Дина Данич
Люби меня

Пролог

Длинные гудки сводят с ума. Неужели не ответит? Неужели это все?

– Что еще? – слышу раздраженный ответ.

– Дим…

– Я разве неясно сказал? – по голосу четко понимаю – он злится. Опять. – Хватит названивать, Оль. Все, кончено все. Поиграли, и хватит.

– То есть это все игра? – спрашиваю дрожащим голосом, едва не задыхаясь от резкого порыва ветра. Здесь на мосту всегда так.

– У себя спроси, – устало отвечает он. – Ты заигралась, принцесса. Хватит. Я с самого начала сказал тебе – остановись. Но ты твердила и твердила про эту гребаную любовь. Все, хватит с меня.

– То есть это конец?

– Да, Оль, конец. Пойми, нельзя заставить себя любить.

– Я же знаю, что тебе было хорошо со мной! – всхлипываю, зажмурившись от боли, которая расчерчивает меня, режет без анестезии, наживо.

– Трахаться, да, хорошо. Ты красивая, сексуальная. Конечно, мне было хорошо, – все более зло цедит он. – Чего ты ждала, когда затевала все это? Большой и чистой любви?

– Я же люблю тебя, Дим… Люблю…

– Нет, Оля. Ты себя любишь. Любишь получать то, что захотела. Вот и все. Так что давай закончим весь этот фарс. Найди себе кого-то и отстань от меня наконец уже!

– Но мне никто другой не нужен, – упрямо повторяю. – И если ты отказываешься от меня, от всего, что было между нами… – почти выкрикиваю в ответ. – Лучше все закончить здесь и сейчас.

В ответ слышу оглушающую тишину. Мне даже кажется, что нас просто разъединили, как…

– Оля, где ты сейчас?

– На мосту. Там, где мы с тобой стояли, помнишь? Ты еще обнимал меня, а я сидела на перилах, смотрела вниз и…

– Сидишь там же? – напряженно спрашивает он.

– Я тебя жду. На нашем месте, Дим.

– Жди. А лучше отойди подальше, да? – неожиданно мягко просит он. – Мы ведь вместе там были, так что дождись меня, а пока спустись вниз, туда, где…

– Нет, я тебя жду здесь. Где ветер, как ты говорил, помнишь?

– Я приеду, Оль. Приеду, и мы обо всем спокойно поговорим.

– Почему? Скажи мне, почему ты так упорно отказываешься от отношений со мной! – реву, даже не скрывая слез. – Почему, Дим? Только не говори больше про возраст! Дело же не в этом!

– Я расскажу, – отвечает он дрогнувшим голосом. – Я все расскажу, маленькая. Ты только дождись, ладно?

Всего несколько слов, но внутри все расцветает – моя надежда, моя любовь вновь со мной. Я верю ему. Как же я ему верю! Я столько лет люблю его, я на такое пошла ради него, что сейчас не отступлю.

Ни за что!

Счастливая улыбка на моем лице пропадает, когда ни через час, ни через два Дима так и не приезжает. Становится холодно, накрапывает дождь, но я упрямо держусь из последних сил. Он обещал, он приедет. Даже когда злится и ругается, Дима не бросает меня. В прошлый раз он тоже ругался, но все равно приехал и помог.

Он не может. Только не он!

Ветер становится сильнее, а любимого человека все нет. Я проверяю телефон снова и снова – но ни звонков, ни сообщений. Ни-че-го.

Обманул? Неужели он меня просто обманул? Некстати вспоминаю про Лизу.

Что если они снова сошлись? Вдруг он с ней сейчас и попросту забыл про меня?

Слезы застилают глаза, мешают видеть четко. Если он снова с ней, я ведь не переживу. Не смогу просто. Не выдержу.

Он – мой! Только мой! Мы с ним – друг для друга! Так было в детстве, так было всегда! Просто он вырос быстрее, и я не успела. Но я все сделала, чтобы Диме было со мной хорошо. Все!

Неужели он этого не понял?

Едкое разочарование крепнет с каждой минутой. Обреченно смотрю вниз, на темную воду реки. Ветер порывами бьет то в спину, то в лицо, отчего прическа вся уже растрепана, и, наверное, я похожа на пугало – лохматая и зареванная.

Особенно сильный порыв ветра толкает так, что налетаю на поручень и свешиваюсь слишком сильно и опасно. Страх охватывает меня от мысли, что я могу не удержаться, а в голове мелькает, что Дима был прав! Надо было уйти с моста.

Когда я уже готовлюсь к тому, что равновесие мне не вернуть, слышу резкий окрик позади, но не разбираю ни слова.

А затем чувствую рывок вверх буквально в последний момент… Неужели все же приехал?

1 Оля

“Сегодня все и случится. Я это точно решила”, – с таким мыслями я подхожу к особняку, в котором полным ходом идет вечеринка. Где-то там, среди знакомых парней и девушек, сейчас находится он – парень, которого я так давно люблю, и с которым мы должны быть вместе.

Сегодня я стану его полностью. От и до!

Теперь нет глупых рамок, что я еще несовершеннолетняя. Еще три дня назад я стала взрослой, и теперь Дима не сможет снисходительно отмахнуться от моего признания. Я взрослая, и я сама выбираю свою судьбу.

– Оля, ты как тут? – Игнат Трофимов замечает меня еще на подходе. – К Димке, или так, потусить?

Игнат – лучший друг Волкова. Оба занимаются борьбой, сколько я их знаю. И оба – перспективные донельзя. С Трофимовым я познакомилась, когда Дима однажды взял меня с собой на соревнования, а после была вечеринка в честь их победы. Мне тогда было всего пятнадцать, а парням уже по девятнадцать, и уговорить отца отпустить меня было непросто. Но с тех пор я изредка все же ездила с ними в качестве поддержки. Так что здесь я знаю не только его.

– Да вот, пришла поздравить с удачным закрытием сезона.

Игнат озадаченно смотрит, а я мысленно чертыхаюсь – наверняка он в курсе, что еще позавчера его друг был на моем дне рождения.

– Ты не знаешь, где он?

Трофимов растерянно осматривается.

– Слушай, Лизка вроде здесь. Значит, этот тоже тут крутится.

Слышать про Лизу неприятно. Я надеялась, что эта курица не придет, но, видимо, зря. Нужно будет как-то нейтрализовать соперницу.

– О, а вот и наш герой, – кивает Игнат, и я вижу моего любимого. Он, как всегда, выглядит обалденно. В обтягивающей футболке, джинсах. Такой домашний и одновременно деловой. Мое сердечко сразу ускоряется, а на лице появляется счастливая улыбка.

– Лёка? Ты чего здесь? – удивляется Волков.

Когда-то давно странное прозвище прицепилось ко мне после одной из игр, и с тех пор только Дима звал меня именно так – странным сокращением от моего имени. И каждый раз это давало понять, что между нами особая связь.

Он смотрит на меня с улыбкой, а я стою и просто залипаю. Как же мне хочется, чтобы он, встречая меня, еще и обнимал, целовал. Показывал всем, чья я.

– Да вот, была рядом, решила заехать.

Кошусь в сторону Игната, тот удивленно приподнимает бровь, но не встревает.

– Ты одна? А домой кто повезет?

Дима всегда заботился обо мне. Мы еще детьми играли, а он уже тогда как старший старался все держать под контролем. Мой идеал.

– Я на такси. Не волнуйся.

– Отвез бы, но я уже выпил, – улыбается он. – Соррян, сказала бы заранее, что заедешь. Отец знает, где ты?

– Конечно, – беззаботно вру в ответ. Если бы папа узнал, уши бы надрал. Но я уже взрослая, так что время его контроля в прошлом. Уже три дня как.

– Ну, добро. Хочешь чего-нибудь?

– Мохито можно.

Дима смеривает меня взглядом.

– Безалкогольный, – чеканит так, что нет никакой возможности поспорить, и отходит к приглашенному бармену.

Вообще их команда отдыхает вот так всего пару раз в году, поэтому парни оттягиваются, как могут. В остальное время – режим.

Игната, к счастью, увлекает одна из девушек с просьбой помочь, и тот уходит, бросив на меня нечитаемый взгляд. Уже хорошо. Не хватало еще оправдываться перед ним. Нет, сегодня моя цель, наконец, исполнить мечту. Я слишком долго ждала этого момента!

– Держи, – Дима возвращается с двумя стаканами. Но я не успеваю даже попробовать, как к нам подплывает та самая Лиза. Она меня бесит. Во-первых, потому что она имеет право касаться Димки и смотреть на него вот так – как будто он ее. Хотя я точно знаю – он с ней просто иногда спит. Во-вторых, у нее огромные сиськи и накачанные губы. Да и вообще формы выходят куда более аппетитные. В том я и правда проигрываю. Но еще я знаю точно – она не будет его любить так, как я. Поэтому мне нужно придумать, как избавиться от нее на этот вечер и ночь.

– Димуль, спасибо, – воркует она, забирая у него второй стакан. – Привет, Ольчик.

Она всегда называется меня так пренебрежительно.

– Ты чего тут со взрослыми дядями? Не пора к маме с папой?

При этом она еще и смотрит так снисходительно. Стискиваю зубы. Как-то раз Дима назвал меня принцессой, пояснил, почему, и с тех пор эта коза каждый раз поддевает меня про родителей и мой возраст.

– Не пора.

– Лиза, – негромко, но в то же время весомо говорит Дима, и та переключается на него.

– Прости. Я что-то подустала. Может, наверх пойдем? – она многозначительно поигрывает бровями и облизывает губы.

– Можно. Только Олю в такси посажу и приду.

– Я буду ждать. Первая комната направо.

Лиза уходит, а я едва сдерживаюсь, чтобы не догнать и не вцепиться ей в волосы! Дрянь такая!

– Давай, пойдем, нечего тебе тут делать. Время к ночи уже. Отец твой мне потом шею намылит.

– Не намылит, – возражаю. – Мне уже восемнадцать. Хватит меня считать ребенком.

Он улыбается и качает головой.

– Пойдем, взрослая принцесса. А то тут такие же взрослые дяди, и многие из них могут не удержать руки на месте, если меня не будет рядом, а я, знаешь ли, еще отдохнуть хочу.

– С Лизой? Зачем она тебе?

– А вот это тебя не касается, малышка. Давай, вызывай такси, а потом позвони, что доехала.

– Ты же будешь занят.

– Ради тебя отвлекусь.

Я понимаю, что весь мой план рушится на глазах. Либо я срочно что-то придумаю, либо Дима пойдет и трахнет эту козу.

– Ой, а можно я в туалет забегу?

– До дома не дотерпишь, что ли? Ну, Лёка, ты даешь. Даже не пила ведь.

Предлог идиотский, но хоть что-то.

– Да я быстро!

Юркая в коридор, оглядываюсь через плечо – Дима болтает с одним из ребят. Нахожу Игната и бегу к нему. Мысль, как все провернуть, формируется практически мгновенно.

– Эй, ты чего?

– Слушай, я уже уезжаю, попрощайся за меня с Димкой, а то там такси уже ждет.

– Лады, – кивает он.

– А еще они с Лизкой разминулись.

– И чего?

– Она просила передать, что ждет его в дальней комнате, которая в левом крыле.

– Вот бабы, – закатывает глаза Игнат. – Прямо не подождать, что ли?

Мило улыбаюсь и машу на прощание.

Такси действительно уже ждет.

– Не забудь позвонить, – напоминает Волков и захлопывает дверь. Мы отъезжаем всего метров двести, как я прошу водителя остановиться.

– Что такое?

– Да я телефон забыла.

Он выразительно смотрит на тот, что у меня в руках.

– Второй. Мама убьет.

– Ожидание – за плату.

– Тогда не ждите. Поездка уже оплачена, – фыркаю и вылезаю из машины.

К дому пробираюсь осторожно и постоянно оглядываюсь. Мне очень везет – ни Димы, ни Игната не встречаю, остальные, если и замечают меня, то просто поднимают руку в знак приветствия, и все.

Поднимаюсь на второй этаж и иду к нужной двери. Пульс зашкаливает – мне очень страшно. Я так долго ждала этого, но в то же время боюсь, что все пройдет не очень. Или что Дима откажется…

Хотя и на этот случай у меня есть запасной план.

Нажимаю ручку и открываю дверь. Димка стоит возле окна, уже в одних только джинсах.

– Где тебя носит, – грубовато выдает, даже не оборачиваясь. – Я бегать за тобой должен?

