Nadezhda Parshutkina
У меня есть только сегодня

Глава 1

   Утро выдалось отличным, солнце вовсю светило в окна. Облаков не было, а это значит, что сегодня будет чудесный, пусть и последний день лета. Я выпил кофе и вышел из дома. Сегодня в больницу я ехал в последний раз, врач должен был сказать точный результат, предпоследний ему не понравился и он посоветовал сдать анализы повторно. Завел машину, и поехал в больницу.

– Здравствуйте, Виктор! Хорошо выглядите! – сказал мой лечащий врач, когда я зашел в кабинет.

– Здравствуйте доктор. Спасибо! Результаты готовы?

– Готовы. Вы один? Я думал вы приедете с родственниками.

– Из родственников у меня только собака. Но к вам ее брать нельзя. Говорите.

– Виктор, к сожалению, мне нечем вас порадовать. Анализы пришли плохие. У вас рак. Вам нужно лечь в больницу на лечение.

– И меня вылечат?

– Мы попробуем сделать все возможное.

– Доктор вы знаете, для меня деньги не проблема. Скажите сколько.

– Я понимаю, но не все измеряется деньгами, в вашем случае стоит только надеяться. Ваш мозг,… к сожалению клетки, отмирают очень быстро. Нам нужно это остановить. Вам нужно лечь в больницу. И начать лечение прямо сейчас. Если вы не будете принимать таблетки, то у вас начнутся сильные головные боли. Потеря сознания. Поэтому я советую вам остаться у нас.

– Если мне поехать в другую страну?

– Боюсь, вам это не поможет.

– Чем меня будут лечить?

– Химиотерапией. Что-то другое уже нет смысла делать. У вас последняя стадия.

– Если без лечения, сколько мне осталось?

– Месяца три в лучшем случае. Но с лечением некоторые могут протянуть и год и десять лет. Нужно начать лечение уже сегодня.

– Спасибо, – я поднялся с кресла.

– Послушайте, вам нужно остаться здесь!

– Мне? Спасибо, но нет! – я встал и вышел из кабинета. Я шёл по коридорам, стараясь ни на кого не смотреть. В голове не укладывались слова доктора. Химиотерапия! Третья стадия! Поможет лишь чудо!

   Я сел в машину, но не мог завести её. Руки тряслись. Мысли все время возвращались к кабинету врача и его словам. Я не мог поверить. Почему именно я? За что? Ведь я ещё так молод. Мне всего лишь 35. Я еще даже не успел завести семью.

   В тот момент, когда парни ухаживали за девушками, я учился. В модельном бизнесе я чуть ли не с пелёнок. Мама была известным фотографом на весь Петербург. Ее приглашали на самые главные мероприятия города. Я был рядом. А потом я стал ей позировать. Не знаю честно кто мой отец, но внешностью он меня наградил, на внешность я чистый азиат.  Точеные черты лица, коричневые глаза, длинный прямой нос и чёрные волосы.

   Вначале я позировал маме, ведь она меня любила. А потом она сделала выставку с моими фотографиями, которую приняли на ура. И начались контракты, поездки заграницу. Я работал и работал. А в перерывах мама заставляла меня учиться. Теперь у меня шесть фотостудий, часть которых находится за границей. Большой дом на окраине города и собака. Мама живет за границей, успешно выйдя замуж. И сейчас она ждала малыша. Моего братика или сестренку. Я не боялся никакой работы, мама всегда мне говорила, что деньги в нашей жизни все. Как же она ошибалась! Имея кучу денег, я не могу сейчас себе помочь. Это не честно, черт возьми!

   Сжав руль до хруста пальцев, я завел машину и уехал от больницы подальше. Ехал по улицам и смотрел на прохожих. Припарковал машину, достал фотоаппарат и стал фотографировать. Фотографировал детей, беременных женщин, влюбленные пары. Я снимал на пленку все. Каждую улыбку, каждый блестящий счастливый взгляд. Но легче не становилось, в груди нестерпимо жгло.

Не выдержал, зашел в ближайшее кафе и сделал заказ. Выпив бокал виски, я стал смотреть на посетителей, их было мало. Две молодые девушки сидели и о чем-то хихикали, попивая чай. Парочка влюбленных ворковали в уголке. Хе, надо же, у меня даже ни разу не было девушки, с которой можно было так сидеть в уголке и просто быть счастливым. И уже не будет!

   А потом мой взгляд встретился с ледяными голубыми глазами. Через два столика от меня сидела блондинка, в голубом платье, пила зелёный чай, и наблюдала за мной. Ее бледная кожа словно светилась изнутри. Я не удержался, взял фотоаппарат и навел объектив на девушку. Щелчок, я опускаю камеру, чтобы посмотреть что получилось. Но на фото пустой стол. Я поднимаю глаза, девушки нет. Ее нет и в кафе. Не привиделась ли она мне?

   Выпиваю ещё два бокала виски и выхожу на улицу. Люди спешат по своим делам. Наивные, не зная, что их ждёт за поворотом. Я же бреду вперёд сам не зная, куда меня несут ноги.

   Очнулся я только когда очутился на мосту. По дороге ездили машины, я шел по тротуару. Под мостом бурлила и бежала Нева. В голову пришла шальная мысль. А не прыгнуть ли мне? Зачем ждать, когда начнутся головные боли, когда я не смогу соображать. Пока ещё в здравом уме, может прыгнуть? Народу кругом никого, меня никто не остановит. Я свесил голову с моста и стал смотреть на реку.

– Я бы не стала этого делать, – раздался рядом женский мелодичный голос. Я обернулся посмотреть, рядом со мной стояла та блондинка из бара.

– Вы?

