Мумия в саквояже
Ольга Квирквелия

© Ольга Квирквелия, 2024

ISBN 978-5-0062-9359-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ОЛЬГА КВИРКВЕЛИЯ
МУМИЯ В САКВОЯЖЕ

Все географические названия соответствуют действительности, равно как и исторические данные – разве что последние немного приукрашены.

– НОВОСТИ

Прошло три года с последнего «итальянского» дела ОПОПа.

Михаил Анатольевич Дынин, он же Толич для друзей и Микеле для итальянцев, возглавил следственную группу ОПОПа. Опытный следак, коренастый, уже немолодой, но возраст никак не отразился на его пышной шевелюре с благородной проседью, проявил неожиданное усердие и начал учить итальянский. Успехи у него пока были скромные, но Толич не отчаивался.

Никита Геннадьевич Кораблев, массивный брюнет, прямо символ надежности и уверенности в своих силах, осваивал вполне успешно разговорный итальянский и активно перенимал опыт Дынина, плавно приближающегося к отставке.

Константин Борисович Симонов, Костик-Котэ, 25-летний массивный куб, ныне главный технарь и информатик отдела, увлекся работой с видеоматериалами и достиг в этом серьезного прогресса.

Сергей Алексеевич Пискунов теперь уже не самый молодой сотрудник отдела, он немного заматерел, но остался таким же юрким, изо всех сил стремящимся стать хорошим следователем и от этого немного въедливым.

Дон Стефано Руссо по-прежнему преподавал в Риме, и по-прежнему дружил со Святославом Кирсановым и Джино Торчинелли, которые создали-таки музей в Замке Дьяволов.

Приемная дочь Кирсанова и «племянница» Стефано Анна-Мария Скорсини закончила обучение в католическом колледже и поступила на исторический факультет МГУ, к огромной радости Пауля, сердце которого она украла с первой встречи. Отношения их развивались без спешки, но вполне уверенно.

Сандро Кастелли, украинско-итальянский сотрудник полиции Фоджи, вырос в должности, став начальником отдела, а Нинни Абруццезе был переведен с повышением в Рим и стал там заметной фигурой.

И вот их дороги вновь пересеклись в Италии – на этот раз во Флоренции.

– 3 августа. ФЛОРЕНЦИЯ

– Сидя здесь, я уверен в существовании Бога, – сказал Павел Петрович, потягивая коктейль «шприц» и не сводя глаз с Санта Марии дель Фиоре. – Такое чудо человек не мог сотворить без Его помощи… А вы знаете, что одним из главных жертвователей собора был наш Демидов? Вон барельеф с его изображением, справа от центрального портала…

– Бог не должен был пригнать нас в пекло еще при жизни! Если Сашка не появится через полчаса, вы будете иметь два трупа – один соленый, второй вареный, – буркнул Дынин, мрачно делая последний глоток капучино.

– Два вареных, – уточнил Котэ, вертя в руках чашечку кофе эспрессо.

– Три, – кивнул Никита, пуская в небо струйку сигаретного дыма.

Только Сергей промолчал – он был занят фантастическим кубком мороженого с фруктами.

– Да, август во Флоренции – это тяжкое испытание… И все же здорово, что все так совпало – сможем и дело раскрутить вместе, и на открытие музея попасть. Только работать надо в темпе – нас все ждут – и Кирсанов, и Стефано, и Джино…

– И Машенька, – улыбнулся Толич.

– И Машенька, – согласился Пауль, – она уже две недели назад поехала папе помогать. А вот и Сашка!

К ним сквозь толпу туристов пробирался Сандро Кастелли, высокий и атлетически сложенный, он приобрел некую уверенность и даже властность в манерах.

– Привет, ребята! Пошли?

– Пошли?! Ты что? Я только течь могу, – деланно возмутился Толич.

– Сюда на машине не подъедешь, а парковка как раз там, куда нам надо попасть – у вокзала, – объяснил Саша.

