Татьяна Правда
Всё вернётся на круги своя

Пролог.

– Ты пойми Фролов! Я не могу поехать в Москву, я туда ездить зареклась! К тому же, у меня ребёнок маленький, четыре года, как он без меня? Я же не могу без него уехать на целый год.

Перепалка у нас с начальником идёт, минут пять.

Нет, это не начальник, сатрап какой то, слышит только себя и считает, что всё на фирме должно идти по его приказу. Нашёл компанию в Москве, она согласилась с нами сотрудничать взаимовыгодно и ему нужен свой человек в ней. И этим человеком должна быть я на целый год, а если понравится мне, то и на всегда.

– Алина, ребёнка с собой возьмёшь. Нет, ну почему я тебя не увольняю, а? Скажи? Вот почему терплю от тебя все эти заморочки? Ты, как ёжик колючий: то, не буду это, не по мне, пойми, Карпова, авторынок это тебе не что-нибудь, А фирма "Вираж", согласилась с нами сотрудничать. Ты понимаешь, какое это доверие к нам? И какое прибыльное дело? Но, в тоже время рискованное, мы должны на месте всё проверять, чтобы никакого левого, ворованного товара к нам не поступало! Понимаешь!? Ведь я фирму, не по наследству получил а вот этими руками и вот этой головой построил.– Он постучал себя по лбу.– Повторяю, построил! И мне гарантия нужна, что партнёры без обмана.– Он помолчал.– Нет, всё-таки скажи мне: почему я, терплю твои выходки, и не увольняю?

Он поднял графин с водой, приложил себе ко лбу. Голова болит, что ли? Подумала я, довела начальника но, решила не сдаваться.

– Потому, что, Степан Юрьевич, мы с Вами одноклассники и уволить меня, было бы большим свинством.– Парирую я.– Где Вы ещё такую дуру найдёте, которая пашет двенадцать часов в сутки, а? Я всё понимаю, а Вы понимаете? Душа не лежит у меня в эту Москву ехать.

– Ты ж, даже субординацию не соблюдаешь. Это как? – Как будто, не слыша мои возражения спросил Фролов.– Карпова, Алина Валерьевна, а? А что касается пахоты, сама говоришь, что тебе деньги нужны. И командировка, это дополнительные финансы, сама понимаешь. Хотя, какая командировка, это только на бумаге, на самом деле тебе билет счастливый выпал, считай!

Выпал? Пропади она пропадом, твоя Москва вместе с этим билетом, мне и здесь неплохо.

Фролов покачал головой, будто размышляя, что со мной делать. Казнить или миловать.

– Ты меня не слышишь? Другие, бы рады были такому раскладу дел, а ты кочавряжешься, там квартира у тебя будет и садик сыну тоже.

– Вот и пусть другие едут. А если заболеет ребёнок, тогда как?– Не хотела я в Москву ехать, лучше бы в другой какой город.

– У тебя же, мать в Москве живёт? Вот, и посидит с твоим Тимошей, а ты мне, на ладошке всё сделаешь и привезёшь в клювике, вернее перешлёшь. – Не унимается начальник. – К тому же, ты самый надёжный человек у меня на фирме, и тебе я доверяю больше, чем кому либо. У тебя второе образование какое? Юридическое. Вот и будь добра, ты у меня универсал, и по части финансов, и по части юридического права.

– Вот, тогда и плати мне, две зарплаты.

Степан Юрьевич, аж глаза закатил, от такой неслыханной наглости, и не нашёл, что мне ответить.

– Я её, мать-то, лет шесть, точно, как не видела. – Более миролюбиво сказала я.– Звоню иногда, она за какого то богача старого замуж вышла. Кому, я рассказываю? Сам всё знаешь, зовёт меня в гости а я, не еду. Не хочу.– Немного подумав, я всё-же согласилась.-Ладно, Степан, я согласна.– Сдалась, а сама подумала, от чёрта хоть молитва есть, а от нашего Степана, ни креста, ни молитвы.– Деньги мне, действительно нужны.

– Я знал, что ты не подведёшь, но ведь, обязательно надо тебе, поперёк, что-нибудь сказать. В классе, самая скромная была. – Развёл руками босс.– А,сейчас, борзая стала. Когда, зубы отрастила, как бобёр? Всё. Командировочные хорошие, зарплата будет достойная. Вперёд, и, смотри мне там, замуж не выйди, у нас, своих женихов полно. Хочешь, прямо здесь, тебе мужа найду, вместе поедете?– Я отрицательно покачал головой, не хочу, ни за что.– Тогда, свободна. – Он указал рукой на дверь.

– Замуж?– Усмехнулась я.– Скажешь тоже, женихи не нужны мне, тем более московские. Кстати, борзой быть, жизнь научила.– Сказала я, выходя из кабинета.– А, зубы, сами выросли.– Закрыла дверь.– Фуххх.

***

– Тимка, в Москву поедем?– Спросила я сына когда привела его из садика домой.

Сын посмотрел на меня, решая, правду я говорю, или игру затеяла с ним.

– Это далеко? А мы, на поезде поедем? – Поезд с ума ребёнка свёл, любит Тимошка поезда.

– Далеко, и да, поедем на поезде.

Сказала я сыну, разбирая продукты, заходили с ним в Магнит.

– Что, хочешь на ужин? Сосиски подойдут?.

Переживания переживаниями, а сына кормить надо.

– Подойдут и пюрешка тоже.– Любит пюре картофельное, с сосиской, или с котлетой, всё равно.– А пирожное можно?

– Только после ужина, а то, сладким, аппетит перебьёшь.

Тимошка бегал из комнаты в кухню, сказал, побегаю немножко, непоседа мой.

– Дедушка звонил, спрашивал, как ты? Я сказала нормально.

–– Они к нам приедут? А, Лена, приедет? Я соскучился.

Завтра приедут, а послезавтра, мы с тобой в Москву отправимся, или может, у деда с бабой останешься? На первое время? – Там не известно, понравится бабе Соне с тобой сидеть, я и то не нужна ей была. Она теперь, дама светская. Надо ей позвонить сегодня, узнать, согласится или нет, хотя и в садик Тимку водить буду, но без помощи трудно, всё таки бабушка нужна.

–Нет мам я с тобой хочу.– Подбежал обнял меня.– Я и так тебя редко вижу, то ты на работе, то дома долго работаешь. Почему?

– Денежки нам зарабатывать надо, сынок, я же говорила тебе.

***

– Вот и Москва, Тимка. Ну, как, нравится?

– Не знаю, жалко, что так быстро приехали, а поезде так классно ехать, вырасту на поездах работать буду.– Размечтался мой маленький Тимоша.

– Машинистом собираешься стать.– Улыбнулась сыну.– Серьёзный ты у меня.

– Это как? Машанистом?

– Не машанистом, а, машинистом, это кто поезда водит, тот машинист.

– А-а-а, – протянул сын.– Понятно теперь, да, этим, машинистом буду.

– Алина?– Мама подошла. – Я с трудом тебя узнала.– А это кто у нас?– Наклонилась к Тимоше.

С трудом она узнала. Как, вообще, узнала? Тимоша с удивлением смотрел на чужую тётю.

– Здравствуй Тимофей.– Мама поздоровалась с ним.

– Я Тимоша, а ещё мама меня Тимка зовёт. А, ты кто?– Спросил Тимоша.

Мама печально смотрела на внука.

–А, я бабушка твоя, родная. Алина, какой он рослый у тебя, всего, четыре года, а скажешь, лет шесть. Отец что ли крупный?

Я улыбнулась, глядя на Тимошу, рослый, у него отец здоровый, под два метра.

– Давайте я хоть поцелую вас.– Обняла меня, странно, чужая какая то она, как будто и не мама. Алиночка, девочка моя, я рада тебя видеть. Куда едем? – Спросила, когда мы подошли к машине.

О, она не сама за рулём, с шофёром, ты смотри, и правда элита, всё- таки, выбилась в дамки, да, маман у меня пробивная, училась в своё время, где то на актёрских курсах, правда работать не пришлось актрисой, то ли таланта мало, то ли типаж не тот, хотя мама красивая женщина. Зато в поисках мужа, ей равных по игре не было, вот и выиграла себе, московского хлыща, хоть и старого.

Я назвала адрес, и мы поехали, всю дорогу Тимоша смотрел по сторонам, о чём то, думал, потом сказал.

– Как у нас город, и "Магнит" есть, и "Пятёрочка", и дома большие. Да, мам?

– Да, мой малыш.

Ну ведь, скажет же, мы все засмеялись.

Глава 1. Алина.

Я возвращалась домой, в свой родной город. С несбывшейся мечтой, уставшая, вымотанная бессонными ночами, и с разбитым сердцем. Чувствовала себя, как выжатый лимон. Мирно постукивали колёса, поезд двигался по рельсам, всё дальше и дальше увозя меня от столицы, от универа в котором я проучилась два года, и, от него. От Мирона Попова, брутального красавчика, который опозорил меня так, что свет померк перед глазами.

Я вздохнула, вспоминая наши с ним ночи, полные огня, других, Мирон не признавал. Он любил в постели, отрываться по полной, сам сгорал и я тоже. Дура провинциальная, лохушка, думала серьёзно всё у нас, а когда увидела, то видео в группе, окаменела. Почему? Он же, сказал, что любит меня.

Любит. Кто бы знал, как я его сильно любила. Так же, как сейчас ненавижу, ненавижу каждой клеточкой тела. Ненавижу так, что будь у меня пистолет, застрелила бы не задумываясь, чтобы, навсегда стереть с его лица наглую, насмешливую улыбку. Чтобы никогда больше не слышать голос, унижающий меня. Он, посмеялся надо мной. Горько, очень, горько посмеялся.

– Ты, что, правда думала, что у нас серьёзно? Так, секс без обязательств, я ничего тебе не обещал. Ты не против была, я тоже.– Мирон насмешливо смотрел на меня.– Представь себе, я и ты, это вообще, что такое? Мои родители, меня не поймут, и не одобрят, что я связался с провинциалкой. Где ты, и где я. Забудь, ты не нужна мне.

– А это что?

Я открыла видео.

– А-а-а, ну, это отчёт перед друзьями. Они не верили, что я тебя в постель уложу, ну и поспорил с ними.

Действительно, его друзья, они последний год учились, все его друзья. Он на год моложе их. Значит перед друзьями выслужиться захотел? Подонок. Они, смеялись над этим видео. Как же, я, не поняла, сразу? Они поздравляли Мирона? Наверное. Хлопали его п плечу. Одобряя. Разве, можно, подлость одобрять? Выходит, можно. Боже, какой позор мне! Впрочем, этот случай не первый.

– Ты, же недотрогу из себя корчила, я, и решил тебя. В, общем сама понимаешь.

Издевательски сказал Мирон, как противен был его вид, в эту минуту.

.– Так что, ты, очередной трофей, добытый мной.

Да, трофеем мне ещё быть не приходилось. Да, и сейчас, я не трофей, скорее жертва. Слов у меня не было. Молча повернулась и ушла от него, оглохшая от такой наглости и убитая, откровениями Мирона.

Да. Он, действительно, ничего не обещал, но говорил что любит и я верила ему. Как же теперь? Кому верить можно, а? Трофей, горько усмехнулась я. Господи, как тяжко мне!

Сессию я сдала неплохо, курсовую тоже, хвостов никаких не было. Но, в универ больше возвращаться не хотела, перевелась. В своём городе буду учиться. Эх, зачем я в столицу эту, трижды клятую поехала? Что там не видела? Ну, вот что не видела, теперь увидела. Зато, это, престижно, столичный ВУЗ окончить, так папа мне сказал. А, что там, приличного?

