Кирилл Клери
Локсмастер. Книга I. Алчность

Краткое предисловие

Прошло два года после завершения Российско-Украинского конфликта. Мир облегчённо выдохнул, аплодируя мировым лидерам завершившим братоубийственный конфликт. Увы, отношения между странами Евросоюза и Россией за время войны безвозвратно испорчены. На границах государств по прежнему несут дежурство воинские подразделения, да и экономические санкции введённые за долгие годы отменять никто не торопится. Политика – довольно грязное дело и столь быстрая смена курса может стоить карьеры политикам, ещё недавно вещавшим с трибун о вечном бойкоте и забвении для агрессора.

Тем не менее, Россия – всё ещё крупнейший в мире поставщик дешевого сырья и топлива, столь необходимых несущей колоссальные убытки Европейской промышленности. А перевозки через половину мира с перегрузкой грузов с судна на судно в открытом море – значительно увеличивает стоимость поставок. Так что не удивительно, что группа бизнесменов из Европы и России довольно быстро прорабатывает, а затем и реализует амбициозный проект в виде «Свободной Экономической Зоны» на границе Российской федерации и Евросоюза. Лоббирование вообще – штука серьёзная. Особенно когда на кону такой куш.

Здраво опасаясь непонимания со стороны властей и народа Украины, новую торговую зону было решено размещать подальше от недавнего театра военных действий. И после короткой но ожесточённой подковёрной схватки между несколькими бизнес-группировками, неожиданно для себя -победила Эстония. Выступая на очередном обращении к народу, президент России объявил о создании свободной экономической зоны в Ленинградской области, на берегу Финского залива, на границе двух стран. Центром нового экономического образования было названо никому не известное село Коростель.

Деньги способны творить чудеса. И вот спустя десять лет на месте безвестного села посреди болот, на берегу Финского залива раскинулся город с населением под миллион человек с тремя крупными заводами и бесконечными транспортными развязками. Морскими, железнодорожными, асфальтовыми. Увы, человеческая алчность тоже способна преподнести сюрприз. "Farma-Corp" – виднейший мировой производитель медицинских препаратов и Генно-Модифицированных Организмов. Появлению их представительства в Коросе никто не удивился. Так же как никто до времени не обратил внимания на их деятельность.

И вот в молодом городе, который должен был стать новым окном в Европу уже вовсю идут городские бои. То в городе схлестнулись не на жизнь, а на смерть две частных военных компании – «Fox Army» и «G-Security». Корос оцеплен армиями нескольких государств, а гражданские лица стараются покинуть ставший таким негостеприимным город.

Интерлюдия

За одиннадцать лет до описываемых событий.

Франкфурт-на Майне, Германия.

Мужчина средних лет в безукоризненном костюме ворвался в помещение, заставив входную дверь удариться о ограничитель. Он пересёк комнату за пару шагов и отмахнувшись от вскочившей с места секретарши, без спросу толкнул внутреннюю дверь. Не останавливаясь на достигнутом, он швырнул свой портфель из бычьей кожи на одно из кресел, заставив его прокатиться несколько метров по полу и удариться о стену. Сам он рухнул во второе и принялся яростно терзать узел своего галстука. Хозяин кабинета – подтянутый мужчина в сорочке с запонками и часами KROLEX на запястье, невозмутимо остался сидеть за рабочим столом, заваленном различными документами и папками. Дождавшись пока гость с яростным рыком наконец справился с галстуком, он демонстративно изогнул бровь и перевёл взгляд на застывшую в дверном проёме секретаршу.

– Гер Пауль, я пыталась задерж…, – начала женщина на немецком, но была перебита.

– Всё в порядке, фрау Эльза. Будьте добры, сделайте нам кофе, – тут в стену отправился скомканный и безусловно дорогой галстук, – Пожалуй с бренди и сливками, как вы умеете.

Дождавшись пока сотрудница покинет кабинет и прикроет за собой дверь, владелец кабинета откинулся на спинку кресла и заговорил:

– Вольф, судя по твоему состоянию, я делаю вывод что переговоры прошли и завершились они совершенно бесперспективно.

– Бесперспективно – это пытаться выкупить в ЮАР участок с месторождением алмазов, раньше островитян, – посетитель расстегнул верхние пуговицы рубашки и тоже откинулся в кресле, – Совершенно бессмысленно, но шансы есть! А здесь же, нас в общем-то отчётливо послали.

– Вот как?, – удивился Пауль, – Если мне не изменяет память, Крегер обещал максимальное содействие в решении нашего вопроса, когда мы согласовывали объём пожертвования на его предвыборную компанию.

– Скажем так – он был очень расстроен, что не смог нам помочь, – Вольф говорил с весёлой злостью, – Прямо таки сокрушался!

– Давай подробнее, – нахмурился владелец кабинета и коснувшись кончиками пальцев друг-друга, водрузил локти на стол.

– Можно и подробнее. Мы обсудили все основные вопросы без каких-либо проволочек. Участок под Бременом считай уже наш – все формальности уладят в течении месяца. Беспошлинный провоз продукции с завода в Шецине подпишут на будущем заседании. Ну и лимит по Цэ-О-Два нам поднимут в следующем квартале на тридцать тысяч тонн – с зелёными всё согласовали, оплата прошла, – стукнув в дверь, в кабинет вошла Эльза, с подносом, на котором были установлены две чашки, сливочник и сахарница. Получив свою порцию и тут-же отхлебнув, чем заслужил ещё одно неодобрительное покачивание головой от секретарши, посетитель продолжил, – А вот когда мы дошли до обсуждения сроков отмены санкций на Российские углеводороды, Крегер прямо заявил, что в ближайшие пять-шесть лет, к этой теме можно не возвращаться.

– Он дал какие-нибудь пояснения? – владелец кабинета не притронулся к напитку и внимательно слушал докладчика.

– Наш евродепутат не стал запираться и сказал, что всё дело в деньгах.

– Вот как, – Пауль ухмыльнулся и подтянул к себе чашку с кофе, – и сколько хочет наш друг?

– Двести миллиардов евро, – ухмыляясь ответил Вольф, наслаждаясь реакцией товарища, поперхнувшегося напитком, – Нет, это не ему лично. Как ты помнишь, после начала войны, Евросоюз арестовал русских активов на двести миллиардов евро.

– Двести шестнадцать с небольшим, – поправил хозяин кабинета недовольно глядя на каплю кофе оставшуюся на рукаве шелковой сорочки, – Продолжай.

– Ну так вот. Активы заморозили и отдали на хранение паре Швейцарских банков. Те их гоняли между своими счетами, какое-то время пытались найти законный повод чтобы передать эти деньги Украине. Не нашли и они так и остались в неопределённом статусе.

– Я прекрасно помню события двадцать второго и третьего годов, что там с нашим вопросом?

– Погоди, дай до конца расскажу. В общем когда Российско-Украинский конфликт завершился и был заключён мир, заговорили о необходимости отмены взаимных экономических санкций. И даже стали прорабатывать варианты. На что русские заявили что с удовольствием возобновят нам поставки своих энергоносителей и сырья, но хотят сперва увидеть жест доброй воли, а именно разморозку и возвращение арестованных активов. И вот тут выяснилось самое интересное – деньги не нашли.

– То есть, ты хочешь сказать что они потеряли двести миллиардов евро? – Пауль был всерьёз удивлён.

– Да на самом деле нам сейчас совершенно не важно потеряли они их или украли. Факт в том, что их нет. И судя по всему Русские об этом в курсе, – Вольф допил кофе и вернул чашку на блюдце, – В общем сейчас в Европарламенте идут консультации, затем будет расследование и разбирательство. И на весь этот срок о каких либо подвижках в этом вопросе можно забыть.

– Шайзе, – выругался владелец кабинета и поднявшись прошёлся вдоль панорамного окна, размышляя над услышанным, – Возобновление работы наших заводов в Польше и Литве рентабельно только при восстановлении короткого плеча поставок русских углеводородов. Нынешние расценки на газ и нефтепродукты получаемые из-за океана или поставляемые нам Турцией и арабскими эмиратами оставляют наши предприятия убыточными.

– Да, арабские шейхи и турки конечно очень здорово себя поставили со своей свободной торговой зоной, – гость растянулся в кресле и мечтательно смотрел в потолок, – Покупаешь у русских нефть, перегоняешь её на свои заводах, продаёшь Евросоюзу разрешённые нефтепродукты – сплошная выгода. Вот бы нам так…

– Да нам бы не помешала своя экономическая зона. Но я сомневаюсь что Крегер, даже при кратном увеличении финансирования сможет организовать нам выход из Евросоюза. Хотя…, – Пауль в раздумьях остановился перед окном.

– Ты что-то придумал, мой друг, – вскочил с кресла гость, – Я знаю это твоё выражение лица. Давай выкладывай! Только без организации войн, ладно?

– Ну, думаю до этого не дойдёт – улыбнулся хозяин кабинета, – Скажи ка мне, а этот русский, с которым мы вели дела, Энтони…

– Антон , – тщательно выговорил собеседник.

– Да-да, он. Скажи, а он достаточно влиятелен, чтобы пролоббировать длч нас парочку решений государственного уровня?

– Не знаю друг. Ты же помнишь, что у русских любое лобби незаконно. Варварская страна и варварские обычаи. Но он точно достаточно высокопоставлен, чтобы знать людей с которыми можно обсуждать такие вопросы. Если ты посвятишь меня в свою затею, мы сможем с ним побеседовать более подробно.

– Ну, всё это пока на уровне идеи, но суть замысла следующая…

За десять с небольшим лет до уписываемых событий.

***

Кремль, Москва, Россия.

– Таким образом, спустя два года после завершения Специальной Военной Операции, силами граждан Российской федерации, мы восстановили более шестидесяти процентов населённых пунктов возвращённых территорий, получивших повреждения в боях с неонацистами. Многие из них были нами отстроены буквально с нуля. Сейчас же в них снова кипит жизнь, звучит детский смех и никто не пытается заставить людей отказаться от их родной речи, культуры или религии, – президент Российской федерации прервался, ожидая пока стихнут овации, которыми встретил его последнее заявление зал.

Оглядев и внимательно слушающих его людей, он продолжил.

– И последнее, что я бы хотел сказать, но совершенно не последнее по значимости. За последний год, я получил несколько докладов от моих доверенных лиц и от бизнесменов. Все они прямо заявляют, что европейский бизнес вовсю заинтересован в возобновлении прямых поставок наших энергоносителей и сырья для реанимации своей промышленности. Увы, власти Евросоюза, как вам прекрасно известно, никак не желают возвращаться к конструктивному диалогу, максимально затягивая процесс снятия ограничений на ввоз товаров Российского производства. Как я уже неоднократно повторял – Россия не закрывала ни для кого двери. Не смотря на действия политических элит, у нас имеются за рубежом надежные бизнес-партнёры с которыми мы поддерживали и поддерживаем доверительные отношения.

Для вывода наших взаимоотношений на новый уровень, сегодня мной принято решение о создании в Ленинградской области зоны свободной экономической торговли. Прошу правительство в самые сжатые сроки проработать модель максимального благоприятствования для иностранных компаний, которые пожелают разместить в ней свои представительства или производственные мощности. А также проработать вопрос финансирования и обратить особое внимание на антикоррупционные мероприятия…

Последние слова президента снова заглушили продолжительные овации.

***

За десять лет до описываемых событий.

Село Коростель, Россия.

Буханка взрыкнув двигателем выбралась на очередной пригорок и прижавшись к обочине остановилась.

– Ну красотища – выпрыгнул с пассажирского места мужчина в деловом костюме, обутый почему-то в резиновые сапоги, – Это что-ли ваш Коростель?

На другой стороне небольшого зелёного луга виднелось с десяток сельских домов, скучившихся на небольшой возвышенности.

– Он ей-то, – ответил подошедший водитель приставив ко лбу козырьком руку, – Вона все домишки их, как на ладони, аккурат за болотом видны.

– Болотом? – удивился его собеседник, а затем приглядевшись к тому что он сперва принял за луг покачалаголовой, – Так это ряска! А я думал выпас такой сельский.

– Да не, откель у них тут такой выпас? Там всех жителей то и десятка не наберётся, – водитель порылся в карманах, достал пачку сигарет «Космос», но взглянув на сопровождающего курить передумал, – До развала союза то бывало до сотни доходило, а затем разбежались все.

– Да-да, я читал справку, – пробормотал чиновник, разглядывая прищурившись село, – А Финский залив стало быть где-то вот там, верно?

– Да тут в той стороне куда не ткни, везде будет залив, – пояснил собеседник, но кратчайшим путём ежели идти, то вот так вот.

Некоторое время постояли молча, разглядывая картину. Затем чиновник достал из своего портфеля распечатку карты и повертев её в руках совмещая с местностью повернулся в сторону дальнего лесного массива.

– Так, тут понятно. Ну что Василий, поехали на стройку газового завода.

– Да нет там никакой стройки, я же вам говорил ужо, – пробурчал водитель, тем не менее занимая своё место, – Как забросили её сразу после начала войны, так и стоит она никому не нужная.

– Не войны, а Спец-Операции, – поправил подчинённого чиновник.

– Как скажете Виталий Семенович. Только стройки там всё одно нет.

– Трогай давай. Это до сих пор она никому нужна не была. А теперь тут всё и всем резко понадобилось. Видел небось сколько строительной техники в Кингисепп нагнали? Вот спустя неделю другую она вся здесь будет. И ещё говорят будет.

Машина завелась и покатилась по дороге далее.

– Так это всё ради газового завода что-ль? – удивился Василий.

– Да нет же! Это президент придумал тут построить такую штуку – «Свободная Экономическая зона» называется, – поднял вверх палец Виталий Семенович.

– Сам президент? – искренне восхитился водитель буханки.

– Точно он, я сам видел, – подтвердил чиновник, решив умолчать что видел выступление президента по телевизору. А непосредственно к нему указания о начале строительства попали от непосредственного начальства, сдобренные десятком дополнительных задач «Возвести в кратчайший срок», «Желательно вчера» и «Изыскивая дополнительные ресурсы и средства».

– Во голова! Сразу видно – президент! А Машка его ругала почём зря. Василий крутанул баранку объезжаю особо глубокую колдобину, – А зачем эта ваша зона надобна?

– Она не моя, а государственная! И нужна она чтобы иностранный капитал сюда потёк, – пояснил областной чиновник. Но взглянув на наморщившего лоб Василия, пояснил, – Ну вот ты же слышал наверное что Европа с нами больше не торгует некоторыми товарами? Нефтью например. И бензином. Вот! А теперь представь себе, что вот там, в десяти километрах, за границей есть немец, который хочет наш бензин купить. Но руководство ему запрещает.

– Там, за границей Эстония, – подумав – уточнил водитель, – Почему это там вдруг немец?

– Да какая к чёрту разница! Эстония тоже в Евросоюзе. Так что немец может там где угодно быть. В общем если немцу нужен наш бензин, но ему нельзя его у нас покупать, то он может заплатить, и мы построим ему в этой свободной экономической зоне нефтеперегонный завод. Этот завод будет принадлежать ему. И даже земля под заводом будет у него в аренде. Далее он сам перерабатывает нефть в бензин или что ему там нужно. Грузит на свой транспорт и везёт в Европу. И по их законам получается что это уже не наш бензин, а как бы его. Потому что он его произвёл сам, – Виталий Семенович снова оценил наморщенный лоб своего попутчика и махнул рукой, – А забей. В общем для торговли это надобно.

– Ага, это понятно – буркнул водитель. Но спустя непродолжительное время снова уточнил, – А почему тут-то строиться решили? Тут же топь по большей части. И людишек нет никого.

– Ну, про топь – это ты точно подметил. Но у нас это прямо в традиции. Пётр первый построил Питер на болоте, прорубая окно в Европу. И сейчас вот на болоте строиться будем, снова окно прорубая, чиновник смерил взглядом приближающийся лесной массив и ухватившись покрепче за рукоять над дверью, чтобы меньше болтало, продолжил, – А по поводу почему именно здесь – точно я тебе естественно сказать не могу. Но думается место не случайно всё таки выбрано. Во первых его убрали подальше от недавнего театра военных действий. Представляешь сколько воя было бы, построй мы эту зону на возвращённых территориях? Во вторых мы всё-таки вплотную к границе с Евросоюзом. И Эстония – далеко не самая русофобная страна этого блока. Ну и в третьих – мы на берегу Финского залива. А это значит что углубив фарватер и отстроив грузовой порт мы сможем грузить здесь любые суда.

Чиновник немного посидел молча, вглядываясь в петляющую дорогу. И решил добавить.

– В общем дай срок Василий – увидишь тут новый мегаполис.

Глава 1. Белка, Март и террористы.

Пробовали ли вы когда-нибудь спать на земле? Не на туристическом коврике или теплом песочке, а прямо посреди леса. Скорее всего, если и пробовали, то повторять этот опыт не очень хотите. А я вот вынужден валяться под кустом шиповника и отчаянно бороться с дрёмой. Ощущения – ниже средних. Даже на одну звезду не тянет. Муравьи ползают и кусаются, трава и веточки колятся, шелуха всякая прямо на макушку сыплется… Сыплется?!?

