Олег Волков
Вернись и расскажи. Том II

Глава 1. Хрен редьки не слаще

– На сегодня занятия закончены. Разойтись! – громогласный голос сержанта Тучкова раскатился по импровизированному плацу возле главного здания спортивного комплекса «Тинвар».

Сорок глоток тут же облегчённо выдохнули. Строй морских пехотинцев второго взвода 67-го отдельного десантно-штурмового батальона торопливо рассыпался слово карточный домик. Солдаты, зрелые мужики, кадровые военные и недавние отставники, устало разбрелись в разные стороны. Изнурительные занятия по боевому слаживанию достали всех. Может потому и не слышно ни весёлых возгласов, ни солёных шуток, ни предложений отметить окончание очередного дня за кружечкой пива в ближайшем баре. Ругани и той нет. Морские пехотинцы просто убрались с импровизированного плаца прочь, большая часть завернула в казарму, которую поспешно развернули в левом крыле главного здания.

Егор бросил через плечо последний взгляд на сержанта Тучкова. Наверняка именно за громоподобный голос его и прозвали Грозой. Ему бы не с автоматом бегать, а в опере петь. Да и рост подходящий, всего метр семьдесят. Ещё бы круглое пузико, и получился бы ну вылитый оперный певец, мировая знаменитость. Но нет, кем, кем, а звездой оперной сцены ему уже никогда не стать. Всё равно не стать, даже если сумеет выжить.

Ещё сегодня утром Егор по наивности думал, что усердные, до полного изнеможения и кровавых мозолей, тренировки продлятся до наступления темноты. А то и продлятся с наступлением темноты с новыми вводными. Ведь что такое сутки на боевое слаживание людей, многие из которых только вчера днём увидели друг друга? Ничего. Практически ничего. Всё равно ничего даже с учётом того, что в качестве пополнения 67-го отдельного десантно-штурмового батальона прислали не абы кого, а бывалых бойцов.

Вмести с прочими морскими пехотинцами Егор побрёл прочь от импровизированного плаца. Слева, несколько в стороне от спортивного городка с уличными силовыми тренажёрами, показался полигон, тоже чистой воды импровизация. Егор тут же отвернул лицо, глаза бы не видели. Гроза загонял всех и конкретно. Но иначе нельзя Учёба, слаживание – наша всё. Но больше всего напрягло другое: в первую очередь сержант Тучков напирал на отработку боя в городских условиях, а так же на штурм и последующую зачистку зданий. Вон, Егор хмуро чуть развернулся в правую сторону, специально не пожалели административное здание спортивного комплекса «Тинвар». А всё потому, что у него единственного из всего комплекса аж четыре этажа. В результате некогда белая, почти белоснежная, облицовка изрядно загажена грязными ботинками. Отрабатывали проникновение в здание. Причём не только с земли через окна первого этажа, но и с крыши на тросах.

Капитан Ришат, серьёзный и решительный комендант гарнизонной гауптвахты военной базы Ныргал, не соврал. Не прошло и часа, как Егор на пару с Арамом вернулись в свою камеру, как крепкая стальная дверь распахнулась вновь. В сопровождении двух комендачей, рядовых комендантского взвода, всё тот же капитан Ришат с ироничной улыбкой объяснил, что им с Арамом амнистия вышла. Дескать, рассмотрение их дела по существу отложено до более благоприятных обстоятельств. А пока им обоим предоставлена возможность загладить свою вину. С плохо скрытой иронией капитан Ришат уточнил, дескать, если они доживут до конца войны, то о самовольной отлучке для охоты на Хоря, а так же о загубленном транспортном вертолёте, никто и не вспомнит.

Капитан Ришат откровенно торопил друзей, едва ли не в прямом смысле толкал в спину, однако последняя прогулка по территории военной базы Ныргал произвела на Егора удручающее впечатление. Вот уж никогда не думал, что кибервойна может быть такой разрушительной.

По военной базе будто прошёлся паровой каток. Одна из распределительных подстанций взорвалась самым натуральным образом. Уму не постижимо! Это каким же образом нужно было замкнуть электричество, чтобы два массивных трансформатора разнесло на куски будто от прямого попадания стокилограммовой авиационной бомбы? В другом месте самоходная зенитная установка «Стальной купол» устроила маленький геноцид. Сразу четыре 30-мм ствола щедрой рукой раскидали разрывные снаряды по округе. Трупы уже убрали, однако на асфальте в изобилии остались чуть подсохшие кровавые лужи. Две чёрные оплавленные дыры в бронированном корпусе чуть выше гусеницы более чем наглядно подсказали, каким именно образом было прекращено это безобразие. Однако всё переплюнуло крушение самолёта. Громадный летающий треугольник «приземлился» в полукруглый ангар с боевой техникой. И как только это всё не вспыхнуло синим пламенем?

Если не самым последним, то точно одним из самых последних транспортных самолётов их с Арамом отправили на «родину». То есть в государство Вигрон, что находится аж в другом полушарии Ксинэи на материке Биора. Многочасовой перелёт в более чем комфортных условиях в салоне для пассажиров первого класса Егор банально проспал. Благо в салоне самолёта царила подавленная тишина. Солдаты и офицеры, не только горные егеря, но и прочая обслуга, прекрасно понимали, что их ждёт на родине, а потому никто не радовался. Даже появление четырёх сексапильных стюардесс с халявными напитками и закуской ничуть не изменило всеобщего настроения. Да и сами стюардессы выглядели так, будто по прилёту их тут же отправят в самый дешёвый бандитский бордель.

Грешным делом Егор понадеялся, что транспортный самолёт приземлится в одном из аэропортов Ушгора, столицы Вигрона. Ведь очень хотелось глянуть на город, откуда они с Арамом родом. Точнее, откуда родом их персонажи. Но нет, не судьба. Транспортник приземлился на какой-то крупной военной базе. От удивления Егор даже протёр глаза, с высоты птичьего полёта эта самая база оказалась слишком похожа на Ныргал. Весьма сходным оказалось расположение зданий, казарм и ангаров. И лишь после выгрузки из самолёта они с Арамом узнали, что их привезли на военную базу вооружённых сил Вигрона с романтическим названием Эдилия.

А потом начался бардак. Егор с Арамом до посинения бродили из кабинета в кабинет, от одного измученного офицера с запавшими глазами к другому не менее измученному с ещё более запавшими глазами. Как Егор понял несколько позже, произошла досадная накладка. Из-за самовольной отлучки для охоты на Хоря, их с Арамом успели официально исключить из состава «Горных егерей». Пока они парились на «губе», егерей в полном составе и в самую первую очередь отправили на родину. Как случайно обмолвился один из офицеров, на границу с Числаей.

Друзей чуть было не забыли на «губе», но вовремя вспомнили, в пожарном порядке отложили разбор их дела до лучших времён и тоже отправили на родину. Только обратно в «Горные егеря» Егор с Арамом всё равно не попали. Всемирная Сеть накрылась, былой электронный оборот документов накрылся тоже. А потому уже в Эдилии вдруг выяснилось, что местные офицеры банально не знали, что с ними делать.

Когда их в очередной раз выперли из очередного кабинета, Арам предложил было сделать ноги, благо на базе творится столпотворение, а за ними конкретно никто не приглядывает. Чего уж теперь отрицать, был соблазн, и соблазн большой, рвануть через забор и окончательно порвать с этой военной службой. Но Егора остановили два очень серьёзных обстоятельства.

Во-первых, расстояние до точки выхода. Как показал виртуальный счётчик, 3119 километров. Это много, очень много, даже слишком много. Понятное дело, что Ксинэю вот-вот накроет ядерный карачун. И тогда все эти 3119 станут очень длинными километрами. Ведь им придётся на своих двоих пройти каждый из них. И это ещё цветочки. Самое страшное в том, что именно в этот момент вокруг них в прямом смысле будет рушиться цивилизация. Ведь не зря умные выживальщики говорят, что бояться нужно не конца света, а того, что начнётся после него.

Во-вторых, направление до точки выхода. Квадратная стрелка виртуального компаса уж больно удачно указывала на запад с небольшим отклонением на юг. Иначе говоря, в сторону Числаи и Ниланской морской конфедерации. А это два самых вероятных противника. Буквально в ближайшие дни армия Вигрона вторгнется на их территории. А раз там, то почему бы не воспользоваться казённым транспортом, чтобы подобраться к точке выхода как можно ближе. А дёрнуть через забор можно в любой момент. Тем более можно, когда на плечах будет полноценный тактический костюм, а в руках электромагнитный автомат.

Арам, нужно отдать ему должное, долго не думал и согласился. Вот так они никуда и не делись с военной базы Эдилия, а продолжили бродить по кабинетам. Ну а кто ищет, тот всегда найдёт. В конце концов среди офицеров нашлась-таки светлая голова, что пихнула двух бывших горных егерей в 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон. В Эдилии как раз формировали пополнение для него под штаты военного времени.

Об этой особенности Егор узнал несколько позже. Как и положено, в Вигрон была объявлена тотальная мобилизация. Однако командование не стало поспешно развёртывать новые полки и дивизии. Вместо этого ещё до космической битвы над Митизаной очень многие воинские части имели двойной штат мирного и военного времени.

Пока на Ксинэе царил мир, пока имело смысл экономить военный бюджет, многие части и соединения несли службу по мирному штату, иначе говоря, сокращённому. Где-то в два раза, а где и в четыре. Однако оружие, техника и прочее снаряжение было припасено по штатам военного времени. Когда пробил час «Х», штаты развернули.

В том же 67-ом отдельном батальоне было всего четыре полноценные роты, а стало восемь. Было восемь офицеров, четверо командиры рот и четверо их заместители, а стало восемь командиров рот. Соответственно восемь сержантов повысили до замов. Ну и, конечно же, майор Арник, командир батальона, остался на прежнем месте. Таким образом ударная мощь десантно-штурмового батальона усилилась в два раза, и при этом существенно удалось снизить организационную неразбериху. Не говоря уже о том, что офицеры и сержанты хорошо знают друг друга. Егор с другом и прочие мобилизованные стали тем самым пополнением, что расширили 67-ой отдельный батальон морской пехоты до штата военного времени.

Ещё один перелёт на военном транспортнике почти избавил Егора от неприятного вида через иллюминатор. Однако и того, что он успел заметить пока самолёт взлетал, а после садился, хватило с лихвой. Если коротко, то кибервойна прошлась по гражданским объектам ещё более массивным и кровавым паровым катком. Развалины заводов, пожарища, пробки на дорогах, следы прочих катастроф. Однако, и это тоже надо признать, в целом власти Вигрона сумели взять ситуацию под контроль. Через тот же иллюминатор Егор заметил худо-бедно нормально организованные лагеря беженцев, расчищенные от пробок дороги и потушенные пожары. Кое-где даже успели несколько разобрать завалы.

Вечером 10 сентября 8313 года Егора с Арамом, а так же прочих мобилизованных, привезли в «Тинвар». Тотальная война во всём великолепии. Оборудованный по высшему разряду спортивный комплекс, где не так давно тренировали чемпионов Вигрона, отдали под временную базу 67-го отдельного десантно-штурмового батальона. Заодно окончательно выяснилась цель их будущей атаки – Ниланская морская конфедерация. Ведь 67-ой батальон не просто пехота, а пехота морская. Не будь они с Арамом горными егерями с реальным боевым опытом, то вряд ли бы они оказалась на территории спортивного комплекса «Тинвар».

К слову. Спортивный комплекс назван в честь Тинвар, шестой планеты звёздной системы Таяны. Аналог Нептуна, то есть тоже газовый гигант, вокруг которого вращается большое количество самых разных спутников. Причём некоторые из этих спутников по размерам не уступают Ксинэе. И уж совсем знак судьбы то обстоятельство, что как раз на орбите Митизаны, спутника Тинвара, развернулось то самое первое в истории космическое сражение двух флотов.

Боевое слаживание началось сразу же, едва старшина Ноор, главный по хозяйствую, выдал мобилизованным новенькие тактические костюмы хорошо знакомые Егору «Сплав 4», только не песчаного цвета, а тёмно-серого. В качестве основного оружия им выдали не менее хорошо знакомые КЭМА-18/5. Егор особенно порадовало то обстоятельство, что модификация «кэмы» осталось прежней – для сил специального назначения и десанта, о чём говорит цифра пять через дробь. А то могли выдать КЭМА-18/1 – общевойсковая модель для пехотинцев от «сохи».

Ещё им выдали хорошо знакомый «Грач», 10-мм электромагнитный пистолет тоже для сил специального назначения. Егор было раскатал губу, но её пришлось закатать обратно. Увы, но универсальные тактические приборы им так и не дали. Ругань и ссылки на боевой опыт, что они с Арамом в избытке приобрели в Силнецких горах, не помогли. УТП имеют только сержанты, командиры взводов, ну и все офицеры, разумеется.

Когда Егор надел тактический костюм и глянул на себя в зеркало, то до него сразу дошло, почему цвет амуниции не привычный песчаный, а тёмно-серый. Это же классическая камуфлированная расцветка для боя в городских условиях. А это не есть хорошо, ибо бой в городе, а в мегаполисе тем более, есть самый сложный и опасный. К подобному выводу пришёл и Арам. Там же, прямо на складе, он намекнул сделать ноги, благо до точки выхода остались жалкие 618 километров. Это не две с половиной тысячи, что отделяли точку выхода и военную базу Эдилия.

Тактический костюм тёмно-серого цвета, новое место службы 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальной – это всё очень и очень плохие предзнаменования. К гадалке не ходи, в грядущем вторжении в Ниланскую морскую конфедерацию их ждёт кровавый замес. А гибнуть за коммунистический Вигрон ни Егор, ни Арам желанием не горят. Однако и на этот раз Егор сумел отговорить друга от немедленного бегства. К чёрту! Вещи нужно называть своими именами – отговорил от немедленного дезертирства. Да и пусть дезертирство, но осталась последняя проблема – разобраться, где находится точка выхода. Близость расстояния даёт надежду вычислить её более чем точно.

Как проболтался старшина Ноор, главный по хозяйству, в административном здании спортивного комплекса в кабинете под номером 408 уцелел электронный рабочий стол. Бес, один из сержантов, что шарит в технике, умудрился запитать его с накопителя энергии. Старослужащий батальона вроде и умный мужик, но почему-то решил, что таким образом сумеет выйти на связь со своей семьёй. Конечно, Информационная планетарная сеть благополучно накрылась медным тазом, однако электронный рабочий стол прекрасно заработал и без неё. Старшина Ноор лично успел несколько раз разложить на нём виртуальный пасьянс.

И всё бы ничего, но пробраться в административное здание с ходу не удалось. Едва Егор с Арамом вышли на улицу, как сержант Тучков, чтоб ему пусто было, тут же их перехватил. И началась боевая подготовка, то самое боевое слаживание, что едва не вытянуло из них все жилы. Увильнуть и не привлечь к себе внимание не нашлось ни одной возможности. А потом был перерыв на сон и новый день. 11 сентября началось с весьма и весьма напряжённой боевой учёбы.

Сил больше нет, Егор недоверчиво покосился на сержанта Тучкова. Но, надо признать, дело своё Гроза знает туго. Да и на расширение штата прислали не абы кого, не простых работяг от станка и сохи, а недавних отставников из самых разных войск специального назначения. Так что слаживание прошло более чем успешно. Хотя, конечно, насколько на самом деле успешно, это скоро выяснится на поле боя. Егор задолбался до такой степени, что подумал было сдёрнуть прямо с полигона, однако сержант Тучков резко свернул занятия. Не иначе и до него дошло, что подчинённым нужно элементарно отдохнуть. Кто бы где бы не служил, но гражданская жизнь не особо располагает к поддержанию идеальной физической формы.

– Ну что? – Арам тронул Егора за плечо. – Делаем ноги?

– Нет, – Егор повернулся к другу лицом. – Сперва карту глянем, сориентируемся более точно.

– Если только в том рабочем столе карта найдётся, – ядовито заметил Арам. – ИПС то больше нет.

– Сам понимаю, – Егор устало кивнул. – Только меня преследуют серьёзные подозрения, что «Другая реальность» сама ведёт нас. Это же компьютерная игра. Ведь не зря старшина-кладовщик запел соловьём, едва я спросил его, найдётся ли на базе хотя бы один работающий компьютер. Это не может быть простым совпадением. В любом случае у нас остался час до ужина. Если уж делать ноги, то на полный желудок и после отбоя. Благо, как мы успели выяснить, сдавать личное оружие в оружейную комнату от нас не потребуется.

– Это точно, – охотно согласился Арам.

Преддверие большой войны дало о себе знать, отношение к уставу уже несколько смягчилось. Под казарму второму взводу отвели несколько общих спален со вполне себе удобными односпальными кроватями. Пока на спортивной базе друзьям довелось провести всего одну ночь, однако «кэма», «Грач» и прочее снаряжение провели с ними рядом. Никто из офицеров не стал заморачиваться организацией оружейной комнаты. Да и какой смысл, если уже завтра батальон бросят на штурм вражеского берега.

Заодно будет далеко не лишним элементарно пожрать перед долгой дорогой, благо в столовой порции никто не нормирует. Лопай сколько влезет, пока не треснешь по швам. Единственное категорическое ограничение – полный запрет на алкоголь.

– А если Гроза и после отбоя какое-нибудь учение учинит? – в голосе Арама проскользнуло опасение.

– Всё может быть, – Егор пожал плечами, – но и тогда, в потёмках, нам всё равно будет проще сделать ноги.

– Хорошо, уговорил, – Арам махнул рукой. – Пошли, пошарим в электронной столешнице.

По меркам Ксинэи Вигрон обладает более чем хорошей армией. По крайней мере в её рядах царит во истину армейская дисциплина. Но сейчас, когда воздух пропитан порохом, командование несколько ослабило вожжи. Да и какой смысл закручивать гайки? Спортивный комплекс охраняет местная полиция. Морским пехотинцам всё равно скоро в бой. Так что разболтаться всё равно не успеют. Гораздо важнее дать людям элементарно отдохнуть.

Егор вместе с другом без проблем прошли в четырёхэтажное здание спортивного комплекса «Тинвар». Никому из встречных офицеров и сержантов даже в голову не пришло остановить их или хотя бы спросить. Лифт не работает, централизованное электроснабжение накрылось медным тазом. Кухня, штаб и прочие службы батальона работают с переносных генераторов. Прошлось топать на своих двоих по широкой лестнице. Егор бросил взгляд в пустой коридор. На парадном фасаде здания, где происходили тренировки, целых окон не осталось вовсе. Ветер гуляет по коридору и шевелит порванные шторы.

