Эмма Хэмм
Пламенное сердце

Copyright © 2021 by Emma Hamm

© Ахмерова А., перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Каждой маленькой девочке, рожденной с огненным сердцем. Твоя сила в твоей уникальности, и однажды ты поймешь, насколько эта сила важна. Никуда не спеши, моя королева.

Глава 1
Лора

Cилуэт дракона заслонил луну. Его крылья подняли ветер, и волосы Лорэлии всколыхнулись. Она снова затянулась зажатой в руке трубкой и начала наблюдать с крыши. Если бы светило солнце, Лора опасалась бы, что чудовище ее заметит. Дракону все равно, кого убивать, – невинных или виноватых. Он опалит своим огненным дыханием любого, кто встретится на его пути.

При лунном свете дракону трудно видеть. Он полетит обратно к Замку Умбры над бесчисленными гонтовыми крышами, под которыми в безопасной тиши своих спален укрываются люди. Когда тень проплывет мимо окна, дети начнут шептаться и молиться, чтобы чудовище не явилось к ним в кошмарах. Они никогда по-настоящему не встретятся с драконом, если будут вести себя хорошо.

Последний сильный порыв ветра хлестнул Лору по плечам, намотав светлые пряди на острые кончики ее ушей. Подняв руку, Лора сделала так, чтобы ее секрет остался секретом. Даже в ночи есть глаза, способные уловить мельчайшую деталь. Меньше всего Лора хотела закончить жизнь, как ее мать.

После тяжелого трудового дня кожаные лосины стягивали Лоре ноги. Пышная белая крестьянская блузка помогала остудиться, но вскоре стало очень холодно. Стукнув сапогами по глиняному гонту, Лора проследила, как маленькая пластинка откалывается и скатывается вниз по этажам. В этот час звон бьющейся пластинки прозвучал одиноко. Ни один человек в здравом уме не рискнул бы выйти на улицу.

– Ты в курсе, что ты сумасшедшая? – Заигрывающий с тенями голос доносился из окна на другой стороне улицы. Лора выпустила несколько колечек дыма прямо в гнома, который прятался на чердаке домика напротив. На таком расстоянии Лора едва видела гномье лицо: его выражение не освещала ни одна лампа. Не то чтобы Лора искала помощи.

Когда она только пришла в этот ужасный город, гном первым ее поприветствовал. Ростом Лоре до пояса, с клочковатыми волосами, путающимися в бровях, и рыжими всполохами в бороде, он казался ходячим комком шерсти – так Лора ласково его называла. И если эти черты могли не привлечь достаточного внимания к его внешности, то любовь к яркой одежде становилась причиной того, что люди вечно на него таращились.

Голиаф, названный так кем-то с отменным чувством юмора, уже несколько недель ходил за Лорой по пятам. Он постоянно задавал один и тот же вопрос и получал от Лоры один и тот же ответ.

– Не понимаю, почему мне нельзя ночью подняться на свою крышу, – отозвалась Лора. – Дракона не интересует мое желание впитать немного лунного света.

– Зато Рыцарей Умбры интересует, – Голиаф содрогнулся при мысли о тех ужасных созданиях на побегушках у короля.

Город Тенеброс далеко от Замка Умбры. Личные рыцари короля держат здесь всех в полном подчинении. Они не настоящие люди, а оловянные солдатики, состоящие лишь из плотной массы теней и исполняющие прихоти своего властителя.

Лора знала, что такое ледяное прикосновение этих рыцарей. Она знала о нем не понаслышке – обо всем, что с ним связано.

Внезапно эльф-трава перестала действовать.

Разочарованная, Лора положила трубку на гонт и оперлась на вытянутые руки.

– Ну, как живу, так живу.

– Ты, знаешь ли, могла бы присоединиться к прочим и ко мне. – Голиаф старался выражаться напыщенно, будто не был сыном городского отребья.

– Ко мне и прочим, – поправила Лора. Практический опыт нашептывал, что она слишком себя выдает. Ей следовало бы уподобиться другим жителям Тенеброса: никакого образования, никаких книжных познаний, но большой талант выживать на улицах.

– Верно. – Голиаф высунулся из окна, чтобы Лора увидела его лицо. – Только, знаешь ли, наш подход лучше. Мы желаем гибели короля, а терять наших людей в борьбе не желаем.

Мы. Голиаф всегда говорил «мы».

– Ты говоришь о войне.

– Мы говорим о мятеже. О том, чтобы восстать против тирана и вернуть себе королевство! – Голиаф стукнул кулаком по оконной раме. – Я думал, ты сильнее захочешь нам помочь, учитывая, чем пожертвовала твоя мать.

Гнев ярко и горячо вспыхнул у Лоры в груди.

– Не говори о моей матери!

– А как насчет твоего отца?

Наверное, он до сих пор был с мятежниками. Или вернулся в родную страну, в те эльфийские края, жители которых гибли, чтобы не подпустить короля Умбры к своим границам.

Столько людей пожертвовали самым дорогим, чтобы их потомки вели нормальное существование. И вот она, Лорэлия, прозябает в беднейшем из городов – пытается свести концы с концами, выращивая эльф-траву у себя в подвале и продавая ее.

Разумеется, они отдали свои жизни ради победы. А вы только посмотрите на Лору! Прячет уши, словно стыдится быть эльфом. Носит колючие шерстяные вещи, потому что туман в Тенебросе никогда не рассеивается и не пропускает солнце.

Лора покачала головой.

– Я не хочу повторять ошибки своих родных, Голиаф. Я знаю свое место.

– Разве твое место – выпрашивать объедки в конце пищевой цепи? – Голиаф плюнул. Плевок пролетел четыре этажа до улицы. – Ты эльфийка, в твоем распоряжении вся магия луны, а ты уверяешь меня, что люди сильнее нас? Я отказываюсь так считать.

– Дело не в силе или в могуществе, а в численности.

Людей было слишком много. Когда-то давно Лора думала, что ее мать была права, что восстание может как-то исправить ужасную жизнь, которой они все жили.

А потом Лора выросла. Она увидела мир собственными глазами и поняла, что ее мать, хотя и имела большое сердце, была просто мечтательницей. Мечты не накормят и точно не помогут встать на ноги ребенку после гибели родителя.

Голиаф вздохнул.

– Ты не хочешь даже выслушать меня?

– Не очень. – Лора заранее знала, что он скажет.

Мятежники всегда говорили одно и то же. У короля нет бессмертия. У него нет даже магической силы. Но, если они сплотятся и объединят свою магию, у них будут неплохие шансы.

Только мятежники забывали о целой армии солдат, которых король мог создавать бесконечно, – существ без человеческого естества под оболочкой из железа и стали. Не говоря уже о гигантском драконе, который ежедневно летал над городом, напоминая всем, кто контролирует королевство.

Может, она и эльфийка. И да, может, в ней осталось немного лунной магии. Но это не означало, что ей по силам сражаться с чертовым драконом. Не просто так у этих созданий когда-то было собственное королевство.

– Твоей матери не хотелось бы, чтобы ты оставалась в стороне, – заявил Голиаф. Ветер трепал его рыжие патлы. – Ей хотелось бы, чтобы ты боролась так же, как боролась она. Ей хотелось бы, чтобы ты показала себя дочерью, которую она растила.

– Ей хотелось бы, чтобы я отдала жизнь за дело, в котором я буду пешкой, а не человеком. Вот чего ей хотелось бы. – Думать о матери Лоре не нравилось.

Лора лихорадочно схватилась за эльф-траву и затянулась дымом, чтобы очистить голову от воспоминаний, которые грозили ее поглотить. Но не успела. Она никогда не успевала убежать от мыслей о гибели матери.

Лора помнила костер выше дома – его развели Рыцари Умбры. Преступных лидеров Сопротивления они привязали к большим бревнам, которыми обложили кострище, словно обычной растопкой. Она помнила расширившиеся от страха глаза матери, когда та кричала: «Беги, Лорэлия!»

Рыцарь стиснул Лорины плечи, чтобы она не вырвалась. Сталь впилась ей в кожу, Лора почувствовала, как по груди течет кровь. Она заплакала, ведь ей было всего лишь восемь лет.

А потом появился дракон. Лора помнила, как это чертово голодное чудовище ревело и заставляло сам воздух дрожать.

Дракон приземлился так грузно, что Лора могла поклясться: все вокруг всколыхнулось под его весом. Он был больше, чем три дома; непостижимо огромный для маленькой девочки. Он взглянул на нее глазищами размером с лошадь. Лора навсегда запомнила, как мембрана зрачка на миг закрыла его желтое глазное яблоко, прежде чем дракон переключился на ее мать.

Жар буквально просвечивал сквозь выпуклую грудь чудовища. Дракон встал на дыбы, и Лора увидела, как пламя поднялось по горлу к пасти. Оно прорвалось через шею, и дракон выпустил его одним мощным залпом.

Огонь слишком быстро поглотил ее мать. Одну секунду прекрасная эльфийка дерзко смотрела на существо, которое ее погубило, но уже в следующий миг от Лориной матери остался лишь пепел. Ее тело растворилось в костре с бревном, к которому ее привязали. Лоре даже нечего было собирать.

Такое переживание не выкуришь эльф-травой.

Лорэлия выпустила дым изо рта к ноздрям. Возможно, навязчивые воспоминания отразились на ее лице, или же Голиаф прочел все в ее взгляде. Так или иначе, когда Лора снова посмотрела на гнома, его гнев бесследно исчез, а броня треснула.

– Лора, – позвал Голиаф, на этот раз тише. Так тихо, что Лора едва расслышала его слова. – Ты не можешь просто так сдаться.

– Я и не сдаюсь. Я живу своей жизнью. – Лора наполнила легкие городским смогом. – Я не хочу умереть, как она, Голиаф. Если для этого нужно не лезть на рожон и притвориться, что прошлого не существует, значит, именно так я и поступлю.

– Я прошу лишь уделить нам вторую половину одного дня. – Голиаф прижал предплечье к подоконнику, и его борода раздвоилась, обнажив ухмылку. – Если придешь, тебя будет ждать бесплатная еда и выпивка.

Нет, сытым желудком Лору не соблазнить. Хотя от такой перспективы все ее тело сжалось. Когда она в последний раз наедалась до отвала?

Слишком давно. В хороший год еды в Тенебросе не хватало, потому что большинство фермеров за чертой города увязали в болотах. Не то чтобы у Лоры было много денег. Она делала что могла для людей, готовых платить за запрещенную магию. В основном она перебивалась случайными заработками.

Но сытый желудок…

– Ах! – воскликнул Голиаф, тыча в Лору коротким пальцем. – Чувствую, ты об этом думаешь!

– Я не стану встречаться с твоими людьми и кричать: «Да взойдет солнце!» – Лора вздохнула, вспомнив слова, наполнявшие ее детскую голову столькими счастливыми мечтами. Ее мать обещала, что эта фраза принесет с собой новую эру: Лора увидит на горизонте небывалое солнце, которое возвестит о том, что магические существа обрели свободу.

Лора покачала головой. Это самое обременительное наследство, доставшееся от матери. Надежда. Надежда на времена, которые никогда не настанут.

Голиаф пожал плечами.

– Меня не волнует, будешь ли ты выкрикивать призывы или нет. Меня волнует лишь, чтобы ты в это верила. Навести нас, Лора. Мы по тебе скучаем.

«Нет» уже готово было сорваться с языка, но в ту секунду дракон в небе повернул обратно. Лора увидела, как перемещаются его крылья. Дракон парил так далеко, что его движения были бесшумными. Долгий протяжный вой грянул, как раскат далекого грома. Он разнесся по воздуху, захлопывая окна, и обрушился на Лору с такой силой, что затушил уголек на конце ее трубки.

Этот звук преследовал Лору и во сне, и наяву. Чудовище знало, что держит горожан в когтистых лапах, но продолжало их терзать.

Где-то в конце улицы заплакал ребенок. Лора услышала, как мать успокаивает бедняжку, как отчаянно старается, чтобы Рыцари Умбры не подумали, будто их семья нарушает порядок. Малышам не следует бояться чудовищ, еженощно летающих над их родным городом. Ведь детей обычно пугают существа, которые прячутся под кроватью и которых могут одолеть их отцы. Но не настоящие чудовища, способные причинить им боль. Не те чудовища, которые убили их родных у них на глазах.

В окно дома напротив снова постучали. Когда Лора повернулась, Голиаф показал на небо как на источник звука.

– Ты не встретишься с нами в надежде, что мы могли бы избавиться от этой твари?

Лора полезла в карман за спичкой.

– Ты и другие мятежники из ума выжили, если думаете, что вам по силам убить дракона.

– Может, и так. – Голиаф кивнул, радостно улыбаясь в тени. – Но тебе все равно хочется нас выслушать.

Лора чиркнула спичкой – пламя осветило ее маленькое убежище на крыше. Не спеша она снова подожгла эльф-траву и несколько раз затянулась, пока дым не окружил ее облаком.

– Может быть, – отозвалась Лора. Мысль о том, чтобы отомстить чешуйчатой твари, казалась привлекательной.

– Так мы увидим тебя завтра?

– Особо не надейся. – Из своего белого облака Лора выдула колечко дыма. Красиво проплыв по воздуху, колечко угодило Голиафу прямо в лицо. – Сладких снов, коротышка.

– Спокойной ночи, Лорэлия!

Голиаф закрыл окно с громким стуком, и тогда Лора увидела рисунок: ярко-желтое солнце, встающее из-за облачной гряды, и рассвет, красный как кровь.

Лора фыркнула. Раз гном оставил такой рисунок на окне, ему нужно было бежать отсюда. Стоит Рыцарям Умбры увидеть подобную композицию, они перевернут весь дом, решив, что нашли лидера Сопротивления.

Но Голиаф, конечно, был хитер. Он бы давно погиб, если бы не имел запасного плана: Голиаф убежит в самый темный закоулок и отвлечет Рыцарей, пока его люди будут строить козни и готовить заговор.

Лора выпустила еще одно колечко дыма. Но впервые за долгое время ей не удалось выбросить образ солнца из головы.

– Да взойдет солнце! – пробормотала она.

Глава 2
Абрахас

Карета раскачивалась из стороны в сторону, и у него возникло ощущение, что он странствует по морю. Абрахас ненавидел странствовать по морю.

Повернувшись направо, Абрахас попытался сосредоточиться на горах, плывущих мимо кареты, но это не помогало. Сосредоточиться не получалось ни на чем, кроме бурления в животе. Это завтрак встал колом в желудке? Разве он съел что-то ядовитое?

– Абрахас?

Его позвали. Но только сил кого-то выслушивать у него сейчас не было. Чем он занимался прошлой ночью? С ходу вспомнить не получалось, но, возможно, причина была в алкоголе. Ему казалось, что он напился сильнее, чем когда-либо. Часть проблемы сейчас заключалась именно в этом.

– Абрахас! – Пронесшись по воздуху, голос врезался ему в череп, и Абрахас застонал.

– Что? – спросил он. – Ну что еще?