Какая-то мелкая труха, посыпавшаяся мне на голову и за шиворот, сдула сон мигом. Нашарив лежащий радом дробовик, я мигом перевернулся на спину, рассматривая сквозь мушку переплетение ветвей рядом стоящего дерева. Краем глаза увидел, как мой напарник, лежавший парой шагов дальше, моментально перекатившись на спину уже целился вверх из пистолета. Когда только выхватить успел?

Сердце, ошпаренное резким выбросом адреналина гулко отдавалось в ушах, пальцы покалывало, а подкравшегося и затаившегося на высоте вражины видно не было. И вот это плохо. Но ведь сыпалось что-то! Напряжение не отпускало и голос Марта я услышал словно сквозь вату:

– Мишаня, полегче. Не пальни с дуру. Это белка всего лишь. – с этими словами напарник засунул свой пистолет в нагрудную кобуру и перевернулся на живот. – Давай-давай, ствол клади уже. Сейчас еще спалиться не хватало.

Осматривая верхотуру, наконец заметил эту гадину, сидящую на одной из веток и держащую в лапах шишку. Вот тварь! Напугала до мокрых штанишек! С трудом разжал пальцы на рукоятке дробовика – оказывается мышцы почти параличем прихватило. Как только курок случайно не нажал? И лоб оказывается испариной покрылся. И всё из-за гадской белки. Но ничто не вечно. Полежав с пол минуты на спине, вроде расслабился и вытерев рукавом куртки лоб, осторожно заполз поглубже под куст. Если эта сволочная белка надумает снова полущить шишку, то хоть не на меня.

Скашиваю глаза на устроившегося в паре метров от меня снайпера. Да, железные нервы у мужика. Не, ему по профессии положено, я всё понимаю. У меня до сих пор колени потряхивает. А этот лежит, нацепив активные наушники, да в бинокль поглядывает. И так уже больше часа. Короткая вспышка страха ушла и как обычно отдалась лютым желанием закурить. Но нельзя так и растак. Мы же незаметно лежим! Как будто кто-то за сотню метров увидит огонек сигареты или учует запах. Но с Мартом спорить себе дороже. Он сигарету об меня тушить будет, если попробую закурить. От грустных мыслей отвлек шелест рации в гарнитуре, нацепленной на ухо:

– Март – Яну.

Оглядывающий далекие строения в бинокль сосед коснулся рукой клавиши где-то на шее и ответил:

– Ян – Марту. Чисто.

– И у нас чисто. Мы в будке охраны у ангара. Давай Мишаню сюда. Только аккуратно. Сам прикрываешь. В случае чего будем отходить в сторону ЛЭП.

– Принято.

"Как же меня бесят порядки вояк иногда! У меня у самого есть рация. Можно вызвать меня и сказать: «Мишаня, дорогой, давай беги сюда, мы прикрываем», что я буду спорить что-ли? Но нет, надо вызвать снайпера, а он уже мне передаст. Потому что я типа его второй номер, или как-то так." Я уже было начал подниматься, чтобы дойти до виднеющихся впереди ангаров, но был остановлен жестом, всё так же оглядывающего в бинокль окрестности Марта. "Ну конечно, сейчас он из себя тоже будет строить начальника. Осмотрится вокруг, подумает, и будто мог бы оспорить приказ Яна, разрешит мне двигаться." Наконец осмотр кромки далекого леса был окончен и Март высказался:

– Так, давай аккуратно ползком до вот того распадка. Там сможешь подняться на ноги и пригнувшись добежать до синей будки. В ней наши. Да, ползи как учили, а то в твою торчащую над травой тощую задницу может прилететь что-нибудь металлическое. Двигай.

"Перестраховщик блин! Мы уже час с лишним тут лежим, осматриваемся. И сейчас, я должен ползти по колючей траве, хотя за пару минут бы дошагал до цели.". Тем не менее, спорить я не стал. Закинул дробовик за спину и пополз вперед. Потому что Мишаня, это как-бы я. Как-бы, потому что по паспорту я Пётр Викторович Самохин. Вот только людям, с которыми я вынужден последнее время общаться, на это по большей части наплевать. Они военные. И этим всё сказано. У них вместо имен позывные. Короткие и уникальные слова, которыми они называют друг-друга. Так и не разобрался как они их получают, но вроде бы не просто с потолка. Ну а гражданские, конечно получают от них клички. Прямо как собаки. И если пробуешь игнорировать кличку, можешь получить по ребрам. Если пробуешь спорить – по рёбрам. Если настаиваешь… – ну вы поняли. Так что пока я ползу до распадка, стараясь не выпячивать свою задницу над совсем невысокой травой, я расскажу вам как стал Мишаней.

Началось всё с того, что привычная жизнь полетела в ад… Хотя нет. Началось всё еще чуточку раньше раньше. Когда локомотив под названием Корос уже уверенно нес нас в преисподнюю, но большинство еще были не в курсе.

Шёл один из дней майских праздников, которые мы с женой решили провести на даче у моего старинного приятеля, Дмитрия. Потрескивали дрова в мангале, готовясь рассыпаться багровыми угольками, по навесу едва слышно постукивал моросящий дождик. Из окна коттеджа доносились голоса о чем-то весело болтающих женщин. Они там мудрят что-то своё овощное-витаминное, к мясу, которое жарим мы, мужчины. Которых собралось на террасе аж шестеро. Ну а поскольку мангальщик всего один, а остальные за компанию, вот и развлекаемся болтовнёй. Из укрепленного на стене дома телика еле слышно шепчет что-то диктор одного из новостных каналов. В руке бокал с пенным нефильтрованным, впереди еще две недели отпуска – что может быть прекраснее?

– Слушай, Олег, парни говорят ты теперь на «Фарма-Корп» работаешь? – отвлёк моё внимание голос Василия, нашей восходящей звезды журналистики. Сейчас он пристал к Олегу – владельцу сети автосервисов в Коросе. – А правда что они своих партнёров подставляют под гигантские штрафы по договорам и разоряют?

Ну понятно. Вася, активно делающий карьеру блогера-ютубера, нуждается в горячих сенсациях. А модным трендом последнего полугодия у нас является мокание в дерьмо «Фарма-корп». Международной компании, которая имеет филиалы в десятках стран, разработавшая вакцину от СПИДа, продвигающая программу дешевой еды, призванной накормить весь мир и прочая и прочая. И там где есть великие свершения, разумеется есть великая зависть. Не обошла она и “FC”. Отработав на территории России несколько лет, филиал международной корпорации, вдруг подвергся серии информационных атак от крупнейших СМИ. В чем их только не обвиняли. И в ведении незаконной деятельности, в коррупции, в отмывании средств, уклонении от налогов, контрабанде. Наверное про массовые расстрелы сотрудников и клонирование человека не стали писать, только в виду полной абсурдности подобных обвинений.

Отдел по связям с общественностью “FC” несколько офонарел наверное от такого, но сработал на удивление спокойно, предлагая всем заинтересованным гражданам не верить пустым домыслам и заверив, что всё под контролем. А спустя неделю стало известно о десятках судебных исков от «Фарма-корп» к СМИ. Это несколько разрядило ситуацию, но мода на жареные факты в отношении корпорации осталась. И поскольку филиал “FC” в РФ располагался в городе Корос, таким товарищам как Вася, оставалось мучить своими расспросами уроженцев этого славного города. Таких как Олег или я.

– Не, там другая схема. – Олег деланно воздохнул, показательно закатил глаза к потолку, но тут же заулыбался и отхлебнув из бокала продолжил. – Да, штрафы по неисполнению договоров у них реально драконовские. Но зато и бабки они платят крутые!

– Ну не могут же десятки людей разом лгать? – Вася не намерен был сдаваться. – Мне прислали кучу снимков заявлений от потерпевших, которые пробовали работать с «Фарма-корп». Они все утверждают что им не дали исполнить договор и затем через суд разорили!

– Слушай Вась, я с корпорацией работаю уже почти 6 месяцев. Тачки им обслуживаем, чиним, запчасти поставляем, если нужно. Парк у них огромный, еще ни одной недели не было, чтобы ко мне не загнали что-нибудь на ТО. – жаркий спич Васи на Олега впечатления не произвел и он спокойно и немного устало рассказывал о реальном положении дел. – И как видишь не обанкротился. Наоборот, значительно расширился за это время. Прикупил и оборудовал пару боксов, зарплаты повысил ребятам, дом себе строю за городом.

– Но ты же не будешь спорить с тем, что пострадавшие есть? – Вася явно униматься не собирался.

– Да фиг его знает. У «Фарма-корп» огромное количество контрактов и интересов. Если пара лузеров не смогла исполнить взятые на себя обязательства, то их место тут же заняли те – кто может эти договора выполнить, а с первых взыщут деньги. Они же видели условия контракта? Чего теперь обижаться-то?

– А с чего бы вдруг тогда в СМИ так на них накинулись? Нет, я уверен, что что-то тут нечисто!

– Да это чинуши бесятся, что такие бабки мимо них проходят. Ты хоть знаешь какие там суммы крутятся? И всё это в особой экономической зоне, где и налоговые льготы и квоты и куча народу, желающая всем этим воспользоваться! – Разгорячившийся Олег, оставил бокал и принялся яростно жестикулировать руками. – Да ты хоть представляешь сколько раз я пытался получить муниципальный или федеральный заказ? И каждый раз когда я доходил до финала, меня приглашали на встречу к дяденьке в отутюженном костюме и с животиком, который ну ВООБЩЕ НИКАК не связан с администрацией. И дяденька называл или писал мне на листочке циферку, которую нужно ему отдать, чтобы получить заказик! И когда я уходил отказавшись платить -, мне отказывали из-за формальности, вплоть до неверно проставленных запятых или отсутствия справки о высшем образовании у моих автослесарей. И так не раз и не два!

– Да причём тут чиновники? – Огорошено спросил Василий, но Олег не дал ему продолжить.

– Да при том, что когда появились “FC”, к ним попробовали так-же подкатить. Да только не вышло! У корпорации у самой зубов хватает. И вот предприниматели, которые раньше откатывали миллиарды толстомордым ворам в высоких кабинетах, вдруг стали подниматься на ноги и при этом ничего не платить. Потому что с тали работать на корпорацию.

– А как же коррупция?

– И тут всё так же. Самые хитрые из толстомордых быстро смекнули куда дует ветер и быстренько подружились с “FC”. А там раз и мэр уже предлагает корпорации купить немного земли. Заметь, купить! Совершенно законная сделка и вот корпораты легально становятся владельцами завода, а богатый мэр быстренько уезжает в теплые края. Вопрос, кто занимается коррупцией? Те кто законно купили землю, выставленную на продажу, или тот, кто незаконно эту землю выставил?

– Ты так всё оборачиваешь, будто твои Фармакорповцы белые и пушистые, а ни них бедненьких все ополчились! – Василий нахмурился, всячески демонстрируя что аргументы оппонента его не убедили.

– Да зачем компании уровня «Фарма-корп» пачкаться такими делами в городе, где половина и так работает на них, а вторая мечтает работать? Не веришь мне, вон у Петра спроси! – Похоже Олег решил не доводить до обид и технично перевел на меня стрелки. Еще и пальцем указал. – Он тоже с корпорацией работает.

Ну спасибо, друг сердечный, удружил. Теперь мне придумывать как это всё аккуратно закруглить. А Вася словно флюгер, уже развернулся ко мне, вызывающе поглядывая снизу вверх и набычившись словно перед дракой. Из-за его спины задорно подмигнул модными очками Олег, быстро направившись к Диме, хлопотавшему у мангала и в пол уха прислушивающемуся к нашей беседе.

– И… давно ты с ними? – Вопрос заданный Васей, прозвучал так, будто я предал его в самых лучших ожиданиях.

– Ну, четыре месяца вроде-бы уже. Да, точно четыре. Декларацию один раз сдавал.

– И что ты для них делаешь? – Допрос с пристрастием продолжался. Вот ей богу, ему бы кепочку кожаную и курточку. Был бы вылитый чекист, пришедший на дознание к буржую.

– В смысле что? Сейфы чиню. Иногда устанавливаю.

Да, я занимаюсь сейфами. Ну еще всякими несгорающими и оружейными шкафами, сейфовыми дверьми и всем прочим, что призвано охранять имущество владельцев от посягательств других разумных и неразумных. Занимаюсь, это значит что я в устройстве всего этого хозяйства разбираюсь. Я хороший локсмастер. Да-да, совершенно непонятное и незнакомое для вас слово. Означает оно специалиста по сейфам и замкам. Специалиста, который откроет захлопнувшийся сейф, не портя ценную вещь. У меня своя небольшая компания, где я и директор и менеджер и специалист. И не потому что денег на раскрутку нет и не потому что я жадный. Весь фокус заключается в мастерстве. Олег например, начал автослесарем. Заработав денег, он нанял других автослесарей и сделался управляющим автосервиса, больше с машинами не возясь. Хотя в устройстве их разбирается. В моём случае, нанять других специалистов по ремонту довольно сложно. Стать слесарем, который разрежет стальное крепление замка или отожмет ломиком дверную коробку – не сложно. Изучил принцип и ломай себе дверцы. А локсматсеров мало. Вот и получается, что нас десяток на весь Корос. Так что приходится выезжать к заказчику, объяснять почему ему нужен именно этот сейф, а не другой, затем заказывать сам сейф, после чего привозить, устанавливать и настраивать. Иногда приходится вскрывать случайно закрытые хранилища или проводить обслуживание. И всё – сам. Но объяснять это каждому встречному утомительно. Так что краткая версия для друзей звучит именно так: «Сейфы чиню. Иногда устанавливаю». Главное про вскрытие не заикаться. Чуть позже расскажу почему.

– Они что каждый день сейфы покупают? Зачем им столько? – Кажется Вася и в самом деле удивился.

– Нет, не каждый. – Не сдержал я улыбку. – Самой корпорации я всего пару раз ставил сейфы. У них и своих специалистов хватает, как я понял. А вот сотрудникам «Фарма-корп», регулярно ставлю. Там же все высшее звено секретоносители. Таскают с собой массу ценных данных, а кое-кто и оружие. Вот и ставят сейфы в квартирах и домах.

– Разве Руководство «FC» не в своей гостинице живет? – Журналистский запал не давал Василию расслабиться, подбрасывая всё новые мысли. -Я читал, что все иностранцы поселились в собственном отеле, выстроенном корпорацией. И живут на закрытой территории, под бдительным оком небольшой армии охраны!

– А с чего ты взял, что я про иностранцев? – Настала моя очередь удивляться. Судя по всему, за пределами Короса, о мегакорпорации каких только пересудов не ходит. – ТОП менеджеры, те да – живут в отдельном доме и их хорошо охраняют. Да только их там пятеро или шестеро. Еще парочка иногда приезжает на всякие заседания. Да и иностранцами их называть можно условно. Там есть Белорус, Поляк и Румын. Шпрехают по русски – получше многих наших сограждан. А, еще Мерзликина. Тоже директор по социальным вопросам и чему-то там. Так она вообще стопроцентная Россиянка. Но я не про них. Почти все сотрудники “FC”, это обычные жители Короса. Ну за исключением ученых, там вообще солянка со всего мира собранная – серьезные специалисты. Сплошь доктора наук или лауреаты разных премий.

– А что… – Задать очередной вопрос Васе не позволила непонятная суета, возникшая в дальней части террасы, где жена Олега что-то восклицая пробежала вдоль стены с телевизором к столику.

Никогда прежде не видел Оксану не то что бегающей, а даже спешащей. Судя по недоумённым лицам остальных мужчин – они тоже. Всегда неспешно вышагивающая, будто плывущая – вся из себя женственная Оксана, сейчас отчаянно спешила вдоль стены дома, от чего роскошная грудь едва не выпрыгивала из разреза блузки.

– Оксаночка, что стряслось? – донесся до меня удивлённый голос Олега.

Добежавшая до столика женщина подхватила с него пульт от телевизора и принялась терзать его кнопки одной рукой, второй отмахиваясь от спешащего к ней мужа. Наконец ей удалось задуманное и плазменный телевизор мигнув переключением каналов, резко увеличил звук. Ведущая выпуска новостей скороговоркой вещала с экрана.

– …Тем временем неясной остаётся ситуация в грузовом терминале порта города Корос. Напомню, что чуть больше часа назад, пресс-секретарь Генеральной прокураторы Российской Федерации сообщила в интервью о начале выемки документов в нескольких дочерних предприятиях скандально известной корпорации «Фарма-корп». – На экране пошли крупные планы выстроившихся полицейских автомобилей, каких-то пассажирских микроавтобусов и большого количества людей в форме перед ними. На заднем плане отчётливо просматривались краны грузового терминала какого-то порта. – Как сообщила сотрудница ведомства, сотрудники прокуратуры, при поддержке сотрудников МВД и СОБР прошли на территорию порта города Корос и на основании законных постановлений Генеральной прокураторы, приступили к выемке документации. Но спустя 15 минут после начала следственных мероприятий, на территории терминала внезапно вспыхнула перестрелка, что стало полнейшей неожиданностью как для представителей прессы, так и для сотрудников силовых ведомств. На месте находится наш корреспондент, Кириллова Юлия. Юлия, здравствуйте, вам слово. Скажите что известно о ситуации на территории терминала? Что вам видно?