Дверь за мной закрывается, раздается приглушенный щелчок, и Дима, наконец, оборачивается.

– Лёка?

2 Оля

Делаю осторожный шаг вперед и замираю.

– Ты что здесь делаешь? – хмурится Дима. – Ты же в такси села.

– Прости, я кое-что забыла, поэтому вернулась.

– Извини, я думал, это Лиза, – вздыхает Волков и растирает шею. Он так всегда делает, когда ему неловко.

Подхожу к нему еще ближе, почти вплотную. Меня ведет от того, как мужественно он выглядит. Короткая стрижка, накачанные проработанные мышцы, небольшая темная дорожка волос, уходящая вниз.

– Эй, Лёка? – он щелкает у меня перед лицом. – Зачем вернулась-то?

– За тобой, – честно говорю.

– В смысле?

– Дим, я хочу быть с тобой.

Он хмурится и удерживает за плечи, когда подаюсь к нему, чтобы поцеловать.

– Так, принцесса. Мы это уже обсуждали.

– Ты сказал тогда, что я слишком маленькая. Но я выросла.

– Выросла? Оль, прекрати. Ты придумала себе что-то и веришь.

– Но это правда! Теперь мне восемнадцать, и я могу стать твоей. Полностью.

– Ну, какой моей? – устало возражает Дима. – Мне не нужны отношения. Понимаешь? Тебе нужна сказка, а я не принц.

– Ты самый лучший. Этого достаточно, – твердо повторяю. – И я хочу быть с тобой. Я совершеннолетняя и могу спать с кем захочу.

Он стискивает зубы, а из взгляда неожиданно уходит вся мягкость.

– Вот что, Оля, поиграли – и хватит. Пора и домой в постельку возвращаться.

Дима редко позволял себе подобный тон со мной. Да еще и по имени, а на прозвищу. И я знаю – теперь в лоб идти глупо. Хорошо, что у меня есть план Б.

– Ладно, я поняла. Прости, что пристаю со своими чувствами, – отвожу взгляд и всхлипываю.

– Лёка, ты же все понимаешь, да? – сменяет гнев на милость Волков. Голос его снова звучит мягко. – Я тебе все объяснил, думал, ты услышала и уже переключилась.

– Ладно, хватит. Не песочь меня, и так стыдно.

– Может, воды принести?

– Я бы выпила чаю, как обычно пили у нас дома, помнишь?

– Будет тебе чай, – вздыхает он. – Но после – домой. Договорились?

– Хорошо, – обещаю, держа за спиной пальцы крестиком. – Давай я сама сделаю и принесу сюда? Там внизу уже все разбрелись, на кухне никого.

Волков явно против, но у него звонит телефон – кажется, тренер. И в итоге он вынужден согласиться.

– Я быстро!

Выхожу в коридор, а в голове мысль только о том, что я не собираюсь отступать, и не отдам своего мужчину этой козе Лизке.

Сегодня точно мой день – меня никто не ловит, не замечает. Я успеваю сделать чай и добавить туда средство, которое мне дала моя подруга Юля. Сказала, что с ним парень даже высоко моральных устоев не устоит. Я уверена, как только Дима поймет, насколько я люблю его, что я ждала только его, он оценит и будет со мной. Это с дурындой Лизой он не хочет отношений, а со мной – захочет!

Пока поднимаюсь наверх, переживаю, что в самый неподходящий момент выйдет эта самая Лиза и заметит меня. Но и тут мне везет.

– Вот, как ты любишь, – говорю, поставив чашки на стол. Мы садимся напротив, молча пьем чай.

Когда были детьми, Димка часто бывал у нас в гостях вместе со старшей сестрой и ее мужем. У него тогда еще была другая фамилия, но потом дядя Олег почему-то дал Диме свою, и тот тоже стал Волковым.

Мой отец часто вел дела с дядей Олегом, да они и просто общались в неформальной обстановке. Так что мы с Димой довольно быстро подружились. Можно сказать, выросли вместе. Между нами всего четыре года разницы, но когда Диме исполнилось шестнадцать, он стал появляться на семейных сборищах куда реже – сначала потому что сборы и соревнования стали занимать львиную долю его времени. А потом… Потом ему стало неинтересно возиться с малышней. И мне остались лишь редкие минуты на общение с ним. Так появилась традиция пить чай вечером на кухне. Он травил пацанские байки, вгоняя меня в краску и смущая, а я любовалась и мечтала, как вырасту и выйду за него замуж.

– Надумала куда-то поступать?

– Пока выбираю. Скоро документы надо будет подавать, – пожимаю плечами. – Но, может, буду просто маме в фонде помогать.

– Не дело это, без образования.

– По-твоему, без корочки я ничего не представлю? – тут же вскидываюсь.

– Дело не в этом. Просто я вот так и не надумал же – все гнался за медалями. А теперь уже поздно.

– Почему?

Он пожимает плечами.

– Потому что.

Повисает пауза между нами, а затем мы встречаемся взглядами, и я будто физически ощущаю, как меняется настрой Волкова. Его взгляд становится тяжелее, ощутимее. Зрачки расширяются, и я понимаю, что та самая штука подействовала. Осталось только подтолкнуть в правильном направлении.

– Дим… – подвигаюсь чуть ближе, ставлю чашку на столик и невольно облизываю губы, потому что во рту пересыхает от того, как он смотрит.

– Тебе лучше уйти, – хрипло выдыхает он, чуть прикрыв глаза.

– А если я не хочу?

Я вижу его сомнения и беру инициативу в свои руки. Прикасаюсь к его губам. Целоваться я не умею – для меня все в принципе это впервые. Потому что я всегда знала, что моим первым станет Дима. Только он один.

Несколько секунд ничего не происходит, а затем Волков подается вперед, сгребает мои волосы в кулак и жестко целует.

Я ошарашена. Будь это кто-то другой, начала бы вырываться. Но это же мой Дима. Ему я готова позволить все и даже больше.

Его язык врывается в мой рот, лижет, толкается, трахает. Я понятия не имела, что поцелуи – это вот так.

Сдавленно стону, хватаюсь за его широкие плечи.

– Этого ты хотела? – ошалело рычит Дима. – Этого?!

– Да…

Он прислоняется лбом к моему.

– Уходи, принцесса, пока я еще контролирую себя. Уходи, иначе…

3 Оля

Беру его ладонь, переплетаю наши пальцы.

– Я хочу быть с тобой. И готова пойти до конца.

– Ты ведь даже не представляешь, что я хочу с тобой сейчас сделать, – глухо произносит Волков, возможно, стараясь меня напугать.

– Я согласна на все. Люби меня, Димочка, люби!

Едва успеваю договорить, как на меня обрушивается новый поцелуй.

– Черт, Оля, – хрипит Волков. – Ты напросилась…

Он задирает мою футболку, бесцеремонно стаскивает белье вниз, сжимает крепче.

Это вызывает приятный спазм в животе, и я закусываю губу, чтобы сдержать крик, рвущийся из груди.

Его зубы терзают мою кожу. Это так больно и так приятно одновременно, а руки между тем уже задирают юбку.

– Готовилась? – выдает Димка, нагло отодвигая трусики в сторону.

Я молчу, смущенно прикрывая глаза.

– А ну, отвечай! – требовательно повторяет он, слегка шлепнув. – Готовилась для меня?

– Да…

– Хорошо, – ухмыляется он. Сдавленно охаю, пытаясь не зажиматься и спокойно реагировать на все его действия. А затем зло добавляет: – Ты ведь этого хотела?

Его грубость не задевает. Наоборот, я считаю, что все это – проявление его желания, того, что он испытывает ко мне. И мне все равно, что для того, чтобы снять моральные запреты, пришлось использовать специальное средство. После он все поймет. Обязательно поймет.

Дима не церемонится, резко стаскивает с меня трусы, раздвигает ноги и смотрит на меня там. Я раскрыта перед ним, уязвима. Но знаю – он не причинит мне боли. Нет, ни за что.

– Течешь, – еще один комментарий, который должен бы меня задеть. Но пусть видит – ведь это его я так сильно хочу.

– Это потому что ты рядом.

– Много с кем спала? – мы встречаемся взглядами, и я вижу, как он сдерживается из последних сил. Поэтому трусливо лгу, испугавшись, что, узнай он правду, отступится. Сбежит от меня, но не тронет.

– Разве это важно? Я сейчас тут с тобой. Бывшие ни при чем.

– Ты права. Это неважно, – скалится он, после чего вынуждает раскрыться еще сильнее и резко двигается. Крик я успеваю сдержать, тупо закусив ладонь. А вот слезы… нет.

– Какая же ты коза, Оля, – цедит Дима, поняв, что к чему. – Зачем?! Зачем, я тебя спрашиваю!

– Потому что я люблю тебя.

Он сжимает кулаки, закрывает глаза. А я даже дышать боюсь. Ведь он может уйти и сейчас. Но когда Волков снова смотрит на меня, понимаю, что нет, не уйдет, и не остановится.

Он больше не разговаривает со мной, что-то в нем меняется. Да, он не причиняет лишней боли, но и оставшаяся, надо сказать, сходит на нет. Техничные движения начинают вызывать скорее приятные ощущения. И когда я совсем не жду, Дима вдруг отстраняется, и все заканчивается.

В его глазах такая поволока, будто он мало что соображает. У меня в мыслях тоже бардак. Но кое-что я понимаю четко – моя мечта исполнилась. Теперь мы с Димой вместе. Теперь он поймет, что я принадлежу только ему. Уже не отмахнется, не скажет, что я слишком маленькая.

– Мне надо в душ, – робко говорю, и Волков откатывается в сторону, давая мне возможность встать.

В ванной разглядываю одежду и понимаю, что в таком виде домой лучше не появляться. Я только успеваю раздеться и забраться в душевую кабинку, как дверь открывается, и заходит Дима. Абсолютно голый.

– Хочу еще, – безапелляционно заявляет и забирается ко мне. Настраивает под себя воду и прижимается ко мне со спины.

– Опять? – в панике спрашиваю.

– Ты не хочешь? – его голос звучит очень напряженно.

– Хочу. Я всегда тебя хочу, – отвечаю, подаваясь назад, прижимаясь еще ближе.

– Хорошо. Руки на стену, и прогнись в пояснице.

Никаких ласковых слов, только скупые приказы.

– Сильней прогнись, – командует Дима. И я послушно выполняю.

Крепкая хватка на бедрах не дает отстраниться. Мне не очень приятно физически, но я знаю, ради чего терплю. Если моему мужчине нужно это – пусть. Пусть возьмет столько раз, сколько захочет.

Неожиданно его пальцы прикасаются к моей коже мягко, даже трепетно, отчего я вздрагиваю.

– Тише, стой смирно.

Он действует грубовато, но и в этом я нахожу свой кайф. Ведь получается, Дима заботится о моем удовольствии. Пусть и не в приоритете.

– Давай, не упрямься, – он шлепает мне по заднице, отчего вздрагиваю и сжимаюсь.

Отвешивает шлепок с другой стороны, и я неожиданно для самой себя содрогаюсь от волны удовольствия. Это так странно и внезапно, что я даже не успеваю ничего понять, как Дима догоняет меня.

Пару минут я тупо прихожу в себя. Не понимаю, как это все случилось, и откуда у меня такая реакция. Ноги дрожат, а сердце бьется словно заполошное. Отхожу к стене и прислоняюсь, закрыв глаза.

– Не так быстро, – говорит Дима. – Ты же не думаешь, что это все?

4 Оля

Просыпаюсь я довольно рано. Дима спит рядом, его огромная рука лежит у меня на груди, из-за чего я тут же смущаюсь. Хотя глупо после всего, что было.

Сегодня я впервые понимаю, что значит оттрахал так, что ноги не свести. До ванной и впрямь добираюсь с трудом. Смотрю в зеркало – засосы по всему телу. Между ног саднит. Но я все равно ни о чем не жалею. Главное, смогла доказать ему, что достаточно взрослая, чтобы быть с ним.

Вспоминаю, как Дима жадно целовал, как ругался, но все равно не уходил. И снова хотел меня.

Я едва успеваю выйти из ванной, как дверь вдруг открывается, и в комнату заглядывает Лиза. Мы встречаемся взглядами, она осматривает меня, брезгливо кривится, а затем видит, что я не одна. Со стороны можно и не понять, кто в постели. Если бы не тату, по которому однозначно ясно, что это Волков.

