Анна Шаенская
Хрустальная невеста

ГЛАВА 1: Тьма в твоих глазах

Госпиталь Святой Виталины

– Лори, просыпайся! Ещё одного привезли! – скрипучий голос монахини ворвался в разум раскалённой иглой.

За сегодняшнюю ночь я приняла десять тяжелораненых и едва стояла на ногах от усталости. Впрочем, как и остальные целители.

Три часа назад в Вайорре случился прорыв, твари Пустоши прогрызли брешь в магическом куполе и прорвались в наш мир. Прибывшие на место Хранители предотвратили трагедию, но цена победы оказалась слишком велика. Поток раненых не прекращался. Ещё немного, и в госпитале не останется ни одной свободной койки.

– Где он?

Я соскользнула с диванчика и легонько побила себя по щекам, пытаясь проснуться.

– В пятой палате, только… – Гретта запнулась, а между морщинистыми пальцами замелькали алые бусинки чёток. – Лори, там без шансов. Даже не трать силы, просто боль сними, чтоб не мучился.

Сердце сжалось от тоски и безысходности. В такие моменты я себя ненавидела. Светлые целители считались элитой, простые жители приравнивали нас к Богам и верили, что мы способны на любые чудеса. Увы… Наши возможности не безграничны.

Мы действительно могли больше, чем обычные лекари. Но в отличие от тёмных, не умели заклинать смерть.

– Я посмотрю, что можно сделать, – от усталости голос прозвучал непривычно тихо и сипло.

В палату шла, словно на эшафот, и дело было не только в предупреждении Гретты. Меня бил озноб от дурных предчувствий, и с каждой секундой они становились сильнее. Хотелось удрать как можно дальше от странного пациента, и в то же время неведомая сила тянула меня к нему.

– Говорят, сам Владыка драконов прибыл на помощь! – неожиданно прошептала монахиня. – Лично в бою участвовал!

– Аргвар Нери – великий воин, – сухо ответила, – такая отвага делает ему честь.

– Если бы не он, неизвестно, чем бы всё закончилось, – продолжила тарахтеть Гретта.

Она прекрасно чувствовала моё состояние и всеми силами пыталась отвлечь от грустных мыслей. Только я не разделяла всеобщего восхищения чёрными драконами, предпочитая держаться от Нери и ему подобных как можно дальше.

Слишком опасные, непредсказуемые, дикие…

Давным-давно их призвали в наш мир, чтобы защитить жителей от тварей Пустоши. И драконы доблестно исполняли долг. Только магические резервы пополняли, мягко говоря, оригинально – за счёт влюблённых в них ведьм.

Разумеется, всё было добровольно. Ради шанса нырнуть в койку к Нери многие девушки готовы продать душу. Свои источники драконы берегли пуще любого сокровища и, отпуская ведьму, щедро оплачивали её услуги.

Только любовь тёмных вызывала стойкую зависимость, а для таких как я и вовсе представляла смертельною опасность.

– Лори, ты прости старуху, – мы почти дошли до палаты, и Гретта вновь заговорила о раненом, – знаю, что тебе хоть час отдохнуть нужно. Но кроме тебя никто не взялся! А бросить его в таком состоянии…

– Я посмотрю, что можно сделать, – повторила, пытаясь собраться с мыслями.

– Храни тебя Свет! – по коридору разлетелся облегчённый вздох и мелодичный перезвон чёток. – А то жалко мага, молодой совсем… и такая судьба жуткая…

Гретта принялась молиться, прося Богов помиловать душу неизвестного. А я замерла на пороге палаты, не в силах сделать ни шагу. Предчувствия достигли предела и сердце стучало так часто и сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.

Только монотонный напев монахини отвлекал и помогал сосредоточиться.

Травница была своенравной, но сердобольной. На этой почве мы и сработались. Остальные светлые считали её выжившей из ума старухой, из милости оставленной при монастырском госпитале. А зря.

Не все болезни можно вылечить при помощи одной магии, за месяцы практики я многому научилась у Гретты. Но сейчас чувствовала себя адепткой-первокурсницей…

– Соберись, Лори! – прошептала, едва из палаты донёсся сдавленный стон. И решительно распахнув дверь, проскользнула внутрь.

В нос ударил запах крови, гари и дешёвого обезболивающего зелья, беды от которого куда больше, чем пользы. Лекарь в приёмнике не стал тратить магию и дорогостоящие препараты на простого солдата.

Сволочь!

Позже выясню, кто дежурил, и подам жалобу в Совет. Но сейчас главное – пациент.

– Кх-х-кхг! – мужчина сдавленно засипел и выгнулся дугой.

В два шага преодолев разделявшее нас расстояние, я сплела заклинание, останавливающее кровотечение, и принялась сканировать повреждения.

На самого пациента старалась не смотреть. Бедняга явно попал в эпицентр магического взрыва. Не тело, а сплошной ожог. Но он судорожно цеплялся за жизнь и невольно тянул из меня Силу, пытаясь восстановиться.

Светлая мать… Неужели я действительно ничем не могу помочь?

Я накинула на раненого стабилизирующее плетение и он судорожно мотнул головой. Взгляд невольно скользнул по уцелевшей половине лица. Действительно молодой. И красивый. Был…

Кожа перемазана копотью и кровью, но черты тонкие, правильные, аристократичные. Из-за кровопотери и магического истощения лицо ещё больше заострилось, сейчас мужчина напоминал хищную птицу. Невольно вспомнилась старая эльфийская пословица: «На крыльях ворона летает беда».

Глупости! Это просто пациент.

А вот повреждения действительно тяжёлые. Кроме ожога обнаружились многочисленные переломы, сильная кровопотеря и два смертельных проклятия.

Шанс был. Мизерный. Практически призрачный. Да и велик риск, что во время лечения он выпьет меня досуха, и в итоге погибнем оба. Но смогу ли я жить, обрекая мага на страшную смерть?

– Лори! – из коридора раздался голос Гретты. – Ты закончила? Ещё одного привезли…

– Кх-х-кхг! – мужчина вновь застонал.

Это отрезвило и помогло принять решение.

– Позови другого целителя, – резко ответила и запечатала дверь заклинанием, чтобы никто не помешал.

Ведь то, что я собиралась сделать, выходило далеко за рамки Светлого кодекса.

– Лори? – обеспокоенно повторила монахиня. – Лори, послушай, он безнадёжен! Лори…

Гретта барабанила в двери, взывая к голосу рассудка, но я уже не слушала. Шагнула вперёд, опустившись на край постели, и осторожно положила ладони на грудь пациента. Скользнула едва ощутимо, касаясь кончиками пальцев кожи под окровавленной рубашкой.

На воине не было брони, зато сквозь копоть просматривались контуры защитных рун и вереница старых шрамов. Похоже, он из боевых магов и это ранение далеко не первое.

Пальцы мягко блуждали по его груди, обходя ожоги и слегка поддевая края разодранной рубахи. Она липла к ранам и при каждом движении моих пальцев маг вздрагивал от боли. Но чтобы начать лечение, мне нужен был контакт кожа к коже.

– Потерпи, прошу, – прошептала, – это единственный шанс спасти тебя.

Пациент замер. Даже дыхание стало ровнее, словно одно моё присутствие восстанавливало его.

Хороший знак! Провести тесты на магическую совместимость я не успевала, но мой Дар считался универсальным. И реакция мужчины это подтверждала.

– Ты выживешь! – уверенно заявила, призывая Силу.

С кончиков пальцев сорвались серебристые искорки, и маг выгнулся дугой, едва не разорвав контакт.

– Кх-хкх!

– Тише! – воскликнула, с силой надавив на его грудь. Ладони чудом не соскользнули на раны, и мне удалось продолжить.

Вторая попытка оказалась успешнее. Даже в таком состоянии маг быстро понял, что его не добивают, а лечат, и перестал сопротивляться.

– Вот так, прекрасно.

Глубоко вдохнув, я закрыла глаза и сосредоточилась на биении чужого сердца. На удивление сильном и гулком для такой кровопотери и тяжёлых повреждений.

Не человек… Оборотень? Дракон? Кто же ты?..

Из-за проклятий и ран я не чувствовала его вторую ипостась, это затрудняло лечение. Все двуликие по-разному реагировали на нашу магию, и сейчас я ходила по краю пропасти. Дракон может выпить меня за пару мгновений, с оборотнем будет проще. Но лучше не рисковать.

Собравшись с духом, я принялась осторожно вливать свою жизненную энергию. Теперь наши сердца бились в унисон, я растворялась в этом ритме, словно в грохоте горной реки. Магия сходила с ума, ручейками просачиваясь в чужие раны, оплетая тело пациента невесомой паутинкой.

Жуткие ожоги затягивались на глазах, оставляя после себя лишь грубые красноватые шрамы. Но через пару недель и от них не останется и следа.

– Я тебе даже красоту верну, – нервно хихикнула, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и прислушиваясь к шуму из коридора.

В дверь больше не стучали. Гретта поняла, что увещевания бесполезны, и переключилась на новых пациентов. Прекрасно, значит, у меня ещё есть время.

Оставалось самое сложное. Восстановить вторую ипостась и снять все проклятия. А для этого мне понадобится куда больше Силы.

– Давай, Лори, ты справишься, – прошептала, призывая крылья.

Моё проклятье и главное сокровище. Хрустальные крылья фэйри. Бесконечный источник магии, из-за которого мой народ оказался на грани уничтожения.

Вдоль позвоночника пробежали мурашки, и через миг по комнате разлилось чарующее сапфировое сияние. На кровать упала полупрозрачная тень. Казалось, над магом склонилась огромная бабочка, укрывая его от всего мира.

Я слегка нагнулась вперёд, обнимая мужчину крыльями. Он вновь вздрогнул, но уже не от боли. Теперь незнакомец жадно пил мою магию, вытягивая её намного быстрее, чем я планировала отдавать.

– Стой! – воскликнула, слегка царапнув ногтями по груди.

Но меня не послушали.

– Лори!

Из коридора донёсся голос матушки-настоятельницы. Она была в бешенстве. Не открою – точно высадит двери.

Пресветлая! Что ж мне так не везёт?

– Лори!

От слабости перед глазами заплясали цветные пятна, и я с силой оттолкнула мужчину. Но в последний миг он лихорадочно ухватился за моё запястье. Крепко, цепко, словно от этого зависела его жизнь.

– Отпусти! – прошептала, втягивая крылья.

Я почти закончила лечение, дальше справятся и обычные лекари. Главное замести все следы…

Заклинание, с помощью которого я удерживала двери закрытыми, задрожало. Настоятельница всё же решила применить Силу.

– Иду! – беспомощно проронила, пытаясь высвободить руку из стальной хватки. Но проще было согнуть клинок из эльфийской стали!

– Лори… – по комнате разлетелся хриплый мужской шёпот.

Низкий, будоражащий, похожий на шелест осенних листьев.

С ужасом обернувшись, я наткнулась на пристальный взгляд сапфировых глаз. Бездонных, словно океан, удивительно красивых и слишком узнаваемых…

– Аргвар Нери?! – простонала, осознав насколько влипла.

Казалось, хуже и быть не может. Но через секунду дверь с грохотом ударилась о стену, и в палату разъярённой фурией влетела матушка-настоятельница.

– Кем ты себя возомнила?! – Голубые глаза магессы потемнели от гнева. – Я выделила тебе полчаса на отдых! Полчаса и ни минутой больше!

– Но…

– Молчать! – рявкнула Ванда. – В приёмном отделении пятеро раненых, а их даже осмотреть некому! Мои резервы истощены, ещё пара заклинаний – останусь без Дара. Все падают с ног, а она забилась в чужую палату и отлынивает от работы!

Целительница шипела змеёй, разве что ядом не плевала. Каждое её слово ранило как удар ножа. Я прекрасно понимала, что потратила на дракона силы, которых хватило бы на десятерых. Но и бросить его умирать не могла!

– Я не отлыниваю! – возмутилась, предприняв ещё одну попытку освободить запястье.

Владыка вновь потерял сознание, но хватку не ослабил. Вцепился в меня, как в агонии.

– А что ты делаешь? – ехидно поинтересовалась настоятельница. – В эту палату приказано свозить безнадёжных, а ты торчишь здесь уже четверть часа.

Ох… Погрузившись в лечение, я совсем потеряла счёт времени. Теперь понятно, почему Ванда так разозлилась. Пациентов море, Силы почти ни у кого не осталось…

– Погоди, – целительница наконец заметила затянувшиеся раны и стальную хватку на моей руке, – он… дракон?!

Магия восстановила вторую ипостась Нери и теперь не составляло труда определить, кто он.

– Чёрный дракон, – уклончиво ответила.

В душе ещё теплилась надежда, что я ошиблась и штормовой блеск сапфировых глаз мне привиделся на фоне магического истощения.

К стыду своему, я не особо помнила, как выглядит Владыка. За новостями не следила, посвящая всё свободное время учёбе и практике. А Нери, в свою очередь, не жаловал приёмы и благотворительные мероприятия, на которых мы могли случайно встретиться.

Да и форма раненого смущала… На пуговицах куртки и вороте рубашки виднелись защитные руны, украшающие форму Хранителей. Они частично приняли удар на себя, поглотив огненную магию врага. Других знаков различия не было.

А ведь Владыке полагалось носить командорский мундир, а не солдатскую форму!

Но эти глаза…

Такой глубокий сапфировый цвет радужки был только у Заклинателей смерти. Некроманты черпали свою силу из благословения морских ведьм, и чем сильнее становился их Дар, тем насыщеннее был цвет глаз.

Такой бездонной штормовой синевой мог похвастаться лишь Аргвар Нери…

– Чёрный дракон, – словно в трансе повторила настоятельница, вырывая меня из размышлений, – и ты… Нет, мы! Мы спасли его!

Ванда щёлкнула пальцами, закрывая двери.

Я едва не задохнулась от возмущения, но вовремя вспомнила о мстительном характере целительницы. Первые три года выпускники всецело зависели от воли наставницы, и ведьма могла с лёгкостью лишить меня всего.

– Именно так, ваше светлейшество, – смирение далось с огромным трудом. – Мы спасли чёрного дракона.

Внутри всё закипало от ярости, и дело вовсе не в тщеславии. Меня не волновали внутренние разборки Орденов и бесконечная борьба за титул Верховной. Но как быстро Ванда сменила гнев на милость, заметив для себя потенциальную выгоду!

Узнай император, что целители не оказали помощь дракону, от монастыря не осталось бы и кучки пепла. Зато смерть обычного солдата никто бы не заметил.

Подобное лицемерие ужасало. Я никогда не делила пациентов на «простых» и «особенных». Боги даровали нам магию, чтобы мы помогали нуждающимся, но…

– Бестолочь с приёмника уволю, – с чувством прошипела Ванда, – а ты молодец, вовремя сообразила и оказала помощь. Не зря я тебя в ученицы взяла.

– Кхе-кх! – я сдавленно крякнула.

До этой секунды даже не подозревала, что так высоко летаю. Ученица самой матери-настоятельницы, надо же, какая честь!

– Напортачила ты, конечно, знатно, – тут же добавила целительница, оплетая дракона сканирующей сетью, – магические потоки нестабильны, но привязка уже сформировалась.

– Привязка?! – ужаснулась я.

Нет… Пресветлая, помилуй! Только не это, у меня же свадьба через неделю!

– Тебе что-то не нравится? – Ванда удивлённо изогнула бровь.

Что-то?! Да мне всё не нравится! Никто не поверит, что мы не любовники, а привязка сформировалась во время лечения.

– Лори, – голос наставницы стал пугающе мягким и вкрадчивым, – через неделю выборы в Совет. Этот пациент и благосклонность Владыки – мой шанс обойти настоятельницу монастыря Святой Лавинии.

– Но моя честь… свадьба…

– Поможешь мне – я тебя прикрою, – отрезала Ванда, – сорвёшь мои планы – уничтожу. Я понятно объяснила?

– Более чем, – горло сдавило спазмом и голос прозвучал сипло и жалко.

Отныне моя судьба всецело зависела от воли наставницы и… Нери. Если дракон заметил мои крылья, если понял, КАК именно я спасла его – мне конец.

– Умница, – удовлетворённо кивнула целительница, – а теперь за дело. Будешь слушать меня – никто не узнает о привязке.

ГЛАВА 2: Скрытое пламя

Ванда подошла ближе и окинула мага оценивающим взглядом. Знаки различия на форме, лицо, раны… именно в такой последовательности. Словно прикидывала, как много можно взять от ситуации, не упустив ни грамма выгоды.

– Странно, – нахмурилась магесса, – не могу сконцентрироваться на лице. Образ стирается из памяти, едва отводишь глаза.

Пресветлая, ну какое это имеет отношение к лечению?! Между прочим, из меня до сих пор Силу тянут!

Я в третий раз попыталась вырваться из захвата и разжать пальцы дракона, но Ванда метнулась ко мне разъярённой фурией:

– С ума сошла?! Он без твоей подпитки умрёт!

– А если он продолжит, умру я! Нужен ещё один донор.

Холёное лицо ведьмы пошло пятнами. Она явно не ожидала подобной дерзости, а я больше не могла молчать. Хотели спасти чёрного дракона, госпожа настоятельница? Пожалуйста! Присаживайтесь с другой стороны и наполняйте его своей Силой.

– Первый раз привязку видишь, да? – в голубых глазах заплясали недобрые огни.

Тон Ванды не предвещал ничего хорошего, но договорить она не успела. Из коридора донёсся странный шум. От мощного удара дверь слетела с петель, и в палату ввалились три чёрных дракона.

Судя по знакам различия на форме – очень высокопоставленных дракона.

– Вы… вы… – напоровшись на жёсткий, ледяной взгляд командира, Ванда судорожно крякнула и зыркнула на меня.

Можно подумать, я понимала, что происходит!

– Жив!

Заметив пациента и бледную, испуганную меня, высоченный дракон со шрамом над левой бровью облегчённо выдохнул и жестом приказал остальным выйти.

– Моё имя Саад Лейри, я командир некромантского корпуса. От имени всех Хранителей благодарю вас за спасение Владыки.

Дракон щёлкнул пальцами, и с лица Аргвара мигом слетела иллюзия. Словно гость хотел убедиться в правильности выводов.

– Кхе!

Наставница закашлялась и возвела глаза к небу, мысленно благодаря всех Богов. Я же едва не провалилась от стыда и безысходности.

Мне конец. Теперь окончательно и бесповоротно.

– Приношу глубочайшие извинения за столь бесцеремонное вторжение, – продолжил Саад, – но ситуация…

– Я всё понимаю, – взгляд Ванды снова стал уверенным, а в голосе проскользнули стальные нотки, – но прошу вас покинуть палату. Мы не закончили лечение.

– Вы продолжите его в замке Владыки!

Дракон шагнул вперёд, горой нависая над целительницей.

Огромный, широкоплечий, с бугрящимися мускулами, перекатывающимися под формой при малейшем движении. Ванда едва доставала ему до груди, но всё же не стушевалась и продолжала настаивать:

– Исключено! Состояние Владыки тяжёлое и нестабильное…

– Никто не собирается препятствовать лечению, но здесь небезопасно!

На висках Саада проступила чернильная чешуя, но у Ванды открылось второе дыхание.

– Так сделайте, чтобы стало безопасно! – безапелляционно объявила ведьма. – В конце-то концов, это ваша работа!

Лейри угрожающе зарычал. Я с надеждой посмотрела на Нери, но тот по-прежнему был без сознания. Бездна… Ну почему, когда не нужно он очнулся, а сейчас…

– Ты забываешься, ведьма! – Дракон отступать не собирался.

– Нисколько! Для меня важна каждая жизнь! Я готова на всё ради…

– Кх-хкх!

Судорожный кашель Аргвара положил конец спорам. Замолкли все. Казалось, даже в коридоре повисла гробовая тишина.

– Владыка…

– Вы должны остаться здесь! – затараторила Ванда, лисой проскользнув мимо опешившего Саада. – Ваши раны…

Хватка на запястье на миг усилилась. Дракон осмотрелся, пытаясь понять, где находится и что происходит, а затем горячие пальцы скользнули по моей коже, отпуская, разрывая контакт.

– Хорошо, я останусь, – ответил Аргвар.

На целительницу и Саада он не смотрел, только на меня.

Взгляд сапфировых глаз прожигал насквозь, проникая в каждую клеточку тела. Хотелось зажмуриться, убежать… Но я так устала, что замерла на краю постели, словно загипнотизированный кролик перед удавом.

– Девушка тоже останется, – продолжил Владыка.

– Разумеется! – Ванда окинула Саада злорадным взглядом. – А вы, господин командир, покиньте палату. Вы мешаете лечению.

На лице некроманта заходили желваки, но это не произвело на наставницу ни малейшего впечатления. Узнав кого я, ах нет, МЫ спасли, целительница ощутила себя всемогущей и бессмертной.

– И двери починить не забудьте! – нахально добавила ведьма, едва дракон вышел в коридор. – Всё-таки казённое имущество, сами понимаете.

– Как пожелаете, – тяжёлый взгляд и вкрадчивый голос Саада не предвещали ничего хорошего.

Драконы существа мстительные. Как бы выходка Ванды не обернулась проблемами для всего монастыря…

– Лейри! – из-за кровопотери и ран голос Владыки звучал сипло, но от сквозивших в нём повелительных интонаций хотелось забиться в дальний угол. – Ярд аргаах!

Драконий диалект я знала неплохо и без проблем перевела: «Без глупостей». Интуиция не подвела, некромант закусил удила, и если бы не вмешательство Владыки, неизвестно чем всё могло закончиться.

– Ваше слово – закон! – командир поклонился и, по-армейски щёлкнув каблуками, удалился.

Из коридора тут же донеслись перешёптывания сестёр. Кое-кто даже попытался подкрасться и заглянуть внутрь, но напоролся на новых охранников.

– Нам нужно пройти! – обиженно протянула Лизетта. Её капризный высокий голосок я узнала сразу.

– Приказано никого не впускать, – коротко ответили.

– Но нам нужно исполнять свои обязанности! – нагло соврала целительница.

К ней тут же присоединилась ещё одна. Желание увидеть легендарного дракона затмевало здравый смысл, девушки пытались любой ценой прорваться в палату.

Всё как обычно! Когда Владыка скрывался под личиной простого солдата и умирал без медицинской помощи, всем было плевать. А сейчас прямо столпотворение! И всё ради призрачной возможности стать источником для Нери.

– У нас приказ, – настойчиво повторили.

Голос стража звучал монотонно, без капли эмоций. Словно дамы разговаривали с големом, а не с живым мужчиной.

– Ваши люди парализуют работу госпиталя, – нервно хихикнула Ванда.

– А ваши слишком любопытны, – отрезал Владыка.

Целительница обиженно поджала губы и начертила в воздухе несколько рун. Палату накрыло куполом тишины, а на месте выбитой двери возникла плотная чернильная пелена.

К лечению эти манипуляции не имели ни малейшего отношения, только создавали видимость комфорта. Если Ванда потратила на них Силу, то никаких проблем с магическими резервами у неё и не было. Выходит, она соврала, чтобы пристыдить меня и подчеркнуть собственную важность.

– Мы должны закончить, – настоятельница подошла ближе и положила руки мне на плечи.

По коже ледяной волной скользнула чужая магия, липкая и очень неприятная. Я вздрогнула, будто мне за шиворот бросили живую жабу, но ведьма лишь усилила хватку.

Пресветлая, что ж в меня сегодня все клещом впиваются?!

– Вам идеально подошла энергия Лори, – Ванда принялась не спеша вливать в меня свою Силу, – поэтому она останется основным донором. А я прослежу, чтобы вы случайно не выпили мою ученицу досуха, и в случае необходимости буду восстанавливать её резервы.

– Интересная методика, – задумчиво протянул Аргвар.

– Моя разработка, – гордо ответила целительница, – с её помощью мы быстро поставим вас на ноги.

Ведьма не соврала. После полного формирования привязки драконам подходила только энергия своих источников. Но Ванда придумала обходной путь. Научилась вливать Силу в донора, восстанавливая его магические резервы и подлечивая пациента переработанной энергией.

Методика была спорной, не все её признавали. Некоторые и вовсе утверждали, что подобные переливания магии делают Силу донора менее питательной и целебной. Но на практике заклинание работало великолепно.

А в моём случае было единственным шансом скрыть от Нери правду о его чудесном исцелении.

– Вы… сразу использовали этот метод? – недоверчиво уточнил дракон.

– Разумеется! – выпалила Ванда.

Врала она безупречно. Ещё немного, сама поверю, что всё так и было.

Слово настоятельница пока держала, старательно избегая разговоров о привязке и делая акцент на том, что Владыке просто подошла моя Сила. Такое тоже случалось. И я надеялась, что Нери не станет копать глубже, а исчезнет из моей жизни сразу после лечения.

– Пожалуй, мне стоит поблагодарить вас и извиниться за поведение командира Лейри, – дракон скользнул по моему лицу цепким, пронизывающим взглядом.

Сердце забилось чаще, отдавая в ушах грохотом горной реки. Ладони моментально вспотели. Почему он так смотрит? Неужели действительно рассмотрел крылья?!

Нет… Глупости! Я почти развеяла их, когда дракон очнулся. И вообще, он на секунду в себя пришёл, даже если и видел, то ничего не запомнил!

А то, что имя моё повторил, так это ничего не значит. Всегда можно соврать, что бредил, ему привиделось… Да! Так и сделаю!

Отдам все лавры Ванде. Скажу, что она его лечила, а я только батарейкой выступала. Наставница непременно ухватится за эту идею, как охотничья собака за лисий хвост.

– Мне нужно отдать распоряжения по поводу новой палаты и навестить остальных пациентов, – мурлыкнула настоятельница.

Погрузившись в размышления, я потеряла нить разговора и теперь судорожно соображала, что происходит.

– Меня вполне устраивает эта палата, – отрезал дракон.

– Но ваш статус… – просипела Ванда.

Ведьма наверняка в красках представила, как будет объяснять императору, почему Владыка оказался в палате для безнадёжных.

– Я не нуждаюсь в особых условиях, – с нажимом повторил Аргвар.

Всего несколько фраз, а я моментально прониклась к дракону симпатией. Он выгодно отличался от алчной настоятельницы, думающей только о себе.

– Как прикажете, – смиренно процедила ведьма, – мне нужно осмотреть остальных раненых. Лори пока обработает ваши раны и поможет переодеться.

В смысле помогу переодеться?!

Этим должны заниматься младшие послушницы, а не жрицы. Но Ванда никого не хотела подпускать к Владыке. Будто боялась, что другие целительницы могут посягнуть на её славу.

Ничего, позову верную Гретту. В её возрасте плевать на красоту и статус пациента, заигрывать с драконом травница точно не будет, а для меня её присутствие станет отличным прикрытием. Наша свадьба с Браном через неделю и слухи о романе с Владыкой мне ни к чему.

– Магическое лечение продолжим позже. – Хватка на плечах усилилась.

Настоятельница почувствовала моё возмущение, и ненавязчиво напомнила, что может в любой момент раздавить меня как букашку.

Злость закипала сильнее, захлёстывая с головой. Ничего, выберусь!

Ни за что не стану разменной монетой в интригах Ванды. Плевать, что у ведьмы больше опыта и влияния. Мне не впервые обманывать сильных мира сего.

Поклонившись Владыке, ведьма тенью выскользнула в коридор. Бесшумно, как ассасин.

Её мягкая поступь не давала мне покоя с первого дня работы. Я привыкла различать остальных сотрудников по звуку шагов и всегда знала, кто идёт в мою сторону.

Гретта из-за подагры носила башмаки на размер больше, по-старушечьи шаркала и слегка припадала на левую ногу. Лизетта порхала мотыльком, звонко цокая каблучками. Ванда не раз обещала выбросить её туфли в окно, если она не заменит их обувью на мягком ходу. Но молодая целительница каждый раз откупалась эльфийским шампанским.

Список можно продолжать до бесконечности. Эхо в монастыре отменное, звуки чужих шагов разливались по коридору особой музыкой, рассказывая историю хозяина задолго до того, как он появлялся в поле моего зрения. Только Ванда скользила точно призрак.

Настоятельница носила изящные мокасины из кожи василиска и обожала подкрадываться к спящим сёстрам во время дежурства, пугая их до заикания. Лишь иногда, когда в госпитале царила идеальная тишина, я слышала змеиное шуршание её халата. Единственный звук, выдающий приближение Ванды.

– Почему вы это делаете?

Голос дракона прозвучал так неожиданно, что я едва не подпрыгнула.

– Делаю… что? – недоумённо переспросила.

– Лжёте, – в сапфировых глазах плеснулось ленивое любопытство, – и покрываете женщину, которую ненавидите.

– Что?!

Конечно, тёплых чувств к Ванде я не испытывала, а сейчас и вовсе хотелось её чем-нибудь стукнуть. Но ненависть – страшное чувство и абсолютно недопустимое для истинного целителя!

– Опять лжёте, – припечатал Нери.

– Но я же ничего не сказала! – возмутилась я.

– Вы подумали, этого достаточно, – пояснил Аргвар, – и нет, я не телепат. Просто хорошо разбираюсь в людях.

– В этот раз чутьё вас подвело!

Не дожидаясь ответа, поднялась с постели и направилась к портальному шкафчику.

Ванда редкая гадюка, но одного у неё не отнять. Монастырь – её гордость, она готова на всё, чтобы выбить побольше финансирования и заполучить новейшее оборудование.

Портальные шкафчики у нас появились недавно, но моментально облегчили работу персонала. Уникальные кристаллы, украшающие полочки, позволяли телепортировать в артефакт любые лекарства и инструменты из монастырского хранилища. Достаточно нажать кнопочку, написать заказ и поставить свою печать. И через минуту дух-хранитель вышлет всё необходимое.

– Тр-р-р-р! – артефакт затарахтел, обрабатывая заявку.

Вода, чтобы смыть кровь и грязь, антисептики, бинты, салфетки, инструменты…

– Вы уходите от разговора, значит, я прав или недалёк от истины, – отступать Нери не привык, – возможно, дело не в ненависти, а в страхе? Ванда шантажирует вас?

– Нет! – отрезала, едва не уронив лоток с зельями и инструментами.

Шкафчик уже телепортировал всё необходимое, оставалось только позвать Гретту, чтобы помогла обработать раны и переодеть дракона. О последнем не хотелось даже думать. Если кто-нибудь узнает…

– От вас веет страхом, – продолжил этот невыносимый детектор лжи.

– Вы. Мне. Мешаете! – прошипела, чеканя каждое слово.

– Настоятельнице вы дерзить не рискнули, – губы дракона слегка изогнулись.

Из-за ожога, покрывающего левую половину лица, на улыбку это мало походило. Скорее на ядовитую гримасу. Но поражало другое: даже в таком состоянии Владыка подмечал любые мелочи.

– Это не дерзость, а желание исполнить долг и закончить работу.

Я с силой опустила лоток на тумбочку. Зелья беспомощно звякнули, напоминая, что они ни в чём не виноваты.

Сделав глубокий вдох, перевела взгляд на дракона. Хотела оценить предстоящий фронт работ, но моментально споткнулась о хитрый блеск его глаз.

Было в Нери что-то особенное, притягивающее взгляд. Красивый… даже в таком состоянии.

Бездна…

Я с ужасом осознала, что впервые думаю о ком-то кроме жениха как… о мужчине. Родители договорились о помолвке с Браном сразу после моего рождения. А в пять лет меня отдали на обучение в храм Пресветлой.

Как и все целители, я жила там, лишь на выходные возвращаясь домой. Подруг у меня не было, парней в монастырь не пускали, хотя мужчины там преподавали. Только очень возрастные и не вдохновляющие на подвиги.

С Браном я виделась раз в пару месяцев. Родители говорили, что мы созданы друг для друга. И я верила.

Приятный, с пшеничными волосами, правильными чертами лица и мягкой приветливой улыбкой, ничем не напоминающей кошачий оскал Нери. Мой жених был удивительно тактичным, понимающим и располагающим к себе.

Между нами никогда не искрила страсть, как в женских романах, но я уважала его и любила. По-своему. По крайней мере, мама говорила, что любовь проявляется именно так.

Но Нери…

– Я вас смущаю? – уточнил дракон. – Никогда не видели мужчин?

– Таких – нет, – ляпнула, не подумав.

