Светлана Забегалина
Записки (не)правильной ведьмы

Сборник рассказов, где каждая глава – отдельная история. Изложение ведется от первого лица. Девушка, которая наследовала дар ведуньи, но физик по образованию, описывает странные с точки зрения окружающих события, которым пытается найти логическое, научное объяснение. Ведунья ведет обычный образ жизни, работает, знакомится с людьми. Самая яркая и объемная история книги рассказывает про командировку в город Саратов. Содержание рассказов основано на реальных событиях, но совпадение героев рассказов с реальными людьми – случайность.

Посвящается всем моим читателям.

Рассказы ведутся от имени современной ведуньи, которая не может и не должна использовать свои способности ради корысти или во зло. Она старается предупредить о возможной беде, если ее можно предотвратить и пытается жить обычной жизнью, но это не всегда удается.

Всем силы и добра!

Глава 1 Домовой

Мое детство прошло в четком осознании, что существует какой-то невидимый мне мир, невидимые мне существа, которые каким-то непонятным путем способны контактировать с видимым, понятным и привычным мне миром. Я была слишком мала, чтобы "подбивать" какую-либо философскую базу под происходящие события, при этом я четко осознавала, что это мне не кажется, не мерещится, что доказывается вполне видимыми и реальными последствиями действий невидимых мне существ.

Самым первым таким существом, с которым мне пришлось столкнуться очень рано, сколько себя помню, так скажем была сущность, которую привыкла называть домовым. Нет, мои родители не увлекались ни мистикой, ни изотерикой, это были вполне обычные люди, практичные и здравомыслящие. Они посмеивались над соседкой, что любила подкладывать нам под дверь всякие гадости, сыпала соль, а однажды и вовсе обнаружила у себя на балконе деревяшку, что напоминала гробик в миниатюре.

Моя мама выкидывала все подкинутое в мусоропровод, а отец просто перешагивал и отпинывал в сторону. Цели нашей соседки так остались непонятыми, а сами действия вызывали в лучшем случае недоумение, с ней ничего не обсуждали, здоровались и проходили мимо, списывая все "чудачества" женщины на ее низкий культурный и образовательный уровень.

Так вот. Про домового. Когда я была маленькой, то бывало, что оставалась дома одна. В этих случаях я всегда сидела на кухне, в обнимку с котом. Кухня считалась мной самым безопасным местом, а кот – главным и надежным защитником. Кот, а тогда это был простой черно-белый кот "полукровка" от соседской сиамской кошки, от другой соседки, уточню, хорошо видел потустороннюю сущность. Он наблюдал за ней взглядом, а если сущность приближалась, то он спрыгивал с моих колен или табурета и бросался на мою защиту. Именно так я это воспринимала. До сих пор помню клубок, что катался в коридоре из кота и кого-то невидимого, но по размеру явно больше моего защитника. Это было очень страшно.

Конечно, будучи благоразумным ребенком, я не устраивала истерик от страха остаться одной дома, пока мама сходит в магазин, но рассказывала о случившемся с той же обыденной простотой, с какой делилась событиями в детском саду или любыми впечатлениями, полученными вне дома.

С тех самых пор к кошкам отношусь как "видящим" нечисть и не боящимся ее, очень нужным компаньонам. Это не значит, что всю квартиру надо заполонить кошками, одного уверенного в себе кота вполне достаточно для роли "телохранителя" от всяких нежеланных невидимых гостей.

Кота звали Кузей. Когда он был маленький, то грозные прозвища морских пиратов не прижились, хотя пробовали, а вот на Кузю котенок откликался быстро и охотно. Когда Кузя был сам еще маленький, то в отсутствие людей он мог пострадать. Месяцев до четырех мы с мамой могли застать его дома с трудом дышащего, как будто его кто душил. Ну а позже он научился давать сдачи невидимому обидчику, чему я свидетель.

Домовой особенно шалил, когда взрослых не было рядом, видимо мой страх приносил ему удовольствие, если, конечно, он способен был его испытывать. Так вот, я замечала, как межкомнатная открытая дверь начинала сама по себе раскачиваться от состояния почти закрытой до почти распахнутой, могли взлетать вверх небольшие предметы, типа монетки, а затем падать, а больше всего я боялась скрежета. По моим тогдашним представлениям это был звук когтей, скрежещущих трубы, по которым текла вода. От этого волосы становились дыбом. Однажды, во время этого скрежета я была дома не одна. Сбегала к отцу в комнату, позвала его в коридор, туда где был самый сильны звук. Скрежет стал тише, а мой отец и вовсе заявил, что он ничего не слышит.

В общем мне было действительно страшно. И кот стал моим защитником и гарантом, что рядом никого невидимого нет, если Кузя оставался спокойным.

Как и мои родители, я старалась верить только в то, что вижу своими глазами, слышу своими ушами и тщательно пыталась найти непонятному понятное объяснение. Если бы я его нашла, то не описывала бы происходившее.

Как будущий ученый-физик, ставила и доступные мне опыты. Так, услышав непонятный звук или видя необъяснимое с рациональной точки зрения движение, я предположила наличие физического поля другой плотности, чем это предполагает обычное пространство комнаты, наполненной обычным воздухом. Действительно, рука, внезапно для невидимого существа протянутая к предполагаемому источнику движения или звука попадала во что-то колючее, неосязаемое, но крайне неприятное. Немного схоже на мелкие уколы иголок по всей поверхности кожи, или пощипывания от слабых ударов электрическим током. Автоматически, вернее из инстинкта самосохранения, руку сразу тянула назад к себе. Повторно в это же поле через несколько секунд рука уже не попадала.

Кроме этого странного физического поля проявлением домового служили звуки, самым страшным из которых оказался не скрежет металла, а смех, вернее хихиканье. Также запах псины, появившийся внезапно и необъяснимо, говорил о близости этого существа, что я про себя называла домовым.

Ужасным открытием стало то, что он рос. Позже, в темного, удалось рассмотреть его "внешность", если так можно выразиться.

Это было гораздо позже. К тому времени наш кот Кузя умер, и некоторое время в квартире не было кошки или кота. Вот тогда начался новый виток ужасов.

Глава 2 Ночь ужаса

Мое видение, вернее восприятие, потустороннего развивалось помимо моей воли или желания. Ни того, ни другого не было. Больше всего я хотела быть «нормальной» и воспринимать только то, что и остальные. Но меня никто не спросил.

Мне было уже лет шестнадцать, когда получилось так, что я осталась на даче одна на целый день. Вернее, на сутки. Отец уехал домой, ему нужно было на работу, мама дорабатывала последние дни перед отпуском. У меня были каникулы. Чтобы не мотаться туда-обратно домой, я осталась на даче, благо со мной был наш волкодав. Крупная и сильная собака, правда с прозвищем Мышка, в память о ее мелком размере, когда только купили щенка и невзрачном цвете шерстки, тогда еще «детской».

Отец уехал вечером, а я после ужина и чтения книги о приключениях одного известного путешественника, весьма серьезного содержания, других под рукой не оказалось, решила лечь спать на диванчике возле окна.

В то время мои способности видеть невидимое и воспринимать то, что не воспринимается другими, обычными людьми, начали усиливаться. Кроме того, мне снились сны с четкими "картинками" будущего, иногда в виде небольших видеофильмов, где я знала свой возраст на момент событий и все «фоновые» события. Но об этом в другой раз.

Так вот я получила к тому моменту способность «заказывать» сны. Перед сном нужно просто настроиться на определенный сюжет, сценарий, вообразить себе человека, реально существующего или придумать его и все – «заказ» принят. Чтобы было понятней – я могла видеть еще не снятые мультфильмы или кино, заглядывать с собственное будущее или создать что-то, отражающее мое актуальное состояние. Видеть такие сны – это как смотреть отличный фильм, при этом являясь режиссером или актером, играющим главную роль.

К сожалению, я не учла того, что потусторонние силы осведомлены о том, что я их воспринимаю, и норовят воспользоваться этим обстоятельством, чтобы напугать. Они не только видят и слышать происходящее в нашем мире, они могут слабо воздействовать с помощью действий, переносящихся в нашу параллель, если сила большая, и могут слышать наши мысли. Как я поняла, для потусторонних сил вообще не имеет значения говорим ли мы вслух или думаем про себя какую-либо мысль – они знают содержание и разговоров, и мыслей.

К чему это предисловие? Да просто стоило мне задуматься над "заказом" сна, как над моим ухом раздался хриплый смешок. Отчетливый, особенно в тишине. Свет уже был выключен.

Посередине комнаты стоял большой стол. Под столом лежала моя Мышка, ибо собаку я всегда брала спать с собой в комнату, что на даче, что дома. Глаза у Мышки горели зеленым светом. Я вскочила с дивана, подбежала к собаке. Около моего изголовья я увидела два светящихся глаза красного цвета, на расстоянии примерно двадцать сантиметров. Повторюсь, я человек, который склонен проверять свои ощущения, если они противоречат логике вещей. Поэтому я схватила Мышку за шиворот и попыталась подвести туда, где светились эти два красных глаза.

Собака затряслась от ужаса, ее била крупная дрожь. Мышка уперлась всеми конечностями в пол, с горящими от страха зелеными глазами глядя туда, где светились два красных. Я не смогла ее сдвинуть с места более чем на пару сантиметров. Значит, мне не померещилось…

О том, чтобы вернуться на диван не могло быть и речи. Я запрыгнула на кровать, где спали родители, это было самое удаленное от дивана место и села, поджав под себя ноги.

