Нина Линдт
Хозяин времени. Игры богов

Девиз серии: «Время покажет, кто ты есть на самом деле»

* * *

Всему свое время, и время всякой вещи под небом.

Екклесиаст, 3:1

Глава 1

Барселона. Тридцать восемь лет назад

Королева Инес широко распахнула окна и выглянула наружу. Ее черная коса тяжелой змеей соскользнула со спины и повисла над пропастью. Если спрыгнуть отсюда, с высокой башни королевского дворца, куда ее заточил король Игнис, то смерть будет мгновенной. Он, конечно, не подумал о том, что так противен ей, что ей проще умереть, чем терпеть его ежедневные посещения для исполнения супружеского долга. И супруга своего королева боялась куда больше, чем прыжка в смерть.

Каждый вечер появление короля ознаменовывалось тем, что вначале вспыхивали все свечи в комнате. Королеве надлежало лечь и ждать его. И каждая секунда была страшной, потому что приближала к боли и унижению. Но рано или поздно супруг появлялся и тут же приступал к делу, не задумываясь о том, хочет ли его испуганная жена. Король Игнис хотел только одного – наследника. И угрожал, что приходить будет, пока она не понесет.

Но прошло уже шесть мучительных месяцев, а беременность не наступала: то ли король был уже слишком стар, то ли невеста слишком молода. А может, настолько сильной была ее ненависть к королю, что Инес не могла зачать от него ребенка. Королева уже не знала, что и думать. Иногда ей даже приходила в голову безумная мысль, что король сам что-то сделал, чтобы мучить ее бесконечно, давая лишь призрачную надежду на свободу, если она понесет. Или же речь шла о каком-то проклятии?

Королева посетила всех знахарок, приглашала всех лекарей и магов, но они ничем не могли помочь. Всего их мастерства хватало только на то, чтобы каждую неделю сообщать королю, что королева не зачала.

– Всему свое время, Ваше Величество, – попытался утешить ее последний из лекарей. – Дети появляются по воле богов, а не по желанию королей.

Его сожгли у нее на глазах. С тех пор королева от ужаса перед супругом совсем отдалилась от двора, и в конце концов король Игнис закрыл ее здесь, пригрозив не выпускать, пока она не забеременеет.

А ей с каждым днем становилось все сложнее переносить унизительное и болезненное совокупление. И сейчас, у распахнутого окна, отчаяние окончательно захлестнуло ее душу.

– Если дети и вправду появляются по воле богов, почему же боги так жестоки ко мне? – взмолилась она, посмотрев в ночное небо. – Почему не подарите мне дитя, которое освободит меня от страданий хотя бы на время?

Но небо было безмолвно. А Барселона лежала перед ней, полная золотистых огней фонарей, сверкающая и манящая, как свобода.

Тогда королева встала на широкий подоконник и осторожно приблизилась к краю. Это только кажется, что шагнуть легко. Все равно страшно. А вдруг она умрет не сразу, и тогда ей будет в тысячу раз больней, чем при посещении супруга?

– Но это будет только один раз. А не каждый день, – прошептала она, уговаривая себя. И подвинулась еще ближе. Теперь вечерний бриз легко обдувал ее ночную рубашку. И ей показалось, что ветер даже ласкает ее, забираясь под подол сорочки.

Почувствовав совсем откровенное прикосновение, Инес ахнула от неожиданности, и в этот момент какая-то большая ночная птица с писком пролетела над ее головой в спальню. Королева, пытаясь удержать равновесие, присела на подоконнике на корточки и поспешила с него слезть.

Испуганно прислушиваясь, Инес схватилась за косу. Ее большие печальные глаза напряженно вглядывались в темноту. Птица была где-то в спальне. Королева наугад пошла вправо, к туалетному столику, на котором стояли свечи. Она хотела зажечь одну из них, потому что в спальне было темно. А потом найти птицу.

Но мягкий бархатистый голос произнес:

– Инес, не зажигай сегодня свечи. Дай юному ветру и лунному свету полюбоваться тобой.

Королева испуганно вздрогнула, уронила свечу и прижалась к столику, нервно вцепившись пальцами в его гладкий край.

– Кто здесь?

– Всего лишь ветер-бродяга, – послышался ответ. – Не бойся меня.

Голос был такой глубокий и бархатистый, а интонация нежной, что сердце королевы взволнованно забилось, постепенно учащая ритм.

– Это ты влетел птицей в мои покои? – спросила она, осмелев.

– Я должен был спасти тебя от необдуманного прыжка.

– Прыжок обдуман, – возразила Инес. – Я больше не вынесу ночей с мужем, а мое бесплодие мешает освободиться от него хоть на время.

– Ты не бесплодна, Инес.

С этими словами ставни чуть закрылись, и тьма в спальне сгустилась еще больше. И тут же Инес почувствовала мягкие и нежные прикосновения ветра к своей коже. И отчетливо ощутила чьи-то горячие губы на своем плече. Наслаждение острой стрелой пронзило ее тело, и от неожиданности королева отскочила в сторону.

– Для ветра ты слишком… – мысли смешались. Она только что прощалась с жизнью, а теперь, казалось, будто просыпается от долгого сна.

– Осязаем? – шепнул кто-то ей на ушко, и волна удовольствия пробежала по телу, когда чьи-то губы мягко потянули за мочку уха.

– Мой супруг может прийти, – попыталась напугать наглого визитера королева.

– Сегодня он не придет.

От более смелого поцелуя в шею королева отскочила к окну и попыталась отворить ставни, чтобы хоть в лунном свете увидеть визитера. Но ставни не слушались.

– Кто ты? Покажись, – попросила она.

– Зачем? Разве от того, что своего супруга ты видишь, ты получаешь наслаждение? – голос внезапно оказался позади нее. Сильные руки обвили за талию. Его движения не были резкими и от того не пугали, а лишь волновали все больше.

– Ты маг? – спросила королева. – Очень дерзко приходить в королевский дворец, в покои королевы…

– Я не маг… ты обращалась к богам, когда я пролетал мимо. Вот тебе ответ.

– Тогда ты можешь сделать так, чтобы я зачала и король больше не мучил меня? – с надеждой спросила Инес.

– Могу, – засмеялся голос, и нежное прикосновение к щеке заставило королеву взволнованно вздрогнуть. – Я могу подарить тебе ночь любви. Какой у тебя не было и не будет. И вскоре ты понесешь. Но, милая Инес, твое сердечко слишком слабо, поэтому я оберегал тебя до сих пор. Ты умрешь при родах.

– Оберегал меня? Ты?

– Я тебя давно приметил, Инес. Ты пела на корабле, пока тебя везли в Барселону. Я пролетал мимо и услышал. И столько радости и счастья было в той песне… и ты была прекрасна на носу корабля, пока я играл с твоими волосами.

– Я тогда еще не знала, каким кошмаром будет мое замужество…

– И я не ведал, что тебе так плохо. Хотел улететь подальше и забыть тебя. Но сегодня прилетел в надежде, что услышу, как ты поешь.

Пока незнакомец говорил, он становился все более осязаем. Смело и крепко обнимал ее за талию, прижимая к себе, целовал между словами, гладил, мягко расшнуровывал ворот рубашки.

– Готова ли ты будешь умереть, Инес, если я исполню твое и свое желание? – жарко прошептал он ей на ушко, целуя все настойчивее.

Инес ответила не сразу. Она не узнавала свое тело, которое с таким желанием откликалось на прикосновения незнакомца. С каждой новой лаской она теряла стеснение и страх и даже стала несмело прикасаться к нему в ответ.

– Если бы ты мне не помешал, я бы спрыгнула сегодня из окна. Я готова… Но чьим будет мой сын?

– Когда будешь рожать, вели открыть окна пошире, и я помогу тебе уйти безболезненно, ты станешь певчей птичкой. А сына заберу, – прошептал в ответ ветер. – Я дам ему сердце человека и силу богов. Так он будет королем в этом мире. А сейчас, Инес, позволь снять с тебя ночную рубашку…

Король никогда не спрашивал, хорошо ли ей. Никогда не ласкал и не целовал. Не осыпал комплиментами и ласковыми словами. Не прикасался так нежно. Не любил так страстно…

В ту ночь молодая королева впервые поняла, что такое любовь, что значит отдаваться телом и душой. Она смеялась от восторга, плакала от счастья. А ветер любил ее настойчиво, нежно и страстно. Когда за окном забрезжил рассвет, ее любовник в последний раз поцеловал Инес в губы.

– Мне пора, моя нежная певчая пташка. Помни, что я сказал тебе, рожай при открытых окнах.

Он поднялся. В легком свете нового дня она увидела лишь темные очертания его мужественной, атлетической фигуры. После он обернулся филином и вылетел в окно.

На следующий день к ней снова пришел король. Королева терпела, потому что знала, что ей осталось недолго. Вскоре стало ясно, что она забеременела.

Но когда пришла пора рожать, король вдруг велел перевести ее в помещение без окон, в подвалы замка. Королева в слезах умоляла его дать ей родить при свете дня, но король не пошел навстречу.

Роды были мучительными, Инес никак не могла разродиться. Она переживала за дитя, боялась, что ее сердце остановится до того, как оно появится на свет.

– Прошу, умоляю, – еле шептала она, когда король Игнис пришел в очередной раз справиться о ее состоянии. – Перенесите меня к окну…

Король наклонился к королеве, вытирая ее мокрое от пота лицо, его глаза довольно блестели.

– Зачем? – прошептал он ей, чтобы не услышали повитухи. – Чтобы он забрал тебя и сына? Или ты такая дура, что верила, что я не знаю, чьего ребенка ты носишь под сердцем? Но мне нужен наследник, этот мальчик останется здесь, я выращу из него жестокого принца, чье сердце не будет знать жалости. Я наделю его магией огня и признаю своим, а ты сдохнешь, зная, что ни тебе, ни ему не быть свободными. Знаешь, что происходит, если ветер запереть в замке? Он озлобляется на всех.

– Он вырвется однажды… Ветер нельзя вечно держать взаперти… – Инес дрожала, понимая, что обрекла на мучения не только себя, но и сына.

– Я привяжу его к себе, и он никогда не освободится. Он будет сеять вокруг только боль и опустошение.

Потом король отстранился от застывшей в ужасе королевы и приказал:

– Если не разродится в ближайшие часы, вспорите ей брюхо.

Но королева все-таки родила прекрасного мальчика. Душа ее птичкой вылетела из груди, но король Игнис поймал ее и задушил в своей перчатке. А потом взял на руки сына. Младенец доверчиво посмотрел на него синими, как небо, глазами.

А наверху выл и бился в ставни ветер, пытаясь забрать тех, кого любил…

Глава 2

В мире богов среди пустых пространств и прекрасных туманностей висел в пустоте стол с шахматной доской. Под ним, словно в насмешку над остальным пространством, виднелся кусок мраморного пола с золотыми прожилками, который постепенно растворялся в черноте бесконечности. За столом в повисшем в пустоте каменном резном кресле сидел один из богов, задумчиво глядя на фигуры. Перед богом, поджав хвост и опустив усы, стоял с виноватым видом золотой дракон.

– Я выполнил приказ. Но мне тяжело, – сказал Басилун Астару и удивился, когда тот легкомысленно махнул рукой.

– Глупости! Ты слишком долго был на земле, эти миры только и знают, что множить чувство вины, – Астар энергично передвинул фигуры на шахматной доске. – Кому как не тебе знать, что вины не существует на самом деле?

– Не понимаю, зачем сводить Рэя и Алису, чтобы в следующий момент разбить их сердца? Они оба страдают. Пусть принц Люме чудовище, но Рэй…

– Знаю. Ты опять судишь обо всем по земным понятиям. Нет… Басилун, признай, что не знаешь всего.

– Не знаю, – послушно признал Басилун. Ему перед Астаром было неуютно и хотелось обратно на Землю.

– Всего даже боги не знают, – захохотал Астар. – Как я тебя подловил, а? А если не знаешь, то прими как данность, что самое страшное зло может стать благом. Благо – обернуться в зло. Мы ничего не знаем о будущем. Даже хозяину времени оно открывается лишь в виде нескольких вариантов.

– Почему бы не создать вариант, где эта страшная правда никогда не вскрылась бы?

– Порой необходимо познать и блаженство, и страшное горе. Алиса теперь может встать на сторону зла, а может остаться собой.

– Почему столько испытаний одной девочке?

– Потому что так сошлись звезды, – равнодушно пожал плечами Астар. – Не Алиса, так другая… Она просто подходящая для этого урока фигура. Но заметь: решает она сама.

– В том отчаянии, в которое вы ее погрузили, она может сотворить страшные вещи.

– Не я. А инквизиция. Это они украли ее мать. Мои руки чисты, – Астар показал Басилуну ладони. – Хватит хныкать, Басилун. Радовался бы, что я тебе столько поручений дал, столько силы и возможностей. В этой игре победит тот, кто умеет принимать решения. Если хозяин времени сдался, значит, он не победит. Если Алиса поступит так же, она тоже проиграет.

Астар погрузился в игру, позабыв про Басилуна. Дракон стоял некоторое время в задумчивости, но все-таки в конце концов проронил:

– Барселона и все земли снова пропитаются кровью, а вам все это кажется игрой.

Астар обернулся на дракона.

– Мой друг, пребывание в кружевном мире тебе на пользу не пошло. Оставайся-ка ты пока здесь, – принял решение Астар. – Очухаешься и посмотришь на все издалека, с перспективы. Великое видится на расстоянии, Басилун. На расстоянии!

Басилун почувствовал, как решение Астара временно преградило ему доступ в кружевной мир. Дракон задумался. Что же делать?

С одной стороны, Басилуну самому понравилось играть судьбами ведунов и магов. Но там, на месте, когда есть возможность вовремя вмешаться и вовремя исчезнуть. И какая это была игра! Он успел со всеми поиграть на славу: с Алисой, Максом, Рэем, Жаком де Марли…

С котом Басилун действовал от противного. Ведь мерзкий упрямый котяра должен все делать по-своему. И думать, что он прав. И может обманывать богов. Ну и ладно. Басилун сильно и настойчиво просил его развести Рэя и Алису только для того, чтобы Сью столкнул их посильнее. А попроси он свести их, кот бы костьми лег, чтобы этого не получилось. Трудно быть богом, если имеешь дело с котами…

Но что делать теперь, как вмешаться в происходящее, если можешь только наблюдать из мира богов и кусать нервно усы, Басилун не знал. А вмешаться надо было. И срочно.

Гесса задумчиво разглядывала сад Верии. «Наипрекраснейшая» любила окружать себя самым лучшим: вокруг благоухали пестрые цветы самых разных видов, цвели плодовые деревья, а изумрудная трава, покрытая нежной росой, так и манила пройтись по ней.

Гесса неодобрительно покачала головой, приподняла подол белых одежд и пошла искать Верию. Она нашла богиню у небольшого водоема с кувшинками разных цветов. Верия разглядывала себя в отражении водной глади и строила забавные рожицы. Гесса тяжело вздохнула, сожалея о том, что вдобавок к красоте Верия не получила ни доброты, ни ума.

– Верия, я пришла поговорить с тобой о Небесном Страннике, – Гесса заметила, как в воде прекрасное лицо Верии исказилось гримасой боли и отвращения. Похоже, красавице богине не нравилось, когда ей напоминали, что ее сын – чудовище.

– Я уже давно его не видела. И видеть не хочу, – Верия повернулась к Гессе и поднялась с колен. На ней была полупрозрачная туника, скорее открывающая всю красоту ее тела, нежели скрывающая ее.

– Он твой сын, – мягко возразила Гесса. – Возможно, ты могла бы уговорить его прекратить охоту…

– Ты все еще переживаешь за ту девчонку? Он найдет ее, если она жива. Никто не смеет заявлять, что есть девушка прекраснее меня. И уж тем более никому не позволено быть прекраснее меня, – тут лицо Верии снова некрасиво дернулось.

– Прошло столько лет, Верия. Иногда мне кажется, ты отправила сына на охоту за малышкой только чтобы отделаться от него.

– Может, и так, – кивнула богиня. – Тебе-то что от этого всего, Гесса? Решила поиграть, как твой супруг судьбами магов, людей и богов?