– В смысле, настолько раненых! – попыталась исправиться, но, судя по тому как дрогнули уголки губ Аргвара, сделала только хуже. – Обычно тяжёлыми больными занимаются старшие жрицы.

– Тяжёлыми или высокородными?

– Тяжёлыми! – заявила, пытаясь уйти со скользкой темы. – И вообще, помолчите! Мне вас осмотреть нужно.

– Ещё не насмотрелись?

Нет, ну он точно издевается!

– У меня жених есть вообще-то! – с вызовом сообщила я.

Наверно, это было по-детски, но мне не хотелось, чтобы Владыка считал меня одной из легкодоступных дам, готовых по щелчку пальцев прыгнуть к нему в койку.

– Жених, значит, – задумчиво повторил дракон, его тон мне сразу не понравился. – Ты его любишь?

Вопрос подействовал как удар под дых. Из лёгких мигом пропал весь воздух, стало нечем дышать. Я не привыкла к такой прямолинейности и никак не ожидала, что, едва очнувшись, Владыка заинтересуется моей личной жизнью!

– Не помню, чтобы мы перешли на ты, – огрызнулась, воинственно взмахнув пачкой бинтов, – но если вам так интересно… я…

Запнулась. Простые слова, которые говорила столько раз, застряли в горле словно кость.

«Да, люблю».

Одна фраза, способная положить конец дальнейшим расспросам. Но как ни пыталась, не могла произнести её глядя в сапфировые глаза дракона. Я тонула в их бездонном мареве и, к стыду своему, не смогла вспомнить какого цвета глаза у Брана… Кажется, серые? Или светло-голубые?

Никогда так пристально не рассматривала жениха. Матушка говорила, что это неприлично.

– Не любишь, – припечатал Нери.

– Люблю! – прошипела, сильнее сжав бинты. Упаковка тоскливо хрустнула. – Да, люблю!

Я трусливо отвела взгляд и сейчас разговаривала с лотком для инструментов. Смотреть на Нери было невыносимо. Уверена, дракон применял ментальную магию. Иначе как объяснить мою странную реакцию?!

– Любишь и выходишь замуж, – задумчиво повторил Аргвар.

– Да! На следующей неделе!

Очень захотелось его чем-нибудь стукнуть. Да хоть этим лотком, как раз под рукой. А может, подмешать в питьё снотворное зелье? В его состоянии сон полезен, а мне работать будет проще!

Я с надеждой зыркнула на портальный шкафчик.

– Этот разговор беспредметный и не имеет смысла, – сказала, немного успокоившись, – мне нужно обработать раны и помочь вам переодеться.

– С последним я сам справлюсь. – Нери приподнялся на локтях, пытаясь усесться на постели.

Я тут же рванула к нему и с силой надавила на плечи, не позволяя пустить мои труды фениксу под хвост.

– Лежать! – рявкнула не хуже дракона. – То, что вы можете разговаривать, не означает, что раны полностью затянулись! Это заслуга моей магии и обезболивающих плетений!

Наспех просканировав повреждения, я не сдержала удивлённый возглас. Состояние Владыки стабилизировалось слишком быстро, даже для такого способа лечения. И это настораживало.

Мы давно разорвали целительский контакт. Но казалось, одно моё присутствие наполняет его силой. Словно я и впрямь была его источником. Только не постельным, а… истинным.

Как в старых легендах о хрустальных фэйри.

– Твоей магии? Или всё же вашей? – ядовито уточнил Аргвар. – Совсем недавно ты утверждала, что настоятельница принимала непосредственное участие в моём спасении.

– Госпожа Ванда восстанавливала мои резервы и контролировала ход лечения.

Улучив момент, я схватила с лотка салфетку. Смочила её водой и принялась осторожно протирать лицо и шею дракона, смывая засохшую кровь.

– Лори, я похож на идиота? – Владыка повернул голову и заглянул мне в глаза. – Ванды здесь не было, когда меня привезли.

– Вы не можете этого знать! Вы были без сознания! – испуганно пискнула я.

– В комнате сохранились отпечатки аур четырёх человек, – перебил меня Аргвар, – ауру санитара я запомнил ещё в приёмнике.

– Но вы же были в обмороке!

– Сознание я потерял позже, – продолжил дракон, – твою магию я хорошо чувствую, она пропитала всю палату. Ванда появилась незадолго до Лейри, отпечатки слишком слабые.

Немного подумав, добавил:

– Кроме вас здесь была ещё дриада – слышу аромат Великого леса, но он слишком размытый, словно она постояла в дверях и ушла.

Пресветлая… И кого мы хотели обмануть?! Он даже Гретту унюхал, а ведь она лишь на четверть дриада!

– Я смотрел этот спектакль из любопытства, – в голосе Аргвара появились стальные нотки, – хотел понять, как далеко вы зайдёте. Но терпению пришёл конец. Я хочу услышать правду, Лори.

ГЛАВА 3: Хрустальные тайны

Слова Нери эхом звенели в ушах, заглушая остальные мысли. Я чувствовала себя зайцем, угодившим в силки. Лихорадочно соображала, как выкрутиться из сложившейся ситуации и сохранить тайну. Но ничего толкового на ум не шло.

Дракон оказался похлеще детектора лжи. Его взгляд словно скальпель вскрывал любую защиту. Врать бесполезно. Остаётся только…

– Вы правы, вас спасла я. Ванда пришла гораздо позже, – выпалила на одном дыхании, – но…

– Ты боишься меня. – Рука Аргвара неожиданно легла на мою, слегка сжимая пальцы.

Вздрогнула, едва не выронив салфетку. Секунды казались вечностью, я ждала продолжения как приговора. Но взгляд дракона неожиданно смягчился, и вместо продолжения допроса прозвучало:

– Я начал этот разговор не для того, чтобы навредить тебе.

Намёк не понял бы только глупец.

Он знал… Пресветлая! Он с самого начала всё знал!

– Вы…

– Дослушай, – перебил Аргвар, – и не спеши говорить то, о чём пожалеешь.

Слабость нахлынула штормовой волной и закружилась голова…

– Я могу защитить тебя.

От слов дракона внутри всё заледенело: именно этого я и боялась. Защиты, способной превратить меня в безвольную куклу в руках более опытного и сильного мага.

Хрустальные фэйри были самой древней и загадочной расой Сольвингарда. Когда-то им поклонялись наравне с Богами, но всё изменилось, когда в наш мир пришли Охотники. Жуткие твари, блуждающие между мирами в поисках вечного источника магии.

Они начали отлавливать таких, как я, вырывая наши крылья с помощью чудовищного ритуала. Фэйри погибали одна за другой…

Нам пришлось покинуть Лунный край, оставив хрустальные дворцы и зачарованные леса врагу. Мы искали защиты в других империях, но вчерашние союзники отвернулись. Ведь кроме нас Охотники никого не трогали.

И когда фэйри почти не осталось, на помощь пришли чёрные драконы. Они не позволили стереть мой народ с лица земли, изгнали Охотников за границу купола. Но запросили огромную плату за спасение: после совершеннолетия каждая фэйри должна выбрать себе защитника-дракона, стать его супругой и личным источником.

Нам дали иллюзию свободы, позволили выбирать, хоть и заперли в золотых клетках. Но это было лучше, чем смерть в когтистых объятиях Охотников. Королева фэйри подписала договор, и больше тысячи лет наш народ жил бок о бок с драконами, напитывая их своей магией, а взамен получал абсолютную защиту.

Но равновесие не могло длиться вечно.

Случился новый разрыв, многие драконы погибли, спасая мир от разрушения. А те, кто выжил, уже не могли защитить своих фей от контрабандистов, торгующих нашими крыльями.

Началась Вторая охота. И через несколько лет нас осталось совсем мало.

Тогда королева Виоланта приняла решение запечатать хрустальные крылья, позволив своим сёстрам скрывать истинную ипостась. За этот аркан она заплатила жизнью, но подарила остальным шанс на спасение.

Мы стали тенями, сбежали от всего мира. Даже от своих защитников.

Шли годы, драконы нашли новые источники, а мы преуспели в искусстве скрытности и выживания.

Теперь наш Дар передавался через поколение, а иногда ещё реже.

В нашей семье о фэйри уже и не помнили. Мои крылья всех шокировали, но родителям удалось скрыть страшную тайну.

О моей истинной сущности знали только они. Отец даже Брану запретил говорить. Боялся, что тот кому-нибудь проговорится и на меня начнётся охота. Ведь контрабандисты по-прежнему бродили по миру, выискивая оставшихся фэйри. А иногда в Сольвингард просачивались и настоящие Охотники.

– Лори?

Голос дракона прозвучал словно набат. Погрузившись в собственные мысли, я забыла о нём.

– Мне не нужна защита, – прошептала, едва сдерживая слёзы.

Чтобы хоть немного отвлечься и успокоиться, я принялась лихорадочно полоскать салфетку в прохладной воде. Жаль, что не в ледяной…

– Просто оставьте меня в покое! Хотя бы в благодарность за спасение! – взмолилась, на миг заглянув в сапфировую бездну.

В палате повисла тишина. Я слышала лишь гулкое, частое биение собственного сердца.

– Долг жизни, – наконец произнёс Аргвар, – ты спасла меня. Только ты, никаких «мы» и прочего бреда.

– Но…

– Я должен вернуть долг, – безапелляционно продолжил дракон, – эта традиция нерушима. Пока не заплачу тем же, моя жизнь принадлежит тебе.

Остро захотелось рухнуть в обморок.

Слишком много откровений и проблем для одной крохотной меня!

– Мне не нужна ваша жизнь! Прощаю любой долг, только оставьте меня в покое!

– Лори! – в голосе Нери вновь зазвенела сталь. – Да послушай же ты, я не собираюсь пленять тебя…

– Тогда забудьте обо всём! – прошептала еле слышно. – О долге, о сегодняшнем дне и… обо мне. Просто позвольте закончить работу и уйти! А Ванда… пусть все думают, что это она…

– Ни за что! – рявкнул Аргвар.

– Её интересуют только выборы в Совет, – не сдавалась я, – помогите ей и считайте, что мы квиты.

Глаза дракона потемнели от ярости. Помогать лицемерной гадюке он не хотел, а я мечтала сбежать ото всех и вернуться к своей привычной целительской жизни.

Настоятельница мне в этом поможет, она умеет держать слово.

Нери легко рассуждать, он сильный и влиятельный. Но дракон скоро уедет, а я останусь здесь. И Ванда сотрёт меня в порошок, если не получит должность. Конечно, могу попросить выгнать её, только это ничего не даст.

Какая бы она ни была, без неё монастырь придёт в упадок. Ванду можно осуждать, как лекаря, но управленец она гениальный. Она живёт карьерой и делает всё, чтобы наш госпиталь считался лучшим.

Да и моей практике конец. Целительница найдёт способ отомстить. Сама я не справлюсь, а постоянно зависеть от Нери и его защиты не хочу. Нам вообще лучше никогда больше не встречаться.

Для всех будет проще, если лавры заберёт Ванда. По-другому нельзя, иначе пойдут слухи о моих безграничных резервах, привязке и чудесном исцелении Владыки. А Охотники не дремлют…

– Хорошо, я поддержу ваш убогий спектакль, – сквозь зубы процедил дракон, – если ты и вправду этого хочешь.

Сердце забилось чаще, едва не выпрыгнув из груди. Даже не верится… Эйфория накрыла меня с головой.

Получилось! Пресветлая… Я твоя вечная должница!

– Но долг останется за мной! – припечатал Аргвар. – Не отказывайся, Лори. Никто не знает, как сложится жизнь и когда тебе понадобится помощь.

Я уже набрала воздуха, чтобы выпалить «нет», но что-то во взгляде дракона заставило остановиться. Замерла, всматриваясь в бесконечную сапфировую бездну и сражаясь с дурными предчувствиями.

Интуиция неожиданно встала на сторону Владыки. Здравый смысл и воспитание требовали решительно отказаться.

У меня есть жених, Бран защитит…

– Лори, я никому не скажу, – добавил Нери, почувствовав мои сомнения, – и не собираюсь шантажировать тебя.

– Вы… – запнулась, бросив быстрый взгляд на двери.

Ванда набросила на палату купол тишины, но я всё равно переживала, что разговор могут услышать.

– Я поставил защиту, – заверил Владыка.

– Как?! – ошарашенно пискнула. – Когда?

Просканировав комнату, заметила надёжный купол. Несмотря на страшные раны и магическое истощение, Нери не забыл об осторожности.

– Я благодарен за спасение, – мой вопрос некромант проигнорировал, – и намерен заплатить по счетам. А твои страхи не обоснованы. Мне не нужен источник, хотя желающих им стать более чем достаточно.

Последнее – чистая правда. Даже сейчас желающие толпились под дверью, согласные по щелчку пальцев сбросить платье и прильнуть к дракону. Но Аргвар никогда не пользовался личными батарейками.

Точной причины никто не знал. Поговаривали, что во время прямой подпитки дракон мог выпить любого мага. Окажись на моём месте обычная целительница, лечение бы могло закончиться печально.

– Хорошо, – сдалась я, – долг останется за вами. И если моей жизни будет угрожать опасность, я обращусь к вам за помощью.

В синих глазах плеснулось торжество. Не понимаю, чего он так прицепился к этому долгу! Традиция старая, её больше тысячи лет никто не чтит. Достаточно просто поблагодарить…

– Лори, запомни одну простую истину, – вкрадчиво начал Владыка, – Боги ничего не делают просто так. Если они спасли меня твоими руками, значит, я нужен Сольвингарду. А наши судьбы отныне связаны, нравится тебе это или нет.

Мне категорически это не нравилось, но злиться на упрямого дракона отчего-то не получалось. Поняв что меня не сбираются пленять и превращать в магическую батарейку, я немного успокоилась и посмотрела на ситуацию под другим углом.

Должность Ванда получит, правды о моём подвиге никто не узнает. О привязке разговора не было, Аргвар галантно опустил этот момент. А если связь не закрепить, до свадьбы она точно развеется!

Кажется, я ничего не теряю от этой сделки.

– Как пожелаете. – Я взяла новую салфетку и, смочив её водой, продолжила аккуратно смывать с кожи дракона засохшую кровь.

Скорость, с которой Нери восстанавливался, настораживала. Мелкие раны уже затянулись, оставив после себя едва заметные полосы.

Слишком быстро, я такого никогда не видела!

Вновь вспомнилась легенда о хрустальных источниках. В ней говорилось о принцессе фэйри, чья любовь вернула истинного с Тропы смерти. Девушка отдала магию крыльев, чтобы спасти своего дракона, и Белая леди отпустила его из Тьмы, поражённая такой преданностью и глубиной чувств.

С тех пор Боги даровали нам способность лечить истинных, не теряя крылья. Но вместе с уникальным целительским даром фэйри получили хрустальные сердца.

Любить по-настоящему мы могли лишь раз и, потеряв пару, погибали.

Правда или нет, не знаю. Других фэйри я никогда не видела, а в легенды не особо верила. Но эта отчего-то не шла из головы.

С одной стороны, дракон не мог быть моей парой! С другой… Он выпил почти всю мою Силу, не повредив крылья. Не ворвись к нам настоятельница, я бы сама восстановила резервы. Но Ванда выступила хорошим прикрытием. Теперь никто не скажет, что мои возможности безграничны. Я такой же светлый целитель, как и остальные в госпитале.

– Мне нужно обработать раны.

Я ещё раз просканировала повреждения.

Жизни Владыки больше ничего не угрожало, все показатели пришли в норму. Осталась лишь сильная слабость, свежие шрамы и почти опустошённые резервы. Через пару недель он полностью выздоровеет.

– Делайте, что считаете нужным, госпожа целительница, – по губам Аргвара скользнула лукавая усмешка, – я полностью в вашем распоряжении.

От неожиданности едва не выронила баночку с антисептиком. Он что, флиртовать со мной пытается?! В таком состоянии?

Правду говорят, дракон – это диагноз!

– Раз так, расскажите, почему вас привезли под иллюзией и в форме простого солдата? – попросила, переводя тему.

Вопрос был провокационным. Я сомневалась, что Нери станет обсуждать подобное с обычной целительницей. Но это шанс выгадать время. С ранами я почти закончила, осталось всего ничего: обработать их антисептиком и накрыть стерильной повязкой.

Последнее делала скорее по привычке. Заклинания, которые я использовала при первичном осмотре, заменяли хирургическую обработку, очищая раны от загрязнений и предотвращая развитие инфекции. Но Гретта любила повторять, что магия не всесильна и лучше не рисковать.

– Ты очень необычная девушка, Лори, – дракон тихо рассмеялся, – защитник тебе не нужен, от Долга жизни ты шарахаешься как от чумы. А сейчас задаёшь вопросы, свойственные следователю, а не прекрасной леди.

Щёки залило румянцем, пришлось отвернуться к лотку с инструментами, чтобы не выдать смущение.

– Мне правда интересно! – тихонько сообщила. – Но, если это военная тайна…

– Страшная тайна! – Нери перешёл на заговорщический шёпот.

Похоже, он снова что-то задумал.

Вот чего мне молча не работалось?!

Гретта говорила, что лучше игнорировать излишнее внимание пациентов. А самым ретивым ухажёрам назначать… клизму! И не магическую, а самую обычную.

Угрожать Владыке подобным я не рискнула, но едва представила эту картину, как настроение моментально улучшилось.

– Я сказал что-то смешное? – Брови дракона удивлённо изогнулись.

– Н-нет! – пискнула, пытаясь совладать с улыбкой. – Это я от любопытства. Расскажете свою страшную тайну?

– Расскажу, – неожиданно согласился Нери, – но при одном условии.

Так и знала.

Тихонько вздохнув, я начала поливать раны антисептиком. Не спеша, чтобы ничего не пропустить. Уцелевшие остатки формы пока сдвинула в сторону при помощи магии. Позже позову Гретту, попрошу принести дракону новую одежду и подготовить душевую. А сейчас Нери лучше не двигаться, пусть закончит регенерировать.

– Ответ на ответ, – в синих глазах заплясали шальные искорки, – вопросы будем задавать по очереди. При желании можно не отвечать.

– В чём подвох? – насторожилась я.

– Почему сразу подвох? – с напускной обидой уточнил дракон. – Может, я просто хочу поговорить?

Так я и поверила!

– Я начну, – не дожидаясь ответа, объявил Аргвар, – когда в Вайорре случился прорыв, я был неподалёку с проверкой.

– В солдатской форме? – удивилась, невольно втягиваясь в игру.

– По-твоему, я должен был приехать при полном параде и с оркестром? – фыркнул Нери. – Ты слишком честная, Лори. Любая проверка, о которой известно заранее, обречена на провал.

– Вы могли нагрянуть внезапно, – пожала плечами, – к чему маскарад? И что может узнать обычный рядовой?

– Я сопровождал инспектора-артефактора, – пояснил Аргвар, – а маскарад нужен был, чтобы получить максимально достоверную информацию. Я с удовольствием выслушал всех, кто нам хамил, запомнил солдат, халатно исполняющих свои обязанности…

Судя по ледяному тону, попавшиеся с поличным маги могли попрощаться с должностью. Память у драконов изумительная, а Нери и вовсе славился тем, что помнил всех солдат имперской гвардии в лицо.

– Останься я в своём обличье, маги летали бы по штабу как ужаленные, изображая кипучую деятельность, – продолжил Аргвар, – мы почти закончили проверку, когда из Вайорры поступил сигнал бедствия. Я моментально телепортировался туда, забыв про иллюзию.

– Но как вас узнал командир Лейри? – нахмурилась я. – И в госпитале все только и говорили, что на место сразу прибыл Владыка! Как…

– Лейри моя правая рука, он знал, под какой личиной я скрываюсь. Остальные догадались по заклинаниям: мой Дар в бою сложно не заметить. А потом начался Хаос…

На вопросы дракон отвечал без запинки. Я поздно заподозрила, что где-то скрылось двойное дно.

– Я ответил на все, твоя очередь, – усмехнулся Владыка. – С тебя шесть ответов.

– Сколько?! – просипела. Рука предательски дрогнула, и я щедро разлила антисептик по постели.

– Ты задала шесть вопросов, – пояснил Нери.

Проклятье! Вот где вурдалак зарыт…

– Спрашивайте, – с тоской протянула, высушив простыни заклинанием.

– Почему ты решила стать целительницей?

– Вам правда интересно? – удивилась я.

– Очень! И с тебя семь ответов.

Ар-р-р-р!

– Нечестно! – возразила, потянувшись за упаковкой стерильных салфеток.

Обработку я закончила, оставалось наложить повязку с регенерирующим эликсиром.

– Я дал семь ответов. Теперь ты должна ответить тем же. Всё абсолютно честно.

– Хорошо, – сдалась, – меня отдали на обучение в пять лет. Родители всё решили за меня, но… в храме Пресветлой мне понравилось. Теперь не представляю жизни без госпиталя.

Решение родителей объяснялось очень просто: в пять лет у меня проснулся хрустальный Дар. Его раскрытие требовало огромного количества магии, и посовещавшись они пришли к выводу, что изнуряющие магические тренировки могут замедлить рост крыльев.

Их первое появление было спонтанным и недолгим, я даже ничего не поняла. Только удивилась, когда меня заставили полдня тренироваться со свечой, то и дело зажигая её при помощи магии.

Опустошение резервов помогло, истинная сущность снова уснула. А в монастыре на меня обрушили такие нагрузки, что я едва не зачахла вместе с крыльями. Никто ничего не заметил, нам удалось сохранить секрет.

Второй раз Дар появился в пятнадцать, когда я приехала к родителям на всё лето. Первые длинные каникулы в честь окончания начального этапа обучения. Я отлично отдохнула и… узнала, что я фэйри.

Разговор с родителями был очень серьёзным, после я долго спала с зажжёнными свечами и боялась оставаться одна. В каждой тени мерещились Охотники…

– Почему ты спасла меня?

Второй вопрос прозвучал внезапно. Нери идеально подгадывал момент, сбивая с толку и не давая мне подготовиться к ответу.

– Я слышал разговоры и знаю, что эта палата для обречённых.

У-у-у-у… Как-то он подозрительно много знает для того, кто почти всё время находился без сознания!

– Я не могла поступить иначе, – честно ответила, умолчав лишь про странные предчувствия и необъяснимое притяжение, которое уловила ещё в коридоре, – для меня не играют роли титулы и звания. Я спасала человека.

– Единственная из всех в госпитале, – зло усмехнулся Нери. – Все целители дают клятву. Но, похоже, держат её единицы.

Я хотела возмутиться, возразить, только… не знала, что и сказать. Со стороны дракона всё выглядело именно так, но ведь кроме меня были и другие, кто падал с ног, вытаскивая его людей из лап Смерти! Неужели это ничего не значит?!

– Лори! – голос Гретты прозвучал как спасение. – Тебя настоятельница зовёт, говорит, что дело срочное!

ГЛАВА 4: В тени сомнений

Радость сменилась недоумением.

Ванда издевается надо мной?! Я ещё с драконом не закончила! Думала, мне помощницу прислали, а тут…

Не пойду никуда, даже если в приёмник самого императора доставили. В конце-то концов, я не единственный целитель в госпитале.

– Я занята! – решительно ответила.

– Ох, Лори, – запричитала монахиня, – ты же знаешь настоятельницу, если не придёшь, она будет очень недовольна.

– А если Лори уйдёт, недоволен буду я! – в голосе Нери проскользнули рычащие нотки.

Повисла звенящая тишина.

– Я так и передам! – благоговейно прошептала Гретта, а через миг раздалось знакомое шарканье и неровный стук башмаков.

Травница удирала с рекордной скоростью, я и не подозревала, что она умеет так бегать.

Но всё же, что случилось?

– С настоятельницей я поговорю.

По тону дракона я поняла, что спорить бесполезно. Он уже всё решил. В попытке переубедить лишь время зря потрачу.

– Дело не только в тебе, Лори, – добавил Аргвар, заметив мой понурый взгляд, – долг главного целителя – следить за порядком и обеспечивать эффективную работу госпиталя, а не запугивать сотрудников.

С последним не поспоришь. Ванда действительно чувствовала себя королевой и не раз позволяла лишнего. Но всё же была лучше Лизетты и её матушки. Последняя давно метила на место настоятельницы и весь госпиталь молился, чтобы она его никогда не получила.

– Лори, ты любишь путешествовать? – новый вопрос прозвучал настолько неожиданно, что я не сразу сообразила, о чём речь.

– Не знаю… – растерянно ответила, – я никогда не покидала пределов империи. Да и саму Лиркаду почти не видела…

В нашем фамильном особняке было несколько картин с сапфировым океаном. Я часто любовалась ими, когда приезжала на выходные. И мечтала, что смогу увидеть волшебный берег своими глазами.

Однажды я поделилась надеждами с Браном. Предложила после свадьбы отправиться в морское путешествие. Но он ужасно разозлился и сказал, что приличные леди не приближаются к побережью.

С тех пор матушка запретила поднимать эту тему и приказала убрать картины. А потом я узнала, что на берегу океана находится штаб Хранителей и фамильный замок Нери.

Но мечта оказалась сильнее здравого смысла, и я тайно поклялась, что всё равно увижу океан!

– Ты хочешь посмотреть мир, – удовлетворённо кивнул Аргвар, – прекрасно. Значит, не всё потеряно.

– Чего вы добиваетесь? – не выдержала я.

Плевать, что задолжаю ещё один ответ! Вопросы он задаёт несложные, переживу!

– Ты очень талантлива, – в голосе дракона не было ни тени лукавства или лести, – но в этом госпитале у тебя нет будущего. Даже если Ванда не сожрёт тебя, расти как целителю не позволит. Ей не нужны конкуренты.

Слова Нери попали в цель. Я давно это поняла и надеялась в будущем перевестись в другой монастырь, только бы практики набраться…

– Мне нужны толковые лекари, – продолжил дракон, – Ортега Суарес, командир целительского корпуса как раз ищет помощницу, могу порекомендовать тебя.

– Кхе! – вместо ответа я закашлялась и едва не упала в обморок.

Ортега Суарес был легендой!

Сильнейший целитель Сольвингарда. Единственный маг, сумевший сохранить обе Искры – тёмную и светлую. За право попасть к нему в ученики лучшие лекари и некроманты империи готовы были перегрызть друг другу глотки.

Я и сама в тайне мечтала хотя бы понаблюдать за его работой! Только предложение Нери откровенно настораживало. Сомневаюсь, что Мастер оценит такую рекомендацию. Наверняка решит, что мы любовники…

– Обучаться у господина Суареса – мечта любого целителя, – прошептала я, – но…

– Никаких преимуществ у тебя не будет, – дракон словно прочитал мои мысли, – я не гарантирую, что Ортега возьмёт тебя, лишь предлагаю сходить на собеседование. Покажешь себя в деле и докажешь, что достойна лучшего – глядишь, твоя мечта исполнится.

На словах звучало волшебно.

– Неуверенность тебя погубит! – припечатал Владыка. – Лори, в этом госпитале ты сгниёшь заживо и загубишь Дар! Очнись наконец! За что ты тут цепляешься?!

Пресветлая… Ведь он прав!

В монастыре Святой Виталины меня держали только Гретта и сила привычки. Я действительно приспособилась работать здесь, смирилась с существованием Ванды и проблемами, которые она создавала. Но перестала расти как целитель.

Может, и впрямь попробовать? Я ведь ничего не теряю. Пусть лучше Суарес лично выгонит меня, чем откажусь и буду всю жизнь сожалеть об упущенной возможности.

– Я…

Договорить не удалось. Из коридора послышался странный шум и разъярённый голос Брана:

– Прочь с дороги! Я хочу поговорить со своей невестой!

Сердце пропустило удар. Невеста – это я, и сегодня мне полагалось весь день торчать у модистки, примеряя свадебное платье. Из-за напряжённого графика я перенесла встречу на вторую половину дня, а после – и вовсе забыла о ней. Трагедия в Вайорре перечеркнула все планы. Я сосредоточилась на раненых, даже весточку родне не послала.

Не удивительно, что жених разозлился. Он привык всё контролировать лично, поэтому наряды для церемонии мы должны были выбирать вместе.

Узнав об этом, матушка пришла в ужас. Показывать платье жениху заранее – плохая примета, свадьба может сорваться. Но Бран лишь посмеялся над суевериями и сказал, что не верит в подобные глупости.

А зря.

– Сир Балтимер! – прошипела Ванда. Казалось, ещё немного и настоятельница кинется на мага голодной коброй. – Немедленно покиньте монастырь или я вызову стражу!

– Вы не имеете права препятствовать! – рявкнул Бран. Таким взбешённым я его никогда не видела. – Я требую…

– Это МОЙ госпиталь! – от вопля Ванды задрожали стёкла. – Вы не можете здесь ничего требовать!

Целительница рычала похлеще дракона в боевой ипостаси. Ситуация накалялась с каждой секундой, но бросить пациента во время перевязки и выскочить в коридор я не могла.

– Мне вмешаться? – На мои дрожащие пальцы легла горячая ладонь Владыки.

– Н-нет! – запротестовала, в красках представив эту картину.

Бран и так на грани, не хватало ещё заступничества Нери!

– Маркиз Балтимер, значит.

Сапфировые глаза потемнели. Теперь они напоминали океан во время шторма, и вспыхивающие в их бездонной глубине молнии не предвещали ничего хорошего.

Только сейчас я с ужасом вспомнила, что у Брана с драконом личные счёты. Подробностей не знала, но Владыку мой жених искренне ненавидел. Вижу, это взаимно.

– Да, Бран Балтимер – мой жених, – прошептала, вцепившись во флакончик с регенерирующим эликсиром.

Оставалось наложить последнюю повязку и обработать рану на лице. Вопли в коридоре мешали сосредоточиться. Я старалась не вслушиваться в словесную дуэль Ванды и маркиза, но, похоже, настоятельница побеждала. Главное, чтобы дело не закончилось дракой…

– С тобой он так же разговаривает? – моё молчание и нежелание выходить в коридор Владыка расценил по-своему.

– Нет! Раньше с ним такого не было!

За всё время Бран лишь раз повысил на меня голос, когда речь зашла о поездке к океану. Но дракону об этом знать не обязательно. Матушка говорила, что проблемы пары не должны становиться достоянием общественности.

– Врёшь, – мрачно констатировал Нери, – или недоговариваешь.

– Не вмешивайтесь в мою жизнь, прошу! – не выдержала я.

Последнюю повязку я накладывала словно в трансе. Лежащий в кармане халата обручальный браслет казался камнем, тянущим на дно. Я тонула в нахлынувших эмоциях и цеплялась за лечение дракона как за спасительную соломинку.

Всё внутри меня бунтовало против предстоящего разговора с Браном, хотя я понимала, что его не избежать. Поведение жениха впервые вызывало отвращение. Он наверняка знал о прорыве в Вайорре, и всё равно примчал в госпиталь со скандалом. Как можно быть таким эгоистом? Неужели он и впрямь думал, что я брошу раненых и спокойно поеду примерять платье?!

– Я закончила, – от злости на жениха мой голос прозвучал непривычно глухо, – вам нужно поспать несколько часов. Позже я ещё раз осмотрю вас.

Крики в коридоре наконец стихли. У кого-то сдали нервы, и в госпиталь порталом вызвали командира части, в которой служил Бран. Хриплый, жёсткий голос полковника Эрнандеса я узнала сразу. Он говорил короткими, рублёными фразами, а его интонации напоминали росчерк клинка. Точные, идеально выверенные, смертоносные.

– Лори, это, конечно, не моё дело, – вкрадчиво начал Нери, – но…

– Я сама разберусь с Браном!

Убрав инструменты и поклонившись Владыке, я выскочила в коридор. Бегло оценила обстановку на поле боя. В центре стояли распалённые перебранкой Ванда и маркиз. Неподалёку – спокойный и ядовито улыбающийся командир Лейри. Не сомневаюсь, кто именно вызвал полковника.

Вышвырнуть Брана из госпиталя самостоятельно некромант не мог, начались бы разборки между Орденами. А Сумеречная стража и Хранители и без того не ладили.

Повисшую тишину разорвал женский всхлип. Обернувшись, я увидела бледную, дрожащую Лизетту. Она смотрела на моего жениха, и в её взгляде читалась смесь обиды, ревности и… надежды?

Как странно…

– Алория! – вместо приветствия выкрикнул Бран. В голосе мага сквозила неприкрытая злоба, лицо было красным, словно его вот-вот хватит удар, а взгляд полыхал яростью и был направлен на моё левое запястье. – Где твой обручальный браслет?!