– Тебе полагается меня слушать. Сегодня ты не способен выполнять свою работу. Или уделишь-таки внимание своему королю?

Королю. Точно. Это его долг. Вся абсурдная ерунда, в которой он вязнул годами.

Абрахас повернул голову, прижатую к бархатной подушке, и сосредоточился на интерьере кареты. Внутри карета утопала в золоте, как и снаружи. Абрахас доподлинно знал, что карета не облицована драгоценным металлом и не изготовлена из него. Он сломал одну из таких карет и обнаружил деревянный каркас. Но благодаря внешним украшениям селяне подумают, что король проехал мимо них в экипаже из чистого золота. А их вера в богатого короля и была главной целью этого фарса.

От ярких тканей, которыми были обшиты подушки, сдавливало виски. Контрастность цветов в самом деле зашкаливала. А маленькая люстра над их головами? Стоило Абрахасу сесть прямо, как при каждом неровном движении колес один из крошечных хрусталиков бил его в глаз.

Сейчас карета раскачивалась в такт с биением его сердца, и, если бы Абрахас потерял бдительность, его стошнило бы прямо на короля.

– Я слушаю, – буркнул Абрахас. – Но вам стоит повторить сказанное, дабы убедиться, что я понял правильно.

Король поджал губы, натянув маску разочарованной знати. Замечательно. Абрахаса это ничуть не волновало.

Их отношения были довольно странными. Король в обозримом будущем не собирался убивать Абрахаса, а Абрахас в обозримом будущем не собирался повиноваться королю. Столь необычное противостояние обоим предстояло терпеть еще какое-то время.

Абрахасу казалось несправедливым, что тем утром король выглядел свежим и здоровым, несмотря на то что прошлой ночью они пили вместе, и Абрахас не сомневался, что король заложил за воротник не меньше, чем он.

У Короля Умбры, которого самые близкие друзья звали Зандером, никогда и волосок из прически не выбивался. Черты его красивого лица были, пожалуй, слишком симметричными, но яркими и запоминающимися. Острый подбородок и чуть вздернутый нос обезоруживали большинство женщин, которые считали седые пряди на королевских висках сногсшибательными. Дамы часто падали перед королем, надеясь привлечь его внимание.

И им это удавалось. Любая возжелавшая провести ночь с королем удостаивалась такого права. В частные покои Зандера дам провожал не кто иной, как Абрахас. Но ни одной особе не стоило надеяться, что этой ночью в постели короля она будет единственной.

Сегодня Зандер вырядился в костюм ярчайшего красного цвета с золотой отделкой.

Зачем? Абрахас не помнил.

– Мы направляемся в Тенеброс. Судя по всему, местный совет получил дополнительную информацию о мятежниках, и нам обоим нужно выглядеть соответствующе. – Зандер расправил плечи и скорчил гримасу. – Говорит ли мой внешний вид о том, что я разочарован в людях, которым следовало бы защищать мое королевство?

По прищуренным глазам и поджатым губам скорее казалось, что Зандер старается охмурить женщину. Или, может быть, у него запор?

Абрахас нахмурил лоб и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

– Не представляю, каких слов вы от меня ожидаете.

– Черт возьми, ты мой личный охранник! Единственный человек, неизменно ограждающий меня от неминуемой гибели! – Зандер взмахнул руками. – Выгляжу я устрашающе или нет?

– Или нет. – В обычной ситуации Абрахас, по крайней мере, избрал бы соответствующий тон, но сейчас он плохо себя чувствовал.

Абрахас ненавидел ездить в каретах. Ему следовало быть на свежем воздухе, иначе его постоянно тошнило, и в том, что он оказался в таком положении, виноват был только король.

Да, потому что он был правой рукой короля. Абрахас был тенью короля, о существовании которой многие забывали, хотя именно эта тень защищала лидера нации. Именно он выпрыгивал перед любым мечом, ел любой яд и убивал любого, кто посмел коснуться правителя Умбры.

Тем не менее в карете Абрахаса сильно укачивало.

Застонав, он прижался лбом к холодному оконному стеклу.

– Желаете выглядеть устрашающе – для начала избавьтесь от этого похотливого взгляда.

– На тебя я не смотрел таким взглядом. – Зандер сделал паузу. В карете воцарилась тишина, пока он не добавил: – По крайней мере, мне так казалось. Или ты что-то чувствовал?

– Никогда не чувствовал и не почувствую. В этом плане вы, Зандер, меня не интересуете. И прошу вас не задавать подобные вопросы. – Абрахасу должно было быть лестно, но от таких разговоров у него каждый раз по спине бежали мурашки.

– Ты мог бы, по крайней мере, признать, что получилась бы дикая оргия, присоединись ты на ночку ко мне и моим дамам. – Чуть слышный шорох ткани подсказывал, что король откинулся на спинку мягкого сиденья и скрестил руки на груди. Как дитя.

По-детски Зандер вел себя большую часть времени. Абрахас привык к его перепадам настроения и уморительным потугам на мужественность. Зандера вырастили мальчиком-королем, который со временем превратился в мужчину. И этому мужчине никогда и ни в чем не отказывали.

Оттого-то король и стал испорченным, дерзким и избалованным. Но порой он вызывал у Абрахаса улыбку. Разумеется, Абрахас куда чаще смеялся над королем, а не вместе с королем, однако кое-что это значило. И необязательно то, что в ближайшее время Абрахас расторгнет обязывающий его договор.

Холодное стекло уже немного помогло страдающему от тошноты Абрахасу. По крайней мере, закрыв глаза, он мог больше не думать о том, как быстро движется земля по ту сторону двери.

– Почему вы хотите выглядеть устрашающе? Вам предстоит разговаривать лишь с Рыцарями Умбры, а беседы с ними не особо впечатляющи.

Не дождавшись ответа, Абрахас взглянул на короля, который с исключительной неспешностью поправлял рукава.

Молчание затянулось. Да чем же занят этот человек?

Вздохнув, Абрахас снова прижал голову к окну. Может, разговор окончен и на время борьбы с дурнотой его оставят в покое?

– Рыцарей ты недолюбливаешь. По-моему, это любопытно.

Вот оно что. Похоже, услышав, что его правление считают недостаточно успешным, Зандер решил поинтересоваться мнением Абрахаса касательно его драгоценных Рыцарей.

– Вверить город целому батальону солдат из дыма – не лучшая идея. – Абрахас сглотнул и открыл глаза. – То есть так считаю я. В Тенебросе всегда было неспокойно. Слишком много там людей, недовольных вашим правлением, как не были они довольны и правлением вашего отца. Им нужна твердая рука, но такая, которой не чуждо благоразумие.

– Маг, который создал Рыцарей, подтвердил, что они более чем способны на благоразумие. – Зандер громко фыркнул и махнул унизанной перстями рукой в сторону двери. – Если ты и дальше собираешься меня упрекать, почему бы тебе не присоединиться к нам в городе? Ты и сам прекрасно доберешься.

Этого Абрахас не хотел. В хорошие дни именно он удерживал короля от необдуманных поступков. Если его не будет в карете, король по пути вполне может остановиться и устроить разгром какой-нибудь несчастной семье. Такого Абрахас точно не желал.

Даже на службе у развращенного короля Абрахас не растерял сострадание. Зандер был ужасен, если предоставить его самому себе. И кучер вряд ли стал бы ему возражать.

– Зандер, вам не следует путешествовать в одиночку, – заверил короля Абрахас, стараясь говорить не слишком громко и не слишком укоризненно. – Знаю, я был в ужасном настроении, и такого попутчика вы не желали. У меня болит живот, но я с этим справлюсь, обещаю, и мы поработаем над вашим устрашающим лицом.

Зандер просиял – вышло очень по-ребячески.

– Ты серьезно?

– Серьезно.

– Так почему бы тебе не показать мне свое устрашающее лицо? Я потренируюсь, подражая тебе.

Это было нечестно! Абрахас был полной противоположностью Зандеру. И если естественная красота короля отличала его, то естественная красота Абрахаса пугала. Пряди цвета воронова крыла постоянно спадали ему на лицо, которое казалось слишком агрессивным. Внешность Абрахаса часто описывали такими словами, как «резкая», «угловатая», «нервная».

Лицо слишком длинное. Нос сломан слишком сильно. Брови слишком густые. Еще и рост шесть с половиной футов и широкие плечи, переходящие в слишком узкие бедра. Казалось, что с такой внешностью Абрахасу не место при дворе, и, наверное, это мнение соответствовало действительности. Дворяне нежные, как перышки, а Абрахас – тяжелое оружие.

Впрочем, если король просил сделать устрашающее лицо, то причин отказать ему у Абрахаса не было. Абрахас оскалился: сведенные брови и горящие глаза источали внутреннюю силу, которой у короля никогда не будет. Сколько бы магов он ни нанял, король всегда будет лишь простым смертным.

– Ц-ц-ц, – король прищелкнул языком и махнул рукой в сторону окна. – Вон отсюда! Не желаю сегодня терпеть твои выходки.

Что же, по крайней мере, Абрахас попробовал.

Он распахнул дверцу и выпрыгнул из кареты. Его тело начало меняться практически моментально. Вцепившись в его оболочку, магия отдирала плоть от костей, освобождая место для чешуи и перепончатых крыльев. Некоторые люди описывали превращение Абрахаса как взрыв. Звук разнесся по полю, мимо которого проезжал король, а секундой позже на землю ступил дракон, словно именно он собирался выбраться из кареты.

Абрахас встал на дыбы и широко расправил крылья, чувствуя, как исчезают последние признаки дурноты. Резко запрокинув голову, он издал рев, громом раскатившийся по воздуху.

Свободен!

В этом обличье он всегда был свободен.

Ветер скользнул по крыльям, будто сама стихия скучала по Абрахасу. А он скучал по прикосновению ветра к кожистым перепонкам. Подняв руку, Абрахас взглянул на крыло, желая убедиться, что все на месте. Чересчур крупные ладони стали когтистыми лапами, удерживающими крылья. Задние лапы вытянулись, словно Абрахас слишком долго сидел в тесном пространстве и наконец выпрямился.

Абрахас ненавидел свое смертное обличье, свое ограничивающее обличье. Всем хотелось, чтобы он оставался в нем, особенно королю, но самому Абрахасу хотелось свободы.

Предназначение Абрахаса – летать в небе и покорять королевства одним легким дыханием. А также внушать страх всем, кто его увидит, и заставлять смертных в благоговении падать на колени. Но теперь такое, разумеется, исключалось: ни один смертный больше не упадет на колени, даже перед последним из драконов.

Мощными ударами крыльев Абрахас поднял свой значительный вес в воздух. Он взмыл в небеса, прямо к облакам. Ему по-прежнему нужно было присматривать за королем и кортежем, следовавшим в Тенеброс, но теперь он видел пустоши на протяжении многих миль, шелест-сосны, сменяющиеся промокшими холмами и болотами вокруг города. Он заметил бы любого, кто рискнул бы подобраться к карете короля. Он видел все.

Некоторые считали, что с такой высоты дракон ничего не видит. Только это была неправда. Абрахас подмечал на земле каждую мельчайшую деталь.

Он увидел фермера и его жену, побежавших в укрытие, едва его тень легла на их землю. Он увидел оленя, рванувшегося к деревьям; услышал, как оленье сердце пустилось галопом, едва несчастный зверь понял, что в небесной выси охотится хищник. Слюна потекла из пасти по двум огромным клыкам. Сегодня дракон не станет охотиться. То есть пока что не станет. Но от свежей оленины в ближайшее время он не откажется.

Сейчас его главная задача – обеспечить безопасность короля. И хотя Абрахас был голоден, это значило, что времени добывать еду у него нет.

Под свист ветра в драконьей чешуе перед глазами Абрахаса возник город Тенеброс. Сперва он увидел болота: островки изумрудной зелени и серую воду, наполненную блуждающими огоньками. Затем донесся запах разложения. И, наконец, показался сам город – сотни разгромленных домов, слитых воедино слоями гниющего дерева в надежде, что постройки не рухнут.

Слишком много людей. Слишком много запахов. В Тенебросе всегда было слишком, но недостаточно для тех, кто пытался в нем выжить.

Абрахас сбросил высоту и парил над крышами, внимательно наблюдая за городом. Улицы кишели Рыцарями Умбры, готовыми защитить короля в случае, если кому-то хватит глупости напасть на кортеж. Абрахас устрашал лишь по необходимости, которая возникала редко: все и так знали о его существовании.

На миг Абрахасу кто-то почудился на крыше одного из домов. Бледная фигурка женщины, которая лежала на серой черепице, приподняв колено и убрав руку за голову. Но вот Абрахас моргнул, и фигурка исчезла. Словно он ее выдумал.

Странно. Абрахас никогда не фантазировал о женщинах, и тем не менее…

Шум на улице привлек его внимание. Повернувшись, Абрахас увидел, как двое мальчишек дерутся за кусок свежего хлеба, который король швырнул им из окна кареты.

Вздохнув, Абрахас замахал крыльями, пока не набрал высоту. Он приземлится за пределами города и присоединится к королю в человеческом обличье.

Для него в Тенебросе слишком людно.

Дракону в таком городе не место.

Глава 3
Лора

Лора стояла у таверны и убеждала себя, что может это сделать. Она может войти в заведение, и это ничего не будет значить. Она не обязана присоединяться к мятежникам, если находится с ними под одной крышей, так ведь?

Проблема заключалась в том, что ранним утром того дня дракон пролетел над Тенебросом.

Снова.

Два дня подряд дракон подлетал так близко к городу, что Лора могла швырнуть в него камень и попасть. Ничего хорошего это не сулило. Лора могла лишь предполагать, что здесь был король и что он, вероятно, навещал своих жутких созданий. Но почему-то это делало ситуацию еще более пугающей.

Если Рыцари Умбры их найдут, всем в таверне конец. Их выволокут на городскую площадь и обезглавят вне зависимости от того, видел ли кто-то из Рыцарей магию или магическое существо. Каждому жителю Тенеброса известно, что случится, если его заподозрят Рыцари.

Лора чуть крепче стиснула полы жакета и посмотрела на улицу. Она могла бы вернуться домой, пойти той же дорогой, по которой пришла сюда, и забыться в свежей порции эльф-травы. Все мысли вытекли бы у нее из головы. И никто бы никогда не узнал, что она стояла у таверны.

Дверь распахнулась, и из таверны вывалилась пьяная парочка: мужчина обнимал молодую женщину за плечи.

– Я тебя люблю, – снова и снова бормотал мужчина.

– Я тоже тебя люблю, – отзывалась женщина. – Очень сильно, моя радость, мой свет, мое вдохновение!

Фу!

Но раз эти двое были внутри, значит, мятежники в кои-то веки вели себя скрытно. Лора посмотрела на луну и вздохнула.

– Ладно, – пробормотала она. – Ладно, пошли.

Распахнув дверь, Лора не обратила внимания на звон колокольчика над головой. На нее обрушилась целая лавина ощущений, которая разом запустила работу всех органов чувств. В зале стоял тяжелый запах чужих тел и пива. Ноги липли к полу. Воздух казался вязким и влажным. Одновременно разговаривало так много людей, что Лора уже не разбирала слов говорящих.