Слёзы, снова слёзы текли по щекам, я не вытирала их, ругала сама себя. Ведь ни с кем, никогда, а тут, как бес попутал. Влюбилась.

Лежала, вспоминала свою любовь, и боль от этой любви. Больше то, от неё, ничего не осталось, и задремала. Говорят, сон дороже отца и матери, и правда, свалит, и уснёшь.

– Девушка, вам выходить. – Проводница подошла ко мне.

– А? что?– Я как будто из воды вынырнула, ничего не пойму.

Сняла с полки свою сумку, и футляр со скрипкой, с ней я не расставалась никогда. Ещё маленькая была, когда меня в музыкальную школу определили. Спрашивали на каком инструменте хотела бы научиться играть. Я ответила, на скрипке. Родители, не были против, и хоть профессиональным скрипачом не стала, но играть на скрипке любила. Особенно, я любила играть, полонез Огинского.

Он меня, как то, невероятно, успокаивал, усыплял, а потом заставлял чувства бурлить, сердце колотиться и снова, успокаивал. Я, часто, будучи одна дома, исполняла полонез.

– Алина, здравствуй дорогая..– Папа взял у меня сумку закинул в багажник.– Как доехала?

–Здравствуй папка, как я соскучилась. Доехала хорошо.

Я рассматривала отца, он одет в лёгкую рубашку с коротким рукавом, небесного цвета, брюки тоже тонкие. В свои сорок семь, он очень хорошо выглядел, седины почти нет, не считая чуть- чуть на висках, подтянут.

– Что то, ты, про нас забыла? Целый год не приезжала. Что за причина? Личное, что то? Кстати, неважно выглядишь. Или, учёба измучила?

Папа, ну что я тебе расскажу? Конечно, личное, ещё какое, личное, и это личное, сломало меня, но знать тебе об этом, не надо. А, учёба здесь вообще не при чём.

– Пап, не хочу ничего говорить, поехали домой. Как там твои? Лена? Лида?

Лена моя сестра по отцу, ей шесть лет. Такая вертушка-хохотушка, очень живая девочка. Лида, жена отца, не плохая женщина, они уже десять лет вместе. Лида ко мне относится хорошо, и всегда так относилась, с первого дня когда переступила наш порог. Обижаться на неё, не за что

Мама ушла от нас, когда мне восемь лет было, ушла к любовнику, отец меня не отдал ей, да, она и сама, не горела желанием, иметь обузу в виде меня, так что я, с папой выросла, и с Лидой. Мама любит вольную жизнь,свободную.

– Да, нормально всё, пирог затеяли когда узнали, что ты приедешь. Ждут.

Я улыбнулась,хоть кто то ждёт меня, в этом мире. А то, я уж решила, что никому не нужна.

– Соскучилась по всех вас.

– Мы тоже. Мать то, звонит тебе? Что то, не слыхать и не видать где она.

– Звонила, с полгода назад, больше ни разу. Сама звоню, абонент не доступен, где живёт не знаю.– Мама в поиске, третьего уже, или четвёртого сожителя меняет. Как с ума сошла. Никак свою любовь не найдёт.

– Да. мать твоя не исправима, по моим данным, вроде, Москве сейчас она. Но, это не точно. – Удивил меня родитель.– Впрочем сама знаешь, за ней не угонишься.

– В Москве? И, не позвонила ни разу? Впрочем, она редко когда мне звонит, а я не могу ей дозвонится, она ж, номера, чаще, чем перчатки, меняет, тоже, сам знаешь.

Папа сосредоточенно смотрел на дорогу, мы ехали по родному городу, лето, зелень,знакомые улицы и проспекты. Оказывается я соскучилась по нему, даже не ожидала. Фонтан, такой красивый, на Центральной. Народ гуляет, сегодня выходной, что ли? Да, точно, воскресенье же.

– Знаю, Алин.– Папа вздохнул.-Тётя Груня умерла. Ты же знаешь, у неё, кроме меня нет никого нет, квартира осталась. На себя оформил ине знаю, что делать с ней. Продать, что ли? Как думаешь?

– Когда умерла, почему я не знаю?– Удивилась я.

Тёть Груня, а вернее баб Груня, папина тётя родная по матери. Она была замужем, и даже вроде сын у неё был, но, случилось несчастье с ним. Погиб, короче, утонул вернее, купался летом, нетрезвый, конечно, с другом речку переплыть на спор решили, ну, и оба, на дно пошли. Пока туда-сюда, вытащили, конечно, но поздно. Муж, лет пять назад умер. Так что, сын внуков не оставил, вот папе наверное и квартира досталась.

– Умерла более полугода назад, я вроде звонил тебе. Или нет?

Я отрицательно покачала головой.

– Зачем её продавать? Квартира хорошая, двушка, пап, я не поеду в Москву больше, тут доучусь.

Отец тревожно посмотрел на меня.

– Ладно, дома поговорим, ох, Линка, не нравится мне твоё настроение сегодня.– Покачал головой отец.

Мне и самой не нравится, не то что Вам, Валерий Николаевич, и настроение и здоровье. Ничего есть не могу, постоянная тошнота, вывернула весь желудок. Допереживалась до булимии, то, ем без меры, потом возле унитаза сижу. Выворачивает всю. Перенервничала.

***

– Алина! Привет!

Лена подбежала ко мне, я подхватила сестру на руки, шесть лет девчонке, а такая худенькая. Неужели и я такая была, в её возрасте? Наверное. Не помню.

– Я соскучилась по тебе, почему ты так долго не приезжала?

–Здравствуй, маленькая, я тоже соскучилась, не приезжала, потому, что, училась.– Целовала я её щёчки.

– Мама, Алина приехала.– Крикнула Леночка.

В доме пахло пирогами так аппетитно, аж слюнки у меня потекли.

– Алина, здравствуй.– Лида вышла из кухни, вытирая руки полотенцем.– Мы ждём тебя, пирогов напекли, сейчас пробовать будем.

– Здравствуй Лида, рада вас всех видеть.

Мы обнялись с Лидой, я заплакала.

– Ну,ну. Ты что? Алина?

– Ничего, Лида, растрогалась, что то, сама не знаю, отчего.

А я, и не знаю. Семья, меня встретила с радостью. Единственная моя семья. Мама обо мне, редко вспоминает, всё свою личную жизнь устраивает, не до меня ей. То, замуж она вышла за парня, моложе её на десять лет. Всё боялась, что он бросит её и на меня переключится, поэтому, не взяла к себе, а мне шестнадцать лет было. Очень у неё, хоть немного, пожить хотела. Зачем мне её любовник? Ему двадцать четыре года, а ей тридцать четыре, и мне шестнадцатилетней, её Игорь, взрослым дядей казался. Впрочем, он, всё равно, ушёл от неё, к молодой девчонке.

– Всё, садимся за стол.– Лида поставила тарелки, столовые приборы разложила.

Я сполоснуться в душе успела. Вышла.

– Да, Леночка иди сюда. Это тебе.– Я подала сестрёнке пакет с подарком

– Ой! Платье! Какое красивое. Оно кружится? Сейчас посмотрю, побегу надену!

Мы улыбались, глядя на неё. Она минуты через две прибежала, платье ей в пору было, волан широкий. Девчонка закружилась, подол вокруг неё.

– Оно кружится! Ура! Спасибо Алина!– Сестра обняла меня. Леночка, родная душа.

Когда подарки всем были подарены, мы принялись за пироги. Пироги, Лида пекла отменные и с мясом и с капустой и уплетали, мы их, за обе щёки. Шутки и смех за столом, весёлое настроение у всех, я тоже старалась держаться на уровне, хотя на душе, что называется кошки скребли.

После обеда, папа уехал, Лида сказала мне.

– Иди, отдохни Алина. С дороги, отдохнуть надо. А, ты.– Обратилась она к Лене, иди погуляй, Алина отдохнёт, тогда покажешь ей, книжки свои и игрушки.

– Хорошо мама, мы с Наташкой пойдём на качелях кататься. Пока Алин, пока мама.– Лена убежала, мы улыбаясь смотрели ей вслед.

– Ой!.– Я бегом в туалет, страшная тошнота подкатила к горлу, сорвало два раза. – Плохо, что то мне Лида, в последнее время, перенервничала с этими экзаменами.

– С экзаменами? Тут не экзамены, тут, больше на беременность, похожие симптомы у тебя. Был там, кто-нибудь?– Внимательно посмотрела на меня мачеха. Хотя какая она мачеха, если лучше родной матери.

Я опешила. Сволочь! Мирон, ты, сволочь. Мало того, что посмеялся надо мной, бросил. Ещё и с ребёнком оставил?

– Алин? Не молчи, что с тобой? Вид, прямо скажу, не очень. Несчастливая любовь?– Лида всё поняла без лишних слов.

Я кивнула головой.

– Сейчас в аптеку схожу, тесты куплю. Проверим. Да, не переживай так.

Лида ушла в аптеку, а я, задумалась. Неужели? А, если правда? Что, тогда делать? А?

Ведь, я не нужна Мирону, значит и ребёнок не нужен. Заставит аборт сделать? Нет, только не аборт. Подожди ты, сказала сама себе, может никакого ребёнка и нет, а, ты уж надумала себе, с три короба.

Лида вернулась вскоре.

– Вот держи, иди, все три проверь. Давай Алина, мне не терпется узнать, стану я бабушкой или нет.– Улыбнулась она.

Я вышла из туалета с тремя тестами. Они, все три, с двумя полосками. Вот это, я попала!

Глава 2. Мирон.

– А, я сказал, женишься на Ирэн! Она, нам подходит и по статусу и по всем параметрам.– Матвей Архипович, стукнул кулаком по столу.

Мирон сидел развалившись в кресле, плевал он, на отца и на Ирэн. Нашёл, тоже, невесту. Ирэн. Ирка Боброва. И что, если она в Англии учится? Живёт там с родителями, уже восемь лет и каждый год приезжает. Клеится к нему. Нет, не нравится она мне.

– У меня есть девчонка, я люблю её.– Спокойно сказал я отцу.

Отец насмешливо посмотрел на меня.

– Я тебе говорил, чтобы ты не заводил интрижек? Предупреждал, или нет? Любит он. Кто она вообще, эта девка твоя? Ну ка, напомни. Алина. Валерьевна. Карпова?.

Я с удивлением посмотрел на отца. Вот старый чёрт, всё пронюхал.

–Так вот, завтра скажешь, что у вас всё было несерьёзно, и чтобы она никаких видов на тебя не имела.– Строго, впрочем, отец не умеет иначе.– Женишся на Ирэн и уедешь с ней в Германию. Подумай, они приехать должны скоро, пора сделать ей предложение. Тебе, ещё год учиться, как раз в следующем году, в июне, свадьбу сыграем. И, не возражай!. Этот вопрос решён давно.

– Кем решён? Тобой? Бобровыми? Скажи, она по русски то, говорить умеет? – Спросил я с издёвкой, знал же, что умеет.

– Надо будет, на английском или немецком, общаться будете!– Отец посмотрел на меня с превосходством. – А ты, что, правда думал, на провинциалке жениться?

– И сейчас думаю. Я, люблю Алину, и женюсь на ней.– Прямо таки позлить мне его хотелось.