Она приблизила свое прекрасное лицо к более простому, мягкому лицу Гессы.

– У тебя ничего не выйдет. Нет власти, нет возможностей. Астар не станет делиться игрой. А твой брат постоянно странствует среди туманностей и созвездий, периодически путаясь с земными женщинами…

– Не смей обижать моего брата, – Гесса вдруг вспылила и схватила Верию за пышные локоны. – Он любит искренно, пусть и мимолетно, а ты никогда никого в своей долгой и скучной жизни не любила!

– Отпусти! – заверещала Верия. Ее визг так резал уши, что Гесса выпустила густые волосы богини красоты из пальцев.

Верия отступила на шаг от Гессы, поправила волосы, и ее лицо снова приобрело красивое и расслабленное выражение.

– Ах, Гесса! Ты, похоже, скучаешь, пока твой муж занят играми и не уделяет тебе внимания. Вот и пытаешься создать видимость заботливой богини. От скуки. Не более того. Заведи себе сад, – она махнула рукой, показывая на яркую растительность вокруг себя. – Займи себя чем-нибудь. А Небесного Странника оставь в покое. Он выполняет мой приказ. Если на что этот уродец и годится, так на служение красоте.

Тут она весело засмеялась и пошла прочь от Гессы, привлекая своим серебристым смехом ярких птиц, которые с мелодичным пением взлетели с деревьев и последовали за ней.

Легкая улыбка появилась на губах Гессы.

– Что ж, пусть служит красоте, раз ты того так хочешь, Верия. Но и доброте тоже. А в тебе доброты нет, – прошептала богиня. Потом услышала шорох в кустах и оглянулась вокруг. – И с каких это пор золотые небесные драконы прячутся по кустам и подслушивают богинь? – нахмурилась она.

Басилун вылез из пионов и сбросил пару лепестков, прилипших к морде.

– Я не то чтобы подслушивал… – начал он, но Гесса перебила.

– Что тебе нужно, Басилун? Мало дел натворил в кружевном мире, теперь еще здесь хочешь… – она замолчала, подбирая наиболее подходящее слово.

– Накосячить? – предложил дракон, и его витые усы так смешно дернулись, что Гесса не смогла на него разозлиться, как ни хотелось.

– Я не знаю, что за план у моего супруга, но мне тревожно, – Гесса пошла по цветущему саду, и дракону ничего не оставалось, как последовать за ней. – Хозяин времени вернулся во дворец и попал в полное подчинение к своему отцу. Возможно, он уже забыл, кем был. Игнис Ватра контролирует сына через магический браслет, ума не приложу, как он его достал и где.

– Хозяин времени сильный маг, – возразил Басилун.

– Да, но его душа разрушена чувством вины перед Алисой и Таритой, он ослаб и позволил отцу питаться своими силами. Рэй потерян для остальных. И скоро начнет снова крушить все вокруг себя. Алиса обозлена, ее душа тоже полна горечи от предательства. Макс только и думает о том, чтобы вернуть Анну и поднять восстание, а Анна рвется к мужу всем сердцем. Они все слабы, все отвлечены от главного.

– Что же тут главное? Разве не возвращение принца Люме грозит кружевному миру гибелью? Возможно, устранить его было бы…

Но Гесса покачала головой.

– Зло как многоголовая Гидра: отрубишь одну голову – вырастет две. Надо быть осторожными. Я не решаюсь вмешиваться, потому что Астар играет в свою игру, но его сердце никогда не сжимается от тревоги за фигуры на доске. Он прислушивается только к требованиям Вселенной. И действует по ее указке. Как музыкант, он записывает мелодию, которую слышит, а потом оркестр играет музыку для него. Но эта песня становится с каждым днем все более жестокой и кровавой.

– Что же мы можем сделать? – спросил Басилун, с надеждой глядя на Гессу. Он, похоже, не прогадал, решив обратиться к ней за помощью: богиня из всех была наиболее рассудительной и спокойной. Он надеялся, что сил Гессы хватит, чтобы позволить ему вернуться в кружевной мир. Но Гесса, поймав его полный надежды взгляд, покачала головой:

– Я не могу обойти решение супруга. Но ты можешь обратиться за помощью к моему брату. Он пойдет тебе навстречу, если просьба будет исходить от меня.

– Где же искать его? – Басилун нахмурился. – Ваш брат как Небесный Странник, вечно скитается по пространству, его не поймать.

– Небесный Ветер наша единственная возможность вернуть тебя в кружевной мир, Басилун. Так что постарайся его найти, – Гесса махнула рукой, отпуская дракона, и тот перестал следовать за ней, оставшись в задумчивости посреди утопающего в цветах сада.

Глава 3

Школа ведьм превратилась в мрачный готический замок. Окна вытянулись и обзавелись каменными орнаментами, крыша ощетинилась тонкими, острыми шпилями, а по краям карниза расселись причудливые каменные химеры. Дождь молотил по крыше и вырывался из глоток горгулий, падал на каменное мощение внутреннего сада. Во вспышках молний облик замка был особенно зловещим. Ветер завывал в многочисленных каминных трубах и щелях, гулял по широким каменным коридорам.

Жак де Марли стоял у окна и смотрел, как под ливнем входят в замок братья Ордена Белой Королевы. В прихожей их встречали рыцари и бывшие ученицы школы, раздавали сухую одежду и распределяли по корпусам. Жак не спешил встречать братьев. После раскола он выдерживал паузу, прежде чем взять на себя полное командование во время ужина в большой зале, где уже накрывали столы и етче носили без остановки новые блюда и тарелки.

Всех маленьких воспитанниц школы выслали по домам, зато призвали всех ведунов, и сеть оповещения о призыве новой королевы к оружию раскинулась по стране. Алиса же после принятия дара заперлась от всех в своей комнате и пока не выходила.

Жак дал ей время.

Он понимал, что пока не соберется армия, Алиса не может броситься спасать свою мать. И это причиняло ей боль. Как и то, что Рэй ее предал.

К ней входили только Ива и Тарита. Жак лишь время от времени подходил к двери и говорил с Алисой, не ожидая, что она ответит. Он подбадривал ее, внушал ей уверенность. Но ответа не было.

Во всем, что случилось, Жак винил только себя. Надо было сказать раньше хозяину времени про Алису, пока еще они не сблизились так сильно. Тогда сердце девушки не было бы разбито, она бы просто приняла свой дар, когда хозяин времени был бы разоблачен.

И несмотря на предательство Рэя в отношении матери Алисы, Жак вспоминал его потрясенное лицо, его ужас от понимания, что он натворил. Значит, еще не все было тогда потеряно. Совесть еще существовала для хозяина времени. И только потом он отдался черному желанию сделать Алисе еще больнее. Лишить ее матери, как раньше он лишил ее отца. Жак покачал головой: насколько бессердечным нужно стать, чтобы за считанные часы переметнуться от добра ко злу?

Услышав тихие шаги за своей спиной, Жак обернулся. Тарита нерешительно стояла на пороге.

– Проходи, Тарита, – он указал ей на стул и отошел от окна, по которому барабанил дождь. Где-то прогремел гром, и бывшая принцесса испуганно поежилась.

– Тебе не холодно? – Жак протянул ей плед, и она, благодарно взглянув на главу Ордена завораживающими фиалковыми глазами, накинула плед на грудь и плечи, осторожно закинув края назад, чтобы не задеть крылья.

– Что будет дальше? – спросила Тарита, когда Жак сел напротив нее.

– Кончится дождь, – неопределенно махнув на окно, сказал колдун. – Алиса придет в себя и поведет армию ведунов на Барселону.

– Против короля Ватра и его сына? Разве они не столь могущественны, что все вокруг боятся их как огня?

Жак усмехнулся над такой формулировкой.

– Да, могущественны. В их власти огромные магические силы. Но мать Алисы в опасности, мы должны ее освободить. А там будет видно.

– Во мне есть сила, Жак. Только я не знаю, как ее применить. Я чувствую ее, но не умею ей управлять. Я надеялась, Алиса знает, но она сейчас не в состоянии мне помочь.

– Алиса горюет, но она успокоится. Все, что случилось, оказалось для нее сильным шоком.

– Не понимаю, как можно горевать по чудовищу, – Тарита повела плечами. – Он убил ее отца, изнасиловал меня, а она оплакивает его, как какое-то… сокровище.

– Она знала его другим, Тарита.

Жак внимательно посмотрел на девушку с крыльями, пытаясь разгадать истинную цель этого разговора.

– Разве ты сама не доверилась хозяину времени? Ведь это он привез тебя сюда.

– Да, но… – Тарита растерялась на мгновение, но тут же нашлась: – Сейчас-то мы о нем уже все знаем. Он чудовище. И заслуживает смерти.

– Во всей этой истории слишком много странного, Тарита. Не суди так при Алисе. Она должна сама решить, что делать.

– Алиса даже не подозревает, что это за монстр. А я его знаю. Я имею право говорить, что думаю. Я страдала так, как Алисе и не снилось. Во мне есть сила, чтобы победить династию Ватра, Жак. Но я боюсь, что Алиса не воспользуется ей.

Жак де Марли внимательнее посмотрел на прекрасное лицо Тариты. Она была охвачена желанием отомстить Люме, и это было понятно, но все равно стало не по себе, что такую прекрасную девушку ведет по жизни не любовь, а месть. Маги искажают все понятия о добре, разрушая жизни вокруг. Алиса и Тарита встали на путь борьбы по вине магов. Уже только поэтому кружевной мир заслуживает уничтожения.

Когда все собрались в бывшей школьной столовой, а ныне превратившейся в огромную трапезную залу, которую замок рассчитал на весь орден Белой Королевы и ведьм школы, Жак де Марли вышел на возвышение и сказал:

– Братья, я благодарю вас, что откликнулись на призыв королевы и приехали сюда, несмотря на те разногласия, что у нас были.

Он нашел взглядом Ивана, тот избегал смотреть на Жака и сидел, уставившись на свои руки.

– Я понимаю, что для многих из вас решение вернуться было непростым. Признаюсь, что сам я порой следовал за королевой только благодаря вере, что она и есть та самая наследница, о которой говорила королева Бланш. И так оно и оказалось. Вера – это то, чего не хватает многим из вас. И то, что может привести нас к победе, если ее будет достаточно, или к поражению, если веры будет не хватать. Я прошу вас верить, братья. Вы видите изменения вокруг вас. Мир меняется, потому что в нем теперь есть сильная королева, способная вывести нас к новой жизни.

Жак обернулся и увидел Алису в черном сплошном платье с имитацией доспеха на одном плече. Она вышла на возвышение медленно, впереди нее бежала одноглазая пантера с чуть приоткрытой пастью.

Алиса была бледна, белые волосы по обеим сторонам лица и черная челка лишь подчеркивали фарфоровую белизну кожи, контрастируя с чуть припухшими от слез, покрасневшими глазами и губами… Но во взгляде наследницы Бланш читалась непоколебимость.

Жак отступил в сторону. Все рыцари поднялись с места, приветствуя королеву.

Алиса обвела взглядом зал. Притихшие мужчины ждали ее слов. А ей хотелось всех их променять на объятье другого. Только это теперь было преступной мыслью. И со временем это желание должно было погаснуть навсегда. Боль еще грызла изнутри, обида и ярость выжигали ее сердце, оставляя на нем клеймо, шрам на всю жизнь. Но клеймо будет напоминанием о том, что магам верить нельзя. Что они вытаптывают твою жизнь и давят на самые чувствительные и слабые места.

С ней так больше никто не поступит. Потому что у нее есть рыцари, сила и гнев.

– Я благодарю Орден Белой Королевы за то, что он откликнулся на мой зов. Садитесь.

Алиса подождала, когда все сядут и снова станет тихо. Она никогда не говорила раньше перед таким большим количеством слушателей. Во время докладов в университете она всегда здорово нервничала. Но это осталось в прошлом. Теперь, глядя на зал, она чувствовала, что держит в руках невидимые нити, идущие от каждого, кто находился здесь. Они все были в ее власти. Здесь никто не оценивал ее выступление. Здесь внимали каждому ее слову.

Алиса никогда раньше не предполагала, что ощущение власти может быть таким пьянящим.

– Принц Люме вернулся.

Удивленные возгласы пронеслись по залу. Алиса вопросительно посмотрела на Жака де Марли. И, увидев его гордый за нее взгляд, поняла: он специально молчал об этом, чтобы ее выступление было еще более эффектным. Она чуть кивнула.

Ее верный рыцарь. Она знала, что многие из тех, кто сейчас сидит в зале, еще сомневаются. Но Жак де Марли никогда в ней не сомневался.

– Да, вернулся. И вместе с ним вернулась опасность и угроза смерти для всех нас. Я не обещаю вам победы, потому что только время знает, чем все закончится.

Тут ей перехватило дыхание спазмом. Зачем она вспомнила про время? Вспомнила его синие глаза и золотистое свечение, идущее от кожи. Движение шестеренок на шее… и тихий, ласковый голос.

– Но я знаю, – заставила она себя вернуться в реальность, – что мы дадим хороший бой. Я не обещаю, что мы найдем союзников, хотя думаю над этим, но знаю, что если каждый из вас присягнет мне на верность, нас станет больше, наша сила будет расти с каждым днем. Когда-то ваши предки ждали и надеялись, что наследница появится именно в их время, но этого не случилось. Она появилась сейчас. Задумайтесь, почему? Почему именно я выбрана королевой Бланш?

Алиса замолчала, одноглазый Сью поддел мордой ее ладонь, и она погладила пантеру по голове.

– Разве она доверила бы свои знания просто для того, чтобы я ими пользовалась и прослыла сильной ведьмой? Или она знала или предчувствовала, что именно этот момент может стать поворотным в жизни наших миров? Что именно сейчас наступает время, когда ведуны могут победить! Могут взять верх над магами и поставить их на место раз и навсегда! Именно сейчас, в век технологий в плоском мире, мы можем развить другую силу: свою силу, данную нам природой. Что именно сейчас в кружевном мире произойдут глобальные перемены, которые дадут нам возможность одержать победу над теми, кто держал нас в страхе столько веков. Маги кормили плоский мир чудесами техники, скрывая от него более могущественные знания. Пора сделать эти знания своими!

Рев одобрения пронесся по рядам.

– Я не обещаю, что будет легко. Но я знаю, что каждый из вас вступил в орден с идеей однажды послужить для восстановления справедливости. Так вот этот момент пришел. И теперь я спрашиваю: уверены ли вы в своей присяге? Готовы ли идти за мной, осознавая правильность вашего выбора? Потому что если вы все еще колеблетесь…

Но тут поднялся один из рыцарей. Алиса узнала Ивана и замолчала. Он прошел к ней через залу и опустился на одно колено перед возвышением. Потом поднял голову и, глядя ей в глаза, произнес:

– Клянусь своей честью и жизнью, силой и родом, что буду верно и преданно служить наследнице Белой Королевы, стану для нее опорой, защитой, ключом и верным псом. Мой меч подчиняется ее приказам. Моя воля – ее воля. Да будет так.

И он положил свой меч к ногам Алисы.

После присяги Ивана многие повторили его действия.

– Спасибо, – сказала Алиса, когда снова стало тихо. – Назначаю Жака де Марли главнокомандующим войск. Прошу всех подчиняться его приказам. Мы выступим завтра же, – и под гул одобрения рыцарей она вышла из зала.

Алиса вернулась к себе в комнату, где Ива накрыла для нее стол. Устало сев на стул, Алиса спрятала лицо в ладонях.

– Ты прекрасно справилась, – довольно мяукнул одноглазый Сью и потерся головой о ее колени. Но Алиса его проигнорировала.

– Я не голодна, Ива. Спасибо.

– Алиса, надо что-то поесть. Ты целый день отказываешься от еды, а завтра предстоит поход. Ты должна быть сильной.

Алиса усмехнулась.

– Ты права. Но мне кусок в горло не лезет.

– А как насчет фруктового сока? Манго, банан, киви и яблоко?

Ива пододвинула внушительного размера стакан с густым соком к Алисе.

– А где Тарита? – Алиса обвела взглядом комнату, но принцессы-бабочки не увидела.

Ива промолчала.

– Она тебе не нравится? – удивленно спросила Алиса, уловив в доброй и простодушной Иве след осуждения.