Стены были покрыты отклеивающимися постерами. В основном на них рекламировалось лечение смертельных заболеваний. Лора заметила плакат с фей-водой, на котором была изображена маленькая зеленая женщина с разноцветными крыльями. «Липа», – написал ей кто-то на лице ярко-красной краской. Фей-вода скорее вызывала привыкание, чем помогала. Лора встречала людей, которые отдавали жизни ради еще одной капли снадобья.

Вздохнув, Лора стала пробираться сквозь толпу собравшихся, которым следовало бы лучше прятаться. Королю не нравилось, когда магические создания слишком бросались в глаза. Ему претило, что на свете есть существа могущественнее, чем он.

Патрулируя улицы, Рыцари Умбры высматривали различия, хотя сами были магическими созданиями. Острые уши, рога, странные глаза – все эти признаки они воспринимали как сигналы к действию: кого-то нужно уволочь на допрос.

Лора потерла область над бедром с маленьким звездообразным шрамом, который до сих пор причинял ей боль. Если Рыцарям удавалось поймать в Тенебросе магическое существо, они творили с ним что хотели. В этом заключалась опасность.

Ноги понесли Лору в дальний угол зала, где было тише всего. В темных закутках подобных заведений собиралось мало людей, но Лора знала, что именно там станут прятаться мятежники. В темноте и тенях они расправляли крылья.

Группа оказалась меньше, чем помнила Лорэлия по временам, когда ходила на подобные встречи с мамой. Голиаф держал в руках пивную кружку размером со свою голову. Он поднял ее, приветствуя Лору, и широко улыбнулся. Он слишком радовался приходу Лоры. Рядом с ним стояла пара сатиров, спрятавших рога под изысканными шарфиками. Женщина-олениха сидела босая. Лора так давно не видела, чтобы копыта демонстрировали столь откровенно, что у нее перехватило дух.

Как здорово видеть магическое существо таким свободным.

Минули века с тех пор, когда было безопасно в открытую показывать копыта со смертным телом. Тем не менее олениха бравировала тем, что делало ее особенной. Мрачная улыбка бросала вызов любому, кто осмелился бы предложить оленихе обуться.

Лорино сердце преисполнилось гордостью, а живот скрутило от страха. Она заставила себя снова взглянуть на Голиафа, готовая стереть улыбку с его лица.

– Ну что, возьмешь мне выпивку?

– Вообще-то я не думал, что ты придешь.

– Ну, ты привел веский аргумент. И, полагаю, нет ничего плохого в том, чтобы просто послушать…

Тут их перебил другой голос, пробивающийся из темного закоулка, словно зов сирены, которая просит внимания.

– Моя милая, моя дорогая, ты будешь не просто слушать. Дочь Сребровласки не удержится.

Лора застыла. Голос был ей знаком. В детстве она слышала его тысячу раз, но не думала, что это случится снова. В конце концов, сколько лидеров среди мятежников проживали больше пары лет?

– Маргарет! – прошептала Лора. – Я удивлена, что ты еще жива.

– В отличие от других, я не рискую. – Тени расступились, показав эльфийку, сидящую в дальнем углу за столиком на одного. – Сама знаешь, к чему обычно приводят подобные риски.

Лорэлия знала это слишком хорошо.

Она пожирала глазами другую эльфийку. Маргарет выглядела устрашающе и до того, как присоединилась к мятежникам, но сейчас в ее внешности отражалась безмолвная война. Кожаный наряд облегал ее тело от плеч до пят. Дополнительные ремни обтягивали бедра и предплечья, и с помощью них к каждой части ее тела крепились ножи. Всего их было тридцать, один острее другого.

Но именно от выражения лица Маргарет замерло Лорино сердце. Седые волосы эльфийки были убраны в высокий узел, вьющиеся прядки обрамляли большие остроконечные уши. Загоревшая на солнце кожа стала очень смуглой. Светлые глаза были почти белыми, как седые пряди, и видели все.

Она понимала. Разумеется, Маргарет понимала, как подействует на Лору встреча с другой эльфийкой. Сейчас эльфов почти не осталось. В былые времена все они были воинами. Любой эльф брался за лук ради защиты любимого. Эльфы славились отвагой, поэтому сражались, пока последний из них не испускал дух.

Лора была эльфийкой лишь наполовину. Она была лишь половиной того, кем могла родиться, найди ее мать себе подобного.

– Я не моя мать, – вздохнула она.

– Никто не просит тебя быть ею. – Маргарет показала на единственный свободный стул рядом с ее столиком. – Садись, Сребровласка. Мне нужно многое тебе рассказать.

Когда Маргарет чего-то хотелось, остальным хватало мудрости не возражать. Впрочем, Лора почувствовала легкое раздражение, когда чертовы тенистые струи коснулись ее ног.

– Не тащи меня в сумрак, Темноплащ.

Правое ухо Маргарет дернулось.

– Так ты помнишь старые порядки? Надо же, я удивлена. Я-то думала, ты настолько вжилась в амплуа смертной, что стерла из памяти все воспоминания о нас.

– Такое легко не стирается, – пробормотала Лора.

Она протиснулась мимо сатира. Ей отчаянно хотелось занять руки – неважно, кружкой пива или эльф-травой.

Лора тяжело опустилась на стул, глядя, как Маргарет закидывает на стол ноги. Грязь, налипшая ей на сапоги, полетела брызгами на пустые тарелки.

– Ты в курсе, что сегодня здесь был король? – спросила Маргарет.

– Догадалась. Рыцари Умбры вышли на улицы в полном составе. – По спине у Лоры пробежал холодок. – Да и дракона в небе не пропустишь.

– Маленькая птичка рассказала мне про интересное развитие событий.

Маргарет вынуждала Лору расспрашивать. Ей нравилось заставлять людей думать, что ее планы – это их планы. Чем сильнее люди проникались, тем проще ей было направлять чужие мысли в нужном направлении.

Лора ненавидела, когда ею так манипулировали.

Если она соберется помогать мятежникам, это будет ее собственным решением.

Закусив губу, она еще раз оглядела сапоги Маргарет.

– Разумеется, ты в этом интересном развитии событий каким-то образом участвовала.

– Как ни странно, нет. Я наблюдала со стороны. Событие слишком важное, чтобы я не заметила его сама. Но я беспокоилась, что мой осведомитель чего-то о нем недоговаривает. – Маргарет спустила ноги со стола и подалась вперед.

Движение получилось столь стремительным, что Лора, не успев отстраниться, оказалась лицом к лицу с безумной эльфийкой.

– Маргарет, ты взволнована, – негромко отметила Лора. – Что тебя так завело?

– Король ищет невесту, – шепнула Маргарет. – Женщины со всего Тенеброса повалят в замок, надеясь привлечь его внимание. Другие города король даже не рассматривает.

И что? Лору не волновало, что королю вздумалось жениться. Рано или поздно жена ему понадобилась бы, ведь любой король желает передать трон своему законнорожденному ребенку. А правитель Умбры в последнее время не очень-то в этом преуспевал.

Может, король прождал слишком долго. Он становится старше, чем устраивало бы его придворных. Лора не удивится, если этот смотр невест организуют, чтобы просмотреть все маточное поголовье Тенеброса.

– И при чем тут Сопротивление? – спросила Лора.

– При том, что это отличный шанс осуществить переворот, о котором мы мечтали годами. С тех пор, как этот монарший род пришел к власти, он ущемляет нас. Снова и снова. – Глаза Маргарет пылали, щеки побагровели от злого румянца. – Этот король – худший в своей династии. Он хочет навсегда избавить свое королевство от нас. Он и его Рыцари Умбры слишком долго здесь хозяйничают, но нам наконец представился шанс с этим покончить.

– Неужели? – Лора не понимала, к чему клонит эльфийка. – Выражайся яснее.

– Мы отправим на смотр невесту, которую король не сможет отвергнуть. А когда придет время, она вонзит кинжал в его черное сердце. – Маргарет откинулась на спинку стула и снова положила одну ногу на стол.

Лора задумалась. Судя по кривой ухмылке, Маргарет считала идею гениальной. Но ведь столько случайностей могло нарушить ход событий.

– Ты обрекаешь молодую женщину на верную смерть, – сказала Лора. – Не пойму, с чего ты решила, что план сработает. Ты должна знать, что король вычислит любое магическое существо у себя при дворе. Он найдет подставную невесту и казнит ее на глазах у всего королевства. В итоге ты только обнадежишь мятежников и погубишь невинного человека.

– А-а! – Маргарет подняла указательный палец, и все магические существа вокруг них притихли. – Но мы подошлем человека, которого король не вычислит. Полуэльфа даже король не распознает.

Ой…

Ой!

– Нет! – Лора вскочила так резко, что ее стул со скрипом прокатился по каменному полу. – Если думаешь, что я попадусь на ту же удочку, что и моя мать, то ты совсем меня не знаешь. Я не стану жертвовать жизнью ради дела, в которое даже не верю.

– Не веришь?! Ты эльфийка! Ты видела, что король сотворил со всеми нами. Если не мы его остановим, то кто?

Все мятежники смотрели на Лору. Давление их взглядов Лора чувствовала, как физическое прикосновение. Ни один из присутствующих в таверне не думал, что Лора может отказать Маргарет в этой просьбе. Они не могли понять того положения, в котором оказалась Лора, ведь это не их просили рискнуть жизнью ради нелепой затеи, ради глупости. Король мигом раскусит подосланную невесту. Она погибнет, пытаясь оправдать надежды мятежников. Лора снова покачала головой.

– Нет, Маргарет. Этот король могущественнее, чем предыдущие. С каждым поколением наши люди слабеют, а монарший род усиливается. На их стороне даже последний из драконов! Ты действительно думаешь, что мы можем их одолеть?

– Да.

Проклятье! Под старость лет эта женщина совсем свихнулась.

– А я не думаю, – заявила Лора. – Понимаю, ты считаешь такой план единственным реализуемым. Моя мать сражалась бы бок о бок с тобой и, наверное, призывала бы меня исполнить свой эльфийский долг. Я не настолько слепа, чтобы этого не понимать. Но я также чувствую, когда время для борьбы не подходит.

В беседу вступил Голиаф. Он поставил кружку с пивом на стол. Так Лора поняла, что он настроен серьезно, – гном никогда не прерывал распитие эля.

– Лорэлия Сребровласка, ты нужна нам. Знаю, ты боишься того, что может случиться, и, думаю, тот же страх испытывают все. Короля отвлекут женщины, борющиеся за его сердце. Внимание дракона будет поглощено контролем за тем, чтобы ни одна из этих женщин не убила короля. Рыцарей Умбры не станут привлекать, чтобы они не напугали будущую королеву. Все именно так, как должно быть. Тебе просто нужно нам довериться.

– Довериться вам? – Лора поперхнулась. – Довериться тем, из-за кого погибла моя мать?!

Последняя фраза прозвучала слишком громко. Все посетители таверны затихли и уставились на нее.

Лоре не нравилось, что ее буравят столько взглядов, от них у нее зудела кожа. Лора почесала руку и снова пожалела о том, что в кармане нет эльф-травы, которая сейчас была так нужна.

Маргарет, судя по взгляду, все слишком хорошо понимала.

– Лора, твоей матери хотелось бы, чтобы ты нам помогла. Она знала, как важно спасти королевство и наш народ. Она бы гордилась тобой.

– Нет, – отозвалась Лора.

– Тогда ты не оставляешь нам выбора, – объявила Маргарет, тяжело вздохнув. – Мы вызовем Рыцарей Умбры. Мы назовем им твое имя и сообщим, чем ты торгуешь и как ты этим разрушаешь свое тело. Мы сообщим им, что ты полуэльфийка. Хотя Рыцарям это неважно – они в любом случае повесят тебя всем на обозрение.

– Вы не посмеете, – прошипела Лора.

– Я посмею. Будущее королевства в твоих руках, малышка. Я любой ценой заставлю тебя сделать свою работу.

«Свою работу»? Лорэлии это никак не касалось. Она не хотела убивать короля. Она совершенно не хотела в этом участвовать.

– Хорошо, – пробормотала Лора. – Давай, Маргарет, сделай это. Я попытаю счастья с Рыцарями Умбры. Только как это вам поможет?

Вообще-то Лора блефовала. Опасная эльфийка была лучшей подругой Лориной матери. Она ведь не могла погубить единственное дитя своей лучшей подруги?

Лора двинулась прочь от теней и на миг подумала, что свободна. Мятежники смотрели ей вслед, вытаращив глаза от удивления, но не пытались остановить.

Отлично. Пусть увидят, как кто-то уходит от них со своей головой на плечах.

Дверь таверны распахнулась, и вошли два Рыцаря Умбры. У одного из них были помяты доспехи, а на нагруднике алели пятна крови. Другой выглядел целым и невредимым, как в день своего создания. Но когда он в гневе уставился на Лору, в темных брешах его шлема закружился дым. Лора почувствовала, как в жилах стынет кровь.

– Нам сообщили, что в этой таверне полуэльф, – объявил второй Рыцарь. – Всем стоять на месте, мы досмотрим каждого из вас.

Тени снова потянулись к Лориной лодыжке – они гладили кожу и уговаривали вернуться.

– Я еще могу тебя спасти, – проворковал на ухо голос Маргарет. – Тебе лишь нужно согласиться на мои условия.

У Лорэлии участился пульс. Она рискует? Рыцари Умбры не смогут доказать, что она полуэльф, так ведь? А даже если смогут, разве король станет убивать наполовину магическое существо? В ней же есть и смертная кровь.

Глядя в темные глаза, Лора почувствовала, что Рыцарь убьет ее. Ему этого хотелось. Туман под доспехами жаждал уничтожить что-нибудь магическое, будто в отместку своему создателю.

Маргарет загнала ее в тупик: выбора у Лоры не было. Ей вообще не следовало сюда приходить.

– Хорошо, – прорычала она. – Я сделаю то, что ты хочешь.

Тени обвили Лорино тело и утянули в протянутые руки Маргарет Темноплащ.

Глава 4
Абрахас

Абрахас вернулся к себе в логово, изнемогая от отвращения. Он грузно приземлился у пещеры, которая коридором сообщалась с замком, стоящим выше на горной вершине. Пещера была только его убежищем, единственным местом, которое король позволил ему создать и в котором он мог оставаться собой.

Даже король знал, как Абрахас ненавидит свое смертное обличье. И на то у него были основания.

Но теперь королю понадобилась невеста.

Почему Зандер не сообщил ему о своем плане раньше? Обычно король без умолку трещал о женщинах или об очередной новой любовнице. Он постоянно приглашал Абрахаса присоединиться к их забавам, но Абрахас ни разу не заинтересовался этим предложением. Кроме того, он знал, что король всегда сравнивает себя с остальными, и намеренно отказывал, потому что соревноваться с драконом в человеческом обличье королю было ни к чему.

