Виктория Даркфей
Эротические фантазии провинциального фотографа

Глава 1

Его присутствие ощущалось во всем. Чувства буквально звенели: он здесь, он рядом. И каждый невесомый волосок на теле вздрагивал и покорно склонялся, замирая в ожидании прикосновения. Каждый вдох наполнился его ароматом. Ароматом желания и страсти. В голове помутилось от накативших откровенных фантазий. Его сильные руки властно скользят по плечам и шее и обхватывают затылок, перебирая мягкие кудри. И в каждом движении чувствуется власть и хочется ощутить свою принадлежность ему, признать себя побежденной, и от этого стать еще величественней, чем прежде. Раскрыться, покорно подчиняясь его воле и отдать все, что он потребует…

И вот его руки, словно материализовавшись из ниоткуда, действительно скользят по плечам и шее. Каждое прикосновение жжет словно наждачная бумага, но от этого не больно, а горячо и внутри поднимается нечто почти забытое. Его сильные пальцы нежно зарываются в мои волосы и ласково массируют точки на затылке и шее, заставляя расслабиться окончательно. Все мысли покидают меня, и не остается даже удивления, ведь буквально только что я лишь эфемерно ощущала его, но он уже здесь, он материален, и я чувствую каждое движение.

Его дыхание опаляет мою кожу, и словно разряд проносится по телу. Я вздрагиваю от этой сладкой муки, а его пальцы на миг замирают. И этот миг растягивается в томительном ожидании, когда ты для себя еще не решила, хочешь ли продолжения или нет. Но с каждой секундой куда-то улетучивается благоразумие, и все сильнее проступает дикое желание поддаться искушению, ощутить всю полноту его вкуса, познать его глубину и раствориться в нем без остатка. И тогда я льну к нему, словно умирающая от жажды к источнику. И с удивлением понимаю, что действительно умирала до этого. Медленно и незаметно угасала, теряла себя по крупицам, сама не зная об этом.

Я льну к нему в ожидании ласки, и он понимает, что все оковы окончательно спали, и мы свободны. И его пальцы вновь скользят по моей коже. Очерчивают ключицы и задерживаются в ямочке между ними. А потом медленно, едва касаясь, скользят ниже, и вторит им едва уловимый ветерок его дыхания, что словно разжигает следы прикосновений.

И мне хочется прогнуться, лишь бы он не останавливался, не разрывал контакт. Это почти болезненно, но так приятно. Словно с меня содрали постылую броню, которая уже вся закостенела и совсем перестала пропускать сквозь себя что-либо. А под броней обнаружилась настоящая я, живая и чувственная, готовая к новым открытиям, к неизведанным шагам по непроторенной дорожке.

Я чувствую, что он удовлетворен моей реакцией, но медлит, усмехаясь, и словно наказывает за прежнюю нерешительность. Он тянет, наслаждаясь моим желанием и нетерпеливостью. Но вот он смягчается, из моей груди вырывается невесомый восторженный вздох, когда его пальцы продолжают путь, а неуловимый ветерок сменяется жарким прикосновением его губ. Это похоже на волны, волны наслаждения, что разбегаются по телу от эпицентра – поцелуя.

И теперь все мое тело следит за его губами. За тем, что они вытворяют, что они позволяют себе. А на задворках сознания я чувствую, что и его пальцы не остались без дела, они продолжают изучать дрожащую меня, взращивая то тут, то там небольшие вихри страсти, словно штрихами очерчивая рамки дозволенного, и смело выходя за них.

Это волнует, но больше меня занимают его враз осмелевшие губы. Я бьюсь под этой пыткой, мне хочется одновременно и убежать от него, и потребовать не медлить больше, а скорее удовлетворить вулкан, что он так неосторожно пробудил.

И я слышу свои жалобные вздохи, а мои пальцы зарываются в его волосы, прижимая голову крепче, когда твердые губы смыкаются на сосках и терзают их нещадно, бескомпромиссно, требовательно. Его губы скользят снова вверх, по шее, к мочкам ушей. А руки вдруг снова появляются в поле видимости, и его ладони накрывают полушария грудей. Ведь не может же он оставить такой важный плацдарм – отвоеванные территории не подлежат возврату противнику…

Он гладит их умело, где надо нежно, а где-то сильно, почти грубо, срывая стоны мольбы с моих губ. И мне хочется просить его, умолять, чтобы он прекратил пытку, чтобы взял меня в плен. В вечный плен любви и страсти.

Да я раздавлена. Я уничтожена. Меня больше нет. Моя воля порабощена, и я вся его. Готовая удовлетворить любое желание, отдаться вся без остатка. Лишь бы он взял. Хочу принадлежать ему, скорее почувствовать его внутри себя, подарить ему наслаждение и в ответ получить во сто крат большее.

