Екатерина Залесская
Котовасия. Призраки карнавала

Иллюстрация на обложке Анны Гайворонской

Иллюстрации в блоке Алисы Перкмини

Котовасия. Призраки карнавала [повесть] / Екатерина Залесская. – Москва: Издательство ACT, 2024

Copyright © Екатерина Залесская, 2024

©Анна Гайворонская, иллюстрация на обложке

©Алиса Перкмини, иллюстрации в блоке

© ООО «Издательство АСТ», 2024

1. ЗаМурчательные будни Котовасии

Начало для начала

Привет, читатель! Давненько я ничего вам не рассказывал. Конечно, после длительного перерыва бывает трудно приступить к «перу», то есть к рассказу. Я даже призадумался, может, писателем стать? А что, рассказывать истории я хорошо умею. Но то рассказывать, а ведь истории надо бы ещё и записывать. Тут дело посложнее будет. Мне бы личного секретаря или, на худой конец, человека, который мысли мои кошачьи поможет сохранить, например, наборщика текстов. А то лапки не предназначены для маленьких клавиш на клавиатуре. Раньше вообще, чтобы важные истории передавать на дальние расстояния, пользовались «живыми письмами». Не знаете, что это? А я вам расскажу. Это когда человек заучивал наизусть информацию и бежал себе по дороге, чтобы передать известие в другой город. Хорошо, если вовремя успевал, а то ведь информация могла устареть, да и сам гонец иногда забывал, что конкретно нужно передать.

У котов память получше будет. Но для надежности всё-таки попробую сохранить вам эту историю в напечатанном виде. А заодно познакомить с нашей удивительной и замурчательной Котовасией.

Как в любой правильной книге, для начала нужно представиться. Зовут меня кот Тигр, но люди дали мне кличку Сфинкс. Я не против. Бываю активным и яростным, как настоящий тигр, впрочем, и окрас у меня соответствующий – рыжий я. А бываю задумчивым, временами даже загадочным, как сфинкс. Вы же слышали об этом мифическом существе? Я, правда, персонаж не мифический, а вполне себе реальный. Как самый обыкновенный кот, который однажды поселился на даче. Не добровольно, конечно, а принудительно, отправился в ссылку за ненадобностью. Так, в одной деревне благодаря помощи неравнодушных братьям нашим меньшим появилась гостиница для животных – Котовасия.

Ох, сколько приключений у нас там было! Ни в сказке сказать, ни пером описать! Это и знакомство с моими верными кототоварищами – Тюленем, Федькой, Багетом (он же Чёрная Пантера), Багетом-младшим, Ангорой; других весёлых зверят тоже хватало – собаки Барбос и Нельсон, черепаха и ежиха, выдра и мартышка, и даже панда. Если не верите, то посмотрите в первых двух книгах про Котовасию. А однажды мы даже (не)случайно в чемоданах на море улетели! Да так, что наш Тюлень решил там остаться со своей заморской подругой – кошкой Стеллой. Ух, и опасное нас ждало приключение в музее будущего! Но и это ещё цветочки были: в четвёртой Котовасии мы отправились в Антарктиду! Да-да, не удивляйся, мой юный читатель, мы там даже пингвинов и полярного медведя увидали!

А ещё в городе тоже открылась гостиница для животных – Котовасия. Представляете? К нашему кошачьему сожалению, в городе бездомных животных не меньше, чем в деревне. Тут и собаки с кошками городскими к нам захаживают. Особенно после совместных приключений.

Так что, читающий друг, мне есть что тебе рассказать. Но так как я решил стать немного и писателем, чтобы запечатлеть, так сказать, свою полосато-пушистую жизнь, придётся и вам поучиться со мной премудростям писательского ремесла. Дело это, на первый взгляд, кажется нехитрым. Но если разобраться, есть чему и мне поучиться. А учиться я люблю!

Так вот, запомните: первое правило писателя – учиться и ещё раз учиться. А помогают в этом деле как раз книги. Так что, прочитав эту, ты не только познакомишься с Котовасией, совершишь таинственное путешествие (ох, тут я и сам не подозреваю, что меня ждёт!), но и узнаешь секреты писательского ремесла. Кто знает, может быть, ты тоже решишь написать свою историю?

С чего же начать?

А начать лучше всего с начала. В нашей городской Котовасии начало выдалось очень необыкновенным, странным и даже немного волнительным. Сейчас вспоминать весело, а пару дней назад наш Федька от страха чуть со второго этажа в окно не выскочил! А всё потому, что в нашем доме поселилось оно – привидение! Или призрак? Ух, испугались мы знатно! До сих пор почёсываюсь от воспоминаний. Что поделаешь, натура я чувствительная – от волнения чесаться начинаю. Но не стану больше томить, расскажу всё как есть в следующей главе. Поехали!