– А давайте на лошадках поедем! – Костя кинулся к коляскам для туристов. – По Флоренции в карете – это же круто!

– Симонов, я на тебя анималистам донесу, похудей сначала! И оставь несчастных животных в покое, им тоже жарко, – вмешался Пауль. – Двигаемся. И не забываем, что у нас всего пять, максимум шесть дней на раскрытие дела!

До вокзала следователи-исследователи успели немного придти в себя и были относительно готовы к работе.

– МУМИЯ

Вокзал Санта Мария Новелла во Флоренции внешне не имел ничего общего со своим названием, полученным по расположенном на той же площади храму. Да и вообще со знаменитым флорентийским стилем.

Лоренцо Таппа, немного старше и немного ниже Корнецкого, но столь же серьезный, сотрудник железнодорожной полиции, прикрепленный к москвичам, несколько смущенно ввел гостей в курс дела. Смущенно – потому что флорентийцы очень горделивый народ, не любящий обращаться за помощью, а тут вот пришлось…

– Каждый день мы проверяем ячейки в камере хранения – вскрываем те, срок оплаты которых уже истек (ячейка оплачивается на 48 часов), переносим их содержимое в бюро находок, где делаем опись багажа. И вот в прошлое воскресенье, 1 августа, в саквояже был обнаружен труп без одежды, полностью засыпанный солью, которая практически превратила тело в мумию. Наши эксперты сделали фоторобот покойника, а техники просмотрели камеры видеонаблюдения. По чекам мы узнали, что ячейка была проплачена в прошлую среду, 28 июля, в 0.07, потом произведена доплата в пятницу, 30 июля в 19.27. И вот на пленках техники увидели, что в среду ячейку занял тот самый человек – в смысле покойник…

– Будущий, надеюсь, – хмыкнул Дынин.

– Видимо, да, – не принял шутку Лоренцо. – А вот того, кто произвел доплату в пятницу, техники на пленке не обнаружили – по их данным, в этот день никто к ячейке не подходил. В саквояже кроме соли и мумии ничего нет, личность покойного мы не установили… К тому же наши эксперты никогда не имели дела с мумиями и находятся в растерянности. Это только в кино Темперанс смотрит на кость и говорит, где родился, когда женился, чем убит, – саркастически пожал плечами Лоренцо. – Август у нас самое безумное время, свободных сотрудников вообще нет, все с ног падают. Вот мы и вынуждены просить вашей помощи. Генерал Абруццезе очень настойчиво вас рекомендовал…

– Открою одну тайну! – Улыбнулся Сандро. – Флорентийцы – ребята высокомерные и при этом прижимистые, на каких-то сардинцев или молизцев не соглашались, им подавай римлян, на крайний случай туринцев или сицилийцев, а у тех и у самих орды туристов внимания требуют, да и задешево своих сотрудников не отдадут. Мне Нинни рассказывал. Ну, я ему и посоветовал вас соблазнить – вы все равно едете в Кастеллуччо, дорогу можно не оплачивать, а Флоренция – это всегда Флоренция, вдруг согласитесь за морковку и крышу над головой заехать помочь. К тому же вы уже почти садились в самолет, оставалось только отвезти вас с аэродрома не в Фоджу, а во Флоренцию – не велика же разница, на ту же букву! – Кастелли рассмеялся. – и прибыли через два дня после находки мумии!

– А ты хитрец! – с улыбкой покачал головой Паоло. – Но мы тебя прощаем, да ребята? – Москвичи дружно кивнули. – Я во Флоренцию влюблен…

3. ВЕРСИИ

– Вас не обидит, если мы будем говорить по-русски? Мы все в разной степени владеем итальянским, но работать нам все же проще на родном языке. А Сандро Кастелли будет кратко пересказывать Вам наши беседы. – Сказал Корнецкий. Лоренцо кивнул и отошел к своему столу. – Какие версии, ребята?

