Мияки Тацудо
Иллюзия трансляции путей особых восприятий

Весь их план с самого начала не имел никакого смысла. Во времена космических беспорядков их миссия могла закончиться, не успев начаться. Повсюду шли ожесточенные бои, и лишь сильнейшие фракции стояли в этот период на ногах крепко, остальным же приходилось искать средства для обеспечения своей безопасности буквально из воздуха. Из идей, которые порой могли граничить с абсурдом.

Небольшая банда бродяг, собравшись на планете Крот, сидела в одном из баров и обсуждала свое дальнейшее существование.

– А я тебе говорю, там, куда ни глянь, охрана. И эти там вальяжно в своих хоромах расхаживают. Разодетые, как клоуны. Ты бы видел их наряды. Смешно. Что ни мужик, то как баба одет. Плащи эти.

– Накидки?

– Да, да, они. И надменная жажда денег будто висит в воздухе. Там он настолько заряжен, что простому человеку дышать тяжело.

Один из присутствующих, поставив бокал сивуса на стол, парировал услышанное:

– Чушь это. Доводилось мне там бывать лично. Ваши слухи – это сплетни боязливых, глупых людей. И хором там не так и много. Завод на заводе. Да так, жилья помаленьку. Не более того. Нырнешь в толпу и все. Кто там тебя отличит от местных.

Мужчина, чью речь он оспорил, ответил:

– Ага, еще и по головке погладят. Это с виду они как все. Охрана их, она заряжена. Да, не видел сам, но эти люди ведут войну, и умело, не как мы. Там у каждого такие технологии – не то что чужака выглядят, они даже рукой не пошевелят и разбираться не станут. Раз – и голова с плеч.

– Ну тогда, нам нужно позаботиться о серых кодах. Что скажешь, Ливень?

Человек, буквально рожденный и названный в честь планеты с вечно идущими дождями, мрачно посмотрел на собеседников, оторвав взгляд от своей руки. В неё, сильно потрепанную жизнью и ранениями, был встроен живой экран. Он не только выдавал все, что хозяин пожелает, но и более того, был создан им самим. Как и все те механические заплатки, что Ливень наклепывал на каждого раненого, сидящего здесь человека. Он сложил указательные пальцы друг к другу, приложил их к губам и задумчиво произнес:

– Я могу себе такое позволить. Но тогда я должен оказаться там первым. Иначе кодов вам не видать.

Мужчины переглянулись, один подытожил:

– Тогда решено. Используем единственную пулю, что у нас есть, запускаем через трансляцию потоков, так мы обойдем видимость и всё.

– И что «всё»? – не до конца понимая план, спросил ближайший, сидяший рядом соратник.

– М-да. Ну мы доставим его. Дорога цена. Но куда ценнее то, что мы сможем заполучить. Сами же воспользуемся простой дорогой. Тяжело, но иного выбора я не вижу.

Ливень кивнул явно с одобрением и добавил:

– И к вашему прибытию коды будут присвоены каждому. Даю слово.

Самый рослый вояка встал из-за стола первым, замахнувшись на Ливня своей шапкой:

– Смотри, не вздумай обмануть. Иначе, я тебе это слово знаешь куда засуну.

– Да знаю, знаю. Не иначе как в жо… – он не договорил. Его системы плат коротнули сами по себе, он на долю секунды словно подвис и, тут же придя в норму, осмотрел всех присутствующих. Команда диверсантов была готова.