Возникшая на экране девушка нервно переминалась с ноги на ногу. Одетая в синий бронежилет с надписью «PRESS» и каску, она судорожно сжимала в руке микрофон, вторую прижимая к уху и смотрела чуть выше экрана. За спиной девушки были хорошо видны штабели морских грузовых контейнеров красного и синего цветов, какое-то административное здание, а вдали виднелось море. Судя по всему съемка велась с какой-то высотки расположенной довольно далеко от побережья, потому что территория порта просматривалась вполне прилично. Наконец спустя пять секунд молчания, девушка заговорила:

– Здравствуйте Ольга. Как вы можете видеть, в данный момент на территории терминала всё успокоилось. Хотя еще четверть часа назад, тут шёл нешуточный бой. Как вам известно, час назад, сотрудники прокураторы в сопровождении полиции и бойцов ОМОНа прошли на территорию порта, которая находится в аренде у… – журналистка сверилась с листочком у себя в руках. – «Акционерное общество Контейнерный терминал номер пять». Не смотря на попытки сотрудников охранного предприятия помешать, полиция без проблем достигла административного корпуса. Наш канал, как вам известно имеет аккредитацию на съемку во время спецопераций. И в момент, когда мы должны были заходить на территорию порта, в здании и у самих терминалов вдруг зазвучали выстрелы! Мы немедленно покинули зону конфликта и вышли за сформированный полицией периметр. Нас попросили удалиться довольно далеко, почти на пол километра. И сейчас мы расположились на лестничной клетке одного из многоквартирных домов, расположенных неподалёку от терминала. Всё время что мы сюда добирались и последние тридцать минут, в порту отчетливо слышались звуки перестрелки, которая стихла буквально несколько минут назад. Как вы можете видеть, сейчас вся видимая площадь порта контролируется людьми в униформе Росгвардии, которые прибыли на подмогу. И выглядят они пусть и настороженно, но бой не ведут. Пока сложно что-то сказать о человеческих жертвах с обеих сторон конфликта, но перед въездом в порт припаркована целая вереница машин скорой помощи. Боюсь, что жертв избежать не удалось.

– Юлия, скажите, известно ли что-нибудь о судьбе сотрудников прокураторы, вошедших в здание первыми?

– Нет, к сожалению на данный момент официальные лица воздерживаются от каких-либо комментариев. Их можно понять – не каждый день в мирном городе вдруг происходит столь серьёзная перестрелка. Но мы хорошо видели как в здание заходило большое количество Росвардейцев и людей в штатском, возможно как раз сотрудников прокураторы…

Внезапно здание за спиной корреспондентки вздрогнуло и из всех видимых окон вырвались дымные и огненные клубы, вперемешку с осколками и обломками. Корреспондентка, подпрыгнувшая призвуке взрыва, докатившегося до её высотки прервалась и окаменев лицом развернулась в сторону порта. По изображению прокатились помехи, но довольно быстро прекратились. Вероятно передающая аппаратура легко пережила последствия удалённого взрыва. Всё это длилось от силы пару секунд, а затем здание стало складываться внутрь. Несколько секунд ничего не происходило, а затем девушка с экрана дрожащим голосом, запинаясь продолжила:

– Как вы могли видеть, на территории порта произошёл мощнейший взрыв. Административное здание имеет крайне серьезные повреждения….

Девушка продолжала говорить что-то еще, но я её уже не слушал. Я смотрел в испуганные глаза своей супруги, которая тоже успела выйти из дома и видела репортаж. Сейчас же она смотрела на меня глазами испуганного оленёнка, а я искал в себе силы, чтобы её успокоить.

Потом было много болтовни. Как по телевизору, так и между нами. Одни высказывали мнение, что взрыв это случайность. Другие во главе с Васей были уверены, что это корпорация так следы своей противоправной деятельности заметает. Я успокаивал жену, увещевая, что всё будет хорошо, но шашлык и пиво в горло не лезли. На душе поселилась тоска, как будто уже тогда я знал, что хорошо уже ничего не будет.

Сложно сказать что конкретно остановило наше немедленное возвращение домой. Осознание того, что немалое количество алкоголя уже плещется в организмах всех потенциальных водителей или понимание того, что наше присутствие дома, едва-ли на что-то повлияет. Так или иначе, но на семейном совете Коросчан, было решено догуливать отпуск, а за ситуацией следить посредством катания яблочка по блюдечку с золотой каёмочкой.

Следующие несколько дней после взрыва в порту Короса прошли в щемящем волнении. Официальные лица государства отмалчивались либо отделывались общими фразами про ведущееся расследование. Официальные лица “FC” напротив, на все лады склоняли правительство и силовые структуры, обвиняя их в теракте на частном предприятии и требуя тщательного расследования. Отечественные и мировые информационные агенства лихорадило. Каких только версий произошедшего не выдвигалось.

– Таким образом, не вызывает ни малейшего сомнения, что взрыв унёсший жизни 60-ти представителей власти, это неприкрытая агрессия со стороны корпорации «Фарма-корп». Таким чудовищным поступком они стараются скрыть следы своих преступлений и уклониться от ответственности… – Вещал усатый дядька с подписью политический эксперт в шоу на канале «Известия 23+1».

– В здании находились десятки гражданских специалистов компании, не говоря уже о корпоративном имуществе, стоимостью в миллионы рублей! И если раньше перед корпорацией стояла рядовая задача по возвращению незаконно захваченного имущества через суд, как это делается во всём цивилизованном мире, то теперь имущество и люди попросту уничтожены! Вот стали бы вы взрывать свой дом, если бы в него залез грабитель? Конечно нет! Вы бы просто вызвали полицию и заставили похитителя через суд вернуть всё украденное. Так почему же «FC» обвиняют в невозможном? В подрыве собственного дома?!? – Внушительная дама с бейджем «Юрист» едва не подпрыгивала в кресле, во время своего спича на канале «Рэйн онлайн».

– Удар был нанесён с секретного спутника Yadrilo-7 – секретной разработки США, о которой мы рассказывали в одном из наших прошлых выпусков. Очевидцы утверждают, что в телескопы было отчётливо видно смещение аппарата со своей стационарной орбиты, перемещение в область удара и разворот атакующих плоскостей. Итак, у нас не остаётся сомнений, что весь конфликт между властями РФ и «Фарма-корп» был спланирован, а теперь и активно разжигается третьей стороной – мировым закулисным правительством. Так называемым «орденом Каменьщиков». Подробнее о структуре ордена, вы можете прочитать в нашей книге «Древнейшие ордена нашей цивилизации»… – Напирал на своё крепкий мужчина с честным лицом на канале «Крен-ТВ».

А нам оставалось только изумляться происходящему и поглощать запасенные припасы, надеясь что вскоре всё вернется на круги своя. Тем временем ООН провела несколько срочных совещаний, на которых признало действия Российских властей незаконными и постановило ввести миротворческий контингент на территорию зоны СЭТ-Корос. Стремясь успеть до появления миротворцев, полиция и ФСБ Короса организовали целую волну рейдов, арестов и задержаний, на предприятиях связанных с «Фарма-корп». Но у “FC” оказалась целая армия хорошо вооруженной охраны и все такие рейды неизменно перерастали в серьезные боевые столкновения. По официальным каналам рапортовали о успешных операциях по вскрытию преступной сети корпорации, а созвон с друзьями и родственниками рисовал в голове картину полноценных боевых действий, ведущихся на родных улицах. Заварили же кашу… В общем на душе было тревожно.

Наконец спустя две недели после взрыва в порту, в сети разошлось видео-обращение генерального прокурора одной из республик. Девушка лет тридцати с внешностью супермодели и погонами генерал-майора, которой уже не первый раз доверяли озвучивать сложные для государства решения уверенно смотрела мимо камеры стоя за трибуной.

«Дорогие сограждане. В этот сложный для нас всех час, я хочу вспомнить немного из истории нашего государства. Мы никогда не начинали войн, но мы всегда их заканчивали. Мы всегда выполняем взятые на себя обязательства и действуем в рамках цивилизованного мира. К сожалению, далеко не все из наших партнёров придерживаются тех же принципов. Как вам известно Российская федерация не ведёт переговоров с террористами. Не будет вести и сегодня. И никак иначе, кроме как террористами я не могу назвать членов незаконных банд-формирований, которые уже более двух недель держат в страхе и терроризируют наших граждан в городе Корос. Они совершают нападения на сотрудников полиции и административных служащих, выполняющих свою работу. А многие из них, прикрываясь иностранным гражданством, откровенно бесчинствуют грабя и убивая мирных граждан. В такой ситуации, я вынуждена объявить в Зоне СЭТ-Корос режим Чрезвычайной Ситуации, а в самом административном центре начать проведение контртеррористической операции. Корос взят под контроль нашими вооруженными силами. Все иностранные наёмники должны сложить оружие и сдаться служащим ВС РФ…»

И таки вы наверное уже меня спросите: «Мишаня, родной, К чему ты ведёшь? На что нам вся эта политика и история? Ты там вроде ползёшь куда-то!»

На что я вам отвечу: «Таки всё верно. Ползу. Но чтобы понять чего вдруг цивилизованному человеку вдруг вздумалось ползать по полям и болотцам, спать в обнимку с дробовиком и выучить с десяток новых нецензурных выражений, вам её, то есть историю придётся выслушать до конца. И если что, цивилизованным человеком я себя назвал»

Выступление нашей красавицы из прокуратуры прямо таки подожгло западную и либеральную общественность. И пусть центральные каналы старательно обходили эти новости стороной, нам их напрямую поставлял Вася. Он оказался подписан на все либеральные СМИ и вскоре вся наша компания была изрядно подкована в подоплеках всего происходящего. Ну или во всяком случае ознакомилась с десятком достовернейших версий.

В ответ выступил заместитель директора «FC» с требованием прекратить бесчинства российских властей и обезопасить имущество и сотрудников корпорации, согласно мировым договорённостям. ООН собралась на очередное заседание и на территорию России вошёл миротворческий корпус ООН. Благо до Короса от границы пару верст всего. Не дойдя до города, миротворцы упёрлись в ощетинившуюся стволами Российскую группировку, которая на самом деле успела окружить город. В дело в очередной раз вступили дипломаты, которые обложившись различными документами на манер гадальных карт старались друг друга переспорить. И вот тут всем в мире стало жутковато. Чересчур сильно запахло третьей мировой войной. Даже посильнее чем во времена Российско-Украинского Конфликта.

Ну а мне было тоскливо. Потому что мне предстояло съездить в окруженный войсками и чужими интересами Корос. Супруга ни в какую не желала возвращаться в ставший таким негостеприимным город и разумно предлагала переехать на время пока всё не успокоится в Питер. Я то был не против но в потайном сейфе в загородном коттедже лежало наше будущее – несколько слитков золота и немного ценных бумаг. Хотя чего бы мне нервничать? Легкая прогулка ожидается: проехать блокпосты на границе области, затем добраться до окруженного войсками Короса, объехать его практически по кругу, поскольку через сам мегаполис ехать не особенно хочется. Добраться до коттеджного поселка на одной из окраин, войти в свой дом, открыть сейф, а затем проделать обратный путь с ценным грузом. Ну что может произойти?

Глава 2. Лица Короса. Специалист

Обычная комната четыре на четыре с серыми стенами, каких девяносто девять из ста, в этом здании. Стол, два стула, одна дверь и пара фальшивых окон на дальней стене. Откуда в подвале окна-то? Уж кому-кому, а майору ФСБ Ярцеву такие помещения были известны не понаслышке. Правда прежде ему доводилось в них быть вопрошающим, а не опрашиваемым.

– Добрый день Виктор Игоревич. Меня зовут Евгений. Информирую вас, что сейчас у нас состоится беседа. Вы вольны отвечать на вопросы или отказаться. Если пожелаете, сможете уйти. – Вошедший в комнату мужчина, как и все представители ведомства по линии разведки обладал ничем не запоминающимися чертами лица, был вежлив и казалось максимально расположен к собеседнику. – Если вам что-то потребуется, сообщите мне. Если вы не против, мы приступим?

– Добрый день. – Кивнул генерал. – Для того и пришёл. Спрашивайте. Постараюсь ответить. Сразу предупреждаю, что есть вещи о которых говорить не смогу из соображений государственной безопасности.

– Да, разумеется. Если подобная информация будет нам необходима, мы запросим соответствующий допуск у вашего руководства. Итак, верно ли что вы – Ярцев Дмитрий Викторович, действующий майор ФСБ, руководитель отдела сбора и анализа информации?

– Да, совершенно верно.

– Верно ли что вы собирали и анализировали информацию по Международной Трансатлантической корпорации «Фарма-корп» и проводимых ей исследованиях в последние три года?

– Верно частично. Я занимался не только этим. Данное направление стало одним из основных в последние шесть месяцев и именно сбором и аналитикой действий «Фарма-корп» мой отдел занимался последние пол года.

– Хорошо. – Мужчина пометил что-то в папке с документами перед собой и продолжил. – Здесь отмечено, что именно вы являлись инициатором сбора информации по данной организации. Можете пояснить чем вы руководствовались, запрашивая разрешение на эту деятельность?

– Я аналитик. Полагаю что хороший. В моей работе многое опирается на мелочи. Через моих сотрудников проходят огромные массивы информации. Из которых нам предстоит выловить сотни мелких, на первый взгляд не связанных друг с другом мелких фактов. – Майор задумчиво потер пальцев шрам идущий через бровь. – Новый жилец в доме напротив супермаркета, который всегда приходит с рюкзаком. Кража двух десятков плюшевых медвежат в Екатеринбурге, которые затем нашлись по горячим следам и были возвращены владельцу. Продажа сотни медвежат в детском магазине в Санкт-петербурге. Рапорт кинологической службы о потере тремя собаками на разных таможнях нюха или отравлении. Все эти бессмысленные для вас истории, для меня повод предположить планируемый теракт в Петербурге. Не факт, что он будет, но отработать версию мы обязаны. Но бывает и иначе. С «FC» например всё было как раз по второму сценарию. Это когда все факты выстраиваются в прямую и ровную картину, не вызывая никого подозрения. Но стоит взять чуть шире и выясняется что некоторые вещи в существующее видение не укладываются. Одним словом, деятельность «Farma-corp» вызывала сомнения.

– Прошу вас рассказать подробнее о ваших сомнениях.

– Ну что-же. Разумеется мы косвенно собирали информацию о корпорации задолго до появления её представителей в России. Крупная структура, много интересов по всему миру. Но составленная по тому времени докладная была скупа и технична. Количество сотрудников, потенциальные интересы, способы сотрудничества и противодействия. Всё это было скорее теорией. Ситуация изменилась с появлением филиалов на территории зоны Свободной Экономической Торговли – Корос, в Ленинградской области. Размах с которым «Фарма-корп» зашла в новый для себя регион впечатлял. Максимум которым ограничивались другие коммерческие структуры, пришедшие в нашу новую зону СЭТ, был в строительстве на арендованной земле небольшого производства, склада, торгового представительства. «FC» пошли куда дальше. Уже спустя три месяца после первого появления, они вели строительство или переоборудование на трёх десятках объектов. Причём это были не только офисные или складские помещения. Среди них числились морской терминал, который переоборудовали самым современным образом, а фарватер и вовсе углубили и расширили, позволяя швартоваться чуть ли не океанским лайнерам, приди им в голову зайти в порт Короса. Еще среди этих строек был лабораторный комплекс. От чтения списков оборудования, ввезенного корпорацией, привлеченные нами эксперты приходили в восторг и подумывали перейти на работу в «ФК». Своя гостиница для сотрудников, свои логистические компании. Всё проводилось в лучших традициях корпоративного ведения бизнеса. С созданием десятков дочерних компаний, которые создавали инфраструктуру для ведения основной деятельности компании.

Нужно сказать, что мы собираем информацию не только из открытых источников. В наш отдел так или иначе, стекаются все отчеты, всех ведомств. Так, спустя шесть месяцев после начала деятельности компании в зоне СЭТ-Корвос, мой отдел предпринял попытку объединить информацию о том, чем же конкретно занимается «Фарма-корп», кроме официально заявленных победы над корью в Африке и разработке новых видов ГМО культур, которые позволят накормить весь мир. И вот тут прозвучал первый звоночек. Информации не то чтобы не было совсем. Напротив. Её было много. Но она не стыковалась друг с другом. По сведениям информатора из Цюрихской лаборатории, корпорация разрабатывала мед-препараты, образцы которых были отправлены в Российское представительство, для дальнейших испытаний. И по его же сведениям, некоторые результаты испытаний уже поступили назад. Но по сведениям нашей же резидентуры, лаборатория «FC» не только не вышла на нормальный режим функционирования, но даже не полностью оборудована. И даже имелись фотоматериалы, сделанные во время инспекторской проверки их высотки, где отчётливо было видно, что дорогущее оборудование стоит не до конца распакованным, в стерильных боксах монтируется вентиляция, а видные ученые привезённые со всего мира вынуждены работать в актовых залах, рисуя теоритических модели, а не занимаясь практикой. И корпорация даже выиграла несколько судов у нерадивых подрядчиков, сорвавших сроки сдачи объекта.