– Я? Я говорю, прыгать не стоит! Ты так юн, вся жизнь еще впереди.

– Вы так думаете?

– Я уверена! – она улыбнулась и пошла дальше по тротуару. Я посмотрел на реку, прыгать и вправду расхотелось. Повернулся, намереваясь догнать девушку, но ее нигде не было. Что за чертовщина? До конца моста идти еще минут пятнадцать, куда она могла деться?

Глава 2

   Неделя выпала из жизни полностью, я брал юристов и мучил их. Мне нужно было как можно быстрее составить завещания. На вопрос, куда я так спешу, я отшучивался, что бывает в жизни всякое. Две фирмы, дом, деньги я отписал лучшему другу. У него все-таки семья, пусть хоть им эти деньги пригодятся. А остальные фирмы я переписал на маму.

   Встретился с другом, попросил его на время приютить пса, он у меня добрый, пушистый золотистого цвета, ретривер. Друг согласился, но поинтересовался, куда это я уезжаю. Я ничего ему не сказал. В этот, же вечер позвонил маме по скайпу. Она была веселой и жизнерадостной, они с Фрэнком собирались в гости к друзьям, поговорить долго не получилось, но главное я сказал ей, что люблю ее!

  Достал виски и налил себе стакан. Врач сказал, что мне нельзя спиртное, но мне уже было плевать. Какая разница, сегодня или завтра? Тем более если я все равно знаю, что я умру. Было обидно, обидно, так что жгло в груди, ну почему именно я? Почему кому-то дается дожить до глубокой старости, и за что не дано это мне? Неужели я больше всех пил? Обижал? Унижал? Убивал? Да я за свою жизнь ни одного плохого поступка не совершил, я даже девушку ни разу не бросил. И теперь я должен умереть?

– За что? – прокричал я в небо, глядя на миллиарды звезд.

– Я хочу жить! – снова крикнул я, и слезы брызнули из моих глаз.

   Звезды продолжали светить, луна не упала с неба, даже ветер не стих ни на минуту. Так не честно! Я выпил еще бокал и закурил, глядя на небо. Звезды блестели на небосклоне. А потом одна за другой стали падать.

   Надо же, звездопад, как красиво! В голову пришла бредовая идея, я нашел летящую звезду и загадал желание. Ну, хоть одно! Всего одно желание! Только для меня! Я заслужил этого.

   Напившись, я не помню, как лег спать. Но разбудил меня писк будильника. Он трезвонил сегодня на удивление громко. Я его выключил и завалился спать дальше. Удалось поспать лишь каких-то полчаса, как стал звонить телефон. Я не вставал и не брал трубку, Уж сегодня я точно не выйду на работу.

   Прошло два часа, и начались звонки в дверь. Этого я уже никак не мог выдержать. Встал и спустился к двери. За дверью был Кирилл. Я открыл дверь и в дом ворвался Грей.

– Привет! Ты уж извини, но он нас просто извел. Скулит, лает, никого к себе не подпускает, это ладно, так он еще ничего и не ест. Так что прости брат, но взять мы его не сможем. Сам знаешь, Лиза на 8 месяце и ей нужен покой.

– Странно, он у меня тихий, – я впустил друга, ретривер уже давно убежал на кухню и нюхам миску носом, выпрашивая еду. Я насыпал ему корм, и он жадно стал есть. Включил кофемашину.

– Кофе будешь? – спросил я у Кирилла. Он был моим лучшим другом и, наверное, единственным. Мы дружили с ним с детства, многое пережили вместе. Но вот фотографии он не признавал, не нравились они ему и говорил мне всегда, что я занимаюсь глупостью. Высокий, широкоплечий, брюнет, всегда бритый налысо, весь в наколках, он напоминал всем бандита с большой дороги. Но держал охранное бюро и был на хорошем счету, его уважали, боялись и любили.

– Нет спасибо, мы ненадолго, Лизе нужно на узи. Я позвоню вечером.

– Давай! – он ушел, я остался на кухне с Греем. Тот, наевшись, сел и смотрел на меня.

– Ты думаешь, я предатель? Да я предатель, но пойми, тебе будет у них лучше. Грей я умираю, мне немного осталось. А у них ты будешь с семьей. У них скоро родится малыш. Тебе там будет весело. Давай так, сегодня ты еще ночуешь дома, а завтра я отвезу тебя к ним, хорошо?

   Грей проскулил, развернулся и вышел из кухни. И он был прав, я поступаю с ним как предатель. Я выпил кофе, на часах было два часа дня, сидел и думал чем заняться, как Грей вернулся, неся в зубах поводок. Он подошел ко мне и положил поводок на колени.

– Ты гулять хочешь? А пойдем, погуляем.

   Мы ушли с ним в парк, он всегда любил там гулять, я спустил его с поводка и начал кидать ему мяч, а он мне его приносил. Когда я кинул в очередной раз мяч, Грей добежал до мяча, и замер. Словно он что-то учуял.

– Грей, ко мне! – крикнул я, но он даже не отреагировал, зарычал, и с лаем бросился в  кусты парка.

– Ааааа! – услышал я женский крик и кинулся на подмогу. Перебежал поле, перелетел кусты и очутился на другой дорожке парка. Девушка лежала на земле, закрыв лицо руками, над ней стоял Грей и рычал.

– Ты совсем с ума сошел? Ты что творишь? – я ели как оттащил его от девушки, он рычал, лаял и кидался на нее. Девушка не поднималась, пока я не пристегнул поводок и не надел намордник.

– Вы как, целы? – я подошел к девушке. Грея я привязал к дереву, он до сих пор продолжал рычать. – Вы простите, он раньше никогда ни на кого не кидался. Давайте я вам помогу.

