Ричард Артус
Яр. Поход королей. Книга 4

ГЛАВА 1.

По заснеженному густому лесу передвигался небольшой обоз. Впереди обоза ехал верховой разыскивая дорогу в сугробах, и уже по его следам возницы правили свои возы.

– Ну чаво там? Чаво опять стали? – Окликнул верхового с передней повозки дородного вида мужчина.

– Как это, чаво? – Отозвался верховой. – Этоть тебе не в летнюю пору по дороге пылить. А в Алесино ты сам знаешь, и летом дорогу сыскать тяжко. Потому как нема той дороги. Этоть тебе не наезженный тракт. Здеся тольки одна неприметная тропка. Да и тую тропу легко со звериной попутать можно. Ты мне лучше Макар скажи, какой черт тебя за ногу дернул в эту пору к хозяйке в Алесино переться?

– То не твоего ума дело. – Отозвался мужчина которого назвали Макаром. – Ты Лугвень давай, дорогу ищи. Эй Алекса. – Окликнул он другого верхового, что двигался позади каравана. – Тебя это тоже касаемо. Давай дружа, помогай сотоварищу дорогу искать. Неча там нас с тыла оберегать. Здеся кроме диких зверей никого более и не встретишь. В такую глухомань ни одного лихого разбойника по своей воле не загонишь.

– Ага. Тольки такие дурни как мы, сюды в такую пору по своей воле приперлись. – Пробурчал себе под нос Лугвень.

– Ты не умничай. – Услыхал этот бубнеш Макар. – Ты лучше повнимательней, с удвоенной силой дорогу ищи. – Прикрикнул на Лугвеня купец. – Еще не хватало в этих сугробах ночь коротать.

– А ты не больно-то и командуй. – Огрызнулся на этот окрик Лугвень. – Мы табе не подневольные. Неча тут на голос брать.

– Хватит вам лаяться ужо. – Подъехал к спорщикам Алекса. – От вашей перебранки дорога не сыщется. Лугвень, – обратился он к напарнику. – Мы как к топким местам подошли, левую сторону взял, али правую? А то я сей момент как-то пропустил.

– Вестимо, правую. – Отозвался Лугвень.

– Ну тады все в порядке. – Вынес свой вердикт Алекса. – Рано али поздно, а к усадьбе выберемся.

– Как-бы нас до того как мы выберемся, волки не задрали. Глянь вон. – Кивнул головой Макар. – Легки на помине, серые разбойники.

В той стороне, куда указывал купец, действительно меж деревьев замелькали волчьи фигуры.

– Ого. Целая стая. – Перехватил поудобней копье Лугвень. – Под целый десяток особей наберется. Да все матерые.

– Ничаво. – Поровнял своего коня с конем Лугвеня Алекса. – Отобьемся.

Волчья стая на удивление людей и не думала обращать на них внимания. Выстроившись цепью, они шли друг за другом по каким-то своим волчьим делам. Единственно, только что вожак стаи отошел в сторонку и пристально разглядывал некоторое время людей. О чем думал этот матерый волчара осталось для людей загадкой, но пропустив свой мимо себя волчий отряд, он еще раз окинув людей взглядом засеменил за ним следом.

– Фу-х. Пронесло. – Утер ладонью вдруг выступивший на лбу пот Макар. – От такой стаи так просто не отбились-бы.

– Это точно. – Поддакнул купцу Лугвень. – Больно сильны волчары.

– А вы приметили как они идут? – Задумчиво покрутил ус Алекса.

– Как-как? – Удивленно пожал плечами купец. – Обыкновенно. Чаво здеся такого?

– Алекса прав. – Поддержал товарища Лугвень. – То не просто стая на охоту вышла. То более похоже на сторожевой обход. Ощущение, что дозором волки шли.

– Каким дозором? – Усомнился в словах Лугвеня Макар. – Ты в своем уме? Глупство-то не неси.

– То совсем не глупство. – Высказал свое мнение Алекса. – Ты видать Макар запамятовал, на кого ты работаешь. Яра ведь Волколадом люди не за просто так прозвали. Не за красивые глаза. Да и имение его так прозвали не на пустом месте. Как тольки наше село под его управление вошло, ни одного раза с тех пор не было, чтобы волки какую беду учинили. Людей стороной обходят и скотину не режут. И это заметь при том, что сам Яр редким гостем был в наших местах.

– Вот именно, что редким гостем. – Стоял на своем купец. – Село как угодно назвать можно. Главное, не название, а то кто им управляет. А всем хозяйством управляет Ярина.

– Так мы про то и говорим. – Усмехнулись Лугвень с Алексой. – Поп Иннокентий завсегда про Волколадово иначе как о колдовском вертепе не говорил. Яра колдуном величал, а Ярину ведьмой.

– Дурак он, этот поп Иннокентий. – Буркнул Макар. – Слава богу, что во Псков его перевели из наших мест. Вроде и слуга божий, а злой что пес цепной. Ладно. Неча тут лясы по пустому месту точить. Давайте лучше дорогу искать. Время не терпит. Больно надо мне побыстрее с хозяйкой повидаться. Дело у меня к ней большой важности.

– Так таперича и искать ужо большой надобности не будет. – Переглянулись между собой Лугвень с Алексой. – Думаю, стоит волчьих следов держаться. – Предложил Лугвень.

– Согласен. – Поддержал это предложение Алекса.

– Ага. Вот эти следы нас прямо в волчье логово и приведут. – Пропыхтел купец, но потом вздохнув добавил. – Делайте, что хотите. – Махнул он рукой. – Главное, побыстрее до Алесино добраться.

Опасения Макара не оправдались. Волчьи следы конечно не вели прямо в усадьбу, но проходили как раз невдалеке от поселения. Так что в скором времени, обоз купца уже въезжал в небольшое, дворов на двадцать, село.

Вести, что вез купец в Алесино действительно были важными. Об том, что в прошлом годе после кончины Евы, жены Гедимина, что держала управление княжеством при своем сыне, ужо все ведали. Старшие братья сместили ее сына Евнутия. Не подходил он для управления Великим Княжеством. Слишком слаб был духом и помыслами, для времен лихолетья.

Ведали и то, как Кейстут терем великокняжеский взял. И то ведали, что благодаря воинам Кейстута Евнутий живым остался. С перепугу, бежал Евнутий босонож, без верхней одежды. И как пить дать замерз-бы в лесу. Благо, воины Кейстута его отыскали. Отыскали, одели и обогрели. А потом ужо, на великом совете братьев, решено было Евнутию дать под управление заместо Великокняжеского венца, княжество Заславское в кормление.

Казалось-бы на том все дело и кончиться должно было. Ан нет. Наушники князя Московского Симеона нашептали Евнутию на уши о том, что может он при помощи князя Московского и при поддержке Орды вернуть себе великокняжеский венец. Сманили те наушники князя съехать в Москву. Да ни его одного сманили. Вместе с Евнутием подался в Москву и еще один сын Гедимина, Наримонт. Была у Наримонта обида на Ольгерда, ставшего Великим князем. На то, что горожане Полоцка заместо него своим князем признали сына Ольгердого Андрея. Вот этим и воспользовались соглядатаи Симеона. Раздули ту обиду до пламени гнева и злобы.

От таких дел замаячила на горизонте война Великого Княжества Литовского с Москвой и Ордой. Сильно замаячила. Как-будто мало было Великому Княжеству противостояния с Тевтонским орденом. Война на два фронта, это вам ни фунт изюма схрумкать. Войну на два фронта не каждое государство выдюжит. Такая война много бед людям принесет. Да впрочем, любая война несет людям только беды, страдания и смерть. Жить бы людям в мире, да той мирной жизни радоваться. Ан нет. Как-то все не получается. Война, несмотря на все ее горести и печали пока верх над мирной жизнью берет.

А что же церковь? Что она делает для того, чтобы те мирные дни приблизить? Да как-бы ничего. Не до того пока слугам божьим. У них, у этих слуг, своя война промеж собой идет. Война не за спасение душ и чистых помыслов, а война за кошельки людские. Даже Иисусу Христу, коего как Господа восхваляют, не удалось в свое время отвратить слуг божьих от любви к презренному металлу. Церкви с их патриархами все более на коммерческие предприятия походить стали, а не на пристанище для страждущих душ. Ради лишнего медяка в церковной казне, слуги божьи легко глаза прикрывали на льющуюся рекой людскую кровь.

Тяжкие времена. И каждый в эти времена по своему мирной жизни искал. Вот и хозяева Алесино исключением не были. Ни от того они в лесную глушь подались, что им так в лесной чаще жизнь приглянулась, а от того, что военное лихолетье лесной чащи не любит. Оно, это самое лихолетье, все больше по наезженным трактам гуляет.

В свое время князь Витебский Ольгерд, ныне ужо стараниями братьев своих ставший Великим князем Литовским, предложил за службу верную Ярине и Яру не токмо земли, но и села в кормление. Да тольки они от тех сел отказались, а выбрали глушь лесную.

Отказались потому, как к тем селам тракты свои наезженные пути вели. А по тем трактам в те села легко заглянуть могли рыцари-меченосцы из ордена Ливонского Девы Марии. И те рыцари совсем не гостями приходили. Приходили они в основном затем, чтобы не слово божье нести людям, а грабить их и убивать.

И не токмо из земель Ливонских беда придти могла. Вон княжества Русские вроде и одного корня, а и то меж собой никак поладить не могли. Новгород Великий со своей вольностью, как знамо что от одного берега к другому хистался. То на стороне Московского князя выступал, а то и сам тому князю зубы показывал примыкая к берегу Литовскому. Да и Псков тако же себя вел. То обливаясь кровью отбивался от князя Московского с его другом Московским баскаком, а то заигрывал с ними как девка на выданье.

Да-а. Не давали князья Московские поддерживаемые ханами Ордынскими передышку русским княжествам. То там от тех княжеств кусок отгрызут, то здесь волости оттяпают. А то и кровью зальют, как княжество Тверское. Или как от княжества Смоленского княжество Можайское отделят военным походом. Отделят, да и заставят князя Можайского Федора из Литвы в Москву отъехать, и там на верность князю Москвы присягнуть. Людям горе, а ордынцам новые холопы.

Да и самому Смоленску доставалось изрядно. Ни единожды его ордынцы с московитами в осаду брали. А коль сами к стенам подступить не могли, то князя Брянского на Смоленск натравливали, у коего свои счеты со Смоленском были. Так что списывать угрозу с востока со счетов, никак ни спишешь.

Вот такие вот дела. А тут купцу Макару во время торга поведали об том, что короли запада в поход собираются. И собираются они аккурат в земли Великого княжества. А вести их в том походе должон Великий Магистр ордена Тевтонского. Силу большую там собирают. Созывают всех желающих от всех западных земель.