Удача на удачу

– Я вам честно говорю: там кто-то есть! – чуть дыша, бормочет Тюлень, указывая на второй этаж.

– Да, там бродит тень твоей котлеты, которую ты не доел, спрятал и забыл: где, где же она, родненькая?! – издевается над ним Федька.

– Я сейчас из тебя котлету сделаю! – зарычал Тюлень и погнался за Федькой.

Но вы же знаете, это они не со зла: дружба у них такая. Тюлень вообще, как вернулся из Дубая в Котовасию, места себе не находит. А вот Федька только и находит, что повод «подбодрить» своего закадычного друга.

– Видимо, он скучает по Стелле, – вздыхает Ангора. – Вот и чудятся ему призраки да привидения.

Если что, Стелла – это такая лысая кошка породы сфинкс. А подружился с ней наш Тюлень, когда мы на море оказались. Даже решил остаться там почти на полгода! Но душа на родину позвала.

– Что там, жара всё время, потею день и ночь, – жаловался нам Тюленюшка по котофону – это телефон такой специальный для котов.

Так случилось, что уже второй день подряд чудятся Тюленю странные звуки, будто кто-то поселился на втором этаже. А однажды он заметил, что в ванной комнате вода включена и следы мокрые на лестницу ведут. Признаюсь, и мой Тигр-младший как-то жаловался, что кто-то из его миски ел. Я, как отец, не поверил сначала. Думаю, малёк сам всё умял и позабыл. С кем не бывает? Но что-то не нравится мне эта мифическая загадочность или загадочная мифичность… В общем, мы решили поддержать Тюленя и устроить ловушку для призрака.

– Запоминай, – командовал Багет, он же Чёрная Пантера, своему сыну, – в ванную комнату дверь не закрывать! Видимо, наш призрак купаться любит, раз кран с водой всё время открывает.

– Понятно, – отвечал Багетик. – Я ещё на кухне в каждой миске по сосиске оставлю, чтобы призрак после водных процедур подкрепиться захотел и на запах пришёл.

– Да уж, ваши сосиски на весь дом пахнут, – хмыкнула Ангора. Она-то кошка породистая, ангорская, всякие сосиски редко ест. Только корм специальный. Хотя я её не осуждаю, может, есть в этом что-то полезное. Вон какие котятки у нас с ней хорошие: Тигрик-младший весь в меня, рыжий, только пушистее. А второй сынок – прямо истинно ангорский кот, да только рыжее пятнышко на пузике выдаёт, что мой, тигринский. Он с нами не живёт, но теперь мы знаем, где его найти, и будем чаще заходить в гости.

Операция «Поймай призрака, если сможешь» была назначена на вечер.

– Ну, не знаю, – лениво прозевал Федька, – я что-то за день утомился, пойду спать! Вы как поймаете галлюцинацию вашу, передавайте привет.

– Иди спать, тоже мне друг нашёлся, – обиженно сказал Тюлень. – Пусть тебе кошмар приснится!

– Тьфу-тьфу-тьфу, – фыркнул Федька. – Сам ты кошмар, а не Друг!

– Да уж, сплюнул на удачу, – усмехнулся Багетик. – Надеюсь, она нам пригодится.

Полночь.

Все нормальные коты давно спят. Но не Котовасия. Мы затаились за диваном и ждём. Страшно? Очень! Но что поделаешь, надо, как говорится, заглянуть своему страху прямо в глаза, ну, или в наглую морду, которая тут лужи разводит и еду ворует.

Не поверите, в двенадцать ноль пять послышались мягкие шаги.

– Т-с-с, – чуть сдержал Багет сына, – рано. Наблюдаем.

– Я видел: глазища в темноте сверкнули! – зашептал Тигрик.

Оно двинулось в ванную комнату.

– Апчхи! – послышалось оттуда.

– Хи-хи, видимо, холодненькая водичка пошла, – усмехнулся Багетик.

Оно быстро выскочило из ванной комнаты и направилось на кухню.

– А разве призраки едят сосиски? – удивился Тюлень.

– Да уж, странно, – сказал я и зловеще прошептал Тюленчику на ухо: – Обычно они съедают самого большого кота в доме.

– Я не большой! – возмутился тот. – У меня просто кость широкая!

– Тихо вам! – шикнул Багет. – Спугнёте!

Но Оно и не думало пугаться: из кухни доносились причмокивания и радостное урчание. Прямо такое, когда кот давно ничего не ел, а потом оп – на тебе тазик сосисок. Стоп! Так это кот?

