое шипение растворяющейся древесины – и ствол с шумом и треском обрушился на хвост танину.

– Мирида!

– В чшшем дело, хосссяин? Я этого ящшшера дашшше когтем не трогала! – оправдалась довольная собой гидра.

***

Дворец королевы Таанавера сильно отличался от Тереласского. Здешние деревья располагались не спиралью, а концентрическими кругами. Центральное же дерево выделялось ярко-оранжевым цветом коры. Кроме того, Ларратос не ощущал никакой магии, связанной с дворцом – а ведь апартаменты Тереласской королевы окружал целый клубок мощных заклятий.

Да и встретили здесь путешественников тоже неласково. Сонная стражница смотрела на путешественников с явным презрением.

– Я хочу поговорить с королевой, – произнёс Ларратос.

– Не думаю, что она будет разговаривать с вами, мужчина, – презрительно проронила охранница. Слово «мучжина» в её устах вообще прозвучало как грязное ругательство. – Но я доложу ей о вашем прибытии.

Дверь закрылась, и путешественникам пришлось почти два часа стоять у входа во дворец. Ларри заметно нервничал, Мирида уже пару раз выказывала желание разнести «всссю эту жшшалкую поссстройку», когда охранница всё-таки соизволила появиться.

– Вас примут. Глава вашего сброда и женщина-полукровка могут пройти. Остальные пускай ждут.

Зарина дёрнулась, но промолчала. Ларри же без лишних разговоров последовал за охранницей – прямо в тронный зал. Здесь тоже не ощущалось магии. А вот стражи присутствовали – тоже шестеро, как и в Тереласе. Только здесь все шестеро были девушками.

Сама королева выглядела так, словно встретилась с собственным призраком: глубоко посаженные зелёные глаза, пылающие фанатичным огнём, мертвенно-бледная кожа и светло-серые волосы. Всё это живо напомнило Ларратосу Шакировских упырей. Задействовав внутреннее зрение, паладин рассмотрел неровную пульсацию измочаленной ауры Кельбриз. Похоже было, будто королева попала под сильное магическое воздействие, от которого так и не оправилась окончательно.

– Здравствуйте, ваше величество, – поклонился Ларратос. – У меня важная миссия от совета паладинов.

– Ты – мужчина, да к тому же – чужак, – злобно прошипела королева. Её лицо заострилось, пальцы с силой сжали подлокотники трона. – Уже одно твоё присутствие оскверняет этот зал. Вякни ещё хоть слово – и оно станет последним.

– Ваше величество, – поклонилась Зарина, – этот чужак победил меня в честном поединке. И пощадил. Моя жизнь принадлежит ему.

– Долг жизни? – провела бровями королева. – Похоже, пришелец, ты не так безнадёжен, как мне казалось ранее. Что ж, пусть твоя рабыня скажет, зачем ты пришёл.

– Ваше величество, – продолжила Зарина, – мы ищем кристалл, созданный древней цивилизацией Перворождённых. Не располагаете ли вы этим кристаллом или же какими-нибудь сведениями о нём?

– Мой ответ прост – нет! – Кельбриз поджала губы. – Ни кристалла, ни сведений – НИ-ЧЕ-ГО! А теперь убирайтесь.

Мельд понял, что с этой намейрой действительно бесполезно разговаривать.

– Прошу прощения за беспокойство, – поклонился Ларратос и направился к выходу. Зарина последовала за ним.

– Постой, полукровка! – окликнула её королева. – Твой хозяин – рыцарь, не так ли?

– Да, а что? – недоумённо спросила девушка.

– Его орден занимается борьбой со злом и разрешением конфликтов?

– Именно так.

– Тогда вы просто обязаны покончить с этой гражданской войной, – жёстко усмехнулась Кельбриз, а в её глазах вспыхнули злорадные огоньки.

– Какой гражданской войной?

– Объясняю. В Западном Тааневере издревле жили разбойницы. Ранее они не представляли серьёзной угрозы, пока не появилась мерзкая ведьма Фильдана. Она создала из разрозненных разбойниц организованную банду. Восемь лет назад она похитила мою двенадцатилетнюю дочурку Треилю, наследную принцессу Тааневера. И зверски убила её. Злостная ведьма высылала мне пальцы Треили – а затем и её отрезанную голову.

– Как я понял, у вас престолонаследие идёт по женской линии, от матери к дочери? – вмешался Ларри.

Королева сделала вид, что не слышит Мельда.

– Да, – со вздохом ответила Зарина.

– А разве у вас нет ещё дочерей? Если нет, разве вы не можете родить ещё одну?

Глаза королевы полыхнули гневом. Стражницы синхронно шагнули вперёд, вскидывая свои клинки. Ларратос сообразил, что опять ляпнул лишнего. Однако Кельбриз, похоже, сильно нуждалась в помощи паладинов, ибо сумела справиться с приступом ярости.

– Вольно, – скомандовала она. – Рабыня, передай своему хозяину, что у королев Сельвина нет мужей. Только здоровые и сильные фавориты, используемые для продолжения рода. Моим фаворитом был маг Ираксилль. После того, как я узнала, что беременна, я, как велит наша традиция, бросила его.

– Это… – начал было Ларратос, – но Зарина поторопилась перебить Мельда, пока он опять чего-нибудь не ляпнул:

– Это не варварство, Ларри. Королева должна изгнать фаворита, иначе он будет метить на трон! Мужчина не может стать королём, за исключением города Себривен, где правит Ильграр, дом магов.