А такое дело означает, что беда большая на людей княжества надвигается. При таком раскладе пролитием малой доли крови не обойдешься. Много кто от грабежа и убийства пострадает, коли эти находники в земли княжества ворвутся.

Страшные вести вез Макар хозяевам Алесино. И потому, что вести столь страшные, потому так и торопился. И в путь отправился по бездорожью, да сугробам глубоким.

ГЛАВА 2

– Чаво это ты Макар в такую неурочную пору нас навестить надумал? – Встретила на пороге дома купца вопросом, хозяйка Алесино. – Али случались чаво плохого с сынком моим, Святовитом? – Заволновалась Ярина.

– Да, нет. – Замотал головой купец. – Сынок ваш здравый. Тута волноваться да печаловаться неча. Все добре с вашим сыном. Да и хозяйство ваше в Волколадово крепко стоит. Сынок ваш видать в вас умом пошел. Справный вьюноша. Справный, потому как управление крепко в своих руках держит. Но я не об том говорить к вам наведался. Тута вести, что вам привез, совсем другого плана будуть.

– Что же такого-то случилося, что ты не боясь в здешних лесах затеряться рискнул в путь дорогу отправиться? – Удивилась Ярина. – Ладно. Проходи в дом, за столом поведаешь, чаво там за новость такая спешная.

– А муж ваш сейчас, где? – Угощаясь хозяйскими припасами поинтересовался Макар у хозяйки имения.

– Да, он доню нашу Алесю, примудрости стрельбы из лука учит. Да и так, прочим военным примудростям всяким тако же. – Махнула рукой Ярина.

– Так доню ваша совсем еще мала. – Удивился купец. – Да и в обчем, деля чаво та примудрость военная дитяти малому, да еще и к тому же девочке?

– Военной примудрости с сызмальства обучать надобно. – Сказала, как отрезала хозяйка. – То в наше время лишним не будя. Ты Макар на меня-то глянь. Я как-никак сотником в княжеской дружине числюсь и тот чин мне жить совсем не мешает.

– Ну, да. Всем ведомо, что вы поляница знатная. – Согласно закивал головой Макар. – Тута не поспоришь. Господь вас щедро всякими здольностями одарил. Все в ваших руках ладится. – Польстил он хозяйке. – И военное дело вам ведомо. И по хозяйской части вам равных почитай не сыщешь. Этоть надо же. – Залился купец словьем. – И в лесу глухом. На пустом-то почитай месте. И то ведь сподобились крепко на ноги встать. Вон. Даже сыры на заморский лад делать наладились.

– То не я те сыры делаю, а немец Кнут, что у нас здеся прижился. – Польщенная лестью улыбнулась Ярина.

– Так я об том и говорю. – Закивал головой Макар. – Того же немца еще найтить надобно было. Да не просто найтить, а еще и уговорить, чтобы он в такой медвежий угол жить перебрался.

– Да, ну тебя Макар. – Засмеялась хозяйка Алесино. – Шибко уговаривать Кнута не пришлось. Он сам с радостью к нам сюды переехал. В той стороне откель он родом, тоже жисть не сладка как мед. И там люди, и от лихоимства всякого, и от войны страдают. А всяк из нас хочет в тишине, покое, да мире жить. Поверь мне, лес тому совсем не помеха. Оттого иной раз люди свои родные места покидают и в путь налаживаются, в надежде отыскать лучшую долю. И не важно им, где там та лучшая доля запряталась.

Благодаря листам, рассылаемым еще при Витене, а затем и при Гедимине по западным землям, в которых листах князья зазывали жителей из Европейских стран переселиться в Великое Княжество, понемногу кто из жителей тех стран откликнулись. Откликнулись, не глядя на всяческие препоны, что им учинять пытались. Больно условия для жизни в тех листах предлагались щедрые.

Особо щедрыми они были для людей строительных специальностей и прочего ремесленного люда. Такие долго без дела в княжестве не засиживались. Магнаты и нобили княжества расхватывали тех специалистов, что горячие пирожки во время торга. Вот Яру и повезло в Вильно как-то Кнута на своем пути встретить. Встретить, да уговорить в Алесино жить перебраться.

Уклад жизни в Великом Княжестве все более походил на Европейский манер. Замки и стены городов обрастали каменными, а не деревянными стенами. Города обзаводились ремесленными кварталами. Налаживались прочные торговые связи.

Так, к примеру, Кейстут подписал торговый договор с Англией по которому английские купцы беспрепятственно привозили свои товары и вели торг в княжестве. И даже братья ордена Тевтонского не смели им в том помехи учинять. Скрипели на такое дело зубами, но только тем скрежетом и удовлетворялись. Не по зубам им было тот торг прервать.

Торг меж странами, да радости мирной жизни дело хорошее. Жаль тольки, что не долговечное. Обязательно найдется кто такой, чьему сердцу не мирная жизнь милей, а война. Сманивают такие дельцы людей на войну россказнями о геройской славе. Россказнями об том, как легко можно достаток добыть благодаря победным трофеям. И много кто в те россказни верит, а потому берет в свои руки оружие.

Да и слуги церкви в этом плане не плошают. Разжигают подчас в душах людей межрелигиозную рознь. Миром-то людей в свою веру обращать долго, а вот под мечом оно гораздо быстрее выходит. Да к тому же и прибыльней на первых-то порах. Оно ведь, такое самое обращение к истинной вере, сперва с грабежа свое начало ведет. Особливо кали взять есть чего.

Так вот и получается, что срок мирной жизни завсегда короток супротив срока войны выходит. Большая война на мелкие набеги да разбой разменивается, а мирной жизни в таком-то разе и менять-то нечего.

– Для порядку вроде как-бы темы разные обговорили. – Перешла к главному вопросу Ярина. – Теперь давай ужо по делу. Так чаво там такого в мире приключилося, что ты решил нас здеся проведать?

– Ну, да. – Согласно закивал головой Макар. – И то верно. Так вот. – Прокашлялся он. – Як ты ведаешь я нонеча, благодаря табе, по санному пути перво-наперво завсегда на торг к ляхам выправляюсь. Там, и торг прибыльней идеть. и товары заморские покупать дешевле выходить. Особливо на соли приработок хорош. – Цокнул купец языком. – Опять жа, все это благодаря твоим знакомствам.

– Давай ближей до сути. – Перебила улыбнувшись купца Ярина. – Хватит ужо мне лестью уши заливать.

– Ближей, так ближей. – Пожал плечами Макар. – Так вот. Там у ляхов, я как завсегда, первым-то делом до сынка Пини Гофмана направился. Того, что солью торг ведет. – Пояснил он на всякий случай. – Вот он мне вести нерадостные и поведал. Сказывал, поход большой на княжество собирается. Короли ради того похода даже распри свои на время в стороне оставили. Войско-то под надзором самого Папы Римского сбирают. Стало быть, под лозунгом для борьбы с поганством языческим. Само собой к той войне и в ордене Тевтонском готовятся. Оно понятно, что такое дело сильно долго не утоишь. Однакоть я смекнул, что чем быстрее про тот поход здеся проведают, тем быстрее войска соберут, чтобы отпор дать. Вот потому даже торга не закончив к табе сюды направился. Князям можа об том походе ужо и довели. Кто про то ведает? Но я так понимаю, что и табе это весть лишней не будя.

– Это ты правильно рассудил. – Согласно кивнула головой Ярина. – Такая весть дороже любого приработка выходить. Об том, что не долго нам в мире жить никто и не сомневался. Хотелось-бы и подольше, но однакоть, уж как есть. Стало быть будем и мы к войне готовиться. Эй, Лесий. – Кликнула за дверь хозяйка усадьбы.

Через некоторое время в дверной проем пригнувшись, протиснулась угловатая фигура, что говорят, касая сажень в плечах.

– Чаво звала? – Послышался густой бас из поросшего густой волосяной порослью лица.

– Кликни Яра в дом. – Попросила его Ярина. – Время забав мирных прошло. Война ноне на нас опять надвигается.

– Ох-тыж. – Покачал головой Лесий. – Люди-люди. И кали ужо вам та война наскучит?

– Да нам она без надобности. – Хмыкнула Ярина. – Однакоть и в стороне никак не можно от нее оставаться. Так что, неча тут охать. Иди за Яром. Время пришло рядить, что далей делать будем.

Военный поход, в который собирались короли, не ими одними задуман был. Тот поход выплывал из интересов большой политики. Оттого большую поддержку тому походу из Рима оказывали. У Папы Римского в том походе свой интерес был. И даже не один.

Само собой разумеется манила Папу мысль о присоединении земель Великого княжества к своему влиянию. И не просто влиянию. Идея еще была в том, чтобы княжество форпостом служило между европейскими странами и ханской ордой с ее союзниками и данниками. Чтобы не давало Великое княжество возможности ордынцам в Европу набегами врываться.

Очень уж в Риме тех набегов опасались. Свежо еще в памяти было, как ордынцы огнем и мечом до Адриатического моря прогулялись. Да и сейчас еще активно возле границ топчутся. Нет-нет, а в Европейскую политику нос суют. Вспомнить стоит, как король Польский сам к ним в данники подался. Полез в данники, лишь-бы только они ему в войне против братьев ордена Тевтонского помогли и не дали короны лишиться.

А такое дело не может не напрягать. Вот только для полного счастья Польской короны под пятой орды и не хватает. И без того есть забота, что ордынцы крепко в Валахии укрепились. Укрепились и оттуда постоянной угрозой нависают над Венгрией.

А тут еще проблем подкидывают и сами братья ордена Тевтонского. Землями те братья обросли. Казной богатой обзавелись. Так братья возгордились, что служителей Папы теперь ни во что не ставят. Да что там не ставят. Иной раз эти братья-рыцари с их магистром откровенно плюют на все указы из Рима. Совсем позабыли, кто тут есть оплот истинной веры. Так что поход королей, это еще и напоминание тевтонам, чтобы место свое не забывали.

– Коли рядить зачнете, то обо мне не забудьте. – Попросил Макар Ярину после того, как Лесий вышел из горницы.

– А об тебе-то чево рядить? – Удивленно посмотрела на него Ярина.

– Как это чево? Я же заради тех вестей весь торг бросил. Почитай ничего продать не успел. Так с товаром какой на торг вез и приехал. – Горячо заговорил купец. – Никакой прибыли не получил.

– Тьфу на тебя Макар. – Хмыкнула Ярина. – Тоже мне, беду нашел. Не продал там, так продашь в другом месте. Ты мужик ушлый. Так или иначе, а выгоду свою поимеешь. А что касаемо моей доли, так нонеча не в ней счастье. Про то, тебя даже спрашивать не стану.