Я быстро выскочил из-за дивана, подлетел к кухне и щёлкнул по выключателю. Яркий свет лампы озарил «призрака», который застыл в изумлении. Ей-богу, актёр, не меньше – если бы я был в музее, подумал бы, что это чучело кота. Но нет. Это был настоящий большой серый кот с небольшими ушками и почему-то короткими усами. Он с полминуты смотрел на меня не моргая, пока не подоспели все наши. Видимо, у него ступор, обычно коты, знаете ли, действуют в таких ситуациях по-другому: бей или беги. Но этот совсем не собирался убегать или драться.

Он опустил голову, выпустил сосиску обратно в тарелку и тихо произнёс:

– Ладно-ладно, это я тут у вас обитаю по ночам. Меня зовут Лаки.

Мы открыли рты и не знали, как отреагировать. Поэтому «призрак» Лаки сам продолжил:

– Лаки – это значит «удача»…

– Вот тебе и Удача на удачу, – только прошептал Багет. – И откуда же ты тут такой нарисовался?

Лаки нам, конечно, всё рассказал. Но я с вами поделюсь этим в следующей главе. Потому что каждая глава должна быть примерно одного размера, чтобы внимание читателя не потерялось. И должна давать нам немного недосказанности, чтобы поскорее захотелось продолжить чтение и узнать, почему же у этого кота короткие усы?

Зачем коту усы?

Только я подумал, что наконец-то в Котовасии наступили спокойные и ленивые деньки (всё как я люблю), появился призрак. Но, как вы поняли из предыдущей главы, то всего лишь кот Лаки, который забрался к нам в дом, чтобы переждать дождливую ночь, но уже неделю тут, оказывается, просиживает.

И вот утром снова послышались крики. Точнее, Федькино яростное рычание-шипение. Я-то уже всех котов распознаю, кто как возмущается. Это людям думается, что коты одинаково разговаривают. На самом деле нет. Вот и сейчас Федька в каком-то безумном изумлении орёт. Сон, что ли, плохой приснился?

– Кошмар! Кошмар! – вбегает в комнату взъерошенный Фёдор.

– Сосиски на кухне, – бормочет Тюлень, сладко зевая и потягиваясь. Утро раннее, как-никак.

– Какие сосиски?! – возмущается Федька. – Там такое! Тако-о-ое! Безухое и безусое! И смотрит на меня!

– А я тебе говорил, что та котлета уже давно лежит. Не ешь её, – стараюсь я успокоить нашего тревожного друга. – Вот и побочный эффект – мерещится…

– Да я… не ел я ту котлету! – чуть спокойнее отвечает Федька.

И тут до меня дошло, что это, видимо, наш новый кот Лаки к Федьке с утра пораньше пришёл знакомиться. Не знает он ещё, что этого парня лучше не трогать до обеда.

Я расхохотался, а Федька ещё сильнее насупился, усы и брови свёл вместе, будто драться со мной собрался.

– Эй, потише! – попытался я унять его. – Это наш ночной призрак – кот такой породы, у которой уши маленькие. Шотландская вислоухая или скоттиш-фолд – так порода эта называется.

– Чего? – уставился на меня Федька. Ох, и почему он по утрам такой тугодум?

– Ты вчера спать пошёл, а мы поймали призрака, который еду ворует и следы мокрые оставляет, – встрял в разговор Багет. – То оказался кот.

– Ох, ёжики морские, – успокоился Федька. – А мне сон снился: стою я в лодке, длинной такой, человек какой-то веслом туда-сюда машет, плыть пытается, а проход узкий – лодка не плывёт! Застряли мы! Вот уже и стены домов, кажется, сейчас сойдутся и всё – раздавят нас, сплющимся совсем! Я проснулся весь в поту…

Тут Тюлень попытался высказаться, но Федька прошипел на него и продолжил:

– Образно в поту… Открываю глаза, а тут чудо это безухое!

– Я не чудо. Это особенности нашей породы: чем меньше уши, тем лучше. Чтобы голова напоминала совиную – идеально правильной круглой формы.

Федька замолчал, мы все оглянулись и посмотрели на Лаки.

– А усы у вас тоже такие должны быть? – поинтересовался Тигрик.

– Нет, – вздохнул кот, – усы мне детишки подрезали. Вот я и не выдержал, ушёл…

А я внезапно вспомнил, что слышал что-то про такую породу – скоттиш-фолд. Говорят, они очень терпеливые, готовы долго не показывать ярость и никогда не обидят детишек. Но, видимо, и у кота терпение небезгранично. А ещё не все знают, что усы коту ой как нужны!

Это не просто антенны (да-да, не смейтесь), которые воспринимают информацию об окружающем мире, они ещё и помогают кошкам лучше ориентироваться в пространстве, особенно по ночам.