Насколько Егор успел понять, не так давно в спортивном комплексе «Тинвар» тренировались чемпионы Вигрона. Ведь и на Ксинэе нашлись аналоги Олимпийских игр. А Холодная война бушевала в том числе и на спортивных подмостках. Вот почему правительство расщедрилось и выстроило недалеко от берега Ниланского моря этот комплекс. Конкретно в этом здании не так давно заседали самые разные спортивные бюрократы, в том числе довольно высокого ранга.

Элементарная логика не подвела. Кабинет под номером 408 нашёлся на четвёртом этаже. Егор настороженно переступил порог. И смех и плакать хочется! К горлу подступил дикий соблазн сперва закинуть в кабинет гранату, а потом рвануть вперёд и контрольная очередь по широкому вееру. То есть, классическая тактика зачистки помещений. Гроза постарался. Только не стоит раньше времени сходить с ума. Окна кабинета не выходят на парадный фасад, а потому им повезло уцелеть.

Главное украшение кабинета – широкий и высокий стеллаж из натурального дерева. Все пять полок густо заставлены кубками, медалями и прочими спортивными наградами. Это даже смешно, Егор походя щёлкнул по широкой золотой медали на широкой красной ленте. Всё это богатство физической стоимости не имеет. Даже у этой медали явная позолота, поверхностный слой в микроны толщиной.

– Ого, он и в самом деле работает, – произнёс Арам.

В отличие он него, интересоваться спортивными трофеями напарник не стал, а сразу направился к широкому письменному столу и успел присесть на удобное кресло с колёсиками. Электронная столешница и в самом деле засветилась синим экраном загрузки, а чуть позже появился рабочий стол с большим количеством ярлычков самых разных программ, папок и отдельных файлов.

– Почему Бес оставил его подключённым? – Арам с задумчивым видом провёл пальцем по электронной столешнице.

– А какой смысл было его отключать? – Егор встал рядом. – Вон, смотри.

Егор показал пальцем на чёрный пластиковый брусок стандартного накопителя энергии, что грубо задвинут под стол.

– А-а-а…, – протянул Арам, – вижу. Стандартная гражданская модель. Подойдёт как для легковушки, так и для катера.

– Верно, – Егор кивнул. – Подобного добра ещё много валяется. Это позже, через год-другой, накопители станут дефицитом. А пока…

На душе стало печально и страшно, Егор отвёл глаза от пластикового бруска. Понятно, почему сейчас стандартных накопителей энергии как грязи и почему год спустя они превратятся в дикий дефицит.

– Ладно, – Арам прервал тягостное молчание, – давай, поищем карту. Но ты точно уверен, что мы её найдём?

–Арам, – Егор печально улыбнулся, – на Ксинэе компьютеры гораздо более мощные и продвинутые, чем на Земле.

– Это я прекрасно знаю и без тебя, – ответил Арам.

– А потому, – Егор пропустил реплику друга мимо ушей, – велика вероятность, что этот рабочий компьютер за много лет благополучно превратился в «мусорное ведро» самой разной информации. Ведь памяти до хрена, а регулярно чистить её лень.

– Верно, – Арам улыбнулся.

Ещё на Земле Егор сталкивался с подобным. Пока компьютеры были слабенькими с весьма ограниченной памятью, то пользователи тщательно следили за её чистотой. Не дай бог нужная программа элементарно не влезет на винчестер. Но позже, когда объём винчестеров начал исчисляться десятками и сотнями гигабайт, прежняя проблема снялась. Элементарная лень, и вот уже винчестер завален десятками гигабайт ненужной информации, которую просто лень разобрать и удалить. А на Ксинэе компьютеры ещё мощнее.

– Господи, – сердито буркнул Арам, – за этим компьютером работала информационная свинья.

– В смысле? – спросил было Егор, но и сам всё понял.

Арам сразу залез в корневой каталог. Количество папок зашкаливает. Чего только стоят их названия: «Новая папка», «Разное», «Старое», «Разобрать». И номера, где один, а где от балды. Егор лишь покачал головой, за этим компьютером и в самом деле работала информационная свинья.

– Так мы до второго пришествия копаться будем, – сквозь зубы процедил Арам. – Ещё и на ужин опоздаем.

Настоящий десантник ничего не боится, Арам принялся храбро копаться в многочисленных папках. Однако с каждой минутой им обоим становится всё более и более ясным масштаб «информационного мусора».

– Подожди, – Егор опустил руку на плечо друга, – так мы точно на ужин опоздаем. Иначе нужно.

– Это как? – Арам глянул на Егора.

– Пусти меня, – Егор толкнул друга в плечо. – Дай я попробую.

Арам не стал лезть с уточняющими вопросами, а молча поднялся с кресла на колёсиках. Егор тут же плюхнулся на еще теплую сиденье.

– Это должно быть где-то здесь, – Егор принялся задумчиво водить пальцами по электронному рабочему столу.

– Где здесь? – Арам склонился рядом над столешницей.

– В настройках, наверное, – ответил Егор.

Арам, ничего не понимаю, на миг было завис.

– Ты что вообще собираешься делать? – потребовал уточнить Арам.

– Видишь ли, – Егор бросил взгляд на друга, – мне, буквально только что, пришла в голову мысль. Вряд ли мы найдём электронную карту или скриншот из местного Интернета. А вот шансов найти программу, на мой взгляд, гораздо больше.

– Какую ещё программу? – Арам упорно не догоняет.

– Программу, приложение, назови как хочешь, – Егор пристально уставился в электронную столешницу перед собой. – Суть в том, что информацию гораздо удобней организовать в какую-нибудь программу. В свою очередь программ на компьютере всяко меньше, чем файлов. Вот почему имеет смысл просмотреть на компьютере именно установленные программы. А! Вот. Нашёл.

В настройках электронного рабочего стола и в самом деле нашлась нужная функция, что позволяет просканировать содержимое памяти и вывести на экран список всех установленных программ.

– О-о-о! – сдержанно воскликнул Арам. – «Справочник автолюбителя». Звучит очень даже многообещающе. Давай его.

– Сейчас, – отозвался Егор.

Двойной клик по нужной строчке. На электронной столешнице тут же развернулось окно справочника.

– То, что нужно, – радостно заметил Егор.

И в самом деле то, что им сейчас нужно. Справочник представляет из себя интерактивную карту с указанием автомобильных дорог и населённых пунктов. С его помощью можно легко проложить маршрут из точки «А» в точку «Б». Умный справочник предложит несколько маршрутов, укажет расстояние в километрах, а так же подскажет гостиницы, где можно остановиться на ночлег. Для любителей путешествовать на личном авто и в самом деле весьма полезная программа. Егор в два счёта нашёл спортивный комплекс «Тинвар». Благо гражданский объект указан на карте, а так же во всех каталогах.

– Готово, – Егор с облегчением откинулся на спинку кресла на колёсиках.

На широком экране появилась юго-западная часть государства Вигрон и часть Ниланского моря с островами. Конечно, как и полагается, более-менее крупные населённые пункты и более-менее развитая сетка автомобильных дорог. Нужно признать, сетка довольно густая. Правда, и это тоже вполне логично, все дороги, и автомобильные, и железные, тяготеют к побережью Ниланского моря.

– Чего сидишь? – спросил Арам. – Вставай, давай, стол двигать будем.

– Это ещё зачем? – удивлённо спросил Егор, однако послушно поднялся с кресла.

– Карту по сторонам света ориентировать будем, – пояснил Арам.

– А, ну да, – Егор и сам сообразил, зачем это нужно.

Географические карты Ксинэи во многом схожи с картами Земли. И здесь и там по умолчанию север находится вверху, юг внизу, запад слева, восток справа. Егор ухватился обоими руками за край столешницы. Ведь именно так, вместе со столом, они смогут сориентировать электронную карту по сторонам света.

– Готово, – Егор отпустил край столешницы. – Давай направление, я смотреть буду.

Арам тут же закрыл глаза. Понятно, Егор молча кивнул, друг развернул внутренний интерфейс игры.

– Это будет… Это будет… Вон… Туда! – Арам вытянул руку.

– Так и стой, – потребовал Егор. – Я сейчас зафиксирую направление.

Линейка была бы идеальным решением, но пришлось довольствоваться метровой указкой. Егор положил её прямо на электронную столешницу.

– Расстояние…, – между тем продолжил Арам.

– Можешь не говорить, – хмуро произнёс Егор. – И так понятно, где находится эта трижды проклятая точка выхода.

– Где? – Арам с шумом распахнул глаза.

– Сам смотри, – Егор ткнул пальцем в электронную столешницу.

Араму хватило пяти секунд, чтобы самому оценить предположение, однако он всё равно спросил:

– А ты уверен?

– Более чем, – отрезал Егор.

– А вдруг…, – начал было Арам.

– А ты проверь, – Егор оборвал друга на полуслове.

Арам, с упрямой миной на лице, гордо выпрямился и закрыл глаза. Егор тихо усмехнулся, друг до последнего надеется на чудо. Вот он развернул внутренний интерфейс игры и принялся смотреть расстояние по счётчику. Масштаб карты известен, прикинуть нетрудно. Да и особая точность не требуется, достаточно лишь глянуть, куда именно указывает стрелка виртуального компаса.

Спортивный комплекс «Тинвар» находится на северо-западе от Олти, одного из крупных городов Вигрона на берегу Ниланского моря, точнее Миганского пролива. По другую сторону пролива находится остров Унтипал, или Республика Унтипал, один из столпов Ниланской морской конфедерации. Длинная указка, которую Егор положил прямо на электронную столешницу, накрыла собой Нуору, не просто крупный город на острове Унтипал, а столицу Республики Унтипал.

Да какие могут быть сомнения? Место нахождения точки выхода в реальность идеально укладывается в логику компьютерной игры. В не таком уж и далёком историческом прошлом остров Унтипал был частью Вигрона. Точнее, до завершения Великой войны.

Здесь едва ли не один в один повторилась история Китая и Тайваня на Земле. Прошло пятьдесят четыре года, как закончилась Великая война, однако Вигрон до сих пор считает остров Унтипал своей территорией. Коммунистическое правительство неоднократно заявляло, что всё равно вернёт его под свою юрисдикцию вплоть до применения военной силы. Но пока за спиной Республики Унтипал и Ниланской морской конфедерации стоит вся мощь военно-политического блока Лиги свободных наций, об откровенном вторжении не могло быть и речи. Но теперь, когда вторая мировая война на Ксинэе по факту уже началось, правительство Вигрона ни за что не упустит такую возможность.

У Ниланской морской конфедерации столицы как таковой нет. Большая часть крупных островов в Ниланском море являются независимыми республиками. Лишь противостояние с Вигроном и военно-политическим блоком Федерации социалистических республик в целом заставило их объединиться в конфедерацию. Благо у островных буржуазных демократий много общего и много чего другого, о чём гораздо лучше мирно договориться.

Ситуация осложняется тем, что именно Республика Унтипал настойчивей и громче всех прочих островных республик стремится возглавить Конфедерацию. Именно Нуору чаще прочих островных столиц называют столицей Конфедерации. А у военных всех времён и народов всегда и везде в первую очередь припекает желание захватить вражескую столицу.

– «Другая реальность» – ещё та сука, – злобно, сквозь зубы, прошипел Арам. – Может, того, обойдётся?

– А ты сам в это веришь? – Егор постарался не брызгать слюной словно ядовитым сарказмом.

– Нет, – после секундного раздумья признался Арам. – Совпадает не только направление, но и расстояние. Конечно, плюс, минус десять километров погоды не сделают. Но то, что точка выхода находится в Нуоре, можно не сомневаться. Как думаешь, где именно она может быть?

– А бог его знает, – зло бросил Егор. – Нуора большая, мегаполис, центр притяжения экономической, политической, культурной и всех прочих жизней Республики Унтипал. Даже хуже – крупная городская агломерация с вереницами посёлков и городов-спутников по всем главным трассам. Не помню точно, но жителей Нуоры если и меньше десяти миллионов, то не намного. А всего лишь для острова, поверь, десять миллионов – это очень и очень много.

Точка выхода может оказаться где угодно, – продолжил Егор, – но одно я могу обещать тебе твёрдо – она не будет находиться в каком-нибудь легко доступном месте. Нет. «Другая реальность» запихнёт её к чёрту в задницу, куда нам придётся пробиваться силой. Сам понимаешь, это идеально вписывается в логику компьютерной игры в жанре ядерного апокалипсиса.

От такого заявления Арам помрачнел ещё больше.

– Может, того, прямо сейчас рванём? – предложил Арам. – Ну, в смысле, пожрём сначала как следует, отдохнём слегка, а потом рванём, когда отбой объявят. Периметр местная полиция стережёт. Вряд ли с ней будут проблемы. До берега Ниланского моря рукой подать. Всяко найдём какой-нибудь катер или моторную яхту. Пересечём Миганский пролив. Можно даже до самой Нуоры добраться. Чем не план?

– Не план, – отрезал Егор. – Точнее, он мог бы вполне сработать ещё неделю назад. Но сейчас, – Егор выразительно качнул головой, – у нас нет никаких шансов.

– Но почему? – удивлённо и недоверчиво потребовал уточнить Арам.

– Арам, – печально начал Егор, – ты упорно не желаешь замечать очевидное: Вигрон готовит десант на Унтипал. В свою очередь правительство островной республики прекрасно понимает, что их ждёт вторжение. Первыми традиционно выдвигаются разведчики и диверсанты. А потому уже сейчас островные вояки стоят на ушах. В лучшем случае наш катер или яхту остановят. Нас самих допросят, арестуют и посадят. В худшем могут сразу пальнуть тяжёлым калибром, чтобы обломки во все стороны, и дело с концом. Всё северо-восточное побережье острова Унтипал сейчас находится под плотным контролем. Тилгезкий залив, на берегу которого находится Нуора, тем более.

– Получается, наш единственный шанс попасть в Нуору это прорваться вместе с десантом? – предположил Арам.

– Получается так, – Егор всплеснул руками.

– Но там же развернётся кровавый замес, – продолжил Арам.

– Даже хуже того, – Егор многозначительно поднял указательный палец, – до меня дошли слухи, что наш 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон бросят в самое пекло. Велика вероятность, что у нас будет отдельное задание. Чем чёрт не шутит, вдруг нас пошлют на захват дворца Милдоф.

– Э-э-э…, – Арам задумчиво наморщил лоб, – это где сидит правительство Унтипал?

– Оно самое, – Егор кивнул. – Не зря же Гроза так усердно гонял нас именно по части штурма и зачистки зданий. Да, – тихо воскликнул Егор, – точка выхода может оказаться именно там. Если нам повезёт, то она будет на стене дворца.

– А если не повезёт? – осторожно поинтересовался Арам.

– А если не повезёт, – в тон другу продолжил Егор, – то она может найтись в кабинете премьера Республики Унтипал. И не того, что в здании на поверхности, а того, что в подземном бункере под Дворцом, – Егор выразительно ткнул пальцем в пол.

– Проклятье, – ругнулся Арам. – Там и так будет кровавый замес. А если по столице ещё и ядерной бомбой шарахнут?

– Не «если», а «когда», – Егор поправил друга. – Ядерный удар будет, в этом можно не сомневаться. Вся надежда на то, что это будет десятка два-три относительно маломощных ядерных зарядов. Гораздо хуже, если сбросят всего одну бомбу, зато сразу на несколько десятков мегатонн. Тогда точно – хана.

Да ты и сам посмотри, буквально всё один к одному. Я то, дурак, – Егор скривился, – только сейчас понял, почему это Гроза тренировки на сегодня уже свернул.

– Десантная операция начнётся завтра, – не спросил, а утвердительно произнёс Арам.

– Да, завтра, – Егор кивнул. – Ещё сутки в плане боевого слаживания мало чего нам дадут, зато загоняют конкретно. Вот нас и отпустили отдыхать, чтобы мы банально выспались. Завтра, 12 сентября, подготовка и проверка оружия и прочей амуниции. Сама операция начнётся либо вечером, либо в ночь. Несколько часов в пути, и-и-и…, – выразительно протянул Егор. – В самой Нуоре мы окажемся в аккурат 13 сентября. В тот самый тринадцатый день тринадцатого года.

Конечно, предположение, что именно 13 сентября 8313 года на Ксинэе во всю развернётся ядерный армагеддон, носит исключительно умозрительный характер. Но уж больно в масть ложится эта дата в сюжет слишком реальной компьютерной игры.

– Тогда я всё равно предлагаю удрать прямо сейчас, – неожиданно заявил Арам. – Но только на Унтипал мы прорываться не будем, а двинем в противоположную сторону, в дикие леса. Именно там мы спокойно переждём ядерную войну. И уже после, как всё худо-бедно устаканится, отправиться на остров. Думаю, к тому моменту всякая наземная война просто закончится.

А это… Егор задумчиво скосил глаза в сторону. А это мысль. Ведь в задании к миссии не сказано, когда именно или до какой именно даты им надлежит добраться до точки выхода. Нет, просто дойти, и всё.

– Вариант хороший, даже более чем хороший, – осторожно, тщательно подбирая слова, заговорил Егор, – да только в народе не зря говорят, что хрен редьки не слаще. Сам обмен ядерными ударами завершится довольно быстро, в этом можно не сомневаться. Но вот что будет дальше?

Если коротко, то цивилизация на Ксинэе рухнет, а нам придётся выбираться из-под её обломков. Иначе говоря, мы можем запросто застрять здесь на год-другой. Когда ещё уляжется радиоактивная пыль. Ведь нам, и это вполне возможно, придётся пробираться по радиоактивным развалинам Нуоры. Ладно, если по ней долбанут десятком-другим тактических зарядов. А если одна супербомба? Потребуются полноценные защитные костюмы, а где их взять? Это же отдельный квест получается.

Не знаю как ты, Арам, а я очень не хочу полагаться на игровую условность «Другой реальности». Где гарантия, что уже в реальности мы не сдохнет от лучевой болезни? Либо, как не самый приятный вариант, проведём свои последние годы жизни в клинике для безнадёжных онкобольных.

А как перебраться на ту сторону Миганского залива? – Егор ткнул пальцем в окно. – «Другая реальность» – ещё та стерва. Не самая сложная по виду задача может запросто перерасти в неразрешимую проблему. И это, заметь, будет очень даже в духе компьютерной игры.

– Хорошо, хорошо, я понял, – Арам выставил перед собой руки. – Хрен редьки не слаще. Тогда к чему ты клонишь?

– Грубо говоря, – Егор нахмурился, – перед нами выбор: либо один большой кошмар, либо куча гораздо более мелких кошмаров.

– И ты предлагаешь выбрать пусть и большой, но всего один кошмар? – уточнил Арам.