Существо, возможно, что это был очень старый, а потому большой и сильный домовой, стало ходить по комнате и кухне, куда вел арочный проход в паре метров от меня. Сказать, что мне было страшно – это ничего не сказать. Я отчетливо слышала скрип половиц, такой какой бывает, если по полу ходить кто-то довольно тяжелый, видела два светящихся глаза на высоте примерно метр двадцать, ощущала на себе взгляд этого существа.

Ко мне он не приближался ближе двух метров, видимо наслаждаясь тем ужасом, что я испытывала. Мышка так и осталась под столом, пытаясь занять как можно меньше места и надеясь на то, что благодаря скатерти она не на виду.

Я сидела на кровати, то по-турецки, то поджав под себя ноги всю ночь. Со страху вспомнила молитвы и читала их, осеняя себя крестным знамением, непрерывно вглядываясь в темноту и прислушиваясь к шагам существа. До третьих петухов. Сущность потихоньку сбавляла обороты так сказать – то ли вполне насладившись моим ужасом, то ли к утру стала терять силу.

Когда петух пропел первый раз, я ощутила небольшое облегчение. Второй крик петуха внушил надежду, что скоро все закончится. С третьими петухами начало светлеть, а я наконец легла немного поспать. Там же, на кровати.

Утром я обнаружила, что все трое часов встали. Стрелки наручных и настенных часов замерли на отметке половина двенадцатого, а циферблат электронных часов-будильника просто-напросто потух.

Днем моей единственной мыслью было – скоро ли приедет мама. Днем мне было относительно спокойно, лишь то, что не могу узнать точное время навевало тоску. Ближе к вечеру я пошла поливать наш огород и страх уже начал закрадываться мне в душу. На вторую ночь с этим существом я оставаться панически боялась. Но мама приехала в этот вечер. Сильнее чем тогда, я больше никогда не радовалась ее приезду.

Часы починили. Причину их одновременной остановки не нашли. Электронные часы пришлось вскоре выбросить – им не повезло больше всего.

Больше я на даче никогда не оставалась ночевать одна. Воспоминания о той ночи до сих пор свежи, как будто это было недавно.

Глава 3 Маленькая спасительница

Не знаю, за что именно на меня, с самого детства, ополчились эти самые сущности. Непосредственное столкновение с их проявлением начисто развеяло весь флёр очарованности, который мог бы развиться, если бы я увлекалась паранормальными, а вернее «ненормальными» событиями. Видеть свечение вокруг предметов, ауры живых существ, «темноту», пожирающую тех, кто четко задумал или уже выполняет черные дела. Это все напрягает. Рассказать нельзя. Либо не поверят и покрутят пальцем у виска, либо начнут шарахаться как от прокаженной. А «развидеть» не получится.

Максимум, что можно – это не обращать внимания на то, на что можно не обращать. Но так возможно не всегда.

По ночам я могла резко проснуться с ощущением чьего-то присутствия, или взгляда. Иногда это были «энергетические шары», как я их обозначила про себя. Они состояли из красных или сиреневых огоньков. Иногда внутри был «язычок» «пламени» побольше. Шар мог при обнаружении полететь на меня или в окно, куда старательно его направляла. Если летел на меня подала на кровать или на пол, чтобы не попасть в поле действия энергетического шара.

Именно тогда начала различать характер приходящих – души предков были не агрессивны, иногда хотели поговорить, иногда просто познакомиться или поглазеть на меня. Погибшие приходили в своем облике, какой был при жизни. Я точно могла определить их рост, телосложение, возраст, и по повадкам и характерным выражениям, используемым ими в «ментальной» речи моя родня наутро определяла, кто приходил, если я сама не видела этого человека при жизни. А чаще всего так и было.

Однако большая часть энергетических шаров не имела ничего общего с человеческим по своему происхождению. Они как раз вели себя агрессивно, нападали при своем обнаружении. Радовало одно – частота появления таких посетителей была низкой в процентном отношении по сравнению со спокойными ночами.

Спала я теперь чутко. Боялась быть застигнутой врасплох. Однако этого было как будто мало. Во сне меня начали душить. Я просыпалась в ужасе, хватаясь за горло, откашливаясь и медленно приходя в себя. Мышка, что спала рядом с моей кроватью на коврике никак не могла мне помочь.

Собаки способны видеть, но они не могут воевать с потусторонним миром. На это у них нет достаточных сил. Есть они только у кошек.

После трех ночей, где мне пришлось особенно тяжко, мы с мамой пошли на птичий рынок за котенком.

Мой взгляд сразу прикипел к маленькому котенку, которому едва исполнился месяц. Тайский котенок сиамского окраса. Приятная молодая женщина, что принесла трех котят искать хозяев была очень рада нашему выбору, да и тому, что я выбрала девочку, а не мальчика. Котов берут охотнее. Мне же был не важен пол, важна была сила, что чувствовалась в этом комочке шерсти с огромными голубыми глазами.

Анжелика, а именно такое громкое имя получил котенок, все возможное время проводила со мной. Я приходила с учебы, а она бежала меня встречать вместе с Мышкой. Огромная собака, кстати, сразу прониклась симпатией к маленькому питомцу и позволяла делать все, что угодно – играть со своим хвостом, залезать на спину, копаться в миске с едой. Они даже облизывали друг друга. Анжелике для этого приходилось обнять собаку передними лапами за морду, При этом, лапы могли схватиться за нижнюю челюсть и царапать когтями десны и губы Мышки. Но та терпела от мелкой все невольные царапины.

Дружба выработалась в процессе, а взаимная симпатия и привязанность возникли с первого дня. Возможно потому что уже в первую свою ночь на новом месте жительства, крошечный котенок забрался спать ко мне в кровать, а проснувшись утром я обнаружила Анжелику спящей у меня на шее. Она растянула свое маленькое тельце вокруг шеи так, что никакая сущность не могла до нее добраться. Так было трижды. Три ночи подряд Анжелика спала на моей шее. Затем на четвертую и все последующие ночи своей жизни она «караулила» меня в ногах.

Больше никто меня по ночам не беспокоил. Все прекратилось и душить меня перестали и пропали сущности.

Настала относительно спокойная пора. Однако, тот домовой или сущность, что жила у нас в квартире за несколько лет успела подрасти. Да, став постарше я стала называть это сущностью. Так вот, сущности из места, где проживают никуда не уходят. Они растут, питаясь негативными эмоциями, ссорами, а если кто их хозяев промышляет нечто оккультное, то и этими ритуалами.

Мой страх видно тоже оказывал стимулирующее действие. В темноте это было косматое существо черно-пегого, или грязно-пегого окраса, с горящими красным глазами и выраженными клыками, наподобие медвежьих. «Морда» была премерзкой, разглядывать не хотелось. За несколько лет это существо выросло с размеров пуделя до лабрадора. Ничего не имею против этих пород собак, просто называю для иллюстрации размеров. Примерно сантиметров на тридцать, если не больше. В детстве я не видела контуров этой сущности, да и позже зрительно контуры были весьма расплывчатые.

Единственная возможность изгнать нечисть – это освятить жилище. Естественно, что каждый выбирает тот метод, что подсказываем ему его религия. Отец пригласил священника по моей настойчивой просьбе. Описывать это действие не стану, скажу только, что по словам священника, причем об этом он сказал позже и сам, вместе с ним из дома вышло некое существо, похожее размером на овчарку, пестрого, примерно черно-пегого окраса, правда без ярко-выраженных пятен.

От себя скажу, что глазки были маленькие, светившиеся красным светом, а размер клыков превосходил остальные зубы в несколько раз. Примерно шесть сантиметров против остальных, размером сантиметра полтора. Конечно, никогда нет гарантии, что не появится что-то потустороннее снова, для этого есть разные причины, но потом я наблюдала лишь «гостей», а не «постоянного жильца».

Глава 4 «Ангел»

Ангелы могут принимать любое обличье…

Мой отец отличался одной особенностью – он никогда не делился с семьей своими неприятностями и проблемами. Возможно не хотел волновать, возможно не верил, что ему могут помочь. В большинстве случаев так оно и было. Он был добровольным дружинником в те времена, когда было неспокойно на улицах. Никогда не делился тем, что было в тех патрулях.

Однажды я спросила – «Пап, а вы иногда задерживаете каких-нибудь хулиганов?». Отец ответил «Конечно, бывает». Больше подробностей мне узнать не удалось. Вернее, никаких подробностей знать не удалось. Обрабатывая на нем какой-нибудь след от пореза, добиться от него ответа тоже было нереально. Он отвечал – «Шел, наступили». Отшучивался.

Один раз только на мой вопрос – было ли ему когда-нибудь страшно, признался, что было. Когда его товарищ, который был выше его и тяжелее килограмм на двадцать упал в темноте в вырытый котлован. А когда мой папа спустился, то обнаружил, что тот упал вплотную к торчащему штырю, и, если бы упал менее удачно, что мог просто нанизаться при падении на этот штырь. Страх придал силы и друга он их этого котлованы вытащил, сам не понимая, как смог.