На работу я не надевала украшений.

В отличие от простых лекарей мы работали без перчаток. Заклинания светлых целителей требовали контакта кожа к коже и кольца ужасно мешали, как и обручальный браслет. Он постоянно за что-то цеплялся. Я пыталась объяснить это Брану, но он не хотел ничего слышать. Настаивал, чтобы я носила браслет, не снимая.

Матушка ожидаемо встала на сторону жениха, и чтобы избежать скандала, я хитрила: снимала браслет перед осмотром и лечением, а после – надевала обратно. Сейчас я забыла о нём из-за спешки, и украшение осталось в кармане халата.

Но это не повод кричать на меня, тем более при посторонних.

– И вам светлого дня, сир Балтимер, – невозмутимо ответила, – полковник Эрнандес…

– Рад видеть вас в добром здравии, леди Лисавэр, – обычно хмурое лицо вояки осветила приветливая улыбка.

Пару месяцев назад я спасла его единственного сына от ампутации ноги, поэтому полковник благоволил мне.

– Прошу прощения, что вмешиваюсь, – чинно поклонилась, – вы не могли бы ненадолго отпустить сира Балтимера? Нам нужно переговорить наедине.

Командир недовольно поджал губы, но всё же кивнул.

Не дожидаясь ответа Брана, я направилась к своему кабинету. Послышался ещё один женский всхлип и тяжёлый звук мужских шагов. Поступь у храмовника была как у медведя.

– Лори…

– Поговорим в кабинете, – перебила жениха.

Внутри бушевало пламя. Рыдания Лизетты нервировали и наталкивали на определённые мысли, но доказательств не было, а обвинять без оснований я не привыкла. Ничего, всё равно докопаюсь до истины. А пока…

– Что вы устроили?! – выпалила, едва мы вошли в кабинет.

Раньше я не замечала за собой такой вспыльчивости, но сейчас эмоции кипели, как действующий вулкан.

После случившегося я не могла обращаться к жениху на ты, он казался таким чужим и далёким… Хотелось осадить его и напомнить, что мы аристократы, а не торговцы на базаре.

Нам полагается в любой ситуации держать лицо и вести себя соответственно статусу.

– Вы опозорили меня перед всем госпиталем и…

– Я опозорил?! – от рёва Брана заложило уши. Я невольно отступила, ощутимо ударившись бедром о тумбочку. – Ты ничего не путаешь, Лори? Пока я как идиот ждал тебя у модистки, ты…

– Лечила раненых из Вайорры! И не позволю осуждать меня за это! Я исполняла свой долг. Не моя вина, что вы забыли о своём.

Храмовники также участвовали в ликвидации прорывов. Пусть у Брана сегодня выходной, на его месте я бы всё равно рванула на помощь.

Тот же полковник Эрнандес выглядел до безумия усталым. Его форма была перемазана пеплом, грязью и кровью, а на покрытом копотью лице ярко выделялись дорожки от пота. Он явно примчался прямиком из Вайорры, хотя по статусу мог себе позволить отсиживаться в кабинете.

И только Бран поставил примерку платья превыше всего!

– Ты…

– Не позволю разговаривать с собой в таком тоне! – голос дрожал от ярости и обиды, на глаза наворачивались слёзы.

Слишком много проблем для одного дня! Пресветлая, как же я устала…

И почему я раньше не замечала, что мой жених… такой?!

– Не знаю, чем вы руководствовались, но я бы никогда не позволила себе ворваться в штаб-квартиру храмовников и устроить прилюдный скандал, – добавила, немного снизив обороты.

Продолжать разговор на повышенных тонах не хотелось. Нужно выяснить, что происходит, и поскорее со всем разобраться. Сегодняшнее дежурство забрало слишком много сил. Я едва стояла на ногах и с трудом контролировала эмоции. Впервые на моей памяти они были настолько… нестабильными.

Все чувства казались обострёнными до предела. Переживания за пациентов, злость на Брана и Ванду, странное притяжение, которое я испытывала к Владыке… Всё это закручивалось в тугую спираль.

Я боялась, что ещё немного и просто сорвусь в истерику, не выдержав напряжения.

– Мой обручальный браслет подал странный сигнал, – глаза Брана потемнели от ярости.

Впервые я так смело и открыто смотрела в них. Они оказались серыми, как холодное зимнее небо…

– Я волновался. Переборщил на эмоциях, – тон маркиза немного смягчился, но взгляд остался пустым, злым, как у дикого зверя.

Мне неожиданно захотелось сбежать.

– Прости, Лори, – Бран шагнул ближе, пытаясь приобнять меня за плечи.

Но я отшатнулась.

Вспомнился хриплый голос дракона и то, как он произносил моё имя. Его лёгкие, практически нежные касания и завораживающие, бездонные глаза, цветом напоминающие Сапфировый океан.

Пресветлая, кажется, схожу с ума… Я же совсем не знаю Владыку! А Бран… он просто вспылил, но ведь извинился. Матушка наверняка упала бы в обморок, услышав мои мысли.

– Мне нужно побыть одной! А вам – извиниться перед персоналом и охраной.

– Это из-за него?! – Бран схватил меня за руку, притягивая к себе. – Он что-то наплёл про меня, а ты и поверила, да?

– Отпустите! – прошипела, вырываясь из захвата.

Удерживать меня маг не стал.

Напротив, отшатнулся, словно от удара, и настороженно замер, часто дыша. Как загнанный в угол хищник. Того и гляди кинется. Неужели почувствовал привязку?

Только не это.

– Не понимаю, о чём вы! – уверенно заявила, пытаясь не выдать страх и замешательство.

– О Владыке! Ты была с ним…

– Я лечила его, как и остальных пациентов. Если вы до сих пор не заметили, я на работе! – отрезала, направившись к двери. – Вам следует остыть и прийти в себя. Продолжать разговор в таком тоне я не намерена.

Злость и яростная, жгучая обида придали сил. Ни секунды не колеблясь, я выскочила в коридор, даже не обернулась, когда Бран позвал меня. Но едва свернула за угол, наткнулась на злющую Ванду.

Из огня да в полымя…

– Поговорим, Лори? – змеёй прошипела настоятельница.

ГЛАВА 5: Яд добродетели

Голос целительницы вибрировал от бешенства, но в голубых глазах плескалось… бессилие. Словно Ванда и рада была прихлопнуть меня как ничтожное насекомое, но осознавала, что от этой букашки зависит слишком многое.

Неужели Владыка успел поговорить с ней?

Позади послышалась тяжёлая поступь Брана. Я недалеко убежала и сейчас замерла испуганной мышью. Пресветлая, хоть драконов зови на помощь!

– Мне нужно вернуться к пациенту…

Проскользнуть мимо Ванды не получилось. Магесса оказалась быстрее и преградила мне путь.

– Вернёшься. Позже, – чеканя каждое слово, ответила настоятельница.

Уходить из коридора она не спешила, лениво поигрывая ключами от своего кабинета.

Шаги раздались совсем близко.

– Сир Балтимер! – голос Ванды сочился ядом и лживым радушием. Первый раунд остался за ней, и сейчас она наслаждалась унизительным положением противника. – Полковник Эрнандес уже заждался. Жаль, что вы не послушали меня и дело закончилось разбирательством! Что скажут в прессе? Такой скандал…

– Вы… – Лицо Брана пошло красными пятнами. Он судорожно сжал кулаки, борясь с желанием придушить настоятельницу. – Вы… собираетесь сообщить обо всём репортёрам?

– Я?! – с притворным ужасом произнесла Ванда. – Что вы! Побойтесь Пресветлой! Мне скандалы ни к чему, но другие жрицы любят посплетничать. Одна из них уже пообщалась с газетчиками. Я ничего не успела сделать.

Намёк настоятельницы подтвердил мои опасения. О случившемся Брану рассказала Лизетта. Зная её лживую и завистливую натуру, страшно представить, как она всё приукрасила.

Но сейчас меня волновало другое. Откуда у Лиззи номер связного кристалла Брана? В справочнике его не найти, это я знала наверняка. Однажды я случайно удалила контакты жениха с артефакта, и мы с Греттой искали его номер по всем источникам. Но тщетно, информация оказалась засекреченной.

Заполучить заветный номерочек целительница могла только от самого Брана. И, что самое главное, её контакты у него тоже были. Недоверчивый, всегда осторожный храмовник никогда бы не ломанулся в госпиталь, получив сообщение с неизвестного номера.

Выходит, они давно знакомы и всё это время Лизетта шпионила на моего жениха. И, судя по поникшему, тоскливому взгляду, надеялась однажды занять моё место.

– Вы пожалеете об этом, светлейшая! – на породистом лице маркиза заходили желваки, а почтительное обращение к жрицам высшего звена он выплюнул как оскорбление.

– Я никогда ни о чём не жалею, – насмешливо фыркнула Ванда, крутанув ключи на указательном пальце.

В этот же момент с другого конца коридора донёсся оглушительный грохот и женский визг.

– А-а-а-а-а!

Из кладовой выскочила Лизетта.

Лицо, волосы и халат жрицы были залиты зелёной жижей, напоминающей раствор для мытья инструментов.

На вопли тут же примчались полковник и командир Лейри.

– Мисс Тьери! – голос Ванды дрожал от праведного гнева, а губы кривила мстительная, змеиная ухмылка. – Вы хуже стихийного бедствия!

Настоятельница скользнула к кладовой, а мы дружно последовали за ней.

– Я не виновата! – запричитала Лизетта. – Оно само… хотела раствор набрать, как вы и приказали… а аппарат… он… он…

Аппарат был сломан. Гретта предупредила меня ещё утром и поставила рядом с ним табличку. Ванда должна была вызвать мастера, но, похоже, нашла устройству другое применение.

– Вы уволены, мисс Тьери! – торжественно объявила настоятельница, оценив царящий в кладовой бедлам.

Видимо, испугавшись потока раствора, Лизетта случайно перевернула столик с использованными инструментами и разбила дорогущий стерилизующий кристалл. Его осколки искрились на полу сапфировым крошевом.

– Стоимость испорченного имущества я вычту из жалования вашей матери.

На провинившуюся девушку настоятельница не смотрела, только на Брана. Словно подчёркивая, кому и за что мстит на самом деле.

«Крыс» Ванда ненавидела. В нашем госпитале часто лечились высокопоставленные военные, поэтому жрицы, выносившие информацию о пациентах за пределы госпиталя, вылетали с работы со скоростью арбалетной стрелы.

Не удивительно, что целительница закусила удила и показательно вышвырнула Лизетту на глазах у нанимателя.

– Но… но… госпожа настоятельница…

Ванда не слушала. Стряхнув с рукава халата несуществующую пылинку, она повернулась к полковнику:

– Леди Лисавэр уже переговорила с сиром Балтимером, теперь он полностью в вашем распоряжении.

– Благодарю, светлейшая, – коротко ответил Эрнандес.

– Записи с кристаллов наблюдения я пришлю вам через час, как и обещала, – добавила настоятельница, игнорируя отчаянные рыдания Лизетты, – сможете лично убедиться, что вашего подчинённого никто не провоцировал. Он устроил скандал, угрожал мне и саботировал работу госпиталя.

– Я обязательно всё изучу. – Взгляд, которым полковник наградил Брана, не предвещал ничего хорошего.

Сомневаюсь, что маркиз отделается простым выговором.

Через три дня он ожидал присвоения нового чина. Дело считалось решённым, и мой жених заказал заранее банкет. Теперь о повышении и речи не шло. Будет чудом, если его вообще не разжалуют.

Как невесте мне полагалось расстроиться, но я неожиданно поймала себя на мысли, что мне плевать.

Ещё утром я радовалась предстоящей свадьбе, нежно поглаживала обручальный браслет и рассказывала Гретте, как мне повезло с суженым. А сейчас в душе осталась лишь звенящая пустота. И отчего-то ужасно кружилась голова. Я смутно помнила, что должна любить Брана, но не могла понять, за что.

– Надеюсь, мы с Лори больше не нужны? – вежливо уточнила Ванда. – Нас ждут пациенты.

– Разумеется, – полковник коротко поклонился настоятельнице, – не смею вас задерживать.

Попрощавшись с остальными, магесса жестом приказала следовать за ней. До её кабинета добрались без происшествий, хотя я молилась, чтобы нас кто-нибудь задержал и мне удалось удрать, но…

– Проходи, – Ванда распахнула двери, пропуская меня вперёд.

В глаза ударил неестественно яркий свет. Стол настоятельницы располагался прямо напротив двери, а за её креслом висела панель с эльфийскими лампами. Их свет ослеплял входящих в кабинет, сбивая с толку и дезориентируя.

Целительница обожала допрашивать здесь провинившихся жриц. Проклятый артефакт она выключала только перед приездом проверяющих или других важных гостей.

– Я редко говорю это, но… сегодня ты меня удивила, Лори. – От вкрадчивого голоса пробирала оторопь. – Первый раз, когда спасла Владыку, второй – когда попыталась настроить его против меня.

Обвинение повисло в воздухе. Оно казалось настолько нелепым, что возражать было бессмысленно. Слова просто застряли в горле.

Но настоятельница истолковала моё молчание по-своему.

– Прелестно! – Ванда подошла к столу и хлопнула в ладоши, выключая допросный артефакт. – Ты даже не пытаешься оправдаться! Уважаю. Люблю красивую игру, а ты, в отличие от Лизетты, достойный противник.

Достойный противник едва держался на ногах. Головокружение, накатившее на меня ещё в коридоре, усилилось. Комната плясала перед глазами как палуба корабля во время качки, и я старалась не двигаться. Стояла, привалившись плечом к шкафчику с документами, и молилась, чтобы меня оставили в покое. Хотя бы ненадолго.

– Впечатляющая выдержка, – продолжила настоятельница, – молниеносная реакция и умение подстроиться под ситуацию. Ты напоминаешь меня в молодости.

Неужели?

К таким откровениям я была не готова, поэтому молча кивнула. Гретта говорила, что с душевнобольными лучше не спорить, а речь целительницы я воспринимала именно так.

– Но я никогда не скрывала шипы под маской страдалицы, – продолжила Ванда, – а тебе она идёт. И Владыке, похоже, нравится.

Напоминание о драконе отрезвило. Даже головокружение немного отступило.

– Мне необходимо вернуться…

– Вернёшься, – перебила настоятельница, – когда я разрешу. Это понятно?

– Более чем, – ответила, старательно изображая смирение.

Что происходит, я не особо понимала. Но интуиция подсказывала, что лучше молчать и со всем соглашаться. Видимо, Владыка успел отчитать её и намекнуть, что меня лучше не трогать. В противном случае я бы уже летела из госпиталя вместе с Лизеттой.

– Садись, тебе нужно немного подкрепиться и выпить сладкого чаю, – Ванда щёлкнула пальцами, подзывая столик с чашками и магическим чайником.

Артефакт беззвучно подъехал ближе, замерев между двумя мягкими креслами.

Рука невольно скользнула на лежавший в кармане халата определитель ядов. Амулет последнего поколения нагревался, реагируя на отраву не только в пище и питье, но и в крови больного. Я не расставалась с ним на работе и сейчас, глядя как настоятельница заботливо разливает чаёк, судорожно сжимала заветный камушек.

Травить меня в кабинете она точно не станет, а вот опоить чем-то может. Случай с Лизеттой показал, что подставами Ванда не брезгует.

– Садись, – с нажимом повторила магесса.

Легко сказать… Ноги казались ватными, я чудом не рухнула в обморок и кое-как добрела до кресла.

– У тебя начался откат, – моё состояние не осталось незамеченным, – скоро пройдёт. Зелий никаких не пей, иначе станет хуже.

– Я не собиралась, – ответила, едва шевеля языком. Меня бил озноб как при лихорадке, глаза слипались, а мысли вязли, словно в густом киселе.

– Это реакция на привязку, – продолжила Ванда, – нам очень повезло, что она закрепилась.

С последним я могла поспорить! Связь с Нери меня совершенно не интересовала, но и дракон прямым текстом сообщил, что не нуждается в постельных батарейках. Зато его предложение представить меня Суаресу будоражило кровь и воображение.

Хотелось как можно скорее вернуться в палату и сказать, что я согласна! Плевать на сомнения. Я так устала, что цеплялась даже за призрачный шанс вырваться из госпиталя Святой Виталины.

Только что делать с Браном? Страшно представить, как он отреагирует на новости о собеседовании.

От воспоминаний о женихе голова закружилась с новой силой, и я испытала острый, болезненный приступ вины. Словно всё случившееся сегодня было на моей совести. Эти мысли казались абсолютно чужими, но избавиться от них не получалось. Они кружили стаей воронья, мешая осознать что-то очень важное…

– Пей, – передо мной поставили чашку с чаем.

Камушек в кармане никак не отреагировал на напиток. Зато желудок предательски заурчал, напоминая, что мы с утра толком не ели.

– Благодарю, – я незаметно напрягла живот, пытаясь угомонить урчание.

Но настоятельница лишь фыркнула и достала из магического холодильника коробочку с пирожными.

– Ты сдержала слово и выполнила свою часть сделки, – продолжила Ванда, раскладывая сладости по тарелочкам, – Владыка сказал, что поддержит мою кандидатуру на выборах Верховной.

Хвала Пресветлой! Пока змея не получит желаемое, заляжет на дно. А я, если повезёт, успею в это время прийти в себя и встретиться с Суаресом. В конце-то концов, целитель я сильный. Может, удастся попасть к нему в помощницы?

– Но твоя просьба приструнить меня была на редкость глупой, – продолжила Ванда, – ты правда думала, что я не догадаюсь, кто настроил его против меня? Только ты могла воспользоваться привязкой и повлиять на Нери. Он был в бешенстве, когда говорил со мной.

Хотелось возразить, но я вовремя вспомнила, что наставница не любит оправданий. Поэтому вместо ответа молча цапнула с тарелки одно пирожное.

– Ты заигралась, – добавила целительница. Её голос звучал холодно, но сдержанно.

Кажется, я угадала с тактикой.

Пусть считает, что я действительно имею определённое влияние на Владыку. Больше шансов уцелеть в этой игре.

– Продолжишь злоупотреблять связью – выжжешь привязку, – Ванда заботливо подлила мне чаю, – так что не переусердствуй, Лори. Ты показала характер, я оценила. Теперь забудь о своей детской обиде и делай то, что я говорю. Вместе мы достигнем небывалых высот.

Предложение настоятельницы вызвало… тошноту. Пирожное моментально потеряло вкус, а травяной чай показался болотной жижей. Казалось, что одно присутствие целительницы отравляло всё вокруг.

– Вижу, ты меня правильно поняла, – моё молчание вновь расценили как согласие, – а теперь ступай, командир Лейри отвезёт тебя домой.

– Что? – от неожиданности я едва не выронила чашку. – Но Владыка…

– С Владыкой увидишься завтра, – отрезала Ванда, – ты в полуобморочном состоянии. Он может высушить тебя одним касанием, а мне не нужны жертвы. Выспишься, восстановишь силы, и утром продолжим.

ГЛАВА 6: Затишье перед штормом

До кареты добралась как в трансе. Никогда не думала, что поездка домой может превратиться в целое событие, но…

– Леди Лисавэр, прошу. – Командир Лейри лично открыл двери экипажа и подал мне руку.

– Благодарю.

Я мышью проскользнула внутрь, прячась от любопытных взглядов. Щёки пылали от смущения, а лежащий в кармане связной кристалл непрерывно вибрировал, сообщая о новых письмах. Открывать их я боялась…

О том, что в наш госпиталь привезли Владыку, знала уже вся империя. Мне не написал только ленивый. Родственники, соседи, бывшие сокурсницы… Маги наперебой предлагали встретиться за чашкой чая, прогуляться и побеседовать. Всем хотелось узнать подробности, и сопровождение Лейри только подливало масла в огонь.

Хотя… без него я бы просто не выбралась из госпиталя.

Вокруг дежурили репортёры. В своё время Ванда потратила уйму денег на надёжный защитный купол, поэтому внутрь стервятники не просочились, но цепко следили за всеми, кто покидал монастырь, и набрасывались с расспросами.

– Не переживайте, мои люди мигом их разгонят.

Лейри сел напротив и постучал по перегородке, подавая сигнал кучеру. Карета тронулась, и я трусливо закрыла шторки, чтобы нас никто не заснял. Слухи пойдут в любом случае, но без доказательств быстро затихнут.

За окном раздался шум и грубая ругань. Репортёры буквально кидались под колёса кареты, пытаясь остановить и разжиться компроматом. Но драконы сработали идеально. Не прошло и минуты, как повисла звенящая тишина.

Впрочем, по-другому и быть не могло. Нас сопровождали четыре Хранителя на вороных конях: двое спереди, двое позади. Поистине императорская охрана!

Страшно представить, что напишут в газетах, когда эта процессия остановится у моего особняка…

– Может, я порталом прыгну в дом? – с надеждой протянула. – Подъедем поближе и…

– Исключено, – с каменной миной ответил Лейри, – в вашем состоянии не следует открывать магические переходы, а я не могу создать портал в ваш дом, не повредив охранную систему.

Представив как командир ломает защиту особняка и на всю улицу раздаётся вой сирены, я поморщилась. Нет, такой вариант нам точно не подходит.

– Вы зря так переживаете из-за слухов, мисс Лисавэр. – Жёсткое, суровое лицо воина неожиданно осветила искренняя улыбка. – Они всегда будут. Вы слишком красивы и талантливы, чтобы оставаться невидимкой.

От слов дракона перехватило дыхание. В последнее время я часто получала комплименты, но так и не привыкла спокойно на них реагировать. Большую часть жизни я провела в монастыре, в окружении других учениц и наставниц. А единственным мужчиной, с которым я оставалась наедине, был мой жених.

Мы не раз встречались во время моих каникул, гуляли по саду, ходили в театр. Правда, он никогда не смотрел на меня как Владыка или командир Лейри. От этого было неудобно вдвойне.

– Вам следует нарастить броню, – продолжил дракон, – и не принимать близко к сердцу болтовню завистников.

– Эти слухи могут уничтожить мою репутацию! Как вы не понимаете?

– Леди Лисавэр, – в голосе Лейри проскользнула лёгкая, едва заметная грусть, – вы тратите слишком много сил на тех, кто этого недостоин. Владыка сотрёт в порошок любого, кто попытается опорочить вас.

– Не нужно никого стирать!

Именно этого я и боялась. Если Нери официально вступится за меня, уже никто не поверит, что нас связывает только лечение.

– Слишком поздно, – покачал головой Лейри, – сир Балтимер поднял такой шум, что о вашей связи с Владыкой будут долго судачить.

Ох… Проклятие!

Перед глазами вспыхнула сцена в коридоре. Разъярённый Бран, пытающийся прорваться к своей невесте. Рыдающая Лизетта… Уверена, эта гадина точно даст интервью газетчикам! И какое…

– Поверьте старому солдату, леди Лисавэр, – на лицо дракона набежала тень, он явно сомневался, стоит ли продолжать разговор, – ваш жених прекрасно осознавал последствия своей выходки и намеренно раздувал скандал.

Слова командира вызвали новый приступ головокружения. Говорить о Бране не хотелось, тем более с малознакомым воякой. Да и предположение было абсурдным! Ну зачем Балтимеру скандал?

– Вы ошибаетесь, мой жених дорожит репутацией…

– Несомненно, – перебил меня Лейри, – но маркиз умелый манипулятор. И сейчас он боится потерять не вас, а власть над вами.

Висок прострелила тупая боль. В словах дракона было что-то правильное, только мне никак не удавалось зацепиться за истину. Едва начинала думать о поведении Брана, накатывала дикая слабость и чувство вины. А затем… пустота. Оглушающая, забирающая с собой все мысли и подозрения.

Я ничего не могла вспомнить, ни единой подробности скандала. Поведение жениха казалось нормальным, а моё – ужасным. Если бы я предупредила его, сказала, что задержусь…

– Как только вы появились в коридоре, он спросил о браслете, – продолжил Лейри, – классический приём, направленный на то, чтобы перевести стрелки и вызвать у вас чувство вины.

– Хватит, пожалуйста! – взмолилась, пытаясь унять головную боль заклинанием.

Помогало слабо. В отличие от тёмных, светлые целители не могли лечить себя. Исключение составляли лишь простенькие плетения.

– Позвольте, я помогу?

Командир без разрешения наклонился, легонько касаясь моих ладоней. Кончики пальцев закололо от чужой магии и по телу разлилось приятное тепло. Боль начала отступать.

Я запоздало вспомнила, что некроманты неплохо разбираются в целительстве. Особенно в обезболивающих арканах.

– Спасибо, – прошептала, вжавшись в спинку сиденья.

Хорошо, что я зашторила окна и нас никто не видит.

Щёки пылали от смущения и почему-то хотелось разрыдаться. Лейри не переходил границ, в его жесте не было ничего порочащего. Он коснулся лишь ладоней и тут же убрал руки, закончив лечение. Но всё во мне бунтовало против чужих прикосновений, а в голове набатом билась одна-единственная мысль: «Меня может касаться только жених!»

– Леди Лисавэр, с вами всё хорошо? – в голосе дракона проскользнуло искреннее беспокойство.

– Да, – соврала, – я просто устала.

– Если вам нужна помощь…

– Мне нужен отдых.

Наверно, это прозвучало грубо. Дальше ехали молча, хотя я то и дело ловила на себе настороженный взгляд Саада. Интересно, это Владыка приказал позаботиться обо мне? Или личная инициатива?

При первой встрече Лейри не показался мне добродушным. Выбил двери в палате, скандалил с Вандой и пытался увезти нас в замок Нери. Конечно, можно списать всё на эмоции, но чем тогда он отличается от Брана?

Если новости обо мне и Владыке жениху сообщила Лизетта, страшно представить, КАК она исказила факты. В такой ситуации любой бы разнервничался.

Карета качнулась, я с силой вцепилась в поручень, чтобы не упасть. Головокружение неожиданно отступило, и я поймала себя на мысли, что любые размышления о Бране заканчиваются поиском оправданий. Странно.

Почему я не могу даже в мыслях обвинить его в чём-то?!

Левая кисть неожиданно онемела и пальцы свело судорогой. Очень захотелось увидеть браслет, словно в нём было моё единственное спасение. Не задумываясь, достала его из сумочки.

Перед поездкой хотела сразу надеть, чтобы не печалить матушку. Но злость на Брана была так сильна, что я забросила браслет в ридикюль. Теперь неотрывно смотрела на украшение из эльфийского серебра и чувствовала, как с каждой секундой мне становится легче. Боль и слабость отступают, чувства к жениху вспыхивают с новой силой…

– Леди Лисавэр, приехали, – карета вновь качнулась, я едва не уронила браслет, да и сама чуть не упала.

Выручил Саад, вовремя схвативший меня за руку.

– Осторожнее, – улыбнулся дракон.

– Благодарю, – прошептала, застегнув украшение.

Но вместо привычного звонкого щелчка раздался глухой. Кажется, Лейри что-то повредил, когда ловил меня.

В Бездну! Позже покажу браслет мастеру, с руки он всё равно не слетит – удержит вторая застёжка.

Из кареты выскользнула со скоростью ветра. Поблагодарила драконов за помощь и метнулась к калитке. Она распахнулась моментально, я даже не успела позвонить в колокольчик.

Мои опасения подтвердились: слуги видели торжественную процессию Хранителей, да и соседи тоже. Теперь слухов не избежать.

– Леди Лисавэр, – дворецкий поклонился, пропуская меня во двор.

Старый слуга старательно держал лицо, но то и дело косился на стоящего посреди улицы Лейри. Дракон не спешил уезжать, с каждой секундой привлекая всё больше внимания.

– Господа с вами? – Вэрис старательно маскировал любопытство вежливостью. – Прикажете накрыть стол…

– Нет, господа спешат, – не дожидаясь ответа, помчала к дому.

Лишь когда за мной захлопнулась дверь, я облегчённо выдохнула.

– Родители у себя? – вновь обернулась к дворецкому.

– Ваша матушка у портного, а отец задерживается на службе.

– Хорошо. Сообщите, когда вернутся, – я направилась к лестнице на второй этаж, – и распорядитесь подать ужин в мою комнату.

– Как прикажете, леди Лисавэр. – Вэрис поклонился и ушёл.

Я оказалась одна посреди огромного коридора. Слуги не показывались на глаза, за что я была им благодарна. Сейчас мне никого не хотелось видеть. Головная боль и слабость прошли, осталось лишь чувство странной, щемящей пустоты и тревоги.

– Глупости, я просто устала, – беззвучно прошептала, направившись в свою комнату.

Позже подумаю об этом, сейчас нужно поужинать и хоть немного поспать.

ГЛАВА 7: На лезвии скандала

Утро подкралось внезапно, а вместе с ним и тяжелейший магический откат. Впервые я чувствовала себя настолько разбитой. Голова раскалывалась, события прошлого дня вспоминались с трудом.

Выручили холодный душ и две чашки кофе. Мне удалось восстановить в памяти случившееся и даже проанализировать намёки Лейри. Вчера я не поняла их из-за усталости, но сегодня посмотрела на ситуацию другими глазами.

Мой жених действительно вёл себя как опытный манипулятор и, если хорошенько подумать, не в первый раз. Просто раньше я этого не замечала.

Лежащий на тумбочке кристалл вновь запищал. Верная Гретта дежурила ночью вместе с настоятельницей и сейчас присылала мне краткие сводки с места событий. Как я и думала, полковник Эрнандес действовал жёстко и решительно. Он внимательно изучил записи с кристаллов наблюдения и заставил Брана извиниться перед Вандой.

Вечернее интервью прессе они давали вместе. Целительница с лучезарной улыбкой поведала, что произошло недоразумение, никакого скандала не было. В госпиталь сир Балтимер прибыл по рабочим вопросам, а жрица, распустившая нелепые слухи, уже уволена. Бран стоял позади и натянуто скалился на камеру, подтверждая каждое слово.

Зная Ванду, я не сомневалась, что маркиз уже перечислил на счёт госпиталя кругленькую сумму. Деньги решали многое.

– Леди Алория, – из коридора донёсся звонкий голос горничной, – мессир и миледи Лисавэр ждут вас в голубой гостиной.

– Передай, что я буду через пять минут! – ответила, собирая волосы в простенькую «ракушку».

Спускаться не хотелось. Разговор предстоял сложный и неприятный. Матушка благоволит Брану и встанет на его сторону, вся надежда на отца. Он наверняка захочет услышать мою версию случившегося.

А мне было, что рассказать!

Я не собиралась молчать о странном поведении жениха, его отношениях с Лизеттой и грандиозном скандале в госпитале. Вчера я сомневалась, винила себя в случившемся, но утро всё расставило по местам. Когда исчезли слабость и головная боль, пришло осознание, что я не хочу так жить дальше.

Не собираюсь терпеть постоянные упрёки и мириться с тем, что Бран шпионит за мной! Немыслимо! Мне бы и в голову не пришло подкупить кого-то из стражи и контролировать каждый шаг жениха.

Теперь понятно, откуда у Лизетты столько денег на новые платья и туфельки. Целительница позволяла себе слишком многое, и слухи о ней ходили не самые приличные. Но я и подумать не могла, что она продавала информацию о сотрудниках и пациентах!

С каждой секундой во мне росла решимость. Я собиралась поставить семью перед фактом: или маркиз пересмотрит своё поведение, или я отменю свадьбу.

Решение далось непросто, эмоции до сих пор напоминали качели. Всякий раз при попытке снять обручальный браслет, на глаза наворачивались слёзы и меня буквально душило чувство вины. Но стоило вспомнить о предложении Владыки, как подавленное состояние вытеснял боевой настрой.

Ученица Суареса…

Я и мечтать-то о подобном не смела! Всегда довольствовалась вторыми ролями и не думала о карьере. Страх перед Охотниками превратил меня в тень. Я боялась заводить новые знакомства, шарахалась от каждого шороха. Но Лейри прав: невозможно всю жизнь оставаться невидимкой. Даже если выйду замуж за Брана и брошу практику, как он и предлагал, станет только хуже.

Из-за крови фэйри мне нельзя копить магию. Как только престану лечить больных, крылья начнут расти и спрятать их уже не получится. Да и не смогу я жить без госпиталя!

Хотя мой жених не раз заводил разговор, что замужняя женщина не должна работать – это неприлично. Услышав такие речи, я пришла в ужас, но родители дали жёсткий отпор. Заявили, что не позволят похоронить мой талант. Даже матушка впервые выступила против Брана.

