Дж. Уайлдер
Правила игры

J. Wilder

RULES OF THE GAME

Copyright © 2023 by J. Wilder

© Никулина Н., перевод на русский язык, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Мои читатели. Спасибо вам миллион раз. Вы изменили мою жизнь, и я не могу выразить словами, как сильно ценю вас.

Участники моей группы в социальных сетях. Спасибо вам за то, что прошли со мной этот творческий путь. Было так весело создавать это сообщество вместе с вами.

Примечание автора

Я надеюсь, вы любите Лукаса так же сильно, как и я!

XO-XO-XO-XO

Тропы:

• «Лучший друг брата»

• «Тайный друг по переписке»

• «Ревность»

• «Тоска друг по другу»

• «Испытываешь страдания, после которых наступает радость»

Триггеры:

• Смерть близкого человека

• Описания утраты и горя

Плейлист

Прослушайте полный плейлист здесь.

I Think I’m In Love – Kat Dahlia

That Part – Lauren Spencer Smith

Always Been You – Jessie Murph

Say You Won’t Let Go – James Arthur

Just The Way You Are – Bruno Mars

Rewrite The Stars – Maddi Jane

Night Drive – Henry

Lose You To Love Me – Selena Gomez

Happier – Marshmellow, Bastille

Drivers License – Olivia Rodrigo

When We Were Young – Adele

Hate U Love U – Olivia O’Brien

If The World Was Ending – JP Saxe, Julia Michaels

All Too Well (10 min) – Taylor Swift

Say Something – A Great Big World, Christina Aguilera

You Broke Me First – Tate McRae

Demons – Boyce Avenue, Jennel Garcia

Figure You Out – Voila

Boyfriend – Dove Cameron

Too Good At Goodbyes – Sam Smith

Mercy – Shawn Mendes

Perfect – Ed Sheeran

Can I Be Him – James Arthur

Thinking Out Loud – Ed Sheeran

Пролог
Пайпер

7 лет

Мы здесь всего один день, а Маркус уже нашел себе друга. Он подружился с Джексом, нашим новым соседом, и играл с ним в хоккей на дороге, пока я торчала дома. Мне нравился спорт – футбол я просто обожала, но хоккей терпеть не могла совершенно.

Я бродила кругами по дому и, минуя кухонный островок, каждый раз оказывалась в гостиной, где мама распаковывала на полу коробки, а затем их убирала. Все говорили, что я похожа на нее – светловолосая, с голубыми глазами, но теперь, когда мне пришлось остричь большую часть волос, я считала, что больше похожа на своего брата.

Когда я в пятый раз обошла весь дом, мама возмутилась и посмотрела на меня.

– Почему бы тебе не сходить к папе в гараж? Спорим, что он уже достал твой велосипед.

– Правда?

Я не могла скрыть волнения. Мама не отходила от меня ни на шаг с момента пожара, но, по-видимому, все, что от меня требовалось, – это покружиться вокруг нее миллион раз, чтобы надоесть ей.

Папа был в гараже, также разбирая коробки. Заметив меня, он улыбнулся.

– Привет, милая. Что собралась делать?

– Мама сказала, что я могу покататься на велосипеде.

Он нахмурил густые темные брови и наморщил лоб, выпрямившись во весь рост.

– Ты уверена, что мне не нужно позвать твоего брата?

При мысли о том, что отец заставит Маркуса вернуться домой только для того, чтобы развлечь меня, у меня заболел живот.

– Уверена.

– Хорошо.

Он помог мне надеть шлем и придержал велосипед, пока я не села на него. Несмотря на то что я научилась кататься несколько лет назад, я все еще не могла поймать равновесие. Папа похлопал меня по шлему.

– Будь недалеко от дома, хорошо?

– Хорошо, пап.

Я широко улыбнулась ему и сделала первое движение, направляя велосипед вперед. Он закачался, и я крепче сжала руль, начав крутить педали, чтобы он перестал вилять.

Я проехала по тротуару вниз по нашей улице и завернула за угол. У каждого дома была ярко-зеленая лужайка, а рядом с крыльцом были высажены цветы всех моих любимых оттенков. Куст, который, должно быть, был одного роста со мной, начал раскачиваться, и с его ветвей посыпались листья. Мой желудок сжался, когда я подъехала ближе.

Мальчик моего возраста с широкой улыбкой на лице вдруг показался из листьев. Его темные волосы были растрепаны по бокам, и даже с такого расстояния я могла видеть, что его теплая смуглая кожа усыпана веснушками. Я никогда раньше не считала мальчиков симпатичными, но другие слова совершенно не приходили на ум.

Отвлекшись, я не заметила ямку на дороге, и мой велосипед резко затормозил, а я с криком перелетела через руль. Все произошло слишком быстро, поэтому у меня не получилось выставить руки вперед, и я, проехавшись лицом по тротуару, почувствовала жжение. Слезы потекли по моим щекам, вызванные болью, от которой содрогнулось все тело.

– Ты в порядке? – Маленькие ручки коснулись моего плеча, поднимая меня, и я прижалась к теплому телу. Мальчик осторожно погладил меня по щеке и посмотрел широко раскрытыми глазами, говоря, что со мной все будет нормально. Я икнула, и он рассмеялся, не отрывая от меня глаз.

– Все хорошо, не бойся.

Я не могла отвести взгляд от его светло-карих глаз с золотой каемкой.

– Мне было больно.

– Я верю. Эй, я и не знал, что по соседству живет такая смелая девочка. Ты бы видела, сколько воздуха ты набрала, прежде чем упасть. Это было невероятно.

Он одарил меня глупой улыбкой, и я медленно перевела дыхание.

– Я Лукас. Ты местная?

– Я только недавно переехала. – Я повернула голову и показала на дом позади себя. – Вот туда.

Он рассмеялся.

– Это мой дом.

Мои щеки вспыхнули, и я отвела взгляд.

– Нет, я имею в виду тот, что с другой стороны.

Он посмотрел на свой дом, а затем снова на меня с широкой улыбкой.

– Хочешь быть друзьями, Убивашка?

– Да.

– Малявка, что с тобой случилось?

Маркус бросил свой велосипед и подбежал к нам, а его друг Джекс последовал за ним.

– Ты в порядке?

Я кивнула и, оттолкнувшись от земли, встала, не обращая внимания на жжение от царапин на коленях и руках.

– Да, я упала, но сейчас все в порядке.

– Мама искала тебя. Она хочет, чтобы ты вернулась домой. – Маркус наклонил голову, оглядывая меня. – Тебе лучше поторопиться, иначе она будет злиться.

Лукас придержал для меня велосипед. В животе словно запорхали бабочки, когда я забрала его у него. У меня появился новый друг.

– Хочешь зайти к нам?

– Мама запрет тебя дома, малявка, поэтому он не станет этого делать.

Я уставилась на Лукаса, надеясь, что он пойдет со мной. Мы только что решили быть друзьями, но бабочки исчезли, когда его внимание переключилось на моего брата, который жестом позвал его с собой.

– Я Маркус. Хочешь поиграть с нами в хоккей?

Лукас сразу же отвернулся от меня.

– Но я не умею.

– Мы тебе покажем, – добавил Джекс.

Лукас пожал плечами и мягко улыбнулся мне.

– Поиграем с тобой позже.

Я фыркнула и отправилась домой – за один день у меня получилось потерять своего первого друга.

Глава 1
Пайпер

Год назад Лето перед колледжем

– Мне светлого пива, а ей бокал пино нуар, – сказал Джейден официанту.

Я, слегка улыбнувшись, поблагодарила мужчину, прежде чем он отошел, чтобы принести нам напитки.

Мы с Джейденом встречались уже месяц, и я была рада, когда он пригласил меня в ресторан, в который невозможно было попасть даже в будние дни. Стены в «Неро» были украшены фресками с изображением итальянской сельской местности, а в воздухе висел запах чеснока.

Джейден наклонился ко мне через стол.

– Я соскучился по тебе за эти дни.

Волна мурашек прокатилась по моей спине. Я прикусила нижнюю губу, ощущая, как по щекам разливается тепло. У меня не было уверенности в своих чувствах, но мне нравилось быть желанной.

На следующий день после того, как мы переспали, ему пришлось уехать по работе, но все это время он не переставал звонить мне. Сейчас же он внимательно смотрел на меня, слегка прищурившись, отчего у меня пересохло во рту.

– Вот, пожалуйста, мисс. – Официант поставил передо мной бокал, избавив меня от необходимости отвечать.

– Спасибо.

Я снова едва заметно улыбнулась и едва удержалась, чтобы не схватить бокал и сделать большой глоток. Джейден заказал мне пасту «Альфредо», и я на всякий случай полезла в сумку за таблетками лактазы[1].

Как только официант ушел, мужчина наклонился ближе и провел пальцами по моему запястью, прежде чем переплести их с моими.

– Итак, красотка, ты придешь сегодня вечером?

Я отдернула руку, чуть не опрокинув свой бокал, и неловко улыбнулась, пока он ждал ответа. Не то чтобы я не хотела приходить: в прошлый раз все было хорошо, но что-то все равно смущало меня. Его пристальный взгляд задержался на моих губах, и я с трудом сглотнула, чувствуя, что обязана ответить.

– Да, конечно.

– Ты такая симпатичная, когда краснеешь.

Он провел языком по своим верхним зубам и ухмыльнулся мне.

Я почувствовала, как мои щеки запылали сильнее, и вспомнила нашу с ним последнюю встречу.

– Джейден! Что ты здесь делаешь?

Я оторвала взгляд от тарелки с хлебом, когда к нашему столику подошла сногсшибательная брюнетка, смотря своими ясными зелеными глазами на меня сверху вниз. Она и Джейден выглядели так, словно были созданы друг для друга: ее белое платье с завязками и простые туфли идеально сочетались с его рубашкой с открытым воротом.

Взгляд мужчины быстро метнулся в мою сторону, а затем обратно к ней, и к его лицу медленно стала подступать краска. В моем животе возникло неприятное чувство, когда девушка положила руку ему на плечо и провела накрашенными красными ногтями по его песочно-светлым волосам.

– Я думала, ты вернешься только в воскресенье, – шикнула она ему.

Паника исказила его красивые черты лица так же быстро, как и холодный озноб охватил все мое тело, пройдя через сердце, вниз по рукам и до самых кончиков пальцев. Я крепче сжала бокал с вином. Это было ошибкой, верно? Я так и подумала. Джейден был моим… ну, может быть, мы и не обсуждали, кем мы были друг для друга, но это определенно было чем-то большим, чем обычные друзья.

У нас ведь даже был секс на прошлой неделе.

Ладно, что-то вроде секса – он определенно кончил тогда.

Я нервничала и находилась в полной растерянности, отчего у меня в голове все перепуталось. Черт, еще и его симпатичная девушка смотрела прямо на меня, как будто ждала увидеть на моем лице ответы на все ее вопросы.

Прости, подруга. Я так же ничего не понимаю, как и ты.

Я взглянула на Джейдена, с любопытством ожидая его ответа. Когда я увидела его виноватое выражение лица, мое опустошение быстро сменилось гневом, а затем переросло в разочарование. Я стала холодна и неприступна, словно Снежная королева. Когда он собрался раскрыть свой рот, из которого бы вырвалась какая-то глупость, я резко поняла, что мне наплевать на все его оправдания. Все было кончено, и никак иначе. Теперь я просто хотела уйти отсюда.

Я сохраняла спокойствие, в то время как он все больше начинал паниковать. Мне казалось, будто я отделилась от своего тела, наблюдая со стороны за происходящим и с нетерпением ожидая момента, когда он попытается выпутаться из этой ситуации. Если рассуждать логически, то я должна была ощущать гнев, разочарование или, может быть, пустоту внутри после того, как узнала, что у парня, с которым встречалась, явно была другая девушка. Но Джейден продолжал молчать, и то, как он по-идиотски впал в ступор, лишь смешило меня.

Взгляд его подружки метался между ним и мной, словно наблюдая за шариком для пинг-понга, пока наконец не остановился на нем. Мужчина просто сидел, открывая и закрывая рот, словно выброшенная на берег рыба.

Мои пальцы сжимались и разжимались, а зубы скрежетали, пока я закатывала глаза от его неспособности связать два слова.

– Не могу поверить, что когда-то считала тебя порядочным парнем.

Я отодвинулась от стола, и ножки стула заскрипели, привлекая внимание всего ресторана. Мои щеки вспыхнули от пристальных взглядов посетителей, и мне захотелось сбежать отсюда. Глаза его девушки покраснели и затуманились, и все комичное, что было в этой ситуации, исчезло. Я сразу же почувствовала укол вины в груди.

– Я не знала, – сказала я, надеясь, что она разглядит искренность на моем лице.

Слеза скатилась по ее щеке, и она спросила:

– Как давно вы вместе?

Разъяснений не требовалось: этот придурок явно водил ее за нос.

– Месяц, – твердо ответила я, а затем встала, положив обе ладони на стол, и наклонилась над Джейденом. Не отводя от него глаз, я взяла свое вино, взболтала темно-красную жидкость в бокале, а потом спросила:

– Ты встречался с нами обеими, Джейден?

Он ухмыльнулся, его взгляд метался от меня к его второй девушке.

– Я думаю, вас обеих просто было недостаточно, чтобы удовлетворить мои потребности.

– Неправильный ответ.

Злость разлилась по моим венам, и в голову пришла восхитительная идея. Я подняла бокал и вылила содержимое на его идеально уложенные волосы.

Джейден выпрямился, но вместо того, чтобы посмотреть на меня, он взглянул на девушку, стоявшую справа.

– Эй, ты же знаешь, что мне жаль, верно?

Это не должно было волновать меня. Я все равно не хотела, чтобы он вернулся ко мне, но почему-то то, что он выбрал ее у меня на глазах, заставило мое сердце покрыться трещинами.

Девушка придвинулась ближе, и я развернулась на каблуках, хватая свою сумку со стула, прежде чем заметила, как ее забавляет его чушь. Я надеялась, что она быстро все осознала, потому что этот парень никак не мог измениться. Я задержала дыхание, стараясь взять себя в руки, и поспешила выйти из ресторана. Мое тело ныло от желания сбежать, подпитываемое чувством смущения, но я не сбавляла шага и высоко держала голову.

Мне хотелось верить, что Джейден беспокоился о моем состоянии. Хотелось, чтобы он знал, как мне на все плевать. Но для начала мне нужно было убраться подальше.

Сделав еще несколько шагов, я вышла из ресторана на теплый летний воздух. Даже ночью из-за влажности моя одежда прилипала к коже, а локоны, которые я старательно укладывала, стали пушиться. Дорога подсвечивалась уличными фонарями, а проезжающие мимо меня машины сильно гудели.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, не обращая внимания на легкую дрожь. Мне просто нужно было попасть домой раньше Маркуса и остальных ребят: я сказала всем, что иду к Шане, потому что планировала остаться дома у Джейдена. И если бы меня сейчас заметили, у них возникли бы вопросы.

Слава богу, ребята не знали о Джейдене, иначе они бы никогда не оставили меня в покое. Я уже слышала голос Маркуса в своей голове, говорящий мне, что он меня предупреждал. Хотя брат был всего на одиннадцать месяцев старше меня, он относился ко мне так, словно Бог создал его, чтобы оберегать меня. Маме удалось договориться, чтобы меня приняли в школу на год раньше, так что мы даже учились в одном классе. Он не должен был обращаться со мной как с маленьким ребенком, но это не мешало ему без конца твердить о том, какие все парни придурки и что меня нужно защищать от них. Я подавила возмущенный вздох, сложно было представить, сколько раз он скажет: «Я же тебе говорил».

Не то чтобы я не знала, что парни могут быть придурками, но нечего быть чертовыми сексистами, думая, что я не справлюсь с ними. Догадываетесь почему? Девушки тоже умеют быть злыми.