То, что страх был ему не свойственен ясно из случая, когда он помог соседке, у которой захлопнулась дверь в квартиру. Так вот, детали, как мой отец открыл дверь, выяснились позже, а когда мама едва ли не со скалкой в руках поинтересовалась, так ли это, то папа пожал плечами – а что мол тут такого. Теперь поясню. Соседка жила на четвертом этаже, дверь ломать ей было жалко, вскрывать замок тоже. Поэтому она попросила его открыть дверь в квартиру, проникнув через балкон. Соседка с пятого этажа, была дома и не задумываясь, разрешила провести сию безумную по моим детским понятиям операцию. Оба балкона были открыты. И вот мой папа спустился с балкона пятого на руках, а потом прогнулся и спрыгнул на балкон четвертого. Была ли веревка – не знаю, но даже если он и обвязывался веревкой, то и тогда и сейчас не могу понять, как он решился на такой опасный шаг. С стой соседкой, что вот так запросто попросила перепрыгнуть с балкона пятого этажа на балкон четвертого, мама долго не разговаривала.

Он был до того скрытный, кто даже то, что его вместе с другими двумя рыбаками унесло на льдине во время зимней рыбалке, мы – его семья узнали из газет. Повезло, что рыбаков заметили с берега и позвонили в службу спасения. Снимали со льдины на вертолете МЧС. Фамилии и инициалы незадачливых рыболовов напечатали в местной газете. И мамин коллега, зная о пристрастии к рыбалки моего отца, поинтересовался, не ее ли муж был там среди тех троих рыбаков.

В общем совершенно не удивительно в свете описываемых событий и происшествие с паспортом.

Я была дома одна. Мама ушла в магазин, дверь у нас в семье было принято открывать ключом, без звонка или стука. Стучали в дверь соседи, звонили незнакомые люди.

Я пошла в ванную. После нескольких минут мне резко захотелось выключить воду. Моя интуиция буквально вопила, что сейчас позвонят в дверь. И более того, появилась уверенность, что я непременно должна открыть дверь. Объяснить логически я это не могла. Папа был на даче, мама ушла в магазин, и ключи были с ней. И если хочется, чтобы дверь открыли у нас было принято стучать. Звонок всегда означал «чужой». Так вот, чтобы как-то объяснить, почему я должна открыть дверь, я стала внушать себе, что мама, вот сейчас вернется из магазина непременно будет звонить.

Мне было лет шестнадцать, не больше. От волнения мое сердце стучало, тело пробирала дрожь. Логика боролась с уверенностью, что сейчас позвонят, и я должна открыть входную дверь. Она была тогда двойной и запирали мы только внешнюю. Вторую прикрывали.

И вот я выключила воду и прислушиваюсь, ожидая звонка в дверь. Он прозвучал громко и пронзительно. Дрожащими руками заворачиваюсь в банное полотенце. На подгибающихся ногах иду к двери. Открыть надо. Почему не понимаю. Вернее, оправдываю свой поступок тем, что это якобы мама. По этой же причине не стала смотреть в глазок. Просто открыла входную дверь.

На лестничной клетке стоял амбал. Огромный лысый мужик. Мне не показалось – я сравнивала его рост с дверью – его лоб был как раз на уровне где заканчивался наличник двери. Мужчина был лет сорока-пятидесяти, мне трудно различать тех, кто старше меня на двадцать-тридцать лет. Простая рубашка была не до конца расстегнута, широкая грудь и мощный разворот плеч, весь он был как будто высечен из скалы. Дуэйн Джонсон местного разлива. Я бы сравнила его сегодня с этим актером.

Самое интересное, что мужчина страха не вызвал, наверное, потому что ближе к двери он шага не сделал, остался на месте, да и одежда у него была самая простая, такая, по которой сразу видно занятого физическим трудом человека. Мужчина сразу приступил к главному.

– Здесь живет такой-то? – спросил он стараясь не смущать меня, кутающуюся плотнее в полотенце.

– Да, только дома его нет, – отвечаю честно, и опять же бесстрашно. Почему-то страх прошел, как только я выполнила то самое действие – открыла дверь, услышав звонок.

– Паспорт он потерял – пояснил свой приход амбал. – Вот привез по прописке.

Тут я растерялась, не зная, как реагировать. По-хорошему, надо было дать деньги в благодарность, но у меня их не было, да и мысли о деньгах выветрились.

– Я его дочь, можете мне отдать – единственное, что я произнесла в ответ.

Мужчина протянул паспорт и ушел. Сам он о деньгах то ли не смог сказать девчонке, замотанной полотенце, а может и не собирался.

Я закрыла дверь, оделась и уже спокойно стала ждать маму. Она пришла и вполне логично, ожидаемо, открыла дверь своим ключом.

Мама поругала меня за то, что я даже имя этого доброго человека не спросила. Ведь иначе пришлось бы восстанавливать паспорт, а главное переживать, не взял ли кто кредит, по чужому документу. Мошенников всегда было много, а тут потерянный паспорт на мужчину обычной внешности. А я просто растерялась. Это был первый и единственный раз, когда я открывала дверь в ответ на звонок, не глядя в дверной глазок.

А в то время, когда мама ругала меня, за то, что принесший паспорт остался без какой-либо награды, да еще и имя не узнала, я думала – теперь знаю, как выглядят ангелы – как здоровые лысые дядьки, а вовсе не как миленькие кудрявые мальчики с крылышками за спиной.

Да, отец мой, в том, что потерял паспорт признался только спустя несколько дней, когда мама показала ему слегка пострадавший от влаги документ. Между потерей и возвратом оброненного рядом с родником паспорта, прошло несколько дней. Просто потерялся он в нескольких десятках километров от города, и «ангел» как мы поняли, ждал, как бы сказали раньше «оказию», заехал по адресу, когда приехал в город.

Глава 5 Детектор лжи

Во время отпуска, что проходил на удивление размеренно и скучно, я решила попробовать пройти конкурс на должность полиграфолога. Это была солидная коммерческая организация, с высокими зарплатами и рейтингом. Правда располагалась она так, что добраться можно было легко на личном автомобиле, а вот общественный транспорт туда не доезжал. Фирма жида несколько обособленной жизнью – так как у них были специальные места для отдыха, свои кафе и т.д. В общем, как позже я поняла на собеседовании, все делалось для того, чтобы человек приезжал на час до начала рабочего дня, чтобы «приготовить все к работе», а по факту засветить перед камерами свое рвение быть ответственным, обед проводить на работе, пусть и в кафе, но со своими же сотрудниками, так как куда-либо еще успеть пообедать даже на машине трудно, а затем уйти с работы примерно через час после окончания рабочего дня. По факту двенадцать часов каждый день, чтобы показать служебное рвение. Выходные, правда были.

На первом собеседовании меня ожидали две женщины-психолога, по крайней мере они так представились. Обе были чуть старше пятидесяти. И одна из них собиралась идти на повышение с должности полиграфолога. Кабинет был маленький. Такой, что, мне не страдающей клаустрофобией было неуютно. Потолок лишь в одной части этого маленького кабинета был стандартный. Во второй половине комнаты можно было находиться только сидя. Даже при своем маленьком росте мне приходилось нагибаться.

Первое собеседование, с перерывом на тестирования за компьютером началось в девять утра. Вышла я оттуда в половине третьего. Дня, если что. Сначала мне пришлось заполнить очень подробную анкету, исходя из которой я должна была знать где я находилась каждый день в своей жизни, начиная с момента окончания школы. Пришлось писать, копаясь в прихваченных с собой документах и собственной памяти. Затем полтора часа, и это на максимальной для меня скорости, я писала тесты.

Один из тестов замерял интеллект. На листе расположились в несколько рядов и строк прямоугольники, которые были пронумерованы. В каждом прямоугольнике располагались какие-нибудь цифры, буквы, просто какие-то символы. В наушник подавалось задание в прямоугольнике под каким номером нужно что-то написать, зачеркнуть, подчеркнуть, выделить, обвести в кружочек и т.д. Иногда требовалось спуститься ниже, пропустить пару прямоугольников или вернуться назад. Что-то типа если сегодня четное число, то подчеркните все нечетные цифры, а если нечетное, то сложите сумму. Или если сегодня четверг, то обведите в кружочек все гласные, а если не четверг, то подчерните каждую первую и зачеркните каждую вторую согласную букву во втором с конца слове. Помню этот механический голос. Делала я тоже механически. Поэтому, когда после очередного теста, уже с вопросами типа «да –нет» ко мне заглянула одна из психологов, то меня удивили ее круглые глаза, смотревшие вовсю на меня, а ее, как оказалось удивили мои результаты – ни одной ошибки. Впрочем, она могла просто спросить меня, и услышала бы, что по другим тестам на интеллект, что я когда-то проходила, компьютер, не вдаваясь в подробности выдал – «завышенный уровень интеллекта», отказавшись присваивать какой-либо цифровой показатель.

Затем меня вызвали на собеседование. Перекрестный допрос я видела только в кино. Полагаю, что именно он стал прототипом для того, что называлось собеседованием. Я отвечала вежливо и корректно. Я видела, что они действуют без азарта, и захотелось удивить этих двух дам, привыкших решать судьбы кандидатов. Когда меня спросили, знаю ли я принцип работы полиграфа, то я ответила, что да, читала.

– Сколько людей Вы сможете проверить за день на полиграфе? – спросила блондинка, чуть более мягкая на вид по характеру.

– Рекомендуется две-три проверки, если хотите получить точный результат, – ответила я.

