Ольга Голенских
Проект "Мурена"

ПРОЛОГ

Осень 2067 года.

Конференц-зал «Бизнес-плаза.

Санкт-Петербург. Россия..

– Добрый вечер! Ваше приглашение, пожалуйста… – широколицый портье улыбнулся очередной гостье, протягивая раскрытую ладонь. Женщина отрицательно покачала головой, проведя пальцами по подбородку.

Не многие смогли бы понять такой жест, на этом мероприятии он открывал любые двери.

– Вы из «демонстрационной группы»? Прошу прощения! – удивился портье, оценивающе разглядывая наряд гостьи. Парню и в голову не могло прийти, что такие, состоятельные на вид, барышни, захотят стать «подопытными крысами», пусть даже в перспективном проекте будущего. Он торопливо развернул электронный планшет и замер, даже не пытаясь скрыть своего любопытства.

Женщина бросила взгляд на экран, где горел идентификационный сканер. Короткий импульс ее мысли никто даже не заметил: никакого напряжения в воздухе, щелчка или шороха – лишь четкий, быстрый сигнал, который откликнулся в планшете мятно-зеленым «Добро пожаловать в «Бизнес-плаза!»».

Портье завороженно переводил взгляд то на гостью, то на мигающий сигнал планшета, словно перед ним только что сотворили неземное чудо. Она не была первой, кто решился на внедрение, как его называли в народе «клик-клака», но решиться на участие в презентации всех его возможностей было очень рискованно. Никто не гарантировал «подопытным», что система вдруг не взбесится и не выкосит половину мозга, приняв его, к примеру, за враждебную опухоль. Впрочем, за те деньги, которые предлагала «Глатнесс», владеющая патентом на изобретение, можно и перетерпеть страх.

Молчание портье начало переваливать за пределы делового этикета, и гостья была вынуждена напомнить о себе негромким покашливанием. На другое, после операции, она просто не была способна. Портье моментально пришел в себя и залился пунцой. Неловко дернув планшет на себя, он уставился в экран.

– Кажется, все в порядке. Конференц-зал «Бизнес-плаза» в Вашем полном распоряжении. Основной акт презентации подходит к концу, но Вы еще успеваете на афтепати в лаунж-зоне, которая расположена под лестницей, на нулевом этаже. Приятного вечера, мисс… – портье немного замялся, глядя на экран, – мисс Бесту́жева.

Женщина коротко кивнула ему в знак благодарности и поспешила в главный зал, откуда раздавались одобрительные возгласы и звон бокалов. Легко лавируя между гостями в своем излюбленном коктейльном платье, она продвигалась ближе к сцене, где завершалась церемония награждения величайших умов научно-технического конгломерата мира. Чем ближе к сцене – тем больше едких, циничных ремарок об участниках проскальзывало среди гостей.

«Не понимаю зачем нас вообще пригласили, итак ясно, что «Глатнесс» взяла все возможные награды на десять лет вперед…»

«… Вы уже знакомы с её «генеральным»? Этот Па́ньшин возмутительный, бесцеремонный хам…»

«…ничего удивительного… Он в прошлом занимался рэкетом…»

«…да Вы что?!..»

«…бесчестный человек!»

«…ростовщик, что тут еще скажешь…»

Лицемерие приглашенных не знало границ. Они не скупились на нелестные отзывы о главе корпорации «Глатнесс» и на это была всего одна причина – успех. Среди людей, не понимающих, как Кирилл Иванович Паньшин его достиг, водилось мнение, что мужику просто крупно свезло. Но лишь единицы знали, какое это суровое и тяжелое ремесло – ростовщичество. Особенно в сфере кибер- и нано- технологий. Не ровен час, какие-нибудь прорывные «Кулибины», они же «Маски», они же «Джобсы», попытаются сделать себе имя, претендуя на пресловутую индивидуальность и нарушая давно устоявшийся рынок.

К огромному счастью Кирилла Ивановича, еще никто из них не отказывался от приличного чистогана¹, продавая за бесценок то, из чего Паньшин делал конкурентноспособный продукт. Многие осудят: мол этот человек обманом забирал у наивных, умных людей их изобретения, но генерального директора «Глатнесс» никогда не мучали вопросы морали. Он точно знал, чего хочет и сколько готов за это платить. Все остальные, околонравственные темы закрывались сразу, как только ученые видели на столе несколько аккуратно упакованных корешков² наличности.