   Я подал руку, девушка взялась за нее и встала. Я отряхивал и осматривал ее на предмет укуса. Но пострадал лишь белый костюм, он был сильно запачкан. Девушка была цела. Я поднял на нее глаза, на меня смотрели ледяные голубые. Та девушка, которую я тогда встретил на мосту.

– Вы? – удивленно спросил я.

– Я! А собаку бы следовало усыпить! Сумасшедшая! Она же могла меня съесть.

– Я извиняюсь  и готов компенсировать убытки. Поверьте, собака понесет наказание.

– Надеюсь, – и она собралась уйти.

– Постойте!

– Что еще?

– Боюсь, что вы не сможете уйти далеко. Ваши брюки.

– Что с ними? – и она начала оглядываться, сзади брюки были разорваны, причем очень сильно. – Вот черт!

– Я здесь рядом живу, могу зашить. Или закажем новые, вы пока подождете.

– А как же ваша собака?

– Я закрою ее в вольере.

– Хорошо. Ведите, – я отвязал Грея, и пошел вперед, за мной следом шла девушка, прикрывая разорванные сзади брюки. Я дал ей ключи, приглашая в дом. Сам повел собаку в вольер. Он рычал и оглядывался всю дорогу.

– Слушай, я не знаю что с тобой, но мне это не нравится. Конечно спасибо, она красивая, но можно было нас и не так познакомить. А теперь ты честно наказан, так что сиди здесь, – он смотрел на меня, словно не понимал, за что я не впускаю его в дом. А когда я развернулся и пошел к дому, стал скулить и лаять. Да что это с ним?

Глава 3

   Девушка ходила по дому и рассматривала фотографии. Когда я зашел, она улыбнулась.

– Давайте я вам дам чистые вещи, а эти бросим стираться?

– Не стоит, лучше закажите мне костюм курьером, а этот выбросим.

– Хорошо, – я подал ей планшет. – Выбирайте любой. Адрес там уже вбит. А я пока сделаю кофе.

– Лучше чаю. Спасибо, – она села на диван и начала лазить в планшете. Я заварил чай, и налил себе кофе, достал конфеты и принес все в гостиную. На белоснежном диване девушку было практически невидно, бледная кожа, белые волосы, белый костюм. Если бы не пятна грязи, я бы ее и не заметил.

– Чай, – и я подал ей кружку.

– Спасибо, – планшет уже лежал на журнальном столике.

– Мы так и не познакомились, меня зовут Виктор.

– Очень приятно, Виктор. Я ваша должница. Вы спасли меня от собаки.

– Не стоит, ведь собака моя, я виноват, что отпустил его. Как зовут вас?

– Меня зовут Анила.

– Необычное имя для такой красивой девушки.

– Спасибо.

– Вы в нашем городе проездом?

– Можно и так сказать.

– А где остановились.

– Я пока не решила, сняла гостиницу на пару дней, а там будет видно.

– Вы к родственникам?

– А почему вы дома? Вы разве не работаете?

– Работаю, у меня сегодня выходной.

– Я извиняюсь за любопытство, просто такая красивая девушка и одна в чужом городе. Вам не страшно?

– Мне нет, почему вы решили, что бояться должна я, а не вы? – и мило мне так улыбнулась. – Красивый, один в большом доме. Вам не страшно?

– Почему вы решили, что я один?

– Потому что если бы вас здесь кто-то держал, вы бы не сиганули с моста.

– Да я! Я не собирался прыгать!

– А, ну да, вы всего лишь хотели освежиться.

– Вот именно!

– Так бы и сказали, я бы с радостью вам помогла, даже бы подтолкнула.

– Спасибо вы очень добры.

– А то. Спасибо за чай, – прозвенел дверной звонок, да что же за день такой сегодня. Я встал и открыл. Прибыл курьер с пакетом, я рассчитался и закрыл дверь.

– Привезли ваши вещи, – я подал девушке пакет. – Переодеться можете в соседней комнате.

– Спасибо, – она встала и ушла.

   Не прошло и пяти минут, как она вернулась обратно, в черном брючном костюме. Он ей шел куда больше чем белый.

– Прекрасно выглядите.

– Спасибо, – она прошла и села к кресло напротив меня.

– Что ж Виктор, вы послушались моего совета, вы спасли меня, вы потратили на меня деньги и время. Теперь я готова возместить вам все. Я готова исполнить загаданное вами желание.

– Простите, не понял?

– Вчера вы загадали желание, на падающую звезду. Помните? Так вот я готова его для вас исполнить, – я долго смотрел на нее, словно увидев впервые, все, что она мне говорила, до этого было понятно и как-то связано, но последнее. Откуда она знала о вчерашнем желании.

– Кто вы?

– А вам ли не все равно? Я просто исполню ваше желание. Только у меня есть одно но.

– Какое?

– Я хочу понять, для чего вы хотите жить вечно?

– Я сейчас объясню.

– Нет, объяснений я наслушалась вдоволь. Я хочу понять, почему вы так дорожите жизнью. Для чего? Для какой цели жить вечность?

– Да кто вы такая? Черт побери! Как вы узнали обо мне? Вы журналистка? Сколько вам заплатили? Я заплачу в два раза больше.

– Виктор послушайте…

– Я довольно выслушал, либо вы говорите кто вы такая, либо проваливаете вон из моего дома!  – она взглянула на меня своими ледяными глазами, встала и вышла из дома.

– Неужели и, правда, журналисты? Но как они узнали? Доктор же обещал хранить тайну.

Глава 4

   Эта мысль не давала мне покоя. Собрался и приехал в больницу, то, что у врача сейчас был прием, меня мало волновало. Я пинком открыл дверь и вошел в кабинет.