– А мне не надо, чтобы ты спрашивала. Я и сам с себя спрошу. Обман для купца, погибель. Коль пойдет слушок, что я на руку не чист, то я быстро в голь перекатную обернусь. Обманом жить, себе дороже оборачивается.

– Так вяртайся назад к ляхам на торг. – Удивленно пожала плечами Ярина. – В чем печаль?

– В том печаль, что теперь боязно. В первый раз что ли у купцов в такой час весь товар изымають. Авось как раз на такую беду нарвусь? Кому такое дело надоть?

– Так продай где в другом месте свой товар. Хоть в Новгороде.

– Ага. – Кивнул головой Макар. – За бесценок почитай отдать, да без прибытка. Там в этом Новгороде и без меня такого товара цельный пруд пруди.

– В Ригу иди. – Предложила еще один вариант Ярина. – Там другому сынку Гофмана весь свой товар разом сбудешь. Там точно, без прибытка не останешься.

– С Ливонским орденом ноне вроде мир. – Почесал бороду призадумавшись Макар. – Однако, как-то не шибко нашие купцы туды ходють. Все-таки свежо еще в памяти как их ливонцы пограбили.

– Что рыцари могут пограбить, за тое пока не волновайся. Орден ныне все свои силы на борьбу с Эстами кинул. Им ноне еще кого задевать, смысла совсем нема. То я тебе уверенно сказывать могу. Помнишь Патирга?

– Угу. – Мотнул головой Макар.

– Так вот. Патирг там у Эстов ноне не последнюю роль в их восстании играет. Оттого мне многое об том, как там дела обстоят и ведомо. Бьются там крепко. Крови льют много, как сами Эсты, так и слуги ордена с переселенцами из неметчины. Еще не ведомо, на какую сторону чаша укажет. Так что в Риге тебе опасаться братов-рыцарей не стоит. Не до купцов наших им сейчас. Другая хвароба, что на разбойников нарваться можешь. Ну так. – Развела Ярина руки в стороны. – Где энтих охальников тольки нема.

– Можа ты и права. – Призадумался Макар. – А что касаемо разбойников, то я так скажу. Разбойников бояться, на торг не ходить.

– Ну, раз мы с тобой все обговорили, то иди отдыхай да к дальнему пути готовься. Мне же еще с мужем моим Яром, много об чем поговорить надобно будет.

ГЛАВА 3

О времена, о нравы, вздыхали когда-то в Риме патриции. И то верно. Если не на кого горести спихнуть, то виноватить стоит во всем время. Это именно оно, время противное, а не сами люди пакости разные гадкие устраивает и жить спокойно друг другу не дает.

Мд-а. Как со своих плеч вину сбросить, в том конечно людей учить не надо. Люди сами тому, кого хочешь научат. И все же. И все же наверное стоит коротким взглядом мир окинуть. Окинуть для того, чтобы понять, кто чем в это самое время живет.

Климат, что затеял в положенное ему время смену, потихоньку приходил в свое нормальное состояние. Хотя, время от времени все же еще подкидывал людям свои капризы с погодой. А вот рожденный этой сменой злой дядька Мор, пока и не думал успокаиваться. Рожденная Мором вредная дама Чума и не думала прекращать затеянные ею танцы.

Наплясавшись вдоволь, что на Востоке, что в Европе, стала эта плясунья потихоньку смещаться в земли славян. Пока еще медленно, потому как подруга ее Смерть со своей косой, за ней не поспевала. Но, того прихода недолго ждать осталось.

И вот, казалось-бы беды природные разом такие навалились. Племени людскому об том, как выживать в такой час задуматься. Ан, нет. Плевало племя людское на те думы. Ко всем тем бедам, что приключились, люди и свою любимую забаву Войну присовокупили. А как же без нее? Война ведь дама суръезная. Без нее никуды. А уж она-то свое дело добро знает.

На Востоке, арабы, туркмены, да потомки монгола Ченгисхана без устали друг друга колошматили. Что Азия, что Ближний Восток, полыхали огнем войны без передыху.

На Западе, англичане с французами трон не поделили, отчего война более чем на сто лет растянется. У других королей Европы такоже, причин для войны хоть отбавляй. А если нема той причины, то придумают.

Ну, может быть в княжествах Русских люди поумнее? Куда там. Вражда на вражде, да враждой погоняет. Князья Залесья за ярлык ханский друг другу горло грызут. Правда, верх над другими в Залесье пока Москва крепко держит.

Обордынились Московские князья. Потому как с Ордой породнились. Быт да правление, в совокупе с военным делом от Орды переняли. В Московском княжестве свободного люда не осталось. Таперича на Москве все холопами стали. Простой люд, холопы боярские, а бояре, холопы князя, а сам князь в услужении ордынском. Тяготит немного услужение, но то не велика беда.

Услужение-то то выгоду князьям Московским немалую приносило. Казну княжескую пополняло. Оттого те князья крепко за Орду держались. Крепко держались и оттого постоянно войной соседним княжествам грозили. Холопов ведь много не бывает. Чем холопов больше, тем величие выше. Такая вот нерадостная для людей картина во всем мире выходила. Беда, одним словом, куды взор не кинь.

А как же слуги божьи? Уж они точно ночами не спят и за людей радеют. Ага. Как-бы не так. Слуги божьи ничем от светских господ не отличаются. У них ворожьих забот, хоть черпаком черпай. Мало того, что промеж собой лаются, так и в собственных угодьях беспорядки зачинаются.

Выходють потихоньку из-под их присмотру короли да князья. Устали они от наставлений и нравоучений церковных. Ужо даже анафемы совсем бояться перестали. Да и народец простой ужо как-бы сыт по горло россказнями о царстве небесном, в коим только жисть их и наладится. Загробная жисть дело конечно хорошее, но людишки глупые все больше норовят в жизни нынешней как-то обустроиться, и в загробный радостный рай не очень-то и спешат.

Такие вот кромольные мысли, приводят к оскудению церковной казны. А кому то оскудение по нраву придется? В таком разе, тольки война пополнению казны радость. От войны прибыли болей выходит. Ни одно ведь войско без поддержки церкви не обходится. Да и мозги тем, в чьи умы крамола всякая затесалась, война хорошо прочищает. Люди на войне сразу о боге вспоминают. Вспоминают, и ужо с уважением, и почтением к его слугам относятся.

Вот и выходить, что мира не жди. Миропредержащим тот мир не особо-то и нужен. В мирной жизни героизма мало, а значит почета и уважения имеется недостаток. А что люди страдают, да кто их об том спрашивать будет? Дело простых людей стойко и с гордостью переносить все упавшие на их долю тяготы и лишения. А коли понадобиться, то и жисть свою героически на алтарь победы за отечество положить без вопросов.

Выходя из горницы, Макар нос к носу столкнулся с Яром и его дочерью Алесей, чьим именем и была названа усадьба. Посторонившись, почтительно пропустил мимо себя гордо вышагивавшую с детским луком в руках хозяйскую дочь и ее отца. А потом, оглянувшись им в след покачал головой.

Никак не укладывалась мысль в голове купца об том, что дитяти военному делу обучают. Вот коли-бы купеческому, так то другой разговор. Али как хозяйство в порядке содержать и приумножать, как то мать девочки Ярина делает. А войсковые забавы для дитяти, пустое дело. Особливо для женского полу.

– Так что там приключилась, что ты нас спешно в дом позвала? Лесий ничего так толком и не сказал. – Войдя в горницу спросил Яр жену.

Ярина начало было отвечать, но ее перебил детский возбужденный голосок.

– Мама, а я сегодня все стрелы в щит положила. Ни одна мимо не пролетела.

– Ты у меня доню молодчина. – Пришлось похвалить Ярине дочь. – Я в тебе нисколько не сомневалась. – Погладила она по голове девочку. – А теперь беги к себе в светелку. Мне с твоим отцом об серьезном поговорить надобно. – И пообещала. – А как свой разговор закончим, то я сразу к тебе приду и ты мне все подробности расскажешь. Лады милая?

– Лады мама. – Кивнула девочка головой и радостно выбежала из горницы.

– Так что приключилась? – Проводив дочь взглядом, снова задал свой вопрос Яр.

– Лихо приключилось. – Ответила ему Ярина. – Беда подступает. Макар весть о готовящемся на нас походе привез.

– Вот оно что. – Мотнул головой Яр. – А я думаю, чего это он приехал? Ранее ведь никогда в это время не приезжал. Ну, таперича все ясно. Так говоришь, поход на нас затевается? Большой?

– Большой. – Ответили Ярина. – Короли Венгрии, Чехии и Польши в тот поход идут помимо Ордена. Ради такого, даже замирились меж собой на время. А еще гости со всей Европы съехаться обещались.

– То, суръезная угроза. – Снова помотал головой Яр. – Видать пришел конец нашим мирным денькам милая. Ну что же. – Вздохнул он. – Буду в путь собираться. Лучше сам к князю явлюсь, чем гонцов от него дожидаться. Усе же таки в передовой сотне числюсь. А стало быть, во мне нужда быстрее чем в других потребна будя.

– С тобой поеду. – Сказала Ярина.

– Куды со мной? – Возразил ей Яр. – А за доней да за домом, кто присмотрит? Можа хватит того, что мы Святовита одного без нашего внимания оставили.

– Святовит ужо не малое дитя. – Стояла на своем решении Ярина. – Да и за ним было кому приглядеть. Дед твой долго в Волколадове гостил, обучая его вашим семейным наукам. Так что неча тут и разговор вести. К тому же не такое он ужо и дитяти. Ты вон в его возрасте ужо лихо ордынцев бил, когда они в купе с москавитами на Псков набегом пришли.

– Не-е. – Улыбнулся жене Яр. – Я тады чуток повзраслее все же был.

– Тот чуток не считается. – Отмахнулась Ярина. – Тем паче, что ему и воевать ни с кем надобности нет. А мое решение твердое. Едем вдвоем и кончен об этом разговор.

Мужчина, что затевает спор с женщиной, как правило совершает глупость. Спорить с женщиной, завсегда себе дороже выходит. Отчего всегда так получается? Да кто же об том знает. Видать так боги когда-то решили. А можа быть и сам Создатель такое дело учудил, когда женщину из мужского ребра творил.

Яр ужо давно осознал, что спорить с женой напрасный труд. Ежели Ярина в какую думу уперлась, то ее с той думы и стадо зубров не сдвинет. А спор с ней, тольки к ссоре приведет. А ужо что-что, а спорить да ругаться с женой Яр совсем не любил. Итак, для их совместного счастья судьба немного времени отводила. Войны да походы большую часть того времени забирали. Но то ужо такая его служилая доля.