Сегодняшний успех Паньшина несколько отличался от привычной схемы, по которой он его достигал. Продавец настоял на сохранении своего доброго имени и претендовал на часть славы, положенной за изобретение. Такое, в своей работе, мужчина обычно называл «большая заморочка», и сулила она такие бюрократические тяжбы, в каких Кирилл Иванович не горел желанием участвовать. Однако, с его утвердительного «да», началась история, которая привела его в самый роскошный отель России, на мероприятие, где акулы научного бизнеса меняют ход истории.

– Прошу тишины и внимания! Я хочу пригласить на эту сцену человека, который проделал огромную брешь в пределах человеческих возможностей! Вы все его уже давно знаете… – председатель евразийского комитета – приземистый старичок во фраке указал в ту часть зала, где располагались вип-столики, – мистер Паньшин Кирилл Иванович, гендиректор компании «Глатнесс»!

Паньшин перевел взгляд на сидящую напротив него женщину в иссиня-черном коктейльном платье. Настя утвердительно кивнула ему в сторону сцены и мягко улыбнулась. Вот он. Его звездный час почета, признания и успеха. Он это заслужил.

Паньшин торопливо вышел из-за стола и направился к сцене. Оставшаяся наедине с мыслями Настя разглядывала гостей за соседним столиком. Их у сцены было всего пять, но только за одним из них сидели совершенно незнакомые женщине молодые люди. Они не входили в демонстрационную группу, и уж тем более не являлись приближенными Паньшина, но как они получили вип-места на это мероприятие? Настя решила разузнать о них у самого Кирилла Ивановича.

«Ты должна была узнать, как он получил прототип «Мурены», а не ложиться к нему в постель!» – грубый мужской голос в ее голове резко оборвал ход мыслей.

«Я делаю то, о чем мы и договаривались. Все средства оправдывают цель, а теперь сделай одолжение, не засоряй канал связи своими нравоучениями, Воланд» – не разжимая губ, отрезала Настя, и отправила сигнал обратно, предусмотрительно заблокировав входящие на пару минут.

На сцену вышел тучный мужчина с прилизанными, реденькими волосами на блестящей лысине. Он широко улыбнулся публике, гостеприимно встречающей его аплодисментами. Паньшин постучал в микрофон, убеждаясь в его исправности, и взялся за стойку.

– Добрый вечер, мои дорогие, не побоюсь этого слова, друзья! – слащавым басом начал он, – я обойдусь без отступлений, ведь вы, должно быть, успели уже изрядно вспотеть, пока ждали конца этого невероятно скучного мероприятия…

По переполненному залу прокатился легкий смешок. Анастасия Бестужева откинулась на спинку стула, продолжая разглядывать троицу за соседним столом. Ее не покидало тревожное чувство, которое, обычно, никогда не подводило.

– Всего год назад я продемонстрировал миру уникальный чип-адаптер «Мурена», или, как его любят называть в народе: «клик-клак». Его окрестили как пульт от жизни. Я обещал вам прорыв? Я не солгал. И вот сейчас, когда все протоколы безопасности соблюдены, а моя демонстрационная группа из разных прослоек общества жива… – усмехнулся Паньшин, бросая горящий взор на сидящую в первых рядах Настю. Женщина подняла вверх бокал шампанского, поддерживая вступительную речь оратора, а Паньшин продолжил. – Теперь я с гордостью хочу объявить, что «Мурена» прошла международную аккредитацию и полностью готова для вживления в массы! Человечество, во всех смыслах, уходит от ручного труда, ура!

Зал взорвался от аплодисментов, которые мгновенно стихли, когда Паньшин поднял вверх раскрытую ладонь. Настя напряглась. Может быть это оно? То, о чем он и говорил? Некий «сюрприз» для общественности. Женщина мерно потягивала шампанское, представляя, как напрягся на другом конце ее периферийного оборудования Воланд.

– До сих пор общественность оставалась в неведении о тех героях, которые ежедневно совершают подвиги за стенами «Глатнесс». Сегодня я хочу познакомить вас с теми, кто имеет непосредственное отношение к сегодняшнему прорыву!