Но сейчас я решила умолчать о предложении Владыки. Для начала встречусь с Суаресом и, если дело выгорит, вот тогда и решу, как быть дальше.

Тему крыльев и спасение Нери я обсуждать не собиралась. Это наша с драконом тайна, одна на двоих. Я верила, что он не станет шантажировать меня и сдержит слово. Честь для него не пустой звук!

От воспоминаний о Владыке щёки залило румянцем, а сердце забилось чаще. Так странно… Я совсем не знаю его, но отчего-то доверяю. А Брану я так и не рассказала о крыльях! Даже после свадьбы хотела сохранить всё в тайне.

Часы пробили семь. Через час мне нужно быть на работе, пора спускаться…

– Соберись, Лори! – прошептала. – Ты справишься! Это всего лишь разговор.

На душе было тревожно. Я уже не раз пожалела, что согласилась уехать домой, лучше бы переночевала в монастыре! Но настоятельница и слышать ничего не желала, буквально вытолкала меня из госпиталя в сопровождении Лейри.

– Леди Алория, – вновь постучала горничная.

– Уже иду!

Бегло осмотрела своё отражение. Бледная кожа, небольшие круги под глазами, я выглядела уставшей, но это вполне естественно. Собравшись с духом, направилась к дверям, но не успела сделать и двух шагов, как на связной кристалл прилетело новое сообщение. А затем ещё одно и ещё…

На ходу достала артефакт. Письма были от Гретты.

«Лори, у меня две важные новости».

«Поговорим в монастыре, по кристаллу такое не сообщают».

«Лори, ничему не удивляйся и никого не слушай! Объясню всё, когда приедешь!»

Пресветлая, что уже случилось?! Чему именно я не должна удивляться? Нельзя так интриговать и замолкать на самом интересном!

Ужасно хотелось выпытать подробности, но интуиция подсказывала, что лучше не спорить. Да и времени нет: если не спущусь после второго предупреждения, родители поднимутся сами. А злить их я не хотела.

«Хорошо. Скоро буду», – быстро набрала ответ.

Кристалл вновь пискнул, и сообщения Гретты исчезли вместе с моим. Осторожная травница подчистила историю. Видать, дело серьёзное.

В голове мигом пронеслось с десяток теорий, одна чудесатее другой. Первой мыслью было: «Что-то с Владыкой!» Но её я отмела сразу. В этом случае я говорила бы не с Греттой. Ванда выдернула бы меня из-под земли экстренным порталом.

Снова ворвался Бран? Тоже сомнительно. После выговора Эрнандеса он должен сидеть тише мыши. Скандал замяли, должность капитана Сумеречной стражи он сохранил, но повышение всё равно под угрозой.

Зная суровый характер полковника, уверена, маркиз так легко не отделается, ему придётся залечь на дно и поработать на репутацию. Погрузившись в размышления, не заметила, как домчала до гостиной. Очнулась, лишь услышав встревоженный голос матушки:

– Это катастрофа! Скандал…

Она едва не рыдала, но к этим эмоциональным всплескам давно привыкла вся семья.

Магесса отличалась тонкой душевной организацией и склонностью к фатализму. В любой неприятности ей виделся конец мироздания. Поэтому я замерла, ожидая ответа отца.

– Любимая, эта проблема не стоит и дохлого вурдалака.

Я облегчённо выдохнула. Судный день откладывался до лучших времён.

– Не стоит?! – взвизгнула матушка. – По-твоему, честь семьи – пустой звук?

– Нет. И наша дочь её с блеском отстояла! – в голосе Родриго проскользнули металлические нотки. – Покинь Алория госпиталь в такой момент, я бы первый перестал уважать её!

Глаза защипало от слёз. Наверное, со стороны я выглядела ужасно глупо: стояла посреди коридора, подслушивая спор родителей, и… счастливо улыбалась. Но похвала отца согревала, словно пушистый плед в морозный вечер.

– Я не говорила, что Лори должна была всё бросить! – надулась матушка. – Нет, конечно. Это было бы бесчеловечно, но она могла подать весточку! Написать Брану…

– Её жених знал о прорыве, но это не помешало ему ославиться и устроить в монастыре кордебалет! – отрезал отец, – Алория, зайди! Я знаю, ты в коридоре.

Ой…

– Светлейшего утра, – поздоровалась, – матушка, отец!

– Доброе утро, милая. – В изумрудных глазах Родриго плясали смешинки. Он не злился.

Зато Селеста напоминала разъярённую кошку. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, а веер как хвост пляшет в руках…

– Алория Марианна Каталина Лисавэр! – прошипела матушка. – Мы с твоим отцом неприятно удивлены случившимся!

Сидящий за её спиной Родриго подмигнул мне. Похоже, он всё узнал у полковника и новости его нисколько не шокировали. Наоборот. Он гордился, что я поступила как велел долг, а не пошла на поводу у тщеславия.

– Боюсь, вы даже не представляете, как я была поражена! – заручившись молчаливой поддержкой отца, пошла в наступление.

– О чём ты? – нахмурился Родриго.

– О скандале, который устроил сир Балтимер. То, что он откупился от последствий, не умаляет его вины.

– Алория! – В глазах матушки плеснулся ужас. Она не ожидала такого.

По правде говоря, я и сама не знала, что так умею. Но вчерашний день многое изменил, будто стёр незримые оковы, сдерживавшие меня все эти годы.

– Бран ворвался в госпиталь, требовал, чтобы я бросила больного во время перевязки и вышла к нему, – выпалила на одном дыхании, – и это я молчу о том, что он подкупил одну из жриц и заставил следить за мной!

Матушка охнула и обессиленно рухнула на диванчик. Разговор принимал дурной оборот, но молчать я не могла! Внутри кипели ярость и обида, а проклятый браслет жёг кисть калёным железом. Но едва я подумывала о том, чтобы снять его, тело сковывала невыносимая слабость.

Не стоит спешить… Мы же помолвлены с самого детства…

Мысли казались чужими, я отчаянно гнала их, но они возвращались, оплетая липкой паутиной сомнений.

– Алория? – встревоженный голос отца вернул меня в реальность. – Я хочу услышать подобности. Немедленно!

– Я тоже послушаю! – Селеста нервно взмахнула веером. – Вчера я разговаривала по кристаллу с матушкой Брана. Тереза в ужасе от случившегося, но… её версия отличается от твоей. Сильно.

– Тем интереснее будет их сравнить, – холодно ответил Родриго. – Мы ждём, Алория.

Руку пронзила острая боль, сломанная застёжка впилась в кожу, не позволяя сосредоточиться. Сомнения обрушились на меня с новой силой. Несколько секунд я даже вымолвить ничего не могла, стояла как кукла и хлопала глазами.

– Лори? – голос отца прозвучал непривычно хрипло.

Отчего-то вспомнился Владыка и его штормовые глаза.

– На браслете сломалась застёжка, – ответила словно в трансе, – командир Лейри случайно повредил её.

– Тебя касался дракон?! – матушка охнула и накрыла нас пологом тишины. – Лори, ты с ума сошла? Ты же знаешь…

– Это произошло случайно! Карета качнулась, и он придержал меня за руку, чтобы я не упала.

Меня захлестнула обида. Обвинения были несправедливыми, я никогда не забывала об осторожности.

– Лори, мне не нравится, что в твоей жизни появились драконы! – нахмурилась матушка. – Тереза так же взволнована. Репутация Владыки…

– Хватит! – в голосе отца проскользнули рычащие нотки. – Селеста, я предупреждал, что не потерплю в доме сплетен. Нери – великий воин, империя многим обязана ему!

– Я не умаляю его ратных заслуг! – парировала матушка. – Но для нашей дочери он представляет прямую угрозу! Чёрные драконы чувствуют чужой Дар, а такие как Лори для них изысканный деликатес. Не удивлюсь, если он уже намекал…

– Владыка почти всё время был без сознания! – я задохнулась от возмущения. – И лечили мы его вместе с настоятельницей!

Ложь лилась как песня. После разговора с Вандой я и сама верила, что всё было именно так.

– Как только состояние Нери стабилизировалось, наставница отлучилась, чтобы осмотреть остальных больных. И в этот момент в госпиталь ворвался маркиз, – добавила, подбоченившись, – о каких намёках может идти речь?!

– Тереза сказала, что браслет Брана передал странный сигнал, – ответила Селеста, – пусть вы и не истинная пара, но ваша связь…

– Да какая, в Бездну, связь?! На мне вообще не было браслета, когда он ворвался! Я всегда снимаю его во время работы, чтобы не мешал.

– Лори! – охнула мать. – И ты ещё удивляешься, что Бран разозлился?

– Он не имел права так себя вести!

Меня уже было не остановить.

Рука сама потянулась к проклятому украшению. Ярость туманила разум, заглушая чувство вины и сомнения. Пальцы то и дело нервно соскальзывали с замочка и, разозлившись окончательно, я с силой дёрнула его. Раздался глухой щелчок и часть замысловатой застёжки упала на пол. Но наклониться за ней я не успела. Отец мгновенно оказался рядом, поднимая обломок и забирая у меня браслет.

– Лори, успокойся.

Родриго задумчиво покрутил сломанное украшение в руках и осторожно положил его в зачарованный мешочек. Он был из специального бархата, блокирующего любую магию.

Странно.

– Ты сказала, что маркиз платил какой-то целительнице, чтобы она шпионила за тобой, – напомнил отец.

– Да, Лизетте!

– Это случайно не та жрица, которую настоятельница вышвырнула вчера из госпиталя?

– Именно!

Самочувствие стремительно улучшалось. Голова больше не кружилась, разве что оставалась небольшая слабость. Но это мелочи. Я боялась, что откат после использования магии крыльев скажется намного тяжелее.

– Бран вёл себя ужасно, я исполняла свой долг и не заслужила такого обращения. Да, он извинился, но мне не нужны пустые слова. Если он не переосмыслит своего поведения, мне придётся разорвать помолвку.

В гостиной повисла звенящая тишина. Секунды казались вечностью, я буквально сжалась в комочек, ожидая начала грандиозного скандала.

Мы с Браном помолвлены со дня моего рождения. Этот брак политически выгоден, потому его одобрил сам император и Круг жрецов.

Я всегда знала, что мы поженимся, по-другому и быть не могло! Но меньше чем за сутки мой мир перевернулся с ног на голову. Я запуталась в собственных чувствах и желаниях. Боялась подвести семью, но и ставить крест на своём будущем не собиралась. Мне нужно время, чтобы обдумать ситуацию и во всём разобраться.

Первым пришёл в себя отец.

– Император будет в ярости, – мрачно констатировал Родриго.

– Но… Алория, я хочу, чтобы ты знала, – он подошёл ближе и взял меня за руку, – мы с мамой примем любое твоё решение.

На глаза навернулись слёзы. Я боялась, что родители не станут меня и слушать.

– Я дам тебе время.

Отец бросил на Селесту предупреждающий взгляд. На удивление, она промолчала.

Родриго прошептал короткое заклинание, призывая простенький серебряный браслет. Но едва он надел его на мою руку, украшение начало стремительно меняться, превращаясь в копию помолвочного амулета.

– Это браслет-метаморф, – пояснил отец, – он может принимать форму любого украшения. Пока не примешь окончательного решения, носи его, чтобы избежать скандала. О возможном разрыве помолвки пока ни слова!

Он вновь перевёл взгляд на матушку.

– Тебя это тоже касается.

– Хорошо.

В голубых глазах Селесты плескались обида и осуждение.

Тереза была её близкой подругой. Они росли вместе и мечтали, что их дети окажутся истинной парой. Матушка буквально помешалась на идее выдать меня за Брана и часто повторяла, что во всём мире не найти лучшего жениха.

– Настоящий браслет я сдам в починку, с Браном поговорю лично, – в изумрудных глазах полыхали искры, а голос не предвещал ничего хорошего.

– Отец…

– Тебе пора на работу, а мне на службу, – Родриго бросил беглый взгляд на часы, – позже продолжим.

ГЛАВА 8: Тайна для двоих

Из особняка я вышмыгнула как заправский ассасин. Рысью домчала до кареты, закрыла шторы и приказала кучеру гнать во весь опор. Но предосторожность была излишней: дорога до госпиталя оказалась на удивление спокойной.

Вечернее интервью Ванды оставило репортёров ни с чем. Скандал зачах в зародыше и пресса отправилась искать новых жертв.

Мне бы порадоваться, что всё завершилось благополучно, но из головы не шли слова Гретты: «Лори, ничему не удивляйся и никого не слушай! Объясню всё, когда приедешь!»

Чему не удивляться? Кого не слушать? Со мной даже связаться никто не пытался! Разве что Бран уже трижды звонил на кристалл, но отвечать не хотелось. Разговор с родителями окончательно выжал меня. Не осталось никаких эмоций.

Впервые чувствовала себя настолько опустошённой, будто со сломанным браслетом пропала часть меня. Но, что самое странное, мне стало легче дышать.

Я всегда считала, что мы с Браном идеальная пара. На других мужчин даже не смотрела. Матушка с детства внушала, что так нужно и правильно, по-другому не может быть. Оказывается, может.

Отец дал мне карт-бланш. И я с ужасом осознала, что никогда бы не выбрала Брана самостоятельно. Мне не нравилось в нём абсолютно всё, начиная от ледяных серых глаз и заканчивая скандальным нравом. Просто раньше я не замечала этого, да и вообще не задумывалась, какого мужчину хочу видеть рядом.

Наш брак благословил лично император! О чём тут ещё думать?

Алваро, троюродный брат отца, отличался тяжёлым и жёстким характером. С Его Величеством не спорили, ему не перечили. Поэтому обретённой свободе я радовалась недолго. Стоило вспомнить о фамильной чести и долге, как сердце сжалось от тоски.

Я не имею права подставить семью… Нужно ещё раз всё обдумать и обсудить с отцом. Он поможет принять верное решение!

Карета остановилась. Погрузившись в размышления, не заметила, как добралась до госпиталя.

– Приехали, леди Лисавэр! – Двери распахнулись, и слуга подал мне руку, помогая выбраться.

– Благодарю!

Я спрыгнула на мостовую и осмотрелась. Вокруг госпиталя было непривычно тихо. Заприметив меня, Гретта стрелой вылетела из здания.

Дурные предчувствия усилились.

– Лори! Хвала Пресветлой, я тебя первая перехватила! – запричитала травница. – Пойдём ко мне, нужно поговорить.

Отпустив кучера, я последовала за монахиней. До начала рабочего дня оставалось пятнадцать минут. Если опоздаю на общий сбор, Ванда меня пришибёт, а ещё до кабинета нужно добраться и переодеться!

– Гретта, что случилось? – не выдержала, едва мы свернули за угол.

– Пока ничего непоправимого, – с хитрой улыбкой объявила травница. – Пресветлая хранит тебя, Лори.

– Не пугай, – прошептала, накинув простенькую защиту от прослушки. – Что-то с Владыкой?!

– С ним всё хорошо, он уже уехал.

– Что?! Как… уехал? – воскликнула. – Куда?

Услышанное не укладывалось в голове. Когда я уходила, о выписке Нери и речи не шло! Мы не закончили лечение, более того, он согласился остаться в госпитале. Что могло измениться за ночь?

– Зайди, мне нужно тебе кое-что отдать, – заговорщически прошептала Гретта, пропуская меня в свою каморку.

Келья монахини прилегала к зданию госпиталя, отсюда можно было быстро добраться до моего кабинета. Если повезёт, я даже не опоздаю. Правда, после новостей об отъезде Нери это волновало меня меньше всего.

– На рассвете в госпиталь приезжал мессир Суарес, – прошептала Гретта, – он осмотрел Владыку и выразил искреннее восхищение мастерством лекаря, который оказывал ему помощь.

Сердце пропустило удар. Я сразу догадалась, что произошло дальше, и от этого захотелось взвыть раненым зверем.

– Разумеется, Ванда вызвала огонь на себя, – скривилась травница, подтверждая мои опасения, – хотя про тебя тоже упомянула. Вскользь.

– И на том спасибо, – вздохнула, пытаясь успокоиться.

В целом всё не так уж плохо! Нери наверняка расскажет Суаресу правду. Только как теперь с ним встретиться? Я не успела дать ответ, у меня нет номера его кристалла, а отправить посыльного в штаб Хранителей не могу…

– Суарес настоял, чтобы Владыку телепортировали в госпиталь Хранителей. Сказал, что дальнейшим лечением займётся сам. Они с Нери долго спорили, не знаю, что произошло и к чему такая спешка, – Гретта достала из артефакта-хранилища белый конверт, – но Владыка оставил весточку. Я дежурила возле него ночью, мы разговорились. Он много расспрашивал о тебе.

Щёки моментально вспыхнули. Я знала, что травница рассказывала только хорошее, но сам факт, что Владыка интересовался мной, заставлял сердце биться чаще. Странное чувство… непривычное, но отчего-то очень приятное.

– Он понял, что мы подруги и просил тайно отдать тебе письмо. – Гретта подмигнула мне и вручила послание. – Читай, а я в коридоре подожду. Такие письма нужно открывать без свидетелей!

Я хотела возразить, но травница выскочила из каморки с несвойственной ей прытью. Она явно решила, что послание любовное, и всеми силами подыгрывала дракону.

Брана монахиня недолюбливала. Один раз даже намекнула, что за сладкими речами часто кроются гнилые поступки. Мы тогда едва не рассорились. Гретта извинилась и больше не заводила разговоров на эту тему, а я при каждом удобном случае нахваливала жениха, пытаясь переубедить её.

Сейчас это казалось ужасно глупым. Интуиция у детей Великого леса отменная, дриады за версту чуяли лжецов и подлецов. Стоило прислушаться и всё проверить. Но я вела себя как ребёнок. Ходила точно под гипнозом, повторяла одно и то же, не замечая недостатков жениха.

Если бы всех членов императорской семьи регулярно не проверяли на привороты и ментальные воздействия, я бы решила, что меня приворожили!

Последняя проверка была пару недель назад. Мою ауру сканировал начальник императорской охраны и ничего не нашёл. Но всё же, чувства к Брану слишком быстро развеялись… будто бы их никогда и не было.

Может, это как-то связано с крыльями? Пока я не использовала их, ходила как оглушённая… Но стоило призвать древнюю магию, и я почувствовала себя намного увереннее. Впервые задумалась о собственных желаниях.

Возможно, крылья фэйри стоит воспринимать как вторую ипостась у оборотней и драконов? Тогда блокируя их магию, я не просто делаю себя слабой и уязвимой, но и лишаюсь части души!

Без крыльев я никогда не почувствую истинную пару и до конца не раскрою Дар целителя. Но, если начну часто призывать их, стану лёгкой мишенью для Охотников!

Что же делать?

– Лори, ты закончила? – дверь приоткрылась, и в каморку заглянула Гретта.

Ох…

– Н-нет ещё! – ответила, поспешно разрывая конверт.

Позже подумаю о странностях и нестыковках!

Печать вспыхнула. Дракон поставил на письмо сложную защиту, реагирующую на мою ауру. Сломай сургуч кто-то другой, конверт превратился бы в кучку пепла.

– Поторопись, не то опоздаем!

Травница вновь скрылась в коридоре. А я трясущимися руками извлекла послание.

Почерк у дракона оказался каллиграфическим. Ровные, идеально плавные линии, слегка заострённые буквы, равномерный наклон и ни единой помарки.

Мне стало стыдно за свои каракули. Мелкие, угловатые, напоминающие запись сердечного ритма на целительском артефакте.

К счастью, Владыка не требовал ответного письма.

«Лори, обстоятельства вынуждают меня покинуть госпиталь не попрощавшись, но я помню о долге и обещании. Через два дня состоится торжественный приём в резиденции Алваро Первого. Встретимся там.

Я сам найду тебя и устрою знакомство с Суаресом, он также будет на приёме. Ортегу приятно удивило твоё мастерство, он согласен рассмотреть твою кандидатуру на роль личной помощницы и ученицы».

В послании не было ни намёка на романтику, всего пара строк и те по делу. Но оно будоражило кровь похлеще любых стихов и любовных признаний!

Аргвар не забыл о своём обещании и рассказал Суаресу правду! Пресветлая… Как хорошо, что дракон оказался мудрее и сделал всё по-своему.

Правда, я не совсем поняла, о каком приёме речь.

Отец ничего такого не говорил, а ведь он Первый советник Алваро! Его бы точно пригласили. Может, решение приняли утром и Родриго ещё не в курсе? Или просто не успел предупредить нас с матушкой?

– Лори-и-и-и! – травница вновь занырнула внутрь. – Ну? До собрания осталось семь минут!

– Закончила! – воскликнула, пряча письмо. – Это все новости? Ты говорила…

– Не все, конечно! – перебила меня Гретта. – Вместе с Суаресом приезжал генерал-адъютант Алваро Первого. Император собирается лично наградить отличившихся целителей. Ванда уже готовит торжественную речь и примеряет амулет Верховной жрицы, а против тебя активно плетутся интриги.

От слов травницы нахлынула слабость и закружилась голова. Я сразу догадалась, чьих рук дело. Матушка Лизетты – опытная и опасная интриганка. Надо быть начеку!

– Позже расскажу подробности, – затараторила Гретта, – запомни главное! Не верь никому из жриц, не поддавайся на провокации и опасайся ловушек.

Легко сказать.

– Пока настоятельница на твоей стороне, как бы странно это ни звучало. Держись её и будь осторожна! А сейчас пойдём, иначе опоздаем.

Травница открыла двери, пропуская меня вперёд. Из её кельи было два выхода, и один как раз открывался под центральной лестницей. Я за миг взлетела по ней, чудом не запутавшись в юбках, и на бегу достала ключи от кабинета. Но едва остановилась у дверей, спиной почувствовала липкий, полный ненависти взгляд.

Чужие эмоции были настолько сильными, я чуть не промахнулась мимо замочной скважины! Руки дрожали, а по позвоночнику ледяными иглами растекалось дурное предчувствие. Кое-как справилась с замком и заскочила в кабинет. Но даже через плотно закрытую дверь я ощущала неприятный зуд между лопатками.

Все светлые целители эмпаты. Наша работа напрямую зависела от умения чувствовать и разделять чужую боль. Но я впервые настолько ярко и чётко слышала чьи-то эмоции! Возможно, дело было в их силе. А может, я оказалась права насчёт крыльев?

Про фэйри я знала мало. В общем доступе сохранились только легенды и исторические очерки, повествующие о трагической судьбе моего народа. А искать информацию в закрытых архивах слишком рискованно. Отец с трудом раздобыл в императорской библиотеке несколько редких книг.

С их помощью родители и придумали, как замедлить рост крыльев и скрыть мой Дар. Но если раньше работа на истощение резервов казалась прекрасной идеей, сейчас я сомневалась, что мы действовали верно. У меня даже закралась шальная мысль: а не попросить ли Нери о помощи? В его замке огромная библиотека, а коллекция редких магических книг считается одной из лучших в империи. Наверняка, если хорошенько порыться, там найдётся нужная мне информация!

От воспоминаний о драконе щёки снова вспыхнули. Не представляю, как просить его об этом… Вынести книги из замка мне никто не позволит. А напрашиваться в гости…

– Лори! – из-за дверей донёсся встревоженный голос Гретты. – Минута!

– Бегу!

В рабочую блузку и юбку я переоделась за рекордное время и так же быстро переобулась в мягкие туфельки без каблука.

Проверила рабочие артефакты, бросила беглый взгляд на своё отражение и, убедившись что всё в порядке, выскочила в коридор. Утренние сборы Ванда проводила в малом лекционном зале, он находился через два кабинета от моего. Успеем!

– Светлейшего утра! – на бегу поздоровавшись с сестрой-хозяйкой, я влетела в зал и плюхнулась на свободную лавочку.

Гретта через секунду приземлилась рядышком, как верный оруженосец.

– Итак, раз все в сборе, можно начинать, – Ванда удовлетворённо улыбнулась, убирая со стола песочные часы.

Я вновь спиной ощутила чей-то мрачный взгляд. И, что самое страшное, во всём зале витали похожие эмоции.

Мои отношения с коллективом и раньше нельзя было назвать тёплыми. Я всегда держалась в стороне и близко общалась только с Греттой, но до открытых конфликтов не доходило. Так, цеплялись по мелочам, не более. С такой яркой, незамутнённой ненавистью и завистью я столкнулась впервые.

Подозреваю, что матушка Лизетты уже начала против меня активную военную кампанию и не успокоится, пока не отомстит за увольнение дочери.

– Как вы уже знаете, вчера в госпиталь поступил особый пациент, – Ванда обвела присутствующих ледяным взглядом и по залу прокатилась удушливая волна страха. Про меня мигом забыли, сосредоточившись на собственных проблемах. – Во время его госпитализации некоторые сотрудники проявили преступную халатность. Я пришла в ужас, узнав подробности!

Тишина в зале приобрела особый оттенок. Напряжённая, звенящая, похожая на натянутую тетиву. Она просачивалась в каждую клеточку, заставляя замереть в ожидании продолжения.

– Троих я уволила сразу. – Рублёные жёсткие фразы рассекали воздух заточенным клинком. – Лаура Сенти, дежурившая вчера в приёмном отделении, и Викки Ленс, отказавшаяся осмотреть тяжёлого пациента, не только лишились работы, но и права продолжать целительскую практику.

Сурово, но справедливо. Таким, как они, не место в госпитале!

– Лизетта Тьери уволена за порчу дорогостоящего оборудования и распространение закрытой информации прессе, – продолжила Ванда.

По залу вновь разлилась волна негодования, и зуд между лопатками стал практически невыносимым. Казалось, сами крылья предупреждали меня о нависшей опасности и умоляли больше не запечатывать их. Будто говорили: «Не спеши, мы тебе ещё пригодимся!»

– Внутреннее расследование продолжается, – теперь голос настоятельницы звучал по-кошачьи мягко, вкрадчиво, и от этого становилось ещё страшнее. Спокойная и улыбающаяся Ванда была намного опаснее кричащей. – Не исключено, что в ближайшие дни госпиталь покинут ещё несколько жриц. Я намерена очистить монастырь от недобросовестных сотрудников, лжецов и сплетников.

Намёк Ванды был кристально ясен. Если кто-нибудь отличится до церемонии награждения и выборов в Совет, пусть пеняет на себя. И простым увольнением жрицы вряд ли отделаются. Я не сомневалась, что Лизетта получила рекомендации, с которыми не возьмут ни в один захудалый лазарет, не то что в крупный госпиталь.

– Разумеется, были и те, кто вчера приятно удивил меня, – добавила настоятельница. – Списки целителей, доблестно исполнявших свой долг в столь непростых условиях, уже вывешены в центральном холле. Отдельно хочу отметить мастерство моей ученицы Алории Лисавэр.

Висящие в воздухе негодование и злоба сменились эмпатическим штилем. Словно заговорщики захлебнулись собственным ядом. Ванда знала, в каком порядке подавать новости, несколькими фразами выбивая почву из-под ног.

– Я думаю, ни для кого не секрет, что наш госпиталь утром посетили мессир Суарес и генерал-адъютант императора Фредерико Симпози, – продолжила Ванда, – этой чести мы удостоились за спасение Владыки и его людей.

Раздались робкие аплодисменты, но целительница жестом пресекла их.

– Через два дня в императорской резиденции состоится торжественная церемония награждения. Император лично отметит орденом Пресветлой отличившихся целителей, – Ванда замолчала, выдерживая драматическую паузу, – думаю, не стоит говорить, насколько это важно для всех нас?

Присутствующие шустро закивали.

К ордену прилагалась приличная сумма, да и сама награда считалась невероятно престижной. А для настоятельницы и вовсе открывала прямую дорогу в Совет.

Последнее было выгодно для всех. Если Ванда выиграет на выборах Верховной, монастырь получит льготы на поставку оборудования и дополнительное финансирование.

– Я рассчитываю на понимание ситуации и ваше благоразумие.

Тон настоятельницы не предвещал ничего хорошего. Она в открытую предупреждала: если кто-то привлечёт к госпиталю ненужное внимание, может забыть о практике и репутации. Но мне это играло на руку и давало шанс продержаться до встречи с Нери.

– На этом всё. – Ванда поднялась и, подхватив документы, направилась к выходу. – Алория, ты мне нужна.

– Да, госпожа настоятельница.

Я скользнула за ней, спиной ощущая всё тот же липкий и холодный взгляд.

Похоже, я поторопилась с выводами… Продержаться до церемонии будет очень непросто!

ГЛАВА 9: Лжец ходит первым

До кабинета настоятельницы шли молча. Ванда не спешила начинать разговор, а я сосредоточилась на новых возможностях.

Меня захлёстывали чужие эмоции. Я не сомневалась, что чувствовать их так ярко помогают именно крылья. Они реагировали на малейшие эмпатические колебания, и с каждой секундой держать контроль становилось сложнее.

Воздух звенел от количества эмоций: зависть, искренняя радость и восхищение. Сотрудники госпиталя по-разному реагировали на новости, и чем дальше мы отходили от зала совещаний, тем слабее ощущался негатив. Младший персонал не интересовали интриги. Они ликовали, предвкушая премию и отсыпной за вчерашнюю переработку.

Неподалёку раздался знакомый гулкий топот, будто нам навстречу бежал крупный ёжик. Сестру-хозяйку я узнала сразу, ещё до того как услышала её одышку и басовитый голос:

– Госпожа настоятельница! – Выскочившая из-за угла Элеонора выглядела запыхавшейся, но счастливой. Крупное лунообразное лицо сияло, а вокруг монахини витал шлейф гордости и подобострастного восхищения. – К вам курьер из Гильдии целителей! Прикажете провести в кабинет?

– Позже. – Холёное лицо Ванды было абсолютно бесстрастным, но мои крылья засекли едва заметные искорки удовлетворения и затаённого торжества. – Сейчас я очень занята. Проводите его в зал ожидания. Приглашу, как только освобожусь.

Она врала. Я чувствовала это как никогда ясно, но, увы, не видела смысла в её действиях. На кой ляд мариновать курьера? Забрать письмо и расписаться в уведомлении – минутное дело!

– Как прикажете!

Элеонора поклонилась и, подхватив юбки, понеслась обратно. На моё присутствие она никак не отреагировала. Это радовало. Не все в госпитале готовы лезть в интриги и рисковать должностью ради чужой мести.

У меня даже появилась слабая надежда, что здравый смысл и страх перед настоятельницей окажутся сильнее и до церемонии жрицы залягут на дно. Да и времени, чтобы спланировать крупную подставу, маловато. Не зря же говорят, что месть подают холодной? Спешка в таком деле неуместна.

Но в любом случае, лучше быть начеку!

Немного осмелев и свыкнувшись с необычными ощущениями, я попыталась просканировать Ванду. Как управлять крыльями я не знала, поэтому просто сосредоточилась на целительнице. Но… с разбегу налетела на ледяную стену. Кожа покрылась мурашками и стало холодно, будто мне за шиворот кинули горсть снега.

К счастью, настоятельница не заметила моих манипуляций.

Что ж… По заказу крылья не работают, только хаотично засекают чужие яркие эмоции. Впредь буду осторожнее и для начала потренируюсь на близких.

– Заходи. – Магесса открыла дверь в кабинет, пропуская меня вперёд.

Я по привычке зажмурилась, но допросные лампы не горели.

На столике стояли две чашки и блюдце с вкуснейшими пирожными из лавки госпожи Дюваль. Её сладости стоили дорого и отличались не только уникальным вкусом, но и узнаваемым дизайном. Ванда их обожала и предлагала лишь особым гостям. Меня угощали уже второй раз, но гордости по этому поводу я не испытывала. Скорее предпочла бы на пару дней превратиться в невидимку и просидеть в келье Гретты, помогая толочь травы для зелий.

– Мне нравится, как ты держишься. – Ванда начала разговор с похвалы, и я насторожилась ещё больше. – Не все проходят испытание успехом. Многие зарываются, начинают совершать глупости и дерзить тем, кто вывел их на вершину. А ты скромничаешь, будто ничего не случилось.

– Я всего лишь исполняла свой долг, – ответила, пытаясь скрыть негодование.

Целительница вела себя… странно. Будто прикидывала, сколько пряничных крошек мне можно отсыпать и не пора ли применить кнут.