– Именно так, – кивнула Кельбриз. – Но маг Ираксилль, после того как я его изгнала, проклял меня! Только идиотка может после этого доверять мужчинам. С тех пор и начались мои неприятности – и неприятности королевства. Оживились разбойницы. Появилась ведьма и убила мою дочурку. А года два назад у разбойниц появилась новая предводительница по прозвищу Чёрная Пантера.

Услышав это имя, Мельд вздрогнул. Королева же как ни в чём не бывало продолжила:

– Под её началом разбойницы превратились в настоящее стихийное бедствие. Ещё никогда ими не руководил такой интеллектуальный стратег, не побоюсь своих слов, достойный управлять Великим Домом Фаран. Разбойницы сделали из Западного Таанавера неприступную крепость. Этот конфликт стоил жизни многим отважным воительницам.

А единственный способ прекратить его – убить ведьму и доставить мне Чёрную Пантеру. Желательно живой.

– Почему это? – поинтересовался Ларри.

– Вероятно, госпожа Кельбриз, – пояснила Зарина, – хочет нанять Чёрную Пантеру и стать её сюзереном. Таков один из наших обычаев…

– Да, если враг силён и не хочет сдаваться, он часто продаётся, – подтвердила королева.

– Буду говорить прямо, – ответил Ларратос. – Я – паладин, и обычно помогаю всем, кому могу помочь. Но сейчас у меня очень важная миссия, не терпящая задержек. Дайте мне денёк на размышление. Я подумаю, где мне искать кристалл – и стоит ли браться за вашу миссию.

– Передай хозяину, что он может думать хоть целую вечность, – жёстко ответила Кельбриз. – Но только вне моего дворца. Я не потерплю присутствия мужчины в моих владениях.

***

Путешественники расположились неподалёку от дворца. Результаты «переговоров», понятное дело, не вызвали у паладинов особого восторга.

– Да уж, хорошего мало, – поморщился Элиддин. – О кристалле ни слова, помощи тоже никакой, так ещё и в местные конфликты норовят втянуть.

– Я уже советовала ни во что не ввязываться, – сказала Зарина. – К тому же совершенно очевидно, что этих разбойниц поддерживают жрицы Пауков, а то и ещё кто из правящих домов.

– Вообще-то если ведьма действительно убила дочь королевы (а Кельбриз не соврала, ложь я бы почувствовал), – задумчиво произнёс Ларри, – то она вполне заслужила смерть. Но здешняя королева тоже не подарок. Ладно! Кристалл ищем своими силами, а если останется время – подумаем, что делать с разбойницами.

– И как мы его найдём, кристалл-то? – поинтересовался Леон. – В местных джунглях самим бы не потеряться.

– Очень просто, – улыбнулся Ларри. – Я попросту засну – и, скорее всего, увижу во сне Абделя. Слишком уж он сильно следит в матрице Абсолюта.

– Смотрите, светает! – радостно сообщил Руханнур. – Не вовремя вы спать собрались. Ох, не вовремя!

– Да уж, – вздохнул Элиддин. – Условия неподходящие. Ни переодеться, ни помыться, даже магией не воспользоваться. А днём ещё жара, да комары…

– Приветствую доблестных паладинов! – раздался вдруг чей-то бодрый голос. Чуть повернув голову, Ларратос увидел невысокую зеленоглазую намейру в чёрных кожаных одеждах, характерных для дома Белар. – Я вижу, вы в полной мере познали поистине потрясающее гостеприимство дома Фаран?

Намейра чуть улыбнулась, смешно встопорщив остроконечные уши.

– Мда, – мрачно произнёс Леон. – Вот только ничего смешного я здесь не вижу. Вам должно быть стыдно за свою королеву.

– Мне? – удивилась намейра. В её глазах вспыхнули весёлые огоньки. – Но Кельбриз – не моя королева. Я – Эйра, полномочный представитель дома Белар.

– Вот как? – оживился Ларратос.

– Ага. Вам, вероятно, неизвестно, что в каждом городе, помимо правителя, присутствуют представители всех остальных правящих домов.

– И каждый, естественно, отстаивает свои интересы? – прищурился Элиддин.

– Интересы своего дома, рыцарь, – поправила его девушка. – Да, чуть не забыла: если вам надоело валяться на голой земле под кронами дворца, можете пройти в наше представительство.

– С чего вдруг такая забота? – ненавязчиво вмешался Апион.

Эйра весело рассмеялась.

– Не бойтесь, никакими дополнительными поручениями обременять не буду. А может, даже чего полезного скажу, – она слегка повела правым ухом и загадочно прищурилась.

***

В Беларском представительстве путешественники смогли, наконец, помыться, поесть, разместить зверей и даже высушить одежду: у Эйры нашёлся соответствующий амулет.

– А мне казалось, что магия здесь запрещена, – заметил Лари.

– Ха, да кто её запретит-то? Я же сама не колдую, амулетом только вы воспользовались. А различных артефактов в столице полным-полно. Ну, вот ваши комнаты. Возможно, для вас тут темновато, но придётся потерпеть. В общем, располагайтесь.

– Постойте, – насторожился Апион. – Я так и не понял, почему вы нам помогаете. Уж простите, но я и прежде в бескорыстность особо не верил, а уж после здешней королевы…

– Всё просто, – весело произнесла намейра. – Ваш отряд – это сила. Причём внушительная сила. Неудивительно, что правящие дома пытаются вас использовать. Вы ведь можете весь расклад сил изменить, вот в чём дело. Пока в этой игре лидирует Кельбриз – наглости ей никогда было не занимать, но я попытаюсь это дело исправить.

– Постой, так ты знаешь, о чём мы говорили с королевой?