– Надобно за братами Пальками кого отправить. Пусть тоже к походу готовятся. – Засуетилась Ярина.

Братам Палькам, тако же как и Яру с Яриной, князь Ольгерд за службу каждому свой земельный надел отвел. Не такой великий, правда, но все же свой надел, есть свой надел. Надел, что для них домом стал. Домом, за который и живот в случае нужды положить не жаль.

– Успеется еще. – Обнял жену Яр. – Да и незачем гонца на ночной мороз гнать. Как соберемся, сами за ними заедем. Думаю, день-другой особой важности не сыграет. Куды-куды, а на войну мы завсегда поспеем.

– Тоже верно. – Прильнув к груди мужа согласилась Ярина. – На войну завсегда поспеем. Ладно, пойду тады к доне. Послухаю там ее хвастовство об том, как она метко с лука стреляет. Заждалась ведь ужо пади.

– Ну почему же хвастовство. – Все еще прижимая к себе жену сказал Яр. – Алеся ужо довольно ловко с луком управляется. Уверено стрелы в мишень кладет. Конечно до опытного стрелка ей еще расти и расти, но то дело времени. Дай час, еще меня в меткости перестреляет. – Улыбнулся он.

– Табе перестреляешь. – Улыбнулась мужу в ответ Ярина. – Скажешь тоже. Чтобы табе перестрелять, надоть таким колдуном быть как ты сам.

– Колдовство тут не причем. Сама об том знаешь. Все дело в сноровке, кою постоянно тренировать надоть. Вот и вся премудрость.

– Ага. – Кивнула головой Ярина. – Ты тое самое и людям говоришь, однако никто в те твои слова не верит. Говорят, без колдовства дело не обходится. Наперед всего, ты для всех колдун, а я разумеется, ведьма.

– Ну и что с того. – Все еще прижимал и не отпускал от себя жену Яр. – Коли заняться нечем, пущай болоболят об пустом. А то что ведьмой тебя кличут, лично я ничего обидного не нахожу. Ведьма, это человек ведающий магию. Что в том обидного может быть?

– Так я ни на кого и не обижаюсь. – Хмыкнула Ярина. – Свои люди меня уважают. Мне того довольно. А ежели то врагов каких пужает, то наздоровье. Пущай в страхе своем хоть на пену изойдут. Мне до той их пены, делов нет. Ну, все. Пущай меня. – Отстранилась она от мужа. – Коли миловаться надумал, то иди в спальню да там ложе грей. – Стрельнула она на Яра лукавым взглядом. – А я как с доней управлюсь, мигом к тебе приду. Самое время намиловаться вдоволь, а то потом ведь можа и часа долгое время на то не выпасть. Кто его знает, насколько та война растянутся может.

ГЛАВА 4

Ничто в Вильно, куда в скором времени приехали Яр с Яриной, не говорило о том, что надвигается угроза войны. Люди жили своей обычной жизнью. Той самой мирной жизнью, с ее радостями и с ее печалями. Пусть эта мирная жизнь во времена лихолетья и недолгая была, однако люди умели ей радоваться и ее ценить. Худой ведь мир, завсегда лучше выходит доброй ссоры.

На рынке купцы, как обычно, на разный лад громко расхваливали свой товар, зазывая покупателей. Ремесленники деловито мастерили свои поделки. Горожане спешили по своим делам.

– Не долго этому спокойствию быть осталось. – Вздохнула Ярина.

– Ежели ворога далеко не пустим, то мало что здеся изменится. – Пожимая плечами ответил ей Яр. – Война где-то далече не так людьми воспринимается, как теми кто с ней нос к носу столкнулся. Ясное дело, что для порядку пошумять в беспокойстве сначала. Можа даже кто испужается. Но коли война лап сюды своих поганых не досуеть, то быстро успокоятся. А успокоившись, заживуть как жили.

– Энто, да. – Согласилась с мужем Ярина. – Однакож, войны без гибели людей не бывает. Как ни крути, но она обязательно кого своими погаными ручонками обниметь. Все одно, так или иначе, а печаль принесет.

– Обниметь и принесет. – Кивнул Яр. – Куды же без этого. Тольки все одно, разница большая есть между теми кого обниметь, а кого нет. Не дано человеку познать чужую боль как свою собственную. Потому одни будуть корчиться от боли и страданий, а другие в это время жить как жили. Можа, кто и попечалиться страданиям тех кто пострадал. Но та печаль долгой не бывает. Потому как человек не печалями живет. Так видно боги устроили, что жизнь своими заботами быстро из ума деяния печали изгоняеть. Тоже видать верно. Ведь одной печалью жить не станешь. То ужо не жисть будя. Да и вообще, ежели человек долго печаловается, то быстро с энтого свету сходит.

– О, Яр. Глянь. – Пихнула в бок мужа Ярина, прервав его измышления. – Никак Айштас. Вот уж не чаяла его здеся встретить.

– Отчего же? – Посмотрев в сторону князя ливов, ответил ей Яр. – Он жа, как-никак на службе сейчас у Ольгерда. Где же ему еще быть, как не в Вильно?

– Ну, не знаю. – Пожала плечами Ярина. – Мало что ли мест в Литве? Или хоть-бы обживаться на новом месте. Хозяйством обзаводиться. Аль жену себе искать, в конце-то концов. Он жа последний из всего рода князей Даугерутов остался. Не дурак ведь. Понимать должон, что с его погибелью весь род погибнет.

– Он же князь. – Удивленно посмотрел на жену Яр. – Князю же службу вершить надобно, а не за овцами ходить. Да и жену искать, то тебе не грибы собирать. Тебе ли то объяснять. Да и вообче, не дело князю без дела сидеть. Такого князя никто уважать не станет. Да и не князь тот совсем, кто не заботами людскими, а токмо прибытком своим живеть. Энто так, недарэка какой-то. Одно название без всякого смысла. Пустой звук. Хоша. – Пожал плечами Яр. – Жизни княжеской не позавидуешь. Ежели он всамделишний князь разумеется. Он, и в битвах, и делах мирских, завсегда навиду. Вся жизнь в службе.

Ярина собиралась что-то колкое ответить мужу, но так ничего и не сказала. Не сказала, потому как заприметивший их князь ливов направился в их сторону, приветливая размахивая им рукой.

– Энто, что же заставило вас из своей глуши на свет божий выбраться? – Улыбаясь во весь рот, поинтересовался Айштас у супружеской пары. – На то видать, суръезная причина должна быть.

– Суръезней не бывает. – Протянул князю руку для пожатия, соскочивший с коня Яр. – Тольки об той причине, на площади не кричат.

– Значит, к Ольгерду пожаловали. – Сразу посуръезнел лицом Айштас. – Ну, тогда идем вместе. Я как раз к нему и направляюсь. А что за причина-то? – Не удержался от вопроса князь, понизив голос.

– Да почитай, все одна и та же причина. – Так же понизив голос, ответил ему Яр. – Очередная война у порога топчется.

– И кто на сей раз решил нас на зуб попробовать? – Поинтересовался Айштас. – Кому ужо это так мирная жисть обрыдла?

– Так у нас вороги почитай одни и те же. – Хмыкнул Яр. – Что с Западу, что с Востоку. Тольки, что таким скопом не часто навалиться норовят. А сейчас, цельный поход королей готовится. Ну и разумеется Орден с ними. Куды жа без энтих кровавых проповедников счастливой жизни в лоне их святой церкви.

– Да-а. – Протянул Айштас. – В такой вести доброго мало, в том числе и для меня.

– Да для всех доброго мало. – Вступила в разговор Ярина.

– Энто конечно верно. – Ответил ей князь. – Я не про то подумал. А подумал об том, что видать в такой связи мой отъезд ускорится.

– Какой отъезд? – Удивился Яр.

– Куды энто ты ужо отправиться надумал? – Не отстала с вопросом от мужа Ярина.

– Ах, да. – Махнул рукой Айштас. – Вы же здесь давно не были, а потому многого не знаете.

– Чего не знаем? – В один голос спросили его Яр с Яриной.

– Ольгерд посольство в Орду налаживает. Ну и я с тем посольством идтить должон.

– С чего бы энто вдруг?

– Ага. – Потдержала мужа Ярина. – С какой такой стати?

– Да, все с той жа стати. – Посерьезнел лицом Айштас. – Все из-за того, что кому-то неймется. Кому делов более не было, как В Москву к Симеону подаваться. Вот в толк никак не возьму, и чего энто Евнутию, и Наримонту в своих уделах не сиделось? Ведь никто их не трогал. Чего энто в них, что-то ретивое взыграло? Ведь выгоды от их ретивого, для них почитай ноль выйдет, а беды для всех много принесет.

– Энто точно. – Потдержал князя Яр. – В Москве опору искать, себе дороже выйдет.

– Вот и я об том же. – Закивал головой Айштас. – У Московских князей здеся тольки один интерес. Разумеется они там в Залесье своем тоже без дела не сидят. Время от времени щиплють то Тверь, то Нижний Новгород, то Рязань. Но от того, что они их щиплють, для Москвы толку немного. Там ведь ханы Ордынские развернуться не дают. Даже не глядять на то, что вроде как и в родстве состоят. Сколько-бы московиты те княжества не щипали, а угодьями так и не обрастают. Нет на то ханского дозволу и точка. А вот те земли, что на запад от них лежать, то совсем другое дело. От Новгорода ломоть отвалили, да от Смоленска чуток откусили, глядишь и немного в ширь раздались. А тут такой подарок из Литвы, да за счет недоумков.

– А чего тебя Ольгерд не прямо в Москву, чтобы там с тем Симеоном полюбовно договориться, а в Орду с посольством отправляеть? – Влезла в разговор с вопросом Ярина.

От такого вопроса Яр и Айштас переглянувшись, только пожали плечами.

– Понимаешь Ярина. – Начал отвечать на этот вопрос Айштас. – Думается мне, что Симеон за то чтобы дело полюбовно решить, цену непомерную выставит. К примеру, от помощи Смоленску и князю тамошнему Ивану отказаться, али от Пскова отступиться. Вот с того и выходить, что проще будет с ханом договориться хотя-бы об том, что он помощь свою московитам не окажет, ежели дело до войны дойдет.

– Ордынцам веры мало. – Стояла на своем Ярина. – Сегодня слово дадуть, а завтра об нем и не вспомнють.