Пройдя мимо длинных зеленых побегов, скрывавших пещеру, Абрахас сложил крылья и протиснулся через вход, на каменной кладке которого кто-то давным-давно вырезал фигуры драконов. Двигаясь вдоль их длинных извивающихся тел, Абрахас добрался до своих вожделенных сокровищ.

Или, как подумалось Абрахасу, до сокровищ короля. Поскольку сам Абрахас принадлежал Зандеру, то, наверное, ему же принадлежали все богатства, накопленные Абрахасом за долгие годы.

Даже отец Зандера приходил сюда, чтобы любоваться сокровищами. В конце концов, редкому смертному доведется увидеть гору золотых монет.

Абрахас забрался на золотой холм и медленно свернул свое малиновое тело вокруг монет, которые падали звенящим дождем, пока он не устроился. Лишь потом Абрахас расправил крылья и накрыл каждым одинаковые холмики по обе стороны туловища.

Богатейшая казна, драгоценные камни, короны, ожерелья и другие украшения – в пещере скопилось бессчетное количество предметов, каждый из которых был пожертвован дракону в надежде, что он пощадит и оставит в живых. Порой это срабатывало, как в давние времена, когда Абрахасу позволялось делать все что заблагорассудится, а другие драконы не давали смертным правителям скучать.

Сейчас остался только Абрахас. Его сверкающее имущество понемногу таяло. Абрахас не знал, крадет ли у него король или от передвижений гигантского тела часть монет утекает из пещеры в руки смертных. Возможно, он никогда этого не выяснит.

Вздохнув, Абрахас положил свою большую голову на золото. Полеты чудесны – это лучшее, что есть в жизни дракона. Но порой они ужасно утомляют.

Хотелось спать. Хотелось подумать о несчастной женщине, которая свяжет себя с королем узами до конца жизни. Кое-кто из придворной свиты называл Зандера сущим злом, мол, его душа искорежена всеми погибшими на войнах его отца, на войне, которую сын закончил. Возможно, так оно и было, Абрахас не знал. Короля он видел иначе, чем селяне и жители Королевства Умбры.

Зандер в его глазах был ребенком. Мальчишеские поступки говорили о том, что муж из Зандера выйдет отвратительный, а король – еще того хуже. Хотя кто из бессмертных не считал людей молодыми?

Зандер либо научится, либо погибнет.

Большинство гибнет.

На лестнице, ведущей в замок, раздались шаги – по ступеням кто-то спускался, – и Абрахас лениво поднял голову. Король послал к нему слугу? Абрахас не хотел есть, зато был более чем готов поджарить нарушившего его сон.

Но со стороны лестницы показался не слуга. Сам король с легкостью поднимался на скалу, возвышающуюся над сокровищами Абрахаса, будто он собственной рукой положил туда каждую золотую монету.

– Абрахас! – окрикнул его король. – Хочу знать, что ты думаешь о прошедшей аудиенции. По-моему, лидеры общины Тенеброса были полны энтузиазма. Ты согласен?

Ничего подобного. В осунувшихся лицах присутствующих на собрании читались неверие, злоба и грусть. Все они, скорее всего, думали о том, сколькими девушками придется пожертвовать ради королевской блажи. Они наверняка гадали, вернутся ли те девушки живыми или нет.

Впрочем, озвучить свои мысли Абрахас не мог. Он не хотел, чтобы Рыцари Зандера уничтожили всех лидеров, посмевших взглянуть на короля с недовольством.

– Все они, Ваше Величество, ломали головы над тем, как найти лучших дам в своих поселениях. – Если людей такая учтивость немного смущала, то Зандер, к счастью, давно к ней привык.

Абрахас толком не понимал, как разговаривает. Голос рождался в груди, словно через его горло говорил кто-то другой. Или же это было его смертное обличье. Так или иначе, Абрахас просто открывал рот, и голос раздавался, хотя и походил больше на шипение. Даже по прошествии многих лет Абрахас не до конца свыкся с ощущением себя.

Глубокий голос Абрахаса рокотал по пещере, но на Зандера совершенно не действовал.

– Но, ты думаешь, они разыщут самих миленьких? – Зандер вытянул руку, словно желая коснуться девушки. – Именно это самое важное. Я хочу быть уверен, что мои дети будут красавцами, каких этот королевский род еще не видывал.

– Красивее, чем вы? – насмешливо уточнил Абрахас.

– Конечно нет. – Эффектным жестом Зандер подбоченился и с вызовом уставился на дракона. – Хочу убедиться, что касательно этого плана у нас с тобой полное понимание. Мне нужна невеста, которая была бы яркой, эффектной королевой, иначе меня не будут воспринимать всерьез.

– Да, сир. Вы чрезвычайно умны.

Фраза получилась слишком саркастичной, и король почувствовал это.

Зандер перестал прикидываться глупым мальчишкой и свирепо взглянул на Абрахаса, показывая, что тот перегнул палку.

– Ты понимаешь, что должен поддержать мой план?

– Должен? – Тон мальчишки не понравился Абрахасу. Дракон в этой пещере он, а не король. Его жизнь ущемлена отцом мальчишки, но это не значит, что он хоть немного его уважает. – Юноша, вы хотите невесту, и я прослежу, чтобы ваша свадьба состоялась. Я позабочусь, чтобы ни одна из невест не попыталась вас убить. Ни то ни другое не означает, что я согласен с вашим планом вернуть себе контроль над Тенебросом.

С каждым словом глаза Зандера все сильнее расширялись. Будь Зандер умным человеком, он принял бы угрозу как есть и закрыл тему. Смертному не одолеть дракона.

Но король не был особенно умен.

Он прищурился, и мышца у него на шее задергалась в такт подскочившему пульсу.

– Хочешь бросить мне вызов? Думаешь, мне не следует жениться?

– Думаю, вам следует оставить бедных девушек в покое. Зандер, они тоже пытаются жить своей жизнью. Не стоит выдергивать их из родного дома, пока вы только решаете, которая из них вам больше по вкусу.

Абрахас перегнул палку. Он чувствовал, что перегнул палку, но никак не мог себя остановить.

Король сильно угнетал свой народ. Абрахас видел достаточно жадности со стороны Зандера, чтобы понимать: девушек не встретят с распростертыми объятиями. Ими будут играть, и каждой внушат, что в жизни короля она единственная, хотя на деле она согласится лишь на страдания и участь любовницы.

Случались дни, когда чувство вины за службу на короля грозило накрыть Абрахаса с головой. Сегодня был один из таких дней.

Зандер наблюдал за Абрахасом, судя по взгляду, что-то просчитывая.

– Думаешь, у тебя все под контролем, да? Ты древний великий дракон. Последний в своем роде. Однако ты здесь служишь мне.

– Это сделал ваш отец, – поправил Абрахас. – Ваш отец заманил меня в ловушку.

– И при случае ты отсюда не сбежишь? В этом ты хочешь меня заверить? – Зандер засмеялся, но его смех прозвучал злонамеренно. – Ты здесь по одной-единственной причине. Мы оба это понимаем.

Разумеется, это было так. Отдался бы Абрахас в рабство без крайней на то необходимости, будучи последним из драконов?

Рык раскатился по груди Абрахаса, в основании горла распалился огонь, которому не терпелось излиться на этого мальчишку, подобравшегося слишком близко.

– Ах-ах-ах! Не испытывай меня, Абрахас! – Зандер погрозил ему пальцем. – По-моему, ты зашел слишком далеко. Думаешь, что сам планируешь каждое свое действие? Или считаешь меня не таким великим монархом, как мой отец? В этом дело?

Да, в этом.

Абрахас считал Зандера куда менее великим в сравнении с его отцом. Он поставил на колени бесчисленное множество магических созданий. Он заманил в ловушку дракона и превратил Умбру в пыль и прах лишь потому, что началось восстание. Он был тем, кого боялись.

Зандер развел большой и указательный пальцы, и из недр золотого холма поднялся ящик. Большой, из металлического сплава, он был единственным сокровищем, которое не контролировал Абрахас. Сколько бы он ни пытался, вытащить ящик из золотых глубин не получалось.

Каждая мышца драконьего тела напряглась: Абрахас уставился на драгоценные камни, которыми был инкрустирован ящик. Рубин, изумруд, сапфир – три цвета, заставлявшие его душу ныть от боли.

Король наблюдал за ним взглядом одержимого.

– Вот оно. Вот страх, который я хотел у тебя увидеть. Ты ведь точно знаешь, что в том ящике?

– Конечно, знаю.

– Я сам видел их только дважды. Отец вечно говорил о них, и он убедился, что я сумею ими управлять на случай, если ты выйдешь за границы дозволенного. – Зандер прижал ладони к крышке ящика, нежно погладив его. – Глянем одним глазком, ладно?

Нет. Абрахас не хотел, чтобы этот глупец заглядывал в ящик. Он не хотел, чтобы Зандер видел спрятанное внутри, самое дорогое, что было на свете у Абрахаса.

Но лишь король мог открыть этот ящик.

Заклятие наложил давно умерший маг, и только Зандер мог повернуть две задвижки и явить миру содержимое. Сокровище, терзавшее Абрахаса денно и нощно.

Зандер поднял крышку и вздохнул.

– Ты только посмотри! На деле они даже красивее, чем описывал мой отец. Теперь я понимаю, почему они так много для тебя значат.

Смотреть Абрахасу было необязательно. Он знал, что надежно спрятано в том ящике: три идеальных яйца, каждое из которых кристаллизировано, как драгоценные камни на внешней стороне ящика. Три идеальных символа надежды на то, что однажды Абрахас не будет один.

Это были единственные оставшиеся яйца дракона в королевстве. Абрахас разыскивал их задолго до того, как его поймал король. Последняя дракониха погибла в горах далеко на западе. Перед самой смертью она передала весть о них, услышанную от другой драконихи.

К сожалению, король смертных добрался до яиц раньше Абрахаса. А потом он наложил на ящик заклятие: отныне открыть его сможет только король Умбры. Остальные, если попытаются, будут убиты: их уничтожит магия.

Абрахас пытался открыть ящик, и у него остались шрамы.

– Как печально, – пробормотал Зандер. – Это твоя единственная надежда увидеть подобное себе существо. Так ведь? Последний шанс для мира увидеть дракона после того, как ты умрешь.

– Осторожнее с яйцами, – прорычал Абрахас.

– Ой, с этим? – Король запустил руку в ящик и вытащил рубиновое яйцо. Оно мерцало в свете факела.

У Абрахаса путались мысли. Король касался яйца, а это не дозволялось никому. Но каким же оно было красивым! Из него вылупится дракон, подобный Абрахасу. Редчайшие рубины – их пламя горячее, чем у других; их верность достойна восхищения.

– Не трогай то, что тебе не принадлежит, маленький король.

– Не то что? – Зандер взял яйцо в руки и захлопнул ящик. – Ты поджаришь меня до хрустящей корочки? Абрахас, сейчас ты должен меня слушать, потому что то, что я скажу, крайне важно. И я буду держать это яйцо, чтобы ты воспринимал меня всерьез. Ты слышишь меня?

Абрахас заскрипел зубами, щерясь на короля.

– Я слушаю.

– Я самый могущественный король на твоей памяти. Я самый могущественный король в истории Умбры. Если в это не веришь ты, то не поверит никто. – Зандер выпучил глаза, будто сам боялся своих слов. – Ты великий дракон Умбры. Тень короля. Ты должен в это верить, понимаешь?

– Понимаю, – соврал Абрахас. – В могуществе и величии вы превосходите отца и любого своего предшественника. Мне это известно, так как они все правили при мне.

– Хорошо. – Зандер кивнул, завел руку назад и почесал спину. – Очень хорошо. Рад, что ты понимаешь. Жаль, что до такого дошло. Знаешь ли, угрожать тебе мне не в радость.

– Это потому что вы тоже всего лишь король. – Абрахас нервно сглотнул. Но больше всего на свете он желал, чтобы король положил яйцо на место.

Вместо этого Зандер поднял его к свету, и за прозрачной рубиновой скорлупой показался расплывчатый силуэт дракончика.

– Хотел бы я тебе верить. Но буквально на днях ты убедишься, что все, что ты обо мне знал, – ложь. – Стремительным движением Зандер вытащил из-за спины нож и вонзил его в яйцо.

По пещере разнеслось эхо, такое громкое и пронзительное, что Абрахас раскрыл пасть в беззвучном реве. Кричала душа невинного дракона, который никогда не увидит белого света. И Абрахас никак не мог остановить этого жестокого монстра, лишившего его жизни.

Звук затих. Превозмогая невыносимую головную боль, Абрахас наконец открыл глаза. Крошечный дракончик в яйце дернулся, в последний раз махнув хвостом, и свет погас.

– Какая жалость, – проговорил король. Он бросил яйцо и нож на землю и заклинанием опустил ящик на дно золотого холма. – Дружище, я не хотел этого. Видишь ли, мне нужно, чтобы ты вел себя наилучшим образом, когда приедут все эти невесты и их отцы. Мне нужно, чтобы ты помнил, кто я на самом деле.

Кто Зандер на самом деле, Абрахас осознал, когда король ушел.

Зандер – изверг.

Абрахасу следовало предугадать, что мальчишка возьмет то, что ему принадлежит. Но сворачиваясь вокруг угасающего яйца, чтобы оплакать невосполнимую потерю, Абрахас напомнил себе об одном.

Два яйца еще остались.

Глава 5
Лора

– Сама увидишь, он лучший кандидат на такую работу. – Голиаф схватил Лору за руку и резко остановил перед домом, который был чересчур роскошным.

Лора даже не знала, что в Тенебросе есть такие дома. Она привыкла встречать ветхие жилища, стены которых осыпались по краям или крайне нуждались в том, чтобы кто-нибудь приладил очередную доску к дыре на крыше. Но этот дом был другим.

Белый мрамор сиял в свете солнца. Стены выглядели крепкими. Гигантскую крышу поддерживали десять посеребренных колонн, которые овивал плющ, тянущийся по двору. Под плющом вполне могла расти трава, хотя наверняка Лора не знала – под переливами зелени разглядеть было сложно.

Лора хмуро посмотрела на ярко-красную дверь и оглянулась на соседние дома, обветшавшие целиком и полностью.

– Он что, портал построил? Этот человек не может жить здесь.

– Еще как может. – Голиаф похлопал Лору по спине и толкнул вперед. – Я не смогу с тобой войти. Хозяин дома очень ценит уединение.

– Тогда зачем он пригласил к себе? Встретиться можно было и у меня. – Лорэлия повернулась на отступающего гнома. – Почему кажется, что ты убегаешь?

– Потому что он и впрямь убегает.

Вздохнув, Лора приготовилась к встрече с тем, кто стоял у нее за спиной. Судя по выражению лица Голиафа, существо, которому предстояло сделать ее неотразимой для короля, внушало страх.

Развернувшись, Лора увидела застывшего перед красной дверью. Силуэт был странно вытянутым, как тень после полудня.