– Зомби! Заплатил, залез внутрь и закрыл за собой дверцу. Потом вылез погулять и вернулся, не забыв доплатить!

– С тобой все ясно, Сереженька! – Хохотнул Дынин.

– Самоубийца! Залез живым и там умер!

– Голый? И кто проплачивал второй раз? Никита, ты даешь! – Сандро хлопнул товарища по плечу.

– А это он стал привидением и сам доплатил, но денег с собой в саквояж мало взял, вот и не смог доплатить третий раз! Костик, а ты что скажешь?

– Двойник! Или просто замаскировался под покойного. Ему почему-то было важно, чтобы труп не был сразу обнаружен…

– Первая здравая идея, наконец-то! Кончайте дурить, мужики! – одернул развеселившихся сотрудников Дынин. – Шеф, с чего начнем?

– Разделимся на три группы – один с хорошим итальянским и один – со средненьким или ниже… Костя, забирай Серегу и займитесь видеокамерами – откуда пришел и куда ушел этот пользователь ячейки. Ты программу распознавания образов захватил? – Костя кивнул. – Дальше: Толич и Саша, займитесь саквояжем и солью и пошарьте еще раз в ячейке, вдруг какая-то мелочь в уголок закатилась. А мы с Никитой пойдем в анатомичку смотреть эту мумию… Сережа, не завидуй, помнишь, мы в Палермо их штук 800 видели.

Таппа показал Косте компьютерный стол и уточнил, какие именно видеокассеты им нужны.

– Для начала – со всех камер в период за час до прихода сюда мумии и час после, и план размещения всех видеокамер.

Пригласив остальных следовать за ним, Лоренцо вышел, отвел Дынина и Сандро в бюро находок и велел его сотрудникам показать затем злополучную ячейку, Корнецкого и Кораблева поводил к медикам и пошел за кассетами.

– КАМЕРА ХРАНЕНИЯ

– Интересно, что мы сможем отсюда вытащить, – Дынин с сомнением смотрел на пластиковый контейнер с солью и заскорузлый от нее же саквояж. – Походный набор инструментов у меня, конечно, с собой, но химических препаратов нет, естественно, а пробовать соль на вкус я категорически отказываюсь. Да и не особо я в ней разбираюсь…

– Давай так: мы быстро осмотрим ячейку, пальчики там снимать бесполезно, так что только по углам пошарим. А потом заберем это богатство и двинем в региональную лабораторию, у них там все же оборудование получше. – Сандро переговорил с сотрудниками бюро, и один из них провел их в камеру хранения, где дежурный подвел к ячейке и открыл ее.

– Пусто, – не удивился Саша.

– Погоди, вон бумажка какая-то в углу прилипла, – Толич натянул перчатки и полез в глубокую ячейку. – Глянь-ка, вроде как чек из магазина. Может, наш? А то я по-итальянски много слов знаю – вино, пицца, чао, грацие, – но их тут нет.

– Надо же, а мы везучие! Это чек на покупку двадцати килограмм соли! И дата есть – третье августа, – и адрес магазина. Еще куплены хлеб, молоко, сыр, яйца и куриные окорочка… Давай сейчас поедем в лабораторию, а после обеда – в магазин, там должны помнить покупателя двадцати пачек соли.

Сандро подписал квитанцию на выдачу вещей, и друзья двинулись к машине.

– Даже не знаю, имеет ли смысл анализировать соль… Мы ведь уже знаем, где она куплена, – задумчиво сказал Кастелли.

– Имеет. Соль впитала в себя влагу из тела, а там много чего могло быть. Но вообще-то это работа для профессионалов, мы сами не разберемся.

– Сделаем официальный запрос. Пусть химики химичат.