– Мои вибриссы теперь похожи на… – Лаки чуть ли не заплакал. – Даже не знаю, на что… Не то что у моей знакомой Мисси из Финляндии.

– Я понял, что я ничего не понял, – почесался Федька. – Ты, что ли, на иностранном языке говоришь? Какие вибриссы, какие Мисси?

Ох, Фёдор наш такой Фёдор! Пришлось объяснять ему, что кошачьи усы называют по-другому вибриссами. А Мисси – так зовут кошку породы мейн-кун, у неё были зафиксированы самые длинные усы, аж девятнадцать сантиметров! Даже в Книгу рекордов Гиннесса это записали.

– Да не волнуйся ты так, – ухмыльнулся Федька, – усы не хвост. Отрастут! Через месяца три, но могут и раньше.

Лаки уставился на Федьку и удивлённо спросил:

– А вам что, хвост подстригали?

Мы все засмеялись, а Федька обиженно спрятал хвост.

– Ничего мне не подстригали. Это я так, образно.

Так в нашем доме и поселился шотландский вислоухий кот с короткими усами. И домой он явно не собирается. Надо бы нашим хозяевам его показать. У нас, кстати, они тоже есть, если вы ещё не знаете. В деревенской Котовасии это Валентина и Игорёк, правда, теперь мы всё реже к ним заглядываем. А тут, в городской Котовасии, это маман и папа Маринки и Светочки. Светочка вот-вот в школу пойдёт, только и слышно, как маман переживает и причитает, что купить надо, какие косички с бантиками на линейку заплести Светочке. А Маринка уже побольше будет, художница наша фиолетововолосая, а иногда блогер. Снимает, значит, всё подряд на телефон и показывает всем подряд. Говорят, это круто. Я пока не разобрался, почему. Как разберусь, обязательно вам расскажу.

– Да, – внезапно приободрился Лаки и пристально посмотрел на Федьку, – а лодка из твоего сна – это, скорее всего, гондола. Я видел такие как-то.

– А чего она мне приснилась? – удивился Федька.

– Тут я ничего сказать не могу. Может, тебя ждёт какое-то приключение?

– Спасибо-спасибо! На сегодня мне и так приключений достаточно, пойду я лучше поем. – Федька повернулся к Тюленю. – Ты говорил, что на кухне есть сосиски?

Тюлень, облизываясь, медленно вздохнул и на всякий случай попятился к двери.

– А я сразу тебе сказал: иди на кухню. Пока вы разговоры разговаривали, сосиски закончились.

И выскочил в кошачью дверь на улицу, что-то прикрикивая. Но мы уже не услышали, что именно. А Федька снова обиженно почесался и вздохнул:

– Ну, хоть про усы-вибриссы узнал, и на том спасибо.

Первый раз в первый класс

– Ох, признаюсь, учиться чему-то новому не так-то просто. Ещё пару глав назад я решил стать писателем, а теперь сомневаюсь. Сами посудите, какой из кота автор? Лучше буду просто музой, то есть тем, кто вдохновляет. А вдохновение, как известно, приходит во время работы. Так что без работы (а для вас, маленькие читатели, без учёбы) никуда. Я и сам люблю учиться, честнопречестно. И мой сын, Тигрик-младший, видимо, в меня пошёл, такой же любопытный и любознательный. Сейчас вам и расскажу, как он вместе с нашей Светочкой в первый класс отправился. Да так, что его вся школа во главе с директором запомнила.

Дело было первого сентября. До этого дня мы, конечно, уже устали от приготовлений маман. Она к нам в Котовасию всё забегала, рассеянной совсем стала: то новую когтеточку забудет, хотя, говорит, купила её месяц назад, то корм не тот купит. Не для котов, а, представляете, себе, для собак!

– Котики мои милые, не обижайтесь, – как-то улеглась она на наш котодиван. Ну что же, отдохни, хозяюшка, а мы моторчиком поурчим да всё послушаем. А для чего ещё кот, если не для поддержки? Это вам кажется, существо бесполезное, а давно доказано: лучшая психологическая помощь.

– Не успеваю ничего! – жалуется нам маман, а мы слушаем и мурлыкаем. – Вот купила Светочке в школу красивое синее платье, а говорят, нельзя! Вся форма должна быть чёрного цвета! Представляете? И куда теперь это платье, мне носить, что ли? А Маринка! Совсем от рук отбилась! Старший класс на носу, поступление, а она всё рисует и рисует!

– Да уж, – поддержал её Федька, – с одежкой и вправду людям не повезло. Нам хорошо в наших нарядах. И тепло, и экономно, и очень даже симпатично.