Ива, которую Алиса видела прекрасной рыжеволосой девушкой, а не страшной, уродливой горбуньей, как остальные, потупилась.

– В ней много гнева, Алиса. И в тебе… – тут Ива подняла на нее взгляд чистых синих глаз и твердо произнесла: – В тебе его теперь тоже много.

– А что мне остается, Ива? Он меня предал. Моя мать в опасности, – с досадой напомнила Алиса.

– Мы не знаем всего, Алиса. Не осуждай его, разберись. Возможно, все не так, как мы представляем.

Алисе было невыносимо смотреть Иве в глаза. Раньше она наслаждалась общением с ней, теперь же оно тяготило. Возможно, все дело в том, что Ива не понимает, каково это, оказаться преданной. А Алиса и Тарита знают. Ива готова всех вокруг прощать и любить, но Алиса не могла думать о прощении, пока не спасет маму.

Но, чтобы не спорить, она кивнула и взяла в руки стакан сока. Ива права: силы ей тоже понадобятся.

Глава 4

В подземном переходе оборотней время тянулось дольше, а расстояние преодолевалось медленнее. Анне стало очевидно, что пора сделать привал, чтобы все отдохнули: пожилые волчицы выбились из сил и жаловались на духоту. А идти вперед предстояло еще несколько часов.

Поручив охране уведомить передние отряды о стоянке, Анна остановила остальных, распорядилась расставить свет так, чтобы у каждой группки он был, и пошла к сестре. Лора с детьми осела в том месте, где проход расширялся, создавая небольшую круглую залу. Тут было много детей, которые или играли, или устало жались к матерям.

– Отдохнем часа полтора, – сказала Анна, присаживаясь рядом с Лорой. – Все устали.

– Тебя что-то тревожит, Анна? Ты боишься идти вперед? – Лора машинально обняла льнущих к ней дочек.

– Змеиное чутье подсказывает мне, что опасность притаилась по оба конца пути, – честно призналась Анна. – Там, позади, Раган отбивается от нападения. А там, впереди… кто знает, что нас ждет. Санти ведь вполне мог догадаться, что у оборотней могут быть подземные ходы. Я хочу пойти вперед с отрядом, чтобы убедиться, что нам ничего не грозит. Но это после привала. А пока… пора перекусить.

Некоторое время было тихо: все ели, пили воду, отдыхали. Но пока взрослые и пожилые еще сидели и устало переговаривались, дети стали активно играть. Для них этот поход был приключением, поэтому они с огромным любопытством и энергией изучали подземный мир.

– Мама, расскажи еще раз ту сказку про заколдованного принца, – Ким прижался к Анне, потому что его сестренки сидели у Лоры на руках.

– Ким, я рассказывала ее уже раз двести! – возмутилась Лора.

Анна улыбнулась. Сказку про заколдованного принца ее племянники так любили, что не только были готовы ее слушать по несколько раз на дню, но и просили продолжение про тех же героев. Лора, чтобы укладывать их спать и кормить, развернула целый сериал про заколдованного принца, но сама его тихо ненавидела.

– Он накололся на ядовитый шип, пока гулял в саду, и умер, – подсказала старшая из близняшек. – В последней сказке.

– Ну пусть оживет! Ну, мам! – попросил Ким.

– Невозможно оживить то, что умерло, – сурово попыталась остановить вечер сказок Лора.

Ким захныкал.

– Тетя Анна, это правда? – одна из племянниц доверчиво посмотрела на Анну, и та не смогла не оправдать ее надежд:

– Если только в сказке нет хозяина времени. Он может повернуть ход событий так, чтобы принц вернулся в прошлое за несколько шагов до гибели и не совершал ошибки, – подсказала она, а Лора закатила глаза: она явно надеялась навсегда избавиться от заколдованного принца.

– Ого! А он хороший, этот хозяин времени? – спросил Ким.

– Один из самых лучших магов, что я знаю, – Анна мягко взъерошила золотистые волосики мальчика. У Кима были светлые длинные загнутые ресницы. Перед таким мальчишкой было сложно устоять. Анне вспомнилось, как он смог упросить Рагана на время взять рунические кольца с волос. Оборотень никогда с ними не расставался, а Киму дал поиграть.

Мысль о муже отдавалась тоской в сердце. Скоро они выйдут из подземного хода, и кто знает, что за новости ждут их на поверхности.

– Он даже лучше эйра Рагана? – спросил удивленно Ким.

Лора фыркнула.

– С эйром Раганом никто не сравнится, глупыш.

– Тогда пусть хозяин времени оживит заколдованного принца! – попросил Ким.

Лора обреченно вздохнула.

– Ну, хорошо. Хозяин времени повернул время вспять, вернул принца к жизни, и он прошел мимо ядовитой колючки. А теперь идите, поиграйте с волчатами, дайте своей матери отдохнуть, – ворча, отодвинула она от себя детей.

Когда Ким с сестренками убежал и присоединился к стае оборотней-детей, которые затеяли игру в застывшие фигуры, Лора придвинулась к Анне и крепко обняла ее за плечи.

– Устала?

Анна кивнула. Но усталость была не от похода, а от постоянной тревоги о Рагане.

– Если честно, какое-то время я подозревала, что ты влюблена в хозяина времени, – тихо сказала Лора.

Анна кивнула.

– Он не может не нравиться, есть в нем что-то таинственное, что завораживает. И его власть над временем пугает и притягивает одновременно. Но Рэй всегда относился ко мне как к другу, поэтому я вовремя опомнилась.

– Мужчины-загадки… Да, порой они магнитят тебя своей недосказанностью больше, чем внешней привлекательностью. Есть один оборотень, который напоминает мне Рэя, хоть они отличаются друг от друга, как небо и земля.

– Эйр Валентайн, – сразу догадалась Анна. – Я подозревала его в предательстве, зависти к власти Рагана, но потом поняла, что это один из тех мужчин, которые стараются быть максимально открытыми со всеми, но этим лишь пугают и настораживают.

– В точку! – Лора захлопала в ладоши. – Ты определила эйра Валентайна одной фразой, а я все не могла его разгадать! Анна, ты гений! Я его побаиваюсь, если честно. Он странный, хоть и вроде безобидный…

– Он часто смотрит на тебя, Лора. Вы говорили?

– Да, но о пустяках, – отмахнулась Лора. – Твоей сестре романы уже давно не светят, Анна.

Тут Анна заметила, как сестра посмотрела в сторону Макса, который лениво показывал девушкам фокусы с молнией. Серебристые нити разрядов, как ручные змейки, ползали у него по пальцам и ладоням. Одна из девушек протянула руку, завороженная свечением, но Макс вовремя убрал руки.

– Нет, Лора, – покачала головой Анна. – Макс… совершенно другого склада. Он не создан для семьи. Для приключений – да. Для страсти, но не для семьи. Я это поняла только с Раганом.

– Я и не надеюсь. Он видит во мне тебя, – прикрыла глаза Лора. – Я не так глупа, чтобы ждать, что однажды он разглядит меня и захочет стать отцом моим детям. Макс хочет переспать со мной, и я, если честно, была не против, пока эта мертвая девица не наложила на него проклятие. Мне проблем и так хватает с тремя детьми. Брать на себя дополнительную ношу я не собираюсь.

– И правильно делаешь… – Анна задумчиво наблюдала за Максом. – Иногда мне кажется, что он и не полюбит никогда по-настоящему.

– Разве он тебя не любит?

– Любит по-своему… но это не та любовь, что приносит счастье и спокойствие.

Лора кивнула. Она знала, о чем говорит сестра. Такая любовь у нее была с мужем. Но быстро и трагически оборвалась. И в глубине души Лора боялась, что уже никогда не встретит никого, кто бы мог сравниться с Генри. И иногда именно из-за этого страха не заводила романов или резко обрывала начинающиеся отношения. Ей все казалось, что никто не может затмить и заменить пыл первой и самой искренней любви.

Анна прикрыла на мгновение глаза и позволила себе увидеть лицо Рагана. От тоски сразу захотелось плакать. Она понимала, что он поступил правильно, отправив ее с оборотнями, давая Анне возможность снова почувствовать себя независимой и отдельной от него личностью, ведь они в последнее время предпочитали не расставаться. И ответственность, возложенная на Анну, не пугала, а вдохновляла. Анна какое-то время грустила по своей работе, но Раган дал ей возможность увидеть будущее в их совместном труде, а работа в команде нехебкау нравилась. Но она тосковала по нему, по его поддержке, улыбке, синим глазам и спокойному взгляду. Тосковала по его теплу, объятьям и тяжести тела, когда он ложился на нее, и их бедра становились одним целым.

И ей было беспокойно от того, что она не знала, где он сейчас, что с ним. А еще было больно от понимания, что и он терзается похожими страхами и тоской. В его любви и чувствах Анна не сомневалась, ведь Раган не раз доказал ей свою искренность. Но теперь, когда она начала восхищаться им, ценить его с каждым днем все больше, внезапное расставание было болью.

Командир Велск появился перед ней в полутьме внезапно: темнокожий оборотень ходил слишком тихо. Присев перед Анной на корточки, он вполголоса доложил:

– Разведка прошла почти до конца хода, все чисто. Но пожилые оборотни устали. Возможно, имеет смысл собрать небольшой отряд и опередить остальных, выйти наружу, найти своих? Ведь мы не знаем, удалось ли сообщить эйру Сарти о нашем прибытии. Его стая может быть не готова к прибытию стольких ртов.

– Эйр Раган сказал, что эйр Сарти может обеспечить его стае жилье и пропитание.

– Время неспокойное… – командир Велск чуть повел плечами, будто чувствовал опасность за своей спиной.

– Да… предчувствие у меня странное, – поделилась Анна. – Надо быть осторожнее. Но оставить их здесь мы не можем.

– И не надо, – спокойно ответил Велск. – Отделю от женщин быстрых и исполнительных, поставлю их замыкающим отрядом, в каждую группу по подростку, чтобы несли ответственность за своих. А мы пойдем вперед. А они, как отдохнут, за нами.

– Хорошо. Лора, – Анна повернулась к сестре, которая прислушивалась к их разговору, – возьмешь на себя эту группу?

– Возьму, конечно, – кивнула Лора. – Не волнуйся.

Анна поднялась и размяла ноги. Пока они с командиром Велском меняли организацию отряда, к ним присоединился Макс.

– Пойду с вами, – коротко бросил он.

Анна кивнула.

Когда в группе собрались только боеспособные оборотни, они быстро двинулись по ходу дальше. Энергичный шаг постепенно ввел их в состояние активной медитации: переговоры и смешки смолкли, оборотни практически бесшумно двигались вперед.

Анна приободрилась, действие всегда придавало ей сил, а бездействие убивало. Макс шел рядом, но молчал, и она радовалась этому. Элисенда не хотела его отпускать, но маг нашел правильные слова, и девушка в итоге замолчала и уступила, оставшись рядом с мэтром Берггреном.

Интересные у них отношения… Несмотря на то, что Элисенда его прокляла, Макс все равно продолжал о ней заботиться. Наверно, она для него кто-то вроде взбалмошной младшей сестры.

Через полтора часа они приблизились к выходу. В этот же момент один из юношей добежал до отряда и сообщил, что оставшиеся позади группы возобновили движение.

– Отлично, тогда проверим, что снаружи, – решила Анна.

Мужчины посильнее сдвинули каменный блок, прикрывавший выход, и спустя много часов пребывания под землей Анна увидела дневной свет.

Вылезли наружу и огляделись. Местность была лесистая, дело шло к вечеру.

– Как найти логово эйра Сарти? – спросила Анна, повернувшись к командиру Велску. Тот покрутил лысой головой, принюхиваясь.

– Они нас уже нашли, – коротко бросил он. – Скоро будут здесь. Только вот мне не нравится их запах…

– В каком смысле? – нахмурилась Анна. Ее интуиция обострилась, кожу кололо иголками тревоги. Что-то было неестественное в притихшем лесу. И она заметила, как и остальные оборотни принюхиваются с тревогой: приближалась опасность.

– Адреналин, – коротко бросил командир Велск, жестом приказывая своим бойцам выстроиться так, чтобы защищать остальных. – Его выброс бывает либо от сильного страха, либо от агрессии. Посмотрим, что учуем, когда они подойдут поближе.

Анна всегда считала, что даже в моменты неожиданности будет сохранять невозмутимость, спокойствие и способность анализировать происходящее: ведь все движения с оружием в случае опасности отработаны по сотне раз на учебных тренировках в полиции. Но когда на них внезапно обрушился град пуль, Анна не успела ни о чем подумать. Зато тело отреагировало так, как будто отделилось от ее сознания. И пока голова была пустой, рука выхватила оружие из кобуры, глаз вычислил траекторию, палец нажал на спусковой крючок.

– В укрытие! – раздался приказ командира Велска, а в следующее мгновение он как-то обмяк и осел на землю.

– Проклятье! – возмутился где-то рядом Макс.

Анна прикрывала своих, а когда повернулась, увидела, как Макс оттаскивает командира Велска за камни.

– Закройте лаз! – наконец смогла крикнуть она. И тут же отвлеклась, отстреливая показавшихся из кустов нападающих оборотней.

Краем глаза она заметила, как сверкнула молния: значит, Макс уже успел оттащить раненого и вернулся к сражению.

Женщины отстреливались, прячась за камни, юноши были смелее, противник пока не мог к ним подобраться ближе, но Анна кожей чувствовала, как их окружают. Окинув взглядом молодых оборотней, агент Грей ощутила, как сердце сжалось от тревоги: они еще совсем неопытные, молодые, горячие, не знают опасности, не умеют рассчитывать силы. Погибнут, а ей потом смотреть в глаза их матерям. Впрочем… она ведь может и не дожить до этого сама.

– Я не понимаю, почему нас предали! – крикнула она Максу, когда тот сел рядом, накапливая новый заряд между ладоней.

– А я прекрасно понимаю, – прорычал он, становясь похожим на оборотней вокруг. – Этот ваш эйр Сарти решил, что король Ватра сильнее, портить с ним отношения опасно. Плюс Раган теперь обладает большой силой, раз владеет лунным оборотом. А кое-кому не хочется подчиняться королю оборотней. Вот он и решил, что, истребив его клан, оставит Рагана ни с чем. Ведь вожак без стаи не вожак.

И вот тут Анна поняла всю степень ответственности и доверия Рагана. Он доверил ей не просто женщин и детей, а свою стаю. А стая для вожака – это основа его жизни и власти.

– Они нас уничтожат, Макс, – прячась за камень и оседая рядом с магом, сказала она. Пуля врезалась в камень рядом, оставив на нем след и отколов кусочек.

Макс задорно улыбнулся и потрепал ее по плечу.

– Не время дрейфить, Анна. Пока мы живы, шанс всегда есть.

Он привстал и выпустил мощный электрический заряд в сторону ближайшего к ним противника. Вопли и запах паленой шкуры подсказали, что цель поражена.

Анна посмотрела в сторону командира Велска. Одна из волчиц перевязывала его. Что ж, Макс прав. Остается только отбиваться, пока есть патроны, ножи, клыки и когти.

Но когда пули закончились, оборотни вокруг нее стали превращаться в волков. Их шерсть на загривках стояла дыбом, а пасти были оскалены. Послышалось ответное рычание, и противник первым вышел из укрытий. При виде огромной стаи Анна и Макс переглянулись. Преимущество стаи эйра Сарти было более, чем очевидным.

Глава 5

Наутро отряды ведунов выступили в поход. По дороге к ним присоединялись свежие силы. Прибывшие посматривали с любопытством на Алису и ее свиту, но не все осмеливались приблизиться к королеве. Передвигались отряды осторожно, разрозненными группами под прикрытием защитных полусфер, которые Алиса смогла создать, потому что снова «увидела» страницу из книги королевы Бланш.

Тарита щедро давала ей силу, когда Алиса уставала и истощала свои еще не вполне окрепшие возможности. Вместе девушки смогли скрыть всех от кружевного мира, передвигаясь по нему же. Отряды должны были встретиться возле Барселоны, чтобы обсудить план штурма резиденции инквизиторов. Алиса планировала войти туда сперва одной, а после изнутри разрушить защиту магов, чтобы смогли проникнуть остальные.

