Анастасия Аристова, Ульяна Лаврова
Отвергнутые

Вторая книга цикла "Хранительница мира"

Раз, два, три…

Пролог

Иногда действия человека не подвластны ему самому.

И тем более необъяснимы для других.

Стоял летний солнечный день. Ласковый ветерок приносил аромат вишни из открытых окон дома. Маленькая девочка сидела на качелях, и ее голубое платьице развевалось на ветру. Носками своих ботинок она тихонько  отталкивалась от земли, покачиваясь. По ее щекам текли слезы, не обращая на них внимания, она все повторяла и повторяла считалочку:

– Раз и два – Это не только слова.

– Три и четыре – Меня нет в этом мире.

– Пять, шесть – У меня для вас весть.

– Семь, восемь – Как наступит осень.

– Девять, десять – Тебя повесят!

Последнюю фразу она произнесла с особой злостью. За свою, столь юную жизнь, этой злости в ее душе накопилось очень много. Она была глубоко несчастна и сейчас, здесь на качелях, она пряталась от той тирании, что была у нее в семье.

В этот момент из дома послышался еще один пронзительный крик, она вздрогнула. Этот крик был особенно громкий, девочка закрыла уши руками и еще раз повторила считалку.

Как же она ненавидела такие дни! А самое главное, она не понимала, за что он так с ней, за что он так с мамой?

Девочка вспомнила как началось это утро, пытаясь понять, что пошло не так. Проснувшись и открыв глаза, она увидела как мягкий солнечный свет, заливает всю ее комнату. День обещал быть волшебным. Спрыгнув с постели, побежала на кухню, на аппетитный запах маминого пирога с вишней. Она обожала его, потому что это был не просто пирог с вишней, мама всегда добавляла туда дробленые звездочки бадьяна, что придавало ему неповторимый аромат.

Девочка резво сбежала со второго этажа, и уже через мгновение была на кухне. Она обрадовалась, что застала мать здесь, ведь они так редко виделись. Мама радостно напевала себе под нос какую-то песенку и завидев дочь, обняла и поцеловала ее. Это было так необычно, мамины поцелуи были редкостью и она очень скучала по ним. Это утро обещало быть особенным.

К сожалению, в этот момент на кухню вошел отец, он смерил всех своим тяжелым взглядом. Девочка заметила как мамино лицо изменилось, она побледнела, уголки губ опустились, а глаза расширились от страха.

– Беги, – тихо шепнула мать.

Сорвавшись с места, девочка побежала, но успела услышать, как отец начал кричать на маму. Кричать, что она не имеет права никого обнимать и целовать кроме него.

И вот сейчас она здесь. Воспоминания о прекрасном утре ничем не помогли ей решить вопрос “Почему из прекрасного оно превратилось в ужасное?”

Покачиваясь, она снова произнесла свою считалочку вслух. Эти действия успокаивали ее. Но мысли о том, что отец не прав, никак не отпускали и она все возвращалась и возвращалась к вопросу: “Почему он так с ними? Почему он бьет маму? И вообще, зачем она пришла в этот темный мир, где столько боли и страха?” Ни на один из вопрос она так и не нашла ответа.

Оттолкнувшись, она спрыгнула с качели и пошла в лес. Там ждал ее свой воображаемый мир. Мир, где она могла забыться, нарисовать людей и их жизнь по собственному усмотрению. Придумать друзей, которых у нее никогда не было. И они любили бы ее просто так.

Весь день она прогуляла и вернулась домой, когда солнце уже начало склоняться к горизонту. Девочка очень хотела есть, и сразу отправилась на кухню. Пирога уже не было.

– Садись, я накормлю тебя, Гейла, – послышался усталый мамин голос. Видимо она услышала, как ее дочь вернулась.

Посмотрев на мать, девочка подметила новые раны и ушибы на теле матери. Стиснув ладони в кулачки она приказала себе не плакать.

Мать разогрела суп, налила его в тарелку и поставила перед дочерью. Сев напротив, произнесла:

– Запомни дочь, выбирай себе мужа не по красоте, как я, выбирай так, чтобы он имел власть. Только человек или оборотень имеющий власть, могут дать все и тебе не придется работать, будешь жить как королева.

Девочка, с широко открытыми глазами, внимала каждому слову матери. Впоследствии она еще не раз слышала этот ее наказ.

Конец – это новое начало

10 лет спустя

Гейла

Стоит опуститься на самое дно, чтобы признать ошибки прошлого.

Я висела, прикованная к стене, в темнице замка и отсчитывала минуты до конца моей жизни. Я была уверена, это конец, по другому и быть не может. Такой, как мне, нет прощенья.  Воспоминания моей никчемной жизни  пролетали перед моими глазами.

Вот ночь моего первого оборота. Именно генерал Сантер помогал мне обернуться назад в человека. Без него я, скорее всего, так и осталась бы маленькой волчицей. Помню, меня тогда поразили его умения и сила, более властного оборотня, как мне тогда казалось, я не видела. И я решила, что он мой, надо его обязательно заполучить во что бы то ни стало. Как же я ошибалась, глупая.

Обидевшись на отказы генерала, я решила мстить, навязалась с повстанцами в лагерь. Узнала о тайном ходе из пещеры в замок и с этим знанием прямиком отправилась к королю.

О! Король оказался ничем не хуже генерала, пожалуй даже более сильным, а уж о том, сколько у него было власти, и говорить не приходится. Мощная фигура, черты лица истинного аристократа, мечта. Настоящий красавец. Я снова влюбилась, я думала, что влюбилась. У меня появилась новая цель, но и о мести я не забывала.

Помню, как я обещала рассказать королю Эварду все тайны об оборотнях, лишь бы остаться с ним наедине, я хотела соблазнить его. Но он нарушил мои планы, позвав на разговор со мной своего сына Медека. Я тогда не поняла, зачем он нам? Пока мы ждали его сыночка, я выпятила свою грудь и высокомерно задрала голову. Хотела, чтоб король знал, что я важна. Глупая.

Медек же оказался еще одной неожиданностью для меня, он был моим истинным. Как только он вошел в зал, моего носа коснулся аромат свежего леса, словно там только что прошел дождь. Волчица во мне начала яростно скулить и выть, но я пинками загнала ее вглубь подсознания, так далеко, что она с тех пор ни разу не появлялась. Слабая она у меня. И судя по тому, насколько она слаба, пара у меня должна быть такой же.  Поэтому, я с некоторым скептицизмом начала разглядывать Медека. Темные волосы и глаза, те же аристократические черты лица, как у его отца. Он смотрел на меня в ответ, буравя взглядом. Буквально на мгновение мне показалось, что я увидела заинтересованность во взгляде и его глаза сверкнули желтым. Но наверное показалось, так как больше я ни разу не видела на лице Медека ни одной эмоции.

В дальнейшем, каждый раз при встрече, на его лице читалось лишь безразличее. Иногда же мне казалось, что он меня сторонится. Обидно. Обидно, что даже истинной паре, такому как он, слабому оборотню, я была не нужна.

В тот роковой день под пристальным взглядом короля Эварда и пустым Медека, я рассказала обо всем, ничего не скрывая. О тайном ходе, о повстанцах, о поселениях оборотней, о том как проходят инициации, о генерале, который помог оборотням восстановить поселения, и связь между человеком и волком.

Понимание же насколько я была глупа пришло позже, когда уже мало что можно было изменить. Там, на площади, где король нещадно хлестал Мидару. Я проклинала себя, видя как она мучается. Сдерживала слезы и заставляла себя смотреть на её мучения для чтобы осознать, я принесла зло оборотням, я была не лучше своего ненавистного отца. Именно поэтому, я считала, что заслуживаю смерти. Слишком много ошибок. Жалко ли мне было себя? О да, очень жалко. А еще, было жаль, что я так и не нашла путь в своей жизни, жаль, что я никогда не узнаю, что такое счастье, семья.  Нормальная семья, так же бывает?

Очнувшись от воспоминаний, я попробовала пошевелить руками. Я их не чувствовала, они занемели. Подняла голову. Сколько я здесь? Час, два, день? Находясь в замкнутом пространстве, в одном и том же положении, наедине со своими мыслями, было тяжело понять ход времени.

Я посмотрела на противоположную стену. Там висел, так сказать, друг по несчастью. Мой истинный, насмешка судьбы. Никогда нам не быть вместе, зато вместе сдохнем. Я снова задрала голову вверх, уставившись в потолок. В голове само собой всплыло:

Раз, два, три….

И я начала перебирать слова, шепча себе их под нос.

В какой-то момент почувствовала, что он на меня смотрит и посмотрела на него в ответ.

Ничего не изменилось, снова этот пустой взгляд. Смотришь в его глаза, а ощущение, что смотришь вникуда, чего скрывать, я его боялась.

– Что ты делаешь? – ровно и безэмоционально, поинтересовался мой сосед.

И что ему от меня надо? Но, я все же ответила:

– Считалку сочиняю.

– Зачем? – в голосе звучало неподдельное недоумение.

Зачем, зачем? А действительно, зачем? Я и сама толком не знала. Только вот в таких тяжелых ситуациях они сами собой лезли мне в голову. Ему же ответила другое:

– Чтоб не скучно было.

Он слегка качнул своей головой и снова опустил ее. Видимо посчитал, что я не в себе.

Возможно так оно и было. Своими вопросами Медек мне сбил настрой сочинять. Тогда я подумала, что было бы если я, наступив на свою гордость, пришла к нему первая, он принял бы меня? Почему-то я сомневалась. А приняла бы его я? Смогла бы полюбить его таким, как есть? Слабым, зависящим от короля. Да, я думаю, да. Что-то безумно притягивало меня в нем. Я не понимала себя, но с каждым днем сопротивляться своим мыслям и эмоциям было все тяжелее.

Я продолжила смаковать свои несбыточные предположения. Почему нет? Осталось-то мне совсем чуть-чуть. Хотя бы в грезах я могу быть счастливой. Раньше, в детстве я же придумывала себе друзей. Почему сейчас не могу? И я представила, как мы идём с Медеком по лесу, держась за руки, наши пальцы переплетены. Чувство любви огромное, всепоглощающее охватило меня. Сердце ускорило бег. Я захлебнулась в этих ощущениях. Как же я хотела быть любимой, просто любимой. Плевать на все остальное, на власть, на богатство. Я наконец поняла свои, а не навязанные мне желания. Я хочу быть любимой!

Видимо Медек, что-то почувствовал, так как он снова поднял взгляд на меня. Только вот сейчас взгляд не был пустым, он смотрел на меня зло.

Я оскалилась в ответ, показывая клыки. Видите ли, не нравятся ему мои эмоции. А мне нравятся! Я! Хочу! Быть! Любимой! И мне все равно, что это никогда не случится.

Заскрипел засов, дверь открылась, в камеру вошел тот, кто будет моим палачом. За ним шла его пара. Не ожидала ее здесь увидеть после того, как над ней так издевались. Поистине сильная волчица.

Они встали посреди камеры. Потянувшись к своему генералу, Мидара взяла его за руку. “Как мило” – с издевкой проговорил мой внутренний голос, волна злости и зависти с новой силой захлестнула меня.

В камере возникла тишина. Чего они ждут? Пусть покончат с нами побыстрее!

Наконец генерал подошел к Медеку. И что я слышу? Он дает ему шанс и предлагает свободу в обмен на служение ему. Но этот идиот молчит. Скажи да, скажи, что ты согласен и будешь жить!

Молчание затягивалось, но наконец прозвучало долгожданное согласие и клятва, я даже выдохнула. Я была рада за него. Хотя бы он будет жить. Я видела, как на шее Медека загорелся витиеватый золотой узор, видимо это была клятва. Генерал освободил Медека и произнес: “А теперь ты подходишь и ставишь метку Гейле, это моё условие.” Слова генерала поразили меня. Зачем им это?

Грозный рык Медека огласил камеру – НЕТ! Он усилил своё "нет" ментально. Я почувствовала, как его сила прокатилась вспышкой боли по всему моему телу, выкручивая мышцы, принуждая подчиниться. Я не смогла сдержать стона.

Что за чертовщина? Он не может быть сильным! Он не может быть Альфой. Рисунок  на его шее засветился.

Медек стоял посреди камеры и сверлил меня злым взглядом. О, это невероятно, невероятно красиво. Хоть какая-то эмоция и эта эмоция преобразила его лицо.

А в следующее мгновение я почувствовала его зубы у себя на плече, вспышку боли и тепло, которое разлилось от метки по всему телу. Я так этого хотела, но не так себе это представляла. Зачем эта метка, если я ему не нужна?

– Я выполнил твоё условие, генерал, – и с этими словами Медек вышел из камеры.

Ко мне подошла Мидара.

– На твоём месте перед тем, как что-то говорить, я бы подумала несколько раз. Мы даём тебе шанс на жизнь, шанс на свою семью, счастье, любовь. И только ты можешь сейчас принять решение надо тебе это или ты выберешь смерть. Так же как от Медека я потребую от тебя клятву.

Я молчала, пытаясь понять услышанное. Мне? Шанс?

– Если ты не готова, я могу дать тебе время. Идем Сантер, вернемся завтра, – Мидара восприняла эту мою заминку по-своему.

– Нет, я готова! Давай сюда свою клятву!

Я злилась, но злилась не на Мидару, а на Медека. Я никак не могла поверить, что была не нужна ему.

– Хорошо, – ровным голосом произнесла Мидара, – клянись, что не причинишь вреда ни оборотням, ни людям. Клянись, что всегда будешь говорить правду, – секунду подумав, добавила, – и ты не сможешь выходить за территорию замка, пока я не разрешу тебе.

– Клянусь, – безэмоционально произнесла я и почувствовала легкое жжение в области шеи, но оно быстро ушло.

– Идем Мидара, – генерал подошел и взял ее за руку, – Гейла, чуть позже придет Боул, первое время он присмотрит за тобой. От себя могу посоветовать, подумай над тем, где ты ошибалась и сделай выводы. Второго шанса у тебя точно не будет.

Так я осталась одна. Одна со своими мыслями, но со вторым шансом.

Я иду кулон сдавать

Полгода спустя

Гейла

Я сидела на траве, и ловила ладошками солнечные лучики, которые играли со мной, сквозь крону деревьев. Мне было хорошо и спокойно в это утро. Мы только что бегали с ребятами, изображая погоню на лошадях и я отдыхала после наших “скачек”.

– Гейла, Гейла, давай играть снова, давай  теперь в прятки.