Когда хозяин дома выступил на солнце, стали видны его прямые каштановые волосы, спадающие на лицо. Плечи и широкая грудь поросли мхом. На правом плече грела крылья бабочка. Пальцы сморщились и покрылись корой, а из мизинца пробивалось маленькое двулистное растение. На Лору смотрели темные глаза, лишенные белков, которые смягчали дикую сущность души их обладателя.

– Леший! – прошептала Лора, отчаянно стараясь не смотреть ему в глаза. – Я думала, такие, как вы, давно вымерли.

– Я мог бы сказать то же самое про тебя, эльфийка. – Голос звучал резко, словно камень терся о камень. – Ты стоишь передо мной, хотя король постарался сжить со свету тебе подобных.

Лора почувствовала, как в душе что-то вспыхнуло. Блеск серебра и лунного света пробился на поверхность ее кожи.

– Я предпочитаю тьму.

– А-а, Сребровласка! Какая редкость. – Леший покачал головой. – Удивительно, ведь твое племя всегда славилось умением наживать себе неприятности. Заходи, дитя! Не время сгущать краски – ты здесь по конкретной причине.

На этом леший ушел в дом, словно соседи уже не сплетничали о мужчине-дереве и о светящейся эльфийке у него во дворе.

Интуиция не подвела Лору: план погубит их всех. А теперь у нее на совести будет еще и смерть лешего. Наверное, он последний в своем роду. Хотя о леших Лора почти ничего не знала.

Впрочем, продемонстрировать почтительность она могла.

Лора проследовала в дом лешего, споткнувшись о порог в комнату, больше похожую на лесную чащу. Мох толстым слоем покрывал пол и пружинился под ногами. Солнечный свет лился через окна и потолок с открытыми балками, преломляясь о золотые пылинки, танцующие перед глазами. Стены были окрашены настолько реалистично, что Лора чувствовала себя, как среди древних деревьев. Одно дерево действительно росло в центре дома лешего, и среди его ветвей порхали бабочки всех расцветок. По щеке Лоры заструилась теплая влага. Удивившись, она коснулась ручейка пальцем и поняла, что заплакала.

– Не удивляйся так сильно, – пророкотал леший. – Возможно, ты забыла о лесе, но твоя душа – нет. Это наш дом, кроха-эльфийка. Ну, или был им. До пожаров.

Каждый раз, когда Лора моргала, под глазами у нее танцевали мигающие красные огоньки. Словно она помнила тот пожар, словно была его свидетельницей.

– Я не… То есть, кажется, нет…

Помнила ли она пожар или нет?

– Будешь так силиться – сделаешь себе больно. – Леший хмыкнул и постучал заскорузлой рукой по груди. – Меня зовут Боровой. Маргарет сказала, у нее есть план и она передаст его через тебя.

– Она сама ничего вам не объяснила? – Конечно нет. Если план озвучит Лора, леший подумает, что это ее идея. – Маргарет хочет отправить меня участвовать в брачных играх короля. По ее мнению, если я окажусь достаточно соблазнительной, то подберусь к королю предельно близко и смогу его убить.

– Ага. – Боровой кивнул и переключил внимание на дерево. – И ты настолько безумна, что согласилась на этот план?

– Нет. Маргарет пригрозила сдать меня Рыцарям Умбры за то, что… – Нет, ни в чем Лора сознаваться не станет. Чем меньше людей будет знать о ее подпольных делах, тем лучше. – Неважно. Она угрожала мне, и этого оказалось достаточно.

– От Маргарет такого можно ожидать. – Боровой снял бабочку с плеча и поднял ее к ветвям дерева. Малышка не взлетела – вероятно, не смогла. Она заползла на ближайшую ветку и снова взмахнула крыльями. – Если собираешься соблазнять короля, придется быть очень осторожной.

– Выглядеть как магическое создание мне точно нельзя. – Лора коснулась своих ушей, проверяя, что они скрыты. – Стоит королю почуять магию, мне конец.

– Ты в этом уверена?

– Да. Все говорят, что король ненавидит магических существ. Думаю, он доказал это, раз на нас охотятся как на зверей. – Лоре по-прежнему не хотелось думать о том, что случится, обнаружь Рыцари Умбры ее или лешего. Лоре казалось опасным, что Боровой не скрывает свою сущность.

– Король не ненавидит нас. Он нам завидует. Он хочет стать такими, как мы, поэтому перебил столько магических созданий. Это досада, кроха-эльфийка, а не ненависть. – Боровой снова сосредоточил внимание на Лоре, его черные глаза видели слишком много. – Хочешь заинтересовать его? Намекай на свою сущность. Оставляй маленькие зацепки, но никогда ни в чем не признавайся. Пусть определяет, кто ты.

– Вы хотите, чтобы я действовала, рискуя выдать себя? – Лора покачала головой. – Теперь я понимаю, что вы сумасшедший.

– Нет, не сумасшедший. Я знаю короля лучше, чем многие. – Солнечные лучи запутались у Борового в волосах. Крохотные гусеницы шевелились на каждой пряди, от чего леший казался пушистым. – Король навещает меня, когда хочет увидеть магию. Укрощенную, а не дикую, какой мы когда-то обладали.

Лорино сердце сжалось в груди. Прирученная магия? Что это значит?

– Это значит, король хочет видеть нас чем-то меньшим, чем он сам. Магией, которую он может контролировать или направлять. Вот что он хочет. Забаву, развлечение, нечто, лишенное опасности. – Боровой жестом велел ей следовать за ним. – Пойдем. Хочу кое-что тебе показать.

Боровой неторопливо двинулся за дерево. Лора почувствовала раздражение. Может, леший и был самым древним созданием на ее памяти, но это не означало, что ему позволительно тратить попусту ее время.

– Послушайте, Маргарет сказала, что вы подготовите меня к встрече с королем, что бы это ни значило. Но если это не в ваших силах, я найду того, кто сможет мне помочь. – По крайней мере, Лора на это надеялась. Не то чтобы у нее имелись другие консультанты по вкусам короля.

– А тебе следует быть чуть благодарнее единственному человеку, который хочет тебе помочь. Иди сюда, эльфийка.

– Лорэлия, – пробормотала она, плетясь за ним. – Меня зовут Лорэлия.

Комната с другой стороны от дерева отличалась от остального пространства только тем, что в ней располагался столик, на который леший выложил разнообразные магические объекты – черепа, кристаллы, кости, осколки.

Леший выглядел весьма довольным собой. Он показал на олений череп и спросил:

– Ну, Лорэлия, как ты думаешь, что это?

– Череп.

– В самом деле. И откуда, по-твоему, он взялся?

– Откуда-то извне. Из леса. – Лорэлия пожала плечами.

– Здесь в округе оленей почти нет. Частые визиты дракона им не нравятся.

Череп как череп. Но почему-то Боровому хотелось его показать.

– Возьми его, – велел Боровой. – Потом скажешь, не изменилось ли твое мнение.

Лора вздохнула, но послушалась.

– Боровой, у меня нет времени для таких нелепых игр. Я даже не знаю, когда король намерен провести свой первый смотр невест… или как он его называет. Но если я пропущу это событие, план точно не сработает.

Стоило только коснуться черепа, как перед глазами у Лоры замелькали видения. Она узрела женщину, лежащую на земле. Семь стрел пронзили грудь несчастной, ее глаза слепо смотрели в небо. Землю вокруг нее пропитала кровь. Слышался плач, словно два голоса звали маму, но их заглушил рассекший воздух свист.

К женщине подошел олень и опустился на передние ноги. Ветерок раздувал волосы женщины, а олень лежал рядом с ней, его острые уши высвечивались лучами заходящего солнца. Догорающий свет вдруг стал огненным, и Лора догадалась, что его источник не на небе. Землю пожирало пламя. К женщине и оленю бежала волна, от которой было не спастись. Лава, змеясь, растекалась по земле и приближалась к оленю и эльфийке, пока наконец не поглотила их.

Лора вздрогнула и подняла руку к глазам, ожидая телом почувствовать жар. Но огненный свет погас, и, убрав ладонь от лица, Лора увидела лишь олений череп у себя в руках.

– Что это было? – прошипела Лора.

– Небольшой эпизод твоей истории, кроха. Эти воспоминания живут в тебе. Почему, думаешь, ты расплакалась, когда вошла сюда? – Леший показал на дерево у них за спиной. Это последний великан той поры, когда мы с тобой могли жить свободно. Той поры, которую помнит твоя душа. Хотя разум отказывается верить, что подобное когда-либо случалось.

Лора снова коснулась пальцами мокрых щек.

– Зачем вы мне это показываете?

– По словам Маргарет, ты не вполне убеждена, что нужно действовать. Тебя не волнует, что король хочет новых разрушений, что он опять хочет напустить на нас свою адскую тварь. – Боровой шагнул вперед так быстро, что Лора не уловила его движение.

Вытянутая рука лешего схватила Лору за голову и слишком крепко стиснула ей лоб. И тогда Лора увидела.

Воспоминания или видения – можно называть их как угодно. Эпизоды прошлого, которые стерлись из памяти.

Лора увидела дриаду в черном платье и как у нее загорелись рога. Объятая пламенем фея обхватила свои плечи, она смеялась и танцевала, пока ее крылья рассыпались в яркую золу. Мимо нее промчалась гномиха, прижимая к груди охапку угля.

– Хватит! – всхлипнула Лора, вырываясь из тисков Борового. – Хватит! Я не хочу это видеть.

– Ты должна это видеть. – Боровой рванулся вперед и попытался поймать Лору, бросившуюся от него прочь. – Ты должна увидеть все, что они тебе сделали, чтобы поверить в наш план. Ты должна в этом участвовать. Ради всех нас.

– Мне страшно, – прохрипела Лора и замерла от звука собственного голоса. Она обещала себе, что никогда больше не будет так бояться. Ее мать показала, как мало толку в этом чувстве. Лора прижала дрожащие пальцы к щекам и выдохнула медленно, глубоко, считая до десяти.

Как только Лора взяла себя в руки, она смело встретила темный взгляд Борового.

– Я приму участие, потому что иначе погибну. Других причин нет. Вам меня не переубедить.

Затравленные глаза лешего еще больше потемнели, и Лора могла поклясться, что в них клубится дым.

– Повидав то, что довелось нам с Маргарет, той броней больше не защитишься. Наши воспоминания обнажают нас, Сребровласка. Надеюсь, ты сможешь подольше прятаться за своим щитом.

Каждый вдох получался судорожным и грубым. Всеми фибрами души Лора старалась не заплакать.

Чем была та охапка углей из видения?

– Я буду участвовать в этом лишь для того, чтобы спасти себя, – пробормотала Лора, но посмотреть в глаза Боровому больше не смогла. – Что там случилось в прошлом? Мне очень жаль. Это не мои воспоминания, и мне досадно, что вы через это прошли. Могу предложить лишь собственноручно убить короля, если подберусь к нему достаточно близко. И вы мне в этом поможете.

– Да, так и есть. Я в Совете Тенеброса, и мы уже обсуждаем, как отправить королю первых красавиц. Умницы королю не нужны, предупреждаю сразу. – Боровой гладил подбородок, осматривая Лору с головы до ног. – Думаю, ты достаточно красива, чтобы соблазнить его. Но в королевстве найдутся и покрасивее. Тебе нужно чудо.

– Спасибо и на этом, – буркнула Лора. Она, может, и не первая красавица, но эльфийская кровь должна давать какие-нибудь преимущества. Должна ведь?

– Я помогу тебе. Я устрою вам встречу. Любому королю понравится вечеринка, которую организую я. А потом мы поработаем над тем, чтобы сделать все это… – Леший обвел рукой Лорино тело. – Презентабельнее.

– И только? Это вся ваша помощь?

– Я научу тебя всему, что знаю о короле, – твердо кивнул Боровой. – Только в обмен на обещание чуть больше опустить щит, Сребровласка.

– Не выйдет. Я сама во всем разберусь. – Лора двинулась к двери, сытая по горло этими абсурдными правилами.

– Ладно! – крикнул ей вслед Боровой. – Ладно. Я подготовлю тебя, и только. Этого ты хотела?

Этого. Лора, скрежеща зубами, собралась духом и продолжила наблюдать, как над их головами порхают бабочки.

– Просто научите меня, как соблазнить короля, Боровой. Как убить человека, я уже знаю.

Глава 6
Абрахас

– Абрахас, ты готов к вечеринке? – Зандер уверенно вошел в пещеру с видом человека, который мало о чем беспокоится в жизни.

Зандер был в обтягивающем наряде. Ткань цвета королевского аметиста облегала его слегка мускулистое тело. Волосы были убраны назад и зачесаны так, чтобы выставить напоказ седые пряди на висках. Весь его костюм утопал в драгоценностях, а шею украшали четыре ожерелья.

Абрахасу велели выбрать наряд с большей сдержанностью. На дракона никто не захочет смотреть слишком долго – дольше, чем на короля.

Зандер отправил слуг убедиться, что Абрахас готов. Непонятно, зачем королю тратить время, осведомляясь, собрался ли дракон на вечеринку. Разумеется, собрался.

Простой черный костюм накрахмалили слишком сильно, так что ворот поднялся до самого подбородка, слово пытался удушить своего владельца. Или это было напоминанием о том, как король вонзил нож в общее будущее. Только этим он и занимался с тех пор, как унаследовал трон от отца.

Так или иначе, Абрахас не вполне понимал, как ответить королю.

– Да, наверное.

– Ладно тебе, дружище! Хоть немного обрадуйся этой затее! Дамы глаз с тебя не сводят, когда ты в этом наряде. – Зандер махнул рукой вверх-вниз, показывая на силуэт Абрахаса. – Хотя, если честно, я не пойму, что они в тебе находят.

Король редко понимал, почему женщин интересует кто-то, кроме него. Особенно ему не нравилось, когда женщины интересовались Абрахасом. Как он однажды сказал: для красивой смертной неестественно оказываться в объятиях дракона. И это было якобы истинной причиной неприятия. Ну-ну.

Абрахас сомневался, что это правда. Зандер ненавидел все магическое и точно не хотел, чтобы дракону доставалось то, что недоступно королю. Чтобы женщина запала на дракона? Не бывать этому.

Вздохнув, Абрахас просунул палец под ворот костюма и покачал головой.

– Зандер, я не понимаю, какая у этого цель. Вы сами говорили – много раз, я осмелюсь напомнить, – что не желаете связываться ни с чем магическим. И вот пожалуйста, мы идем на вечеринку, которую устраивает одно из старейших магических существ на свете.

– Боровой не стар, – возразил Зандер. – Он молодой жеребец и надеется однажды стать дворянином. Не представляю, с чего ты назвал его магическим существом!

Неужели леший заколдовал короля, внушив ему, что он, Боровой, смертное существо? Нет, короля защищали не только Рыцари Умбры. Абрахасу скорее казалось, что Зандер предпочитает не замечать того, что леший – одно из существ, которых он хочет истребить. А все потому, что Боровой устраивал самые искусные и причудливые вечеринки. Знать их обожала, значит, леший считался полезным.