Жак де Марли пытался возразить ее плану, но Алиса была непреклонна: она должна обезопасить мать, прежде чем нападет на инквизиторов. Глава ордена был вынужден уступить.

Алиса понимала, что он знает о ней слишком много, чтобы оставаться на почтительном расстоянии. И они неизбежно сближались. Жак обнимал ее теперь очень часто, но Алиса знала, что он не понимает, что значит для нее его объятье. Для нее это была поддержка друга и даже немного отцовская забота, в которой она очень сильно нуждалась теперь, когда на ее семье отразилось приключение в кружевном мире. А для Жака это было возможностью приблизиться еще на шаг к той девушке, которой он восхищался. Он понимал, что Алиса еще долго не разрешит себе с ним более близкой дружбы, которая так часто приводит к любви, но теперь у него не было соперников, и Жак надеялся на время, излечивающее раны. Забывая о том, кто был хозяином этого времени.

Сердце Алисы замирало от боли, когда она понимала, что столкнется с Рэем по другую сторону баррикад. И только усилием воли заставляла себя думать, что даст ему отпор. На самом деле она боялась встретиться с ним и увидеть жестокость Люме в синих глазах хозяина времени. И страшилась, что не сможет применить колдовскую силу, чтобы причинить вред кровавому принцу.

Она гнала прочь все мысли о Рее, но не могла защититься от них полностью. Когда Алиса уставала, эти мысли осколками воспоминаний ранили ее душу. Чудовище под маской прекрасного и доброго мага. Как такое вообще было возможно?

Но если божественно красивая девушка, что шагала рядом с ней, была спрятана под маской уродливой горбуньи, то возможно, видимо, все. Только сердце Ивы не переставало любить и прощать, а сердце Рэя затекло тьмой.

Кстати о тьме…

Алиса посмотрела на гордо вышагивающего рядом с ней одноглазого Сью.

– Сью, – позвала она. Кот радостно подбежал к ней, ступая огромными лапами немного неуклюже, словно еще не до конца свыкся с их размером. – Не пора ли, наконец, рассказать мне правду о том, кто ты на самом деле? Ведь ты не думаешь, что я до сих пор верю в твои сказки про магию гуду или пажа королевы Бланш?

Пантера прижала трусливо уши на мгновение, но потом набралась смелости, сверкнула зеленым глазом.

– Я же сказал, что я был пажом…

– Это ложь, Сью. Ты преобразился после того, как я приняла дар. Почему?

– Это ты меня преобразила, Алиса. Как и школу ведьм, как и одежды… я тут ни при чем… Мне, может, было бы удобно не лапы стирать, а чтобы меня несли, – ноющим и капризным тоном закончил гигантский кот.

Алиса строго посмотрела на него.

– Сью… у тебя есть только один шанс сказать мне правду. Пожалуйста, не прикидывайся жертвой.

– Я всегда говорю правду! – фыркнул Сью. – А если она тебе не нравится, то дело в тебе, а не во мне, Алиса. Почему сразу кот виноват? Да я столько всего вынес и вытерпел…

– А с Басилуном ты заодно?

– Нет! – на загривке Сью дыбом встала шерстка. – И я предупреждал тебя, что Басилун – не милый дракончик, а вредный божок, который преследует свои цели. Но ты, конечно, котика не слушаешь. Тебе ведь на котика плевать.

– Мне казалось, вы друзья.

– Ты ошибалась. Басилун не все время был с тобой, Алиса. Он не такой преданный, как я.

– Так кто ты?

– А я… я… – Сью сверкнул зеленым глазом. – Однажды ты сама поймешь. А врать я, пожалуй, больше не буду. Только знай, Алиса, что я на твоей стороне.

Алиса устало кивнула.

– Ладно. Спорить с тобой сил нет. Ну а что ты думаешь о Жаке де Марли? Только правду, – пригрозила она, заметив, что кот собрался снова рассказывать сказки.

– Он предан тебе, влюблен и будет рад любой подачке, – жестко ответил одноглазый Сью.

– А Ива? – Алисе стало любопытно, как охарактеризует девушку кот. Влюбленность Жака заставляла ее порой чувствовать себя немного виноватой, но он был нужен Алисе, его поддержка очень много для нее значила.

Сью бросил на свою хозяйку загадочный взгляд.

– Ива добрая, искренняя, нежная, но ей очень страшно от того, что происходит вокруг. Она бы осталась в школе ведьм, если бы не ты. За тобой она пока готова идти.

– Пока? – переспросила Алиса.

Но пантера вдруг замерла, прислушиваясь.

– Что там, Сью? – тихо спросила Алиса.

– Что-то странное… – в замешательстве буркнул кот. И побежал вперед, оставляя на влажной земле большие кошачьи следы.

Алиса пошла за ним, оставив позади остальной отряд. Вскоре она увидела, как Сью застыл впереди и напряженно принюхивается.

– Что там, опасность? – повторила свой вопрос Алиса.

– Чертовщина какая-то, – нервно дернул хвостом Сью. – Померещилось, что ли…

Больше кот ничего не говорил целый вечер. Алиса посматривала в тревоге на то, как он время от времени нервно подергивает шубкой, трясет головой, растерянно смотрит в одну точку.

На следующий день отряды ведунов распределились по арендованным и собственным машинам и отправились дальше. Заночевали в разных городках вокруг Барселоны, чтобы не вызывать подозрений. Отряд, где находилась Алиса, устроился в заброшенном летнем кэмпинге, рыцарям Ордена не составило труда открыть замки на летних домиках и поставить палатки. Алиса вместе с Ивой и Таритой ночевала под охраной Жака де Марли и еще троих рыцарей, которые устроились на веранде самого большого и теплого домика.

Улучив момент, одноглазый Сью воспользовался суетой, в которой девушки укладывались спать, выскользнул из кэмпинга и настороженно принюхался. Особым, кошачьим чутьем, за которое он сейчас был благодарен богам, Сью ощущал странные искажения в атмосфере. Они были едва заметными, больше похожими на тонкие трещинки на фарфоровой чашке, на разрывы шириной в волос, отчего казались незначительными. Но пространство никогда не было надорванным, кружевной и плоский миры совпадали идеально, без пустот и ненужных переходов между собой.

Шерсть снова встала дыбом. Неужели между мирами действительно возможно расхождение? Или это какие-то другие аномалии, вызванные чем-то иным?

Одноглазый Сью задумался, тревожно пытаясь всмотреться в еле заметные искажения. Если бы не кошачий глаз, он бы, может, и вовсе это проглядел, но, на его счастье, кошачья шкура была полезна своими особенностями.

Но к кому обратиться с тревожащим его вопросом? К богам не получится, злодей Басилун исчез до того, как Сью успел бы расцарапать его драконью морду, а больше никого из божеств поблизости Сью не знал. Мари осталась позади, в Пиренеях, а Алису бросать было страшно. Вокруг девочки нарезало круги зло, а одноглазый Сью прекрасно помнил свои инструкции: ни на шаг не отходить от Алисы.

Поэтому Сью напоследок снова принюхался, присмотрелся к аномалии, но так как та оставалась неподвижной, не расширяясь, не увеличиваясь в количестве трещин, он отправился обратно, надеясь, что утром она исчезнет так же внезапно, как и появилась.

Алиса приготовила бутербродов из купленного по дороге хлеба и ветчины с сыром, положила их на поднос и угостила охранников. Жак де Марли благодарно ей поклонился.

– Спасибо, Алиса.

– Завтра нам предстоит тяжелый день, – Алиса села в стороне от остальных мужчин, и Жак встал к ним спиной, словно защищая ее от всех. – Я не знаю, что Рэй… то есть принц Люме, сделал с моей мамой. Мне страшно, Жак.

– Позволь пойти с тобой, – Жак опустился на одно колено перед ней. – Ты же знаешь, что смысл моего существования – твоя безопасность.

Алиса отвела взгляд.

– Это моя ответственность… то, что произошло… я не должна была… я… – она расплакалась.

Жак крепко обнял ее и присел рядом.

– Ну что ты, Алиса… вы были влюблены. Это читалось по вашим взглядам, и он не знал, кто ты. Хозяина времени это открытие потрясло не меньше, чем тебя. Это не оправдывает его поступка с твоей матерью, но ты не могла знать, потому что и он тоже не знал. Вы стали жертвами игры богов, только и всего.

– И все-таки он чудовище… кровавый принц… насильник и убийца… – каждое слово произносить было больно и трудно.

– Мне самому сложно в это поверить, представляю, каково тебе… – Жак притянул ее к себе, и Алиса доверчиво положила голову ему на плечо.

– Жак… – тихо прошептала она. – Я знаю, что подбила вас всех на сражение, но что если маму мы вызволим без столкновений?.. Я бы не хотела ввязываться в войну. Я не готова вести людей на смерть. Это слишком большая ответственность.

Жак ответил не сразу. С одной стороны, он понимал, что Алиса боится рисковать в незнакомом мире магов, ведь они куда более могущественные, чем ведуны. Но с другой – он горячо верил, что она с самого начала была предназначена для этой борьбы. Не просто так именно ее признала статуя Бланш. Она сможет применить полученные знания и победить проклятых магов.

– Давай сначала посмотрим, как сложится завтрашний день, Алиса, – осторожно предложил он.

Девушка кивнула, устало глядя в одну точку.

– Да, наверно, ты прав. Пойду спать.

Она поднялась, чтобы вернуться в дом, но в этот момент к террасе подбежал один из часовых.

– Какой-то шум невдалеке в лесу. Как будто драка.

– А нам что за дело? – спросил Жак де Марли.

– Лучше выяснить, – решила Алиса. – Это опасное соседство для спокойной ночевки.

Она посмотрела на Жака де Марли, и тот покорно кивнул, встал, положив руку на рукоять большого охотничьего ножа.

– Что ж… пойдем выясним. Я доложу вам, моя королева.

Алиса молча опустила взгляд и пошла прочь. Ей все еще было не по себе, когда Жак так называл ее. Когда она входила в домик, послышались отдаленные выстрелы.

Алиса собралась идти в общественный душ с Ивой и Таритой, но к тому времени Жак вернулся с новостью, что сражаются два отряда оборотней. Ведуны не стали вставать ни на чью сторону, но один из отрядов был полностью военным, а другой состоял из женщин под прикрытием небольшого отряда оборотней и мага.

Алиса вспомнила про Макса. Не он ли сражается сейчас на стороне оборотней?

– Жак, отведи меня туда. И возьми хороший отряд. Возможно, придется вмешаться.

– Я не могу рисковать твоей жизнью, Алиса.

– Ты не можешь только одного: ослушаться моего приказа, – резко ответила Алиса.

Ива, стоявшая рядом, удивленно посмотрела на Алису, словно видела ее теперь совсем по-другому. А Тарита согласно кивнула.

– В самом деле, – поддержала она Алису, – если глава рыцарей будет возражать на каждом шагу королеве, то как королева сможет вести в бой войска?

– Мы еще не вступаем ни в какой бой, – осадила ее Алиса. – Но я хочу сама посмотреть, что там происходит.

Жак де Марли нехотя повиновался. Ему хотелось держать Алису в безопасности, хоть он и понимал, что ей придется быть в эпицентре самых важных и страшных событий, если все-таки она решит вмешаться и отвоевать плоский мир и права ведунов. И пусть сердцем он желал укрыть ее, разумом он был согласен с Таритой.

– Хорошо, моя королева. Мы пойдем вместе, – кивнул он.

Глава 6

Анна в отчаянии понимала, что их уничтожат. Кольцо вокруг защищающих ход в подземный лаз сужалось. Макс загораживал ее от волков, потому что без пуль она была бесполезна и безоружна в бою. Вокруг нее шла грызня, смотреть на это было страшно. Совершенно непонятно, где свои, а где враг. Волки ориентировались по запахам и своим приметам, а вот магу и нехебкау они все казались на одно лицо. Чтобы не ранить ненароком своих, Макс отражал нападки зверей, только когда они бросались на него, подобравшись совсем близко, а это приводило к большим магическим потерям. Он с ужасом ощущал, как запас его магии иссякает. Все, что у него оставалось из оружия, – это небольшой нож да боксерские приемы, которым он выучился в полиции.

– Вот она, самка Рагана! Взять ее! – вдруг разобрал он вполне человеческий голос среди рычания и лая. И матерый волчара вышел вперед остальных зверей.

– Эйр Сарти… – догадалась Анна.

Макс крепко сжал челюсти. Он ему Анну не отдаст. Даже если она его не любит, нехебкау должна жить. Это ему, непутевому, можно быть убитым волками. Но не ей.

Матерый волк бросился на него. Макс выпустил последний свой магический заряд, жалея, что баловался магией, развлекая девушек на привале. Сейчас эта сила была нужна, он бы сразил оборотня, а теперь магии не хватило. Вожак только отскочил в сторону с опаленной шкурой, и его глаза блеснули желтой яростью.

Оскалившись, он вновь атаковал Макса. Под тяжестью зверя маг упал, но схватил его голыми руками за пасть, которой тот попытался вцепиться ему в горло. Волк ударил Макса лапой в лицо. Тот уклонился, но когти все равно задели кожу, щека увлажнилась, хлынула кровь.

Макс из последних сил раздвигал челюсти противника. Клыки волка проткнули его ладони, но маг позабыл о боли. Он торопился порвать зверю пасть: рядом слышались крики Анны и возня волков. Макс молился всем богам разом, чтобы нехебкау не пострадала. Но даже посмотреть в ее сторону не мог.

Волк дергался, мотал головой, пытаясь освободиться, но Макс оттолкнулся от земли, сбрасывая с себя зверя, одновременно пытаясь подмять его и разорвать челюсти. Волк в отчаянии отпихивал его.

Лапой хищник задел Максу лоб, кровь заливала теперь один глаз, сыщик почти вслепую пытался прикончить врага. Тут кто-то из волков прыгнул ему на спину, схватил зубами за кожу головы. От веса напавшего хищника Макс навалился на своего противника, уже краем сознания замечая, что руки вдруг разъехались в стороны и что-то хрустнуло. Оборотень под ним затих.

Волк сверху сжал крепче челюсти и замотал головой, терзая сыщика. Макс одним глазом успел поймать в поле зрения Анну, которую защищал раненый капитан Велск в человеческом обличье. В это же мгновение один из волков разодрал капитану живот. Анна кричала, но Макс не слышал ее крика. Все происходило в тишине. Падая, он увидел странное видение: группу людей в черных доспехах, бегущую к ним. И среди них бледное лицо Алисы.

Анна не сразу поняла, откуда появились странные люди, но Алису узнала тут же, а та узнала ее. По приказу девочки Анну спасли, капитана Велска перевязали, оборотни при виде подмоги стали превращаться обратно, а нападавшие сбегали, поджав хвосты.

У Анны не было сил говорить. Зажав рану на плече, из которой лилась кровь, она на непослушных ногах бросилась к Максу. Один из черных рыцарей Алисы быстро перетянул ей ремнем руку и перевернул Макса лицом вверх.

– Маг, – вдруг зло произнес он, отстраняясь, как будто собрался оставить его истекать кровью.

– Жак, это мой друг, – сухо сказала Алиса, присаживаясь рядом. – Перевяжите его и приведите в чувство.

– Маги и ведуны никогда не будут друзьями. Разве ты забыла? – он многозначительно посмотрел на Алису, но та непреклонно велела:

– Делай как сказано.

Анна с непониманием следила за тем, как худенькая девчонка из плоского мира командует отрядом широкоплечих молчаливых ведунов. Ей хотелось задать вопросы, но ее слишком беспокоило состояние Макса. Она лишь распорядилась открыть люк, чтобы из него могли выйти те, кто успел дойти до выхода из тайного лаза. Но что теперь делать и куда идти – не представляла. Ее стая была уставшей, голодной, изрядно потрепанной и без крова над головой.

Жак де Марли осторожно вынул из ладоней Макса клыки мертвого волка, и маг застонал от боли.

– Тихо, тихо, – Анна успокаивающе говорила, но не могла дотронуться до мага: на нем не было живого места, так его потрепали хищники.

– Макс! – вдруг раздался вопль Элисенды, и она рухнула рядом с Анной на колени, не решаясь дотронуться до сыщика.

