Марина Мельникова
Когда боги играют

* * *

© Мельникова М. А., 2024

* * *

Всё, что меня не убивает, делает меня сильнее![1]

Глава 1

Марк открыл глаза и снова их закрыл. Он ощущал себя опустошённым сосудом, досуха выпитым и разбитым на мелкие осколки.

«Что это было?!» – спрашивал он себя, мучился, но – безрезультатно. Его мозг завис, как поражённый вирусом компьютер.

Время спустя услужливая память развернула перед ним картину сонного забытья. Как лакмусовая бумажка, опущенная в раствор, в его воспоминаниях начал проявляться ночной кошмар. Его мысленный взор нарисовал нависшего над ним немого и неподвижного идола смерти – существо с головой волка и телом человека. От адского холода, исходящего от запечатлённого образа, волосы встали дыбом и застыла в жилах кровь.

Испуганное шипение заставило Марка стряхнуть оцепенение и скосить глаза на его источник. Старый и оттого ленивый кот, с удивительной для него моложавой прытью бежал от него прочь. Доскочив до закрытой двери и словно неожиданно для себя поняв, что пути отхода заблокированы, он с каким-то ошалевшим видом стал озираться по сторонам.

Прижатые уши и несвойственное кошачьим тявканье, озадачили его гораздо больше, чем восстанавливающийся в памяти ночной кошмар.

– Рыжий, ты что, свихнулся? – обеспокоенно прошептал он.

Кот заметался по комнате, неся разрушение и хаос: сложенные на пуфике вещи были скинуты на пол, следом за ними полетел мобильный, был перевёрнут торшер и разбита ваза. Разгром был остановлен только тогда, когда животное, попав в сети невесомой дымки занавески, будто окаменело.

– Чёрт тебя побери! – психовал Марк, извлекая ополоумевшее животное из западни.

В этот момент раздался звонок в дверь, а следом за ним нетерпеливый стук.

– Сегодня, похоже, не мой… – запнулся он, впопыхах напяливая брюки и прикидывая в уме, сколько сейчас может быть времени.

На пороге стояла нахохленная соседка. Загибая пальцы, она принялась предъявлять ему свои претензии. Судя по её гневному шёпоту, он понял, что до утра – спать и спать.

Последней, брошенной ею фразой было:

– Изверг, кота не мучь!

Марк был настолько под впечатлением ночного кошмара и кошачьего концерта, что против обыкновения не нашёл более пространного выражения, чем:

– Да я…

– Цепочка от буя…

Женщина зло поджала губы и вскинув нос, с чувством выполненного долга, отправилась досыпать. А Марк уже не заснул. Он до утра смотрел в потолок и размышлял о том, какие странные штуки выкидывает порой подсознание.

* * *

– Ты сегодня какой-то не такой, – озадаченно разглядывая Марка, протянула блондинистая секретарша. Её пухлые губки сложились в кислую гримасу. Он взглянул на неё, вернее – сквозь неё – и прошёл в кабинет.

Нина давно и безрезультатно обхаживала босса. В нём притягивало всё: идеальная симметрия лица, магнетическое обаяние, которое увлекало одних и отпугивало других. Радужка его глаз синевато-стального цвета порой казалась неестественно тёмной. Обычно он выглядел с иголочки, будто сошёл со страниц глянцевого журнала. Нет, смотрелся он не субтильным манекенщиком, а спортсменом, у которого каждая мышца была на своём месте.

Этим утром Марк пришёл в офис во вчерашней одежде, да и волосы его были взъерошены. Он будто всю ночь предавался безумной страсти, а после, проспав, наспех оделся и выбежал из дома. Кроме прочего, босс сегодня не был расположен обмениваться традиционными словесными пассами. В его глазах затаилось что-то неуловимо загадочное. Это предположение неприятно резануло по самолюбию Нины.

Охранная фирма Марка Волкова, ещё только набирала обороты. Но благодаря его стараниям уже хорошо финансировалась. Помимо полного сервиса, предоставляемого его компанией жаждущим гражданам, он заключил с сильными мира сего секретный контракт и оказывал им много тайных и оттого дорогих услуг. Такой компании полагался штатный психолог, к помощи которого Марк и решил сегодня прибегнуть.

– Хай, шеф! – позитивно поприветствовал его улыбающийся во все тридцать два зуба коллега-соратник. – Проблемки?

– Да не так, чтобы… – промямлил Марк.

– Итак, – психолог выразительно поднял брови домиком, да так и замер в предвкушении интересной работы.

Марк встал, повернувшись к нему спиной и заведя руки за спину, уставился в окно.

– Мне не нужна ничья помощь, я сильный человек и свои вопросы решаю сам, но… хм, – не оборачиваясь, начал он, – сегодня я пережил странную ночь. Я бы даже сказал, что… – мужчина замялся, словно ему стало стыдно за своё смущение.

– Будь добр, сядь…

– Да, ты прав, – хохотнул Марк, – раньше не приходилось общаться с психологами, Бог миловал.

– Он здесь ни при чём, итак, – повторился Ян, – начинай с самого начала.

– Мне приснился Анубис, даже не приснился… хм, почудился, – Марк произнёс эту фразу на выдохе, словно он жутко устал, – и это было ужасно.

– Ночью мозг, проводя «ревизию», иногда вытаскивает на свет совершенно неожиданные и пугающие сновидения, – Ян развёл руки, – в этом нет ничего сверхъестественного. Но тебя не это же испугало? – и, поняв, что Марк вновь станет делиться ощущениями, не несущими в себе ничего конструктивного, дополнил, – начинай с вечера: где был, что смотрел, что читал, когда лёг и дальше.

– Ночевал я не дома, – сходу ответил он.

– Ну вот, ведь можешь, когда хочешь, – безэмоционально, похвалил его Ян, – это очень существенно. И-и-и?

– Вчера позвонила тётка и попросила после работы покормить кота. Она куда-то срочно отчалила, а животина у неё старая, требующая ухода. Я планировал выполнить гуманитарную миссию и уехать домой. То да сё… задремал на диване, а когда очнулся, было уже поздно. Я ничего не смотрел и ничего не читал… – Марк запнулся, вновь выстраивая в мозгу недавнюю картину событий.

Психолог терпеливо ждал, пока мужчина заговорит вновь. От нечего делать, он начал подсчитывать сколько прошло времени с момента паузы: секунда, минута или больше. Наконец, Марк в бессилии развёл руками.

– Я не знаю, что рассказывать, так как толком ничего не могу вспомнить, кроме ощущения ужаса от нависшей надо мной адской морды. А что он делал: ходил, говорил или просто смотрел, не помню, – Марк вновь развёл руками. – Более того, у меня стойкое ощущение, что это был не сон, а явь. Ещё меня мучает вопрос: почему вдруг кот, как угорелый стал носиться по квартире, словно он прочитал мои мысли и ощутил то же, что и я?

Настала очередь психолога зависнуть в раздумье.

– Мы живём в реальном мире, хм, большую часть своей жизни, – наконец проговорил он и усмехнулся. – Я не верю в существование тварей из сказок или из параллельных вселенных. То, что твоё ночное видение – это всего лишь сон, я уверен на сто процентов.

Марк хотел было возразить, но психолог прервал его жестом.

– Анубис состряпался твоим мозгом из обрывков памяти. Зная твоё увлечение древним Египтом, я могу это утверждать. Сон в непривычном для тебя месте, а именно физический дискомфорт, и спровоцировал кошмар.

– Но как же кот? С ним то что не так? – неожиданно для себя, возмутился босс.

Словно его мозг отказывался принимать утверждение Яна о стопроцентном видéнии.

– Может ты дёрнулся во сне, может вскрикнул? Ведь для этого животного – ты чужой. А вообще, тебе следовало бы отдохнуть – был вынесен вердикт спеца.

Марк облизнул сухим языком пересохшие губы.

– Психолог ты, наверное, хороший, но жаль, что эта наука не занимается непознанным.

– Ты как-то сказал, что многое бы отдал, лишь бы одним глазком посмотреть на уклад жизни древнего царства Египетского? – мужчина многозначительно поднял брови. – Вот и результат!

– Что ты имеешь в виду? – Марк чуть повернулся к нему, но смотрел по-прежнему куда-то в сторону.