Тут мои собеседницы переглянулись. Брюнетка, звали ее Галина Ивановна, кивнула.

– Да, именно так. А почему? – задала уточняющий вопрос.

– Много времени на подготовку уходит, надо все узнать о человеке, чтобы вопросы были подобраны в соответствии с индивидуальными особенностями и биографией, а также целью проверки на полиграфе.

Женщины были спокойны и собраны. Я говорила то, что написано в любой инструкции, и ничего нового они для себя не услышали. Мне захотелось их вывести из этого равновесия и отстраненности. Я не выдержала. Прорезалось мое, как бы сказали психоаналитики, Эго.

– Я могу за день шесть-семь человек за день, если без полиграфа. Так быстрее получится. – проговорила я совершенно уверенным и спокойным тоном.

Женщины переглянулись.

– Это как? – спросила крашеная блондинка, ее звали Фарида Иршатовна.

– Да просто, – пожала плечами я, – по глазам.

Мои собеседницы засомневались. К тому времени я успела немного устать от многочисленных вопросов на которые отвечала в письменной, печатной и устной форме.

– Расскажите обо мне – предложила Фарида.

И я начала сой рассказ. Глядя ей в глаза, я рассказала ей о том, сколько было беременностей и сколько детей, какие отношения в семье, как они вместе обедают, чего она боится и за что корит себя. Когда вышла из транса, в который ненадолго погрузилась, то увидела, что Фарида плачет. Слезы текли у нее по щекам. Галина Ивановна смотрела со страхом. Отказаться она уже не могла – формально она была начальницей Фариды. Да и так, не хотела проявить свой страх открыто.

Я подошла поближе к ней, посмотрела в глаза. Страх стал сильнее. Более того, я заметила, что она как-то сжалась, а губы беззвучно шевелятся, как будто она про себя что-то проговаривает. Мысленно я удивилась, но вид подавать не стала. Посмотрела ее личную жизнь. Поняла, что лучше не озвучивать. Там были вещи, о которых ее коллегам знать не стоило. Совсем не стоило. И тогда я начала рассказывать про ее работу, ну и вообще все те официальные вещи, что принято рассказывать о себе, но знать которые, я не могла. Видела я обеих женщин впервые в жизни, не знала о них ничего, даже фамилии.

По окончании рассказа Галина выдохнула. Я не рассказала то, чего она не хотела бы, чтобы слышала Фарида и ее любознательная секретарь.

– А то, что я молитвы читала, не мешало? – задала она как по мне странный вопрос.

– Нет, конечно, – ответила я. Не буду же объяснять двум взрослым женщинам, что скоро бабушками станут, что сила настоящей ведуньи с нечистью не связана. Она от природы заложена.

В половине двенадцатого меня отправили на проверку интеллекта. Отмечала нужные ответы я быстро, даже время еще оставалось. Через пять минут, это было впервые, когда меня оставили без тестов и вопросов, после проверки моих ответов Галина зашла в кабинет, где я сидела и посмотрела на меня огромными глазами. Оказалось, что я не сделала ни одной ошибки. Учитывая мою склонность к точным наукам, это было неудивительно. Но не для меня.

Затем подошла Фарида.

– А не могли бы Вы «посмотреть» одного кандидата? – спросила она меня.

– Могу. Мне его глаза нужны, и хорошо бы образец почерка – ответила я сразу обеим на их вопросительные взгляды. Мужчина сидел в коридоре на диване. Я прошла мимо него, глядя точно в его лицо. Под моим пристальным взглядом он поднял глаза на меня, и пару секунд был контакт глаз. Не замедляя шаг, я прошла в другой кабинет, где меня уже поджидали Галина и Фарида. Тот самый кабинет, где я рассказала им самим о них.

– Мужчине около сорока лет. Хороший специалист в своем деле, мастеровитый. Женат. Очень большие проблемы с деньгами. В работе сильно нуждается, чтобы расплатиться с долгами. Боится, что не примете. Не судим, не привлекался, приводов не имеет. Алкоголик. Очень большие проблемы дома. Легко поддается влиянию друзей, а друзья у него разные, есть и очень нехорошие.

– Какие друзья у него судимые? Или пьющие? – наконец спросила Фарида.

– Разные. И те и те. Сам он на преступление не способен, если только его не подбить.

– А украсть он может? – спросила Фарида.

– Не склонен, но если будет безвыходная, по его мнению, ситуация, то да. У него проблемы с деньгами.

Как оказалось, я попала в цель. Возраст сорок лет. Не судим, не привлекался, жена алкоголик, сын выбросился из окна. Они начали спорить только по поводу алкоголика. Мол закодировался.

– А сколько раз он кодировался? – задала резонный вопрос. Галина и Фарида понурили голову. Забегая вперед, скажу, это была третья попытка завязать с пьянством с помощью кодирования.

– Нам на работу его брать? Или нет? – раздался уж совсем странный по моим меркам вопрос.

– Так ведь это Вы решаете! Я-то тут причем. Меня попросили, я Вам про него рассказала. А решение сами принимайте.

Вторая встреча произошла через пару дней. Мне позвонила Фарида и сказала, что со мной хочет встретиться владелец фирмы. Что он слишком заинтересовался моими способностями. Ладно, подумала я. Съезжу, посмотрю на хозяина.

Владимир Витальевич был пунктуален, и прибыл на нашу встречу даже раньше меня. Когда я приехала и поднялась в тот самый маленький кабинет под самой крышей, он уже ждал меня, сидя в удобном, но небольшом вращающемся кресле, которое предназначалось специалисту- полиграфологу. Мне поставили другое кресло, которое стояло на четырех ножках, а не вращалось.

Не нужно быть оракулом, чтобы понять. Он ждал рассказа про себя. Несколько секунд контакта глазами и сказала первое, что было сразу понятно.

– Вы тоже писали тесты. Но не такие, какие писала я, а тесты на допуск к несению службы с оружием. Носили военную форму несколько лет. На Ваших погонах были звезды. Ушли, потому что не видели перспектив, потому что деловая хватка нуждалась в применении. Вы хотели роста, динамики, изменений. А Армия на тот момент Вам этого дать не могла. Да и сокращение было. Поэтому отпустили Вас на гражданку легко, а Вы своего не опустили.

Потом в общих чертах я рассказала ему как он ведет свои дела, чего требует от своих работников. Он был доволен. Очень доволен. Чтобы не портить впечатление, я рассказала только позитивные моменты. Не хотелось портить впечатление от приятной беседы. Думала, что больше я туда не приеду.

Третья поездка в эту фирму была вызвана моим любопытством. Иначе бы не поехала. Мне предложили попробовать себя в роли полиграфолога на том самом современнейшем приборе, что я видела в кабинет. Соблазн был велик.

Поднимаясь по лестнице на нужный этаж, я сразу заметила Его. Моего будущего «клиента». Причина была банальной. Он возвышался над всеми и выделялся среди остальных как Шрек среди людей. Нет, кожа по цвету была обычной, черты лица тоже вполне, но вот общее впечатление… Он был выше остальных минимум на голову. Лысый внушительный череп был пропорционален широким плечам, короткой мощной шее, да и вообще весь торс выглядел более чем внушительно. Я угадала. Его вес был явно около двухсот килограмм прокачанных боями и штангой мышц. Я сразу подошла к нему и назвала имя и фамилию – «Анатолий Чуднов?». Да, именно. Я угадала.

Мужчина был общительным, коммуникабельным и очень позитивным. Пока я включала полиграф и пыталась разобраться в том, что мне делать, задавала ему вопросы. И, конечно, его было бессмысленно проверять на полиграфе. Человека что на протяжении двадцати пяти лет непрерывно все свободное время уделяет спорту проверять на полиграфе глупо. Тяжелоатлет, имеющий награды, борец, поклонник восточных единоборств и русского кулачного боя, он пробовал все, что было связано с силой, мощью, борьбой и победой над соперником с помощью рук.

Анатолий без колебаний, даже с удовольствием сел на стул «подопытного» и в течении нескольких минут помогал мне закрепить на нем все нужные датчики. Почему помогал? Да потому что я физически не могла дотянуться, или путалась с непривычки. Ну а для него такая процедура, видимо, была не первой.

Казалось Анатолий высечен из скалы, настолько твердыми ощущались его мышцы, когда я вынуждена была касаться его рук, груди и лодыжек. Действительно, раз так надо, мы провели с ним «пробное» тестирование, где мужчина как мог мне помогал. Вопросы я составила на основе его биографии и рассказов о себе. А потом я отнесла полученный результат расшифровывать своим «наставницам» – Фариде и Галине. Когда они услышали, что тех, кто занимается восточными практиками не тестируют на полиграфе, то были удивлены. Оказалось, что теорию я знаю лучше, хотя и не умею как они работать с прибором.

Последняя встреча вызвала у меня неудовольствие уже тем, что о ней попросили. Четвертое собеседование, ну или четвертый этап отбора был воспринят мной как наглость. В конце концов, это был отбор на довольно среднюю, по крайней мере, в первое время зарплату, с ненормированным рабочим днем и ненормальным стремлением превратить сотрудников в трудоголиков. Да, корпоративный дух это хорошо, как и слаженный коллектив, и все остальные «плюшки», что обещались мне Фаридой и Галиной. Мне даже обещали бесплатное обучение в Питере с обязательством проработать в фирме затем пять лет, а не всю оставшуюся жизнь, пока не выгонят, но…

Вот эта четвертая встреча и стала этим «но». Из отпуска вышел менеджер, что должен был стать моим начальником. Как я поняла из сбивчивого рассказа Фариды по телефону, моими «начальниками» становились она, Галина, этот самый менеджер Кирилл, ну и естественно, владелец фирмы. И теперь Кирилл, очень хотел со мной переговорить.