– Он жив, – успокоила ее Анна. И тут же почувствовала неприязнь мертвой девушки. Вовремя вспомнив, что та ревновала Макса, Анна поднялась с колен, оглядела поле битвы и расплакалась. Они потеряли многих бойцов. Волчицы узнавали в павших мужей, сыновей и отцов, и пронзительный жалобный вой начал стелиться по сырой земле.

Тут подошла Алиса.

– Давай перевяжу, – коротко предложила она, кивнув на плечо Анны.

– Алиса, – Анна повернулась к ней с надеждой. – Эйр Раган велел мне вывести женщин, потому что бункер осадила инквизиция. А тут на нас напали. Я не знаю, где их укрыть.

– Не волнуйся, – Алиса туго бинтовала ее плечо. – Я обо всем позабочусь.

– Но как ты оказалась среди ведунов? И где Рэй? – Анна с надеждой посмотрела на Алису. Если хозяин времени здесь, рядом, то он что-нибудь придумает. В нем Анна не сомневалась. Но лицо Алисы омрачилось.

– Я потом тебе расскажу, – сухо ответила она, быстро перетянула рану нехебкау и оглянулась вокруг. – Похороните своих, остальных мы перевяжем. Отведем вас в палаточный городок. Там хотя бы есть где умыться и отдохнуть. Насчет еды надо подумать. Как закончим, поговорим, – смягчаясь, повернулась она к Анне. – Вы с Максом мне очень нужны.

Ее голос дрогнул, в глазах застыли слезы. Страх, что с Рэем случилось что-то ужасное, что его нет в живых, окатил Анну с головы до ног. Но задавать вопросы не было ни времени, ни сил. Ведуны уже начали копать братскую могилу для погибших. Все, кто хотел проститься с ними, остались, а остальные под охраной ведунов потянулись тонкой цепочкой по направлению к лагерю.

Когда прошли первые минуты после появления ведунов, Анна начала чувствовать другие раны и удары, полученные во время боя. Тело наливалось тяжестью и болью, двигаться было все сложнее. Лора помогала ей идти, но сестра с трудом выдерживала вес ослабленной Анны. Дети бежали рядом, отвлекая внимание Лоры.

– Оставь меня, Лора. Уведи детей. Я только присяду, – Анна опустилась на землю, глядя, как закапывают могилу ведуны. Ей было стыдно признаться, что дальше она пойти не сможет. Кажется, была вывихнута лодыжка – каждый раз, когда Анна опиралась на правую ногу, острая боль пронзала ее до пота. Сестра нехотя оставила ее с ведунами.

Макса унесли, большинство оборотней покинули место сражения. Анна смотрела на могилу и не видела ее. Мысли ушли, в голове было пусто. Не было даже сил думать. И только сердце сжималось от тоски.

– Анна Грей? – возле нее оказался главный ведун, Жак де Марли. – Королева велела помочь вам добраться до лагеря. Вы можете идти?

Анна покачала головой. Какая еще королева? И охнула от неожиданности, когда Жак поднял ее с земли.

– Держитесь за меня, – велел он. И Анне не оставалось ничего иного, как крепко обнять его за шею.

Они шли молча, Анна не горела желанием разговаривать с человеком, который не захотел помочь Максу. Она лишь надеялась, что Алиса найдет ее и расскажет, что случилось с Рэем. Без хозяина времени восстание магов будет быстро подавлено. А значит, и оборотням грозит страшная казнь. Сердце нехебкау тревожно ныло за Рагана. А вдруг он уже в плену? Второй раз Санти его живым не выпустит.

Лагерем оказался летний кемпинг, они прошли мимо раненых, которым оказывали помощь, мимо ведунов, которые варили что-то в больших котлах на кострах и накладывали похожую на кашу еду в пластиковые одноразовые тарелки.

– Сделаем все возможное, чтобы женщины и дети не остались голодными сегодня, – сухо пояснил Жак де Марли. – Дальше – как прикажет королева.

Он отнес Анну на веранду одного из домиков, посадил на старенький лежак и накрыл пледом.

– Ждите здесь.

Анна усмехнулась. Как будто она могла куда-то уйти.

Шорох справа заставил ее резко повернуть голову. К Анне приближалась большая черная пантера, один глаз которой был зашит грубыми нитками. Два клыка вылезали из-под верхних губ, придавая животному насмешливое выражение. Пантера сильно напоминала одного страшного полудохлого кота, который крутился вокруг Алисы, но как могло получиться, что кот стал пантерой? Или у нее просто разум помутился от всех переживаний и испытаний?

– Ты на меня так смотришь, как будто я из преисподней появился, – недовольно заявила пантера. Потом задумчиво повела ушами и признала: – Хотя, в общем-то, так и есть.

– Одноглазый Сью? – все-таки уточнила Анна, надеясь, что правильно вспомнила имя кота.

– Он самый, – замурлыкал гигантский кот и сел напротив нехебкау, задумчиво рассматривая ее единственным глазом.

– Но как? Почему Алиса с ведунами? Где Рэй? – начала забрасывать его вопросами Анна.

– Не так быстро, – взмолился кот. – Все расскажет Алиса. Я надеюсь.

Тут он как-то резко замолчал, странно воззрился в одну точку и, казалось, совершенно позабыл об Анне.

– Вот, выпейте, – вдруг послышалось рядом, Анна повернулась и чуть не отшатнулась в ужасе от уродливого создания, которое появилось рядом с ней, лишь спустя мгновение разобрав, что это девушка. Ноздри были вывернуты наружу, рот перекошен, глаза навыкате, один больше другого, волосы паклей свисали с головы. Но, по привычке просканировав уродину, Анна тут же успокоилась. Горбунья светилась любовью, благодарностью, золотистый свет ее чувств и эмоций озарил Анну теплом и мгновенно согрел.

– Спасибо, – нехебкау взяла из рук девушки кружку с напитком, от которого поднимался пар. Пах он травами: лавандой, ромашкой, чем-то хвойным и ягодным.

– Он поможет успокоить боль и снимет воспаление, – сказала горбунья и проковыляла до стула. – Алиса скоро будет. А меня зовут Ива.

Анна пила, и с каждым глотком боль утихала, ноющие мышцы успокаивались, раны переставало саднить.

– Спасибо, – сказала она Иве. – От вашего напитка мне стало лучше.

– Его приготовила Алиса, – возразила Ива. – Так что благодарите ее.

– А где она сейчас? – спросила Анна.

– Лечит мага. Похоже, он сильно пострадал. Пара ребер сломана. Но Алиса сможет ему помочь.

– Но каким образом? Она фармацевт, а не врач, – сказала Анна.

Ива немного удивленно на нее посмотрела.

– Алиса ведьма. Самая могущественная, насколько я понимаю, из тех, что есть. Она наследница Белой королевы.

И поскольку Анна не знала ничего про Белую королеву, Ива рассказала ей легенду, а также пояснила, как получилось, что Алиса стала ее наследницей.

– И Рэй знал об этом с самого начала и ничего мне не сказал? – удрученно сказала Анна.

На лице Ивы промелькнуло странное выражение. Но, вздохнув, она сказала:

– Нет, хозяин времени покровительствовал ведунам, но он не знал, что Алиса – одна из них. Все произошло случайно. И… когда он узнал, это стало для него шоком.

– Почему? Если он помогал ведунам, то что в этом шокирующего? – спросила Анна. Одноглазый Сью по-прежнему молчал, правда, уже не смотрел в одну точку, а свернулся в клубок и заснул. Ива помялась, хотела ответить, но Алиса, войдя на веранду, ее опередила.

– Анна, Рэй все это время укрывал не только ведунов, но и сам прятался. А когда узнал, кто я, то вернулся к прежнему себе.

– О чем ты говоришь, Алиса?

Анна внимательно посмотрела на девушку. Алиса сильно изменилась с того момента, как она ее видела в последний раз. Тогда она еще пребывала в переходной стадии между девушкой и девочкой, но теперь ее взгляд был совершенно взрослым, даже тяжелым, словно в нем было немало беспокойства и ответственности. И одета она была иначе, и волосы стали наполовину седыми. Неужели наследование знаний ведунов такое тяжелое потрясение?

– Хозяин времени – это принц Люме, – вдруг заявила Алиса.

Анна рассмеялась.

– Это невозможно! Рэй делал все, чтобы остановить поиски принца Люме, он его ненавидел. Алиса, это чушь.

– Это не чушь, – вдруг из домика вышла хорошенькая девушка с фиолетовыми глазами. За ее спиной подрагивали крылья бабочки. – Я узнала этого мерзавца. Не внешне… а от контакта с ним. Принц Люме изнасиловал меня. А Рэй изнасиловал Алису.

– Что?! – Анна в шоке уронила пустую чашку. Она со звоном разбилась.

Алиса поморщилась.

– Тарита, Ива, идите, помогите ведунам. Нам с Анной надо поговорить наедине.

Разговор вышел странный. Анна пыталась понять, осознать услышанное, но все в ней восставало против новой информации. Алиса рассказала ей честно про любовь к Рэю и как все произошло на самом деле, про его реакцию. Анна расплакалась. Почему-то она остро почувствовала страдания Рэя и Алисы. Они любили друг друга, но одно слово – и между ними огромная пропасть, которую никак не преодолеть.

– Но послушай… Алиса… если он – принц Люме, то он не желал этого раскрывать. Принц Люме – чудовище, а Рэй – разве он сделал кому-то плохое? Я более честного и ответственного мага не знала. И недооборотни, которым он помогал… и ведуны, которых скрывал. Как же так? Возможно, Рэю нужна помощь? Если он попал к отцу, то, может, нам стоит с ним связаться?

– Рэй похитил мою мать, – оборвала ее Алиса. Потом заплакала. – Анна, я бы сама отдала все что угодно, лишь бы это было ошибкой. Но Рэй показал свое истинное лицо. И оно ужасно. Если принц Люме не вернет мне мою мать, начнется война. А я слишком слаба, чтобы встать во главе армии. В моем сердце только обида и горечь. А на них далеко не уедешь.

– Иди ко мне, – Анна раскрыла объятья, Алиса доверчиво прижалась к ней. Девушка говорила правду, но в голове Анны не укладывалось, как Рэй и принц Люме могли быть одним лицом. Значит, принц не пропал, а сам скрывался. А если скрывался, то не хотел, чтобы его раскрыли. Только глубокое потрясение от того, что он влюбился в дочь своей жертвы, могла лишить его дальнейшего желания прятаться. Принц Люме понял, что боги наказали его. И не смог скрыть от Алисы своей боли. А значит, он не кровавое чудовище… Но вместе с тем Анна знала и другого принца Люме, которого все боялись и ненавидели. Возможно ли, что кровавый деспот устал сам от своей жестокости и перевоспитался, став невероятно харизматичным хозяином времени?

– Но они же даже внешне непохожи… – пробормотала Анна, поглаживая Алису по плечам.

Впрочем, возможно, хозяину времени известны тайные заклинания для изменения внешности… Но вновь и вновь Анна начинала сомневаться в том, что Рэй способен причинить Алисе зло. Даже если в прошлом он был принцем Люме. Сейчас он не мог так быстро потерять себя. Но пока Анна решила оставить свои возражения при себе. Она понимала и Алису: ее сердце было разбито, душа опустошена, доверие разрушено предательством. К тому же она явно еще пребывала в шоке и потрясении от случившегося. Нужны более основательные аргументы, чем сомнения Анны, чтобы заставить ее посмотреть на факты с другой стороны. Иначе Алиса может уйти в глухое сопротивление, решив, что ее никто не понимает, что все отрицают ее боль, защищая Рэя. Здесь надо двигаться очень осторожно. Сначала узнать все подробности. Обдумать аргументы и способ их преподнести Алисе, чтобы не ранить ее еще больше.

– Значит, ты и есть королева ведунов, – переключила ее внимание Анна.

Алиса немного отстранилась от нее и кивнула.

– И какой у вас план?

Алиса с недоверием посмотрела на Анну. Ее так больно ударили, что она теперь, как еж, была готова выставить вперед иголки при малейшем подозрении. Анна еще раз убедилась, что так сразу говорить Алисе, что ее выводы в отношении Рэя не обоснованы, нельзя. Она и без того разрывается между тревогой за мать, болью от предательства хозяина времени и необходимостью управлять своими рыцарями и раскрывать свои способности. Все это слишком непросто для той, что совсем недавно жила в плоском мире и занималась учебой и работой, считая, что ее будущее спокойно и предсказуемо.

– Я больше не работаю в полиции, Алиса, – вздохнула бывший агент Грей.

Она рассказала Алисе про раскрытие дела, про Санти и гибель Грега. Про то, как вожак оборотней спас ее, а потом сделал своей женой. И про нападение на бункер.

Алиса слушала внимательно, а потом вздохнула:

– Мерзавец этот Сантьяго. Моя мать как раз у инквизиторов. Похоже, они с принцем заодно. Значит, вокруг Барселоны есть еще оборотни, дружественные вам?

– Я надеюсь, – Анна сжала ладонью плечо, и оно отозвалось глухой болью. – Но после сегодняшнего предательства я уже не знаю, где друг, а где враг.

– Нам надо подумать, что делать дальше, – кивнула Алиса. – Подождем, когда Макс придет в себя. И соберем совет.

Глава 7

Макс был обессилен не только от ран и сражения, но и от потери магической силы. Ведуны могли лишь залечить его раны и дать отдохнуть, но напитков, восполняющих запасы магии, у них не было. Элисенда с отчаянием выспрашивала у лекарей травы по списку, но у них были не все ингредиенты, а многие травы в лесах вокруг Барселоны найти невозможно.

Если бы Элисенда была живой и не такой обессиленной после битвы, она могла бы рискнуть и поделиться магией с Максом, но девушка не решалась, потому что не была уверена, что такое разрешено и отката от мертвой магии не будет. А откат сейчас мог Макса и вовсе убить. Лучше не рисковать. Оставалось только надеяться на ведунов и на то, что маг выкарабкается сам.

Не в силах смотреть на ослабленного Макса, Элисенда слонялась по лагерю в поисках мэтра Берггрена: пока они шли по подземному ходу, она успела сдружиться со стариком. Тот рассказывал о своей библиотеке, сетовал, что она разрушена, мечтал вернуться обратно и восстановить архивы. Он долго и в деталях описывал ей свои любимые фолианты и свитки, рассказывал истории их приобретения. Элисенда слушала с удовольствием. Ей всегда были интересны библиотеки и архивы. Она спросила у мэтра, не знает ли он, как ей снять проклятие, наложенное на Макса. Мэтр Берггрен долго шел молча, раздумывая над ответом. Наконец он сказал, что у него есть книга о проклятиях, написанная в очень древние времена на пергаменте из драконьей кожи. Возможно, если инквизиторы не вывезли все книги из Бельесгарда, фолиант все еще там.

С тех пор Элисенда мечтала добраться до Барселоны и порыться в библиотеке мэтра Берггрена.

Библиотекаря она нашла сидящим на скамье, старик набросил на плечи плед и задумчиво смотрел на звезды, которые понемногу, одна за другой, появлялись на вечернем небе.

– Как себя чувствует Макс? – спросил мэтр Берггрен, когда девушка тихо села рядом.

– Неважно, – призналась Элисенда, тоже подняв взгляд в небо. – Благодаря Максу я получила возможность снова видеть звезды, мэтр Берггрен. Я много лет провела в заточении. А теперь не могу даже помочь ему. Чувствую себя бесполезной…

– Мне жаль такое слышать. Звезды – наш способ понять богов. Рано или поздно даже кроты и черви поднимаются на поверхность, даже рыбы всплывают к поверхности вод, чтобы посмотреть на звезды.

– А как понять богов? – спросила Элисенда.

– Это трудно. Прежде всего, надо понимать, что их мир сильно отличен от нашего. Каждый бог создает свою реальность. Кому-то по нраву райские сады, кому-то – покои аскета. Боги не видят нас постоянно. Они лишь время от времени обращают свой взор в нашу сторону. А все остальное время те из них, кто хочет влиять на кружевной и плоский миры, заняты игрой богов.

– А это что такое? – заинтересовалась Элисенда и бросила любопытный взгляд на небо, словно там мог появиться ответ на ее вопрос.