– Все-таки залезла к нему в койку, мелкая дрянь, – цедит соперница.

– Дима сам решил, с кем остаться, – нагло улыбаюсь в ответ.

– Не думай, что долго продержишься рядом с ним, папочкина дочка. Ты и понятия не имеешь, что ему нужно.

Она уходит, а я забираюсь обратно в постель, чувствую, как Дима что-то сонно бормочет и подтягивает меня к себе ближе.

Пусть эта коза думает, что хочет – он будет со мной. Проваливаюсь в дрему, но ненадолго. Потому что кое-кто настойчиво гладит меня по бедру, животу. Сжимает грудь, а спиной я чувствую крепкое мужское желание.

– Ммм, – выдыхаю, когда между ног начинаются мягкие поглаживания.

– Давай, порадуй меня, – хрипло просит Димка.

Замираю на пару секунд, а затем принимаю решение. Я же решила быть с ним, так что глупо теперь отказываться. Тем более что это ведь он – мой любимый мужчина.

Разворачиваюсь – Дима еще сонный, даже глаза не открыл. И я, хитро улыбнувшись, начинаю целовать его грудь, постепенно спускаясь все ниже. Однако то ли я делаю слишком медленно, то ли ему не очень нравится, на затылок ложится ладонь и тянет вниз.

– Давай, детка. Ты знаешь, как мне нравится утром.

Моргаю, выдыхаю. Нет, я, наверное, не так поняла…

– Лиза, хорош мяться, – недовольно ворчит он и, наконец, открывает глаза. – Что непонятного…

Замолкает на полуслове:

– Оля? – хмуро разглядывает меня. Затем резко прикрывает одеялом свой пах и мотает головой.

– Ты как здесь оказалась?

– Так ведь ты сам сказал остаться… Ну, после всего….

Дима морщится, растирает лицо руками, снова смотрит на меня.

– Прикройся, – бросает и сам вылезает из постели. Не без труда находит свои боксеры и натягивает их. Конечно, я понимала, что утром мне не избежать разговора с ним. Так что морально готова.

Время идет, а Дима все так же молчит. Стоит возле окна и смотрит то на меня, то на постель, то на чашки наши…

– Ты что-то подмешала, да? – требовательно спрашивает он. Виновато закусываю губу. Но… – В своем уме я бы не тронул тебя.

– Я что, по-твоему, настолько страшная? – с обидой возмущаюсь тут же.

Волков морщится так, словно голова болит.

– Дура. Да или нет?

Молчу довольно долго.

– Я просто хотела, чтобы ты дал мне шанс.

Мне казалось, я готова к его реакции, но когда Дима как следует шандарахает рукой по столу и ругается отборным матом, застываю словно сурикат. Мамочка…

– Одевайся, отвезу тебя домой.

– Но ты же вчера пил, – пытаюсь возразить. Мне-то хочется побыть с ним подольше. И после нашего разговора я рассчитывала, что мы, возможно, позавтракаем, а потом пойдем погулять…

– Ты, черт подери, оглохла?! Быстро оделась! – рявкает он.

Ясное дело, я не спорю. Хотя мне и обидно. Ведь если бы не хотел, ничего бы не было. Юлька сказала, что штука эта только усиливает то, что уже есть. Иначе бы мужики трахали всех подряд, обожравшись этой настойки.

В доме еще тихо. Я опасаюсь, что мы встретим Лизу, и она узнает о том, что Дима не в духе после ночи со мной. Но нет. Без проблем добираемся до машины. В этот раз Дима не открывает мне дверь, как делал это всегда. Нет, он явно злится. Но я уверена – это потому что ему сложно принять свои чувства. Вот и все.

Вся дорога проходит в молчании. Я очень нервничаю, боюсь начинать разговор. Обычно Волков завозил меня прямо на территорию. Его машина давно в списке допущенных, а сам он – желанный гость у нас дома. Да и они с отцом моим хорошо общаются.

Но сегодня почему-то машина останавливается метров за триста до ворот.

– Дальше сама дойдешь, – довольно грубо заявляет он.

– Дим, а когда мы увидимся? – осторожно спрашиваю.

Тот резко поворачивается ко мне.

– Увидимся? Тебе было мало сегодня? Не хватило, хочется, чтобы еще отымели?

– Зачем ты так, – всхлипываю. – Я же люблю тебя.

– Ты, Оля, ни хрена не знаешь, что такое любовь. Ты избалованная девчонка, которая решила получить желанную игрушку во что бы то ни стало.

– Неправда! Я же любила только тебя всегда! Ты же знаешь об этом!

– И что? Что мне с этой твоей любовью делать? Она мне на хрен не сдалась, ясно?

– Думаешь, эта Лиза тебя любит? – бью в ответ. – Да ты ей теперь не нужен! Она тебя обратно не примет!

– Что ты сказала? – тихо спрашивает Дима. – Ты еще и ей что-то успела втереть?

– Ничего я ей не говорила. Она сама все увидела.

Он бьет рукой по рулю, отчего я вздрагиваю.

– Какая же ты, Оля… Долбаная принцесса, с которой все носятся. А я, идиот, все надеялся, что дойдет, боялся обидеть. Но тебя надо было сразу на место поставить. Может, тогда бы ты не посмела устроить такую дичь!

Его злость душит. Я же рассчитывала совсем на другое. Теперь, после таких слов, просто не знаю, как наладить общение снова.

– Дим, но мы ведь теперь вместе?

Еще один злой взгляд.

– Вместе? Ты дура, или прикидываешься? Я же говорил – мне не нужны отношения. Я и с Лизой просто сплю, слышишь? Просто секс. Ничего лишнего.

– Я тоже могу сексом заниматься.

Волков молчит очень-очень долго. Но я жду. Понимаю, что стоит мне выйти, не решив вопрос до конца, и все. Ничего не выгорит.

– Ну, раз тебе так хочется быть временной подстилкой, твоя взяла, принцесса. Буду потрахивать тебя время от времени.

Слова оглушают настолько, будто он дал мне пощечину.

– Зачем ты так? Ты же знаешь, что стал моим первым, – голос дрожит, а слезы уже вот-вот прольются.

– Где первый, там и второй, – равнодушно пожимает плечами Дима. – Вываливайся, давай. У меня еще дела.

– А когда мы увидимся?

– Когда захочу потрахаться.

– А как часто… Ну… – щеки горят. Мне вообще не нравится, как все обернулось, но тут либо сдаться и попрощаться с мечтой, либо довести начатое до конца. Пусть он сейчас позлится, но потом поймет, что я его по-настоящему люблю. Убедится, что это не просто детская блажь.

– Когда подойдет твоя очередь, тогда и звякну.

– Что?! Да как ты… Я не собираюсь становиться в один ряд с этими твоими…

– Тебе напомнить, кто приперся ко мне и раздвинул ноги? Кто подлил мне какую-то дрянь?

Стискиваю зубы. Да, в этом он прав. Но и делить его я не готова.

– Узнаю, что ты с кем-то спишь, пожалеешь, – шиплю разъяренной кошкой. – Если тебе надо, я готова в любое время.

– И в задницу дать готова, и на колени встать, чтоб в самую глотку?

– С тобой – что угодно.

– Вон пошла, – мрачно бросает Дима, отвернувшись от меня.

Из машины выхожу, не прощаясь. Знаю, что он бывает эмоциональным. Похоже, ситуацию Волков воспринял острее, чем я предполагала. Однако так же я знаю, что больше Дима не отмахнется от моих чувств со словами, что я еще маленькая. Теперь нет причин, по которым мы не можем быть вместе по-настоящему.

5 Дима

Это просто лютый треш. Сижу, смотрю, как эта принцесса чешет к своим воротам, и зверею. Башка до сих пор гудит. Черт знает, что она там намешала, но сегодняшний день можно смело сливать в унитаз.

И не только день.

Когда проснулся утром, по привычке потянулся к Лизке. Она знает, что утром надо делать, чтобы разбудить меня. Иногда, конечно, встает в позу, но в основном в этом плане она понятливая.

Надо было еще тогда насторожиться, когда начались какие-то невнятные поцелуи, а уж когда продрал глаза…

Наверное, никогда я еще так не попадал. Пытался вспомнить хоть что-то, но кроме каких-то обрывков и ощущения, что круто потрахался, ничего. Просто чистый лист. А засосы на коже у этой мелкой занозы окончательно меня добили.

Я переспал с Олей. Нет, не так. Я, черт подери, переспал с Олей! С девочкой, которую с детства знаю, и которая всегда хвостиком ходила за мной. На которую я уже не первый год запрещал себе смотреть, как на девушку. Раз за разом возводил запреты и заслоны, потому что… Да неважно это сейчас!

А она выросла, в любви призналась, когда ей было шестнадцать. Постарался тогда мягко объяснить, вроде успокоилась. Все это время никак ее маниакальное желание не проявлялось.

И я расслабился. Поверил, что переросла, что это позади. Убеждал себя, что так правильно, что так и должно быть. Что пусть лучше будет счастлива без меня.

Я бы ни за что не тронул ее в адекватном состоянии, а она фактически поимела меня. Да зачем ей такой, как я? Зачем гробить жизнь с инвалидом, по сути? Не хрен.

Но Оля упряма. Не ожидал, что выкинет такое. А ведь стоило бы догадаться…

Собственный прокол злит и раздражает. А это ее “я тебя люблю” так и вовсе выбивает из обоймы.

О том, что сделает дядя Ильдар, когда узнает про наши кувыркания, лучше даже не думать. Хотя если у нее в голове не только розовая вата, то не узнает.

Свою злость надо куда-то спустить. Лиза, если правда спалила нас, в ближайшее время вряд ли остынет. Она девка взрывная, эмоциональная. И так вечно подкалывала Ольгу, говорила, что та бегает за мной как собачка, а я, идиота кусок, ее защищал.

Игнат отвечает на звонок только после пятого гудка.

– Ты все еще на хате? – спрашиваю у друга.

– Нет, уехал уже. Кстати, Лизу видел – куда это она одна рванула на всех парах?

– Давай пересечемся, расскажу.

– В зале?

– Издеваешься? – морщусь, представив, какая сегодня получится тренировка. – Нет, давай-ка в баре посидим.

– С утра пораньше? – Трофимов явно в шоке от моего предложения. – У тебя там что, апокалипсис?

– Вроде того.

– Тогда погнали кофе попьем. У меня что-то башка трещит по швам. Давай, на Комсомольской.

Я на месте уже через сорок минут – Игнат подъезжает вслед за мной.

– Чего рожа такая кислая? Лизок не дала? – скалится он.

– Бери круче. Оля.

– Не дала?

– Поимела меня, – мрачно отвечаю и делаю приличный глоток эспрессо. Горечь слегка перебивает тошноту, и дышится уже легче. – Вернулась вчера, типа забыла что-то, а потом дрянь какую-то подмешала мне в чай.

– И? Ты вырубился, а она тебя сфоткала с пастой на груди?

Мне ни черта не смешно. Меня все это бесит. Ведь получается, все мои старания пошли лесом. И, наверное, на моем лице это как-то отражается, раз Трофимов перестает лыбиться.

– Короче, трахнул я ее. И, похоже, не раз.

– Да ты гонишь…

– Судя по всему, нет.

– Уверен? Или не помнишь ничего?

– Слушай, мы проснулись вместе, и она вся… В общем, того, помятая. Плюс на простыне кровь.

О том, что испытал, когда это увидел утром, молчу. Вот вроде бы это она виновата, а все равно чувствую себя козлом каким-то.

– Ну, вы даете, – присвистывает друг. – И что делать будешь?

– Ничего.

– То есть как? Ты же говорил, ни за что ее не станешь трогать. Как вообще вышло?

– Говорю же, что-то подсыпала. Помню только, что трахал кого-то долго и упорно.

– Так вот почему она…

– Что?

– Когда уезжала, сказала, что ты вроде занят, а Лиза просила передать, в какую комнату пойти. Ну, я ж тебе и передал.

– Вот коза мелкая!

Чуть успокоившаяся злость вновь поднимается во мне.

– Похоже, крепко она в тебя втрескалась. Как кошка.

– На хрен такую любовь, – мрачно фыркаю.

– Ну, не скажи – так-то она девочка красивая. Что ты теряешь?

Я долго молчу.

– Ты совсем тупой? Мне не нужны отношения, – сдаюсь под его взглядом.