– Бойся своих желаний! Только… – Ян замялся, – можно тебя попросить об одолжении, – и заметив настороженный взгляд босса, успокаивающе улыбнулся, – прошу, как друга – не гоняй сегодня на своём байке, хм… пожалуйста. Я ведь тебя знаю не один год и, когда у тебя черти в голове ты сам не свой. Вспомни свой странный девиз…

Марк невольно поднял брови от удивления, но ответил:

– Не знаешь, что делать, выжимай сцепление?

– Вот-вот! Будь благоразумным!..

Глава 2

Клубок запутанных мыслей, как ядовитые змеи, роились в его мозгу.

«С другой стороны, – думал Марк, – если бы ночной гость был бы реальностью, то кот должен был начать беситься гораздо раньше, а не ждать, когда я очухаюсь и испугаюсь».

Эта мысль почему-то вызвала у него улыбку, хотя ситуация была отнюдь не забавной.

Даже сейчас, спустя время, он ловил себя на том, что по спине бегут мурашки – настолько ярко в голове всплывал образ пришельца, будто тот с каждым часом становился всё отчётливей и реальней. Да, это был именно мутант с волчьей головой на человеческом теле, из глазниц которого, как из самого ада, сочился кроваво-красный свет.

И всё же, здравый смысл возобладал, и решительное: «Нет! Этого не может быть!», если не успокоило, то вернуло его из самоанализа в жизнь. День закрутился в делах и заботах, а вот домой ехать Марк не торопился. С вечерней темнотой вернулись сомнения и, как это не парадоксально – страх. Хотя он сам не решался признаться себе в этом.

Он не помнил, как очутился в баре, он не знал, когда заказал крепкого. Отрезок вечера был словно стёрт из его памяти. Напрочь…

В заведении было не много жаждущих выпить. Начало недели не самый подходящий момент для загула. Окинув сидящих, он остановил взгляд на девушке. Незнакомка была странной. Именно слово «странная» почему-то ассоциировалось с ней.

«Не много ли в этих сутках загадочного?» – подумал он, вновь принявшись анализировать эмоции, которые вызвала сидевшая.

«Она совсем обычная – невысокая, стройненькая, с короткой стрижкой и выразительным лицом, но… хм, что-то в ней неуловимо-чужое? Пожалуй, да. Будто угадываешь иностранца в толпе соотечественников. Что с ней не так? Одежда? Балахон какой-то, впрочем, что теперь только не носят. М-да, похоже, я продолжаю разгадывать кроссворд».

Незнакомка тоже разглядывала его с некоторой долей любопытства и скепсиса. Словно почувствовав, что все его мысли теперь заняты ею, она подошла. Марк мысленно поставил ей сто баллов за экстерьер, несмотря на то, что она не соответствовала его вкусу. Светлые, большие глаза незнакомки, словно проникли в мозг и читали его, как открытую книгу. Неизвестно для чего на её висках были наклеены еле заметные прозрачные «пуговки». Наушники – он бы понял, а это что? Она была иной, и от этого ощущения у него вновь внутри всё сжалось. Сейчас он чувствовал злость на себя, а возможно и на неё. Ведь именно она заставила его опять мысленно вернуться в ночь с приведением.

В ответ на фрустрацию Марк встряхнулся и посмотрел на неё с вызовом. Девушка, казалось, этого не заметила или посчитала несущественным.

– Вы кажетесь мне знакомым, – сходу выпалила она.

Интересный акцент уверил его в правильности своих догадок. Однако, вызванное ею смущение, которое он захотел скрыть, заставило его ещё больше распетушиться и ляпнуть:

– Возможно, мы спали… когда-то?

Сейчас ему хотелось, чтобы незнакомка раскраснелась, обозвала его и убежала. Но не тут-то было. Она пожала плечами и спокойно ответила:

– В таком случае, вы сделали всё, чтобы вас забыть.

Так его ещё никто не опускал. Он даже не сразу сообразил, что ответить, а незнакомка продолжила:

– Однако я здесь не для того, чтобы играть с вами в словесный пинг-понг. – Последнее слово она произнесла неестественно, с нажимом, будто робот. Хотя это ему могло и показаться.

– Для чего же в таком случае? – спросил Марк, стараясь держаться, как можно более непринуждённо.

– Давайте пересядем вон туда, – она показала на столик у стены, – там нам никто не помешает.

Крайне заинтригованный он качнул головой и направился вглубь зала, опять поймав себя на том, что в такой глупой ситуации он находится в первый раз в жизни. Когда они разместились на выбранном девушкой месте и бармен, подсуетившись, принёс им коктейли, он спросил:

– Внимательно, хотя… для приличия не помешало бы познакомиться. Меня зовут Марк.

Девушка официально кивнула, словно сидели они не в баре, а на приёме в посольстве.

– Я – Мия, – ответила она без жеманства.

Сейчас в его голове была полная нестыковка происходящего. Он сидел в питейном заведении, рядом с ним красивая девушка с загадочным именем, но ощущение неловкости не только не проходило, а нарастало вместе с нервозностью. Теперь уже ему захотелось уйти отсюда подобру-поздорову и чем раньше, тем лучше.

– Прекрасно, я вас слушаю, – непроизвольно бросив взгляд на часы, проронил он.

– С вами ночью ничего такого не произошло? – с места в карьер взяла она.

Вопрос его крайне удивил, но отвечать на него прямо Марк не собирался.

– Ночью я, как правило, сплю, – он пожал плечами, – что конкретно вам надо знать?

– Инпу! Я почти уверена, что ночью к вам приходил Инпу, – выпалила она и стала озираться, будто испугавшись произнесённого вслух набора букв.

«Я схожу с ума! Как пить дать!» – пронеслось в голове у Марка.

С одной стороны, чужестранка его заинтриговала, с другой – кто она такая, чтобы рассказывать ей о своих видениях?

– О ком идёт речь? – спросил он и скрестил руки на груди.

– Видите ли, в чём дело… – замялась она, – я даже не знаю…

– Ну же! Вы втянули меня в разговор, а теперь не знаете? Кто такой Инпу и для чего он приходит к людям по ночам?

Девушка начала говорить, точно не слыша себя – лихорадочно и сумбурно.

– Вы правы, я не должна была. У меня очень мало времени. Простите. Однако, если вам потребуется помощь, то вот – она быстро протянула ему какую-то карточку, вроде визитки, – хотя ею вы вряд ли сможете воспользоваться, но… всё же… помните о сегодняшней встрече. Поверьте, это в ваших интересах.

– Помощь? Вы о чём?

– Долго пояснять. Единственное, что я могу сказать – не соглашайтесь на инициацию. Когда придёт время, вы вспомните обо мне! Вы понимаете? Нет, вы совсем не понимаете… Ведь это… как же вам объяснить… ведь…

– Сегодня что – вспышки на солнце? – прервал он путаный монолог.

– Вы издеваетесь?

– Обычно нет, а вот щас, не поверите, чистая случайность.

История заруливала в какую-то мистику, становилась всё запутанней и глупее. Марк взъерошил волосы и, криво усмехнувшись, спросил:

– Вы можете взять себя в руки и толком объяснить, что вам от меня надо.

– Не соглашайтесь на инициацию, тем самым вы убьёте в себе бога! Запомните – инициация…

– Я понял! Вы сумасшедшая! – фыркнул Марк.

– Конечно, – грустно улыбнулась девушка.

– Так я и знал!

Он хлопнул себя по коленкам и поднялся.

– Надо выпить! Здесь без пол-литры не разберёшься. Что вам принести?

– На ваше усмотрение, – она махнула рукой.

Марк ей не понравился. В нём всё было слишком: слишком высокий, слишком спортивный, слишком высокомерный, резкий и яркий. При этом, он был таким гармоничным и естественным, что не мог не притягивать, при всей его «слишкости», и ещё он был всё-таки человеком, а не одним из тех… ненавистных…

Когда мужчина вернулся с бокалами горячительного, Мии и след простыл. На столе лежала её визитка, однако в полутьме бара он не смог разглядеть текста. Опомнившись, мужчина бросил деньги на столик и выскочил на улицу, но незнакомки и след простыл.

– Ну почему сегодня всё не так?!

Марк с укором посмотрел на звёздный свод, словно обвиняя небеса в фантастической запутанности его реальности.