– Тут как посмотреть, – хмыкнула Маркиза, это кошка нашей хозяйки. Только стала она такой после деревенской Котовасии. – Мне вот очень даже по душе дизайнерские вещи из новой коллекции.

И презрительно уставилась на нас. Вот ведь модница! Хотя за яркими вещицами норов и поведение не спрячешь. К счастью, маман приходит сюда с Маркизой редко.

– Ну, всё, котятки! Мне пора! – резко вскочила маман с дивана. – Ещё нужно букет забрать. И песню со Светочкой отрепетировать. Она у нас будет песню на линейке петь и первый звоночек подавать.

Маман ещё что-то пробубнила и скрылась за дверью. А Тигрик непонимающе на меня взглянул:

– Па, а зачем на линейке петь? Это такой странный ритуал? И какая это должна быть линейка, сколько сантиметров?

Эх, поймут меня родители. Сколько странных, но жутко весёлых вопросов предстоит услышать от малышей. Хотя Тигрик, по людским меркам, уже вполне взрослый кот. Я всё мальку объяснил. И про линейку, и про школу, и про первое сентября.

– Но в разных странах учебный год начинается в разное время, – просвещал я Тигрика. – Так, в Японии ученики отправляются в школу первого апреля, в Индии – в июне, в Австралии – в конце января, а в Италии, вообще, плавающее расписание начала занятий.

– Ух ты, это как? Они что, плавают? – улыбнулся Тигрик.

– Нет, конечно. Но это связано с погодой. В каждом регионе своя дата начала школьных занятий. Там, где очень жарко, детям дают отдохнуть недельку до школы. А длится итальянский учебный год всего полгода!

– Класс, и я бы так хотел!

– Вот же чудный. Котам вообще не нужно ходить в школу.

– Нет, папа, ты не понял. Я хочу сходить в школу! Хоть одним глазком посмотреть, что же это за страшный и важный такой зверь – учёба.

Я-то думал, он от скуки, знаете ли, придумал себе идею. А оказалось, всё всерьёз.

Ранним сентябрьским утром я и не заметил, что Тигрика нет. Да у нас тут в принципе свободное посещение. И лишь к вечеру маман с мужем, Светочкой и Маринкой к нам нежданно нагрянули. Светочка хохотала без остановки, маман разочарованно поглядывала на своё платье, папа просто молчал, а Маринка держала на руках Тигрика. Выглядел он неважно. Но после позднего ужина всё нам рассказал:

– Я же как лучше хотел! Вот вчера услышал про школу, сразу решил: пойду! И пошёл, а точнее спрятался в машине маман, когда она к нам приходила. Ночь в машине провёл. Это, я вам скажу, не очень приятно.

– Да уж, вот какая тяга к знаниям, – заметил Тюлень.

– Ага, – продолжил Тигрик. – И вот утром слышу: идут! Светочка отчего-то плачет, Маринка её подбодрить пытается, да не помогает. Та ещё сильнее хнычет.

– Я хочу розовые колготки! – причитает Светочка.

– Во-во, – говорит Маринка. – Я тоже хочу розовые пряди, накладные салатовые ногти и оранжевый комбез. А в школе – деловой дресс-код! Это не дресс-код, а ограничение личности!

– Какой такой дресс-Кот, я не понял. Но понял, что не в каждой одежке в школу пускают. Аж заволновался. А что если этот Кот меня не пропустит? – продолжил свой рассказ Тигрик. – Но тут на меня чуть не поставили какую-то корзину. Вовремя увернулся. «Марина, осторожнее, – запричитала маман. И на том спасибо, – цветочную композицию не сломай». Ага, чуть из меня композиция – мохнатый блинчик с глазками – из-за этой огромной корзины не вышла. Посмотрел я в эту ценную корзину и чихнул.

– Будь здорова! – сказала маман. – Ещё простудиться не хватало! Закройте окна.

Маринка закатила глаза, Светочка насупилась, а я заметил в корзине интересные растения. Представляете, они держались на какой-то губке, такой мягенькой. Принюхался я к цветочкам… А что ещё оставалось делать? Как-то и укачивать меня стало в машине.

– Понимаю, – вздохнул я, – меня тоже частенько укачивает.

– Так вот, – Тигрик аж заурчал от своего приключения, – а я голодный с вечера. Как назло, цветы так пахнут! Ну и куснул, а что, я слышал, что растения бывают полезны для здоровья.

– Такие растения для кошачьего здоровья бесполезны! – добавил Федька. – Они же все химией всякой обрызганные! Не то что в деревенской Котовасии.

– Ну, это как сказать, – решил поспорить я с Федькой, вспоминая, как однажды наелся лаванды. – Везде норму знать надо.