Или например нам на глаза попалась фотография сделанная одним из фермеров в Индии. Он фотографировал для своего Инстаграма партию новых семян кукурузы, которые ему передала по договору корпорация. И всё замечательно, но на упаковочных коробках отчетливо читался пункт отгрузки: «Koros-12». Зачем было везти семена из другой лаборатории в Корос, чтобы затем снова морем отправлять их в Индию?

В общем я дал команду копнуть глубже и выяснились еще более странные подробности. Например удалось выяснить что младший научный персонал, работающий на «Фарма-корп», работает вахтовым методом. В принципе в этом нет ничего странного. Они вольны как угодно выстраивать график своей работы. Но добирался весь персонал до своих рабочих мест на автобусе компании. Бронированном, тонированном автобусе. Точнее на нескольких автобусах, принадлежащих компании ОАО «Автобусный парк Роторс». И как мы узнали, тонированы стекла автобуса были так, что изнутри рассмотреть что происходит снаружи, также не представляется возможным. Такие вот интересные автобусы.

Затем мы скалькулировали объем грузов, которые перемещала согласно накладным компания ЗАО «Монолит», ещё одна дочка «ФК», выполняющая для корпорации почти всю логистику и грузоперевозки. Так вот – машины Монолита ежедневно завозили в неработающий официально лабораторный комплекс, порядка тонны всевозможных расходных грузов – химических реактивов, каких-то образцов, лабораторной посуды, линз, бумаги и многого другого. Один из моих аналитиков даже попробовал вычислить, сколько времени им потребуется чтобы забить полностью существующие на планах подвальные этажи, которые могут быть отведены под склад. Так вот выяснилось что такими темпами, они уже три месяца как забили все свободные площади и сейчас видимо продолжают возить расходники туда-сюда на одних и тех же грузовиках, ожидая пока место освободится. Либо есть всё-таки комплекс, где работы ведутся, а официальная лаборатория – не более чем ширма. Достаточно или продолжить?

– Благодарю. – Евгений пошелестел бумагами, перелистнув пару страниц и снова спросил. – Тут указано, что вы составили список мест, где мог быть расположен лабораторный комплекс. Почему среди этих отметок отсутствуют крупные узлы, принадлежащие «Фарма-корп», например на химическом комбинате номер три?

– По той же причине, по которой в списке нет подвалов высотки в центре, где тот располагался официально. Мы составили карту энергопотребления города. Круглосуточная работа специализированного научного оборудования требует массу электроэнергии. Именно такие аномалии, где энергопотребление в разы превосходит необходимое мы и искали. И к своему удивлению нашли сразу несколько таких мест, связанных с корпорацией.

– Благодарю, ясно. – Собеседник Ярцева снова уткнулся в папку с документами, вчитываясь в текст. – Поясните еще один момент. В докладной записке на имя генерал майора Спицина, вы пишите, я процитирую: «Информация собранная о деятельности корпорации Фарма-корп Лимитед» за прошедшие три месяца – более чем на пятьдесят процентов недостоверна. Прошу предоставить мне полномочия для проведения проверки существующей резидентуры…». Поясните?

– Ну, как показали последние события, я был прав. – Ярцев грустно усмехнулся. – Тут особо нечего добавить. В попытках состыковать сведения, которые мы получали от различных ведомств, моя команда всё больше приходила к пониманию, что нам скармливают дезинформацию. И если на первый взгляд всё выглядело единой картиной, то те самые мелочи никак не желали сходиться в единое целое. Сейчас, как ни грустно это осознавать, я абсолютно убеждён, что люди разыгравшие всю эту комбинацию, переиграли наши спецслужбы практически вчистую. Пожалуй единственное чего они не учли, так это появления в городе второй частной военной компании…

– Пожалуйста не отвлекайтесь.

– Да конечно. Так вот – я убеждён, что не меньше половины сведений собранных о действиях корпорации, это качественная дезинформация. Не менее половины нашей резидентуры уже более трёх месяцев работало на «ФК». За зарплату или из страха – не важно. Одна их афера с этим антиквариатом, которую так яростно раскрывали таможенники, чего стоит. Сотни людей были заняты тем, что отслеживали перемещения мелких контрабандистов и бандитов, стараясь застать их в сбыте антикварных предметов руководителям «Фарма-корп». Да, безусловно это ценные предметы, которые могут захотеть заполучить ценители. Но не могут же все руководители корпорации быть заядлыми коллекционерами-антикварами, чтобы пытаться поймать их при этом злодействе – попытке вывоза антиквариата из Российской Федерации! Да они бы даже в суд не попали, решили бы дело мирным путём, выплатив копеечные штрафы. Или та папка с «настоящей» выпиской из бухгалтерии, которую помощник финансового директора Куртц «забыл» в ресторане после делового обеда. Ну не забывают люди такого уровня как Куртц подобные документы. Да и не выносят их из офиса, даже на самые важные встречи. Но нет. Опять же сотни сотрудников налоговой, занимаются проверками и пишут отчёты, пока корпорация действует! Одним словом, это была превосходно проведённая работа по созданию дымовой завесы.

– Ну что-же. Благодарю вас. Вполне исчерпывающий ответ. – Евгений почесал указательным пальцем переносицу и взглянув в глаза собеседнику продолжил, – Руководивший операцией генерал Молотов отстранён от руководства. Именно ему принадлежала идея силового проникновения на объекты корпорации. Как показала практика –

идея несостоятельная. Теперь моему ведомству поручено собрать команду для решения сложившейся вокруг Короса ситуации. От вас мне потребуются две вещи. Во первых максимально скорый и полный анализ всей имеющейся информации. Я хочу чтобы вы составили критическую точку зрения по всем спорным и вызывающим подозрение моментам. Найдите все ловушки расставленные корпорацией!

– Боюсь что в большую часть расставленных их сотрудниками капканов мы уже наступили. – Ярский горько улыбнулся. Но я составлю для вас подробный доклад. Что во вторых?

– Во вторых, мне требуется сотрудник вашего профиля, имеющий боевую подготовку. Иначе говоря, мне нужен аналитик который умеет работать в поле. – Увидев некоторое удивление на лице полковника, Евгений тут же успокаивающе махнул рукой. – Нет-нет, я не собираюсь отправлять его воевать. Понимаете ли, мы оказались не готовы к полномасштабным боевым действиям, которые нам по сути навязала Частная Военная Компания G-Sec, охраняющая объекты «Фарма-корп». Сейчас Джисеки заперты в городе нашими войсками и вывезти имущество и информационные носители «FC» не могут. Но это не продлится долго. Рано или поздно, наши дипломаты будут вынуждены уступить и сперва среди войск РФ появятся наблюдатели от ООН, а затем и полноценные блокпосты с миротворческим контингентом. Думаю мне не нужно вам объяснять, что если на такой блокпост выйдет сотрудник G-Sec, его не станут задерживать, а напротив, тихо и мирно переправят на запад. Вместе со всем имеющимся у него грузом.

В общем, мы совершенно не заинтересованы в подобном развитии ситуации. Поэтому, в настоящее время в город забрасываются сотрудники еще одной частной военной компании. ЧВК Fox Army. Полагаю на западе должны оценить эту шутку. Так вот Foxовцы получили от правительства РФ контракт на поиск и эвакуацию имущества Российской Федерации. Операторы Fox гораздо лучше готовы к встрече со специалистами G-Security. Полагаю последних ждёт неприятный сюрприз. Ваш человек должен будет присоединиться к одной из отправляющихся в Корос групп. В его задачи будет входить оценка найденных в ходе поиска данных. Его группа должна будет закрепиться на одной из точек. Другие автономные поисковые отряды будут приносить им все информационные носители, что найдут. Есть мысли по кандидатурам?

– Пожалуй есть. – Ярцев откинулся на спинку стула и задумчиво потёр ладонью подбородок. – Есть Специалист. Это его позывной. Правда он не из ФСБ а из ГРУ, но я думаю вы сможете его одолжить. Только не говорите ему пожалуйста, кто его вам сосватал.

***

– А это значит что? – Банка тушенки переехала с угла карты на середину листа и угол тут же попробовал свернуться. Но ловкая рука тут же его поймала и распрямила. – А это значит, что кто-то слишком высокого о себе мнения, вот что!

Командир отдельной Шумиловской бригады, суровый мужчина средних лет с иссеченными шрамами лицом, сидел за столом и следил за жонглированием банкой которым занимался его собеседник. Хотя нет, вовсе не собеседник. За последние тридцать минут, болтал только этот самый жонглёр. Он постоянно катал банку, нож, кружку и магазин от АК-74М, которыми и были придавлены углы бумажной тактической карты, растянутой на столе. В начале, два месяца назад, это бесило. Затем это казалось глупым, потом он привык. А его собеседник всё так-же кружил вокруг меняющихся карт, документов или пустого стола, прокручивая в своей голове сотни докладов, рапортов, перехватов. А потом давал чёткие указания что делать и куда идти. Жонглёр, подобно шахматисту-гроссмейстеру, вёл партию не глядя, запоминая все ходы соперника и предугадывая следующие. Вот и сейчас, притащенные на рассвете группой глубинной разведки данные, пошли в ход, а шахматист вновь закружил вокруг стола с картой.

ГРУшников КомБриг не любил, как и всех штабных крыс. Но этот доказал свою полезность делом. Пробегав так вокруг оккупированного стола пару часов, он спасал жизни бойцам бригады, экономил массу времени и совершенно не лез командовать. Ну а учитывая показатели стрелковой подготовки, которые как-то глянул интереса ради офицер, приставленный к его бригаде аналитик был скорее средней боевой единицей с мозгами мощностью с хороший компьютер. Ну или получше оного. Тут как глянуть.

Но если его не поторапливать, он мог так плясать вокруг своих данных и сутки. А с операцией нужно было поторапливаться. Так что командир решил подать голос:

– И что из этого следует?

– А следует из этого, что нас пробуют обмануть. Но как-то глупо. Либо так и не нашли замены крайнему командиру «Спрута» – Кальмару, которого мы ликвидировали в апреле, либо не смогли прийти к общему мнению и этих командиров у них сейчас несколько… – Нож снова переместился с угла на угол карты, а к предметам на столе добавилась граната, уложенная в центр листа. Но продолжать аналитик не стал, снова замолчав, продолжая мерить шагами комнату вкруг стола.

Внезапно в дверь постучали и практически без паузы ввалились. Взмыленный боец, выпалил:

– Товарищ КомБриг, разрешите обратиться к товарищу Специалисту!

– Обращайся уже, чего уж там. – Разрешил командир.

– Товарищ Специалист, вам радиограмма из штаба! – Шагнул вперёд боец из радиоузла и протянул аналитику листок, – Разрешите идти? После чего подчиняясь разрешающему кивку покинул помещение.

– Ну чего там? – Поторопил углубившегося в чтение Специалиста Комбриг. Надо же было такой позывной заполучить! Вот в его время позывные брали поскромнее. Но тут не поспоришь – специалист, хоть и узкопрофильный. Тем не менее содержимое радиограммы ему тоже было интересно. Аналитик получал подобные сообщения нечасто, но чаще всего после этого срочно приходилось совершать марш-броски или устраивать спец-мероприятия. Ни первое ни второе, на фоне непонятных телодвижений банды партизан действующих в лесах Херсонщины и по мелкому гадящих то здесь – то там, офицера не радовали.

– А? Нет, тут не по вашей части. – Оторвался Спец от чтения и придвинулся к столу. – Это вызов в штаб. Срочный, без пояснений, так что буду разбираться уже на месте. Что касается ваших баранов, то вот что. Колонну запускать можете спокойно – сил у них для нападения недостаточно. Хотя посты здесь, – Кончик ножа подхваченного со стола коснулся точки на карте, – А еще здесь и здесь, рекомендую усилить. Могут попробовать провокации по типу Ардунской с выходом «Мирного населения» наперерез колонне. Так, дальше. Снайпер в двенадцатом квадрате – недобиток из группировки Спрутов. Но идейный, сдаваться, не смотря на жизнь впроголодь в лесном массиве – не станет. Так-же у него явно есть проблемы с боеприпасами, а значит, с нашими новыми гостями у него связи пока нет. Иначе уже давно поделились бы. Но это вопрос времени, когда два борца за независимость найдут друг друга в лесном массиве. Так что вашим спецназёрам предстоит побегать. Далее. Запросите авиацию. Пусть ежедневно прочёсывают вот этот и это квадрат. Подробно не нужно. Их задача, отследить момент появления на этих полях большого скопления людей. Это могут быть грибники, пастухи или охотники – не важно. Как только засекут, немедленно начинайте прочёсывать посёлки по левой стороне реки. Других путей проникновения и скопления, я пока не вижу. Правда до этого момента не меньше трёх недель, так что либо я вернусь, либо вам нового специалиста пришлют. На этом всё. Борт за мной в течении пары часов придёт.

–Понятно, благодарю. – Комбриг тщательно зафиксировал все пометки на полях карты. – Скажите, а часто у вас такие срочные вызовы в штаб случаются?

– Бывает. – улыбнулся Специалист, – Наша служба и опасна и трудна… – Пропел он и протянул КомБригу руку для пожатия. – Удачи вам тут. Свидимся. Пойду собираться.

Вертолёт пришёл и забрал своего пассажира по расписанию. И так-же по расписанию, через три недели командиру отдельной Шумиловской бригады пришлось прочёсывать посёлки на левом берегу реки, вылавливая группы непримиримых борцов за независимость. Но это совсем другая история.

Глава 3. Неожиданные жизненные перемены.

Долгие проводы – лишние слезы. Так говорится в одной древней поговорке и у меня нет причин ей не доверять. Так что побросал в багажник своей Йототы необходимые в двухдневной поездке вещи и уехал подальше от влажных глаз супруги и уговоров друзей не чудить. Но свои ошибки нужно исправлять. Знаете, прям полностью осознал что у меня профессиональная деформация личности. Будучи специалистом по сейфам, я искренне уверен, что ничего надёжнее чем спрятанный в моём доме несгораемый шкаф известной швейцарской фирмы для хранения ценностей – нет. Вклад в банке может исчезнуть из-за кризиса. Правительство может рухнуть. А я всегда смогу достать из своего сейфа припасённые заранее золото и акции и протянуть чуть дольше чем владельцы электронных счетов. И вот банки никуда не делись, всё так же держатся из последних сил, болезные, а до своего сейфа мне предстоит добираться чуть ли не с боем. Надеюсь что без него. Потому что оружия у меня нет, а даже если бы и было, пользоваться я им всё одно не умею. Я же цивилизованный человек. Конфликты при помощи интеллекта решаю!

Но волновался за то как буду добираться я зря. Единственный раз когда пришлось попотеть, это на въезде в особую зону Корос. Забитая военной техникой дорога в этом месте была перекрыта блок-постом, на котором взмыленные сотрудники ГИБДД пытались отсортировать правых от виноватых. Ну то есть тех, кому действительно «туда» нужно от тех, кто едет поглазеть. Или мародёров. Имевшаяся в наличии бумажка, сообщавшая о том, что у меня имеется частный дом в коттеджном посёлке, а еще что я женат, позволила мне получить тут-же пропуск. Ну еще бы. Едет мужик за семьей в коттеджный посёлок, после чего проедет назад. В город, в котором беспорядки и постреливают – ни ногой. Точнее ни колесом, ни ногой, ни мыслями. Так что подорожную грамоту, как сказали бы в прошлом, оформили довольно быстро и относительно недорого. Пара красненьких бумажек творят чудеса, когда не собираешься нарушать закон и сообщаешь об этом.

Трудности правда возникли даже с пропуском. Красивые пропуска с печатями от ГАИ совершенно не действовали на военных, вздумавших развернуть свои блок-посты вокруг города. У них приказ и на всё им плевать. Я уже говорил что недолюбливаю эту братию за твердолобость? Так или иначе, но и блок-посты я преодолел. Не смотря на то, что с экрана телика город назвали блокированным армией, блокирование по нашей российской традиции только начиналось. Войска стояли на крупных дорогах и крайне неохотно высылали людей на патрулирование окрестностей. Ну это понятно. Сорвали части с насиженных мест, поломали планы начальства и логистику снабжения. Вроде совсем недавно это уже проходили – но нет, опять военная машина хромает на все колёса! Я ж умный – я понимаю. Так что воспользовавшись этим своим достоинством, просто объехал блок-пост через лес по грунтовке. Так-же поступал в дальнейшем, благодаря чему добрался до своего коттеджного посёлка уже к концу дня.

Как писал когда-то классик: Смеркалось. Смеркалось когда я наконец свернул с трассы на очередную грунтовку, которая вела к раскинувшемуся у леса коттеджному посёлку Кургальский, где и располагалась конечная точка моего маршрута. Никогда не интересовался кто дал ему такое название. Вроде бы застройщик взял его не с потолка. То ли деревня тут такая находилась раньше, то-ли заказник, начинающийся чуть ли не от заднего забора поселка во времена СССР так назывался. Как ни вглядывался в очертания домов, ничего подозрительного не заметил, из чего сделал вывод, что с посёлком не произошло ничего страшного. Никаких пожаров или бегающих толп мародёров, которые рисовали в воображении репортажи по телевизору увиденные до выезда. Не то чтобы я опасался, что мой сейф найдут и вскроют, но всё равно страшновато.