«А вот это уже интересно, Кирилл Иванович. С чего это вдруг Вы решили разделить Ваш лучший час с какими-то проходимцами? Неужели великий и могучий глава корпорации «Глатнесс» не смог заткнуть рот всем причастным?» – подумала Настя, облокотившись на столик.

– Прошу любить и жаловать, мою великолепную тройку! – громыхнул Паньшин, указывая в сторону портьеры, где обычно располагается оборудование для сцены, – Влад Марков, Эни Вайнштайн и Николай Ряскин!

Сидевшие за соседним столом молодые люди заторопились к сцене. Они больше походили на студентов техфака, чем на сотрудников всепоглощающей корпорации «Глатнесс».

Настя нахмурилась. Она, конечно, не поверила, что перед ней создатели чипа, способного вступать в контакт с любой электроникой на планете. Непонятно было зачем Паньшин вообще решил вывести их в свет.

«Не поняла, Воланд. Что это еще за малолетний эскорт?» – она послала короткий импульс. Собеседник, на другом конце, молчал.

«Воланд, ты здесь?!» – снова повторила запрос женщина.

Вступительная речь закончилась бурными аплодисментами, и гостей пригласили на афтепати, организованную корпорацией «Глатнесс» по случаю ее безоговорочной победы в гонке технических изобретений.

Бестужева смешалась с другими членами демонстрационной команды, и спустилась на нулевой этаж, где уже стучал мягкий, пробирающий до нутра, низкочастотный бас. Полумрак помещения и звон бокалов из бара навевал нотки интимности, раскрепощающей неподготовленных к подобным вечеринкам гостей.

Демонстрационная команда кучно держалась возле Паньшина, который уже искал взглядом свою новую пассию. Настя поспешила к нему, чтобы не вызывать подозрений. Мужчина стоял у лифта, ведущего к номерам отеля, в окружении своей великолепной тройки и еще нескольких бизнесменов из Европы. Женщина приблизилась к ним и тут же перехватила на себя мужское внимание.

– Коллеги, – обратился ко всем Паньшин, завидев ее, – это Анастасия Бестужева – один из членов демонстрационной команды. На ее хрупких плечах тестировались самые проблемные участки операционной системы «Мурена», можно сказать – наш главный каскадер. Благодаря ей мы прошли международный стандарт по безопасности на год раньше.

– Не преувеличивайте моих заслуг, Кирилл Иванович – отмахнулась от него собеседница, обворожительно улыбнувшись, и перевела взгляд на команду ученых. Ее внимание сразу привлек молодой, дерзкий на вид парень, держащийся очень раскованно, почти развязно, – ну и кто из вас тут главный?

Ее ладонь взмыла в воздух и замерла между ними, ожидая пожатия. Она прочла их еще до момента, когда высокий парень в пиджаке, нелепо сидящем на его бицепсе, уверенно взялся за ее руку.

Единственная в их компании девушка смотрела с подозрительностью, но соперничать взглядами не стала. Что до второго молодого человека – тот и вовсе уставился в пол, находя его узоры весьма занимательными.

– Влад Марков – ведущий команды этих отчаянных «техноящеров», – хищно улыбнулся качок и поцеловал руку Бестужевой. – Приятно познакомиться.

– Взаимно, молодой человек, – улыбнулась в ответ она. – Я очень много слышала о Вас. Это правда, что у Вас контракт на поставку о́рганозаменителей³ для силовых структур?

Лесть попала в самую нужную цель. Парень слегка замялся, но достойно принял похвалу. Его глаза многообещающе заблестели. Паньшин поторопился перевести тему разговора.

«Твоя работа сделана. Я скинул чек на дополнительные расходы. Деньги чистые. Можешь убираться оттуда» – зазвучал хриплый голос в ее голове.

«Надо же, у кого-то прорезался голос! Что случилось? Я еще ничего не сделала. Эти ребята имеют непосредственное отношение к твоему делу!» – язвительно бросила женщина вслед угасающему сигналу от Воланда.