– Так ты просто трахай ее. Почему нет? Или отца ее боишься?

Не то чтобы боюсь, но уважаю. Мужик толковый, правильный. И вряд ли он обрадуется, если узнает, что я его дочурку потрахиваю без каких-либо планов на будущее. Он же ведь с детства опекает ту и всех придурков отгоняет. Меня вот забыл.

Да и я ведь опекал, защищал. Планы на ее счет строил, пока еще не знал, идиот малолетний.

– Или тебя бесит, что она тебя выбора лишила? – проницательно добавляет Игнат. – Тогда проучи мелкую пакостницу.

– Как?

– Покажи ей, какие у тебя отношения с девушками. Если у нее есть гордость, то свалит сама.

План хорош. И злость поможет спустить. В принципе я и так уже наговорил ей всякой дичи, чтобы отстала. Но, походу, Оля крепкий орешек, раз так легко подписалась на все мои предложения, хотя я-то видел, как испуганно она смотрела.

– Не только в этом дело, – неохотно признаюсь. – Есть причина, по которой я не завожу отношения.

Игнат вопросительно смотрит.

– Только это между нами. Хотя… Все равно скоро уже узнаешь. В общем, у меня диагноз, с которым долго не живут. Так что нет смысла во всем этом.

Друг оторопело смотрит на меня.

– В смысле? Димыч, ты же шутишь?

– Да уж какие тут шутки, – вздыхаю, вспоминая, как узнал о болезни, и как для меня начался новый отсчет. – Об этом пока никто не знает. Даже тренер. Так что надеюсь, и ты молчать будешь.

– Но ведь новый сезон….

– Вероятно, для меня будет последним. Если нет, то еще, может, год. А там…

– Черт, не знаю, что сказать, – растерянно говорит он. – А это точно? Ты перепроверял? Может, ошибка?

– Проверял, – киваю. – Подтвердили. Так что… Оля вбила себе в башку любовь какую-то, а что я ей могу дать? Стать обузой? Смотреть, как она гробит свою жизнь, чтобы катать меня в коляске? К черту такое.

– Так ты поэтому с ней не мутишь?

– Да с чего я вообще должен?!

– Потому что я видел, как ты на нее смотришь, – спокойно парирует Игнат. – И не надо делать злобное лицо.

– Все, заканчивай. Хорош тут диагнозы выкатывать. У меня своих хватает.

Друг поднимает ладони в знак согласия.

– Кстати, мне тренер вчера звонил, – меняю тему. – Говорит, есть варианты для показательных выступлений.

– Да ладно? Повезло. И что там?

Как и всегда, разговор о спорте и тренировках снижает накал и помогает привести мысли если не в порядок, то хотя бы остановить разрушительный хаос внутри.

6 Оля

В дом пробираюсь тайком. Я же молодец, подготовилась. И ключ-карту у охраны взяла, и знаю, где у камер зоны, которые просматриваются плохо.

– А ты чего крадешься? – раздается прямо за спиной, от чего я дергаюсь, резко подавшись вперед, со всей дури сшибаю ногой угол дивана.

– Ай! – сдавленно шиплю, жмурясь от боли. – Ты какого подкрадываешься? – огрызаюсь на Тимура.

Младший брат совершенно не пугается. Он вообще в свои двенадцать сильно вымахал, уже такой лось, что ему дают все пятнадцать. Ну, и по характеру тоже – тот еще вредина. Всегда самый умный и самый додельный.

– А какого ты рано утром домой возвращаешься? – возражает он. – Отец в курсе?

– Решил меня сдать?

Что-что, а в этом плане у нас с Тимуром уговор четкий – мы друг друга не сливаем. Никогда. Что бы ни было.

– А я, по-твоему, стукач? Но вот отец заметит кое-что у тебя и вряд ли поверит, что ты на косяк шеей налетела.

Брат глумливо шевелит бровями и уходит, очевидно, в тренажерный зал – любитель спорта. Я невольно прикладываю ладонь к шее, вспоминая, как Дима целовал меня туда, и краснею. Боже…

Тихо пробираюсь в свою комнату. Всё проходит успешно, и можно немного расслабиться.

Только закрыв за собой дверь спальни, выдыхаю и, прислонившись к ней спиной, глупо улыбаюсь.

У меня вышло! Я сделала это! Сделала!

Мне хочется кричать от радости! И даже неприятный осадок от грубости Димы не способен омрачить мою радость от победы.

Конечно, сейчас он злится. Я догадывалась, что так будет – Волков довольно упрям и своенравен. Он не любит, когда что-то идет не так, как он запланировал, не любит, когда решают за него. Ведь он – мужчина, и привык контролировать все сам.

Самое главное, что он не отказался со мной встречаться. И пусть пока он считает, что между нами будет только секс, я докажу ему обратное. Ведь я точно знаю – мои чувства взаимны!

Ложусь на кровать и мечтательно прикрываю глаза.

Я так долго ждала этого дня. Два года! Два бесконечно долгих года я вынашивала свой план, ждала совершеннолетия, чтобы больше Дима не смог спрятаться за формальностью.

Когда рискнула признаться ему в чувствах, то получила мягкий, но все же отказ. Именно потому что он – взрослый парень, и что потребности у него взрослые. Дима тогда еще сказал, мол, я еще дождусь своего принца.

И, конечно же, я дождалась. Его. Моего любимого, идеального мужчину.

Мне, как и любой девушке, хотелось романтики. Но если выбирать между романтикой с кем-то и реальностью с Димой, я однозначно выберу второе.

Потому что люблю его.

Мне кажется, я люблю его всю свою жизнь, с самого детства. Мы всегда были вместе, пока Дима не вырос и не увлекся борьбой настолько, что видеть я его стала урывками.

И вот первый шаг сделан – это моя маленькая победа. Теперь нужно продолжать. Даже если поначалу будет все не сразу получаться.

Мои подруги-одноклассницы, конечно же, обсуждали парней и секс. Говорили и про первый раз. У кого-то это произошло на заднем сиденье машины, кто-то, напротив, почти искупался в лепестках роз. Для меня главным условием было – с кем это случится. Я не видела никого, кроме Димы, в этой роли.

Он мой первый и единственный. Моя пара. Моя половинка.

Между ног немного тянет, но это ожидаемо. Поэтому, как бы мне не хотелось завалиться и еще немного поспать, сначала иду в душ.

Невольно вспоминаю, как Дима продолжил со мной как раз в душевой кабинке, и начинаю возбуждаться.

Сколько раз я представляла нашу близость? Не счесть. Но все это оказалось блеклой копией того, что было на самом деле. Единственное, что немного портило впечатление – что Дима был не совсем в себе. Но чем-то пришлось пожертвовать. Увы.

Я едва успеваю вернуться в комнату, как у меня звонит мобильный. Я тут же несусь к нему, надеясь, что это Дима, но нет. Звонит моя подруга Юля.

– Ну что, тебя можно поздравить? – первое, что спрашивает она.

Сажусь на постель, поправляя полотенце на груди. Юлечка – дама весьма беспардонная, она может спросить все прямо и в лоб.

– С чем?

– С тем, что ты, мать, наконец, стала взрослой девочкой и познала радости секса, конечно же.

– Можешь, – посмеиваюсь.

– И как оно? Сработало?

– А ты сомневалась?

Подруга как-то странно мнётся, что наводит на некоторые мысли.

– Юль? Я чего-то не знаю?

– Нет-нет, Ольчик, все нормуль. Сработало, и хорошо.

– Так, подруга, давай-ка выкладывай. В чем подвох?!

– Ну, возможно, я немножечко перепутала пузырьки…

– Как перепутала? – пугаюсь ее неуверенного голоса. – Ты что мне дала? Что я ему подмешала? Ты же сказала…

– Да успокойся ты, ничего криминального. Просто травки там в составе немного другие. Но смысл почти тот же.

– Почти?

Внутри все противно сжимается. Если это был наркотик, а не афродизиак, то ситуация выходит немного иной.

– Да, там есть нюансы. Слушай, ну если тебе это так важно, то я узнаю у дяди. Это ж он мне привозил с востока.

– Да уж узнай, будь добра, – цежу сквозь зубы.

Надо же так попасть! Ведь переспросила десять раз – точно ли не будет вреда для организма.

– Короче, ты не парься. Дядя Вася бы не привёз мне чухни. Но подробности я поспрашиваю.

Я просто в шоке, смотрю в одну точку и пытаюсь понять, как быть дальше-то. Если окажется, что это какая-то левая дрянь, как мне в глаза Диме смотреть? У них ведь соревнования будут, а там же все эти анализы, медосмотры…

Накрутить себя как следует я не успеваю – в дверь раздаётся стук, а затем:

– Дочь, ты проснулась? – слышу мамин голос.

И тут же вскакиваю на ноги и пытаюсь завернуться в одеяло по макушку. Тимур-то ведь прав – следов Диминых на мне столько, что мама вмиг обо всем догадается…

– Мам, можно я ещё поваляюсь? – Стараюсь, чтобы голос звучал сонно, но дверь все же открывается, и мама заходит в комнату.

– Правда? А я думала, ты захочешь вместе с нами поехать в гости к Волковым…

7 Оля

– В гости? – Мама хитро улыбается. Похоже, специально приберегла эту новость. – А когда?

– Часа через два выезжаем. Ты вчера быстро уехала, папа не успел тебе рассказать.

– Конечно, я с вами!

– Тогда спускайся на завтрак, – подмигивает она и уходит.

А я выдыхаю облегчением. Чуть не попалась. Вроде бы понятно, что рано или поздно мама с папой узнают про наши с Димой отношения, но пока я не готова с ними делиться этой новостью. Не сейчас, когда Дима может еще злиться на меня.

Едва остаюсь одна, бегу в ванную и начинаю собираться. Все следы несдержанности любимого тщательно замазываю. Но даже после этого выбираю более закрытую одежду. Мне, конечно, хотелось бы надеть что-то более соблазнительное и привлекательное, зная, что увижу Диму. Однако после нашей бурной ночи это не лучшая идея.

Собравшись полностью, торможу уже возле двери. Точно!

Достав из нижнего ящика письменного стола неприметную тетрадь, сажусь и открываю ее на последней исписанной странице.

Беру ручку и старательно вывожу вчерашнюю дату. А затем:

“Теперь мы вместе”.

Больше даже добавлять ничего не хочется. Закрываю тетрадь, трепетно провожу по ней пальцами. Сколько здесь всего… Вся моя любовь, мое ожидание, мой путь к нему – к моему любимому мужчине.

Слышу, как мимо проносится Тимур, и от греха подальше прячу свою тетрадь обратно.

Вся семья уже в сборе – папа сидит, пьет кофе, мама ставит перед братом его любимую правильную кашу.

– Всем доброго утра! – бодро произношу и, подходя к отцу, чмокаю его в щеку. – Привет, пап.

– Отличное настроение, принцесса?

– Вроде того.

Слышу, как Тимур выразительно фыркает, но ничего не говорит.

– И это замечательно, – говорит мама. – Что с поступлением решила?

– Все-таки дизайн. Думаю, это мне все же больше нравится.

– Молодец, – одобряет она. – Образование – это очень важно.

– Дима тоже так говорит, – киваю и делаю глоток чая. И тут же ловлю задумчивый взгляд отца.

– Как у него, кстати, дела?

– Нормально, пап. Сезон вот закрыли. Вчера, кажется.

– Кажется? Ты не в курсе, что ли? Я думал, вы вечно на связи.

– Да я вчера была занята, – деланно равнодушно отвечаю, полностью игнорируя многозначительный взгляд брата. Не хватало еще, чтобы он догадался, с кем я была. – Может, сегодня спрошу как раз.

– Если он приедет, – мама жмет плечами. – Знаешь же, что Димка живет отдельно от Волковых.

– Еще бы – взрослый мужик же, – вставляет ремарку Тимур. – Чего ему возле сестры и племянников сидеть? Он, небось, на квартире отжигает не по-детски, – добавляет ехидно. – Телочек жарит.

Стискиваю зубы, мысленно выписывая этому идиоту подзатыльник.

– Дмитрий – серьезный товарищ, – веско роняет отец. – И думаю, его дни в основном занимают тренировки. Парень идет к чемпионству не первый год. Так что твои шутки, сын, неуместны.

– Он просто завидует, – подкалываю в ответ. – Или думаешь, когда ты съедешь жить отдельно, Анечка Волкова к тебе прибежит тут же?