Повиляв по дороге еще пару минут, подрулил к въезду, перегороженному шлагбаумом.

Стоять долго не пришлось. Едва я притормозил у планки, из сторожки слева вывернули двое охранников. Незнакомые мне мужики с какими-то ружьями в руках. Поверх обычного для охраны синего камуфляжа на одном был надет охотничий жилет – разгрузка, из кармашка которого торчала антенна рации. Осмотревшись вокруг, он остался поодаль осматривая подъездную дорогу. Второй, здоровяк с рыжей бородой приблизился к машине и знаком попросил опустить стекло. Какие молодцы всё-таки компания, предоставляющая охрану посёлка! Не зря им деньги платили. Не бросили охраняемое имущество, так еще и усилили охрану вооруженными людьми. Потому и знакомых лиц среди них не видно наверное.

– Эй мужики, чего не пускаете? – Я старательно изобразил дружелюбие и улыбнулся. – Вы новенькие? Усиление что-ли?

– Ну мы в охране. Всех подряд не пускаем. Были тут… разные. Ты чей будешь? – Пробасил бородач. – Молодец, не доверяет первому попавшемуся!

– Свой я. – Улыбаюсь приветливо и жизнерадостно. – Пятый дом по третьей линии мой. Вот документ, если что есть.

Покопавшись в бардачке извлёк на свет документы на дом и протянул охраннику. Он взял, вчитался, затем оглянулся на своего напарника и сделав пару шагов, передал ему.

Тот тоже вчитался. Но довольно быстро сообразил что в сумерках читать неудобно и нагнулся к свету фар автомобиля. Пару раз задумчиво посмотрел на меня, заглянул в салон машины и вернув бумажку кивнул.

– Проезжай. К тебе сейчас главный наш подойдёт, пообщаться. – После чего достал из кармана куртки портативную рацию и нажав клавишу произнёс: – Владелец пятого дома по третьей улице подъехал. Я пропустил. Один…

Дальше я слушать не стал и проехал под приподнявшийся шлагбаум. На территории посёлка тоже всё было спокойно. Разве что обычных для этого времени года шашлычников видно не было. Но это понятно. Какой идиот кроме меня сейчас поедет в окрестности Короса. Все наоборот, подальше едут. На второй линии я увидел несколько грузовиков продуктового магазина "Магнетит", из одного из которых группа грузчиков таскала упаковки с разными продуктами к местному магазину. Ничего себе всё таки председатель молодец! И с охраной договорился и продуктами закупился на весь посёлок. Уже боюсь представить, какой счёт он выставит жителям и мне в том числе.

Припарковавшись у своего дома, вышел из машины и подошёл к воротам в гараж. На брелок те отчего-то не реагировали. Осмотрев ролставни причину не обнаружил. Пожав плечами пошёл к двери в дом. И вот тут начались крайне неприятные открытия. Дверь оказалась открыта. Замок открыт, сама створка прикрыта. То ли воры еще внутри, то ли без мародёров тут всё таки не обошлось, оттого и охрану усилили. Ну да, мужик на въезде же сказал что были всякие. Видимо часть домов успели взломать, прежде чем их поймали. Печально конечно. Очень захотелось спросить как так вышло у начальника охраны. Он как раз должен зайти.

Походив по комнатам дома, расстроился. Во первых свет включить не удалось. Судя по всему были проблемы с электричеством. А во вторых, подсветив себе мобильником, увидел что большая часть вещей была попросту разбросана, словно кто-то устроил обыск. Поднявшись на второй этаж, обнаружил что спальня тоже выпотрошена. Но особо здесь не усердствовали, сосредоточив всё внимание на небольшом сейфе, стоявшему у кровати. На стенках и дверцах металлического короба виднелись отчетливые следы различного инструмента, но со своей задачей он справился и взломщикам не поддался. Присев перед ним, я достал из кармана ключи и аккуратно открыл дверцу. По моей задумке, этот недорогой бытовой ящик должен был стать обманкой, как раз на такой вот пожарный случай. Но по мере обживания дома, моя непоседливая супруга воспротивилась наличию бесполезной железяки и на его полочках обосновалась некоторая сумма наличными. По моему эту мысль она подсмотрела в каком-то фильме. Иначе объяснить то, что помимо рублей там хранились еще и доллары с евро, я не могу. Несколько десятков купюр разного достоинства в рублях, долларах и евро перекочевали в мой бумажник. Подумав, решил сейф не закрывать. Если взломщики вдруг снова проберутся, пусть не ломают ценную вещь.

Спустившись вниз, задумался. Если следовать разуму, стоило бы вскрыть основной сейф в подвале, забрать его содержимое и уехать обратно в Санкт-Петербург. Не маленький, еще двенадцать часов за рулём вполне могу выдержать. В конце концов можно притулиться к любому полицейскому блок-посту и там выспаться прямо в машине. Но во первых всё-таки хотелось получить объяснения от главы службы охраны по поводу вскрытого дома. И во вторых хотелось покушать и выспаться. Так что продолжая подсвечивать себе мобильником, я направился на кухню, чтобы чего-нибудь съедобного себе соорудить. Без электричества это оказалось несколько проблематично, но в одном из шкафчиков нашлись банки с консервированной горбушей и проблема была в общем-то решена. Как раз когда я почувствовал себя более менее сытым, опустошив банку почти полностью, у входной двери зазвучали голоса. Похоже прибыл «Старшой». Ну пойдём пообщаемся.

Обнаружившиеся в гостиной трое посетителей выглядели странно. Все как один в разномастном камуфляже и всё тех-же, что и у охраны на входе охотничьих жилетах. Ну или как там называется эта штука из лямок и кучи кармашков. Все как один с оружием. Причём тоже разнообразным. Ружья, в которых я опознал гладкоствольные дробовики и какие-то маленькие автоматы. С отсутствием освещения они тоже справились необычно. Вместо нормальных налобных или ручных фонарей, которыми пользуются все нормальные люди, визитёры нацепили фонарики на стволы ружей. Из-за чего были хорошо освещены пол и стена комнаты где находился я, а вторая половина по прежнему оставалась в тени.

Проморгавшись от неожиданно яркого света, я заметил среди четверых пришедших одного, невооруженного. Точнее рукоятка какого-то пистолета у него из кобуры торчала, но в отличии от остальных, в руках он его не держал. Да и поверх камуфляжа у него была нормальная кожаная куртка. Он с интересом разглядывал меня.

– Здравствуйте. Вы глава охраны? – Спросил я, когда пауза затянулась.

– Ну, допустим я. – ответил мужик в кожанке. Мда. Похоже с культурой у них в конторе совсем кисло. Ни «здрасте», ни «рад познакомиться».

– Я хозяин этого дома. Меня зовут Пётр Викторович. И я очень хочу узнать как ваши сотрудники допустили то, что мой дом ограбили! Это совершенно немыслимо и недопустимо! Вы ведь наказали виновных в этом происшествии? А еще, что у нас с электроснабжением? У меня весь дом обесточен.

Кожаный переглянулся с одним из своих сопровождающих и шагнув вперёд, без спроса уселся в кресло. И снова уставился на меня. Что за идиотская привычка, таращиться на людей? Это неприлично вообще-то!

Когда пауза снова затянулась, я шагнул вперёд, к сидящему и помахал у него перед лицом рукой:

– Э-эй, вы меня услышали?

Точнее попытался помахать. Сидевший спокойно в кресле мужчина, вдруг схватил меня за кисть, дёрнул на себя и мир вдруг взорвался искрами и болью. В разных книгах и фильмах, говорят о искрах из глаз, когда главный герой получает по голове. Так вот со всей уверенностью заявляю, что при ударе кулаком в живот, искр ничуть не меньше. Когда мне удалось наконец сделать вдох и боль меня немного отпустила, обнаружилось что я лежу на полу, скорчившись. А перед моим лицом маячат подошвы ботинок сидящего начальника охраны. Дыхание вроде-бы стало выравниваться и я предпринял еще попытку:

– Что вы де…

Новый удар, на этот раз ногой по рёбрам, заставил меня снова скорчиться и закрыть голову руками.

– Ты чей будешь, такой борзый? – Раздался голос сверху. Бивший меня мужик говорил совершенно спокойно и мне стало как-то совсем страшно. Остальные охранники рассматривали происходящее с… улыбками? Да, именно с улыбками и как бы даже с усмешками.

Еще один ленивый удар прервал мои размышления о неправильности происходящего.

– Отвечай, когда спрашивают.

–Я Пётр Викторович Самохин, хозяин этого до…

На этот раз ударов было несколько и были они совсем не слабыми. Спустя пару секунд, когда вернулась способность соображать, я понял что очень болят ребра и руки. Голова как ни странно, под раздачу не попала.

– Ты как я погляжу тупой. Или очень хорошо прикидываешься. – Тип в кожанке, а главой охраны я его почему то считать больше не хотел, прохаживался мимо моей охающей тушки по полу комнаты. – Первое дрессируется, второе лечится. И в том и в другом случае, как ты можешь догадаться, болью. И если ты думаешь что тебе сейчас больно – ты глубоко заблуждаешься. Но я сегодня пипец какой добрый и потому дам тебе подсказку.

Кожаный снова уселся в кресло и уставившись мне в глаза, продолжил:

– Вот я Скрипач. Погремуха моя. Люди меня знают. Чёткие пацаны за меня готовы вписаться. А вот за Петьку Самохина, я впервые слышу. Атас, может ты слышал? – Обернулся он к одному из своих бойцов.

– Неа, не слыхал. – Осклабился мужик с длинющим карабином. После чего сплюнул прямо на пол в мою сторону.

– Может ты что слыхал за Петьку, Таракан? – Обернулся кожаный влево, ко второму подельнику.

– Неа, не баяли пацаны о таком. – Ответил второй.

– Ц-ц-ц… – Цыкнул зубом и покачал головой Скрип. – Во, видишь, и пацаны за тебя не слыхали. Ну да ладно, может напутали мы чего. Но давай по делам заценим. Вот я от ментовского произвола братву увёл. В беспонтовом замесе, который менты друг с другом устроили губить не стал. Из города считай чисто ушли, без заруб. Посёлок вот под свою руку взял. От мудаков разных защитил, которые его разнести хотели. Жрачки вон, сегодня две фуры пригнал, медуху опять-же. Люди меня знают, ко мне тянутся. Может ты чего для уважаемых людей сделал, о чём мы не в курсе, чтобы понты и предъявы мне кидать?

Я человек образованный и начитанный. Не сказать, чтобы я был знатоком жаргона бандитов, но в целом слова его понимал. А вот с пониманием смысла у меня был проблемы. Какие уважаемые люди? Какие дела? Он об оплате за коттедж что-ли? Так вроде оплачено всё. Так ничего и не надумав, решил на всякий случай молчать и помотал в ответ отрицательно головой, прикрывая её руками. Этот жест не ускользнул от внимания главаря.

– Так, с этим разобрались. Значит ты у нас не из уважаемого блатного сословия. Тупо залётный фраер. Идём дальше. И что же этот тупой фраер забыл в МОЁМ посёлке? Фарш, пошарь у него по карманам, глянь чего есть. – Кивнул Скрип четвертому подельнику, до сих пор стоявшему у подоконника и смотревшего на улицу. Тот немедленно направился ко мне.

Знаете, меня никогда до этого не обыскивали. И хочу сказать, ощущение пренеприятное. Мало того что тебя щупает совершенно незнакомый мужик, так еще делает он это с какой-то мерзкой улыбкой. Все мои неловкие попытки увернуться от его рук, были персечены несколькими ударами по многострадальным рёбрам. Так что вскоре на свет были извлечены и бумажник, и ключи от автомобиля и телефон с паспортом. Документы и трубка главного не заинтересовали совсем. Ключи он перекинул тому, которого до этого называл тараканом:

– Завтра утром пошаришь, вдруг ценное что есть. Горючку слить. – И тут же ухватил бумажник. – А ничего так лопатник, ты глянь! Богатый фраерок к нам заехал! Что тут у нас? Да ну нихера ж себе! Да тут капусты минимум десятка штук баксов! Фуфел, ты что банкомат подломил по пути?

– Слышь, Скрип, мы с Васьком Шрамом эту хату шмонали. Там наверху шнифер крутой был. Мы без арматуры были, так что оставили целым, не курочили. Я чего разумею: может он лаве из шнифера достал, если он реально тут раньше хозяйничал?

– А ну ка метнись наверх, глянь. – Глаза Скрипа снова сошлись на моём лице. Я и раньше то паниковал, а сейчас сил и хватило только чтобы сглотнуть ком в горле.

Умчавшийся наверх Таракан не заставил себя долго ждать. Видимо знал где стоит сейф, который он как-то странно обозвал. Похоже это именно он пытался ограбить мой дом. Вместе с каким-то Шрамом. Господи, куда я попал?!?

– Ага, вскрыл он его! – Донёсся торжествующий крик сверху.

– У-у-у-у… Фраер, да это залёт. – Главарь снова качал головой. – Ты не только для людей ничего сделать не подумал, так ты еще и закрысить у меня бабки хотел. За такое у нас спрашивают жёстко.

– Так они же мои… – Занесённая для удара нога заставила меня замолчать на середине фразы.

– Уродец, ты реально тупой! Тебе уже дважды было сказано, что посёлок мой. МОЙ. И Всё что в нём находится – тоже моё. Люди мои – я за них отвечаю. Бабки – тоже мои! Бабки где были? В моём посёлке. Ты без спросу их закрысил…

Больше всего мне хотелось сейчас убраться как можно дальше от этих странных людей. Чёрт с ними с деньгами! За золотом можно вернуться позже, вместе с полицией. Главное убраться от этих душевнобольных. Так что я предпринял попытку избежать дальнейшего избиения при помощи интеллекта.

– Ну я же не знал!

– Еще бы ты знал! Тогда бы я давно тебе башку прострелил, а нее тратил время, чтобы узнать как ты будешь мне их возвращать!

Очередной кульбит логики этого упыря в кожаной куртке сбил меня столку.

– Но вы ведь их уже забрали… – На этот раз удар состоялся и я снова несколько секунд глотал губами воздух, пытаясь сделать судорожный вдох.

– Придурка кусок, не беси меня. Тебе заяснили уже по русски. Это МОИ бабки. Ты попробовал их у меня украсть и попался. Мои бабки остаются у меня. А вот тебе за косяк нужно отвечать. Как возвращать будешь? – Кожаный снова уставился на меня, вернувшись в кресло.

Я же сжимал зубы, чтобы не пытаться спорить с этим уродом. Логика тут явно бессильна. Наверняка он сам скажет чего от меня хочет. Скорее всего потребует чтобы я поехал и снял ему еще денег в банке. Может даже человека со мной отправит своего. Обдумав такой вариант так и эдак, пришёл к выводу, что бить меня вроде не за что. После чего озвучил своё предложение:

– Давайте я с вашим человеком доеду до любого банка и сниму там всё что есть у меня на счёте? А вы меня потом сразу отпустите.

Спустя пол минуты задумчивого молчания, главарь заявил:

– Не, ни тебе, ни ментам, что на дорогах стоят доверия нет. Короче отдать ты видимо не можешь. Ну что-ж. Сколько у нас там было? – Он пошелестел купюрами извлеченными из моего бумажника. – Ну пускай косарь тысяч в баксах. Округлим. Короче как отработаешь, так отпущу тебя. Я человек слова. Даже жратвы с собой дам. Атас, тащи его к остальным.

– Но как же я отработаю? – Спросил я, когда небритый мужик с длинным дробовиком рывком вздернул меня на ноги и толкнул к выходу из дома.

– Топай давай! – Злобно раздалось мне в спину и удар приклада едва не повалил меня на землю.

За время нашей, так называемой беседы, на улице окончательно стемнело. Сопровождаемый немногословным провожатым, я спотыкаясь о плохо видимые в темноте неровности дороги, добрался до одного из коттеджей, позади которого раздавалось тарахтение переносного бензинового генератора. Внутри дома было электрическое освещение и раздавались голоса. Зайдя внутрь, мы прошли по нескольким коридорам, затем свернули в подвал.

– Так, вот вам подкрепление. Через десять минут чтобы спали, подъем по расписанию. – Гоготнув напоследок, Атас удалился наверх по лестности и щелкнул замком. А я в недоумении рассматривал освещенный свечами подвал. В довольно просторном помещении бетонной коробки, на полу были накиданы обыкновенные матрасы, на которых сидели и лежали люди. Мужчины, женщины. Разве что стариков и детей не было. Кое-кого я даже узнал. Например мне на встречу выдвинулся мужчина в годах, в котором, я с удивлением признал председателя поселка.

– Виктор Григорьевич, -Потирая саднящие руки, я кинулся к нему на встречу. – Да что же такое творится?!? Что за бандиты захватили наш посёлок?!?