– Молодец! – Ванда уселась в своё любимое кресло, жестом велев занять место напротив. – Именно так и с таким лицом отвечай всем, кто спросит о случившемся. А их будет много, Лори.

– Надеюсь, вы ошибаетесь, – вздохнула, – мне бы не хотелось привлекать лишнего внимания…

– Не переигрывай! – в голосе Ванды проскользнули металлические нотки. – Держись скромно, но уверенно. И никогда не бросайся на подачки и милость великих, как голодная собака.

Смысл последнего напутствия обескуражил, и, заметив мой растерянный взгляд, наставница снизошла до пояснений:

– Курьер из Гильдии – первая проверка, – скривилась Ванда, – прими я его сразу, это бы выглядело жалко. Что же я за настоятельница, если бросила всё, чтобы прочитать письмецо с поздравлениями?

О как!

– Я не собираюсь плясать на задних лапках ради похвалы, поэтому курьер подождёт. Гильдия должна знать своё место, – настоятельница разлила по чашкам чай и подала мне одну, – но и перетягивать не стоит, поэтому через четверть часа я приму его.

Разговор напоминал шахматную партию, и я в ней была королём. Вроде почётно, но самостоятельности ноль и полностью зависишь от других фигур.

– В интригах важны баланс и осторожность, – добавила Ванда, – запомнила?

– Конечно, – послушно кивнула и сделала глоточек чаю.

Похоже, настоятельница вкладывала свой смысл в слово «ученица» и наставлять меня собиралась отнюдь не в лекарском мастерстве. Хотя за дело она взялась основательно. И, что самое главное, крылья молчали. Я по-прежнему относилась к Ванде настороженно, но прямой угрозы не чувствовала.

Получив желаемое, целительница успокоилась, сейчас она напоминала сытую анаконду. От неё фонило лёгким пренебрежением и ленивым покровительством, пока не переварит уже съеденных кроликов, мне ничего не грозит.

– Жаль, что не все в госпитале настолько сообразительны, – продолжила Ванда, – моё предупреждение удержит большинство жриц от необдуманных действий. Но во избежание столкновений два дня будешь заниматься только ранеными Хранителями.

Настоятельница щёлкнула пальцами и на подлокотник моего кресла приземлилась стопка историй болезни.

– Это твои пациенты на сегодня и завтра, они все лежат в пятом блоке. К другим не выходишь, сидишь там. Если что-то понадобится, посылай Гретту или дежурную сестру, я утром перевела в пятый блок проверенных сотрудников.

Звучало красиво, будто она и впрямь заботилась обо мне. А если вдуматься, я оставалась запасным кроликом. Вроде и не съели сразу из-за ценного меха, но закрыли в клеточке до лучших времён. То есть до церемонии награждения.

Хотя, это и правда прекрасный шанс избежать ловушек и подстав! И плевать, что в число проверенных сотрудников входят шпионы Ванды. Против неё я ничего не замышляю, пусть следят сколько нужно!

– Благодарю, госпожа настоятельница! – произнесла абсолютно искренне.

– Это всё, можешь идти, – кивнула Ванда.

В кармане вновь завибрировал связной кристалл. Я отключила его, чтобы не злить целительницу, но успела заметить на экране надпись «Бран». Жених не сдавался и продолжал атаковать звонками.

Словно чувствовал, что наша свадьба может не состояться.

По спине пробежал холодок. Крылья не оценили настойчивости маркиза, но сейчас не до этого.

Подхватив пачку историй и поклонившись настоятельнице, я выскользнула в коридор. Кроме дежурной сестры и двух младших жриц здесь никого не было, все ушли на утренний обход. Это шанс благополучно добраться до пятого блока!

– Светлого утра! – я поприветствовала персонал и быстрым шагом направилась к больным.

Дорогу намеренно выбрала длинную – через центральный коридор. Здесь висели наблюдательные кристаллы и риск нарваться на неприятности был минимальным.

– Светлого утра! – не отрываясь от документов, кивнула дежурная.

От неё фонило усталостью и раздражением, но направленным не на меня, а на нескончаемую гору бумаг. Стопки справок и историй занимали большую часть стола и едва не падали на пол.

В кармане завибрировал связной артефакт, не сбавляя шаг, я достала кристалл. Снова Бран…

«Лори, ответь! Умоляю! – высветилось на экране. – Лори, ты не можешь злиться вечно!»

С последним я могла бы поспорить. От одного воспоминания о вчерашнем скандале внутри всё закипало. Не ворвись Бран в госпиталь, я бы избежала половины проблем!

«Я был не прав!»

Артефакт вибрировал без остановки. Выключить его полностью не получалось по простой причине: мой рабочий кристалл недавно повредился, а купить новый я не успела из-за напряжённого графика. Приходилось временно перенаправлять все звонки и сообщения на личный магограф.

«У меня обход. Позже поговорим», – отрезала и выключила экран.

Но Бран начал перезванивать.

– Да! – ответила, с трудом сдерживая злость.

Жених в очередной раз демонстрировал, что моя работа для него ничего не значит. Он считал себя вправе врываться сюда, писать сообщения и звонить в любое время.

– Лори, нам нужно поговорить! – раздался встревоженный голос.

Слишком громкий и эмоциональный, чтобы быть искренним. Да и его настойчивость скорее напоминала манию или помешательство, чем реальное раскаяние.

– Бран, я на работе! – упрямо повторила.

– Я виноват…

– Мы обсудим это позже.

На той стороне кристалла повисла напряжённая тишина. Я крыльями чувствовала, что жениха злят мои ответы и резкая перемена в поведении, но понять в чём причина он не может.

По правде говоря, я и сама до конца не понимала, но возвращаться к прежней жизни не собиралась. И Балтимеру придётся это принять.

– Лори, мы можем встретиться вечером? – голос жениха неожиданно стал мягким и вкрадчивым. – Я заберу тебя после работы. Съездим в ресторан, заедем в ювелирный салон и купим тебе новое колье, а потом выберем платье для церемонии награждения.

Его речь лилась размеренно, без единой запинки. Это неприятно резало слух и наталкивало на определённые мысли. Словно он повторял давно заученные фразы, и далеко не в первый раз.

Перед глазами пронеслись прошлые встречи. Бран всегда приходил с дежурным букетом, а на праздники присылал украшение. Неизменно дорогое и модное, но абсолютно не в моём вкусе. Он никогда не спрашивал, что мне нравится, всегда ориентировался на свои предпочтения. Даже фасон свадебного платья выбирал сам, а меня таскал к модистке в качестве живого манекена.

«Съездим в ресторан, купим тебе новое колье и платье…»

Фраза эхом звенела в ушах. Кому же ты ещё говорил её, Бран? Другим девушкам?

Лизетта, Жоржетта, Арлетта… имён я знать не могла, но, похоже, их было много. От внезапной догадки перехватило дыхание, стало гадко и обидно до слёз.

Меня пытаются купить! Как одну из многих…

– Так ты согласна? – он уже не спрашивал, а констатировал факт. Будто и мысли не допускал, что ему могут отказать. – Я был не прав с браслетом, – добавил, мурлыча, – он и впрямь мешает во время работы. Мы купим тебе кулон!

Крылья уже не зудели, а горели огнём. Я держалась из последних сил, чтобы не почесать спину о дверной косяк подобно бродячему коту. Но боюсь, меня неправильно поймут сотрудники.

– Поговорим позже по кристаллу, я наберу тебя, когда вернусь домой, – ответила, выключая артефакт.

Отказывать в открытую не стала, вспомнив наставления отца.

В динамике магографа запоздало раздалось ещё одно «Лори!» – Бран повторял моё имя как заклинание. Неужели и правда думал, что я куплюсь на столь дешёвую игру?

Вот уж кого к Ванде в ученики стоит отправить. Настоятельница – редкая змея, но у неё есть класс. А Бран… даже не старался.

Считал безвольной куклой, у которой и мнения-то своего нет? Зачем распинаться, если глупышка Лори всё стерпит? И вдруг отчетливо вспомнились слова Лейри: «Он боится потерять не вас, а власть над вами…»

– Леди Лисавэр?

Из-за спора я и не заметила, как добежала до пятого блока. На входе стоял молоденький Хранитель. Большая часть стражников уехала вместе с Владыкой, но нескольких драконов он оставил следить за порядком.

– Да, – ответила, доставая медальон жрицы. На нём были выбиты инициалы и печать рода.

– Проходите, – дракон галантно открыл двери, пропуская меня.

Настроение моментально улучшилось. Если на входе такая охрана, завистникам до меня не добраться, а с Браном потом разберусь. Сейчас главное – пациенты.

ГЛАВА 10: Я тебя слышу

День пролетел незаметно. Я с головой погрузилась в работу, занимаясь ранеными Хранителями.

Ванда перевела в отдельный блок десять воинов, принятых мною вчера. Это упрощало работу: стражи уже привыкли к моей Силе. Долечивать чужих больных я не любила, ведь магия сильных целителей часто вступала в диссонанс.

Часы в коридоре пробили четыре пополудни. Оставалось осмотреть ещё одного пациента и заполнить бумаги. А там и домой пора!

Мне не терпелось увидеться с отцом и обсудить в деталях события последних дней. После звонка Брана желание разорвать помолвку взыграло с новой силой. Мне не хотелось встречаться с ним ни этим вечером, ни любым другим. А уж подарки принимать тем более.

Надеюсь, отец придумает, как решить вопрос без скандала. Император мог создать море проблем вопреки родственным связям. Он не прощал отказов и жестко наказывал тех, кто его разочаровывал.

– Светлейшего дня, лорд Вэртана, – поприветствовала сидящего на постели стража. Работа помогала отвлечься от грустных мыслей, и я цеплялась за неё как за спасительную соломинку. – Как ваше самочувствие?

– Самочувствие великолепное! – бодро отчитался Хранитель. – Если бы меня не лечил самый очаровательный целитель империи, попросился бы на выписку!

Сегодня весь день я получала комплименты и приглашения на свидание. Очнувшиеся стражи флиртовали напропалую.

Браслет отца снимать не рискнула, испугалась, что после не смогу создать нужную иллюзию. Пришлось работать в нём. Было ужасно неудобно, зато стражи видели украшение. Оно сигнализировало о помолвке и скорой свадьбе, но их почему-то не останавливало.

Раньше браслет моментально отпугивал потенциальных ухажёров. Но, похоже, на драконов артефакт не действовал.

Вначале это слегка нервировало. Однако я быстро сообразила, если хочу работать с Суаресом, придётся научиться давать отпор таким влюблённым!

– Ваше состояние стабилизировалось, – я закончила обрабатывать раны Габриэля, – завтра можно будет снять повязки.

– Прекрасная новость! – оживился маг. – К слову, а что вы делаете завтра вечером?

– Работаю, – доверительно сообщила и, подхватив инструменты, направилась к выходу. За спиной раздался тихий вздох и сдавленный смех соседа по палате.

Губы непроизвольно растянулись в улыбке. Повышенное внимание стражей смущало, но поднимало настроение и самооценку. И, что самое главное, драконы не чувствовали привязки к Нери! Иначе не посмели бы и взглянуть лишний раз в мою сторону. Чужой источник неприкосновенен!

Похоже, Ванда приврала, говоря о сформировавшейся связи с Владыкой. Или… это Аргвар замаскировал её заклинанием, чтобы не подставлять меня?

– Лори! – В коридоре я наткнулась на Гретту. – Рабочий день закончился. Ты снова перерабатываешь!

– Ничего подобного! – усмехнулась, бросив беглый взгляд на часы. – Всего-то на пять минут задержалась!

Лежащий в кармане магограф завибрировал. За день он так надоел мне, что собиралась выключить не читая, но вместо привычного «Бран» на экране высветился герб императорской семьи и надпись «Алваро Первый»…

Сердце пропустило удар. Сообщение от августейшего родича не предвещало ничего хорошего.

– Лори, ты в порядке? – нахмурилась Гретта.

– Д-да… – пролепетала, пряча магограф в карман халата. Такие весточки лучше читать в кабинете, когда никого нет рядом.

– Не похоже, – травница моментально учуяла ложь.

– Я просто устала, – слабо улыбнулась, – ты иди, мне нужно закончить с историями.

– Давай помогу! – не сдавалась монахиня.

В другое время я бы с радостью согласилась. Но втягивать Гретту в семейные разборки не хотелось. Это только моя проблема.

– Не стоит, там работы на полчаса, – ответила, сгребая лежащие на столе бумаги. Руки дрожали, а дурные предчувствия усиливались с каждой секундой.

Политика дело тонкое, в ней нет места чувствам. А мой союз с Балтимером имел стратегическую ценность.

Матушка Брана принадлежала к древнейшему магическому роду империи, а отец был племянником короля Вэрселии. Свадьба представителей правящих династий могла усилить дипломатические связи между нашими государствами.

Если маркиз и его семейство первыми добежали до Алваро и преподнесли свою версию случившегося, можно ни на что не надеяться… Будет нужно – дядюшка меня волоком оттащит к алтарю.

– Ну, как знаешь, – голос травницы прозвучал тихо и неуверенно. Она сомневалась, стоит ли отпускать меня одну.

– Все уже ушли, – отмахнулась, – мне ничего не угрожает. Заполню истории и вызову карету.

Попрощавшись с Греттой, направилась к себе. На душе скребли кошки, и я в сотый раз пожалела, что утром смалодушничала и не выключила связной кристалл. Лучше бы вообще осталась без связи…

– Всего хорошего, леди Лисавэр! – пожелал охранник, едва я вышла из блока.

– И вам! – улыбнулась.

В коридоре было пусто и тихо. Я без проблем добралась до кабинета, но когда вошла внутрь, в нос ударил удушливый аромат роз. Цветы прислали утром и не только мне. Все целители, представленные к награде, получили одинаковые букеты.

Поставить их в пятом блоке было негде, и я попросила дежурную отнести цветы в мой кабинет. Не думала, что за день комната настолько пропитается ароматом!

Обмахнувшись историями, подошла к окну и раскрыла его нараспашку. Дышать стало легче, но голова всё равно кружилась от слишком яркого запаха.

Кристалл снова завибрировал, напоминая о непрочитанных сообщениях. Собравшись с духом, я достала его из кармана и открыла весточку от императора:

– «Алория Марианна Каталина Лисавэр! До меня дошли странные и крайне неприятные слухи, – начало сообщения подтвердило самые страшные опасения, – надеюсь, это ложь и провокация. Будь умницей, не разочаровывай меня».

Жёстко и в стиле императора… Для Алваро существовало только одно верное мнение – его собственное. С остальными он не считался.

Надежда померкла в один миг, на глаза навернулись слёзы. Мне не позволят разорвать помолвку, а Бран никогда не разрешит обучаться у Суареса.

Голова закружилась, я чудом дошла до диванчика и рухнула на краешек. Запах роз стал невыносимым, он сводил с ума, просачиваясь в каждую клеточку, а крылья жгло огнём. Магия фэйри предупреждала о приближающейся опасности, но меня будто парализовало. Кристалл выскользнул из ослабевших пальцев.

Последнее, что я увидела, прежде чем потерять сознание, была странная тень, мелькнувшая в зеркале напротив.

Длинная, неестественно тонкая и пляшущая как пламя свечи. Она меньше всего походила на человеческую и с каждой секундой становилась всё больше, заполняя комнату.

Происходящее казалось страшным сном. Я не сразу поняла, что до сих пор нахожусь в сознании, но не могу ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Оставалось только испуганно смотреть, как очертания кабинета расплываются, а из зеркальной глади выползает воплощение моих кошмаров. Наполовину огромный богомол, наполовину обнажённый мужчина.

Охотник…

– Тс-с-ш-ш! – звенящую тишину разорвал низкий, стрекочущий звук.

Тварь потёрла передние лапки друг о друга и вскинула голову, прислушиваясь.

Я забыла, как дышать… В книгах писали, что Охотники слепые, они не видят своих жертв, но идут на музыку их крыльев. Хрустальный перезвон, свойственный лишь магии фэйри.

– Молю… не шевелитесь… – мысленно обратилась к крыльям. В ушах эхом отдавалось гулкое и частое биение моего сердца. Оно казалось слишком громким.

Но, похоже, чудовище ничего не слышало.

Здоровенное, покрытое шипами и зеленоватой чешуёй брюшко богомола нервно подрагивало, передние лапки, напоминающие заточенные сабли, то и дело тёрлись друг о друга, а человеческая голова и торс монстра покачивались подобно стрелке маятника.

Тик-ток… тик-ток…

Словно заворожённая смотрела на Охотника, не в силах отвести взгляд. А по венам ядовитой лавой растекались боль и страх. Хотелось закричать, убежать… но тело не слушалось. Я чувствовала себя бабочкой в паутине, а в голове билась только одна мысль: «Нужно призвать крылья!»

С каждой секундой это желание становилось сильнее и казалось единственно верным. В крыльях бесконечный источник магии! С их помощью я смогу развеять чары и сбежать…

– Тс-с-ш-ш! – стрекот усилился, призывая и подталкивая меня принять решение.

Я уже испытывала подобное, надевая обручальный браслет. Тогда собственные мысли также казались чужими, навеянными. При этом волнами накатывала странная слабость и неестественное чувство вины.

– Тс-ц-ц-ц! – тварь зло ударила лапами, будто пытаясь высечь искру.

Меня оглушило волной чужой ярости, древней злобы и… голода. Дикого, невыносимого, всепоглощающего.

Охотник терял терпение.

Осознание пришло внезапно! Он не видел меня, не слышал. Примчал на яркую эмоциональную вспышку и потерял, едва я взяла магию крыльев под контроль.

Сердце забилось чаще, но радоваться ещё рано. Я по-прежнему не могла пошевелиться и позвать на помощь. У меня были только мысли и желание выжить любой ценой…

– Тс-с-ш-ш! – стрекот раздался совсем близко.

Охотник танцуя перемещался по длинным, сверкающим нитям, напоминающих металлическую паутину.

На таких нитях висела и я. Очертания комнаты полностью растворились во тьме. Монстр утянул мою душу в подпространство-ловушку и теперь провоцировал, заставляя призвать крылья.

Из глаз брызнули слёзы. Я даже не могла зажмуриться, чтобы не видеть Охотника. Смотрела неотрывно, как он приближается. Неумолимо, будто сама смерть.

Тик-ток… тик-ток…

Тварь ритмично раскачивалась, а неестественно огромные глаза богомола напоминали разбитое зеркало. Я слышала, что в каждом осколке навеки застывала душа съеденной фэйри…

Тик-ток…

Как же глупо всё закончилось! Я только начала чувствовать себя по-настоящему живой… Поверила, что могу сбежать от Брана, забыть о страхах, поступить в ученицы к Суаресу, попросить у Нери доступ в его библиотеку и найти информацию о своём народе…

– Лори! – хриплый, будоражащий голос дракона ворвался в мысли штормовым ветром. – Лори! Ответь мне! Позови…

– Тс-с-ш-ш! – стрекот Охотника скользнул у самого уха и по бокам от меня на паутинки приземлились мощные лапы, заканчивающиеся заточенными лезвиями.

– Поздно… – мысленно прошептала я.

Тварь с шумом втянула воздух и настороженно прислушалась… Лицо у Охотника было почти человеческим, если не считать жутких глаз.

– Лори! – я едва расслышала голос дракона. – Во имя Хаоса! Позови меня! Назови по имени!

– Тс-с-ш-ш!

По имени? Зачем? Я уже ничего не понимала, тонула в стрекоте монстра и осколках чужих душ, будто в океане…

Океан.

Воспоминания о мечте прорвались сквозь пелену ужаса, придавая сил. Я словно воочию увидела сапфировые глаза дракона, вспомнила его имя, редкое и необычное. И, собрав остатки воли, мысленно закричала:

– Аргвар! Аргвар Нер…

Закончить я не успела. Тьму разорвало ослепительной вспышкой и мир утонул в сапфировом мареве.

– Тс-с-ш-ша-а-а! – тварь отшвырнуло от меня заклинанием, и я услышала полный боли и ненависти рёв.

Подпространство разлетелось на осколки. И через миг я вновь оказалась в своём кабинете. Лежащей на полу, вернее… на Нери.

ГЛАВА 11: Сильнее запретов

Секунды казались вечностью. Я боялась пошевелиться, настороженно прислушиваясь к гулкому биению сердец – моего и драконьего. Удары звучали в унисон, эхом отдаваясь в ушах, а по телу целительными волнами растекалась чужая магия.

Владыка. Лечил. Меня…

Мысль казалась настолько дикой и неестественной, что я не сразу поверила в её реальность. Но его Сила была самой настоящей. Она ласкала кожу тёплым летним ветерком, просачивалась в каждую клеточку, вытесняя могильный холод и страх, навеянный Охотником.

Тварь исчезла, но меня до сих пор бил жуткий озноб. Ужас от появления монстра был слишком силён.

– Тише, уже всё хорошо.

По спине скользнули сильные руки, сминая халат и тонкую ткань блузы. Крылья доверчиво отозвались, сплетая свою магию с чужой. Мощной и неудержимой, похожей на бушующую стихию.

– Что вы делаете? – прошептала.

Но, вместо того чтобы оттолкнуть дракона, судорожно вцепилась в его рубашку, едва не оторвав ворот.

– Спасаю одну сумасшедшую фэйри! – Ухо опалил хриплый шёпот, а ладони Владыки скользнули выше, накрывая мои лопатки.

Я вздрогнула, реагируя на незатейливую ласку. Тело горело огнём, воздуха катастрофически не хватало, а сердце билось слишком часто…

Меня впервые обнимали… так. Смело, по-собственнически, но при этом бережно и нежно. В сильных руках дракона я чувствовала себя хрупкой фарфоровой статуэткой.

– Вы…

– Пришёл на Зов, – ответил, легонько коснувшись губами чувствительной кожи на шее.

Смущение и паника достигли вершины, и я попыталась осторожно высвободиться из объятий. Но… кто ж меня отпустил?!

– Тише, тише, – хрипло рассмеялся Владыка, немного отстраняясь, – я не кусаюсь.

– Ещё этого не хватало! – прошептала, собирая остатки гордости и силы воли.

Тело не слушалось, я снова чувствовала себя пойманной бабочкой, только на этот раз происходящее мне… нравилось. И это пугало.

Мне совершенно не хотелось отталкивать Нери, а желание остаться в его руках казалось правильным и естественным.

– Я благодарна вам за спасение, – пролепетала, поймав за хвост парочку здравых мыслей, – вы даже не представляете, насколько…

– Рано благодарить, – перебил меня дракон, – Охотник жив и знает, что в столице появилась фэйри.

– Что?! – встрепенулась я.

– Не двигайся! – прикрикнул, вновь прижимая к себе, практически впечатывая в мощную грудь.

От дракона пахло горьким шоколадом, дымом и южными специями. Вкусно, обжигающе и безумно притягательно. Хотелось раствориться в этом запахе, забыв о недавно пережитом кошмаре. Но я неожиданно вспомнила другой аромат, душный и мерзопакостно сладкий, от которого мне и стало плохо.

– Цветы! Розы… – воскликнула, боясь пошевелиться. Почувствовала, что меня не просто сжимают в объятиях, но и оплетают каким-то сложным заклинанием.

– Я накрыл их куполом, комнату проветрил заклинанием, – устало ответил Владыка, – позже отправлю цветы на экспертизу.

– А…

– Нас я тоже скрыл пологом тишины и защитным куполом, – невозмутимо продолжил, – двери запечатал магией.

– Но…

– Лори, ты можешь хоть минуту помолчать и не ёрзать?! – не выдержал дракон.

– Могу, – притихла пристыженной мышью.

От страха хотелось болтать без умолку. Меня накрыло запоздалой истерикой, и я с ужасом осознавала, что сейчас разрыдаюсь, уткнувшись в грудь Владыки. Чтобы хоть немного отвлечься и собраться с мыслями, сосредоточилась на его магии.

Пока я не особо понимала, что именно делает Нери. Вначале решила, что он лечит меня, наполняя своей силой. Но прислушавшись к собственным ощущениям, поняла – дракон не делится своей магией, а меняет мою!

Не спеша вплетает тёмную Искру в крылья, сбивая Охотника со следа и не позволяя найти меня по магическому шлейфу.

– Как ты?

Ладони Владыки соскользнули мне на талию. Он закончил плетение и теперь мы просто лежали на полу, переводя дыхание и восстанавливая силы.

Было стыдно… но очень уютно.

– Лучше.

Я приподнялась на локтях, отстраняясь. И едва не рухнула обратно, увидев на своих запястьях серебристую печать магической привязки.

Она растекалась по коже сверкающей паутинкой, формируя причудливые узоры. В их переплетениях легко было заблудиться, они притягивали взгляд. Их хотелось рассматривать вечно.

Такие же символы появились и у Нери. На смуглой коже дракона они выделялись особенно ярко, это завораживало и пугало одновременно.

Я впервые видела печати вживую. Слухи не врали, они действительно хранили воспоминания пары. Всматриваясь в их серебристую, искрящуюся глубину, я могла прочитать нашу с Аргваром историю, одну на двоих.

Знаки навеки впитывали и запоминали сокровенные тайны. Прикоснувшись к нужному символу, мы могли призвать самые яркие картины прошлого, вновь пережить желанные эмоции.

Уникальная магия, доступная только нам, для остальных это всего лишь печати. Красивые, но абсолютно непонятные. Никто не знал, почему они проявляются именно так. Поговаривали, что это отголоски Старой эпохи, когда фэйри добровольно становились источниками драконов.

В те времена монстры Пустоши просачивались в наш мир намного чаще и были сильнее, поэтому Хранители сражались с ними в драконьем обличье. После затяжного боя не все могли перекинуться обратно, и тогда фэйри с помощью татуировок напоминали своим защитникам об их прошлом. Делились особенными воспоминаниями, отгоняя кровавое безумие битвы.

Красивая легенда. Но сейчас, глядя на искрящиеся татуировки, я не испытывала радости. В ушах набатом звенел вой матушки и яростное рычание императора. Разразится грандиозный скандал.

Троюродная племянница Его Величества стала источником дракона! Никто не поверит, что печати появились в результате лечения и обмена магией.

– Катастрофа… – прошептала, словно в трансе, и уселась на пол рядом с Нери.

– Лори, успокойся! – Владыка рывком поднялся, подхватывая меня на руки, и пересадил на диванчик. – Выпей.

Дракон начертил в воздухе несколько рун, и передо мной возник стакан с холодной водой. Я залпом осушила его и на мгновение задержала дыхание, собираясь с мыслями. Вдох… пауза… выдох…

Панический туман в голове постепенно рассеивался. Я вспомнила главную причину, по которой Нери оказался здесь. На фоне появления Охотника страх перед скандалом резко померк. Волновало другое: какие проблемы может создать для моей семьи император, если закусит удила и решит отомстить за сорванные планы?

Брак с Балтимером был политически выгоден, Алваро возлагал на него большие надежды. Но если отец пообещал, что последнее слово останется за мной, может… существуют лазейки?

Лежащий на полу кристалл завибрировал. Наклониться за ним я не успела, дракон оказался быстрее. К счастью, читать горящую на экране надпись он не стал, а тут же передал артефакт мне. Удивительная тактичность. Бран обязательно влез бы в сообщения: для него не существовало никаких ограничений и понятия личного пространства.

– Спасибо! – прошептала, открывая весточку. Она оказалась от отца.

«Алория, ты уже освободилась? Нужно поговорить. Я могу заехать за тобой в госпиталь через четверть часа. Поужинаем в ресторане неподалёку и обсудим всё без лишних ушей».

«Жду! – ответила и тут же уточнила: – У нас в гостях Бран?»

«Тереза».

Одно слово, а желание ехать домой пропало окончательно. Матушку жениха не хотелось видеть ни сейчас, ни завтра… Никогда. Тереза долгие годы возглавляла дипломатический корпус в Вэрселии. Она была сильным эмпатом, играючи могла убеждать и внушать что угодно и замечала каждую мелочь.

Я слишком устала, чтобы следить за мыслями и эмоциями, сейчас лучше избегать встречи с ней.

«Набери меня, как подъедешь, спущусь», – напечатала и спрятала артефакт в карман.

Настроение немного улучшилось. Родриго наверняка что-нибудь придумает!

– Скоро сюда приедет мой отец, – сказала, подняв взгляд на Нери.

Теперь я могла нормально рассмотреть его. Жуткие раны, пугавшие при первой встрече, затянулись. От них остались едва заметные светлые полоски шрамов, но они нисколько не портили дракона.

Я невольно залюбовалась хищными, безупречно правильными чертами его лица и бездонными сапфировыми глазами, удивительно сочетающимися со смуглой кожей. Красота Владыки завораживала. В ней чувствовалась жёсткость, присущая лишь настоящим воинам.

Шрамы на его теле рассказывали историю пройденных сражений не хуже магических плетений. Я прекрасно помнила следы когтей тварей Пустоши на мощной груди, такое не затягивается бесследно даже у драконов. Три тонкие полосы навсегда сохранят воспоминания о той битве. Как и вереница белёсых следов на левом плече. Они причудливо сплетались с защитными рунами, а сейчас к ним должны были присоединиться серебристые ручейки печати.

Неожиданно поймала себя на мысли, что пытаюсь представить Нери без рубашки. Интерес был исключительно магическим, мне хотелось поближе рассмотреть печать! Но щёки всё равно предательски вспыхнули. Пришлось отвести взгляд, чтобы дракон не подумал ничего такого.

– Хорошо, – Владыка подошёл к злосчастному букету, – я провожу тебя до выхода и вернусь. Нужно осмотреть кабинет. После сам встречусь с Родриго.

Смысл его слов дошёл не сразу. Дракон говорил спокойно, будто ничего не произошло и мы обсуждали погоду или предстоящее чаепитие. А меня озноб прошиб, едва представила, как мы под ручку выходим из госпиталя.

– Не нужно меня провожать! И зачем вам встречаться с отцом?!

– Суарес согласен взять тебя без экзаменов, но требуется разрешение главы рода, – уклончиво ответил Нери.

Печать привязки мигом сообщила, что это не вся информация. От меня пытаются что-то скрыть!

Хм… Полезная штука! Ещё бы придумать, как её спрятать от посторонних взглядов.

– Если отец увидит печать…

– Татуировку можно спрятать – Дракон взял со стола лист бумаги и перо, написал короткое сообщение и, закрепив его на букете, осторожно переместил цветы в портал. – Но у меня другое предложение. Ты примешь мою защиту и…

– К-хе…

В глазах потемнело от неожиданности, и я чудом не выронила пустой стакан.

– Лори! – Владыка моментально оказался рядом, обнимая за плечи и прижимая к себе. – Дослушай!

– Вы не понимаете… – прошептала, пытаясь собраться с мыслями.

Ситуация сложная, если не сказать хуже. Нери единственный мог защитить меня от Охотников, и я готова была с лихвой оплатить его услуги, работая в штабе и спасая раненых Хранителей. Но принять помощь официально не могла!

Любовница Владыки…

Да Алваро мою семью в порошок сотрёт! Даже слушать не станет и разбираться.

– Боюсь, это ты не понимаешь, насколько всё серьёзно, – жёстко ответил Аргвар. – Охотник напал на след, он не отступит. Без подпитки печати ослабеют за пару дней, и ты станешь лёгкой добычей.

– Знаю! – с отчаянием воскликнула. – Но император…

– Его я возьму на себя, – отрезал Нери.

– Печати…

– До церемонии я скрою их магией, не переживай, – перебил меня дракон, – но к этому вернёмся позже. Сейчас расскажи, кто принёс цветы и откуда появился Охотник.

ГЛАВА 12: Следствие ведёт дракон

Вопросы Владыки в очередной раз напомнили, почему светлых целителей считают беспомощными и неприспособленными к жизни вне монастыря. Аргвар за секунду вычислил подозрительный букет, обезвредил и проветрил комнату. Меня же ничего не насторожило, даже крылья отреагировали с запозданием.

Магию жриц с детских лет настраивали исключительно на лечение, я могла учуять раненого с другого конца коридора, но пропустила ловушку, с которой бы легко справился боевик-первокурсник. Атакующей магией я не владела, защитной тоже. Только свободно перемещалась порталами и неплохо разбиралась в бытовых плетениях. Многие целители не умели толком и этого.

– Лори, у нас мало времени, – поторопил Владыка.

– Цветы… – я на миг задумалась, припоминая подробности, – их прислали всем отличившимся жрицам вместе с официальными поздравлениями от императора и приглашениями на церемонию награждения.