Проклиная себя за то, что не приехала на машине, я побрела по тротуару к своему дому, находившемуся всего в нескольких километрах отсюда. Мне оставалось пройти еще два квартала, а после нужно было свернуть направо, на извилистую мощеную дорожку.

Справа от меня шевельнулась чья-то тень, вырывая меня из моих мыслей и заставляя мурашки пробежать по моей спине. Я напрягла глаза, вглядываясь в темноту между двумя зданиями ресторанов, но уличный фонарь освещал только первые несколько метров.

На мгновение я застыла на месте, прислушиваясь к звуку собственного дыхания, эхом отдававшемуся в моих ушах. Через минуту енот высунул голову из-под мусора, и мои плечи слегка расслабились.

Трезво рассуждая, я понимала, что это та же самая улица, по которой я бегала каждое утро, и вероятность того, что что-то пойдет не так, близилась к нулю. Но годы нравоучений о том, что нельзя гулять ночью одной, давали о себе знать, и от этих мыслей меня охватила дрожь. Я набрала Шане, надеясь, что она поговорит со мной по дороге домой, но сразу же услышала автоответчик. Ничего удивительного. Пусть хотя бы ее вечер пройдет лучше моего.

Мои пальцы крепче сжали телефон, и я стала взвешивать все варианты. Я не могла позвонить Маркусу, даже не хотела думать о том, как пройдет этот разговор. Но я не могла перестать чувствовать мурашки на своем теле от того, что я была здесь совершенно одна. Было даже не так уж поздно, около девяти вечера, но как только я прошла район с ресторанами, не проехало ни одной машины, а большинство магазинов были закрыты. Мной овладела паника, и я раздраженно выдохнула, разблокировав свой телефон.

Был еще один вариант, но было трудно оценить, будет это лучше или хуже разговора с моим братом. С одной стороны, он был бы рад отчитать меня, но, с другой стороны, я знала, что он не скажет мне ни слова. Так что у меня был выбор: продолжить психовать или позвонить лучшему другу моего брата и послушать нравоучительную лекцию.

Я глубоко вздохнула и набрала номер Лукаса.

Глава 2
Лукас

Я вернулся домой из спортзала, а дверь моего гаража была распахнута настежь, пока из колонок лилась песня Уитуса Teenage Dirtbag. Джекс, должно быть, взял на себя полномочия диджея – он всегда любил музыку девяностых. Когда я оказался в гараже, то увидел, как он развалился на диване, вытянув ноги, как будто это место принадлежало ему, и смотрел что-то в своем телефоне.

Маркус заметил меня первым. Его светлые волосы упали на глаза, когда он подобрал шайбу и без особых усилий попал в мишень, прикрепленную к верхней части сетки.

– Эй, приятель, где ты пропадал? Я успел надрать Джексу задницу, пока целый час отрабатывал наши броски.

Он развернулся и отвесил нам поклон. Маркус был одновременно сильным и безумным. Я не сомневался, что именно поэтому он был так хорош на льду.

– Отвали, чувак, – запротестовал Джекс, даже не оторвав взгляд от телефона. Я улыбнулся, увидев, как они препираются, словно сто лет были уже в браке.

Много лет назад мой отец оборудовал в гараже крытую тренировочную площадку. Пол был покрыт специальным белым пластиком, имитирующим поверхность льда, а стены были защищены толстыми фанерными панелями, что позволяло нам забрасывать шайбу, не беспокоясь об ущербе. В центре помещения находилась стандартная сетка, где сейчас Маркус сбивал мишени одну за другой.

– Что-нибудь слышно от Саманты? – спросил Маркус, не отвлекаясь от тренировки.

Саманта была обычной приставучей фанаткой, которая не давала мне прохода последние два месяца. Жаль, что меня она абсолютно не интересовала. Девушка, бесспорно, была горячей, но она переспала почти со всеми в команде, в том числе с Джексом и Маркусом. И я не собирался подбирать объедки за этими парнями, и они, черт возьми, знали это и подкалывали меня при любой возможности.

Джекс придвинулся ближе, смена темы привлекла его внимание, а его губы растянулись в злой усмешке.

– Черт, чувак, ты упускаешь главное. Она потрясающе делает минет.

Маркус непринужденно рассмеялся, поставив свою клюшку на пол.

– Как же я забыл? У нее свой подход – называется «обхвати и облизывай».

Джекс застонал и откинул голову назад.

Я подавил смех.

– Да пошли вы, ребята.

Джекс подмигнул мне.

– Да ладно, чувак. Уже нельзя посплетничать с друзьями? Плюс с каких это пор ты стал таким привередливым?

Я не хотел отвечать на вопрос, потому что знал, к чему это приведет. Они бы стали спрашивать, каково это – жить год без секса. Я не лгал, но позволял им верить в то, во что они хотели. Правда же заключалась в том, что меня перестали интересовать девушки после того, как я увидел на заднем дворе Пайпер в розовом бикини – оно едва прикрывало ее ягодицы. В тот момент мне пришлось скрыть свое возбуждение, прежде чем Маркус убил бы меня за то, как я на нее смотрел.

Следующие две недели я провел, фантазируя о ней, представляя себе, как туго натянулся верх ее бикини и соскользнул в сторону, обнажив нежно-розовый край ее соска. Это воспоминание навсегда запечатлелось у меня в памяти.

Маркус хлопнул в ладоши, и на его лице появилась озорная улыбка.

– Мы должны выйти на охоту.

– Да пошло это все, – запротестовал я, рухнув на диван, и попытался принять расслабленный вид, хотя ощущал я себя совсем иначе. Я бы не смог сдержать это в тайне, если бы они продолжали докапываться до меня.

Джекс буквально подавился от смеха и обнял меня за плечи.

– Ты прикалываешься? Ты выиграл два матча подряд. Так что перестань сливаться.

Я не мог спорить с ним, не выдав при этом себя. Мы устраивали эту игру с десятого класса, после того как Маркусу впервые помастурбировали. Теперь это стало своего рода летней традицией, которая с каждым годом набирала обороты, грозясь рано или поздно окончательно выйти из-под контроля. Но я не мог им этого сказать. Они слишком сильно хотели секса.

– Как скажешь, чувак, – пробормотал я.

Маркус вгляделся в мое лицо и слегка склонил голову набок. Он знал меня слишком хорошо.

– Решено. Нам нужны новые правила. Это становится слишком просто. – Он пересек комнату и подошел к огромной белой доске, записав наши имена в столбик. – За каждую девчонку, которую вы подцепите, вы получите балл. Тот, у кого будет больше всего очков к концу июля, победит.

Джекс сделал большой глоток «Гаторейд»[2] из своей белой спортивной бутылки. Его футболка прилипла к коже, а кончики взъерошенных волос были влажными от пота после бесчисленных тренировочных бросков.

– Новое правило. Считаются только перепихоны. Никакого второго раза. Не имеет значения, сколько раз вы переспите. Одна девушка дает ровно один балл, придурки.

Я вздохнул и провел ладонями по лицу.

– Отлично. Что-нибудь еще, пока я не надрал вам задницы?

Я старался говорить как можно увереннее, хотя и знал, что уже проиграл.

– Да, никаких ночевок, – добавил Джекс, и Маркус расхохотался. Это было неудивительно. Маркус славился своими тайными вечеринками с ночевкой, но у Джекса был пунктик насчет того, чтобы девушки сами хотели остаться на ночь. Но их это не волновало. Никогда.

– Что, если мне нравится обниматься? – ответил Маркус, но я знал, что он не возражал по поводу этого правила. После объятий девушки всегда становились прилипчивыми, и для всех это было только на руку.

Лицо Маркуса резко стало серьезным.

– Последнее правило. Держитесь, черт возьми, подальше от моей младшей сестры.

– Я бы хотел посмотреть на твое выражение лица, но никто из нас не поглядывает на твою сестру. Так что расслабься, друг, – ухмыльнулся Джекс.

Я кивнул, когда взгляд Маркуса переместился на меня.

– Ставки те же. Победитель всегда сидит со мной на переднем сиденье. Проигравшие покупают выпивку до конца года.

Следующий час мы по очереди отрабатывали финты, пока я не взмок от пота. Я снял футболку, но это не помогало спастись от летней жары. У меня особенно хорошо получался «Мичиганский гол», когда нужно было подбросить шайбу на плоский край клюшки и попасть в сетку через плечо вратаря. Поскольку это выполнялось с задней стороны сетки, у вратаря не было шансов провести блокирующий удар.

Я отпил из своей бутылки, прижав губы к горлышку, и стал следить, как ребята отрабатывают броски. Они оба были нападающими, и их навыки были убийственно крутыми. Как защитник, я больше разбирался в приемах позиционирования и схемах игры. Однако это не помешало мне прийти к ним и уделать их.

Мой телефон зазвонил, и на экране высветилось имя Пайпер. Почему она мне звонила? Я взглянул на Маркуса и направился к двери, ведущей в дом.

– Я скоро вернусь. Надо сбегать за молоком для мамы.

Парни мне не ответили, слишком увлекшись соревнованием.

Закрыв за собой дверь, я ответил на звонок от сестры Маркуса.

– Убивашка?

Глава 3
Пайпер

– Убивашка?

Я услышала голос Лукаса, и все эмоции, которые я сдерживала в себе, резко вырвались наружу. Тихий, полный боли звук невольно сорвался с моих губ, прежде чем я смогла подавить его. Получается, что мне было не все равно, просто я умела правильно расставлять приоритеты. Я моргнула сквозь жгучие слезы, не разрешая себе плакать из-за этого человека.

– Пайпер? Ты в порядке?

Даже сквозь помехи я смогла расслышать панику в его голосе.

Я хотела сказать что-нибудь смешное. Что-нибудь, о чем мы бы поговорили по пути, но при этом без намека, что я расстроена.

– О, да брось, разве я не могу позвонить тебе, просто чтобы узнать, как дела?

– Не лги мне. Где ты?

Я с трудом сглотнула, беспокойство в его голосе только больше расстроило меня, оголив мои слабости после случившегося.

– Мы можем не говорить об этом?

На другом конце провода повисла долгая пауза, прежде чем он ответил.

– Конечно, Убивашка. Только скажи мне, где ты.

– Я подхожу к Кэмбер-стрит. Просто поговори со мной, пока я не доберусь дотуда, хорошо?

– Откуда идешь домой?

Его голос прозвучал резко, и я поняла, что он не поверит мне, если я совру, что была у Шаны.

Я выдохнула, готовясь выслушивать его упреки.

– Из ресторана «Неро».

– Ты была на свидании?

Сказанные слова прозвучали напряженно, почти что тихо. Сердце сдавило в груди от того, как сильно хотелось, чтобы это что-то значило. Но за одиннадцать лет, прошедших с тех пор, как сгорел мой дом и мы стали соседями, он никогда не давал повода подумать, что хотел быть больше чем просто друзьями.

Но всякий раз, когда я была близка к тому, чтобы поговорить с ним, он всегда куда-то исчезал, ровно настолько, чтобы я успела струсить.

– Пайпер?

Я вздохнула.

– Да, я была на свидании.

– С кем? – В его голосе звучали такие нотки удивления, что это было похоже на удар под дых.

– Что, ты думаешь, я не могу пойти с кем-то на свидание?

Я пыталась, но не могла сдержать боль.

– Нет, Убивашка. Это не… это не то, что я имел в виду. Это просто…

– Это просто что?

Я выдавила из себя эти слова, скрывая за ними гнев.

Лукас рассмеялся, и я испуганно замолчала.

– Я просто не думал, что у кого-то из нашей школы будет столько смелости, чтобы пригласить тебя куда-то после угроз Маркуса.

Хотя это и бесило меня, но я прекрасно знала, что мой брат, звездный хоккеист нашей старшей школы, повесил на меня табличку «Вход воспрещен». Черт, я провела целое лето, не ходя на свидания, в то время как все парни каждый вечер виделись со своими девушками. Единственное, что делало мое положение менее печальным, так это то, что мне никто не был интересен. По крайней мере, никто, кто обращал на меня внимание.

Так было до тех пор, пока мы не закончили школу и я не увидела, как хоккейные фанатки чувствуют Лукаса за километр, отчего мое чертово сердце просто не выдержало. Не то чтобы я думала, что он девственник, но у меня скручивало живот от боли, когда он бегал за девушками на протяжении целого месяца. Лукас никогда не смотрел на меня так, никогда так не носился за мной.

Но Джейден так делал. С той секунды, как мы встретились в кафе, он не отводил от меня глаз. Он попросил мой номер, выбрал время и написал мне первым. Я все еще не была уверена, нравился ли он мне или я просто волновалась от того, что меня кто-то хотел. Или, по крайней мере, я думала, что он хотел меня.

– Он не ходил с нами в школу. Он старше.

– Насколько старше? – голос Лукаса звучал серьезно.

– Достаточно взрослый, чтобы заказать мне бокал вина сегодня вечером.

Вспомнив о том, что я сделала с этим бокалом, я сквозь слезы втянула в себя воздух. Это были не слезы грусти – это были слезы разочарования, когда хочется бить кулаком по стене.

Голос Лукаса сразу смягчился.

– Боже, Убивашка. Что случилось?

Я медленно вдохнула.

– Я в порядке, ладно? Просто… Просто расскажи, как прошел твой день.

– Что-то у тебя не очень нормальный голос. Лучше расскажи мне, что случилось.

Разочарование и боль в сочетании со смущением и обидой так бурлили во мне, что я была готова потерять терпение. Я буквально боролась с этими чувствами, когда свернула направо на углу улицы, собираясь ответить ему.

– Он…

Я врезалась в чью-то твердую грудь и закричала, отшатнувшись назад.

– Все в порядке. Это я.

Лукас усмехнулся и обнял меня, притягивая к своей груди. Сердце подскочило к горлу, и я глубоко вдохнула знакомый мне парфюм с нотками сандалового дерева и корицы. Я прижалась к его телу, позволяя ровному ритму его сердца успокоить мое, пока он медленными движениями водил рукой по моей спине. Потребовалось несколько мгновений, прежде чем мое сердце перестало бешено колотиться и я смогла отстраниться от него.

– Ты напугал меня до чертиков.

Он продолжал придерживать меня за плечи, а затем ответил низким голосом:

– Я заметил.

Я с трудом сглотнула, когда его глаза цвета виски с густыми черными ресницами начали блуждать по моему лицу.

– Как ты вообще меня нашел? – спросила я.

Лукас пожал плечами.

– Я подумал, что ты выберешь путь с самым быстрым маршрутом.

Момент, когда мы встретились глазами, показался мне слишком интимным. Я опустила лицо и с трудом сглотнула. Мой взгляд упал на его спортивные штаны с низкой посадкой, и мне пришлось бороться с жаром, грозившим залить краской мои щеки. Большинство хоккеистов были привлекательными: было что-то особенное в их огромном росте и от природы самодовольном лице. Честно говоря, это должно было считаться поводом, чтобы держаться от них подальше, но их ред флаги манили девушек больше, чем мотыльков пламя.

Лукас, однако, привлекал меня на совершенно другом уровне: было трудно устоять от вида его широкой груди, которая была в два раза шире моей, и мальчишеских веснушек, проглядывающих на щеках и теплой бронзовой коже.

Его рубашка была расстегнута, как будто он накинул ее, выбегая из дома. Несмотря на то что я видела торс Лукаса бесчисленное количество раз, мой рот наполнился слюной от образов, которые сейчас рисовались в моей голове.

– Что случилось? – повторил он свой вопрос и скользнул теплыми мозолистыми пальцами по моему лицу, приподнимая подбородок. Он наклонил голову и вопросительно приподнял бровь. Будь это кто-нибудь другой, я бы унесла сегодняшний вечер с собой в могилу, но я никогда не смогла бы отказать ему, как бы унизительно это ни было.