– Ага. Кельбриз сильно сглупила, поссорившись с магами. И что в результате? Проклятье с неё и с её земель снять некому, магические защиты исчерпались, зато магические шпионы появились во множестве. И выявить их некому, вот что самое интересное! – заговорщически произнесла Эйра. – А вот у самой королевы с информированностью теперь проблемы. Взять хотя бы этих разбойниц. Вы всерьёз решили с ними разобраться?

– Ещё не решил, – мрачно ответил Ларратос.

– И правильно, – с энтузиазмом поддержала его Эйра. – Во-первых, никакие это не разбойницы. Тут кое-что другое. Во-вторых, дома Ильграр и Зибейль симпатизируют Фильдане и её воинству. Это тоже нужно учитывать.

– Так чего вы от нас хотите? – поинтересовался окончательно сбитый с толку Ларратос.

– О, всего лишь трезвомыслия. Поймите: вас используют. Все используют, понимаете? Я, кстати, не исключение, признаюсь честно… Честность и дружелюбие – вообще главная политика нашего дома, потому он и самый уважаемый… Но это я так, к слову.

В общем, если всё же влезете в это дело и пойдёте разбираться с «разбойницами» – не забудьте поговорить ещё и с их предводительницей. Тоже много полезного узнаете. А там, глядишь, и примете действительно справедливое решение.

С этими словами Эйра удалилась, а паладины, ещё раз обсудив сложившуюся ситуацию, легли спать.

***

Ларратос спал. И поскольку он был в том самом городе, где Абдель нашёл кристалл, он и увидел во сне Абделя. Тот вместе с напарником шёл по земле Сельвина, под вековыми деревьями.

– Западный Тааневер, – задумчиво произнёс Хариб. – Точнее, нижний западный Тааневер. Тут и должен быть кристалл, если верить магу намейрусов.

Вскоре Абдель и Петер нашли пещеру. В ней паладины. Абдель с Петером зашли в пещеру. А за ними – и Ларратос.

И тут на троицу исследователей из недр пещеры набросился паук. Размером со слона. Ларратос рефлекторно схватился за меч, лишь через мгновение вспомнив, что всё вокруг – иллюзия. Абдель пригнулся, Петер тоже. Абдель вытащил из ножен меч – теперь Ларратос видел, что это – Зариндуил, только меч ещё не носил это имя, ибо Абдель ещё не познакомился с Зариной. Паладин ударил пылающим мечом по одной из ног паука, паук с визгом отпрыгнул – и плюнул ядом в Петера. Тот вздрогнул и упал замертво.

– Петер! Нет! – Закричал Абдель и яростно замахал мечом в бешеном темпе, отрубив пауку сначала ноги, а потом и голову.

Ларратос в ужасе проснулся.

– Что случилось? – спросила у него Зарина.

– Я увидел пещеру, где находится кристалл. Эта пещера – внизу, у основания Западного Тааневера. Того самого района города, где поселились ведьма Фильдана и разбойница Чёрная Пантера!

– И когда мы отправляемся туда?

– Прямо сейчас! Идём – сообщим королеве, что мы согласны исполнить её миссию – нам как раз по пути!

Глава 3

Чёрная Пантера

Граница представляла собой сплошное нагромождение поваленных полых дубов. Их замшелые стволы, обвитые лианами, образовывали нечто вроде крепостной стены или насыпного вала, преодолеть который непросто даже паладину. В один из таких стволов были вмонтированы шестиугольные врата – примерно той же конструкции, что и в королевских дворцах. Ворота охранялись шестёркой стражниц.

– Королева дала нам задание. Можем ли мы пройти? – полюбопытствовал Ларратос.

– Выйти – можете, войти нет, – неохотно ответила одна из стражниц. Наша задача – никого не впускать с той стороны, а выпускаются все желающие. Но учтите: по ту сторону врат вас будет ожидать такой же отряд стражниц, только служащий Чёрной Пантере.

Врата открылись. Ларратос и отряд зашли внутрь. Короткий проход внутри ствола быстро закончился совершенно аналогичными воротами. Тоже закрытыми. Внутренним зрением Ларри без труда рассмотрел шесть силуэтов, расположенных за вратами. Стало быть, разбойницы действительно выставили стражу. И, похоже, они не собираются открывать ворота.

– Хосссяин, я сссмогу расснессти дверь и убить всссех, кто осмелится помешать нам! – раздражённо прошипела Мирида, для которой этот проход был слегка тесноват.

– Не стоит, – отозвался Ларри. – Для начала попробуем пройти с помощью магии.

– По-моему, на стражу наложены защитные чары, – предупредил Леон. – Магия может не сработать.

Но Ларратос недаром ощущал себя Шаддаем. Он мог накладывать заклинания, опираясь при этом на силы Абсолюта. Мысленно произнеся заклятие усыпления, паладин сделал пас руками, и разбойницы попадали, сражённые мертвецким сном. Ещё один пасс – и врата послушно открылись, явив взорам паладинов шестерых намейр, одетых в чёрные чешуйчатые доспехи. Вся шестёрка распростёрлась на земле, а рядом лежали массивные луки.

– Ну, с этой шестёркой мы справились, – произнёс Элиддин. – Но я не думаю, что мы пройдём напролом отрядом из пятерых человек к логову ведьмы Фильданы и Чёрной Пантеры. Думаю, несмотря на наши силы, нас могут задавить числом.

– Для начала надо узнать, где же конкретно находится убежище ведьмы, – ответил Ларратос. – И кстати, Зарина, что это за доспех? От этой брони исходит довольно сильная магия.

– Точно не знаю, – неуверенно произнесла намейра. Напоминает доспехи магов Ильграра, которые отражают атакующие заклинания обратно в сотворившего, но женщинам запрещено их надевать. Вероятно, это трофеи, снятые с погибших магов, присланных на борьбу с разбойницами.