– И где приглашение? – уточнил Нери.

– У меня, – растерянно ответила.

– Ты сразу забрала его?

– Ну… да.

Сути вопросов я не понимала. Какая разница, когда я забрала эту бумажку? Главное выяснить, что было в букете и как он связан с появлением Охотника!

– Ты сама отнесла цветы в кабинет? – продолжил дракон.

– Нет, передала с дежурной сестрой.

– Почему?

– Я весь день провела в пятом блоке с ранеными Хранителями, – честно ответила, – Ванда запретила выходить оттуда до окончания рабочего дня из-за возможных провокаций.

Признание далось нелегко, мне не хотелось посвящать Владыку в личные проблемы, но и соврать не могла. Боялась пустить его по ложному следу.

– У меня… проблемы с другими жрицами, – поморщилась, – после вчерашнего настоятельница начала чистки в коллективе, троих уже уволили.

Наткнувшись на недоумённый взгляд Нери, я добавила:

– Некоторые винят в этом меня.

– Потрясающая логика, – пробормотал дракон, призывая обёрнутый в чёрную кожу блокнот и магическое перо. – Мне нужны имена, пиши всех. От потенциального вредителя к самому маловероятному.

– Так половину жриц записывать придётся, – с сомнением протянула я.

– Пиши-пиши, – усмехнулся Владыка, – цветы обработала одна из сотрудниц. И очень похоже, эликсиром из эмпатической группы.

Пресветлая…

Теория Владыки поясняла многое! Подобные зелья в госпитале были. Их использовали при лечении тяжёлой апатии и психоза у раненых. Для этого в палатах устанавливали специальный артефакт, распыляющий эмпатические корректоры. В нужной концентрации они просто повышали настроение и стабилизировали психическое состояние пациента, а в высокой – вызывали повышенное возбуждение, эйфорию и нарушение координации.

План был идеальным.

Кто-то очень хотел, чтобы во время работы я потеряла концентрацию и напортачила с лечением, но не учёл, что букет в кабинет отнесёт монахиня. А я приду лишь вечером, когда эликсир пропитает всю комнату, и в итоге не просто надышусь зельем, а словлю эмпатическую контузию!

Ещё и сообщение от императора так не вовремя прилетело…

– Как вы всё это узнали? – ошарашенно выдохнула я.

Скорость, с которой Владыка ухватил след, поражала воображение.

– Лори, меня пытались убить пару сотен раз, – доверительно сообщил Нери, – и я сейчас не о поле боя. Яды и подобные зелья чувствую за версту и могу по остаточному шлейфу определить группу и тип отравы.

Я восхищённо присвистнула, напрочь забыв о манерах.

– Пиши имена, – напомнил Аргвар.

– Реальный мотив есть только у Викки Тьери, – вздохнула, вспомнив матушку Лизетты и пронизывающий, полный ненависти взгляд.

Говоря начистоту, у жрицы был не только мотив, но и доступ к эмпатическим зельям. Я знала, что одного из её пациентов привезли с тяжёлым психозом. Она утром получала на него флакончик с раствором и наверняка залила в артефакт меньше необходимого. А остаток щедро выплеснула на мой букет!

– Её дочь уволили вчера, – добавила, – это она позвала Брана.

При упоминании маркиза Владыка скривился, будто ему за шиворот закинули живую жабу.

– Я слышал о скандале, но кроме Тьери перечисли и всех потенциальных сообщниц, – Владыка поднялся с диванчика и принялся мерить комнату шагами, – не всегда самый очевидный вариант является верным.

Возмутиться и возразить я не успела. Аргвар продолжил рассуждать:

– Пока картина вырисовывается следующая. После того как ты забрала карточку с приглашением, кто-то из жриц обработал букет.

– Почему вы думаете, что после? Разве не проще…

– На всех бумагах с императорской печатью магическая защита, – перебил дракон, – пока ты не забрала приглашение, оно защищало букет. Это сделано намеренно, чтобы презент Алваро никто не смог испортить и тем самым опорочить императорскую семью.

Я… не знала о таком нюансе.

– Так что цветы обработали после, – продолжил Аргвар, – возможно, подкупили сестру, которая относила букет.

– Исключено! Тайша работает на Ванду.

– Но её могли отвлечь, – возразил Нери, – проверять я буду всех.

От слов дракона закружилась голова. О том, чтобы тихо досидеть до церемонии награждения, можно не мечтать.

– Не волнуйся, я не собираюсь начинать официальное расследование, – заверил Владыка, заметив моё поникшее настроение, – нам не выгодно привлекать к делу лишнее внимание.

Фух…

– У кого ещё был доступ к твоему кабинету? – уточнил Нери, бросив беглый взгляд на часы.

– У Ванды есть универсальный магический доступ, – ответила, немного помедлив, – а дубликаты ключей хранятся у сестры-хозяйки. Она каждый день выдаёт их дежурной уборщице.

– А что с наблюдательными кристаллами? – Владыка достал из кармана магограф и принялся набирать сообщение.

– Вокруг моего кабинета слепая зона, здесь нет камер.

Картина преступления потихоньку вырисовывалась. Владыка задавал правильные вопросы и моментально отсекал лишние факты, сосредотачиваясь на главном. Стоило у него поучиться!

– Прекрасно, – усмехнулся дракон, спрятав связной кристалл в карман, – ты закончила со списком?

– Почти.

Подумав, я вписала в блокнотик и лучших подруг Лизетты – Анри и Моник. А ещё добавила напротив имён пометки. Указала возможные мотивы, и у кого из жриц был доступ к эмпатическим зельям.

Чувствовала я себя при этом отвратительно, словно предавала весь госпиталь. Но… леди заигрались! Пытаясь подставить меня, подвергли угрозе и пациентов. Три Хранителя до сих пор находились в тяжёлом состоянии, мне стоило огромных усилий стабилизировать их. Если бы во время лечения я потеряла контроль над магией, больные могли погибнуть.

Такое нельзя оставлять безнаказанным! Надеюсь, Нери найдёт главного зачинщика. Правда, не знаю, что делать дальше? Как предъявить доказательства Ванде? Она никогда не поверит, что я сама провела расследование, а рассказывать о помощи Владыки опасно. Настоятельница и так возлагает на нашу привязку огромные надежды, разумеется, в корыстных целях.

Да и как объяснить появление Аргвара в моём кабинете? А… кстати! Хороший вопрос.

– Как вы попали сюда? – Я подняла взгляд на хитро улыбающегося дракона. – На госпитале защита.

– Лори, я сильнейший боевой маг империи, – доверительно сообщил Нери, – ты правда думаешь, что меня может остановить какой-то чахлый купол?

– Нет, наверное…

– Наверное? – брови Владыки удивлённо подпрыгнули.

Ой…

Кажется, меня неправильно поняли. В его способностях я не сомневалась! Просто… купол был ни разу не чахлый! Защиту ставило лучшее охранное агентство столицы, и Ванда тратила сумасшедшие деньги на его поддержание. А Нери прошёл сквозь него играючи! Впрочем, как и охотник.

– Я не…

Часы на стене пробили шесть. Их звон прозвучал как спасение: до встречи с отцом оставалось меньше десяти минут.

– Позже вернёмся к этому разговору. – Судя по хитрому блеску сапфировых глаз и мягкому, мурлычущему тону мне предстояло в деталях узнать, почему Владыка считался лучшим и сильнейшим. – Расскажи, как встретила Охотника. Откуда он пришёл?

Воспоминания о твари резанули по живому, я вздрогнула и невольно обхватила себя за плечи.

– Из зеркала вышел, – прошептала, покосившись на несчастный предмет, как на ядовитую змею.

Сейчас оно не представляло угрозы, я сидела не напротив, а с другой стороны диванчика. Но в теории тварь могла выскочить даже из полированной дверцы шкафа, оконного стекла или… цветочной вазы.

Любая отражающая поверхность была опасна, размер не имел значения. Главное, чтобы в ней отразилась жертва.

– Ты призывала крылья?

Владыка подошёл к зеркалу и начертил на его поверхности несколько рун. Искрящаяся гладь вспыхнула, а через миг затянулась густым, непрозрачным туманом.

– Нет, – ответила, неотрывно наблюдая за драконом. – Мне пришло сообщение от императора, я сильно разнервничалась…

– Странно. – Нери задумчиво постучал пальцами по раме. – Одних только ярких эмоций недостаточно, чтобы приманить тварь.

– Может… он ещё вчера меня учуял и запомнил? – робко предположила я.

– Охотник не стал бы ждать сутки, – возразил Владыка, – тебе кроме букета ничего не присылали? Украшения, конфеты, магические безделушки?

– Нет, – я куснула нижнюю губу, – только цветы.

Кулон Бран собирался вручить вечером, более того, даже предлагал мне самой его выбрать. Удивительная щедрость! Но в любом случае, к делу это не относилось. Подарок ещё не прислали, артефакт отца вне подозрений, а нового я ничего не надевала…

– Не сходится, – дракон покачал головой, – должно быть что-то ещё!

Не дожидаясь ответа, он отошёл в сторону, позволяя рассмотреть прочную золотую цепь, плавающую внутри зеркала. Она неспешно покачивалась из стороны в сторону, словно загипнотизированная кобра.

– Это «Ловчий змей», – пояснил Аргвар, – зеркало запомнило его следы. Такие артефакты используют контрабандисты и Охотники-полукровки. С его помощью тварь и нашла тебя, амулет реагирует на звон крыльев или вкус магии. Так что дело не в букете.

– Полукровки?! – просипела, не в силах поверить в услышанное.

Эта часть рассказа шокировала сильнее новостей о «Змее». Про подобные артефакты я знала, хоть раньше никогда не видела их. Но полукровка… наполовину человек, наполовину Охотник…

– Как такое может быть? Разве монстры не порождение Пустоши?

Перед глазами вспыхнул образ жуткого богомола. Не представляю, как ЭТО могло создать потомство с человеческой женщиной!

– У молодняка есть только одна форма – боевая, её ты и видела, – пояснил Нери, – но древние и опытные твари могут принимать человеческий облик и годами скрываться среди обычных магов, восстанавливая свои резервы как инкубы.

– Это… в смысле…

Я покраснела, как помидор. Произнести название «методики» вслух не позволило воспитание, но суть я уловила.

– Да, – кивнул дракон, – таких доноров магии и потенциальных матерей Охотники не убивают, а держат под рукой как суррогат. В отличие от фэйри они не могут утолить их голод, но помогают поддерживать человеческую форму.

Внутри всё похолодело от ужаса, старые кошмары обрели форму. Я столько лет боялась оступиться и привлечь Охотника, а тварь всё это время бродила рядом… Возможно, я даже знала монстра лично.

– Не исключаю, что ловушку готовили для другой фэйри, но… – Аргвар запнулся, подбирая слова, – теперь «Ловцу» известен вкус именно твоей магии.

Дыхание перехватило. Я замерла, боясь пошевелиться, словно и этим могла привлечь внимание твари. Самое страшное, что я понятия не имела, как защититься. В книгах отца было слишком мало информации об Охотниках!

– Откуда вам это известно? – прошептала.

– Я поднял старые архивы в фамильной библиотеке, – Нери развеял магический туман и подошёл ближе, – позже выпишу основное и пришлю тебе.

– Вы…

На глаза навернулись слёзы. Усталость и отголоски пережитого сделали своё дело, и я всё-таки расплакалась.

– Лори…

Дракон в два шага преодолел разделявшее нас расстояние и опустился рядом, сгребая меня в охапку, прижимая к себе.

– Что вы…

– Я смогу защитить тебя.

Виска коснулись горячие губы. Всего на миг, но по телу прошлась обжигающая волна.

Слёзы лились рекой, стекая на рубашку Владыки и рукав халата. Я редко плакала, за всю жизнь можно по пальцам посчитать, а сейчас вцепилась в дракона испуганным котёнком. Было так страшно, но рядом с ним просыпалась робкая надежда и вера в чудеса.

Одной мне никогда не победить Охотника, даже у отца не хватит сил и опыта уничтожить тварь. Враг слишком силён, но Нери… Он лучший боевой маг и мечник Империи! Видит Пресветлая, я…

– Я… я… обязательно верну вам этот долг! – затараторила. – Найду способ оплатить помощь! Буду работать в штабе без выходных, лечить раненых, выезжать на места прорывов…

Дракон мелко задрожал. Прислушавшись, я поняла, что он… смеётся. От неожиданности даже плакать перестала. Чего это он? Что я такого смешного сказала?!

– Алория…

Всего одно слово, моё имя, произнесённое бархатным, обволакивающим шёпотом, и здравые мысли пали смертью храбрых.

Никогда раньше не испытывала подобного, даже не подозревала, что чужие касания могут пробуждать настолько яркие чувства. Я растворялась в нежных, сильных объятиях, забывая обо всём. Но… горькая истина просачивалась даже сквозь томительную негу.

Мою судьбу уже решил император! Как и судьбу Нери. Я знала, что Алваро намеревается выдать за дракона свою младшую дочь. В этом месяце она вступит в брачный возраст и… вся Лиркада будет гулять на их свадьбе!

Слово Императора – закон. Даже Нери, его лучший военачальник, не сможет пойти против. Да и захочет ли?

Красивая, нежная, похожая на роскошную розу Марианна наверняка понравится Аргвару…

В кармане зазвенел связной кристалл. Его писк вернул в реальность, и я с ужасом осознала, как далеко зашли мои мысли! Нельзя! Даже думать не стоит…

– Отпустите, пожалуйста, – прошептала, отстраняясь, – это отец…

– Знаю, вам нужно поговорить, а мне – закончить расследование, – голос Нери прозвучал абсолютно спокойно, у меня даже закралось подозрение, что они с Родриго уже о чём-то разговаривали. – У меня есть пара догадок, откуда в госпитале появился Охотник. Но нужно всё тщательно проверить.

– А печати?

Взгляд опустился на искрящиеся руны. О монстре старалась лишний раз не думать, будто это могло призвать его.

– Я временно скорою их, но не уберу. – Дракон прошептал короткое заклинание и магические знаки начали стремительно бледнеть, впитываясь в кожу. – Привязка ко мне – твоя единственная защита. Без неё я бы не услышал тебя и не пришёл на помощь.

Вот значит, как он оказался здесь.

– До выхода тебя проводит дежурный, раз не хочешь прогуляться со мной, – обезоруживающе улыбнулся Аргвар, – позже я сам найду тебя. Расскажу о результатах расследования, заодно обсудим варианты, как избавиться от Охотника.

ГЛАВА 13: Семейные тайны

Из госпиталя вышла на ватных ногах. Голова кружилась от усталости, руки дрожали, глаза щипало из-за недавней истерики. Скрыть её следы помогла магия, но самочувствие улучшаться не спешило. Ехать в ресторан не хотелось абсолютно, а дома засела Тереза…

Отчего-то вспомнились рассказы о пустынных змеях. Они так же заползали в чужие норы, поджидая, пока ничего не подозревающий хозяин вернётся и станет лёгкой добычей.

Я чувствовала себя загнанным зверем, опасность скрывалась за каждым углом, а противопоставить врагам было нечего. Бессилие душило как удавка, хотелось снова разрыдаться. Никогда ещё не чувствовала себя настолько слабой.

Каждое встречное зеркало казалось порталом в паутину Охотника, а от одних воспоминаний о стрекоте монстра пробирала дрожь. Слова Нери набатом звенели в ушах: «Они могут принимать человеческий облик».

Кто угодно мог оказаться чудовищем, любой горожанин! Я понятия не имела, как отличить тварь от обычного мага, вся надежда на Владыку и его библиотеку.

– Лори? С тобой всё хорошо?

Отец мигом почуял неладное и вышел навстречу. В изумрудных глазах плескалось настороженное беспокойство, а взгляд перемещался от бледной меня до верзилы-охранника, выскользнувшего следом.

Отказаться от сопровождения не получилось, потерять его по дороге – тоже. Несмотря на впечатляющие габариты, дракон передвигался бесшумно и шустро, словно дикий кот. Он мигом догнал меня на лестнице и тенью сопровождал до самого выхода.

– Это Джаспер Тодд, – вздохнула, представив Хранителя, – он следит за порядком в госпитале…

– Ваша дочь лечит моих товарищей, – вклинился в разговор маг, – для меня честь охранять её.

– От кого? – нахмурился Родриго.

Дыхание перехватило. Рассказывать о нападении Охотника я не собиралась…

Отец был сильным магом, но до уровня Нери не дотягивал, к тому же не имел доступа к необходимой информации. Я боялась, что в своём желании защитить меня он сам подставится под удар.

Аргвар считал так же. Поэтому предложил переключить внимание Родриго и вручить письмо от Суареса. В нём мессир официально просил разрешения взять меня в ученицы. Последнее скорее дань вежливости. Я могла перевестись и без согласия семьи, но хотелось избежать скандала.

– Дело в том… – я запнулась, собираясь с мыслями.

На помощь пришёл Тодд:

– Ситуация напряжённая, а в госпитале находятся высокопоставленные боевые маги, – в отличие от меня он говорил спокойно, будто заранее готовил речь, – мы остерегаемся провокаций.

– Разумно, – кивнул отец.

Он не выглядел рассерженным, скорее… наоборот.

Я облегчённо выдохнула и украдкой посмотрела на окно своего кабинета, оно выходило во двор. Шторы были плотно закрыты, но я крыльями чувствовала ответный взгляд Нери. Знала, что он наблюдает.

– Рад, что Хранители никогда не забывают о подобных нюансах. Спокойного вечера, сир Тодд! – добавил отец и, подхватив меня под локоток, потянул к карете.

Он выглядел встревоженным и хмурым. Похоже, из-за плохих новостей разговор предстоял непростой.

– И вам, – поклонился дракон.

Попрощавшись, я прошмыгнула в экипаж. Дурные предчувствия усиливались с каждой секундой.

– Алория, – как только мы сели в карету, отец активировал защиту от прослушки, – что происходит?

– Ну…

– Я хочу услышать правду, такую, как есть. – В изумрудных глазах горела мрачная обречённость. – Что связывает тебя и Нери?

Перед глазами заплясали цветные пятна, а кулаки сжались от злобы и бессилия, я сразу вспомнила о послании императора. Не сложно догадаться, откуда ветер дует.

– Не знаю, какие слухи до тебя дошли, но у Владыки ко мне исключительно деловой интерес! В штабе не хватает целителей.

Нужно успокоиться. Вспышка гнева вышла слишком сильной, я едва не потеряла контроль над крыльями. Они чувствовали моё негодование и рвались на волю, будто могли чем-то помочь.

– Утром в госпиталь приезжал мессир Суарес, – продолжила, доставая из кармана юбки письмо, – его впечатлили результаты лечения Нери и остальных Хранителей, он готов лично обучать меня. Но при условии, что я переведусь в штаб.

Последняя фраза приговором повисла в воздухе. Отец промолчал и даже не прикоснулся к посланию. Лишь в изумрудных глазах промелькнула странная, глубоко затаённая тоска.

– Лори… – вздохнул, устало потерев виски, – я понимаю твоё желание обучаться у великого Мастера, но… перевод в штаб – это самоубийство.

Внутри всё заледенело, мне категорически не понравится тон отца и начало разговора.

– Почему?!

– Я говорил с императором. – Мои худшие подозрения подтверждались одно за другим. – Алваро в бешенстве. Ему донесли, что ты собираешься сбежать и тайно обвенчаться с Владыкой.

Абсурд!

На это даже ответить нечего, только посмеяться. Но отчего-то совсем не смешно, скорее тошно, мерзко и до боли обидно. Оправдываться не хотелось, да и не за что. Ничего постыдного я не совершила.

– Это…

– Бред? – подсказал Родриго.

– Да, – ответила жёстко и уверенно.

– Император считает так же, – отец откинулся на спинку сиденья и скрестил руки на груди, – но подобные слухи могут разрушить его планы. Двор гудит похлеще пчелиного улья, с наслаждением обсуждает и разносит эту новость.

Я поморщилась. Говоря начистоту, императорское окружение напоминало не улей, а змеиное логово. Придворные маги улыбались при встрече, но с их клыков стекал яд. Стоило отвернуться, и на тебя спускали свору сплетен.

Подозреваю, что цель интриганов не я, а отец. Занять место Первого советника мечтали многие. Но эти слухи ставили под удар не только нашу семью.

Перед глазами вспыхнул образ удивительно красивой дочурки императора. Роскошные каштановые локоны, белоснежная кожа, нежное личико и огромные янтарные глазища. Никогда не видела настолько пронзительного, насыщенного цвета: глаза Мари напоминали расплавленное золото.

Помню, когда впервые увидела её, не могла отвести взгляд. Всё удивлялась, как природа создала такое совершенство!

– Марианна просит у отца разрешения на время уехать из столицы, – продолжил Родриго. – Она боится нового срыва.

Отец замолчал, выдерживая многозначительную паузу. О проблемах принцессы было не принято говорить вслух, но я прекрасно знала, что она с трудом контролирует собственную магию.

Из трёх дочерей императора только ранимая и впечатлительная Мари унаследовала его Дар, но хрупкое девичье тело не выдержало такой мощи. Дикая, штормовая магия огненных драконов едва не испепелила её. Силу пришлось запечатать. Но… надолго ли?

Сколько времени понадобится первозданному пламени, чтобы сжечь удерживающие его плетения и вырваться наружу?

Каждая вспышка гнева, любая яркая эмоция подталкивали Марианну к краю пропасти. Вся надежда на брак с сильным магом, способным взять огненный Дар супруги под контроль и спасти её от верной гибели.

– Помню об… особенностях принцессы, – вздохнула.

Дочь императора мне было искренне жаль, но и себя тоже. Я не собиралась опускать руки из-за сплетен! Поговорю с Мари и императором, объясню…

Хотя, что я могу объяснить?!

Про Охотника говорить нельзя, иначе выдам свою главную тайну. А как без этого аргументировать, почему мне нужно держаться поближе к Владыке?

– Это одна из причин, по которой Алваро делает ставку на её брак с Нери, – напомнил отец. – У императора нет и не может быть сыновей, Марианна – единственная наследница.

– Знаю.

Истинная дяди погибла во время третьих родов, а малышку чудом удалось спасти.

По закону после смерти императора престол унаследует Марианна, как сильнейший маг Рода. Однако власть она не удержит, став лёгкой добычей придворных интриганов. Зато Нери – идеальный кандидат на роль нового императора. Сильнейший боевой маг, великий воин, гениальный стратег. Ему подчинялись чёрные драконы, его боготворила армия и боялись враги. Лучшего варианта и вправду не найти.

Этот брак укрепит империю. Доводы казались разумными и правильными. Но… почему так тошно на душе?

– Дядя прислал мне сообщение, – вздохнула, доставая из кармана магограф, – сказал, что до него дошли слухи и просил не разочаровывать.

Я протянула артефакт отцу.

– Он говорил об этом?

– Не только, – Родриго прочитал послание и вернул мне кристалл, – Бран успел прорваться к нему. Сообщил, что не верит сплетникам и по-прежнему намерен жениться на тебе. А в госпитале вспылил, будучи ослеплённым ревностью.

– И Алваро сразу догадался, что наша помолвка на грани разрыва, – с тоской протянула я.

Дураком дядя никогда не был и такие уловки раскусывал за секунду.

– Лори, пойми, император не чудовище. Он…

– Заботится о Лиркаде, – кивнула, едва сдерживая слёзы. Империя важнее всего. Так было и так будет. Жизни отдельных магов ничего не значат в большой политике.

– Алваро хороший правитель, – продолжил отец, – мудрый, справедливый. Он остынет и, если правильно изложить цель твоего перевода, может получиться.

Я замерла, затаив дыхание. Разговор приобретал совершенно иной оборот, отец не собирался сдаваться и явно что-то придумал!

– Нужно найти убедительные доводы, – продолжил он.

– Но ты же сказал…

– Что это самоубийство? – напомнил Родриго. – Да, если перевестись прямо сейчас. А если подать всё так, что выгода от твоего обучения перевесит грязные сплетни, то император лично заткнёт рты придворным пустозвонам.

В душе робко встрепенулась надежда. Она напоминала нежный подснежник, тянущийся сквозь толщу льда к живительному солнцу.

– Вопрос в том, насколько ты этого хочешь и готова ли ради мечты поставить на кон всё, что имеешь? – в голосе отца прозвучал неприкрытый вызов.

У него точно есть план! Рискованный, дерзкий, но осуществимый. Я видела ответ в его глазах, в них плескалась решимость и уверенность, он не собирался бросать меня, но предупреждал – битва за счастье будет нелёгкой!

– Я давал тебе время подумать, Алория, и, прежде чем озвучу оставшиеся новости, хочу услышать ответ. Что ты решила с помолвкой?

Вопрос застал меня врасплох. Целый день я старательно избегала этой темы, боялась принять окончательное решение.

Замуж за Брана не хотелось, это осознавала ясно как никогда. Но ответ «я хочу разорвать помолвку» подразумевал слишком многое. Разразится грандиозный скандал, и он ударит не только по мне. Пострадают родители, честь семьи.

«Готова ли ради мечты поставить на кон всё, что имеешь?»

Слова отца эхом звенели в ушах. Если бы речь шла только обо мне, не колеблясь бы сказала «да».

Предстоящая свадьба с Браном лишала меня всего: свободы, личностного и карьерного роста и… жизни. Балтимер никогда не позволит перевестись в штаб. Поднимет все связи, костьми ляжет, но запрёт меня в доме или заставит устроиться в лазарет при штабе храмовников, чтобы постоянно была на виду. О встречах с Нери придётся забыть навсегда, а без его помощи я стану лёгкой добычей Охотника.

Сколько времени пройдёт до нового нападения? День, неделя? Мы даже не знаем наверняка, что именно приманило тварь. Я до сих пор считала, что дело в эмоциях, но Аргвар утверждал, что этого слишком мало, нужно копать глубже. И я знала, верила, что он докопается до истины, защитит и поможет!

А Бран…

– Лори, ты не о том думаешь! – Отец наклонился вперёд, беря меня за руку. Он всегда слишком тонко чувствовал мои эмоции. – Мы с Селестой не малые дети, сами можем позаботиться о себе.

– Но…

– Звёздочка, мне приятно, что ты переживаешь о нас, но сейчас речь только о тебе. Чего ты хочешь? Каким видишь своё будущее?

Звёздочка… Так Родриго называл меня в детстве, и сейчас нежное, милое прозвище скользнуло по душе солнечным лучиком, разгоняя мрачные мысли и тревогу.

– Я хочу перевестись в штаб, – начала с главного.

Голос прозвучал тихо, но уверенно: в этом решении я ни секунды не сомневалась. Оставалось само сложное – помолвка.

Взгляд невольно соскользнул на поддельный браслет. Я вдруг осознала, что даже сейчас думала о Бране отстранённо, как о коллеге или просто знакомом, но не как о будущем супруге. Представляя совместную жизнь, я больше рассуждала о карьере и целительских перспективах, вспоминала о скандале и его поведении в госпитале, но ведь речь не только об этом!

Мне придётся быть с ним как с мужчиной. От одних мыслей пробирала оторопь…

Стоило представить, как он обнимает меня или пытается поцеловать, тут же накатывала тошнота. Я не смогу, не хочу близости с ним! Так о каком браке речь?

Попыталась представить на месте Брана… Владыку. Всего на секундочку, исключительно для чистоты эксперимента. Хотела убедиться, что у меня не на всех мужчин такая реакция. Щёки мигом запылали, а по телу прошла дрожь. Пришлось опустить голову и очень внимательно рассматривать пол кареты, изучая узоры на нём.

Аргвар… Память услужливо подкинула воспоминания о наших объятиях в кабинете, а воображение шустро дорисовало в ярких красках картинку, как меня пытаются поцеловать… А я… а я не против, наверное…

Нет, это неправильно, нелогично, я не имею права думать о Владыке в таком ракурсе! Зато лишний раз убедилась в собственных чувствах: к сиру Балтимеру не испытываю ничего, кроме безумного желания скорее избавиться от него!

– Я хочу разорвать помолвку! – ответила уверенно. – Осознаю последствия и понимаю, что император будет мною недоволен, но выйти за Брана не могу. Не готова я принести себя в жертву даже ради империи!

Видит Пресветлая, найду другой способ сослужить Лиркаде хорошую службу.

– Это окончательное решение? – спросил отец, глядя мне в глаза. – Пути назад не будет.

– Окончательное! – сомнения развеялись как дым.

– Вижу, ты и вправду всё решила, – тепло улыбнулся отец, – тогда предлагаю следующее. До церемонии награждения продолжаешь изображать счастливую невесту. Мне нужно время, чтобы встретиться с мессиром Суаресом лично и обсудить подробности. Кстати, где письмо?

– Вот оно! – я подхватила лежащий рядышком конверт и передала Родриго.

Первая часть плана не слишком вдохновляла, но я понимала её необходимость. Нужно отсрочить скандал, иначе семейство Брана подготовит контрнаступление, и кто знает, чем закончится наше противостояние.

– Лори, тебе известно, почему мессир решил именно сейчас взять ученика? – неожиданно спросил отец.

– Нет, – растерянно ответила я.

Вопрос был интересным. Попасть к Суаресу мечтали многие и предлагали любые деньги за право стажироваться у него, но он всем отказывал. Странно, что Мастер передумал.

– Ортега давно работает над арканом, способным защитить Хранителей от скверны Пустоши.

– Но это невозможно!

Скверна была основной причиной, по которой с древними монстрами сражались именно чёрные драконы. Они обладали природной устойчивостью к заразе. Но, увы, даже эта защита не давала абсолютных гарантий, Хранители тоже могли заболеть.

А вот лечения до сих пор не существовало. Скверна за несколько дней разрушала вначале Дар, а затем и тело, превращая заразившегося в безумного, вечно голодного монстра.

– Суарес разрабатывает новое уникальное плетение. В теории оно может сработать, только… есть риск, что во время лечения болезнь перейдёт на целителя. Ортега хочет лично убедиться в безопасности аркана.

– Ему нужно перестраховаться и передать кому-то своё мастерство, – шёпотом озвучила догадку.

Теперь я восхищалась Мастером ещё больше! Такая самоотверженность цепляла за живое. Если эксперимент даст положительные результаты, заклинание спасёт тысячи жизней!

– Аркан важен для безопасности империи, – продолжил отец, – защита позволит обычным боевым магам дежурить наравне с Хранителями.

– Это усилит наши границы ощутимее моего брака с Балтимером, – понимающе улыбнулась.

Работы предстояло много! Но предложение отца захватило меня целиком, я думать больше ни о чём не могла. Тут же загорелась этой идеей, хотелось побыстрее перевестись в штаб и приступить к обучению!

Кто знает, возможно, мне позволят поучаствовать и в разработке аркана?

– Ты идеальный кандидат на роль преемника, – продолжил Родриго, – но мне нужно время. Так что постарайся продержаться до бала.

– Я буду вести себя тише тени! – рассмеялась, пересев на его половину и порывисто обняв.

– И ещё, не снимай пока мой браслет, – напомнил отец, прижимая меня к себе, – и не надевай никаких подарков от Брана.

От последнего по коже прошёл мороз, я отстранилась и настороженно уточнила:

– Ты нашёл что-то в помолвочном браслете?

Мысль казалась абсурдной, украшение не раз проверяли безопасники императора. Но в то же время, это многое объясняло: неожиданные, словно навеянные приступы вины, невозможность плохо подумать о Бране…

– С браслетом всё в порядке, – немного помедлив, ответил отец, – первичная проверка ничего не нашла, но я хочу показать его ещё одному специалисту. Утром ты вела себя…

– Странно, – кивнула. – Сама не понимаю, что это было. Кстати, Бран настойчиво предлагал съездить в ювелирный магазин…

– И купить кулон, – закончили за меня. – Тереза все уши Селесте прожужжала. Возможно, я слишком подозрителен, но мне не нравится активность, которую развело семейство Балтимер. – Родриго приоткрыл шторку, выглядывая в окно. – Лучше перестраховаться.

Активность и впрямь настораживала, но пока на руках были лишь неясные домыслы. Ни единого доказательства, что Бран замыслил что-то против меня или императора.

– И мы приехали, – добавил отец, когда карета остановилась, – в ресторане никаких разговоров о Суаресе и помолвке. Мы просто поужинаем, заодно расскажешь, как прошёл твой день.

– Хорошо, – рассмеялась, поцеловав его в щёку.

Это было совсем по-детски, но какая разница?