–Хммм, думаешь, она после вот этого, пойдёт замуж за тебя? -Отец подвинул мне, мой же телефон. – Зайди в группу и видео открой, между прочем, с твоего телефона отправленное.

Я похолодел. Что, там, такое? Боже, это, это… Чёрт возьми! Это, наш с Алиной секс. Выложено с моего телефона. Нет! Нет! Отец, да ты, та ещё сволочь. Играть на чувствах людей? Нет! Алинка, Белоснежка моя. что же делать то, нам?

– Ты. Ты, что наделал? Как ты мог? Отец?

У меня перехватило дыхание. Он с ума сошёл, что ли?

– Сопляк!. Да! Я! Я, поставил в твоей квартире камеру! И, вот результат. Ну? Что, теперь скажешь? В, общем, так, или ты бросаешь её, эту свою девку безродную, или найдёшь за городом, в канаве, с перерезанным горлом! Понятно?!– Выпалил изверг, глядя на меня издевательски.

– Ты и на это способен?– Выдохнул я.

Сноб. Отец, сноб, до мозга костей. Считает себя элитой, на всех смотрит свысока, всё решает за всех. Если не за всех, то за многих.

– Мы избранные в этом мире, пойми, мои предки, князьями были. Мы, элита. Бобровы тоже, и союз с ними необходим, чтобы не терять корни. Рождённый вами ребёнок, будет чистокровный князь, или княгиня. Может и сына и дочь родите. Жизнь большая.

Говорю же, сноб.

– Мать, не из-за этого, от тебя сбежала?– Решил уесть, всё же, его.

– Твоя мать, шлюха! И, девка твоя приблудная, такая же!– Взвизгнул даже, чо же у тебя голос такой, как у кострата.

Что ж, ты орёшь то, так, на всю империю, я не глухой.

– Я тебя предупредил, если хочешь,чтобы она была жива, откажешься завтра же от неё. Понятно?!

– И ты, после этого, элитой тебя считаешь? Высшим обществом? Или, в нём, все такие?

– Не тебе судить. Всё, разговор окончен, можешь идти, и запомни, я всё проверю. Ослушаешься, пеняй на себя, считай,что ты, сам, в смерти своей любимой Алины, виноват. Не забывай, у меня всё под контролем.

– Ты, больной, у тебя мания величия. Ты, психически, больной отец! Такое сотворить, только ненормальные могут, девчонку на весь универ опозорил. Ещё, меня крайним выставил. Не боишься, Боброва узнает и откажется замуж выходить?

– Не откажется. Я, подозреваю, что ты больной.– Отец прищурил один глаз.– С плебейкой связался. Думаешь, если она, перед е....й, на скрипке играет, то интеллигентная? И, что играет? Полонез Огинского.– Отец покачал головой.– До чего дошли отсталые слои населения. К чему идём?

– Не твоё дело!– Выпалил я со злости.– Чего, ты добиваешься?! Чтобы я, как и мать, сбежал?! Деспот! Больше сказать тебе нечего!– Я вышел из кабинета, зашёл в свою комнату и упал на кровать. Лицом в подушку.

Что делать? Алина, девочка моя, что я тебе скажу? Что ты, мне скажешь, когда увидишь позор этот в группе? Кем, сочтёшь меня? Подлецом? Я согласен, только, не я это сделал, это отец, по ходу, хорошо больной, отец, который угрожает смертью тебе, если я не откажусь от тебя. Позор, родной отец опозорил тебя и меня тоже. Прости меня, но я должен это сделать. Должен отречься от тебя. Ради тебя самой же.

На утро, в универе смеху было, Алина подошла ко мне, и я сказал ей такие вещи, за которые прощения нет, за которые в морду бьют, после которых, знать тебя не хотят.

Она ничего не сказала, молча в глаза посмотрела и ушла, больше я с ней не пересекался.

Ломало меня, конкретно, тоска съедала день за днём. Я тосковал по Алине, часто слушал, как она играла полонез, у меня на телефоне запись есть, сердце разрывало на части.

Да. Я её не видел больше. Скоро Ирэн приедет и мне ей предложение предстоит сделать, чёрт с ним с предложением. Свадьба через год только, а год, это всё-таки не мало. Я на Ирэн всё равно не женюсь, получу диплом и сбегу, так же, как и мать, от этого деспота. Он меня опозорил, и я не останусь в долгу.

Когда же сентябрь, хотелось хотя бы издалека увидеть Алину, она на третий перешла курс. Тоска, тоска, скрутила меня, невыносимая. Пошла она эта Ирэн, вместе со своей родословной, "княгиня", тоже мне нашлась.

Приехала "княгиня", с отцом через неделю, в гости мы к ним нагрянули через три дня, после их приезда, впрочем, даже не в гости, а с предложением руки и сердца. Моего сердца, которое болело и любило, но не Ирэн, а мою белоснежку Алину.

– Здравствуйте.– Отец и Владимир Кириллович, отец Ирен, обнялись.– Вот в гости к вам, не помешали?

– Ну-у-у, как вы можете помешать? Мы только рады…– Владимир Кириллович развёл руками.

– Здравствуйте.– Вышли Ирэн и её мама, Тамара Михайловна.

– Здравствуйте.– Отец, прямо-таки, исходил сладкой патокой, а я не проронил ни слова, за что получил недобрый взгляд от него.

Я не обязан лебезить не перед кем, даже, чёрт возьми, перед князьями.

Пока здоровались со всеми, я искал повод, как бы сбежать отсюда. Нет! Жениться на Ирке я не буду, сегодня же соберу сумку, и рвану, куда глаза глядят. Вдруг решил я. Плевать на университет и на всё остальное. Алина? А, если отец выполнит угрозу? Нет, она же из провинции, значит домой на каникулы уехала.

– Может погуляют пока молодые, а мы поговорим?– Предложил отец…

Владимир Кириллович, просиял, понимая к чему всё идёт и согласно кивнул головой.

– Мирон, Ирэн, вы можете погулять пока, в саду, а мы поговорим.

Отец и чета Бобровых, Владимир Кириллович и Тамара Михайловна сели за стол, можно сказать, переговоров, решать нашу с Иркой судьбу.

– Пойдём Мирон.– Пригласила меня Ирка…

Мы вышли в сад, сад надо сказать, шикарный у них, деревья фруктовые, отцвели уже, завязь на них, цветы начинают зацветать, красиво, словами не опишешь, воздух полон аромата.

– Ты, рад? Родители поженить нас хотят, я, не против.

Сказала Ирка, а я против, подумал про себя, вот, что надо мне, девчонка красивая, наверное я нравлюсь ей, богатая. А не лежит у меня к ней душа, и всё.

– Слушай, принеси попить, что нибудь, похолоднее, пить ужасно хочется.

Ирка кивнула головой и пошла в сторону дома, я же дождался пока она зашла, перемахнул через забор, завёл машину и поминай меня, как звали.

Приехал, в спешном порядке собирал вещи, самое необходимое, телефон по дороге выброшу, новый куплю, деньги с карты срочно снять надо. Пока отец не хватился и не заблокировал все карты мои. Всё делал на автомате, лихорадочно, так, вроде всё, пора, самое главное, дкументы на месте, деньги есть, ещё сниму… окинул комнату взглядом, и решительно шагнул за дверь.

Глава 3. Алина.

Что делать? Значит, любовь к Мирону, не прошла даром? Значит, ребёнок остался на память о нём.

– Алин? Что делать будешь?– Лида смотрела на меня с интересом, а я от слёз ничего не видела и от чего они, слёзы эти? С горя или с радости? Сама не поняла.

– Что, ты мне посоветуешь?– Задыхаясь спросила я.

Лида задумалась.

– Это ты сама должна решить, нужен тебе этот ребёнок или нет, завтра к гинекологу поедем, там всё подтвердят, если, то думай. Отцу пока не скажем, считай учёба твоя накрылась, если родить вздумаешь.

На утро мы поехали к гинекологу, и он подтвердил, двухмесячную беременность, боже у меня ребёнок будет от Мирона. Как бы там не было, но он должен знать об этом, позвонить надо.

Разбила весь телефон, но, абонент временно недоступен. Вот и всё, осталась я у разбитого корыта, одна с ребёнком. Потому что я, ни минуты не поколебавшись, решила рожать.

– Пап, а квартира тёткина пустует? Можно я в ней жить буду? В Москву я больше не поеду, учиться, скорее всего, заочно буду. И ещё, я жду ребёнка.

Надо было видеть лицо папы… он минуты две молчал, потом сказал, хорошо, отдал мне ключи… и так я переехала жить в однокомнатную квартиру… провожали меня все… сначала везде пыль вытирали пол мыли, потом чай сели пить.

– Ну, живи, если хочешь, я на работу тебя к себе устрою? А, то, без дела скучно будет.

Отец смотрел на меня с сочувствием, а мне оно не надо, ни от кого, сама в своих делах разберусь.

– Согласна, работать надо, а в моём случае необходимо.

Это на самом деле было так, не бкду же я ждать, когда папа мне деньги перекинет на карту, самой надо о себе заботиться и будущем ребёнке тоже.

– Ладно, завтра поговорю с начальником, сейчас у нас как раз в отдел продаж требуется работник, сначала там придётся потрудиться, а потом видно будет, может найдёшь себе работу и попрестижнее.

– Я согласна, могу завтра же выйти.

А, чего, терять время? Бей грача сгоряча, так говорят, у меня своя семья, пусть, как говорится неполная, но ребёнок скоро будет. А, Мирон? А, что Мирон? Не хочет знать ничего, и не надо. Сама позабочусь и о себе, и о ребёнке. Папа рядом, поможет в случае чего.

– Хорошо, дочь. Завтра я за тобой приеду и поедем вместе устраиваться. Сейчас, начальнику позвоню, предложу твою кандидатуру, если он не против, пусть хоть не официально, но на людях будешь.

Папа поговорил с начальником, тот был не против, так я стала торговать запчастями в автосалоне. Работа, не то чтобы нравилась, но, и не то, чтобы не нравилась, весь день на людях, а это большое дело. За весь день, ноги гудели, но, странное дело, стоило минут десять полежать и усталость как рукой снимало.

Вот и сегодня рухнула на постель, как хорошо. Нирвана. Ой, ну, кто там ещё звонит?

– Алло?

– Линка, привет! Ты, говорят, совсем приехала? Давай встретимся?!– Подруга моя школьная, Наташка Жданова. Вот как у нас с сестрой получилось, у обеих подруги, Наташи.

– Привет, Наташ. Давай встретимся, сможешь приехать ко мне, я одна живу.

Назвала адрес ей.

– Ой, я сейчас с работы и прямо к тебе, чай грей, торт привезу. Поболтаем.

Полная оптимизма, как обычно, подруга, не заставила себя долго ждать.

– Линка! – Наташка обняла меня .– Соскучилась я, ты, что то, совсем нас забыла? Редко дома бываешь. А, что грустная такая? Почему одна здесь? Квартиру снимаешь, что ли?

– Здравствуй Наташ. Нет. не снимаю, это папина квартира и я теперь здесь живу. Насовсем приехала.

– Во, дела!– Удивилась подруга.– А универ, как же? Что то, я тебя не понимаю. Вид не товарный, глаза заплаканы. Линка, ты же самая красивая и умная в нашем классе была. Что с тобой случилось?

Я усадила Наташу за стол, налила чай, она торт порезала, в блюдца по куску положила.

– Всё. Рассказывай…

– Что рассказывать? Сама видишь, не сладкая жизнь у меня, работаю продавцом в автосалоне, доучиваться здесь буду.