– Какой же ты идиот! – на этот раз фраза относилась исключительно к нему. – Ладно, визитка же есть…

Глава 3

Марк вернулся на работу. При свете настольной лампы он долго рассматривал визитку, которая должна была пролить свет на личность Мии. Но ещё больше его запутала.

– Путь в никуда! – сердито воскликнул он, откидывая последнюю.

Визитка была изготовлена из загадочного материала – не бумага, не пластик и не металл. Пластинка была тонкая и в то же время прочная, а надпись – это непрерывная аккуратно выгравированная линия иероглифов.

– Не слишком ли много Египта стало в моей жизни? – прошептал Марк и откинулся на спинку кресла. – Интересно, и как я смог бы ею воспользоваться?

Он почувствовал, как внутри начинает закипать что-то токсичное. В этот момент вспомнился совет Яна: «Если остановить ход мыслей сразу не получается, попробуй „отстраниться“ и наблюдать за их течением будто со стороны». Так он и сделал – позвонил коллеге-безопаснику.

– Не спится? – спросил мужчина на том конце провода, подавив зевоту.

– Слушай Лёш, ты не знаешь, где можно найти переводчика с древнеегипетского?

В душе он понимал, что поздний звонок не решит задачку, подкинутую провидением, но не смог блокировать порыв.

– В час ночи? Ну не зна-аю, – протянул тот. – Если так уж нужно – «Яндекс» в помощь. Может, поможет. А так, то только утром смогу привести тебе знайку из универа. Пойдёт?

Марк вздохнул.

– Ты прав, извини.

– И тебе спокойной, – вздохнул Марк, понимая, что нельзя принудить человека к диалогу, особенно когда он сонный.

Наутро Ян его уже ждал. Привычно подняв брови домиком и расплывшись в ожидающей улыбке, психолог молчал. Так же молча Марк протянул ему визитку.

– Продолжение? – протянул тот, с интересом разглядывая артефакт.

Марк только развёл руками.

– И да, и нет.

– Говори же…

– Да собственно и говорить нечего, кроме того, что я болван. Слушай же…

Мужчина подробно рассказал о своём барном приключении, окончательно понимая, что он во что-то вляпался. Копились вопросы, ответы на которые не спешили находиться, а от одних лишь догадок по поводу преследовавших его странностей по телу пробегала дрожь. В голове – ни единой здравой мысли, кроме той, что нужно что-то держать под контролем. Мыслительный процесс шёл, но это «что-то» не вырисовывалось.

Следующие несколько минут прошли в молчании, каждый обдумывал случившееся. В дверь неожиданно постучали, и в комнату просунулась белобрысая голова начальника службы безопасности Алексея.

– Привёл египетского спеца, – радостно доложил тот и распахнул дверь настежь.

В комнату вошёл тучный пожилой мужчина, а не субтильный очкарик, которого преждевременно нарисовало их воображение. Палеограф начал было расшаркиваться, но его взгляд зацепился за лежащую на столе визитку. Он схватил её дрожащими руками и принялся разглядывать, потом что-то под нос зашептал и полез за блокнотом в портфель. Не сводя с него взгляда, присутствующие замерли.

– Нда-а-а, – протяжно выдохнул учёный, машинально погладив правой рукой бритый затылок, – простите за вопрос – но откуда у вас эта вещица?

Марк бросил на него удивлённо-вопросительный взгляд.

– Вы прочли? Или проблемы?

Пришелец покачал головой.

– Проблемы нет, потому что это вообще нельзя прочесть. Увы, я не могу это сделать, и никто другой не сможет.

Видя непонимающие взгляды, он пояснил:

– Когда речь идёт о даже мёртвом языке, то можно с уверенностью рассчитывать, что найдётся уже известный живой или мёртвый язык, который окажется в родстве, пусть в отдалённом. Но к этим символам такое не применимо, так как задача заведомо не имеет решения.

– Поясните, совсем? – недоумение Марка вырвалось наружу дрогнувшей интонацией.

– Я могу с полной уверенностью сказать, что этот текст не древнеегипетский. По крайней мере, не тот, что мы знаем. Символы очень похожи, но нет. Я сам грешным делом… хм… Понимаете?

Все находящиеся в комнате машинально заёрзали и синхронно закачали головами.

Палеограф полез в карман за платком, чтобы вытереть лоб и выиграть немного времени. Он должен был убедиться в правильности своих выводов.

– Иероглифы не бездумно откуда-то срисованы, – ответил он. – В них можно выделить определённые закономерности. Мне было бы интересно разобраться с этим кроссвордом. Вы позволите забрать вещицу?

– Знаете что, – Марк задумчиво теребил подбородок, – я предлагаю вам сфотографировать артефакт и продолжить его изучать, а мне нужно ещё кое с чем разобраться.

Судя по недовольно поджатым губам спеца этот вариант его не очень устроил, однако других не предлагалось. Достав из заднего кармана брюк телефон, он принялся фотографировать символы. Мужчина вошёл в раж, словно вместо крохотного изделия было многотомное издание.

– Ну, как-то так, – вздохнул он.

– Надеюсь, что вы порадуете нас интересными выводами, – Марк произнёс фразу чересчур официально, – очень на вас рассчитываю.

– Увы, пока ничего не обещаю, но поверьте мне – это очень интересная загадка.

Мужчина раскланялся и побежал её разгадывать. Меж тем Алексей, взяв в руки визитку, вертел её и что-то бурчал себе под нос.

– Что не так? – спросил его Марк.

– Да всё! – буркнул он. – Мне кажется, нужно провести анализ материала, из которого эта штука сделана. Я вроде как видел такие раньше, но не уверен.

– Да ладно…

Алексей хотел было по-дружески ответить в рифму, но только пожал плечами.

– Ладно, как знаешь, – вздохнул он, – моё дело предложить.

– А если они её повредят? – подбородок Марка опять зачесался, напоминая о двухдневной небритости. – Хотя, может ты и прав, только сфотографирую и дерзай. Отвечаешь за неё головой. И результат поскорее, ок?

Безопасник понятливо кивнул и вышел с «ценностью» восвояси.

Глава 4

Марк, сцепив руки за спиной, словно инстинктивно закрыв незащищённую спину, нервно ходил туда-сюда. Ян же, удобно сидя в своём кресле и положив ногу на ногу, провожал и встречал босса взглядом.

– И что ты на всё это теперь скажешь? – наконец родил вопрос Марк.

– Ничего не скажу, – развёл руками тот, – ничего, от слова «совсем». Извини за каламбур. Я не знаю, что происходит. Можно, конечно, пытаться найти всему этому какое-то рациональное объяснение, типа пришельцев, но я воздержусь. Мир мистики и фантастики находится за гранью моего понимания.

– Во-от, а я знал, что мне чудовище не приснилось. Значит ему что-то от меня нужно, и он придёт вновь, – он натянуто улыбнулся.

– Мне кажется, что ты всё-таки сгущаешь краски, – неуверенно ответил Ян.

Глядя на его растерянную физиономию Марк испытал чувство вины за то, что втянул того в «секретные материалы».

– Ладно, расслабься, – буркнул он, – а я пойду, поработаю, что ли…

Когда не хочешь, чтобы день заканчивался быстро – он летит, как угорелый. Ближе к вечеру заскочил Алексей и передал ему визитку и заключение. На бумаге были какие-то формулы и вывод о том, что материал артефакта – неизвестного происхождения. Марк поставил эту загадку на почётное третье место по степени важности.

Его домашний вечер начался с того, что он заказал ресторанную еду и включил ноут. Сейчас занимало всё, что было связано с Анубисом, или Инпу (как оказалось, одного и того же персонажа). Но, кроме того, что он бог-покровитель мёртвых, Марк не обнаружил ничего для себя нового, а вопрос – зачем он приходит к живым, остался открытым.

Час за часом, бороздя просторы интернета, Марк начал успокаиваться. Его идея о мистическом происхождении недавних событий ушла на второй план. Он всё больше склонялся к мысли, что кто-то подстроил ему эту «комедию». И вот с этим нужно было разбираться. Незаметно для себя он перебрался на диван.

«Что там с рыжим? Надо бы тётке позвонить!» – мелькнула в его голове мысль и нырнула обратно со словами: «Может утром?».