Я отвернулась и сосредоточила свое внимание на зеленой траве, торчащей из трещин в асфальте, расправляя плечи.

– Я встречаюсь с одним парнем чуть больше месяца. Он…

Лукас напрягся, и его рука крепче обхватила меня, прерывая то, что я собиралась сказать дальше. Его грудь несколько раз поднялась и опустилась, прежде чем он заговорил:

– Что он сделал?

Слезы гнева вновь подступили к моим глазам, и я покачала головой. Я не хотела рассказывать ему, как занималась сексом с этим придурком, только чтобы через неделю узнать о том, что у него есть другая. Или рассказывать о том, как я должна была накричать на него, но вместо этого я убежала. Я шмыгнула носом и пошатнулась на каблуках, но Лукас крепче обнял меня, притягивая к своей груди.

Он помедлил, прежде чем его голос стал грубее, чем раньше.

– Ты не обязана говорить мне, если не хочешь.

Я прижалась к нему всем телом, перемещая на него большую часть своего веса. Вот почему я позвонила Лукасу, несмотря на его чрезмерную заботу. Казалось, он всегда знал, что мне нужно, и прямо сейчас мне было необходимо забыть обо всем этом. Я подняла глаза, изо всех сил стараясь выдавить из себя улыбку.

– Лукас, мне стало бы намного легче, если бы мы больше никогда не упоминали о сегодняшнем вечере.

Он на секунду взглянул мне в глаза, прежде чем его губы изогнулись в улыбке.

– Ты ведь знаешь: если ты скажешь мне, кто он, я надеру ему задницу.

Мне сразу же стало легче в груди. Порой было приятно осознавать, что у меня есть друзья, которые прикроют в трудный момент, и тихий смешок сорвался с моих губ.

– Я вылила на него свой бокал вина.

Смех Лукаса отдался вибрацией в моем теле, и он опустил руки, прежде чем мягко коснуться нижней части моего подбородка указательным пальцем.

– Вот это моя девочка.

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на низкий тембр его голоса, но от того, как он произнес «моя девочка», словно я действительно принадлежала ему, тепло разлилось по моим венам и поползло вверх по шее. Я издала приглушенный мурлыкающий звук, и его глаза потемнели, опускаясь на мои губы. Я не могла дышать, боясь испортить момент. Мы стояли так близко друг к другу, что его дыхание смешивалось с моим, а на его щеке подергивался мускул. Тяжесть влажного воздуха усилилась из-за напряжения вокруг нас, как будто даже ночное небо знало, насколько важен этот момент. Лукас не сокращал расстояние между нами, но и не отходил назад.

Если я хотела поцеловать его, мне нужно было быть храброй, а я хотела этого чертовски сильно. Я сглотнула, облизывая губы, и осторожно приподнялась на цыпочки. Мои губы едва коснулись его, прежде чем он отпрянул и отвернулся, как будто ничего не случилось. Мои щеки покраснели, когда я впала в ступор, а внезапно горячий воздух показался мне холодным на моей разгоряченной коже. В глазах начала снова скапливаться влага, и я отвернулась, чтобы он не заметил.

Лукас отошел еще дальше, и мы встали друг напротив друга, смотря прямо на дорогу. Вся естественная интимность в его голосе сменилась на шутливый тон.

– Пошли, пока твой брат не убил нас обоих.

Глава 4
Лукас

Сделав едва заметный вдох, я старался не дать свежему аромату зеленых яблок проникнуть внутрь, пока мы с Пайпер молча шли в сторону дома. Воздух вокруг нас казался густым и тяжелым от несказанных слов. Я покосился на ее черное платье, которое доходило до середины бедра, замечая, как с каждым шагом все больше обнажалась ее загорелая кожа. Я видел ее подтянутые мышцы, четко очерченные икры и ногти на ногах, которые сочетались с синим цветом ее глаз. Она была всем, о чем я когда-либо мечтал, словно она мое искушение в образе невинного ангела. Я задавался вопросом, знала ли она о том, какую власть имела надо мной.

Когда ее глаза встретились с моими и поймали мой пристальный взгляд, я резко отвернулся и посмотрел вперед. Я не должен был так пялиться на нее. Мы были соседями с семи лет, ее брат Маркус был одним из моих самых близких друзей, а единственным, что разделяло наши задние дворы, был двухметровый деревянный забор. Через год после переезда Адамсов наши родители решили установить ворота, чтобы соединить наши дворики. Я до сих пор благодарю Бога за это, потому что у них был гигантский бассейн, идеально подходящий для таких жарких летних ночей, как эта.

Я отгонял прочь мысли о сексуальной блондинке, которая взбиралась по ступенькам бассейна совершенно мокрая, но которая в данный момент была рядом со мной в этом невероятном платье. Я сжал челюсть и размял шею, наслаждаясь хрустом, с которым я поворачивал ее из стороны в сторону. Мне пришлось взять себя в руки, прежде чем мы добрались до дома.

Я был так близок к тому, чтобы все испортить, когда она вылетела из-за угла, врезавшись мне в грудь, и посмотрела на меня ясными голубыми глазами, покрасневшими от непролитых слез. Я бы сделал все, чтобы стереть из памяти этот взгляд. То, как раскраснелись ее щеки, а грудь вздымалась и опускалась под мягкой тканью, заставляя меня страстно хотеть попробовать ее на вкус. Когда мой взгляд упал на ее накрашенные розовые губы, мне пришлось напрячь мышцы, чтобы не сократить расстояние между нами.

Мне хотелось посмотреть, насколько далеко я смогу зайти и смогу ли я полностью лишить ее способности дышать. Но я не стал бы этого делать, какой бы соблазнительной она ни была.

Мой шаг замедлился, когда мы подошли к дорожке, ведущей к ее дому, и мне совсем не хотелось рушить эту тишину. Она слегка повернулась в мою сторону, ровно настолько, чтобы я приготовился ее слушать, а затем прокашлялась и посмотрела под ноги.

– Спасибо, что помог.

– Не стоит говорить спасибо за прогулку до дома, Убивашка.

Я прикусил щеку, сдерживая улыбку, которая почти заиграла на моем лице. Мне нравился оттенок розового, которым покрывались ее щеки, когда я ее так называл.

Она раздраженно выдохнула, и, хотя она не смотрела на меня, я знал, что она закатила глаза.

– Да, но ты не обязан был этого делать. Так что просто прими благодарность.

Я поднял руки вверх, сдаваясь.

– Хорошо, ты победила. Не за что.

Ее ярко-голубые глаза метнулись к моим, и от улыбки на ее щеке появилась ямочка.

– Ты не хочешь зайти?

Она указала на входную дверь, которая, как я уже знал, была не заперта, поскольку я был здесь бесчисленное количество раз. Дом был почти идентичен моему, из красного кирпича, с черными навесами на окнах и вечнозелеными кустами у крыльца, подстриженными собственноручно владельцем.

– Нет, не сегодня. Парни сейчас у меня дома.

Она отвела глаза, избегая моего взгляда, и я сжал ладонь в кулак, чтобы не протянуть руку и не заставить ее посмотреть на меня.

Я ненавидел разочарование, промелькнувшее на ее лице, прежде чем она изобразила легкую улыбку, совершенно непохожую на ее настоящую. Я хотел сказать ей, что предпочел бы в любой день потусоваться с ней вместо ее брата. Хотел сказать, что те немногие дни, когда она проводила с нами время, были моими любимыми. Но я держал рот на замке, как сделал бы хороший друг, которым я и являлся. После многих лет переездов из города в город у меня никогда не было времени завести настоящих друзей, но в ту секунду, когда Маркус переехал к нам, все изменилось. Он как магнит притягивал всех к себе, и моя скучная и одинокая жизнь наконец-то наполнилась смыслом. Они с Джексом приняли меня как брата, и мы стали неразлучны. Если Пайпер была сестрой Маркуса, значит, она была и моей сестрой, и поэтому, черт возьми, мне не следовало относиться к ней как-то иначе.

– Тогда ладно. – Она повернулась, направляясь по дорожке к своему дому, а затем быстро взглянула на меня через плечо. – Еще раз спасибо.

Но был один жизненно важный вопрос, на который я должен был получить ответ, прежде чем она бы ушла.

– Почему я?

Она развернулась ко мне, наклонив голову.

– Что?

– Почему ты позвонила мне, а не Маркусу? Ты же знаешь, что он забрал бы тебя.

Прошло несколько мгновений, прежде чем она ответила.

– Потому что я хотела, чтобы это был ты.

Боже, как же безумно я хотел быть тем человеком, кому она всегда может позвонить. Опасное чувство охватило меня, и я был обязан подавить его.

– Что ж, в следующий раз позвони ему. Он хотел бы знать о таких вещах.

Пайпер вздрогнула, и мне захотелось забрать свои слова обратно, но она прервала меня прежде, чем я успел что-то сказать.

– Ты же не собираешься ему рассказывать, правда?

Я должен был, но я хотел сохранить ее тайну. Чтобы между нами было что-то, что было только нашим.

– Нет, не в этот раз, но тебе лучше надеяться, что он сам не узнает.

Я заново обошел свой район, выбрав самый длинный путь до дома. Мне нужно было еще немного времени, чтобы собраться с мыслями, пока парни тренировались в гараже.

Джекс поднял голову и оглядел меня, приподняв бровь.

– Принес молоко?

– Хм?

– Для твоей мамы. Принес ей его? – спросил он.

Черт.

– Она позвонила мне, когда я ушел за ним, и сказала, что уже не нужно.

Он склонил голову набок и сморщил нос.

– Как-то странно.

Джекс разглядывал меня несколько секунд, прежде чем стукнуть своей клюшкой по земле.

– Ладно, придурки. Проигравший покупает пиво на выходные.

Неудивительно, что Маркус уделал нас. Может, мы и были хороши в хоккее, но он был будущей звездой спорта. Мы по очереди отрабатывали трик-шоты, пока я не взмок от пота. Устав, я повесил клюшку на ее законное место на стене и схватил футболку.

– Я пошел в душ.

Джекс вскочил с дивана.

– Сейчас только одиннадцать. Ты такая неженка.

Я рассмеялся и ответил:

– Говорит парень, который до сих пор звонит своей маме каждый вечер, когда мы уезжаем в лагерь.

– Пошел ты. Не могу поверить, что ты приплел сюда мою маму.

Я пожал плечами.

– Нечего было лезть первым.

Маркус схватил Джекса за плечо.

– Давай, приятель, пошли, пока он не заставил тебя здесь разрыдаться.

Я стянул с себя прилипшую к телу футболку и оголил мокрый от пота пресс, гордясь тем, что весь мой тяжелый труд на льду наконец принес свои плоды. Я заметил, как Пайпер поглядывала на меня в прошлом году.

Я вздохнул, когда вода из душа охладила меня. Это был идеальный напор, достаточно сильный, чтобы напряглись мышцы, но не слишком сильный для шеи и лица. Я нанес на себя гель для тела и шампунь. Мысли о Пайпер в этом облегающем платье угрожали взять надо мной верх, и я быстро выключил воду, вытерся мягким белым полотенцем, которое выбрала для меня мама, а затем обвязал его вокруг талии.

В моей комнате было жарко из-за открытого окна, и мне следовало бы закрыть его, чтобы кондиционер охладил воздух. Вместо этого я оставил окно открытым на случай, если увижу симпатичную блондинку. Окна нашей спальни выходили друг на друга с тех пор, как она переехала сюда, и мы не раз перекрикивались с ней, когда были маленькими. Свет в ее комнате был выключен, что погружало все вокруг в непроницаемую тьму. С этого ракурса я не мог разглядеть ее кровать, что явно было к лучшему: я не мог обещать себе, что не буду извращенцем и не стану наблюдать за ней. Даже мысль о том, что она спала так близко, сводила меня с ума.

Зная, что не засну, я натянул на себя баскетбольные шорты, бросил полотенце в корзину для белья и направился на задний двор, чтобы побросать мяч в баскетбольную сетку.

Я успел поиграть один тайм, когда вдруг услышал какой-то звук. Сначала он был тихим, но быстро перерос в крик. Я уже протискивался через ворота Пайпер, когда крик стал громче, превратившись почти в визг. Я подбежал к ее окну и перелез через него, наплевав на то, что могут поймать.

Глава 5
Пайпер

Мои легкие горели каждый раз, когда я пыталась сделать неглубокий вдох, а глаза щипало от дыма, который клубился под дверью моей спальни, поднимаясь по стене и заволакивая потолок черным облаком. Я схватилась за дверную ручку, но было слишком горячо, и я отдернула руку. На моей ладони сразу же стали вздуваться волдыри. С губ сорвался крик, а глаза наполнились слезами в тот момент, когда страх пронзил мою грудь. Я звала маму, пока не сорвала голос и он едва не превратился в шепот.

Я звала ее снова и снова, но она не приходила. Никто не отозвался на мой крик. Дым стал темнее, опускаясь все ниже, пока мне не пришлось лечь на пол, но он сгущался слишком быстро. Моя кожа покрылась потом, а розовая ночная рубашка с фиолетовыми сердечками прилипла к шее. С каждым вдохом я чувствовала, как ворот сдавливает горло, душит меня и не дает дышать. Мое тело дрожало, а в комнате было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Я ненавидела темноту: в ней скрывались монстры. Я не понимала, почему моя мама не пришла за мной. Она была нужна мне. Я кричала, но не послышалось ни звука. Я задыхалась, но воздух не поступал в легкие, и в глазах потемнело. Мной овладела паника, и я попыталась встать, но не смогла пошевелиться. С другой стороны двери доносился рев, становившийся все громче. Дверь распахнулась, и пламя вырвалось наружу. Шум был таким сильным, что оглушил меня. Я закричала, когда языки пламени коснулись моей кожи, обжигая руку, но я продолжала лежать на полу, ощущая давящий на себе груз. Крик пронзил душу, вызывая во мне страх, и мое тело задрожало от огня. Мне было так больно.

– Я рядом. Ты в безопасности, – прошептал мне на ухо низкий голос, и я резко проснулась. Сердце бешено колотилось в груди, прежде чем я встретилась взглядом с знакомыми карими глазами. Если бы в комнату попадало чуть больше света, чем от видневшейся через окно луны, я бы с уверенностью могла сказать, что видела в них карамельный отблеск. Вес Лукаса вдавил меня в кровать, но, в отличие от моего сна, его присутствие успокаивало меня, возвращая в реальность. Он провел теплыми пальцами по моих щекам, смахивая с них слезы.

– Ты в порядке. Это был всего лишь кошмар.

Я действительно чувствовала себя в безопасности, его объятия были словно кокон, и я судорожно сделала еще один вдох, прежде чем кивнуть.

– Я в порядке, – сказала я, все еще чувствуя небольшой испуг.

Лукас выпрямился, лишив меня своего тепла, и мне потребовалось все мое мужество, чтобы не притянуть его обратно. Белое одеяло лежало на полу из-за того, как я ворочалась во сне, и я осталась только в одной большой футболке, которую я когда-то украла у него. Если он и знал об этом, то никогда ничего мне не говорил.

Мне было семь, когда сгорел мой дом, и это был не первый раз, когда он забирался ко мне в комнату через окно за последние одиннадцать лет. Вскоре после того, как мы начали жить по соседству, я стала просыпаться в теплых, нежных объятиях и слышать успокаивающие слова о том, что я в безопасности. Дошло до того, что я стала нуждаться в нем, и однажды, когда он ушел, я не могла уснуть. Ходила как зомби и почти не ночевала дома, из-за чего мои родители начали беспокоиться.

– Все хорошо? – спросил Лукас, смотря на меня обеспокоенным взглядом. Он наблюдал за моим лицом, пока я не восстановила дыхание и не смогла сесть. Он спустил ноги с кровати и повернулся ко мне спиной. Я ненавидела эту часть ночи почти так же сильно, как и мои сны. Он никогда не оставался. Даже когда я просила его.