Ко мне бежала Варника, ее короткие золотистые кудряшки подпрыгивали при каждом шаге. Я улыбнулась, не могла не улыбаться при виде такого милого зрелища. Эта чудесная девочка восьми лет, всегда была веселой и активной. Своим живым и предприимчивым нравом она собирала вокруг себя много детей и завлекала в игры.

– Подожди, дай отдышаться, вы меня совсем загоняли.

– Ладно, если ты не хочешь бегать, тогда давай читать, – предложила девочка.

Я согласилась и пошла в библиотеку за книгой со сказками. Новые хозяева замка почти сразу распорядились организовать школу для детей. Тяга к знаниям поддерживалась и поощрялась. Поэтому школу могли посещать не только дети, но и взрослые, желающие обучиться грамоте. Я тоже начала учиться читать и писать, ведь я была из простых оборотней. В нашем поселении книги были только у ведьм, но нас к ним не подпускали.

Я уселась поудобнее и расположила на коленях книгу. Варника села ко мне поближе в ожидании. К нам начали подтягиваться и остальные дети, четыре  мальчика и две девочки. Ребята от восьми до тринадцати лет. Здесь были как детишки людей, так и оборотней. Сейчас было интересно наблюдать, как они ведут себя друг с другом, ведь поначалу местные дети сторонились детей оборотней.  Но спустя время, я заметила, как к нашим ежедневным утренним играм начали подтягиваться все новые ребята.

Подошедший, рыжеволосый Кайл сходу выпалил:

– Мне отец сказал, что сегодня приезжает ваш муж Медек, его видели в городе.

Этот мальчик всегда пытался показать, что он знает больше всех. Он был самым старшим.  От его сообщения мое сердце пустилось вскачь. Я хотела видеть Медека, но всегда чувствовала себя лишней в его присутствии. Настроение резко упало, я захлопнула книгу так и не начав читать и громко объявила:

– Ребята, давайте вы дальше будете играть без меня.

В ответ услышала не стройное:

– Нет, ну нет!

– Мы обязательно продолжим, а сегодня мне надо идти.

Я поймала внимательный взгляд Кайла.

– Идемте в сад, строить шалаш, – озвучил он громко своё предложение.

– Ура, – закричали дети дружно и побежали, выкрикивая, кто чем будет заниматься.

Я вернулась в свою комнату, прошла к комоду и открыла верхний ящик. Надо было привести себя в порядок, после активных игр с малышней. Но вместо расчески рука сама потянулась к кулону, который каждое утро мозолил мне глаза и напоминал мне, какая я бесхарактерная.

Взяв его, я села на кровать. Вертя в руках, в очередной раз восхитилась работой мастера. На щите была морда волка,  она была настолько искусно выполнена, что волк выглядел как живой и сейчас смотрел на меня укоризненно. Эх, не моя это вещь, надо было давно его отдать хозяйке, но я никак не могла решиться на это.

Кулон вручил мне король Эвард в виде подарка, после того как сорвал его с шеи Мидары.   Казалось, буквально вчера я привела Мидару в замок, и буквально вчера король во дворе нещадно хлестал ее. Мне часто снилась эта сцена, только во снах, вместо Мидары, прикованная стояла я. Помню, какой страх и стыд я испытала, когда поняла, что сделала, к какому тирану привела ни в чем не повинную девушку. Сейчас же мне было противно от самой себя.

А Мидара, не смотря на все мои поступки, дала мне шанс. Сантер и его команда наладили жизнь в замке. С оборотнями людям стало жить намного лучше, это было видно по их одежде, по улыбкам на их лицах в те моменты, когда они были заняты своими повседневными делами. Я не участвовала в процессе налаживания быта в замке, я только наблюдала. Наблюдала, как замок дьявола приобретал вид светлого, теплого, уютного дома. Да, именно дома для всех. Мидара умудрялась дарить тепло всем, не ограничиваясь только своей семьей.

Они были прекрасной парой. Я никогда не видела, чтобы Сантер кричал или поднимал руку на Мидару. Они любили, доверяли и поддерживали друг друга. Завидовала ли я им? Конечно завидовала, но я не хотела им зла. Именно жизнь с ними показала мне, что все может быть по-другому. Семья это не отец-тиран, забитая мать и ненужный ребенок. Я мечтала о семье, но не представляла это возможным. Медек не обращал на меня абсолютно никакого внимания, к тому же очень часто отсутствовал дома, разъезжая по указаниям Сантера. В замке он появлялся раз в месяц, приезжал на несколько дней и снова уезжал. Когда же он был здесь, избегал меня и даже не скрывал это. Если мы оказывались в одной комнате, он моментально исчезал оттуда, игнорируя любые мои попытки заговорить с ним. Нам не суждено быть вместе, хотя впервые в жизни я хотела быть с кем-то, по-настоящему. Не ради его силы и власти, а просто, потому что нравился.

Ладно, хватит себя жалеть, я встала и пробормотала себе под нос считалку, которая пришла мне на ум:

– Раз, два, три, четыре, пять.

– Я иду кулон сдавать.

Я понимала, что мне надо успокоиться, набраться храбрости и сделать, что-то хорошее, а именно вернуть кулон хозяйке.

Выйдя из комнаты, направилась к Мидаре. Я очень надеялась, что она у себя.

Видение

Гейла

Дойдя до ее комнаты, я осторожно постучала в дверь.

– Войдите, – тут же услышала я голос Мидары.

Меня сковал страх, но бежать было уже поздно и подавляя его в себе, я вошла. Мидара сидела в кресле и читала. Отложив книгу, она посмотрела на меня своими ясными голубыми глазами, взгляд был внимательным и серьезным. Я медлила, пытаясь угадать ее эмоции и настроение.

– Прости, что побеспокоила, – тихо вымолвила я и подошла к ней. – Я хотела тебе кое-что отдать, знаю он важен для тебя, – и протянула руку, вручив ей кулон. – Прости, что так долго не решалась его вернуть.

Мидара удивленно смотрела то на меня, то на кулон.

– Мне отдал его король, он сдернул его с тебя, когда ты была без сознания. Прости.

Я развернулась и уже было направилась к двери, мне больше нечего было сказать, но услышала тихий голос Мидары:

– Подожди, не уходи.

Я развернулась и непонимающе посмотрела на нее.

– Присядь, я хочу поговорить с тобой, – она сделала жест рукой, приглашая меня присоединиться.

Я не понимала, что она хотела от меня, но вернулась и присела в кресло напротив.

– Я наблюдала за тобой все это время. Ты очень изменилась. И не раз видела, как ты помогаешь слугам с их обязанностями, хотя тебя никто не просил. А твои утренние игры с детьми, помогают нам объединить оборотней и людей.

Я очень удивилась, никогда не думала про мои игры так.

Мидара улыбнулась:

– Похоже ты сама не понимаешь, как влияешь на народ в замке.

Я пожала плечами:

– Мне просто все равно нечего здесь делать.

Она выдохнула, подбирая слова:

– Ты не плохая, Гейла, и явно недооцениваешь себя.

Мне было приятно услышать от нее такие слова.

Она продолжила:

– Просто в какой-то момент, что-то сподвигло тебя делать глупости.

– Глупости это мягко сказано, – я опустила взгляд, мне действительно было стыдно перед ней.

– Знаешь, однажды я тоже сделала одну огромную глупость и если бы тогда я зациклилась на самобичевании, никогда не была бы с Сантером. Нас определяет не то какими мы были, а то какими мы стали, и наша сила в том, чтобы увидеть свои ошибки и принять их. Я вижу, как ты меняешься и сегодняшний поступок доказывает это, – сказав это, она надела кулон на шею.

Я удивленно смотрела на нее. Не ожидала я такого разговора.

Вдруг Мидара ойкнула и приложила руку к животу.

– Что такое?

– Ничего, все хорошо, малышка сегодня очень активная, пинается, – она улыбнулась. – Вот и сейчас я вижу в твоих глазах тревогу, ты искренне переживаешь за меня.

Мне нечего было сказать на это, она была права.

Еще один "ой" со стороны Мидары. Я увидела, как ребенок в ее животе тихонько шевелится, это было настолько удивительно, что я не могла отвести взгляд и смотрела как загипнотизированная.

– Это так необычно, – тихо выдохнула я.

– Если хочешь, прикоснись, – она в ожидании посмотрела на меня.

Я изумилась, неужели она настолько мне доверяла, ведь при желании я могла навредить и ей, и ребенку. Я не понимала ее, но такого шанса упустить не могла, мне было очень интересно. Протянув руку я аккуратно приложила свою ладонь к ее животу.

Неожиданно перед моими глазами возникла картинка. На руках я держала прекрасного малыша, он смотрел на меня своими темными глазами и улыбался, посасывая пальчик. Видение закончилось, я убрала руку.

На меня счастливо смотрела Мидара, я поняла, что она тоже видела это.

– Что это было?

– Мое видение, иногда они возникают, к сожалению пока я не научилась их контролировать.

– Видение? Ты доверишь мне подержать своего ребенка? – удивилась я еще сильнее.

Даже не знаю, что из этого удивило меня сильнее, что к Мидаре приходят видения, или что она позволит МНЕ прикоснуться к своему дитя.

Непонимание отразилось на лице Мидары:

– Своего? – она легко рассмеялась, – нет, ты не поняла. Это был не мой ребенок, а твой и Медека.

Теперь я растерялась совсем.

– Этого не может быть.

– Действительно не может, если ты и дальше продолжишь сидеть сложа руки и ждать. Сделай хоть что-нибудь, даже пусть какую-нибудь глупость.

Я ошарашено смотрела на нее.

– Иди и действуй, – и она усмехнулась, – насколько я знаю, он приедет через пару часов. Иди, иди, – она широко улыбнулась.

Я ничего не поняла. Что она хочет от меня? Мидара молча вернулась к своему чтению и я направилась к выходу.

– И, Гейла, – услышала я и обернулась, – спасибо тебе за кулон.

Искренняя улыбка расцвела на моём лице, я кивнула и вышла из комнаты.

Прятки

Гейла

Я вернулась к себе в комнату и задумалась, прошептав себе под нос очередную считалку:

– Раз, два, три, четыре, пять.

– Что же делать мне опять?

Я прислонилась спиной к холодной каменной стене своей спальни и закрыла глаза. Мысли в голове мельтешили, перебивая друг друга. Меня разрывали сомнения. Но я уже твердо знала, чего хочу и что нужно для этого сделать. Однако я понимала, если ничего не получится, последствия могу быть необратимыми. Мое сердце бешено колотилось, к лицу прилила кровь и тело пробивала мелкая дрожь. “Нельзя!” – билось в моей голове. “Если нельзя, но очень хочется, то можно” – откуда ни возьмись всплыли в голове слова. И я сдалась.

В видении был ребенок, а дети появляются всем известным способом. Не важно, будем мы с ним вместе или нет, но у меня будет его малыш. И это уже счастье. Значит надо как-то попасть к нему в постель. Соблазнить его не получиться, значит… значит надо, как-то ослабить его волю и сделать все самой. Буду молить Всевышнего, чтобы одного раза хватило для зачатия, вряд ли у меня будет вторая попытка. Глупость конечно, но ничего другого на ум не приходило. Мидара же разрешила мне делать глупости. “Мда..” – я глупо хихикнула.

Так, ослабить волю! Я метнулась к комоду. Король, в свое время, дал мне много зелий и трав, лишь бы я привела к нему генерала. Где-то здесь было подавляющее волю. Я пробежалась глазами  по склянкам, читая названия. Отлично, вот оно! Теперь осталось придумать, как добавить это в еду, не вливать же ему в рот. Я живо представила, как вливаю спящему Медеку зелье в рот, а потом он меня душит. Пожав плечами, я решительно сжала в руке нужный бутылек и резким движением задвинула ящик комода. Да, я была готова на все ради нашего малыша. Будем надеяться, до этого не дойдет. А еще, мне нужна толстая веревка и лента, не хочу, чтобы он меня видел.

Мечась по комнате и собирая все необходимые вещи, я заметила в зеркале промелькнувшее отражение и на минуту остановилась, любуясь собой. Не понимаю,  что ему не нравится? Несмотря на все мои недостатки, красотой я не была обделена. Я любила свое тело, длинные стройные ноги, изящные изгибы бедер, тонкую талию. А моя высокая роскошная грудь смотрелась очень соблазнительно и была моим главным достоинством. Я легонько коснулась своих скул и подбородка. Все в моем лице было гармонично. Темные глаза, белая кожа, нос с небольшой горбинкой, сочные губы. Улыбнувшись своему отражению, я провела пальцами по длинным темным волосам, наслаждаясь их гладкостью. На мгновение представила, как он своей сильной рукой зароется в мою пышную копну и невольно простонала. Безусловно, я тоже достойна любви!

Подмигнув себе в зеркало, я вышла. Теперь надо было попасть в комнату Медека. Была у меня одна идея, не зря же я помогаю девочкам по дому. Я знала где висят запасные ключи ото всех комнат.

Пробравшись в крыло прислуги, я пошла в помещение ключника. При короле он был, но после его смерти, ушел и теперь ключи никем не охранялись. Найдя нужную связку, побежала к комнате Медека. Я понимала, что поступаю неправильно, но на раздумья не было времени, будем считать, что Мидара благословила меня.

Трясущимися руками, вставила ключ в замок, повернула, дверь поддалась и я вошла. Я прижалась спиной к деревянной поверхности двери, сердце бешено колотилось, медлить нельзя. Заперев замок изнутри, чтоб он ничего не понял, когда пришел, я осмотрелась. Его комната напоминала келью монаха. Скромная кровать, стол, один жесткий стул. Не было ни покрывал, ни ковров, ни подушек. Все в сдержанных темных тонах. Нужно было понять, куда мне спрятаться. Желательно, поближе к столу чтоб была возможность наблюдать. Я поспешно открыла окно настеж, чтоб мой запах успел выветриться.

Окно было закрыто тяжелыми, плотными портьерами, а под ним была ниша. Вот туда-то я и спряталась. В моей голове промелькнула неуместная мысль, что в прятки я все же сегодня поиграю и стала ждать.

***

Время тянулось, несколько раз я думала вернуться к себе в спальню, но представляла как выползаю из под окна, и в комнату входит Медек. Я бы не смогла объяснить ему свое присутствие, к тому же упустила бы шанс, призрачный, но все же шанс, зачать ребенка. Поэтому я продолжала сидеть. Чтобы хоть как-то успокоиться сочинила очередную считалку:

– Раз, два, три, четыре, пять,

– Я сошла с ума опять

– Раздевайся поскорей

– Буду я всегда твоей

Хмыкнув, я улыбнулась сама себе, веселая считалка получилась. И действительно, я успокоилась.