– Виктор Викторович? Что вы себе позволяете? – врач поднялся из кресла. Напротив, сидела зареванная женщина.

– Нет, это что вы себе позволяете! Решили подзаработать? Да? Сколько они вам заплатили за информацию?

– О чем вы? Какая информация?

– Не прикидывайтесь дураком! Вы разболтали журналистам, чем я болен! Одна из них уже была сегодня у меня! Да как вы смели? Это же врачебная тайна! Девушка, зря вы тут сидите, он ничем вам не поможет! – кричал я на весь кабинет.

– Успокойтесь немедленно! Иначе я вызову охрану!

– А вызывайте!

– Послушайте, я никому ничего не говорил! Все кто слышит наши разговоры это стены этого кабинета. Вы слышите меня! – говорил он. Я стоял и зло смотрел на него.

– Давайте ляжем сегодня! Проблема в вашей голове. Не исключено что будут появляться галлюцинации, вы можете теряться во времени. Послушайте меня, Виктор?

– Она не была галлюцинацией, ее видела моя собака, – и я как потерянный вышел из кабинета врача. Он что-то еще кричал мне вдогонку, просил остаться, но я не слушал и шел.

   Мысли вились около девушки, кто она такая? Откуда узнала? Да и как она может знать, что я загадал? Незаметно для самого себя я дошел до бара. Зашел, сел у стойки и стал пить.

– Интересный у тебя взгляд на вечность! – сказал мелодичный голос рядом. Я обернулся посмотреть, это была она. Моя дневная гостья.

– Какого черта? – спросил я, в глазах двоилось. Она посмотрела на меня с любопытством.

– Что ты тут делаешь?

– Смотрю, как ты здорово вечно живешь!

– Я не живу вечно.

– Это пока!

– Брысь отсюда! Ты лишь галлюцинация!

– Зато, какая приятная! – склонившись ко мне, прошептала она.

   Сквозь закрытые глаза я услышал звук будильника, какого черта я его не отключил? Не открывая глаз, я нашарил его и выключил. Я бы спал и дальше, даже засыпать начал, но услышал крик. Женский крик и лай собаки. Откуда тут собаки? Я приподнялся и понял, что нахожусь дома, в своей кровати. А громко лает Грей.

   Когда я спустился вниз, узнать что случилось, то увидел интересную картину. На середине стола сидела Анила, поджав под себя ноги, пес же бегал вокруг стола и громко лаял на нее.

– Какого черта ты делаешь на моем столе?

– Сижу! Убери эту псину!

– Зачем? – я встал в дверном проеме и наблюдал за тщетными попытками пса. До нее он дотянуться не мог, но и не отходил.

– Ты долго смотреть будешь?

– Почему он так тебя не любит? – спросил я.

– Уберешь пса, расскажу.

– Сейчас говори.

– Да не знаю я. Может потому что чует, что он мне не нравится.

– А может наоборот? Он чует, что ты врешь? Поэтому кидается на тебя.

– Убери его! – крикнула она. Странно, но это возымело действие. Пес замолчал. Я подошел, взял его за поводок и вывел на улицу. А затем снова вернулся к девушке. Она так и продолжала сидеть на столе.

– Удобно?

– Очень!

–Похожа, на главное блюдо!

– Очень смешно! – и она слезла со стола.

– Кофе?

– Только чай.

– Ах, ну да. А ты, кстати, какого черта делаешь у меня дома? – спросил я, уходя на кухню.

– Что-то ты его слишком часто вспоминаешь. Случайно не родня?

– Я задал вопрос!

– Ну, сам понимаешь, как это бывает, когда девушка ночует у парня, – она слезла со стола я медленно подходила ко мне, мурлыча эти слова.

– Видно все было очень плохо, я ничего не помню! – сказал я и засмеялся. Она пнула меня. А я оборвал смех на полноте, виски сдавила ужасная боль. Комната заходила ходуном. Не упал я лишь потому, что вцепился в столешницу. Комок подступил к горлу.

   Анила дотронулась до меня, и на меня подул легкий морской ветер, в голове стало проясняться. Я задышал ровнее и спокойнее. Боль отступала, а девушка все стояла рядом, держа за руку, пока боль совсем не прошла.

– Лучше? – спросила она.

– Да. Извини.

– За что? – чайник давно кипел, я выключил и налил нам чай. Сел за стол, она села рядом.

– Виктор, послушай! У тебя нет вариантов. Либо ты ложишься в больницу, либо соглашаешься на сделку.

– Тебе от этого, какой прок?

– Я хочу узнать, что чувствует человек, проживая жизни.

– Для этого ее прожить надо, а не показать это за один месяц.

– Поверь, мне хватит месяца!

– Ха! Тут одной жизни мало, а тебе месяца хватит! Наивная! Значит так, я не о чем с тобой договариваться не буду, я даже не знаю кто ты такая.

– Хорошо! Я Богиня Ветров, у вас меня принято называть Анила. Что означает дитя ветра. От скуки гуляла в вашем мире, и ветер сам принес твой разговор с врачом. А так же твое желание. Поскольку я здесь, я исполню его. Но прошу лишь маленькую услугу взамен.

– Хорошо, допустим, ты не лжешь, зачем тогда тебе это?

– Я слишком долго была Богиней, и я забыла, что это такое, жизнь!

   Я внимательно смотрел на нее, и не понимал, правду она говорит или нет.

– Докажи! Докажи что ты Богиня!

– Хорошо.

   Наш стол, за которым мы сидели, оказался в глухом лесу, я стал оглядываться, мимо пролетела кукушка, было полно елей и берез. А затем пейзаж сменился, и мы уже на берегу моря, волны набегая, разбиваются о наши ноги, и убегают обратно. И снова картинка сменилась, вы сидим в Париже, рядом Эйфелева башня, мимо прогуливаются люди, разговаривая на французском. А затем мы снова оказались в моем доме.