Все, чего я хотела, это чтобы Лукас заботился обо мне. Но я навсегда оставалась младшей сестрой его друга.

Рискнув, я протянула руку и обхватила его запястье своими маленькими пальцами. Я усилила хватку, зная, что он сможет вырваться из нее, если захочет.

– Останься, – сказала я умоляющим голосом.

Он резко вдохнул, и его дыхание вырвалось со свистом, а слова были тихими и напряженными, как будто он выдавливал их из себя.

– Маркус – мой лучший друг. Ты знаешь, что я не могу.

Мои глаза горели от его отказа, но я не сдавалась. На этот раз я не могла его отпустить.

– Пожалуйста.

Он провел рукой по лицу, и его спина поднималась и опускалась с каждым его глубоким вдохом. Я думала, что он уйдет. Думала, что просила слишком многого. Я ощутила страх, что зашла слишком далеко и, возможно, в следующий раз он не придет.

– Только пока ты не заснешь, – сказал Лукас, поворачивая меня на бок, чтобы я была лицом к окну, а он был между мной и дверью. Он заметил, как я смотрела на нее, как будто именно за ней скрывались все мои демоны. Его тепло окутало меня, когда он прижал меня к своей груди и обнял одной рукой. Бледный свет луны делал мою кожу почти прозрачной на фоне его теплого смуглого тела.

Мои веки стали тяжелыми, когда адреналин после ночного кошмара улетучился в безопасности его рук.

– Спасибо.

Я закрыла глаза.

Я могла поклясться, что почувствовала нежный поцелуй в затылок, а его глубокий голос послышался у меня за спиной.

– Всегда.

Приглушенные голоса, доносившиеся снизу, вырвали меня из глубокого сна. Как я и ожидала, половина кровати, на которой лежал Лукас, была пустой. Я не была уверена, во сколько он ушел, но могла гарантировать, что это произошло, как только я заснула. Однако прошлой ночью все было по-другому. Он никогда не обнимал меня так, никогда не оставался после того, как я забывала о кошмаре. Он прикасался ко мне достаточно долго, чтобы я успокоилась, прежде чем отстраниться. В моей груди нарастало ощущение тепла, и я боролась с этим. Умолять кого-то остаться не означало признаться в своей любви. Он чувствовал какую-то странную необходимость заботиться обо мне ради Маркуса, и на этом все заканчивалось. Неважно, сколько раз я мечтала, чтобы все было иначе. Желала, чтобы он видел меня так же, как и я его.

Я заставила себя выбраться из постели, натянула укороченные джинсы и сняла футболку, сменив ее на мешковатую. Мои ровесницы давно перешли на облегающую одежду, которая подчеркивала их фигуру, но всякий раз, когда я пробовала одеться так же, я ощущала неуверенность.

Я стянула с головы резинку, после чего длинные светлые волосы рассыпались по моим плечам, опускаясь на несколько сантиметров выше пояса.

Я спустилась по лестнице, перепрыгивая через каждые две ступеньки, и вошла в гостиную. Наш дом был большим, почти триста квадратных метров, и он находился в районе, принадлежащем верхушке среднего класса. Мои родители не были богатыми, но мы и не испытывали недостатка в деньгах. После пожара я беспокоилась о переезде, но мое волнение длилось недолго. Через несколько дней после переезда Маркус уже познакомился с Джексом и Лукасом, и я следовала за ними, куда бы они ни пошли. Конечно, я скучала по своим друзьям, но не так сильно, как я полюбила новых друзей Маркуса.

Я вошла на кухню и зажмурилась от света, который лился из большого окна, выходящего от нашего бассейна прямо на задний двор Лукаса. Я замурчала, когда почувствовала аромат свежесваренного кофе.

Джекс и Лукас каждое утро завтракали на моей кухне из-за ранних тренировок. Как я и думала, парни сидели на стульях у кухонного островка и завтракали хлопьями. Я была готова поклясться, что они съели целую коробку за один присест. Лукас сидел спиной ко мне, под его рубашкой виднелись рельефные мышцы. На нем была низко надвинутая черная бейсболка и облегающие спортивные штаны. Я с трудом сглотнула, игнорируя жар, вспыхнувший на моей коже, прежде чем кто-то поймал мой пристальный взгляд.

– Доброе утро, мальчики.

– Выглядишь не очень, малявка. Поздно легла?

Ухмылка Джекса подсказывала мне, что он просто дурачился, но это не помешало мне поправить рубашку и убрать волосы за уши. Если под «поздно лечь» он подразумевал ужасные кошмары, то конечно.

– Не называй меня так, – пожаловалась я, зная, что это бесполезно. В ту секунду, когда Маркус произнес это в первый раз, я поняла, что это останется при мне навсегда. По крайней мере, они в основном называли меня мелкой.

– О, да ладно, это же идеально, – вмешался Маркус, накладывая ложками хлопья, похожие на «Лаки Чармс»[3].

Я закатила глаза и села на свободный стул рядом с Лукасом. Он даже не потрудился взглянуть в мою сторону, вместо этого полностью сосредоточился на своих хлопьях, которые напоминали отвратительно полезную мультизерновую кашу. Я схватила коробку «Фрут Лупс»[4] с середины стола и нахмурилась, увидев, что там пусто.

– Эй, кто доел мои хлопья?

Джекс рассмеялся и откусил кусочек чего-то явно разноцветного. Я застонала от отчаяния. Самое худшее в них было то, что они всегда съедали мои продукты, особенно это касалось Джекса. Этот парень пожирал всю еду в доме с тех пор, как в десятом классе подрос на пятнадцать сантиметров.

Электрический разряд пробежал по моей руке, когда локоть Лукаса задел мой. Он подвинул ко мне миску с моими хлопьями.

– Спасибо, – произнесла я почти шепотом, и сердце подпрыгнуло в груди, зная, что он явно позаботился о том, чтобы для меня осталась отдельная порция. Но все общение закончилось на том, когда он просто хмыкнул, едва взглянув на меня. Как кто-то может быть таким милым ночью и становиться таким отстраненным днем?

Маркус перевел взгляд с Лукаса на меня, и его глаза сузились, но затем он расслабил плечи, как будто решил, что беспокоиться не о чем. Он запретил парням встречаться с его младшей сестрой много лет назад, несмотря на мои возмущения, и они восприняли это слишком серьезно. Настолько серьезно, что они распространили этот запрет на всю нашу школу. Слава богу, что мы закончили школу и теперь я могу делать все что захочу. Ну почти…

Я украдкой взглянула на Лукаса, стараясь не выглядеть слишком отчаявшейся, но, по крайней мере, никто не мог контролировать то, с кем я встречаюсь. Джейден был колоссальной ошибкой, но я не собиралась дать ему испортить остаток моего лета.

Я налила миндальное молоко в свою миску, стараясь не смотреть по сторонам. Мне нравилось разделять хлопья на цвета, есть сначала желтые, а в конце голубые.

Я не знала, в какой момент мои чувства к Лукасу переросли из дружбы в помешательство. Честно говоря, это был не первый раз, когда я проснулась после ночного кошмара и Лукас пообещал мне, что со мной все будет хорошо. Раньше мои кошмары мучили меня почти каждую ночь. Мои родители думали, что мне помог наш переезд в новый дом, но на самом деле это был Лукас, который шептал мне, что он рядом и со мной ничего не случится. Я верила ему тогда точно так же, как верю ему сейчас.

Маркус откинулся на спинку стула, и на его губах появилась широкая улыбка.

– Какие у нас сегодня планы?

– У меня тренировка, – сказала я, прожевывая хлопья. После победы на национальном чемпионате средней школы по волейболу я была слишком воодушевлена, чтобы дать себе передышку. Поэтому я присоединилась к летней лиге, как только она открылась.

Джекс отошел от островка и поставил свою миску в посудомоечную машину.

– Ладно, понятно, полный отстой.

Он посмотрел на двух других друзей.

– Чем займемся?

– Я предлагаю поехать к ущелью Элора, чтобы подцепить там несколько девушек. Ведь все знают, что в этом году я выиграю охоту, – быстро ответил Маркус, и Лукас напрягся, сидя рядом со мной.

Я подавилась хлопьями, и все взгляды устремились на меня.

– Не староват ли ты для этого?

Маркус рассмеялся.

– Ты просто злишься, что тебе не дают участвовать.

Я прикрыла глаза, устав от их ерунды про младшую сестру.

– Но я могла бы. И, скорее всего, я бы выиграла.

Рука Лукаса дернулась, и его голос приобрел тихий, приказной тон.

– Не в этой жизни, Убивашка.

– Почему это? Ты думаешь, что я не смогу заполучить больше парней, чем ты девушек?

Я вопросительно приподняла бровь, заставляя себя выглядеть более уверенной, чем была на самом деле.

Мускул на челюсти Лукаса дернулся, и он прокашлялся, прежде чем отвести взгляд.

– Нет, не думаю.

Боль пронзила мою грудь, быстро сменившись смущением. Конечно, он так думал. Они были восемнадцатилетними парнями, которые проходили отбор в Национальную хоккейную лигу, а также имели миллион сумасшедших фанаток. В свою очередь, я была почти что девственницей, благодаря их правилу не прикасаться ко мне.

Лукас наклонился ко мне, пока они обсуждали свое маленькое соревнование, но я не могла расслышать его из-за шума в ушах. Было больно осознавать, что он обратит столь нужное мне внимание на какую-то другую девушку. Я прокашлялась и встала из-за стола, чуть не опрокинув стул.

– Мне нужно идти.

Лукас встал из-за стола, изучая взглядом мое лицо, словно пытаясь что-то прочитать на нем, но я изобразила свою фирменную улыбку – ту, которую я использовала на своих родителях бесчисленное количество раз. Он нахмурил брови и сделал шаг ко мне.

– Я подброшу тебя.

Я покачала головой, чувствуя подкатывающую тошноту. Я внезапно ощутила, что не могу находиться рядом с ним.

– Нет, не нужно. Увидимся позже, ребята.

Лукас не стал настаивать, но он не прекращал смотреть на меня.

– Не забудь, что сегодня вечером мы едем к ущелью.

– У меня свои планы.

У меня их не было, но от его выражения лица меня охватил трепет. Я никогда раньше не упускала возможности потусоваться с ними, но если они планировали играть в свою тупую игру, то не собиралась смотреть на это. Я не думала, что смогу с этим справиться. Схватив свои ключи с тумбочки, я направилась к входной двери, чтобы дождаться, когда Шана заедет за мной, игнорируя вопросы Маркуса о том, что я задумала. Я устала от того, что он контролировал все, что я делала.

Глава 6
Пайпер

После сорокапятиминутной тренировки я приподняла край футболки, чтобы вытереть пот с лица, и Шана повторила следом за мной. Единственная мысль, которая крутилась у меня в голове, была о том, как мне чертовски жарко. Из-за царившей в школьном спортзале влажности было трудно дышать. Я была так воодушевлена, когда тренер Боуэн объявил, что сегодня на тренировке мы будем спарринговаться, и совершенно не думала, что это будет настоящим адом. Успокаивало только то, что это был последний сет. Если бы мы получили одно очко, то выиграли бы матч и закончили игру.

Пот катился по моей груди, копясь в спортивном лифчике, когда я согнула колени в стойке «смирно» прямо перед сеткой. Слева от меня послышалось прерывистое дыхание Шаны. Мы обе наблюдали за тем, как ее подруга Хейли встает на позицию подающего за команду соперника. В старшей школе Шана играла в моей команде за связующего. Тогда она подставила мне мяч, чтобы я отбила его на сторону наших соперников. Мы достигли такого уровня общения, когда нам не нужно было разговаривать, чтобы знать, о чем думает другая. Она была на пятнадцать сантиметров ниже меня, но имела приличную мышечную массу и выглядела по-настоящему устрашающе: ее темные волосы были заплетены и убраны назад, а неоново-фиолетовая подводка для глаз выделялась на фоне ее теплого коричневого цвета лица.

Шана взглянула на меня, и я кивнула ей в ответ. Мы сделаем это, даже если это будет стоить мне жизни. И, честно говоря, я уже была на грани своих возможностей, учитывая то, как моя грудь сжималась от необходимости дышать. Шана посмотрела на свою подругу через весь корт, и на их губах появилась легкая улыбка. Они жили ради того, чтобы соревноваться.

Она подала мяч по дуге над сеткой, и он полетел именно туда, куда я и предполагала, сильно ударив по предплечьям Никки. Мои мышцы напряглись в предвкушении, когда мяч передали Шане, и я подпрыгнула вверх, когда она идеально подбросила его для моего удара. У другой команды не было ни единого шанса. Я с силой ударила рукой по мячу, и он влетел прямо в пол, прежде чем кто-либо успел до него дотронуться.

Я запрокинула голову назад, делая глубокий вдох, а затем посмотрела на своих друзей по ту сторону сетки. Сегодня мы были соперниками, но завтра снова станем товарищами по команде. Пусть они и проиграли в этот раз, но все равно выглядели довольными, что игра закончилась.

Шана подскочила ко мне и протянула бутылку с водой, следя за мной любопытным взглядом, пока я делала большой глоток. Я удивленно приподняла бровь.

– Что такое?

– Как прошло твое свидание? Джейден признался тебе в своей вечной любви?

Ранее освежающая вода скисла у меня в желудке. Я намеренно проигнорировала ее звонок прошлой ночью, мне нужно было время, чтобы все обдумать. Размышляя сейчас об этом, я не чувствовала ничего, кроме облегчения. С Джейденом все было кончено. Я почти не вспоминала о нем с тех самых пор, как вышла из ресторана. Теперь все мои мысли были заняты тем неприступным хоккеистом, который проводил меня до дома.

Нога Шаны постучала по полу, и я закатила глаза.

– Нет, но зато я познакомилась с его девушкой.

Ее брови сошлись на переносице, а рот изогнулся, когда она сказала:

– Допустим, но я не совсем понимаю. Ты хочешь сказать, что он попросил тебя стать его девушкой? Потому что, честно говоря, я думала, что это уже пройденный этап, и в таком случае он выглядит как идиот.

Я расхохоталась, когда мое недовольство сменилось весельем от того, как все это звучало.

– О, он тот еще идиот. И, судя по взгляду его красивой девушки-брюнетки, я почти уверена, что другой его подружкой была именно я.

– Что?

Шана завизжала так громко, что все повернулись в нашу сторону.

– Ш-ш-ш.

Моя кожа вспыхнула от невыносимого жара. Одно дело, когда знала она. Совсем другое, когда вся команда знала о том, насколько сильно Джейден одурачил меня.

Ее рот продолжал открываться и закрываться, когда она собралась с мыслями и тихо заговорила:

– Какого черта! Ты говоришь об этом только сейчас?

– Я звонила тебе. Я не виновата, что ты не ответила, – сказала я в качестве оправдания. – А еще Лукас проводил меня до дома.

– Да неужели?

Она бросила на меня понимающий взгляд.

– Только не начинай, – взмолилась я.

– Хорошо. – Искра зажглась в ее взгляде, но она еще была не готова так легко отступить. – Пожалуйста, скажи мне, что ты ударила Джейдена?

Я покачалась на пятках, наслаждаясь яростным взглядом подруги, готовой защитить меня в любую минуту несмотря на то, что она была гораздо ниже меня ростом. Я была уверена, что она бы подралась с Джейденом прямо там, если бы я попросила ее об этом.

– Не совсем, но я вылила свое вино ему на голову.

Она издала одобрительный возглас, и я снова шикнула на нее. Она одарила меня застенчивой улыбкой.

– Извини, переборщила.

Я сделала еще один большой глоток воды, радуясь, что она снова стала освежающей. Мне бы не помешало подольше поплавать в моем бассейне. Шана рассмеялась с самым озорным выражением лица.