– Боги, дитя мое, сложные, высшие, очень развитые сущности, похожие на магов, только сознание у них иное. В своем уме они создают сложнейшие комбинации, каждый из богов ведет свою игру. Астар, например, свои комбинации видит через шахматные фигуры, расположенные на специальной доске. Фигуры подчиняются только разуму бога, никто иной не может повлиять на их движение. Верия свои планы осуществляет через цветущие или нет растения, в ее игре все подчинено любви, очарованию и страсти. Она может создать мага или человека, выращивая цветок, но эта богиня очень капризна и легким движением ножниц может срезать это растение, приговорив подопечного к смерти.

– Как страшно… – поежилась Элисенда.

– Да… но богов очень много. Интересы у них разные. Они часто играют нами лишь для развлечения, потому что очень далеки от наших миров. Наши жизни и мечты ничего не значат для них. Поэтому, когда в нашем мире происходит какая-то странная случайность, совпадение, необыкновенная встреча, мы называем это происками богов.

– Но если они могут создавать свои собственные реальности, тогда зачем им наш мир? – поинтересовалась Элисенда.

Мэтр Барггрен пригладил в задумчивости бороду.

– Я думаю, богам скучно в своих искусственно созданных реальностях. Им нравится играть с нами, потому что мы, в отличие от отдельных божественных реальностей, можем выйти из-под их влияния. Мы можем двигаться не так, как они задумали. Это как игра на бильярде: бог намечает траекторию для шара, но тот, срикошетив от стенки или от другого шара, может изменить траекторию движения. И тогда богу придется заново пытаться привести своего героя к тому месту, куда он хочет, чтобы тот попал. Но богов много. Их интересы пересекаются, сталкиваются, противоречат друг другу. И поэтому наши решения и поступки порой удивляют даже их.

– Значит, боги довольно равнодушные и холодные существа… – задумчиво сказала Элисенда, глядя в небо.

– Как сказать… – библиотекарь наклонил голову набок, приглаживая седую бороду, перехваченную серебристыми кольцами. – Посмотри, ведь тебя они оставили жить, пусть даже… таким странным способом. Не думаешь ли ты, что ты – одна из фигур на доске Астара?

– Как жестоко с его стороны столько лет держать меня замурованной в башне, наедине со своим скелетом… – возразила Элисенда.

– Но в результате ты оказалась на свободе, в компании хорошего, достойного мага, – возразил мэтр Берггрен. – Уж не случайно ли из затворничества ты попала в гущу событий?

– Вы же сами говорили, что случайности – проделки богов, – возразила Элисенда.

– Мне радостно, что ты слушала внимательно бредни старика, – улыбнулся мэтр Берггрен в бороду. – Но наша проблема в том, что мы не знаем наверняка, так ли это. Мои умозаключения почерпнуты из книг, воспоминаний тех, кто встречался с богами. Одно я знаю точно: когда боги дают предназначение, это как кара. Можешь бегать от нее годами, но она все равно настигнет тебя так или иначе.

– А с ними можно встретиться? – Элисенда повернула голову и посмотрела на мэтра Берггрена. Этот старик внушал ей такое уважение к себе, такое умиротворение и спокойствие, что если бы не рунические кольца оборотня в его бороде, она допустила бы, что какой-нибудь бог развлекается и, спустившись на землю, рассказывает ей небылицы.

– Можно… – мэтр Берггрен помолчал, но потом все же добавил чуть тише: – Вот только встреча с богами не всегда бывает приятной.

Тут по коже Элисенды вдруг пробежал озноб. Эта реакция немало девушку удивила. Она замерзает? Или испугалась, а тело среагировало на эмоцию? Тогда это вдвойне чудесней!

– Расскажите, – попросила она, втайне надеясь, что ее реакция повторится.

– Что ж, пожалуй, расскажу, – помолчав, решил мэтр Берггрен. – Только если станет скучно, Элисенда, прерывай, не бойся. Боги, видишь ли, такие странные создания… кто-то говорит, что и не создания вовсе, а абстрактные понятия, которые мы облекаем в человекоподобные образы. Кто-то считает, что богов много, но все они суть одно явление, которое и управляет всем. Есть те, кто спорит, что боги – это маги, превзошедшие ограничения магии, которым удалось постичь непостижимое. И потому боги непостижимы. Боги проходят свои уроки. И еще говорят, что боги иногда приходят к нам.

Много есть таких легенд, Элисенда. Но есть один бог, встречи с которым избегают, и один, встречи с которым ищут. Все боятся Небесного Странника. Неприкаянный, отринутый своими матерью и отцом, зачатый в насилии. Уродец, которого избегают даже боги. Иногда он приходит к смертным и предсказывает страшные беды, и его предсказания всегда сбываются. Никто из живых не видел его лица, а мертвые не могут говорить и потому не расскажут о том, как Небесный Странник снимал перед ними маску. Возможно, сама Смерть скрыта под ней.

– Как думаете… он мстит всем за то, что его никто не любит? – спросила Элисенда, пододвигаясь ближе к мэтру Берггрену.

Старик заметил, что ей холодно, накрыл ее краем пледа. Серебристые волосы девушки красиво блестели в свете луны. Стало совсем темно, поэтому самому мэтру было не по себе от разговора о Небесном Страннике. Казалось, страшный бог стоит где-то рядом и ухмыляется под маской. Старика передернуло.

– Мы думаем о богах с точки зрения человека, но кто их знает… Их мотивы порой так непонятны для человеческого разума, что лучше и не начинать. Но всегда стоит помнить, что есть еще на свете Небесный Ветер.

– А это кто?

– О, этот бог загадочный и странный. Говорят, сами боги не могут его понять. Ветер гуляет там, где хочет, постигает непостижимое, находит то, что найти невозможно, он повсюду и нигде одновременно.

– И как это понимать?

– Я думаю, Небесный Ветер просто существует в четвертом мире, который одновременно является и плоским, и кружевным, и божественным. Он во всем, потому что его мир включает в себя все.

– А что значит – найти то, что найти невозможно? – спросила Элисенда, мечтательно разглядывая звезды. Ей казалось, она видит Небесный Ветер гуляющим среди мерцающих огоньков созвездий.

– Я думаю, Небесный Ветер может найти абсолютные понятия мудрости, проницательности, силы… – предположил мэтр Берггрен.

– А почему не делится с остальными богами?

– Может, это они не желают его понимать? Поэтому он и гуляет там, где боги боятся ходить.

– А почему встречи с Небесным Ветром ищут?

– Потому что он может исполнить любое, даже самое невозможное и сокровенное, желание.

– Даже… сделать мертвое живым? – с надеждой спросила Элисенда.

– Даже это, – уверенно кивнул мэтр Берггрен.

Пока мэтр Берггрен рассказывал Элисенде страшные истории про Небесного Странника и удивительные истории про встречи с Небесным Ветром, Алиса попросила Иву напоить Макса в третий раз целебным настоем, а сама решила смазать специальной мазью Ордена Белой Королевы раны Анны.

– Как думаешь, у тебя есть какая-нибудь возможность связаться с эйром Раганом, чтобы рассказать, что случилось, и выяснить, что с ним? – спросила Алиса, смазывая места ушибов, которые потемнели на коже Анны.

– Если бы я могла, Алиса, – вздохнула нехебкау. – Мое сердце разрывается при мысли о нем.

Алиса промолчала. Ее сердце тоже разрывалось при мысли о Рэе, только там были другие эмоции – далеко не любовь.

– Вы ведь не всем отрядом пойдете на Барселону? – спросила Анна, помолчав.

Многочисленные свечи мягким светом озаряли пространство вокруг, которое, несмотря на усилия Алисы и ее подруг, не стало уютным.

Тарита молча сидела у окна, обняв себя за колени и положив на них голову. Ее крылья иногда сонно вздрагивали за спиной.

– Я думаю, что мы оставим часть людей здесь, поэтому и спрашивала, может, ты захочешь пойти с нами до Барселоны. А там попробуешь выяснить, что с бункером, пока я буду вести переговоры с… Люме. Он наверняка захочет Тариту в обмен на маму. Но отдать ее я не могу. Люме нужна энергия для восстановления сил. Но если он восстановится, то начнется страшное время. И мы все пострадаем.

Анна понимала, что Алиса стоит перед сложным выбором.

– Я пойду с тобой, – решила она. – А потом успею выяснить, что с Раганом.

– Спасибо, – Алиса помогла Анне накинуть куртку. – Что ж… пойдем, узнаем, не проснулся ли Макс, и посмотрим, как расположилась твоя стая.

Когда они вышли, Тарита, которая все это время притворялась спящей, открыла глаза. Ей тоже не хотелось встречаться с Люме, но жажда мести так и подстегивала ее лезть в гущу событий. Она боялась, что принц обманет Алису и попытается вернуть на свою сторону. А этого нельзя было допустить. Иначе Алиса предаст ее и всех остальных.

Глава 8

Открывать глаза не хотелось по нескольким причинам. Во-первых, тело болело так, что распахнуть глаза означало признать, что ты беспомощный кусок плоти, разбитый вдребезги. А пока лежишь с закрытыми глазами, ты вроде и не в курсе, что это все происходит на самом деле, а не просто страшно правдоподобный сон. Во-вторых, свет. Макс знал, что свет, который за закрытыми веками кажется мягким, ударит по зрачкам и лишь усугубит его состояние. В-третьих, он боялся, что если откроет глаза, то пение прекратится. А рядом кто-то невыносимо хорошо пел, мурлыкая мелодию себе под нос. Макса приятно качало на волнах этого звука. И казалось, что так даже меньше болит. И поэтому он лежал, прислушиваясь к шорохам рядом. Кто-то рядом возился с водой, какими-то шуршащими предметами и железными тонкими изделиями, которые позвякивали.

Наконец он почувствовал, как кто-то мягко сел рядом с ним и аккуратно приподнял ему голову. К губам прижался край чашки, Макс покорно сделал глоток и чуть поморщился. Этой дрянью его поили уже несколько раз. Но никогда еще не делали это так мягко и нежно.

Пожалуй, стоило посмотреть, кто такая эта певунья. Но оказалось, что поднять веки не так-то просто. Макс даже застонал от усилия, и чашку отодвинули от губ, а голову мага осторожно опустили на подушку.

Что за наваждение? Макс хотел открыть глаза и не мог.

– Ты что-то хочешь, маг? – вдруг произнес нежный голос, и сердце Макса забилось так часто, что он даже замер от удивления, а потом тихо пожаловался:

– Не могу открыть глаза…

– Может, оно и к лучшему, – вдруг горько прозвучало рядом.

– Почему? – искренне удивился Макс и попытался пошевелить рукой. Пальцы слушались, хоть и плохо.

– Пока ты не видишь меня, ты не смотришь на меня с жалостью и ужасом, – голос дрогнул, и девушка зарыдала. – Только Алиса смотрит на меня так, будто я прекрасна.

– Алиса… – Макс улыбнулся и дернулся от внезапной боли на щеке. – Эта девушка знает толк в красоте. Ее облезлый страшный одноглазый кот еще при ней?

Рядом послышался смех, такой серебристый, нежный, что на душе сразу стало хорошо. Даже боль отошла.

– При ней. Только сделался пушистым, большим.

Макс все-таки смог поднять руку и приподнять веки.

Сначала все расплывалось перед глазами, но он поморгал, и в свете свечей увидел рядом с собой совершенно необыкновенное создание. Сначала он даже усомнился, что это человеческое существо, а не божество.

Тонкие нежные черты девушки были изящными, как у фарфоровой статуэтки. Большие бирюзовые глаза еще были полны слез, спиралевидные рыжие кудри спускались по щекам, а нежные губы были чуть приоткрыты.

– Ты настоящая? – спросил он, боясь даже моргнуть. Казалось, мираж рассеется и пропадет. Никого в жизни прекрасней он не встречал. Да и не в красоте было дело. А в ее мягком свечении. Свет лился от кожи, и, казалось, преображал все вокруг в нечто прекрасное.

Девушка на его вопрос отреагировала странно.

Слеза скатилась у нее по правой щеке, и она горько кивнула.

– Увы…

– Я прекраснее тебя никого не встречал. Что же ты печалишься? Как тебя зовут?

Она приоткрыла губы, чтобы назваться, но тут открылась дверь комнаты. Одновременно с этим резкий визгливый голос сказал:

– Ива.

Вошли Анна и Алиса. Макс перевел взгляд на прекрасную девушку и замер от изумления: вместо прекрасной нимфы рядом с ним сидело горбатое пучеглазое существо неопределенного пола с волосами-паклей.

Увидев шок мага, оно неуклюже соскользнуло с кровати и заковыляло прочь.

Боль в сердце пронзила Макса сильнее всей той телесной боли, что он испытывал. Ему хотелось бежать за этим существом хоть на край земли. В ужасе он понял, что проклятие Элисенды сбылось: он влюбился в самую уродливую девушку на свете.

– Макс? – Анна осторожно присела к нему на кровать. Туда, где только что сидело то неземное существо. – Как ты?

– Хреново, – похрипел Макс. Сердце до сих пор билось учащенно, на этот раз уже от удивления. И как ему теперь быть? Боль нахлынула в разы сильнее, он со стоном прикрыл глаза.

– Макс, у нас к тебе важный разговор. Очень много новостей. Неприятных, – Алиса села по другую сторону.

Макс помотал головой.

– Я не готов к плохим новостям. Алиса…

– Да?

– Ты ее знаешь? Эту девушку, что была здесь?

– Иву? Да.

– Какая она на самом деле? – Макс открыл глаза и посмотрел на Алису.

Алиса не знала, что ответить. Если скажет правду, то тайну Ивы будут знать Анна и Макс. А если соврет… она чувствовала, что с Максом происходит что-то необычное.

– А что с той девушкой, Макс? – осторожно поинтересовалась Анна. – Твои эмоции так и бушуют. В чем дело?

– Она была прекрасна… пока вы не вошли. Прекраснее всего на свете… – он прикрыл глаза.

– Кажется, он бредит, – Анна заботливо положила ладонь на лоб мага, чтобы проверить температуру. – Но жара нет… – озадаченно добавила она, посмотрев на Алису.

Алиса в растерянности кусала губы. Сказать? Или нет? Макс вдруг заплакал зло и как-то судорожно. Помотал головой, вытирая слезы о подушку. Царапина на щеке начала снова кровить. Алиса поспешила промокнуть кровь чистой салфеткой.

– Значит, проклятие Элисенды все-таки сбылось, – горько сказала Анна, глядя на мучения сыщика. – Девушка-маг из нашей стаи прокляла Макса за то, что тот заигрывал с моей сестрой. Сказала, что он влюбится в самую уродливую девушку на свете, – пояснила она Алисе.

Та внимательно смотрела на муки Макса, потом вздохнула, будто решившись на какой-то шаг.

– Ива не уродлива. Она прекрасна. Необыкновенно прекрасна. Но заколдована, чтобы ее не нашел Небесный Странник. И мне приходится поддерживать чары, но они все чаще сползают с нее, потому что мы слишком много времени проводим вместе. Кажется, возле меня все магические существа становятся лучше или проявляют свою настоящую суть… – она вдруг помрачнела, вспомнив о Рэе. А он разве стал лучше рядом с ней? И вспомнила, как маг что-то говорил ей про эмоции, про то, как сдерживал и прятал их, а рядом с Алисой стал отпускать. Только ни к чему хорошему это не привело.

– Значит, она красавица? рыжеволосая, та, что я видел, пока вы не вошли? – с надеждой спросил Макс.

– Да. Но не проси меня расколдовать ее. Иначе она погибнет, – предупредила Алиса.

Макс притих, размышляя над сказанным. Потом чуть успокоился, приподнялся на подушках и внимательно посмотрел на девушек.

– Ладно, – снисходительно сказал он, – рассказывайте свои новости.

Анна еле сдержала улыбку. Голова Макса была перебинтована, на лбу лежала марлевая салфетка, прикрывающая глубокую царапину, но он все равно оставался привлекательным. Казалось, он тут самый сильный, хотя это явно было пока не так. Но она помнила, как яростно он сражался. Несмотря на все разногласия между ними, одного Анна точно не стала бы отрицать: Макс смелый, напористый, горячий, со временем он превратится в надежного мужчину. Но уже не для нее.

Анна обдумала, с чего начать свой рассказ.