Как и всегда, стоит упомянуть дочь тети Маши и дяди Олега, брат начинает беситься.

– Да уж мозгов у нее, поди, побольше, чем у некоторых, – огрызается тут же, явно намекая на мой утренний вид. – Она не станет, как шалава, по углам жаться.

Психую, вскакивая из-за стола. Вот, значит, кем он меня посчитал!

– Да пошел ты! – бросаю в сердцах и сбегаю к себе.

Слышу, как вслед кричит мама, но глаза жжет от слез.

Я не шалава! Нет! Не шлюха! Я не одна из! Я только его!

Вскоре ко мне заходит мама. Я даже не сомневаюсь, что это она. Мы с Тимуром редко, но все же, бывает, ссоримся. Так-то сосуществуем довольно мирно. Но иногда он ведет себя как полный засранец.

– Олюш, ну вы чего?

– Мы?

– Не злись на Тимура. У него сейчас такой период. Сложный.

– У него он постоянно сложный, – вяло огрызаюсь. – Почему я должна всегда понимать его?

– Потому что ты старше и умнее?

– И поэтому должна терпеть его выходки?

– Ну, ты ведь знаешь, как он реагирует, когда речь заходит про Анечку, – резонно замечает мама. – Зачем дергаешь за ниточки?

– Так пусть не реагирует! Он же парень! А то как нервная истеричка какая-то.

– Да уж куда ему до твоего идеала, – хитро улыбается она. Я же делаю вид, что не понимаю, о ком она. Нет-нет, еще рано! – Подрастут немного, поговорят, и перестанет дергаться каждый раз.

– Поговорят? То есть ты думаешь, у них с Аней все это серьезно?

– Время покажет, Оль. Рано о чем-то говорить. Мальчишки в его возрасте сложно принимают свои эмоции по отношению к девочкам. Тем более ты же знаешь, какая Анюта.

Наверное, я впервые задумываюсь о том, насколько серьезно брат относится к ней. Раньше все было как-то проще – мы все дружили, играли одной толпой, когда собирались у кого-то в гостях. Чаще всего, конечно, у Волковых. Тетя Маша умела организовывать наш досуг так, что скучно не было никому. Хотя мы и сами всегда могли найти занятие. Правда, частенько нам попадало за это…

– Ладно, – неохотно соглашаюсь. – Не буду я его больше подкалывать.

– Вот и хорошо. – Мама обнимает меня и целует в макушку. – Собирайся, папа ждет через полчаса на улице.

С братом мы больше не разговариваем. Тимур смотрит на меня исподлобья, и я точно знаю, теперь до завтра его бессмысленно трогать. Упрямый.

Пока едем в гости, мама с папой тихо переговариваются, мы же смотрим каждый в свое окно. Вообще я не люблю ссоры. Каждый раз чувствую себя некомфортно. Так что ситуация с братом начинает тяготить. И хотя я знаю, что он в итоге сегодня так и будет дуться, все равно достаю телефон и пишут ему в мессенджер простое “извини”.

Вижу, что Тимур достает и тут же убирает свой мобильный. Ну и ладно. Пусть дальше морозится.

У Волковых, как всегда, по-семейному тепло. Я, можно сказать, выросла на этих сборищах. Поэтому когда тетя Маша выходит нас встречать, выбегаю самая первая.

– Привет, Оленька, – улыбается она и обнимает. – Такая красавица выросла. Рада видеть. С окончанием школы, кстати!

– Спасибо, теть Маш! А Дима приехал?

Она растерянно пожимает плечами.

– Пока нет.

Конечно, я расстраиваюсь. Но понимаю, что это было бы вообще идеально. Так что просто дождусь. Знаю ведь, что Дима приезжает к сестре по выходным. А значит, и сегодня должен.

День проходит привычно – на улице отличная погода, поэтому накрываем на стол мы в большой беседке, построенной для таких случаев. Младшие носятся по территории. То и дело ловлю взглядом Тимура, который, как по мне, так залипает на Ане слишком сильно. А вот она, похоже, не видит этого совсем. Воздушная девочка.

Между тем время идет, а Димы-то все нет. И тогда я решаюсь позвонить ему. Долго слушаю длинные гудки, уже теряя надежду на то, что он вообще возьмет трубку. Однако, наконец, все же слышу:

– Алло?

– Дим, привет, это я, – неловко начинаю разговор. До сегодняшнего дня у нас никогда не было проблем в общении. Но после нашей ночи я немного теряюсь.

– Я уже понял, – скупо отвечает он.

– А ты приедешь к Маше? Выходные же…

Я едва успеваю договорить, как слышу у него не заднем плане женский смех. Затем разбираю слова что-то вроде “Димуль, иди к нам”.

– У меня другие планы, – равнодушно отвечает он и сбрасывает звонок. А я стою, пытаясь прийти в себя, но в голове так и звучит эхо этого самого женского голоса…

8 Дима

Звонок Маши застает меня у Игната. После разговора решили махнуть к нему, тупо отвиснуть и пофилонить.

– Привет, братиш. Не отвлекаю?

– Привет, нет, порядок. Случилось чего?

– Почему должно что-то случиться? Сегодня, между прочим, воскресенье.

– И?

С мыслительными процессами у меня сегодня туго. До сих пор отхожу от фокуса принцессы, и вряд ли это произойдет в ближайшее время.

– И ты обычно приезжаешь к нам, – терпеливо поясняет сестра. – Тебя ждать? К нам Самедовы обещали приехать. Оля тоже будет.

Молчу. Мне надо как-то пережить ее имя, успеть поймать точку равновесия до того, как меня снова шваркнет с размаху во все это дерьмо.

– Я понял, Машуль, но сегодня без меня. Дела.

– Уверен? – слышу по голосу, что расстроена. Понимаю, до этого тоже пару недель пропускал встречи, а Машка чем старше становится, тем больше начинает меня опекать. Наверное, пора ей еще одного карапуза родить. Надо, кстати, подать эту идею ее мужу.

– Посмотрим, – уклончиво отвечаю. – Но маловероятно.

– Надеюсь, хоть через неделю увижу тебя, – ворчливо добавляет и прощается.

А я пытаюсь снова загнать эмоции под контроль.

– Уезжаешь? – спрашивает Игнат, подходя.

– Нет. Сестра звала, но сегодня что-то не тот настрой.

– А может, дело не в настрое? – проницательно спрашивает друг.

– Не начинай, – предупреждаю его.

– Как скажешь. Тут Огинские звонили, зовут к ним на тусич. Ты как?

Обычно у близнецов всегда шум-гам. Их вечерники мне не особенно вкатывают, но в этот раз я соглашаюсь. Намеренно ищу что-то, что поможет выбить из башки ночь с Олей. Вроде бешусь, злюсь на нее, а все равно то и дело ловлю шальные картинки в памяти.

Долбаные флешбеки.

– Погнали.

До хаты Дани и Сани добираемся оперативно. Я даже не успеваю как следует загрузиться. По пути заглядываем в магазин в соседнем доме, чтобы прикупить еды и алкоголя. Сейчас еще пару дней можно погудеть, а потом все, тренер снова с каждого три шкуры сдерет, если узнает.

Дверь открывает Данька.

– Опа, пацаны, залетайте!

Я уже слышу тяжелые басы. Как только соседи выдерживают? Хотя это вопрос риторический – Огинские как-то хвастались, что сделали бомбезную звукоизоляцию, и теперь никто не вызовет наряд по их душу.

Мы едва успеваем зайти и расположиться в гостиной, как снова раздается звонок в дверь.

– Кто-то еще из наших подтянется? – спрашиваю у Санька.

– Лучше, – поигрывает он бровями. – Мы решили, что мужиками сидеть как-то не фартово.

И точно – в коридоре появляется несколько знойных красоток.

– Димыч, мы думали твою Лизу позвать, – виновато говорит Даня. – Но она что-то послала нас. У вас опять того самого?

Игнат фыркает, но молчит.

– Что того самого?

– Ну, перерыв в отношениях.

– Нет у нас отношений, – раздраженно огрызаюсь. – Трахаемся просто иногда.

Парни переглядываются.

– То есть ты не против, если мы к ней подкатим?

– Лиза – девочка взрослая. Захочет – даст, захочет – откажет.

Судя по переглядкам близнецов, они таки попробуют уломать подругу. Ну, вдруг и правда повезет?

Девчонки разбредаются по свободным местам. Одна из них даже рядом со мной оказывается. Вроде фактура что надо – фигура, лицо, губы опять же не перекачанные. У меня на таких обычно хорошо стоит.

Но не сегодня.

Смотрю на нее, слушаю ее голос, а у самого внутри какой-то механизм срабатывает. Так бывает, если в тачке дребезжит какая-то хренота, и ты вот едешь, вроде все нормально, но чувствуешь, что что-то не то.

Вскоре подтягиваются еще парни из нашей тусовки. Машинально здороваюсь со всеми, даже пытаюсь участвовать в общей беседе, но то и дело теряю фокус.

А потом и вовсе ловлю входящий звонок от Ольги.

Черт… Выхожу из гостиной в коридор и отвечаю, поборов первую идею – сбросить.

– Алло?

– Дим, привет, это я, – голос Самедовой звучит неуверенно, даже ломко. Куда только подевалась ее бравада?

– Я уже понял, – скупо отвечаю.

– А ты приедешь к Маше? Выходные же…

Стискиваю зубы, чтобы не вывалить все, что думаю об этой затее. В башке рефреном мысль – она ждет. Мы можем увидеться. Снова.

Парни с девчатами взрываются хохотом, а следом еще и одна из девчонок выходит в коридор.

– Димуль, иди к нам, – зовет меня. Делаю ей знак, что скоро вернусь, и та уходит.

– У меня другие планы, – равнодушно отвечаю и все же сбрасываю звонок.

На хрен. Вот просто к чертям всю эту идею. Пусть даже не думает, что ей удастся заполучить желаемое!

Однако во мне словно яд распространяется – никак не выходит полностью отключиться от мыслей.

Я ведь по большому счету ночь помню лишь обрывками. Нет целостной картинки. Я так долго запрещал себе думать о ней, приучал к мысли, что Оля – табу, что теперь меня всего рвет на лоскуты. Я будто перерождаюсь, испробовав ее на вкус.

– Димыч, ты как? – доносится вопрос Санька.

– Что?

– Чувак, ты что-то сегодня не с нами, – ворчит его брат.

– Видимо, не отошел от вчерашнего, – кидаю простую отмазку. Но, кажется, срабатывает.

Парни переключаются на обсуждение вчерашнего праздника, и меня оставляют в покое.

Все, кроме той настырной девахи, что никак не поймает посыл – ей со мной сегодня ловить нечего.

– Дим, а какое место ты занял в турнире? – она и правда пытается показаться в теме спорта, хотя я уверен, ни черта в этом не смыслит. Но на моих односложных ответах снова и снова пытается построить разговор.

– Извини, Лика, сегодня…

– Я Лина!

– Окей, Лина, – соглашаюсь и, освободившись от ее цепких рук, выхожу из комнаты.

В кухне никого. Это дает пусть небольшую, но все же передышку. Похоже, хреновая была идея ехать сюда. Все равно в голове винегрет из мыслей про Олю.

Я почти не помню, как трахал ее. Только интуитивное что-то осталось. А еще понимание, что мне понравилось. Чертовски понравилось!

Она же как ожившая мечта, которая, вообще-то, не для меня. Вроде бы принял это, смирился и пошел дальше.

Сколько мне осталось в нормальном состоянии? Пару лет?

Но руки так и чешутся от желания потрогать ее, вспомнить, ощутить все по трезвяку, без этого ее чудо-коктейля.

И черти в душе так и мечутся, нашептывают то, с чем спорить, в общем-то, глупо – ведь я и правда уже переспал с ней. Уже забрал ее невинность. Есть ли смысл отказывать себе и дальше? Или, может, урвать кусок мечты, пока еще не превратился в овощ без возможности самостоятельно обслужить свое гниющее тело?

Я не терплю проигрышей. Но, кажется, сегодня один из них. Сливаю этот бой с самим собой и набиваю Ольге СМС:

“Завтра в пять. Будь готова”.

9 Оля

Несмотря на ревность и злость, которые меня раздирают, я все же готовлюсь к встрече с Димой. Не отказываюсь. Конечно же, нет.