– Ну, хорошо, допустим. Тогда почему тебя так не взлюбил Грей?

– Он чувствует меня не так как ты. Ему страшно, вот он и кидается. Он думает, что это смерть за тобой пришла.

– Ха! – это все что я мог сказать.

– Ну, так что ты решил?

– А если я откажусь?

– Значит, я буду искать другого.

– Ну а если у меня не получится? Что тогда?

– Часть моего договора останется в силе! – я смотрел на нее и молчал. Мне нужно было подумать. Я в молчании допил чай. Она смотрела на меня, она ждала ответа…

Глава 5

– Хорошо! Я согласен! – сказал я ей после долгой паузы.

– Я рада! Дай руку!

– Зачем?

– Заключим договор, – сказала она, я протянул ей руку, она сверху поднесла свою, наши ладони осветило свечение, и тут же пропало.

– Хорошо, и с чего начнем? – спросил я, но она лишь пожала плечами. – Ясно я другого и не ожидал. Может, тогда начнем с завтрака?

– Завтрака?

– Ну да, – я встал и пошел готовить яичницу, есть хотелось жутко, но в холодильнике ничего не было. Я разбил яйца, добавил помидоры, лук, петрушку. Разложил на тарелки и подставил одну девушке, вторую себе. Она сидела и смотрела на чашку.

– Кушай! – сказал я и начал есть. Она смотрела на меня, потом снова на тарелку.

– Что не так?

– Что это?

– Яичница.

– Я не голодна, – и она отодвинула от себя чашку.

– Ну не хочешь не ешь, ничего другого у меня нет. Надо кстати за продуктами съездить. Я не думал, что задержусь здесь так долго.

– Ты куда-то собирался? Куда?

– Не важно, – и я снова стал есть. Она долго смотрела на меня, словно в первый раз видит, как кто-то ест. Затем подвинула к себе тарелку, взяла на вилку маленький кусочек яичницы и начала жевать. Лицо с каждым мгновением менялось.

–Как вкусно! – восхищенно сказала она и снова взяла кусочек с тарелки. И снова мимика восторга на ее лице. Засмотрелся я настолько, что перестал есть.

– Когда ты ела в последний раз?

– Очень много веков назад, – она доела все до крошки.

– Впервые вижу, чтобы с таким восхищением ели яичницу.

   Поев, я предложил проехаться по магазинам, закупить продукты, она согласилась, не подумав, я открыл входную дверь, в комнату тут же влетел Грей. И с лаем кинулся на Анилу. Та взвизгнула, и снова мгновенно оказалась на столе.

– Ты специально? – зло спросила она.

– Извини, я забыл закрыть вольер. Грей ко мне! – но пес не слушался. Пришлось выводить его из дома силой. В вольере он тоже стоял и лаял на девушку. Мы сели в машину и выехали.

– Почему он так тебя не любит? Такого не может быть! Ведь не сошел же он с ума. Он со всеми дружелюбный, добрый пес, он любит людей.

– Людей, возможно. Но не таких как я.

– Ну можешь ты менять обстановку в доме, что еще? Удивлюсь, если ты еще на что-то способна, – она зло на меня посмотрела.

– Зря ты так.

   Колеса на машине завизжали, я нажал на тормоз, машину немного занесло, нам стали со всех сторон сигналить. А я не мог понять, где мы оказались. Вместо привычного для меня города, мы были в каком-то другом месте.

– Где мы? – крикнул я.

– Мы едем по дороги за продуктами, – улыбнулась она. Я выровнял машину, и мы влились в ряды автомобилистов. С одной стороны была река, с другой разноцветные дома. Анила же сидела совершенно спокойно, словно все так и должно быть.

– Черт тебя побери, где мы? – крикнул на нее я.

– Я не черт! – сказала она и стала смотреть в окно. Я делал то же самое, только еще и постоянно смотрел по сторонам, многие проезжающие как-то странно на нас смотрели, но мы продолжали ехать.

– Тут налево, – сказала она. Я повернул, и увидел вывеску улицы, Avinguda de Fenals. С одной стороны шел берег, с другой тянулся ряд домов песочного цвета, а еще здесь была странная яркая трава и пальмы, очень много пальм.

– Мы в Испании?

– Да. Вон тот магазин, подъезжай к нему.

   Я ели как понимал их знаки, молился, чтобы все было нормально, но припарковался. Она вышла из машины, и направилась в магазин. Я пошел за ней следом. На входе у магазина она взяла тележку и пошла между рядов.

– Что ты хотел взять?

– Ты с ума сошла? – я подошел и спросил у нее. – У меня нет их денег. Мы чем платить будем?

– У меня есть! Я плачу! – она улыбнулась и пошла дальше. Злясь на эту сумасшедшую, я шел за ней и складывал продукты в корзинку. Сказать, что они отличались от наших, ничего не сказать. По магазину играла музыка, говорилась реклама и все на испанском. Вначале я оглядывался и паниковал, а потом поймал себя на мысль, чего я собственно боюсь? Я в супермаркете, в Испании, да еще и с Богиней. И после этого я расслабился и получал удовольствие. Она катила тележку, я складывал продукты. Когда пришли на кассу я стал выкладывать продукты, девушка кассир что-то сказала на испанском, Анила ей ответила, та улыбнулась. Анила рассчиталась наличкой и мы вышли. Откуда у нее деньги, когда нет ни одного кармана, я спрашивать уже не стал. Погрузил продукты в машину и сел за руль.

– Куда сейчас?

– Домой?

– Слушай, мы в Испании, какое домой? Поехали гулять?