Но она и рта не успела открыть, как Макс вдруг повернулся к Алисе и внимательнее рассмотрел ее.

– Что у тебя с волосами?

– Это часть новостей, – ответила Алиса. – Я теперь ведьма. Так что… слегка поседела.

Макс присвистнул, потом вдруг сдержал шутливое замечание и потер лоб, вспоминая что-то.

– Макс… – Анна хорошо знала этот жест. Что-то его беспокоило, и он пытался вспомнить точную формулировку или найти определение своему смятению.

– Дева юная седеет… – услышала Анна.

Потом Макс откинулся на подушки и простонал:

– Вспомнил! Я вспомнил, что мне говорил Небесный Странник…

– Ты его встречал?! – удивилась Алиса, но Анна жестом остановила ее расспросы. Макс вспоминал формулировку предсказания, которое поведал ему этот страшный ходячий рок. Это было важно.

– Да… кажется… кажется, он так сказал:

Сидит девица в темнице,
Волк охотится на змея,
Время прошмыгнет лисицей,
Но поймают лицедея.
Все вокруг облито кровью,
Дева юная седеет,
Тот, кто сможет, тот любовью
Свой очаг опять согреет.
Ты же, маг, запомни твердо:
То, что семенем созреет,
Будет злом и сердце подло
Выжжет, если осмелеет.
Мне отдай то, что так любишь,
Мне верни то, что так нужно.
Если нет, то всех погубишь.
Мир разрушится от стужи.

– Девица в темнице? – Анна задумалась.

– Элисенда, – подсказал Макс. – Она провела больше восемнадцати лет мертвой и замурованной в башне.

– Мертвой?! – удивленно переспросила Алиса, широко раскрыв глаза. Элисенду она видела мельком, и хоть ее серебристые волосы и бледное лицо удивляли, Алиса никогда бы не подумала, что так выглядят после того, как восемнадцать лет лежат мертвыми.

– Потом расскажу, – отмахнулся Макс. – Волк охотится на змея?

– Это Раган со своей охотой на меня, – определила Анна. – Хоть я и не назвала бы это охотой…

– Тебя заполучить не так-то просто, Анна Грей, – фыркнул Макс. – Время прошмыгнет лисицей? Это про Рэя? Но почему он лицедей?

– Потому что Рэй – это принц Люме, – отрезала Алиса.

Всю ночь Алиса, Анна и Макс разговаривали. Макс отказывался верить, что Рэй и Люме одно лицо, но понимал, что для Алисы сейчас это единственная реальность. Переглянувшись с Анной, Макс почувствовал, что и она сомневается в злых намерениях Рэя, что его приободрило. Новость о том, что его лучший друг – кровавый убийца, не очень-то радовала. Но еще больше напрягали строчки из стиха «мне отдай то, что так любишь». Иву этому уроду он никогда не отдаст. И даже если придется мириться с ее страшной внешностью и лишь изредка видеть красоту, он готов терпеть. Чем бы там ни угрожал Небесный Странник, Макс найдет выход из ситуации и спасет Иву.

Ему очень хотелось, чтобы она опять пришла. Иногда Макс бросал полный надежды взгляд на дверь. Все равно, в каком облике она будет. Только бы вернулась.

Где-то в полночь вошла Элисенда, но тихо забилась в угол, слушая вполуха разговоры о принце Люме. Она даже и не поняла, почему вдруг о нем заговорил Макс.

К Анне она Макса не ревновала, а вот эта ведьма зеленоглазая была ей незнакома. Но они явно говорили о наступлении на Барселону, а не о делах сердечных. Поэтому Элисенда стала фантазировать о мире богов. После рассказов мэтра Берггрена они представлялись особенно живо…

Глава 9

Где искать того, кто может быть повсюду и нигде?

Басилун облетел весь мир богов, спрашивал о Небесном Ветре, но все только и говорили о том, что это особенный бог и не бог одновременно. Что он повсюду и нигде. И есть все и ничто.

Голова золотого дракона раскалывалась от попыток вообразить, что же это за место такое: повсюду и нигде. Пустота? Тишина? Воздух? Но, побывав во всех уголках мира богов, дракон выяснил только одно: так он Небесного Ветра не найдет. Оставалось только выйти за пределы трех миров, ведь в плоский и кружевной он попасть не мог. И надеяться, что Небесный Ветер гуляет где-то там, в бесконечности вокруг этих трех воображаемых сфер, что так или иначе соприкасаются друг с другом.

Но что там его ждет, Басилун не знал. Он воображал черноту и пустоту, холод, безмолвие. И лететь туда ой как не хотелось. Даже усы опускались. Но ему позарез нужно было вернуться как можно скорее в кружевной мир. Поэтому дракон, зажмурив глаза, вырвался из мира богов в пространство Вселенной.

Первые мгновения он осторожно прислушивался, не открывая глаз: тишина? Но слышен был легкий серебристый шорох листьев, издалека, словно над ним качались на невидимом ветру высокие деревья. Басилун открыл глаза и огляделся вокруг: совсем не так представлял он себе пространство за мирами.

Он находился в солнечном лесу, а под ногами, словно отражение в озере, тоже шумел лес, только более сумеречный. И то, и другое пространство было вполне реальным: сунув лапу в сумеречный лес, Басилун ощутил прохладу. Тогда он смелее зашагал по солнечному лесу. То и дело он поднимал взгляд к верхушкам деревьев: возможно, именно Небесный Ветер приводит их в движение?

Ловко взобравшись на одно дерево, Басилун подставил морду ветру и прислушался. Непохоже было, чтобы тут играло божество, скорее, это простой ветер. Разочарованно понурившись, дракон собрался было слезть, но тут заметил дерево, которое было выше остальных. Его кроны даже не было видно – только ствол с ветками поднимался над деревьями вокруг, как над травой, и поднимался высоко вверх, так, что казался бесконечным.

Дракон решил отправиться к этому дереву. Он шел очень долго, возможно, в пространстве кружевного мира его поход исчислялся бы месяцами, но здесь времени не было, поэтому в конце концов золотой дракон пришел к огромной стене, даже не сразу понял, что это за строение такое. И лишь по пепельно-серой гладкой коре догадался, что это и есть то дерево, что он видел издалека. Вблизи же оно больше напоминало неприступную крепость.

Дракон пошел вокруг, задрав морду, рассматривая дерево, но по-прежнему не видел ни одного живого существа вокруг.

После отдыха Басилун продолжил обходить дерево, уже не надеясь на чудо. Но тут его внимание привлекли бурые потеки на коре. Басилун залез на дерево и стал подниматься. Он лез все выше и выше, пока не вырвался из чащи крон наверх. И там увидел прибитого к дереву мужчину. Кровь из его ран сочилась вниз по дереву. Он был прибит к стволу деревянными узкими дощечками, а сердце билось в открытой ране на груди. Вокруг парил орел, его клекот был возмущенным и угрожающим: в Басилуне он видел возможного претендента на добычу. Похоже, хищник собирался выклевать сердце подвешенному на дереве.

Голова казненного была склонена к плечу. Мышцы были развитыми, тело атлетическим, но он скорее напоминал человека, чем бога. И все-таки Басилун робко и неуверенно спросил:

– Небесный Ветер?

– Зачем ты меня искал? – раздалось позади дракона, и Басилун, повернувшись, чуть было не сорвался вниз от удивления: перед ним стоял в воздухе все тот же мужчина, что и висел на дереве.

– Но… как такое возможно? Вы близнецы? – спросил Басилун, не отвечая на вопрос.

Мужчина посмотрел на него синими как небо глазами и засмеялся.

– Вижу, даже божку сложно понять, что такое быть повсюду и нигде. Я одновременно повсюду: и прибит к дереву, и говорю с тобой.

– А кто тебя прибил? – спросил Басилун, обидевшись на божка.

– Я сам. Это необходимо для получения знаний. Надо пожертвовать чем-то: временем, силами, чтобы получить взамен мудрость, неведомую остальным богам. Они боятся жертвоприношения, потому что считают его болезненным и невыносимым.

– Разве это не так? – Басилун обернулся на прибитого мужчину. – Что за удовольствие висеть тут на солнце, пока хищник клюет твое сердце?

– Удовольствие в том, что ты начинаешь быть одновременно повсюду. Я не только вишу и страдаю, но и получаю знания, делюсь с остальными, путешествую, даже создаю… Но довольно об этом. Раз ты пришел сюда, тебе нужна моя помощь, иначе ты бы пропал в сумеречном лесу. Чего ты хочешь?

Басилун открыл было пасть, чтобы объяснить, но Небесный Ветер, гневно сверкнув синими глазами, предупредил:

– Только не лги мне, божок. Я ложь узнаю сразу!

Басилун нервно сглотнул.

– И начинай с начала, небесный дракон, – Небесный Ветер подхватил Басилуна за шкирку, как котенка, взлетел на широкую ветвь ясеня, сел, подвернув под себя ноги, и поставил Басилуна напротив. – Рассказывай.

И Басилуну пришлось начать с самого начала.

Было непривычно говорить только правду и не юлить, как он привык, иногда так и подмывало что-нибудь приукрасить или скрыть. Вот только взгляд Небесного Ветра не давал дракону ни единого шанса солгать. Басилун весь извертелся, пока говорил, словно не на ветке сидел, а на раскаленной сковородке.

– Небесные драконы являются покровителями и хранителями семейства Ватра. Именно от нас первый в роду Ватра получил магию огня. Ватра всегда были жестоки, но покровители никого не обязывают быть белым и пушистым, достаточно уважения к хранителям и соблюдения нестрогих правил хранения магии. Но Игнис Ватра совершил страшное злодеяние: он привязал к себе магией не своего сына по крови. Более того, он воспользовался этой связью, чтобы обрести практически бессмертие, вытягивая силы из мальчика.

– Откуда взялся мальчик? – глухо спросил Небесный Ветер.

– Я не знаю, кто его отец, – отмахнулся Басилун. – Но таким образом Игнис Ватра пошел против естественного хода вещей. А этого небесные драконы, будучи сами богами, простить не могли. Мальчик рос в полном подчинении отцу, и мы уже потеряли надежду, что однажды он захочет вырваться из-под его власти. Но после того, как он пару раз попытался воспротивиться воле отца, у хранителей рода появилась надежда. И меня послали в кружевной мир с целью вырвать мальчика, теперь уже юношу, из-под власти Игниса Ватра. Я решил прибегнуть к помощи хозяина времени: сначала уничтожил источник, который мог бы дать Игнису Ватра столько энергии, что принц бы уже никогда не освободился, а затем помог хозяину времени и Люме Ватра встретиться. Магия хозяина времени оказалась сильнее, чем привязка Игниса Ватра, и юноша наконец стал самим собой.

– И какой он? когда настоящий?

– Он справедливый. Строгий, но его сердце знает, что такое жалость и любовь… Золотистые волосы, синие глаза… – тут Басилун замер, потому что внезапная догадка осенила его, но Небесный Ветер никак не прокомментировал описание Рэя, а мысль показалась такой невероятной, что дракон ее отмел.

– Я просто оставил его с хозяином времени. Игнис Ватра начал угасать. Но… спустя годы источник снова появился… и он находился в девушке из плоского мира. Я понял, это неспроста. Из того, что я узнал о девушке, стало ясно, что кто-то явно нацелен на то, чтобы источник оказался в лапах алчного Игниса Ватра. Пришлось прибегнуть к помощи Рэя…

– А это кто?

– Это… это хозяин времени. Он же бывший принц.

– Рэй… значит «король»… зарвавшийся мальчишка! Вот кем он себя возомнил – королем? – вдруг рассердился Небесный Ветер.

– Я думаю, это имя дал ему его предшественник, хозяин времени, – испуганно сжался Басилун. Видимо, он ошибся, раз Небесный Ветер так сердит. Хотя… для ветра такая забывчивость вполне простительна. Он ведь ветер: сегодня летит в одну сторону, завтра в другую. А Рэй уж очень на него похож… Но Небесный Ветер уже успокоился и задумался, сделав знак дракону продолжать.

– Так вот… я стал крутиться в кружевном мире, пытаясь не допустить, чтобы энергия попала к королю. Но увы, Рэй влюбился в эту девушку… А она оказалась дочерью колдуна, которого он убил, будучи принцем. И Рэй… в общем… вернулся к отцу.

– Что?! – Небесный Ветер вскочил на ноги. – Как ты мог допустить такое?!

– Я не всесилен… – Басилун развел лапками. – Обратился к богам за помощью, но Астар просто наблюдает за игрой, меня он лишил доступа в кружевной мир, а ваша сестра направила к вам.

Небесный Ветер закрыл лицо рукой.

– Ну вы и идиоты… оба… Сью! Появись сейчас же, блохастый засранец!

К удивлению Басилуна, на ветке материализовалась большая упитанная пантера, так что ветка согнулась под ее весом.

– Да, хозяин? – прижав уши к голове, осторожно мяукнул Сью.

– Я тебя о чем просил? – грозно спросил Небесный Ветер.

– Выяснить причину аномалии в жизненной ветке одной девушки. Потом следить за ней, охранять.

– А ты что сделал?

– Так я и охранял! Да еще свел ее с сильным магом, который ее от всего защищал. Кто ж знал, что он окажется убийцей ее отца и кровавым принцем…

– Купидоном себя вообразил?

Коту не понравился гневный блеск в глазах Небесного Ветра, и он обернулся в поиске укрытия, но заметил Басилуна и зашипел на него:

– А он шшшшшто здесь делает?

– Почему в таком виде явился? – продолжил допрос Небесный Ветер.

– Так я вроде как меняюсь под влиянием Алисы. Сам не понимаю, почему. Но, хозяин, у меня есть дело посерьезней.

– Что может быть серьезней того, что вы двое успели накрутить? Как теперь прикажете вытаскивать хозяина времени из лап Игниса Ватра?

– Это невозможно, – Басилун удрученно покачал головой. – При помощи магического браслета Игнис качает силу из него. Принц Люме бессилен.

– А Алиса думает, это принц украл ее мать… кто же тогда? – гневно сверкнул зеленым глазом Сью.

– Вы двое сейчас же возвращаетесь в кружевной мир и приводите в порядок все то, что успели испортить! – прогрохотал Небесный Ветер.

– Хозяин, а вот еще… – попытался вмешаться Сью.

– Пока все. Об остальном поговорим, когда я прибуду. Постарайтесь ничего не разрушить. И вам придется действовать заодно, хотите вы этого или нет. Рэй должен освободиться от власти короля. А Алиса должна жить, эта девочка своей силой способна преобразить мир.

– Так я о чем и… – попытался вставить одноглазый Сью, но тут Небесный Ветер хлопнул в ладоши, и кот с драконом оказались в ночном лесу. Было сыро, прохладно, где-то копошился в кустах еж.

– Это конец, – прошептал Басилун.

– Или его начало, – согласно вздохнул одноглазый Сью.

– Ты, значит, на Небесного Ветра работал все это время? А говорил из преисподней, – Басилун и одноглазый Сью топали по лесу сначала в полном молчании, обдумывая произошедшее. Дракон не выдержал первым. Одноглазый Сью довольно зажмурил глаз. Один ноль в его пользу.

– Я из сумеречного леса. Все равно что преисподняя. Так проще, – уклонился одноглазый Сью.

– Я не очень хорошо понимаю, что именно мы должны исправить, – вздохнул Басилун. – Столько всего сделано, что неизвестно, за что хвататься в первую очередь.

Оба замолчали, вспоминая все, что успели натворить.

– А почему хозяина времени надо вытаскивать? Он же вроде как кровавый принц, – спросил Сью, когда молчание стало тягостным.

– Он не… – но Басилун вовремя промолчал, решив оставить эту карту при себе, – …не похищал мать Алисы. Его подставили.

– Все равно чудовище, – возмутился кот. – Как вспомню, что я подпустил его к Алисе, так в глазу темнеет.

Басилун покосился на кота. Непохоже было, чтобы он сильно раскаивался в содеянном.

– Алисе нужно объяснить, что Рэй тут ни при чем. А я постараюсь найти его и привести в порядок.

– Нам же надо вместе работать… – воспротивился одноглазый Сью.

– Я вернусь, ты пока Алису подготовь.