Когда я придумала весь этот план, понимала – просто не будет. Почему-то Дима вбил себе в голову, что между нами нет будущего. И зная, как он упрям, я не жду, что будешь легко. Нет. Но бороться за наше счастье я буду до конца! И пока не выясню причину странного поведения Волкова, не успокоюсь.

Я тщательно собираюсь на наше свидание.

Мне немного волнительно – ведь сегодня все случится без усилителей и прочего. Как это будет? Так же безбашенно или, может, совершенно иначе? Я даже не сомневаюсь – мне понравится. Ведь это Дима. С ним я готова на любые, даже самые смелые эксперименты.

У меня было достаточно времени, чтобы подготовиться, посмотреть матчасть, чтобы представлять, чего захочет мой мужчина.

С того дня, как я призналась ему в любви два года назад, он пусть и редко, но все же рассказывал про свою личную жизнь. Но этого было слишком мало. Я не знала, как подобраться к нему, пока не подслушала его разговор с парнями в раздевалке после тренировки.

В тот день мы договорились поехать вместе в кино на премьеру нового фильма. И так вышло, что я освободилась пораньше. То, что я услышала тогда, определенно повергло меня в шок. Но вместе с тем у меня родился план.

“Жду у ворот”.

Короткое сообщение, по делу. Сердце тут же ускоряется, а улыбку не выходит контролировать. Он приехал! Все-таки приехал!

Сбегаю вниз по лестнице, подбираю фразы, слова. Я так всегда делала перед встречей с Димой.

– Оль! – Торможу и оборачиваюсь к маме. – Ты куда собралась?

– Да погуляю. Меня Дима ждет.

– А чего он не заехал на территорию? – удивляется она. Обычно ведь так и было. С ним родители меня всегда отпускали без вопросов. Доверяли. Да и сейчас доверяют, конечно.

– Так мы опаздываем, – нахожусь с ответом. – Я побегу.

– Позвонить только не забудь, если задержитесь, – летит мне в спину.

Я-то, конечно, мечтаю, что еще как задержимся! На всю ночь! Только вдвоем!

Но едва забираюсь в машину, как понимаю, что мужчина мой все еще не остыл. Это сразу чувствуется по его настроению.

– Привет, – осторожно говорю, даже улыбаюсь. Однако в ответ получаю только молчание. Что ж, ладно. Характер у Димки и правда непростой. Но ничего, я справлюсь. За двоих, если понадобится.

Всю дорогу мы молчим. Мне, конечно, безумно хочется поболтать – как раньше, когда вместе выбирались на прогулку. Легкость общения – ее очень не хватает. Но я уверена, нужно просто время.

Привозит меня Дима к себе домой. Не так давно стал жить отдельно от Маши и ее мужа. Я здесь бывала всего пару раз – обычно мы все же либо ездили погулять, либо встречались дома у Волковых. Ну, или Димка с сестрой приезжали к нам в гости.

Волков по-прежнему молчит, даже когда мы оказываемся уже в квартире. Обходит меня по дуге и скрывается где-то за поворотом.

Мысленно досчитываю до пяти и только потом иду за ним. Ведь он же позвал меня в гости, приехал, привез. Значит, все же не так равнодушен, как уверял. Значит, у нас есть шанс. А это главное.

Диму нахожу в кухне. Стоит у окна, опершись ладонями о широкий подоконник.

– А Лиза была тут? – он резко оборачивается на мой вопрос. – Или другие?

Спрашивать такое, может, и не стоило бы, но мне сейчас тоже нелегко. Успокоить и приручить этого дикого зверя непросто. А я не такая уж крутая, как порой думаю о себе. И мне тоже хочется хоть немного почувствовать себя особенной.

– Это неважно, – жестко отсекает Дима.

– А если мне важно?

– Ты зачем пришла? Потрахаться? Так давай раздевайся, не будем терять время.

Его слова сродни пощечине. Это второй раз, когда он говорит со мной вот так. Понимаю, что это злость, не иначе. Но все равно от обиды закусываю губу, чтобы не расплакаться.

– Дим, давай поговорим, – прошу его.

– О чем, например?

– О нас. Или о чем-то другом. Это все та же я.

– Сомневаюсь, – качает он головой. – От тебя я вот не ждал подставы, Оль. А оказалось, что я ни черта тебя и не знаю.

Справедливый упрек. Особенно если учесть, что та штука может оказаться не такой уж безобидной.

– Ты сам сказал тогда, два года назад, что я должна повзрослеть. Что до этого момента не станешь смотреть на меня иначе! У меня не было другого выхода!

– Не было выхода? – цедит он. – Дай-ка подумать… Он был у тебя, ясно? Держаться подальше, принцесса! Вот что ты должна была усвоить и сделать. Найти себе парня под стать и ходить с ним, держаться за руки.

– Мне не нужен никто другой, – твердо произношу. – Только ты, Дим. С тобой я хочу держаться за руки. И все остальное тоже хочу с тобой.

– А меня ты спросила?

– Ты сам сказал, что дело в возрасте! Все, теперь мне все можно. Мне восемнадцать! Я повзрослела, как ты и хотел!

Дима стискивает зубы, злится. Я не просто вижу это – чувствую. Я вообще его мимику знаю практически наизусть.

– Ну, раз повзрослела – раздевайся, Оля.

– Что? – растерянно спрашиваю. – Так сразу?

– Конечно, сразу. По-взрослому. Не будем терять время.

Наверное, вот так он ни разу не смотрел на меня. Даже вчера, когда проснулся со мной в одной постели. Это пугает. С таким Димой я еще не знакома. И впервые у меня мелькает мысль – а не пожалею ли?

Однако все сомнения я отгоняю почти сразу же. Я не сдамся. И не отдам моего мужчину такой, как Лиза. Только я смогу его любить по-настоящему, быть рядом и стать его семьей.

– Мы будем здесь?

Руки немного трясутся – все-таки я очень-очень нервничаю. Не хочу разочаровать его. Опыта у меня мало. Больше теоретический.

– Ну, ты же теперь взрослая, – передразнивает меня Дима. – Давай, раздевайся.

Смущенно опускаю взгляд. Даже то, что у нас уже был интим, не помогает расслабиться. Я все равно чувствую себя скованно. Снимаю одежду и немного ежусь под пристальным мужским взглядом.

– Полностью, Оля. Тряпки тебе не понадобятся в ближайшее время.

Вскидываю на него взгляд. Дыхание перехватывает от того, что я вижу на его лице. Хищное выражение, обещающее столько всего!

– Ты ведь хотела по-взрослому.

И опять он прав. Раз уж задрала планку, надо соответствовать. Я, конечно, знаю, что выгляжу хорошо, что у меня все как надо. Может, я и не топовая модель, но все же достаточно красива. Однако это знание не очень-то помогает расслабиться. Я напряжена, словно струна.

– Иди ко мне, – командует Дима, и я послушно выполняю. Но стоит оказаться рядом с ним, как Волков резко разворачивает меня и ловко укладывает животом на стол.

Дергаюсь от неожиданности и от соприкосновения кожи с прохладной поверхностью. Но на спину тут же ложиться широкая ладонь.

– Тише, ты ведь за этим пришла? – вкрадчиво произносит Дима. – Быстро вошла во вкус, да, Оля?

Следом отвешивает шлепок по попе, отчего я вздрагиваю.

Все еще чувствую его злость. И не понимаю – почему? Он ведь довольно отходчивый. По крайней мере, со мной всегда был таким.

Мы иногда спорили до обид, до брошенных сердитых слов, а потом мирились. Неважно, кто первый сдавался, но сложно было долго злиться друг на друга.

Однако сейчас он почему-то не приходит в себя, не перестает выплескивать раздражение в обидных словах.

– Я пришла, потому что хочу быть с тобой, – тихо говорю, твердо решив не сворачивать с намеченного пути.

Уже жду, что услышу очередные оскорбления, но вместо этого чувствую пальцы на плечах. Резкое прикосновение, и меня буквально прошивает судорогой от макушки до пяток.

– Бросай эту чушь про любовь до гроба, – выплевывает Дима, но ответить на это я уже не могу – все, на что я способна – рвано дышать.

Я настолько поддаюсь ласкам, что уже не думаю о том, уместно ли это, допустимо ли – просто двигаю бедрами навстречу, желая продлить столь желанный контакт.

Дима что-то неразборчиво рычит, и жар во мне так потрясающе контрастирует с прохладой стола.

– Еще, – прошу, даже не понимая этого. – Еще… Еще…

Мне не хватает совсем чуть-чуть, когда все вдруг заканчивается. От неожиданности выдыхаю и, обернувшись, вижу, как Дима, даже не удосужившись раздеться, лишь приспускает штаны и разрывает зубами упаковку презерватива.

– Я на таблетках, – хрипло говорю. – Мы можем без…

– Не можем, – жестко обрубает он.

Это оказывается слишком внезапно и отчасти даже больно. Природа Диму не обделила, даже наоборот. Жмурюсь, переживая первую вспышку. Царапаю ногтями стол, пытаюсь дышать глубоко.

– Расслабься, Лёка. Давай же.

Это срабатывает на раз. Впервые он снова называет меня так. Я подчиняюсь, даже не отдавая себе в этом отчета. Так всегда было – я шла за ним, не раздумывая. Диме стоило лишь только поманить меня.

– Черт, – шипит Волков, сжимает мои бедра. Всего несколько движений, и былое возбуждение не только возвращается, но становится сильнее. Мощнее.

Мне не хватает поцелуев, ласк, как в прошлый раз. Сейчас же между нами чистая механика. Но от мысли, что я с ним, с любимым мужчиной, все остальное меркнет.

Каждая моя клеточка словно заряжена на происходящее. Это волшебство, таинство между мужчиной и женщиной, которые выбрали друг друга, которые подходят друг другу. И пусть пока Дима не слышит, не хочет видеть правду, мы все равно вместе.

Это понимание подстегивает страсть и похоть во мне. Я все ближе к финалу, к тому, чтобы испытать удовольствие с именем любимого на губах. И он, словно чувствуя, дает мне то, что необходимо.

А когда пружина во мне, наконец, взрывается, когда судорогой сводит все так, что я даже звука издать не могу, внутри расцветают блаженство и нега. Освобождение оказывается нисколько не хуже того, что было в прошлый раз.

Я расслабленно улыбаюсь. Пытаюсь приподняться, но тут же чувствую давление на лопатки.

– Куда собралась? – тихо интересуется Волков. – Или получила свое, и хватит?

– Дим, я просто…

Договорить у меня не выходит – Волков снова начинает действовать. Ласкает меня уже куда более лениво и медленно. Словно растягивая удовольствие. Так что любые связные мысли вновь покидают мою голову.

Второй оргазм оказывается чуть более ярким и коротким. Будто внутри происходит маленький взрыв, лишающий тело возможности шевелиться. Дима даже не сразу отстраняется, то ли сам переводя дыхание, то ли давая мне прийти в себя.

Но когда все же отступает, мне вдруг становится очень-очень холодно. Точно часть меня ушла с ним. Но в чем-то так и есть, причем уже давно.

– Одевайся, – скупо говорит Волков, поправив одежду.

Меня ноги едва держат. Растерянно оборачиваюсь – а он-то уже снова одет, и будто ничего не было. Спокоен и невозмутим. Тогда как я – растрепанная и потерянная.

– Зачем? – глупо спрашиваю.

– Отвезу тебя домой.

– То есть это все? – разочарование скрыть не удается. Это понимаю даже я. Однако Дима никак не реагирует на мою эмоциональность.

– Ты сама согласилась на встречи ради секса.

– Но я думала…

– У меня была свободная пара часов. Ты приехала, мы потрахались. Еще что-то?

– Но ведь я не одна из твоих… – осекаюсь под его насмешливым взглядом.

– Ты сама это выбрала, принцесса.

Он прав. И я знаю, что он делает – специально доводит меня. Думает, я сдамся. Но нет, Дима. В этот раз проиграешь ты. И потом еще будешь говорить мне спасибо.

Киваю и, собрав одежду, привожу себя в порядок. После пережитого удовольствия все выходит не так уж быстро. Дима так и вовсе отворачивается к окну, словно ему неинтересно, как я справлюсь.

– Я готова.

Мы вместе покидаем квартиру. Молча. Идем к машине. Тоже молча. И без единого слова возвращаемся к моему дому.

Дима тормозит ровно на том же месте, будто теперь это такая традиция – не завозить меня, как раньше. Словно он выставляет между нами стену таким образом.