Когда первые сновидения уже выползли из его бессознательного, в подкорке возникло лицо Мии. Она словно о чём-то пыталась предупредить. Однако вязкий туман в голове, будто он проглотил сильное снотворное, не дал выбраться из кошмара.

В своём сне он плыл на корабле, его жутко укачивало, а гребцы – не похожие на рабов – все как на подбор крепкие, белокурые и голубоглазые, затянули жуткую песню:

– К тебе обращаюсь, Сын Тёмной Материи,
Властитель Запада, Хранитель Врат Смерти,
Страж Душ, страждущих Обновления.

Пелась она неторопливо, раздумчиво, протяжно:

– О Ты, имеющий Тьму Власти и Власть Тьмы,
Веди меня сквозь Тьму к Свету,
Веди меня сквозь Свет к Тьме!
Я – за Тобой!

Судно было не просто большое, а огромное. Пение мгновенно прекратилось, когда на палубе появился Инпу. Возник из ниоткуда, просто материализовался.

Гребцы по команде кормчего поставили вёсла вертикально вверх и хором прокричали:

– Приветствуем тебя Бог царства мёртвых!

Но тот, не обращая внимания на служивых, подошёл к Марку, и сверху вниз гипнотизировал его взглядом своих красных очей. Вблизи он был гигантом. Марку пришлось запрокинуть голову назад, чтобы рассмотреть его морду. Последняя же была опущена, и монстр тоже с интересом его изучал.

Несмотря на весь ужас, обрушившийся на Марка при ближайшем рассмотрении чудовища, его будоражила мысль – что он ест и как. Крупный череп, мощная челюсть позволяли ему поймать и переломить хребет почти любому существу, будь то антилопа или человек. Однако, эта жуть не вязалась с человеческим туловищем, к которому она была накрепко приделана. Такая крупная по сравнению с телом голова не придавала грациозности, наоборот, вносила дисгармонию в облик пришельца. Он, словно уловив мысли Марка, криво усмехнулся, обнажив клыки слева.

«Тебе о себе бы подумать…» – словно говорили его глаза.

От стойкого ощущения необратимости происходящего и собственной беспомощности Марка замутило. Он понёсся к фальшборту. Но то, что он увидел, опять заставило его впасть в ступор. За бортом не было воды! Они вроде как летели. Вокруг были пушистые облака похожие на взбитые сливки и ни намёка на землю внизу.

«Надо просыпаться! Надо, надо, надо…» – думал он, подхлёстывая агонизирующее подсознание.

Марк вынырнул из сна, как пробка из бутылки, и протяжно вздохнув, поздравил себя с побеждённым кошмаром. Но проведя ладонями по лицу и прогнав остатки забытья, он обнаружил, что находится не дома, а…

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! – он громко позвал того, о ком в обычной жизни старался не упоминать.

Жизнь его катилась куда-то вниз…

Глава 5

– Почему вы решили покончить жизнь самоубийством?

– Мне скучно жить.

– А вы думаете, что самоубийство вас развеселит?

Марк лежал на удобной кровати в аквариуме. Вернее, задняя стенка помещения была не стеклянной. За ней находились «удобства», странные конструкции которых его ввели в ступор, а три оставшиеся стены были прозрачными.

То, что не поддаётся рациональному объяснению, отметается сознанием. Вдруг пришла идея, что над ним кто-то подшутил. Пережитый кошмар преследовал его уже два дня, а сегодняшний апогей должен был сломать его окончательно. Был и другой вариант – шизофрения, паранойя или что-то ещё неожиданно случившееся.

Он несколько раз обошёл место своего заточения, пытаясь найти разумные объяснения, но тщетно. Всё обозримое пространство за периметром его «клетки», напоминало древний храм с расписанными золотом и синью колоннами. Вокруг была тишь да гладь, словно он был единственным живым существом на свете.

– Эй! Здесь есть кто-нибудь?

Он, как человек далёкий от философских рассуждений учёных о перемещениях во времени и пространстве, продолжал строить свои умозаключения, основываясь на логике.

Марк уже начал было прикидывать варианты побега, как посреди аквариума возникла объёмная голографическая фигура. Это было подобие туманно струящегося человека, без лица, без волос, похожего на палку со светящимся костяным набалдашником. На нём были серые одежды с бегающими серебряными и золотыми нитями, а с расставленных в сторону рук стекала, словно занавес, тьма.

– Пока вы спали, я изучило ваш язык, – сказал призрак без предварительных приветствий. – У вас повышен гормон стресса, вам нужно успокоиться.

– Да ладно! – хохотнул Марк. – Меня ведь не каждый день похищают. Лучше скажи, какой же идиот решил так со мной пошутить? Эй, идиот, отзовись!

Все фантастические бредни, которые начали вновь выстраиваться в его мозгу, он отметал, как не имеющие под собой объективную почву. Голограмма молчала, давая узнику выговориться, при этом постоянно покачивалась, словно болталась на виселице под ветром.

– Хорошо, я внимательно слушаю, – смирившись, Марк уселся на кровать. – Так зачем я здесь? Что вам от меня нужно?

Он задавал свои вопросы не призрачной фигуре, а окружающему пространству, поскольку был уверен, что за ним наблюдают, как за белой мышью в лаборатории.

– Мне не даны указания на этот счёт, – ответило оно функциональным, безжизненным и почти механическим по звучанию голосом, в котором чувствовались лишь оттенки интонаций.

– Прекрасно! Тогда для чего здесь ты?

– Моя миссия – обучить вас языку жителей Нехена и посвятить вас в особенности нашего быта, – оно сцепило в замок призрачные пальцы.

– Жителей чего? Нехена? – Марк скривился, а желваки его вздулись.

Оно кивнуло.

– Это где?

Перед пленником возникла голографическая карта звёздного неба. Что это были за созвездия, галактики и миры в них он по понятным причинам знать не мог. Астрономия, космос и прочая белиберда не входили в зону его интересов.

– Нехен вот здесь, на планете Лори, – возвышенно произнесло Оно.

Голографическая планета приблизилась, и Марк, словно на ковре-самолёте, полетел над её поверхностью. Здесь, как и на Земле, были представлены все природные зоны: леса, равнины, переходящие в холмы, холмы в бескрайние степи, а степи в пустыни. Пролетая над одной из них, Марк заметил скопление небольших усечённых пирамид.

– Эти постройки служат для «возвращения» богов, – словно почувствовав немой вопрос, пояснила голограмма.

– Возвращения откуда?

– Оттуда! – оно ткнуло пальцем в небо.

– А я-то думал, что меня уже ничем не удивить, – пробурчал Марк.

Ещё Марк заметил, что некоторые виды животных были очень похожи на земные. Создатели видимо использовали единый банк биоматериалов, и только особенности планеты Лори внесли некоторые коррективы в их созданий.

Это был удивительный край тысяч рек и сотен исключительной красоты гигантских водопадов в сочетании с сочной зеленью джунглей, фруктов-экзотов, лиан и необычных деревьев. Вот он пронёсся мимо пирамид, которые, словно сахарные головки, переливались на солнце.

– Стоп! – приказал он непонятно кому – то ли себе, то ли призраку. – Откуда здесь пирамиды? Чёрт возьми, что это всё значит? – Марк, скрестил руки и шумно выдохнул, пытаясь унять сердцебиение.

– Вы, как и пирамиды, часть нашего мира и принадлежите нашим богам. Там, – Оно, как Пьеро, обескураженно развело руками, – вас быть не должно.

– Час от часу не легче! Какого мира? О чём ты? Говори же… Я объект эксперимента?

– Мне это неведомо.

– Ты сейчас на какой вопрос ответил?

В разгорячённом воображении Марка пронеслась одна картина за другой. И какая из них его пугала, а какая смешила, он ответить не смог бы.

– Это ж надо было так вляпаться?! – рассмеялся он. – Впрочем, какая теперь разница! С каждым твоим словом, родной, жить становится всё веселее и веселее!

Пленник несколько раз обошёл свою комфортабельную тюрьму. А голограмма «смотрела» на него с явным недоумением, слегка склонив свой набалдашник.

– Слушай, а ты можешь меня отсюда выпустить? – спросил Марк безликого.

Это была жалкая попытка покинуть тюрьму, настолько жалкая, что он и не надеялся на её осуществление.

– Я не понимаю ваших вопросов, – получил он ответ.

В механическом голосе пришельца он уловил нотки удивления.