– Я так не думаю, – Апион уже вовсю обшаривал стражниц. – Доспехи идеально подогнаны под носительниц, явно на заказ.

Однако развить свою мысль он не успел: перед отрядом материализовалось нечто, похожее на призрак. Это была высокая женщина-намейра, возраст которой, согласно человеческим представлениям, можно было определить как «слегка за тридцать».

– Привидение! – воскликнул Ларратос.

– Нет, – ответила Зарина, – это – не привидение. Ментальный образ. Один из объектов магии иллюзий, используемый для связи.

– Итак, – сухо произнёс ментальный образ, – вижу, пожаловали гонцы нашей дорогой королевы Кельбриз.

– Кто ты? – выкрикнул Ларратос.

– Я – Фильдана.

– Мерзкая ведьма? – спросил Ларратос у Зарины, на некоторое время выключив лингвофон. – По-моему, она слишком молода и привлекательна для ведьмы.

– Не забывай, Ларри, – ответила Зарина. – Намейрусы навешивают ярлык «ведьма» на любого мага женского пола.

– Кто командует вашим отрядом? – спросила Фильдана.

– Я главный, – ответил Ларратос. – Что тебе надо?

– Эта королева Кельбриз – всё такая же трусливая стерва. Все жители восточного Тааневера боятся меня и моих воительниц, и поэтому она послала против меня чужаков, что даже не ориентируются в наших деревьях. Да вы в двух соснах заблудитесь, чужаки.

– Не растекайся мыслью по древу, ведьма, – сказал Ларратос. – Прямо говори, чего тебе надо.

– Я не знаю, сколько обещала королева за мою голову, но обещаю тебе и твоему отряду гораздо большую сумму за голову Кельбриз.

– Забудь, – резко ответил Ларратос. – Я дал Кельбриз слово, и я её не предам, сколько бы денег, Фильдана, ты мне не предлагала. Я никогда не связываюсь с ведьмами и бандами!

– Ты не понимаешь, – ответила ведьма. – Это мы на стороне добра, истины и справедливости. А королева – стерва и сволочь, что хватается за устаревшие законы, поработившие наш народ. Присоединяйся к нашему ордену «Ночные Клинки»! Вместе мы покончим с несправедливым строем, что возглавляет нынешняя королева, а потом, если повезёт, изменим весь Сельвин!

– Справедлив ли строй, меня сейчас не волнует. Но я никогда не присоединюсь к тебе. Мне не важно, как ты относишься к нынешней королеве и её династии, которая скоро оборвётся. И оборвётся эта династия из-за тебя: ведь ты убила единственную наследную принцессу! Более того, ей было всего двенадцать лет! Ты убила не политического противника, а ребёнка! Я никогда не пойду на союз с детоубийцами, какие бы благие цели они не преследовали.

– Как знаешь, – ответила ведьма. – Но тот, кто отвергает мои предложения, достоин смерти.

– Как тривиально, – улыбнулся Элиддин. – Нам снова угрожают смертью.

По призраку пробежала лёгкая рябь. Ларри почувствовал опасность, исходящую от ментального образа, и едва успел выставить Абсолютный щит, как призрак взорвался с оглушительным грохотом. Во все стороны полетели комья земли, с полых дубов обломило несколько веток.

– Чтоб ей, – выругалась Зарина. – Мало того, что эта ведьма посмела применять магию ментального образа, так ещё и как-то подправила классическое заклинание!

– Ничего страшного, – пожал плечами Элиддин. – Это всего лишь попытка запугивания. Много шума, но прискорбно мало эффекта. Взгляните на стражниц – их, по-моему, вообще не задело.

– Ладно, – поморщился Ларратос. – Для начала выясним, где конкретно находится логово Фильданы и её приспешницы Чёрной Пантеры. А для этого допросим одну из стражниц. Эй ты, очнись, – крикнул он одной из поверженных намейр, снимая наложенные чары.

– А? Что случилось? – сонно пробормотала девушка.

– Говори, где убежище Фильданы!

– Я не скажу тебе, чужак. Можешь пытать меня, можешь убить, но я не скажу. Чёрная Пантера собственноручно отрезает предательнице язык и выгоняет из Ночных Клинков. А то и вскрывает грудную клетку – по настроению.

– Ладно. Тогда мы пойдём другим путём, – он начал делать пасы руками перед лицом разбойницы:

– Ты хочешь рассказать мне, где находится логово Фильданы!

– Нет, не хочу, маг! – возмущённо ответила девушка.

– Ларри, намейры вообще плохо поддаются ментальному воздействию, – сожалеюще сказала Зарина. – А этих, похоже, ещё и специально тренировали.

– Хаммон с тобой. Продолжай спать, – Ларратос сделал небрежный жест рукой, и девушка вновь заснула.

– Теперь надо подумать, что же делать дальше.

– А чего думать-то? – произнесла Зарина, – раздевай эту разбойницу.

– Зачем это? – удивился Ларратос.

– Не задавай лишних вопросов. Просто раздень её.

Ошеломлённый паладин снял со стражницы доспехи.

– Давай их мне, – сказала Зарина и начала бесцеремонно раздеваться, не обращая внимания на ошеломлённые взгляды четырёх мужчин. После чего девушка нацепила доспехи на себя – ей они были почти по росту. Теперь Зарина ничем не отличалась от воительниц из Ночных Клинков, только её кожа была посмуглее.

– Пройдусь по городу, поищу логово этой колдуньи и Чёрной Пантеры, – сообщила Зарина и ринулась вперёд по дорогам западного Тааневера.