Наконец я услышала скрежет замка, щелчок, второй щелчок, а потом тишина. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди от волнения, я замерла и кажется перестала дышать. Это был он. В щель между тканью я наблюдала, как Медек сел на кровать и запустил пальцы в волосы, вид у него был уставший и озадаченный.  В дверь постучались.

– Входите, – от его глубокого баритона, волна тепла прошла по моей спине.

– Господин, я принесла вам еды, – послышался голос служанки.

Зайдя в комнату, она поставила на стол поднос с едой и сразу удалилась, поклонившись. Встав с кровати, Медек подошел к столу и на минуту замер над тарелкой, о чем-то задумавшись. А я в этот момент молилась, чтобы он не начал есть и пошел мыться, я умоляла.

И, хвала Луноликой, мои молитвы были услышаны, он вернулся к постели и начал раздеваться. Я затаила дыхание, наблюдая. Даже ради этого, стоило проникнуть к нему в комнату. Он был прекрасен. Стоя ко мне спиной, он стащил тунику, я смотрела как мышцы на спине и плечах играют, когда он аккуратно складывал ее. Сел на кровать, расшнуровал и стянул с себя сапоги. Дальше последовали штаны. Встав, он снова развернулся ко мне спиной,  показались упругие ягодицы, у меня даже скулы свело от желания укусить за это место. Штаны он сложил так же аккуратно вместе с туникой, в одну стопочку. Развернулся и быстрым шагом пошел в ванную комнату. Эх, не успела я его разглядеть. Послышался звук льющейся воды. Прикрыв глаза, в памяти воссоздала его образ, да он был красив, но на теле в большом количестве  были шрамы, откуда у него столько?  Он воин, но даже для воина это слишком много.

Вспомнив про время, дала себе мысленный подзатыльник, надо действовать, а не грезить. Я выбралась из укрытия. Подойдя к столу, посмотрела на то, что принесла служанка.  Вино. Так себе идея, он может его вообще не пить. Также имелась картошка с мясом, вот ее-то мы сейчас и приправим. Вылив необходимое количество, я все хорошо перемешала.  Посмотрела на вилку в моих руках и поняла, что она грязная. Не придумав ничего лучше, вытерла ее о подол юбки.

Дело сделано. Я быстро шмыгнула обратно под подоконник и стала ждать. Прикрыв глаза, пыталась успокоить сердцебиение и дыхание. От меня не должно быть ни звука.

Медек вернулся в комнату. Сейчас на нем были легкие, хлопковые штаны. На груди и волосах, поблескивали капельки воды. Следя за ним внимательно, я увидела, как крылья его носа начали раздуваться, он принюхивался. Плохо, не уж-то учуял что-то.  Не торопясь, он сел за стол. Быстро орудуя вилкой, он все съел, его ничего не смутило. Ну и хорошо. Покончив с ужином, он улегся на постель, прикрыл глаза. Я снова стала ждать, должно пройти не меньше  получаса перед тем, как подействует. И как я эти полчаса отмерю? Почему я не подумала об этом?  Бесцельно я начала перебирать все сегодняшние события. В очередной раз восхитилась, какая же Мидара добрая. Дальше я пыталась сочинить считалку, но на ум ничего не приходило.

Намаявшись, я решила, что пора. Стараясь не производить лишнего шума, встала и подошла к кровати Медека, в руках у меня была веревка и красная лента. Встав в изголовье кровати, я смотрела, как медленно грудь Медека поднимается и опускается. Он спал. Очень аккуратно я взяла одну руку и привязала к изголовью кровати, после и вторая рука оказалась привязанной. Медек даже не шелохнулся. Конечно можно было и не привязывать, зелье должно подействовать так, чтобы он не смог контролировать свои движения.

Аккуратно, приподняла его голову и завязала его глаза красной лентой. Не удержавшись, запустила пальцы в его волосы, они были удивительно мягкими.

А что, собственно, делать дальше я не знала. В теории, представляла как это, а вот на практике не приходилось сталкиваться. Я задумалась, продолжая любоваться его телом.

Бежать!

Медек

Ты даже не догадываешься, как он важен для тебя,

пока тебя не обожжет ревностью

Мне снился сон, как чьи-то ласковые руки гладят меня по голове. Это было волнительно и приятно, никогда и никто не прикасался ко мне так. Руки спустились ниже, легли на плечи. К рукам прибавились губы. Я ощутил легкий, дразнящий поцелуй на своих устах. Вдохнул глубже и почувствовал манящий запах вишни с нотками бадьяна. Непередаваемый аромат, аромат моей пары. Гейлы! Этого не может быть! В голове забилась мысль, что это не сон. Не мог он быть таким ярким. Попытался открыть глаза и не смог. Но я точно понимал, что не сплю. Попытался пошевелить руками и снова провал.

В следующее мгновение я почувствовал, как ее руки исчезли с моих плеч. По движению воздуха понял, что она переместилась и теперь стоит сбоку. Да, так во сне не бывает! Гейла здесь и сейчас она ласкает меня легкими прикосновениями рук, как же это заводило. Но, это не правильно, ее здесь не должно быть!

Она снова прикоснулась своими мягкими, нежными губами к моей шее, соблазняя. Волна возбуждения прокатилась по всему моему телу, оставляя сладкую истому. А затем мою шею опалила резкая боль и тепло. Это было настолько же чертовски приятно, насколько неправильно! Метку, она поставила мне метку. Дьявол! Этого не должно было случиться! Я хотел приказать остановиться, но с моих губ сорвался лишь стон. Еще одна попытка пошевелить руками и снова провал.

Яркое воспоминание всплыло в голове. Я, прикованный к стене, и вот также как сейчас, не могу пошевелиться. Тогда отец опоил меня зельем. Только они могли на меня так действовать. Не уж-то это оно? Гейла, Гейла, что же ты делаешь? Зачем? Тем временем ее ладонь погладила мой живот. Пальчиком она очертила кромку между резинкой штанов и моим телом. Похоже намерения у неё были вполне конкретные. Я представил, как её рука ласкает мой член и если бы мог, то взвыл, настолько эта картина была возбуждающей. А она между тем, все продолжала неловко и очень легко касаться меня, заводя тем самым еще сильнее. Как же это приятно, волны возбуждения уносили мой рассудок. Я и не заметил, как мой член оголился. Кровать рядом со мной прогнулась и я кожей живота почувствовал, как она садиться на меня. Ее влажная плоть прижалась ко мне. Дьвол! Нет! Теперь сомнений не было, что она хотела сделать. А этого никак нельзя допустить! Никак! И если я срочно не придумаю что-нибудь, если окажусь в ней, я не смогу сдержаться. Картина, как Гейла сидит на мне, возбудила еще сильнее. Нет! Нельзя! Надо что-то придумать! Надо ее спугнуть, надо вызвать у нее омерзение ко мне. А что может вызвать омерзение? Ревность! Да, да, правильно, ревность!

Собрав все свои силы и, не придумав ничего лучше, я простонал  короткое, женское имя:

– Элин…, – большего я бы все равно не смог сделать в таком состоянии.

Гейла замерла. Резко соскочила с меня и следующее, что я услышал, был хлопок комнатной двери. Она ушла. Я почувствовал тоску и раздирающую боль. Это были не мои эмоции, ее. Ничего, подумал я, это пройдет, беги от меня. Не я тебе нужен. Беги как можно дальше, моя сладкая вишенка. “Сладкая вишенка?” – подумал я и отметил, что в последнее время, думая о ней, слишком часто в голове всплывали именно эти слова. Это не правильно.

Продолжая лежать, пытался остановить огонь возбуждения, который сейчас бушевал во мне. Но при этом не мог заставить себя не представлять её. Какая же все таки она была вкусная. Я представил её, скачущей на себе. Да, таким образом я продлевал свою агонию, но лишь это я мог себе позволить. Это была пытка, но эта пытка была не первая в моей жизни и явно приятнее тех, что были у меня раньше. Пару часов мучений мне обеспечено, а потом действие зелья спадет и тогда надо уезжать и больше не возвращаться.

Гейла

Вскочив, я выбежала из комнаты и быстро спустившись, покинула замок. Мне было больно, нестерпимо больно. Как он мог, значит он развлекается с другой, в его грезах она, и это несмотря на то, что Я ЕГО ПАРА! Я бежала и бежала, не останавливаясь. Слезы собирались в уголках глаз, но я не давала им пролиться. Я не заплачу, шептала я про себя, я сильная. Неожиданно к моей душевной боли прибавилась физическая, она становилась все сильнее и подстегивала бежать. Скорее всего, это клятва не пускала меня дальше, за пределы территории замка. Волчица во мне жалобно заскулила, слабый зверь. Пока бежала, думала лишь об одном, надо все это забыть, забыть и больше не вспоминать. Отчаяние, тоска, обида и жалость к самой себе захлестнули меня. Мамочка!

Яркая вспышка боли буквально ослепила меня, я едва не потеряла сознание и с разбегу упала, ободрав колени о каменистую почву. Тряхнув головой, уловила только одну мысль, надо к маме, ее образ встал перед моими глазами, ее нежные руки ждали меня в свои объятия. Бежать!

Пропала!

Медек

Неожиданно для себя я уснул, а проснувшись, ощутил сильную головную боль. Открыв глаза, увидел темноту. Что это? Эффект от зелья должен был кончиться. Попробовал пошевелить руками, но не смог. Понял, что они привязаны. Вместе с зельем, она видимо еще и привязала меня. Предприимчивая какая волчица. Чуть-чуть натянул веревку на руках и она лопнула, стянув с глаз повязку, увидел красную шелковую ленту.

Развязывая свои руки, подумал, что зря вчера не поверил своему обонянию, ведь я почуял неуловимый аромат Гейлы как только вошёл в комнату. Я мог сразу выставить ее за дверь и ничего бы не случилось. Следом за этой мыслью, пронеслась другая – тогда я никогда бы не узнал, каковы ее губы на вкус, и какие ласковые у нее руки. Нееет, надо выкинуть это из головы. Вот поэтому и стоило ее выставить, чтобы не знать. Насильно я заставлял себя уехать и перестать наблюдать за ней. А так хотелось задержаться и еще раз посмотреть как она играет с детьми. Хотелось пройти мимо и вдохнуть ее аромат. Стоп! Собираюсь и уезжаю отсюда навсегда!

Проведя рукой по шее, почувствовал метку под пальцами. А это уже плохо, я не помнил, как она мне ее поставила, совсем вылетело из головы. Раньше, без метки, я плохо собой владел, а сейчас меня еще с большей силой начнёт тянуть к ней. Дело дрянь.

В душ и я уезжаю. Стоя под струями воды, смывал с себя запах Гейлы, напоминая себе, что мне это все ни к чему.

Когда вышел, успел только одеться,  как в комнату влетела Мидара, за ней шел Сантер.  Остановившись у постели, она уставилась на нее, я видел как она глубоко вдохнула и выдохнув произнесла:

– Гейла пропала.

– И что?

– Как что? Она твоя пара и судя по всему, она была здесь с тобой. Слуги видели, как она выбежала из твоей комнаты, на ней лица не было. Что у вас произошло?

– А ты как думаешь? – я скрестил руки на груди, показывая, что мне не нравится этот разговор.

– Как бы то ни было, ты должен ее найти!

– Это почему еще?

– Потому что ты мне подчиняешься! – вклинился в наше препирательство Сантер, – забыл про клятву?  Ты найдёшь ее и вернешь! Твой конь и провизия собраны, отправляешься не медля, – рычал Генерал, – идем Мидара, дадим ему собраться. Через 10 минут встречаемся внизу.

Я не знал, что делать. Мне надо было бежать в противоположную сторону от нее, а не за ней. Но в душе заворочалось беспокойство. Мне ли не знать, что одной волчице за пределами замка не безопасно. Сам несколько часов назад сообщал Сантеру о том, что оборотни стали пропадать чаще. Дьявол!

***

Спустившись вниз увидел, что  Мидара и Генерал уже ждут меня.

Мидара подошла ко мне и зачем-то взяла за руку. Я посмотрел на наши руки, затем на Сантера, он смотрел спокойно, ни злости, ни агрессии, ни ревности. Они вели себя странно.

Наконец отпустив мою руку, Мидара улыбнулась  и проговорила:

– Я очень надеюсь, что ты ее найдёшь и привезешь обратно.

Я нехотя кивнул.

Мидара продолжила:

– Я не говорила тебе, не за чем было, но так же как с тебя, я с нее взяла клятву. Все это время она не могла отойти далеко от замка, но она нарушила ее и, честно сказать, я не знаю, как это могло на неё подействовать.

Я кивнул

– Что-то еще?

– Нет. Больше ничего.

Но я чувствовал, она чего-то не договаривает.

Но ничего, значит ничего. Быстрым шагом отправился по направлению к конюшням. Оседлав своего коня, я поскакал в том направлении, которое указали мне слуги.

После слов Мидары о клятве, мне стало не по себе. Тревога стала еще более ощутимой. Для меня это было новое чувство и оно причиняло почти физический дискомфорт.

Но ничего, догоню беглянку, верну в замок и больше наши пути не пересекутся.

Иду к маме

Гейла

Я бежала так, как будто за мной кто-то гонится. Не останавливаясь. В голове билась только одна мысль “бежать, бежать, бежать” и больше ничего. Я не чувствовала своего тела, я не понимала кто я и куда направляюсь. Ветки деревьев хлестали по моему лицу и плечам, словно пытаясь задержать, ноги проваливались в кротовые норы, а перед глазами была только темная пелена ярости. Выбившись из сил, я остановилась и осмотрелась по сторонам, пытаясь понять где я. Никого не было видно. Я одна.  Попыталась вспомнить хоть что-нибудь, но помнила только маму, свое детство, но очень смутно, какими-то отрывками? А что было дальше? Ничего! Мне стало страшно, очень страшно. Где я? И как здесь оказалась?  Еще раз оглянулась, поняла, что вокруг лес, солнце взошло и светило ярко, было тепло. Куда я бежала? Ответа не было. А раз ответа нет и последнее, что я помню это мама, видимо к ней. Я цеплялась хоть за какую-то мысль, потому что та пустота, которая была в голове очень пугала. Я даже имя своё не помнила. Значит идем к маме, подбодрила я себя. Осталось только понять куда. Вздохнув, я решила, что так или иначе выйду на дорогу, и побрела дальше. Как я и думала, через пару часов я вышла на довольно протоптанную тропинку, которая переходила в дорогу с двумя колеями, по которой явно ездили повозки. Надо найти деревню и расспросить у них, где ближайшее поселение оборотней. Хотя, оно может оказаться и не моим. А я даже имен не помню, как мне найти свой дом? Я старалась не впасть в отчаяние и надеялась, что кто-нибудь меня узнает.