– Ну что тут непонятного? – прошептал пленник. – Ладно, забей!

Он присел на кровать, пытаясь привести мысли в порядок. «Интересно, как давно я здесь нахожусь?»

– Скажи, я буду тут сидеть только до конца моего обучения? – решился уточнить он. – Или меня вынесут отсюда вперёд ногами обученным.

– Я не понимаю ваших вопросов.

Марк поднял глаза к потолку, словно моля всевышнего даровать ему терпение.

– Спросить бы тебя про А и Б, которые сидели на трубе, но ты же задымишься, – махнул рукой Марк.

За каждой его репликой следовала одна и та же фраза. Комп завис.

– Хорошо, успокойся! – строго сказал ему пленник. – Итак, что у нас на первое?

Оно сложило призрачные ручки на груди крест-накрест и словно перезагрузилось.

– Первое – быт.

– Я так и подумал! Что, сильно отличается?

Машина иронию не уловила и ответила стандартно:

– Да.

Ощущение, что он сходит с ума нарастало и мысленно повторяемое слово «дурдом» всплывало после каждого ответа призрака. Ведь если посмотреть на свершившийся факт – он сидит в аквариуме, общается с голограммой и заинтересованно вникает в суть новой реальности.

– Хорошо, начинай уже, с чего-нибудь, – нахмурился Марк.

Пленник понимал, что надо отступить на шаг назад и подождать, когда что-то произойдёт посущественней. Хотя куда более?

– Здесь безотходная жизнь и к этому придётся привыкнуть. Сзади вас находится репликатор… – Оно указало на устройство, похожее на встроенную в стену большую микроволновую печь. – С его помощью можно получить всё, что угодно – и еду, и мебель, и одежду. Кстати, вам нужно переодеться.

Призрак подплыл к устройству и активировал сенсорную панель. Высветившиеся разделы меню радовали изобилием – от обуви до эксклюзивных десертов. По телу Марка побежал красный луч, который буквально просканировал его целиком. В это же время безликий листал меню и «кидал в корзину» требуемое, а после провёл призрачной рукой над знаком «Анкх[2]». Таймер «микроволновки» начал отсчёт, затем, звякнув, сообщил о материализации желаемого.

– Прошу вас, – голограмма указала Марку в сторону прибора, – откройте дверцу и достаньте изготовленное.

Материализовалась лёгкая обувь из мягкой светлой кожи.

– Я сожалею, – искренне сокрушалась голограмма, – репликатор маленький, поэтому придётся потратить некоторое время для получения всего необходимого. Закройте дверцу и активируйте его вновь.

Постепенно всё отобранное компьютером и впрямь начало появляться из ниоткуда. Смотря на возникающие, словно из шляпы иллюзиониста вещи, Марк всё больше и больше убеждался в том, что его судьба странным образом находится в руках высших существ, «приручивших» заквантовый мир. Он почувствовал себя белым папуасом в сверхцивилизованном обществе.

Помимо отсутствующего настроения у него упали давление, сахар и самооценка. До жути захотелось и есть, и разобраться в новом неведомом.

– Как эта штука работает? Только по-простому, а то завернёшь сейчас…

– Прибор просто манипулирует частицами, – казалось, что призрак пожал плечами.

– Действительно – всё так просто и понятно, – не удержался от сарказма Марк, – а суть то в чём?

Голограмма, как человек скрестив руки и слегка склонив безликую голову, словно вновь старалась лучше понять вопрос, зависла на несколько мгновений, а после продолжила, как ни в чём не бывало:

– Разница между стеклом и бутербродом с колбасой, о котором вы сейчас думаете, всего лишь в характеристиках и наборах частиц, из которых они состоят. Этот разнообразный микромир находятся в нанокартридже размером с ваш волос и может использоваться для создания новых объектов бесконечно долго.

Марк почесал в затылке и несколько раз тряхнул головой, как бы стараясь уместить в неё всю информацию. Его мозг категорически отказывался принимать, и тем более анализировать происходящее. Возникло ощущение, что его мысли были липкими, как крылья мухи, угодившие в медовую смертельную ловушку. Но он заставил себя проявить интерес.

– Как же частицы загружают в картридж? – спросил он.

– Этим занимается прибор утилизатор. Он разбирает на наноблоки ненужную материю, из отходов, например, и пакует её.

Призрак ещё долго говорил, и всё, что надо, объяснял, но Марк, казалось, находился в прострации и завис над материальным пространством. Он помнил только то, что после очередного сигнала репликатора вставал и, как сомнамбула, к нему подходил, что-то вытаскивал, а после, проведя рукой над «анкхом», садился вновь.

Наконец-то прибор выдал несколько божественно пахнущих и аппетитных блюд. Уловив запах еды его желудок прыгнул к горлу. Марк ел молча, стараясь отогнать мысль об «отходах», из которых кушанья могли быть произведены. Но почему-то не получалось. Что только не всплывало перед его внутренним взором. Голограмма тоже замерла, будто вслед за ним просматривала занимательный фильм. По покачиванию из стороны в сторону безликого, можно было предположить, что компьютер не согласен с рисуемыми его воображением картинками.

Марк же думал о том, как человеческая жизнь может в одно мгновение превратиться в кошмар со сценарием «Куда кривая вывезет». Сегодня произошло то, чего не могло, и не должно было произойти. Он стал узником в чужом мире, и какие существа его населяют – невозможно даже представить. Землянин горько усмехнулся своим мыслям: «Я – главный клоун в звёздном цирке, хотя… по поводу главного, можно поспорить».

Глава 6

Стресс – это когда с криком просыпаешься и понимаешь, что ещё не уснул.

На высоком потолке храма медленно плыли светящиеся голограммы созвездий, и звучала убаюкивающая музыка, которая не смогла разогнать зловещую тишину вокруг. Заведя руки за голову, Марк лежал без сна, размышляя о себе и анализируя происходящее в его жизни, но сосредоточиться не получалось. Едва одной мысли удавалось закрепиться в его сознании, как тут же её вышвыривала другая.

По просьбе безликого он наклеил на свои виски прозрачные «пуговки», которые, воздействуя на мозг, должны были обучить его языку лорианцев. Совсем, как те, что были на Мии в день их знакомства. Сейчас узник прилагал огромные усилия, пытаясь почувствовать их работу. Однако ничего сверхъестественного не происходило.

Марк поворочался ещё немного и, поняв, что не уснёт, поднялся. Он принялся ходить из угла в угол, стараясь справиться с давившей на него массой впечатлений. В трудные минуты своей жизни он всегда прибегал к такому испытанному средству. В голове прояснилось.

Итак, первое – надо признать тот факт, что он находится не на Земле, как бы фантастично это не звучало, и его похитители – инопланетяне. Второе – его тело не располосовали с целью изучения его внутреннего устройства. Значит, лорианцы знают из чего он состоит и как функционирует, а его органы нужны исключительно ему самому. Это обстоятельство внушало оптимизм. И наконец, третье – введение его в основы жизнедеятельности на этой планете, скорее говорили о заинтересованности в нём хозяев и вероятное знакомство с ними. Однако была и странность, объяснения которой не находились. Фраза: «Вы часть нашего мира», не укладывалась в четвёртый пункт, как её не верти.

Кто-то из великих физиков пришёл к выводу, что всю нашу жизнь можно описать двумя словами: «случайность» и «неизбежность». Что же в его перемещении на планету Лори было случайностью, а что неизбежностью? Когда человек стоит перед дилеммой, можно спросить совета у близких, друзей, можно пойти к авторитетному специалисту в интересующей его области. Сейчас же Марк был один на один со своим кроссвордом. Но скоро, очень скоро всё станет на свои места.

Внезапно раздался резкий, отрывистый свист, будто гигантский хлыст разрезал воздух. Заунывная музыка продолжала действовать на нервы и очень мешала. Марк замер, прислушиваясь к появлению нового вида неопределённости. Страха не было притом, что он оказался заложником обстоятельств. Ведь он не мог никуда бежать, да и бежать ему было некуда. Поэтому подойдя к стеклянной границе своей тюрьмы, узник замер.

В мозгу промелькнули две догадки: сначала он решил, что в храм проникли воры, так как была ночь. Смену дня и ночи он мог видеть благодаря окнам-щелям, вырубленным в голубом куполе. Появляться хозяевам в это время суток было нелогично. Затем ему в голову пришла мысль о гораздо более страшной опасности – может, пришли за ним и отнюдь не доброжелатели?