– САКВОЯЖ

В криминалистической лаборатории Саша ушел договариваться с заведующим и с химиками, а Толич занялся саквояжем. Он был объемный, из коричневого кожзаменителя, не новый, но до своей последней миссии, вероятно, еще вполне приличный. Однако внешний осмотр ничего не дал – ни штампа производителя, ни каких-то блях или замков, позволяющих определить его происхождения. Михаил Анатольевич сфотографировал саквояж со всех ракурсов и решил отпороть подкладку и стал делать это крайне аккуратно, стараясь как можно меньше повредить ткань и нитки. Вернувшийся Саша рассматривал нитки под микроскопом.

– Никаких особых следов нет, но, знаешь, кручение нити мне кажется непривычным, по-моему, это не итальянское производство… Маму бы мою сюда, она бы сразу определила. – Сандро поджег маленький обрывок нити. – Точно, не наше. У нас используется армированная нить в таких изделиях, а тут натуральная…

– Погоди, я, кажется, штамп на изнанке нашел… Хоть бы какую-нибудь букву характерную разобрать… Ага, попалась! Есть «Ц» – значит, кириллица и тогда СССР или Болгария! Сейчас вырежу этот кусок со штампом, и мы его под микроскопом попробуем расшифровать. – Дынин был очень доволен.

Штамп почти стерся, но коллективными усилиями удалось разобрать «МО» и «…цово».

– Так, Московская область, скорее всего Одинцово… Но может быть и Купцово… Или еще что… Саш, тут в Москву позвонить можно? Мы Олега, новенького, на связи оставили.

– Запросто, вот с того телефона.

– Олег, срочное задание: выясни адрес и телефон фабрики, где делают саквояжи из кожзаменителя, в Московской области, город заканчивается на «-цово» и перезвони по этому номеру.

В ожидании звонка Толич и Саша еще раз осмотрели останки саквояжа.

– Знаешь, что может быть важно? Пятен крови вроде бы нет, значит, открытых ран на мумии не было. – Сказал Сандро.

– Ну, по идее да. Хотя сможем быть уверены, когда получим химанализ соли. Да и медики хоть что-то, да скажут…

Олег перезвонил почти сразу. Он продиктовал адрес и телефон, и Дынин набрал номер:

– Добрый день, с Вами говорит Дынин Михаил Анатольевич, ГУВД Москвы. Вы поставляете саквояжи в Италию?

– Мечты, мечты, где ваша сладость? – неожиданно пропел баритон.

– Понятно. А когда-нибудь поставляли?

– Где ты, где ты, ночная сладость? – продолжал напевать баритон.

– Ясненько. Значит, только в Москву?

– Исчезнул веселый сон, – грустно завершил голос. – Не только не поставляем, но и три года уже не выпускаем.

– Держись, друг! – Толич повесил трубку.

– На обед – с чистой совестью! – скомандовал Саша.

– КРЕСТ И КОЛЬЦО

Все медэксперты собрались вокруг мумии.

Пауль и Никита с сочувствием разглядывали ее. Сочувствовали они в основном медикам.

– Мы очень мало, что можем сказать. И все время должны добавлять «скорее всего» и «вероятно». Судя по степени высушенности тканей, можно предположить, что тело было засыпано солью около недели назад. Хочу подчеркнуть – это дата не смерти, а погружения в соль. Но смерть не должна быть намного раньше – следов разложения не найдено. Огнестрельных и ножевых ранений нет, переломов и травм костей тоже. Вероятно, смерть наступила в результате естественных причин… Покойному было около 65 лет, рост ориентировочно 170 сантиметров, не толстый, зубы и ногти в отличном состоянии. Я бы сказал, что это человек отнюдь не бедный, его стоматолог стоил весьма солидную сумму, равно как и парикмахер. Насколько можно судить, с физическим трудом был незнаком… Но вы помните, что это все предположительно, да? – Пауль и Никита кивнули. – Мы сделали стоматологический слепок и взяли отпечатки пальцев, возможно, они вам помогут. Хотя отпечатки несколько деформированы по величине. – Медик протянул Корнецкому пакет.

– Одну минуту, Вы считаете, что речь идет о естественной смерти? А не может быть отравление?