– Не сладкая жизнь, говоришь? Вот сейчас, тортиком и под сладим. Ну, а теперь, объясни, чем Москва не угодила?– Спросила Наташка отпивая чай из бокала.

Тут я ей всё рассказала, о своей несчастливой любви.

– Козёл! Пи…юк! В морду ему не шваркнула?– Я отрицательно покачала головой.– Надо бы этим видео, шваркнуть, телефон не пожалела бы, и ещё бы харкнула, чтобы твоими соплями умылся. Ах, па-а-а-скудник. – Растянула последнее слово Наташа.

– Это ещё не всё.– Я посмотрела на подругу, интересно, как она воспримет новость?– Беременная я, Наташка. Вот в чём дело.

Наташка жевать перестала.

– Линка! Счастливая ты. Ребёнок, это хорошо. – Обрадовалась Наташка. – Ему не звонила?

– Кому, ему?

– Ладно, кому? Мирону своему. Он же отец?

– Он. Звонила. Не доступен.– Ответила я.

Наташка пила чай, о чём то думая,потом сказала.

– Ну и чёрт с ним, с этим придурком, не нужна ты ему, значит и он тебе не нужен. Ребёнка вырастишь, у тебя отец хороший и мачеха тоже. Мать то, знаешь где?

– В Москве, по последним данным, так папа сказал, да, какая там мать, я ей не нужна была никогда. Вертлявая, какая-то, всё мужиков богатых ищет, не успокоится никак…

– Да. Тёть Соня, женщина с причудами, если не сказать больше. Странная, ни кто ей, не нужен. Только, сама себе. Ладно, Лин, не пропадём, какой срок у тебя?

– Два с половиной месяца, незаметно пока, но скоро, как говорится, пузо на нос полезет.

– Ладно тебе, радуйся, мамой скоро станешь.

– Радуюсь. Что мы, обо мне всё. Ты то как?…

– Работаю у Петьки Климова на фирме, бухгалтером, учусь заочно на экономиста. Не интересно это.

– Петька Климов? Он же сосед твой? Старше нас, года на четыре. Помню его, красавец такой. Он что же, глава фирмы?,

– Да, строительной. Вместе с отцом, держат фирму. Дела, неплохо идут.– Наташка вздохнула.

– Слушай, я ведь помню, как ты страдала по нему. Любила, а теперь как же?. Он не женат?

– Пока, нет, но его отец сватает за Жанку Иванову. Петька не хочет. Может зря, отец у Жанки, сама знаешь, гостиничным бизнесом занимается.

Интересные новости в городе, впрочем как и везде.

– А, Петя, почему против? Не темни, давай, я тебе всё как есть рассказала, и на откровенность надеюсь. С тобой, мутит?

– Я люблю его, он говорит, что, тоже любит меня. Отец не знает, боюсь узнает, с работы попрёт. Влипла я тоже, по полной, Лин.

– Не попрёт, Петька не позволит, он парень серьёзный. Наташка, я рада за тебя.

Я радовалась за Наташку, Петя не позволит обидеть её. Да, как такую обидеть можно, полная сил и оптимизма девчонка, красивая.

– Ладно Линк, знаешь, Степан Фролов, фирму организовал. Сам, независимо от отца, он в городе первый на авторынке, самый такой, знаешь, надёжный торговец машинами. Где то, они их достают, наверное, кто то, поставляет и продают. Миллионер, по слухам, учится заочно, в Воронеже в Автомобильно-транспортном.

– Молодец одноклассничек, в случае чего, к нему обратимся…– Удивилась я, вот это Стёпка.

– Это верно.– Сказала Наташка.– Молодой и перспективный, он ведь сейчас по слухам с Галькой Зиминой встречается, он со школы любит её.

– Помню, ну, это хорошо, она тоже симпатизировала ему. Дай бог, им счастья.

– Да. Лин, а твой этот Мирон? Он мажор, что ли?

– Мажор, ещё какой мажор, отец у него туз московский, магнат, вот и размажорил, единственного сыночка. Ох, Наташка, не напоминай мне, я и так не могу забыть его, всё думаю, зачем надо было связываться мне с ним? Влюбилась. А, ему, зачем надо было, связываться со мной? Он, знаешь, какой красавец, такой харизматичный, к тому же, разве, мало девок рядом трётся? Вообще-то, так, у нас, хорошо всё с ним было, некоторые, завидовали даже и вдруг Поверить не могла, что это но сделал, но, факты говорят сами за себя.

– Да, что, твои факты? Всё может быть, и не так, как ты думаешь. Есть ухари, перевернут всё с ног на голову и тебя виноватым оставят.

– Не успокаивай ты меня, Наташ, я уже смирилась со всем. Вот, смотри.– Я стала загибать пальцы.– Брошена, раз. Беременная, два. Мать-одиночка, три. Мало? Опозорена, оплёвана, разбита морально. Но, решила жить, не смотря ни на что, и быть счастливой, и поверь, я пробьюсь, поднимусь, ради ребёнка.

– Вот это мне нравится! Вот это я приветствую! Х…й, забей на всех, и выше голову, такое настроение, самое лучшее Линк. Прорвёмся!

Мы долго ещё сидели, из кухни переместились в комнату.

– Скрипка? Линка-а-а, сыграй полонез. Давно тебя не слышала.

Наташка, ну, как отказать тебе? Я, достала скрипку. Взмахнула смычком, и, полилась волшебная мелодия. Прикрыла глаза: вот я плыву по морю, тихо, спокойно и неожиданно попадаю в шторм, меня бросает волна сверху вниз! Борюсь, выплываю и вдруг ветер затихает. Тише, тише, мелкая рябь на воде. Меня потряхивает и я, снова успокаиваюсь, тихо, плавно. Сердце замирает.

Я открыла глаза, Наташка молча смотрела на меня.

– Линка, это волшебно было. Не плачь, всё наладится.– Подруга обняла меня.– Не мы первые, не мы последние.

О, а у меня и правда слёзы из глаз.

– Прости, Наташ, расчувствовалась, просто музыка такая. Сама понимаешь.

– Понимаю. Пора мне, Лин, пойду, а то поздно уже, родители волноваться будут. Пока, теперь мы с тобой, чаще видеться будем.

– Пока Наташ, приезжай не забывай меня, а то я скоро как бегемотик буду. – Улыбнулась я.

– Приеду. Ты, мне только крестника роди.– Шепнула она, как будто кто то нас слышит.

Наташка, я сама ещё не знаю, кого ношу.

Я проводила подругу, прибралась на кухне и прилегла, на душе хорошо стало. Поддержка семьи, много значит, и поддержка подруги, тоже.

Миронов Матвей Архипович.

Сбежал! Сбежал, сопляк! Думаешь, я не найду тебя? Да, я тебя, из под земли достану и на верёвке к Бобровым приволоку. Так, срочно заблокировать карты о, чёрт, он уже успел деньги снять. Ну, всё равно, далеко не уйдёшь, щенок, молоко ещё на губах не обсохло, а туда же, против отца. Отродье тавринское, как не хотел жениться на этой Дине, его мамаши непутёвой, отец заставил. Ну, Мирон, сам напросился. Сядешь у меня, на голодный паёк. Я тебя выучу.

– Алло? Это ты Андрей? Нашёл? – У Матвея Архиповича голос пропал, он шипел в трубку.

– Машина, возле банка стоит, а его, нигде нет. Вокзалы, аэропорты, всё проверил. Чисто.

Матвей Архипович, зарычал от безысходности. Всё. Упустили. Такую мне, сделку сорвал. Бобровы теперь, знать меня не захотят, дочь в слезах в комнате закрылась. Позор, позор мне. Сын, родной сын, подвёл.

Глава 4. Мирон.

– Гони шеф. – Я сел в такси, назвал пригород Москвы, там сестра матери живёт, найду, узнаю, где она, может к ней уеду. К матери родной.

Бомбила, кивнул головой и мы поехали, лихач, ещё хлеще, чем я. Машину свою, оставил у банка, пусть поищут. Найдёт отец, уж теперь, ищеек по следу пустил, их у него много. Но, и я не лыком шит, его же, сын. Обижаться не на кого.

К тётке приехал уже ближе к вечеру, рассчитался с таксистом.

– Мирон? Это ты?– Тётка смотрела на меня удивлённо.– Здравствуй Мирон.– Она обняла меня.

Тётку я раза два видел, когда ещё мать с нами жила, после её исчезновения, отец запретил мне с ней общаться. Орал, нечего с этой породой знаться, они продажные все.

– Да, это я, мне, с Вами, поговорить надо. Здравствуйте, тёть Жень.

– Ох, пойдём в дом, ты голодный наверное.– Спохватилась тётка, и повела мея в дом кормить. А, меня подмывало, как бы отец сюда кого не послал. Он может.

Тётка посадила меня за стол, пока я ел, она молча смотрела на меня, после сказала.

– Какой красавец у Дины вырос.– Тёть Женя вытерла платком глаза.

Я усмехнулся. Вырос, конечно, не буду же я всегда маленьким.

– А, Ваш Максим, где?– Это брат мой двоюродный, тёткин сын.

– В армии служит, колледж железнодорожный окончил и забрали. В, Сарове, сейчас, в учебке, пока. А, что ты, всё по сторонам поглядываешь? Или, тиран, что нибудь, снова натворил?

– Отца, имеешь в виду? Да. Женить меня решил, против воли, а я, ну, собственно сбежал, как и мать.– Усмехнулся в ответ.

– Мать?– Удивилась, тётка.– Мать не сбегала, её Матвей выгнал из дома. Приревновал к кому-то.

Ничего себе, он десять лет, канифолит мне мозги, что моя мать шлюха, сбежала из дома, и что я ей не нужен, а тут такие фактики открываются.

– Где она сейчас? Не знаешь?– Напрямую спросил я. Времени у меня мало.

– Знаю. Она, в Болгарии, с новым мужем. Долго, она тогда в себя приходила. Отец, он ко двору не велел подпускать её. Она и замуж то, только, год назад вышла.Всё с тобой поговорить хотела.

Да. Лажа. Заграница, это не вариант, туда не поеду. Ну, что же, последний шанс, в Волгограде у меня друг есть. Бизнес у него, может и я каким нибудь углом впишусь.

Выждав два дня я сел на поезд, и уехал в неизвестность.

Борис Лапин, встретил меня удивлённо.

– Поп? Ты, правда сбежал из дома? Мне отец твой звонил. Спрашивал, не у меня ли ты?

– А, ты, что сказал?– Усмехнулся я в ответ.

Лапин выглядел удивлённо.

– А, что я мог сказать? Удивился ужасно, ответил, что нет, не приезжал.

Борис посмотрел на меня со всех сторон.

– Что смотришь, Лапа. – Детская кличка друга.– Мне работа нужна, любая, на всё согласен. Если отец, ещё будет звонить, не говори, что я у тебя.

– Не вопрос, и работу найду. Заместителем своим сделаю, мне люди верные нужны. Я не спрашиваю, что у вас там с отцом случилось, не моё дело, если захочешь, сам расскажешь. Понимешь, запара у меня, зам, уехал на родину, а кандидатуру пока не подобрал. Так что, давай ты, заменишь его, работы много будет, сразу говорю. Три гостиницы, четыре ресторана. Это тебе не шутки.

– Понятно, почему зам сбежал, не выдержал нагрузки.– Улыбнулся я.

Борис посмотрел на меня, как то, сочувствующе, что ли.

– После Москвы, не заскучаешь здесь?