Так, в тяжелых раздумьях, я шла и пыталась понять, как быть дальше. От размышлений меня отвлек шорох в кустах, а потом и свист.

– Какая хорошенькая… глянь кого мы нашли. И совсем одна…, – услышала я неприятный голос.

Я остановилась, в груди бешено застучало сердце. Разбойники!

На дорогу вышли два неопрятных мужичка. Вид у них был омерзительный и жуткий. Тот, что был меньше ростом, имел коренастую фигуру. Борода и волосы у него были непонятного серого цвета, большой нос занимал почти все его лицо. Под густыми бровями мутные, серые глаза. Он перегородил мне путь. Второй был выше и худее, с вытянутым лицом и явно сломанным носом. Его грязные рыжие волосы, очевидно, ни разу не видели мыла и расчески. Этот встал позади меня.

Коренастый сплюнул сквозь свои гнилые зубы и произнес:

– Ну что развлечемся Вилли?

Я поняла, что они от меня так просто не отстанут. И вряд ли меня кто-то спасет, но сдаваться я вовсе не собиралась. Было страшно, сердце давно стучало в бешеном ритме.

Неожиданно я почувствовала мерзкие, липкие руки у себя на запястьях. Тот, что сзади схватил меня. Бородатый подошел и  начал задирать мне юбку, я почувствовала, как его руки поползли по бедру.

Меня затопил дикий страх. Неужели вот так все и закончится, меня изнасилуют и убьют. Нечестно, ведь я даже не помню кто я, а вдруг у меня есть муж, дети, эта мысль придала мне сил. Надо что-то сделать. Я прикрыла глаза. “Раз, два, три..” – всплыло откуда-то из подсознания, успокаивая.

Пока я пыталась успокоить себя. Бородач продолжал исследовать моё тело и его руки уже подобрались к самому сокровенному.

– Нет! – и я со всей силы лягнула его.

– Сссука, – зло процедил он.

Я не поняла по какому месту ему от меня попало, но согнувшись, он сделал пару шагов назад.  Он глядел на меня с ненавистью и шипел ругательства сквозь стиснутую челюсть.

Я продолжала соображать, как быть дальше. Это не конец. Он сейчас придет в себя и разберется со мной окончательно. Хорошо бы мне что-нибудь острое. Как только промелькнула эта мысль, я почувствовала легкое покалывание в руках, что это?

Мужик стоявший сзади меня отшатнулся  и заорал:

– Она оборотень! Валим!

Я встала боком, чтобы было видно обоих и посмотрела на свои руки. По локоть они обросли чёрной шерстью, стали больше и явно сильнее. На концах пальцев когти, длинные и острые.

– Нет, пока не отымею, не уйду! – продолжал шипеть бородатый.

– Она нас убьёт!

– А ты держи крепче!

Я увидела, как тот, что держал мои руки, начал снова двигаться ко мне. Недолго думая, я сама сделала шаг навстречу и полоснула его по животу, стараясь воткнуть свои когти глубже. Не ожидая, что у меня получится, я увидела и почувствовала, как когти раздирая рубашку и плоть, идут вдоль живота.

Истошно закричав и обхватив живот руками, разбойник упал на землю.

Я в недоумении посмотрела на свои перепачканные кровью лапы-руки. В этот же момент яркая вспышка боли вывела меня из замешательства, разливаясь по телу. Ноги перестали держать и я упала на коленки. Из моего бедра торчала рукоять ножа. Раздирающая боль охватила меня, я увидела как струйка крови потекла по ноге, капая на землю. Схватив меня за волосы, бородач опрокинул меня набок. Я застонала.

– Думала только ты можешь размахивать своими когтями, у меня тоже есть острое, – и он пнул меня в живот, я снова застонала, скорчившись от боли.  – Вот так-то лучше.

Он навалился на меня, принуждая развернуться и лечь на спину. Держа мои руки у меня над головой, он терся об меня всем телом. Красная пелена застелила глаза, мысли в голове разбегались от той боли, которую я сейчас чувствовала, я никак не могла сконцентрироваться. А разбойник все продолжал елозить на мне и пытался целовать. Я крутила головой,  уворачиваясь от его противного рта, из которого исходил зловонный запах.

– Надоело! – выплюнул слова мне в лицо.

Переложил мои руки в одну, второй начал стаскивать с себя штаны.

Затуманенный разум подсказал, что это мой единственный шанс.

Резким движением я выдернула сначала свою руку из его захвата, а потом нащупав рукоятку ножа у себя в ноге, я резко его выдернула и, то ли  с рычанием, то ли со стоном, воткнула в бок разбойника и повернула. Крик и он выгнулся на мне. Спихнула его с себя и не дав опомниться, острыми когтями прошлась по его спине. Снова душераздирающий крик.  Не мешкая, я перевернулась на живот и цепляясь за землю,  начала отползать. Надо было убраться подальше от этого места, но нога не давала. На мгновение повернулась, чтоб рассмотреть рану, порез был глубоким и из него толчками текла кровь. Плохо, очень плохо. Умру, но хотя бы честь свою защитила. Нужно перевязать, подумала я, но силы покидали меня. Сознание ускользало и в этот момент промелькнула мысль, какой же я оборотень, если  от  удара в ногу, теряю сознание. Очень слабый оборотень…

Они не могли далеко уйти

Медек

Продвигаясь в выбранном направлении, я все ярче ощущал аромат Гейлы. Я догонял ее, думаю мне потребуется не больше часа, чтоб найти. Заметил, что следы стали выглядеть не так как до этого, спустился с коня и четко определил, где именно ее бег сменился на шаг. Понятно было, что она чуть-чуть потопталась на месте и немного сменила направление. Обратно вскакивая на коня, я отметил, что Гейла довольно вынослива, даже для оборотня. Столько пробежать, не останавливаясь. И даже испытал неуместную гордость за нее. Но мне-то что? Она мне никто. Я только для того, чтобы найти беглянку и отвести в замок, а после я уезжаю, напомнил себе.

Спустя час, я выехал на обочину. Та картина, которая предстала передо мной, мне не понравилась. На земле валялись два мужика, судя по виду разбойники. Один из них явно был мертв, второй еще пока жив. Он лежал в луже собственной крови и скулил. Гейлы видно не было, но ее запах здесь чувствовался особенно сильно. В нескольких шагах от стонущего разбойника, я заметил еще одну лужу крови. Присел рядом с ней, обмакнул два пальца и, уже поднося к носу, знал чья она.

"Крррооовь…" – прошелестел у меня в голове звериный рык, после чего, последовал ментальный удар, который заставил меня встать на колени.

"Нет, сидеть!" – зарычал я.

"Пара, кровь..", – и снова меня пытался выбить из сознания мой зверь.

Голова раскалывалась от боли, обхватив ее руками, я еще раз рыкнул – "Сидеть!"

Глаза наткнулись на стонущего разбойника, его надо допросить.

Тряхнув головой, понял, что мой зверь отступил. Надо как можно быстрее найти Гейлу.

Я встал и подошел к полуживому разбойнику, взяв его за ворот, тряхнул и прорычал:

– Где она?

В ответ тишина, разбойник уставился на меня непонимающим взглядом.

Еще раз тряхнул и процедил:

– Девушка, здесь была девушка, где она?

В страхе он уставился на меня и проговорил, очень тихо:

– Ее забрала старуха, мне нужна помощь.

– Помощь ему нужна, – повторил я за разбойником, зло ухмыляясь.

Ещё раз оглядел все вокруг.

– Что же здесь произошло? – высказал вслух свою догадку, – а не ты ли на нее напал?

Мужичка затрясло, он начал отрицательно махать головой,

– Ты.., – выдохнул я.

Резкое движение, хруст и на землю упало тело с неестественно повернутой головой.

Старуха, значит. Но свежих следов от телеги видно не было, да и вообще каких-либо следов человека не наблюдалось. Еще несколько раз я обошел вокруг тел и ничего. Пропала.

Вскочив на коня, полагаясь на свое звериное чутье, я отправился дальше. Старуха, рассуждал я, следов нет, значит ведьма. Только ведьма может наложить иллюзию и даже скрыть запахи.

Единственное, что успокаивало, или должно успокаивать, ведьма вылечит ее и сможет уберечь.

“А если не сможет?” -морду показала моя вторая сущность, разрывая сознание.

"Спать!"  – приказал я и придавил, загоняя его глубже.

Надо успокоиться, иначе я ее так никогда не найду. Пытаясь ни о чем не думать, кроме своей цели, не подпуская близко зверя, я искал хоть какую-то зацепку, но пока безуспешно. Но я точно знал, они не могли далеко уйти.

У ведьмы

Гейла

Когда очнулась и вдохнула полной грудью, почувствовала сильный аромат трав. Он был приятным. Медленно открыв глаза, увидела темную крышу и первое, что удивило меня, везде были травы, самые разные. Они висели на балках, крючках, стенах. И даже на шкафу с книгами. Я приподнялась и в противоположном конце комнаты увидела стол, на нём масляная лампа. Лампа горела тускло, то и дело мигая. Где я? Попыталась вспомнить хоть что-нибудь, но в голове было пусто. Нет, не совсем, я помнила разбойников, которые… додумать я не успела, услышав надтреснутый старческий голос и шаркающие шаги:

– Проснулась? А то, давно пора.

Привстав на локтях и повернув голову, увидела маленькую старушку в длинном сером платье. Высокие скулы, немного заостренный нос и цепкие темные глаза.

Старушка взяла табурет, подошла к кровати и села рядом. Она смотрела на меня долгим немигающим взглядом, в свою очередь, я не могла отвести взгляда от нее. В голове было много вопросов, но ни один никак не мог сорваться с языка.

– Меня зовут Сибил, – прервала молчание старушка. – Ты что нибудь помнишь?

– Лишь разбойников, – пожала я плечами.

Старушка кивнула.

– Да, хорошо ты с ними разобралась, уважаю. А еще, что помнишь?

Я напряглась, в отчаянной  попытке вспомнить, что-нибудь еще, и да, вспомнила.

– Маму помню, и то мало что.

– И все? Как звать-то тебя?

Этот вопрос ввел меня в ступор. Я не помнила, как меня зовут. Страх накатил волной. Как такое может быть?

– Так я и думала. Это последствия клятвы, которую ты дала. Ну ничего, не переживай, память придет. А звать тебя Гейла, вроде. Была ты уже здесь раньше, помню я тебя.

Старушка о чем-то задумалась. Возможно, она что-то вспоминала, так как взгляд ее был направлен сквозь меня, при этом,  она пожевывала свою нижнюю губу, спустя минуту, она продолжила:

– Я тебя нашла там, валяющейся возле разбойников, ехала мимо на своей телеге из замка. К внучке своей ездила, сейчас спокойнее на дорогах стало, вот и решилась. И увидела тебя. Тяжелая ты, намаялась я с тобой, пока в телегу затаскивала.

Я смутилась, вроде ничего такого старушка не сказала, но мне стало стыдно от того, что я тяжелая для нее оказалась.

– Всю дорогу ты провела без сознания, много крови потеряла, лихорадило тебя. Но ничего, мои травки тебя вылечили. Нога еще, конечно, поболит и сводить ее будет, мышцы он тебе порвал сильно. Но все потихоньку заживет.

– Спасибо, – тихо прошептала я.

Старушка сделала жест рукой, как будто отмахнулась от чего-то.

– А что за клятва? – решила уточнить.

– А мне почем знать, что за клятва? Но именно из-за нее ты все забыла. Догадываюсь я,  кто тебя ею наградил, надо бы наведать ее, да уму разуму научить. А сейчас идем есть, я ужин приготовила.

Старушка встала и подошла к столу, который находился в другом конце комнаты и помахала мне рукой:

– Иди, иди.

Я встала и пошатнулась, нога действительно болела. Я посмотрела вниз, желая увидеть рану, но не смогла ничего разглядеть, на мне была длинная белая сорочка, явно не моя.

– Твоя одежда пришла в негодность. Завтра платье дам.

– Спасибо, – прошептала я в очередной раз, – я у вас не задержусь, спасибо за все.

Мне было не по себе, знала, что нечем мне отплатить за её заботу.

– Куда ж ты собралась-то? Поживешь несколько дней у меня, а вот как твой благоверный придет, тогда и идите, куда захотите. А одну я тебя не отпущу, мало тебе разбойников, что ли? Маги то и дело шныряют по лесу.

– Кто? Благоверный? –  к этому времени я уже дохромала до стола и села, удивленно смотря на нее.

– Да, да, пара твоя. Метка-то вон на тебе есть.

Я потянулась и коснулась кончиками пальцев к шее. Действительно, метка имелась. А почему же его там, на дороге, со мной не было? Почему я была одна?

– Не думай, приедет сам все расскажет, а сейчас давай ужинать, да спать, завтра рано вставать, будем грибы собирать. Да травки тебе лечебные покажу, весенние, они сейчас молодые, хорошенькие.

На стол старушка поставила две тарелки, от них по всей комнате разлился аромат грибной похлебки, я сглотнула скопившиюся во рту слюну:

– Очень вкусно пахнет.

– Ешь, ешь, потом скажешь, – и она села напротив.

Грибная похлебка действительно оказалась вкусной.

Ведьмин подарок

Гейла

– Гейла, вставай, пора нам, помощь мне твоя нужна, не зря же я тебя тащила, – услышала я голос Сибил над собой, – вставай давай!

Я резко открыла глаза и села на постели. Это была моя привычка, не любила я тянуться после пробуждения, тем более, сказано вставать, значит надо вставать.

– Вот там, выберешь любое платье, мне все равно какое, – ведьма указала на шкаф, – они еще от внучки моей остались, не захотела она их с собой в город брать. Видите ли не красивые они, а в платьях ли вся красота? Совсем молодежь суть перестала видеть, внешность только красивую подавай. Вот ты, как думаешь, правильно это? Разве внешняя красота гарантирует, что человек хороший? – засыпала меня вопросами ведьма.

Что это на нее нашло?

Между тем, она сосредоточенно смотрела на меня, ожидая ответа. Я лишь пожала плечами. Не знала я, что ей ответить, да и вряд ли думала когда-нибудь об этом.