– Перестань Ярина. – Положил руку на плечо жене Яр. – Не токмо ордынцы энтим грешат. Рано али поздно, но все, так или иначе, а договоренности нарушают. Особливо коли от того нарушения выгоду поиметь могут. Да и дорогая, уж позволь Ольгерду энтот вопрос решать. Все-же таки он у нас Великий князь, а не ты. Ему видней должно быть. А уж худо он решил али нет, то время покажет. И ежели дюже худой то будет выбор, то Ольгерд за него и ответит. Да. – Перевел взгляд с жены на Айштаса Яр. – А тебе друже с такой службой не позавидуешь. Для ордынцев, что ты с посольством пришел, что пустой звук. Посол ты али нет, а головы там быстро лишиться можно.

– Знамо, что можно. – Усмехнулся Айштас. – Однако же, кому-то все одно идтить надобно. И уж коли на меня тот выбор пал, то я от него бегать не стану.

Так за разговором они и не заметили как до великокняжеского терема дошли. Охрана их пропустила никого не удерживая. Пусть Яра, Ярину и братьев Пальков многие стражи в лицо и не знали, но Айштаса вместе с Ольгердом не единый раз видели. А раз Великий князь его знает, то чего его задерживать. Да и в принципе проход-то в княжий терем никому не воспрещен. Ходи, ежели надо.

– Слухи о подготовке к походу на нас, ужо давно к нам доходют. Об том уведомляли не единожды. И из Венгрии слухи доходили, где правит Людовик Анжуйский, и из Чехии, где все еще сидит на троне старый Ян Люксембургский. – Выслушав Яра ответил Ольгерд. – Однако, коль купцы заволновались, то многое значить должно. Значит, поход ужо не за горами. Вот что. – Посмотрел Великий князь на Яра с Яриной. – Отправляйтесь вы в Троки, к брату моему Кейстуту. Там вам с вашими талантами самое место будя. Но езжайте пока одни. Вы конечно сотники. Да еще сотники передовой сотни. Но пока дружинников я вам не дам. Не потому как не хочу. – Добавил Ольгерд. – А потому, как все при делах и людей чтобы с вами послать почитай нема. Хотя. Ну, можа ежели с десяток токма наберу. Да и те в передовой сотне службу никогда не несли.

– Не княже. – Покачал головой Яр. – Необученные делу люди, токмо обуза. – Он переглянулся с Яриной. – Мы ужо тады как-нибудь сами. Да и небольшой группой легче будет по землям Ордена прогуливаться.

– Можа, жену здесь оставишь, в Вильно? – Кивнув головой в сторону Ярины, спросил Яра Ольгерд. – Дело-то, доволе опасное будя.

– Я ему оставлю. – Тут же вмешалась в разговор Ярина. – Либо со мной. Либо вообче никуды не пойдеть. – Стрельнула она грозно глазками, в сторону мужа. – В том мое слово твердое.

– Ух ты. – Передернул плечами Ольгерд. – Ажно мне страшно стало. Суровая у тебя жинка. – Улыбнулся он Яру. – Истинная поляница.

– Кому поляница. Кому суровая. – Хмыкнул Яр. – А мне жена моя любая. Коль так сама решила, то так тому и быть.

– Ну и ладно. – Кивнул головой Ольгерд. – Почитай тады с вами обо всем переговорили. Как будете готовы, езжайте к Кейстуту. Ну, а мне еще с Айштасом обо многом переговорить нужно. Чую, переговоры с Джанибеком не простые выйдут. Да и да тех переговоров еще дожить как-то умудриться надо будет. С Ордой завсегда, все не просто. Главным в вашем посольстве мой брат будет, Карият. – Пристально посмотрел он на Айштаса. – Ну, а ты с князем Михаилом и Семеном Свислочским к нему в помощь. Но от этого ваша задача легче не станет. Нужон мир с Москвой и Ордой. А лучше не просто мир, а помощь военная от Джанибека. Тады энтот поход королей нам отбить легчей будя. Или хотя-бы невмешательство Орды. Будя то невмешательство, то с походом тем и с Москвой, коль сунется, ужо как-нибудь управимся.

ГЛАВА 5

Как-то жизнь у людей, интересно закрученной выходит. Чем выше люди по ступенькам цивилизации подымаются, тем дешевле человеческая жизнь ценится. Может, когда-то давным-давно было иначе? Кто его знает. Теперь об тех временах можно только догадываться, или сказками ум тешить.

Нет. Люди конечно стараются такое положение вещей исправить. Или может только делают вид, что стараются? Ведь пока как-то не совсем получается. Никак не выходит у человечества познать, в чем собственно заключается изъян такого дела?

А может и знают знающие люди, да исправлять тот изъян не спешат? Ведь даже религии, что о ценности человеческой жизни учат, в том совсем не помогают. Идеи-то как всегда у людей хорошие, а вот оживление тех идей почему-то всегда хромает. Да сразу причем, на обе ноги. Вместо того, чтобы в мире жить и жизнь ценить, люди почему-то тот мир все время завоевать хотят. Странная логика. Добиваться мира, через войну.

В Москве, у себя в Кремле, Симеон «Гордый» пребывал в благодушном настроении. На его постоянно хмуром и чем-то недовольном лице, отчего он и получил прозвище «Гордый», даже стала появляться довольная улыбка.

Еще-бы ему быть недовольным. Такой подарок судьбы как два князя из Литвы в его руках, не часто бывает. Да причем каких князя. Евнутий, по завещанию отца ставший Великим князем Литовским и Русским, а тако же Наримонт, один из старших сыновей Гедимина. А это значит, что прав на Великокняжеский стол у него не менее будет. Как ни крути, а сразу обе карты козырные в политической игре. Ежели не срастется с одним, то может сладится с другим. Тут главное, с умом к делу подойти. Литва тебе не Нижний Новгород и не Рязань с Тверью, обескровленные да до нитки ободранные. Там будя чем поживиться.

– Так. – Усевшись в свое княжеское кресло посмотрел на стоявшего рядом с креслом слугу Симеон. – Позови ко мне боярина Мглу. Да поживее там. – Подогнал он его. – Больно дела важные да спешные подоспели. – Пробурчал он себе под нос. – Такие, что никакого отлогательства не приемлют.

Слуги у князя вымуштрованы. Да и как иначе-то. Нерасторопные холопы долго в княжеском тереме не задерживаются. Да и в жизни тоже. Про то, всем слугам ведомо. Впрочем, такое положение дел не токмо слуг касаемо было, но даже и тех, кто боярским званием щеголял.

Пусть ты и боярин, а един пень холоп княжеский. А потому как только боярину Мгле довели, что князь его к себе кличет, тот мешкать не стал, а бросив все свои дела тут же в княжеские покои направился. Ведь князь ждать не любит. Не отличается он такой добродетелью, как терпение. Об том все знают.

– Ну, так что присоветуешь? – Грозно сдвинув брови поинтересовался у боярина Симеон. как только тот пришел на зов. – Ты жа у нас делами западной политики ведаешь. Ну, так излагай. Какие такие выгоды мы поиметь можем от того, что князья Литвы к нам прибежали?

– Выгод разных много может быть. – Поклонившись князю, уклончиво ответил боярин Мгла. – Однако же все будя зависеть от того, как сильно всякие случайности в дело вмешиваться будуть. Как говорится, человек предполагает, а бог располагает.

– Ты хвостом-то не виляй. – Хмыкнул Симеон. – Ты лучше давай, мысли мне свои высказывай по энтому поводу.

– Мысли такие, – почесал бороду Мгла. – Мыслю, что не нужно нам здеся обоих князей держать. – Стрельнул боярин глазами на Симеона.

– Ты на меня не косись. – Заметил этот взгляд князь. – Говори далей. Чего там удумал? Ну, а коли мне что не по нраву будя, то я тебе об том сразу скажу.

– Так вот. – Продолжил свою речь Мгла. – Из чаво такое мое мнение вышло? Все просто. Наримонт, князь бывалый. Давно землю топчет. Такого посулами да увещеваниями не очень-то и проймешь. Это не Евнутий. – Махнул пренебрежительно рукой боярин. – Тот более на телка смахивает. Его что на поле веди, что на убой, он брыкаться не станет. Вот и выходить, что их лучше порознь держать. Однако же на Москве, то не так просто сделать будя. Коль об чем сговориться захотять, то лазейку для того найдут. Нам с того тольки боль головная. А вот коль их в разные стороны направить, то нам с того, и польза выйти может, и боли головной поменей.

– Согласен. – Согласился с доводами Мглы Симеон. – Продолжай.

– Стало быть, – приободренный милостивым разрешением, продолжил говорить боярин. – Вот в чем задума. Наримонта думаю, лучше всего будя в Сарай отправить к Джанибеку. Пущай он там своему делу подмогу ищет. То и нам выгода. Сговорится с Ордой. Стало быть и нам польза. Мы жа, как верные союзники и войском поможем.

– А что тады с Евнутием делать? – Задал вопрос Мгле Симеон.

– А тут ужо по разному. – Махнул рукой боярин. – Коль с Наримонтом сговоримся об нашей выгоде, то Евнутия можа и болезнь смертная скоропостижно навестить. Все мы под богом ходим. – Перекрестился он. – А в противном случае, мы того Евнутия супротив Наримонта двинем. Чем долее в Литве замятня гулять будя, тем нам лучше.

– Хитро задумано. – Похвалил боярина Симеон.

– Насколько хитро, то конечно время покажет. – Прищурился Мгла. – А покамест, для начала, предлагаю Евнутия в нашу Московскую православную веру окрестить. Такое крещение, лишним не будя. Опять жа. В деле распространения нашего влияния, веры праведной, только подмога. А то ведь слухами нехорошими земля полнится.

– Какими слухами? – Нахмурил брови Симеон.

– Да бають, что Ольгерд решением загорелся как и отец его, хочут своей митрополией обзавестись. Пока тольки слухи. Однако же. Как я мыслю. Такие слухи частей всего за собой и дело тянут. А нам такого совсем не надобно. Коль в Литве своя митрополия станет, то помеха великая нашим церковникам будя за борьбу над умами. Да и казне нашей такое непотребство, недостачей серебра обернется.

– Погано. – Хмыкнул князь.

– Разумеется, погано будя, коль мы заранее соломки не подстелим. А потому и решение такое. Евнутия в Москве окрестить. Через то крещение, мы влияние не токмо на него поимеем. Пора ужо всерьез за дело веры браться. Неча тут соплю носом, туды-сюды совать. – Распалялся боярин. – А то ведь непорядок совсем, можно сказать, в самом нашем доме. Что энти епископы, что из Новгорода, что из Пскова, по своей воле живуть. И так выходить, что наш митрополит Феагност, им как-бы не указ. Чего уж тут про Литву некрещеную говорить. А через то княже, и твой престиж роняется, и деньга менее в казну падает. Вон ведь, римские пройдохи не дремлють, хоть и Рим далече. Почитай по всей Литве, то где монастырь утвердять, то где свой костел поставят. И ведь как крутятся. Орден их Тевтонский с мечом прет, а миссионеры их с пряниками в руках лезут. Не мытьем так катаньем, веру свою поганую просовывають.