Впервые за долгое время почувствовала себя абсолютно счастливой. Настроение зашкаливало, сердце билось как сумасшедшее, а от ярких, штормовых эмоций хотелось петь и плясать.

Единственное, что слегка омрачало радость – риск встречи с Терезой. Обмануть её крайне сложно, а я слишком устала, чтобы противостоять сильному эмпату.

Надеюсь, пока мы с отцом ужинаем, леди Балтимер вдоволь напьётся нашего чаю и уползёт к себе. В конце концов, не может же она сидеть в гостях до рассвета?

ГЛАВА 14: Забота с привкусом яда

Через три часа

Как выяснилось – может…

Выдержка Терезы поражала, как и умение не замечать откровенных намёков. Она знала, что я не хочу её видеть, понимала, что отец на моей стороне, но невозмутимо потягивала чаёк в нашей гостиной, обсуждая с Селестой фасоны свадебных платьев.

Тема была выбрана идеально и демонстрировала богатый опыт в дипломатических переговорах. Во-первых, она позволяла ненавязчиво прощупать настроение матушки и понять, насколько всё плохо. Во-вторых, во время брачной церемонии мне требовалось сменить четыре наряда, поэтому говорить о платьях можно до бесконечности.

Перед последней примеркой Бран оставил десять наиболее подходящих вариантов и вчера мы должны были окончательно определиться. Но, к счастью, судьба распорядилась иначе.

– Селеста, выпроводи её или, видит Хаос, это сделаю я! – из размышлений меня вырвал недовольный голос отца.

Пока мы ужинали, он дважды писал матушке на магограф с просьбой выставить гостью до нашего возвращения, но каждый раз получал один ответ.

– Милый, как можно! Это же неприлично! – из кристалла донёсся испуганный возглас. – Она наша гостья! К тому же, моя близкая подруга и будущая… – Селеста замолчала, вспомнив, что родство с семейством Балтимер висит на волоске.

– Неприлично вваливаться в чужой дом без приглашения и видимых причин, – отрезал Родриго. – Я устал, Алории тоже требуется отдых.

– Именно поэтому вы и поехали в ресторан? – взвилась матушка.

– Если бы ты сразу выставила Терезу, как я и просил, мы бы ужинали дома, – голос отца прозвучал настораживающе мягко. Жену он очень любил, но никогда не шёл на поводу её капризов.

– Ты просил обойтись без скандала, – напомнила Селеста.

– Дорогая, я же не прошу спускать гостью с лестницы! Придумай, как прогнать её вежливо, – вкрадчиво мурлыкнул отец и, прежде чем матушка успела возмутиться, оборвал связь.

Едва сдержав смешок, я сосредоточенно уставилась в окно. Карета неторопливо ехала по центральной улице и вид открывался потрясающий. Столица Лиркады тонула в золоте закатного солнца. Оно оплетало дома искристым маревом, растекалось по белым тротуарам и отражалось в многочисленных фонтанах.

Красота Тайлена пленяла с первого взгляда, город не зря считали жемчужиной империи. Яркий, шумный, в нём бурлила и кипела жизнь, он манил в свои сети и… перемалывал в порошок глупцов, поверивших что смогут покорить сердце Лиркады.

Город Золотого солнца принадлежал богачам и аристократам, здесь не было места простым магам.

Я не любила столицу. Мне нравилась пёстрая оболочка Тайлена, но отталкивала его сущность, хотелось поскорее уехать. Здесь я задыхалась.

– Тебе понравится Виланьеза, – неожиданно произнёс отец.

– Что? – недоумённо переспросила, оторвав взгляд от окна.

– Штаб-квартира Хранителей находится прямо на берегу Сапфирового океана, в Ярванне, – пояснил Родриго, – там тебе лучше не появляться, слишком… специфический город. Но целители из штаба живут и работают в Виланьезе. Это крохотный городишко неподалёку от долины Девяти ветров. Там очень красиво и тихо, много старинных парков и архитектурных памятников, озеро рядом…

– Всё как я люблю, – рассмеялась, запоминая название. Приеду домой, обязательно посмотрю фотокарточки с магографа. – Но к чему такое разделение? Разве не проще разбить оба штаба в одном городе?

– Нет, – покачал головой отец, – большинство Хранителей – некроманты, их Дар напрямую связан с благословением морских ведьм. Они черпают Силу из Сапфирового океана и его магических штормов. А целителям больше подходят зачарованные озёра Виланьезы. Они расположены рядом с древними источниками Хаоса и позволяют таким, как ты, быстро восстанавливать резервы.

– Никогда не слышала о подобном, – нахмурилась я.

Хотя… это и не удивительно. Княжество Хранителей стояло особняком от всей империи, попасть туда без разрешения нереально. Морские ведьмы ревностно оберегали свои территории, поэтому об их городах было известно мало.

– Тебе многое предстоит узнать, – усмехнулся отец, – соберу основную информацию перед отъездом. Остальное расскажет сам Суарес.

Мне нравился его тон! О моём переводе Родриго говорил как о свершившемся факте, это внушало оптимизм.

Карета неожиданно остановилась, и кучер постучал по перегородке. Приехали.

– Тереза…

– Ещё там, – зло прошипел отец, наспех просканировав особняк, – в коридоре. Делает вид, что выходит.

– Жаль, нельзя сразу телепортироваться в комнату, – вздохнула я.

– Лори…

– Знаю, знаю, – ещё один вздох, – это вызовет подозрения и ненужные расспросы.

Настроение моментально ухудшилось. Заходить в дом не хотелось, но и колесить по столице до бала не получится. Если не встречусь с Терезой сейчас, она забежит к нам завтра на утренний кофе.

– Алория, соберись, – от расслабленного тона отца не осталось и следа, он готовился к невидимому бою с сильным эмпатом, а заодно и настраивал меня на нужный лад.

Нельзя проколоться! Тереза должна поверить, что я просто обижена, но разрывать помолвку не намерена.

– Уже, – кивнула, настраиваясь на глухую оборону.

– Тебе не придётся долго общаться с ней, – Родриго первым выскользнул из кареты, подавая мне руку, – поздороваешься, скажешь, что устала, и поднимешься к себе.

– Хорошо, – кивнула, выбираясь на улицу.

В лицо ударил прохладный вечерний ветер, я зябко поёжилась и быстрым шагом направилась к дому. Дворецкий не заставил себя долго ждать и тут же выскочил навстречу.

– Мессир Лисавэр, леди Алория, – поклонился слуга, – позвольте доложить…

– Нам известно о гостях, Вэрис, – отмахнулся отец.

Дворецкий снова поклонился, пропуская в дом. А через миг из засады выскочила леди Балтимер.

– Лори, милая! – по прихожей разлился весёлый женский смех. Низкий и будоражащий, он подходил скорее куртизанке, чем потомственной аристократке. – Как я рада тебя видеть!

Ответить тем же не могла, поэтому натянуто улыбнулась.

– Приятного вечера, леди Балтимер, – вперёд вышел отец.

– Господин Первый советник, – Тереза почтительно поклонилась.

Родриго она недолюбливала и побаивалась, я почувствовала это крыльями. Любопытненько…

Очень хотелось узнать подробности, но пока я не особо понимала, как работает магия фэйри, а леди Балтимер сильный и опытный эмпат. Ей не составит труда засечь мои манипуляции. Лучше не рисковать.

– Я смотрю, вы уже уходите, – отец не спрашивал, а подсказывал.

– Да, уже поздно, но подготовка к торжеству отнимает столько времени, – с виноватой улыбкой протянула Тереза, – хотя мы с Селестой многое успели обсудить, жаль, Лори не присоединилась к нам!

– Милая, – она обернулась ко мне, – ты же помнишь о платьях?! Понимаю, у тебя работа, но свадьба…

Она замолчала, давая мне возможность самой продолжить. И от этого ответа зависело всё.

– Помню, – кивнула, и продолжила как можно бесстрастнее: – Я займусь платьями после церемонии награждения. Сейчас нужно подготовить речь, выбрать наряд…

Я замолчала, взяв пример с матушки Брана. Специально не договорила, не став уточнять, какими именно платьями займусь после.

– Понимаю, милая! – проворковала Тереза.

Она знала, что меня нервирует это обращение, и намеренно выводила из себя, провоцируя на эмоции. Словно хотела посмотреть, как далеко я могу зайти, давая отпор.

– Но свадьба уже на следующей неделе!

Вокруг сгущались эмпатические сети, я чувствовала их крыльями. Леди Балтимер пристально следила за каждым всплеском моих эмоций.

– Помню, – спокойно ответила.

При разговоре с эмпатами главное ни о чём не думать, отвечать короткими фразами и не ввязываться в спор. Правила казались до безумия лёгкими, но на практике всё было не просто. Меня подначивало подумать о чём не следует или нагрубить Терезе. Удерживали лишь мысли о переводе в штаб.

– Милая Лори, – Тереза подошла ближе, – знаю, ты обижена на Брана…

– Нисколько, – намеренно соврала, давая почувствовать мою злость, пусть думает, что я просто набиваю себе цену, а не хочу разорвать помолвку на самом деле. – Была рада видеть вас, леди Балтимер, но боюсь, вынуждена откланяться. Я очень устала и хочу спать. Надеюсь, вы простите мне столь поспешное исчезновение.

Поклонившись, я собрала волю в кулак и медленно подняла взгляд на Терезу. На холёном личике магессы застыла нежная, располагающая улыбка, а взгляд светился искренним беспокойством. Ей хотелось довериться, рассказать все тайны и порыдать, уткнувшись в точёное плечико.

Даже наряд леди Балтимер выбрала соответствующий. Традиционное вэрселийское кимоно в пол. Непривычный для столицы наряд из нежно-персикового шёлка притягивал взгляд, его хотелось рассматривать, отвлекаясь на бесконечные детали: изящные украшения, золотые узоры, ручейками растекающиеся по длинным, широким рукавам…

– Да-да. – Тереза подошла ещё ближе, беря меня за руку. Я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть от неё как от ядовитой змеи. – Тебе нужно отдохнуть. Бархатной ночи, дитя моё.

– И вам, – улыбнулась, поймав настороженный взгляд отца.

Его присутствие приободряло и внушало веру, что я всё делаю правильно. В противном случае он бы уже вступил в игру.

Секунда… две… и меня наконец отпустили. Золотая кобра заскользила к выходу, шурша многослойными шелками и оставляя после себя нежный тонкий аромат цветущей вишни.

Я до сих пор чувствовала на руке отпечатки её прикосновений, их хотелось тщательно смыть.

Выждав несколько секунд, пожелала родителям доброй ночи и направилась к себе. Не спеша, подчёркивая, что не боюсь леди Балтимер и скрывать мне нечего. Я всё ещё невеста её сына. Пока это правда, об остальном ей знать не обязательно.

Шаг, ещё один… Цокот моих каблучков потонул в ворсе ковра, а из прихожей до сих пор доносилось щебетание Терезы. Она была не из тех, кто уходил не прощаясь, наоборот. Магесса прощалась сто раз и оставалась.

– Леди Алория! – возле комнаты меня перехватила горничная. – Прикажете подать ужин?

– Нет, я не голодна, – ответила и, немного подумав, добавила: – Принеси клубничный чай и шоколад.

– Как пожелаете.

Никки поклонилась и направилась к лестнице. А я замерла на пороге своей спальни, борясь со странными предчувствиями. Похожие эмоции одолевали меня в госпитале, когда я шла в палату к Нери.

Собравшись с духом, распахнула двери и зажгла свет. Осмотрелась, словно комната могла таить опасность. Пресветлая… такими темпами я с ума сойду быстрее, чем переведусь в штаб!

Решительно тряхнула головой и шагнула внутрь. В спальне было пусто. Вещи стояли на своих местах и царил привычный порядок, ничего подозрительного, только предчувствия не покидали.

Пытаясь хоть немного успокоиться, подошла к окну и настежь распахнула его, впуская в комнату свежий ночной воздух. Солнце уже зашло, золотистое марево сменилось сумеречной дымкой. Она ложилась на город мягкой, пушистой шалью, а на небе зажигались первые звёзды.

Зрелище умиротворяло, а тревожные мысли и предчувствия отступали. На миг даже почудилось, будто в ночном воздухе проскользнул знакомый аромат дыма, южных специй и шоколада. Такой уютный, притягательный…

– Глупости, – пробормотала я.

Откуда здесь взяться Владыке? Нужно отдохнуть! А то от усталости и не такое привидится.

Только спать не хотелось, да и тушить свет я боялась. Сегодняшний день воскресил детские страхи перед Охотниками. Увы, теперь эти кошмары обрели вполне реальную форму.

Я устало потёрла переносицу и уже собралась немного прикрыть окно, как вдруг увидела в стекле мужское отражение, а крылья встрепенулись, с запозданием сообщая, что у нас гости.

ГЛАВА 15: Шёпот ночи

По спине пробежали мурашки. Я замерла, настороженно всматриваясь в размытый силуэт. Кажется, даже забыла дышать… Воздуха катастрофически не хватало.

– Лори, – бархатный, с лёгкой хрипотцой голос развеял последние сомнения.

Владыка. В моей спальне. Ночью.

Остро захотелось упасть в обморок. Но я испугалась, что меня снова подхватят на руки и станет совсем неловко… Зато Нери, похоже, ничего не смущало. Он обещал сам найти меня, когда закончит расследование и… нашёл. Хвала Пресветлой, я не успела переодеться в пижаму!

– Хотите чаю? – ляпнула первое, что пришло в голову.

И тут же судорожно вцепилась в подоконник. Скоро должна прийти служанка! Куда я спрячу Владыку?! И как объясню, зачем мне вторая чашка?

Мамочки… О чём я вообще думаю? Какая чашка, какой чай?! Он явно не для этого пришёл ночью, взломав защиту особняка.

– Предпочитаю кофе.

Нери моя реакция откровенно веселила, я крыльями чувствовала, что дракон улыбается. Оборачиваться пока не рисковала, хотела немного успокоиться. От смущения щёки пылали как сигнальные огни, казалось, их видно жителям соседних домов.

– Можно и кофе, – растерянно прошептала, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

Сердце стучало часто и гулко, руки дрожали, а мысли путались. Страха я не испытывала, знала, что Владыка не причинит мне вреда. Но от одного его присутствия здесь монастырское воспитание впало в глубокую кому.

– Лори, ты можешь успокоиться? – хриплый шёпот раздался у самого уха. Сосредоточившись на панике, я упустила момент, когда дракон подкрался ближе. – Печать привязки реагирует на твои эмоции.

– А-а-а… – многозначительно протянула, осмысливая услышанное.

Спросить хотелось многое, но я никак не могла подобрать нужные слова и сформулировать вопросы. Усталость, шок от пережитого и внезапное появление Нери подействовали на меня как оглушающее плетение. Получалось только моргать и слушать.

– Я думал, тебе грозит опасность, – продолжил дракон.

В двери постучали, и сердце подскочило, забившись где-то в горле, как у испуганного зайца.

– Шкаф! – прошептала, обернувшись к Владыке, и толкнула его в грудь, указывая нужное направление. – Спрячьтесь туда! Или… нет, лучше за штору! Хотя…

– Зачем?

На плечи легли горячие ладони и меня легонько встряхнули, словно тряпичную куклу. Это помогло сбить первую волну паники.

– Служанка… если она вас увидит…

Взгляд скользнул на расписную ширму, а затем на огромную кровать с балдахином…

– Под кровать не полезу, – честно сообщил Нери и, прежде чем я успела опомниться, накинул на себя простенькую, но надёжную иллюзию невидимости.

Щёки запылали ещё сильнее. М-да… Я, конечно, знала, что от паники глупеют, но чтобы настолько… Как можно было забыть, что он маг?!

– Леди Лисавэр? – из коридора раздался голос Никки. – Я принесла чай и шоколад, как вы просили.

– Да, входи! – воскликнула, метнувшись к пуфику.

Плюхнулась на него и принялась расплетать волосы.

Меня бил озноб, руки слегка подрагивали. Но я надеялась, что мягкое вечернее освещение сгладит этот недостаток и горничная ничего не заметит.

– Леди Тереза уехала? – уточнила невзначай.

– Ещё уезжает, – служанка поставила поднос на стол. – Прикажете ей что-то передать?

– Нет-нет, – поспешила ответить, с трудом сдержав нервный смешок, – лучше свари кофе и покрепче. Мне ещё надо заполнить истории пациентов и закончить отчёт.

– Чай прикажете унести? – даже если Никки и удивилась, то не подала виду.

– Оставь.

Я пристально следила за её отражением в зеркале. Кажется, девушку ничего не насторожило. Если и заметила странности в моём поведении, то списала на усталость.

– Можешь идти, – добавила, подхватив со стола расчёску.

Едва она скользнула по волосам, дышать стало легче: привычные действия расслабляли и помогали быстро успокоиться.

Никки поклонилась и вышла из комнаты. Мы с Нери снова остались вдвоём, но теперь паника отошла на задний план, уступив место любопытству. Мне до безумия хотелось узнать, что он выяснил, и задать вопросы об Охотниках!

– Господин Нери! – тихонько позвала, всматриваясь в пустоту.

Морок дракон накладывал мастерски, если бы не знала наверняка, что в комнате не одна, никогда бы не заметила подвоха! Исчез даже пленительный аромат дыма и специй, теперь в спальне пахло только клубничным чаем и шоколадными конфетами. Тоже вкусно, но почему-то не так уютно…

– Господин Нери!

Я соскользнула с пуфика и шагнула к окну. Положить расчёску на стол забыла, и теперь прижимала её к груди как охранный оберег.

Тишина настораживала, я не понимала, почему дракон прячется от меня.

Обидеть его ничем не могла. Даже если Владыка не хотел развеивать морок и после накладывать его повторно из-за служанки, мог бы хоть отозваться!

– Господин…

– Аргвар, – ухо опалил горячий шёпот.

От неожиданности я отскочила в сторону, запуталась в шторе и чуть не оборвала карниз. Спас дракон, вовремя придержавший его магией.

Я попыталась освободиться из шёлкового плена, и раздался тихий треск. Тонкие занавески выскользнули из креплений и спикировали нам на головы белоснежным облачком.

– Лори, успокойся, пожалуйста.

Владыка невозмутимо вытряхнул меня из шторы и вновь призвал магию. В отличие от большинства боевых магов он в совершенстве владел не только атакующими, но и бытовыми плетениями.

Ткань легко воспарила к потолку, возвращаясь на место.

– Простите! – прошептала.

Стало немного завидно… я бы потратила минут пять, чтобы подшить и повесить занавеску обратно, а Нери справился за пару секунд.

– Впредь называй меня по имени, – невозмутимо добавил, никак не прокомментировав мои манёвры.

– Это… – я хотела сказать «неприлично», но вовремя прикусила язык.

На фоне того, что он пришёл ночью в мою спальню, обращение по имени было мелочью, о которой не стоило и переживать. К тому же меня не отпускало подозрение, что он неспроста настаивает на этом.

– Во время нападения Охотника вы…

– Ты, – устало поправил дракон, – Лори, когда мы одни, обращайся ко мне на ты.

– Хорошо, – облегчённо выдохнула.

Наедине – это не страшно, главное, что на людях мы продолжим играть по светским правилам.

– Ты упоминал, что печать чувствует эмоции и позволяет перемещаться ко мне, – припомнила, – и во время нападения Охотника просил позвать тебя по имени…

– Имя – проводник, – пояснил Аргвар, – с его помощью я всегда смогу найти тебя и открыть портал куда угодно. Ни одна защита не помешает дракону переместиться к своей фэйри.

На этот раз я даже не покраснела. Смущение перешло невидимый порог, после которого всё происходящее стало восприниматься как сон или игра.

– Как ты попал в особняк? – спросила, бочком отступая в сторону.

Стоять так близко оказалось приятно, но немного неловко. Нери был значительно выше и получалось, что я разговариваю с его грудью.

– Воспользовался печатью. Сегодня ты уже звала меня, поэтому удалось прыгнуть по горячим следам.

Убедившись, что шторы висят ровно, дракон принялся неспешно обходить мою комнату.

– Хорошая защита, – одобрительно добавил, – если бы не татуировка, пришлось бы всю ночь провозиться.

– Отец лично ставил, – усмехнулась. – Почему ты сразу не отозвался?

– Я ненадолго перемещался на улицу, проверял внешний купол, – Аргвар уселся в моё любимое кресло, – а ещё хотел убедиться, что леди Балтимер не оставила подарков.

Хотелось уточнить, что именно он имел в виду, но в двери снова постучали. Никки принесла кофе.

– Леди Лисавэр…

– Входи! – отозвалась, едва дракон набросил на себя иллюзию.

Только сейчас я вспомнила, что так и не притронулась к чаю. Впрочем, отец часто заказывал в кабинет кофе, а затем отвлекался на важные звонки. В итоге на столе скапливалась армия чашек, из каждой он, в лучшем случае, успевал сделать по паре глотков.

– Благодарю, – я уселась за столик, подтянув к себе чай.

Простенькое бытовое заклинание надёжно защищало его от остывания, так что ничего удивительного в том, что я не спешила, не было.

– Прикажете принести ещё что-нибудь?

– Пока нет, можешь идти, – ответила, жестом отпустив Никки.

Когда за горничной закрылась дверь, дракон сбросил иллюзию и переместился поближе.

– Твой кофе, Аргвар, – улыбнулась, пытаясь скрыть неловкость.

Обращение на ты давалось нелегко, но я старалась изо всех сил. Особенно было странно произносить имя. Оно перекатывалось на языке, словно редкая сладость, мне безумно нравилось его звучание и вкус.

– Вот так намного лучше, – дракон ослепительно улыбнулся, отсалютовав мне чашкой, – ты успокоилась, больше не боишься…

– Тебя я и не боялась. Кстати, когда ты переместился сюда, то сказал: «Я думал, тебе грозит опасность». Что ты имел в виду?

– Печать реагирует на яркие эмоции, – Нери сделал глоток кофе, – ты испугалась чего-то или кого-то, поэтому я телепортировался сюда.

Ох… точно! В тот момент я вспомнила Охотника, но и подумать не могла, что моя тревога мгновенно передастся дракону.

– И раз уж я здесь, предлагаю обсудить результаты расследования и дальнейшие планы, – добавил Аргвар, – новостей очень много.

Кажется, я забыла дышать и полностью обратилась в слух.

– Начну с букета, – Владыка сразу перешёл к делу, – расследование подтвердило предварительную версию. Одна из жриц обработала розы эмпатическим зельем.

– Викки Тьери? – нетерпеливо уточнила.

– Не совсем.

От неожиданности я поперхнулась чаем и закашлялась.

– Как это?! – просипела. – У неё был мотив, доступ к эликсирам…

– Дослушай, – невозмутимо продолжил Владыка, – на одном из стеблей я нашёл отпечаток ауры. Похоже, преступница уколола палец о шип, когда смазывала лепестки, а после срезала колючку, заметая следы. Но это не помогло, глубокое сканирование всё равно обнаружило улику.

– Почему ты уверен, что это не отпечаток Викки?

– Мои люди уже пробили его по базе инквизиции, – усмехнулся Аргвар, – цветы испортила Анри Вильес.

Скорость, с которой дракон распутал дело, впечатляла, как и его связи. Зато имя преступницы не удивило: Анри и Лизетта – лучшие подруги. Учитывая вспыльчивый характер Вильес, она могла возненавидеть меня и организовать подставу, не особо задумываясь о последствиях.

Но настораживал один момент.

– Как она раздобыла зелье? – нахмурилась. – Утром только Викки получала препарат на своего пациента!

– Всё верно. Получала эликсир Тьери, а распылитель в палате наполняла мисс Вильес, – ответил дракон, – на артефакте сохранились её отпечатки.

Ситуация начинала проясняться. Матушка Лизетты была наставницей Анри, и вполне могла перепоручить ей больного, ну а та под шумок отлила немного зелья. Правда, такое совпадение выглядело очень странно, я бы даже сказала настораживающе.

– Тьери сильный эмпат, – неожиданно добавил Владыка, – ей не составило труда использовать мисс Вильес в своих целях.

– Думаешь, она воздействовала на неё магией?! – ужаснулась я. – Это же запрещено!

Картина предстала в совершенно ином свете. Если Аргвар прав, жрица провернула идеальное преступление.

Хотя…

– Следы эмпатического воздействия можно обнаружить! Если доказать…

– Я говорил не о воздействии, – возразил дракон, – Тьери не приказывала Анри подставить тебя, а лишь подтолкнула к преступлению. Дала ей флакон с зельем, возможно, вскользь упомянула о букете от императора. А девушка сама сделала нужные выводы.

От слов Нери пробирал озноб. Я сразу вспомнила леди Балтимер. Эмпат её уровня мог играючи направить чужие эмоции в нужное русло. Ей даже не требовалось набрасывать на собеседника управляющее плетение, лишь просканировать его и надавить на нужные чувства.

– Миссис Тьери великолепно всё просчитала, – продолжил Аргвар, – доказать её вину нереально. По факту она не совершила ничего противозаконного.

– А значит, и наказания не заслужила, – с горечью добавила я.

– Лори, бороться с интриганами нужно их же методами, – в сапфировых глазах дракона вспыхнули лукавые искорки, – поэтому Викки мы предоставим Ванде. Мои люди как раз собирают информацию, способную помочь настоятельнице в борьбе с конкуренткой.

Я никогда не отличалась злорадством, но сейчас не смогла сдержать улыбку. Целительницы ненавидели друг друга.

Матушка Лизетты давно метила на место настоятельницы и не раз пыталась подсидеть её. Пока наша главзмеюшка ловко избегала ловушек, хотя и Викки не спешила попадать в сети Ванды.

Они уже несколько лет вели игру на поражение. Все сотрудники затаив дыхание наблюдали, как одна кобра пытается выжить из госпиталя другую. Если у настоятельницы появится хоть небольшой козырь в рукаве, она не упустит возможности избавиться от заклятой соперницы!

– А что будет с Анри?

– Её найдут за что уволить, – ответил Владыка, – Ванда уже получила распоряжение свыше.

– Так просто? – удивилась я. – Даже не выяснив подобности?

– Госпожа настоятельница не первый день в большой политике, – усмехнулся Аргвар, – она сразу согласилась и пообещала, что уже утром мисс Вильес вылетит из госпиталя с соответствующими рекомендациями.

Ситуация была гадкой, но жалеть жрицу я не собиралась. Она действовала осознанно, не заботясь о последствиях. Да, Викки дала ей возможность напакостить мне, но не спеленала управляющим плетением. Вильес добровольно пошла на это и поставила под угрозу не только мою карьеру, но и жизни пациентов.

Такое нельзя оставлять безнаказанным.

– Показательное увольнение сообщницы заставит Тьери задуматься и временно залечь на дно, – продолжил Аргвар, – а тебе нужно продержаться до церемонии, после я увезу тебя в Виланьезу.

От упоминания о переводе настроение резко улучшилось. Безумно хотелось вырваться из этого целительского серпентария! У меня нет опыта в интригах и противопоставить таким как Тьери нечего. Сегодня чудом удалось избежать ловушки. Возможно, смогу продержаться и завтра. Но вечно так продолжаться не может!

Я сойду с ума, если буду каждую секунду ожидать удара и в каждой сотруднице видеть врага. Мне и проблем с Охотником хватает!

Нет, отсюда точно нужно бежать! Но для начала…

– Последний вопрос, как Анри попала в мой кабинет?

– В кабинете её не было, – ответил Нери, – букет обработали в коридоре. На записях с кристаллов видно…

– Ты взломал пульт охраны?!

– Да. – Дракон даже не смутился. – На записях видно, как дежурная сестра заходит с букетом в слепую зону у твоего кабинета, а через несколько секунд из манипуляционной выбегает Моник Терис и зовёт её туда.

– Ещё одна подружайка Лизетты, – скривилась я.

Что произошло дальше, было ясно как день. Сестра оставила букет на столике в коридоре, и пока Моник отвлекала её, Анри испортила цветы. Не удивительно, что в такой спешке жрица исколола пальцы и наследила.

Но сейчас меня волновало другое.

– Выходит, букет не связан с появлением Охотника? – я зябко поёжилась, вспомнив о главной проблеме. – Просто совпадение?

ГЛАВА 16: В плену теорий

– Пока сложно сказать, – Нери задумчиво покрутил в руках кофейную чашку, – сами по себе цветы и яркие эмоции не имеют отношения к «Ловчему змею», артефакт реагирует именно на магию фэйри. Но эмпатические зелья снижают контроль над Даром.

– А в моём случае и над крыльями, – неуверенно прошептала, вспомнив плавающую в зеркале золотистую цепь.

Название для амулета подобрали идеальное: он действительно напоминал голодную кобру, готовую в любой момент наброситься на беззащитную жертву. Я бы многое отдала, чтобы никогда больше не встречаться ней и с тварью, которой она служила.

Охотник-полукровка… От одних воспоминаний пробирала оторопь. Ещё страшнее становилось от осознания, что монстром может оказаться кто угодно, а я даже не знаю, что именно его приманило.

Если тварь реагировала на любое появление магии фэйри, почему услышала меня именно сейчас, а не в детстве? Тогда срывы были намного ярче и мощнее, мне стоило огромных усилий запечатать крылья.

После я долго жила без них, выжимая уникальную магию досуха тренировками и работой. Привыкла разделять целительский Дар и хрустальную Искру. Но в последнее время Силы в крыльях стало так много, что я едва управлялась с ней. Даже после лечения Владыки мои резервы слишком быстро восстановились.

Может, поэтому крылья и вышли из-под контроля?

– Думаю, эмпатическое зелье послужило спусковым крючком, – продолжил дракон, вырывая меня из тревожных размышлений, – его концентрация в воздухе была высокой, но не запредельной. Я показывал результаты сканирования Суаресу, он сказал, что такая доза не способна вырубить взрослого мага. Даже если сделать скидку на небольшой вес…

По мне скользнули пристальным, оценивающим взглядом, заставив вспыхнуть до кончиков ушей.

– Ты должна была отделаться головокружением, дрожанием рук и рассеянностью.

Перечисленного вполне достаточно, чтобы напортачить с лечением, но слишком мало, чтобы вызвать подозрение. Если бы я допустила ошибку, всё списали бы на сильную усталость. Хотя во время разбирательства это бы не отменило вины и не явилось смягчающим обстоятельством.

По правилам, почувствовав что теряю контроль, я должна выйти из палаты и передать пациента другому целителю. Но эмпатические зелья снижали трезвость мышления. Надышавшись ими, я бы перестала здраво оценивать свои возможности.

В целом, версия Нери была логична и походила на правду, но кое с чем я не могла согласиться.

– Букет простоял в кабинете весь день, – добавила, немного подумав, – окно было закрыто, а ваза стояла на солнечной стороне. Тепло могло ускорить реакцию…

– Я не отрицаю, что ты надышалась зельем до того, как успела открыть окно, – легко согласился дракон, – но всё же, для обычного мага такая яркая реакция ненормальна. Отсюда следует вывод, что фэйри иначе реагируют на разные эликсиры и впредь тебе нужно быть вдвойне осторожной.

С этим не поспорить. Знать бы ещё, чего именно следует опасаться.

– Один вопрос, – Владыка допил кофе и отставил пустую чашку в сторону, – Ванда при всех объявила, что ты весь день будешь работать в пятом блоке?

– Нет, наедине.

– Дополнительный плюс в пользу версии, что целью была именно месть и букет не связан с Охотником напрямую, – продолжил рассуждать Нери. – Анри не знала о приказе настоятельницы и думала, что ты как обычно будешь забегать в кабинет между осмотрами. Но…

– Произошёл ряд фатальных совпадений, – кивнула, – сообщение от императора, проклятое зелье…

– Не только.

Аргвар поднялся и принялся неспешно мерить комнату шагами.

– Дальше у меня две версии. Первая: из-за усталости крылья приняли зелье за смертельную отраву и начали лечить тебя, – заметив мой растерянный взгляд он добавил: – Вспомни, что ты чувствовала до того, как из зеркала вылез монстр. Может, магия вела себя странно? Или пыталась вырваться на волю?

Уф… сложный вопрос.

Меня подкосили новости. Я была растеряна и подавлена, а голова кружилась от удушливого аромата роз. Он заполнял всю комнату, я задыхалась. Даже открытое окно не помогало.