– Да не спорьте, друзья, – сказал Тигрик, – мне те цветочки тоже не зашли. Сплюнул на пол, да простит меня маман. Но увидал другой цветок, ещё ароматнее. Забрался наполовину в корзину эту – и тут машина как притормозит. А я в корзину со всей дури ка-а-ак плюхнусь!

– Приехали! – говорит маман. – Торопитесь, мы опаздываем.

– И вот сижу я в корзине, прикрывшись цветами. А что делать, куда бежать, знать не знаю. Так и просидел в цветочной засаде всю эту линейку, пока Маринка корзинку держала. И пыхтела беспрестанно:

– Вы туда кирпич положили? Чтобы такой букет запомнили как самый тяжеленный?

– Марина! – только строго и смотрела на неё маман, а сама всё на телефон снимала и снимала. Вот ведь люди, всё в экран пялятся. Вы бы лучше жизнью наслаждались, важные эмоции тут, а не на экране.

Да ладно, я-то смотрел на Светочку по-настоящему. И как песенку она пела, я аж в такт заурчал, и как потом она взобралась на плечи старшекласснику и звоночком звенела. А бантики её на косичках так и подлетали прямо к облакам. И тут бежит она к нам, радуется, на корзинку со мной кивает. Маринка корзинку со мной тащит, да прямо в сторону, где тёти нарядные стоят.

– С 1 сентября, наш любимый директор школы Елена Вячеславовна! – улыбается Маринка и вручает корзину со мной той самой Елене. Да не прекрасной, а директору. Директор легко поднимает корзину и подносит к своему яркому лицу, принюхиваясь. Я тут, простите, как взглядом с ней встретился, слегка растерялся.

– Привет! – говорю, но для людей это жалкое «мяу», а она отчего-то губы сжала, глаза раскрыла шире некуда. Хорошо, что хоть музыка заиграла, и Маринка со Светочкой быстро убежали от этого действия. Потому что дальше было только немое изумление, когда директор школы достала меня из корзинки. Ух, не такой минуты славы я хотел, но взоры всех родителей и детей устремились на меня. Даже музыку приглушили.

– А это, – сказала Елена-забыл-как-там-дальше, – я так понимаю, тоже наш первоклассник?

Маман там чуть на месте не свалилась. А Маринка засмеялась что было сил:

– Котовасы! Во дают, и тут накосячили!

А я что? Всего-то хотел посмотреть на школу. Но взгляд директора меня насторожил. Хорошо, что она в шутку восприняла такой букетик, значит, не зря Еленой называют, премудрая женщина. Но что-то в школу меня больше не тянет. Лучше уж я как-нибудь дома, в Котовасии поучусь.

– Да уж, – улыбнулся я, – представляю, какой букет получился. Ты у меня ещё тот цветочек! Недаром говорят: «Дети – цветы жизни».

– Ага, – улыбнулся Тигрик, – я тоже так подумал. Вручили меня маман: забирайте, мол, обратно. Не проходит дресс-Кот ваш кот. А я в цветочной пыльце весь испачкался. Но на радостях к маман и прижался. И платье её новое, бежевое, теперь как полянка цветочная, ну, или полотно с разводами.

– Что ж поделаешь с вами, – только и вздохнула она. Но сердиться не стала. Разве можно сердиться на то, что учиться хочется?

И город из пены морской…

Я уже вам рассказывал, что мы существа любознательные?

И вполне себе интеллектуальные. Это значит, что культурные мероприятия нам тоже нравятся. Услышал я однажды, что наша Маринка в музей собирается. Да не простой, а национальный художественный. Это значит, что там собрано много разных предметов искусства со всего мира!

– Эх, я бы с удовольствием взглянул на полотна живописные и статуи мраморные, – вздыхал Федька. А что, он у нас тоже проявляет интерес к художеству. Вот в предыдущей книге даже чуть в фиолетовый цвет не окрасился. Да не специально, а случайно.

«А что, – подумал Багет-младший, – хочется, значит, надо».

Знаю я этот взгляд, полный дикой решительности с искоркой безумия. Ой, почуял я, так сказать, своей кошачьей интуицией, что если эти двое чего-то захотят, то обязательно добьются. Поэтому и посмотрел строго:

– Даже не думайте! Маман ещё от первого сентября не отошла, а вы теперь и Маринку хотите подставить? Слышали же, будет в музее и телевидение, и открытие важной экспозиции!

– А что такое экспозиция? – спросил Лаки.

– Это выставление напоказ предметов искусства, в данном случае картин. Открытие выставки, по-простому. Но вы дома сидите!

– Угу, – сказал Федька и переглянулся с Багетом-младшим. – Не маленькие, разберёмся.