Вот этого самого разговора и не случилось. Кирилл оказался высоким нескладным юношей, немногим более двадцати лет. «Чей-то сын, на худой конец, племянник» – пронеслось у меня в голове. Кирилл, который было шел по направлению ко мне, ощутил мой взгляд, непроизвольно поднял глаза и … попятился назад.

Он вышел полубоком из кабинета, где я его ждала и больше не зашел. Повернуться ко мне спиной и уйти он не рискнул – видно учил правила поведения при встрече с опасным хищником и почувствовав себя кроликом перед удавом, уж с тигрицей сравнивать себя не стану, мгновенно ретировался. Из своего кабинета он позвонил Фариде, что сидела вместе со мной и с нетерпением ждала моей диагностики. Так вот, Кирилл оправдался тем, что у него срочно возникли какие-то дела, и он не сможет подойти, но просил дать мне в руки мою анкету, вдруг я захочу уточнить желаемую мной зарплату.

И Фарида и Галина были разочарованы «бегством» Кирилла. Я пожала плечами, пояснила, что он просто напугался, что я все про него сейчас узнаю. Хотя, чего там узнавать-то… Рассказывать женщинам о том, что я успела поймать взгляд на несколько секунд я не стала. Ни к чему им знать от меня дополнительные подробности про этого «горе-менеджера», горе он для тех, кто является его подчиненными и начальником. Для коллег – просто «пустое место». Но нет, не стала тратить свое драгоценное время на даже на короткий рассказ. Я просто взяла анкету и исправила сумму зарплаты и на время испытательного срока и после него. Посчитав количество тех, кто будет ставить мне задачи, я умножила обе суммы на три. Больше мне не звонили оттуда, чего я собственно последним своим действием и добивалась.

Глава 6 Саратов 6.1 Дорога в Саратов

Поездка планировалась более чем скучная. На две недели «В деревню, в глушь, в Саратов!», как писал А.С. Грибоедов. При этом именно в этом городе обещали очень комфортные условия проживания, и не обманули.

Поехать решила на автобусе – несколько сот километров, несколько часов в пути, но зато вволю нагляжусь на дорогу. Микроавтобус марки «Мерседес» тоже обещал быть комфортным и мягким, и заранее скажу, оправдал ожидание.

Я взяла с собой пару сумок – одна, как я называю «косметичка», там все, что помогает чувствовать себя красивой и уверенной, что необходимо и ведьме, а вторая с дополнительной обувкой и одежкой. В длинной темной юбке и черных сапогах на тонкой шпильке, темно-коричневой кожаной облегающей куртке я действительно походила на ведьму. Была середина осени, а значит последняя возможность походить на шпильках в этом году.

Мое место было впереди от всех пассажиров, одиночное, располагалось справа от водителя, первое от входа. Очень удобно – никого нет рядом, чтобы раздражать запахами, сопеньем или ненужными разговорами. Водитель ехал не один, со стажером, примерно такого же возраста мужчиной. Внешне им было обоим за сорок.

Едва я успела удобно расположиться на своем «вип-месте», как в автобус поднялся стажер и попросил уступить ему место – мол привык ездить там. Надо сказать, что билеты были проданы не все и почти половина мест оставались незанятыми. Но стажер не на ту нарвался. Он получил категорический отказ.

Я не видела смысла уходить с удобного, купленного заранее места туда, где я не буду видеть дорогу так хорошо, а значит и контролировать ее.

Стажер смирился и сел на одно их боковых сидений напротив водителя. Наверняка оба потом не пожалели о том, что оставили мне возможность контроля.

Дорога предстояла дальняя, и водитель обмолвился, что немного переживает за поездку. Говорил он стажеру, но я слышала их разговор отлично, и вмешалась. Пообещала, что в поездке все будет более чем отлично. Мужчины удивились, но спорить не стали.

Когда мы выезжали с автовокзала, водитель пояснил стажеру – сейчас будут проверять документы на выезд. Я снова вмешалась – «не будут». Нас действительно не проверили. Через несколько десятков метров стоял проверяющий все рейсы пост.

– Здесь всех проверяют – заявил водитель.

– И здесь нас не остановят – ответила я.

Нас не остановили, все внимание проверяющих захватил другой автобус, а нас как будто не заметили.

Водитель удивленно повернулся ко мне.

– Все просто – пояснила я – если я еду на машине, то транспорт пропускают без проверки. Не важно, номера какого региона и побрит ли водитель. Исключение составляют машина в списке штрафников, где водителя хорошо знают и поджидают. За всю жизнь ни одну машину, если я ехала в ней не проверили ГАИ.

Аргументов у водителя не нашлось. Сразу оговорю, что за всю нашу многочасовую поездку, а выехали мы утром, приехали вечером, ни один пост ГАИ нас так и не остановил.

В дороге мы проезжали мимо нескольких мест аварий. Однако к тому времени, как мы проезжали, все машины уже были на обочине, без человеческих жертв, и не мешали нашему проезду.

После пары часов комфортной езды водитель уже поглядывал в мою сторону с большим удовольствием. Мои слова сбывались. Когда он и стажер выходили из микроавтобуса, то меня просили проследить «за порядком», спокойно оставляли свои вещи и автобус под мой «присмотр».

Была и еще одна деталь, что заставляла водителя и стажера все чаще и чаще оглядываться на меня. Он ехал в Саратов не первый раз, но у него всегда были пару человек, что входили дополнительно во время поездки на маршруте. В этот раз количество голосующих на дороге с просьбой подвезти было таким, что водитель иногда вынужден был разводить руками – показывая, что мест нет.

Пассажиры, что садились в дороге, спрашивали

– Сколько за проезд?

– Как обычно – отвечал водитель, поясняя мне, что понятия не имеет, сколько спрашивать за проезд, так как ранее у него не было никогда такого количества тех, кто просил подвезти на этом маршруте.

К середине поездки он продал собрал толстую пачку денег и глядел на меня с удивлением, недоверием и, пожалуй, каким-то суеверным страхом.

В дороге обходилось не без забавных случаев. На очередной остановке в маленьком населенном пункте к автобусу, со стороны водителя подбежал довольно прилично одетый мужчина и спросил

– Шеф, подвезешь?

– А куда надо? – интересуется водитель.

– Нет, ты скажи, возьмешь или не возьмешь меня? – настаивает мужчина

– Да ты скажи, куда тебе надо, а я отвечу, еду я туда или нет– пытается прояснить ситуацию водитель.

Пара минут проходят в такой вот беседе. Наконец, водитель, понимая, что мужчина явно со странностями, соглашается его подвезти. Лишь бы прекратить этот странный разговор. Однако финал оказывается явно неожиданный. Мужчина радуется согласию водителя, произносит совсем уж удивительную фразу:

– Ты меня тогда подожди, я сейчас за деньгами сбегаю, и поедем. Время стоянки в этом населенном пункте уже заканчивалось, поэтому водитель проследил взглядом за удаляющимся странным мужчиной, затем сверил часы – время стоянки подошло к концу, и пробурчав, что не может ждать, у него график, тронулся с места. «Неудавшегося» пассажира он запомнил надолго, и забыв, что я слышала весь их разговор и даже наблюдала за «переговорами», позже рассказывал этот случай, как один из самых забавных из случившихся в дороге.

Водитель и правда в дороге начал рассказывать про себя, про свою жизнь. Без прикрас. О том, какие опасности подстерегают водителя в дороге, и как он постоянно думает о доме в каждом рейсе. О том, как однажды его жизнь спасли женщины-пассажирки, не побоявшиеся кинуться на убийцу. Об этом расскажу подробнее.

Он был возле автобуса, на одной из стоянок. К нему подошел совершенно незнакомый мужчина и задал какой-то шаблонный вопрос. Может о том, куда едет или сколько в дороге, а может и попросил закурить. Сам вопрос водитель не запомнил, потому что не ожидая ответа, мужчина выхватил откуда-то нож и вонзил в грудь водителя. Это было настолько неожиданно, что и сам вопрос, и лицо нападавшего смазались, оставив лишь смутные воспоминания, следом он услышал женские крики, а потом провалился в темноту. Как оказалось, нападение видела одна из пассажирок автобуса из окна. Смелая женщина вскочила, закричала «водителя убивают» и выскочила из автобуса, размахивая как обычно тяжеленькой дамской сумкой. За ней следом, поддержав спутницу выскочили еще несколько женщин. Они все кинулись на убийцу, били его сумками, кулаками, чем придется. А одна из оставшихся в салоне вызвала скорую помощь и полицию.

Нож прошел возле сердца. Еще бы несколько миллиметров и спасти водителя бы не удалось. Убийцу пришлось вырывать из рук разгневанных женщин. Они продолжали наносить ему удары со всех сторон, и он, бросив нож, просто прикрывал голову.