– Здравствуй Петр. Пришла беда откуда не ждали. Вижу и тебя они подловили. Ну что-ж. На все твои вопросы завтра будем отвечать. Идём, я покажу тебе свободное место и укладывайся спать. Вставать приходится рано. Лучше не злить этих людей. – С этими словами он поспешил в дальнюю часть подвала, где указал мне на один из замурзанных матрасов. – Укладывайся в одежде. Хоть и лето, но по утрам зябко бывает. Завтра попробуем подобрать тебе запасную одежду.

Отмахнувшись от моих расспросов он ушел в начало подвала, где стал негромко что-то обсуждать с сидящей на матрасе женщиной с уставшим лицом. А я с ужасом рассматривал окружающих меня людей. Людей выражением бессильной обреченности на лицах. Попытка разговорить соседей тоже успеха не принесла. Ближайший сосед – парень лет двадцати, угрюмо и немногословно описал ситуацию:

– Все люди здесь – рабы… Да, ты тоже раб… Рабство запрещено? Отличная шутка. Завтра расскажи её кому-нибудь из бандитов… Что делаем? Работаем. Работа разная. Если повезёт, то пошлют что-нибудь строить или за свиньями ухаживать… Что если не повезёт? Ну тогда поедешь с бригадой бандитов в пригород, потрошить другие посёлки или склады. А там бывает постреливают. В общем есть шанс вернуться оттуда немножко убитым. Или не вернуться совсем… Что делать? Работать. Тогда не будут бить и вкусно кормят.

Спустя десять минут, Виктор задул свечи и в подвале наступила кромешная тьма.

– Свечи нужно экономить. – Пояснил напоследок сосед и окончательно замолк.

Я с ужасом сидел на своём матрасе, прислонившись спиной к стене и смотрел на красный огонёк светодиода, какого-то прибора, висевшего на стене подвала. Красный, тревожный цвет казалось предупреждал что я попал. Крепко так попал.

Глава 4. Лица Короса. Миротворец и Француз

Просыпаться посреди ночи уже само по себе не особо радостно. Просыпаться под пиликанье спутникового телефона, просыпаться неприятно вдвойне. А уж если задуматься, что именно несет звонок на военный спутниковый телефон посреди ночи, то настроение пробудившегося будет препротивнейшее.

Мужчина, заворочавшийся, а затем рывком севший на продавленном диване, мутным взглядом уставился на дорогущий агрегат спутниковой трубки, столь бесцеремонно его разбудивший. Затем потряс головой, выгоняя из нее обрывки сна и встав направился к столу. Увы, пропустить звонок главный снабженец миротворческих сил ООН в зоне СЭТ-Корос, позволить себе не мог.

Щелкнув, разложилась антенна. Клацнула клавиша скремблера. Едва слышно скрипнула мембрана ответа.

– Кравчик. Слушаю…

– Тадеуш, мать твою! Что за грёбанное дерьмо у тебя там творится?!? -Звонивший говорил на плохом английском, но отлично вплетал в свою речь немногочисленные существующие в английской речи нецензурные слова.

– …

– А я тебе скажу, траханое дерьмо, что у тебя там творится! Ты там, тупой ублюдок влип, трахать задницу твоей мамаши!

Спорить с абонентом мужчине явно не хотелось, хотя он и катал по скулам желваки. Но вставлять хоть что-нибудь в монолог звонившего не собирался.

– Ты сука доигрался! Два часа назад, наши российские коллеги, трахать их в задницу, совершая рейд в своей зоне ответственности, встретили группу то-ли мародеров, то ли просто гребанных бандитов. Разумеется, на требование остановиться, группа криминальных элементов ответила отказом, за что гребанные русские их чуть-чуть постреляли. Святое дерьмо, эти русские хуже гребанных нигеров! Короче на место боя согнали небольшую армию. А потом группу траханых следователей. Которые, провозившись пару часов и допросив выживших бандитов, подставили твою жопу под болт нашего генерала!

По прежнему молчащий Тадеуш скривился, будто откусил лимон. Он уже представлял суть проблемы, но теперь предстояло дослушать собеседника, судя по всему получавшего невероятное наслаждение от неудачи снабженца.

– Уничтоженные бандиты, оказались караваном. Группой траханных местных, тащивших кучу оружейных ящиков и рюкзаки с военной амуницией. И куда они перлись посреди ночи, злоебучих русских волнует мало. Куда больше их интересует ОТКУДА те волокли НАТОвские стволы, боеприпасы и даже наши сухпайки! И знаешь что, мистер Кравчик, генералла Макмиллана это теперь тоже сильно трахает! Потому что выставленная КГБшниками нота протеста, содержит не только список найденного вооружения, но еще и видео-запись с беспилотника, на которой видно ГДЕ конкретно караван разжился этим траханым барахлишком! В миле от твоего сучьего блокпоста, Тадеуш. В миле! Ты там в конец охренел?!?

– Поцелуй меня в задницу, майор Грин. Чего бы там ни выдумали русские, любая проверка покажет, что все это было взято не с моих складов! У меня все документы чистые, как задница твоей жены! А схрон в миле от наших военных – это подстава чистой воды, даже тупому нигеру будет понятно!

– Ха-ха, Тадеуш. Готовь свою задницу к активной половой жизни. Генерал хочет порвать чье-нибудь очко и кажется оно будет твоим. Сегодня, утром к тебе приедет комиссия, которая заглянет тебе во все места. А потом приедет сам Макмиллан, который во все эти места засунет тебе свой болт! Всё, бывай старый педик!

Трубка пиликнула звуком окончания сеанса связи и Тадеуш задумчиво качнув ее пару раз в ладони, сложил и воткнул в зарядное устройство. Не смотря на весь стиль общения, майор Грин был одним из лучших партнеров Тадеуша в его небольшом, но весьма прибыльном бизнес-предприятии. Знакомство они свели еще в давнем двухтысячном, когда снабженец застрял на должности интенданта тыловой базы НАТО в пригороде Анкары, а майор только пересел из-за штурвала истребителя в эргономичное кресло начальника авиобазы. Турки никогда не были сильны в логистике и поставки для миротворческого контингента в сопредельных государствах шли с диким скрипом. И Тадеушу поручили наладить эту сеть. Сперва задача показалась ему невыполнимой. Для решения самых простых задач, приходилось едва ли не отбивать ногу о каменные зады местных генералов и бюрократов. Стало похоже, что это назначение поставит крест на карьере молодого и амбициозного военного. Выход из ситуации крылся как и обычно в ценных подарках и подношениях, занесенных в правильные кабинеты. Нет, перевода добиться не удалось. Вместо него, Тадеуш был отправлен в краткосрочную командировку для установления контактов и нужных знакомств.

Как выяснилось, практически при каждом штабе или министерстве обороны стран участниц НАТО, был приквартирован специальный сотрудник. Официально в задачи которого входило международное сообщение (вот трактуй как хочешь и всё тут). Неофициально же, эти люди объединённые в сеть, оказывали нужным людям необычные услуги. Перевозки незарегистрированных грузов, частных армий или отрядов для специальных мероприятий – спецслужбам требуются самые разные вещи.

Знакомство со всей сетью, в том числе и с майором Грином, помогло сдвинуть дело с мертвой точки. А между упомянутыми офицерами установилось взаимопонимание и сотрудничество. Ну кто еще, как не комендант одной из авиабаз НАТО в Европе мог обеспечить бесперебойную доставку военной контрабанды? Транспортники бело-голубых летали все время. И почти в каждом экипаже, у Грина были знакомые, готовые принять на борт ящик-другой не заглядывая внутрь. Так что и звонок посреди ночи, носил исключительно тревогу майора о своих деньгах.

А вот много кратное упоминание "ниггера" могло означать только одно: в гости спешит специальный агент Интерпола – Питер Брандт. Темнокожий выходец из нищенского ЮАР, дослужившийся до поста специального агента был просто помешан на чести и честности. За эти качества его ценило начальство и недолюбливали все остальные. Несколько лет назад, когда американцы надумали вывести войска и просто бросили на дальнем востоке огромные запасы военной амуниции и даже тяжелой техники, наступил очередной золотой век военной контрабанды. В принципе событие не слишком редкое – случается после каждого крупного военного конфликта. Но на некоторое время, объем грузоперевозок никак не связанных с армейскими нуждами, вдруг уравнялся с официальными заявками. То ли с кем-то не поделились, то-ли кто-то посчитал это наглостью, но специально обученные люди получили команду "Фас". И вот уже семь лет, как главной головной болью Тадеуша был некто Брандт. Для аккуратного коменданта никаких серьезных неприятностей он доставить не мог, но заставлял держаться высокопоставленных контрабандистов в рамках. К каждому грузу требовалось придумывать достоверную легенду и документы. О золотых временах когда по одной накладной уезжали тонны груза пришлось забыть.

Но сейчас дело пахло керосином. Если гребанные русские на самом деле накрыли караван его покупателей, то у них однозначно имеются и пленные и сам товар. Нужно подумать что с этим можно сделать. НО кое что стоит предпринять прямо сейчас.

– Мартин, на связь, – подхватив со стола рацию, Тадеуш нажал тангету вызова. – Найдите мне Ольстера. Даже если он в кабаке девку тискает. И начальника третьего склада. Пусть зайдут ко мне.

– Принято, сэр. – Как обычно личная охрана была немногословна, надежна и исполнительна. Хорошие у него люди.

Спустя сорок минут, за которые комендант успел умыться и обкатать в голове план действий, в кабинет ввалилась группа людей.

– Капрал Ольстер и капитан Перебудько доставлены, – Доложилась охрана в лице двух мордоворотов и покинула кабинет.

– Тедеуш, какого дьявола? – Не смотря на невысокое звание, ирландец Петер Ольстер мог позволить себе возмущение. Будучи начальником патрульной службы гарнизона, по сути он выполнял для Кравчика разные поручения, вроде оборудования схронов с крупными партиями товара и был его левой рукой, – Я такую девку из местных снял, пол ночи на ухо ей непристойности шептал, и только до койки добрались, как твои вломились!

– Да кэп, какого траханного черта нас будят как салаг зелёных? – Выходец из Украины, капитан Перебудько, сам себя называющий исключительно непонятным словом praporshik, был вторым порученцем интенданта, поскольку отвечал за весь "левый" товар на складах. Его помятая заспанная физиономия говорила о том, что эту ночь он делил не с женщиной, а скорее с бутылкой.

– Так парни, спокойно, – Тадеуш указал им на стулья, а сам присел на краешек стола. – У нас небольшая неприятность. Петер, кто забирал крайний заказ из схрона у портового крана?

– Кодла Сиплого, – Задумавшийся на секунду ирландец, дал уверенный ответ, а затем пояснил. – Я пару его боевиков в лицо знаю. Так вот хорошо их рожи в оптику видел. Они это были. Неужели эти придурки на наших напали?

– Если-бы! Эти уроды дали себя поиметь патрулю Русских. Что-то мне подсказывает, что патруль там оказался неспроста, а вёл караван от самого схрона, но сути дела это не меняет. К нам едут гости, которые будут шерстить наши склады и допрашивать наших солдат.

– Траханные русские свиньи…!

– Скажи мне, ты своим бойцам, помогавшим оборудовать схрон, доверяешь? – Тадеуш внимательно изучал лицо своего помощника.

– Да, всем старым доверяю. Но есть пара новеньких. Французов, с которыми я еще не обсуждал детали и которые использовались втёмную, – Ирландец, прищурился. – Всё настолько плохо?

– Дьявол его знает как оно сложится. Но я думаю что всем непроверенным, нужно срочно отправиться в патрулирование. Где с ними, вот печенью чую, случится неприятность. Придумаешь как подлым бандитам отличить свои цели?

– Понятно. Включу их в патруль. Жаль ребят, но видимо судьба у них такая, – Лицо Ольстера оставалось спокойным и сосредоточенным. – Нас пара стай бродячих собак донимала на крайнем патрулировании. Выдам нужным ребятам дробовики помповые вторым стволом. Пусть собак отстреливают, если кинутся, чтобы нормальные боеприпасы не тратить.

– Решено. Я всё организую, – Индендант повеселел. – Теперь с тобой, praporshik. В общем минусов у нас нет, насколько я помню, а вот кое-что лишнее может найтись. Ты уж обеспечь, чтобы всё совпадало, ок?

– Командир, не учи папку детей делать! – В лучших традициях своего юмора заключил начальник склада. – Всё будет по высшему разряду.

Десять минут после ухода помощников пришлось потратить на проверку отчётов, а затем Тадеуш снова взялся за рацию:

– Мартин, зайди, – И спустя пару минут, когда в комнату вошёл начальник его охраны, крупный мужчина в темной балаклаве. – Так, во первых нужно подобрать пару надежных ребят, которые сегодня утром совершат нападение на наш патруль. Оружие – что-нибудь из того старья, которым местные отбросы пользуются. Цели – пара солдат, несущие вторым стволом помповики. Работать наверняка, в бой не ввязываться.

– Сделаем, – На секунду задумавшись ответил Мартин. – Отправлю бойцов с СКС или винтовкой Мосина. Надёжно, дешево.

– Отлично, – Кравчик поморщился, но продолжил. – Второе: наш бутик временно прекращает работу. По техническим причинам. К нам едет проверка и с посетителями придется закруглиться.

– "Покупатели" будут недовольны, – Мартин не сдержал саркастическую усмешку. – Что делать с посетителями из списка "А", которые таскают хлам с объектов Фарма-корп? Этим уродам ведь всё равно, куда нести, быстро свалят к конкурентам.

– Да ты прав, – Тадеуш яростно почесал подбородок. – Короче так. У нас есть четыре крупных схрона. Всем заинтересованным покупателям, эти лоты доступны для покупки. Далее, посади пару бойцов у склада бетонных изделий. Пусть встречают весь торговый трафик. Если барахло какое интересное припрут, то пусть там на месте и выкупают. Всех кто притащит документацию или жесткие диски с объектов Фарма-корп, провожать ко мне. У меня есть официальная бумага с приказом выкупать и так далее. Пусть проверка утрётся.

– Принято. Сделаю, – Мартин направился к выходу.

– Да ещё, – Дождавшись что охранник развернулся, комендант продолжил. – Сообщи Сиплому, что следующий заказ ему будет стоить в два раза больше. Я не люблю такие подставы. Бизнес есть бизнес.

– Хорошо шеф. Кстати, мы тут в переговорах услышали, как местные Дикие вас называют.

– ???

– Mirotvorec. В переводе это звучит как "Примиритель", – Весело заржав начальник охраны покинул помещение.

– О да, – пробормотал Тадеуш, направляясь к кровати, досыпать оставшиеся до утра пару часов. – Как говорил великий Тонни Старк: люблю мир. Не было бы мира – не было бы войны, а я бы сидел без работы.

***

Франсуа Легран, мастер-капрал миротворческого контингента ООН в особой зоне Корос недовольно поморщился и в очередной раз поправил съезжающую на левую сторону каску. К своему одеянию он относился со смешанными чувствами. С одной стороны, лучше конечно в бронежилете, чем без него. Но с другой, выкрашенная в ярко-голубую расцветку броня третьего класса защиты, это чистой воды самоубийство, в случае если его держит на прицеле автоматчик. Чего уж говорить о таком же миленьком шлеме голубого оттенка с яркими белыми буквами «UN». Удержать автоматную или не приведи господь снайперскую пулю, эти предметы не смогут ни при каких, самых расчудесных обстоятельствах. А вот мишень собой представляют отличную, хорошо выделяющуюся на фоне леса или городской застройки. Одна надежда на то, что невидимый снайпер не станет стрелять в миротворцев. Призрачная такая надежда. Лично он бы пальнул… Вздохнув, Франсуа ткнул щупом в пару подозрительных мест на обочине дороги, по которой двигалась колонна патруля и зашагал дальше.

Волнение мужчины было понятно. За свою жизнь, он более пятнадцати лет провёл в командировках по горячим точкам мира и ему доводилось использовать куда более надёжную экипировку. Надёжную, тщательно подогнанную под текущие задачи и даже выкрашенную в цвет окружающего ландшафта. Как и не раз приходилось отдавать последние почести менее удачливым товарищам, чья надёжная броня не уберегла от случайного осколка или меткого стрелка. И пусть фасон миротворческой формы и средств бронирования придуман отнюдь не глупыми людьми, одно дело ходить в такой униформе по мирному Кипру, где сам вид миротворцев добавляет +100 к миролюбию окружающих, и совсем другое, в гремящем перестрелками и взрывами Российском городе – миллионщике. А в том что русские могут и умеют воевать, весь мир в очередной раз убедился всего десять лет назад.

Увы, отказаться от бронежилета возможности не было. Как и потребовать себе другой. Не те возможности и права у младшего состава миротворцев. Вообще стать вновь практически рядовым, в свои сорок два года, Франс никак не рассчитывал. Да и очутиться в горячей точке тоже. Но как известно, судьба любит пошутить. Потомок старинного французского рода, Легран с детства грезил временами мушкетёров, подвигами и славой. Окончив военную академию для младшего офицерского состава, он уже в двадцать пять вступил в иностранный легион – единственное подразделение французских войск, не прекращавшее воевать на протяжении всей истории своего существования.