Кирилл сидел в своем отсеке, пытаясь бессчетное количество раз настроить приемник обхода сигналов через единую сеть их корабля. Она обволакивала все судно, и при умелых руках, настроить ее можно было практически с любого места, но сделать это могли единицы, одной из них и был техник Кирилл. К сожалению, к этому привела его начавшаяся война, в какой-то период она захватила в свои сети слишком много планет и перестала быть локальной. Те космические баталии и захваты территорий длились дольше, чем небольшие конфликты ранее. Это дало шанс реализации его, как техника трансляций потоков. Специальную, обходящую все имеющиеся сети, технологию. Он создал ее случайно. Каково же было удивление, когда его детище ускользнуло у него на глазах и ушло в небытие. После он словит один из имеющихся потоков и осознает свое истинное призвание. Ведь где-то там, в космосе, откуда Кирилл получил его обратно, кто-то по достоинству смог оценить ценность его детища и переправить его дальше. И дальше. И дальше. И вот сейчас, по прошествии времени, эти потоки стали основой перелетов. Кирилл полностью переключился на такого рода действия в этой войне. Он запросто мог переправить кого угодно и как угодно. Но, увы, порой для этого ему требовалось больше обычного времени. Вот и сейчас зараза ни в какую не хотела цепляться. На Кроте бури были частыми явлениями, но сейчас они уже висели в воздухе и могли спокойно словиться, но что-то упорно мешало их планам. В командной же рубке все было спокойно. Штурман медленно плыл в сторону Наалии, на планету, в которой и находилась одна из сильнейших по влиянию фракций Килбата. Они же – убитые временем, если по-простому. Как, кто и почему их убил, знали, видимо, только они сами. Но о них действительно ходили очень специфические слухи. Вся команда корабля ждала, когда произойдет очередное чудо технологий, которое, увы, им осознать было не под силу. Кирилл в очередной раз произвел попытку словиться, и не сразу, но простая лампочка-индикатор, еле замигав синим цветом, позволила ему понять, что его гений дал свои плоды. Он еще раз проверил линию. Сигнал проходил слишком слабо, но был. В конце концов, времени искать другие трансляции у него не имелось. Он прошел в кают-компанию и дал последующие указания. На этом его миссия в перелете должна была закончиться. Он уселся в укромное место, сбоку от ведущих кресел, рядом с небольшим мягким диванчиком, рассчитанным на троих человек, и начал пристально всматриваться в ведущие линии. Корабль вошел в поток плавно, но дальше, почти сразу, его стало потихоньку пошатывать, бросая чуть в стороны.

– Что это значит, Кирилл? – спросил штурман. – Такого раньше в потоках не случалось.

Кирилл озабоченно смотрел, не видя ни малейшей физической причины такого действия:

– Я… Я не знаю, трансляции всегда были пусты. Если только…

– Если только – что? – не выдержав его пауз, уже прокричал штурман.

– Если только что-то не поменялось, и кто-то не изобрел, может быть, некий вирус, влияющий на перелет. Хотя я не могу утверждать точно.

Кто-то появился сзади со стороны личных кают. Держась за голову, этот человек прокричал:

– А-а-а-а, мы все умрем, слышите! Все! – он еще сильнее схватился за себя, словно пытаясь остановить что-то внутри. – Я не могу ничего поделать, эти мысли не покидают меня. – Мужчина упал на колени, перестав кричать, но, не разжимая висков, в надежде приглушить внезапно появившуюся панику. К нему с ходу подлетел отвечающий за медицину солдат и принялся осматривать в попытках узнать причину такого беспокойства. Тут же всех окликнул штурман:

– Ребята, это дичь какая-то, – он обильно потел, а его руки сильно тряслись. Кажется, паническая атака перешла и на него. Парня тут же подменил второй пилот, но и того подкосило почти сразу. Он увидел нечто из своей старой жизни. Некую любовь, потерю, всё, что ему пришлось оставить из-за этой войны, и чувство безрассудства резко усилилось в его жилах. Он выставил скорость корабля на максимум, и через считанные секунды это помогло. Ускорившись в потоке, тряска прекратилась, а еще недавно лежащих в панике мужчин стало отпускать. Все с облегчением выдохнули. Но отдыхать им не представлялось возможным. Системы заверещали, предупреждая об опасности столкновения, и их тут же выкинуло из трансляции потоков. Корабль вынесло куда-то в сторону, и его, сбившегося с пути, буквально начало раскручивать. Скорость сильно росла, и находившимся внутри пришлось несладко. Тех, кто не успел вовремя зацепиться, стало повсюду раскидывать. Кирилл, что было сил, ухватился за торчащую трубу сбоку от дивана и не отпускал ее до самого падения. Несмотря на все защиты корабля, их приземление оказалось крайне тяжелым. Столкнувшись в крученом моменте с поверхностью еще неизвестной им планеты, корабль загорелся. Его энергетический щит, как и все виды узлов, не выдержали такой посадки и воспламенились. Еле оторвавшись от трубы, будучи на неровной поверхности, Кирилл поспешил покинуть задымляющееся помещение. Уже буквально не видя ничего и никого, он, прижав рукав к лицу, дыша через ткань, с трудом сумел добраться до выходного шлюза. Там, приложив все усилия, надавил на механический аварийный рычаг и, открыв дверь, смог наконец-то покинуть корабль. Скатившись вниз, он упал рядом с ним на поверхность, покрытую темным песком, и тут же оглянулся. «Неужели я выбрался один?» – пронеслось у него в голове, как тут же, с ревом, уже в проеме открытой двери появился Илья. Огромный детина из наступательной группы. Ну, тогда, когда еще была такая группа. Но с тех пор прошло немало времени, и они давно были на равных. Физическими данными он не обделен, но в боях ему пришлось лишиться одного глаза. Однако это никак не помешало ему не сдаться, покинув свои идеалы, и он продолжал бороться наравне с остатками их некогда большого взвода.

Кирилл подбежал к нему и, взяв горсть песка в руку, притушил горящую одежду напарника со стороны отсутствующего периферического зрения. Тот, пытаясь отдышаться, поблагодарил его:

– Спасибо, – он смотрел на него, словно его что-то грызло внутри. – Это ты? Ну, твоих рук дело? Только честно. Ты же знаешь, я этого не люблю.

Кирилл пресек на корню зарождающееся недоверие:

– Стал бы я губить себя и всех вас. Мы через столько прошли.

Глаз Ильи зашевелился, осматривая все вокруг:

– Где мы, кстати? Не сюда мы вроде путь держали.

Они стали осматриваться уже вдвоем. Серая, как весь песок вокруг, картина не добавляла радужных красок. Равнина, местами переходящая в небольшие горы, и ничего более. За их спинами прогремел взрыв, они тут же обернулись. Корабль был явно потерян, как и вся команда, что не смогла выбраться. Если вдаваться в подробности, многие погибли еще в моменте, когда их выкинуло с потока. Технологии бывают крайне полезны, но сейчас их деяние погубило остатки сил. Диверсия не удалась. И они находились черт знает где. Без каких-либо средств.

Илья достал из-за пазухи небольшой компактный бластер и молча дернул перед собой, словно усиливая эффект действия.

– Нет. Это не выход, – тут же остановил его выпад Кирилл.

– Да ты чего, чтоб я? Нет, это наше спасение. Если, конечно, тут есть вообще что-то живое.

– Давай выясним, – Кирилл опустился на землю и приложил свое ухо к поверхности.

– Ну что там? Что говорят? – Илья попытался пошутить, но, увидев серьезное лицо напарника, тут же осекся. Кирилл встал и ответил:

– Очень странно. Тут точно есть жизнь. И она точно снизу. Я могу предположить о неком заводе, возможно, по добыче минералов под его поверхностью. Но это никак не может объяснить услышанного, кроме гула человеческих разговоров. Причем слишком отчетливых. Песок такое бы не передал. Мы же в конце концов не стоим рядом с ними. Что думаешь?

– Думаю, нам стоит наведаться к ним и узнать немного больше об этом месте. Скажи, что тебе нужно, и я дам тебе это, – Илья грозно махнул бластером и, поняв, что шутка затягивается, убрал его обратно.

– Мне нужен любой информационный кабель планеты. Тут ничего не найти. Мы можем целую вечность копать этот песок и так и остаться без ничего. Предлагаю выдвигаться в сторону свечения. Если ты заметил, тут сильно темно. Значит, мы далеки от огненной звезды, выходит, мой поток вел нас верно, в сторону Наалии, планеты с вечно живущими потребителями. Война нужна им была как хлеб, у них нет света, но есть его дорогой аналог. Зато, как поглядишь везде, за ее пределами ничего нет, – в доказательство своих слов Кирилл еще раз огляделся, – все, что тут есть, спрятано, там освещения под поверхностью нужно тратить гораздо меньше. Так, в целях экономии, – он продолжал дискутировать, обдумывая все происходящее, уже идя вместе с Ильей предположительно в верном направлении.