Теперь уже Настя разозлилась. Впервые в жизни, ее репортерское расследование закончилось успехом, который она даже не могла осознать. Почему она должна уйти? Что такого увидел Воланд, и даже не снизошел поделиться с ней, после всего, что они пережили вместе? Пусть это были клиентские отношения, но нельзя же так!

Ее возмущение перерастало в гнев, тщательно скрываемый за мимолетным флиртом в компании юных ученых Паньшина. Она закипала все сильнее, понимая, что это задание для нее давно уже не носит деловой характер. Настя обвинила себя в излишней доверчивости и сентиментальности, которые проявила по отношению к таинственному заказчику, который так и не снизошел до личной встречи.

«Твоя «Мурена» не стабильна. Пожалуйста, успокойся» – отозвался Воланд.

Временами Насте казалось, что, когда Воланд ссылался на показатели «Мурены», он намеренно скрывал, что уже давно поселился в ее голове. Его бесцветный тон раздражал еще больше.

«Я просто хотела тебе помочь. Дело уже не в деньгах» – Бестужева старалась мыслить четко, но сообщение все равно получилось излишне эмоциональным.

«Отойди на минуту в уборную. Я тебе кое-что покажу» – немного помедлив, произнес Воланд.

Настя покинула шумную компанию, оборвав себя на полуслове. Полностью закрыв за собой женский туалет, она встала напротив зеркала. От чего-то она была уверена, что увиденное причинит ей боль. Но отражение не позволит ей уйти в эти воспоминания. Таковы правила загрузки гиппока́мпа⁴ чужими воспоминаниями.

Она уже почувствовала, как ее захватили обрывки воспоминаний: скомканные и бесцветные, будто отправитель нарочно испортил их. Это была какая-то лаборатория с многомилионным оборудованием. Трое молодых, дерзких студентов, с которыми познакомил ее Паньшин, улыбаются, взломав дверь. У них с собой чемоданы с неизвестным содержимым. То, что произошло дальше, не поддавалось объяснению и было затуманено аффе́ктами⁵, которые передавали все ощущения своего носителя в полном, усвоенном им объеме. Ее зрачки расширились, словно под действием адреналина, она почувствовала нестерпимую боль в области языка, который судорожно скосило вовнутрь, побуждая рвотный рефлекс. Она аккуратно засунула два пальца в рот, придерживая западающий язык, но опоздала – боль устремилась к голове резкими рывками.

Воспоминание закончилось, и боль отступила. По телу гуляли обрывки нервных сигналов, перемешанные с неприязненными подёргиваниями мышц. Настя тяжело дышала, цепляясь за раковину, в попытках сохранить равновесие.

«Что это было?» – она с трудом послала сигнал по нервам «Мурены».

«Воспоминание одного из «техноящеров» – не сразу ответил голос Воланда в ее голове.

«То есть их не всегда было трое? Что с ним случилось?» – спросила Настя, скривившись от потупленной боли во рту.

«Не важно. Теперь ты знаешь, что работа окончена. Я выказал тебе уважение. Я заплатил. Наш совместный путь подходит к концу».

«Постой. Я хочу еще… То есть, я готова помочь. Это ведь не все? «Мурена» попала в «Глатнесс» через того парня, да? Влад Марков? Ты узнал правду. Если начнешь действовать в открытую, у тебя начнутся проблемы? – торопливо заговорила Настя, стараясь собрать воедино пазл.

«Начну действовать в открытую? Что это ты уже надумала?» – усмехнулся Воланд.

«Не пытайся мне лгать. Ты как-то связан с этими людьми? Твое недоверие понятно. Но ответь, при стольких возможностях рассказать о тебе, разве я это сделала?» – не унималась Настя.

Ответом была тишина. В воздухе витали запахи освежителя, где-то за фальшстеной на пол размеренно капала вода.

«Что случилось с этим человеком?» – снова спросила Настя, глядя на свое отражение в зеркале. Она понимала, что ответ ей итак известен.

«Хватит вопросов. Сваливай, я сказал.» – отрезал Воланд.

Женщина взвешивала мысли недолго. С учетом всего, что ей удалось накопать против «Глатнесс», останавливаться она не хотела, даже перед лицом смертельной опасности. В ее голове возник простой план. Одна мимолетная мысль, и Воланд был отключен от нее услужливой операционной системой «Мурены».