И что же думаете? Коты – существа своенравные, своевольные. Разве им возможно приказать или за хвост привязать? Так и случилось, что Багетик, Федька и Лаки отправились с Маринкой в музей. А та, добрая душа, сама их взяла.

– Только ведите себя тише воды, ниже травы! – сказала. Ага, шутница наша. Так они и послушались. Хотя, надо признать, очень старались. Но жизнь – штука непредсказуемая. Вот что потом мои культурные друзья рассказывали.

– Приходим мы в музей этот, – начал Багетик, – а там всё такое огромное, светлое, объёмное.

– Два этажа да много разных залов с картинами диковинными, – добавил Лаки. – Я вот пейзажи морские люблю! Залюбовался Айвазовским! Знаете такого великого мариниста?

– Это что-то с Маринкой связано? – уточнил Тигрик.

– Нет, это, наверное, тот, кто овощи маринует? – спросил Тюлень.

– Ох, голова котова да бестолкова, – ответил Федька. – Вот зря с нами не пошли, просветились бы. Маринисты – это художники, рисующие морские виды, море в разных его проявлениях. А пишется именно так, потому что название происходит от иностранных слов[1].

– Мне вот больше всего нравится город, который, говорят, вышел из пены морской, – задумчиво продолжил Лаки.

– Согласен, – сказал Багетик. – Мне тоже картина «Ночь в Венеции» понравилась. Только она мне немного неземной, таинственной показалась. Даже пугающей…

И тут друзья поведали нам, что на картине той нарисован город на воде, названный Венецией. А свет яркой луны золотистой россыпью освещает город со стороны Гранд-канала – главной водной улицы, которая делит город пополам.

– Я даже сон свой недавний вспомнил! – вскричал Федька. – Точно уже видел этот город!

– Ты лучше расскажи, что вы такое там утворили, что вас даже по телевизору показывали, – предложила Ангора.

– Да! – встрепенулся Федька. – Такого точно никто не ожидал!

– Телевидение снимает, – перебил его Багетик, – мы картинами любуемся, и тут…

– И тут крыса вот такенная! – показывает Федька явно не крысу, а существо размером с лошадь.

– И стоит эта крыса, картиной любуется! – прямо взвизгнул Лаки. – И люди даже не обращают внимания на это чудо.

– Возмутительно! – сказал Федька. – Даже Маринка поёжилась, взглянув на наглую крысиную морду.

– И я не выдержал, – продолжил Багетик. – Подхожу к крысе, мягко, медленно, чтобы не спугнуть. «Здрасьте, – говорю, – картинами любуетесь?»

– Да что-то не нравится мне это полотно, – рассуждает та, совсем не испугавшись кота. Представляете?!

– И что же тут не так? – опешил Багетик. А Федька и Лаки окружили крысу со всех сторон.

– А то! – возмутилась усатая. – Что картина-то ненастоящая!

И тут никто не ожидал, что существо это не от котов убегать будет, а прямо с разбегу на картину запрыгнет! Да так прытко, метко, что все вокруг только ахнуть успели. Музейный работник, который интервью давал, так и упал в обморок, что-то про миллионы проговаривая.

А какие тут миллионы? Тут крыса картину испоганила и бросилась наутёк. Да оказалось, что плутовка была права! Приехали эксперты всякие – картину реанимировать. А там, под царапинами крысиными, другая картина оказалась.

– То ли квадрат чёрный, то ли круг красный, – вспоминал Федька. – В общем, какая-то детская мазня. Так что той крыске ещё и спасибо сказать надо, что подделку обнаружила.

– Но по телеку нас показали, мол, коты довели бедную крысу, что аж на картины кидаться стала, – объяснил Лаки.

– А мы что? Мы даже толком поговорить не успели, слиняла крыска. Только когда заваруха вся успокоилась, на прощание вылезла, позвала нас и украдкой сказала:

– Я тут, это, в музее живу! Вы приходите, если к искусству тянетесь. Проведу вас чёрным ходом. И ещё, меня Клавдия Васильевна зовут.

– И честное слово, даже подмигнула нам! Совсем котов перестали уважать! – возмутился Федька.

А я объяснил ему, что бояться кого-то не всегда значит проявлять уважение. Да и к тому же случай тут необычный. Даже мне захотелось познакомиться с галерейной крыской, которая ещё и экспертом в искусстве оказалась. Только теперь всему музею работка нелёгкая – как же найти оригинальную картину с городом тем, который из пены морской…

Кто-то уходит, кто-то приходит

– И что же с тобой делать? – бормочет маман, поглаживая Лаки. – Вот уже по всему городу висит объявление: «Пропал котик». Пора, милый, домой возвращаться.