– Нет, ты же, не скучаешь и я привыкну.

–Я с родителями приехал. Давно. Хотя, первое время тоже скучал, по Москве, по вам, друзьям-балбесам, а потом привык. Сначала институт, потом, бизнес, работа, вздохнуть некогда. А сейчас, а сейчас, отец практически не бывает здесь, всё на мне. Они, больше отдыхают с матерью.

–Я согласен, а остальное.– Махнул рукой.– Не пятнадцать лет мне, и скучать не по ком, отца моего ты, немного знаешь, поэтому и не спрашиваешь ничего, он женить меня хотел на Ирке Бобровой. Помнишь её?

– Немного помню. Бобровы? Они же, где то, за границей живут?

– Вот именно, отец хотел через него, на заграничный уровень выйти, вернее с немцами ещё сотрудничать, Франции и Италии, ему, мало. А, я, видишь, как подвёл родителя.

– Чем тебе Ирка не понравилась? Женился бы, и проблем никаких.

– Не хочу, не люблю я эту Ирэн. В, общем, в подробности вдаваться не буду. Не сейчас, но когда нибудь, под рюмку расскажу всю историю. Она довольно-таки интересная. Скажи, Борис, сколько денег человеку надо? Я имею в виду отца. Зачем ему эти миллионы?

Лапа пожал плечами.

– Не знаю, Мир, денег ведь, как и водки, много не бывает. Их, всегда не хватает.

Я, покачал головой. Железная логика.

– Хорошо. Вот ключи от служебной квартиры, это пока, там купишь себе, если захочешь, конечно, завтра жду, а сейчас отдыхай иди. Как думаешь, отец будет искать тебя? Не приедет сюда?– Поинтересовался Лапа.

– Вряд ли, первая ярость с него сошла теперь. Да и Бобров такое не простит, он знаться с отцом теперь не будет. Как же, дочку опозорили.

Борис усмехнулся, покачал головой.

– Я всегда думал, что ты послушный сын, а тут такие страсти. Ну, ладно, пусть они, как хотят а у нас свои дела. Всё вернётся на круги своя, и, Матвей Архипович успокоится. Не переживай. Смирится, родитель, никуда он не денется.

Успокоил меня Лапа, он старше меня, женат, дети есть. Понимает, наверное, больше, эту жизнь.

***

Квартира, которую мне любезно предоставил друг, оказалась небольшая, однокомнатная, но довольно-таки уютная. После роскошных палат, я имею в виду дом отца, она мне показалась игрушечной, но, спустя, какое то время, я вполне себе привык. А, что? Так миллионы людей живут, и ничего. Ещё и с детьми.

Первое время вникал, старался всё предусмотреть, работал по двенадцать часов в сутки, старался работой заглушить все мысли, и об Алине, которую любил безумно, и об отце, которого в данный момент ненавидел. Он сломал мне жизнь. Хотя, если вдуматься, у богатых всегда так, женят деток, на ком им выгодно, чувства здесь в счёт не идут. Один чистый расчёт. Одна выгода.

Ночами совсем плохо было. Алина не выходила из головы. Прости меня, Белоснежка. Я не мог поступить иначе, не мог под удар тебя подставить, отец не оставил мне выбора. Иногда она снилась мне, улыбаясь говорила что то, вроде помнил во сне, а утром начисто забывал.

Так и прошло два года, я уже в это время жил в собственной квартире, была у меня постоянная девушка, мы с ней встречались два раза в неделю, у нас, секс без обязательств. Но вот привык к ней как то, иногда думал, может жениться? И, не мог. Не мог я, Белоснежка не отпускала меня. Как она? Замужем, наверное, уже. Где живёт? Звонил однокурснику, сразу как сюда приехал. Он навёл справки и сказал, что Алина учёбу бросила и уехала куда то. Куда, неизвестно, спрашивал он девчонок, её подружек, те пожимали плечами. Не знаем, говорят, может, не говорили, обиделись, за то видео.

Отец позвонил мне совсем недавно.

– Мирон. Здравствуй.

– Здравствуй.– Ответил я коротко и ждал, что он скажет.

Он вздохнул, видно собираясь с мыслями.

– Как дела у тебя? Слышал, ты у Лапина, замом работаешь, не хочешь домой вернуться?

– Нет, что я там не видел? Мне и здесь неплохо. Должность хорошая, зарплата достойная, жить есть где.

Отец помолчал.

– Я женился, Сонечка хочет познакомиться с тобой.

– О-о-о, успехи делаешь. Значит Сонечка? Смотри не вытури её, до моего приезда, так как мать мою. Надумаю познакомиться, приеду, а ты, снова холостой.

– Значит, всё-таки был у Женьки? Она мне сказала, не приезжал.

– Был. Зачем тебе говорить? Ты всё равно, никого не слышишь, кроме себя. Как там Бобров? Всё,ещё хочет меня, зятем видеть? Или передумал?

– Не хочет. Ирэн замуж за Барышова Павла вышла. Он и зла не держит на нас.

Хорошо что вышла, значит меня доставать не будут Бобровы, и к тебе отец ехать не хочу, сиди там с богатством своим, как, Кощей бессмертный, вместе с Сонечкой своей.

– Это хорошо, ну ладно. Дела у меня, может и приеду, не сейчас, только. Да и зачем я тебе? Ты всю жизнь ненавидел и мать, и меня, я для тебя был инструментом для достижения своих целей. Но, вот видишь, как ты обломился с Бобровым? И, теперь хочешь чтобы я приехал. Зачем? Ещё, какую нибудь невесту богатую нашёл? Так вот, я сразу тебе говорю, обломишься и в этот раз.

– Ты не понял меня Мирон, я хочу, чтобы ты возглавил фирму, мне трудно стало. Устаю. Никого я больше тебе искать не буду, живи как хочешь. Квартира Московская за тобой, если, ко мне не хочешь в дом ехать, живи один.

– Подумаю. Что так плохо всё? Со здоровьем? Зачем же, тогда женился? Не боишься оставить Сонечку вдовой?– Не удержался я от яда.

– Со здоровьем неплохо. Просто подумал, пора тебе самому за дела браться. А, женился? Влюбился, потому что. Сонечка, она на пятнадцать лет моложе меня.

– Ого. Тогда понятно, молодая жена, большая ответственность. Надо пылинки сдувать с неё, смотреть за ней, а то уведёт кто нибудь.

– А ты, злой стал, Мирон.

– Злой? Разве не в кого? Ты, сам то, не злой? Ты хоть понимаешь, что жизнь сломал мне?! И, почему я должен быть добр к тебе? Пошёл ты, знаешь куда, вместе с своим бизнесом? Сказать? Ладно промолчу. Катись, ты, со своим богатством, сиди чахни над ним как, Кощей, вместе со своей Сонечкой! – Не выдержал я, сорвался.

Отец молчал, с минуту.

– Прости.– Только и вымолвил, он в ответ. Я аж задохнулся. Отец, прощение просит? Или мне показалось.

– Прости? За такое прощают? Сам, как думаешь?

В дверь постучали.

– Да, входите. Сейчас Артём, минуту.– Сказал я помощнику. И, в трубку отцу.– Всё отец, дела у меня, пока.

– Пока.– Послышалось с того конца провода.

– Мирон Матвеевич, там в гостинице на Рабоче-Крестьянской, ЧП, какое то, звонил директор, просил приехать.

– Едем, Артём, сейчас всё решим.

Начало дня очень насыщенное, впрочем, как и всегда. Пока уладил проблему, клиент попался капризный. То не так, это не этак, пришлось идти на уступки, переселить в самый лучший номер. Номера у нас, все хорошие, но этому туз,у самый лучший нужен. Для таких случаев мы пару, тройку номеров берегли, и ключи от них были только у Лапина и у меня.

В, общем, то, в гостиницу мчу, то, в ресторан. Работаю на износ, за эти два года, я успел заочно окончить универ, получить диплом. в, общем всё у меня шло как надо, только душа моя болела иногда сильно, от безысходности, слёзы на глазах. Тогда, проклятия сыпались на голову отца.

Глава 5. Алина.

Время не стоит на месте, и мы тоже, я привыкла работать продавцом, уставала, да, но это, как то, компенсировало одиночество. На народе целый день, продажа, заказы на запчасти, если таких в наличии нет, пока всё запишешь, запрос отправишь, туда, сюда. Домой приезжаешь и без сил на постель валишься. Я и родила то, практически на работе. Схватки начались, хорошо, что папа поблизости был, отвёз меня в роддом, через десять часов мой маленький Тимошка появился на свет. С рёвом. Мужик!. Такой, маленький мой, мужичок.

Тимоша рос спокойным мальцом, до четырёх месяцев, можно сказать, я и голоса его не слышала. Ел, спал, рос. В полтора года он у меня, уже говорил. Может не поверит кто но это так. Не скажу что хорошо, но я его понимала, хотя вместо пуговичка, он говорил "пугичка", в некоторых словах пропускал буквы, иногда окончания слова, но, вполне понятно. В два года сам владел ложкой, сам на горшке сидел. Самостоятельный малый и всегда, " я сам", нас в два года в садик приняли. Я вышла на работу.

Конечно, частенько болел, ребёнок же, тогда Лида меня выручала и Лена, она вообще обожала Тимошу, а он её. Лена играла с ним и укачивала его в кроватке, когда мне некогда было. Пела песенки колыбельные, дружба у них была всегда крепкая.

Примерно, год спустя мне позвонил Степан Фролов, и предложил поработать у него на фирме. Кто ему номер телефона моего дал? Скорее всего, Наташка подсуетилась. Он предложил мне должность экономиста, я раздумывать не стала, согласилась с ходу. Во первых должность неплохая, зарплата скорее всего раза в два больше будет, чем здесь. Может даже и больше.

– Хорошо Степан, я согласна.– Ответила я.

– Вот и ладненько, не задерживайся там, я договорился, тебя переводом оформят, так что, завтра выходи. Мы сотрудничаем с вашим автосалоном.

На утро я уже сидела в кабинете Степана Юрьевича, он объяснял мне, где, что и как, откуда поступают машины, какова продажа, прибыль и всё прочее.

– Дела, конечно, неплохо идут, но сама понимаешь, машины поступают, через третьи руки к нам, а это лишние расходы. Хорошо бы в Москве партнёров найти, тогда бы вообще прекрасно было, всё-таки из Москвы, сразу сюда. А то, пока в Воронеж их привезут, а там накрутка, только тогда к нам. Ну, ладно, Москва, это в перспективе, а пока, Алинка, работай давай, ты у нас на экономическом училась, веди учёт, экономь. Ты же и юрист ещё? Не, молчи, мне Наташка, подруга твоя сказала. Значит ты, ценный работник, это в наших интересах.

И я экономила, работала, старалась, а как же, такую зарплату, которую платили мне, отрабатывать надо было. Тимоша рос, утром собираю его в садик, он пререкается со мной, Это его, "я сам", везде и всюду. Всё сам, вот такой самостоятельный у меня ребёнок.

– Анна Викторовна сказала, надо самим всё делать учиться, и я учусь.– Анна Викторовна, это воспитательница в садике.

– Это хорошо.– На автомате ответила я, сама ношусь из комнаты в кухню. Проследить надо как одевается сын, и кофе выпить охота.

Тимоша не завтракает, говорит в садике поем. в, общем, спустя двадцать минут мы с ним выходим во двор.

– Мам, а когда Лена к нам приедет? Я соскучился по ней.

– Не знаю, в субботу наверное, она же учится в школе, у неё нет времени. Выходной будет и Лена приедет.