– Хочу пригласить тебя в одно место, – решаюсь на идею, которую судорожно придумала, пока мы ехали. Поворачиваюсь к Диме и с замиранием сердца жду его ответа…

10 Дима

Конечно же, я ей отказал. И сделал это довольно грубо, чтобы больше у Оли не возникло желания меня куда-то звать. И, конечно же, уже спустя полчаса после того, как она вышла из моей машины, пожалел. Не о том, что отказал. О том, что теперь не будет больше вот таких тусовок вдвоем, как раньше.

Чтобы выбросить лишнее из мыслей, заваливаю себя делами, тренировками. Чем угодно, лишь бы не думать про Олю, наш секс и то, что мне мало.

Мне, черт подери, мало ее.

В прошлый раз я едва удержал себя в рамках и пресек продолжение. Видел по ее глазам, что не на это рассчитывала. И каждый ее расстроенный взгляд – все равно удар под дых.

Но так будет лучше. Раз принцесса переиграла меня, то придется ее проучить. Главное при этом – отсечь свои эмоции. Просто вырезать на корню.

Первые пару дней даже удаётся. А потом…

Потом начинается ломка, да такая, словно я превращаюсь в заядлого наркомана.

А все потому, что попробовал эту отраву, пусть и не по своей воле.

Сколько раз я уже проклял тот вечер? Сколько раз мечтал отмотать события назад и выгнать взашей наглую пигалицу? И в то же время кайфовал, вспоминая то, что все же запечатлелось, проигрывал сам себе, но все равно перебирал те образы о мечте, которая никогда не сбудется.

Я же ведь научился жить с мыслью, что все уже предопределено. Нашел свой ритм и просто скручивал дни один за другим. Находил простые радости и ждал. Ждал момента икс, когда собственное тело начнет подводить.

Я научился. Я смог принять. Смог наладить жизнь в новых реалиях, расставил приоритеты.

Пока не вмешалась Оля, перевернув все с ног на голову и не дав попробовать себя.

Злость вперемешку со смакованием кайфа от близости с ней, пусть и такой топорной, просто подрывают меня изнутри. Адовый коктейль, который мешает найти точку равновесия, вернуться к тому, где я был.

И все же я упорно ее игнорирую. Хотя Оля забрасывает меня сообщениями, звонит как минимум раз в день. Я же только стискиваю зубы и переворачиваю телефон. Внутри все сводит от желания ответить, назначить встречу и снова потрахаться с ней.

Доходит до того, что даже Лиза, которая, наконец, вновь забывает о гордости и приходит ко мне, не вызывает желания спустить пар.

Но сегодня нам с Олей все же придется увидеться, как ни крути. Потому что пропустить день рождения племянницы будет уже слишком. Маша и так начинает что-то подозревать и задавать странные вопросы. А я дал себе слово, что ни она, ни Олег ничего не узнают. Диагноз мой не изменить. Так что ставить близких в известность о нем заранее – только перекладывать груз на их плечи.

Зачем? Пусть живут спокойно и не готовятся к тому, что в обозримом будущем я превращусь в овощ.

К Маше с Олегом приезжаю вовремя. Аня уже в платье, выглядит как настоящая феечка.

– Дима! – радостно кричит эта кроха. – Смотри, какая я!

– Просто красавица, – улыбаюсь и целую ее в обе щеки. – Теперь совсем большая?

– Конечно, – очень серьезно кивает она. – Мне же одиннадцать. Ты разве не знал?

– Теперь вот знаю. А вот и твой подарочек, Анна Олеговна, – шутливо кланяюсь и передаю племяшке цветастый пакет. И, конечно же, Анюта тут же суёт свой любопытный нос внутрь.

Замечаю Машу, которая идёт к нам. Улыбается, счастливая. С каждым годом она будто только больше расцветает. Хотя с таким мужиком неудивительно. Олег, несмотря на его суровый, в чем-то даже жесткий вид и манеру общения, надежный мужчина. И мне он заменил отца. Воспитал как надо, дал крышу над головой. Но больше всего я уважаю его за то, как он любит мою сестру и своих детей и заботится о них. Глотку готов перегрызть любому. Лично видел его в деле. Не то чтобы это повод для гордости, но… Было дело.

– Наконец-то, пропащий, – говорит Маша. – Дети соскучились по тебе. Так и спрашивают, где ты и почему не приезжаешь.

– Ты же знаешь, дела, – отмазываюсь.

– У тебя все хорошо? – с едва заметным беспокойством спрашивает меня.

– Конечно.

Краем глаза замечаю, как к Ане подходит Тимур, младший сын Самедовых, и против воли во мне отзывается мысль – значит, принцесса тоже где-то здесь.

Сестра замечает мой взгляд.

– Оля тоже приехала.

– Ну, хорошо, детям веселее, – равнодушно пожимаю плечами.

– Только ли детям? – проницательно спрашивает сестра.

– А Олег занят? – быстро меняю тему, чтобы не развивать предыдущую.

– Нет, вроде в беседку пошёл.

– Пойду, найду его.

На самом деле я просто собираюсь уйти вглубь сада и переждать основную суету. Ну, и ещё пытаюсь удержать себя от попытки пойти искать Ольгу.

– Дима…

Торможу, прикрыв глаза. Стоило бы догадаться. У неё будто встроенный радар. Всегда безошибочно меня находила. И раньше мне это всегда льстило. Но сегодня я чувствую, что это может обернуться крахом. Потому что контроль мой почти на нуле.

– Я тебе звонила, – тихо добавляет Оля, подходя все ближе.

Мне кажется, я даже чувствую ее приближение физически.

– Зачем?

– Я скучала.

По-прежнему стою спиной. Гоняю в башке варианты того, как отбрить ее, хотя у самого все аж зудит, как хочется потрогать, прикоснуться.

Но Оля не сдаётся. Она вообще достаточно упряма. Обходит меня и встает так, что приходится смотреть на неё.

– Ты нашёл другую? – вопрос в лоб. При этом ее глаза блестят от невыплаканных слез. И это чертовски плохо. Потому что я в принципе тяжело выношу бабские истерики. Но когда плачет Оля…

Всегда так было.

– Это разве твоё дело? – грублю, пытаясь удержаться за лоскуты контроля, который уже трещит по швам.

– Мое, Дим. Я же люблю тебя. Конечно, это…

Окончание фразы захлёбывается в поцелуе.

Бешеном. Жадном. Требовательном.

Потому что это она. Это с ней. Это ее губы я едва ли не сожрать готов.

Это ее пальцы цепляюсь за меня. Это ее стон одуряюще круто звучит во мне, резонируя на такой частоте, что напрочь забываю, где я.

Последнее, о чем ещё могу здраво соображать, что Оля прижата спиной к забору, а я вот-вот попросту трахну ее.

Здесь и сейчас. Наплевав на правила приличия и камеры.

Черт, я же, оказывается, так люто по ней изголодался. Будто в крови моей яд. А она – мой единственный детокс.

– Дима… Димочка, – бессвязно лопочет эта бестия. – Не отпускай только!

Я и не собираюсь. Вообще такой мысли в голове даже и близко не наблюдается. До того момента, пока не слышу резкий отрезвляющий звук.

Ольга сдавленно охает, испуганно смотрит куда-то мне за спину, и когда оборачиваюсь, понимаю, что вот она – расплата. В виде Ильдара. Отца Оли.

И меня словно ледяной водой окатывает.

– На пару слов, – чеканит он, встречаясь со мной взглядом.

11 Дима

Отец Ольги мрачно зыркает на нас и уходит. Я так и не соображаю, что за звук нас прервал, но это сейчас и неважно.

– Не ходи, – задушенно говорит Оля. В ее глазах паника. Что ж, похоже, принцесса не удосужилась рассказать родителям о новом увлечении. Впрочем, я и не сомневался.

Убираю ее руки от себя.

– Найди мою сестру. Она хотела, чтобы ты ей помогла с чем-то для детей, – вываливаю первое, что приходит в голову. Знаю ведь, что эта неугомонная иначе увяжется за мной.

– Маша?

Расфокусированный взгляд принцессы, наконец, обретает осмысленность.

– Сейчас?

– Она сказала, срочно. Если тебе лень…

– Нет, конечно, нет, – мотает она головой, и только после этого я отступаю и следую за Ильдаром.

До беседки идти всего ничего. Но я успеваю прикинуть, что именно меня ждет.

– Что у тебя с моей дочерью?!

Ну, вот примерно это, да.

– Ничего.

– Ты поэтому ее едва не натянул прямо у забора, как дешевую шлюху?! – рявкает он. – Потому что у вас ничего? Я ведь спрашивал тебя, и ты ясно дал понять, что не планируешь ничего серьезного! – продолжает заводиться Самедов. – Ты сам отказался от нее!

Тоже прав. Было дело. Ровно через пару дней после того, как Оля призналась в чувствах, а я как раз уже знал про диагноз. Что мне было ему сказать? Что я обалдеть как втрескался в его дочь, но ей светит со мной всего несколько лет? Конечно, я дал слово, что не трону, и что весь ее розовый бред пресеку. И кстати, успешно справлялся эти пару лет.

– И до сих пор не планирую, – подтверждаю это.

– Тогда какого ты с ней зажимаешься? Что между вами?!

– Просто секс. Трахаемся время от времени.

Морально я готов к тому, что получу за свои слова. На деле же оказывается, это весьма болезненно. Потому как Ольгин отец не церемонится. Бьет в полную силу. Опять же – я заслужил. Стоило быть осторожнее и не доверять хитрой стрекозе.

– Ах ты, сукин сын! – ревет дядя Ильдар. Хватает меня за грудки, встряхивает. Будь кто другой, не позволил бы. Но он в своем праве. – Я же тебе доверял! Семьей считал!

– Папа! Нет!

Да кто бы сомневался! Все же прискакала!

Оля вклинивается между нами кое-как, и Самедову приходится отступить.

– Не трогай его!

– А ну, выйди отсюда! Не лезь, когда мужчины разговаривают. Хотя… – он презрительно кривится. – Ты просто шакал, которого пригрели! Которому я доверил собственную дочь! Ты дал слово!

– Я его сдержал.

– Ты еще смеешь что-то вякать, недоносок? Да я тебя сгною! И не посмотрю, что ты там кому-то брат!

– А может, спросите у своей дочери, как это вышло? – с трудом сдерживаю желание огрызнуться. Эмоции бьют так, что я едва держусь. Какого черта?! – Как она оказалась в моей постели впервые и что за дрянь подсыпала мне, чтобы добиться желаемого?

Я ни разу не видел Самедова таким растерянным. Жесткий, суровый мужик, который только с дочерью и женой становился мягче, вдруг теряет всякий запал и неверяще смотрит на Олю. Та всхлипывает, но не отнекивается.

– Дочь?

– Это был мой выбор, папа. Просто прими это.

– Ты что… Это правда?

Судя по голосу, Ильдар не верит в то, что его кроха такое отколола. Да я и сам бы не поверили, если бы не проснулся с ней утром в одной постели. Олечка, конечно, знатно нас всегда уделала. Все же добилась того, что хотела.

– Правда.

Ее голос дрожит. Это понимание, с одной стороны, меня радует – пусть получает справедливую плату за то, что наворотила. А с другой – внутри поднимается едва контролируемое желание прижать к себе, обнять и спрятать. Поддержать, в конце концов.

Но я знаю – стоит сделать всего лишь полшага навстречу, она воспринимает это как знак, что она двигается в верном направлении. Нет. Я и так сорвался сегодня. Не стоило трогать ее, не стоило подходить. Не надо было вообще приезжать!

– Полагаю, дальше вы сами обсудите детали, – добавляю и, развернувшись, ухожу. Иду, почти не разбирая дороги. Впрочем, тут не заблудиться – за садом ухаживают отлично, а я все же жил тут не один год. Могу хоть с закрытыми глазами пройти.

По пути меня ловит сестра.

– Дим, ты куда? Уезжаешь, что ли?

– Да, дела нарисовались.

Она пристально вглядывается мне в лицо, словно догадывается о том, что случилось.

– Ты сам не свой.

– Устал, наверное, просто. Не бери в голову. Извини, что так. И мелочь поцелуй от меня.

– Дима, – тяжело вздыхает она. – Что с тобой происходит в последнее время? Ты знаешь, что сможешь всегда поговорить со мной?

– Обязательно, – обнимаю ее и быстро иду к машине.