Она посмотрела через мое плечо и улыбнулась.

– Так, так. И что же привело тебя сюда?

Тепло от его взгляда пробежало по моей спине, и я обернулась. Лукас прислонился к двери спортзала, выглядя непринужденно и засунув руки в карманы. Он был одет в белую рубашку и шорты. Его одежда сидела на нем слишком плотно, не в состоянии растянуться больше после его последнего скачка роста. Его пристальный взгляд прошелся по моим загорелым ногам к черным спортивным шортам, где тонкая ткань футболки облегала мой живот. Его глаза остановились на том участке кожи, где футболка свисала ниже спортивного лифчика, оставляя открытой верхнюю часть декольте, а затем поднялись наверх и встретились с моими. Я затаила дыхание от его горящего взгляда, наполовину скрытого под опущенными веками, и стояла словно вкопанная, наблюдая за тем, как он медленно проводит большим пальцем по своей нижней губе. Новая волна жара охватила мое тело и начала скапливаться между бедер.

Лукас выпрямился и прочистил горло.

– Пришел забрать Убивашку, прежде чем поедем на ущелье.

Джекс высунул голову из-за угла и окликнул меня.

– Чего ты медлишь?

Шана прижалась к моему плечу, говоря с нотками веселья, но достаточно тихо, чтобы слышала только я:

– О, теперь твой парень забирает тебя с тренировки?

– Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Ты не понимаешь, о чем я говорю? Хочешь сказать, что ты не рада видеть парня, по которому сохнешь с самого детства? Умоляю тебя. Ты ужасная лгунья.

– Я бы не сказала, что прямо сохла.

– Лучше, чтобы я отчитала тебя за то, что ты безумно влюблена в парня, который даже не смотрит на тебя? – Она наклонила голову и оглядела Лукаса. – Хотя, не буду врать, прямо сейчас в нем виден интерес.

Мои глаза метнулись в его сторону, но он уставился в свой телефон с тем же безразличным взглядом, как и всегда. Я подавила в себе раздражение. Он не был виноват в моей влюбленности.

– Пошли! – позвал Лукас нетерпеливым тоном.

Я прокашлялась и крикнула:

– Я не пойду, забыл?

Почему я не собиралась идти с ними? Ах да, точно. Потому что у них, включая и Лукаса, была важная миссия найти с кем переспать, и я не думала, что смогу пережить это зрелище.

Джекс подбежал ко мне, сложив руки в умоляющем жесте.

– Ну пожалуйста, мелкая. Мы же все знаем, что ты все равно пойдешь. – Он огляделся, привлекая внимание нескольких моих друзей по команде широкой ухмылкой на лице.

– С чего ты так решил?

– Потому что ты любишь нас.

Он одарил меня простой и искренней улыбкой, которой я не могла не поддаться.

Шана подавилась смехом, и я переключила свое внимание на нее.

– Ты идешь?

– Мне они не интересны, помнишь? У меня нет времени разбираться с фанатками, которые хотят переспать с хоккеистами. Но там будет твой парень, так что тебе стоит пойти.

Я шикнула на нее, радуясь, что Джекс отошел поговорить с группой девчонок.

– Господи, Шана. Почему бы тебе просто не рассказать ему все? Это не настолько стыдно.

– Ну кто-то из нас двоих точно должен. Вся эта тоска во взгляде тебе не к лицу, – сказала Шана, сделав большой глоток воды. – Расслабься. Он уже ушел.

Она схватила меня за руку, прежде чем я успела направиться к выходу.

– И, подруга, ты в курсе, что я не забыла? С днем рождения!

– Эй, я бы предпочла, чтобы никто не вспомнил.

Закатив глаза, я направилась к теперь уже пустому дверному проему. Лукаса нигде не было видно. Я проигнорировала легкое ощущение грусти в своей груди, прежде чем похлопать Джекса по плечу.

– Хорошо, но я поеду спереди.

Мне нужно было быть уверенной, что я не буду обращать внимание на то, с кем будет Лукас. Это не так уж сложно. Верно? Кто знает, может быть, я и сама найду себе пару.

Я собрала свои вещи и помахала рукой ухмыляющейся Шане, прежде чем последовать за Джексом на улицу. Конечно, Лукас уже сидел на переднем сиденье лимонно-зеленого «Форда Мустанга» Маркуса. Мои родители купили его для него, когда он стал лучшим игроком на чемпионате Хоккейной лиги Онтарио. Поскольку вся моя семья слишком пеклась обо мне, у меня была «Мазда» седан хэтчбек, которую моя мама нашла в списке самых безопасных автомобилей года. Не то чтобы я когда-нибудь жаловалась. Мне нравилась эта машина. К счастью, я оставила ее дома, решив прокатиться на тренировку с Шаной.

Мы с Джексом сидели на тесном заднем сиденье, пока Маркус быстро мчался по дороге. Мышцы моего живота сжались, а пальцы побелели от того, как сильно я схватилась за ручку над окном, когда мой брат сделал еще один крутой поворот. Клянусь, он не знал значения слова «притормозить», вместо этого предпочитая входить в поворот на полной скорости. Я взвизгнула, когда нас занесло в сторону. В салоне послышался мой громкий крик, а в воздухе почувствовался гнилостный запах горелой резины. Сильные пальцы просунулись между дверкой машины и передним сиденьем и обхватили мою голень. Лукас стал разминать мои мышцы медленными, осознанными движениями, и мое дыхание выровнялось. Без каких-либо слов он говорил мне, что я в безопасности. Что он здесь, и, боже, от этого мне становилось так тепло внутри.

Джекс пробормотал что-то себе под нос, и Лукас отпустил мою ногу, его рука исчезла так быстро, что мне хотелось верить, что ее там никогда не было. Я взглянула на парня, который уставился в свой телефон. Его большой палец скользил по экрану, быстро отправляя сообщения, вероятно, своей очередной подружке. На его лице появилась кривая ухмылка, и он прикусил губу, подтверждая мою мысль.

– Не будь таким противным.

– Что? Да брось, мелкая. Ты же знаешь, как это бывает. Охота официально началась.

– Ты же знаешь, что это отвратительно, верно? Спать с девушками только для того, чтобы выиграть в глупой игре? – фыркнула я.

Джекс отодвинулся в сторону и бросил на меня оскорбленный взгляд.

– Эй, я всегда честен с ними.

– Это не наша вина, что они думают, что мы каким-то образом будем за ними бегать, – добавил Маркус.

– Тебе так сильно наплевать на их чувства? – спросила я, заметив, что Лукас не принимает участия в разговоре.

– А им не наплевать на наши границы?

Джекс был прав.

Я толкнула его в плечо:

– Справедливо.

Что было несправедливо, так это мое одиночество без парня, которое напрямую зависело от них троих.

Маркус ударил по тормозам, сворачивая в сторону, едва не пропустив поворот, и я врезалась в дверцу машины, выпустив воздух из легких.

Лукас рявкнул:

– Какого хрена, чувак?

– Извините, ребят, это было немного быстро, – усмехнулся Маркус, явно не замечая скрытого гнева, исходящего от его друга.

– Ты думаешь?

Я практически закричала на него, но он отмахнулся от меня, как будто все было в порядке. Однажды мы все погибнем из-за него в автомобильной катастрофе. На льду он был таким же – всегда немного безрассудным. Это выручало его, помогало выходить из трудных ситуаций или достигать впечатляющих результатов. Но это плохо отражалось на его вождении, и я надеялась, что он быстро перерастет это. Ему было восемнадцать, а у восемнадцатилетних парней плохо с самоконтролем, но самое малое, что он мог сделать для нас, это удержаться всеми четырьмя колесами на земле. Слава богу, что мама отговорила его от мотоцикла.

Автостоянка у ущелья Элора была расположена на опушке густого леса, границы которой определялись высокими деревьями, достающими до самого неба. Пышная зелень окружала стоянку, обеспечивая живописное место для уединения и покоя. Несколько дорожек с выветрившимися деревянными указателями помогали найти скрытые тропинки, которые вели вглубь дикой местности.

Парковка была забита машинами, и в ту секунду, когда мы подъехали к нужному месту, я рывком открыла дверь и выскочила наружу.

– Я поведу на обратном пути.

Маркус посмотрел на меня поверх крыши машины.

– Ни за что.

Джекс обнял Маркуса за плечи.

– Да ладно, чувак. Нам нужен трезвый водитель.

Мой брат улыбнулся во весь рот и бросил мне свои ключи.

– А это идеально. Спасибо, малявка.

Я закатила глаза, услышав это прозвище, но была рада тому, что смогла получить ключи. Парни направились по обсаженной деревьями дорожке туда, где скалы возвышались над Гранд-Ривер. Я сделала глубокий вдох, чувствуя запах сосен и влажной земли. Лес был слишком густым, чтобы увидеть, куда исчезли мальчики. Я открыла багажник и достала рюкзак, в котором хранила свои вещи для плавания. Для нас было обычным делом спонтанно отправиться на пляж, поэтому я была подготовлена.

Я подошла к передней части машины и присела на корточки, чтобы спрятаться от взглядов любого, кто поднимался по дорожке или заходил на парковку. И все же мне нужно было чертовски поторопиться. Я стянула с себя футболку, за ней быстро последовал топ, и я замерла, когда кто-то кашлянул позади меня.

Я резко повернула голову, прикрывая грудь обеими руками и отворачивая ее от моего незваного гостя. Я уже обдумывала все возможные способы побега, когда встретилась глазами с улыбающимся Лукасом.

– Какого черта ты здесь делаешь? Я видела, как ты уходил, – выплюнула я.

– Я вернулся проведать тебя, когда заметил, что ты не спустилась с нами.

– Считай, что проведал меня. Теперь можешь вернуться и найти остальных.

Моя кожа вспыхнула под его пристальным взглядом, когда он не сдвинулся с места. Я резко выдохнула и покачала головой.

– Ладно. Повернись и будь начеку. Убедись, что здесь больше нет никаких извращенцев.

– Ты считаешь меня извращенцем?

– Правда глаза колет?

– И правда в том, что я смотрю на твою голую спину, – произнес он мурлыкающим голосом, в котором слышалась скрытая нотка опасности. Он явно что-то задумал.

– И это тоже.

– Хочешь сказать, что никогда ни на кого не пялилась?

Я с трудом сглотнула, когда воспоминания нахлынули на меня разом. Струйки воды потекли по коже, пробегая между мышцами и исчезая за поясом его очень низких шорт, пока Лукас выходил из моего бассейна. Я сильно тряхнула головой, пытаясь прийти в себя.

– Ладно. Ты не извращенец, но отвернись.

Лукас давно уже отвернулся, но я наблюдала за ним несколько секунд, прежде чем убедилась, что он не собирается смотреть. Я быстро переоделась в свое фиолетовое бикини и натянула шорты и футболку. Запихнув одежду обратно в сумку, я бросила ее в багажник, а затем захлопнула дверцу и отправилась вниз по тропинке, бросая через плечо:

– Я тебя обгоню.

Я играла в догонялки с этими парнями с самого детства, и прошло уже много времени с моей последней победы, но это не мешало мне попробовать снова. Волосы на руках встали дыбом, а по коже пробежал ток, когда я почувствовала, как он подошел ко мне вплотную. Он не обогнал меня, а побежал следом за мной. Его дыхание вырывалось из легких, и я могла поклясться, что слышала его вздох. Моя босая нога неуверенно ступила на гравийную дорожку, и я чуть не упала влево. Сильные руки Лукаса обхватили меня чуть ниже плеч и помогли устоять. Я проигнорировала мурашки, которые поползли вверх по моим рукам к груди и отстранилась.

– У меня получилось.

– Конечно, получилось.

Мы наконец дошли до конца тропинки, ведущей к скалистому утесу, с которого открывался вид на извилистую реку. Уступ располагался на высоте более пятнадцати метров, и я почувствовала, как участилось мое сердцебиение, когда я посмотрела вниз. Несмотря на то что я не боялась высоты, у меня все равно скрутило живот от нервов. Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, сосредоточившись на красоте вокруг себя.

Я услышала чье-то хихиканье с того места, где стояли Маркус и Джекс со своими друзьями по команде и несколькими девушками. Все они были великолепны: миниатюрные, с большой грудью, тонкой талией и полными бедрами, что резко контрастировало с моим высоким, спортивным телосложением, практически без изгибов. Я старалась не сравнивать себя с другими девушками – не то чтобы я была уродиной, но я бы соврала, если бы сказала, что ни капельки не завидовала им.

– Эй, а младшая сестра Маркуса обогнала его, – крикнул защитник Миллер из юношеской команды. Если и было что-то, что я ненавидела больше, чем «малявка», так это то, что меня называли младшей сестрой Маркуса. Это превращало меня в маленького ребенка, независимо от того, сколько мне было лет. Каким-то образом ребята убедили всю хоккейную команду называть меня так в девятом классе, и с тех пор это стало моим новым именем. Я выдохнула, отказываясь откликаться на него.

Большая рука Маркуса обхватила мое плечо и придавила своим тяжелым весом. Я приподняла бровь, давая ему увидеть раздражение на моем лице.

Он слегка потянул меня вперед и сказал:

– Я обещаю, тебя не будут называть младшей сестрой в колледже. В дальнейшем будет только Пайпер.

– А что насчет малявки?

Он усмехнулся.

– О, это никуда не денется, но только Джекс, Лукас и я можем называть тебя так.

– Хорошо, но не на людях.

– Конечно, мелкая, – в его словах слышались нотки веселья, прежде чем он посмотрел на меня сверху вниз. – Я рад, что ты выбралась погулять. Наконец-то.

– Эй, я выхожу погулять.

– Когда? – спросил он, приподняв бровь, прежде чем наклонился и схватил гладкий камень, надежно спрятав его в карман на молнии.

– Сегодня.

Маркус рассмеялся.

– Это не считается, если нам приходится для этого отлавливать тебя.

Я прислонилась головой к его плечу.

– Учитывая, что ты проводишь около девяноста процентов своего времени, гоняясь за девушками, я думаю, ты хорошо справляешься.

Он застенчиво улыбнулся мне.

– Я найду время, чтобы мы могли потусоваться. Я скучаю по тебе, мелкая.

Тепло наполнило мою грудь. Может, он и был вечно контролирующим все придурком, но он был очень заботливым придурком. Я толкнула его в бок и сменила тему.

– Ты нервничаешь из-за отбора?

– Черт возьми, нет. Я точно пройду.

Его ухмылка стала дерзкой, но взгляд переместился туда, где девушки снимали с себя одежду, оставаясь в одном бикини.

Маркус издал стон и отошел от меня.

– Это знак.

– Ты отвратителен.

– Жизнь слишком коротка. Надо успеть пожить вдоволь.

– Я бы попробовала, если бы ты перестал строить из себя старшего брата, – выпалила я в ответ, и он лишь подмигнул мне.

Я отошла на несколько шагов назад, наблюдая со стороны за остальными.

Лукас стоял на краю обрыва, одетый только в свои оранжево-синие шорты с низкой посадкой. Он был похож на бога, стоя над десятиметровой пропастью. Заходящее солнце окрасило небо в теплые цвета, которые подсвечивали контуры его тела. Я втянула воздух, и мое сердце бешено заколотилось, когда я позволила своему взгляду скользнуть по его мускулистой спине, которая сужалась, прежде чем исчезнуть за его шортами. Мышцы на его плечах напряглись, когда он прыгнул вниз, сгибая ноги, а затем выполнил в воздухе идеальное сальто.

Как только Лукас ушел под воду, все остальные последовали его примеру.

Теперь, когда я осталась одна, наступила тишина, и все волнение закружило в водовороте эмоций. Я выглянула за край, где виднелись головы людей, которые возвращались к берегу. Я никогда раньше не прыгала с такой высоты, всегда спускаясь на уровень ниже, но упрямая часть меня не позволяла мне отступить назад. Я сняла рубашку и шорты, оставшись в одном купальнике, и положила вещи на ближайший камень.