– Гулять?

– Да! А потом уже домой, хорошо?

– Ну, поехали гулять.

   Мы проезжали по древним узким улочкам, посетили два собора, причем я вылез из машины и позвал Анилу с собой, она отнекивалась, пыталась быть безучастной, но потом втянулась. Когда мы проезжали реку Оньяр, я сказал как жалко, что я не захватил свой фотоаппарат.

– Этот? – держа его в руках, спросила она.

– Как? – я очень удивился и обрадовался. Припарковал машину, и мы пошли гулять по маленьким улицам города. Я фотографировал пейзажи, детей, Анилу, которая вначале пыталась избежать съемки, но потом поняла, что ей не отвертеться, стала позировать на камеру.

– Ты хоть улыбнись!

– Зачем?

– Ну что ты стоишь с каменным лицом, такая красивая и печальная.

   Она выдавила из себя улыбку, но это было уже не то. На вопрос, зачем мне фотографии я ответил, что на память. Она посмотрела на меня как на дурака. Нагулявшись, мы вернулись к машине.

– И как мы вернемся теперь обратно?

– Ты хочешь обратно?

– Да. К себе домой, – улыбаясь, сказал я. Пейзаж за окном слегка повело, а потом он совсем смазался и вот я услышал лай собаки, а зачем и свою собственную ограду.

– Слушай, если ты так можешь, так зачем я вообще за ворота выехал? – спросил я, выходя из машины.

– Ты как-то точнее говори, чего ты хочешь.

– Хорошо. Я попробую.

   Я занес продукты в дом, она мне не помогала, просто сидела в кресле и наблюдала за мной. Я позвал ее помогать готовить, но она отказалась, сказав, что не умеет. И села наблюдать.

– Надо же первый раз готовлю для девушки, – говорил я, нарезая салат. – Ты хоть картошку помой.

– Как? – она даже встала и подошла к продуктам. – Эту? – спросила она, держа в руках помидор.

– Нет, это помидор. Картошка та, что золотистая. Нет, клади обратно это перец. Ты что издеваешься? – я подошел к ней и показал где что.

– Ого, – сказала она удивленно.

– Ты все можешь, а как называются продукты, не знаешь? Или ты издеваешься?

– Я не все могу, – сказала она.

– И что ты не можешь?

– Многое, – уклончиво сказала она. Ладно, поживем знаем.

Глава 6

   Я совершенно не знал, что мне делать с этой Богиней, она только и делала, что наблюдала за мной. Мы доедали, когда зазвонил телефон, и меня попросили приехать на работу. Девушка напросилась со мной. Когда мы вместе вышли из машины и вошли в здание, все были в шоке. А когда я стал разбираться с делами, она не ушла, а стала слушать, смотреть, и кое-где вставляла свои реплики. Все были удивленны. Ведь раньше я никогда не приводил девушек в офис, ни одной.

– Слушай ты, где ее нашел? – спросил меня приятель, отозвав в сторону.

– Там таких больше нет.

– Оно и к лучшему. Она из глухой деревни?

– Нет.

– Тогда почему она себя так ведет? – я посмотрел на нее, и увидел, как она пробует кофе, морщится и начинает плеваться. Приятель смеялся, я же закрыл лицо рукой. Этот месяц будет очень интересным и длинным.

   А потом мои модели предложили Аниле сделать фотосессию. Та отнекивалась, но когда я сказал, иди. Она далась им и ушла переодеваться. Когда же ее вывели к помосту для фотосессий, я открыл рот от удивления. В бледно-голубом легком платье, с распущенными закрученными волосами, подкрашенными глазами и губами. Она и так была красива, а теперь стала действительно Богиней. Ахнули даже фотографы.

   Я отсел в сторонку, чтобы не мешать и началась ее личная фотосессия. Девочки ее хвалили, помогали ей, подсказывали и ставили в нужные положения. К концу фотосессии она немного начала улыбаться, но лишь уголками губ. Я смотрел на нее, как вдруг голову сжали тиски, ужасная боль пронзила все мышцы, я закачался из стороны в сторону, Перед глазами все плыло, я даже не смог встать. И вдруг легкий ветерок стал трепать мои волосы, освежая и принося прохладу. Я стал спокойнее дышать, а потом открыл глаза.

– Лучше? – услышал я голос Анилы.

– Спасибо.

– Виктор ты впорядке, может врача?

– Нет нормально все.

– Он просто устал. И совсем не отдыхал. Мы пойдем домой. Вставай, – сказала она, я хотел ухватиться за ее руку, но она ее отодвинула, пришлось вставать самому. Не торопясь мы дошли до выхода. Я кое-как пришел в себя.

– Вот держи, – и она подала мне, амулет. Серебряный амулет в виде месяца, на тонком шнурке.

– Зачем?

– Чтобы не мучили головные боли.

– Чтобы они не мучили, врач таблетки прописал, – я прошел мимо и сел в машину.

– Бери, это на случай если меня не будет рядом, – и она положила амулет мне на колени.

– Спасибо, – я положил его в бардачок и закрыл дверцу. Анила посмотрела на меня как-то странно, но ничего не сказала.

   Дома, пожелав ей спокойной ночи, я ушел к себе. Говорить не хотелось. Да и я был зол, ну какие желания я могу исполнять, когда сам себе помочь не могу?

   Я долго лежал без сна, а потом не выдержал и спустился вниз. Анилы нигде видно не было, да и света нигде не было. Я прошел тихонько на кухню и включил свет. За столом сидела Анила, сидела и смотрела куда-то вдаль. Я подскочил и схватился за сердце.

– Тебе плохо? – спросила она.

– Зачем же так пугать? Я думал, ты спишь! – я прошел и сел рядом.