– Да, – Егор кивнул.

– И как, по-твоему, он будет выглядеть?

– Ну-у-у…, – Егор потёр пальцем висок. – Как я уже говорил, на сегодня Гроза занятия уже свернул. Завтра подготовка, проверка оружия и прочего снаряжения. Сама десантная операция начнётся либо вечером, либо рано утром…

– С таким расчётом, – подхватил Арам, – чтобы высадить десант ближе к утру на Унтипал?

– Верно, – Егор кивнул.

– Но мы ведь сразу окажемся в гуще сражения, – тихо произнёс Арам. – Тот самый кровавый замес.

– Не совсем, – уклончиво ответил Егор. – Вспомни войну в Силнецких горах. Очень часто наибольшие потери несёт вторая волна десанта. Первая, самая первая и, как правило, неожиданная, в некотором смысле умудряется проскочить.

– Ты хочешь сказать, что мы не зря оказалась в отдельном десантно-штурмовом батальоне?

– Да, – охотно согласился Егор. – Годовое жалованье на кон: у нашего батальона будет отдельное задание. Нас выбросят отдельно от главных сил и в первую очередь. В самую первую очередь, и вот тогда у нас будут все шансы проскочить.

– Егор, – Арам недовольно поморщился, – твои слова сильно смахивают на наивные мечты и хотелки. Реальность может оказаться совсем иной. Например, наш батальон просто и без затей раздолбают прямо на берегу. А то и вообще утопят в море на дальних подступах.

– Всё может быть, – нехотя согласился Егор. – Но, опять же, один большой кошмар. Или ты выберешь кучу более мелких кошмаров?

Вопрос из разряда не в бровь, а в глаз. Арам задумался, крепко задумался. За годы дружбы у них сложилась традиция: прежде, чем принять какое-либо решение, они могут спорить и обсуждать до хрипоты, да хоть до драки. Но после, когда решение принято, остаётся только одно – действовать, действовать и ещё раз действовать. Конечно, принятое решение вполне может не быть идеальным, от ошибок никто не застрахован. Однако сомнения в самый неподходящий момент, судорожные рывки из стороны в сторону, всегда гораздо хуже. Вот почему здесь и сейчас, пока у них имеется такая возможность, Арам думает, крепко думает.

– Может, всё же, переждём? – пусть и без прежней уверенности, однако опять предложил Арам. – Там же кровавый замес начнётся. Насколько мне известно, когда-то и на Ксинэе был обычай почётной капитуляции. Но Великая война буквально поломала аборигенам мозги. Они же теперь могут запросто перебить друг друга.

– У меня имеется ещё одно предположение, – задумчиво произнёс Егор. – Вполне возможно, что главной целью нашего батальона всё же станет дворец Милдоф. «Другая реальность» ведёт нас. Если точка выхода где-то там, то вполне логично, что игра сама приведёт нас к ней. Конечно, вытряхнет душу, заставит изойти кровавым потом, но приведёт. Это же отличный игровой сюжет. Можешь смеяться, но в него я верю гораздо больше, чем во все прочие соображения.

– А если нет? – тут же возразил Арам. – Если наш батальон займёт оборону на каком-нибудь важном рубеже в десятках, а то и в сотнях, километрах от Нуоры? Планы командования мы не знаем, не по рангу.

– Верно, – Егор не стал отрицать очевидное, – поэтому я предлагаю действовать по обстановке. Если боевой задачей нашего батальона станет захват дворца Милдоф, то мы пойдём на штурм вместе со всеми. Ежели нет, то смотаемся уже в Нуоре. Дезертировать в плотной городской застройке будет гораздо легче, чем в чистом поле. УТП нам так и не выдали, датчики глобальной навигации уже бесполезны. Нас просто примут за убитых и вряд ли будут искать, тем более ловить.

– Ты предлагаешь дезертировать прямо на поле боя? – с притворным ужасом воскликнул Арам.

– А что здесь такого? – Егор с ходу отмёл иронию. – Не забывай: дитарский язык един для всей Ксинэи. Нам будет достаточно переодеться в гражданку, как нас сразу примут за граждан островной республики. Сам понимаешь, начнётся такой бардак. Можно даже пойти дальше.

– В смысле?

– Да кто нам запретит переодеться в форму солдат Республики Унтипал? Наша текущая задача перебраться на ту сторону Миганского пролива и элементарно не сдохнуть. Если уж всё пойдёт совсем кисло, то мы уберёмся из Нуоры и уже за её пределами переждём самую горячую фазу ядерной войны. В этом случае мы окажемся к точке выхода гораздо ближе, чем сейчас. Заодно нам не придётся ломать голову, как самостоятельно перебраться через Миганский пролив.

– А ты знаешь, – Арам одобрительно закивал, – это вариант. Даже очень хороший вариант. Завтра мы точно узнаем боевую задачу нашего батальона, и начнём действовать. Как именно – это уж как получится.

– Идём с десантом, а там на месте сориентируемся. Договорились? – Егор протянул руку.

– Договорились, – Арам крепко пожал протянутую ладонь.

Делать в заброшенном кабинете спортивного чиновника больше нечего. Егор первым направился на выход. Арам даже не стал выключать электронный рабочий стол. Мало ли кто ещё из солдат придёт поиграть либо с иной целью.

– Арам, – уже в коридоре Егор повернулся к другу, – как думаешь, на чём нас десантируют?

– Глупые вопросы задаёшь, – Арам усмехнулся. – Мы же теперь морская пехота, так что и десант будет морским.

– А если конкретно?

– А если конкретно, то нас перебросят через Миганский залив на каком-нибудь достаточно большом десантном корабле.

– С чего такая уверенность? – на лестничной площадке между этажами Егор на миг остановился.

– Ну ты даёшь, – Арам едва не расхохотался. – Наш грозовой сержант как-то обмолвился, что мехводов гоняют где-то недалеко от нас. Десантному батальону по штату полагаются боевые машины пехоты. Вполне возможно, что нас усилят ещё и танками. И чтобы это всё перебросить на ту сторону Миганского пролива потребуется нечто крупное, нежели маленький десантный катер на отделение.

– Тоже верно, – Егор двинулся дальше вниз по лестнице.

Совсем из головы вылетело. Морской пехоте ни чуть не меньше чем пехоте сухопутной требуется высокая мобильность. Кадровые армии на Ксинэе давно моторизированы. А уж отдельному десантно-штурмовому батальону сами боги «Другой реальности» велят не пылить сапогами, а с ветерком мчаться под прикрытием брони.

Глава 2. Лучше не дёргаться

Великая война на Ксинэе продолжалась восемнадцать лет. Да, она сумела разрешить некоторые противоречия между государствами, однако взамен старых проблем наплодила гораздо больше новых. Одним из таких противоречий стали территориальные претензии коммунистического Вигрона к островной капиталистической Республике Унтипал, да и ко всей Ниланской морской конфедерации в целом.

Всего через семь лет после окончания Великой войны, в 8266 году, в генеральном штабе вооружённых сил Вигрона был принят план со смешным названием «Чемодан». Однако для генералов, кто знал его подробности, в названии не было ничего смешного. Для вторжения в Республику Унтипал с последующей оккупацией план предусматривал создание Первой десантной армии. Датой начала вторжения был выбран 8269 год. Однако, как это часто бывает, по целому ряду экономических и политических причин операция «Чемодан» была отложена. А потом отложена ещё раз, ещё и ещё. Как оно началось, так оно и продолжилось. Но!

Окончательно операция «Чемодан» так и не была отменена, документы и прочие материалы по ней в архив так и не снесли. Наоборот! Каждый год генералы и адмиралы генерального штаба старательно и скрупулёзно вносили в план предстоящей боевой операции изменения и уточнения согласно текущей обстановке на будущем театре военных действий. И так продолжалось сорок семь лет.

И вот, 8 сентября 8313 года, когда над Митизаной отгремело первое в истории космическое сражение между флотами «легионеров» и «федералов», операции со смешным названием «Чемодан» был дан ход. Благодаря столь долгому и вдумчивому планированию генеральному штабу удалось сформировать Первую десантную армию буквально за считанные сутки.

С наступлением темноты 12 сентября вторжение на Унтипал началось с воздушного ракетно-бомбового удара. Первую волну составили беспилотные летательные аппараты, что менее чем за час пересекли Миганский пролив, что отделяет остров Унтипал от материка. Второй волной на противника устремились многочисленные крылатые ракеты. Вслед за первыми двумя третьей волной с многочисленных аэродромов поднялись штурмовые самолёты и бомбардировщики под прикрытием истребителей.

Долгие десятилетия Холодной войны правительство Республики Унтипал прекрасно понимало, что однажды давний противник Вигрон всё же захочет взять реванш. Армия островной республики не сидела сложа руки, а готовилась так же долго, вдумчиво и кропотливо. Все три волны воздушного противника встретила хорошо подготовленная и эшелонированная система ПВО. «Небо» над столицей островной республики, а так же над северным побережьем в целом, затрещало, покрылось огненными всполохами, пошло трещинами, но устояло. Многочисленные батареи ПВО встретили воздушного противника огнём скорострельных пушек и массовым запуском зенитных ракет. С аэродромов в глубине острова вовремя поднялись многочисленные истребители и перехватчики. Воздушные силы Вигрона так и не сумели единым сосредоточенным ударом смять противовоздушную оборону острова. Над Нуорой и над северным побережьем в целом закипело грандиозное сражение.

Едва первые беспилотники поднялись в темнеющее небо, как от побережья отчалили многочисленные десантные суда. Командование вооружённых сил Вигрона прекрасно понимало, что противник вполне может выдержать первый и самый серьёзный удар с воздуха, а потому предпочло не ждать окончательного подавления ПВО. Как говорят в подобных случаях, лучший способ подавить ПВО противника – это собственные танки на его улицах и аэродромах.

Воздушная армада Вигрона сумела сделать самое главное – без единого выстрела или попадания очистить Миганский пролив от флота противника. Военный флот Ниланской морской конфедерации просто не рискнул зайти в полосу воды шириной всего 250 километров. По современным понятиям это узкий канал, который легко простреливается с материкового берега насквозь. Так что флоту вторжения никто не рискнул помешать.

Генштаб островной республики не мог знать наверняка, где именно произойдёт высадка десанта. По этой причине сухопутные войска были сосредоточены недалеко от берега с таким расчётом, чтобы выйти к месту высадки в кратчайший срок и столкнуть десант обратно в Миганский пролив. Ведь первый час с момента выброски отрядов на берег самый важный, самый критический.

Генерал-лейтенант Менлоу, командующий Первой десантной армией, даже не пытался захватить столицу противника с ходу, прямо с берега. Нуора – огромный мегаполис с населением в восемь миллионов человек. К этой цифре в обязательном порядке нужно добавить ещё шесть миллионов жителей столичной агломерации. Армия вторжения серьёзно рисковала застрять в уличных боях посреди высоток и частных домов. В конечном итоге генерал-лейтенант решил высадить главные силы десанта возле небольшого городка Сантана, что находится на восток от столицы.

Пусть и с большой натяжкой, но Сантану всё же можно назвать городом-спутником Нуоры. Небольшой порт, несколько промышленных предприятий. Вокруг бухты с двумя бетонными молами расположился жилой район из пяти и девятиэтажных зданий. На юге города, как раз между крайними пятиэтажками и автотрассой в столицу, раскинулся небольшой коттеджный посёлок, где живут начальники, коммерсанты средней руки и прочие шишки не самого высокого полёта.

Артиллерийский и ракетный обстрел начался едва ли не в момент высадки десанта. Конечно, о серьёзном подавлении береговой обороны не могло быть и речи. Другое дело, что это самой обороны практически и не было. Самими первыми, кто попытался воспрепятствовать высадке 67-го отдельного десантно-штурмового батальона, оказались не армейские части, а городские полицейские. Пусть стражи порядка облачились в полные комплекты для подавления уличных беспорядков и вооружились более чем полноценными электромагнитными автоматами, пистолетами и даже пулемётами, но полиция не есть армия. Уж слишком разные у них задачи и слишком разная выучка. Хилый заслон БМП «Шельмы» походя смяли из автоматических 30-мм пушек.

Не в помощь защитникам Сантаны стала паника среди гражданского населения. Далеко не все горожане вняли голосу разума и увещаниям правительственных чиновников о предварительной эвакуации из вероятной зоны боевых действий. И лишь когда на берегу и в порту взорвались первые артиллерийские снаряды, когда крылатая ракета обратила в пыль здание мэрии, лишь тогда оставшиеся жители рванули из города прочь на всех парах. Только паническое бегство далеко не организованная эвакуация. От катастрофических жертв среди обывателей спасли более чем скромные размеры Сантаны. В свою очередь генерал-лейтенант Менлоу специальным приказом запретил десанту препятствовать бегству гражданских. Так что большая часть горожан, пусть и в бешенной спешке и бросая пожитки, более-менее благополучно сумела удрать.

План военной операции «Чемодан» предполагал сперва закрепиться в Сантане, чтобы без проблем высадить вторую и третью волны десанта. И лишь после развивать наступление на юг и юго-запад, дабы окружить столицу. Заходить в саму Нуору даже не предполагалась, чтобы не завязнуть в уличных боях.

В свою очередь вооружённые силы Республики Унтипал предпочли действовать классическим образом. Последние обыватели ещё не успели удрать из Сантаны, как почти захваченный противником город атаковал оперативный отряд, всего лишь усиленный танковой ротой мотострелковый батальон. Да, на проверку контратака оказалась авантюрой, но генштаб островной республики прекрасно понимал, насколько важно не дать десанту закрепиться на берегу. Но силы оказались неравны, да и время было упущено. 67-ой отдельный десантно-штурмовой батальон успел выйти на южную окраину Сантаны и закрепиться в крайних пятиэтажках.

***

«Шепард», последний уцелевший танк из ударной группы, торопливо отползал назад. Крупнокалиберный пулемёт на приплюснутой башне то и дело огрызался длинными очередями. И вот опять глухо рявкнула пушка. Звуковая волна мягко ударила по ушам, Егор машинально пригнулся. Но нет, это не по их душу.

Снаряд со свистом ударил в соседнее пятиэтажное здание. Грохот, пыль столбом. Егор чуть высунулся через выбитое окно наружу. Если на четвёртом этаже кто-то засел, то им крупно не повезло. Но тут над головой визгнули пули. Егор тут же дёрнулся обратно под защиту толстой кирпичной стены.

Интересное наблюдение, вместе со снарядом из танковой пушки так и не вырвался столб дыма. В первый раз, конечно, это было так необычно, но, если разобраться, то ничего странного здесь нет. Как и вся прочая артиллерия на Ксинэе, снаряды в пушке «Шепарда» до сверхзвуковых скоростей разгоняет не порох, а мощный электромагнитный импульс. Почему по земным меркам ствол танковой пушки выглядит странно, не привычная толстая стальная труба, а тёмно-зелёный короб.

Грохот очередного выстрела ворвался в комнату на четвёртом этаже через выбитое окно. Егор вытянул шею. По этим же причинам «Шепард» обладает огромной, по сравнению с земными танками, скорострельностью. Тратить драгоценные секунды на извлечение стрелянной гильзы, а так же на работу затвора, танковой пушке не нужно.

– Жив, дурилка? – в соседнее окно насторожённо выглянул Князь, новый сослуживец по батальону.

– Жив, – отозвался Арам.

Друг притаился рядом возле стены.

– Ну так сейчас мы его.

Голос Князя звенит от предвкушения и азарта. В его руках не просто крупнокалиберный гранатомёт «Дюбель». Точнее, гранатомёт и есть, только он дополнительно закреплён на станке. Князь торопливо наводит прицел на «Шепард».

– Гроза, я Князь, – торопливо заговорил Князь. – Прицел взят. К стрельбе готов.

Секундная пауза на общем канале связи.

– Кумулятивными…, – голос Грозы, сержанта Тучкова, на миг стих, но тут же рявкнул с утроенной силой, – огонь!

– А-а-а! – радостно крикнул Князь.

В тот же миг кумулятивная реактивная граната с громким хлопком вырвалась из пластиковой трубы. Комнату на четвёртом этаже осветил огненный выхлоп. Но любопытство сильней, Егор тут же высунулся в окно.

Ого! От восторга Егор тряхнул головой. Князь, а так же ещё один оператор крупнокалиберного гранатомёта «Дюбель», туго знают своё дело. Два дымных следа устремились к ещё целому «Шепарду». ПРО танка сработала штатно, грозная боевая машина окуталась белесой взвесью, сквозь которую прорезались импульсные лазеры. Только поздно. Против сразу двух крупнокалиберных «Дюбелей» ПРО «Шепарда» не сдюжила. В аккурат под срезом башни яркая вспышка, следом докатился грохот взрыва. Танк в последний раз дёрнулся и окончательно замер на месте. Не иначе башню заклинило. Следом потянулись струйки сизого дыма.

Егор поднёс к глазам небольшой бинокль. Рванёт или нет? То, что танк горит, это точно. Тонкая, не толще спицы для вязания, кумулятивная струя прожгла броню. Другое дело, что внутри гореть особо нечему. Вся надежда на детонацию боеприпасов. Но тут уж как повезёт. Если в укладке бронебойные, то грандиозного фейерверка не будет. Другое дело, если фугасные, вот тогда…

Яркая вспышка и грохот. Егор вновь пригнулся, но бинокль не отвёл. Не повезло, танкистам крупно и в последний раз не повезло. Боекомплект всё же рванул. Приплюснутая башня отлетела в сторону и грохнулась на землю.

– Хана экипажу, – спокойно заметил Арам.

– Да-а-а!!! – радостно гаркнул Князь. – Я сделал это!

Рядовой Реман так и не сумел сдержать себя. Егор лишь усмехнулся, да он не особо и пытался сдержать себя. Князь рывком поднялся на ноги и принялся скакать по комнате. Да не просто скакать, а ещё размахивать руками и орать что-то несуразное. Проще говоря, ритуальный танец самовосхваления первобытного охотника, которому удалось-таки в одиночку завалить мамонта.

Егор глянул на Арама, друг усмехнулся в ответ. Такое бывает – издержки профессионализма. Рядовому Реману больше тридцати лет. В отличие от Егора и Арама, он кадровый морской пехотинец 67-го отдельного десантно-штурмового батальона. А ещё он штатный оператор крупнокалиберного гранатомёта «Дюбель». В этом вся соль.