– Вот то-то же, не задумываетесь вы над такими вещами, – произнесла Сибил, будто бы  прочитав мои мысли и продолжила, – а как страшное увидите, так сразу бежите, не раздумывая, а может стоит глубже заглянуть? Сначала присмотреться надо, а потом уже выводы делать, – произнесла она назидательно.

Я молчала.

– Каждое живое существо достойно жизни и любви, в каждом есть что-то хорошее, – продолжила она свои загадки, при этом не отводя внимательного взгляда.

Нечего мне было сказать на это. Не-че-го.

Не дождавшись от меня ответа, она всплеснула руками:

– Долго ты сидеть будешь? Пора нам, работы много!

Она подошла к столу и начала, что-то искать.

– Где же он?

Встав с постели, я осторожно пошла к шкафу, отметила, что нога уже почти не болела. Открыв дверцы, обнаружила с десяток однообразных серых платьев, выбора, как такового, не было и я надела первое попавшееся.

– Я готова, – сообщила я ведьме.

– Хорошо, а у меня здесь для тебя подарок есть, – старушка подошла ко мне.

В руках у нее был кинжал в кожаных ножнах. Ножны эти крепились к бедру.

– Я здесь подумала, не хорошо тебе по лесу без оружия ходить. Но кинжал этот не простой, закляла я его для тебя. В руках твоих, если намерение есть, убьет любого. Ты ему только прикажи "Убей". Надо нанести хотя бы маленькую царапину и, вне зависимости от силы, человек или зверь не сможет устоять перед силой кинжала, – она сделала паузу, – да, был один, кто мог устоять, король Эвард, но о нем другие позаботились, – она кровожадно улыбнулась, – поэтому, на данный момент, любой падет от него, если твое желание будет таким.

Она протянула оружие мне.

Сначала я хотела отказаться, но вспомнив разбойников, забрала кинжал. Он был небольшого размера, деревянная резная рукоять удобно ложился в ладонь. Я вытащила его из ножен, четырехгранное лезвие на свету, под углом блеснуло синим, напоминая, что это не простой кинжал. Вложив его обратно в ножны, хотела уже прикрепить к бедру, но ведьма меня остановила.

– Далеко не убирай, будешь им сегодня срезать грибы. Только не потеряй, второго такого у меня нет.

Я кивнула, и еще раз произнесла слова благодарности.

– Идем тогда.

Мы вышли из избы во двор.

На улице меня ждало чудо, я затаила дыхание, наблюдая за рассветом. Солнце еще только слегка коснулось кроны деревьев, окрашивая их в золотистый цвет. Тьма, царившая ночью, потихоньку серела, проявляя очертания леса.

В воздухе летал неповторимый аромат весны, свежести и зелени. Я вдохнула поглубже. Как же прекрасно.

– Идем! – вырвал меня голос ведьмы из восторженного состояния.

Не торопясь, мы уходили в глубь леса, все дальше и дальше от избушки. По пути мы постоянно находили новые травы, пригодные то для одного, то для другого. Сибил не переставая рассказывала, а я старалась все запомнить.

В полдень мы вышли к озеру. Ведьма предложила подкрепиться грибами и мы поели их прямо так, сырыми. Никогда бы не подумала, что их можно есть не обжаривая предварительно на костре. Честно сказать, мне они не понравились, хотя оказались довольно питательными.

В этот день мы успели сделать очень многое. Помимо грибов и трав, у ведьмы были расставлены силки для ловли птиц и зайцев. Так, в одной из моих корзин, оказалось еще и две тушки зайцев.

Вернулись домой мы уже затемно, голодными и уставшими, но довольными. Пришлось готовить ужин. Мы быстро сварганили рагу из зайчатины с ароматными травами и уселись за стол.

– Кушай, детка, кушай, набирайся сил, – ласково проговорила ведьма.

Я кивнула и увидела, что она разглядывает меня, словно хочет еще что-то сказать. Я не ошиблась в этом предположении. Через минуту, прожевав очередной кусок, она продолжила:

– Расскажи о своей волчице, Гейла.

– А что рассказывать, я ничего не знаю о ней, не помню – пожала я плечами.

– Плохо это, надо тебе связь с ней налаживать, тогда она сильной станет, помогать тебе будет.

– А как? Научите меня, вы мудрая, вы все знаете, – удивленно смотрела я на старушку.

– Это проще, чем ты думаешь, вот обратись к ней сейчас.

– Наверняка она не откликнется. – По какой-то причине именно это предположение возникло в голове.

– А ты попробуй, – я подняла взгляд на ведьму. Столько тепла в нем было, столько участия, – спроси ее, как она себя чувствует. Она все видит, все слышит и знает какой ты стала. Не забывай, она, это неразделимая часть тебя.

Я зажмурилась и напрягла все тело. “Эй, ты там? Волчица? Как ты себя чувствуешь?” – неуклюже потянулась к ней.

Одновременно я услышала смех моей наставницы и тоненький голосок волчицы: “Я тут, я с тобой. Я в порядке.”

От удивления у меня даже ложка выпала из рук и звякнула о поверхность стола.

– Ну как ответила? – улыбаясь спросила меня Сибил.

– Ответила, – протянула я, удивленно смотря на ведьму.

– Еще бы, – хмыкнула та, – ты всегда можешь к ней обратиться. Так она сильнее станет и ты вместе с ней. Ну да ты не отвлекайся, ешь, ешь – ведьма продолжила трапезу, как ни в чем не бывало.

Не замечая что кладу в рот, я размышляла над произошедшим.

Насытившись, убрала посуду и пошла отдыхать.

Наскоро умывшись, я улеглась на матрас, который постелила для меня ведьма. Сама же она улеглась на кровать, которую раньше занимала я. Мне было все равно где спать, потому что здесь я чувствовала себя спокойно и безопасно, как будто оказалась на своём месте.

“Ну спокойной ночи, волчица,” – снова обратилась я к ней.

Она лишь довольно заурчала и я провалилась в сон.

Я нашёл её

Медек

Я гнал не жалея ни своих сил, ни сил своего коня. Буквально за несколько дней я успел доехать до ближайшего постоялого двора, но там ее не было. На что надеялся, не понятно. Надо было возвращаться назад и искать с того места, где оборвался ее след. Я явно что-то упустил.

Слез и посмотрел на своего взмыленного и уставшего скакуна. Гнать его в том  же темпе назад, была совсем плохая мысль, животному будет плохо. Надо его заменить, не смотря на то, что мне очень не хотелось этого. Я погладил его по шее, успокаивая. Я так и не дал ему имя, чтобы не привязываться, все предыдущие его сородичи, долго у меня не задерживались. Поэтому я его называл просто "конь". Очень умное, сильное животное. С того момента, как он у меня появился, он всегда был со мной, даже в таких ситуациях, когда обычное животное просто сбежало бы и никогда не вернулось больше. А он, не смотря ни на что, умудрялся сохранить себе жизнь и всегда возвращался ко мне. Шла минута, вторая, а я все стоял перед воротами постоялого двора со своим конем, надо было бы уже зайти и попросить позаботиться о нем, пока я не вернусь, и взять другого. Но я никак не мог. Я боялся, боялся, что войду и не сдержу себя. Я был не в себе, зверь подобрался слишком близко и периодически захватывал власть над моим разумом, в такие моменты я ничего не мог сделать, в лучшем случае наблюдать и ощущать. Чувствовал себя, как марионетка,  тело мое, а слова и действия нет. А иногда и наблюдать не получалось, тогда меня просто окутывала тьма, и это было хуже всего. После этой тьмы, как правило, последствия были ужасающими. Постояв еще пару минут, я наконец шагнул в трактир. Обычно, на постоялом дворе, управляющих можно было найти именно там. Я не ошибся.

Меня встретил тучный мужичок, ниже меня на две головы, больше похожий на бочку из под вина, чем на человека. В глаза бросились его толстые щеки и косматые брови, нависающие на маленькие глазки. Его губы растянулись в подобострастной улыбке:

– Чего господин изволит?

– Мне нужен конь, лучший.

– Конечно, у нас каждый конь лучший из лучших, – пролебезил он в ответ.

– Лучший, я сказал, сейчас же, – мой голос перешел на рык, – дьявол!

Маска великодушия сразу слетела с лица толстяка:

– Конечно, конечно, идемте в конюшню, я вам всех покажу, вы выберите сами.

Мы вышли наружу, я взял под уздцы своего коня и пошел следом за хозяином этого двора.

Войдя в конюшню, я быстрым шагом приблизился к жеребцу, который стоял в первом стойле, тот резко шарахнулся от меня и заржав, отошел на пару шагов. Так происходило и с другими четырьмя, только пятый, при моем приближении, остался стоять на своем месте.

– Выведи мне его.

Я осмотрел животное и меня полностью устроило то, что я видел. Ровной походкой он вышел из стойла. Высокий, около двух метров в холке, мощная грудь, на вид он был вполне здоров.

– Его.

– Этот самый дорогой, он обойдется вам в 10 золотых.

– Плевать, – рыкнул я. – И еще, надо присмотреть за моим конем до моего возвращения, плачу 30 золотых и получишь еще столько же, когда вернусь.

В глазах мужичка загорелся алчный блеск.

– Если же что-то случится с ним, – я сделал паузу, раздумывая, – убью!

Толстяк сглотнул, но одобрительно закивал, желание получить приличную сумму для него было выше, чем страх за свою жизнь.

– Отлично, через десять минут, он должен быть оседлан, а так же, все мои вещи должны быть перенесены с моего коня на этого, – мужичок все кивал, – и еще, мне надо, чтобы через две минуты, мне подали еду в вашем трактире. Мне без разницы что. Но сытное и свежее.

Я развернулся и направился внутрь.

Зайдя, наткнулся на висящее на стене, зеркало. То, что я увидел в нем, не понравилось мне. Волосы были взъерошенными, одежда затасканной и грязной, отросла щетина, ведь я был в пути много дней. Но внешность меня не беспокоила. Беспокоили желтые, горящие глаза, еще чуть-чуть и я перестану его контролировать. Мне требовалось отдохнуть и успокоиться, но тревога за Гейлу гнала вперед. В голове, то и дело, всплывала дорога с разбойниками.

– Ну и где же ты?! – прорычал и ударил кулаком в стену.

Каменная крошка посыпалась на пол.

– Попрошу стены не ломать, – услышал я недовольный голос толстяка, – ваша еда готова.

Сев за указанный столик, съел все что принесли, не обращая внимания на содержимое тарелки. Пока ел думал, как же найти Гейлу. И наконец в голове возникла мысль. Ведьма! Я подумал о ведьме, когда не обнаружил следов, там возле разбойников, как я мог об этом забыть! Проклятье, зверь совсем не дает сосредоточиться!

Подозвав к себе трактирщика, я расспросил о ведьмах, которые могли жить по пути к замку. Ближе к замку оказалась лишь одна. Получив указания, как ее найти и расплатившись за все, направился к новому коню.

Я без промедления поскакал туда, куда указал трактирщик. И ближе к ночи, я наконец почувствовал, сводящий с ума, аромат Гейлы. А уже через час, я неистово барабанил в дверь ведьминой избы.

Дай ему шанс

Гейла

Нас разбудил громкий стук в дверь. От неожиданности я подскочила на своём матрасе.

– Вот и твой благоверный, я открою. – проскрипела ведьма и быстро поднялась.

Складывалось впечатление,  что она ждала этого.

К двери она пошла не торопясь при этом громко шаркая ногами. И снова раздался требовательный стук.

– Какой нетерпеливый, – тихо проговорила ведьма, и тут же громко прокричала, – иду, иду.

Не успела ведьма отодвинуть засов, как в комнату влетел не человек, и даже не оборотень, а настоящий ураган, мужчина-ураган. Комнату наполнил аромат свежей зелени и еще чего-то очень знакомого, как если бы я вышла в лес после дождя и вдохнула полной грудью. Этот аромат почти не осязаем, но он всегда чувствуется после дождя. Я на мгновение прикрыла глаза и сразу их открыла. Не хотела пропустить ничего, мне было интересно разглядеть незнакомца, может быть я и видела его в своей жизни, но не помнила. Мне было важно понять, кто передо мной, какой он.

Мужчина-ураган умудрился взъерошить свои короткие волосы так, что все пряди топорщились в разные стороны. Живое лицо, на котором сейчас было столько эмоций. Удивление, волнение, злость, тревога, радость. Все это он вместил в себя в эту минуту. При этом глаза  горели желтым, да, именно горели, его взгляд скользил по мне. И я видела в них желание. Но, та злость, которая затаилась в них, настораживала.

– Гейла, – прорычал он.

– Вот, а все говорят, что у старух память плохая. Правильно я вспомнила твоё имя, – обратилась Сибил ко мне, и продолжила, повернувшись к оборотню, – молодой человек, вы не в себе, успокойтесь! – скомандовала ведьма, видимо как и я, почувствовав его злость.

Странно, но он послушал ведьму. Оборотень сделал глубокий вдох, прикрыл веки, запустил руку в волосы и замер так на несколько секунд. Шумно выдохнул и вновь обратил на нас свой взгляд. Сейчас на меня смотрели пара темных глаз, в которых не было ни одной эмоции. Взгляд был равнодушным, черты лица разгладились, словно это был не человек, а статуя, холодная и безжизненная. Удивительно, как он преобразился. Мгновение назад он был совсем другим, вот только непонятно, кто из них пугал меня больше. Сейчас он был спокоен и злость исчезла, но от его безразличия было не по себе.

– Гейла, я приехал за тобой, я отвезу тебя в замок. Нам надо возвращаться. – очень сдержанно проговорил он.

В эту минуту на “ураган” он совсем не тянул.

– В замок? – переспросила я.

А сама пыталась вспомнить хоть что-нибудь. Я абсолютно ничего не помнила ни о каком замке. Мне почему-то совсем не хотелось туда, что-то подсказывало, что мне туда не надо. Не зря же я оказалась сейчас у старухи. И с разбойниками сама разбиралась. Где он был? Поэтому ответила:

– Я к маме собиралась, – мой голос звучал совсем не громко, но при этом уверенно.

– Нам надо в замок, Мидара тебя ждет, – продолжал он напирать.

– Молодой человек, как вас там? – снова вклинилась Сибил, – Гейла ничего не помнит, оставьте ее в покое, по крайней мере до утра.

Он скептически поднял бровь.

– Это ничего не меняет, нам надо возвращаться, – давил он на меня.