Водитель рассказывал о том случае с глубокой благодарностью к защитницам и восхищаясь их смелостью. Я слушала и тоже восхищалась смелостью тех женщин, то не струсили и спасли человеческую жизнь, не дав нанести второй удар ножом, что мог бы оказаться смертельным.

Время за разговорами и музыкой пролетело быстро. Водитель и стажер, ставшие на несколько часов моими собеседниками, по мере нашей поездки удивлялись все больше. Еще бы – никто ни разу не проверил автобус из нескольких постов ГАИ, даже там, где останавливают всегда. Не было поломок и аварий, что мешали бы продвижению по маршруту – ведь все сломавшиеся машины уже были на обочине, количество перевезенных пассажиров на маршруте не поддавалось подсчету, если только по проданным билетам, но никак не по памяти, денег было заработано много за рейс.

Финальную точку в спокойствии водителя и стажера поставило мое сообщение, что в пробке около Саратова мы стоять не будем, ибо если я еду, то пробок в дороге нет. Водитель, сетовавший до этого, что примерно полчаса будем стоять в пробке, не поленился и позвонил диспетчера автовокзала и спросил, есть ли на дороге пробка на той дороге, по которой мы едем. Диспетчер хорошо поставленным голосом объявила, что да, минимум двадцать минут будем стоять в пробке. Водитель с победным видом взглянул на меня, как бы говоря – «вот видите! Я был прав!». Пояснил, что в воскресенье вечером люди возвращаются с дач, да и вообще с отдыха, поэтому пробки бывают обязательно. В ответ я промолчала, так как лучшее доказательство – это практика, а в нашем случае – реальность.

Надо было видеть взгляд водителя, его полностью обескураженное лицо, когда мы совершенно спокойно, без намека хоть на маленькую пробку подъехали к автовокзалу Саратова. Оба мужчины развернулись ко мне, как только автобус остановился, а прибыли мы немного раньше, так как он рассчитывал на пробку, а ее не случилось. И вот глядя на меня во все глаза, этот немолодой мужчина спросил – «Кто Вы?».

Я засмеялась, и не желая называть себя ведьмой, ответила

– Дорожная фея. Я просто дорожная фея.

Водитель попросил, чтобы я дотронулась «на удачу» до его руки, на что я, не переставая посмеиваться над его шокированным лицом, легко коснулась его правой кисти. Второй вопрос был неожиданным. В дороге мы хоть и много разговаривали, но я не называла своего имени. И видимо, водитель это осознавал, но соблюдая этику поведения относительно пассажиров, не зада мне до окончания поездки ни одного вопроса обо мне. Итак, вторым вопросом стало «Какое у Вас имя?». А услышав мой ответ, проговорил – если родится девочка, то обязательно назовет моим именем.

Я попросила посмотреть мне в глаза, а затем заверила, что у него действительно может родиться девочка. Водитель погрустнел и объяснил, что давно женат, лет двадцать как, и больше всего они с женой хотели бы детей. Я еще раз посмотрела на водителя, и увидела, что у него действительно может быть ребенок, один и это девочка. И объявила о своем видении. Перед тем как я успела выйти из автобуса, был третий вопрос – «когда Вы едете обратно?». Я назвала дату. Заранее скажу, что да, водитель поменялся сменой, и выехал в этот рейс, чтобы еще раз встретиться с дорожной феей, то есть со мной.

Как только я ступила на землю Саратова начались новые приключения, но об этом будет в следующей главе.

Глава 6 Саратов. 6.2 Знакомство

Заранее прошу прощения у тех жителей Саратова, которых обидят отдельные детали. Это видение героини и линия сюжета…

Приключения начались сразу с вокзала. В качестве предыстории скажу, что перед тем как ехать в совершенно незнакомый город, постаралась навести справки. Сделала себе карту основных пунктов – вокзал, гостиница, и место сбора для занятий, посмотрела маршруты, расстояние и почитала о самом городе. Но, кроме таких фактических данных, всегда хорошо спросить живого человека об особенностях города. Нашла в сетях общительного парнишку, на пару-тройку лет младше меня, повара из ресторана и задала простые вопросы. Как оказалось, не зря. Первое, что я спросила – это где можно недорого, но нормально поесть. Знаете ли, неправильные ведьмы любят покушать, как и большинство правильных людей. Он назвал сеть ресторанов быстрого питания, назовем условно «Тарелка». Ладно, один вопрос решили. Второй вопрос – какое такси он мне рекомендует заказать. И вот тут я услышала страшный рассказ, о том, что такси к вокзалу не приезжает, ибо боятся мести местной мафии, что обитает на железнодорожном вокзале. Если таксист подъедет к вокзалу, а его увидят местные таксисты, ожидающие улова с приезжих, то потом могут намять бока таксисту, а саму машину разбить, ну или хотя бы стекло лобовое.

Поэтому надо заказывать такси к остановке маршрутки. Для этого придется пройти несколько десятков метров, но туда таксисты приезжают, ибо с вокзала их не видно. Я еще немного удивилась таким разбойничьим порядкам, но запомнила. Такси тоже записала, что он рекомендовал как недорогое и надежное.

Когда я вышла из здания вокзала, то меня «атаковали» дежурящие у здания таксисты. Все бы ничего, но я сразу вспомнила роман «Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова. Нет, они были похожи не на Печорина, и не на Максим Максимыча, а на Казбича или Азамата. Разбойничий вид плохо в моем представлении сочетался с образом надежного такси. Но я и не планировала пользоваться услугами «шабашников». Мне едва ли не преградили дорогу.

– Куда ехать, красавица? – раздался басовитый голос с небольшим акцентом.

– Сколько будет стоить до …– и я назвала улицу, где находилась гостиница, из чистого любопытства, признаюсь.

Мой собеседник крикнул кому-то позвать Азамата, его мол клиент. Тот бодро выдвигаясь ко мне из цепочки «коллег», охватывающей выходы из здания вокзала, быстро прикинул

– Пятьсот пятьдесят рублей!

В ответ я засмеялась, эта цена была в примерно в пять раз выше той, что мне назвал парнишка-повар из сети.

– За эти деньги можно по городу экскурсией проехать, сама дойду!

А затем завернула, как меня научил коренной житель Саратова, за угол, дошла до остановки и вызвала такси. Водитель оказался тихий, скромный молодой человек, на мои расспросы про опасность показаться «шабашникам» с вокзала только грустно улыбнулся и сказал, что всякое может быть.

Гостиница, где мы все, волей организаторов, должны были проживать, была не совсем обычной – квартирного типа, если быть точнее – студии. Как меня научили более опытные коллеги, а сразу попросила по возможности никого ко мне не подселять. Приятная женщина администратор в ответ кивнула, и мою просьбу, как показал следующий день, выполнила. Рассчитано было на проживание вдвоем – все номера были рассчитаны на двоих. Это был по моим представлениям роскошный номер. Большой санузел с современной душевой кабинкой, прихожая, в которой можно разучивать вальс, Большая комната с двумя широкими кроватями, два платяных шкафа, большой письменный стол с настольной лампой и два мягких стула, кресла. В моем распоряжении была четырех конфорочная плита, вместительный холодильник, телевизор, в общем все условия. Освещение хорошо варьировалось от яркого света до полумрака. Быстро разложив вещи и приняв с дороги душ я с большим удовольствием растянулась на кровати.

Ортопедический матрас, белоснежное, пахнущее чистотой постельное белье быстро погрузили меня в мягкую полудрему. Настойчивый стук в дверь выдернул меня из состояния безмятежной неги, как сказали бы классики. Пришлось встать, накинуть халат и открыть дверь. На пороге стояла молодая женщина и она позвала меня гулять.

Пары минут хватило, чтобы понять, что она прибыла еще вчера и с нетерпением ждала, когда прибудут остальные на наше запланированное мероприятие. Меня «сдала» администратор, которая назвала номера, куда заселились приехавшие коллеги.

Пришлось отложить сон и идти знакомиться. Тот вечер стал началом двухнедельного приключения. Среди трех десятков приехавших на обучение, а это были все исключительно образованные люди, разного возраста и сфер применения своих профессиональных навыков образовалось несколько «диад» -из тех, кто проживал в одном номере вместе, остальные были «одиночками», и выделялся наш «квартет», хотя задачи обращать на себя внимания мы не ставили. «Квартет» образовался стихийно. Нас объединяло три вещи: молодость, мы жили все четверо в своих номерах по одной, а самое главное – мы были все ведьмами.

Местом сбора стал один из номеров, куда остальным было удобнее добираться. Мы вместе закупали продукты, готовили, завтракали и ужинали. На занятия и обедать мы тоже ходили вместе. Да вообще везде ходили вчетвером, абсолютно не напрягаясь от постоянного и интенсивного общения, ходя все были интровертами. Расходились по своим номерам поздно вечером и в семь утра собирались утром.

Кто был в нашей четверке?

Марина. Она приехала из-за Урала, была темноволосой, с лукавыми черными глазами и миленькими ямочками на щеках.

Майя. Недавно ставшая москвичкой евреечка, с крайне благородной внешностью, напоминала Наталью Гончарову и своей утонченностью, и воспитанием. Она выделялась огромными карими глазами с бархатными ресницами и локонами, что делали ее похожей на аристократку позапрошлого века.

Алевтина. Или Аля отличалась шикарными светлыми волосами, что чаще всего собирала в тугую косу. Ей была присуща северная красота – серые с едва заметной зеленью глаза, точеные черты лица. Из нее бы вышла отличная Снегурочка без использования какого-либо грима.