***

Зарина, вооружённая своим коротким мечом, подаренным ей Абделем, и луком Ночных Клинков, в их же броне прогуливалась по городу в поисках дворца ведьмы. Признаться, намейру сильно удивило, что разбойницы осмелились возвести собственный город буквально под стенами фаранской столицы. К тому же все встречные жители выглядели вполне примерными горожанами, причём оружие носили только стражи…

Да и сама колдунья, – рассуждала Зарина, – она выглядела гораздо моложе и симпатичнее, чем ведьмы в вестландском понимании этого слова. Да что здесь творится-то? Я уже не удивлюсь, если сама Фильдана обитает здесь же, вырастив себе полноценный дворец.

Увидев дерево-таверну, Зарина решила, что лучшего места для разведки ей не найти: в тавернах собирается разный люд, зачастую знающий всё о жизни в городе.

– Эй ты, солдатка! – окрикнул Зарину бармен.

– Чего?! – Спросила та.

– Проваливай отсюда! Воительницам во время дежурства запрещено входить в таверну.

– Но я не на дежурстве! – возразила Зарина.

– Так я тебе и поверю! Если ты не на дежурстве, то почему в стандартной броне Ночных Клинков?! Проваливай отсюда, пока я не вызвал наряд стражниц и тебя не посадили в темницу за нарушение дисциплины!

– Эй, я просто не успела переодеться! В какую ещё темницу ты хочешь меня упечь?

– Во дворцовую темницу! Проваливай отсюда! Живо!

Зарина поняла: вот он, простой способ пробраться во дворец! Она не нашла этот способ, он сам нашёл её. Зарина решила действовать наверняка.

– Никуда я не пойду, – сказала девушка, достала лук и натянула тетиву. – Ты отдашь мне всю выручку, что у тебя есть! А потом нальёшь мне чего-нибудь покрепче бесплатно. А потом, – глаза Зарины блеснули зелёным огнём, – привяжу тебя к кровати и изнасилую!

Бармен пригнулся – он не хотел, чтобы стрела пробила его голову. Зарина же внутренним оком увидела, что под столом рука бармена тянется к красному кристаллу – кристаллу тревоги, что отправляет сигнал опасность в ближайшую башню стражи. Согласно легенде, древние намейрусы получили первый такой кристалл от богов, когда-то правивших Сельвином.

Через полминуты в таверну ворвались четверо воительниц из Ночных Клинков.

– Вот она угрожала мне, – произнёс бармен, указав на Зарину.

– Пройдёмте со мной, рядовая, – сказала одна из стражниц. – Похоже, вы пьяны. За это вы должны пройти с нами в тюрьму стражи во дворце. За попытку сопротивления вы будете убиты на месте.

– Х-хорош-шо, я н-не буд-ду соп-противляться, – произнесла Зарина, сымитировав подвыпивший голос. Конечно, она, владеющая изначальными паладинскими навыками, могла без трудностей справиться с этой четвёркой, но Зарина не хотела крови – битва привлекла бы ещё стражниц. Поэтому Зарина, опустив оружие, шатающейся походкой пошла к Ночным Клинкам.

Стражницы скрутили ей руки и, надев наручники, повели по древесным дорогам. Та шла пошатываясь, притворяясь пьяной – магия иллюзий позволяла ей даже изобразить соответствующий запах изо рта – но при этом намётанный глаз Зарины замечал все изгибы пути.

– Вот, пришли, – сказала одна из стражниц. Зарину затолкали в башню дворца. А там её заперли в камеру на самой вершине башни.

– Давненько у нас никого не было в тюряге, – хихикая, произнесла стражница. – Посиди тут месяцок-другой, может быть, потом утихомиришься!

Стражница ушла. Зарина осмотрела башню внутренним оком. Двенадцать стражниц – в башне и у её подножия. Пора бежать. Но напролом не получится: с четырьмя-то воительницами Зарина справится, а с дюжиной – нет.

Осмотрев внутренним оком дворец, Зарина обнаружила и там присутствие большого количества войск. Судя по форме ауры, во дворце находилась и колдунья Фильдана. И ещё один мощный адепт магии. С ними Зарина одна не справится. Только с помощью отряда. Поэтому самозваная стражница силой выбила окно, и, наложив на себя чары невидимости, выпрыгнула из башни.

***

Через полчаса Зарина вернулась в отряд.

– Что тут произошло? – поражённо спросила она, увидев парочку мёртвых гигантских пауков, валяющихся возле деревьев.

– Зарина! – обрадовался Ларри. – Мы уж боялись, что тебя взяли в плен. Нам тут несладко пришлось: эти паучьи жрицы, похоже, решили с нами разделаться. А пауки до того живучие и ловкие, что даже паладину нелегко с ними справиться.

– Но вы ведь всё-таки справились! А я тем временем узнала, что ведьма обитает во дворце. Думаю, мы можем немедленно отправиться туда.

– Напролом? Думаю, у нас получится. Но я не хочу больших жертв.

– С какой стороны?

– С обеих.

– Тогда я могу доставить отряд во дворец под конвоем.

– Подозрительно – четыре вооружённых чужака под конвоем одной стражницы!

– Тогда ещё кому-нибудь из отряда придётся выдать себя за стража, – произнесла Зарина.

– Не получится, Зарина. Все стражи Тааневера – женщины.

– Тогда надо выбрать из отряда самого низкого и наложить на него комплекс иллюзий, внешне меняющих пол. Я никогда на практике не применяла таких сложных заклинаний. Хотя истинный мастер магии иллюзий вообще способен принять облик любого человека.

– Например, Азиз Шакир, – произнёс Ларри.

– Не поминай к ночи, – ответил Элиддин.