– Может. Мы отправили срез стенки желудка экспертам, если яд поступил через пищу или питье, они это установят. Но если был введен прямо в кровь – это сложнее… Да, вот еще что. Нам с трудом удалось снять с пальца мумии кольцо и аккуратно отделить от кожи нательный крест. Вот они. Распишитесь, пожалуйста, в получении, – медик протянул маленькую коробочку и бланк.

Корнецкий расписался.

– На какой руке было кольцо? – спросил Никита.

– На левой. Вдовец, скорее всего. Может быть и жених, конечно, но для помолвки вроде староват.

– Понятно. Спасибо, – москвичи вышли из анатомички и вернулись на вокзал.

– БЕАТРИЧЕ И ЛУКА

Там им выделили кабинет, смежный с приемной Таппа, где стояли три стола с компьютером, справочниками и несколько телефонов на них.

– Тут пара луп найдется? – тихо спросил Пауль у Лоренцо, стараясь не мешать Косте и Сереже, погрузившихся в просмотр записей с видеокамер.

Таппа вытащил лупы из ящика и указал Корнецкому и Кораблеву на свободный стол.

– Слепки и отпечатки нам пока ни к чему, а вот кольцо и крест посмотрим, – Паоло открыл коробочку и протянул Никите кольцо, а сам начал разглядывать крест.

Некоторое время все работали молча. Потом Корнецкий со вздохом отложил крест:

– Могу сказать только, что старинный и не фабричного производства. Вроде бы есть какой-то знак мастера, но надо обратиться к ювелирам. А у тебя что?

– У меня золотая рыбка! – Кораблев протянул Паулю бумажку. – Это написано на внутренней стороне кольца!

– «Беатриче и Лука, Флоренция, 11.05.1958», – прочел Корнецкий. – Действительно, золотая! Лоренцо, где можно узнать, кто вступил в брак 11 мая 1958 года?

– В архиве муниципалитета. Сейчас сделаю запрос, – он взялся за телефон. – Что известно?

– Только имена – Беатриче и Лука.

– У нас, пожалуй, пока все, можно готовиться к обеду, – сказал Никита. – Ребята, у вас как?

Симонов отмахнулся, что значило «Не мешай!».

– Лоренцо, нам нужна еще ювелирная экспертиза, – обратился Паоло к полицейскому.

– Сегодня это вряд ли возможно, я договорюсь на завтрашнее утро, – Таппа вышел.

– Ну, кольцо – это прямо подарок! – Пауль был воодушевлен.

– А мы тоже с подарочком! – сказал входящий Толич. – Саквояжик-то московский!

– Вот это да! – обернулся Пискунов. – Неужто опять Мартину в КГБ дело отдавать? Его шпионские игры, что ли?

– Это вряд ли, наши своих разведчиков хорошо экипируют, – засмеялся Пауль. – Да и звонить пока не о чем, мало ли как этот саквояж сюда попал. Ребята, вы скоро? Сделайте перерыв, пошли обедать.

– Идите займите столик, у нас чуть-чуть осталось – и будет вам мешок подарков, – пробурчал, не оборачиваясь, Костя.

– ДВОЙНИК?

«Приглашающая сторона» выдала москвичам и примкнувшему к ним Сандро талоны на питание в ведомственной столовой при вокзале. Паоло сначала засомневался, имеет ли смысл ими пользоваться, но Лоренцо его успокоил:

– Не отказывайтесь, там кухня без прибамбасов для туристов, но качественная и истинно тосканская.

Туда все и отправились.

– Пока ждем официанта, мы кратенько доложим, – начал Симонов. – Значит, первый подход к ячейке в среду сделал мужик, приехавший поездом на третью или четвертую платформу…

– Или встретил там кого-то и взял сумку, – встрял Пискунов.