Только боги «Другой реальности» ведают, сколько долгих лет Князю приходилось стрелять из «Дюбеля» на полигонах по самым разным мишеням. Ещё больше его гоняли в разных виртуальных тренажёрах, дабы сэкономить на реальных реактивных гранатах. И всё чтобы не дать Князю потерять квалификацию. И вот теперь, прямо на глазах Егора и Арама, сбылась мечта идиота – не на полигоне, не в кабине виртуальной реальности, а на самом настоящем поле боя Князь подбил-таки самый первый самый настоящий танк самого настоящего противника. Ладно, пусть не мечта идиота, но мечта всей жизни сбылась точно. Как тут не станцевать?

– Всё, Князь, харе танцевать, – Егор самым решительным образом поднялся с пола. – Пора уносить ноги.

– Зачем? – Князь беззаботно махнул рукой. – Это был последний!

– Уносим ноги, – следом с пола поднялся Арам.

– Но…, – начал было Князь.

– Хватаем твою бандуру и ходу! Ходу! – Арам едва не сорвался на мат.

Зато проняло, безбашенное веселье вмиг слетело с рядового Ремана. Они быстро подхватили станок для гранатомёта. Егор взвалил на спину связку с полными пусковыми контейнерами и первым вышел из комнаты в прихожую и дальше в коридор. Всего лишь сутки назад это был обычный жилой дом, а теперь это передний край обороны прибрежного плацдарма.

– На пятый этаж, – скомандовал Князь, когда они торопливо вышли на лестничную площадку.

– Ты уверен? – Егор чуть обернулся.

– Более чем, – заверил Князь.

В ответ Егор пожал плечами. Пятый этаж так пятый.

Крайняя квартира, окна которой выходят на юг. Дверь заперта, да только кого теперь это волнует. Пара десятимиллиметровых пуль разнесла замок вдребезги.

– Идём, – Егор сунул «Грач» обратно в кобуру на поясе.

Ещё одна квартира, где не так давно жили люди, самые обычные работяги одного из городских заводов. В прихожей на вешалке как ни в чём не бывало висит серое пальто, на полу под вешалкой валяются домашние тапочки. Повсюду следы поспешного бегства, жильцам этой квартиры в дикой спешке пришлось уносить ноги. Тоже, поди, до последнего надеялись, что их любимую Сантану война обойдёт стороной. Не обошла.

– Сюда, – Князь махнул рукой в сторону хозяйской спальни.

Пришлось немного повозиться, чтобы оборудовать новую огневую позицию. Широкую двуспальную кровать Егор на пару с Арамом вытащили в гостиную и прислонили к стене. В том же направлении отправилась прочая мебель. Князь не поленился раздобыть веник и сгрести в дальний угол осколки выбитого стекла. Как и во всём доме, окна не смогли пережить грохот танковых пушек. Князь лично установил напротив окна станок и закрепил на нём новую пусковую трубу «Дюбеля». Так-то стрелять из гранатомёта можно и с плеча. Зато со станка прицел гораздо лучше, соответственно и расстояние уверенного поражения цели существенно больше.

Теперь остаётся только ждать. Егор выглянул в окно. Бинокль позволил разглядеть гораздо больше деталей и подробностей, да и этаж повыше будет. Узкая лесополоса отделяет крайний ряд коттеджей от автомобильной трассы. Ещё дальше просматривается двухпутная железная дорога. Ударный отряд из пяти «Шепардов» уничтожен полностью. Некогда грозные бронированные коробки дружно коптят на выезде из коттеджей. Рядом несколько боевых машин пехоты. Хотя… Егор повёл биноклем из стороны в сторону, трупов не видно. То ли убитые солдаты противника валяются за укрытиями, то ли их успели унести ещё живые товарищи. Второе гораздо более вероятное. Полноценная война между Вигроном и Ниланской морской конфедерацией только-только началась. Ещё не принято бросать мёртвых на поле боя. По крайней мере оставлять до наступления темноты. Но это только пока. Мирные привычки быстро выветриваются. Мёртвым уже все равно, а вот рисковать ещё живыми лишний раз не следует.

– Как думаешь, – раздался за спиной голос Арама, – сколько у нас времени?

– А хрен его знает, – Егор опустил бинокль.

Небеса опять, опять и опять разразились воем реактивных движков. Следом раздался грохот. Это, Егор повернул голову, где-то рядом шпарит зенитка. «Небо дрожит» – как точно выразился Арам. Пусть наземное контрнаступление противника удалось отбить, однако битва за воздух, точнее за господство в воздухе, продолжается.

Получилось всё точно так, как Егор и предсказал. Боевое слаживание расширенного до военного штата 67-го отдельного десантно-штурмового батальона на спортивной базе «Тинвар» закончилось вечером 11 сентября и более не возобновлялось. Большая часть дня 12 сентября ушла на проверку и перепроверку оружия и прочей амуниции. Заодно морских пехотинцев загрузили боеприпасами по самую маковку. Последним и самым приятным событием стал более чем сытный обед. После, ближе к вечеру, была объявлена боевая тревога.

67-ой батальон в полном составе и со всей боевой техникой погрузили на «Тримиусы», небольшую флотилию десантных экранолётов. И лишь когда эти недосамолёты отошли от берега, личному составу батальона наконец-то поставили боевую задачу. Как Егор и ожидал, им выпало в качестве первой волны высадиться на вражеский берег в Сантане, небольшом городке не так уж и далеко от столицы острова.

Там же, в трюме десантного экранолёта «Тримиус», Егору довелось пережить несколько не самых приятных часов в своей жизни. Как-то не в кайф осознавать, что сейчас от тебя ничегошеньки не зависит, что экранолёт несёт тебя через Миганский пролив на большой скорости. Достаточно одного серьёзного попадания, чтобы этот громыхающий недосамолёт кувырнулся на полном скаку. А ведь это запросто.

В десантном трюме шум и вой стояли такой, что хоть уши воском заливай. Движки, что вращали огромные пропеллеры, ревели не хуже и не меньше реактивных. Однако даже через такую какофонию время от времени прорывались отзвуки далёких взрывов. Ситуация усугублялась тем, что в бортах, как и положено боевому десантному экранолёту, начисто отсутствовали иллюминаторы. Ведь любая застеклённая дырка есть лишняя и очевидная уязвимость в броне.

Заодно сбылось ещё одно предсказание Егора – у самой первой волны десанта и в самом деле больше всего шансов проскочить. Высадка в порту, рассредоточение и захват Сантаны прошли относительно гладко. Полиция – не противник тренированным морским пехотинцам, да и паника в городе в первую очередь ударила по стражам порядка.

Ещё одно обстоятельство неприятно поразило Егора – практически никто из гражданских не пытался хоть как-то помочь полиции и крайне немногочисленным военным. Чуть ли не как на параде «Шельмы» промчались по улицам Сантаны. В ответ ни из одного окна так и не вылетела хотя бы одна бутылка с пресловутым коктейлем Молотова. По пути следования боевые машины пехоты ни разу не напоролись на баррикаду, завал или хотя бы импровизированный на скорую руку затор из брошенных легковушек и грузовиков. Ничего. Вообще ничего. Лишь позже Егор узнал, что на всю Сантану нашёлся всего один отряд в десять человек доморощенных городских партизан. Да и он полёг полностью при первой же стычке с батальоном морских пехотинцев. Подавляющая часть местных жителей предпочла просто удрать. Нация торгашей, одним словом.

Так называемый штурм Сантаны закончился через полчаса (50 минут, если перевести в земные часы). Именно тогда второму взводу четвёртой роты под командованием сержанта Тучкова было приказано занять крайнюю пятиэтажку и подготовить её к обороне.

Вот уж где самым невероятным образом проявился гуманизм генерал-лейтенанта Менлоу. Именно многочисленные беженцы из Сантаны сумели задержать едва ли не на час подход и атаку первого серьёзного отряда противника. Из окна на третьем этаже Егор успел заметить, как самые медленные горожане с сумками, чемоданами и детьми пробирались буквально через походные порядки подходящего противника. Грузовик, бронетранспортёры и прочая бронетехника увязли в потоке людей и встали на трассе намертво. У солдат островной республики не поднялась рука стрелять по своим же гражданам или давить их гусеницами.

Как бы то ни было, едва последний гражданский с чемоданами убежал по трассе на юг, противник перешёл в решительное наступление. Егор особо не глазел по сторонам. С него вполне хватило и того, что в их направлении двинулось сразу пять «Шепардов» при поддержке пехоты. Сто миллиметровые осколочно-фугасные снаряды пробивали панельные пятиэтажки едва ли не на вылет. БПМ и БТР в стороне не остались. Скорострельные пушки и крупнокалиберные пулемёты засыпали снарядами и пулями передний край обороны штурмового батальона. Казалось бы, что ещё немного, и десант непременно опрокинут обратно в море, либо банально уничтожат. Но! Будь на их месте обычная пехота, так бы оно и вышло. Однако оборону на окраине Сантаны занял отдельный десантно-штурмовой батальон.

Ещё на подходе к пятиэтажке сержант Тучков определил Егора и Арама в расчёт к Князю. Точнее, в качестве боевого охранения и тягловой силы. Да, Егор прекрасно знает и умеет, как обращаться с крупнокалиберным гранатомётом «Дюбель», так и наводить и запускать реактивные гранаты всех возможных типов вплоть до агитационного. Но именно что знает и умеет. В Силнецких горах подобные крупнокалиберные гранатомёты не прижились вовсе. У местных борцов за светлое капиталистическое будущее серьёзной боевой техники не нашлось в принципе. Лишь в рамках общей подготовки горных егерей Егора с Арамом систематически гоняли в виртуальных тренажёрах, а так же в живую на полигоне недалеко от Виталиты, военной базы егерей в Жучанской долине. Из всего только что сформированного расчёта только Князь обладал большим опытом стрельбы из «Дюбеля». Не удивительно, что именно Князя Гроза назначил старшим.

Егор с Арамом употели, пока несколько раз меняли позиции. Но иначе было нельзя. Два раза они трое едва успели выскочить из очередной квартиры, как снаряды из танковых пушек разносили их к чёртовой матери. Танкисты противника в мирное время тоже не сидели без дела. Их точно также без устали гоняли на полигонах и на виртуальных тренажёрах.

Пехота противника сумела подобраться к пятиэтажкам вплотную. Егор слышал, как на первых этажах грохочут автоматы и ухают гранаты. Несколько БМП на большой скорости обогнули было пятиэтажку, но угодили под сосредоточенный огонь «Шельм». Вот где самым печальным образом для противника сказалось отсутствие полноценной артиллерийской поддержки.

Первую и самую опасную атаку удалось отбить. Последний «Шепард», то ли самый везучий, то ли самый храбрый, до последнего прикрывал отход пехоты и БМП противника. Ещё немного и у него были все шансы успеть укрыться под защиту крайнего домика с красной крышей. Были, но всё равно не успел. Расчёт Князя и ещё один успел не только сменить позицию, но и выстрелить. Два «Дюбеля» пробили-таки ПРО вражеского танка. Точнее, одну крупнокалиберную гранату импульсные лазеры сожгли на подлёте, зато вторую, что влетела вслед за первой, уже нет.

Классика, классика, всё классика. Егор в очередной раз осмотрел окрестности через небольшой оптический бинокль. Противника не видно, но на душе всё равно неспокойно. Очень скоро он подтянет подкрепление и попытается ещё раз выбить десант из Сантаны.

Генерал-лейтенант Менлоу, командующий Первой десантной армией, не стал делиться с рядовыми исполнителями подробностями вторжения, однако о дальнейших его планах легко догадаться и так, для чего вполне достаточно глянуть на карту. О наступлении в исторический центр Нуоры не может быть и речи. Тут никаких сил и боеприпасов не хватит, чтобы пробиться через плотную городскую застройку. А вот обойти столицу с юга и замкнуть котёл – это запросто.

Конечно, речь не идёт о сплошной линии окопов и прочих деревоземляных укреплениях. Вполне достаточно перекрыть основные магистрали и взять под огневой контроль прилегающую территорию. А дальше как карта ляжет. Не исключено, что с материка будут переброшены дополнительные силы для наступления в глубину острова Унтипал.

– Егор, – со спины тихо подошёл Арам, – до точки выхода осталось меньше семидесяти километров. Она находится в самом городе, в центре. Может, того, пора?

Разговор на грани фола. Егор покосился на Князя. Однако морской пехотинец во всю возится с «Дюбелем», что-то там подкручивает и настраивает. Более серьёзной артиллерии у батальона пока нет. А следующая атака при поддержке танков не за горами.

– Как ты себе это представляешь? – шёпотом спросил Егор.

– Ну-у-у…, – Арам на миг замялся. – Тихо спустимся, тихо выйдет. Нам, главное, убраться от городской окраины как можно дальше. Либо мы сделаем это сейчас, либо нам придётся выдержать вторую гораздо более серьёзную атаку.

Егор задумчиво нахмурился. Друг прав: противник сделает всё возможное и невозможное, чтобы опрокинуть десант обратно в Миганский пролив. Если он не сумеет этого сделать до конца суток, то речь пойдёт уже о сражении в глубине острова Унтипал. Да только Республика Унтипал традиционно сильна своим флотом, а вовсе не сухопутной армией. Но и пройти через боевые порядки противника в разгар дня тоже опасно. Солдаты островной республики не будут разбираться, куда и на кой чёрт пробираются два морских пехотинца. Перебежчики они, дезертиры или разведчики. Какая разница? Просто разрядят в них всё, что только имеется у них на руках. Но и время терять нельзя. Впрочем, Егор стрельнул глазами по сторонам, в этом доме полно гражданских шмоток.

– Внимание, второй взвод, – вдруг раздался на общем канале связи голос сержанта Тучкова. – Оставляем позиции, нас меняет пехота.

– Товарищ сержант, а как быть с «Дюбелем»? – тут же спросил Князь.

– Гранатомёты приказано оставить, – ответил Гроза. – У нас будет другое задание. Выполнять!

– Есть выполнять, – машинально отозвался Егор.

Общий канал связи наполнился гулом голосов, но Егор уже потерял к нему интерес. Приказ Грозы прост и понятен.

– Егор, подожди, – Арам тронул за рукав тактического костюма. – Если я правильно понимаю, нас меняет пехота?

– Да, – Егор кивнул на ходу. – Наш отдельный десантно-штурмовой батальной свою текущую задачу с блеском выполнил.

Классика, классика, всё классика. Первыми на берег высадились морские пехотинцы. Даже больше – специально подготовленный для таких операций десантно-штурмовой батальон. Следом, второй волной, высадилась обычная пехота. Конечно, возник соблазн заявить, дескать, явились на халяву. Только на самом деле это не так. Егор знает точно, что пехота завидует морским братьям, что сейчас оставляют позиции. Ведь именно второй волне десанта предстоит принять на себя самый тяжёлый удар противника. Увы, но такова суровая проза войны.

На лестничной площадке между вторым и третьим этажами они наткнулись на пехотинцев из 204-ой дивизии. Суровые крепкие парни в тактических костюмах с зелёными пятнами разного оттенка молча прошли мимо.

– Подождите! – Князь повернулся к сменщика вслед. – На пятом этаже, в правой крайней квартире, в спальне, мы «Дюбель» оставили.

– Принято, – коротко бросил один из пехотинцев.

Да и о чём можно ещё болтать? В свою очередь пехотинцы из 204-ой дивизии прекрасно понимают, что десантно-штурмовой батальон обратно на материк на отдых не отправят.

Во дворе между пятиэтажками воцарилось суетливое оживление. «Шельмы», боевые машины пехоты, уже направились в сторону порта. Возле детских качелей Егор узнал лейтенанта Пшенота, он же Колос, командира четвёртой роты.

– Внимание! – громким командным голосом заговорил Колос, когда рота в полном составе собралась вокруг него. – Нам приказано выдвигаться в порт и грузиться в «Тримиусы».

– Зачем, товарищ лейтенант? – раздался из неровного строя морских пехотинцев чей-то голос.

– Нас ждёт новая боевая задача, – хмуро ответил Колос.

– Какая, товарищ лейтенант? – спросил другой голос.

– Понятия не имею. Выполнять!

Лейтенант сам на взводе, голос дрожит от едва сдерживаемого гнева. Спорить с офицером в таком состоянии дело бесполезное. Тем более Колос и сам не знает, какой будет новая боевая задача, а потому и нервничает ещё больше. Так-то догадаться несложно – ещё один десант на побережье противника. Вопрос лишь в том, где именно и когда.

Это в мирное время товарищи-офицеры обожают, когда мимо них с песнями и плясками шагают чёткие прямоугольники бравых солдат. Сейчас же лейтенанту Пшеноту нет никакого дела, как чётко печатают шаг его подчинённые. Но давняя привычка ходить строем дала о себе знать: и без всякого приказа, прямо на ходу, четвёртая рота вытянулась в колонну по четыре, да ещё отдельно по взводам.

– Проклятье, – тихо ругнулся Арам.

– Согласен, – Егор хмуро кивнул.

Настроение хуже некуда. А всё из-за того, что они доблестно проморгали худо-бедно удобный момент сделать ноги, или, если называть вещи своими именами, дезертировать. Теперь же, пока вокруг них товарищи по штурмовому батальону, не стоит даже пытаться дёрнуть в сторону. Все и без того на нервах, могут и в спину пальнуть. А это, между прочим, запросто. Да, конечно, они все военнослужащие вооружённых сил Вигрона, однако деление на стариков, кто не так давно постоянно служил в 67-ом батальоне, и на новичков, кого прислали по мобилизации, никуда не делось. Пусть и на подсознательном уровне, но деды новичкам особо не доверяют. Вот почему любого новичка, что вздумает рвануть вон из строя без приказа, в первую очередь сочтут трусливым дезертиром, нежели храбрым разведчиком.

Егор покосился на хмурые небеса. Вот если бы начался воздушный налёт, то можно было бы рискнуть. Но, как на грех, ничего. Где-то там над Нуорой гремят взрывы, а самолёты вспахивают воздух реактивными движками. Лишь с окраины Сантаны время от времени доносится грохот зениток. Но прямого предупреждения «Воздух» нет и, чёрт побери, не предвидится. Как бы не было горестно это осознавать, но сейчас не лучший момент для побега.

На берегу, возле импровизированного склада с боеприпасами в виде грузовика с тёмно-зелёным тентом, им приказали пополнить боекомплект до штатного. Впрочем, как успел заметить Егор, морские пехотинцы штурмового батальона не стали мелочиться и загребли пуль и накопителей энергии сверх положенного. Никто из офицеров не стал возражать. Да и сам Егор не удержался от соблазна и до отказа набил разгрузку гранатами, пулями и накопителями. Одним словом, десантная операция, с боеприпасами могут запросто возникнуть проблемы.