Я медленно подошла к выступу. Кровь стучала у меня в ушах, а сердце колотилось в груди, включая инстинкт «бей или беги». Мой организм говорил мне бежать, но я не отступила, а придвинулась ближе к краю. В ту секунду, когда я оглянулась, я ощутила сильное головокружение, отчего мне показалось, что вода поднимается мне навстречу, и я отшатнулась назад, врезавшись в каменную грудь. Лукас прижался губами к моему уху, прошептав:

– У тебя все получится.

Мое тело задрожало, и это не было связано со страхом. Его тепло расходилось по моей спине, когда он прижался ко мне влажной грудью. Мир перевернулся вокруг меня, и я судорожно вздохнула. Его ладони едва касались моих локтей, когда он развел мои руки в стороны, прежде чем медленно скрестить их на груди. Его дыхание согревало мой затылок, и на мгновение я отвлеклась от страха.

Я наклонилась к нему немного ближе, стараясь говорить естественно.

– У меня почти получилось.

– «Почти» не считается.

Лукас отступил назад, и я мгновенно соскучилась по его теплу. Он взглянул на воду, прежде чем посмотреть мне прямо в душу. Капельки воды стекали по его носу и цеплялись за ресницы, опускаясь над глазами цвета виски. Капли упали мне на губы, и он сглотнул ком в горле перед тем, как всмотреться в мое лицо.

Смех доносился с тропинки, ведущей к воде. Остальные, включая моего брата, должны были прийти сюда с минуты на минуту. Меня охватил трепет, когда Лукас не отвел от меня глаз, вместо этого его пристальный взгляд стал более напряженным. Мы были в нескольких секундах от того, как нас заметят, когда он протянул мне руку.

– Прыгай со мной.

Его слова словно скрывали другие смыслы, и я не колеблясь вложила свою ладонь в его. Ток прошелся по моей руке, и у меня перехватило дыхание, когда он переплел наши пальцы.

– Готова? – Его голос раздался низким рокотом.

Я взглянула вниз, и дрожь пробежала по моей спине.

– Посмотри на меня, – приказал он, и мое внимание переключилось на него. – Отлично. У тебя все получится.

Его слова подарили мне уверенность в том, что я могу сделать все что угодно. Я кивнула ему в ответ, и он улыбнулся.

– Считаю до трех.

– Хорошо, – сказала я почти шепотом.

– Один. Два. Три. Прыгай.

Я спрыгнула с обрыва, не выпуская его руки, даже когда холодная вода поглотила меня целиком. Лукас потянул меня вверх, и, когда я вынырнула на поверхность, я увидела его ослепительную улыбку. Мои губы радостно изогнулись, а головокружение усилилось, и адреналин хлынул по моим венам.

Его теплая рука обвилась вокруг моей талии, большой палец был в нескольких сантиметрах от моего пупка, а кончики пальцев касались позвоночника. Каждый нерв в моем теле ожил, даря чувство наполненности.

Он сжал пальцы.

– Видишь? Ты просто должна доверять себе.

Погруженная в транс, я уходила под воду, пока не остались видны только мои глаза, наблюдавшие за Лукасом, пока он наблюдал за мной в ответ. Он медленно скользнул рукой вниз по моему бедру, играя с тонкими завязками купальника, прежде чем обхватить мои бедра в миллиметре от линии сгиба на заднице и поднять вверх, чтобы мои плечи оказались над водой, а грудь прижата к его телу. Воздух застрял у меня в легких, когда его взгляд потемнел, остановившись на моих губах. Он выглядел так, словно умирал от голода, и я хотела посмотреть, смогу ли я заставить его сдаться. Я провела языком по верхней губе и насладилась его тихим рычанием, отдававшимся у меня в груди. Он наклонил свое лицо ближе, пока я не заметила золотистый оттенок его радужек даже в тусклом свете. Мое сердце глухо забилось в груди. Он собирался поцеловать меня.

– Уйдите с дороги, – крикнул Джекс сверху, испортив момент, и прыгнул прежде, чем мы успели пошевелиться. Лукас потянул меня к берегу перед тем, как вылезти. Мышцы его спины были напряжены, и он даже не повернулся, чтобы посмотреть на меня, а затем схватил полотенце и убежал вверх по дорожке. Лед пробежал по моим венам, пригвоздив меня к одному месту, как только он исчез за углом. У меня защипало глаза от удара хлыстом от Лукаса.

Позади меня раздался всплеск воды, и Джекс встряхнул волосами, как мокрая собака. Я с визгом отскочила назад.

– Эй!

Он бросил мне полотенце с того места, где они расстелили его, когда мы только приехали. Он оглянулся, но его улыбка исчезла в ту же секунду, как он увидел меня.

– Что, черт возьми, произошло и кого я должен убить?

Я рассмеялась, хотя Джекс выглядел на сто процентов серьезным.

– Ничего такого не случилось.

Джекс посмотрел на тропинку, куда убежал Лукас.

– Это сложно, но все наладится само собой.

Мое сердце подпрыгнуло в груди.

– Ты знаешь что-то, чего я не знаю?

– Только то, что и так очевидно. – Ямочка на щеке Джекса засияла от его улыбки.

Я последовала за ним вверх по тропе, ворча:

– Скрытный придурок.

Когда мы добрались до вершины, там уже разожгли костер, а длинные струйки дыма таяли в ночном небе. Люди разделились на две группы, одни все еще прыгали с обрыва, а шестеро остальных собрались вокруг костра, скрестив ноги на полотенцах. Было равное количество девушек и парней, явно желающих разойтись по парочкам на ночь.

Я схватила свою одежду с камня, где ее оставила, и натянула поверх купальника. Это казалось неправильным, но я ни за что не стала бы снимать бикини где-нибудь поблизости. Не после того, что произошло на парковке.

Мой взгляд переместился туда, где у костра сидел Лукас. Сбоку от него болтала девушка, но его внимание сосредоточилось на мне, когда я села напротив. Его взгляд опустился на мой промокший купальник, который просвечивался через белую ткань футболки, и тепло разлилось внизу живота.

– Эй, ты, случайно, не младшая сестра Маркуса?

Парень, сидевший рядом со мной, наклонился ко мне, не скрывая, что разглядывает меня. Он был симпатичным, с типичной внешностью хоккеиста. У него были длинные растрепанные волосы и игривая улыбка. Он сидел так близко, что я чувствовала исходящий от него жар, и было крайне грустно, что я не ощущала никаких бабочек в животе. Вместо этого мне хотелось отодвинуться от него. Я бы так и сделала, если бы не взгляд Лукаса, прожигающий меня насквозь, требующий, чтобы я посмотрела на него. Я придвинулась ближе к парню и улыбнулась ему, вызвав у него ухмылку.

– Меня не так зовут.

– О, да? А как же?

– Тебе придется это заслужить, – поддразнила я, надеясь, что от небольшого флирта появятся хоть какие-то чувства.

Его взгляд потемнел, а лицо потянулось вперед.

– Уверен, что мне это понравится. Я Дэвис.

– Это твое имя или фамилия? – спросила я.

Он хмыкнул и самодовольно ухмыльнулся.

– Фамилия. Меня зовут Стив.

– Стив, принеси нам что-нибудь выпить, – потребовал Лукас, сидевший напротив нас. Я ожидала, что Стив возразит ему, но он сразу же вскочил на ноги, посмотрев на меня с извиняющейся улыбкой.

– Извини, я все еще новичок, и мне нельзя его бесить. Я сейчас вернусь.

Я уставилась на Лукаса, сузив глаза и стиснув зубы, и он ответил мне таким же суровым взглядом. Девушка по имени Саманта, сидевшая рядом с ним, проследила за его взглядом и приподняла бровь. Она посмотрела на мои мокрые волосы, прилипшую к коже футболку и простые шорты и закатила глаза, прежде чем наклониться к подруге и прошептать ей что-то на ухо. Как волейболистка, я знала, что драки между девчонками – это полная чушь, которую люди любят приплетать без надобности. Но прямо сейчас я определенно была окружена ехидными стервами, и, судя по тому, как их губы изгибались в улыбках, они что-то замышляли.

Саманта хлопнула в ладоши и крикнула:

– Давайте поиграем.

Четверо хоккеистов у костра одновременно издали безнадежный стон.

– Давайте. Будет весело. – Она посмотрела прямо на меня. – Можем поиграть в «Я никогда не».

Я напряглась от того, как они взглянули на меня. Что-то подсказывало мне, что это ловушка. Стив подошел сзади и протянул мне бутылку.

– Нельзя играть без выпивки, верно?

Я покрутила ее в ладонях, наслаждаясь исходившей от нее прохладой. Мне бы не помешало немного выпить для храбрости, учитывая то, что меня могло ждать. Мы собирались уходить не раньше чем через несколько часов, так что один глоток не повредил бы.

Энтони, правый нападающий команды, наклонился вперед.

– Я никогда не занимался сексом с девственницей.

Лукас не выпил из своего стакана, но я сделала глоток. Джейден сказал мне, что у него это было в первый раз, хотя, вероятно, он солгал. Судя по всему, ему просто не хватало навыков.

Лукас пронзил меня взглядом, и на его челюсти дернулся мускул. Да, держу пари, он не ожидал такого от чрезмерно опекаемой младшей сестры. Увидеть выражение его лица почти стоило той встречи с другой девушкой Джейдена.

– Я никогда никому не изменял.

– Я никогда не ходил на свидание с тем, кого никогда не видел.

– Я никогда не занималась сексом где-то, кроме своей спальни.

Вопросы продолжали задавать по кругу, и становилось до боли очевидно, что я не настолько опытна, как мне хотелось бы, чтобы они думали.

Когда наступила очередь Саманты, она посмотрела на меня холодным взглядом. Я не понимала, в чем дело. Я ей определенно ничего не сделала, но в выражении ее лица читалась злоба.

– Я никогда не симулировала оргазм.

Она не сделала ни глотка, но я подняла свой стакан, выпив прохладный напиток.

– Я никогда не получала оргазм, – сказала она, прежде чем очередь дошла до следующего человека.

Мои щеки покраснели от смущения, а руки крепче сжали бутылку. Я уже подумывала о том, чтобы не делать глоток, но к черту их. Кому не все равно, если у меня его не было? Для нее это, конечно, не имело значения. Только когда я почувствовала на себе пристальный взгляд Лукаса, я поняла суть этих слов, и по тому, как сузились его тёмные глаза, сказанное не оставило его равнодушным.

Он пропустил свою очередь, и прозвучало еще два вопроса, прежде чем я решила, что прошло достаточно времени, чтобы я могла уйти и не выглядеть так, будто я сбегаю. Я встала, держа в руках почти полное пиво.

– Я выхожу.

– О, да брось. Зачем ты так, – воскликнул Стив рядом со мной.

– Поговорим с тобой позже, хорошо?

Мои слова, казалось, успокоили его, потому что на его губах появилась легкая улыбка, и он повернулся лицом к костру.

Я схватила с земли свое полотенце, стряхивая прилипшие к нему камешки, и начала спускаться к тому месту, с которого обычно прыгала. По пути вниз я затаила дыхание от красоты открывавшегося пейзажа. Горный хребет был ниже холма и образовывал между ними стену. Он был стиснут с двух сторон, тем самым создавая углубленное пространство. Стоявшие вокруг деревья отбрасывали длинные тени на скалистую местность, добавляя насыщенности и без того дивному пейзажу.

Я нашла местечко, где можно было прислониться спиной к прохладному гладкому камню гребня, и вытянула ноги перед собой, любуясь видом природы. На небе взошла луна, и ее мягкий свет озарил подернутую рябью речную воду. Блики луны играли и переливались на водяной глади, создавая по-настоящему магический и завораживающий эффект. Прохладный ветерок донес аромат сосен и свежей воды, и я закрыла глаза, наслаждаясь чувством умиротворенности.

Вдруг мелкие камешки зашевелились, когда Лукас сел рядом, вытянув ноги перед собой. Он протянул мне бутылку воды и сделал глоток своего пива. Он ничего не говорил, просто смотрел вдаль, и напряжение медленно нарастало, пока не стало казаться, что воздух вокруг нас сгустился, сдавливая мои легкие, что мне стало трудно дышать. Я не могла просто сидеть здесь вот так. Не с ним. Что-то изменилось для меня сегодня, независимо от того, чувствовал он это или нет.

Он коснулся моей руки, когда сделал еще один большой глоток, а затем спросил:

– То, что ты сказала тогда, правда?

Мои щеки вспыхнули. Конечно, он хотел поднять этот разговор.

– Просто забудь, Лукас.

Он молчал, и мысли крутились в моей голове, пока мне не пришлось нарушить тишину.

– Как себя ощущаешь перед завтрашним отбором?

Он усмехнулся.

– Не так уверенно, как Маркус, это уж точно.

– Никто не уверен в себе так, как Маркус. Но ты молодец. К тебе уже присмотрелись несколько команд.

Он кивнул.

– Это тяжело, поскольку я не хочу расставаться. Звучит хреново, что я так привязан к нашей маленькой компашке, но они семья, понимаешь?

Я тоже была семьей?

Я не стала спрашивать об этом, не желая слышать, что он думает обо мне как о своей младшей сестре.

– Но ты все равно сначала поступишь в университет, верно?

– Да, мелкая. Ты все равно застрянешь с нами еще на четыре года.

Я почувствовала радость и облегчение от его слов.

– Честно говоря, мне даже нравится это… Но при условии, что ты перестанешь называть меня младшей сестрой.

Он расхохотался.

– Я-то перестану, и мне кажется, что Джекс тоже, – произнес он, встретившись со мной взглядом. – Но, черт возьми, желаю тебе терпения с Маркусом. Все недостаточно хороши для тебя.

Я выдохнула, сменив позу на твердой земле, но замерла, когда мои пальцы коснулись его. Он резко вдохнул, и пульсирующий шум застучал у меня в ушах, когда вместо того, чтобы отстраниться, Лукас едва заметно дотронулся до моих пальцев. Он перевернул мою ладонь, проводя по ней пальцами и посылая мурашки вверх по руке и прямо к сердцу.

– Пайпер? – сказал Лукас хриплым голосом, привлекая мое внимание. Он всмотрелся в мои глаза, изучая мое лицо, прежде чем легкая улыбка тронула уголки его губ. – С днем рождения.

Я втянула воздух, когда тепло наполнило мою грудь и потекло по венам. Я не была расстроена, что люди забыли, ведь завтра такой важный день, но от того, что обо мне помнил Лукас, у меня закружилась голова. Его большой палец заскользил взад-вперед по моему запястью, а кадык дернулся, когда он сглотнул. Я придвинулась ближе…

– Мелкая! Пайпер! – позвал меня Маркус с верхнего хребта.

Черт. Я быстро встала, отряхиваясь, как будто меня только что поймали с поличным.

Лукас ухмыльнулся мне.

– У тебя ужасно виноватый вид.

Слава богу, что было достаточно темно и он не мог разглядеть заливший мои щеки румянец. Он был прав – я действительно чувствовала себя виноватой, хотя для этого не было причин. Я оставила Лукаса и стала подниматься наверх, не желая оборачиваться на него, но замерла, когда его пальцы обхватили мое предплечье, мягко остановив меня.

– Постой, что случилось?

– Ничего. Просто хочу вернуться к Маркусу, прежде чем он отправит за мной поисковую команду.

Лукас медленно разжал пальцы, его голос звучал тихо и хрипло.

– Ты уверена?

Я улыбнулась, зная, что глаза не позволят мне соврать, но надеясь, что он не заметит.

– Конечно. Почему я должна сомневаться?

Он отошел назад и кивнул.

– Да. Точно.

Маркус подошел к нам и указал большим пальцем на девушку с длинными рыжими волосами.