Их путь был долог. В конце концов изнурительная прогулка стала утомлять обоих. Они не видели ничего ни впереди, ни сзади. Илья не выдержал первый:

– Может, попробуем решить нашу проблему как-то иначе? – Но Кирилл не успел ответить – его напарник остановился почти сразу, зацепился ногой о торчащий из поверхности провод. – Кабель! – радостно прокричал Илья.

– Отлично, – Кирилл тут же сел возле него на песок, вынул свой нож, чуть надрезал, не задев личинку кабеля, спрятал орудие и, достав приемник обхода сигналов, подсоединил его к кабелю напрямую.

– Ну что там? – с нетерпением, спросил Илья.

– Да ты не торопись, сядь отдохни, эта операция может отнять у нас много времени.

Кирилл пристально следил за всеми идущими из недр планеты сигналами. Они то пропадали, то ловились и уходили безвозвратно, не давая и малейшей надежды на ответы. Дело не давало никаких результатов. Пока в голове Кирилла не прозвучало: «Иди же ко мне».

– Ты слышал? – он озадаченно посмотрел на Илью.

– Что слышал? Ты мне эти шутки брось, я сумасшедших, знаешь, не особо люблю.

– Да нет же, – он вскочил на ноги и стал оглядываться по сторонам.

– Да что с тобой, парень! Это же ненормально.

– Меня позвал женский голос. Тут явно где-то есть лаз, ведущий вниз. Нам просто нужно его отыскать.

– Ты серьезно? Женский голос? Ты когда в последний раз с женщиной был? Тебе бы отдохнуть не мешало. Вот и всё.

– Нет. Тут что-то другое. Вспомни, что случилось с ребятами на корабле. Более чем уверен, что они тоже что-то слышали, и оно явно отсюда. Мы не улетели далеко, значит, оно имеет непосредственную причастность к произошедшему и несет за это ответственность.

– Ну тебе виднее, наверное, но я бы не лез туда, куда не знаю. Тем более если оно способно на такое.

Кирилл посмотрел на Илью предельно строго:

– А что, у нас есть какой-то другой выбор? Может, предложишь вернуться на корабль?

Илья тяжело вздохнул:

– Пожалуй, ты прав. Ну веди, раз слышишь.

– Уже не слышу. Это была минутная формация, не более того. Думаю, нам стоит пойти туда, – он указал рукой куда-то в сторону, и они побрели к предполагаемому местонахождению лаза.

Пока они шли, Илья не мог не удовлетворить свое любопытство:

– Нет, ну а если серьезно, как давно у тебя не было девушки?

Кирилл, чуть задумавшись, словно высчитывая вечность, ответил:

– Не знаю, год, может, уже два. Когда столько летаешь, сложно ориентироваться в точности пройденного времени.

– Ха, слишком часто приходится переводить часы на местное, верно?

– Типа того. Особенно это напрягает с планетами, где его попросту нет.

– Итихрон же мертв, ты когда на нем побывать-то успел? Мы вроде всегда в последнее время вместе летали.

– Так он после нас и погиб. А бывал я там, когда имелось еще с десяток кораблей. Он по сути-то еще есть. Просто в виде отдельных плит, руин, витающих в космосе.

– Нет, ну это уже больше космический мусор.

– Только не в случае с Итихроном. Видишь ли, там действительно нет этого времени. Стоит это почувствовать хоть раз в жизни, ты просто садишься на одну из его оставшихся парящих плит, и всё. Ты не хочешь ни есть, ни пить. Ты не стареешь, и ничего с тобой вообще не происходит. И с окружением тоже. Невозможно что-то воздвигнуть. Теряется смысл в развитии. Место в период войны им показалось крайне опасным. Ведь враги человечества могли пересидеть там происходящее и вернуться как ни в чем не бывало, в том же возрасте, с теми же силами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.