Ей богу, Егор печально улыбнулся, словно последнее удовольствие перед казнью. Командование успело развернуть полевую кухню. До пайков в рюкзаках дело так и не дошло. Как и с боеприпасами, морских пехотинцев накормили горячей кашей с мясом до отвала. На у после прямая дорога на борт десантных экранолётов. Повезёт, если получится подремать хотя бы в десантном трюме.

Аппарель захлопнулась с могильным треском. В десантном трюме боевого экранолёта стало темно. Хотя, буквально через несколько секунд, на потолке тускло засветились синие лампы. Егор плюхнулся на условно мягкое сиденье для десантников. Следом, будто специально ждали, над головой заревели мощные движки. «Тримиус» толчком сорвался с места. Инерция мягко, почти ненавязчиво, попыталась столкнуть Егора с откидного стульчика, когда экранолёт развернулся на месте. Путешествие в неизвестность началось. Хотя не совсем в неизвестность.

– Десант, внимание, – Егор машинально дотронулся пальцами до уха, на общем канале связи раздался голос майора Арнина, командира батальона. – Перед нами поставлена новая боевая задача.

От таких слов Егор устало потупился и склонил голову. Рядом кто-то из пехотинцев недовольно прошипел.

– Нам приказано, – между тем продолжил майор, – высадиться на берегу в Тилгезком заливе. Точнее, прямо на Ниланской набережной.

Только не это! Едва ли не вслух крикнул Егор, но сумел сдержаться. Тилгезкий залив, это на его берегах раскинулась Нуора, столица Республики Унтипал. А Ниланская набережная, Егор мысленно представил карту, это едва ли не центр столицы. Уж историческая часть точно.

– Как вы уже догадались, – голос майора Арнина дрогнул, – нам приказано проскочить по Луружскому проспекту и…, – командир батальона всё же замялся, но продолжил. – И захватить Милдоф.

– Нам конец, – тихо выдохнул Егор.

Общий канал связи тут же наполнился гулом голосов, из-за чего майор Арнин на время замолчал.

Милдоф, он же дворец Милдоф, или даже просто Дворец, резиденция правительства Республики Унтипал. Как и полагается в подобных случаях, Милдоф представляет из себя обширный комплекс, большое историческое здание на поверхности и хрен знает сколько подземных уровней под ним.

– Всё не так плохо! – сердито рявкнул майор Арнин, возбуждённые голоса морских пехотинцев на общем канале связи тут же притихли. – Никто не собирается посылать нас на смерть. По данным разведки, – несколько более спокойно продолжил майор Арнин, – противник отвёл заслон с Ниланской набережной.

Всё верно, Егор кивнул. Где высадились главные силы армии вторжения, противник уже знает. Вот командование Унтипал и принялось поспешно стягивать силы для контрудара откуда можно, да и откуда нельзя заодно. Егор рассеянно усмехнулся, уже легче.

– Первая и третья роты останутся на Ниланской набережной для обороны плацдарма. Вторая и четвёртая роты выдвигаются на захват Дворца. Наглость и скорость – вот залог нашего успеха. Если мы сумеем выдать и то, и другое, то у нас будут все шансы как минимум добраться до Дворца. А если ещё и постараемся, то непременно сумеем его захватить.

От себя добавлю: – после небольшой паузы продолжил майор Арнин, – вряд ли правительство островной республики сидит во Дворце и дожидается нашего появления. Но даже если оно там, то сидит глубоко в бункере под Дворцом. Всё, что от нас требуется – взять под контроль хотя бы часть наземного здания и водрузить на его крыше знамя нашей родины. Штурмовать подземные уровни мы не будет.

На этом всё, – майор Арнин резко сменил тему. – До высадки час. Всем отдыхать.

В наушнике тихо щёлкнуло, командир штурмового батальона отключился. Общий канал связи было вновь загудел рассерженными голосами словно улей, но Егор щелчком вырубил связь. Чего, чего, а проспать высадку не получится при всём желании. Между тем слушать возбуждённый трёп сослуживцем никак не хочется.

Чудны дела твои, господи. Егор как мог удобней устроился на откидном стульчике, голова прислонилась к мелко вибрирующей перегородке. То ли это игровая условность «Другой реальности» такая, то ли правителям Вигрона и в самом деле до зуда в пятой точке не терпится водрузить знамя над поверженным Дворцом. Другого объяснения просто нет. В любом случае 67-му отдельному десантно-штурмовому батальону морской пехоты предстоит залезть дьяволу в задницу. Как бы майор Арнин не уверял в обратном, однако боевая задача сильно попахивает изысканным самоубийством в особо извращённой форме.

А умирать не хочется, ох как не хочется. Егор, не открывая глаз, поморщился, словно от сильной зубной боли. А всё потому, что для них с Арамом патриотизм, верность армейскому долгу и прочие правильные слова и понятия обратились в пустой звук. Да и какая у них может быть любовь к своей новой напрочь виртуальной родине? Ведь даже у «себя дома» они ни разу не были. Вон, Егор на миг приоткрыл левый глаз, даже те, кто сейчас сидят рядом, не более чем боты, компьютерные программы, наборы нолей и единиц. Это только согласно правилам компьютерной игры они все боевые товарищи. На этом фоне что сержант Тучков, что майор Арнин – всё те же боты, которым лишь по обстоятельствам игры приходится подчиняться.

Но, с другой стороны, они все очень опасные боты, которые при случае и убить могут. По спине скатился неприятный холодок. Противно, самому противно, очень противно, но врать самому себе есть верх глупости. А всё потому, что они с Арамом, если потребуется, без лишних волнений и душевных терзаний пристрелят любого «боевого товарища» и любого «отца-командира». Они уже были близки к этому ещё на военной базе Виталита в Силнецких горах, когда пробирались к стоянке вертолётов. А сейчас, Егор чуть приоткрыл глаза и глянул в глубину синего сумрака десантного трюма, а сейчас и подавно. Ибо сейчас вопрос может стать ребром – или мы с Арамом, или они.

Да чтоб вас всех, Егор вновь закрыл глаза. Руки бессильно повисли вдоль тела оборванными верёвками. Нужно, нужно было им удирать с позиций ещё в Сантане. Едва последний «Шепард» лишился орудийной башни, вот тогда и нужно было сразу удирать. А теперь? А теперь поздно пить «Боржоми», когда цирроз сожрал печень.

– Егор, всё не так плохо.

Лёгкий толчок в плечо. Егор распахнул глаза и чуть склонил голову на бок. Сумрачный синий цвет ламп под потолком «перекрасил» лицо друга в синюшный цвет. Однако всё равно видно, как Арам улыбается от уха до уха.

– Ты во внутренний интерфейс игры глянь, – посоветовал Арам.

– Точно, – Егор сел на стульчике прямо. – Точка выхода, она же, того, в центре Нуоры.

– А дворец Милдоф…, – выразительно протянул Арам.

– Находится в центре, – закончил мысль Егор. – Получается, точка выхода там?

– Скорей всего, – Арам кивнул. – «Другая реальность» сама ведёт нас к ней.

– Но это же…, – Егор замялся и нахмурился.

– «Босс локации», ты сам говорил, – Арам озвучил невысказанное предположение.

– Ну да, – Егор вздохнул, – более чем логично.

«Другая реальность» была, есть и останется компьютерной игрой не смотря на всю свою реальность. А потому некое финальное и самое трудное испытание для игроков идеально вписывается в её игровую сущность. В обычных компьютерных играх в финале, либо перед самым концом очередной локации, игрок сталкивается с самым сильным и самым серьёзным монстром. Почему собственно финальное испытание и получило неофициальное прозвище «босс локации».

– У тебя есть мысли, как именно может выглядеть этот самый «босс локации»? – спросил Арам.

– Вряд ли это будет некий мультяшный мутант в четыре метра ростом и с двумя крупнокалиберными пулемётами вместо рук, – произнёс Егор.

– Ну это я и без тебя понимаю, – отмахнулся Арам. – Но, всё же, Егор?

– Скорее можно предположить, что это будет некое двойное испытание, – несколько подумав, продолжил Егор. – Первое, это, конечно, смертельный риск. Не удивлюсь, если точка выхода окажется вовсе не на поверхности, а где-нибудь в глубинах правительственного бункера под Дворцом. Бой в городе и без того считается самым сложным, ещё сложнее – бой в подземных коммуникациях.

– А вторая составляющая испытания? – спросил Арам.

– Второй составляющей будет некая логическая задача, которую нам предстоит решить, – произнёс Егор. – «Другая реальность» действительно сама ведёт нас, однако ничего не преподносит на блюдечке. Игра всего лишь даёт нам возможность, я бы даже сказал скрытую возможность. Наша главная задача – найти эту самую возможность и не упустить её.

Вот вспомни военную базу Виталита. Хорошо, что тебе пришло в голову сперва попробовать удрать на вертолёте. А если бы нет? То пилот Сева так бы и просидел в «Аисте» до утра, а мы бы до сих пор шатались бы по Силнецким горам в поисках Хоря. И это в лучшем случае.

– Ты намекаешь на то, что во внутреннем интерфейсе игры отражается только расстояние до точки выхода и направление, но никак её высота над уровнем моря? – спросил Арам.

– Вот именно, – Егор кивнул.

Ещё во время охоты на Хоря в Силнецких горах у друзей была возможность убедиться в этом. Образно говоря, направление и расстояние во внутреннем интерфейсе игры указывается так, будто они играют на идеально гладком шаре, а не на поверхности планеты с её горами, ущельями и прочими неровностями. Так что точка выхода может запросто оказаться не на стене дворца Милдоф, а на глубине с десяток другой метров под ним. Самое поганое в том, что выяснить это получится тогда и только тогда, когда они доберутся до неё.

– Но меня больше волнует другое, – Егор прервал неловкое молчание. – Сегодня тринадцатый день тринадцатого года. Как думаешь, мы успеем?

– Должны успеть, – лицо Арама враз стало серьёзным. – Признаться, я только сейчас поверил в твой страх, что «Другая реальность» и в самом деле по произволу может убить нас. Уж больно случай подходящий, – Арам обречённо махнул рукой. – Одно дело допустить непростительную глупость в реальном бою, и совсем другое, когда от тебя ничего не зависит.

– Зависит, – тихо возразил Егор. – Единственное, на что мы можем прямо влиять, это время. Точнее, чем быстрей мы доберёмся до точки выхода, тем больше у нас будет шансов благополучно удрать в реальность до ядерного удара по Нуоре.

– А он будет? – недоверчиво спросил Арам.

– Будет, – более чем уверенно заявил Егор. – В первую очередь «федералы» будут бомбить не военные объекты, не заводы, вокзалы и склады, а символ Ниланской морской конфедерации. Единственная надежда, что это будут десятки тактических ядерных зарядов, а не одна супер-пупер бомба в десятки мегатонн.

– Согласен, – хмуро признал Арам. – Заодно население послевоенного Унтипала избавится от многих миллионов лишних ртов.

– Жестоко, но логично, – согласился Егор. – Ладно, давай хотя бы попытаемся немного вздремнуть.

– Давай, – Арам откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза.

Егор как мог расслабил все мышцы. Уши будто забились мокрой ватой. «Тримиус» мчится к Ниланской набережной на огромной скорости. Мощные движки ревут, огромный стальной корпус трясёт мелкая вибрация. Экранолёт чем-то похож на самолёт. По крайне мере как самолёт его не трясёт на дороге, но и взмыть в небеса как самолёт он тоже не может. Да от него это и не требуется.

Человек ко всему привыкает. Шум, даже самый сильный, сам по себе не может помещать расслабиться и даже заснуть. Главное, чтобы шум был постоянным, ещё лучше если монотонным. Спать не дают резкие изменения звукового фона. В этом плане особенно выделяются чужие голоса. Но здесь и сейчас, в трюме десантного экранолёта, только сильный монотонный шум, в котором с гарантией тонут все прочие звуки, в том числе и чужие голоса.

Глава 3. Последний бросок

– Егор, пора, – рука друга толкнула в плечо.

Как? Уже? Егор распахнул глаза и потянулся всем телом. На удивление ему всё же удалось заснуть даже на не слишком удобном откидном стульчике.

– Рацию включи, – подсказал Арам.

– Сейчас, – отозвался Егор.

– …ть минут, – раздался в наушниках голос майора Арнина. – Да поможет нам Великий Создатель.

Командир батальона отключился, но Егор успел уловить главное – высадка начнётся через минуту или две.

Вот гул мощных электрических движков сменил тональность. Понятно, Егор машинально поднял глаза на стальной потолок, экранолёт принялся сбрасывать скорость. Сейчас… Сквозь гул долетел раскат пушечных выстрелов. Ага, начался обстрел берега.

Последние мгновенья перед высадкой самые нервные. Пальцы плотнее стиснули верную «кэму». Но вот движки почти смолкли, следом с грохотом опрокинулась стальная аппарель. На миг Егор зажмурился. После скудного освещения в десантном трюме показалось, будто через распахнутый люк во внутрь хлынул поток яркого света.

– Пошли! Пошли! – рванул в ушах голос сержанта Тучкова.

Егор, вслед за другом, соскочил с откидного стульчика и рванул на выход. Однако вперёд с громким ревом на опрокинутую аппарель первой выскочила головная «Шельма». Едва нос боевой машины пехоты высунулся наружу, как автоматическая 30-мм пушка разразилась длинной очередью.

Майор Арнин уверял, будто противник стянул все силы к Сантане. Однако на Ниланской набережной всё же нашлось кому дать отпор неожиданному морскому десанту. Егор будто наскипидаренный проскочил по аппарели и спрыгнул на тёмный асфальт. Ниланская набережная одета в гранит, словно берега Невы в Санкт-Петербурге. Однако крупнокалиберный снаряд либо ракета угодили в гранитную «рубашку». Сильный взрыв разворотил каменную облицовку, заодно создал своеобразный спуск к воде. Именно к одному из таких импровизированных спусков и ткнулся нос десантного экранолёта.

Серьёзно пострадала не только гранитная «рубашка» набережной, но и вся набережная с прилегающими к ней пятиэтажными домами. Воронки от взрывов обезобразили асфальт и стены зданий. Егор метнулся вслед за Арамом. На пару они перескочили через проезжую часть. Противник засел в чёрном доме с высокими декоративными колоннами во весь фасад. Егор недовольно поморщился, как жаль, что электромагнитные автоматы и пулемёты при выстрелах не дают ярких вспышек. Впрочем, и так видно, как из окна протянулся дымный след.

Десантно-штурмовой батальон пусть и расширили до штатов военного времени, однако обилие новичков почти не сказалось на его боеспособности. Егор следом за другом нырнул в проём в стене. Началась привычная и кровавая работа. И без приказа Грозы ясно, что сперва нужно зачистить именно это здание.

И тут полиция, Егор на миг замер на пороге очередной жилой комнаты. Взрыв ручной гранаты разом срезал сразу пятерых человек. Точнее, пятерых полицейских в пластиковых щитках и серых тактических костюмах. Вот что значит отсутствие нужной подготовки. Но тормозить нельзя, этажей и комнат ещё много.

Артиллерийский обстрел со стороны залива загнал немногочисленных защитников набережной в прилегающие здания. Броневики и прочие полицейские машины расстреляли 30-мм пушки «Шельм». Ещё минут двадцать шло расширение плацдарма. Но вот противник отступил, точнее, удрал. Из окна на пятом этаже Егор с насмешливой улыбкой наблюдал, как серые фигуры в панике свернули за угол. Что самое смешное, местные стражи порядка побросали автоматы. А это очень яркий признак, который очень хорошо показывает не только боевую выучку противника, но и его моральную стойкость. Впрочем, редко где и когда в истории Земли торгаши и банкиры на проверку оказывались хорошими солдатами.

– Взвод, внимание, – раздался на канале связи голос Грозы, от неожиданности Егор дёрнулся, – грузимся в «Шельмы».

– Вас понял, – машинально отозвался Егор, хотя, в принципе, можно было и не отвечать.

Первая часть десанта прошла легко, даже великолепно. Батальон высадился на Ниланской набережной. Остатки и без того хилого заслона из местных стражей порядка благополучно удрали прочь. Но не исключено, что скоро последует контратака. Первая и третья роты уже заняли оборону на набережной в прилегающих домах. Настал черёд второй самой опасной части плана.

Егор вместе с Арамом сбежали на первый этаж и выскочили на улицу.

– Нам туда, – Арам махнул рукой.

Возле разгромленных витрин некогда шикарного магазина уже выстроилась колонна боевых машин пехоты. Егор сходу узнал Грозу, командира взвода.

– Сюда, – Гроза ткнул пальцем в распахнутый десантный люк «Шельмы», едва Егор с другом подбежали ближе.

Во время боя взвода и роты неизбежно перемешиваются. Однако при первой же возможности командиры наводят порядок. Жёсткая вертикаль власти в армии – наша всё. Вот и сейчас две роты прямо на ходу вновь разбились на взвода и даже на отделения. В БМП Егор плюхнулся на свободное место вдоль правого борта, на место напротив присел Арам. Последний морской пехотинец с треском захлопнул бронированную дверцу.

– Колос, второй взвод готов, – раздался на канале связи голос сержанта Тучкова.

– Принято, – отозвался лейтенант Пшенот, командир роты.

Следом посыпались доклады от прочих командиров взводов.

Сейчас начнётся, Егор нервно поёрзал на месте. Страшно, очень даже страшно, оставаться на одном месте. Но так надо. Наконец под полом взревел движок, «Шельма» резко дёрнула с места. Второй этап авантюрного плана начался.

Боевую машину трясёт на ходу. Егор намертво вцепился в специальные скобы на броне. И это они мчатся на большой скорости по некогда гладкому и прямому Луружскому проспекту. Сейчас головная «Шельма» выполняет роль эдакого тарана. Тяжёлая бронированная машина просто сметает с пути гражданские легковушки, хотя, конечно, более крупные фуры и прочие грузовики всё равно приходится объезжать. Под гусеницами то и дело хрипит раздираемый металл. Егор закатил глаза. Только и остаётся гадать, что это было? Мусор, или стальные траки вминают в асфальт чьи-то останки.

Как бы не хотелось, но предаться вожделенной скуке так и не пришлось. Кажется, будто со всех сторон разом загрохотали выстрелы. Броня «Шельмы» отозвалась гулом. На огонь защитников столицы огрызнулась 30-мм автоматическая пушка. Однако «Шельма» даже не подумала сбросить скорость. Понятно, Егор машинально кивнул, это всего лишь огонь отдельных солдат противника, у которых ничего серьёзней личного стрелкового оружия нет.