– Я поеду обратно с…

Я закатила глаза.

– Ее зовут Кайла.

Он только ухмыльнулся.

– Ты не против отвезти парней домой?

Я сморщила нос от отвращения. Я никогда бы не смогла привыкнуть к интрижкам моего брата.

Джекс обхватил меня за голову и стал водить костяшками пальцев по моей голове, пока я не взмолила о пощаде.

– Конечно, она не против. Для чего еще нужны младшие сестры?

Я взглянула на Лукаса, который смотрел куда-то в сторону. По какой-то причине я отчаянно хотела увидеть, как он отреагирует на то, что меня назвали младшей сестрой.

«Мустанг» Маркуса издал звуковой сигнал, когда я нажала на кнопку.

– Хорошо, запрыгивайте в машину.

– Садись спереди, – крикнул Джекс, но Лукас указал рукой на минивэн, в который садились Стив и несколько девушек.

– Все хорошо. Меня подвезут.

Моя грудь сжалась от боли, которую я не имела права испытывать, когда он повернулся и направился к Саманте, одарившей его смущенной улыбкой. Она забралась в машину, и он сел следом за ней.

Джекс коснулся моего плеча.

– Что с тобой такое? Ты выглядишь расстроенной и все такое.

– Ты беспокоишься обо мне, Джекси?

Он приподнял бровь.

– А у меня есть причины, чтобы волноваться?

Я не знаю.

– Ни в коем случае. Я в порядке. Мне просто не нравится гулять. Ты это знаешь. Ранит мою замкнутую душу.

– Как скажешь.

Он включил отстойную музыку, как только мы сели в машину, и я шлепнула его по руке.

– Ни за что на свете.

Образ Лукаса, помогающего Саманте забраться в машину, не выходил у меня из головы, и я нажала несколько кнопок на телефоне, пока не нашла идеальную песню. Я во всю глотку заорала припев песни Тейлор Свифт I Knew You Were Trouble.

Джекс застонал от отчаяния.

– Ты ужасно поешь.

– Ага.

Я продолжала петь, повторяя слова и позволяя им завладеть мной. Прошло совсем немного времени перед тем, как Джекс начал подпевать мне, и его голос стал вдвое громче.

– Люблю тебя, мелкая. Не принимай все близко к сердцу. Хорошо?

Джекс всегда видел больше, чем остальные.

– Постараюсь.

Глава 7
Лукас

– Что бы ни случилось, я все равно горжусь тобой, – произнес отец своим глубоким голосом и заключил меня в крепкие объятия. Тревога заползла мне под кожу, как миллион муравьев, но его ободряющие слова позволили мне выровнять дыхание.

Мое ответное объятие было чересчур крепким, больше похожим на то, как я обнимал его в детстве, но в этот момент я был таким, какой есть. Ожидание. То же, что и тогда, когда я сидел в этой комнате и ждал, чтобы узнать, попаду ли я в Хоккейную лигу Онтарио.

Несмотря на то какой просторной была наша гостиная, повсюду толпились люди, желающие посмотреть на результаты отбора, включая группу репортеров.

Я говорил тихо, не желая, чтобы меня услышали. Особенно комментаторы, которые хотели добиться от меня как можно более проникновенной речи. Поскольку мы втроем участвовали в отборе, неудивительно, что у каждого из нас были свои репортеры. Вот такое количество внимания мы могли бы получить, если бы этот отбор прошел так, как мы этого хотели. Мой желудок скрутило в узел.

– Что, если я не справлюсь?

Мой папа отпрянул назад, и его брови опустились над глубокими карими глазами. Глаза я унаследовал от своей мамы-француженки, но остальные черты моего лица была полностью его. Кожа папы была насыщенного, теплого коричневого цвета с россыпями веснушек на носу и щеках. Черные волосы были аккуратно подстрижены и плотно прилегали к голове, подчеркивая точеные черты его лица. В детстве он казался мне просто огромным, а теперь я был на несколько сантиметров выше него. Он не сводил с меня изучающего взгляда, затем посмотрел через мое плечо, и его губы изогнулись в знакомой улыбке.

– Не думаю, что тебе есть о чем беспокоиться, но есть много вещей, ради которых стоит жить, кроме хоккея.

Я кивнул.

– Но я хочу этого.

Смех отца наполнил комнату.

– Конечно, ты хочешь. Ты был бы дураком, если бы не добился того, чего хочешь.

Он не смотрел на меня. Вместо этого его взгляд переместился к двери, через которую вошли Адамсы, впереди которых шла Пайпер.

Воздух вышибло из моих легких, когда она покружилась на месте, и юбка ее нежно-голубого наряда заколыхалась, еще больше обнажив ее загорелые бедра. Она сменила свою привычную спортивную одежду на платье с цветочным принтом, от которого мое сердце подпрыгнуло в груди. Ее золотистые волосы были заплетены в длинную косу и перекинуты через тонкую бретельку платья. Ее бледно-розовые губы были накрашены темно-сливовой помадой, а глаза казались выразительными с любым вариантом макияжа. Черт, она была сногсшибательна. Она направилась прямо к нам, улыбка была такой широкой, что осветила ее лицо и сузила уголки глаз.

– Как поживает моя любимая соседка?

Мой папа быстро заключил ее в объятия, одарив ее своей фирменной улыбкой. Она переехала в соседний дом, когда ей было семь, и моим родителям она сразу понравилась. Я был единственным ребенком в семье, поэтому Пайпер стала им дочерью, которой у них никогда не было.

– Волнуюсь. – Она посмотрела в мою сторону: – Ты готов?

– У меня есть выбор?

– Даже не думай об этом. Ты пройдешь. – Она похлопала меня по плечу, и от этого прикосновения по моей руке побежали мурашки. – Где твоя мама? Я хочу поздороваться до всей праздничной суеты.

В этот момент моя мама позвала Пайпер по имени, и она ушла, оставив после себя мягкий аромат хрустящих яблок.

Мой папа приподнял бровь, его рот скривился, как будто он пытался скрыть ухмылку.

– Ты собираешься сказать ей?

– Сказать ей что?

– О, ты задумал играть в молчанку?

– Я ни во что не играю.

Я посмотрел туда, где сидел Маркус, развалившись в одном из кресел, и не сводил глаз с экрана, когда начался этап отбора.

– Все… запутанно.

– Ты будешь жалеть, что ничего не распутал.

Я рассмеялся.

– Тебе действительно нужно было говорить это сегодня?

– Не знаю, заметил ли ты, но ты не так часто бываешь рядом. Я должен был воспользоваться случаем.

– Начинается! – крикнула моя мама высоким тоном.

Я сел на диван рядом с нервно выглядящим Джексом. Позади меня было бесчисленное множество людей, и несколько камер были направлены на нас. Шум превратился в громкий гул, завладевая моими чувствами, пока мне не показалось, что комната смыкается надо мной. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда мы наблюдали, как дикторы занимают свои места перед трибуной, представляя друг друга. Я изо всех сил пытался сделать вдох, и черные точки замелькали в уголках глаз. Ох, черт, у меня паническая атака. Я взглянул на объектив камеры, направленный прямо мне в лицо. Я должен был уйти отсюда. Я попытался встать, но чье-то нежное тело опустилось на подушку рядом со мной. Меня окружил знакомый запах. Я делал медленные, глубокие вдохи, наполняя легкие ароматом яблок, пока сердцебиение не успокоилось и я смог посмотреть на нее. Ясные голубые глаза Пайпер встретились с моими, и она переплела наши пальцы, пряча их между нами и слегка сжимая.

– Я с тобой.

Меня охватил трепет, когда я услышал свои слова из ее уст. Только она могла отвлечь меня от всего хаоса вокруг. Она провела большим пальцем по тыльной стороне моей ладони и нежно улыбнулась мне, прошептав:

– Ты в порядке?

Я выдохнул и сосредоточился на тепле ее тела, пока она сидела со мной плечом к плечу.

– Сейчас да.

– Хорошо, потому что сейчас все начнется.

Я затаил дыхание, когда диктор заговорил в микрофон:

– Под первым номером в «Брюинз»[5] выбран Маркус Адамс из клуба «Сарния Сторм».

Зал взорвался аплодисментами, и Джекс практически задрожал от радости, когда поднял Маркуса в воздух. Поздравления и крики раздавались со всех сторон. Репортер жестом призвал всех к тишине и поднял микрофон.

– Мы выходим в прямой эфир через три, два, один… С нами Маркус Адамс, который был выбран в первом раунде под общим первым номером. Расскажи нам о своих эмоциях от того, что тебя выбрал «Бостон Брюинз»?

Маркус улыбнулся так широко, что, должно быть, у него заболели щеки.

– Лучший день в моей жизни. Это еще не конец. Нужно дождаться, когда выберут этих двоих в команду.

Перед тем как очередь снова дошла до «Бостона», еще несколько клубов успели выбрать себе новых игроков, а затем повисла такая тишина, что можно было услышать, как пролетает муха. Когда они назвали имя Джекса, зал разразился аплодисментами, и на этот раз Маркус закружил Джекса в воздухе. Я притянул их обоих в свои крепкие объятия, игнорируя укол ревности от того, что они будут вместе. Единственное, что сейчас было важно, – это то, что меня вообще допустили участвовать в отборе. Я отстал на несколько раундов, и хотя я знал, что было много вещей, которые происходили вне сцены, но ожидание убивало меня.

Я с трудом сглотнул, видя, как одна команда за другой объявляют чужие имена, переходя к третьему раунду. Мое внимание сместилось на маленькую ручку Пайпер, которая сжала мое бедро. Ее ладонь не была заметна между нами, так что я мог расслабиться.

Гроссмейстер «Бостона» вышел на трибуну, и я так сильно затаил дыхание, что мог слышать биение пульса в своей голове. Еще ни разу не было, чтобы три игрока из одного места смогли пройти в одну и ту же команду Национальной хоккейной лиги. Шансы близились к нулю. Когда он выкрикнул мое имя, мир словно остановился, и я не был уверен, что вообще дышу. Я отвел взгляд от экрана и посмотрел на Пайпер, чтобы убедиться, что это правда. Она улыбнулась мне во весь рот, и я был очарован светом ее глаз. Я хотел наклониться вперед и ощутить вкус ее губ прямо сейчас. Я придвинулся ближе, и у нее перехватило дыхание, а взгляд метнулся к моим губам. Ничего не стоило сократить дистанцию между нами.

Сильные руки обхватили меня сзади, и воодушевленный Маркус стащил меня с дивана, а за ним быстро подошел Джекс.

Казалось, что стены дома задрожали от волнения, и я потерял Пайпер в толпе.

После отбора мы собрались у Джекса дома, который уже был переполнен людьми. Его родители оставили его нам, сказав, что после сегодняшнего вечера мы достаточно взрослые, чтобы как следует отпраздновать. Они ужасно ошибались в этом, но мне было грех жаловаться.

– Мы, черт возьми, сделали это, чувак! Не могу дождаться, когда можно будет тратить наши подписные бонусы[6], – прокричал Маркус сквозь музыку, обнимая меня одной рукой и протягивая мне пиво. Мой бонус был не таким большим, как у него, но я был более чем доволен.

Я сделал большой глоток, чувствуя, как бодрящий вкус обволакивает мой язык, и оглядел народ, толпящийся в гостиной Джекса.

– Кто все эти люди? – спросил я.

– Понятия не имею. Лучше привыкай к этому.

Я обратил внимание на хвост блондинки, и мое сердце сжалось в груди, но, когда она повернулась ко мне лицом, я почувствовал разочарование. Мне должно было быть все равно, особенно в те моменты, когда я тусовался с ее братом, но я бы соврал, если бы сказал, что не хочу, чтобы Пайпер была здесь.

Она сделала сегодняшний вечер в сто раз проще, и осознание того, что между нами уже долгое время что-то происходит, ударило меня в голову, когда я чуть не поцеловал ее прямо в своей гостиной.

Я успел представить, как Маркус избивает меня до полусмерти, пока это показывают в прямом эфире в национальных новостях, но, честное слово, в тот момент это того стоило. У меня было достаточно сил, чтобы признать, что я был напуган. Казалось, что весь мир наблюдал за тем, как решается мое будущее. Все рушилось вокруг меня, и Пайпер каким-то образом знала об этом. Она привела меня в чувство, сделав все проще. Я понял, что прав, и мое сердце стало биться медленнее. Какими бы ни были результаты отбора, со мной все было бы хорошо, потому что Пайпер Адамс держала меня за руку.

– Ты уже застолбил ее? – Маркус проследил за моим взглядом, и его темные глаза остановились на блондинке, которая, как я теперь заметил, была одета в самую короткую юбку на свете. Что-то мне подсказывало, что если она нагнется, то у нас не останется простора для фантазий.

– С каких это пор тебе не наплевать, кто кого застолбил?

– С таких, как понял, что хочу выиграть это соревнование и что лучше не идти против твоей хорошенькой задницы.

Маркус подтвердил свои слова шлепком по моему заду, от которого я засмеялся.

– Отвали.

– Ты такой потаскун, Лукас.

Он был прав. За всю нашу дружбу я был самым развратным из них всех. Я часто поступал хреново, чем и не гордился. Спал с девушками, которым не собирался перезванивать. Но прямо сейчас была только одна девушка, на которую мне было не наплевать, и я ни за что не стал бы рушить наши отношения ради какой-то хоккейной фанатки.

Девушка, о которой мы говорили, улыбнулась нам, и у меня скрутило живот от беспокойства, оставив неприятный привкус во рту.

– Она вся твоя, приятель. Я собираюсь взять еще выпивки. Тебе принести?

Маркус одарил меня дерзкой улыбкой и направился к своей следующей цели.

– Не надо. Скоро увидимся.

– Это ненадолго, да? – Он усмехнулся, пятясь в ее направлении. – Мне приходится потрудиться подольше, чтобы они начали выкрикивать мое имя.

– Ты же знаешь, что если девушка кричит, как в порно, то она притворяется?

– Кому какое дело? – Маркус показал мне средний палец и скрылся в толпе.

Я допил свое пиво одним глотком. Бедные, черт побери, девчонки понятия не имели, во что они ввязались. Он был отличным другом, преданным до мозга костей, и потрясающим товарищем по команде. Всегда заставлял чувствовать, что вместе вы можете сделать все что угодно. Но он был гребаным придурком, когда дело касалось девушек. Я был плохим, но он был еще хуже. В качестве доказательства можно было считать наш разговор, после которого я сильно сомневался, что он когда-либо доводил девушку до оргазма.

Я оглядел комнату и заметил на кухне Джекса, который ел кусок пиццы, пока какая-то девчонка что-то ему рассказывала. Он кивал, жуя, и выглядел слишком самодовольно. Видимо, он был рад, что сегодня вечером ему точно перепадет.

Но он был не тем, кого я искал. Пайпер была где-то здесь. Она пришла на полчаса позже нас, но я слишком быстро потерял ее в толпе. Если бы это не было чертовски подозрительно, я бы пошел прямо за ней. Время от времени я видел ее мельком. Она была со своей подругой Шаной и еще одной девушкой, которую я не знал. В последний раз, когда я их видел, они танцевали, но их место на танцполе теперь было занято парочками, прижимающимися друг к другу.

Музыка пульсировала в воздухе, и толпа двигалась в одном ритме с ней. Их движения имитировали секс наилучшим образом. Кровь отхлынула от моего тела и прилила прямо к члену, когда мой взгляд остановился на самой красивой блондинке. Пайпер плавными движениями двигалась в такт музыке, позволяя ей завладеть собой, а я застыл на месте, не в силах пошевелиться, и мог только наблюдать за ней. Ее ясные голубые глаза встретились с моими, медленная улыбка изогнула уголки ее рта, пока будущий покойник не встал между нами и не обхватил пальцами ее талию.

Я дернулся вперед и схватил его за шиворот, прежде чем мой мозг успел что-то сообразить.