ГЛАВА 1. «ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ЧЕТВЕРКА»

Несколькими месяцами ранее.

Весна 2067 года.

– Влад, это ты?

За дверью послышалось утвердительное мычание. Раздался лязг железных дверей, и в коридор лаборатории вошел паренек спортивного телосложения.

– Здорово, Морфей. Как оно? – улыбнулся он «привратнику», впустившему его внутрь, и сжал его так, что очки юноши слетели на кончик носа. Он застенчиво поправил их, и убрал со лба налипшие сальные волосы.

– Х-х-хорошо, Влад, – тихо ответил Николай Ряскин, пытаясь выбраться из стальных объятий качка, но тот лишь крепче обхватил его одной рукой и двинулся по коридору.

– Сколько я тебе говорил, обращаться ко мне по прозвищу? Я вот тебя уважаю и специальность твою ценю. Ты умеешь подключаться к сомнии⁶, ты наш Морфей. А я вот из любого дрыща могу сделать первоклассного атлета за неделю, потому что мои стимуляторы и имплантаты я всегда испытываю лично. Надеюсь, это заметно. Я Кибермен, дружище, понимаешь? – Влад Марков все тащил Ряскина в своих объятиях, размахивая перед его лицом руками.

– Понимаю… Кибермен, – произнес юнец, не поднимая глаз. Влад разочарованно вздохнул. Из уст прыщавого отличника факультета нейропсихологии «Кибермен» звучало уныло и безрадостно. Выбирать Владу не приходилось. В их команде Ряскин был очень важным звеном. Собственно, только поэтому парень терпел присутствие этого аутсайдера рядом с собой.

– Морфей, ну вы долго там? – послышалось из-за глухой стены коридора.

Влад вошел в помещение, окинув решительным взглядом всех присутствующих. В просторной комнате, обустроенной по последнему слову техники, было светло и чисто. Каждый занимался своим делом, но, когда вошел Влад, все остановились и посмотрели на него.

– Ну что, мои юные подпольщики? Как продвигается наше открытие века? – громко произнес Влад, опустив ладони на бедра.

– С тобой было бы гораздо быстрее, Кибермен! –огрызнулся широкоплечий юноша, сидящий у микроскопа, – где тебя носит? Ты принес?

– У сына ректора «Технокада» много дел, Воланд. Впрочем, я не жду, что вы меня поймете. Я ведь для вас всего лишь мешок денег и связей, – заметил Влад, легко запрыгивая на стол, за которым работала темнокожая девушка в яркой футболке.

Девушка отвлеклась от монитора своего ноутбука, посмотрев на Влада испепеляющим взглядом. Парень слегка смутился и отодвинулся.

– Ты забыл упомянуть жижу⁷, которая превратила тебя в ходячий конструктор из имплантатов, – сладким голосом произнесла она, откидываясь на кресле, – без нее техноящеры⁸ тебе только снились бы.

– По крайней мере мой нанобелок не убивает людей. Верно, Вдова? – едко заметил Влад, напоминая Эни историю с таинственной гибелью ее жениха на вечеринке в честь начала учебного года. – Впрочем, ты вряд ли об этом жалеешь, да? Игорь был редким ловеласом.

– А это как посмотреть, Кибермен. Какой процент имлантов в твоем теле? Уверена, эта цифра давно перевалила за двадцать⁹. От тебя ничего скоро не останется. Хотя нет, ты наверняка зашифровал на отдельном диске свое поганое чувство такта, чтобы передать его будущим поколениям. – Влад довольно хмыкнул, но девушка не собиралась останавливаться. – Хватит вспоминать про тот несчастный случай или, клянусь, ты будешь следующим в моем списке жертв. – угрожающе произнесла Эни.

Влад поднял ладони вверх, сдавая позиции.

– Какие-то вы через чур напряженные. Морфей, ты бы выписал им нейролептиков что ли, – начал было Влад, но поймав на себе требовательный взгляд парня, к которому обращался по прозвищу «Воланд», успокоился и достал из внутреннего кармана спортивной куртки черный футляр, – я все принес, Сань.