– Апион, твой выход, – произнесла Зарина. – Сменим твою внешность на внешность женщины-намейры.

– Нет! Я категорически против! – отрезал Апион.

– Самый лучший способ – зачастую самый простой, – заметил Элиддин. – Давайте просто полетим ко дворцу на драконах. Если по нам будут стрелять – поставим защиту Абсолюта.

Согласны были все.

***

Руханнур и Мирида вместе со своими всадниками приземлились у входа во дворец. Лучницы попытались открыть по незваным гостям огонь, но их стрелы сталкивались с незримым щитом, который выставили Ларратос и Элиддин. Ларри сделал пас руками, мысленно взывая к заклятию усыпления – и стражницы попадали.

Отряд зашёл во дворец, оставив зверей снаружи. Мирида, правда, рвалась в бой, но Ларри рассудил, что в тесных помещениях от гидры с её крыльями, когтями, хвостом и ядовитыми атаками будет больше вреда, чем пользы…

В холле паладинов уже ждал высокий намейрус в жёлто-зелёной мантии мага. Естественно, он был мужчиной.

– Добро пожаловать в наш дворец, дорогие гости, – поклонился отряду намейрус-волшебник.

– Ваш дворец? – изумился Ларратос. – Кто ты?

– Я – маг Ираксилль, муж Фильданы. Вместе мы правим западным Тааневером.

– Ираксилль?! – воскликнул Ларратос, – ты – бывший фаворит королевы, и ты связался с этой ведьмой, что возглавляет разбойниц?!

– Не совсем, человек. Могу ли я знать твоё имя?

– Меня зовут Ларратос. А откуда ты знаешь, что я – человек?

– Я был в землях людей, Ларратос. В Ариаде – я сам принял человеческий облик. Я познакомился с культурой Ариады, культурой свободы и равенства. И мы с Фильданой решили, что устроим в Таанавере революцию, которая покончит с матриархатом и устаревшими традициями. И мы создадим новое общество! Но я не связывался с ведьмой. Когда я познакомился с Фильданой, она была обычной женщиной. Лишь после этого я сам обучил её магии.

– Но возглавить разбойниц?! Проклясть королеву?! Жить с ведьмой, что организовала похищение и убийство твоей собственной дочери?!

– А что мне оставалось делать, Ларратос? Ночные Клинки – не банда разбойниц. Это революционная организация! Я долго жил среди людей – и привык к равенству. А тут – я надеялся стать королём, но королева просто использовала меня, а потом изгнала. Естественно, я её проклял.

Но что касается похищения Треили, то не Фильдана его организовала. Это сделал я. Но мы не убивали мою дочь.

– Врёшь! – ответил Ларратос и выхватил с пояса два клинка из Небесной Стали, зажигая их фиолетовым пламенем. Он ринулся на мага:

– Королева сказала, что ей прислали голову принцессы. Может, она и стерва, но я чувствовал, что она говорила правду!

Маг ничего не ответил. Он щёлкнул пальцами и, улыбнувшись, попросту исчез, телепортировавшись в неизвестном направлении.

– Ничего, далеко не уйдёт, – хищно оскалился Ларри, уже ощущая азарт предстоящей схватки.

Паладин выбил дверь, и отряд ворвался в следующий зал, оказавшийся тронным.

– Ну вот мы и на месте, – хмыкнул Ларри, оценив обстановку.

На троне восседала Фильдана, явно вообразившая себя королевой. Никакой стражи вокруг не стояло. Ларратос, ожидавший, что колдунья попытается прикрыться простыми воинами, был сильно удивлён, увидев, что зал практически пуст. Помимо самой ведьмы здесь присутствовала черноволосая высокая девушка-намейра лет двадцати. На ней красовался чешуйчатый противомагический доспех – только более тонкой работы, на поясе висела пара клинков-«когтей», а на шее – амулет, изображавший крадущегося чёрного зверя – вроде кота или кошки.

Ларри ощущал очень мощный магический потенциал этой девушки. К тому же от амулета, доспеха и мечей шли сильные эманации природной магии, а в ауре намейры ощущались проблески высших энергий. Вне всякого сомнения, из этой девушки мог бы получиться очень могучий паладин… или шеддит.

– Чёрная Пантера! – выкрикнул Ларратос.

– Ты не такой уж и дурак, чужеземец, – ответила Фильдана. – Дорогая, разберись с этими вторженцами! – эта фраза была уже обращена к Чёрной Пантере. – Они отказались присоединиться к нам и по-прежнему поддерживают королеву Кельбриз.

С этими словами Фильдана исчезла: телепортация явно была ей не в новинку.

– С радостью, мачеха! – улыбнулась Чёрная Пантера, обнажив свои клинки. Один из них оказался зеленоватого оттенка.

Отряд повытаскивал мечи из Небесной Стали, но Зарина, встав перед остальными, воскликнула:

– Нет! Это – мой поединок! Когда сражаются между собой две женщины-намейры, никто не может вмешиваться! Иначе как обе намейры, так и тот, кто вмешался, будут опозорены навек. И даже смерть не сможет смыть этот позор.

– Поединок? – озадаченно переспросила Пантера. – Вообще-то я собиралась покончить со всеми сразу. Но если вам так хочется, могу убить вас и по очереди. Так будет даже проще.

Зарина приняла агрессивную стойку льва и приготовилась отбивать своим клинком удары двух мечей Чёрной Пантеры. Несмотря на то, что Зарина была инициирована в паладины, Чёрная Пантера не уступала ей в скорости. К тому же за её плечами чувствовалась фантастическая школа фехтования, как будто она обучалась в специальной закрытой школе для высшей аристократии Великого Дома Фаран. Зарине мешала ещё и её нечистокровность: Чёрная Пантера, сражавшаяся босиком, вовсю использовала преимущество когтей, вцепившись ими в пол и выгибаясь совершенно немыслимым образом. У Зарины когтей на ногах не было, поэтому она не могла повторить подобные трюки.