– Ну, да. В это время на третью платформу пришел поезд из Венеции, а на четвертую – местный поезд типа окружной электрички. Оставив сумку, мужик вышел из вокзала и сел в такси. Номер в видеокамеру попал частично – первые две цифры 35.

– Как вы все это узнали? – изумился Саша.

– Очень просто, но возливо: на видео из камеры хранения видно, с какой стороны он пришел – смотрим следующую камеру в том направлении, понимаем его предыдущий маршрут, ну и так далее. И обратно так же. Компьютер сейчас проверяет, приходил ли этот мужик еще, но комп слабенький, долго провозится…

– А почему ты говоришь «сумка» – у мужика же саквояж был?

– Никаких саквояжей! – решительно помотал головой Сережа. – большая плоская сумка через плечо – в таких носят чертежи, плакаты, картины. И еще у него был тубус, но он не оставил его в ячейке.

– Как не было саквояжа? Вот такого – не было? – Толич показал Сереже и Косте фотографии.

– Точно нет, – хором сказали они.

– И еще: я краем уха слышал, что у мумии было кольцо, так? – спросил Пискунов. Паоло и Никита кивнули. – Так вот, у нашего мужика никакого кольца нет!

– Любопытно…

Тут официант принес закуску, и разговор на время прервался.

– Давайте быстро проглядим, что у нас есть. Только я вас прошу не портить мне настроение перед пападрелле ал чингиале! Этот деликатес – паста с мясом черного кабана – совершенство и требует спокойствия. Начнем с младшеньких. Сережа, слушаем, – сказал Пауль.

– Для простоты, пока мы не знаем имен, назовем мумию М и человека, положившего сумку в ячейку в среду – С. М точно не С, и это уже прогресс, но, к сожалению, версия с зомби отпадает.

– К тому же М был еще жив, по мнению медиков, – добавил Никита.

– Итак, С приезжает откуда-то с сумкой и тубусом, кладет сумку в ячейку и уезжает. В пятницу ячейку открывает или С, или Х, забирает сумку и ставит туда саквояж. Но каким-то образом он ухитряется остаться невидимым для видеокамеры. Значит, версия привидения пока остается в списке.

– Сережа, – укоризненно покачал головой Толич.

– Основной вопрос упирается в смысл всего произошедшего, – Никита наморщил лоб. – Не очень старый обеспеченный человек, вдовец – что жених исключаем из-за кольца, – то ли умирает своей смертью, то ли отравлен. Кто-то почему-то не хочет, чтобы его смерть стала известна, и прячет труп в камере хранения. Почему? Почему кто-то мог так поступить? Мне приходит в голову только ограбление – чтобы спокойно очистить квартиру…

– Ну, знаешь, отравить, дождаться, пока умрет, сходить купить соль и заодно продукты на ужин, раздеть, упаковать – в московский саквояж, кстати, – отвезти на вокзал – это явно перебор для грабежа! Мог просто положить его в угол и заняться своими делами! А опознают или нет – ему-то что? – возразил Костя.

– Да, ограбление не при чем… Но вспомним, что С очень похож на М! Возможно, ему – С – надо было зачем-то выдавать себя за М, например, заключить от его имени какую-то сделку… – внес свою лепту Саша.

– Внешнее сходство – это одно, но для сделки нужно еще иметь ту же подпись… и чтоб подделать завещание – тоже… Нет, тут что-то другое… О, вот и паста! Все! Молчим и наслаждаемся!

– «ВОКЗАЛЬНАЯ» СХЕМА

После обеда и вынужденного отдыха – вынужденного потому, что все структуры были закрыты, а в чужом городе чужой страны они мало что могли сделать сами, разве что посидеть в тенечке в сквере – следователи вернулись к делам: Костя и Сережа – искать посетителя ячейки в среду, Пауль – отправлять запросы в полицейские участки по маршруту следования поездов с третьей и четвертой платформы с фотографией С с видеокамеры, Саша поехал за результатами в лабораторию, а Толич и Никита с помощью Лоренцо принялись искать таксиста, увезшего С с вокзала.