– Мяу, – жалобно говорит тот, да означает это малозначительное для людей «мяу» вот что: «Не хочу, не отдавайте меня! Мне и тут так спокойно, тепло и вкусно. И никто усы не подстригает! Пожалуйста».

И подхалим включает свой меховой моторчик. А маман будто понимает:

– Наверное, не всё гладко дома у тебя, раз ты сюда прибежал… Да и наши все к тебе привыкли… Ну что ж поделать? Давай дадим твоим хозяевам второй шанс? А сюда ты всегда успеешь вернуться.

Так наш призрачный друг Лаки снова отправился к себе домой.

– Не поминайте лихом, – сказал он на прощание. – И заходите, если что… Я всего в паре кварталов от вас живу. В доме, похожем на кукурузу.

Снова у нас наступили тишина и порядок. Думаю, к поздней осени подготовлюсь. Я, знаете ли, люблю такой переход времён года, когда ещё не зима, но уже и не совсем осень. Всё меняется. Так и Багет с Багетиком напросились в деревенскую Котовасию.

– В городе скука, а там хоть с Барбосом побегать можно, – сказал Багетик. Барбос – наша котовасная собака.

Так и остались мы тут, в городской Котовасии, неполным составом. Пока однажды Светочка с Маринкой не принесли нам посылку.

– Ну что, котовасы! – вскрикнула Маринка. Всё никак имена наши не запомнит. – Где тут ваш упитанный дружок? Ему сюрприз прилетел.

Это она явно на Тюленя намекала.

– Упитанный, зато воспитанный, – лениво промурчал Тюлень. – Давайте ваши призы-сюрпризы.

И тут он глаза вылупил, рот открыл: из кошачьей переноски собственной персоной кошка Стелла выходит, подруга его заморская.

– Ух, и утомилась я от перелёта, – вытягиваясь во весь рост, сказала Стелла. – Ну что, привет, Тюлень! И всем остальным «чао».

– Что-то не понятно ничао, – ухмыльнулся Федька, – ты к нам надолго?

– Я вообще-то не к тебе, – ответила кошка и улыбнулась Тюленю. А потом съёжилась: – Давненько я в таких холодах не была!

Это она да, попала. Кошки породы сфинкс совсем без шерсти. Не представляю, как она зимой запоёт!

– Вот, – прибежала запыхавшаяся маман, – купила вашей кошке тёпленькие одёжки.

И давай раскладывать свитерочки, комбинезончики и, не представляете, даже тапочки! А за спиной у неё наш давний друг, чихуахуа Нельсон, как-то странно прыгает.

– А я ей говори-и-и-ил, маловат мне этот комбез, – бормочет Нельсон. И так потешно пытается развернуться, прямо на одной лапе. Ох, насмешил нас.

– Да ты как балерина, – засмеялся Тигрик.

– Не волнуйтесь, котики, – не поняла нашего сарказма маман, – я и вам одёжку прикуплю, если захотите!

– Не-не-не, – прошипел Федька и в другую комнату ушёл, – мне такие наряды не нужны. Истинная одежда для кота – его шкура!

Тут я с ним согласен. А вот Стелле одёжки явно понравились. Но тут я уже и сам отвернулся, чтобы ничего не перепало из последней коллекции. А Тюлень и Стелла весь вечер ворковали. Вот и на что ей одежда та, если рядом такое котоодеяло, как Тюлень?

Страх чистого (г)листа

Вот знаете, какой самый большой писательский страх? Недавно в одной умной передаче услышал, там писатель интервью давал. Так вот, это страх чистого листа! Это, я так понимаю, когда автор садится за новую книгу, а писать-то нечего! Всё. Конец карьере. Прощайте, любимые читатели и встречи в библиотеках. Без новой книги тебя позабудут очень скоро. Просто ужас! Я для себя пока не решил, страшно это или нет. У меня-то идей для книги знаете сколько? Миллион и ещё одна. Да-да, могу и с вами поделиться, мне не жалко. А то многие писатели, оказывается, боятся, что их идею украдут! Поэтому никому ничего не рассказывают. Идею-то украсть можно, а вот текст из вашей головы никто не украдёт. Это невозможно, дорогие мои творческие коллеги. Написать книгу с вашей идеей можете только вы. И точка.

Как я впечатлился!.. Прямо весь разволновался. Точно, надо бы мне поскорее начинать свою котовасную рукопись.

– Да где ж найти лист бумаги и клавиатуру? – мурчу вслух.

– Клава в музее есть, – сказал Федька и хихикнул как-то странно.

– Какая ещё клава? – не понял я.

– Ну как, самая настоящая музейная Клавдия Васильевна, – не удержался Федька и покатился со смеху.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

От фр. marine, итал. marina, от лат. marinus – морской.

Вернуться