Будто в насмешу рядом знатно грохнуло. Егор едва усидел на месте. А вот и более серьёзное. ИПРО «Шельмы» очень вовремя сбила реактивную гранату, скорей всего кумулятивную. Хотя, конечно, прямо на ходу автоматика не будет разбираться, что в неё летит, кумулятивная или осколочная. Россыпь импульсных лазеров на броне сбивает любой предмет, что на опасной скорости приближается к «Шельме».

Ладно, коль в данный момент от него ничего не зависит, то… Егор закрыл глаза и развернул внутренний интерфейс игры. Теперь чуть повернуть голову… Великолепно! Радость тёплой волной омыла избитую страхом душу. «Шельма» мчится точно к точке выхода. Осталось чуть больше двух километров. Десятки и даже сотни метров слетают со счётчика расстояния с очень приятной поспешностью.

«Шельму» знатно тряхнуло. Егора подбросило на месте, голова припечаталась в потолок. Внутренний интерфейс игры тут же свернулся. Спасибо крепкому шлему, уберёг макушку от шишек. Скоро, очень скоро, им с Арамом предстоит встреча с «боссом локации». Ещё бы знать наверняка, что это будет.

***

Колонна боевых машин пехоты на большой скорости мчится по Луружскому проспекту. Бронированный лоб передней «Шельмы» словно таран сшибает в сторону брошенные легковушки. 30-мм автоматические пушки щедрой рукой засыпают снарядами любой очаг малейшего сопротивления. Дерзость наказуема. Дерзость можно смело назвать крайней степенью авантюры. Однако только дерзость здесь и сейчас может принести двум ротам 67-го отдельного десантно-штурмового батальона победу. Но! Как авантюра, дерзость в любой момент может обернуться провалом.

Головная «Шельма» выскочила из ущелья Луружского проспекта на простор Щемлянской площади. Серый асфальт мелким крошевом брызнул из-под стальных гусениц. В ту же секунду автоматическая 30-мм пушка разродилась длинной очередью. Снаряды с визгом унеслись в сторону Северного крыла величественного дворца Милдоф. На серой стене между широкими окнами второго и третьего этажей вспыхнула длинная цепочка разрывов.

На войне ничто нельзя сотворить просто так. Реактивная противотанковая граната со стороны защитников дворца Милдоф с ходу напоролась на импульсные лазеры ИПРО «Шельмы». Громкий хлопок. Обломки боевой части лишь бессильно срикошетили от брони боевой машины. Однако вслед за первой реактивной гранатой протянулись дымные следы ещё четырёх. Передовая «Шельма» будто врезалась в огненную стену. Орудийная платформа с 30-мм пушкой едва не соскочила на асфальт, опалённый ствол тупо уставился в серое небо.

Увы, но против дружного натиска сразу пяти реактивных противотанковых кумулятивных гранат не сдюжит даже самый продвинутый «Гранит», либо иная система ИПРО. Однако передовая «Шельма», прежде чем окутаться чёрным дымом и на последнем издыхании отвалить в сторону, всё-таки успела сделать главное – стянуть на себя огонь защитников правительственного дворца. Едва солдаты, что засели в Северном крыле, узрели на Щемлянской площади грозную махину БМП противника, как с перепугу разрядили по ней все свои гранатомёты.

Глупость на войне жесткого наказуема. На простор площади перед Дворцом из ущелья Луружского проспекта безнаказанно выскочили остальные «Шельмы». Под дружным огнём автоматических пушек серые стены Северного крыла разом покрылись многочисленными взрывами. Куски стекла и пластиковых рам со звоном просыпались на землю. Кто из защитников дворца Милдоф не успел вовремя отпрыгнуть в глубину огромного здания и упасть на пол, того 30-мм снаряды либо порвали на куски, либо посекли осколками.

Бросок двух рот 67-го батальона был дерзок и силён своим неожиданным наскоком. Однако защитники дворца Милдоф оказались готовы и к этому. Да, сама Щемлянская площадь пуста, однако недалеко от стен правительственного дворца на манер баррикады замерли многочисленные машины. Все в кучу без видимого порядка и расстановки. Но в этом вся соль! Бюджетные легковушки и крутые внедорожники, стальные бруски беспилотных фур и городские автобусы. Местами в заторе техники просматриваются трактора коммунальных служб, цистерны-водовозы и даже парочка асфальтоукладчиков с широкими красными тентами над сиденьями для водителей.

Будто и этого мало, за грудой техники, в тени дворца Милдоф, притаился зенитный ракетный комплекс «Лунгун». Четыре пусковых контейнера, внешне похожие на толстые водопроводные трубы, упёрлись тупыми концами в асфальт. Однако тут же с оглушительным рёвом и со шлейфом чёрного дыма из левой крайней трубы «взошла яркая звезда». Зенитная ракета зелёной иглой устремилась в серое небо.

У другого края Северного крыла разом загрохотали все четыре ствола пушечно-ракетного комплекса на гусеничном ходу «Шок». Горячие гильзы со звоном просыпались на землю. Кажется, будто круглая тумба локатора светит в небеса невидимым светом. Это и в самом деле шок, ибо в век господства электромагнитного импульса ещё нужно постараться найти пороховой раритет времён холодной войны. Будь стволы самоходной зенитки направлены на «Шельм», то 30-мм снаряды легко порвали бы боевые машины словно картонные коробки. Но у зенитки нашлись более привычные и гораздо более приоритетные цели. В небе над Нуорой вот уже скоро сутки кипит и вспыхивает огненными шарами воздушная битва. «Небо дрожит», как точно выразился Арам.

На войне часто бывает, когда изначальный план с первыми же выстрелами рассыпается в труху. Вот и майор Арнин, командир 67-го батальона, планировал прорваться на боевых машинах пехоты прямо под стены дворца Милдоф, но не свезло. Вместо этого «Шельмам» пришлось рассыпаться широким веером по площади перед правительственным комплексом и продолжить огонь.

Впрочем, одна «Шельма» всё же попыталась пробиться через импровизированную баррикаду из машин. Бронированный нос лишь шаркнул по капоту красной легковушки. В следующий момент БМП буквально взгромоздилась на неё, подмяла под себя и-и-и… И застряла словно в болоте. Стальные гусеницы принялись бессильно месить воздух.

Однако десант шальной БМП не стормозил. Люк на корме «Шельмы» распахнулся, наружу просыпанным горохом выскочил десант. Морские пехотинцы в тёмно-серых тактических костюмах разбежались и рассредоточились подальше от обречённой «Шельмы». Но, как бы то ни было, орудийная башня боевой машины чуть повернулась в сторону, скорострельная пушка открыла огонь. 30-мм снаряды буквально разобрали на куски самоходную зенитку «Шок». И прежде, чем очередная противотанковая реактивная граната ткнулась в борт «Шельмы», пороховой анахронизм времён Холодной войны с громким хлопком исчез в клубах чёрного дыма. Финальный взрыв раскидал все четыре пушки в стороны.

Между тем бой только набирает обороты. Остальные БМП буквально на несколько секунд принялись сбрасывать скорость и выбрасывать десант. После чего продолжили метаться по Щемлянской площади, на защитников правительственного дворца Милдоф вновь обрушилась губительная мощь скорострельных 30-мм пушек.

Да, импровизированная баррикада из машин сумела-таки не пустить бронированные коробки БМП к стенам Дворца, однако для хорошо обученных морских пехотинцев штурмового батальона все эти легковушки, джипы, беспилотные фуры и даже асфальтоукладчики превратились в дополнительную защиту, с лихвой обеспечили многочисленными огневыми точками.

***

Егор с ходу закатился под микроавтобус. Рядом на асфальт бухнулся Арам. Пронесло! Егор облегчённо выдохнул. «Шельма» высадила их буквально в считанных метрах от импровизированной баррикады из машин, но открытое пространство само по себе представляет смертельную опасность.

А теперь, Егор закрыл глаза и развернул внутренний интерфейс игры. От радости сердце забилось с утроенной силой. Дошли! Почти дошли! До трижды проклятой точки выхода осталось жалкие 68 метров!

– Арам, ты куда? – Егор едва успел перехватить друга за рукав тактического костюма.

– А? Чего? – Арам, словно ошпаренный, огляделся по сторонам.

– Нам туда, – Егор качнул стволом «кэмы» в сторону.

– Да это же…, – Арам высунулся из-под микроавтобуса. – Точно! Это же Обелиск Свободы! И как только сразу не догадались?

Если глянуть с высоты птичьего полёта, то дворец Милдоф представляет из себя здание в виде огромной буквы «Х». Точнее, это два здания с полукруглыми выступами по середине. Почему собственно их и называют Крыльями, Южные и Северные крылья.

В центре полукруглого выступа Северных крыльев возведён Обелиск Свободы, памятник славной революции, что несколько сот лет назад покончила на острове Унтипал с монархией и провозгласила республику. Обелиск представляет из себя шестигранную колонну высотой 90 метров, диаметром у основания 8 метров и 6 на вершине. Плоскости Обелиска украшены многочисленными барельефами времён буржуазной революции.

Обелиск Свободы исполинской указующей стрелкой возвышается над крышами правительственного дворца. Точка выхода должна быть там и только там. Да и расстояние до Обелиска более чем подходящее. И очень, очень не хочется думать, будто на самом деле точка выхода запрятана на глубине в несколько десятков метров под Дворцом.

– А ты уверен, что точка выхода именно там? – спросил Арам.

– Более чем, – уверенно кивнул Егор. – Голову на отсечение, точка выхода должна быть на одной из граней Обелиска.

– Рискну предположить, что на самой дальней грани, возле которой притаился вон тот миленький полицейский броневик, – Арам зло усмехнулся.

Лицо друга укрыто под тактической маской на случай, если противнику придёт в голову пустить в ход боевую химию. Однако Егор готов поклясться на Библии, Коране и Кама-Сутре разом, что под тёмными стёклами тактической маски глаза друга сверкают азартом вкупе с сарказмом.

– Да чтоб вас всех через ногу, – тихо ругнулся Егор.

Полицейский броневик защитников дворца Милдоф и в самом деле укрылся за Обелиском Свободы. Даже через дым сражения можно рассмотреть, как его крупнокалиберный пулемёт шпарит по наступающим пехотинцам длинными очередями. Будто и этого мало, рядом с Обелиском засели ещё с пяток солдат Республики Унтипал. На фоне серых стен дворца более чем хорошо видны тёмно-зелёные каски и плечи тактических костюмов. И вся эта братия активно разбрасывается пулями.

– Фигня, прорвёмся, – Арам выдернул из-за спины тёмно-зелёный тубус одноразового гранатомёта «Шуруп». – Прикрой меня. Сейчас мы эту полицейскую хрень на запчасти разберём.

Проворной змейкой Арам нырнул под колёса беспилотной фуры, что вплотную приткнулась к микроавтобусу. А это дело, Егор нырнул следом за другом. Ого! А защитники Дворца изрядно облажались. Они просто расставили машины импровизированной баррикадой, а вот навалить хотя бы с внутренней стороны ещё одну баррикаду от солдат противника тупо не догадались. Насколько опасна попытка преодолеть затор из машин в полный рост или по их крышам, насколько же легко и безопасно проползти под ними. На гладком и твёрдом асфальте легко заметить даже самые мелкие и плохо заметные противопехотные мины.

Прямо перед глазами крепкие десантные ботинки Арама скребут носками асфальт. Егор на миг отвернул лицо в сторону. Ещё немного, и они проползут под этим чёртовым затором из машин. Над головой через треск автоматных очередей и грохот скорострельных пушек пробился грандиозный бабах. Егор буквально всем телом почувствовал, как под ним вздрогнула земля. На столицу островной республики упала то ли очередная бомба, то ли рухнул очередной сбитый самолёт. Выяснить, что произошло, нет ни возможности, ни желания.

– Егор! Бойся! – вдруг крикнул Арам.

Егор рывком откатился в сторону. Да, на Ксинэе во всю правит бал электромагнитное оружие. Снаряды и пули давно посылает в цель не пороховой заряд, а электромагнитный импульс огромной мощности. Однако не везде имеет смысл устанавливать накопители энергии большой ёмкости и обмотки из сверхпроводников.

Арам выставил из-под мятой легковушки серого цвета ствол реактивного гранатомёта. Ещё миг! Раструб за спиной друга выбросил столб пламени. Арам заранее раздвинул ноги в стороны, но реактивный выхлоп, один хрен, лизнул его по спине и ягодицам. Не будь на нём полноценного тактического костюма, то серьёзных ожогов было бы не избежать. А так прочная ткань почти не запачкалась.

– Готов! – радостно гаркнул Арам.

Арам судорожно откинул в сторону пустой пусковой контейнер, а сам тут же откатился под прикрытие автомобильной шины. В то место, где он только что лежал, впились пули, маленькие оперённые стрелки. Асфальт брызнул в стороны серым крошевом.

Егор осторожно выглянул наружу. Вид из-под серой легковушки откровенно хреновый, однако и так можно рассмотреть, как полицейский броневик окутался дымом. Реактивная граната угодила точно в лобовое стекло, разнесла его к чёртовой матери и разворотила всё внутри. Солдаты и полицейские противника брызнули от подбитого броневика в стороны словно тараканы. Тот, кто палил из крупнокалиберного пулемёта, приказал долго жить. Даже если стреляла автоматика, то и она с гарантией вышла из строя. Вот как плохо бросать в бой против морской пехоты полицейские броневики. Какое там ИПРО? Броня подобных машин просто не рассчитана на противостояние реактивным и осколочным гранатам.

– Пошли, пока не очухались, – Егор первым выскользнул из-под машины.

Рывок на максимальной скорости! Рядом, в опасной близости, просвистели пули. Левое плечо дёрнулось назад, одна из оперённых стрелок прошла вскользь по прочной ткани тактического костюма. Егор лишь поморщился от боли, наверняка будет синяк. Тактический костюм «Сплав 4» лишь называется костюмом, на деле это бронежилет. Прочную ткань не возьмёт ни один нож. И уж тем более ей по силам выдержать касание лёгкой стрелки на сверхзвуковой скорости.

Упасть на землю и перевернуться. Егор выставил перед собой автомат. Палец утопил спусковой крючок, «кэма» тут же мелко затряслась в руках. Сволочам возле Обелиска мало не покажется.

– Я здесь! – за спиной вместе с шуршанием ботинок об асфальт раздался голос Арама. – Прикрываю!

Тактика боя накоротке давно отработана и вбита в подкорку. Один бежит, Егор сорвался с места. Другой прикрывает, за спиной загрохотал автомат напарника. Солдаты и полицейские противника упорно цепляются за Обелиск Свободы будто им там мёдом намазано. Егор резко остановился и прижался спиной к стене. Недалеко от памятника упитанный полицейский в полном облачении для подавления уличных беспорядков пугливо жмётся под защиту массивного каменного основания. Ну да, Егор зло усмехнулся, уличный бой – это не его стихия. Ему бы дубинкой по головам недовольных всеобщей демократией и правами всяческих меньшинств дубасить. А тут, прости господи, воевать заставили.

– Рота, внимание! – на общем канале связи загрохотал голос Колоса, командира второй роты. – Входим в здание. Северные крылья, западная сторона. «Шельмам» отойти на безопасное расстояние.

Это… Егор на миг оглянулся. Так и есть – товарищи по роте ловко втягиваются через разбитые окна первого этажа во внутрь дворца Милдоф. Так и надо. Закрепиться в здании и продержаться до подхода подкрепления. Правда, если это самое подкрепление будет. Всё так, но ему с Арамом нужно в противоположную сторону.

Но это же… На миг Егор будто превратился в каменную статую, ноздри шумно втянули через маску на лице воздух. Это же прямое нарушение приказа лейтенанта Пшенота. Да и плевать! Подыхать за виртуальные интересы виртуального Вигрона ни он, ни Арам не собираются. И коль их интересы разошлись, то тем хуже для лейтенанта Пшенота.

– Прикрывай! – мимо на полном ходу пробежал Арам.

Теперь очередь напарника продвигаться вперёд. Егор поднял «кэму», а его очередь прикрывать друга. Но примечательно другое – Арам даже не стал заикаться о выполнении прямого приказа командира. Сейчас у них одна на двоих цель. И если для её достижения должна сдохнуть вся вторая рота, то пусть так оно и будет. Ботом больше, ботом меньше.

Обелиск Свободы всё ближе и ближе. Буквально с каждой секундой всё лучше и лучше можно разглядеть многочисленные бронзовые барельефы на его гранях. Егор никогда особо не интересовался историей Ниланской морской конфедерации, но вот читать о дворце Милдоф вообще и об Обелиске Свободы в частности всё же довелось.

Егор в очередной раз замер возле серой стены. Они как раз достигли того месте, где здание Северные крылья прогибается полукругом. В груди буквально с каждой секундной растёт и растёт нервное напряжение. Егор машинально облизал сухие губы. Неужели? Неужели уже сегодня? Неужели уже сейчас? Уже вот-вот?

Над головой от стены с визгом отлетела пуля. Проклятье! Егор машинально пригнулся. «Другая реальность» – игра коварная. С неё станется как раз здесь и сейчас, вокруг Обелиска Свободы, собрать всё своё немереное коварство. Где? Где тот чёртов «босс локации»?

– Да что с ними не так? – рядом на асфальт плюхнулся Арам. – У нас на всех пуль не хватит!

– Подойдём ближе? – Егор бросил взгляд на Арама. – Гранатами закидаем.

– Как бы нас самих гранатами не закидали, – зло огрызнулся Арам.

Точка выхода рядом совсем. Полицейский броневик, который Арам поразил реактивной осколочной гранатой, уже не просто дымит, а полыхает синим пламенем. Языки огня то и дело выплёскиваются наружу через разбитое лобовое стекло. Но надежда прорваться к Обелиску Свободы здесь и сейчас горит синим пламенем ещё ярче. Хочется, очень хочется, добраться до вожделенной и трижды проклятой точки выхода. Ведь к этой цели они не просто шли, а прорывались с боем, потом и кровью долгий год и ещё два месяца в придачу. Однако характер боя разительно поменялся буквально в десять секунд. Солдаты и полицейские противника перестали изображать из себя тараканов. Вместо этого они бойко попёрли наружу, прочь из казалось бы крепких и безопасных глубин дворца Милдоф. Серые и тёмно-зелёные фигуры едва ли не в прямом смысле толкают вперёд горящий броневик.

– Проклятье! – рука с треском воткнула в ствольную коробку «кэмы» очередной магазин. – Арам! Мы не сдюжим! Эти бараны сейчас нас затопчут! Нужно отступать!