Сколько смертных могут наполнить воздух мерцающими звездами и бабочками, садящимися на ладони дев, которых король желает охмурить? Нисколько. Ни один человек на такое не способен.

А какой фокус на сегодня припас леший? Вечеринка казалась… странноватой. О ней объявили спонтанно. И хотя Зандер не сомневался в том, что Тенеброс желает показать своих невест в самом восхитительном свете, Абрахас видел лица членов местного совета. Ни один из них не горел желанием отдать свою дочь королю. Абрахас опасался, что вечеринка получится кровавой.

Зандер увидел выражение его лица и закатил глаза.

– Ты что, весь вечер намерен хмуриться? Если так, держись от меня подальше! Распугаешь всех красавиц Тенеброса. Что мы тогда будем делать?

– То же самое, что сейчас. – Абрахас подмигнул королю. – В Тенебросе красавиц нет, или вы забыли? Они там, куда мы отправляем всех недостойных жить, – в Замке Умбры и в прилегающих районах.

– Ой, точно. – Король махнул рукой. – Некоторые там довольно давно. Наверняка появились новые красавицы. Но ты поднимаешь очень важную тему, мой дракон. Мне нужно сообщить всей остальной знати, что их дочери тоже должны принять участие в смотре. Даже если я уже попробовал свою жену!

Абрахасу захотелось его ударить, превратиться в дракона и сожрать короля целиком. Только что это даст? Яйца будут навеки заперты в чертовом ящике, а он останется один до конца своих дней.

Лучше дождаться, когда у короля появится ребенок. Тогда он убьет Зандера, а девочку или мальчика вырастит сам где-нибудь в глуши. Так у него появится время убедить нового монарха открыть ящик и выпустить двух оставшихся драконов на свободу.

Осталось три дракона. Негусто для распространения рода. Возможно, Абрахас приведет малышей в мир, где их постигнет та же участь, с которой он сражается. Возможно, понимая, что их будущие дети лишь уменьшат общий магический ресурс, они станут последними в своем роде. Но Абрахас должен попытаться. Будь сейчас три особи, три ума, ищущие своих сородичей, шансы отыскать других выживших драконов увеличились бы, как и шансы отыскать забытые гнезда, превратившиеся в камни или спущенные под воду. Кто-то же спрятал своих детей в надежде, что однажды их найдут.

– Абрахас! – крикнул король.

Его имя разнеслось по залу и врезалось в Абрахаса, словно божественный клич. В глазах последнего из драконов богом, к несчастью, оказался король.

Абрахас сосредоточился на человечишке, стоящем перед ним, и растянул губы в некоем подобии улыбки.

– Да, мой король?

– Что на тебя сегодня нашло? – Зандер вскинул руки, и украшения, унизывающие запястья, зазвенели. – Дело до сих пор в яйце? Дружище, это же случилось неделю назад. Кто старое помянет, тому глаз вон.

Королю легко было говорить. На его глазах не убивали единственных детей. Ему не приходилось служить убийце и охранять жизнь этого убийцы только для того, чтобы завтра тот устроил очередную ночь пьяного безумства. Абрахас чувствовал, что воспринимает эту ситуацию слишком близко к сердцу. Таких проблем у него раньше не было. Когда он служил отцу Зандера, ему удавалось в своем отношении отделить человека от чудовища. Предыдущий король был не менее вероломным и жестоким. Однако нынешний, в отличие от предыдущего, легко пробивал внутреннюю броню и залезал в душу дракона, сколько бы раз Абрахас ни пытался совладать с эмоциями.

Возможно, он просто устал быть под королевским каблуком.

Зандер внимательно пронаблюдал за тем, как Абрахас меняется в лице, закатил глаза и двинулся прочь из пещеры.

– Сегодня это так и будет продолжаться? Абрахас, с тобой сложнее, чем с женой. Может, мне осталось всего несколько месяцев свободы, после которых весь остаток жизни придется провести с обладательницей ровно такого же выражения лица. Сделаешь мне хоть небольшое послабление?

Нет. Послаблений не будет.

Король стоял к нему спиной, и Абрахас позволил себе оскалиться. Будь Абрахас в своем истинном обличье, король задрожал бы от страха. А вот тело смертного позволяло устрашать лишь немного. Впрочем, получалось все равно впечатляюще – по крайней мере, ему так говорили.

Темные волосы Абрахаса раскачивались у лица, когда он поднимался по лестнице за королем. На каждой ступени он напоминал себе обо всех ужасных вещах, которые он мог сотворить с таким человечишкой. Разумеется, он мог проглотить его целиком. А еще сжечь заживо, как король бесчисленное множество раз просил это сделать с другими. Можно было бы по одной отрывать ему конечности и, прижигая окровавленные культи, оттягивать слишком быструю смерть.

Тысяча способов убить человека хранились в древнем мозгу Абрахаса, но он не мог применить ни один из них к смертному дитяте, которое считало, что мучить дракона забавно.

Наступит день.

Наступит день.

Выходя вместе из замка, они казались окружающим странной парой. Даже кучер смотрел на Абрахаса так, будто дракон мог появиться в любую минуту.

Зандер подошел к карете, взялся за ручку дверцы и откинулся назад, чтобы ухмыльнуться Абрахасу.

– Чуть не забыл. Слушай, после того как ты выпрыгнул из кареты и превратился в дракона, слуги попросили не пугать так сильно лошадей.

– Мы же все равно планировали, что я останусь в человеческом обличье, – пробурчал Абрахас.

– Да, но… – Зандер пожал плечами. – Слуги тоже тебя боятся, мой дракон. Они хотели бы, чтобы во время наших переездов ты держался от нас на безопасном расстоянии. Ну, сам понимаешь, в чем тут дело.

– Так вы хотите, чтобы я прибыл на вечеринку к вашим потенциальным невестам в обличье дракона? – Абрахас скрестил руки на груди. – Отличный способ их всех распугать. Отцы не отпустят к вам дочерей, если будут знать, что бедняжки окажутся рядом со мной. Вы же помните древние легенды.

Одна из причин всеобщего страха перед драконами заключалась в том, что они крали невест. Разумеется, они не женились на женщинах по-настоящему, но было время, когда драконы еще предполагали, что могут мешать свой род со смертными. К сожалению, это не принесло ожидаемых результатов, и женщин отпустили в свои деревни, где они могли жить как заблагорассудится.

Драконы никогда не мучили пленных, но объяснить это отцу, тоскующему по дочери, было довольно сложно. Особенно если дочь не желает возвращаться домой, потому что жить одной в королевстве драконов проще, чем вернуться к смертным.

Зандер скорчил гримасу, но потом махнул рукой.

– Да, да, я понимаю, о чем ты. Путешествовать с тобой становится все труднее, да? Просто приземлись в лесу в некотором отдалении и иди пешком, ладно? – На этом Зандер захлопнул дверцу кареты. Изнутри донесся слабый стук, и кучер, поморщившись, хлестнул коней вожжами.

Ясно. Абрахасу придется самому добираться на вечеринку Борового, а потом вести себя так, чтобы его прибытия никто не заметил. Покажется подозрительным, что над лесом исчез дракон, а в дом лешего вошел человек.

Первый король попросил Абрахаса хранить свою тайну – отделиться от драконьего обличья. И поплатился за это.

Теперь всем монархам правящей династии служили два существа. Личный охранник, могущественнее любого человека средних способностей, и дракон, испепеляющий любого, кто пойдет против короля.

Вздохнув, Абрахас направился на центральный двор, где ему позволялось превращаться в дракона.

Мимо прошел мальчик, будущий лакей, если судить по его ливрее. Разинув рот, он остановился перед Абрахасом, а потом и вовсе застыл: прямо на него наступал дракон.

– Простите, сэр! – Мальчик споткнулся и чуть не упал. – Я не хотел вставать у вас на пути. Я просто… ну… Сперва хотел увидеть короля, потом понял, что опоздаю, и вот… – Глаза мальчика стали круглыми от страха. – Пожалуйста, не ешьте меня!

В детстве они все такие. На веку Абрахаса сменялось множество слуг по мере того, как их жизнь начиналась и заканчивалась. Он едва помнил их лица, не говоря уже об именах. Кто-то из них был добрым, кто-то – просто испуганным. Попадались и белые вороны: чудные дети, не боящиеся заговорить с чудовищем, якобы съедающим смертных за один присест. В общем-то, были и ребятишки, готовые предоставить ему такую возможность.

Сейчас быть жутким чудовищем не хватало сил. Потеряв собственного ребенка, Абрахас слегка размяк. Он опустился перед мальчиком и передней лапой обхватил его ногу.

– Я не ем детей. У тебя же кожа да кости.

Глаза мальчишки стали еще круглее.

– А когда я прорасту?

– «Когда я вырасту», – поправил Абрахас. – Зависит от твоего поведения. Если не будешь злить короля и наживать себе неприятности, я на тебя и не взгляну.

– Мой отец говорит, что драконы едят людей как закуску и что в той пещере король скармливает вам неугодных. – Плечики ребенка задрожали. – Это звучит очень жутко, но, по-моему, люди не настолько вкусные.

– А еще люди мелкие, – добавил Абрахас. – Коровы или олени мне нравятся куда больше.

– Так вы не едите людей? – Надежда в голосе мальчика была такой заразительной, что Абрахасу не хотелось разрушать иллюзию ребенка, уже уверовавшего, что дракон – его герой. Драконы не бывают героями.

– Я съел немало людей. Иные из них – храбрецы из ваших историй, пришедшие в мой дом убить моих сородичей. Иные случайно сбились с пути. – Абрахас похлопал маленького лакея по плечу и поднялся. – О своих прегрешениях я скажу честно, малыш. Я убил больше людей, чем ты встретил в жизни, но меня тебе следует бояться меньше, чем короля.

Мальчик нахмурил лоб, обдумывая услышанное. Возможно, Абрахас посеял ростки сомнений в ребенке, отец которого прославлял короля. И когда-нибудь мальчик станет мучеником или примкнет к мятежникам и попытается свергнуть режим угнетения и страха. Абрахасу было все равно. Какой-то частью сознания он надеялся, что рано или поздно смертным удастся разглядеть истинную сущность своих правителей.

На сегодня у Абрахаса была запланирована вечеринка.

Он надеялся, что в будущем одной из таких вечеринок станет костер, увенчанный короной с головы Зандера.

Глава 7
Лора

– Знаю, ты нервничаешь, но причин тому нет, – сказал Боровой. Он отошел назад с булавкой, зажатой во рту, и оглядел Лору, будто та была его новейшим произведением искусства, а не человеком, стоящим перед ним. – В конце концов, сегодня ты только встречаешься с королем.

– Мне от этого не легче, – проворчала Лора. Она знала, что не похожа на себя – она это чувствовала. Платье, которое подобрал ей леший, покрывало настолько небольшой участок кожи, что Лоре хотелось отскоблить весь этот тончайший, прозрачнейший шелк, терявшийся на такой девушке, как она.

Леший потратил почти четыре часа, прикалывая к платью вишневый цвет и розовые георгины от правого плеча к груди, животу и до самых бедер. Оставшаяся часть платья была из газа, который лучше смотрелся бы на окне, чем на живом человеке. Кроме того, платье украшало множество светло-розовых бабочек: они хлопали крыльями, укрывая части тела, которые никто не должен видеть.

На вечеринку придет король – а его невероятно соблазняли недоступные взгляду детали женского тела.

Удивляться Лоре не стоило.

Король всегда привлекал женщин, по крайней мере, если верить сплетням, которые ходили по Тенебросу. Лора слышала разговоры женщин, утверждавших, что они провели ночь в постели короля. Они всегда этим хвастались, но никогда не говорили о том, что получили удовольствие. Обсуждение ограничивалось тем, что некая дама переспала с королем, и только.

– Думаете, король ужасен в постели? – спросила Лора.

Боровой поперхнулся – булавки вылетели у него изо рта, когда он закашлялся.

– Что, прости?

– Я слышала, как женщины о нем говорят. Партнерш у него было достаточно, но ни одна не упомянула, что ей с ним было хорошо. – Лора вскинула бровь. – Я спрашиваю вас, потому что вы, кажется, знаете короля лучше всех в городе. И я хочу знать, ужасен ли он в постели.

– Вряд ли у тебя появится повод это выяснить.

– Если таким образом я поставлю его в неловкое положение, то именно так я и поступлю. Мне все равно, что поможет его убить. – Лора уже убивала мужчин. Если точнее, она убила двоих. Оба рыдали и вопили, когда поняли, что погибают от руки эльфийки.

Интересно, а король будет плакать? После всего, что он сделал магическому народу, Лора была бы рада увидеть пару слезинок на его лице, прежде чем она вонзит нож ему в сердце.

Вот, кстати…

– Вы нож к платью пришпилите?

– Нож? – переспросил Боровой, словно Лора непонятно выразилась.

– Да, нож. Я должна убить короля. Как мне это сделать без оружия? – Лора показала на стол. – Несколько предметов отсюда вполне подойдут. Я могла бы привязать что-нибудь к бедру. Лучше кинжал. Но если вы дадите мне обломок кости, тоже будет нормально.

Боровой уставился на Лору, будто она предложила спалить дерево, растущее посреди его дома.

– Зачем?

– Чтобы я смогла убить короля и покончить с этим. Раз на вечеринке будет много людей, я легко смогу с ним уединиться. Все будут заняты друг другом. – Лора покачала ногой, и мышцы ее бедра завибрировали. – Ну, давайте, вы же хотите добавить сюда оружие. И вы леший, значит, у вас есть какое-то действенное магическое средство.

– Сегодня ты не будешь никого убивать! – рявкнул Боровой.

– Разве не в этом смысл плана? – Лора не собиралась бродить по королевству, выжидая идеальный момент, когда король останется один. Так как его охраняет дракон, идеальный момент мог не наступить никогда, а вечеринка была отличным шансом.

– Да, смысл в этом. Но если ты убьешь его сейчас, все подумают, что это подстроил я. В течение нескольких минут на моем пороге появятся Рыцари Умбры, и отвечать придется мне. – Боровой легонько хлестнул Лору георгином. Цветок рассыпался дождем лепестков Лоре на плечи и заставил ее чихнуть. – Глупышка! Бездумно такое совершать непозволительно. Хочешь убить короля – понадобятся зачатки ума.

– Как показывает мой опыт, ум с убийством людей никак не связан. Грубая сила приносит больше пользы, чем правильно составленный план. – По крайней мере, так всегда было в Тенебросе. Людям нравится думать, что они могут устранить кого-то, отравив его ядом, но это не срабатывает. В конечном счете за дело берется бровастый молодчик из подворотни с кувалдой в руках.

– Только не в нашем мире. – Боровой снова хлестнул Лору нижней частью бутона и разочарованно покачал головой. – Тебе, девочка, нужно лучше понимать, где ты находишься. Ты не в борделе и не в таверне, где люди достигают своих целей скандальными драками. Ты погружаешься в мир, где слово наносит больший вред, чем меч.

– Вряд ли король погибнет, если я осыплю его изощренными оскорблениями.