– Все. Будя. – Остановил разошедшегося в своих разглагольствованиях боярина, Симеон. – Мысля твоя понятна. Сегодня же с Феогностом об том поговорю.

В деле подхода к службе, между католической и православной церковью действительно есть небольшое различие. И это разумеется не то, как крестится. С лево на право, или с право на лево.

Иерархи католической церкви пытались под себя всю власть подгрести. Как светскую так и духовную. А вот православные Московские митрополиты пошли другим путем. Они твердо стали на путь услужения правителям.

Рим имел вечную головную боль с монархами от своих амбиций, а митрополиты московские, что теля ласковое, сосали молоко сразу с двух маток. Им, и ханы из Орды помощь и почтение оказывали, и князья Московские не обижали. А в остальном-то почитай разницы и не было. Что те, что другие, служили исключительно своему благосостоянию. А вера в бога разумеется, была этой службе лишь надежным прикрытием.

– Еще было бы неплохо к Джанибеку людей направить. – Поперхнувшись, сразу сменил тему боярин. – Чую, из Литвы в Орду посольство направят, в связи с бегством князей. Так надо-бы уговорить хана то посольство задержать, да переговоров с ним не вести. А еще лучше, нам то посольство передать. Будя, чем с Литвой поторговаться.

– И это дело верное. – Похвалил боярина Симеон. – Надежных людей в Орду отправлю. Еще что-нибудь сказать мне хочешь?

– Да почитай, более и говорить-то неча. – Пожал плечами Мгла. – Ну рази тольки Ливонцев припомнить, кои Эстов с их восстанием добивають. Ух и кровищи же эти рыцари божьи пролили. На острове Эзель, не глядя на то что тамошние жители на попятную пошли, един черт, всех, от мала до велика под меч пустили. Тыщами людей порезали. Глупство конечно. – Высказал боярин свое мнение по этому поводу. – Кто жа теперь им там пахать да сеять будя, на том их острове?

– Нашел об чем жалеть. – Хмыкнул Симеон. – Правильно сделали. Бунтовщикам тольки одна дорога, в могилу. А что касаемо пахать да сеять, то я так скажу. Холопы ,что крысы. Тут и глазом моргануть не успеешь, как снова расплодятся. За тое и переживать неча.

Человеческая жизнь в те времена, нигде особо не ценилась. Ну, разве только что на невольничьем рынке ту цену узнать можно было. А уж в Московском княжестве и подавно. Здесь в Залесье в этом плане, даже Орду переплюнули. Особливо женскому роду не повезло. На Москве женщины имели право, не иметь никаких прав. Да и стоили дешевле любой дворовой скотины. Любая мало-мальская провинность совершенная женщиной, смертью каралась.

– Ты княжа как всегда, прав. – Согласился с мнением Симеона Мгла.

Разумеется боярин, как впрочем и другие, кто хоть какую-то власть имел, не отличался человеколюбием. А то что Эстам посочувствовал, так это и не сочувствие вовсе. Больше экономический взгляд на вещи. Так сказать, оценка денежных потерь рыцарями Ливонского ордена.

– Коль более тебе мне сказать неча, то ступай да делом каким займись. – Подвел итог деловой встречи Симеон.

ГЛАВА 6

От Вильно до Трок, дорога не дальняя. За день неспешным шагом дойти можно. Расположились Троки на берегу красивого озера. Каменной стеной город обнесен. Но то еще Витенем задумано было. Задумано создать защитную линию из крепостей, от нападок Тевтонов. Задумка та в полной мере осуществлена уже при Гедимине была.

Так на пути Тевтоновских рыцарей и их гостей выросли каменные крепости в Ковно, Троках, Медниках, да Лиде. Еще в Городне каменная цитадель стояла, Давыдом Городенским возведенная. Много зубов об ту цитадель Орден Тевтонов обломал. Крепостные стены те щитом служили Великому княжеству.

Разумеется не столько стены сколько люди, те стены обороняющие. А уж ратной работы, что людям, что стенам, хватало. Почитай Тевтоны и роздыху не давали. Никак угомониться не могли. Просто пищем лезли. Ежели год-другой без войны обходился, то за счастье для людей то мирное время было.

– Стало быть говоришь, что Ольгерд тебя с твоей жинкой мне в помощь прислал? – Хмыкнул Кейстут, когда к нему Яр с Яриной и братьями Пальками явился. – Однако же не велика поддержка. Чего же он тебе сотнику своему, даже людей не дал?

– Потому как за ненадобностью мне те люди. – Спокойно ответил князю Яр. – Мешаться тольки под ногами будут. По чужой земле тихо ходить, большой отряд не нужон.

– В том я с тобой согласен. – Кивнул головой князь. – Однако же неужели ты думаешь, что справишься лучше моих людей, что в энтих местах народились? Им-то тута кожный куст ведом.

– Я с твоими людьми мастерством тягаться не намерен. – Все так же спокойным тоном ответил Яр. – Мне дела нет до того, лучше я али нет. Мое дело службу сполнять. А уж по нраву то тебе аль кому другому, меня не шибко волнует. Не моя то забота.

– Все столь же дерзок сколь и был. – Улыбнулся князь. – То добре. Такие воины мне по душе. Честные да прямые на предательство не способны. На таких завсегда положиться можно.

Сам Кейстут тоже от многих отличался своей прямотой, честностью и благородством, за что короли и даже в Ордене его крепко уважали. Ему даже титул негласный присвоили, последний рыцарь Европы. Это тем более удивительно, что такой титул был присвоен христианами, князю язычнику.

Однако же, Власть честных да благородных не особо жалует. Эта сука, все более к лживым да нечистым на руку льнет. Забегая наперед поведаю, что окончит свои дни Кейстут от предательства. Задушат его в темнице по приказу сына Ольгерда, Ягайло. Но то времена будущего и пока от настоящего скрыты за пеленой неизвестности.

– Ответь Яр. Зачем ты с собой жинку привел? – Понизил голос Кейстут, кивнув головой в сторону Ярины. – Зачем опасности ее такой подвергаешь?

– Ты князь коль обо мне говорить задумал, то не шепчи, а в полный голос говори. – Вступила в разговор Ярина. – Ежели помнишь, то я не тольки жена, но еще и сотник в великокняжеской дружине. Али ты в моих способностях засомневался?

– Да боже меня упаси, от таких сомнений. – Засмеялся Кейстут. – Еще обидишься, да в лягушку какую меня превратишь. Али порчу наведешь, от которой я в муках страшных кончусь.

– Не волновайся князь. – Успокоила князя Ярина. – Ни того ни другого, делать я не умею.

– Как же так? Ты жа ведьма. – Начал подтрунивать над женой Яра Кейстут. – А ведьмы, они ведь на многое горазды.

– Вот в энтом князь не сумлевайся. – Мило улыбнулась князю Ярина. – Коль ведьма обидится, то будь уверен, за свою обиду люто отомстит. Так люто, что все кто про ту месть прознает, ужаснется.

– Ладно. Побалагурили и будя. – Перешел на серьезный тон Кейстут. – Что вы пришли, то я тому рад. Кали помощь какая от меня потребна будя, то окажу. В том мое слово крепкое. Главное, надобно точно узнать, какими силами и куды наперед всего Тевтоны полезут. От такого знания, многое в энтой войне зависить будя.

– То понятно. – Кивнул головой Яр. – Постараемся выведать. Лучше всего конечно кого в полон прихватить. Правда. – Выдержал паузу Яр. – С полонными завсегда мороки много. Особливо ее добавляется, коли где далека от своих находишься. Ну да не в первой. – Выдахнул он. – Мы уж как-нибудь. Мы уж где-нибудь. Потихоньку. Помаленьку.

– Не Яр. – Качнул головой Кейстут. – Не надо потихоньку да помаленьку. Все же таки, я дам тебе двух моих воев. Отправлю с тобой Мартона и Скамонда. Парни добрые. Места на границе с Орденом им добро ведомы, потому как родом из под Ковно будут. – Заверил он Яра. – Лишними они тебе ни в коем разе не станут. Да и ежели все-таки удастся кого в полон прихватить, чтобы тебе тот полонный обузой не был, ты его им передашь. А доставить того полонного мне, ужо их заботой станет.

– Хорошо. – Просто согласился Яр. – Тады, просьба к тебе князь будя.

– Слушаю. Говори свою просьбу.

– Потребен будя запас стрел. Да и продовольствием обеспечение не помешаеть.

– Тю-ю. – Усмехнулся Кейстут. – Нашел об чем просить. То и так само собой разумеется. Я ужо думал об чем серьезном говорить станешь. Али за службу прибавку к наделу попросишь. Хотя, это же не твой надел. – Снова развеселился князь. – Это надел твоей жены. Ты же тады вовсе от награды Ольгерда отказался. Я ужо подумал, что ты решился не тольки приживалом при жене быть, а и сам хозяином заделаться, а ты мне про стрелы да припасы. Да-а, Яр. Снова. Удивил, так удивил.

– Ну коль ты так вопрос ставишь. – Отодвинула плечом супруга Ярина. – То мы об наградах потом поговорим. Опосля того, как вернемся. Надеюсь, ты от награды, коль службу добро сполним, отнекиваться не станешь?

– Чтобы я, да от своего слова отказался. Ты когда-нибудь об таком слыхала? – Изумленно посмотрел на женщину Кейстут.

– Нет. – Просто ответила князю Ярина. – Об таком никогда не слыхивала. Но лишний раз себя мыслью об награде потешить приятно.

– Да-а, Яр. Повезло тебе с жинкой, так повезло. С такой женой, с голоду по миру побираться не пойдешь. Она табе пропасть ни разу не даст. Прямо клад, а не жена.

– Ему-то повезло. – Переняла веселый тон князя Ярина. – А вот мне с ним, одни тольки мучения. Совсем он у меня да жизни не способный.

Яр при этом разговоре об нем стоял молча и лишь иной раз жену тольки взглядом пилил. Привыкший обходиться малым на войне, ему и в мирной жизни мало что надо было. Да и по его уразумению, соромно это было, за службу земле родной наград требовать. Характер не тот.

Да и дед его не учил в свое время, что родину ради наград только защищать нужно. Наградят. Хорошо. Нет. Ну и не надо. И без той награды проживет. Главное, чтобы дети да жена живы и здоровы были. Да и так вроде, все что для жизни надобно, ужо имеется.