– Я не сплю.

– Почему? Я думал, ты легла в  свободной комнате.

– Я не сплю, я не ем, я не чувствую. Я не человек.

– Ну, ты же ела! Сегодня целых два раза. И тебе понравилось.

– Да. И это странно.

– Уверен ты и спать можешь!

– Не могу.

– Что именно ты не чувствуешь?

– Ничего. Абсолютно, – при этом она так и не повернула голову, смотря куда-то в одну точку. – Ты все смеяться и улыбаться просишь, и у тебя это так легко выходит, а у меня не получается.

– Ты сегодня улыбалась, я видел. Там в фотостудии.

– Разве?

– Да.

– Да и чувствуешь ты все! – она посмотрела на меня, взяла в руку нож и воткнула его в ладонь. Хлынула кровь, при этом на ее лице не дрогнул ни один мускул.

–Ты что творишь! – я подскочил, вытащил нож из ладони и стал глазами искать полотенце.

– Не надо! – спокойно сказала она и показала мне целую руку, на которой не было пореза. Я схватил ее руку и стал крутить, она вздрогнула от моего прикосновения, но руку не убрала. Ладонь была целой. Но очень холодной, я бы даже сказал ледяной.

– Как такое возможно?

– Возможно все!

– Почему ты такая холодная? – я взял в свои руки и вторую руку, она тоже была ледяной. От моих прикосновений она вздрагивала, вздрагивала настолько, что у нее подпрыгивали плечи.

– Я всегда такая.

– Странно, такого не может быть! – снова повторил я и дотронулся до ее лба, он тоже был ледяным. Она даже не дышала. Не зная, что делать, я сказал первое, что пришло в голову.

– Пошли со мной, я тебя греть буду, – и потянул ее за руку, заставляя встать. Она без вопросов встала и пошла следом за мной. Я привел ее в свою комнату.

– Ложись! – и указал на кровать. Она с минуту постояла, а затем легла на кровать.

– Не так. Снимай туфли, – она скинула их. – А теперь давай под одеяло, – я для нее его отодвинул. Она забралась в кровать и легла на спину. Я забрался под одеяло и придвинулся к ней, а затем взял и прижал ее к себе.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Грею тебя! – она попыталась вырваться, но я не пускал. Она легла набок, и наши лица были близко друг от друга. Она смотрела на меня своими ледяными голубыми глазами. Но не согревалась, даже сейчас в моих руках она была ледяной.

– Чего ты хочешь больше всего?

– Не знаю.

– Ну а вообще?

– Да не знаю я, сейчас? Наверное, чтобы мама была дома.

– И все?

– Да. Может тебя врачу показать?

– Чтобы изучали?

– Нет, чтобы лечили.

– От чего?

– Боли не чувствуешь, вся ледяная. Ты же простынешь и заболеешь.

– Я нет, а вот, ты запросто.

– Ну, уж нет, сегодня я тебя грею! – я еще какое-то время смотрел в ее голубые глаза, а потом заснул. Мне снился странный сон, словно я куда-то летел по ветру.

Глава 7

   Проснулся я поздним утром, девушки в кровати не было. Я встал и привел себя в порядок, спустился вниз, ее не было и там.

– Анила? – крикнул я на весь дом, но ответа не последовало. Ну что ж, я прошел на кухню позавтракал и вышел кормить Грея.

   Ох, как же мне он радовался. Прыгал, облизывал меня, я выпустил его из вольера и стал с ним играть. Мы с псом сидели уставшие и довольные на ступеньках дома, как к ограде подъехало такси, из машины вышла мама и её муж. Он нес в руках чемоданы. Как только они открыли калитку, пёс кинулся к ним, радостно виляя хвостом.

– Грей, проказник! Ну, здравствуй, здравствуй! – мама начала ласкать его. Я сидел и не мог понять, зачем они приехали? Затем все-таки заставил себя встать и пошел к ним на встречу.

– Мама! Какими судьбами? – я подошел, обнял ее, насколько это позволял ее живот и поцеловал в щеку.  Несмотря на возраст, выглядела она изумительно и вся светилась от счастья.

– Решили повидать тебя на пару дней, ты не против?

– Я только за! Заходите! – пожав руку Фрэнку, я пропустил их в дом.

   Мама у меня уже была второй день. Вначале мы болтали обо всем на свете, она начала рассказывать, как ей плохо даются перелеты, как она устала от малыша, который испортил всю ее фигуру, и как она рада меня видеть. Она напекла своих фирменных оладий, а вечером того же дня мы устроили дома киносеанс у телевизора. Анила не объявилась и на второй день. Фрэнк позвал нас гулять по городу. Я захватил фотоаппарат и уехал с ними.

   Мы побывали во всех уголках Питера, начиная от Эрмитажа до Казанского собора. Фрэнку очень нравилось, он всем любовался и восхищался. Мы с мамой переглядывались и смеялись. Вечером мы прогуливались по набережной и смеялись над мамой, поскольку она уплетала уже четвертое мороженое. И тут я остановился, поскольку на встречу к нам шла Анила. В нежно-голубом платье, с распушенными волосами, она плавно шла к нам. Сам не понимая почему, я пошел быстрее, подошел к ней и обнял ее. Она стояла истуканом.

– Ты чего? – спросила она.

– Ты где была? Я же волновался! – сказал я.

– Здравствуйте! – сказала мама улыбаясь. Они подошли, и теперь она с любопытством рассматривала Анилу.

– Здравствуйте! – поздоровалась она.

– Анила, познакомься это моя мама Ольга Петровна, а это мой отчим Фрэнк Эленгей. Мама, Фрэнк, это Анила. Моя знакомая.