Чувствуя, что сердце изменило ритм, Марк заставил себя отрешиться от мыслей об угрозах. Словно подчиняясь его воле, музыка затихла, и он вновь услышал, как тишину храма нарушили звуки. На этот раз ошибки быть не могло. Шаги пришельца по мраморным плитам пола гулко отражались от стен. Было ощущение, что в его сторону направляется огромный монстр. Время замедлилось. Новое и неизвестное всегда настораживает. Судьба явно издевалась над Марком, расставляя капканы на каждой тропе.

Он крадучись отошёл от стекла вглубь своей камеры и затаился. Голографические созвездия давали достаточно освещения, и узнику не оставалось ничего другого, как ждать. И он дождался…

В его сторону шёл Анубис или по-местному Инпу. Чудовище приближалось неестественными замедленными шагами, как бы смакуя каждый миг его ужаса. Он шёл, не собираясь останавливаться у стекла аквариума, не видя для себя препятствия. Зубастая морда криво ухмылялась, а глаза-щелки красными огоньками, мерцающими в полумраке, с интересом рассматривали Марка. Как не странно, в его облике он не почувствовал для себя угрозы.

Неожиданно загробный монстр начал трансформироваться – уменьшаться в размерах и обретать человеческие формы. Спецэффект был настолько грандиозным, что Марк неожиданно для себя воскликнул:

– Ты что такое?!

Ответа не последовало.

Трансформация была завершена ровно возле него. Напротив, стоял он сам! На копии был надет золотистый балахон с рунической вышивкой, а на голове красовался широкий обруч, в центре которого был небольшой камень с голубовато-серебристым отливом, подчёркивающий царственный статус пришельца.

Задавая свой вопрос, Марк не обратил внимания на то, что он произнёс фразу на гортанном, обрывистом языке. Осознав это, он поднёс пальцы к вискам и сдёрнул «пуговки». Это действие было рефлекторным и лишённым логики. Ведь мужчина не знал, насколько его мозг справился с освоением нового языка.

Неожиданно ночной гость ответил на мысленную дилемму Марка про «случайность» и «неизбежность»:

– Неизбежность! – подтверждая сказанное, качнул головой тот.

Голос его двойника был эхом его голоса.

– Что тебе от меня надо! – спросил Марк, напряжённо прислушиваясь к звучащим из своих уст звуков.

Но никто не собирался вступать с ним в диалог. Двойник начал исчезать, как бы таять снизу вверх. Последней в воздухе растворилась его голова, и в это же мгновение к ногам Марка упал браслет кафф[3]. Он, опешивший, поднял дорогое украшение, но рассмотреть не успел. Всё вокруг мгновенно осветилось, радостно ожило, словно преображённое, грохнула торжественная музыка, а украшение вновь выскользнуло из его рук, упав на каменную плитку пола.

Из-за колонн появилось торжественное шествие. Впереди шли воины в позолоченной броне с неизвестным, напоминающим томагавки, оружием. Мужчины были высоки ростом, белокуры и голубоглазы. Марк тут же вспомнил примечательных гребцов галеры, увозивших его из реальности. За ними шли две шеренги жриц в одеждах, похожих на индийское сари. Одна шеренга – женщины-смуглянки в зелёных одеждах с необъятно широкими бёдрами и неестественно тонкой талией. Пухлые губы, лица с правильными чертами и тёмные кудри, убранные в причёску нитями жемчуга, заставляли фантазию выдавать довольно приятные картины. Такую увидишь – не сразу забудешь.

Движения их тел вызывали чувственный отклик. Марк с трудом отвёл от них глаза, чтобы рассмотреть девушек в голубом сари в другой шеренге. Они были полной противоположностью первых: европейский цвет кожи, подтянутая атлетическая фигура и высокая грудь, а их лица также поражали уникальной красотой. Сам собой напрашивался вывод об отборе лучших, но среди искусственно созданных генотипов.

Воины остановились и, пропустив вперёд жриц, отошли к дальним колоннам. Засмотревшись на театрализованное представление Марк не заметил, как исчезли стены его темницы. Подошедшая к нему стройная девица, опустилась перед ним на колени, и прежде, чем поднять браслет, беззвучно помолилась. Руки её дрожали, когда она протянула их к вещице, а подняв – быстро передала её стоявшей рядом широкобёдрой. Та тоже замешкалась, но приняла.

В этот момент подошли ещё двое: одна протянула ему проигнорированный им созданный репликатором серебристый балахон, а вторая – обувь, полученную таким же способом.

– Мой господин, – грудным голосом произнесла смуглянка, – мы пришли за вами.

У Марка возникло желание сыронизировать, но натолкнувшись на сногсшибательный взгляд красавицы, он придержал язык.

– Помогите мне… хм, – несколько смутившись, попросил он.

К балахону полагался расшитый иероглифами широкий кушак с кистями, а как его прилаживать поверх надетого «платья» он понятия не имел. Когда же смуглолицая подошла к нему вплотную и почти обняла его, чтобы выровнять пояс, Марк пожалел о своей просьбе. Запах её тела и еле уловимый шлейф ароматного масла вконец выбил из колеи. Он отстранился, пробурчав:

– Дальше я сам.

Девушка потупила глазки.

– Прошу прощения, мой господин, если я причинила вам неудобство!

«Возьми себя в руки!» – подумал он, а вслух произнёс:

– Я вспомнил, что раньше уже завязывал подобные штуки. Так что, спасибо.

После облачения новоиспечённому «господину» с явным облегчением приладили выше его локтя браслет. Девушки так старались избавиться от драгоценности, что не сумели сдержать вздоха облегчения, а после, взяв его в кольцо, двинулись к выходу. Марк заметил, что «тёмные» и «светлые» не перемешиваются, а идут, чётко соблюдая установленный кем-то порядок. И ещё он заметил, что украшение на его руке стало невесомым, словно превратилось в искусное тату, при этом его тело, будто потеряло вес.

Глава 7

Снаружи рассвет был достаточно ярким, красноватым. Округа была засажена деревьями, с которых свисали гроздья необыкновенной красоты соцветий. Они издавали сладковатый неповторимый аромат, который преследовал узника с момента его появления в новой реальности.

От храма, являющегося центром архитектурного ансамбля, лучами расходились вымощенные бело-чёрным мрамором аллеи. Цветущие деревья, посаженные вдоль них, следовали определённому алгоритму, и красная аллея, чередовалась с оранжевой, затем с жёлтой, зелёной, голубой, синей и фиолетовой. Терпкие аккорды запахов и прохладный воздух начали кружить ему голову.

Чтобы переключиться, он сосредоточил свой взгляд на очередной группе воинов и жриц, во главе которых стояли мужчина и женщина в многослойных ярких одеждах. На левых кистях их рук был татуирован знак «Анкх». Холодные янтарные глаза служителей смотрели на него, как на некое бесполое существо, забавное и не лишённое привлекательности.

– Добро пожаловать, избранный! – произнесли они и церемониально склонились в поклоне.

Марк не почувствовал ни капли эмоций – только холодная пустота. На их лицах не было ни капли сожаления о содеянном. Ведь его похитили и притащили непонятно куда, а они ведут себя, как ни в чём не бывало. Марку же хотелось выплеснуть свои эмоции, высказать им всё, что он о них думает, но понимая их абсолютную зависимость от сил более могущественных, чем человек, только спросил:

– Для чего я вам? – в этот момент он видел себя на жертвенном алтаре.

– Что вы, господин! – почти хором воскликнули старшие жрицы, словно прочитав его мысли. – Вас нашёл Инпу и всё, чем владеет он, будет вашим!

– Да ладно, – произнёс Марк привычную фразу и подумал: «В сумасшедшем доме сегодня день открытых дверей», – но мне чужого не надо, тем более от него.

– Вы должны отправиться с нами в «Дом Ка Инпу», где совершится обряд инициации[4], знаменующий ваш переход на новую ступень – ступень «Ка[5]».

Перед его мысленным взором возник образ Мии, а её слова: «… не соглашайтесь на инициацию!» – обрели реальные очертания.

Это воспоминание, как искра обожгло его сознание.