Егор в очередной раз сменил позицию и откатился в сторону. Свободного пространства под стенами Дворца много, а укрытий от ответного огня мало. Не хочется, как же не хочется самому куда-то там отступать, убегать, сматываться, когда цель игры в соблазнительной близости. До сраного Обелиска осталось едва ли больше двадцати метров. По меркам современного боя дистанция даже не пистолетная, а ножевая. Но противник прёт и прёт. Абсолютно того не желая, они с Арамом превратились в пробку, в преграду, в заслон, что упорно мешает солдатам и полицейским противника убраться прочь из Дворца.

– Ни за что!!! – гаркнул во всю глотку Арам.

Лучший друг и проверенный напарник бывает весьма и весьма упрямым. Но тут из-за импровизированной баррикады из офисной мебели в их сторону вылетела ручная граната. Едва серый шарик коснулся асфальта, как тут же вспух клубком чёрного дыма. Егор едва успел прижаться тактической маской к холодному асфальту. Взрыв! Осколки гранаты словно пнули по плечам и прочному шлему стальным сапогом, а в ушах загудело. Однако… Егор слабо пошевелился, прочная ткань тактического костюма и ещё более прочный шлем сдюжили в очередной раз. Сам того не желая, Егор проверил давнюю рекомендацию, что делать, если рядом с тобой упала граната. Повернуться к ней головой, прочным шлемом, против всего человеческого естества! Но, чёрт побери, сработало.

– Хрен с этими баранами! – в сердцах воскликнул Арам, противник, сам того не желая, привёл весьма весомый контраргумент. – Отступаем обратно к баррикаде. Засядем под машинами. Переждём, – Арам торопливо откатился в сторону.

– Хорошо, я пошёл! – Егор тут же развернулся и бойко пополз обратно к затору из машин.

Хвала богам «Другой реальности», Арам хоть и упёртый, но инстинкт самосохранения у него работает должным образом. Но и в самом деле интересно, с чего это вдруг у полицейских и солдат противника самым неожиданным образом прорезался приступ храбрости? А кто его знает, Егор мысленно махнул рукой. Нервно извиваясь словно ящерица, которой опалили хвост, Егор заполз под прикрытие чёрного джипа с прострелянными окнами и развернулся.

– Арам! Пошёл! – что есть сил крикнул Егор и удобней перехватил автомат.

Короткие очереди из «кэмы» не дают противнику лишний раз высунуться из-за баррикады из офисной мебели. Да и Арам не спит на ходу.

Короткая очередь. С десяток стрелок на сверхзвуковой скорости разбились о большой перевёрнутый стол. Однако, Егор на миг оторвал глаза от прицела, с какого хрена солдаты и полицейские противника накапливаются под прикрытием Обелиска Свободы? Впрочем, пока бросаться в атаку они явно не собираются. Или, Егор вновь склонился над коллиматорным прицелом, всё же… бояться?

– На месте, – шумно выдохнул Арам.

Друг ужом проскользнул под прикрытие колеса у другого борта чёрного джипа и развернулся.

– Может, того, эти бараны сами сбегут? – Арам выставил перед собой электромагнитный автомат.

Арам будто снял с языка мысль, которую Егор вот-вот хотел было озвучить сам. Если противник атаковать не собирается, то пусть себе драпает в противоположную сторону.

– Внимание! Внимание! Внимание! Четвёртая рота! – канал связи разразился надрывным голосом лейтенанта Пшенота. – Отходим! Отходим! Всему личном составу прорываться к западной оконечности Северных крыльев! Всем «Шельмам» подтянуться к указанной точке сбора! Отходим! Отходим!

Глава 4. АРМАГЕДО-О-ОНН!!!

Какого чёрта лысого? От удивления Егор резко приподнялся на локтях, шлем гулко ткнулся в днище чёрного джипа над ними. Голос Колоса дрожит на грани паники. Как бы мало они не были знакомы, однако Егор успел убедиться, что лейтенант Пшенот вовсе не паркетный шаркун, а боевой офицер с реальным боевым опытом. В своё время он прошёл через командировку в Иншалию, где так же гонял борцов за светлое капиталистическое будущее по Силнецким горам.

– Какого хрена? – взорвался Арам. – Командир!!! Почему отступаем?

Общий канал связи взорвался недовольными голосами. Штурм правительственного дворца и так пошёл не по плану. Как из мешанины слов сумел понять Егор, морские пехотинцы едва-едва сумели закрепиться на первом этаже в Северных крыльях дворца Милдоф. И тут приказ всё бросить и спасаться бегством, если уж называть вещи своими именами.

– Операция отменена! – голос Колоса сорвался-таки на визг. – Вся десантная операция отменена. АРМАГЕДО-О-ОНН!!!

Единственное слово разом очистило общий канал связи от мешанины голосов.

– По Нуоре и Сантане будет нанесён массированный ядерный удар! – торопливо продолжил Колос в звенящей пустоте общего канала связи. – Десант отступает! Кто не успеет добраться до точки выхода, тот труп!

Спаси и сохрани, твою за ногу через забор! Егор так и замер с упёртой в пол чёрного джипа головой. Будто окатило ледяной водой. Прямо на глазах сбывается самый главный кошмар – угодить-таки под ядерный удар. А то, что дворец Милдоф, резиденция правительства Республики Унтипал и даже всей Ниланской морской конфедерации в целом, станет целью номер один для ядерного удара, можно не сомневаться.

Чёрный джип мелко-мелко задрожал всем корпусом. По его бортам барабанной дробью застучали пули. Егор машинально пригнул голову. Большое чёрное колесо с кованной ступицей доблестно держит оборону, хотя острые стрелки уже разодрали шину и выпустили весь воздух.

Как же так? Ну как же так? Они ведь дошли! Почти дошли! До Обелиска Свободы остались считанные метры. Там, едва ли не в прямой видимости, точка выхода. Найти! Активировать! И весь этот ядерный дурдом для них с Арамом тут же закончится. И что? Вот так всё просто бросить и просто бежать?

От столь кощунственной мысли Егора тряхнуло так, словно током из розетки. Рядом сердито замычал Арам. Буйные эмоции едва ли не в прямом смысле рвут друга на куски.

– Как же так? – Арам резко выдохнул. – Мы же дошли! Мы же, чёрт побери, дошли! Егор, – глаза Арама блеснули адским пламенем, – давай на прорыв!

Арам и раньше отличался склонностью к авантюрам на грани между жизнью и смертью. Вот и сейчас его инстинкт самосохранения принялся сильно сбоить. Друга сжигает изнутри невыносимое напряжение и едкая, словно серная кислота, обида. Егор повернул в сторону друга голову, как бы Арам опять не наделал бы глупостей. С него станется.

– Стоять!!! – Егор едва успел толкнуть друга в плечо.

Арам было дёрнулся наружу, но Егор очень вовремя сбил его обратно под защиту чёрного джипа. Со стороны Обелиска Свободы разом вдарили два пулемёта.

– Не надо, Арам, не надо, – несколько более спокойно произнёс Егор. – Нам не прорваться.

– Но как же так? – Арам чуть не плачет от обиды.

– Нам не прорваться, – с нажимом повторил Егор.

Только сейчас до Егора дошла подоплёка происходящего. Защитники дворца Милдоф тоже получили приказ спасаться бегством. Они тоже прекрасно понимаю, что по резиденции правительства будет нанесён ядерный удар. Всё равно будет, даже если само правительство островной республики давно и благополучно сделало ноги. Даже хуже того.

Те, кто всё-таки остались в подземном бункере, тупо закупорили все двери, а защитников снаружи заранее списали в расход. Вот почему полицейские и военные непременно хотят вырваться из Дворца. Очень, очень хотят. Но и это ещё не самое страшное.

Огневой напор несколько стих. Однако, едва Арам попытался было высунуться из-под машины, как со стороны Обелиска Свободы с громкими хлопками протянулись сразу четыре дымных следа. Чёрный джип едва не подпрыгнул на месте. Ещё три взрыва отметились в опасной близости, то есть угодили в соседние машины. Слава богу, у защитников Дворца руки кривые и растут из жопы.

– Арам! – крикнул Егор. – Это мы! Мы, чёрт побери, не даём противнику сбежать из Дворца! Это мы перекрыли им путь к отступлению!

– Твою дивизию, – только и сумел протянуть Арам.

И смех и грех и плакать хочется. Во дворце Милдоф куча дверей, начиная с парадных, для приёма правительственных делегаций других государств, и служебных калиток для обслуживающего персонала. Однако из всех возможных входов и выходов защитники Дворца выбрали именно тот, что находится в аккурат за Обелиском Свободы. Но чтобы воспользоваться им, защитникам нужно проскочить под затор машин рядом с Обелиском. Как на грех, как будто специально, Егор с Арамом со своей позиции под чёрным джипом ну просто идеально простреливают свободное пространство между затором из машин и баррикадой из офисной мебели возле Обелиска.

– Уходим! – крикнул Арам.

Вовремя. Противник решился-таки на прорыв. А чтобы прорыв был успешным, в первую очередь необходимо уничтожить огневую точку врага. Из-за баррикады возле Обелиска Свободы выскочили десятка два фигур. Сразу две гранаты закатились под джип, ещё две через разбитое лобовое стекло залетели в салон. Некогда дорогую машину тряхнуло так, что колёса оторвались от земли едва ли не на метр. Но только ни Егора, ни Арама под чёрным джипом уже не было.

– Чтоб вас всех, кретины! – смачно ругнулся Арам.

– Согласен, – зло бросил в ответ Егор.

Просто так удирать нельзя. Противник понятия не имеет, что ему дозволено уйти. На этот раз под защитой толстых и высоких колёс трактора коммунальщиков Егор вместе с Арамом развернулись и открыли ответный огонь. Несколько фигур в тёмно-зелёных тактических костюмах рухнули на покорёженный асфальт. Кровавые брызги во все стороны. Какой бы прочной не была ткань тактических костюмов, однако прямого попадания с близкой дистанции металлической стрелки на сверхзвуковой скорости она не выдержит. Оставшиеся в живых тут же залегли и открыли ответный огонь. Толстая покрышка тракторного колеса тут же украсилась дырами, из которых со зловещим свистом тут же принялся вылетать сжатый воздух.

– Четвёртая рота! Осталась минута! – общий канал связи донёс взволнованный голос Колоса. – Кто ещё жив, кто ещё может шевелиться, двигайте к западной оконечности Северных крыльев!

Егор судорожно, словно загнанный в ловушку дикий волк, оглянулся по сторонам. Что? Что же делать? Со стороны Обелиска Свободы напирает противник. Эти бараны так и не поняли, что вполне могут драпать в противоположную сторону от обречённого Дворца. Или? Егор развернулся на месте. У западной оконечности Северных крыльев всё ещё кипит бой. Как бы не было хреново видно из-под трактора коммунальщиков, однако Егор успел заметить, как из окна на первом этаже разом выпрыгнули две фигуры в тёмно-серых тактических костюмах. Это точно свои, морские пехотинцы. Солдаты противника одеты в тёмно-зелёные пятнистые тактические костюмы, а полицейские Нуоры щеголяют в полных доспехах для подавления уличных беспорядков. Будто и этого мало до слуха Егора долетел лязг гусениц «Шельмы».

Что делать? Как быть? Егор дёрнулся в одну сторону, потом в другую. Голова, того и гляди, вспухнет ядерным взрывом от аннигиляции противоположных желаний и диких страхов. До Обелиска Свободы не дойти, легче покусать собственные локти. Но если стормозить, то «Шельмы» уйдут без них. На БМП очень даже хорошие шансы быстро убраться от очень опасного объекта под названием дворец Милдоф. Плюс броня, которая отлично защитит от светового излучения, существенно снизит мощность проникающей радиации, да и, чем чёрт не шутит, сумеет уберечь от воздушной ударной волны, от самого опасного поражающего элемента ядерного взрыва.

Ещё один крайне неприятный факт. На Ксинэе, с её гораздо более продвинутыми системами наведения, ядерная ракета мощностью в сто килотонн уже считается мощной. Боеголовка со сто процентной вероятностью поразит именно дворец Милдоф. Тогда как по жилым кварталам Нуоры пулять ядерными бомбами не имеет никакого смысла. Но время!!! Егор едва не взвыл от злости и бессилия.

– Да пропади оно всё пропадом!!! – Егор самым решительным образом закинул «кэму» за спину.

Из двух неизбежных зол выбирать нужно либо меньшее, либо то, которое наступит позже. Словно уж на сковородке, Егор развернулся и пополз по направлению к западной части Северных крыльев.

– Егор, ты куда? – в спину ткнулся удивлённый крик напарника.

– Спасаться! – Егор на миг обернулся.

– А как же выход?

– К чёрту!!! В другой раз!

По плотно прижатым друг к другу машинам затора будто прокатилось маленькое землетрясение. Егор рывком выскочил из-под ещё одного трактора коммунальщиков. Это импровизированную баррикаду вокруг дворца Милдоф рвёт очередь из 30-мм скорострельной пушки. «Шельма» ещё здесь, ещё ждёт, ещё прикрывает.

Егор поднялся на ноги. А теперь бежать! Времени больше нет, только бежать, бежать и ещё раз бежать.

– Егор, я с тобой!!! – позади, через грохот скорострельной пушки, пробился голос Арама.

Настал такой момент, когда каждому в одиночку приходится выбирать свою судьбу. Говорить, обсуждать, тем более спорить и доказывать просто некогда. Егор выбрал свою судьбу и рванул к западному пределу Северных крыльев на встречу «Шельме». Да, точка выхода осталась за спиной, но сама игра ещё не закончилась. Сейчас самое главное выжить, элементарно выжить. Всё остальное после.

Колонна «Шельм» уже потянулась прочь от дворца Милдоф. Прямо на ходу Егор злобно выругался. Кто бы мог знать, что как раз на западной стороне Северных крыльев нашёлся-таки проход в заторе из машин.

– Подождите!!! – что было сил крикнул Егор.

Паника едва не сдавила горло холодной стальной удавкой, зато словно стеганула плёткой по спине. Самая последняя «Шельма» уже развернулась к нему кормой. Даже пушка прекратила стрельбу. Неужели и до защитников Дворца дошло, что противник тоже делает ноги.

Проклятье, только не это! Егор натужно замычал, но его ноги и так выдают максимально возможную скорость. Неужели всё зря? Но нет, не всё и не зря. Нет, «Шельма» так и не остановилась, всего лишь существенно сбавила ход.

– Сюда! Скорей! – из распахнутого десантного люка высунулась коренастая фигура ефрейтора Санпана.

Отчаянный бег завершился ещё более отчаянный прыжком. Ещё никогда в своей жизни Егор таким образом не садился в боевую машину пехоты. Он не залез, а буквально нырнул в раскрытый люк БМП. Чьи-то руки тут же подхватили его и рывком затащили в глубину десантного отсека. Ступни больно стукнулись о высокий порог.

– Тут ещё один! Ловлю! – крикнул ефрейтор Санпан.

Топот и матерная ругань Арама.

– Поймал! – победоносно крикнул ефрейтор Санпан. – Гони! Гони!

Десантный люк с треском захлопнулся. В ту же секунду «Шельма» с лязгом стальных гусениц об асфальт принялась набирать скорость. Егор было кое-как перевернулся на ноги, но коварная инерция на резком повороте опрокинула его на твёрдый борт, шлем звонко долбанулся об откидное место для десантника.

Мягко говоря, количество десанта в БМП превышено раза в два. Морские пехотинцы едва ли не лежат друг на друге впритирку. У многих прямо поверх тактических костюмов накручены белые повязки. Через плотно смотанные бинты то и дело просачивается кровь. Егор хмуро глянул на товарищей по отряду. Неудачный и откровенно авантюрный штурм правительственного дворца дорого обошёлся 67-му отдельному десантно-штурмовому батальону. И то, что в десантном отсеке полно раненых, яркое тому доказательство. Хотя… Егор поднял голову, но тут, будто по заказу, «Шельма» опять резко качнулась на вираже. Тусклые синие лампочки на потолке синхронно мигнули.

– А куда мы едем? – вслух спросил Егор.

– На юг, – коротко ответил кто-то из морских пехотинцев.

Как это обычно бывает при наступлении, а потом ещё и при отходе на грани панического бегства, личный состав двух рот изрядно перемещался. У всех на лицах стандартные тактические маски. Кто там ему ответил – а бог его знает.

– А зачем? – раздался из глубины десантного отсека чей-то голос.

– Так Колос решил, – ответил всё тот же пехотинец.

– А Мятый где?

– Погиб.

В десантном отсеке повисла тягучая тишина. Понятно, Егор как мог удобней ухватился за скобы на борту. Мятый – позывной командира второй роты. Как его фамилия и даже звание Егор запомнить не успел. А это значит, что теперь Колос, он же лейтенант Пшенот, командует остатками штурмового отряда. И он же приказал гнать не на север, на Ниланскую набережную, а на юг в противоположную сторону. Как не странно, но это более чем разумное решение. Велика вероятность, что противник будет поджидать их на пути отступления к берегу Тилгезкого залива. А так остатки штурмового отряда на всех парах уходят на юг по всё тому же Луружскому проспекту в глубину вражеской столицы. Вряд ли на их пути попадётся хотя бы один худо-бедно серьёзный заслон. Да и, Егор скривился, элементарная логика подсказывает, что сейчас все, кто только может, драпают из обречённого города.

В классической Великой войне, что отгремела на Ксинэе больше семидесяти лет назад, подобный манёвр стал бы синонимом верного и глупого самоубийства. Но сейчас в ход вот-вот пойдёт ядерное оружие. Если отряд повернёт к берегу Тилгезкого залива, то может запросто угодить под тактический ядерный заряд своих же РВСН. А так… БМП ощутимо тряхнуло на дороге. А так у них появился более чем реальный шанс унести ноги и, что не менее важно, уцелеть.

Но! Но! Но! Пальцы плотнее стиснули скобы на борту БПМ, а из горла вырвался сдавленный хрип. Точка выхода… В душе жгучим ядовитым облаком зависло дикое сожаление. Егор закрыл было глаза, но тут же распахнул их вновь. С каждой секундой они с Арамом на огромной скорости и под лязг стальных гусениц удаляются от точки выхода. А что будет дальше?

А вдруг! В голову стрельнула шальная мысль. Егор резко выпрямился. Правая рука сама легла на такое удобное, на такое ухватистое цевьё электромагнитного автомата. Магазин практически полный, если не целая сотня, то семь-восемь десятков пуль в нём точно осталось. Если неожиданно открыть стрельбу… Арам умный, он сразу сообразил в чём дело и тут же поможет. Благо он сам много раз говорил, что жалеть ботов не стоит. Потом добить раненных, развернуть «Шельму» и рвануть обратно к Обелиску Свободы. Скорей всего защитники дворца Милдоф уже благополучно удрали вон. Как знать, может быть на боевой машине пехоты они с Арамом всё же успеют добраться до точки выхода раньше, чем на Дворец упадёт десяток другой тысяч тонн в тротиловом эквиваленте. А ведь запросто может упасть и десяток другой миллионов тонн в тротиловом эквиваленте. Чтобы, так сказать, с гарантией превратить дворец Милдоф в радиоактивную пустыню, ну и столицу Ниланской морской конфедерации заодно.