Я замешкалась от такого напора, но ведьма пришла на помощь.

– Ночь на дворе, хватит препираться. Я хочу спать. Завтра решите, куда дальше отправитесь, конечно, если Гейла вообще захочет с вами куда-либо ехать, – в голосе ведьмы слышались предостерегающие нотки. Дальше она продолжила уже спокойнее. – Вы, молодой человек, можете на ночь расположиться в бане, а завтра спокойно все обсудите.

Ничего не сказав, он развернулся и вышел.

– Твой?

– Вроде как. По ощущениям мой, но я его не помню, – пожала плечами.

– Я спать, не гоже мне по ночам в таком возрасте бегать, – и она направилась к кровати. – Я бы на твоём месте принесла ему поесть, может подобреет. Голодный мужик – злой мужик и еще чая успокаивающего ему налей. Но это твоё дело, что хочешь, то и делай, мне все равно.

Она села на постель и задумчиво произнесла:

– А ведь на нем тоже эта клятва, как у тебя была, – она махнула рукой, – не буду с него снимать, у него и так энергии не мерено, от него не убудет, сам справится.

И она улеглась, повернувшись на бок.

Посидев еще немного, я решила, что надо покормить оборотня, не красиво это, оставлять его голодным. Я встала, налила грибной суп, в другую миску положила рагу с зайчатиной, а рядом ломоть хлеба. Чай тоже не забыла. Ну вот. Сложив все это на деревянный поднос, понесла ему.

В бане горел тусклый свет, подойдя ближе, я тихонько приоткрыла дверь, чтобы не мешать, вдруг он уже спит.  Но оборотень не спал, я замерла, с подносом в руках, от той картины, которая предстала передо мной.

Оборотень сидел на тонком матрасе, на полу. Глаза были закрыты, на лице полное умиротворение. Прядь темных волос прилипла ко лбу. Одна его нога была согнута, на ней легко покоилась левая рука, в которой он держал широкую красную ленту. Большим пальцем он поглаживал ее, а правой рукой, он поглаживал свой возбужденный член, водя вверх и вниз. От этого зрелища у меня перехватило дыхание. Я сглотнула и тихо, чтобы не было слышно, глубоко вдохнула. В комнате витал, тот самый захватывающий аромат, смешанный с его возбуждением. Ворвавшись в мои легкие, он опалил меня желанием, разливаясь сладкой истомой по всему телу.

Не отрывая взгляда, я все смотрела и смотрела, его дыхание стало учащаться, а движение его руки ускорилось, став более хаотичными. Не сдержавшись, я томно вздохнула, ненароком выдавая себя. Его глаза открылись, они снова светились желтым светом.

“Его зверь здесь,” – тихо шепнула волчица в моем сознании.

Я замерла, ожидая, что будет дальше.

– Заходи раз пришла, – прозвучал его хрипловатый голос.

При этом он все также остался сидеть, как будто чай пил, а не.. а не занимался самоудовлетворением. Я покраснела и не задумываясь, сделала пару шагов вперед. Меня тянуло к нему, я просто не могла развернуться и убежать. Да, я не знала его, точнее не помнила, но возбуждение смешанное с любопытством, уже крепко завладело мной, отключая разум. И он же моя пара, нашла я отговорку для себя.

– Я принесла вам ужин, то есть тебе, – тут же поправила саму себя, – прости я не помню ничего.

– Поставь на печь.

Я аккуратно поставила поднос и осталась стоять спиной к нему. Все же меня смущало, то что он сейчас делал.

– Повернись.

Голос его звучал будоражаще властно. И я не могла не подчиниться.

– Тебе нравится то, что ты видишь?

Этот вопрос вернул меня в то состояние, когда я, как загипнотизированная, наблюдала за ним. Меня в очередной раз бросило в жар.

Я ничего не ответила, просто не могла.

– Говори, – и снова эти повелительные нотки, сводящие меня с ума.

Мне хотелось подчиниться. И не просто хотелось, я этого жаждала!

– Да, – выдавила из себя.

– Подойди, – произнес уже куда более спокойно.

Но, я понимала, что это напускное спокойствие. Я видела, он как и я, сейчас сгорал в огне страсти.

Медленно я подошла ближе.

– Сними сорочку.

Секундное колебание, я закусила губу и моя сорочка полетела на пол. Я стояла обнаженная перед ним. Возбуждение и стеснение переплелись во мне. Хотела прикрыть грудь руками, но заметив его голодный взгляд блуждающий по моему телу, остановила себя. Мне нравилось, как он смотрит. Волна дрожи прошла по моему телу. И эта дрожь не от холода, эта дрожь желания. Тело выдавало меня, давая понять ему, насколько я хочу его. Я поджала пальцы на ногах, чтобы хоть как-то успокоиться.

Вот его взгляд скользнул по моей груди, затем вниз к моему лону, его рука дернулась и на головке члена появилась прозрачная капелька. Я сильнее закусила губу, давя стон.

Он возобновил движение, снова вверх и вниз. Вторя его движениям, по моему телу прокатывались волны возбуждения, так, словно он ласкал меня, а не себя.

– Подойди, – произнес он ровно.

Я сделала шаг незамедлительно.

– Ближе.

Еще шаг.

– Еще ближе.

Его голос звучал чуть мягче чем до этого, но не менее волнующе. Я не управляла своим телом, оно само шло к нему.

Теперь я стояла между его широко расставленными ногами. Он приблизился ко мне и обхватил руками за бедра притягивая их к своему лицу. Я почувствовала, как его язык прошел между моими складочками, раздвигая их, и собирая мою влагу. Стон, это был мой стон, я не смогла его сдержать. Я зарылась пальцами в его волосы, придвигаясь еще ближе. Мне казалось еще чуть-чуть и я..

– Вкусная, – произнес севшим голосом мой оборотень.

Прикрыв глаза, я наслаждалась движениями его языка. Посасывая, его язык двигался вверх и вниз, перед глазами стояла картина, как его рука так же двигалась по члену, вверх и вниз. И с моих губ снова сорвался стон.  К языку добавился палец, он аккуратно вошел в меня. Придвинувшись ближе, я хотела чего-то большего. Почувствовала как к пальцу присоединился второй. Аккуратно раздвигая они входили в меня. Он надавил чуть сильнее, причиняя легкий дискомфорт.

– Иди ко мне, – и он потянул меня на себя.

Уложив меня на матрас, навис надо мной.  Его рука коснулась моей шеи, скользнула дальше к груди, слегка сдавив ее.

– Прекрасная…

В этот момент, мне казалось, что его глаза стали еще ярче.

– Какая же ты прекрасная.

Поцелуй, грубый, глубокий, с моей смазкой на его губах, он сводил меня с ума.

Резкий толчок, легкая вспышка боли и я ощутила его полностью в себе.

Я не понимала своих чувств в этот момент. Мне было одновременно приятно и неловко. Это был мой первый раз и я совсем не так его представляла. Как будто некстати я подумала, почему мы не делали этого раньше, раз это так прекрасно и мы пара. Не важно, все это неважно сейчас, я пыталась прогнать мысли, растворяясь в его сильных руках.

Я почувствовала, что он замер, оторвался от моих губ. И, не дождавшись продолжения, я открыла глаза, увидела его внимательный взгляд, в нем бушевала страсть.

– Смотри на меня, не закрывай глаза.

Толчок, и острая  волна возбуждения разлилась по моему телу. Еще и еще толчок. Мои руки вцепились в его ягодицы, я выгнулась и громко застонала, мой мир рассыпался на миллиарды сверкающих желтых огоньков. Моему стону вторил его громкий  рык и я почувствовала, как мой оборотень изливается в меня. Это было божественно.

Но, не успела я еще отойти от тех чувств, которые заполнили все моё существо, как он вскочил и начал рычать. Сквозь все ещё затуманенное сознание, до меня дошло о чем он рычит. Он стоял в нескольких шагах от меня, напряженный и мрачный. И негодовал о том, что произошедшее было ошибкой и лучше мне уйти, а я лежала и смотрела с непониманием в его темные глаза. Он взял мою сорочку, поднял с пола, кинул ее мне и указал на дверь:

– Уходи.

Трясущимися руками я натянула ее и вылетела из бани. Не помня себя, побежала к озеру, на котором мы сегодня были с ведьмой. Мне необходимо было полностью окунуться, смыть с себя его запах. “Ненавижу, ненавижу его” – крутилась мысль в моем сознании.

На ходу скинула одежду и нырнула в озеро, прохладная вода словно обняла моё тело. “Не реветь, нельзя.” – приказала я себе. Я гребла вперед, не жалея сил, периодически ныряя. Это помогло не разреветься. Чуть-чуть успокоившись, я выбралась на берег. Подняла глаза к небу, тысячи звезд усыпали его, это было очень красиво. Вот так же он, с легкостью поднял меня к звездам, а потом резко швырнул вниз. Но он же моя пара, почему он причиняет мне такую боль.

– Ненавижу тебя, – крикнула я и тут же зло рассмеялась.

– Я даже имени твоего не знаю, не помню, – совершенно выбившись из сил, прошептала я

Вышла из воды, натянула сорочку и направилась к дому. Завтра заставлю его сопроводить меня к маме, не захочет, свободен, найду кого-нибудь другого, но в замок я с ним не поеду.

Подойдя к двери дома, услышала его голос и то, что он сказал, отозвалось во мне очередной болью:

– Мне нужно, что бы вы дали Гейле, что-нибудь, для предотвращения нежелательной беременности, – это было сказано так спокойно, так обыденно.

– У меня нет ничего такого, уходи, не зли меня, – послышался недовольный старческий голос.

Оборотень вышел на крыльцо, в его темных глазах плескалась злость и какое-то отчаяние. Обойдя меня, как будто я прокаженная, ушел в баню и плотно закрыл за собой дверь, послышался щелчок замка. Он даже закрылся!

Я ворвалась в дом, упала на матрас и все же разрыдалась.

Легкое, поглаживающее прикосновение руки к моей голове и тихие слова Сибил:

– Дай ему шанс, он заблудшая душа, сам не ведает, что творит.

А потом она ушла обратно к себе на кровать, а я лежала тихо, слезы так и не перестали скатываться по моим щекам, а в голове все крутилась и крутилась фраза "нежелательная беременность".

Сколько времени я так пролежала, не знаю, но все же уснула.

Условие ведьмы

Медек

Этой ночью отдохнуть мне так и не удалось, я проваливался в сон несколько раз на пару минут, но тревоги раздирали меня и каждый раз выдергивали из забытья в реальность. Зверь наоборот наконец успокоился, получив своё. Почему я не смог его сдержать? Если быть честным, я сам этого хотел. Я хотел ее всегда, меня тянуло к ней и плевать мне было на то, что она вилась около моего отца. Я видел, как она изменилась с приходом оборотней в замок. Да, раньше она ошибалась, но приняла свои ошибки и стала жить по-другому. Я видел в ней застенчивость и пылкость, сочетание этих противоположностей, манили меня. Она сильная, моя прекрасная пара. Но я не мог быть с ней, просто не мог.

Под утро, когда лучи солнца начали пробиваться в маленькое окошко бани, я заметил поднос с едой, которую мне принесла Гейла. Поднявшись, я взял его и уселся обратно на матрас. Не задумываясь, начал есть, продолжая самобичевание.

Я понимал, что поступил с ней как мразь. Надо было сразу бежать, а лучше не соглашаться на предложение Сантера, еще тогда в камере и попросту подохнуть. Она достойна лучшего мужчины, она должна быть счастлива. А сейчас? Сейчас, привязав ее к себе, я ее обрек. К тому же надо убедиться, что она не забеременела, о ребенке я даже думать не мог. После я должен уехать.

Доев, я встал. Пора двигаться! До полнолуния оставалось семь дней, это половина пути отсюда до замка, придётся ускориться. В полнолуние будет понятно, беременна она или нет, главное в само полнолуние сдержаться. Чем оно ближе, тем влечение к паре становится сильнее, такова природа оборотней. Но я сдержусь, я больше не допущу такой ошибки.

Я вышел из бани и сразу наткнулся на ведьму, она ждала меня.

– Ты отвезешь ее туда, куда она захочет. Либо вы остаетесь здесь, – ее глаза засветились желтым.

И я увидел, что вокруг нас стоят около сотни белёсых призраков, мужчин и женщин.

– Они мой род, каждый из них наделен силой. Они проследят, что бы ты отвез ее туда, куда она захочет, иначе, всю оставшуюся жизнь они будут рядом. Я знаю, что смерти ты не боишься, ты ее ищешь. Поэтому, они сделают все, что бы ты жил еще долго, – она хлопнула в ладоши, призраки пропали, глаза вернулись в нормальное состояние, – ты настолько углубился в самобичевание, что не видишь дальше собственного носа. И уже пора успокоиться, пол года прошло, как его нет, ты сам себе хозяин.

Я злился, она ничего не знает, поэтому не имеет права меня учить, не в силах сдержать гнев, я приблизился к самому носу ведьмы и прорычал:

– Старуха, ты не понимаешь, его наследие, несущее зло и смерть, никуда не делось.

– Нет, это ты не понимаешь, все, что есть в тебе – твое, и с этим можно договориться, – выдержав мой напор, спокойно ответила она.

– Нет, он.., – я захлебнулся собственной яростью, – я не хочу.

– В этом твоя проблема, ты не хочешь. Все, я устала от разговора с тобой, дальше думай сам. Гейлу не буди, она всю ночь проворочалась, благодаря твоим стараниям, дай ей хотя бы сейчас поспать. Я в лес, а ты пока заготовишь дрова для меня.

Она обыденно развернулась и ушла  в лес, прихватив корзины и продолжая ворчать о том, какая глупая пара досталась Гейле.

А я не просил себе пары. Она не нужна мне. Ведьма своими условиями загнала меня в угол, надо было пересмотреть планы и решить, что дальше делать.

Оглянувшись на дровяник и заприметив топор, я направился к нему. Ладно, разомнусь, может, что-нибудь на ум и придет.

Он согласен

Гейла

Солнечный зайчик, проникший в комнату, разбудил меня. Повернувшись на бок, я хотела еще поспать, ночь была тревожной и полноценно восстановить силы не получилось.

Поворочавшись еще немного, смирилась с тем, что все же надо встать. Поднявшись, умылась и приготовила себе завтрак. Ароматный чай с бутербродами, маслом и сыром, большего мне и не надо было.