Следующие полтора десятка лет вспоминались им с лёгкой грустью. Десятки сложных боевых операций, проведённых преимущественно на ближнем востоке в составе группировки сил НАТО. Сотни боевых товарищей и побратимов, большая часть из которых уже никогда не вернётся домой. А вот он, Франсуа – выжил. И с каждым годом, ему всё меньше нравилось происходящее. Хотя возможно сказывался возраст. Первым тревожным звоночком стал его короткий отпуск домой девенадцать лет назад. Его родной муниципалитет Мон-Пелье, что на юге Франции, всегда был сложным регионом с большим количеством иммигрантов. Преимущественно это выражалось в гостях из Алжира – государства по ту сторону средиземного моря. Но в этот визит домой, глаза Леграну резало обилие арабских лиц и звучание их языка на улицах родного города. Лиц, которые он привык разглядывать через коллиматорный прицел. «Иммигранты» – скривился комендант военной части, выдавая ему ключ от квартиры. Отпуск вышел странным. Город был вроде свой, знакомый, а вбитые десятками лет инстинкты, при звуках чужой речи кричали: «опасность!» и заставляли держаться в напряжении. Нет, Легран не был расистом и не имел предубеждений. В Иностранном Легионе вообще служат представители чуть ли не сорока национальностей. И этим парням он готов был доверить свою спину и честь. Но этим, странным гостям он был не рад. В общем, чтобы сберечь нервы, пришлось сократить свой отпуск и поскорее вернуться назад на базу войск в Турции. Но дальше стало хуже. Начавшийся русско-украинский конфликт породил в мире огромную волну истерии. Бойцов для ВСУ готовили все. НАТО, национальные армии и иностранный легион. А окончание конфликта и поражение обученных по западным лекалам солдат украинской армии стоили званий и карьеры не одному генералу западных стран.

На самом верху разногласия между руководителями блока стран НАТО привели к тому что часть стран стала отзывать свои войска с занимаемых ими баз. Так, Французский контингент сперва поредел втрое, а затем и вовсе остался без средств усиления. Но последней каплей стала операция на Севере Сирии, где группа Леграна занимавшаяся сопровождением колонны техники с нефтедобывающим оборудованием попала в засаду боевиков. Принадлежность нападающих выяснить так и не удалось. Ни правительственные войска, ни группировки поддерживаемые блоком ответственности на себя не взяли. Но это было позже. А в тот момент, группа из 40 бойцов вела шестичасовой бой в полнейшем окружении. Выручали техническое обеспечение отряда и откровенно дрянное вооружение нападавших, а так-же прорвавшейся к окруженным на третьем часу боя колонна бронированных автомобилей армии США, восполнившая практически истощенный боезапас. Кто ошибся в планировании операции и прошляпил почти три сотни неплохо оснащённых боевиков, Франсуа волновало мало. Куда больше его интересовало, почему бездействовала авиация и ракетчики блока. По официальной версии, виной всему были Российские Миги, бороздившие воздушное пространство в опасной близости от боя. По неофициальной, оборудование находившееся в грузовиках разбитой колонны принадлежало одной из западных фирм и сопровождение груза было получено за оплату. И пока ночью шёл тяжелый бой, командование торговалось с компанией-владельцем груза о финансовой компенсации за работу авиации или артиллерии. Компания отказалась. В итоге, спустя шесть часов боя, остатки отряда деблокировали проехавшие за ночь болеетрёх сотен километров, коллеги Франсуа. Ни один вертолёт или ударный истребитель, не говоря уже о беспилотниках, в небо той ночью не поднялся.

Отделавшийся трещинами в рёбрах от попаданий в бронежилет и обширной контузией, Легран принял решение покинуть ряды вооруженных сил и вернуться домой. Однако бытность гражданским оказалась тяжким испытанием для ветерана боевых действий. Видеть вокруг себя беспечных, скандальных и недисциплинированных людей было трудно. А вынужденное безделье, которым было наполнено его мирное существование при попытке работать охранником, толкнуло его искать работу связанную с армией. Поиски увенчались успехом довольно быстро. Один из старых товарищей, пригласил его в корпус миротворческих сил ООН. По заверениям товарища, эта часть была исключительно интендантской и боевых действий не вела ни разу с момента создания. Но жили офицеры и рядовой состав по уставу, в казармах. Регулярно проводили учения и тренировки. Такой подход Франсуа понравился. Командование корпуса с уважением отнеслось к его прежним заслугам и даже сразу приняло его на должность мастера-капрала в части. Уведомив, что как только он освоит основные нюансы и тонкости миротворческой службы, его звание вновь подрастёт до уровня положенному такому грамотному и опытному офицеру. И вот надо же такому случиться, чтобы спустя пару месяцев после начала новой службы, их часть срочно перебросили в Россию. Неожиданно полыхнувший в городе Корос конфликт немедленно стал международным, а входящие в страну миротворцы едва не схлестнулись с российскими войсками. Разошлись как говорится краями и доверием тут совсем не пахло. ООН бурлил, бюрократические институты лихорадило, людей не хватало. Патрули формировали из тех кто оказался под рукой. Радовало то, что он с еще одним французом попал в опытный отряд. У каждого из бойцов было уже по паре командировок в зоны конфликта и паниковать в бою они явно не станут. А что повоевать придётся, мастер-капрал был почему-то уверен. Пахло войной в воздухе. Не радовало то, что будучи новичком, приходилось вкалывать больше обычного. Например сегодняшнее патрулирование оказалось неприятным сюрпризом. Он рассчитывал отдохнуть в караулке на блок-посту. Но с начальством не спорят. Если его включили в состав патруля, значит так нужно. И вот он идёт по обочине дороги, просматривая её на предмет минных постановок и возможных следов засады.

Дорога была странной. У него дома, колея оставшаяся от двух колёс – дорогой бы не считалась. Но так-же как у арабов дорогой считался любой проезжий участок грунта или пустыни, у русских дорогой назывались вот-такие траншеи. Участок колеи длинной в пять километров вёл от блок-поста ООН, где и стояли интенданты обеспечения до северо-западных пригородов Короса, где был размещён ещё один блок-пост миротворцев. По дороге несколько раз в неделю ходил конвой. И хоть до сих пор никто минными постановками не баловался, патрули проверяли его ежедневно.

Ткнув в очередную неровность, Легран неожиданно услышал лязг и насторожившись осторожно присел. Тревога оказалась ложной – в траве лежала деталь автомобильной подвески – вероятно отвалилась во время прохода колонны. Улыбнувшись продемонстрировал находку командиру отряда – суровому ирландцу с нашивкой Peter O. на шевроне. Тот ободряюще кивнул и вернулся к осмотру окрестностей, держа штатную М14 наготове. Вставая, в очередной раз получил по затылку прикладом от Remington 870 – крупнокалиберного дробовика, который ему выдали вторым оружием к штатной эм-ке. Последним патрулям очень досаждали бродячие собаки. Сами по себе они опасности не несли, но проходя мимо их логова, устроенного где-то в пригородной застройке, колонна неизменно провоцировала непрекращающийся собачий лай. Который демаскировал любые передвижения и заглушал звуки потенциальной засады. С собаками было решено разобраться раз и навсегда. Для этого отряд получил несколько мощных ружей с дробью. Чертыхнувшись, снова поправил каску и двинулся дальше.

Засаду к своему стыду он проморгал. Хотя здесь нет ничего удивительного. Выискивать стрелка засевшего в буйной летней листве или высматривать силуэты на вершинах невысоких степных холмов, чем занимался Франсуа последние годы – совершенно разные навыки. Грянувший выстрел буквально сбил с ног идущего неподалёку Сэньена – второго вооружённого ружьём француза. И пока Легран пытался понять видел ли он вспышку от выстрела, его тело уже падало на землю. Упал удачно – прямо в колею, вдоль которой шёл. И потому пуля предназначавшаяся ему лишь бессильно свистнула в воздухе. Отряд за его спиной рассыпался и разбежался в стороны. «К деревьям!» – крикнул Петер, выпуская куда-то в листву короткую очередь из М-14 и перекатом уходя за кусты растущие на краю дороги. Трескотня выстрелов от членов отряда на несколько секунд перекрыла окружающие звуки и пользуясь этим мастер-капрал рывком дотянулся до безвольно лежащего напарника, а затем подтащил его к себе. К сожалению траншея оказалась небольшой по ширине и уместить туда еще и товарища не удавалось. Впрочем, едва взглянув ему в глаза, Легран понял – тут уже не помочь. Такие взгляды он видел уже не раз и не два. Сэньен был мёртв. Заметив его манёвр Ольстер, дающий короткие очереди куда-то в право от дороги крикнул: «Легран, бегом к нам, прикрываем!». Уже было решившийся на рывок к своим мастер-капрал секунду промедлил и тут же тело Сэньена вздрогнуло, а Франсуа увидел на его боку еще одно расплывающееся кровавое пятно. Характер ранения, показывал, что либо снайпер пробивает тело насквозь, либо стрелков двое и засели они с двух сторон. Второе вероятнее и куда неприятнее. «Вот дьявол!» – ведущаяся стрельба на подавление не мешала и первому стрелку – его винтовка вновь хлёстко щелкнула, а со стороны отряда послышалась брань одного из бойцов.

«Легран, бегом! Сейчас пристреляется и всех нас тут положит!» – напомнил о себе криком командир. Но вот вылезать из оказавшейся спасительной колеи совершенно не хотелось. Хотя было прекрасно ясно, что одна граната заброшенная на дорогу и ему конец. Наконец оценив обстановку, Франсуа извлёк из подсумка две дымовых шашки. Вообще они полагаются для подачи дымовых сигналов авиации, но и так сойдёт. Дернув запал одной из них, он с силой забросил её в кусты справа. Повторив то же со второй, выбросил её влево. Несколько попаданий по кромке колёсной колеи показали, что стрелкам такое его решение не нравится. «Вот как?» – удивился Легран, тогда повторим. Покопавшись в подсумках мёртвого сослуживца он извлёкещё пару шашек и расширил расползающееся разноцветное облако, забросив одну дальше по дороге, а вторую в сторону отряда.

«Легран, чёртов ты ублюдок, что ты делаешь? Бегом к нам! Отступаем!» – Петер продолжал прячась за деревом давать короткие очереди вправо. У его ног лежала пара расстрелянных магазинов. Не смотря на то что спина командира должна была быть отлично видна второму стрелку, слева его игнорировали. И это совершенно не нравилось мастер-капралу. Среди боевиков Талибана иногда появлялись отлично подготовленные наёмники. И вот среди них широко практиковались различные фокусы, похожие на этот. Их снайпер старался подстрелить кого-то из парней на открытом пространстве в руку или ногу, а затем терпеливо ждал, пока к пострадавшему подберутся спасатели, создавая впечатление мёртвой зоны обстрела. После чего клал троих или четверых, но теперь уже наверняка. И то что в неприкрытую спину командира до сих пор не прилетело ни одного свинцового привета, говорило французу, что бежать в ту сторону категорически нельзя, иначе положат обоих. И похоже только этого и ждут. И судя по тому как резво ребята настреливают, вскоре прикрывать его будет некому, попросту боезапас закончится. Поэтому он изловчившись отстегнул весь пояс с подсумкками товарища и прицепив к своему, пополз вперёд под прикрытием дымовой завесы. Теперь у него по крайней мере есть шесть запасных магазинов к винтовке.

Метров через пятнадцать, он ожидаемо вынырнул из облака дыма. Оглядевшись он увидел, что колея впереди становится совсем неглубокой, а затем и вовсе исчезает. Припомнив весь маршрут, Легран понял, что как раз здесь через какой-то ручеёк переброшен импровизированный мост – попросту уложена бетонная плита. Оттого и колеи нет. Да уж, неприятная ситуация, ну да куда-же деваться. Перехватив ремень винтовки поближе к антабке, он что было сил пополз вперед. Когда до мостика оставалось всего пара метров, он вскочил на четвереньки и совершил перекат, скатываясь справа от плиты. Судя по всему его манёвр оказался для стрелков неожиданным. Во всяком случае раздавшиеся по плите удары и летящие мелкие крошки бетона показали что стрелок с выстрелами запоздал. «Промазал, отброс!» – зло усмехнулся Франсуа и собравшись побежал пригнувшись по дну ручья вправо. Выбор был очевиден. Противник слева был вооружён каким-то автоматическим карабином, либо их там несколько. Пули с их стороны прилетали довольно быстро. Тот же, что засел справа, и отработал по Сэньену, вооружён какой-то мощной винтовкой, что даёт шансы избежав первого попадания, преуспеть в поединке. О том что толковый снайпер не ходит без поддержки, он старался не думать. Активная трескотня выстрелов позади, начала стихать. Неудивительно, учитывая интенсивность пальбы, которую устроили парни. Судя по всему, не дождавшись его из дыма, Петер если всё ещё был жив – скомандовал отступление. Поэтому мастер-капрал перешёл с бега на крадущийся шаг и постарался восстановить дыхание. Спустя ещё двадцать шагов он осторожно выглянул над правым краем оврага, который проточил себе ручей. Сквозь сосновый бор было видно разноцветное дымное облако, которое уже стало растягивать ветром. По ощущениям до него было около ста метров. Прикинув в уме, Легран двинулся осторожно по лесу, внимательно глядя куда ставит ногу. Стрелка он заметил первым. Не смотря на довольно оживлённую стрельбу, устроенную отходившим отрядом, крепкий мужик в какой-то потёртой ветровке стоял на колене и выглядывал в оптический прицел установленный на каком-то длинной и похожей на винтовку времён второй мировой войны оружии. Ни магазинов, ни сошек, ни каких либо современных эргономичных рукояток. Деревянное ложе, ствол, затвор прицел. Всё. Судя по всему один из местных бандитов. Подобравшись к нему на расстояние в пятнадцать метров, Франсуа осторожно вскинул винтовку, навёл прицел на голову и нажал на спуск. Винтовка сухо лязгнула но выстрела не произошло. Короткий взгляд на оружие подтвердил самые худшие опасения – затвор стал на задержку, патрон заклинило в патроннике. Судя по всему известная своими капризами система НАТОвских винтовок не выдержала ползанья по дороге и дну ручья. Набившаяся в пазы грязь не позволила механике сработать штатно. Стрелок явно что-то услышал и резко повернулся. Времени возиться с винтовкой не осталось и бросив её, Легран рванул из-за спины карабин заряженный дробью, бросаясь на землю. Спасло то, что стрелок пока выцеливал противника – сидел вплотную к дереву. Сейчас, разворачиваясь резко на месте, он неожиданно для себя ударился правым локтём о это самое дерево и выстрел произошёл раньше положенного. Мужчина тут же рванул рычаг перезарядки, досылая патрон – тот оказался как и ожидалось не автоматическим. Упавший на живот Франсуа навел ствол своего карабина ему на грудь и выстрелил. Дробовик ощутимо лягнул в плечо, а противника, буквально сбило с ног. Поднимаясь, мастер-капрал ожидал увидеть неподвижное тело – всё таки заряд крупной дроби, на расстоянии в десяток метров – это практически верная смерть для незащищенного человека. Однако противник не только ворочался, пытаясь нащупать что-то у себя на боку, но и активно матерился на каком-то языке.

Передёрнув помпу, Франсуа немедленно выстрелил вновь. На этот раз дистанция сократилась до десятка шагов и успевшего сесть и расстегнуть пистолетную кобуру мужчину не только опрокинуло но и протащило на пару шагов по земле. Не смотря на это он не только не умер, но даже вытащил из кобуры пистолет. Осознав что дробь русского не берёт, Легран бегом преодолел оставшееся расстояние и ударил хватающего воздух губами и ошарашенно осматривающегося вокруг мужчину прикладом по голове. Этот приём на конец сработал и противник затих.

Памятуя о втором стрелке, мастер-капрал подхватил выпавший у противника пистолет, а затем и самого оглушенного противника под мышки. Охнув от неожиданно большого веса потащил его за дерево, где первоначально сидел стрелок. Позиция им была выбрана явно не просто так. С одной стороны его отлично закрывал густой куст, с другой крона густого дерева отбрасывала тень. Лежавший или сидевший у дерева снайпер терялся во мраке и заметить его можно было разве что по вспышке выстрела. Убедившись в относительной безопасности места он приступил к обыску такого крепкого русского. Впрочем долго искать то, что позволило выжить ему после двух выстрелов дробью не пришлось. Разодранная на груди и животе в клочья куртка больше не скрывала черный бронежилет, на который француз уставился в некотором замешательстве. Модель была ему знакома. Так называемый Plate Carrier в версии от LBT. Бронежилет шестого класса, по сути тканевый чехол в специальные кармашки которого вставлялись пластины из броневой стали. Позволяет удержать энергию пули выпущенной из автоматического оружия, не то что дробь. Совершенно неожиданным было обнаружить такую защиту у русской сволочи с допотопной винтовкой. В карманах куртки и брюк нашлась всякая мелочь: немного патронов россыпью, видимо для винтовки, перевязочный пакет, какая-то жевательная резинка. Единственным ценным предметом была граната неизвестной мастер-капралу модификации. Но сразу видно что боевая. Пистолет тоже оказался неожиданным для дикого. Ни много ни мало Glock18A в автоматическом варианте. Отнюдь недешёвая вещица. Судя по всему этот дикий успел убить и ограбить не одного НАТОвского военного. Следующая находка лишь укрепила это подозрение. В ножнах на поясе дикого оказался не охотничий или туристический нож, а вполне приличный боевой клинок Британского спецназа. Не обнаружив у противника больше ничего интересного, Франсуа стащил с него куртку, а затем и бронежилет. «Много ты хорошего народу положил видно, пора платить» – пробормотав это, он выдернул у гранаты чеку и аккуратно подсунул под спину лежащему. Теперь, если он очнётся и пошевелится, или его попробует сдвинуть с места товарищ, произойдёт взрыв.