Четвертой была я.

Глава 6 Саратов 6.3 Учеба

В первое же утро наша стихийно образовавшаяся четверка выдвинулась на занятия коллективно. Наши коллеги проживали в соседних номерах, но как-то вот с первых же минут общения, видимо по принципу «рыбак рыбака видит издалека», а в нашем случае – ведьма ведьму сплотились только мы.

Идти было недалеко, буквально пару кварталов, и благодаря небо за хорошую погоду, а Интернет за путеводитель, мы быстро сориентировались. Настолько, что на следующий день, когда утром дружно шагали на занятия объяснили прохожей, как ей дойти до больницы. Просто она была на пути нашего следования.

Повторюсь, мы были все люди образованные, подготовленные в плане профессии и теоретических знаний. Первое занятие при этом было посвящено структуре атома и объяснению его свойств. Это преподавалось под предлогом освежить наши знания. Все вежливо прослушали, хотя записей, естественно, никто не делал. Все это было известно либо из школьного курса, либо университетского, причем первого года обучения.

Потом нам долго рассказывали, какая замечательная организация, что организовала наше обучение, свою деятельность, закупку дорогостоящего оборудования для экспериментов за счет гранта.

Прослушав несколько часов нашего первого лектора, мы немного проголодались и осведомились, где можно покушать, желательно недорого и вкусно.

Ответ поверг в шок. Нам честно сказали, что есть лучше в каком-нибудь ресторане быстрого питания, например, в «Тарелке», ибо в столовых и буфетах той организации, куда мы прибыли, есть опасно для здоровья.

Опасно, так опасно. Послушно пошли в «Кастрюльку». Сразу скажу, что мы с коллегами были с разных уголков России, из разных городов. Но цены неприятно удивили многих. Второе, что неприятно удивило – это долгое стояние в очередях. Ибо все из принимающей нас организации шли на обед в «Тарелку», и полагаю из соседних тоже. Первую очередь надо было отстоять на пути к еде. Тарелки были большие, а порции маленькими и настоль точными, что возникал вопрос – «Не аптекарь ли хозяин сего заведения?». Каждая тарелка ставилась на весы и вес методично в течении двух десятков секунд, а то и больше доводился до точного. Повар на раздаче сыпал мою порцию гречки буквально по пять крупинок, не сводя строго взгляда с весов. Порционной ложечкой, естественно, «без верха» мне положили кетчуп. Вторая очередь вела к кассе. Когда клиент добирался до столика, то еда была холодной, не теплее температуры помещения.

После обеда занятия продолжились. Вновь ничего нового кроме школьного курса физики. Но ничего, это же первый день.

Первый совместный ужин нашей четверки прошел за обсуждением дня и обменом впечатлений.

Трудно было тогда предположить, что все две недели занятия будут идти по, практически, одному и тому же сценарию. Каждый новый преподаватель начинал со структуры атома. К пятому дню группа не выдержала и хором стала произносить ожидаемые фразы. Каждый новый лектор расхваливал свои таланты и кичился стоимостью закупленного по гранту оборудования. На вопросы о том, когда можно будет воочию увидеть это самое оборудование нас «кормили завтраками» или неопределенно сообщали, что «когда поедете в другой корпус».

Оборудование, что было приобретено за валюту в европейских странах, мы действительно увидели. Большая часть его при этом была не распакована, и размещалась на старом картоне, на грязном полу. То, что все же использовалось, чтобы отчитаться по гранту чаще всего простаивало. Работать на нем мог только один молодой парнишка, аспирант, что сумел разобраться в инструкции и обладал аналитическим умом. Позже станет известно, что сразу после защиты диссертации он уволится и перейдет в другое место, где станет выполнять только свою работу, а не работу еще четверых сотрудников.

Разочарование росло с каждым днем. Но вот в середине второй недели мы поехали в корпус где стояли, как нам сказали изобретения их ученых. Первым прибором, который нам показали наглядно стал тепловизор. Действительно оригинальное применение нашли ему саратовские ученые – решили, что он будет работать как детектор лжи. На закономерный вопрос, а как они различают ответы, что были даны на значимые и важные для человека вопросы как лживые или правдивые, ответа не последовало. Доцент, рассказывающий о своих экспериментах на детекторе даже не предполагал, что человек может волноваться, слыша значимый вопрос, отвечая и ложь, и правду. Иногда можно бояться, что не поверят. Не все люди уверены в своих ответах, можно же и сомневаться…

Лектор пошел красными пятнами, стал немного заикаться. Но жаль его не было. Делать серьезные выводы на основе опроса двух студенческих группа как-то, извиняюсь за тавтологию, несерьезно и опрометчиво. Тепловизор может указать на волнение, указать на предполагаемые эмоции – страх, гнев, например. Но определить ложь… Сколько людей совершенно спокойно лгут, глядя в глаза, а как много волнуются, даже если говорят чистую правду…

Вторым прибором, который мы с коллегами жаждали увидеть со дня приезда был «Нюхач». Уже в первый день преподаватель вдохновленно рассказывал о возможностях этого прибора. Мол на основе запаха, содержащего молекулы вещества изучаемого объекта, или субъекта, можно довольно точно определить материал, структуру и прочие особенности. Особой сферой применения была названа медицина. А в частности «нюхач» может выявить раковую опухоль уже на ранних стадиях, сказать и проблемах почек или желчного пузыря. Рассказ про возможности использования в онкологии никого не оставил равнодушными, и мы с нетерпением ждали встречи с этим удивительным прибором. В назначенный день. Когда мы всей группой прибыли в этот корпус и сразу, едва ли не с порога, спросили о том, где находится «нюхач» и как его увидеть в действии, нам спокойно сказали, что его как раз разобрали для чистки. Мы его не увидели, ни в собранном, ни в разобранном виде. Существовал ли он в реальности? Не знаю.

Глава 6 Саратов 6.4 Впечатления

Критика стимулирует умного на развитие, а «тупенького», как говаривал один мой коллега на обиду.

Саратов произвел очень двоякое впечатление.

Правильная застройка и довольно широкие улицы, великолепная архитектура в старой части города, прежде всего в центре сочеталась с чудовищной грязью и ужасными дорогами. Если среди бела дня свернуть с центральной улицы в проулок, то был высокий риск встретить парочку крыс, несущихся с мусорки или к ней. Ну а дороги… Движение по тротуару требовало постоянно глядеть себе под ноги, чтобы, не дай Бог, не просмотреть очередную «волну» на дороге. Асфальт действительно был волнами, и нужно было быть очень внимательными. Поэтому восхищаться красотами следовало с осторожностью, желательно стоя.

Некоторые дома, перешагнувшие двухсотлетний рубеж и спроектированные известными архитекторами, пугали пустыми «глазницами»-окнами. Они были разбиты, а бывало отсутствовала и сама дверь и можно было увидеть в пустой, полный мусора проем винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. Дома упрямо держались, несмотря на отсутствие ремонта и пригляда, разве что внешняя отделка стен не выдержала испытания временем, и облупившаяся штукатурка делала дом похожим на бродягу, одетого в лохмотья. Это было очень печально.

В первый же день мы отправились на прогулку и поняли, что это красивый, но «запущенный» город. При этом выделялись отдельные «зоны», очень благоустроенные, ухоженные и поражающие своей чистотой. Наша «учеба» была в нескольких корпусах.

В первый день мы столкнулись с некоторыми бытовыми неудобствами. В корпусе на «нашем» этаже, а на другие этажи времени идти проверять не было, в женском туалете не было воды. Наша компания неприятно удивилась, но спокойно воспользовалась влажными салфетками в целях гигиены. Эта деталь вообще бы никак не запомнилась и не отложилась бы в памяти, если бы не одно «но». На следующий день наши занятия были в другом корпусе и там просто отсутствовала раковина. Руки было помыть снова негде. Третий корпус встретивший нас тоже входил в число «обделенных» – раковина была, но отсутствовали кран. Вернее, он был сломан и торчал кусок трубы, естественно без каких-либо вентилей. Четвертый по счету корпус нас удивил. О чудо! Там была раковина, был и кран. Но он был длинный и выходил за пределы раковины. Мыть руки было нельзя однозначно. Однако из любопытства, и по невнимательности проигнорировав куда направится струя воды, я все же решила проверить наличие воды. Тихонечко повернув вентиль, я была облита от груди и до щиколоток. Напор оказался сильный и видно все рассчитано на быстрое заполнение подставляемой емкости. Но мытье рук не входило в планы тех, кто устанавливал сантехнику. Надо мной весело посмеялись. Ладно хоть я включила чуть-чуть, иначе промокла бы.

Больше всех отсутствие воды и каких-либо условий для нормального пользования туалетной комнатой поражало Майю. Наша москвичка каждый раз округляла глаза так, что они занимали чуть ли не пол лица. А отсутствие не только щеколды, но и ручки на дверце туалетной кабинки привело ее в ужас. Вместо этого в дверце было небольшое, диаметром сантиметров пять-восемь, по-разному, отверстие. В это отверстие нужно было просунуть палец и потянуть на себя, чтобы открыть или прикрыть дверцу. Майя назвала это «пальцевым методом». Конечно, так было не везде. Один из корпусов, где проходили наши занятия, был оборудован современной дамской комнатой, со всем необходимым внутри. Предположительно, из-за того, что там был конференц-зал рядом, и прибывающих в командировку иностранцев встречали именно в этом здании.