– Ура! Я ей поезд покажу, который ты мне подарила, он красивый, синий а крыша красная.– С ума свели поезда, ребёнка, больше всех игрушек любит их.

Железную дорогу ему давно дедушка купил, так, неделю оторвать Тимошу не могла, так и сидел возле неё, интересно ему, как поезда едут.

Проводив в садик Тимошу, я поспешила на работу.

– Алина Валерьевна, зайдите ко мне. – Степан Юрьевич официально сегодня, значит хорошего ждать нечего. Вздохнула и вошла в кабинет.

– Можно?– Приоткрыла я дверь.

– Заходи, Алин.– Начальник нахмурил брови.– Присаживайся. Как дела у тебя?

– Нормально дела, сын в садике, я на работе.

– Сколько уже ему? Три есть?

– Четыре. Совсем большой, всё сам, меня не подпускает, одевать его не позволяет, и обувать тоже.

– Это хорошо, если самостоятельный. Сколько ты у меня работаешь? Два года уже?

К чему, такие подробности? Сам знает всё, что то здесь не то. Два года работаю, это верно, как время бежит.

– Не знаю Алин, с чего начать. Дело в том, что одна московская фирма, согласилась сотрудничать с нами. Я, так понимаю, мелкая сошка, но, даже это хорошо, товар будет поступать прямо к нам. Насчёт продаж, я не сомневаюсь, отдел маркетинга хорошо работает, экономический тоже.– Степан помолчал немного.– Но, мне нужен человек, который смотреть будет за всеми поставками, и чтобы с той стороны никаких афёр. Так вот, этим человеком будешь ты. Не буду долго задерживать тебя, собирайся, через два дня едешь в Москву. Квартира там у нас есть, служебная… ты знаешь, у нас во многих городах есть квартиры. Садик сыну твоему обеспечу.

Вот тут я взбунтовалась. Как только услышала слово Москва, у меня мозги переклинило, ничего больше не слышала, начала, прямо-таки, ругаться с ним. В, Москву я ехать не хотела категорически, не под каким видом. Ругались с ним, пыль до небес. Но, верх одержал начальник, попререкавшись минут пять с ним, я согласилась. Зарплату, Степан Юрьевич, пообещал хорошую.

Интересно, Тимоша, как к переезду отнесётся?

Тимоша обрадовался, что поедем на поезде, в субботу вечером когда приехали папа, Лида и Лена, он, весь вечер рассказывал, как мы с ним в Москву на поезде поедем. Папа грустный был, жалко ему, что внук уезжает, Тимоша его успокаивал.

– Дедушка, я приезжать буду, ты, только сильно не скучай.

Папа грустно улыбался…

– Бабушке Соне привет там передавай. Тимош, может у нас останешься?

Тимоша посмотрел на него с удивлением.

– Без мамы? Нет, я с мамой поеду. А, бабушка Соня, где она? Она, в Москве?

– Да. Она, встречать вас приедет, а ты ей скажи, дедушка привет передавал.

– Если увижу Соню, передам. Только я не знаю, какая она.– Вздохнул, как взрослый Тимоша.

– Она сама тебя узнает, и маму узнает. – Сказал папа.

– Узнает, да мам?– Спросил меня сын.

– Обязательно узнает, вот увидишь, какая у тебя бабушка Соня, молодая, красивая.

Мама и вправду красивая, лучше бы, не такая красивая была. А, то закружилась со своей красотой, раз пять уже замужем была. Только не живёт ни с кем.

Долго сидели за столом, говорили, Лида, сокрушалась, что я снова в Москву еду, первый раз ничего хорошего там не увидела и сейчас неизвестно что ожидает там.

На утро папа нас отвёз к поезду и мы с Тимошей поехали в Москву, что там ждёт неизвестно, я волновалась, особенно при встречи с мамой, давно не видела её. Как, не обидно мне было, за то, что она, не очень хорошо поступала со мной, а, всё прощала ей. Всё же, мать родная.

Мама встретила нас прямо возле поезда. Как всегда, подтянута, красива. Боже, а шмотки то на ней какие, мне на такие в жизни не заработать.

– Алина? Тебя и не узнать. А, это кто у нас? Здравствуй, Тимофей.

– Я Тимоша, мама меня иногда Тимка зовёт. А, ты кто?– Тимоша во все глаза смотрел на незнакомую тётю.

– А я бабушка Соня, твоя родная бабушка.

– А-а-а. Тогда, тебе дедушка привет передавал.

– Спасибо маленький.– Мама хотела поцеловать его, а он за меня спрятался.

– Нет.– Не любит, сын, обжиматься, тем более с незнакомыми людьми. Он только со мной, обнимается, и с дедушкой, ещё с Леной и Лидой.

– Ну, нет, так нет. Пойдёмте, Алина я с трудом узнала тебя.

С трудом она узнала, подумала я. Как, вообще то, ещё узнала? О, ты посмотри, она на машине какой, да, ещё с шофёром. Ну, надо же. Я, назвала адрес, шофёр скривился, видно далеко ехать, но, ни слова.

Ехали и правда долго, район невзрачный, квартира неплохая. Занесли вещи, мама сказала шофёру, чтобы он подождал минут двадцать.

В квартире всё необходимое есть, электрический чайник, я налила воды, включила, работает. Молодец Степан, наверное клининг вчера был, всё убрано, вымыто. Да, не одна же я здесь, от нашей фирмы работаю.

– Ну, давайте чай попьём.– Достала пакет с продуктами, Лида, пирог нам в дорогу пекла с капустой, мы не доели, вроде не испортился. Нашла в шкафу чайные чашки, налила чай, сели пить.

– А ты, я смотрю хорошо устроилась.

Мама посмотрела на меня удивлённо.

– Я же звонила тебе, говорила, что замуж вышла. Он, богатый, очень богатый. Ты, даже не представляешь себе, насколько.

– Как зовут его? Имя, у твоего богатого, есть? А, то, ты всё, он, да он.

– Матвей Архипович.– Назвала таки, мама, имя-отчество, очередного мужа.

– Матвей Ахрипович.– Повторил Тимоша.

– Архипович.– Поправила его я.

– Да… Ахрипович.

Мама улыбнулась.

– Большой он у тебя какой, и не скажешь, что четыре года. И, красивый, а на тебя не похож. На отца наверное. Слушай Алин, может к нам жить поедете? Матвей не против.

– Не боишься? Что на меня твой Матвей переключится? Помнится, ты этого очень боялась.– Я научилась быть циничной. Жизнь научила, закалила.

– А, ты злая стала, Алин. Не переключится, ему шестьдесят два года.

– Ого, да ты из крайности в крайность. То, на десять лет моложе себя найдёшь, то. На сколько он там тебя старше? Лет на семнадцать? Да, не теряешься.

– Ну, так что скажешь?– Не обращая на мою колкость внимания, спросила мама.

Тимоша убежал в комнату, вместе с пакетом в котором игрушки, пообещав бабушке показать поезда.

– Нет, не согласна я с вами жить, он что же, вдовец? Дети есть?

Мама помолчала немного, будто раздумывая, говорить мне правду или нет. Наконец разродилась.

– Нет, не вдовец, в разводе, жена бывшая в Болгарии живёт. Сын есть, полгода назад приехал, в Волгограде жил. Но, он, ни разу не приезжал к нам, у него квартира своя здесь. Какая то, не ладчина между ним и отцом, я не пойму. Он, иногда очень грубит отцу по телефону, в такие моменты, Матвей хмурым становится, спрашиваю, почему он так с тобой? Помолчит, потом говорит, виноват я перед ним сильно.

– Не женатый что ли сын? Судя по возрасту отца, наверно, и сын не молод.

– Двадцать семь лет, поздний ребёнок у него и да, не женат. Матвей бизнес ему отдал ну, не то чтобы совсем, сам ездит иногда, где подскажет, где проследит.

– Ладно, сами разберутся. Это, дела семейные, нам лезть в них, не надо.– Зачем к богатым лезть, у них, свои причуды.

– Так то, оно так, но, мне жаль Матвея. Мог бы сын и помягче с ним.– Вздохнула мама.

– Ну, если сын так делает, значит и отец не лучше с ним поступил, когда то.– Может, жёстко сказала я, но скорее всего, так оно и есть.

– Возможно, я не спрашивала. Ладно, как там у отца дела? Как они с Лидой живут? Девочка большая, наверное, уже.

– Живут хорошо, Лена в четвёртом классе учится, плакала, мы когда уезжали. Тимошу любит сильно…

–Дети. Что же, ты хочешь?.

Не тебе рассуждать о детях, подумала я, ты и меня то не растила, всё свою личную жизнь устраивала, всё лучше отца искала, ну и нашла старика себе, вот и живи с ним.

– А, ты смотрю со скрипкой своей не расстаёшься. Играешь?– Мама улыбаясь смотрела на меня.

– Играю. Когда на душе паршиво.– Честно ответила я.

– Часто? На душе паршиво, часто бывает?

– Не очень, иногда только.– Вот только, не надо ко мне в душу, глубоко заглядывать. Психолог из тебя, так себе. Я привыкла все свои беды переживать без тебя. Хорошо, что Лида всегда рядом была, не давала пасть духом, за это я ей, до конца жизни благодарна буду.

– Обида у тебя на меня. Я понимаю. Прости, так получилось.

– Какая обида? Может и была в детстве, теперь то уж что. Не обижаюсь я.

– Но и не доверяешь мне, это сразу видно. Сама я виновата.

– Как тебе доверять? Я, вообще никому не доверяю. Не верю, живу как могу и как умею. – Я помолчала.– У меня просьба к тебе будет, если вдруг Тимоша когда приболеет, посидеть с ним.

– С удовольствием. Как с таким парнем не посидеть? Хорошенький такой, умный.

– Он, очень самостоятельный, всё сам делает. В таких случаях, я имею в виду, когда болеет, ему лекарства вовремя давать и кормить, только. В остальном, он сам со всем справляется.

– Мама, бабушка, пойдём посмотрите, как я железную дорогу собрал.– Тимоша прервал наш разговор.

– Ну, пойдём, пойдём.– Мама первая встала из-за стола, и последовала за внуком, я поплелась сзади.

–Вот!– Показал рукой сын.

– Ох, какой молодец! Сам всё сделал?– Спросила мама.

– Сам, меня крёстная научила.

– Крёстная?– Тимоша кивнул головой.– А как твою крёстную зовут?

– Наташа, она мамина подруга и ещё у неё дядя Петя есть.

Мама посмотрела на меня.

– Это Наташа Жданова что ли?– Я кивнула головой.

– Ладно дочь, пойду я, отдыхайте.

Проводив маму я первым делом приняла душ, Тимоша сказал, что вечером мыться будет.

– Тимош нам в магазин надо сходить, купить продукты и ещё много чего, для стирки, для уборки. Пойдём.

– А мне, что-нибудь купим?– Тимоша вопросительно посмотрел на меня.

– Обязательно, паровозик мой маленький

– Я не паровозик маленький, я большой поезд, и не поезд, а машинист, чух-чух.– Смешно выразился сын.– Пародируя стук вагонных колёс.

Из магазина пришли нагруженные, пока сумки разобрали, вещи из дома какие привезли, в шкаф сложили. Время шло.

– Пойдём купаться, Тим, а то спать скоро ложиться.

Купаться сын тоже предпочитал сам, только спинку просил потереть. Даже голову сам мыл, шампунем, глаза закроет и под душ, фыркает, как взрослый мужик. Интересно.