На хрен. Надо валить, и чем скорее, тем лучше. Пока все не стало еще хуже. Но я едва успеваю открыть дверь машины, как слышу Ольгин голос:

– Дима! Подожди!

А следом она буквально впечатывается в мою спину. Похоже, все-таки не успел…

12 Оля

Я так ждала, что увижусь с Димой. Так готовилась. После тех дней игнора у меня появился целый список разных фраз, чтобы начать разговор. Но я совершенно не думала, что все в итоге случится вот так.

Ждала, что Волков продолжит меня игнорировать, будет до последнего держать дистанцию, и придётся как следует постараться, чтобы через неё пробиться.

Но все вышло из-под контроля. И как же это было волшебно. Дима мог сколько угодно говорить, что все это без чувств, что ему плевать, что он не хочет меня видеть. Он мог злиться и дальше, но я-то чувствовала его искренность.

За эти годы я изучила его, знала, как мне кажется, наизусть.

И то, как он целовал меня, прижимал к себе, как трогал – все это кричало о том, что мои чувства взаимны! Нам нужно всего лишь преодолеть ту злость, что все еще кипела в нем.

Но все испортил отец. Зачем он пришёл? Зачем остановил нас?

– Не ходи, – тихо прошу Диму. Чувствую, что это может все сломать. Отец еще не готов узнать. Не вот так!

Дима убирает мои руки от себя.

– Найди мою сестру. Она хотела, чтобы ты ей помогла с чем-то для детей.

– Маша? Сейчас?

– Она сказала, срочно. Если тебе лень…

– Нет, конечно, нет, – мотаю головой, пытаясь понять, правда ли это, или он просто меня отсылает? Дима уходит, а я топчусь в нерешительности. Конечно, не помочь тете Маше нельзя, но и разговор отца с Димой может выйти из-под контроля. В итоге все же делаю выбор в пользу последнего.

– Я ведь спрашивал тебя, и ты ясно дал понять, что не планируешь ничего серьезного! – слышу голос отца и тихо подбираюсь к беседке. – Ты сам отказался от нее!

– И до сих пор не планирую, – совершенно спокойно отвечает Дима. Это больно отзывается во мне. Не планирует… Но я знала, какой он упрямый. Знала и приняла таким.

– Тогда какого ты с ней зажимаешься? Что между вами?!

– Просто секс. Трахаемся время от времени.

Я не верю своим ушам. Понимала, что разговор вряд ли выйдет простым, но не думала, что Дима рискнет вот так вывалить все.

– Ах ты, сукин сын! – слышу невнятный шум и больше не могу оставаться в стороне. Ведь это и я участвовала во всем. Вбегаю в беседку и вижу, как Дима сплевывает кровь, а отец снова хватает его. – Я же тебе доверял! Семьей считал!

– Папа! Нет! – кричу и проскакиваю между ними, пытаясь защитить Диму. – Не трогай его!

– А ну, выйди отсюда! Не лезь, когда мужчины разговаривают. Хотя… – отец презрительно кривится. – Ты просто шакал, которого пригрели! Которому я доверил собственную дочь! Ты дал слово! – продолжает оскорблять Волкова, а я судорожно соображаю, как объяснить все это, как успокоить папу.

– Я его сдержал.

– Ты еще смеешь что-то вякать, недоносок? Да я тебя сгною! И не посмотрю, что ты там кому-то брат!

– А может, спросите у своей дочери, как это вышло? – вдруг заявляет Дима. И тут я замираю, понимая, что услышу дальше. – Как она оказалась в моей постели впервые, и что за дрянь подсыпала мне, чтобы добиться желаемого?

Отец замолкает, переводит на меня взгляд и смотрит так недоверчиво, словно он потерял опору под ногами. Невольно всхлипываю, видя, как в его глазах зарождается сначала неверие, а следом – разочарование.

– Дочь?

– Это был мой выбор, папа. Просто прими это, – дрожащим голосом прошу.

– Ты что… Это правда?

– Правда.

Меня чуть трясёт, и как же безумно хочется, чтобы Дима поддержал меня в этот момент. Или хотя бы обнял. Но вместо этого он решает просто уйти.

– Полагаю, дальше вы сами обсудите детали.

И мы с отцом остаёмся одни.

– Ты действительно опоила парня, чтобы переспать? – кажется, он все ещё не верит. В голове такая тоска. Задумывая все это, я была уверена, что успею наладить отношения с Димой до того, как родители узнают. Надеялась, что то, с чего началось, так и останется между нами двумя.

– Да.

– Зачем? Оля, я не понимаю, зачем?

– Потому что я люблю его!

Отец стискивает зубы. От растерянности на лице не остается и следа.

– Любишь? Ты совсем не видишь, что он просто пользует тебя? Или не слышала, что у Димы нет планов на отношения с тобой?!

Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в кожу. До боли. Только бы хоть немного перебить боль душевную.

– Ты ничего не знаешь…

– Что я не знаю?! – рявкает отец. Шагает ко мне и резко встряхивает за плечи. – Ему плевать на тебя и твои гребаные чувства. Он просто трахает красивое, молодое тело! Очнись, Оля! Где твоя гордость?

– При чем тут гордость? Я его люблю, понимаешь?

– К чертям такую любовь! – чеканит он. – Поняла? Выброси из башки этого придурка! Просто забудь !

– Мама тоже должна была забыть тебя, да? – резко выплевываю в ответ. Зло щурюсь на него. – Тоже должна была вспомнить о гордости и прогнать тебя?

Отец отшатывается, словно я ударила его. Значит, все же я правильно поняла обрывки однажды подслушанного разговора мамы и тети Маши. Что-то такое было между родителями. Я не поняла, что именно, но очень серьезный разлад.

– Откуда ты…

Отец бледнеет, оттягивает ворот футболки, словно ему трудно дышать.

– Вы ведь счастливы сейчас. У вас все хорошо. Потому что мама дала тебе шанс. Поверила в ваше будущее. Так и я – верю. Не мешай мне, пап. Это мой выбор, – тихо говорю, а затем выбегаю и со всех ног несусь искать Диму. Зная его характер, не удивлюсь, если он решит уехать.

Во мне есть чёткое понимание – если не остановлю сейчас, если не успею, то тонкая ниточка между нами может порваться окончательно.

Когда вижу его возле машины, бегу так, что даже дышать трудно становится.

– Дима! Подожди!

Влетаю в его спину, обнимаю, прижимаюсь так близко, как могу. Лишь бы не оттолкнул, лишь бы не бросил.

– Не оставляй меня, Дим. Не сегодня…

13 Оля

Чувствую, как сильно он напряжен. Сейчас я не знаю, чего ждать после разговора с отцом.

– Дим… Хочешь, уедем?

Судорожно перебираю варианты, как попытаться уговорить Волкова не бросать меня одну здесь. Как вдруг…

– Садись в машину.

Отпустить его очень сложно. Но я слушаюсь. Забираюсь в машину и пытаюсь унять дрожь в руках. Когда уже почти выезжаем, замечаю краем глаза отца. И резко отворачиваюсь.

Сложно описать, что я чувствую сейчас. Наверное, все же злость. На Диму, что он рассказал отцу, на отца – что не слушает меня и пытается навязать свои решения.

И всю дорогу, чтобы не наговорить лишнего, я молчу. Дима вообще на меня не смотрит и выглядит не злым, но крайне сосредоточенным. В общем, как-то не складывается у нас разговор.

Привозит он нас к себе. Это даже хорошо. Может, мы, наконец, сможем поговорить с ним. Вот только едва переступаем порог квартиры, как Дима набрасывается на меня с такой жадностью, что все мысли вылетают из моей головы.

– Погоди… Ты чего… – все, что я успеваю пробормотать.

– Не хочешь? – хрипло спрашивает он, а я улавливаю напряжение в его голосе. – Если нет, говори сейчас.

– Хочу, – шепчу в ответ. Мягко прикасаюсь пальцами к его лицу. Обвожу скулы, скольжу ниже. К шее. Дима шумно выдыхает, но взгляда не отводит. Так и смотрит тягуче, опасно. Но я горю в этой опасности. Словно мотылёк, лечу к нему снова и снова. Помню, каким несдержанным и грубым он был в прошлые разы. И все равно возбуждаюсь, все равно готова дать ему все, покориться и позволить реализовать желаемое.

Странное дело, но Дима не торопится снова присваивать меня, не командует раздеться, чтобы свести все к механическим движениям.

Ещё один шумный выдох, и он прислоняет лоб к моему. А я наслаждаюсь этим мгновением. Словно моя мечта вдруг сбылась.

– Черт… – выдыхает Дима, а затем подхватывает меня под ягодицы, вынуждая обхватить его ногами, и несет вглубь квартиры. В спальню.

Слишком бережно кладет на постель. Жадно целует, а я даже не сразу верю в такие перемены. Боюсь, что вот-вот все закончится. Что он снова накажет меня за то, что обманом добилась желаемого.

Однако секунды сменяют друг друга, а кроме нежных ласк и все более откровенных поцелуев ничего не происходит. Моя грудь, кажется, уже даже немного болит от его поцелуев, которые порой переходят в укусы. Но даже в этом я чувствую желание не только брать, но и отдавать.

Когда наши взгляды встречаются, мир вокруг словно замирает. И я впитываю в себя каждое мгновение, запоминаю каждое прикосновение, каждый вдох.

Дима ничего не говорит – только смотрит и дышит тяжело. Он весь напряжен, это чувствуется. И я никак не могу понять причину.

– Что-то не так? – все же рискую спросить между поцелуями. Но он уворачивается от моих ладоней, мотает головой и спускается чуть ниже, чтобы снова заклеймить поцелуем.

Сладкая судорога сводит спазмом низ живота. Я давно уже полностью обнажена. Как и Дима. В этот раз он разделся, и чувствовать его кожей невообразимо приятно.

Наши тела так близко, так рядом. И дыхание одно на двоих. Мне кажется, даже сердца наши бьются в одном ритме.

– Не бойся, – тихо шепчет Дима, когда вздрагиваю от его пальцев.

– Я не боюсь, – тут же возражаю. Скорее просто по привычке. В ответ слышу тихий смешок. А затем получаю ещё один поцелуй. Мягкий, нежный.

Мне кажется, что сегодня наконец-то стена между нами рухнула. Наконец, я получила то, о чем мечтала – мы вместе!

Внутри меня все пылает. И дело не только в возбуждении. Ведь сегодня наша близость – это не про секс. Это про наше единение.

– Дима… Димочка, – повторяю снова и снова, кайфуя от того, что теперь могу беспрепятственно его трогать, ласкать. Я наконец-то ощущаю его полностью своим. От и до.

Именно поэтому, несмотря на дикое смущение, я набираюсь смелости и прикасаюсь к нему снова и снова. Я так хочу сделать приятно, но Дима вдруг тормозит, накрывая мою ладонь своей. А затем сам спускается ниже и довольно развязно целует мой низ живота. А затем движется еще ниже, настойчиво раздвигает мои ноги шире и…

Целует… От этой незатейливой ласки меня практически выгибает другой. Горячий язык так умело ласкает, что я и двух слов связать не могу. Стеснение растворяется в происходящем, словно шипучая аскорбинка – в стакане воды.

Я позволяю Диме все – и целовать, и ласкать. Даже наоборот – сильнее раскрываюсь для него.

Для него одного.

А когда сдержать лавину удовольствия не выходит, настолько поддаюсь эмоциям, что пропускаю момент, когда наши тела снова соединяются, но уже иначе.

Дима не жалеет меня – двигается так, словно хочет догнать меня и ещё добавить к утихающим волнам новые. И ему удаётся.

– Люби меня… Люби меня, Димочка… Люби…

Тело мне не подчиняется – он весь в напряжении, но вместе с тем и расслаблен. Потрясающий парадокс, о котором я обязательно подумаю после. Сейчас же наслаждаюсь нашей близостью, тем, как любимый мужчина занимается со мной любовью. Как он жадно смотрит, сжимает в своих объятиях и целует.

Боже, как он целует! Так, словно сегодня последний день на земле, и нужно все успеть. А я тянусь за ним, стараюсь угнаться, не отстать. Отдаюсь без остатка, растворяясь в нем, в наших чувствах.

Я столько раз мечтала, как это будет между нами, но реальность превзошла все ожидания.

Мне хочется кричать в голос о том, что я люблю его! Что я буду любить всегда!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.