Быстрее всех управился Кастелли – в соли действительно обнаружили следы яда – какого-то сложного химического соединения. Это же подтвердил анализ фрагмента желудка. Сандро сразу подключился к Дынину и Кораблеву, и все вместе они быстро нашли и такси, и таксиста. Правда, тот с большим трудом вспомнил пассажира и только по описанию тубуса – таких сумок он еще не видел. Пассажир поехал на другой вокзал – Кампо дель Марте. Не теряя времени, троица отправилась туда, но маленький пригородный вокзал имел видеокамеру слежения только в камере хранения. На кассете следователи увидели, как С кладет тубус в ячейку и уходит, однако ячейка не числилась в просроченных. Просмотрев кассету до конца, они выяснили, что тубус в тот же день забрал совсем другой человек, Х1, и он же положил на его место пакет. За пакетом на следующий день пришел… М!

– Не могу сказать, что в моей голове прояснилось, – пожаловался Толич.

– Да уж, – согласился Саша.

– Бросьте, ребята, это вам мумия мозги туманит! Обычная же схема! Так продают и наркотики, и оружие, и вообще все, что хочешь! С заказчиком обговаривают, где оставят товар, потом сообщают ему по телефону номер ячейки и код. Заказчик забирает товар и оставляет деньги. В той же ячейке и с тем же кодом. Исполнитель забирает деньги. Гарантия оплаты в том, что исполнитель знает заказчика, а заказчик исполнителя – нет. – Развел руками Никита.

– И ты думаешь, что кто-то заказал мумию? А что, это интересно… Может, он хотел ее состарить и продать какому-нибудь музею как египетского фараона…

– Толич, ты фантазируешь почище Сережки! Получается, что заказчик забрал сумку с товаром, а в качестве оплаты оставил мумию! – Рассмеялся Саша. – Хотя тут что-то есть… Может, исполнитель ненавидел М, и заказчик сделал ему подарок?

– Вернемся в отдел на вокзале, может, Симонов с Пискуновым узнали что-то об этом заказчике – назовем его Х2.

– ДОПЛАТА

Костя и Сергей столкнулись со странностью сразу же: кассета за пятницу начиналась, согласно таймеру, с 23.50, записи доходили до 23. 59, а потом шли записи с 00.15 до 23.49. Костя пошел к техникам.

– Все просто, кассеты меняются автоматически ровно в полночь. Запись включается только когда в зоне видимости камеры есть движение. Если все записи не помещаются на кассете, они пишутся поверх первых. Значит, последние девять минут на этой кассете были записаны поверх первых пятнадцати минут.

– Вот почему на кассете нет нашего доплатчика! Он явно специально пришел в первые минуты после полуночи, а значит, заранее знал об этой системе! А другие видеокамеры работают так же?

– Да, только у каждой кассеты заканчиваются в разное время, в зависимости от интенсивности движения в зоне видимости.

– И что же нам делать? – растерянно спросил Сережа.

– Смотри, доплатчику надо действовать очень быстро – он же не знает, сколько минут не поместилось на кассете. Поэтому он должен придти пораньше и войти в камеру хранения ровно в полночь. Тогда возьмем кассету за вторник и посмотрим последние записи, благо они как раз сохранились. Ищем того, кто вертится поблизости. Для надежности возьмем и смежные кассеты – с ближайших видеокамер!

– Нет, подожди! Доплатчик должен нести саквояж! Вряд ли он пришел намного раньше – нет смысла мозолить глаза. Значит, смотрим последние минуты на всех кассетах за вторник и ищем саквояж, потом смотрим первые минуты на всех кассетах за среду и ищем нашу сумку – он ведь должен был ее забрать!

– Молодец, Сержик! За дело!