– Держись!!! Сейчас тряхнёт! – динамик в десантном отсеке разразился воплем механика-водителя.

Тут же басовито загудели лазеры ИПРО. Следом где-то в опасной близости от «Шельмы» что-то грохнуло. Многочисленные осколки будто ошпарили броню.

– Граната, реактивная, – со знающим тоном прокомментировал кто-то из морских пехотинцев. – А почему пушка молчит?

Нет, не молчит. Кажется, будто по броне с огромной скоростью застучали кувалдой. Это, Егор машинально глянул на потолок с тусклыми синими светильниками, заработала 30-мм скорострельная пушка. «Шельма» принялась отстреливаться прямо на ходу. И не зря. В носовую часть, в борта и даже в дверцу десантного люка впились многочисленные пули и звякнули рикошеты. «Шельма» всё-таки попала под плотный обстрел. Остатки штурмового отряда напоролись-таки на какой-то заслон.

Поздно. Палец соскользнул со спускового крючка «кэмы», Егор опустил голову. «Шельма» качнулась на очередном вираже. Правый борт разразился рваным металлом. Похоже, боевая машина что-то смачно задела и порвала. Правая рука едва успела упереться в потолок. Поздно. Пора это признать и смириться.

Перебить компьютерных ботов и захватить «Шельму» – половина дела, даже треть. В Нуоре воцарились всеобщие и грандиозные неразбериха и паника. Слишком велик риск нарваться на бегущих из города вон. Егор скосил глаза в сторону. Поздно. Свой шанс добраться до точки выхода и убраться к чёртовой матери из «Другой реальности» они уже упустили. Вон, Егор приподнял голову, Арам тоже это понял, почему и перестал тискать на коленях «кэму» словно драчливую, но всё равно любимую, кошку.

Теперь одна надежда – точка выхода никуда не денется. Всё равно никуда не денется, чтобы там не произошло с Обелиском Свободы. К тому же нельзя исключить, что она всё же «закопана» на десяток другой метров где-нибудь в глубинах правительственного бункера под Дворцом. Ведь это же игра, виртуальный мир. Пусть не сейчас, позже, пусть даже через год, они вернутся сюда. А пока… Егор тяжко вздохнул. А пока им придётся каким-то образом пережить самую горячую, самую опасную фазу ядерной войны. Да смилуются над нами боги «Другой реальности». Да уцелеет Нуора, столица славной островной Республики Унтипал. Да не рухнет «небо» над ней. Ведь не зря же вокруг неё понатыкали кучу систем ПРО и ПВО.

– Держись!!!

Вопль механика-водителя потонул в грохоте близких взрывов. «Шельму» неистово затрясло на ухабах. И вновь, в которых раз, крепкая броня выдержала бешенный натиск осколков и пуль.

– Чтоб вам всем пусто было, – тихо ругнулся Егор.

Егор изо всех сил пытался удержаться на месте, но всё равно несколько раз ощутимо приложился головой о борт. Хорошо, что на нём тактический шлем. Кроме гула в ушах, других повреждений голова так и не получила. Но ничего, Егор покосился на запертый десантный люк, они с Арамом ещё вернутся в Нуору, ещё доберутся до Обелиска Свободы, не мытьём, так катанье найдут треклятую точку выхода. Найдут, как бы трудно это не было сделать и как бы она не выглядела на самом деле.

***

Штурм дворца Милдоф на Щемлянской площади закончился ничем. Из двенадцати «Шельм» всего шесть остались на ходу. Неудивительно, что выжившие морские пехотинцы набились в них словно селёдки в бочку. Остатки второй и четвёртой рот 67-го ОДШБ отступили, только не обратно на север к Ниланской набережной, а устремились на всех парах на юг, в глубину острова Унтипал.

Луружский проспект широким ущельем в восемь полос движения пересекает Нуору с севера на юг насквозь. Однако самым кратчайшим путём для отступления решили воспользоваться не только остатки ударного отряда 67-го ОДШБ. Предупреждение о ядерном ударе со скоростью молнии разлетелось среди защитников столицы. По Луружскому проспекту на юг устремились разрозненные отряды армии Республики Унтипал, сил правопорядка и даже гражданские беженцы. Как обычно, не всем жителям столицы хватило ума и здравого смысла заранее эвакуироваться за пределы огромного города.

Расчёт лейтенанта Пшенота в целом оправдался. Каких бы то ни было заслонов либо засад на пути следования «Шельм» не оказалось вовсе. Но пострелять всё равно пришлось. Солдаты и полицейские Республики Унтипал и не пытались остановить отряд противника, но со страху разряжали в их сторону всё, что ещё только осталось у них на вооружении, что не успели или не решились бросить. Головной БМП то и дело приходилось выступать в роли бронированного тарана. Под её напором легковушки гражданских беженцев только так слетали с полосы движения, либо выбрасывались на тротуар. Зато за считанные минуты остатки второй и четвёртой рот 67-го ОДШБ добрались-таки до южной окраины Нуоры.

Глава 5. Лучше, чем ничего

Морские пехотинцы в прямом смысле набились кучей в десантный отсек БМП. Естественно, посадочных мест вдоль бортов на всех не хватило. А что делать? Егор с трудом перевернулся на ноги и прислонился спиной к коленкам счастливчика, что успел занять откидное место для десантника. Едва опасность худо-бедно миновала, как отсек наполнился шорохами и матюгами, морские пехотинцы принялись хоть как-то обустраиваться в переполненной «Шельме». Ну не лежать же друг на друге в самом деле? Рядом с Егором расположился Арам. И как только сумел пробиться ближе?

«Шельма» на бешенной скорости продолжает стальными гусеницами превращать асфальт Луружского проспекта в пыль. Вряд ли механик-водитель обращает внимание на придорожные знаки и разметку на самой дороге. БМП в очередной раз гулко вздрогнула всем корпусом, под траками в очередной раз что-то громко хрустнуло и даже немного бабахнуло. В десантном отсеке воцарилась тревожная тишина, а тусклое синее освещение лишь усугубило и без того напряжённую атмосферу.

Дыхание как у загнанной лошади. А всё потому, что в десантном отсеке реально трудно дышать. Тактическая маска отлично защищает от неприятных запахов, но, увы, не обеспечивает кислородом. БМП Ш-02-Мк «Шельма» создана для тотальной войны с применением ядерного оружия, да и всех прочих средств массового поражения. Механик-водитель «Шельмы» либо забыл включить систему очистки, либо она уже накрылась медным тазом, либо банально не справилась с перенаселением десантного отсека.

Зато осколки и пули больше не щёлкают по броне, над головой больше не бахает 30-мм скорострельная пушка, и более натужно не шипят импульсные лазеры ИПРО. Егор склонил голову на бок и коснулся шлемом коленки пехотинца рядом. Господи, как же он устал. Устал не сколько физически, в первую очередь он устал морально. Недавний штурм дворца Милдоф. Казалось бы, пальцы неистово стиснули цевьё «кэмы», они дошли! Почти дошли. Ещё немного, ещё чуть-чуть! Но не судьба, Егор тихо вздохнул, пальцы нехотя ослабили хватку. Чего уж теперь. Игра, да и война, ещё не закончились.

Эмоциональный запал тихо вышел. Зато, Егор нахмурился, в голову полезли дурные мысли. В памяти очень не вовремя всплыла статья из ИПС о трёх базовых сценариях ядерной войны. Очень хочется надеяться, что «федералы» с «легионерами» просто обменяются ядерными ударами, пожгут друг другу столицы и на этом успокоятся. Да, кровь, да количество жертв на десятки, а то и на сотни, миллионов. Зато уцелеют правительства и какие-никакие правительственные структуры. Вот уж точно как сказал кто-то из очень умных: государство нужно не для того, чтобы построить рай на Земле, а для того, чтобы на Земле не воцарился ад.

Второй вариант с крушением всех государственных структур гораздо хуже, зато само человечество на Ксинэе должно уцелеть. По уму именно он и должен будет реализоваться, благо великолепно вписывается в игровую логику «Другой реальности». Всё так. Однако, Егор поёжился, буквально до дрожи в коленях его пугает третий базовый вариант – тотальная зачистка Ксинэи от всего человечества.

Да, когда они вместе с Арамом сидели на «губе» на военной базе Ныргал в Иншалии, то слова друга казались более чем убедительными. В принципе, третьего базового варианта быть не должно в принципе, ибо у «Другой реальности» полно других миссий, что являются прямым продолжением «Ядерного удара». Всё так, но душу всё равно терзает проклятый вопрос: «А вдруг?»

А вдруг возможны варианты? А вдруг у «Другой реальности» не одна лишь Ксинэя, а сразу несколько? А если Ксинэя всё же одна, а вариантов её несколько? А вдруг именно их миссия, именно их игра, закончится тотальной зачисткой?

– Отряд, внимание!

Егор тут же собрался и сел прямо, насколько подобное вообще возможно в переполненном десантном отсеке. Голос Колоса, лейтенанта Пшенота, очень вовремя оторвал от дурных мыслей.

– Мы покинули плотную городскую застройку Нуоры, – между тем продолжил на общем канале связи Колос, – однако времени больше нет. Впереди развязка на пересечении Луружского проспекта с Нертинским шоссе. Слушай боевую задачу: занять место под самой крупной эстакадой. Кто бы под ней не оказался, того выбить. При необходимости уничтожить. Готовность – минута.

С лёгким щелчком Колос отключился. Внутренне Егор собрался, война ещё не закончилась. Руки сами по себе выдернули из ствольной коробки электромагнитного автомата магазин вместе с накопителем и воткнули на их мест полные. Впереди бой. Кто бы не засел под эстакадой, просто так они оттуда не уйдут.

***

Историческая центральная часть Нуоры, столицы островной Республики Унтипал, плотно застроена высокими домами в девять, шестнадцать и даже в тридцать этажей. Луружский проспект словно глубокое и широкое ущелье прорезает город с севера на юг. Нертинское шоссе уже давно стало границей, перед которой плотная городская застройка заканчивается. Сразу за шоссе начинается обширный район малоэтажной застройки. Индивидуальные уютные коттеджи с зелёными лужайками и белыми прямоугольниками въездных ворот в гаражи, тупиковые улицы и редкие крупные торговые центры с обширными парковками для автомашин покупателей.

В месте пересечения Луружского проспекта и Нертинского шоссе построена замысловатая и величественная развязка. Бетонные эстакады в два уровня, переезды, развороты и полосы для разгона позволяют многочисленным машинам, персональным легковушкам, автобусам, беспилотным фурам и прочему транспорту не терять время на светофорах, а разъезжаться в нужные стороны почти не сбрасывая скорость.

Отряд из шести БМП с шумом и лязгом выскочил из рукотворного ущелья Луружского проспекта. Однако дальше боевые машины так и не последовали по забитой легковушками и автобусами эстакаде дальше на юг. Да и при всём желании даже они не смогли бы это сделать. Грандиозная развязка проспекта с шоссе стала той узловой точкой, где возник грандиозный затор из машин. Вместо этого на головной «Шельме» 30-мм скорострельная пушка плавно повернула в правую сторону. Короткая очередь пробила в бетонном ограждении толщиной в половину метра широкий проход.

Все шесть БМП легко соскочили с проезжей части на ещё зелёный луг вдоль обочины. Куски дёрна с коротко стриженной травой рваными лоскутами полетели из-под гусениц. Конечно, можно было бы проехать по нормальной дороге, но Колос решил зря время не терять, а срезать наверняка.

Не только командир остатков двух рот морской пехоты понимает, где можно укрыться от неизбежного ядерного удара по столице. Под главной эстакадой скопилось огромное количество машин. Под самой эстакадой засело ещё больше людей. Столичные жители, что до последнего не хотели покидать город, пока жареный петух не клюнул в задницу. Отряд полицейских на пяти броневиках с пулемётами сумел навести порядок. Стражники в полном облачении для подавления уличных беспорядков бдительно следят, чтобы никто не посмел отобрать у соседа чемодан, либо ножом под рёбра выбить себе местечко получше. Несколько десятков трупов с пулевыми ранениями ненавязчиво намекают, что полицейские и сами на нервах, а потому чувство юмора у них отказало напрочь.

Прямо на ходу «Шельмы» развернулись в боевой порядок. По команде Колоса все шесть пушечных стволов разом открыли огонь. Первые же очереди 30-мм снарядов разнесли вдребезги три ближайших броневика. Два уцелевших тут же открыли огонь, к ним тут же присоединились немногочисленные полицейские. Но семи и пяти миллиметровые пули лишь бессильно отскочили от брони. Две гранаты со слезоточивым газом гулко стукнулись о башню головной «Шельмы» и даже смогли взорваться. Да только белесое облако слезоточивого газа лишь бессильно развеялось под порывами ветра прущих в атаку боевых машин пехоты.

Тройные чёрные круги на бортах всех шести БМП не оставили для гражданских и полицейских никаких сомнений, что их с ходу атаковал отряд противника. Под эстакадой тут же вспыхнула паника, люди прыснули во все стороны как тараканы. То, что и без того с очень большой натяжкой можно было назвать сопротивлением, закончилось, когда два оставшихся полицейских броневика 30-мм разрывные снаряды разнесли в клочья.

Финальный аккорд! Все шесть «Шельм» с гулом и лязгом закатились под враз опустевшую эстакаду. Несколько легковых автомобилей во главе с разбитым полицейским броневиком попытались было «задержать» отряд «федералов», но лишь жалобно заскрипели металлом, когда широкие стальные гусеницы вмяли их в землю. Дольше всех «продержался» полицейский броневик, но и он в конечном итоге капитулировал и завалился на бок.

***

– Внимание, – раздался на общем канале связи голос Колоса. – Пошли! Пошли!

Десантный люк в корме «Шельмы» с треском распахнулся. Егор на рефлексах попытался было бойко вскочить на ноги, да только глупо шлёпнулся обратно на пол. Это штатный десант при отличной выучке способен в считанные секунды покинуть десантный отсек. Почти двум десяткам морских пехотинцев, не смотря на всю их тренированность, потребовалось почти десять секунд, чтобы выбраться наружу.

В числе последних Егор наконец-то выбрался из БМП. Отбежать в сторону, присесть на колено, автомат в руках наизготовку – классическая позиция для стрельбы. Только стрелять больше не в кого. Кто мог, тот уже удрал, а у кого не хватило ума удрать, тот уже убит. Некогда зелёный лужок под сводом эстакады и проезжей частью в восемь полос засыпан свежими трупами. Егор осторожно поднялся на ноги. Практически одни гражданские, даже не хочется вглядываться в их лица.

Душу царапнуло крайне неприятное осознание – война на выживание уже началась. При иных обстоятельствах Колос ни за что не стал бы приказывать атаковать гражданских. Более того, командир лично пристрелил бы любого, кто открыл бы огонь на поражение по мирному населению. Но глобальная ядерная война грубым пинком уже поменяла мировоззрение людей. Колос приказал-таки атаковать гражданских, и все без исключения его подчинённые приказ выполнили. А всё потому, что на первое место уже вышел жестокий закон джунглей: ты сдохни сегодня, а я сдохну завтра.

Как это часто бывает после грохота боя, упорно кажется, будто под эстакадой повисла звенящая тишина. Хотя, конечно, назвать её звенящей никак нельзя. Где-то не так далеко, словно ночная гроза, грохочет артиллерийская канонада. С небес то и дело падает рёв реактивных двигателей. Да и сама земля под ногами время от времени отдаёт мелкой дрожью. Война продолжается. Люди – это такие существа, которые до последней возможности будут убивать друг друга. Егор резко поднял голову. Будто подтверждая его мысли, где-то на самой эстакаде разразилась стрельба. Кажется, это был пистолет, которому с характерным уханьем ответил дробовик. Беженцы из столицы и без помощи десанта из Вигрона продолжают убивать друг друга.

– Внимание, – на общем канале связи заговорил лейтенант Пшенот, – «Шельм» загнать под эстакаду и выстроить полукругом. Личному составу занять круговую оборону. Только не вздумайте высовываться! Берегите глаза, они вам ещё понадобятся.

– Но как же так, командир? – раздался на общем канале связи голос кого-то из морских пехотинцев. – А как же проверить поле боя, добить солдат противника и собрать трофеи?

– У тебя есть желание поглазеть на ядерный взрыв? – вопросом на вопрос ответил Колос.

– Э-э-э… – пехотинец на миг растерялся, но тут же более чем уверенно закончил, – Никак нет!

– Тогда и не задавай глупых вопросов.

Армейская дисциплина потому и называется армейской, ибо в нормальной армии приказы не обсуждаются, а выполняются. Все шесть БМП быстро загнали под свод эстакады и выстроили полукругом. Орудийные башни уставились скорострельными пушками наружу. Не исключено, что и самих морских пехотинцев в свою очередь не попытается выбить из-под эстакады другой более многочисленный и сильный отряд.

Егор присел у борта «Шельмы» возле распахнутого десантного люка. Остальные морские пехотинцы расположились более-менее равномерно за боевыми машинами. Однако всё равно видно, что личного состава раза в полтора-два больше, чем мест для десанта в БМП. Егор сердито отвёл глаза в сторону. Чего, чего, а с такой войной сталкиваться ему не приходилось. Рядом на траве лежит женщина в сером брючном костюме с прострелянной головой. Чуть поодаль совсем ещё молодой парень в длинных шортах и футболке-безрукавке. Его левая нога оторвана по колено. Гражданский истёк кровью, если ещё раньше его не добил болевой шок. Сидеть между трупами крайне неприятно, но убрать их, хотя бы просто выкинуть за пределы полукруга боевых машин, нельзя. И не потому, что нет желания, а потому что страшно. Бог его знает, когда и в какой стороне вдруг вспыхнет, а потом бабахнет. Человек так устроен, что обязательно глянет в сторону возможной опасности. А световому излучению, чтобы выжечь глаза, больше и не надо. Вот и остаётся сидеть на месте и пялиться в землю.

Егор сердито поджал губы. Может статься, что этим гражданским ещё повезло. Так или иначе большая часть беженцев успела разбежаться из-под эстакады. Может кому повезёт найти другое худо-бедно удобное место для укрытия. А может и нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.