Пока ела, думала о предстоящем разговоре с оборотнем. Нужно настоять на том, чтобы он сопроводил меня к маме, а дальше пусть скачет куда захочет, держать не буду. Конечно, будет не легко ужится со своими эмоциями, но убиваться и идти у него на поводу, не хочу. Не нужна, значит сама проживу. Жизнь в одиночестве не пугала меня.

Что касается девушки, которая нас ждет в замке, Мидара вроде, это его проблемы. Пусть сам с ней разбирается. Убедив себя в правильности своих мыслей, я натянула платье и вышла во двор в боевом настроении, готовая к разговору.

Во дворе я никого не нашла, ни ведьмы, ни этого несносного оборотня. Пройдя по двору, заглянула за дом, но там тоже никого, лишь одиноко стоял конь, привязанный к столбу коновязи. Конь жевал сено. Какой заботливый хозяин, даже сено где-то нашел.

Решившись, заглянула  в   баню, тоже никого. Матрас, а на матрасе красная лента, которую оборотень вчера так нежно гладил. От воспоминаний вчерашнего вечера я наверняка покраснела. Интересно чья она? О ком он вспоминал? Почему я вчера даже не задумалась над этим? И снова обида выпустила свои темные щупальца и сжала сердце, дура я.

“Мне все равно” проговорила про себя, в попытке убедить. Развернулась и быстрым шагом, глядя лишь под ноги, направилась к выходу. Слишком много мыслей одолевали меня, поэтому и не заметила, как в дверном проеме появился оборотень, я уткнулась в его обнаженную грудь. От неожиданности я ойкнула и буквально отпрыгнула от него. Сразу перевела взгляд ему на лицо, не хотела смотреть на его торс. Темные глаза смотрели на меня с убийственным равнодушием. Как ему это удаётся, меня бесила эта маска, так и хотелось стукнуть, чтобы хоть какое-то выражение появилось на нем.

Вместо этого я произнесла, как мне казалось, спокойно:

– Я искала тебя, я не поеду с тобой в замок. Я поеду в то поселение, где живёт моя мама. Если сможешь сопроводить меня, буду благодарна. Если нет, буду искать себе другого проводника. Тебя задерживать не буду, Мидаре можешь это и передать.

– Я провожу, туда, куда ты захочешь, – ровный, безэмоциональный ответ.

И все? Так просто? Я не верила своим ушам.

Оборотень продолжил:

– Выезжаем завтра, рано утром, сегодня уже поздно, ты знаешь куда ехать?

Это была еще одна проблема, я не помнила. Ведьма сказала, что память скоро вернется, но как скоро наступит этот момент, не понятно. Я отрицательно покачала головой

– Я не помню.

– Понятно, это не важно, у меня есть предположение откуда ты.

Интересно, он знал обо мне больше, чем я о себе и о нем. Точнее, я знала, но не помнила. И имя его не помнила. Я хмыкнула про себя, но спрашивать об этом не стала, слишком гордая я была. Не нужно мне его имя.

Молчание затягивалось, я не знала что еще сказать. Тогда я просто попросила пройти, он посторонился, освобождая проём.

Выйдя из бани, чуть не запнулась об огромный ствол дерева. Видимо оборотень его сюда притащил. Аккуратно переступив, вернулась в дом. И чем же мне заниматься до завтрашнего утра. Оглянувшись по сторонам, я поняла, что делать мне совсем нечего, вряд ли ведьма будет рада если я буду рыться в ее вещах.

Здесь я вспомнила про книги, хранящиеся на полках стеллажа. Подошла и пробежалась глазами по корешкам, нашла ту, что рассказывала о травах. Мне так понравилось, как мы с Сибил ходили в лес, что я решила расширить свои знания о них. Как раз и в чтении потренируюсь.

Скрестив ноги, я удобно уселась на свой матрас. Со двора послышались удары топора, я поняла, для чего оборотню дерево, он заготавливал дрова для ведьмы. Дааа, ведьма умела извлечь выгоду для себя в любой ситуации. Я улыбнулась, надо брать с нее пример.

Остаток дня и вечер прошли быстро, я читала о свойствах того или иного растения, стараясь запомнить как можно больше. По мере чтения, наткнулась на растение, которое используют для предотвращения беременности, это Сильфих. Его заваривали и пили, книга утверждала, что этот способ довольно надёжный.

Почему-то я хорошо знала, как выглядит это растение, да и картинка в книге подтверждала моё знание. Я подняла глаза вверх, к потолку. Оно четко висело надо мной. “Вот так вот, а ты и не знал” я скорчила гримасу и показала язык воображаемому оборотню. Ребячество конечно, но мне сразу стало легче на душе.

Сибил вернулась поздно, мы поужинали, я поделилась с ней нашими планами на завтра. Она только кивнула. Спать почему-то не хотелось, но усталость предыдущей ночи взяла свое, мысли в моей голове утихли и я быстро уснула.

Ложись!

Гейла

Я встала рано, не хотела, чтобы оборотень ждал меня. На сорочку натянула платье, не забыла я и про кинжал, прикрепила к бедру. Единственное, что расстраивало, отсутствие у меня запасов еды и денег. С этим сейчас я ничего поделать не могла.

Я подошла к кровати и тихонько произнесла:

– Бабуля, я поехала. Спасибо за все.

– Иди дочка, иди, удачи тебе, – услышала я в ответ.

Выскользнув за дверь, направилась за дом, где ранее видела коня. Думала, что буду первой, но ошиблась. Оборотень уже был в седле.

При виде меня, он освободил стремя и произнес:

– Садись сзади.

Так я и сделала, усевшись позади, схватилась за луку седла, но снова услышала приказ.

– Нет, мы не на прогулку собираемся, поедем быстро. Прижмись ко мне сильнее и крепче руками держись за меня.

Быстро, значит! Избавиться от меня хочет! Подумала я, сама же произнесла:

–Хотела тебя предупредить, у меня нет денег. Сейчас мне нечем будет тебе заплатить за сопровождение, но когда мы прибудем в поселение я обязательно что-нибудь придумаю.

Я почувствовала, как его спина напряглась от моих слов, но он ничего не ответил. Ему явно не понравилось то что я произнесла. Я же, таким образом, хотела сказать ему, что он для меня лишь сопровождающий, не более. Если я ему не нужна, то и он мне не нужен.

Пришпорив коня, мы начали движение.

Мчались действительно быстро, я буквально прилипла к оборотню и спустя несколько часов у меня затекла спина. А еще спустя несколько, мою правую ногу свело так, что от колена я ее не чувствовала, а выше колена она пульсировала тупой болью. Чтобы облегчить своё состояние, я последний час пыталась сосредоточиться на дыхании и движениях коня, прикрыв глаза. Стук копыт, мерное подпрыгивание, вдох и выдох. В какой-то момент показалось, что я не еду на лошади, а плыву. Боль отступила, мысли пропали из головы. Возможно я задремала. Неожиданно перед глазами всплыла картинка. Детство, прекрасное утро и мой отец. Картинки менялись восстанавливая хронологию событий. Это были мои воспоминания.

К тому моменту, как мы остановились на ночлег, я уже вспомнила все о себе. Годы боли и страданий, бесконечные ошибки и испытания. Чувства вины и жалости к себе, раздирали меня. Я хотела забыть все снова. От накативших эмоций мне стало тяжело дышать, глупые слёзы скопились в уголках глаз. Больнее всего было от того, как вел себя Медек.

“Терпи, Гейла, терпи, – подумала я, – он не должен видеть тебя слабой.” Я хмыкнула, зато я вспомнила, как зовут мою пару, правда никакого облегчения это знание не принесло.

Остановив коня, Медек спрыгнул, привязал его к дереву и тут же куда-то ушел. Я осталась одна. Он даже не помог мне спуститься, в очередной раз показывая своё отношение ко мне.

Вытащив руками свою ногу из стремени, я попыталась спрыгнуть, но приземлившись, моя нога подвернулась и я плашмя упала на землю. Больно. Разозлившись на себя и на него, я со злостью ударила кулаками о землю.

Не нужен он мне, сама справлюсь, сама найду дорогу. Поднявшись, я направилась в противоположную сторону от той, куда пошёл он. Двигаться быстро не получалось, нога совсем не слушалась, с такой скоростью он быстро меня догонит. Ну и ладно, пусть побегает, хотя может быть просто оставит меня в этом лесу, вернется в замок, или еще куда и будет жить своей жизнью. Ну и пусть, злилась я на него, на себя и на жизнь.

Я упрямо шла вперед, пока не услышала позади быстрые шаги. Не оборачиваясь, подумала "Ну вот и явился", но в следующий момент послышалось громкое:

– Ложись!

А еще через секунду, я со всего размаха летела на землю.

Красная лента в волосах

Медек

Я гнал коня, тщетно пытаясь убежать от той, что сидела позади меня. Ощущая ее за спиной, я чувствовал себя спокойным. Никогда не испытывал ничего подобного. Чувство, что я там, где и должен быть. В голову закрадывались мысли, может быть действительно я справлюсь со всем. Возможно я бы смог быть с ней? Стоп! Вот именно такие мысли надо гнать как можно дальше от себя, если я хочу чтобы она осталась жива.

Солнце давно зашло и нам стоило бы найти ночлег, но я все гнал, опасаясь своих чувств. Так или иначе, я вынужден был остановится.

Сжав бока коня, я натянул поводья. Не раздумывая спрыгнул и не оглядываясь быстро пошел в сторону от Гейлы. Все что угодно, лишь бы не быть рядом. Пнул подвернувшееся под ногу бревно, подумал что она наверняка голодная и стоило бы развести костер. Подобрав полено, все же обернулся. Далеко же я успел уйти, нас разделяли порядка 200 метров.

Вот она сидит на лошади, а в следующий момент спускается и падает. Поднимается. Какой же я болван, почему не помог ей?

Я уже направлялся к ней, когда понял, что она пошла в противоположную от моей сторону. Куда это она? Не ускоряя шаг я последовал за ней, не хотел мешать. Возможно ей просто надо уединиться.

Прошло около двух минут, а Гейла все не останавливалась, при этом она ускорила шаг. Сбегает?

Я перешел на бег намереваясь догнать и здесь заметил притаившихся магов, они следили за Гейлой. Ускоряясь, наблюдал как один из них формирует шар, целится..

–Ложись, – крикнул, думая что не успею.

Прыгнул пытаясь дотянуться, защитить.

Толкнул Гейлу и упал сверху, поднял голову и увидел меч, его лезвие проходило поперек её шеи. Маги окружили нас. Последовал приказ, встать и отдать оружие.

Медленно, не делая резких движений, я встал, при этом не сводил глаз с лезвия, приставленного к ее шее. На ощупь отстегнул портупею и протянул в сторону, ее сразу забрали у меня. Завели руки назад и я почувствовал, как магические путы обвили мои запястья, после этого меч с шеи Гейлы был убран и я вздохнул с облегчением. Схватив за локоть, один из магов резко поднял Гейлу на ноги. Я почувствовал, как злость завладевает мной, никто не может так грубо обращаться с ней. Злился я также и на себя, как я мог допустить чтобы нас взяли в плен? Но это случилось. Волна беспомощности и ярости захлестывала меня. Так же как и у меня, на руках Гейлы появились магические путы.

– Идем, – послышалась короткая команда и мы двинулись в том направлении, которое нам задали маги.

Нас вели под конвоем всего пять магов, все в длинных темно-синих балахонах и с масками на лицах. В других обстоятельствах я бы с ними справился, но Гейла своим побегом не дала мне шанса. Когда я увидел, летящий в нее, ледяной шар, у меня был выбор спасти ее или остаться не замеченным и уничтожить врагов. Я не задумываясь выбрал первое.

Из моих раздумий меня вывел голос, позади идущего, мага:

– Мы так и до утра не дотащимся, кто-нибудь, закиньте на плечо эту девку.

Я видел, как один из магов подхватил Гейлу, мои руки дернулись в попытке остановить его, я не хотел, что бы он к ней прикасался. И в тот же миг, я почувствовал боль на запястьях. Так жгли магические путы, усмиряя пленника.

И снова это чувство злости, никто не смел к ней прикасаться, кроме меня. Чувство ярости и беспомощности, бушевали во мне, я хотел защитить ее и не мог. Я четко понимал, это были мои эмоции, а не того монстра, который во мне сидел. Он-то как раз был спокоен.

В раздумьях над тем, что я чувствую и как быть дальше, мы продвигались все глубже в лес. Спустя час пути мы приблизились к сооружению, мне приходилось видеть подобные. Я понял, что ничего хорошего это не сулило для нас. Это была тюрьма для оборотней, созданная магами-фанатиками, которые даже после смерти моего отца, продолжили своё дело.

Гейла

Еще издалека я увидела нечто похожее на древние развалины, сейчас, подойдя ближе, я рассмотрела огромный колодец. Стенки этого строения были в половину человеческого роста и выглядели так, словно сложены были несколько столетий назад из скального массива, сверху он был накрыт настилом из дерева.

Нас с Медеком завели на этот настил, рядом с нами встали два мага. И неожиданно для меня, то что я считала настилом, начало двигаться вниз.

Мы медленно опускались, я смотрела наверх и видела розовое закатное небо, на котором начали проявляться звезды. Появилось чувство безысходности и отчаяния, как будто я видела это небо в последний раз. Мы опускались под землю все глубже, по мере движения кружочек розового света сужался, становясь все менее видимым. В этот момент стало ясно, так просто нам отсюда не выбраться.

Деревянная площадка с грохотом остановилась и я увидела коридор, который больше был похож на огромную кротовую нору, он шел вглубь и казалось, ему нет конца. Освещение было тусклым и холодный магический свет раздражал, я активно заморгала, чтоб привыкнуть к нему. Миновав этот узкий и длинный проход, мы попали в большой круглый зал. Здесь свет был ярче, я зажмурилась. Почувствовала как путы с рук спали.

Растирая затекшие кисти, я оглядывалась. Сказать, что было неуютно, это ничего не сказать. Высокие потолки подпирали металлические прутья тюремных решеток. За ними в два яруса были расположены камеры. А в них томились оборотни. Наконец мои глаза привыкли к ледяному голубоватому свету и я смогла разглядеть узников. Они были в каждой камере, где-то по одному, где-то по двое. Выглядели они изможденными, на их телах было большое количество ранений и казалось, словно их нанесли недавно. Оборотни тяжело дышали и я видела облачка пара, которые вырывались из их рта так, как будто там было холодно. Хотя, находясь в самом зале, холода я не чувствовала.

Мы остановились перед пустой камерой. Я испугалась, что нас с Медеком разделят. Мне и без того было страшно, но остаться одной в камере, вводило в ужас.