Боровой приколол Лоре к плечу последний бутон и отступил на шаг, чтобы оценить свою работу.

– Нет, от такого он не погибнет. Но ты могла бы уложить его меткой сплетней или застав в неурочном месте. Король это понимает. Вся знать это понимает. Используй обстоятельства наилучшим образом, Лорэлия.

Казалось, что леший ее предупреждает. Как будто он знал о плане больше, чем показывал.

– Боровой! – позвала Лора. – Вы скрываете от меня какую-то важную деталь сегодняшней вечеринки?

В ответ Боровой лишь подмигнул и махнул рукой, чем совершенно не успокоил Лорину тревогу. Дерево легонько крутанулось, корни вырвались из земли, и комнату огласил громкий стон. Все бабочки поднялись в воздух, и ствол огромного дерева разомкнулся.

Кора раздвинулась, на головы им посыпались листья. И Лора вдруг поняла, что открылась дверь, ведущая в лес. Внутри горел свет.

Лора посмотрела на Борового: он также был одет нарядно для встречи с королем. Вокруг его шеи и запястий пенилось кружево. Кремовый костюм был затейливо расшит бисером, темные волосы, убранные назад от лица, демонстрировали форму черепа, которую Лора оценила только сейчас.

Боровой был… красив. До роскошного красив. И с натяжкой мог сойти за смертного.

– Теперь я вижу, почему король держит вас под рукой, – пробормотала Лора. – Вы почти такой же, как они.

– Неужели? – Леший подмигнул ей. – Или я просто выгляжу как подобает. Вы и сами потрясающи, мисс полуэльфийка. Главное, чтобы люди не догадались и приняли эту красоту за естественную.

Боровой прошел сквозь дерево, не дожидаясь Лору. Очевидно, он с ней покончил. Один обрывочный совет – это все, что получила Лора, прежде чем снова осталась в одиночестве.

– Никакой пользы, – проворчала она.

Вариантов у Лоры тоже не было – только следовать за лешим и прикидываться дальше, что она заинтересована в свержении монарха Умбры. Потому что работая на кого-то, она работала на себя. Умирать Лоре не хотелось. Равно как и провести остаток жизни, прячась от людей короля, потому что она полукровка, которая зарабатывает на жизнь, торгуя запрещенной травкой.

Ворча, Лора прошла сквозь дерево и приготовилась ощутить магию. Она ненавидела, как магическая сила скользит по коже. Ощущения всегда казались ей неестественными, что, надо признать, было немного лицемерно с ее стороны.

Магия Борового ощущалась как проход сквозь водопад: холодно и мокро. Лоре не хотелось бы чувствовать это снова. Но она стиснула зубы и шагнула. Лора оказалась на вечеринке, которая совсем не соответствовала ее представлениям.

Леший не шутил, называя свои вечеринки лучшими. Изменился сам полевой пейзаж, который простирался перед Лорой. Даже трава в этой местности, как правило, пожелтевшая и пропитанная болотной водой, была ультрамариновой. Казалось, что звезды стали ближе, и яркие сферы теперь мерцали так, словно леший приблизил небеса королю на забаву. Появился большой белый шатер, в котором было настолько много яств, что Лора не знала их названий.

И очень много людей. Среди такого количества людей Лоре трудно было дышать. Казалось, собралась вся верхушка Тенеброса с семьями в полном составе. И дети, и взрослые, и молодые люди бродили по полю с сачками в руках.

С сачками?

Боровой подошел к Лоре и вручил ей маленький белый сачок.

– Скоро выпущу бабочек. Каждая даст поймавшему ее особую силу до конца ночи. Видишь ли, несколько часов магии.

– А это разумно? – Лора взяла протянутый сачок. – Вы позволите смертным одним глазком увидеть нашу жизнь?

– Они обожают магию. Им нравится использовать ее и наблюдать за тем, как мы с нею управляемся. Но ни один из них не признается, что боится нас, потому что мы обладаем такой силой. – Боровой подмигнул. – Ничего мощного я им не дам. Драконом на одну ночь никто из них не станет.

Лора по-прежнему считала затею глупой. Она смотрела Боровому вслед и гадала, каково чувствовать себя любимцем короля и не беспокоиться о том, что скажут другие, увидев его в магическом обличье. Вот девушка подбежала к лешему, хлопнула в ладоши и восторженно взвизгнула, когда он вытащил из-за ее уха живую бабочку. Боровой мог делать все что вздумается, и никто не напустит на него Рыцарей Умбры. Когда он проходил мимо, все улыбались и радостно его приветствовали.

А что случится, скажи Лора одному из гостей, что она полуэльфийка? Гость завопит от ужаса, сразу же сдаст ее Рыцарям и расскажет друзьям, что на вечеринке он встретил чудовище. В чем разница между ней и Боровым? Только в том, что король объявил ее опасной, а его – нет.

Возможно, Маргарет права. Короля следовало свергнуть. Так почему бы это не сделать молодой эльфийке, потерявшей мать из-за его жестокости?

– Привет! – Рядом с Лорой стояла девушка и смотрела на большие звезды. – Раньше я тебя здесь не видела.

Незнакомка была красавицей в ярко-зеленом наряде. Ткань на ее юбках наслаивалась так, что, казалось, она идет по волнам. Роскошные золотые волосы и глаза цвета сердца земли делали их обладательницу загляденьем. Кто эта девушка, Лорэлия понятия не имела, но догадалась, что ее семья была небедной. В отличие от большинства семей Тенеброса.

– Я нечасто выбираюсь на вечеринки, – отозвалась Лорэлия.

Она крепко держала сачок, не зная, чем еще занять руки. В обществе красивых людей они превращались в проблему, потому что никто не должен был заметить мозоли на ее костяшках, означавшие, что ей здесь не место.

– По-моему, лучше всего поддерживать руками юбки, – ласково улыбаясь, посоветовала девушка. – Помню свою первую вечеринку. Страшно до ужаса, но ты справишься. А каждая следующая кажется легче. Главное – держись подальше от короля, и все будет в порядке.

Конец фразы девушка произнесла особенно резко. Лора не сомневалась, что это предупреждение. Девушка пыталась отпугнуть ее от короля? Нет, так не пойдет. Состязание еще не началось, а соперницы уже пытаются отсеять слабых.

Лора ненавидела женщин.

Чем больше Лора осматривалась, тем чаще замечала грязные взгляды, бросаемые направо и налево. Гостьи вечеринки понимали: соревнование началось. Они все ждали короля и готовились произвести впечатление. А если не удастся, они знали, как это скажется на репутации их семьи.

У Лоры, к счастью, семьи не было. Никого не волновало, что о ней подумают и каким образом она привлечет внимание короля.

Следовательно, ей требовался план.

Эти девушки были не только красивы, но и жадны. Они хотели, чтобы король смотрел на них и только на них. Лорэлия же не блистала актерскими талантами. Король поймет, как мало он ей интересен, – он почувствует это на расстоянии.

Лоре нужно было подумать, перевести дух подальше от этих прекрасных благоухающих цветочков и их ядовитых шипов.

Лора пробралась сквозь толпу мимо белого шатра в лес. Она удалилась ровно настолько, чтобы вырваться из-под влияния магии Борового и вздохнуть свободнее. Сачок вдруг дернулся, словно попытался утянуть ее обратно в толпу. Возможно, так оно и было. Боровой не позволил бы своей овце потеряться в лесу.

За спиной у Лоры послышались бурные овации, и она поняла, что пропустила появление короля. Он это заметит.

Тяжело дыша, Лора устремилась дальше от магии Борового и наполнила легкие чистым прохладным лесным воздухом. Звуки вечеринки здесь приглушались, однако Лора слышала каждый отголосок смеха и радости, которые, она не сомневалась, были фальшивыми.

Но, по крайней мере, на миг Лора сможет отдышаться и побыть одна. Слишком много людей. Слишком рискованно, что один из них увидит ее уши, хоть она и постаралась прикрыть острые кончики волосами.

Ей следовало туда вернуться. Ей следовало…

Нет. Лорэлии следовало подумать о том, как привлечь внимание короля. Лучший вариант – прийти на вечеринку с опозданием. Возможно, слегка пьяной.

Лора взглянула на свой сачок.

– Магия на одну ночь, – пробормотала она.

Боровой сказал, что не наделял смертных никакой особой силой. Предполагал ли он, что Сребровласка будет использовать свои способности? Лора не применяла их довольно давно, и если она решится, это наверняка вызовет скандал.

Справа хрустнула ветка. Лора застыла, глядя прямо перед собой, и напрягла слух в ожидании следующего движения. Очевидно, в лесу она была не одна.

Глава 8
Абрахас

«Иди пешком через лес, – сказал король. – Вечеринку легко найти».

Конечно, легко. Вот только Боровой ненавидел Абрахаса, а это значило, что чертов леший постарался, чтобы его чертову вечеринку почти невозможно было отыскать. Заворчав, Абрахас отмахнулся от очередной ветки. Казалось, даже лес сегодня против него.

Король совершенно не был способен себя защитить. Леший это знал. Отчасти поэтому у Абрахаса складывалось впечатление, что цель смотра невест – добраться до короля.

Мятежники достаточно умны, они вполне могли составить такой план. Хотя Абрахасу не верилось, что Боровой стал бы вмешиваться: слишком много средств из королевской казны перекочевало в карманы мерзкого создания.

Абрахас тем временем блуждал по лесу и надеялся отыскать вечеринку, которую видел с воздуха. Пешком найти ее было труднее, поэтому он ненавидел быть в теле смертного. Он не мог определить, куда он попал и куда ему следует направляться.

– Проклятье! – буркнул Абрахас, ударив по дереву, пожалуй, слишком сильно.

Судя по всему, пока он найдет спрятанные шатры, вечеринка уже закончится. Абрахас выбирался на полянку, продолжая проклинать лешего за его козни. Он вышел и почти сразу замер.

На поляне стояла девушка, ее волосы развевал легкий ветерок. По какой-то странной причине у Абрахаса перехватило дыхание.

Девушка не смотрела на него, но Абрахас отчетливо видел ее профиль: прямой нос, белокурые волнистые волосы. В воздухе ощущался слабый запах дождя и отголоски молнии. Зрелище пленило Абрахаса, запав ему в сердце.

Абрахасу казалось, что он попал в центр бури. Так, разумеется, быть не могло. Абрахас не нуждался в компании женщин и не искал их внимания. Женщины – это средство для достижения целей. И только если они драконьих кровей, им следует уделять чуть больше внимания.

Почему эта странная девушка так задела его за живое?

– Извините, – прохрипел и откашлялся Абрахас. – Я не хотел вас пугать.

– Вы и не напугали. – Девушка упорно не смотрела него. – Я слышала ваше приближение.

Неужели он так шумел? Обычно Абрахас лучше следил за окружающей обстановкой. Шуметь в лесах Умбры означало призывать тварей, с которыми большинству людей связываться не стоило.

Абрахас почесал затылок и постарался не выдать смущения.

– Боюсь, в последнее время у меня голова идет кругом. Но я рад, что вы меня услышали. Очень не хотелось бы напугать кого-то… кого-то вроде вас.

Прозвучало ужасно. Он что, флиртует с блондинкой?

Нет. Он дракон короля, в его жизни нет места женщинам. Он может только утянуть их с собой в пучину отчаяния.

Блондинка фыркнула.

– По-моему, сегодня происходит немало пугающего.

Девушка повернулась к нему, и Абрахасу почудилось, будто он поймал звезду. Цветы на ее платье мерцали в лунном свете из-за крошечных росинок на краю каждого лепестка. Несколько бабочек сидело на ее груди и бедрах. А глаза… Красивые большие глаза девушки были яркими и живыми, как море в погожий день. Как море, по которому так сильно скучал Абрахас.

Взгляд тех глаз напомнил ему, как он парил над волнами. Абрахас думал, что этот сапфировый оттенок больше нигде в природе не встречается. И вот пожалуйста: перед ним стояла женщина, созданная из стихий и так же стихийно пронзающая сердце.

Кто она? Точно не селянка, не то Абрахас узнал бы ее. Или, возможно, она из Тенеброса, но не принадлежит к верхушке.

Хотя это не имело особого смысла. Если блондинка не из знатного рода, то почему она здесь?

Абрахас понимал, что девушка предназначена королю. Она была так красива! В ее платье было вложено столько стараний, а прическа явно создавалась с помощью магии – такие кудри сами собой не завиваются. Абрахас понимал, что эта девушка нечасто наряжается подобным образом.

Встречи с эльфийскими девами в лесу – дело далекого прошлого, но Абрахас с удовольствием бы их возобновил. Он всегда восхищался эльфами. Их красотой, умом и безжалостностью, с которой они уничтожали своих противников.

Девушка нервно сглотнула и посмотрела на Абрахаса с явным недоверием.

– Вы будете говорить? Или намерены стоять здесь и молча смотреть на меня?

Неужели он не отреагировал на ее последнюю реплику? Вот дурень! Абрахас знал: нельзя подкарауливать бедных девушек в лесу, а потом глазеть на них, будто в жизни женщину не видел.

Абрахас вздохнул и отвесил глубокий поклон.

– Прошу прощения, леди Звездный Свет. Я искал вечеринку Борового и не рассчитывал застать кого-то в лесу. Боюсь, от удивления я потерял дар речи и превратился в болвана, которого вы сейчас перед собой видите. Должен попросить у вас прощения и, возможно, вы забудете то, что я вам наговорил.

На это блондинка не ответила, и Абрахас занервничал. Он опять сделал что-то не то? Женщины были по части Зандера. Абрахасу доводилось ухаживать лишь за драконихами, и то давным-давно. Их было легко завоевать с учетом размеров Абрахаса-дракона и жара его пламени. Смертных женщин эти его качества интересовали куда меньше.

По-прежнему в глубоком поклоне, Абрахас взглянул на девушку и увидел, что она до сих пор наблюдает за ним, словно что-то просчитывая.

– Я снова сказал что-то лишнее? – спросил он.

– Я пытаюсь вас понять, – ответила девушка. – Вы выходите из леса, словно охотник, случайно оказавшийся у меня на пути. При этом вы утверждаете, что ищете вечеринку Борового. Это значит, что человек вашего статуса не может быть просто охотником.

– Я больше, чем охотник, – согласился Абрахас. Неужели он и впрямь выглядел как крестьянин?

– Поэтому вы среди ночи ходите по лесам, вместо того чтобы уже быть на вечеринке? – Девушка согнула большой палец над спиной, и бабочка спорхнула с ее плеча. – Такие, как вы, дожидаются там. Король уже прибыл, так что, боюсь, вы припозднились.

– Равно как и вы. – Абрахас выпрямился и для пущей строгости убрал руки за спину. Но он не мог перестать смотреть на небольшой участок кожи, с которого вспорхнула бабочка. – Раз вы здесь, полагаю, вам следует быть на той же вечеринке.

– Мне понадобилось отдышаться.