Теперь, когда стало ясно, что искать, работа пошла намного быстрее: уже через пару минут они обнаружили человека, но не с саквояжем, а сначала с небольшим пакетом, а потом с сумкой! К сожалению, он «засветился» только на нескольких кассетах, поэтому проследить его передвижения по вокзалу не удалось. Ребята попробовали найти таксистов, но перед вокзалом движение было оживленным, видеокамеры работали с полной нагрузкой, и их попытка оказалась безуспешной. Однако и полученный результат был весьма значимым: по крайней мере, они теперь знали, кто и когда посещал ячейку в пятницу.

Этим сообщением они и встретили Пауля, оторвавшегося наконец от факса и телефона.

– Отлично! И у меня кое-что есть!

– И мы не с пустыми руками! – вошли Толич, Никита и Саша.

– Ну, тогда открываем вечернее заседание! – воскликнул Пауль.

– ВИСКОНТИ

Последним рассказал о своих результатах Корнецкий:

– К счастью, в означенный день и несколькими днями раньше – потому что дата на кольце могла означать дату венчания, а не регистрации брака в муниципалитете, которая ему предшествовала, – брачующихся с такими именами было совсем мало, точнее – только одна пара. Фамилия жениха – Висконти. Теперь надо найти его актуальный адрес, но это задача посложнее – Флоренция большой город, а мы понятия не имеем, в каком районе он жил. Так что я оставил запросы во всех районах, будем ждать результаты. Но мы уже можем подвести первые итоги. Мумия – это Лука Висконти, обеспеченный мужчина 59 лет. Женат – или был женат – на Беатриче Дель Каро. Судя по системе с ячейками, был посредником в каких-то сделках купли-продажи, похоже, с криминальным душком. Первого августа был еще жив, второго августа забрал пакет на пригородном вокзале и был отравлен, в среду засыпан солью в саквояже и оставлен в камере хранения. Так?

Все кивнули.

– КУРЬЕР

– С синьором С все пока сложнее. 28 июля он откуда-то приезжает с сумкой и тубусом, сумку оставляет здесь на вокзале, тубус везет на второй вокзал. 30 июля некто Х2 меняет пакет на сумку. С в камере хранения больше вроде бы не появляется. Но когда и кем пакет был заменен саквояжем? Важный момент – С или двойник Луки, или загримирован под него, либо – почему нет? – его близнец. Знаем еще что-то?

– Не женат. Во всяком случае, кольца не носит, – добавил Симонов.

– Перевозит товар от исполнителя к заказчику, – внес лепту Никита.

– Как-то связан с Москвой, – это уже Толич уточнил. – Если это все же он поставил саквояж.

– Кстати, мы не успели заехать в магазин, где был пробит чек на соль, завтра надо все же смотаться, – вспомнил Саша.

– Ну, что ж, мало, но кое-что есть. Хотя непонятно, когда кто-то забрал пакет с деньгами и кто оставил саквояж…

– Возможно, он воспользовался той же схемой и камеры его не зафиксировали, – предположил Саша. – Или забрал пакет раньше. Ячейка ведь была еще проплачена, следовательно, чек не был распечатан.

– Да, скорее всего так…

– Да и мы не искали по полному кругу человека с саквояжем, – покачал головой Сережа.

– Значит, придется поискать. У вас здорово получается! Теперь планы на завтрашнее утро. Костя и Сергей продолжают свои игры с кассетами. Толич и Никита встречаются с ювелиром, потом едут в магазин, где куплена соль. Саша начинает раскручивать биографию Висконти, а я жду сообщения по нашим запросам. Кто освобождается – подключается ко мне: могут придти ответы и тогда действуем по обстоятельствам. Ну что, пошли ужинать?

– Что это за жизнь – только едим и работаем, работаем и едим, – проворчал Костя.

– Если вы не очень устали, у меня есть предложение, – вмешался Лоренцо, которому Саша тихо переводил дискуссию. – Сегодня во Флоренции «белая ночь»: всю ночь открыты все музеи – и вход бесплатный! Днем-то у вас времени совсем нет…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.