Как только маг поставил меня на ноги, Медек тут же подхватил меня на руки и пригнувшись вошёл в камеру. Таким образом даже в тюрьме, под конвоем, он сделал так, как хотел. Я была ему благодарна. Решетчатая дверь камеры за нами тут же закрылась.

Посадив меня на единственную лавку, он сел рядом.

Я сразу почувствовала холод, он был обжигающим. Растирая свои руки, я прошептала:

– Здесь действительно холодно.

– Маги специально поддерживают такую температуру в камерах, и это не простой холод, он мешает быстрой регенерации оборотней.

Слова  Медека ввели меня в замешательство, смешанное с негодованием. Какими же извергами надо быть, что бы так измываться? А вслед за этим вопросом вереница следующих. Где мы? Что будет дальше? Как отсюда выбраться? Мой мечущийся взгляд, оглядывал камеру, в ней была только эта скамья и в углу дыра. Отхожее место? Я так и уставилась на этот угол, а в голове промелькивали не лицеприятные картинки.

– Да, это туалет, раз в сутки маги очищают его сильным потоком воды, – послышался голос Медека, видимо он заметил куда я смотрю.

Я в изумлении перевела взгляд на Медека. Темные глаза, как обычно ничего не выражали. И нет, не перспектива ходить в туалет у всех на виду меня пугала, хотя это отвратительно. А то, с каким спокойствием он мне все это говорил. А еще то, откуда он все это знал. Именно этот вопрос я ему и задала.  И получила тот ответ, который совсем не ожидала.

– Я был в такой тюрьме три месяца назад.

От этих слов в моей душе шевельнулась надежда и я произнесла:

– Значит мы выберемся отсюда.

– Нет, – резко припечатал Медек.

Я не ожидала получить такой бескомпромиссный ответ, вскочив с лавки я начала ходить туда-сюда по камере.

– Как нет? – вскрикнула я, а потом тише добавила, – но ты же как-то выбрался.

– Это была зачистка, в той тюрьме не выжил никто кроме меня.

Я ничего не понимала, он выжил, а все остальные нет. Такого не может быть. Как он может отрицать возможность нашего спасения? Я не могла себе позволить принять это, поэтому  продолжала думать над тем, что нас может спасти. И придумала!

Я остановилась, вспомнив о подарке ведьмы. Подлетев к Медеку, я села рядом, повернувшись к нему и буквально на ухо начала шептать:

– У меня есть кинжал, мне дала его ведьма Сибил, я могу им убить любого. Так она мне сказала, лишь надо подумать об этом и нанести хотя бы маленькую рану.

Похоже мои слова повлияли на  него, так как он повернув голову, долгим взглядом посмотрел мне в глаза, явно раздумывая над ними. А потом запустил свою ладонь к себе в волосы взъерошивая их и опустился локтями на свои колени. Очень тихо проговорил, складывалось впечатление, что звучащий в этот момент ответ был сказан не для меня, а для него самого:

– Нет, это не поможет. Ты не успеешь.

– Но почему? – я схватилась своими руками за его руку и тут же отдернула их, заметив на запястьях широкие следы ран. На ранах виднелись большие пузыри, – у тебя ожог!

– Бывает, – невозмутимо ответил Медек и откинулся спиной на стенку, взгляд его темных глаз при этом, был устремлен в потолок камеры, – прости Гейла, прости за все. Наша связь изначально была обречена на провал. Ты в этом не виновата, проблема только во мне.

Я растерялась от услышанного, хотела что-то уточнить, но не найдя слов, просто закрыла рот. В камере воцарилось молчание. Я не ждала от него, что он скажет, что-то еще. Но он снова меня удивил, теперь уже своими действиями. Приподняв меня, он посадил к себе, между своих бедер.

– Так тебе будет теплее, – голос, как обычно, звучал ровно.

А то, что произошло дальше меня удивило еще сильнее, он провел своей ладонью по моим волосам. Это было очень приятно, я замерла, чтобы не спугнуть его. Казалось, скажи я что-то или сделай, он отсадит меня обратно. А мне так нужно было его тепло.

Он отодвинулся, и по движениям позади меня, я поняла, что он что-то достал из кармана, а после услышала:

– Давно хотел увидеть ее в твоих волосах.

Слегка повернув голову, я посмотрела на то, что он держал в руках. Это была та самая, моя, красная лента.

– Можно я ее заплету тебе в волосы?

Я коротко кивнула.

Наслаждаясь его легкими прикосновениями, я прикрыла глаза. Это было так приятно, будоражило и расслабляло одновременно. В какой-то миг, я даже забыла где я.

– Красиво, –  услышала я, и он снова притянул меня к себе, – тебе надо отдохнуть, прикрой глазки.

Так я и сделала, а засыпая все думала, что произошло с ним? Что на него повлияло и он начал себя вести так? Так нежно. Я не понимала. Я совсем не понимала его.

Ни за что!

Гейла

Периодически я провалилась  в сон, но каждый раз вздрагивала от громких звуков, либо стонов, доносящихся из соседних камер. И снова пыталась долго уснуть, прижимаясь к Медеку в поисках тепла.

Окончательно вывел меня из забытья резкий лязг металла. Я вздрогнула и спросила:

– Что происходит?

Не услышав ответа, встала и подошла к решетке, которая отделяла камеру от основного зала. Огромный, рыжеволосый оборотень долбил железной чашкой о прутья. Между ударами, он кричал, что его надо выпустить, при этом еще и умудрялся ругать магов непристойными словами. Мне было его хорошо видно, так как наша камера находилась напротив.

Медек подошел и встал рядом со мной.

– Зря он это.

Проследив за взглядом оборотня, я заметила двух магов, они разносили еду по камерам. Мой желудок сжался в предвкушении. Есть хотелось безумно.

Казалось, что маги не обращали на него внимания, но вот один из них подошел к камере рыжеволосого, загородив мне оборотня.

– Сейчас я тебя накормлю досыта, сучий потрох, – с издевкой выплюнул слова надсмотрщик.

Послышался пронзительный рык. Маг еще немного постоял перед камерой, видимо усмиряя оборотня заклинанием, и вернулся к своему напарнику.

Рыжеволосый оборотень  сидел на полу, его левая рука была неестественно вывернута. Он обнимал ее и раскачивался из стороны в сторону, рыча и поскуливая.

Жалость к оборотню затопила меня, я не хотела этого видеть, отойдя от решетки, села обратно на скамью. Я чувствовала, как отчаяние, вперемешку со страхом, завладевает мной. До меня наконец дошло, мы обречены. Так просто нас не выпустят, а может быть не выпустят совсем. Закрыв лицо ладонями, я начала мотать головой из стороны в сторону, пытаясь справиться с чувством отрицания происходящего. Надо было успокоиться, но у меня никак это не получалось. В этот момент я вздрогнула от звона миски о каменный пол.

– Жрите, вам недолго осталось, – с издевкой сказал он.

На этих словах я окончательно разрыдалась.

Почувствовав легкое прикосновение к своей руке я убрала ладони со своего лица. Передо мной, на корточках, сидел Медек. В его глазах я видела тревогу, он произнес:

– Гейла, тебе нужно поесть.

Переведя взгляд на его руки, я заметила, что он держит тарелку. Запах кислятины ударил мне в нос. В тарелке была серая масса с желтыми комочками, эта еда не внушала мне доверия.

– Тебе надо поесть, – еще раз произнес он, но теперь его голос звучал более требовательно.

– Зачем, если, мы все равно умрем, ты же сам сказал!

– Гейла, – протянул он, – да, мы в непростой ситуации, но я сделаю все, чтобы спасти тебя. Поешь, пожалуйста, я составлю тебе компанию. Давай одну ложку ты, а вторую я.

Секунда, и стены камеры огласил мой громкий, истеричный смех. Он был таким же неуместным в этой ситуации, как его терпеливые и мягкие слова.

Тем не менее я успокоилась и мне стало легче. Хоть я и понимала, что это временно.

– Хорошо, но с одним условием, – я решила для себя получить еще больше выгоды, раз он так просит, – ты рассказываешь мне что-нибудь о себе.

Теперь я смотрела на него серьёзно.

– Хорошо, следующая ложка твоя, только нос зажми, – он поморщился.

“Не уж-то все так плохо?” – подумала я, но проверять не рискнула.

Зажав нос, я взяла ложку и не раздумывая запихала ее в рот. Безвкусная, склизкая масса перекатывалась во рту, а желтые комки хрустели на зубах. Жевать оказалось плохой идеей, подавляя тошноту, я проглотила.

– Твоя очередь, – произнесла я гнусаво, так и не разжимая носа.

Спустя еще десять ложек, проглоченных мной, да я их считала, тарелку мы все же осилили.

Медек отодвинул тарелку в угол камеры и сел рядом.

– Рассказывай, – произнесла я твердо, смотря ему в глаза.

Он отвел взгляд, теперь он смотрел куда-то сквозь решетку, но думаю, мыслями он был далеко.

– Гейла, скажи мне, почему ты ушла вчера? Предполагаю, что ты все вспомнила, в этом была причина?

– Да, – мой голос звучал грустно.

Мне было больно и обидно. Обидно за все, что случилось и особенно, за то, что не случилось, между нами.

– Так я и думал, раз ты вспомнила, мне будет проще тебе объяснить.

В камере повисла тишина, он молчал, а я не торопила. Почему-то я была уверена, сейчас он скажет что-то очень важное.

– Мой отец, – начал Медек свой рассказ, – всегда желал власти, хотел быть сильнее всех. Способы же достижения этого, могли быть любыми и, как правило, не самыми гуманными. Он  наметил для себя две цели. Уничтожить оборотней как народ и при этом получить их силу. Как ни странно, у отца было много последователей, желающих того же. В основном это были маги высшего уровня. Из года в год они придумывали, как стать сильнее за счёт оборотней, отлавливали их и ставили над ними эксперименты. В один из таких экспериментов, им удалось извлечь из оборотня его зверя и пересадить в другого человека. Но зверь не прижился, и погиб вместе с человеком. Умер и тот оборотень, у кого отобрали зверя. Это их не остановило, они снова и снова пытались это осуществить, но человек никак не мог принять зверя, так же как зверь человека. Вот тогда-то мой отец и обратил внимание на меня. Мне тогда было четырнадцать лет. К тому времени я уже прошёл свой первый оборот, мама помогла, не знаю как ей это удалось. Она была обычной волчицей, не имела силы Альфы, но смогла достучаться  до моего сознания.  Отец решил, раз у них не получается с людьми, надо поэкспериментировать с оборотнями. Но с кем попало он не хотел. Я до сих пор помню, как он вошел ко мне в комнату и объявил, что сегодня в мое сознание будет подсажен еще один волк. Мне было страшно. Но, эксперимент прошел удачно, мой волк не был доволен, но все же нашел общий язык с незваным гостем, мы выжили. К сожалению, одним волком мой отец не ограничился.

Медек замолк, а я все не могла поверить в услышанное. Мне бы даже в голову не пришло, так издеваться над оборотнями. Два волка, многие с одним никак не справятся, а то что Медек произнес дальше, повергло меня в шок:

– Во мне семь разных сущностей. Когда они только появились, они рвали мне сознание  своими требованиями и желаниями. Для меня же, в моем сознании, не осталось места. Они буквально ломали моё тело, каждый хотел своего. Я не понимал, где я и кто. Шло время и они затихли, возможно смирились друг с другом. Мне даже показалось, что я наконец взял над ними верх. Но спустя время заметил, любая моя эмоция возвращала хаос, и все начиналось заново. Я стал контролировать свои переживания и моё состояние улучшилось. Я наконец обрел надежду, найти общий язык со всеми моими волками. В какой-то момент отец понял это и тогда начался мой персональный ад. Он находил все новые способы спровоцировать меня. И с каждым разом эти способы становились все более изощренные. Так же у него появилась новая цель, волков во мне объединить в одного. Меня поселили в лабораторию. Маги делали со мной все, что хотели, благодаря им, я стал еще сильнее и выносливее. И стал устойчив к магии и ядам. Вместе с тем, они создавали средства, чтобы сдержать меня, одним таким зельем ты и воспользовалась, когда привязала меня к кровати. Видимо, оно досталось тебе от моего отца.

Я кивнула. А он продолжал:

– В общем, король кроил из меня наследника, которого хотел видеть, а так же солдата-убийцу по совместительству. Но убивать я не хотел, тогда он начинал меня пытать, так чтобы я обратился. К тому времени, они все же смогли из семи волков, сделать одного. Он получился настоящим монстром и превосходным убийцей. Я, как мог сдерживал оборот, но не всегда это выходило. Когда я обращаюсь, я не контролирую его, я даже не понимаю, что происходит, а после, я вижу результат его работы. Он уничтожает все и никого не жалеет. В один из таких оборотов я убил свою мать.

– Это был не ты, – тихо выдохнула я.

– Это не так важно. Это все равно я.

Я покачала головой. И снова тишина. У меня не было слов, как можно было так издеваться над своим сыном.

И снова Медек продолжил:

– Но не об этом сейчас. Эта тюрьма была построена последователями моего отца. Они не прекратили попытки наделить магов вторыми сущностями. А чтобы отделить человека от волка, надо вынудить того обернуться. Деление как раз происходит в этом промежуточном этапе. Как правило, маги мучают и вынуждают сделать оборот. Проще всего с парами. Пара на все согласится лишь бы мучения его избранной прекратились. Поэтому, долго мы в этой камере не пробудем, маги следят за всеми, за нами уже скоро придут. Единственный способ выбраться отсюда, это выпустить моего зверя. Этот монстр разнесет все и никого не пожалеет.  Все здесь будут мертвы и маги и оборотни. Он убьет даже тебя, потому что контроля у меня над ним нет. У меня лишь одна призрачная надежда на  то, что у тебя будет шанс убить его, тем кинжалом, который дала тебе ведьма. Если она сказала любого в этом мире, значит любого. Ведьмы, как правило, не ошибаются.

Он повернул голову и посмотрел мне в глаза.

– Еще раз, запомни, после того как он все здесь разнесет, ты должна будешь убить его. Дождаться, когда он уничтожит магов, а после убить.

– Но он, это ты! – он пожал плечами.

– Значит, ты должна убить меня.

– Нет, – тихо прошептала я.

Еще сутки назад, я злилась на него и хотела, чтоб он сквозь землю провалился. Сейчас даже представить себе не могла, что останусь без него. И нет, это был не просто страх. Он был мне действительно дорог.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.