– Мне стало плохо от запаха цветов, – растерянно пробормотала, – слишком яркий, тяжёлый…

– Запаха? – дракон нахмурился и настороженно замер. – Лори, ты ничего не путаешь? У императорских роз почти нет аромата.

– Как нет?! Они воняли невыносимо и пропитали весь кабинет! – возмутилась я. – Я отголоски этой гадости на себе даже в карете чувствовала…

Нервно принюхалась и поняла, что запах полностью выветрился. Мой нос уловил только лёгкие нотки цветущей вишни, запястье до сих пор пахло любимым парфюмом леди Балтимер.

– Я не ощутил в кабинете запаха роз, хотя у драконов очень чуткий нюх, – задумчиво протянул Аргвар.

– И как ты понял, что проблема именно в букете?

– Интуиция и сигнальные заклинания, – пояснил дракон, – я всегда проверяю помещение, в которое телепортируюсь.

– Но у эмпатических зелий нет запаха! – не сдавалась я. – Их невозможно учуять. Разве что розы привлекли внимание…

– Ты не права, – возразил Нери, – аромата у эликсиров этой группы действительно нет, зато есть специфический магический шлейф, по нему и вычислил.

Эх… И только я влипла по самые крылья, ни на секунду не заподозрив неладное.

– Лори, не переживай, – Аргвар неожиданно подошёл ближе и сел напротив, беря меня за руку, – нельзя уметь и знать всё. Ты прекрасный целитель, этого достаточно. Войну, монстров и расследования – оставь таким, как я.

Лёгкие, практически невесомые касания отогнали тоску и тревогу. Владыке хотелось довериться, поверить, что всё будет хорошо и мы обязательно справимся с Охотником. Это успокаивало и смущало одновременно.

– Давай вернёмся к лечению и странным запахам, – пробормотала, разрывая контакт.

– Давай, – в сапфировых глазах заплясали смешинки.

Дракону явно нравилась моя реакция, я чувствовала это крыльями, но не понимала, что его так порадовало.

– Скорее всего, аромат был фантомным и его чувствовала только ты. – Нери моментально переключался с одной темы на другую, от лёгкой улыбки и тёплого взгляда не осталось и следа, передо мной вновь был собранный и холодный Владыка. – Из того, что я успел прочитать о фэйри, можно предположить, что таким способом крылья предупреждают об опасности. Запах, вкус, чужое прикосновение – любое ощущение становится намного ярче.

– Когда Анри смотрела мне вслед, я чувствовала сильный, почти невыносимый зуд между лопатками, – вспомнила, – и в кабинете, прежде чем попасть в паутину Охотника, я почувствовала жжение… крылья словно горели. Но я не думаю, что они лечили меня…

– Лори, когда ты очнулась, то полностью контролировала себя, – напомнил Аргвар, – зелье оглушило тебя лишь на пару минут.

Ох… А ведь он прав! Я сама спустилась к отцу, хотя должна была кубарем свалиться с лестницы от слабости и головокружения.

– Целители не способны лечить себя, – продолжил дракон, – тем более находясь без сознания. Поэтому я склоняюсь к варианту с крыльями.

– Возможно, – прошептала, борясь с сомнениями.

В теории звучало неплохо, но пока я боялась делать поспешные выводы. Для начала хотелось побольше узнать о собственной магии.

– Кстати, когда ты спасала меня, крылья тоже раскалялись? – уточнил Аргвар.

– Ощущения были другими, но… даже не знаю, – вздохнула, пытаясь вспомнить подробности, – мне сложно сравнивать. Я не понимаю, как управлять новыми способностями, теряюсь в значении и толковании сигналов, которые они подают.

– Это дело практики, – заверил дракон, – здесь тренироваться слишком опасно, но в Виланьезе у тебя будет такая возможность. И ещё, Лори… – Аргвар неожиданно замолчал, словно размышляя, стоит ли продолжать. Это настораживало, в голове мигом пронеслось с десяток теорий, одна страшнее другой, но ни одна и близко не попала в цель, – Ты раньше лечила кого-то с помощью крыльев? Или я был первым?

Вопрос обрушился на меня штормовой волной, оглушая и выбивая почву из-под ног.

Умом я понимала, что именно интересует Владыку, но формулировка была слишком… двусмысленной. Сказывались позднее время, интимность обстановки и, чего уж кривить душой, привлекательность собеседника.

– Я больше никого не лечила крыльями, совсем, – пробормотала, пытаясь ответить максимально точно и прямо, – даже не пробовала.

– То есть я был первым и единственным, – удовлетворённо кивнул дракон, заставив меня снова вспыхнуть.

Пришлось мысленно повторить, что мы говорим о делах и только о них. Владыке нужен толковый целитель, на большее не стоит и рассчитывать. Меня император ещё может отпустить, отец придумал великолепный план. Но от идеи выдать за Аргвара свою дочь Алваро не откажется: ставки слишком высоки.

– Вы… ты… говорил, что у тебя две теории… – прошептала, пытаясь вернуть мысли в деловое русло. Они то и дело сворачивали не туда.

– С первой мы уже разобрались, – кивнул Владыка, – крылья вылечили тебя и случайно привлекли Охотника. Вторая достаточно спорная, она основана на древних легендах, но я бы не спешил списывать со счетов…

– Для начала просто озвучь её, – попросила и нервно покрутила обручальный браслет.

Это не укрылось от внимания дракона. Сапфировые глаза потемнели, и на миг в них промелькнуло что-то странное, пугающее. Браслет начал стремительно раскаляться.

– Что ты…

Договорить я не успела, Владыка вновь взял меня за руку и осторожно скользнул пальцами от локтя до запястья. Кожа моментально покрылась мурашками, а сердце пустилось в пляс. Я замерла, боясь пошевелиться.

Не знала, чего хочу больше: чтобы меня отпустили или наоборот…

– Подделка? – в хриплом голосе дракона проскользнули мурлычущие нотки.

Всего одно слово, и очарование момента развеялось словно дым.

– Как ты узнал?! – просипела, пытаясь высвободить руку, но нежные касания сменились властной хваткой.

Не менее осторожной и бережной, но достаточно надёжной. Вытащить кисть из плена горячих пальцев не получалось, как ни трепыхайся.

– Лори, я понимаю, это звучит странно, но у меня есть все основания полагать, что твой жених применял ментальную магию. – Аргвар говорил медленно и подчёркнуто спокойно, только в синих глазах бушевал шторм. – Лейри сильный эмпат, когда вы ехали в карете, он…

– Намеренно сломал браслет?

Вопрос дался нелегко. Впрочем, как и весь разговор.

Ещё утром я бы наверняка вспылила. Отголоски «любви» к Брану и странное, навязчивое чувство вины были сильны, мне стоило чудовищных усилий переступить через них и отдать украшение отцу. Но сейчас я крыльями чувствовала: Нери прав! Бран или его мать как-то влияли на меня. Только…

– Отец тоже заподозрил неладное, – продолжила, не дождавшись ответа, – поэтому и предложил заменить украшение подделкой, а настоящее проверить. Однако ничего не нашёл.

Хотя и запретил принимать подарки от Брана. Подозреваю, он просто не всё говорил мне, не хотел пугать.

– Не удивительно. Лейри считает, что амулет действовал только в определённые моменты, – пояснил Аргвар. – Когда речь заходила о сире Балтимере, ты…

– Становилась похожей на заводную куклу, – с горечью закончила я.

Оправдывала его, говорила только хорошее, а ещё испытывала дикое, неестественное чувство вины, едва пыталась подумать или сказать о нём плохо.

Вариант с локальным ментальным воздействием идеально вписывался в картину происходящего и объяснял странности в моём поведении. Но зачем это Брану? До скандала, который он устроил в госпитале, у меня ни разу не возникало мысли разорвать помолвку!

– Не понимаю, – устало покачала головой, – какой смысл…

– Он знал о твоём секрете?

Аргвар слегка наклонился вперёд, теперь мы сидели недопустимо близко. Словно влюблённая пара или заговорщики.

– Нет, – прошептала, будто нас могли подслушать.

Последнее было исключено, я знала, что Нери сразу поставил полог тишины. Успела заметить, как он чертил в воздухе защитные руны.

– Хорошо, спрошу иначе, – так же тихо продолжил Владыка, – он мог узнать о твоём секрете?

– Нет, – мотнула головой.

Родители никогда бы не рассказали, даже матушка. Селеста пару раз поднимала эту тему, говорила, что брак не строится на недомолвках. Но я наверняка знала, что она не проболталась бы и не нарушила клятву.

– Это нужно тщательно проверить, – задумчиво протянул дракон. – Если Бран всё-таки знает о крыльях, его действия легко поддаются объяснению. Он сильный огненный маг, если у вас родится мальчик…

– Он сможет претендовать на престол по праву Силы, – вздохнула, соглашаясь с его доводами, – достаточный куш, чтобы пойти на обман и использование запрещённых артефактов.

Определённо, логика в этом была. Фэйри представляли ценность не только для Охотников, обычные маги также готовы выложить целое состояние за наши крылья. С таким источником любая посредственность могла возвыситься до уровня магистра, а то и архимага.

Но всё же в этой версии было море белых пятен…

– Я понимаю твои сомнения. – Аргвар вновь скользнул пальцами по моему запястью, поддевая браслет. Словно его нервировало даже иллюзорное украшение. – Но подозреваю, что артефакт не только внушал любовь к жениху, но и мешал использовать магию крыльев.

– Как это?

– Бран никогда не предлагал тебе отказаться от работы в госпитале? – уклончиво уточнил Нери.

– Предлагал и не раз, но при чём здесь…

– Крылья фэйри способны накапливать безграничное количество магии, – об этом я знала, но перебивать дракона не стала, – и во время первой инициации эта сила переходит избраннику.

– Инициации?

Щёки залило румянцем. Я, кажется, начала догадываться к чему он клонит.

– Полагаю, Бран хотел заблокировать твою силу внутри крыльев, чтобы во время первой брачной ночи забрать как можно больше магии и максимально увеличить шансы на рождение сильного наследника, – голос Аргвара звенел от злости и напряжения.

Что ж, теперь понятна гневная реакция маркиза и его настойчивые требования не снимать браслет.

– И мы переходим ко второй теории, – вкрадчиво начал дракон, заставляя на миг забыть обо всём, – возможно, спасая и разделяя со мной магию крыльев, ты провела обряд… альтернативной инициации, и Сила фэйри стала полноценной.

– А значит, и представляющей интерес для Охотника, – с ужасом прошептала я.

Владыка прав. До этого я только выпивала из крыльев магию, восполняя собственные резервы. Но никогда не лечила никого напрямую. Не касалась, не обнимала крыльями, как это было с Нери… в этом смысле он действительно был первым.

– В таком случае привязка – единственный способ защитить тебя, – продолжил Аргвар, – пока я находился в госпитале, моя магия скрывала тебя от «Ловчего змея».

– Но едва ты уехал и я случайно использовала крылья, тварь мигом почувствовала…

– Тс-с-с-с!

Дракон жестом приказал мне замолчать и набросил на себя иллюзию невидимости, а через миг из коридора донёсся голос матушки:

– Лори, милая, ты не спишь? Я могу войти?

ГЛАВА 17: Об истинной любви и неблагодарных драконах

Очень хотелось крикнуть «нет»! А ещё лучше прикинуться спящей и показательно захрапеть. Вот только храпеть я не умела, да и горничная могла рассказать о моём намерении заняться историями.

– Лори? – настойчиво повторили.

– Заходи, конечно! – откликнулась, вытряхивая из артефакта-хранилища стопку документов.

Двери тихонько отворились, до меня донёсся стук каблучков и шелест платья. Матушка всегда наряжалась как на бал и с детства внушала мне, что на людях женщина должна выглядеть безупречно, а дома – ещё лучше.

У неё это получалось блестяще, но было одно но! В отличие от меня, Селеста никогда не работала и всецело посвящала себя семье. Я же после дежурств мечтала лишь о горячей ванне, чашечке шоколада и любимой пижамке.

– Лори, тебе помочь с причёской?

Матушка окинула меня оценивающим взглядом и недовольно поджала губы. Только сейчас я вспомнила, что в порыве паники расплела волосы, а после отвлеклась на Аргвара.

Ещё и расчёску где-то потеряла…

– Не стоит, я сама, – улыбнулась, собирая волосы в обычную косу.

– Лори! – взгляд стал осуждающим. – Понимаю, ты устала, но пора привыкать к мысли, что скоро будешь жить не с нами, а молодым, родовитым и весьма привлекательным супругом. Знаешь, сколько благородных девушек мечтают оказаться на твоём месте?

– Даже не представляю, – честно ответила, борясь с желанием добавить, что готова любой уступить своё место и сопутствующие проблемы. – А помолвка с Браном…

– Именно о ней я и пришла поговорить, – объявила матушка, подтверждая худшие опасения. – Сегодня получила сообщение от императора. Алваро обеспокоен дошедшими до него слухами.

Шелест раздался совсем близко и, прежде чем я успела что-то пискнуть, Селеста уселась в моё любимое кресло. В то самое, в котором находился Владыка! На миг я забыла как дышать, но, судя по тому что матушку ничего не смутило, дракон успел перепрятаться.

Хвала Пресветлой!

– Милая, я понимаю, ты очарована Нери. В твоём возрасте вполне естественно влюбляться в образ, не замечая реальных недостатков избранника, – на одном дыхании произнесла Селеста, каждым словом подталкивая меня к глубочайшему обмороку.

Я хотела возмутиться, но удалось только покраснеть и икнуть. Матушка истолковала мою реакцию по-своему.

– Так и думала, – она с тоской покачала головой и взяла меня за руку, – Лори, я понимаю, тебе неприятен этот разговор, но лучше услышать правду от родного человека, чем больно обжечься и остаться с разбитым сердцем.

– Но я…

– Владыка никогда не женится на тебе! – с чувством воскликнула Селеста, а балдахин позади неё заинтересовано качнулся, словно от сквозняка.

Вот где дракон спрятался!

– Лори, я понимаю, Нери очень красив, – с надрывом продолжили, – о нём мечтают многие леди. Но его репутация…

Сквозняк усилился. Я неотрывно наблюдала за дрожанием балдахина и судорожно соображала: Аргвар сейчас смеётся, наслаждаясь спектаклем, или злится? Крылья, как назло, молчали, зато матушка трещала без умолку:

– Ты знаешь, сколько девушек побывало в его постели? Сколько сердец он разбил? Сколько девичьих слёз было пролито по этим синим глазам?

– Не знаю и не хочу знать, – проникновенно прошептала, подхватывая истории и поднимая их как щит, – мне работу закончить нужно.

– Лори! – Бумаги бесцеремонно отобрали и переложили на столик. – Пойми, отношения с Владыкой – путь в никуда! Если он и свяжет себя брачными узами, то лишь с Марианной.

Балдахин перестал подрагивать, а крылья уловили яркое, обжигающее негодование. Аргвар… злился? Неужели он не согласен с решением императора?!

Сердце забилось чаще, очень хотелось, чтобы матушка продолжила развивать эту тему, но…

– Милая, ты невероятно красивая и талантливая, не стоит растрачивать свою любовь на таких, как Владыка, – Селеста нежно погладила меня по волосам, а крылья обожгло новой вспышкой возмущения.

– Хватит, пожалуйста, – попросила, – ты ничего не знаешь о господине Нери, он…

– Он пытался соблазнить тебя? – в глазах матушки плеснулся ужас. – Присылал в госпиталь подарки, что-то обещал, предлагал или намекал?!

Вопросы и невысказанные упрёки обрушивались на меня ледяным шквалом, а кожа между лопатками зудела и горела огнём. Ещё немного и Аргвар точно сбросит иллюзию и присоединится к разговору.

– Мы говорили только о лечении! – выкрикнула с отчаянием. – Никаких намёков, ничего личного! Владыка удивительно тактичный и порядочный маг…

– Тогда почему он даже не поблагодарил тебя за спасение? – подбоченилась Селеста. – Где цветы и письмо вежливости? Бран обязательно прислал бы в особняк курьера…

– Хватит!

Я подскочила, принявшись нервно расхаживать по комнате. Знала бы она, как Нери выразил свою благодарность, спасая меня от Охотника…

– Алория, послушай, – тон матушки заметно смягчился, и в нём появились виноватые нотки – она осознала, что перешла черту, – возможно, я неправа. Но… я не могу иначе! Я боюсь за тебя, переживаю…

– Знаю, но это не повод верить сплетням, – отрезала я.

– Дело не в сплетнях, – вздохнула Селеста, – я говорила с Терезой. Она рассказала мне кое-что о Владыке.

Происходящее напоминало дурной сон, от стыда хотелось провалиться сквозь землю.

Зато балдахин заинтересованно подрагивал, а повисшее в воздухе напряжение сменялось живым любопытством. Дракону не терпелось услышать подробности.

– Милая, куда ты всё время смотришь? – матушка обернулась, скользнув взглядом по комнате.

– Сквозняк… – просипела, гипнотизируя взглядом балдахин.

Чего добивался Владыка и зачем дёргал несчастную ткань, я не понимала, но лёгкий тюль над моей кроватью ходил ходуном.

Пресветлая, он же воин! Неужели не может сидеть в засаде неподвижно?!

– Ты замёрзла? – недоумённо уточнила Селеста. Развевающийся и надувающийся как капюшон кобры балдахин её ни капли не смутил. – Может, стоит закрыть окно?

– А… да! – кивнула, крыльями ощутив негодование Владыки.

Странно.

Прежде чем направиться к балкону, ещё раз взглянула на тюль. Из-за паники и усталости до меня не сразу дошло, что колебания выглядели неестественно.

Случайно ткань так не заденешь, а поддувать заклинаниями дракон бы не стал. Да и настораживало, что матушка вообще не замечала пляску балдахина. Неужели это те самые фантомные знаки, о которых говорил Нери?

Хм…

Аромат роз в кабинете тоже был слишком ярким и сразу привлёк моё внимание. Он предупреждал об опасности, но у меня не хватило знаний расшифровать сигнал. Может, сквозняк действительно иллюзорный и вижу его только я?

– Вы сообщаете, где спрятался дракон? – мысленно спросила у крыльев.

Между лопатками снова зачесалось.

– Я услышала вас, – продолжила, воодушевлённая ответом.

На этот раз крылья промолчали. Но когда я закрыла окно и обернулась, тюль больше не дрожал.

– Милая, я понимаю, это тяжело слышать, – вздохнула матушка, едва я подошла ближе, – но ты должна кое-что узнать. Это касается предыдущего магического источника Владыки.

По комнате ядовитой дымкой разлилась злость и еле сдерживаемая ярость: дракон моментально понял, о чём пойдёт речь. А я не знала в какой угол забиться, чтобы не слышать этих откровений.

– Хватит, пожалуйста, – устало попросила, – не хочу…

– Нет! – Матушка жестом приказала сесть напротив. – Ты должна это услышать. Возможно, тогда будешь осторожнее и умнее.

Я с тоской посмотрела на рабочий магограф. Он лежал на столике неподалёку, но незаметно дотянуться до него и послать отцу сигнал бедствия не представлялось возможным.

Надеюсь, Селеста не доведёт Владыку. Очень не хотелось, чтобы посреди её рассказа Аргвар сбросил иллюзию и присоединился к дискуссии.

– Это дело замяли, император лично пресёк все разговоры, – в аквамариновых глазах вспыхнул праведный гнев, – но…

– Но Тереза по доброте душевной на всякий случай успела выяснить подробности и по-дружески поделилась ими, – ядовито процедила я.

В кресло я так и не села, замерла напротив матушки, с вызовом скрестив руки на груди и всем своим видом демонстрируя негативное отношение к разговору.

– Лори! Как ты можешь! – возмутилась Селеста. – Это не сплетни. Случай действительно имел место быть. Я подняла старые газеты…

Ещё лучше. Большей достоверностью, чем пресса, обладали только перешёптывания почтенных матрон, обсуждающих молоденьких магесс.

– Десять лет назад в штабе работала целительница Вивьен Малери, – матушка перешла на заговорщический шёпот.

Витающая вокруг ярость неожиданно сменилась глухой, обречённой злобой. Похоже, эти слухи всплывали далеко не в первый раз и, судя по реакции дракона, не имели ничего общего с действительностью. Жаль, я не могла подать ему знак и сообщить, что не собираюсь верить наветам.

Возникла весьма неловкая ситуация. Говорила матушка, а краснела я…

– Она была не только безгранично талантлива, но и невероятно красива. К слову, – Селеста достала магограф и, найдя нужное изображение, протянула мне, – вы чем-то похожи. Видимо, у него прослеживается любовь к определённому типажу.

Тюль взметнулся едва ли не до потолка. Сквозняк набирал обороты, я кожей почувствовала возмущение дракона. Теперь крылья не только сообщали о месте нахождения, но и помогали оценить степень его негодования.

– Не вижу сходства, – равнодушно ответила, скользнув взглядом по экрану.

По типажу девушка больше напоминала Марианну. Она поражала своей необычной красотой: сочные, привлекающие взгляд губы, пушистые ресницы, обрамляющие бездонные миндалевидные глаза, брови с изгибом и роскошная белокурая коса. Судя по мягким, покатым плечам и весьма внушительному бюсту, леди имела пышные формы, и ей это шло.

– Не важно, что видишь ты, – отмахнулась матушка, – она тоже зеленоглазая блондинка, для большинства мужчин и этого достаточно.

Тюль снова задрожал. На миг мне показалось, что из-под него вот-вот начнут вырываться струи огня и дыма. Дракон явно держался из последних сил и жаждал задать матушке парочку вопросов.

– Вивьен была влюблена в Нери. Благодаря внешности и впечатляющим магическим резервам быстро заслужила право стать его источником… – Селеста продолжила тарахтеть, даже не подозревая, что балансирует на грани. – Она продержалась около месяца. А затем… – матушка замялась, – я думаю, ты помнишь о Вираэльском прорыве?

– Конечно, – по спине пробежали мурашки.

Жуткий случай, один из крупнейших разрывов Изнанки за последнюю тысячу лет. Во время его ликвидации погибло больше трёх десятков Хранителей, около сотни получили тяжелейшие ранения.

Невиданные потери! Вся империя неделю носила траур.

– Во время прорыва Владыка сражался на передовой, – продолжила матушка.

– Даже не сомневалась в этом, – спокойно добавила я.

– Увы, его смелость не компенсирует прочих недостатков, – Селеста возмущённо поджала губы. – Но речь не об этом. В том бою Нери был тяжело ранен.

В воздухе отчётливо проступили морозные нотки, словно стены и пол покрылись магическим льдом. Я догадалась, что будет дальше.

– Вивьен спасла его ценой своей жизни. Во время лечения он выпил её досуха и…

– Так бывает! – от злости и боли собственный голос казался неестественно сиплым. – Каждый светлый целитель знает о подобных рисках. Для этого необязательно быть источником дракона.

Я и сама опасалась лечить его, видела, что передо мной сильный маг. Переживала, что не справлюсь, не удержу магический поток и отдам Силу вместе с жизнью, но и бросить умирать не могла!

– Знаю, – матушка поднялась с кресла и подошла ближе, положив ладони мне на плечи. – Но дело в том, что уже через неделю после её смерти он появился на балу с новой фавориткой. Возмутительная чёрствость!

– Хватит! Да что с тобой?! Опомнись! Я не узнаю тебя…

Осеклась, наткнувшись на абсолютно пустой взгляд матери. Она казалась чужой, даже её прикосновения ощущались… странно. Ладони на моих плечах были неестественно горячими, как при лихорадке, но больше всего настораживал приторный, нетипичный для Селесты парфюм. Такой знакомый и отталкивающий одновременно.

Озарение пришло внезапно!

Я наконец узнала удушающий аромат цветущей вишни. Он ядовитой дымкой оплетал матушку, и теперь я слышала его особенно ярко.

– Лори, мы с отцом переживаем, – она говорила как под гипнозом, – даже император обеспокоен сложившейся ситуацией.

Алваро волновали лишь его планы и будущее империи, но спорить я не стала. Мама была не в себе, и я понятия не имела, что с этим делать.

Ментальные воздействия находились вне моей компетенции, светлым целителям запрещалось приближаться к таким пациентам. Из-за мощной эмпатии мы могли невольно перетянуть управляющее плетение на себя, поэтому снятием подобной пакости занимались некроманты и тёмные лекари.

Владыка мог помочь, но как подать ему знак? Сообщить, что моя мать не злостная сплетница, а жертва?!

– Милая, пойми, тебе нужен такой мужчина, как Бран, – хватка на плечах усилилась, – заботливый, терпеливый, благородный…

Селеста на одном дыхании перечисляла достоинства сира Балтимера, а у меня внутри всё закипало от ярости и негодования. Хотелось оглушить её усыпляющим плетением, а затем позвать на помощь Нери или отца. Но я боялась, что моё вмешательство навредит.

Разве что подлечить её хрустальной магией? Хотя… вдруг расчёт именно на это?

Сомнения рвали душу на части, я не представляла, как помочь маме и при этом самой не влипнуть по самые крылья. Вся надежда была на Владыку, но дракон, как назло, скрылся за балдахином и вообще не подавал признаков жизни. На миг я даже засомневалась, не ушёл ли он?

– Ты знаешь, что Бран говорил с императором? – Матушка напоминала фанатика-проповедника, пытающегося обратить нечестивца в свою веру. – Он добился срочной аудиенции, прорвался к нему и поклялся, что готов жениться на тебе, несмотря на слухи!

Полагаю, до этой аудиенции Алваро и знать не знал ни о каких слухах. Именно сир Балтимер вначале донёс ему нужные сплетни, а затем поклялся, что не верит в них.

Хитро и очень подло, но, похоже, Брану не впервые промышлять подобным.

– Пойми, Лори, мужчинам иной раз сложно выразить свои чувства, – голос матушки смягчился и в нём снова появились эмоции.

Хм… Выходит, если с ней не спорить и не возражать, плетение слабеет.

– Да-да, – кивнула, желая проверить догадку.

– Бран любит тебя! – взгляд Селесты стал более осмысленным. Она уже не напоминала заводного болванчика, хотя напевы остались прежними. – А Владыка…

Я не выдержала и попыталась осторожно просканировать её ауру, за что тут же получила по ментальным щупальцам. Дракон никуда не ушёл, более того, стоял на страже и пристально следил за ситуацией.

От радости и осознания, что я не одна, сердце забилось чаще. Мне едва удалось сдержать благодарную улыбку.

– Вижу, ты наконец услышала меня, – матушка восприняла моё молчание по-своему.

– Конечно, – смиренно ответила.

Хватка на плечах ослабла, а через мгновение меня обняли. Нежно и тепло, почти как обычно, только приторный аромат цветущей вишни никуда не ушёл. Хоть и стал менее ярким.

Интересно, моё запястье тоже хранит этот аромат? Извернувшись, чтобы обнять матушку в ответ, я осторожно понюхала свою руку. Так и есть, кожа пахнет вишней! И сильнее всего – возле поддельного браслета.

Лежащий на столе магограф неожиданно завибрировал.

– Я должна ответить! – пискнула, вырываясь из объятий.

– Кто может писать в такое время? – Селеста недовольно поджала губы. – Как неприлично…

– Это по работе! – я открыла на весь экран печать госпиталя и показала матушке. – Сообщение от настоятельницы.

Что могло понадобиться Ванде, я не представляла, зато Селеста моментально успокоилась. Теперь её лицо светилось от гордости, что мне пишет сама госпожа-настоятельница.

«Завтра короткий день. Представленных к награде отпущу в два часа, чтобы успели подготовиться. Форма одежды на церемонии: парадное платье жриц. Только попробуйте вырядиться в бальные платья – уволю! Мы должны выглядеть скромно и достойно, а не походить на стаю разноцветных попугаев».

Губы растянулись в улыбке. Ванда в своём репертуаре, но её приказ играл мне на руку. Во-первых, это шанс удрать из госпиталя пораньше. А во-вторых, не придётся выбирать наряд.

– Госпожа настоятельница просит подготовить для церемонии парадную форму. –

Про короткий рабочий день я умолчала. Побоялась, что Селеста моментально донесёт Терезе и они с Браном прилетят к нам на чай.

– Форму?! – матушка обиженно поморщилась. – Но как же бальное платье, украшения… Я полагала, утром мы вместе с Терезой поедем к модистке.

– Утром я работаю!

Мысленно пожелала Ванде всех благ и удачных выборов.

– И мне нужно закончить с историями, – виновато улыбнулась и жестом указала на внушительную стопку бумаг.

Большую часть я заполнила во время обеденного перерыва, но матушке об этом знать не обязательно.

– Совсем не бережёшь себя! – В аквамариновых глазах вспыхнуло беспокойство, на этот раз искреннее и знакомое. – Лори, я понимаю, что тебе опасно накапливать магию, но и так убиваться на работе нельзя!

– У меня всё под контролем, – соврала, – закончу и сразу лягу спать.

– Вы с отцом так похожи, – она усмехнулась и, подойдя ближе, поцеловала меня в лоб.

Я судорожно принюхалась, но проклятый аромат почти улетучился.

Передо мной снова была настоящая мама. Нежная, ранимая, иногда слишком эмоциональная, зато честная и благородная.

Она бы не смогла хладнокровно пересказывать слухи о погибшей целительнице и уж тем более сравнивать её со мной! В некоторых вопросах матушка на редкость суеверна.

Кроме того, было ещё одно важное обстоятельство. Я не сразу вспомнила о нём из-за шока, но после Вираэльской катастрофы Селеста пожертвовала четверть своего состояния на восстановление пострадавших деревень. И всегда говорила о случившемся со слезами на глазах.

Тереза знала и, похоже, специально выбрала именно этот случай. Эмоционально нестабильного мага проще взять под контроль, да и следов от такого вмешательства остаётся намного меньше.

– Сладких снов, милая, – прошептала матушка, – постарайся не засиживаться допоздна.

– Постараюсь, – натянуто улыбнулась я.

Хотелось оборвать разговор и незамедлительно начать лечение, но я подозревала, что ситуация намного сложнее, чем кажется. Нашу семью постоянно проверяли на предмет ментальных воздействий, и если безопасники императора ничего не нашли, дело не в обычном заклинании.

Мой браслет активизировался, когда помолвке с Балтимером угрожала опасность. Может, и плетение на Селесте работало подобным образом?

Тогда неудивительно, что никто ничего не заметил. Заклинание проявлялось всего на несколько минут и, если с матушкой никто не спорил, быстро сходило на нет.

Дверь захлопнулась с тихим щелчком. Погрузившись в размышления, я и не заметила, как Селеста вышла из комнаты. Мы с Нери снова остались вдвоём.

– Моя мать…

– Находится под эмпатическим воздействием, – позади раздался усталый голос Аргвара, – но должен признаться, я впервые вижу такое плетение.

От слов дракона по коже прошёл мороз. Надежды быстро избавить Селесту от аркана таяли с каждой секундой.

– Его можно снять? – тихонько спросила, продолжая гипнотизировать взглядом двери.

– Нужно проконсультироваться с Лейри и Суаресом. – Он не стал ничего обещать, значит, дело совсем плохо… – На ауре леди Лисавэр нет ни единого следа от воздействия.

– Как нет?! – обернулась и тут же наткнулась на обеспокоенный взгляд Аргвара.

Он сидел на краешке моей постели, но слишком далеко от балдахина, чтобы случайно задевать его и уж тем более раскачивать. Похоже, догадка насчёт крыльев оказалась верной. Понять бы ещё, на что они намекали, усиливая аромат вишни вокруг браслета?

Украшение было поддельным, леди Балтимер никак не могла воздействовать на меня через него. Хотя… может, она поняла, что браслет не настоящий, а крылья предупредили об этом?

– Полагаю, Тереза использовала не ментальные плетения, а редкие шаманские техники. – Задумчивый голос дракона вернул меня в реальность. – В Вэрселии до сих пор существует культ Мёртвого пламени, она могла познакомиться с его последователями во время дипломатической миссии.

– Культ Мёртвого пламени?! – ужаснулась я. – Но ведь его уничтожили больше двух тысяч лет назад!

ГЛАВА 18: Играя на эмоциях

Пресветлая… Ещё одна страшная сказка оживала на глазах, будто мне Охотника мало!

Последователей Мёртвого пламени называли магами без тени или безликими. Их мягкое, незаметное воздействие проламывало практически любую защиту, при этом не оставляло следов на ауре. Они играючи управляли чужими эмоциями, считывали воспоминания и даже слышали мысли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.