Накупались, поужинали, супом, я уговорила Тимошу, что надо обязательно суп поесть. После дороги. Он согласился. Спустя полчаса лежали с ним в постели.

– Мам, а бабушка Соня ещё приедет к нам?

– Конечно приедет, зайчик мой, соскучится по тебе и приедет.

– Она красивая, да мам? И, пахнет от неё вкусно.

Ещё бы от неё не пахло, чей духи, дороже, чем наша квартира, стоят. Ещё месяц пахнуть ими у нас будет. Вот это, дедок попался бабушке на крючок.

– Да сынок, спи, отдыхай.

– И ты мам отдыхай.– Сын притих и вскоре уснул.

Я позвонила папе, сказала что мы уже на месте, мама встретила нас, до дома довезла и что ей Тимоша понравился очень. Передала привет Лиде и Лене, всё рассказала, папа нам добра пожелал, сказал отдыхайте, и отключился. Надо ещё Наташке позвонить.

– Алло, Линка, это ты, как вы доехали? Тёть Соня встретила?

– Доехали. Встретила. Ой, Наташка, она и правда за богача замуж вышла, шмотки на ней брендовые, духи. Я, впервые с таким ароматом сталкиваюсь, представляешь, на машине приехала, за рулём шофёр. Личный, как я поняла, нас к себе жить звала. Сказала, Матвей приглашал, это её мужа, так зовут. Матвей Архипович.

– А ты, что же, отказалась? Хоть посмотри съезди. Что там за дом? Наверное, огромный особняк.

– Я тоже так думаю, может и съезжу, но не сейчас. Представляешь, ему шестьдесят два года.

– Ни хрена себе! Бабай. – Засмеялась Наташка.– Ну, тёть Соня, ну, молодец. Не теряется.

– Нет. Не теряется, никогда в жизни. Говорит: сын есть у него, не ладит он с ним, вроде виноват, сказал перед сыном сильно.

– Не женат? А то, тоже не теряйся. Или, ты не дочь своей матери?

– Не женат. Нет Наташ, одного москвича хватило. Зачем они мне теперь? И так, с этим мажором пролетела я имею в виду отца Тимки, больше не хочу.

– Ну ладно, не все же козлы, как Мирон. Может и неплохой парень хотя, какой там парень у такого отца старого?

– Двадцать семь, так, мать сказала.

– Во! Линка, самое, то.

– Наташа, перестань. Как сама? Беременность не доставляет неудобств?

– Нет, живота ещё не видно, три месяца всего.Петька меня на руках носит, ходить не даёт.

– Счастливая, привет ему передавай и тебе здоровья.

– Крестник спит? Ему, тоже привет.

– Да, уснул. Хоть и любит поезда, а видно утомился.

– Ладно Лин, отдыхай, звони почаще, пока.

– Пока.

Я отключила телефон и задумалась. Но телефон не хотел отключаться.

– Алло?– Не глядя, кто звонит, сказала я в трубку.

– Алина, как доехали?– Степан Юрьевич, нашёл время для звонка.

– Хорошо доехали. Уже заселились и отдыхаем.

– Хорошо, завтра мальца в садик, там всё решено, адрес скину. Ещё. В, "Вираж", партия машин поступить должна, от них, к нам Так что, всё проверить срочно и с экономической и с юридической стороны. Ты у меня универсал, вот и смотри в оба. Смотри Алинка, я на тебя надеюсь.

– Ну и задал ты мне задачу, Степан. А, если не справлюсь?– Всё-таки, выразила я сомнение.

– Попробуй только, дисквалифицирую. Шучу конечно, справешся, ты у нас, дама сильная.

Да, уж. Давно ли, я такая стала? С тех пор, как опустили меня, как последнюю дуру наивную.

– Сильная? Будешь сильной, когда останешься одна, с ребёнком на руках.

– Ну, оно может, и к лучшему, видишь какая стала ты, а то была то, скромная да тихая. Эх-хе-хе, ладно отдыхай.

Утром собрались с Тимошей, и поехали в садик сначала, пока документы посмотрели, справку из больницы, время шло, наконец то, сын к детям убежал, а я поехала в "Вираж". На метро. Нет, с машиной, вопрос решить надо. Так дело не пойдёт.

Уже шёл одиннадцатый час когда я вошла в офис.

Глава 6. Мирон.

– Мирон, ты что сегодня грустный такой?– Борька интересуется моим настроением. Оно и правда, ни к чёрту, тоска напала какая то.

– Не знаю Борис. Я, наверное, в Москву поеду, надоело всё, отец зовёт, на фирме помогать ему. Там я думаю, не помогать придётся, а скорее всего, заниматься всем подряд. Это он, с Сонечкой своей, отдыхать будет.

– Жаль. Жаль, тебя отпускать, ты у меня правая рука. Вот, где я ещё такого найду? Погрустнел Борис.

– Найдётся, кто-нибудь.– Вздохнул я. – Незаменимых нет, как известно.

– Незаменимых нет, это правда, а вот верных людей мало. Ладно, держать тебя не имею права, оно и верно, как бы там, не обида, а всё-же, отец родной. Езжай.– Борис, достал коньяк, две рюмки.– Давай по маленькой, устал я что то.

– Можно.

Мы выпили по глотку. Борька вздохнул, сказал, поеду, девчонки ждут меня, это жена и две дочки. Теперь уже я вздохнул, а у меня ни жены, ни дочек. Кто виноват? Отец. Пятый год идёт, а я никак Алину не забуду, Белоснежку свою. Нежную, робкую, любимую. Рычал иногда, от тоски по ней, зубами подушку рвал, от безысходности, от осознания того, что не увижу её больше никогда. Как она? Простила ли меня? Не думаю. Может замужем уже, это я не могу ни с кем, после неё, заводить серьёзных отношений. Не хочу. Душа не лежит. Отец, отец, что ты натворил?

Зло на него у меня не проходило. Но, и семейное дело бросать, тоже не вариант, ехать надо, злость можно и подальше спрятать на время, до первого удобного случая. Когда-нибудь, я тебе, всё припомню. Ты, за всё мне ответишь…

Через неделю, я уезжал в Москву, вернее улетал, Борис сам отвёз меня в аэропорт Гумрак, мы попрощались с ним и я снова шагнул в неизвестность. Не то, чтобы я не знал, куда ехал, просто не знал, что меня ждёт там, в Москве.

В квартире моей всё также, как и до отъезда, отец видно клининг вызывал вчера, знал, что приеду, я звонил ему.

Первым делом принял душ, заказал обед и пока ждал, отдохнул немного. После обеда вызвал мастера и сменил замки на двери. Нечего здесь отцу делать, а то ещё, чем-нибудь напакостит. Тщательно проверил наличие камер. Вроде нет нигде, успокоился и сегодня разрешил себе побездельничать.

Только прилёг на диван телефон звонит.

– Мирон? Ты, что? Ты, бросил меня?– Я скривился., подруга звонит Волгоградская, не очень рад её слышать.

– Я уехал совсем, чему ты удивляешься, Оксан? У нас с тобой договорённость. Секс без обязательств. Расставание тоже, как кому нравится, без объяснений и претензий к друг другу. Поэтому я не принимаю упрёков.

– Мог бы, предупредить, вообще то. Я приехала а квартира на замке.– Голос печальный. Или притворяется? Ладно, завтра найдёшь кого-нибудь.

– Прежде чем приезжать, позвонить надо было.– Разозлился я, не пойму на кого, на себя или на неё.

– Сюрприз тебе сделать хотела.– Обиженно послышалось с того конца провода.– Сейчас, ты где?

– Далеко. И я, не люблю сюрпризы. Это ты сама прекрасно знаешь. Всё Оксан, связь наша подошла к концу. Прощай.

Я отключился, слушать слезливые упрёки не намерен. Угораздило связаться. Снова, вспомнил Алину, от неё ни слова упрёка, тогда, не услышал. Девочка моя, вот она, имела полное право упрекнуть меня. Даже лицо в кровь разбить.

Задумался, вроде задремал, снова телефон звонит. Ну, что тебе ещё, Оксана, надо.

– Алло- С закрытыми глазами сказал я.

– Сын? Прилетел?– Отец звонит.

– Да, час назад. – Ничего больше не сказал, даже не поздоровался.

– Хорошо. Завтра жду в офисе, дорогу надеюсь не забыл?– Деловым тоном осведомился он, он всегда деловым тоном со мной говорит, в крайнем случае, насмешливым.

– Я ничего не забыл. Приеду, кстати, машина где моя?– Тоже деловым тоном заговорил. А что? Как он, так и я.

– Завтра шофёр пригонит к дому. В гости приезжай к нам.– Ты смотри, пригласил даже.

– Не знаю. Что я там делать буду? У тебя теперь другая семья. Живите, рад за вас.

– Ну, тогда ладно.

Ладно, у тебя конечно всё ладно. А у меня?…

С такими думами я уснул, проспал порядком, отдохнул, настроение немного вошло в норму. Москва родная, действует успокаивающе, даже как то веселяще. За эти пять почти лет, я не знал, где сейчас друзья. Давно ни с кем не общался, даже номера телефона ни одного нет. По старым звоню, а мне в ответ: абонент недоступен.

На утро был у отца в офисе.

– Здорово отец.– Я пожал руку родителю, изменился. Похудел вроде. Молодая жена соки вытягивает.

– Здравствуй, Мирон.– Отец оглядел меня со всех сторон.– А ты возмужал, крепкий стал.

– Я и был крепкий. Давай к делу ближе. Кем я у тебя здесь "служить" буду? Каким прихвостнем?– Хмыкнул в ответ.

– Ну уж, прихвостнем сразу. Я, тебе весь бизнес, доверить решил. Кому больше? Ты наследник. Садись, сейчас проведу небольшой урок, так сказать, введу в курс дела. Все, заведующие тебе знакомы, директора тоже. Сам знаешь, я людей редко меняю, а эти своё дело знают и отдел маркетинга, и экономический. Ну, что тебе говорить, они подойдут сейчас.

После обязательных, каких то, совещаний и знакомств, хотя многих я давно знаю, я приступил к прямым обязанностям. Работы много, у отца строительный бизнес, поэтому за весь день у меня рубашка на спине мокрая была.

Он сам, целую неделю наставлял меня, знакомил заочно с поставщиками, с объектами строительства, такая мура и морока. Но, хозяин должен всё знать, и стараться, и я старался. Больше пока заняться нечем было, да и возраст к тридцатнику движется, поумнеть пора.

Так началась моя новая московская жизнь, если в Волгограде я улаживал дела в гостиницах и ресторанах, то здесь империя у отца больше. Строительство и в Москве и подмосковье, даже в других городах, но там есть рабочие которые строго следят за строительством. Документы, контракты, договоры, за всем надо смотреть, везде нужен хозяйский глаз, всё проверять и перепроверять. Юристов полно, вроде, на фирме, а всё равно самому посмотреть охота так сказать за процессом. Старался, часто отцу звонил, он либо приезжал сам на фирму, либо по телефону объяснял, что и как сделать.

Недели через три, сам стал справляться, так что в плане фирмы всё нормально было, а личная жизнь не ладилась. Девчат работает у нас много, красавицы как на подбор, а, не лежит душа. Почему? Пора выкинуть Алину из головы, что теперь о ней, у неё своя семья, теперь уже. Или нет?