– А-а. – Абрахас кивнул. – Они все довольно устрашающие – это я знаю точно. Вы не похожи на женщин, которых я ожидал там встретить.

Очевидно, последняя фраза пришлась не ко двору. Девушка гневно вскинула брови и шумно фыркнула в не свойственной леди манере.

– И что же вы ожидали там встретить?

Нет, таким образом блондинка его не проведет. Абрахас давно жил на свете и не попадался так легко на женские уловки. Он мог различить, когда женщина хочет комплимент, а когда она хочет битву.

Эта девушка хотела битву, битву и еще раз битву.

Абрахас сделал шаг вперед, слишком быстрый для того, чтобы она могла проследить. Тем не менее он почти не сомневался, что она заметила. Он поднес ладонь к ее щеке. Немыслимо, но девушка с силой ухватила его за запястье. Их руки вдруг застыли в воздухе на равном расстоянии друг от друга, будто вот-вот должен был начаться причудливый танец.

Пальцы девушки нагрелись от кожи Абрахаса. Пламя внутри него поднялось на поверхность. Часть Абрахаса-дракона хотела высунуть язык и почувстововать в воздухе ее запах. Девушка уловила это движение. Абрахас не мог поверить, но она фиксировала все, что для человеческого глаза оказалось бы слишком быстрым и неосязаемым.

– Кто вы? – спросил Абрахас.

– Я пришла выяснить, заинтересуется ли мной король.

Ни больше ни меньше. Однако голос девушки дрожал, потому что Абрахас заметил ее непохожесть на остальных. Ей придется приложить больше стараний, если она хочет скрыть правду от короля Умбры и его Рыцарей. А на сегодняшней вечеринке Рыцарей будет много. Король без охраны никуда.

Даже сейчас Рыцари могли таиться в лесу, дожидаясь ее оплошности.

Абрахас опасался, что именно он спровоцирует девушку совершить оплошность. Потому он ни на секунду не верил, что она смертная.

Глядя в пучину морских глаз, Абрахас видел, как уверенно и до последнего она готова врать. Наклонившись, чтобы почувствовать ее дыхание у себя на лице, он прошептал:

– Вы ведь не вполне смертная, верно?

Девушка вывернула его запястье так внезапно, что Абрахас не успел ничего предпринять. Только что их руки были подняты, а секунду спустя Абрахас хлопнул себя по лицу.

– Никто не смеет называть меня тем, чем я не являюсь, – прорычала девушка. – Наглости вам не занимать, раз бродите по лесам в одиночку, а потом пристаете к женщине, предназначенной для короля.

– Вы предназначены для чего-то куда большего, – поправил Абрахас. Лицо саднило. Блондинка заставила его отвесить себе такую пощечину, что Абрахас уже предвидел оставшийся на щеке след от ладони.

Эта девушка… Кто она?

Приоткрыв рот, Абрахас смотрел на нее с удивлением. Таких женщин он не встречал много лет. Абрахас готов был поклясться, что она эльфийка.

Эльфы всегда отличались неистовством. В истории двух народов были дни, когда эльфы и драконы жили вместе. Некоторые эльфы даже решались летать на существах вроде Абрахаса, но те времена давно миновали. Сегодня даже королю не позволялось оседлать дракона, и он наверняка убил бы любого, кто осмелится на подобное.

И тем не менее Абрахас ощутил, что готов защитить эту девушку любой ценой, если она действительно была эльфийкой.

Он откашлялся, хмыкнул и потер ушибленную щеку.

– Я предупрежден, леди Звездный Свет.

– Прекратите меня так называть, – прошипела девушка.

Лишь сейчас Абрахас увидел, что в свободной руке у нее был сачок. Она так плотно прижимала его к газовой юбке, что прежде Абрахас его не замечал.

– Зачем вам сачок? – спросил он, показывая на маленький предмет в руке у девушки. – Я посетил немало вечеринок Борового, но не припомню, чтобы видел гостей, разгуливающих с оружием в руках.

Девушка посмотрела на сачок, будто совершенно забыв, что держит его.

– Ах, да. На вечеринке мы должны ловить бабочек, и они наделят нас особой силой. Магия будет действовать лишь несколько часов. Боровой решил, что так каждому будет о чем поговорить.

Опасное решение. Но леший отлично понимал, что допустимо на королевских мероприятиях.

– Ах, у Борового, конечно же, приготовлен какой-то фокус. Вечеринка у Борового не будет вечеринкой у Борового, если людей не подвергнут опасности. – Абрахас взглянул на сачок и снова на девушку.

Если эта блондинка утверждает, что она не магическое и не полумагическое существо, придется бросить ей вызов. В конце концов, чего стоит вечеринка без капельки драмы?

Абрахас сказал себе, что просто устраивает шалость, но на деле он хотел, чтобы девушка ушла. Он хотел, чтобы она сбежала отсюда и отказалась от встречи с королем. Девушка была слишком красивой, слишком загадочной.

Зандер проглотит ее заживо.

Абрахас приблизился к девушке еще на шаг и усмехнулся, когда она снова подняла руку.

– Леди, попрошу вас больше меня не бить!

– Я и не била, – ответила девушка, сверкая глазами. – Сэр, вы сами себя ударили.

Пожалуй, она была права. Никто бы не поспорил с тем, что Абрахас ударил себя сам и что отметина у него на лице соответствовала размеру мужской ладони.

– Да, понимаю. Но на вечеринку я приду с опозданием, и сачок мне не достался. – Бросившись к девушке, он вырвал сачок из ее руки и спрятал за спиной.

– Мне по-прежнему нужно поймать себе бабочку, – пробормотала блондинка.

– Мне тоже. – Абрахас показал на платье девушки и даже осмелился коснуться бабочки, сидящей у ее сердца. На миг его пальцы задели гладкую бархатистую кожу. – А у вас, леди Звездный Свет, бабочек, похоже, предостаточно. Вам придется извинить меня за то, что использую этот шанс и притворюсь, что опаздываю не так сильно, как на самом деле.

– Эй! – крикнула девушка, но остановить его уже не смогла.

Абрахас бросился прочь с полянки и замедлился только на границе действия магии лешего. Разумеется, девушка за ним последовала. Она была борцом, как и он.

Блондинка застыла на опушке леса, вокруг нее порхали бабочки, ее волосы мерцали в лунном свете. Единственным, что не вязалось с образом богини, выступившей из-за деревьев, было искаженное злобой лицо.

– Если вам интересно, меня зовут Абрахас.

– Мне неинтересно.

– Я хотел бы узнать ваше имя, леди. Пусть только чтобы называть его в снах. – Абрахас махнул сачком. – Я собираюсь поймать себе магическую силу на вечер, а потом планирую нашу свадьбу.

– Будто я запала бы на мужчину вроде вас. – Девушка скрестила руки на груди, и у нее дернулся подбородок. – Меня зовут Лорэлия.

Абрахасу сдавило грудь, будто его пронзила стрела.

– Красивое имя. Такое я точно никогда не забуду.

– Трудно забыть имя женщины, которая так вас изуродовала. – Ее слова звучали саркастически, но Абрахас ощущал, что она уже спокойнее воспринимает его выходки. Возможно, она тоже что-то в нем почувствовала. Какая-то часть ее тянулась к Абрахасу, как мотылек к огню. – Вам лучше бегом бежать на вечеринку и найти свою магическую силу. Не то король точно затмит вас.

– Он? – Абрахас пожал плечами. – Никогда.

Абрахас пробился сквозь магический заслон Борового на соседнюю поляну. Так легко на душе у него не было уже много лет. Девушка словно подарила ему чудо. Абрахас, возможно, был последним драконом, и, возможно, он связал себя уговором с ужасным королем, который хочет уничтожить мир. Но, несмотря на всю тьму, эта девушка в ней существовала. Абрахас чувствовал, как к нему взывает сила ее души. Они друг с другом еще не закончили.

Абрахасу оставалось лишь надеяться, что он увидит ее снова.

Глава 9
Лора

Кто этот мужчина?

Он исчез на вечеринке прямо у Лоры на глазах, но ее сердце продолжало бешено колотиться.

Раньше Лора не испытывала влечения, которое возникало бы так стремительно. Она встречала красивых мужчин и в Тенебросе, но они всегда были грязными и перемазанными сажей. Может, в этом и заключалась разница. Лора в жизни не видела мужчину, который был бы так чисто и красиво одет.

В любом случае, это не имело значения. Лора не могла высматривать его на вечеринке – ей следовало найти короля и поразить его. Но теперь ее лишили магической силы, которая полагалась каждому гостю. Правда, лишили только фальшивой магической силы.

Покажется ли это странным? В этом Лора почти не сомневалась. Каждый превратится в магическую версию себя. Она будет выделяться из общей массы людей, и королю это не понравится. А он приложил немало усилий, чтобы сделать вечеринку Борового особенной. Разумеется, ему хотелось бы, чтобы все играли по его правилам и выглядели соответственно, ну или, как полагала Лора, были не похожими на себя.

Но у нее не было бабочки.

Магия лешего не сможет изменить ее способности. Лора почти не встречала магию, способную увеличить силу магического существа, и, возможно, в этом и заключался план короля. Если среди гостей окажутся магические существа, король распознает их как не охваченных чарами Борового.

Лора поняла, что вечеринка – одна большая ловушка. Ловушка, которая отсеет членов Сопротивления. Будто Боровой этого и добивался.

Запрокинув голову, Лора посмотрела на луну.

– Почему? – спросила она мать всех эльфов-Сребровласок. – Почему так получается?

Луна не ответила. Но разве она когда-то отвечала?

Лора потратила много времени, набираясь энергией от луны. Дело шло медленно. Возможно, поэтому эльфы-Сребровласки редко считались могущественными магами. В битвах они были беспощадными, но только потому, что не полагались на свои сверхъестественные способности. Они полагались на знание боевого искусства.

Похоже, сегодня Лоре придется использовать силу, которую она копила месяцами.

Вздохнув, она позволила магии проступить на коже. На то, чтобы энергия луны поднялась из недр ее существа, требовалось время. И когда Лора полностью ее высвободила, кожа замерцала, словно тысяча звезд покрыла ее с ног до головы.

Интересно, тот мужчина из леса поймет, кто она? Он уже намекнул, что Лора не человек. Теперь она действительно превратилась в леди Звездный Свет.

Звучало красиво, пусть даже такие слова могли ее убить.

Лора подняла руку и уставилась на звезды, вкрапленные в кожу. Зрелище завораживало, особенно вблизи. Эльфы-Сребровласки всегда напоминали богов и богинь, когда, усыпанные звездами, они бегали по лесам. Лора помнила обряды, когда Сребровласки большими группами воздавали почести луне, а потом вместе с белыми оленями мчались по березовым рощам.

Славные были времена. Времена до этого короля.

Не следовало ей так легко соглашаться с мятежниками. Они хотели свободы и жизни, при которой магические существа вернутся к власти.

Правление короля подходило смертным, а не магическим существам. На горизонте маячила очередная война: если не выберешь сторону, сметет ветер перемен. Лора это знала.

На вечеринку она вернулась, тяготясь мыслями. Она прекрасно понимала, что уже через несколько дней ей придется совершить убийство, которое изменит жизнь страны.

Ей предстояло выбрать сторону. И она уже знала, какую выберет. Еще до того, как увидела короля.

Король стоял перед большой толпой, размахивая руками, как чародей. Перед ним собрались девушки. Они раскачивались в такт движениям его руки, словно были частью музыки, которую, как ему казалось, он исполнял.

Девушки уже попали под действие его чар. Каждая наблюдала за ним голодными глазами с предельным вниманием. Каждая хотела стать королевой. Каждая хотела власти, которую мог дать лишь король. Хотя наверняка многие понимали, что его авторитет был только символическим.

Лора стояла с краю толпы, не уверенная, на что ей решиться дальше. Король уже вызвал подходящих девушек вперед.

Лоре не следовало опаздывать. Потребность разобраться в себе могла стоить миссии в целом. Может быть, ей оставалось только подойти к одному из Рыцарей Умбры и сдаться.

Если Маргарет не убьет ее раньше.

Похоже, она уже сорвала задание. Почему это случилось так быстро? Как она умудрилась?

Гадая, как на этот раз привлечь внимание короля, Лора не заметила, что девушки притихли. Она подняла голову и перехватила его взгляд.

Король перестал двигаться. Он застыл перед красивыми девушками. И тем не менее смотрел на нее.

Лора нервно сглотнула, приоткрыв рот в глубоком вдохе, готовясь к моменту, когда король поймет, кто перед ним.

Король знал о силе эльфов. Сохранились легенды, повествующие о Сребровласках, мерцающих звездным светом. Он наверняка помнил. В любую секунду он мог вызвать Рыцарей Умбры, чтобы Лору разоблачили и наказали в пример другим гостям вечеринки.

Вместо этого король поднял руку и потянулся к Лоре.

– Миледи, откуда вы? – спросил он, нарушив тишину.

О нет…

Лоре не нравилось, когда на нее устремлялось столько взглядов. Внезапно ее язык перестал ворочаться. Рот остался приоткрытым, словно она собиралась заговорить, но так и не смогла.

Короля Лора видела впервые. В своем воображении она рисовала персонажа, сотканного из кошмаров и теней. Отвратительную личность с жутким лицом, слишком огромную, чтобы протиснуться в дверь. Чудовище, пожирающее все на своем пути. Именно такой образ соответствовал ее представлениям о короле.

Но стоящий перед толпой мужчина был красив – его приятное лицо отличалось точеными чертами и идеальной симметрией. Седые пряди на висках делали его дружелюбнее и, определенно, еще привлекательнее. Но в его глазах таился страх и неутолимый голод.

Лицо короля расплылось в улыбке, согрев холодные стальные контуры скул и подбородка.

– Это дело магии? Боровой, да ты превзошел самого себя! Красота и молчание? Ты создал женщину, от которой, признаюсь, я не могу отвести глаз.

Лора посмотрела на лешего, который прижал палец к губам. Значит, ей следует молчать. Это, наверное, к лучшему.

Тут Лора заметила мужчину из леса. Он стоял сразу за королем и почти сливался с тенью. Когда он перехватил взгляд Лоры, его глаза вспыхнули, а челюсти сжались так сильно, что стало заметно, как у него дрожат мышцы. Пока король рассматривал Лору, мужчина сжал руки в кулаки.

Боровой подошел к королю и объявил:

– Это Лорэлия, мой король. Боюсь, ее красота превосходит доступную мне магию. Любое колдовство, которым она вас опутает, не моих рук дело.

– Опасные слова, – отозвался король. – Однако я заинтригован. Иди сюда, моя чудесница!

Чудесница?! Фу! От такого прозвища во рту у Лоры появился мерзкий вкус. Казалось, король уже владел ею. А поскольку он был правителем этой страны, оставалось предполагать, что так оно и было.

Лорины ноги медленно двинулись по земле. Грациозной казаться не хотелось: от этого король соблазнится еще больше. По взгляду его глаз, по жажде, распалявшейся при абсолютно каждом ее движении, Лора поняла, что провалила задание.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.