– Какого хрена ты творишь? – почти зарычал я на парня, который просто смотрел на меня с открытым ртом.

– Приятель, я просто танцевал с ней.

– Теперь ты просто уходишь, – сквозь зубы проговорил я.

Он перевел взгляд с Пайпер на меня и кивнул.

– Да, чувак. Конечно. Я ухожу.

Я не смотрел, как он уходит, все мое внимание было приковано к девушке. Я отвел ее назад, пока ее спина не оказалась прижатой к стене, наполовину скрывая ее от остальной части комнаты деревянным ящиком. Мы были так близко, что моя грудь почти соприкасалась с ее при каждом нашем вдохе.

– Где Саманта?

– Мне наплевать на Саманту. Я бросил ее, и она пошла домой с Дэвисом. – Гнев пробежал по моей спине при мысли о том, что кто-то из этих придурков прикоснется к ней. – Ты знаешь, кто был этот урод?

– Какой-то хоккеист.

Я грустно посмеялся, придвигаясь ближе, пока наши тела не соединились в одну линию от бедра до груди.

– Хоккеистам нужно только одно.

– Тебе ведь лучше знать, верно? – На ее лице появилась дьявольская ухмылка, и ее губы оказались в сантиметре от моих. – А я хочу хоккеиста.

Черт. Мои пальцы сжали ее бедра, когда напряжение прокатилось по моему позвоночнику. Отчаяние пробежало по коже, когда я увидел, как кончик ее языка задел мой рот, и она облизнула губу. Мне пришлось собрать всю свою силу воли, чтобы не поддаться этому прикосновению, не втянуть ее язык в рот и не попробовать ее на вкус. Мои руки дрожали от усилия сдержаться, пока она смотрела на меня горящими глазами.

Я вдохнул через нос, желая, чтобы мое сердце перестало так биться, когда я выпрямился. Было физически больно увеличивать расстояние между нами, но этого не могло случиться. Этого не могло быть. И неважно, как сильно я, черт возьми, этого хотел.

Я отступил назад, разжимая пальцы, и внезапно комната погрузилась во мрак.

– Электричество выключили! – громкие голоса нарушили тишину, но я потерялся в ее дыхании, оседающем на моих губах. Я напрягся, когда Маркус позвал меня по имени:

– Лукас, ты следишь за Пайпер?

– Да… – Мои слова были прерваны самыми сладкими губами, и низкий рокот зародился у меня в груди. Наружу выплеснулся фонтан эмоций, и я ощутил клубничный вкус, накрывая ее губы требовательным поцелуем. Теперь, когда я овладел ее ртом, я жаждал большего. Я отвел ее назад и прижал к стене, наваливаясь своим телом и заглушая ее жалобные хныкающие звуки. Черт, на вкус она была как рай. Я провел по ее языку, зубам и губам, запоминая каждый сантиметр ее рта. Я мечтал об этом годами, но это не шло ни в какое сравнение с реальной мягкостью ее прикосновений.

Мой член заныл в штанах, когда она закинула на меня ногу и прижалась своими бедрами.

– Боже мой.

Я провел пальцами вниз по ее шее, стягивая тонкую бретельку платья на ее плече и облизывая впадинку над ключицей. Я чертовски жаждал заполнить каждый сантиметр ее тела и сильно качнул бедрами, срывая вздох с ее губ.

Ее пальцы вцепились в мои волосы до боли крепко, когда она прижалась ко мне ближе. Я раскачивался с ней в одном ритме, прислушиваясь к ее прерывистому дыханию. Она была так чертовски близко, а я еще даже не прикасался к ней.

– Лукас, – выдохнула она.

Услышав свое имя, слетевшее с ее губ, я буквально освирепел. Я хотел увидеть, как она кончит, выкрикнет мое имя, а затем будет умолять меня взять ее снова.

Зажегся свет, и я отпрянул назад, чуть не столкнувшись с парнем позади меня. Пайпер что-то сказала, но из динамика зазвучала музыка, заглушая ее слова.

Небесно-голубые глаза заставили меня застыть на месте, даже когда вечеринка продолжилась в полную силу. Я сжал пальцы, борясь с ощущением ее кожи и вкуса губ. Моя грудь вздымалась, а сердце колотилось все сильнее с каждым затрудненным вдохом. Она была всем, чего я когда-либо хотел и чего никогда не мог себе позволить.

– Поцелуй меня снова, – умоляющим голосом сказала Пайпер, теряя всякий над собой контроль.

Я зарычал, хватая ее за руку и уводя с вечеринки, и с отчаянием вдохнул прохладный ночной воздух. Я повернулся к ней и потер рукой затылок. Что, черт возьми, я натворил?

– Отпусти меня, Лукас.

Щеки Пайпер покраснели, кулаки сжались, но больше всего меня подкосил вид ее покрасневших глаз. Она выглядела так, словно сдерживала себя, стараясь не заплакать, и я ни за что не собирался оставлять это без внимания.

– Никогда. – Я обхватил ее лицо ладонями и приподнял подбородок, а затем провел кончиком носа по ее, делая глубокие вдохи.

Это было обещание, которое я планировал сдержать.

Я захватил ее рот глубоким поцелуем, утопая во вкусе клубники. Пайпер застонала, втянув мой язык, и рычание вырвалось из моего горла.

Ее нежные пальцы прошлись по моим плечам и впились в шею, притягивая ближе. Черт. Я пошевелил бедрами, поставив ногу между ее бедер, и поразился тому, как она прижалась ко мне.

– Вот так. Это моя девочка.

Она застонала и снова потерлась об меня, пытаясь надавить сильнее. Я прижался губами к ее уху и выдохнул:

– Я сделаю так, чтобы ты смогла кончить. Ты запомнишь, что только я способен дать тебе то, чего ты хочешь.

Перестав дышать, она качнулась сильнее, и я подхватил ее, приподнимая, пока она не обхватила меня за талию ногами. Я просунул руку между нами, провел ею вверх по ее гладкому обнаженному бедру и застонал, когда добрался до промокшей ткани ее трусиков.

Я сделал успокаивающий вдох, прижавшись к ней лбом, и коснулся пальцами ее промежности.

– Ты не против?

Она буквально не могла дышать, ее пальцы впились в мои плечи, прежде чем она сказала хныкающим голосом:

– Да, да. Не останавливайся.

Я отодвинул ткань нижнего белья в сторону и втянул воздух сквозь зубы, когда она намочила мою руку.

– Ты такая чертовски влажная.

Я погрузил в нее свой палец, нежно поглаживая, пока ее умоляющий тон не перешел на более требовательный, а любое подобие слов не превратилось в бессмысленные стоны удовольствия.

Я не торопился, прислушиваясь к тому, как она начинала затрудненно дышать, а когда – стонать, меняя свой ритм с более быстрого на медленный, пока не нашел именно тот, что ей нравился. Когда я почувствовал пульсацию вокруг моих пальцев, я сдвинул их к передней стороне, поглаживая ее ближе к клитору. Она выкрикнула мое имя и уткнулась лицом мне в шею, двигаясь все сильнее.

Низкий гул удовлетворения прошел через мое тело, и я знал, что, как только она кончит, я подарю ей еще одно удовольствие.

– Вот так. – Я прижал ладонь к ее клитору. – Кончи для меня, детка. Ты вся моя.

– Лукас, – взмолилась она, и дрожь пробежала по моему телу. Черт, она была готова взорваться от переполняющих ее эмоций. Как бы это ни было странно, но я испытывал гордость, что был единственным, кто мог ей подарить это наслаждение.

Я усилил давление согнутыми пальцами, пока она не укусила меня за плечо, заглушая звук своего крика, и я понял, что попал в ту самую точку, которая приносила ей наибольшее удовольствие. Ее влага пропитала мою ладонь, и она была горячее, чем я мог себе представить. Я тяжело дышал, прижимая ее к себе, и пытался восстановить дыхание. Провел языком по ее шее, усмехнувшись от мурашек, покрывших ее кожу, а затем отстранился и приподнял ее подбородок.

– Это было лучше, чем в моих фантазиях.

Глава 8
Пайпер

Девушка, плохо державшаяся на ногах, вышла с заднего двора Джекса, чуть не врезавшись в Лукаса, и теплая улыбка расплылась по ее лицу.

– Упс, извини. Не заметила тебя.

Весь тот радостный свет, копившийся внутри меня, вспыхнул красным пламенем, и я сделала шаг к ней. Лукас поймал меня за талию, и его тихий смешок раздался над моим ухом.

– Полегче, Убивашка. Я с тобой. Пошли.

Наши пальцы были по-прежнему сплетены, когда он пропустил меня в дом. Я шла следом за Лукасом, пока он проталкивался сквозь толпу. Не знаю, как это было возможно, но здесь было еще больше людей, чем раньше. Такое столпотворение помогло нам пройти незамеченными через дом Джекса, держась за руки.

– Куда мы идем? – крикнула я, чтобы Лукас смог услышать меня, и он сжал мою руку, притягивая меня к себе. Его губы коснулись моего уха.

– Ты доверяешь мне?

– Да, – ответила я, удивляясь, как это слово легко сорвалось с моего языка.

Его горячий взгляд встретился с моим, и он провел большим пальцем по нижней губе, которая медленно изогнулась в улыбке.

– Хорошо.

Он взял меня за бедра и развернул, прижав спиной к стене, после прислонился ко мне, отчего сердце застучало в ушах, а дыхание стало прерывистым, и я огляделась вокруг себя в поисках Маркуса.

Лукас провел носом по моей шее, завладев моим вниманием, а затем прикусил мочку уха. Он произнес игривым тоном:

– Ты должна доверять мне, помнишь?

Я расслабилась, откинув голову назад, и встретилась с его полуприкрытым взглядом.

– Мы у всех на виду.

Он придвинулся так, что его плечи закрыли мне обзор гостиной, после чего прижался своим лбом к моему.

– Мне нужны твои губы.

Черт. Это было горячо. Я приподнялась на цыпочки и прикусила его нижнюю губу, слыша глубокий рык из глубины его горла, прежде чем он наклонился и требовательно меня поцеловал.

Его прикосновения были мягче, чем раньше, когда он не торопясь исследовал мой рот и обхватил мои щеки своими большими ладонями.

Он отстранился и поцеловал меня между бровей.

– Ты не представляешь, как долго я ждал, чтобы сделать это.

Я напряглась и склонила голову набок.

– Ты имеешь в виду поцеловать меня? – Я взглянула на впадинку у основания его шеи, не в силах встретиться с ним глазами. – Ты никогда даже не смотрел в мою сторону.

Он засмеялся и поцеловал меня снова, прежде чем заговорить у моих губ:

– Я никогда не отводил от тебя взгляда.

Моя грудь наполнилась трепетом. Я и мечтать не смела о том, что он будет так близко ко мне, поедая меня глазами. Я не собиралась упускать этот шанс на случай, если наше счастье не продлится долго. Я погладила его пресс, наслаждаясь тем, как напряглись его мышцы, и прочертила твердые линии под его футболкой. Он наклонился ко мне и снова поцеловал, медленно и томно.

Я провела ладонью по шортам Лукаса, просунув большие пальцы под резинку, и задела его бедро. Он напрягся, опустив голову на изгиб моей шеи.

– Детка, нужно найти укромное место, прежде чем мы устоим здесь гребаный пожар.

У меня вырвался смешок. Мне нравилось, как от мысли, что придется остановиться, ему становилось больно. От одного его слова у меня перехватило дыхание. Я сжалилась над ним и положила руки ему на плечи.

– Гостевая комната?

Его стон защекотал мне шею и послал мурашки по спине, прежде чем он отстранился и всмотрелся в мое лицо, пытаясь прочитать, говорю я серьезно или нет. Я никогда в жизни не была так серьезна, как сейчас.

Я выскользнула из его объятий, нырнув под его руку, и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. Его теплые пальцы обхватили мои, и я оглянулась, встретившись с широко раскрытыми глазами Лукаса. Я провела языком по нижней губе, прежде чем прикусить ее.

На его губах заиграла озорная улыбка, и он преодолел расстояние между нами. Жар его груди коснулся моей спины, когда он заговорил хриплым голосом:

– Продолжай так смотреть на меня, и я забуду, что здесь есть люди.

Меня охватил трепет. Часть меня отчаянно хотела увидеть, что он сделает, если я усилю давление, но я ни за что не могла позволить Маркусу помешать нам. Не тогда, когда я ждала этого так долго.

Я взбежала по лестнице, смеясь от восхищенного возгласа Лукаса, и завернула за угол, в темный коридор второго этажа. Я не прошла и метра: Лукас поднял меня на руки и впился своими губами в мои. Я обхватила ногами его бедра и ахнула, как только его ладони легли на мои ягодицы, прижимая меня к своей твердой длине. Его рот захватил мой, лишая дыхания медленными, голодными поцелуями, и я крепче обхватила его талию, когда он понес меня в комнату для гостей.

Он закрыл за нами дверь, заглушив громкую музыку с вечеринки, бушевавшей внизу.

Лукас медленно опустил меня на пол, и я застонала, когда его твердое тело прижалось к моему. Я коснулась лбом его груди и вдохнула его пряный запах, ощущая плотское желание.

Его сердце быстро забилось с моим, пока грудь вздымалась и опускалась при отрывистых вдохах. Я нуждалась в нем больше, чем в чем-либо за всю свою жизнь, и мне стало страшно.

– Лукас, это многое значит для меня.

Он зарылся пальцами в мои волосы, массируя большими и указательными пальцами кожу, и его тихие слова эхом отразились в моей голове.

– Ты всегда значила для меня больше. Я должен был сказать тебе об этом раньше.

Мои глаза засияли, и я уткнулась лицом ему в грудь, позволяя теплу его слов омыть меня. Его пальцы прошлись вниз по моей спине и вверх по плечу, прежде чем коснуться бретельки моего платья. Он опустил голову к моей шее, нежно целуя, прежде чем стянуть тонкую ткань. Его большой палец тянул вниз бретельку с противоположной стороны, пока вырез моего платья не опустился ниже и не зацепился за край лифчика.

Он погладил большим пальцем верхнюю часть моей груди, посылая восхитительный жар между моих бедер, прежде чем отстраниться.

– Можно?

Я кивнула, и его глаза встретились с моими.

– Нужно, чтобы ты это сказала, малышка.

Мой клитор запульсировал от его командного тона.

– Да.

Он отстранился и через полуоткрытые веки наблюдал за тем, как обнажается мое тело. Его грудь поднималась и опускалась при виде меня, и он провел пальцем от моего лифчика морского цвета до края трусиков в тон. Он поднял на меня глаза.

– Ты чертовски прекрасна.

Так же сильно желая рассмотреть его, я приподняла край его футболки, и он помог мне стянуть ее через голову. У меня перехватило дыхание. Я видела его без рубашки бесчисленное количество раз, но смогла прикоснуться впервые. Я провела пальцами по его груди и ухмыльнулась, когда он резко вдохнул. Мне понравилось, как он отреагировал на мои действия – как будто он нуждался во мне так же сильно, как и я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Лактаза – фермент, расщепляющий лактозу (молочный сахар), содержащуюся в молоке и молочных продуктах, на глюкозу и галактозу, чтобы она хорошо усваивалась.

Вернуться

2

Gatorade – американский бренд напитков и продуктов питания на спортивную тематику, основанный на фирменной линейке спортивных напитков.

Вернуться

3

Американский завтрак Lucky Charms – это хлопья, смешанные с зефиром маршмеллоу.

Вернуться

4

Froot Loops – готовый сухой завтрак.

Вернуться

5

«Бостон Брюинз» – профессиональный хоккейный клуб, выступающий в Национальной хоккейной лиге.

Вернуться

6

Подписные бонусы – это единовременная выплата игроку за то, что он подписал контракт.

Вернуться