Любопытство сгубило кошку. А в нашем случае едва не сгубило Майю. Настоятельная просьба ничего не есть в местной столовой, и пожелание ничего не пробовать в буфете, ее, как настоящего исследователя, толкнуло на необдуманный, и как оказалось, опасный эксперимент.

На третий день нашей учебы с одного занятия нас отпустили чуть пораньше, буквально минут на пять. И пока мы в коридоре беседовали с преподавателем, мы это наша компания и несколько коллег, Майя тихо исчезла с наших глаз. Ее отсутствие вызвало замешательство, но решили чуть подождать, а потом искать. Наша подруга нашлась быстро, а куда отходила не призналась, мол недалеко тут была, смотрела что да как на этаже. Эти объяснением все удовлетворились, и на этом бы все и закончилось, вероятно, но вечером Майя пару раз сбегала, извинившись, в туалет, когда мы собрались для приготовления ужина и собственно ужина, а затем застенчиво спросила, нет ли у кого таблетки от поноса.

Тут остальные переглянулись и практически хором спросили:

– Что ела?!!

Майя ответила

– Ничего такого…, тоже что и все…

Марина сразу подобралась и устроила небольшой допрос.

– Признавайся! Мы ели все вместе. Одно и то же. Что ела ты, отчего тебе плохо? Мы же тоже в зоне риска, если ты ела только с нами, тоже, что и мы.

– Да ничего не ела! – упорствовала Майя.

– Тогда мы тоже должны были отравиться! – поддержала Марину Аля.

– Что ты ела такого, чего не ели мы? – спросила я. В ответ последовало молчание. Тогда я продолжила – Где ты была, тогда, когда нас отпустили чуть пораньше?

Майя тяжело вздохнула и призналась

– В буфете…

– Что ты там ела?!! Что ты там купила? – снова практически хором спросили мы втроем. Майя снова тяжело вздохнула, и решила признаться.

– Нам сказали, что в буфете ничего нельзя покупать, опасно, а я решила проверить…– и она понуро опустила голову.

– Что ты там купила? – повторила вопрос Марина. Майя набралась мужества и призналась до конца

– Я пришла в буфет и подумала, что там может быть самое безопасное. Решила, что булочка. Я купила маленькую булочку с лимонными корочками.

– Ну и как? Вкусно? – немного с издевочкой в голосе уточнили мы.

– Ну как вам сказать, девочки… Я думаю, что в тюрьме лучше кормят – подвела итог своего эксперимента Майя.

– А почему сразу не призналась – уточнила Аля, сверкнув позеленевшими глазами.

– Стыдно было – тихо произнесла Майя.

На этом тема была закрыта, а выданная таблетка спасла нашу экспериментаторшу. Таблетку-то ей дали перед «допросом» конечно, иначе это был бы допрос «с применением пыток». В буфете мы потом как-то покупали по мелочи, но в другом и исключительно в запаянной, магазинной упаковке.

Глава 6 Саратов 6.5 Отдых

Город Саратов воспринимался как большой, правильной застройки. В музеи мы попасть в будни не могли, из-за учебы, что заканчивалась вечером и было время только дойти за продуктами, приготовить ужин и посидеть поздним вечером нашей дружной компанией за чашечкой чая. Но не могли не воспользоваться случаем, чтобы не сходить в театр. В Драматическом нам не повезло, так как попали на какую-то экспериментальную постановку и долго пытались разобраться кто из актеров кого играет – у них была полностью идентичная полосатая одежда, минимум декораций. До антракта так и не разобрались, а перекусив в буфете чем-то черствым и стаканом чая, решили не возвращаться в зрительный зал, а пошли любоваться вечерним городом, что можно было делать каждый вечер с удовольствием.

Когда через пару дней шли в театр, уже другой, на оперетту, то немного побаивались повторения истории. На этот раз эксперимент был вполне удачный. В постановке на тему греческого эпоса неожиданно смотрелась роликовая доска, на которой вовсю катался один из сатиров. Но делал он это виртуозно и юморно, и благодарные зрители награждали его аплодисментами. Идти на третью постановку ни в один из этих театров больше не решились – как бы не попасть на еще один эксперимент, что вновь пошатнул бы благоприятное впечатление о театральном искусстве Саратова.

В выходной день, единственный, что мы могли спланировать от и до сами, посвятили поездке в Энгельс.

Маленький город, беднее «миллионника» Саратова, однако он показался гораздо чище и дружелюбнее.

В Саратове жители часто жаловались на то что им не дают денег, что мало грантов, на то, что жить плохо. И лейтмотивом звучало, что «не дают», а кто, что и почему им «должен» пояснить никто не мог. В результате кто-то из коллег назвал Саратов «городом с протянутой рукой». Нет не дружбы, не помощи, а денег испрашивала эта рука.

Город Энгельс и не думал ничего просить. Поразил их музей. В двухэтажном доме постарались собрать все ценное, что хотели показать потомкам. В результате мы увидели и собрание картин местного художника, творившего в разные исторические эпохи. Отчетливо все полотна делились на две части, точно разделенные историей. Он учился у итальянских мастеров, и то, что было создано до революции являлось ярким примером классического искусства: реалистичность, тонкая проработка деталей, богатство цветовой палитры. После революции картины художника стали напоминать «Купание красного коня» по стилю – символичность, совсем немного цветового разнообразия, и ощущение будто «разучился» рисовать проснувшись как-то утром и осознав себя при новом политическом строе.

Один из залов был посвящен космосу. Кто-то кропотливо собрал все доступное и представляющее интерес – от баночек консервов до скафандров и макетов. В силу моей приземленности запомнились больше всего именно консервы, со сложными и маняще звучащими названиями типа «уха из семги с зеленью», «телячьи отбивные в сырном соусе» и все в таком духе. Суть одна – все названия прочно ассоциировались с блюдами в очень-очень приличном ресторане.

Огромное внимание было уделено национальному многообразию саратовской земли. Здесь в музее, на первом этаже была национальная одежда местных народов, предметы быта, а также исторические справки, позволявшие воссоздать в воображении местный колорит и непростую историю, в частности репрессии поволжских немцев. Их погибло много. Ни в чем не повинных людей, только из-за их происхождения.

Огромный зал был выделен и под оружие времен гражданской войны. Оно висела без стеклянных витрин и даже ограждений. Поэтому как ведьма я не могла сдержаться, чтобы не ощутить ауру многочисленных сабель, кинжалов, шашек и т.д. На близком расстоянии рука отчетливо воспринимала смерть, нестертую до конца кровь, что лилась по клинкам. Смерти и крови было много, очень много. Настолько, что оружие «фонило» на расстоянии нескольких сантиметров. Пару раз я тайком притронулась к клинкам. Оружие было как живое, но действительно холодное и равнодушное. Оно и сейчас легко бы рассекло человеческую плоть в умелых руках. Страшное ощущение. Мысленно я поклонилась всем невинно убиенным, павшим на этой земле в те страшные годы.

Назад из Энгельса мы ехали практически молча.

У моих подруг возникло желание покататься по реке на прогулочном катере, но одна из нас категорически отказалась из-за лежавшей на роду угрозы утонуть. Остальные проявили солидарность и тоже ограничились прогулкой по берегу.

Речной порт был довольно ухожен, благоустроен и красив. Глаз отдыхал, найдя осенью изумрудную зелень травы, выбеленные бордюры, лавочки с ажурной ковкой и … о чудо, ровные асфальтовые дорожки. Здания в поле нашего зрения тоже были в хорошем состоянии.

Глава 6 Саратов 6.6 Окончание учебы

После того, как нам отказались показать прибор «нюхач», главную, так сказать достопримечательность и предмет хвастовства наших преподавателей, оставался всего один день. Поэтому мы сговорились с нашей группой собраться всем вместе вечером в кафе, что было неподалеку от места учебы, вернее от того корпуса, где мы занимались чаще всего. Раньше пяти нас никогда не отпускали, поэтому договорились на пять вечера, так как думали, что минут на пятнадцать в последний день все же отпустят. На следующий день был запланирован «круглый стол» для подведения итогов и выдачи документов об окончании курсов.

Так вот, договорились мы на пять вечера, потом наша «четверка» переглянулась и практически одновременно, и точно единогласно, решила уйти с оставшихся пар. Мы не пропустили, в отличие от коллег, ранее ни одного занятия, ожидая чего-то очень нужного и интересного от очередного преподавателя, однако сейчас наши иллюзии рассыпались, как осколки тонкого разбитого стекла. Нужно было купить подарки родным и близким, а также нужное «себе любимым».

Поясню, что Саратов поразил всех нас обилием и разнообразием товаров. Даже в маленьком магазине оптики я нашла такие чудесные оправы для очков, что их просто жалко было снимать. Ощущение, что в них даже спать было бы удобно. А в центре города был огромный выбор обуви и одежды, детских игрушек, бижутерии, товаров для рукоделия и всяких безделушек. В каждом из семи обувных магазинов, что мы зашли, была «взрослая» обувь тридцать третьего размера. Мне оставалось только выбрать фасон ботиночек по вкусу. Именно их я себе и приобрела. Да и вообще мы все купили, что хотели, потому что все было, даже то, чего мы никогда не видели.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.