Влад бросил ему футляр через всю комнату. Саша ловко поймал его и осторожно раскрыл. На его бледном лице заиграла улыбка. Через мгновение содержимое футляра было расположено на предметном столике микроскопа, и Саша полностью погрузился в изучение материала. Теперь разговаривать с ним было бесполезно.

Марков, испытав приступ скуки, спрыгнул со стола и начал расхаживать по лаборатории, пиная скомканный бумажный листок. Какое-то время все молчали, ожидая вердикта Саши. Эни потягивала остывший кофе. Коля Ряскин нервно щелкал костяшками пальцев, постоянно поглядывая на часы. Стрелки упорно стремились к полуночи. В лаборатории было тихо. Эта часть кампуса редко проверялась охраной, так как обладала уникальной системой защиты… И легкой целью для молодых, дерзких студентов, отчаянно ищущих славы и признания на научном поприще.

– Есть! – Влад победно взмахнул кулаком в воздух, и команда замерла.

Эни облегченно выдохнула. Настал момент истины. Сегодняшняя ночная вылазка в лаборатории «Технокада» будет последней. Если все пройдет хорошо, о подпольных экспериментах можно будет забыть.

Вся компания собралась у операционного стола. Эни подключилась к основной панели хирургической машины. Николай подготовил нейролептики и адреналин, который всегда имелись в его рюкзаке на «всякий случай». Влад и Саша аккуратно поднесли к столику для инструментов небольшой кейс. Замки одновременно щелкнули, Саша откинул крышку.

На дне лежало тонкое, похожее на угря или змею, устройство серебристого цвета. В его «голове» располагались несколько блестящих датчиков и регистраторов.

– Матерь Божья… – ошарашенно произнесла Эни, несмотря на то, что уже видела изображение этого изобретения в проектной документации. В реальности оно выглядело куда более устрашающе.

– Коля ему уже название дал, – сказал Саша, посмотрев на стоящего позади Николая Ряскина, который старательно пытался слиться со стеной. Поняв, что его обнаружили, подошел ближе к столу, где светили прожекторы.

– Это «Мурена» – тихая, скрытная особь, – неуверенно произнес парень, стирая со лба пот, – то, что нужно для идеальной «сцепки» с нервным пучком. Нанобелок обеспечит проходимость, а специальная выдвижная челюсть саму сцепку. Снабжена маскирующими датчиками, отторжения организмом не ожидается.

– Она похожа на паразита, – с отвращением и восторгом заметил Влад, – Морфей, я знал, что ты чертов извращенец.

– Нечто паразитическое в ней действительно есть. Нанобелок, который ты изобрел, способен к регенерации, но этот процесс не бесконечен. Рано или поздно его чем-то придется восполнять, – пояснял Саша, попутно настраивая аппаратуру, затем обратился к Эни, – Вдова, те проблемы в коде искусственного интеллекта удалось устранить?

– Да, все налажено, – ответила девушка и наклонилась ближе к изобретению, – что-то я не вижу внешних портов для подключения… Как его проверять-то?

Влад и Саша недоуменно посмотрели на девушку, будто она ляпнула несусветную глупость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Чистоган (жарг.) – наличные деньги

Вернуться

2

Корешок – упаковка из 100 банкнот одного номинала. Ее запечатывают крестообразно или кольцевой бандеролью

Вернуться

3

О́рганозаменитель – обобщенное название для имплантатов, заменяющих некоторые, жизненно важные органы.

Вернуться

4

Гиппока́мп – отдел мозга, отвечающий за такие важнейшие функции, как память, эмоции и обучение.

Вернуться

5

Аффекты – (аффективная память или память эмоций) – способность памяти запоминать пережитые эмоции и чувства, не подкрепляя их фактами и обстановкой, а уделяя внимания физическим ощущениям.

Вернуться

6

Сомния (лат. somnus) – сон.

Вернуться

7

Жижа – обиходное название нанобелка из квалификационной работы Маркова Влада Егоровича, выпускника нейротехнологического факультета университета «Технокад»

Вернуться

8

Техноящеры – студенческая группировка университета «Технокад», организованная А.Этеушем, Э.Вайнштайн и Н.Ряскиным.

Вернуться

9

Индивидуальный предел имплантопереносимости – специальная единица измерения, определяющая индивидуальные возможности организма человека по установке вспомогательных имплантатов.

Вернуться