– Должен? Кому? Я конечно в диком восторге от вашего предложения, – проведя рукой по лицу и взъерошив волосы, воскликнул он, – но всё ещё надеюсь на возвращение домой!

Рука с браслетом зверски зачесалась, быть может на нервной почве, и он с удовольствием снял драгоценность.

– Мне кажется, что он мне мал – мужчина протянул вещицу жрице.

Все рядом стоящие с ним с ужасом отпрянули.

– Что вы, господин! Мы не можем взять в руки «Дар Нойте[6]». Он «открывает врата в иной мир»!

– Куда? – усмехнулся Марк. – Всё чудесатее и чудесатее…

Но все вокруг него словно заморозились и молча взирали на «оживший» камень браслета, словно жаждущий свежей крови. Он угрожающе искрил, а его свет слепил глаза. Служители на шаг отступили от Марка.

– Не понимаю! Его уже брали в руки вон те… – он бросил взгляд на толпу перепуганных девушек, но не смог опознать, кто именно. «Тёмные» и «светлые» перемещались.

На лице главной жрицы появилось нечто, напоминавшее улыбку. Она старалась взять себя в руки и сохранить спокойствие.

– Нет, господин, второй раз у них не будет шансов. Им Инпу дал такое разрешение, но не на длительный срок.

– Шансов на что? Вы толком можете объяснить? Ваши загадочные ритуалы мне неведомы! – возмутился он и резко повернулся в сторону скучившихся вояк. Те тоже шарахнулись от него, как от прокажённого.

Служительница подала знак стоящей у входа в храм девушке. Та, кивнув, быстро нырнула в его темноту. Все неловко переминались с ноги на ногу, а главные хозяева попыталась придать своему лицу обычное бесстрастное выражение, но это у них получилось плохо. Наконец показалась засланная под ручку со стариком. Тот был худ, с впалым животом, голый, в одной лишь набедренной повязке. Он еле шёл, опираясь на руку светловолосой. Когда пара приблизилась, старшая его представила:

– Это Кеб. Он давно поселился в храме и молит Инпу забрать его в царство мёртвых.

Старик благоговейно опустился перед Марком на колени и что-то неразборчиво зашептал.

– Мой господин, наденьте Дар Нойте на свою руку и положите её на голову Кеба.

Обращаясь к Марку, жрица произнесла фразу нараспев, словно мантру. Все стоящие от него справа и слева скучились ещё плотнее и тоже что-то зашептали. Но в их глазах проснулся интерес, словно в предвкушении необычного зрелища. Чувствуя неприятный подвох, Марк крутил артефакт в руке, не решаясь использовать его по прямому назначению.

Видя его нерешительность, жрица пояснила:

– Я чувствую ваше сомнение, мой господин, однако Кеб будет счастлив получить желаемое. Помогите ему!

Старик так интенсивно закивал, что все оставшиеся седые вихры на его голове пришли в движение.

– Ну раз он сам этого хочет… – Марк пожал плечами и приблизился к коленопреклонённому.

Когда рука с каффом коснулась старика, что-то в воздухе хлопнуло, и над его головой закрутился вихрь. Счастливые глаза добровольной жертвы буравили небо, а вокруг метались невообразимые цветные вихри. Время, казалось, застыло. Сколько его прошло в этом светопреставлении, Марк не знал. Первый естественный страх, преодолённый усилием воли, уступил любопытству. Старик исчезал. Несмотря на жуткую фантасмагорию, в его глазах не было ни боли, ни страданий. В воздухе повисла гнетущая атмосфера.

Непонимание происходящего Марка жутко нервировало. Предчувствуя очередную реплику своего подопечного, старшая жрица пояснила:

– Кеб ушёл в царство мёртвых, но не переживайте, мой господин, эта лёгкая смерть – милость Инпу!

– Жесть! Что за… штуку я должен носить на руке? Вы издеваетесь? – возмутился Марк и, сняв украшение, бросил его на землю.

– Мой господин! Дар не причинит вам зла. Вы избранный и должны быть единственным на планете его хранителем, – уговаривала его жрица тихо, почти шёпотом, но убедительно, словно боялась спугнуть. – А сейчас нас ждёт наиглавнейшая Кнеф, прошу вас, поднимите браслет, – старшая опустилась перед ним на колени, – кроме вас взять его уже никто не сможет.

– Господи! – в сердцах Марк поднял глаза к небу. – Куда ж ты меня послал?

Поколебавшись несколько мгновений, новоиспечённый «избранный» последовал её просьбе. Он понял, что обладает некой властью над этими людьми. Иначе его просто-напросто скрутили бы и заставили подчиниться.

– Хорошо, – согласился он, – пойду, но сразу вас предупреждаю – никаких ритуалов, пока не ответите на вопрос: «Что я здесь делаю?». Я вам не марионетка, и будьте добры с этим считаться.

Теперь ему хотелось понять, как далеко простираются границы его возможностей. Жрица безмолвно запаниковала. Повисла неловкая пауза. Такой реакции от инородца она точно не ожидала! Жрец же растянул губы в фальшивой улыбке и принялся рассматривать собственные ногти. В данный момент его волновали только они. Толпа неловко переминалась с ноги на ногу.

Служительница некоторое время не поднимала глаз от земли, хотя её осанка оставалось прямой, а после, словно решившись, провела рукой по своей татуировке. Та активировалась, обрела объём, а на её ладони появился сенсорный экран. Женщина быстро набрала текст и, склонив голову, покорно ждала ответа.

Марк тоже невольно замер. То, что он находится в «гостях» у высокотехнологичных инопланетян уже не вызывало сомнений, но что им всем от него надо, в самом деле?!

Старшая, видимо получив ответ, набрала в лёгкие воздуха и гордо возвестила:

– Мой господин! Вы встретитесь с Нойте!

– На чём записать такое счастье? – сыронизировал Марк. – Посмотрим…

Глава 8

А в это время на заправке репликаторов…

Мия ходила по мастерской, как затравленный в клетке зверь. Движение сопротивления, членом которого она была, зашло слишком далеко. Каждый его участник был, вроде апостола, который во имя идеи готов был пойти на любые жертвы. Они отказались от слишком многого, но намечался раскол. Большая часть соратников уже склонялась к тому, чтобы начать мирно сосуществовать с пришельцами, ведь те не делают им ничего плохого, да ещё гарантируют политическую стабильность. Но активное вмешательство правительства в брачно-семейную сферу и запрет на рождение детей «по любви» являлся одним из споров в их партии. Был и другой, главный…

На планете Лори созданное мебторианцами[7] человечество жило с ними бок о бок сотни лет и, как говорит история, бывало всякое. Поначалу пришельцы традиционно пошли по пути делегирования полномочий по управлению созданной расой – «Солнечным», «Пер-аа[8]», «Златым» и прочими избранными. Последние же поручили жрецам выполнять большую часть своих ритуальных обязанностей в озвучивании воли Нойте.

Мудрейшие помогали посетителям храмов понять неясные речения богов и умерших – исходя из движения звёзд, астрологии, астрономии, а высшие жрецы участвовали в управлении государством. Наиболее недовольные и неловкие представители человечества убирались властью имущих с глаз долой, остальные же проявляли почтительность. Всё было чинно и благородно.

Но когда создаётся мир, приходится отвечать за свои ошибки. Фараонам и прочим избранным общение с богами давалось нелегко. Они болели, появлялись физические уродства, передаваемые по наследству приемникам. С каждым поколением мутировавшие гены приводили к развитию скоротечных опухолей, уносивших жизни ещё в младенчестве, а выжившие – передавали уродства своим потомкам.

Гаремы наложниц плодились и размножались, но результат был плачевным. Исправить «сломанные» паталогической биоэнергетикой Создателей гены их созданий – не удалось, как не получилось и произвести нейтральную к сосуществованию с мебторианцами расу существ. Единственное, что смогли пришельцы – это собрать небольшую кучку биологически невосприимчивых к их излучению жрецов. Они и стали немногочисленной «прокладкой» между людьми и богами. Создатели же спрятались за мощными каменными стенами храмов-крепостей. Благоденствие восстановилось.

Однако спустя время вновь начались массовые мутации, перекинувшиеся на население планеты Лори. Ящик Пандоры открылся неожиданно, и почти каждая семья столкнулась с этой напастью. Человечество вымирало.