Басилун вдруг исчез. Одноглазый Сью нервно потоптался на месте. Он понятия не имел, где он, только надеялся, что недалеко от лагеря Алисы. Но никаких звуков и запахов до него не доносилось. Хотя…

Острый собачий запах ударил неприятно в нос. Оборотни. Только странно, что без запаха людей, ведунов бы он учуял. Значит… не свои.

Шерсть встала дыбом в одно мгновение. Одноглазый Сью принюхался и осторожно, мягким кошачьим шагом пошел на запах.

Вскоре он стал невыносимым. Послышались слова, смех, отрывочные фразы. Значит, оборотни сейчас в человеческом облике. Сью пошел осторожнее. Это те самые, что напали на стаю эйра Рагана? Или другие?

Вдруг совсем рядом хрустнула ветка. Сью пригнулся, распластавшись на земле. Сейчас он пожалел, что стал таким огромным: черному коту проще спрятаться. И внезапно почувствовал, как уменьшается. Так просто? Ему нужно было всего лишь решить, какого размера быть? Сью чуть не фыркнул от смеха. С того самого момента, как его возродили в теле дохлого кота, Сью впервые почувствовал удовлетворение. Потом испугался: а вдруг в пантеру теперь не получится преобразиться? И почувствовал, как расширяется.

Он бы так еще долго игрался с размерами, но шаги приближались, и кот затаил дыхание.

– Раган забился в свой бункер, как крот, – прорычал кто-то рядом. – А его бабу у нас увели из-под носа.

– Хозяин будет недоволен, – вкрадчиво сказал кто-то. – Вам было велено взять Анну Грей живьем, остальных прикончить. Неужели так сложно?

– Какие-то люди, не маги, напали внезапно, – попытался оправдаться недавно рычащий басом собеседник. Теперь его голос стал выше.

– Я приехал сюда за ней… что же, мне доложить, что операция провалена?

– Мы сделаем еще одну попытку. Их лагерь вычислили. Если вы подождете…

– Я подожду одну ночь. На рассвете Анна Грей должна быть здесь, связанная и невредимая. Вы отвечаете за нее головой. В противном случае вряд ли хозяин даст вам возможность править оборотнями. Ведь вы его так сильно разочаруете…

Оборотень прорычал что-то в ответ и удалился, а одноглазый Сью принюхался. Странно… вроде говорящий был не оборотнем, от него должно было хоть чем-то пахнуть. Но кроме запаха тканей и кожаной обуви Сью не уловил ничего.

Понимая, что атака начнется совсем скоро, он решил проверить, не лишили ли его возможности перемещаться в пространстве. И материализовался на Максе, по обе руки от которого сидели Алиса и Анна.

– Алиса! На лагерь скоро нападут оборотни! Им нужна Анна! Живая! Остальных велено убить.

– Это Сантьяго, – побледнела Анна. – Это он подговорил оборотней эйра Сарти напасть на нас!

– С ними кто-то еще. Очень странный, без запаха. Будет ждать, когда они тебя принесут, – одноглазый Сью теперь смотрел только на Анну.

– Этот демон… – Анна посмотрела на Макса. – На Санти работает полупластик Марк, это он убивал девушек, чтобы подставить недооборотней и скомпрометировать все наше полицейское отделение. И еще, – тут она повернулась к Алисе, – это он привел тебя к лорду Олоффу. Рэй его знает, он конченый негодяй. Работает на всех, кто платит.

Алиса кивнула.

– А почему полупластик? – спросила она.

– Он помесь, не может менять облик. Но при этом прекрасно гримируется, меняет образы, если надо. Но обычно его жертвам донести на него возможности не предоставляется.

– Значит, я его узнаю, если что, – Алиса задумалась. – Я попробую окружить лагерь защитной стеной, другого выхода нет. Все слишком устали и измучены, чтобы оказать достойный отпор. Пойду к Тарите, она помогает мне силой.

– Так непривычно думать о тебе как о ведьме, Алиса, – сказал Макс. – Надеюсь, у тебя получится, мне нужны хотя бы сутки, чтобы восстановить силу полностью. Но часов через восемь я вполне смогу сражаться.

– Отдыхай, – Алиса поднялась. – Сражения у нас впереди. Я рада, что вы со мной. Надеюсь, Макс, ты сможешь привлечь магов к восстанию, помочь Рагану и нам.

– Подниму всех, кого смогу. Надеюсь все-таки, что Рэй нас не выдал, – помрачнел Макс.

Анна и Макс переглянулись. Они слишком долго знали Рэя, чтобы представить его психованным маньяком, принимающим ванны из крови врагов. Но чтобы узнать правду, необходимо было добраться до королевского дворца. А попасть туда самостоятельно было весьма сложной задачей.

Когда Алиса вышла, они горячо заспорили о том, что делать. Без помощи ведунов им до Барселоны не добраться, а бросать своих Анна отказывалась наотрез.

– Я не знаю такого безопасного места, – пожал плечами Макс, чтобы еще и с едой перебоев не было.

– Знаешь.

Анна обернулась и увидела Элисенду, которая встала с пола и потянулась. Девушка недавно вернулась с прогулки и была рада, что Макс очнулся. Но чтобы не мешать друзьям общаться, села в углу и прислушивалась к разговору.

– Помнишь, Басилун оставил нас в домике в лесу под Барселоной?

– Помню, – оживился Макс. – Отличное было бы место! Там и безопасно, и еда есть. Но я не помню, где дом находится.

– Когда нас подбрасывали, мы ехали недолго, а высадили нас как раз рядом с бункером, – напомнила Элисенда. – На шоссе мы вышли довольно скоро. У меня неплохая память, если б очертить примерно местность и проехаться на машине, я бы нашла. И поправила бы заодно защитную сеть.

– Тогда попроси у кого-нибудь телефон, – сказал Макс. – Попробуем вспомнить, где это было. Лесов вокруг Барселоны не так уж много, может, мы уже где-то рядом?

Глава 10

Алиса продержала защиту до полудня, оборотни в конце концов отступили, осознав бесполезность своих атак, а ведуны как раз отдохнули. Тарита по просьбе Алисы поделилась энергией с Максом, и тот смог подняться.

Определив, где примерно находился заколдованный домик, в котором они ночевали, Макс и Элисенда с небольшим отрядом ведунов отправились туда на разведку. И вскоре вернулись очень довольные: они нашли домик и подлатали защиту. Через час лагерь Алисы пришел в движение: предстояло отвести женщин и детей вместе с серьезно ранеными оборотнями в домик, разместить, убедиться, что защита работает.

На это ушел остаток дня. Едва все вошли на защищенную территорию, как домик, будто подсчитав количество гостей, стал расти до размеров небольшого двухэтажного особняка, в нем появились многочисленные комнаты с кроватями, а столовая стала гигантской. Печи гудели от напряжения, но еды хватило всем.

Анна вышла после обильного застолья на улицу, в весеннюю прохладу, встала под цветущим миндалем и расплакалась: она наконец-то могла со спокойной душой оставить стаю Рагана в безопасном месте, где никто не замерзнет и не умрет от голода. И это было огромным облегчением, как будто с плеч упала тяжелая ноша ответственности за других.

После застолья стали прощаться: ведуны, Алиса, ее свита, Анна, Макс, Элисенда и пятеро уцелевших мужчин-оборотней собирались идти на Барселону. Мэтр Берггрен остался вместе с волчицами: его попросила об этом Анна.

Анна поручила Лоре приглядывать за своей стаей, сестры простились, не зная, как скоро увидятся, да и увидятся ли… Лора рыдала, просила Анну быть осторожнее. А сердце Анны рвалось к Рагану. Разлука с ним становилась невыносимой. И она боялась, что и ему так же тоскливо и больно, как и ей.

Любовь к нему с каждым днем только росла. Какая она была наивная, когда говорила, что любит, тогда, в бункере… нет… то была еще не любовь. А восхитительное желание принадлежать и обладать, кусать, царапать, целовать, обнимать, обвивать ногами его торс. Это был голод, который мог утолить только Раган: своим низким рычанием, жаркими поцелуями, горячим проникновением. Потом была любовь-тоска, любовь, рождаемая разлукой, тревогой, сомнениями. А теперь это была новая любовь: принятие его клана как своей семьи, ответственность перед ним, ожидание встречи, которая, как казалось Анне, переменит их обоих. Потому что теперь, когда они будут переплетать пальцы, это будет говорить не только о желании, но и о внимании к друг другу, взаимной заботе и понимании. И ей не терпелось увидеть его и убедиться, что это так. Что не только в ее груди зажглось вместо переменчивого, всполошливого пламени страсти ровное, но крепкое пламя любви.

Анна брела за ведунами в задумчивости, погрузившись в размышления о Рагане. Макс шел рядом. Каждый шаг еще отдавался в ребрах глухой болью, но снадобья Алисы и крепкие бинты, в которые его закатал Жак де Марли, объяснив, что так воины помогают себе воздержаться от излишних движений, помогали. Все-таки глава ордена Белой Королевы, скрепя сердце, смирился с присутствием мага, видимо, решив, что лишняя сила им не помешает. А может, хотя Макс был не уверен, но Жак ревновал его поначалу к Алисе, хмурясь и наблюдая за тем, как его королева общается с магом. Однако Макс теперь был в плену совсем иной страсти, поэтому Жак и успокоился. Бинты с головы Макс снял. Клыки оборотня оторвали кожу от черепа в двух местах, но Алиса наложила какие-то ведовские швы, которые действовали как антисептик и анестетик, снимали боль и воспаление. Из того, что Макс успел понять из дара Алисы, ей больше всего нравилась именно его фармакологическая часть. Еще бы. Возможно, прикинул сыщик, в будущем Алиса захочет развиваться именно в этой области.

Макс не знал, как подступиться к Иве, как заговорить. Ведь видел он уродливое существо, а помнил прекрасное. Как бы выманить девушку и побыть с ней наедине? Вдруг волшебство повторится, и он увидит ее настоящую? Но Ива держалась поближе к Алисе, на Макса и не смотрела, а маг мучился, глядя на неуклюжую, ковыляющую впереди фигурку горбуньи. Но не только влюбленность и раны тревожили Макса.

Магия снова плескалась в нем и даже покалывала иногда ладони, словно тыкалась в них изнутри, просясь наружу. Это Тарита утром просто мимоходом его коснулась, словно невзначай… А что было бы, если б зарядила по полной?

Потом Макс задумался: Рэй сам вытащил эту энергию из Алисы, но не воспользовался ей во зло. А теперь шантажом выманивает Алису, не упомянув Тариту? Если бы он в самом деле стал кровавым принцем, то не выставил бы это условие заранее?

Макс судил по себе: после того, как Тарита его коснулась, хотелось иногда поддаться соблазну, схватить ее и выкачать все, что есть. Значит, Макс следует обычному инстинкту мага: видишь энергию – бери. А хозяин времени не стал этого делать, несмотря на то, что возможностей у него было хоть отбавляй. Рэй – очень благородный маг. Что за игру он затеял? Это не в его духе.

И чем больше Макс размышлял, тем меньше ему все это нравилось.

На привале он изложил свои мысли Анне и Алисе. От Алисы он особо не ожидал согласия, но Анна его поддержала.

– Рэй, может, и был кровавым принцем, но он явно предпочел исчезнуть, а не вытащить все из Тариты или напасть на тебя, Алиса.

– И тогда, – сделал вывод Макс, – напрашивается только одно умозаключение. Это кто-то другой выманивает Алису. Кто-то, кто не знает еще, что энергии в ней нет. И раз это усадьба инквизиторов, то смею предположить, что Алису там будет ждать Сантьяго. А не Рэй или Люме.

– Они могут быть заодно, – возразила нехотя Алиса.

– Тогда бы он затребовал Тариту, – парировал Макс.

Алиса замолчала, пытаясь найти брешь в теории сыщика.

– Но если все так, и я просто ошиблась, решив, что это Рэй, из-за совпадения событий, то где сам Рэй? – спросила она у друзей, сдавшись.

Макс обдумал ее вопрос и ответил:

– Рэй или не может связаться с нами, или… потерял память, вернувшись к себе прежнему. Не знаю даже, хозяин ли он времени или уже нет. Но я почти уверен, что его не будет там, куда мы идем. Санти, видимо, прознал про энергию в тебе, поэтому и вызвал только тебя. А значит, смею предположить, что он не в курсе, что ты ведьма. И про Тариту не знает. Это может пойти нам на пользу. Я дважды бывал с Басилуном в этом проклятом особняке и примерно помню ловушки. Элисенда тоже может помочь. Мы пойдем с тобой, Анне лучше остаться с Таритой и Ивой под прикрытием ведунов.

Анна кивнула.

– Я попытаюсь выяснить, что с бункером, – ответила она.

Алиса сидела молча некоторое время, а потом медленно произнесла:

– Если Рэй не может связаться с нами, возможно, ему нужна наша помощь. А если… если он просто забыл… то… может, оно и к лучшему…

Ее голос дрогнул, и она замолчала. Впервые за долгое время Алиса позволила себе подумать о Рэе, как думала раньше. И это оказалось больно. Возможно, эта боль, как льдинка в сердце Кая, останется между ними навсегда. Ведь… Рэй все же убийца ее отца.

– Я понимаю, что так или иначе, но тебе тяжело, Алиса, – заговорила мягко Анна. – Но он не стал скрывать это от тебя. Он признал себя недостойным твоей любви. И предпочел исчезнуть. Может, он вообще ушел в отшельники и скрывается где-то в другом месте, не подозревая, как нам нужна его помощь. Что ж… нам остается рассчитывать только на себя.

– А если он вернулся во дворец? – спросила Алиса.

– Думаю, мы узнаем об этом в Барселоне, – Макс мягко положил ладонь на плечо Алисы.

Она кивнула, отворачиваясь. Она уже и не знала, что думать про Рэя. И от этого было только больнее. Куда спокойнее было считать, что он стал жестоким и украл ее мать. Сложнее – что она не знает, где он и что с ним.

– Басилун сказал, он во дворце, – мяукнул одноглазый Сью, прыгая к ней на колени.

– Вот как? Басилун? Этот интриган говорил с тобой? – Макс схватил кота за шкирку, но тот вдруг вырос до размеров пантеры, и его пришлось отпустить.

– Говорил. Сказал, что постарается помочь Рэю. Похоже, тот попал в переделку.

– И ты говоришь об этом только сейчас? – Алиса схватила пантеру за ухо. – Да как ты мог это скрывать!

Одноглазый Сью прижал уши и распластался по земле.

– Да я ж не знал, что это важно! Ты же его ненавидела, – завопил он, пытаясь освободить ухо. – Хозяйка, отпустиии, ушки только выровнялись.

Алиса отпустила его и расплакалась.

Макс и Анна переглянулись. Потом Анна крепко обняла Алису и прижала к себе. Та разревелась, уткнувшись ей в плечо.

– Я не знаю, ненавидеть его или любить! Я вообще ничего не понимаю! Я так скучаю по нему! Ну почему, почему все именно так? Почему именно он?… и я… Почему?!

Одноглазый Сью виновато смотрел на Алису. Да, Небесный Ветер прав. Купидон из него так себе. Хотел как лучше, а получилось так плохо, что хуже некуда.

Макс не знал, что сказать. Вроде бы и хотелось Алису приободрить, но он сам не мог осознать, что Рэй – это принц Люме. А ей-то еще тяжелее. Он убил ее отца. Если бы Макс узнал, что Рэй – убийца его отца, как бы он отреагировал? Уж наверняка не смог бы больше на друга смотреть и не думать об этом. А Алиса еще и влюбилась. Да и сам Макс в не лучшем положении на любовном фронте. Поэтому он не лез, не говорил, просто молча размышлял.

Анна только шептала слова успокоения, что нужно во всем разобраться, поговорить с Рэем. Но Алиса не могла представить теперь, как с ним говорить. Куда проще его люто ненавидеть и бояться. Куда сложнее – любить, понимать и прощать.

Глава 11

Принц Люме ходил по темным коридорам замка, и ему казалось, что весь мир умер, а он сам по какой-то нелепой ошибке остался в живых. Прислуга на его пути скрывалась с глаз задолго до того, как он появлялся из-за поворота. Его страшная слава шла впереди него, расчищая путь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.