– Приятно познакомиться! – сказала мама.

– Мне тоже! У вас чудесная девочка! – сказала Анила.

– Девочка? На узи мне сказали, что будет мальчик!

– Врачи ошиблись.

– Прекрати! – шепотом сказал я Аниле.

– Нам пора домой, Оля устала за день, – сказал Фрэнк.

– Конечно, поехали, – сказал я, взял за руку Анилу и пошел к машине. Все пошли за мной. Только мы заехали в ограду как Грей как сумасшедший начал лаять и кидаться на машину. Анила косо на меня посмотрела.

– Откуда я знал, я думал, ты не вернешься, – и вышел из машины. Мама тоже вышла и начала спрашивать, что случилось с собакой, на что я сказал, что у Анилы аллергия и повел пса в вольер. Мама пошла за мной.

– Виктор, что случилось? Кто эта девушка?

– Я же сказал, знакомая.

– Ну и зачем тогда ты убираешь собаку?

– Чтобы она могла выйти из машины!

– Зачем она же знакомая? – я ничего не ответил.

– Знаешь, как говорят, собака на добрых людей кидаться не будет! – она развернулась и ушла. Я вернулся к машине, Анила продолжала сидеть на сидение.

– Ты выходить будешь?

– Мама права. Я лучше вернусь в отель.

– Какой смысл в нашем договоре, если ты будешь жить в отеле? Что ты там будешь делать одна?

– Ждать когда у тебя появится свободное время.

– У меня нет времени. Не забыла? У меня нет завтра! – крикнул я, и отошел от машины.

   Я не понимал, что со мной происходит, хотелось налететь на нее с вопросами, где она была, почему не предупредила, и в тот же момент мне казалось это глупым, кто я ей такой, чтобы спрашивать? Успокоившись и отдышавшись, я снова подошел к машине и открыл дверь с ее стороны.

– Давай так договоримся, раз у нас договор. Ты живешь у меня! Ты предупреждаешь меня, если куда-то уходишь! Идет?

– Ты этого хочешь?

– Да, – и я протянул ей руку. Она положила в мою руку свою и вышла из машины. В гостиной и кухне никого не было.

– Ты маму ищешь?

– Ну да.

– Они наверху, Ольга Петровна устала и лежит на кровати. Но жутко хочет, есть, а муж разминает ей ноги.

– С чего ты решила?

– Я знаю. А еще через три месяца у них родится здоровая и крепкая девочка, – произнесла она это будничным тоном. Я вздохнул, все-таки соседство с ней мне дастся нелегко.

– Тогда пошли готовить! – и, взяв ее за руку, я потянул ее на кухню. Надел ей фартук.

– Будешь резать овощи, – подал ей нож, разделочную доску, перец и помидоры.

– Я? – выпучив глаза, она смотрела на меня.

– Конечно, я один не справлюсь.

– Может, закажем еду домой?

– Реж я тебе говорю.

   Она постояла, посмотрела на нож, на овощи и начала резать, каждую минуту отвлекая меня вопросами. Вначале я злился, но отвечал, а потом, вспомнив, что она это, ни разу не делала, успокоился и даже показывал как именно резать. Когда у нее все было готово, я показал, как и чем заправлять, сколько солить. А потом мы все это перемешали. Получился вкусный салат. Мама зашла в комнату именно в ту минуту, когда я ложку с салатом подносил ко рту Анилы. Она замерла в дверях, наблюдая за нами. Я сунул ложку ей в рот и отошел.

– Вкусно-то как! – сказала она воодушевленная.

– Ну, еще бы! – сказала мама и все-таки вошла.

– Ты вовремя, у нас почти все готово! – сказал я. И стал раскладывать еду по тарелкам. В молчании поужинать не получилось, мама не унималась с вопросами.

– А где вы познакомились?

– В парке, – ответил я.

– И как вы давно знакомы?

– Уже полторы недели, – сказала Анила.

– Понятно. Уже темнеет, вам, наверное, далеко до дома?

– Нет, я живу у Виктора.

– Вот как! И давно вы съехались?

– Сегодня.

– Да, это давно. А где ваши вещи?

– У Виктора в спальне, – сказала богиня, а я чуть салатом не подавился. Мама смотрела на меня с какой-то жалостью что ли.

– А кто вы по профессии?

– Я?

– Анила тоже фотограф. Она так шутит. Мы уже очень давно знакомы. Мне просто не было времени все рассказать.

– Угу, – сказала мама.

   После ужина мама попросила меня выйти и прогуляться с ней во дворе, а Алина и Фрэнк помоют посуду. Настоять что это неудачная идея не получалось и пришлось уйти.

   Мы вышли на террасу как мама начала свои нотации.

– Да о чем ты думал? Кого ты в дом привел! Ты ее совсем не знаешь, уже с ней спишь! Я такого не потерплю, – она говорила и говорила, а я смотрел на нее и слушал. Как же это здорово, что она вот так ругается на меня, как же мне этого не хватало! Я не успел ей это сказать, как на кухне что-то упало и разбилось, потом еще и еще. Я развернулся и побежал на кухню. Фрэнк стоял и смотрел на разбитые чашки, а Алина в перчатках пыталась поймать очередную тарелку, в намыленных перчатках она выскальзывала из рук  и пыталась сбежать, когда я переступил порог, тарелка все-таки упала и снова разбилась. Я, улыбаясь, смотрел на Анилу, а у нее был такой печальный вид. Словно ее сейчас приговорят за эти тарелки.

– Так это же к счастью! – сказал я и подошел к ней, взял из раковины чашку и тоже кинул на пол, с грохотом она разлетелась на осколки. Богиня подняла на меня глаза, я улыбался.

– К счастью? – спросила она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.