– Разбойница пользуется ускоряющими заклинаниями! – вдруг ахнул Леон.

– Естественно! – расхохоталась Чёрная Пантера, резко оттолкнувшись от пола.

Стремительный разворот – намейра повисла на пололке, вцепившись в него когтями.

– Магия может увеличить и ловкость, и силу. Получай! – Пантера стремительно спикировала на Зарину. Взблеск клинков – и девушку отбросило. Едва успев вскочить, Зарина была вынуждена вновь отбивать сыплющиеся на неё со всех сторон удары.

– Быстрее, быстрее, ещё быстрее! – веселилась Пантера. Её глаза пылали ярко-зелёным пламенем.

Ларри ощутил, как она активирует «кошачий» амулет, судя по всему увеличивший гибкость и точность ударов.

– Боюсь, ведьма победит, – пробормотал Элиддин, мысленно недоумевая, почему же меч из Небесной Стали до сих пор не перерубил клинков колдуньи.

А Зарина продолжала защищаться, лихорадочно перейдя в стойку Медведя и горячо пожалев, что у неё только один меч. Отбивать атаки двух мечей было непросто.

Левый, правый, левый, снова правый, левый, левый… и тут вдруг Пантера врезала увлёкшейся фехтованием намейре ногой по лицу. Зарина вскрикнула: ужасные когти чуть не лишили её глаза, располосовав щёку.

– Закончим! – выдохнула Пантера, нанося удар двумя клинками сразу. Меч Зарины, зажатый двумя «когтями» наподобие ножниц, вылетел, коротко звякнув о стену. Но Зарина этого уже не услышала: перебросив правый коготь в левую руку (в которой теперь оказалось сразу два клинка), Пантера резко ударила соперницу кулаком в горло.

Зарина чуть всхлипнула и повалилась навзничь. Паладины схватились за оружие.

– Вот так-то! – усмехнулась Чёрная Пантера: она не пропустила ни одного удара и даже не запыхалась. Да и запасы её маны были далеки от исчерпания. – Ну что, сдавайся… и я сохраню твою никчёмную жизнь, полукровка!

Зарина никак не отреагировала. Неопределённо хмыкнув, ведьма легонько пнула поверженную противницу.

– Ладно, подожду, пока очнётся, – недовольно пробормотала она, сообразив, что Зарина потеряла сознание. После чего разбойница обратила свой взор на паладинов, замерших с клинками наготове.

– Ну, будут ещё желающие? – насмешливо спросила она. – Кто следующий?

Ларри уже открыл рот, собираясь лично разделать зарвавшуюся ведьму, но его опередили:

– Я, – раздался вдруг голос Апиона. Бывший вор шагнул вперёд, держа свой клинок левой рукой, а правую почему-то отвёл назад.

– Не возражаю, – кивнула Чёрная Пантера, стремительно прыгнув вперёд. На этот раз её скорость превосходила все мыслимые пределы: паладины успели разглядеть лишь мелькнувшую смазанную тень… и в зале полыхнула ослепительная молния.

Чёрную Пантеру швырнуло к подножию трона. Зал содрогнулся от удара грома, запахло электричеством и жжёным металлом.

Довольный Апион медленно опустил правую ладонь.

– Сила Абсолюта пробьёт любую магию, – лицо бывшего вора расплылось в довольной улыбке. – Не знаю, зачем Зарина устроила тут бой на мечах, когда можно было ударить высшими энергиями.

Ларри, резким движением вернув Зариндуил в ножны, подскочил к распростёртой Зарине, начав исцеление.

– Отличный ход, Апион! – потрясённо произнёс Элиддин. – Хотя силы ты явно не рассчитал: она же чуть не умерла от электрического удара.

Но бывший вор лишь усмехнулся:

– Кто ж знал, что эти молнии такими мощными окажутся. Да я вообще не ожидал, что это будет именно молния. Мне казалось, их только шеддиты пускают.

– У шеддитов они красные, – улыбнулся Леон. – И, по-моему, Чёрной Пантере досталось не так уж и сильно: она уже приходит в себя, причём без посторонней помощи.

– Сейчас исправим, – Апион перехватил свой клинок поудобнее, засветил его синим огнём Абсолюта и подошёл к поверженной разбойнице.

Та выглядела неважно: лицо сильно обожжено; мечи, покрытые пятнами окалины, валяются рядом, как и осколки магического амулета. Чёрный доспех постепенно расползается, рассыпая блестящие чешуйки. Намейра тяжело дышит, явно не понимая, что происходит. Её сотрясает крупная дрожь. Апион, подойдя сзади, поднёс горящий клинок к шее Чёрной Пантеры.

– Я сд… сд… аюсь, – с трудом прохрипела девушка.

– Живи, Чёрная Пантера, – Апион убрал свой клинок, направив поток целительных абсолютных энергий в сторону поверженной.

Тут в зал ворвался маг Ираксилль.

– Ты пощадил меня, воин, – прошептала Чёрная Пантера. – Моя жизнь принадлежит тебе.

– Что здесь происходит? – строго спросил Ираксилль.

– Я – должница этого чужака, отец, – сказала разбойница: её исцеление шло рекордно быстрыми темпами, она явно помогала Апиону собственной магией.