Я же тогда сказал ей что она мне не ровня, хмуро усмехнулся, дурак. Ты провинциалка. А, я? Да, я, высшее общество, "обчество", снова хмыкнул я, обидел девчонку. Что я ещё, сказать мог? Если, мой больной отец, тебе, Алинка, смертью пригрозил.

– Попов?! Чертяка, да ты в Москве что ли?– Васька Мишин? Ты посмотри представительный какой.– Ну, что онемел, не узнал ?

– Узнал, здравствуй Василий. Ты, не депутат госдумы? Похлеще моего будешь, не то что представительный, а прямо скажешь, президент.

Васька, заржал как конь.

– Да, ты что, я у отца работаю в компании, а ты?!– Васька старался перекричать музыку.

Мы встретились в клубе, когда я, уже уходить собирался. Кругом совсем молоденькие, я решил что не вписываюсь в эту молодёжную тусовку. Только из за столика стал подниматься, он и подошёл ко мне.

– Пойдём выйдем, ничего не слышно, я вообще оглох.

Мы вышли на улицу, ох, потише вроде. Не такая громовень как в клубе.

– Ну, как ты, Мирон? Не поняли мы ничего, из универа ушёл, уехал куда то. Женился сказали и за границу отбыл.– Васька с интересом смотрел на меня.

– Уехал за границу?– Хмыкнул я.– Уехал, это верно, только не за границу, в Волгограде жил, там у Лапы работал.

– У Лапина? Как он? Давно его не видел, наверное солидный стал, он ведь старше нас.

– Старше. Солидный, это верно, женат, две дочери у него.

– Молодец, а я, всё не женат.– Вздохнул Васька.– Райка Манкова кинула меня, за поляка замуж вышла. Сука. – Ругнулся Васька.– Помнишь пан с нами учился? Вот, за этого Яцека и вышла.

– Ничего себе. Я, думал у вас всё решено, а тут новости такие. Яцека помню, высокий блондин.

– Он. Ладно. Ты как? Женат? Помню с девчоночкой со второго курса встречался, забыл как зовут. Не с ней ты? А, то говорили она тоже учиться бросила, или вы вместе бросили и уехали? Там ещё история нехорошая случилась.

– Нет. Не вместе. Порознь.– Вздохнул я, лучше бы ты не напоминал, Васька, рана в сердце кровоточит до сих пор.

– Расскажешь?– Васька вопросительно посмотрел на меня.

– Нет. Не могу. Прости Василий, тяжело вспоминать.

– Понимаю, ну ты не теряйся больше, давай номерами телефонов обменяемся, раз у обоих жизнь не удалась, не сложилась, как хотелось. Может, ещё когда в клубешник завалимся. Никого не присмотрел?

– Нет, молоденькие все какие- то, не дай бог, какая нибудь, малолетка попадётся. Потом не рассчитаешься.

– Ну. Кто ж, сюда малолеток пустит?

– Ой, ладно, сам знаешь, как они сюда пробираются. И на вид, фиг отличишь, ей лет пятнадцать, а выглядит, на все восемнадцать. Так что, уволь. А, ты, что? Подцепил кого-нибудь?

– Ждёт одна, там за столиком, сейчас пойду.– Махнул он рукой в сторону входа.

– Паспорт хоть проверь. А, то влипнешь.– Предупредил его.

Васька засмеялся, кивнул головой.

– Проверю, уговорил.

Мы обменялись номерами телефонов, ещё немного поговорили, он рассказал о своей работе, в книжном издательстве, отец его, глава фирмы, Василий второе лицо, я про свою работу рассказал. И, он зашёл в клуб, а я домой поехал.

Дома снова один, тоска, скоро как отец стану. Одно зло во мне останется. В нём так же была злость одна, пока на Сонечке не женился.

Полгода пролетело как один день. Безрадостный и больше похож на ночь. Сегодня не пойму, что не так с этим партнёром. Капризный какой то, то затраты на строительство ему не нравятся, то квартиры не такие в доме.тцу позвонил

– Да, Мирон.– Тут детский смех послышался, потом, кто то, отца дедушкой назвал. Странно.

– Кто это, у тебя в гостях? С ребёнком. Или, это у Сонечки твоей, голос такой?– Не удержался я, от издёвки.

– Внук Сонечкин, приболел, в садик нельзя. Мать на работе, он у нас.

– Большой?

– Четыре года, интересный такой. Чем то, тебя напомнил. Знаешь, даже, лицом на тебя похож, так же, как ты в детстве, поезда любит, сказал, машинистом работать буду, когда вырасту.

– Наш человек. Ладно, тут у меня накладка по строительству жилого дома. Подъедешь? Не могу с этим заказчиком разговаривать, не пойму, чем недоволен.

– Сейчас буду.

Отец приехал, через полтора часа, уладил все нестыковки.

– Учись соглашаться с заказчиками, и угождать иногда. Пусть прорабы, архитекторы, перепланировку делают, чтобы удовлетворить потребности чересчур капризных, а то к конкурентам уйдут.

– Учту. Стараюсь, этот попался совсем уж неуправляемый. То не так, это не эдак, ладно, всё можешь ехать к внуку, я тут справлюсь сам. Как зовут мальца?

– Тимоша, так представился, меня, то дедушка зовёт, то, Матвей Ахрипович, называет.

Я улыбнулся, интересно посмотреть, что там за фрукт? Если, даже, отец, и то растаял, наверное и правда, интересный.

– Мать, она на работе. Где то по автомобильному бизнесу работает, сама, их под Воронежа, я на праздник пригласил их в гости. Она не хочет. Почему? Не знаю. Может, Соня уговорит.– Вздохнул отец.– И ты, приезжай. Выходные. Восьмого марта, устроить решил знакомство. Я,позвоню ещё тебе, уточню когда. Да, вот ещё что, Ирэн приехала. С мужем разошлась, в гости набивается. Пригласить? Она с отцом приехала.

Я пожал плечами.

– Мне всё равно, я если и приду, то с подругой.– Соврал конечно.– Познакомлю тебя с будущей снохой. Надеюсь не возражаешь?

Отец посмотрел на меня подозрительно, как будто ожидая подвоха.

– Нет. Не возражаю.

– Вот и ладненько.

Отец уехал, а я закрыл глаза, откинулся на спинку кресла, перевёл дух. Оксане, что ли позвонить, чтобы приехала? Или тут, какую нибудь с народного театра нанять, чтобы в роли моей невесты себя попробовала. Надо, отцу свинью подложить, пусть его Сонечка полюбуется и на меня, и на " невесту" мою, заодно. Пусть полюбуется и Ирэн, с папой своим. Эта всё никак не успокоится, забыла и обиду и, как она считал,а позор. Ладно. Всё-таки, надо съездить к отцу. Там малец будет с мамой, познакомиться с сестрёнкой и племянником надо.

Конечно я вполне понимал, что выходка моя с невестой, сплошное ребячество, и отец сразу поймёт что к чему Но, хоть чем то досадить ему, очень хотелось.

Глава 7. Алина.

Да. Офис. Ничего не скажешь, небольшой в два этажа, но, вполне приличный.Вначале я проследовала в кабинет их главного, мне он было плевать на него, и на всех помощников, я не их рабочая, мой непосредственный начальник Степан Фролов, а здесь я просто работаю от его фирмы и зарплату он мне платит.

Игорь Алексеевич, человек молодой, и вполне, видный, заинтересованно посмотрел на меня.

– Так это Вы от Степана Юрьевича?– Спросил он меня.

Я кивнула головой.

– Да, это я, и буду здесь следить за поставками товара, и чтобы никакого обмана, с Вашей стороны, не было.

– Ох, ты! Так таки, Вы думаете, что мы аферисты? Ошибаетесь. У нас серьёзная организация, Алина Валерьевна, и чем то, криминальным мы не занимаемся. Все документы в порядке. И с юридической стороны. Поставки тоже, никакого обмана с нашей, Вы ещё ознакомитесь и с отчётами, и счетами. Мы, Вам, предоставим такую возможность. Но, имейте в виду, что мы, также, следим и за нашими, так сказать, партнёрами-покупателями. Вашему Фролову, это известно. И, строго спрашиваем, если они не выполняют условия договора, потому что, деньги за товар, должны поступать вовремя, в означенные сроки. Иначе, нарушается вся структура.

– Согласна с Вами, Игорь Алексеевич, после такого обмена любезностями, я думаю, мы сработаемся. Надеюсь платежи, Вам поступают вовремя?

– Я, тоже на это надеюсь, конечно, сработаемся. Платежи от вас поступают в срок, приятно иметь дело с такими партнёрами. А, сейчас, можете занять стол в бухгалтерии, для Вас освободили его.

Так и стала я глазами и ушами Фролова, смотрела за поступлениями поставками, даже за оплатой машин, узнавала какие машины более продаются, просила, чтобы к нам их отправляли. Практически на телефоне целый день. На связи со Степаном.

– Степан Юрьевич? Я, вот по какому поводу звоню, мне машина нужна в личное пользование, потому что, до работы, всё-таки далеко ехать.

– Хорошо Алиса, я улажу этот вопрос. Завтра будет у тебя машина.

На утро машину мне предоставили и, одной проблемой меньше стало. Теперь, и в садик и из садика забирала Тимку на машине. Он у меня общительный, быстро сдружился с ровесниками.

– Мама, а я в садике, подружился с мальчиками и девочками. Коля хочет вырасти и работать лётчиком, а Санёк сказал, что космонавтом будет, а я, всем им сказал, что машинистом буду, на поездах ездить. – Тимоша рассказывает мне новости садиковские.

– А они, что сказали?– Спросила я своего маленького машиниста.

– Алла скривилась и говорит: фи. Какая это работа? Я, моделью буду, это круто. И сказала, по чём то там ходить будет. Я не запомнил.

– По подиуму?– Подсказала я ему.

– Да! Так она и сказала, а Ира врачом будет. Ира говорит, выучусь и бабушку свою вылечу. Она болеет часто.

– Молодец, врач, хорошая профессия.– Поддержала я Иру.

– А Виталик сказал, буду как папа продавать айфоны, он у него айфоны продаёт. Мам? А, можно я поиграю в твоем телефоне? Ну, пожалуйста. – Всё таки подвёл, к своей выгоде, разговор Тимоша.

– Только не долго, нельзя долго играть в телефонах.

– Хорошо, мам, а ты мне телефон купишь? Тогда я у тебя просить не буду, в своём играть стану. А, мам?

– Не рано? Тебе только пятый год идёт.

– Ну и что? В садике у всех телефоны есть. И я хочу

Да, придётся купить ребёнку игрушку, раз у всех в садике есть.

Так у нас и шла жизнь московская. Я, на работе, Тимоша в садике, мама к нам приезжала иногда, говорит по внуку соскучилась. Пару раз к себе его брала, ох, как он, мне рассказывал о дедушке Матвее и какой он добрый, и какой умный, а дом у него огромный. Даже второй этаж есть, и сад около дома. Правда в снегу пока, но летом, дедушка говорит, он цветёт красиво. А ещё, мам, тебя он в гости приглашал.

– Некогда мне по гостям ходить, сынок, да, и не хочу я.

– Ты, обиделась на бабушку Соню?

– Нет. Просто не хочу, кстати, дедушка Валера звонил, и привет передавал всем и тебе, а ещё баба Лида, и Лена и сам дедушка, соскучились они по тебе.

– Правда? А ты, от меня привет им передала? Я, тоже соскучился.

–Конечно, передала. Я, тоже, Тимош, по ним скучаю.

Однажды мы с ним долго вечером лежали, он спросил у меня.

– Мам, а папа мой, он где?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.