А вообще, самая большая награда для воина-это мир. Правда только в том состоит, что мир тот, лишь пока мечтой остается. Вот ежели не лезет ворог с запада, то тогда с востока войной грозят. А ведь бывает еще и так, что сразу с двух боков наваливаются.

И вроде миром одним рождены с теми кто на востоке. Из одного корня вышли. Ну, да. Из одного корня вышли, да вот только дорогами разными пошли. И как-бы в том большой беды нет. Вернее не было-бы, коль одна сторона себя выше другой не ставила. Не стремилась возвыситься над иными, всех под себя подмяв.

– Ты ужо так-то на мужа-то не пеняй. – Вступился за Яра Кейстут. – Таких как он воинов, не шибко много наберется. А в таком разе, за его спиной и ты не пропадешь. Ну а ты-то сам, чего молчишь? – Обратился к Яру князь.

– Так было-бы об чем говорить. – Ответил Яр. – Я сейчас совсем об ином мыслю.

– О чем же? – Поинтересовался Кейстут.

– Да об том, где лучше через границу прошмыгнуть? У Городни, Неман переходить безопасней будя, но то время лишнее отнимет. Напрямки идтить? Тута, так просто мимо не проскочишь. Орден как и мы, границу зорко блюдет. Обязательно кто заприметит, когда реку переходить станем.

Неман в то время служил между Великим Княжеством и Орденом, чем-то вроде разделительной пограничной полосы. Правда, Орден не бросал попыток ту полосу пограничную перейти и закрепиться на другом берегу, возводя на нем свои крепостные укрепления. И кое-где Ордену, это даже удалось.

– И к какому решению, более склоняешься? – Задал вопрос князь.

– Да, напрямки полезем. – Ответила Кейстуту за Яра Ярина. – В том я нискольки не сумлеваюсь. Сколь-бы он тут с задумчивым видом не стоял, это решение ужо давно в его мозгу созрело. Тут открытого места, всего-то река будя. А там. Как тольки до леса доберемся, так там нас сам черт не сыщет. Лес не дорога. В лесу быстро от погони отвяжемся, коль рыцари вдагон пустятся. Али я не права? – Обратилась она к мужу.

– Ну, да. – Пожал плечами Яр. – Вроде верно. Чего время зазря на переходы терять? Так-то оно конечно, быстрее будя.

– Все же быстрее, не значит, что безопаснее. – Подергал себя за ус Кейстут.

– Так идтить в земли Ордена, само по себе ужо опасно. – Хмыкнул Яр.

– И то верно. – Качнул в согласии головой князь. – Ну да сами решайте как, куды и когда. Главное, как ужо говорил, мне надобно узнать, где ворога встретить.

ГЛАВА 7

Война для церкви, что хлеб насущный. Вот потому-то, ни одно военное столкновение людей без участия в ней служителей церкви не обходится. А бывает еще и так, что служители церкви сами людей к войне призывают. Одни только крестовые походы чего стоили. Чем более множатся страдания людские, тем полнее наполняется церковная казна.

Верят люди в то, что служители церкви имеют связь с богом. А вместе с той верой, и казна церковная растет, и власть служителей церкви над людьми. А власти много не бывает. Власть, это сука ненасытная. Коль хоть немного власть имеешь, то тем более ее хочется. А вкусивших все ее прелести, так за уши от нее никого не оттянешь. Не говоря уже об том, чтобы кто-нибудь по своей воле от нее отказался.

Хотя, по правде сказать, был случай с одним Римским императором. Но то совсем неординарная личность была. Идейным оказался. Ему вновь удалось запустить на всю мощь Римскую имперскую машину давшую сбой. Запустил, отрегулировал и поехал в деревню капусту выращивать.

Зря он это конечно сделал, как выяснилось. Без его руководства машина тут же начала сбоить. Сразу заскрипели все ее шестеренки. От этого самого скрипа пострадал и сам любитель-садовод. Порешили его без лишних рассуждений. Не любят патриоты от власти, подобных индивидуумов. Да к тому же, вдруг чего передумает да опять налаживать машину полезет. Власть подобных любителей, терпеть не может.

Жозе Тарпиньи, сидя в своем крытом возке кутался в шубу, и мысленно клял судьбу, а заодно, и свой язык. Конечно, это почетно и для карьеры полезно, сопровождать королей в их героическом походе против язычников. Все так. Но все же. Все же, он предпочел-бы сейчас греться под лучами доброго Итальянского солнышка высказывая свои измышления в тепле и неге, чем трястись от холода в этих богом забытых местах. Проблема просвещенных людей не в том, что они много думают, а в том, что иногда свои думы высказывают вслух, отчего сами потом и страдают.

А Богом забытые места, это конечно небольшой перегиб. Здешние земли, особенно сейчас, вызывают прямо-таки небывалый интерес. Интерес экономический, военный и политический. И весь этот клубок проблем теперь ему придется решать. Таким доверием его облагодетельствовал сам Папа. Для карьеры очень хорошо, а вот для жизни может быть не очень. Достаточно вспомнить то, что происходило с Папскими нунциями да легатами. С какой скоростью, несмотря на свои полномочия, они покидали эти земли. Дикие места. Дикие люди. Дикие нравы. А главное, они бежали не от язычников-дикарей.

С экономической стороной все и так понятно. Стоит только посмотреть как поднялся Орден. Противный Тевтонский Орден, который совсем не горит желанием делиться своими доходами с Римом. До такой степени эти братья-рыцари загнобили представителей святой церкви, что те лишний раз чихнуть при них боятся. И это называется Орден Господа. Никакого почтения и уважения.

Церкви и так хватает проблем, как с Французской короной, так и Английской, где влияние Папы заметно упало. И это еще мягко сказано. Нет. Орден нужно ставить на место. Вопрос только, как? Какой-такой найти способ, чтобы Тевтоны склонили свои гордые головы в поклоне перед Папой? А ведь попутно с этим вопросом придется решать вопросы продвижения святой церкви среди местных князей. Это просто жизненно необходимо, расширять здесь сферу своего влияния.

Слово жизненно, здесь далеко не метафора. Развод Папы и Патриарха в 1о40 году привел церковь не просто к расколу и дележу территорий. И дело там не в том было, как правильно креститься, с лево на право, или с право на лево. Да пусть-бы хоть и ногой крестились, это дело десятое и никакого значения не имеет. Все дело разумеется упиралось в деньги и власть.

Константинополь в то время был, что называется на коне. А Папе достались земли терроризируемые язычниками норманнами с одной стороны, а с другой стороны халифат Омейядов подпирал. Ничего. Справились. Королей да вождей даже по струнке ходить заставили. Жаль, что струна та сейчас оборвалась. Ну, да бог даст, опять натянем.

Сейчас положение дел конечно не то, что было раньше. Появилась возможность распространить свое влияние и на Восток. Правда, не на много-то проще стало, но неплохие шансы на то есть. Конечно, эти православные выскочки нашли себе сильного покровителя в виде Орды. Сильный козырь в рукаве Патриарха в виде Московской митрополии, в которой он души не чает. Конечно не чает. Оттуда, в его казну богатые дары падают. И главное сердце надеждой питается, что Орда в его сторону свои тумены не повернет, что она по прежнему на Запад смотрит. Не спроста он позволил перенести кафедру метрополии из разоренного Ордой Киева в Москву, под бок ханов.

Хотя, здесь секрета нет. Патриархи всегда были падки на богатые подачки. Только вот распоряжаться деньгами так и не научились. Скупердяи. Все под себя гребут. Потому-то им никогда не удавалось организовать походы похожий на этот. Патриарху в свое время пришлось даже чуть ли не на коленях ползти к Папе и умолять его о помощи против Сельджуков и Арабов, забыв о своем величии. Чего только не сделаешь ради того, чтобы спасти свою шкуру и при этом еще попытаться загрести жар чужими руками. Все это благодаря Жадности. А эта тварь Жадность, хоть и выглядит жабой уродливой так просто не отпускает тех, кто попал в ее сети. До смерти душить будет. Впрочем, это как раз таки и не плохо. Такое положение вещей дает неплохие шансы на наше продвижение. Патриархи хоть и сменяют друг друга, но все одно ничему не учатся.

Мд-а. Остается только найти подход. Вариант с Польшей, здесь дал основательный сбой. Тогда давление рыцарей не оставило иного пути Польскому князю Локетку, как кинуться в объятия церкви и принять из рук Папы корону. Будем надеяться, что этот поход слегка положение подправит. Вдруг удастся провернуть и сейчас нечто подобное. Было-бы славно. Такое положение, сразу-бы решало множество проблем.

А если нет? Значит, на нет и суда нет. Весь тот первоначальный план с Орденом придется выбросить в мусорную корзину. Ну да, не обойдется об упоминании грамоты в которой Император Германии даровал земли Великого Княжества и Новгорода, Тевтонам. Так это дарование еще завоевать нужно, а по всему выходит, что у Ордена в одиночестве на это кишка тонка. А будет еще тоньше, без поддержки Папы. Пускай в одиночку надрывают свои гордые пупки.

Конечно же, еще найдутся такие, кто будет гундосить по поводу того, что не гоже Риму якшаться с схизматами и тем паче с язычниками. Что это подорвет какие-то там устои. Действительно. Сильный аргумент. Сильный, но имеет свою слабину. В свое время, и Англы, и Саксы, и Даны, и Франки, и Норманны со Свеями, были ярыми язычниками. Большая часть Испании вообще находилась под властью Халифата. И что теперь? А теперь, это столпы веры. Время, проповедь и труд, всех язычников и схизматов перетрут.

Да. Такой подходит сулит больше выгоды, чем разорение земель и передача их под власть Ордена. Тем более, что князья Великого княжества совсем не против постройки наших храмов и монастырей на своей территории. Более того. Они настойчиво зазывают к себе переселенцев. То есть, практически сами помогают нам в распространении нашей истинной веры. К тому же, нельзя сбрасывать со счетов их отношения с Ордой и ее верным слугой, Московским княжеством с их Митрополитом.

Во всяком случае, пока им удается довольно эффективно сдерживать их давление. А если еще добавить нашу помощь, то об угрозе Орды Европе можно будет забыть. Несомненно, эта угроза будет практически сведена к нулю. Поход Батыя так и останется в истории, как единственная попытка вторжения Орды в земли западных королевств.

Эх. Знать-бы наперед, чем окончиться этот поход королей. Очень жаль, что это скрыто за туманом неизвестности. Ну да, ладно. Не привыкать действовать по обстановке. Но главное в этих действиях, все же не ошибиться в выборе принимаемых решений. Эти решения как могут и возвысить, так могут и больно уронить об землю.

Вялые размышления дремлющего Тарпиньи были прерваны тем, что его повозка внезапно остановилась.