– Отец?! – изумился Ларратос. – Так значит, ты…

– Треиля, – сказал маг, – я тебе сколько раз говорил: не обращай внимания на эти дурацкие обычаи! Я воспитывал тебя в совершенно другом ключе. Похоже, дурь, что в тебя вогнала мать, обратно не выбить. Да, чужак, ты правильно догадался, – эту фразу Ираксилль адресовал уже Ларратосу. – Чёрная Пантера – не кто иная, как моя дочь Треиля, по совместительству – дочь этой стервы Кельбриз, наследная принцесса Тааневера. Немного поразмышляв, я понял, что мы легко произведём в этой стране переворот, если я в правильном ключе воспитаю свою дочь, будущую королеву Тааневера.

– Я не понимаю, – сказал Ларратос. – Если это – Треиля, то чью же голову вы прислали в подарок Кельбриз? И чьи пальцы?

– Тогда в лесах дикими пауками была растерзана девочка-подросток, немного похожая на Треилю. Мы и послали королеве её пальцы и голову, наложив на голову заклятие иллюзии.

– Это очень подло, – сказал Ларратос. – Кельбриз сильно переживала, будучи уверенной, что принцесса погибла. Вы довели её до шока.

– А что поделаешь? – пожал плечами маг. – Королева – редкостная сволочь, так что она получила по заслугам.

– Что же, уважаемые Ираксилль и Фильдана, мой отряд одержал победу над Треилей. Её жизнь принадлежит нашему воину. Я никого из вас убивать не буду. Не против ли вы, если я отведу её к матери? Велико же будет удивление королевы, когда она узнает, что Чёрная Пантера, которую я обещал доставить живой, её дочь!

– Будем надеяться, – сказал Ираксилль, – Треиля убьёт королеву и займёт её место. Не смотри так удивлённо, Ларратос. Убийство матери дочерью – вполне нормальное явление среди намейрусов. Сама Кельбриз стала королевой после того, как убила свою мать.

– Что же, – сказал Ларратос. – Пойдём, Треиля. Ираксилль, Фильдана, было приятно пообщаться. Я рад, что всё обошлось без крови с обеих сторон.

Отряд вышел из дворца. Зарина злобно посматривала на Апиона, тяжело переживая собственное поражение. Треилю повели по направлению к вратам. Воительницы из Ночных Клинков, увидев свою предводительницу, падали ниц.

Отряд почти дошёл до врат, как вдруг в кармане у Элиддина загорелся мадаббар.

– Элиддин слушает!

– Эли, дружище! Это Трейк!

– Ты где? Похоже, ты в какой-то пещере, не так ли?

– В катакомбах я. Со мной – Маркус Антоний, Эллинор и орк-некромант Дарагор.

– В каких ещё катакомбах?

– В телисских.

– Что же вы, Хаммон побери, там делаете?

– Прячемся мы тут, Элиддин! Масхонцы выиграли битву за Ривергард.

Элиддин схватился за сердце:

– О, Абсолют! Столица Ариады теперь их?

– Вся Ариада теперь принадлежит Масхону. Чёрные пехотинцы берут числом. Они – как саранча!

– Неужели их не смогли остановить паладины Шалема?

– Паладины Шалема так и не появились. Похоже, шалемский флот столкнулся с масхонским… и проиграл.

– Но как вообще такое могло случиться?! – вскричал Элиддин. – Ведь вы же побеждали!

– Оказалось, что под Телиссией собралась лишь треть всей масхонской армии. Стоило нам вывести основные силы из-под Ривергарда и начать операцию по осбождению Телиссии, как масхонцы, ударив с моря, взяли почти беззащитный город. Мы даже сообразить ничего не успели, как нам ударили в спину. Вся армия оказалась зажата в клещи и полностью уничтожена.

– Но ведь с вами были ещё и маги. Да ты один стоишь целой армии! Почему вы не смогли вырваться из окружения?

– Хаммон, – устало пояснил маг. – Тёмный Лорд лично возглавил атаку, ударив прежде всего по паладинам и магам. Мне пришлось столкнуться с ним. Это… это поистине страшно, – тихо произнёс Трейк. – Даже демоны не настолько могущественны и бесчеловечны. Его мощь сравнима с могуществом древних богов Хаоса. Я до сих пор не могу поверить, что вышел живым из этого поединка.

– Сколько вообще паладинов осталось в живых?

– Пока не знаю. Точно осталось четверо – Маркус, Эллинор, ты и Ларратос. Если, конечно, не считать рыцарей ордена Утренней Звезды.

– О, Абсолют! Что же стало с Ариадой?!

– Пограничные храмы уничтожены и хаотические энергии пошли в Ариаду. Страна теперь покрыта чёрным небом!

– А где сам Хаммон?

– После победы он сел на своего дракона – это жуткая чёрная тварь, явно с примесью демонической крови – и полетел куда-то на восток.

– А зачем?

– Я не знаю. Возможно, Тёмный Лорд задумал захватить город Шалем. Элиддин, у меня дурные предчувствия. Я сейчас попытаюсь восстановить силы и построить портал, чтобы присоединиться к вам. Похоже, миссия Ларратоса – единственная надежда на победу.

И маг прервал контакт. Некоторое время все молча переваривали услышанное.

– Итак, отряд, – наконец произнёс Элиддин, – Ариада пала. Поэтому у нас остаётся мало времени. Дорога каждая минута. Я не преувеличиваю! И мы не можем откладывать нашу основную миссию. Мы с Ларратосом сейчас же спустимся в нижний Таанавер – надо найти кристалл как можно быстрее. Поскольку миссия, связанная с возвращением принцессы, тоже важна, даю приказ остальным вернуть Треилю к матери.

– Можно, я пойду с вами, господин Элиддин? – спросил Леон.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Миля намейрусов – около 0,95 гиперборейской версты.

Вернуться