Уже собираясь возвращаться вокруг к своим, Легран вдруг заметил под кустом небольшой рюкзак. Ничего особенного – стандартный MBSS из натовской выкладки. Подхватив его и взвесив в руке расстегнул и засунул внутрь бронежилет. Подумав, за винтовкой решил не возвращаться. Как бы ни интересно было из чего стрелял дикий, но это дополнительные три-четыре килограмма веса, а шагать предстоит не меньше пяти километров. Еще раз осмотревшись, осторожно двинулся вдоль дороги через лес в сторону блок-поста. Отойдя на километр и изрядно натерев рюкзаком спину, устроился между двух кустов. Идея взять с собой пусть ценный, но тяжеленный бронежилет уже не казалось такой хорошей. Всё-же дополнительные восемь, а то и все десять кило веса. Плюс его личное снаряжение. Хоть и бегал когда-то в полной армейской выгрузке под тридцать кило – последний год практики не было и форма потеряна. Кстати о выгрузке – нужно же почистить винтовку. Всё же М14 куда надёжней ремингтона. Отсоединив магазин и освободив затвор из заклиненного положения, попробовал просмотреть на свет. Да – всё верно, забилась грязь. В поисках тряпицы для чистки, расстегнул рюкзак. Сперва пробовал нашарить что-то вслепую, затем просто высыпал содержимое на землю. Предметов оказалось не то чтобы много. И среди них был самый настоящий шомпол с ветошью. Видимо та старинная винтовка требовала регулярной чистки. Но он заинтересовал Франсуа в последнюю степень. Еще в рюкзаке была рация с гарнитурой. Армейская, портативная рация. НАТОвского образца, со скремблером. И сейчас она активно мигала огоньками, показывая что на канале идет радиообмен. Нацепив на ухо наушник и выкрутив веньер громкости, Легран вслушался в разговор. Общались двое. На очень похожем на английский языке. Точно не русский. Первый что-то спрашивал, второй отвечал. Мастер капрал решил пока ничего не понятно почистить оружие и распаковал шомпол, но так и застыл с ним в руке. В речи докладывающего отчётливо прозвучали несколько слов: Сэньен мёртв, Ольстер отступил без потерь, Кирст офлайн и ещё прозвучало Легран. «Не понял, они что знают кто мы такие? Или как раз за нами и охотились?» Словно в ответ первый снова заговорил и снова произнёс: «Легран, найти, Кирст найти. После чего в канале появилось третий действующий персонаж. Ему первый дал указания на английском: Ольстер, возникла проблема. Смерть одного из французов, Леграна не подтверждена, а один из моих людей офлайн. Он опытный, может преследовать цель. Но возможно ранен или убит. Пауль сейчас пойдёт прочёсывать лес в его сторону. Ваша задача, осмотреть лес со своей стороны. Найдите Леграна. Если он ещё жив, разоружите и зовите Пауля. Он всё сделает. Поспешите». В ответ ему прозвучало: «Принял вас. Действуем». А вот Франсуа в задумчивости уставился на частично разобранную винтовку. Третий голос несомненной принадлежал Петеру Ольстеру – командиру его отряда, только-что столь героически его прикрывавшего. И не вызывает сомнения, что по какой-то причине его и Сэньена было решено убить. Причём обставить это как нападение диких. Почему именно их – понятно, они новички, ими не жалко пожертвовать. Почему убить, ему было в общем-то всё равно. За годы своей службы, он не раз успел убедиться, что политика и бизнес – вещи грязные. А тут замешано либо одно, либо другое. Доказать что-либо, ему вряд ли удастся. А вот невыполнение приказа Ольстеру явно аукнется. Значит, спустя сутки-другие, его всё-таки убьют, просто подготовятся получше. А если сильно аукнется, то объявят, что это он убил Сэньена и дело с концом. Следовательно ряды миротворческого контингента придётся покинуть досрочно…

Произошедший где-то позади взрыв гранаты вывел его из задумчивости. Спустя пол минуты Ольстер докладывал в эфире о взрыве Первому. Первый нервничал, вызывал Пауля, требовал ускорить поиски и снова вызывал своих людей. Да, теперь дороги назад точно нет. Мастер-капрал споро почистил и собрал оружие. Затем стянул с себя голубую броню и каску. После чего одел и подтянул по фигуре черный Плейт кэриер. Сразу появилось чувство защищенности и уверенности. Перегрузив в свой пояс с подсумками все магазины, рацию и компас, Легран спорым шагом двинулся в сторону города. С этой стороны его ждёт только смерть. А там он еще поборется. И как знать, вдруг найдёт способ выбраться из Короса.

Глава 5. Физрук, свинарник и новая жизнь.

На утро началась моя новая жизнь. Причём на ту «новую жизнь», что каждый из нас хотя бы раз обещал себе начать с первого числа, понедельника, а особо оптимистичные с завтрашнего дня, она была совсем не похожа. Провалявшись половину ночи и стараясь убедить себя, что это всего лишь жуткий сон, вызванный например тем, что я потерял управление и въехал на своём автомобиле в дерево на обочине, уснул только под утро. И изо всех сил старался проспать общий подъём. Не дали. В роли будильника выступил замурзанный берец, с разгону пнувший меня по ноющим со вчерашнего дня рёбрам. И пока я хватал губами воздух и пытался сморгнуть выступившие от боли слёзы, надо мной склонилась небритая рожа, которой и принадлежала конечность обутая в этот самый берец. Проорав мне что-то в лицо, рожа помахала ещё одной своей конечностью с зажатым в ней пистолетом и гордо выпрямившись удалилась в сторону лестницы. В голове было пусто и душно. Хотелось только одного: чтобы от меня все отстали. Но пришлось вставать и брести вслед за остальными обитателями подвала наверх. Выбравшись на первый этаж, колонна рабов отправилась во внутренний двор коттеджа, где кое-как выстроилась в две шеренги. Заняв место во втором ряду и держась руками за болящую грудную клетку стал ожидать. Долго ждать не пришлось. Из дома вывалились три бандита, два из которых держали в руках охотничьи ружья. Эти остановились на крыльце и прислонившись к стене дома стали весело скалясь о чём-то переговариваться. Вряд-ли о ценах на нефть или картошку. Третий-же, лысый мужчина лет шестидесяти, но в хорошей физической форме, направился к нам и остановился перед строем.

– С очередным добрым утром в нашем спортивно-трудовом лагере «Солнышко»! Здесь вы пробудите в себе настоящего человека. Для всех кому вчера память бухлом отшибло и новеньких, напоминаю: меня зовут Физрук, – При слове «новеньких», он безошибочно отыскал мою помятую физиономию взглядом. – Каждое утро мы делаем зарядку потому что…

– Только в здоровом теле здоровый дух! – Нестройно и как-то грустно ответили люди вокруг меня.

– Молодцы! – обрадовался Физрук. – А у кого нет здорового духа, тот лишается кормёжки! Прогулять разминку можно, только если у вас острое отравление свинцом. И не менее чем девятью граммами. Если узнаю, что кто-то филонит, устрою это самое отравление, – Продолжал он веселиться. -Итак, приступим. Разминаемся и побежали.

И мы побежали. А еще поприседали и даже прошли присев на корточки кружок по внутреннему двору. Потом были отжимания, которые я не смог выполнить из-за опухших после побоев рук, за что удостоился недовольного взгляда от нашего лысого надсмотрщика. Потом бег приставным шагом. Словом – почувствовал себя на занятиях по физкультуре в школе. Впрочем продолжалось это не слишком долго. Спустя пол часа, устало дышащие люди подчиняясь команде тренера, отправились за дом. Где, стянув мокрые от пота майки и рубашки стали умываться и растираться водой из больших металлических бочек. Судя по желобам висящим над бочками, наполнялись они дождевой водой с крыши, а не из водопровода. Не рискнув спорить с наблюдающим за нами Физруком, я тоже наскоро ополоснулся не вызывающей доверия водой и вытершись футболкой отошёл в сторону. Умывание пошло на пользу и в голове немного прояснилось. И первым что мне бросилось в глаза, так это сверкающие нижним бельём женщины, наравне с остальными умывающиеся с нами у бочек. До этого, в людях одетых в испачканную и помятую одежду, которые занимались зарядкой вокруг меня, я представительниц прекрасного пола не признавал. Правда называть их прекрасными я сейчас бы не стал. Лишившиеся доступа к косметике и спа-процедурам, ранее ухоженные городские обитательницы выглядели непривычно и пугающе. Вторым наблюдением стало выражение глаз остальных невольников. Всё что от них требовал Физрук, они беспрекословно выполняли, но выражение их глаз всё время оставалось обречённо-отрешённым.

Завтрак, для приёма которого нас проводили на первый этаж дома стал неприятным открытием. Которым уже за сегодня? В качестве первого и единственного блюда выступал… Ну – пусть будет суп. Нет, никаких помоев с плавающими картофельными очистками и прочей непотребщины, о которых приходилось читать в художественных романах, здесь не было. Это был суп из одноразовой лапши. Ну этой, которая в брикеты по сто грамм расфасована и заваривается кипятком. В большой десятилитровой кастрюле было много воды остро пахнущей специей из этой лапши, чуть-чуть самих макарошек, какие-то мясные волокна и совсем уж капля картошки. В общем не растолстеешь. После приёма пищи, на который нам выделили двадцать минут, людей стали распределять между подходящими бандитами и уводить на работы. Не знаю кто куда отправился, но посмотрев на моё состояние, опухшие конечности и перекошенную влево фигуру, меня отправили работать в свинарник, наказав хромоногому парню из числа рабов объяснить мне обязанности.

Забрезжившая было мысль сбежать, коль уж меня отпустили без охраны, довольно быстро рассеялась. И раньше не страдавший низкими заборами коттеджный посёлок обзавёлся колючей проволокой поверх забора и выставленными на крышах домов наблюдателями. А потом мне стало не до подобных размышлений. Понятия не имею где Скрип достал свиней. Уж в нашем небольшом посёлке с претензией на элитность, их разведением точно никто не занимался. Тем не менее, территория сразу двух коттеджей в дальнем кольце линии была превращена в хоз-двор. На котором разлеглись и весело похрюкивали при нашем приближении огромные хряки. Вы когда-нибудь бывали на ферме? Не в ЭКО-поселении для туристов, где в чистых стойлах стоят ухоженные животные, которых можно покормить с руки или погладить. Хотя и там звериный запах силён. А ведь там убирают несколько раз в день, меняя им опилки, сено или чего там используют. Так вот если бывали, то вы меня поймёте. Слезу из глаз, стоящий тут запах выдавливал сразу. И это ни разу не фигуральное выражение. На небольшой территории разбрелись несколько десятков свиней, где-то поблизости кудахтали куры. И вся эта живность только кушала и… производила навоз. Кое как приноровившись дышать ртом, выслушал свои обязанности. Ничего неожиданного я не услышал. Нужно было рассыпать по кормушкам корм дважды в день, убирать тот самый навоз и собирать у кур яйца. Из хорошего было то, что перед работой нужно было переобуваться в резиновые сапоги и переодеваться в брезентовый комбинезон. Во всяком случае спать в пахнущей навозом одежде не придётся. В оставшееся время я должен был помогать на кухне готовящим пищу женщинам. Учитывая, что готовили они почти на сотню человек, это занимало времени куда больше, чем возня в свинарнике. Главные правила которые я усвоил были: не попадаться на глаза бандюкам бездельничая и не умничать. За любое из этих двух нарушений они били.

А спустя неделю, когда побои сошли и я смог выполнить весь комплекс упражнений Физрука не кривясь от боли, а я сам в целом приноровился к несложной, хоть и вонючей работе, после завтрака за мной пришёл Атас. Традиционно небритый, злой и с карабином в руках, он объявился когда я дохлебывал варево и махнув мне рукой скомандовал:

– Топай за мной, Скрип ждёт.

Как я уже говорил, самым разумным в такой ситуации было не умничать и не возражать, так что мне только и оставалось, что попросту допить через край из щербатой тарелки остаток и поспешить за неторопливо шагающим бандитом.

Дом к которому мы подошли принадлежал раньше Виктору Сомову, заместителю директора головного отделения КорБанка. В своё время, когда моя компания устанавливала ему сейф, он почти два часа рассказывал мне о своей прогрессивности. А затем потащил показывать солнечные панели, которыми обшил всю крышу и массивную стойку с аккумуляторами установленную в подвале. Так что когда Атас провёл меня в гостиную ярко освещенную люстрой и с работающим плазменным телевизором, я не особенно удивился. Хотя на фоне вечного полумрака дома и подвала в котором проживали все рабы, электрическое освещение смотрелось невиданной роскошью. Сам хозяин посёлка обнаружился сидящим в кресле перед телевизором, облачённый в какой-то махровый халат и с какой-то девицей на коленях. Девица тоже была одета в коротенький халатик, практически ничего не скрывающий. Учитывая наличие у неё на лице косметики, я сделал вывод что девка не из рабынь. Ну или из рабынь, но быстро пригревшаяся в койке у главаря. При нашем появлении, она неохотно слезла с коленей Скрипа и поправив халатик, виляя бедрами направилась к лестнице на второй этаж. Проходя мимо меня она брезгливо сморщила нос. Ну да – за неделю никаких гигиенических процедур кроме утренних умываний из бочки мне проводить не довелось, так что пованивало от меня наверняка изрядно.

– А, Петруха, здорово! Как житуха? – Провожая взглядом девушку, воскликнул Скрип. Атас тем временем уселся на подоконник.

– Здравствуйте. – Вежливо ответил я. Главное глупость не сморозить. Получать по рёбрам не хотелось.

– Слышь, ты глянь что творят! – Отвернувшись от меня к плазменной панели, возбуждённо воскликнул главарь. – Натовцев вон пустили, мусоров понагнали целый табун мля, пацанов принимают только в путь!

На экране телевизора как раз шёл какой-то новостной блок, в котором то и дело мелькали люди в военной и полицейской форме, кого-то выводили из здания и заталкивали в машину. К сожалению отключённый звук не позволял понять сути новостей, а информационная лента ползущая по низу экрана сообщала о поручении президента силовикам обеспечить безопасность мирных граждан.

– Да в натуре, беспредельщики! – Подал голос с подоконника Атас. После чего достал из кармана жилета горсть каких-то орешков и принялся закидывать их в рот.

– Братву подтянем и дадим сукам обратку. Будут кровью харкать. – Выражение лица Скрипа мне совершенно не нравилось и я старался стоять не двигаясь и не издавая ни звука. Но спустя минуты три, он сам отвернулся от плазмы и уставился на меня.

– Петруха, как сам, оклемался я гляжу? Ты уж прости что мы тебя помяли слегонца, кто же знал что ты так акуительно говно убираешь! – Бандит заржал и сидящий позади меня Атас к нему тут же присоединился. Отсмеявшись и махнув рукой главарь продолжил. – Слышь, я его спросить хотел, ты когда долг отрабатывать будешь?

Вопрос застал меня врасплох. Как я уже сказал, в местной, так сказать общине, одним из главных придуманных мной правил было не умничать. То есть не говорить бандитам ничего, что может им не понравиться. Лучше вообще ничего не говорить. Но не отвечать на прямой вопрос нельзя.

– Ну я же отрабатываю сейчас. – Максимально осторожно ответил я.

– Гы. Это хорошо, что ты в хорошем настроении сегодня. – Скрип явно веселился. – А если всерьез?

Я стоял ни жив – не мёртв. Но я всё таки совсем не актёр и по моему лицу явно скользили тени переживаний бушевавших во мне.

– Ну вот смотри, Петруха, тебя кормят, поят, преподают физкультуру, верно? – Дождавшись утвердительного кивка с моей стороны он продолжил. – Мы вот тебя тормознули, не дали назад поехать и значит от пули или зоны уберегли. Я ж говорю, там сейчас херня творится, всех подряд принимают. Так что ты почитай сейчас за нашу доброту отрабатываешь.

Так и не дождавшись от меня никакой реакции, он выключил пультом картинку на телевизоре и устроившись поудобнее заговорил вновь.

– Ты же не глупый мужик, Петюня. Давай, расскажи мне за себя. Кто ты по жизни, что умеешь? Ну и подумаем как твоей беде помочь, долг отдать. Про то как свинарник офигенно драишь можешь не упоминать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.