– И что там случилось? Почему мы вдруг стали? – Крикнул он из возка.

– Так вроде, как приехали. – Ответил ему возница. – Очередной привал.

– Опять привал. – Простонал Тарпиньи. – Господи, когда же мы уже доберемся до места? Эти переходы, могут запросто свести меня в могилу.

ГЛАВА 8

– Чего ты там узрел? – Спросила тихо Яра, подошедшая к нему Ярина. – Вроде все тихо.

Парень уже с четверть часа стоял на опушке перед переправой и пристально всматривался на другой берег реки.

– Вроде-то оно вроде. – Покачал головой Яр. – Да вот чутье подсказывает, что соваться здеся на другой берег не след. А вот почему оно мне то говорит, понять не могу. Однако, чутью доверять надо. Это самое чутье, не единый раз спасало. Еще ветер нам в спину дует. – Посмотрел он на небо. – Нет Ярина. – Вздохнув сказал он жене. – Надо от этой переправы уходить и другое место искать.

– Да чего тут искать-то? – Возмутился подошедший к ним Скамонд. – Мы почитай сотни раз здеся ходили. Нема здеся никакой опаски. Тем паче, что и крепость орденская отседова далече. Так что, браты-рыцари сюды не ходють. А можа ты просто штаны обмочил, от великого желания к немцу в гости идтить? Так ты так и скажи. – Усмехнулся он. – И чаво тольки Кейстут нам наказывал тебя слушать? – Посмотрел он на стоявшего позади него Мартона. – Чем ты такую милость заслужил? Али это не ты, а твоя жена постаралась князю угодить?

Не успел Скамонд закончить свою речь как рухнул на снег, получив мощный удар в челюсть от Ярины. Мартон было схватился за топорище своего топора висевшего на боку, но тут же отвел руки в стороны, потому как в его бока с двух сторон уперлись острия мечей братьев Пальков. Назревший конфликт, остановил голос Яра.

– Всем тихо и изготовиться к бою. А с тобой, – он посмотрел на подымающегося с земли Скамонда. – А с тобой я опосля поговорю, ежели ты разумеется живым останешься.

Сказав это, Яр быстро подошел к своему коню и взяв лук стал натягивать на него тетиву. Ярина, бросив взгляд на переправу охнула и метнулась к своей лошадке за арбалетом. Из леса, на том берегу, к реке выехало с десяток, а то и более того верховых. Выждав некоторое время, они осторожно начали переходить реку.

– Ох, тыж. – Выдохнул Скамонд. – Да мы чуть было в западню не угодили. – Посмотрел он на Мартона. – Зря я тут напраслину возводил. Ой зря. – Помотал он головой.

– Потом об том ужо жалеть будем. – Ответил ему Мартон. – Тута, коль до боя дело дойдет, то жарко нам будя. Ворога почитай, вдвое более чем нас.

– Слушайте все. – Перебил их разговор голос Яра, вскочившего в седло своего коня. – Действуйте как учил. В ближний бой не суйтесь. То моя забота. Бейте из луков. Не старайтесь стрелять по верховым. Броня у них крепкая. Издаля такую броню, так просто не пробить. Зазря тольки стрелы тратить. Стреляйте по коням. Пешим, воин в броне ужо не так грозен. Да и в полон такого легче брать будя. Пеший без коня, далеко не убежит.

– Как это такое понять? – Переглянулись меж собой Скамонд с Мартоном. – Это, как это в бой не соваться? А как в таком случае ворога побеждать? Да как ишо в полон кого захватить?

– Сунемся тады, когда Яр дозволит. – Проходя мимо дружинников, сказала Ярина. – А сейчас, берите луки в руки и ждите команды.

Между тем верховые противника переправились через реку и теперь осторожно продвигались в сторону затаившихся Яра и его людей. Когда до врагов оставалось не более метров двадцати к ним навстречу из-за деревьев словно призрак, выехал Яр. Он сразу же направил своего коня чуть в сторону, чтобы не попасть под стрелы которыми будут обстреливать врага его напарники. Как только от его стрелы на землю рухнул первый противник, Ярина тут же отдала команду.

– Начали.

Она первой спустила тетиву своего арбалета. Сразу вслед за ней по противнику начали пускать стрелы и братья, Михаил и Николай Пальки. Скамонд с Мартоном тоже выпустили по паре стрел вначале, но потом, видя как от стрел Яра вываливаются из седла тевтонские братья, в них взыграл боевой азарт.

– Да что мы как тати из кустов бьем? – Подначил Скамонд Мартона. – Айда, в честном бою с врагом схлестнемся.

– Айда. – Поддержал этот боевой порыв Мартон бросив лук и вытавщив из поясной петли свой топор. – Даешь их в мечи. – Азартно пыхтел он, залезая в седло.

– Вот куды полезли? – Перезаряжая арбалет, крикнула дружинникам вслед Ярина. – Трясца им в печень, этим неугомонным.

В принципе действительно, большой нужды в таком поступке не было. Бой и так вроде складывался в их сторону. Яр крутясь на своем коне под самым носом противника к этому времени уже успел, если не уложить на смерть, то точно, выбить из седла троих братьев-тевтонов. Ярина точным выстрелом в лошадиную голову спешила одного из врагов. Братья Пальки, тако же постарались. Коня они, правда, только подранили, но от боли тот конь так взбрыкнул, что выкинул своего всадника из седла. Вернее выкинул, да не совсем. Зацепился ногой за стремя верховой и теперь мотлялся бедолага из стороны в сторону, гремя доспехом.

– И откуда тольки таких недоумков в дружину беруть? – Все более и более ярилась Ярина.

На такое недовольство разумеется, была у нее и причина. Мартон со Скамондом сильно не замарачивались, а потому ломанулись к тевтонам по прямой, при этом перекрывая сектор обстрела.

– Михаил, Николай, садитесь на коней. – Отдала она распоряжение братьям Палькам. – Ближей до переправы станем, чтобы путя отхода ворогу перекрыть. Да глядите у меня там. Не сметь без нужды большой к орденцам в ближний бой лезть. Пущай дурни, вон как те, – кивнула она головой в сторону Скамонда и Мартона, – своими жизнями за просто так рискуют. Нам такая удаль ни к чему. Нам ворога победить надобно, да полон взять. Да ишо при этом, чтобы из нас никто ни пораненым, ни убитым не был.

На эту горячую речь Ярины, братья молча кивнули головой в согласии. Особой говорливостью Михаил и Николай, и ранее не отличались. Да и вообще, во всем старались походить на Яра, который им заместо погибших отца с матерью, почитай за старшего брата стал.

Братья вроде как уже и возмужали. Михаил, вон даже жениться успел. Да и боевого опыта за плечами хватает. Однако по-прежнему Михаил и Николай заместо вольных хлебов, предпочитали рядом с Яром и Яриной быть, считая себя с ними одной семьей.

Между тем, Скамонд с Мартоном добрались до братьев ордена и схватились в ближнем бою с двумя из них. На Яра наседало трое крестоносцев, пытаясь достать его кто копьем, а кто мечом. Правда, достать Яра у них не очень хорошо получалось. Управляя конем коленями, Яр ловко уворачивался от всех этих неуклюжих попыток. Да не просто уворачивался, а при этом еще и ворога бил. Выпущенная им стрела с близкого расстояния, угодила одному из братьев ордена прямо в лицо и теперь его супротивников осталось двое.

Навстречу к Ярине с братьями Пальками, как только они выехали на открытую местность, тоже бросилось трое верховых, за которыми следом семенил выбитый из седла орденец. Сражение, из засадного боя, перешло в ближнее столкновение. А такое столкновение, завсегда заранее непредсказуемо.

Понимая, что столкновения уже не избежать, Ярина направила свою лошадку прямо на одного из крестоносцев. Не отличающаяся особой статью, литвинская лошадка местной лесной породы смело врезалась грудью в ухоженного рыцарского боевого коня. Боевой конь, не ожидавший такого напора попятился назад, не давая тем самым своему седоку возможности нанести удар Ярине. Зато она в свою очередь, с близкого расстояния разрядила свой арбалет. Выпущенный Яриной арбалетный болт с такого расстояния легко пробил броню, отправив рыцаря на свидание с его богом.

Братья Пальки меж тем, не кинулись сразу на врага. Сначала, они одновременно выпустили по стреле в ближайшего из нападавших. Одна из стрел чиркнув по броне дала рикошет в сторону, зато другая, пробив кольчугу впилась своим жалом воину в плечо. Не давая врагу опомнится, Михаил и Николай достав мечи из ножен насели на раненого с двух боков. Им хватило нанести всего несколько ударов, чтобы их окровавленный противник выпал из седла.

Такая быстрая расправа над двумя братьями-рыцарями охладила пыл третьего, оставшегося теперь в одиночестве, не считая разумеется спешащего к нему на помощь пешего. К слову сказать, тот пеший увидав такую картину, уже как-бы и не торопился. Он остановился и стал оглядываться по сторонам, чтобы лучше оценить свое положение.

Что касаемо положения, то поле боя теперь выглядело так. Яр к этому времени уложил стрелами еще одного из своих врагов и теперь схватился с оставшимся против него противником в ближнем бою, пытаясь того обезоружить. Мартон, своим топором раскроил плечо бившемуся против него крестоносцу и стал помогать Скамонду отправить на тот свет рыцаря, что бился с ним. Вроде-бы все складывалось удачно. Но Удача, она дама переменчивая. Особенно она переменчива на войне во время боя.

Из леса, на том берегу, к переправе стал выезжать еще один отряд братьев ордена. Да судя по всему, в несколько раз поболее прежнего. Увидев это Яр перестал пытаться выбить из рук своего противника оружие, а просто, ловким ударом ткнул его своим мечом прямо в лицо.

– Отступаем. Быстро все в лес. – Крикнул он во весь голос сунув меч в ножны и снова взявшись за лук.

Слава богу, дважды ему отдавать команду не пришлось. Ярина, с братьями Пальками, а так же Скамонд с Мартоном, увидав, сколько врагов выехало к переправе, тут же прекратили сражение и направили своих коней в лес.

ГЛАВА 9

Уйти от погони особого труда Яру и его товарищам не составило. Да и как иначе-то? Нет таких пород коней ни на западе, ни на востоке, которые были-бы способны тягаться в скорости передвижения по лесу с литвинскими лошадками. Лес, это их родная стихия. Да и к слову сказать, сами тевтоны не слишком-то преследованием и горели, опасаясь попасть в засаду. Не единожды подобное упорство и рвение приводило их товарищей к гибели. Литвинские дикие пущи, страшное и гиблое место. Особливо, в ночные часы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.