Чтобы сохранить оставшихся «не поломанных» созданий, у мебторианцев и правящей верхушки созрело единственно возможное решение – полный запрет на «детей любви», отбор генетически здоровых матерей и контроль за рождаемостью. Новорожденные передавались жрецам, и далее на какие рельсы был поставлен процесс их выращивания и оздоровления нации, было известно лишь немногим избранным.

Соратники Мии считали, что изгнание пришельцев с их земли решит глобальную проблему, а дальше естественный отбор сделает своё дело. Ведь нужно что-то разрушить, чтобы потом построить вновь. Однако горстке пришельцев здесь было комфортно, и покидать благодатную планету никто не собирался. Псевдобоги были их Создателями и по праву считали себя хозяевами этого мира.

В комнату Мии вошёл растерянный субъект.

– Здравствуй сестра, – уныло произнёс он, – опять ищешь приключения, слабо совместимые с жизнью?

Внешность его не производила впечатления. Он был небольшого роста, а жиденькие светлые волосёнки были расчёсаны на пробор. Глаза парня были неопределённого цвета и водянистые, подбородок был слишком узок, а уши слишком большие. Судя по внешним несовершенствам, он был «производным любви» и лорианцем без социального статуса.

– Ты знаешь, что твой пессимизм мне не нравится, Горго, – нравоучительно выпалила она.

– Ты замышляешь не просто пакость, а кровавую провокацию, – зло ответил он. – Под раздачу попадут все! Может, начнём уже просто нормально жить?

Мия взвилась. Наконец-то нашёлся повод спустить пар.

– Я считала тебя умнее! Эту беспрецедентную глупость говорит человек вне закона! Тебя должны были уничтожить, но ты живёшь!

– Ты это называешь жизнью? Я урод!

Быстрым движением руки он провёл по глазам, стыдясь своих слёз. Его лицо было искажено от ненависти то ли к ней, то ли к себе.

– Кому сказать спасибо за мою никчемную жизнь? Родителям? Тебе? Твоему сборищу сопротивленцев? И чего вы добиваетесь тоже непонятно. Чтобы рождались такие, как я? А вы нас спросили, хотим мы такой жизни или нет!

Какое занятие самое бессмысленное? Пытаться переубедить женщину.

– То, что ты таким родился – это вина пришельцев! Если бы не они… – воскликнула она.

– То и человечества не было бы, – подхватил несчастный.

– Ты не понимаешь! Пришельцы слепы и глухи к боли своих созданий. Они вредят нам своим присутствием на этой планете. Их надо гнать отсюда! И мы нашли способ! Скоро, очень скоро…

– Хватит вам орать! – воскликнул вошедший в комнату седовласый мужчина. – Под окнами уже толпа зевак собралась.

Глаза Мии горели праведным огнём, а лицо было подобно высеченным из камня бюстам, холодное и неприязненное.

– Ты не понимаешь, отец, я…

– Я знаю, что ты, а теперь послушай меня. Все твои сборища, лозунги и выступления приведут нас к полному краху. Я имею в виду не только исключительно нашу семью. Твоими стараниями Горго отправят в храм Инпу на пожизненную каторгу, где он будет молить Бога безболезненно отправить его в лучший мир. У меня же отберут дело всей моей жизни. Что касается тебя, то даже не знаю. Бессмертные любят охотиться и могут заколоть тебя, как бешеную.

Он устало провёл ладонью по лицу, словно старался снять с него налипшую паутину, и поморщился, как от боли. – Прошу последний раз! Всё! Хватит об этом!

– Ну услышьте меня! – Мию злило, что отец не воспринимает её слова всерьёз.

Он посмотрел на дочь озадаченно, словно убеждаясь в её вменяемости, потом проговорил:

– Я не понимаю твою одержимость этой сектой, она меня даже пугает. Если самой не нужна жизнь, то дай хотя бы жить другим!

Глава 9

У храма…

Когда жрица произнесла магическое слово «Нойте», Марк с внутренним содроганием представил идущего на него Анубиса. У путешественника уже сформировался премерзкий рефлекс на появление этого монстра. Волнение поглотило его с головой, однако мужчина старался сконцентрироваться на конечной цели. Со стороны казалось, что его совсем не волновала предстоящая перспектива – внешне он был спокоен.

Огромный дворец, куда всей толпой его привели, располагался недалеко от храма и больше походил на итальянское палаццо с позолоченной крышей, нежели на обитель богов. Их окружал двор в готическом стиле, а пространство, обрамлённое каменными стенами, пересекалось аркадой с лепниной отнюдь не в стиле древнеегипетских мотивов.

В ответ на скептически поднятую бровь Марка жрица пояснила:

– Это всего лишь иллюзия, хм… что-то вроде голограммы, хотя и не совсем она. Сложно объяснить. Обитель Нойте должна быть построена из монолитных каменных блоков, а здесь так, искусственная красота для услащения эстетических потребностей ваших глаз.

– М-да, я проникся…

Вокруг дворца был разбит обширный парк с десятками статуй и фонтанов. Архитектурный диссонанс – гигантский древнеегипетский храм там и средневековая «иллюзия» здесь – оставил его равнодушным и никак не задел ни эмоционально, ни умственно. Он уже понял, что стал бумажным корабликом, плывущим по воле могущественных волн.

У колонн галереи, сопровождающие его замерли в позах «смирно». Сделав по инерции ещё несколько шагов, Марк остановился и оглянулся. Старшая кивнула, а на её лице светилась успокаивающая улыбка.

Оставаясь на расстоянии, она сказала:

– Господин мой, дальше нам хода нет, – и заметив вопрос в глазах мужчины, добавила, – там вас найдут.

То, что «там» его найдут, Марк не сомневался. Ведь нашли же его на Земле? Не раздумывая больше, он направился ко дворцу. Миновав роскошный вестибюль с «персиковыми» колоннами, он уверенно углубился в лабиринт из удивительных залов, богатство которых поражало воображение. Тишина во дворце действовала угнетающе – давила на него с боков и наваливалась сверху. Пытаясь уловить любой посторонний звук, Марк задержал дыхание и вслушался. Внезапно он услышал чью-то поступь, осторожную, тихую, будто к нему медленно крался хищник. Он инстинктивно отошёл к стене, и напряжённо ждал появления обитателя дворца.

Наконец, у арочной двери показалась огромная кошка, внешне напоминающая снежного барса. Животное шло на него медленно, словно заранее смакуя вкус восхитительного деликатеса. Марк замер. Подойдя к нему вплотную, зверь слегка обтёрся об него боком и чуть его не свалил. Выручила стена за спиной, о которую Марк ударился затылком.

– Откуда ты взялась, киса? – прошептал мужчина, понимая, что в случае чего эта охрана может легко откусить ему руку.

Животное вело себя как обычная домашняя кошка: тёрлось и бодалось головой. Утешало то, что он для хищника в качестве пищи не представлял интереса. Было приятно гладить барса по холёной шёрстке и чувствовать, как напрягаются мышцы зверя под его ладонями.

Неожиданно кошка сделала длинный прыжок в сторону, и с ней начали происходить невероятные метаморфозы. Через долгое мгновение в центре зала стояла необыкновенной красоты девушка в одежде восточной танцовщицы. Лиф из белого шёлка плотно облегал женское тело, делая акцент на груди. Нижняя часть одежды – это белая полупрозрачная юбка, полностью раскрытая на боках и удерживающаяся плетёной драгоценной завязкой на бёдрах. Сильные мышцы играли под гладкой кожей, а русые тяжёлые волосы струились по спине, закручивались в крупные кольца, заставляя выше поднимать горделивую голову. Её ярко-синие раскосые глаза смотрели на него пристально и открыто.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ницше.

Вернуться

2

Анкх – египетский иероглиф, знак бессмертия и вечной жизни.

Вернуться

3

Браслет кафф – украшение, которое можно носить выше локтя.

Вернуться

4

Установление тождественности неизвестного объекта известному на основании совпадения признаков.

Вернуться

5

Двойник. Существо высшего порядка. Олицетворённая жизненная сила, считающаяся божественной.

Вернуться

6

Нойте – Бог.

Вернуться

7

Высокоразвитая раса инопланетян, которых древние народы, как Земли, так и других планет, называли Богами.

Вернуться

8

Фараонам.

Вернуться