Он больше не усмехается. Его дыхание больше не спокойно. Оно наполнилось учащенными вздохами, и я чувствую, как трепещут его ноздри, когда прижимаюсь к нему всем телом, когда грудь расплющивается о его грудные мышцы, когда обнимаю его ногами, стремясь скорее притянуть к себе и почувствовать его присутствие там…

Цунами страсти накрывает его с головой, и он больше не хочет продолжать игру в растягивание удовольствия. Сосуд терпения переполнен и уже трещит по швам у нас обоих. Его руки накрывают мои ягодицы, и он властно безапелляционно укладывает меня так, как удобно ему. Я не протестую. Я трепещу от вожделения. Я жду. Я готова.

И он входит в меня, и лавину срывает. А я кричу от острого удовольствия, от счастья. Его член проникает глубоко в мое лоно, он несет в себе всю мощь мужского естества, покрывая меня. И я сейчас просто самка, я двигаюсь навстречу его почти деспотичным толчкам, полностью растворяясь в происходящем…

***

Я проснулась. Немного полежала с закрытыми глазами, приходя в себя. Как всегда, в таких случаях накатила гамма чувств, среди которых очень легко вычленить разочарование и немного отвращения к себе. Я лежала на кровати словно придавленная плитой собственной никчемности. Подниматься совершенно не хотелось.

Но пришлось. Я встала и прошлепала в ванную. Постояла под душем, смывая незваную влагу между ног. Включила ледяную воду, чтобы смыть с кожи память о поцелуях не существующего любовника. Как всегда, с трудом, но у меня получилось. Из душа я вышла гораздо более похожая на человека, чем прежде.

Убрала постель. Приготовила кофе. К концу второй чашки я уже смогла немного поиронизировать над собой. Невольно вспомнился старый анекдот, когда врач спрашивает у пациента: «Как долго вас мучают эротические сны?». А тот ему отвечает: «Ну почему же мучают, доктор?».

Все просто – год без секса. Вот так банально, Фрейд в чистом виде.

Углубляться дальше в проблемы своей личной жизни я не стала. Что есть, то есть. Еще не хватало опуститься в бездну жалости к себе, тем более в такой важный день.

Я быстро переоделась. Часы показали десять утра – самолет через два часа. Собранные со вчерашнего дня сумки терпеливо ждали у двери. Тренькнул телефон – пришло предзаказанное такси. Сердце тревожно заколотилось, словно почуяв надвигающиеся перемены. Я выдохнула, заставляя себя успокоиться – уж сейчас точно еще рано нервничать. Вот вечером – возможно.

Стоя перед зеркалом я натянула шапку, куртку, завязала шарф. Влезла в сапоги. В руку легла гладкая ручка от чемодана. Я еще раз вздохнула и отправилась в путешествие, к которому готовилась последние несколько месяцев.

Такси шустро довезло меня до аэропорта. По пути я наслаждалась снежными декабрьскими пейзажами и думала, что, может быть, подступающий Новый год привнесет столь желанные перемены в мою жизнь. В аэропорту мне еще пришлось дожидаться регистрации, а затем я оказалась в самолете. Перелет прошел спокойно, и вот я уже во Внуково и меня встречает Лана – подруга-коллега, благодаря которой и стала возможна вся моя авантюра.

– Привет, киса! – крикнула еще издалека эта взбалмошная особа и полезла обниматься так, будто мы как минимум были родными сестрами, а не партнерами на выездной фотосессии, куда меня забросила тяга к прекрасному и неуемное желание засветиться в определенных кругах.

И все же я была рада ее видеть. Просто мы так не похожи…

Мы обнялись, и я сказала банальное:

– Ты прекрасно выглядишь! Просто восхитительно!

Лана улыбнулась, бросив грустный взгляд на мою обычную провинциальную куртку и тактично промолчала в ответ. Я ее не виню. Сама ненавижу уже это старье.

– Поехали? – предложила она, и я кивнула.

Мы двинулись на выход, болтая о всякой ерунде. Какие новости, как долетела…

Потом погрузили мой багаж в ее новенький ренжровер и покатили в сторону Москвы. Водила Лана дерзко. Гнала 150, шустро перестраивалась, резво обгоняла. Через полчаса мы были уже около ее дома.

– Тебе надо, как следует отдохнуть, дорогая, – наставляла подруга, когда мы поднимались в лифте высотной многоэтажки. – Обязательно поспать. И поешь сейчас, вечером я тебе не дам объедаться. Потом в салон, я забронировала нам время.

– Да не собиралась я объедаться, – смущенно улыбнулась я. – Мне, наверное, вообще кусок в горло не полезет.

– Ну это ничего, – успокоила меня Лана, выходя из лифта и направляясь в сторону своей квартиры. – Я тебе валерьянки накапаю, а то еще не хватало в обморок хлопнуться при всем высшем обществе.

Подруга открыла дверь и пригласила меня войти. А я подумала, что валерьянкой в моем случае вряд ли можно отделаться. Тут надо что-то посерьезнее.

Квартира у Ланы оказалась шикарная. Просторные разноуровневые комнаты, очень продуманный дизайн, совершенная композиция декора и мебели в стиле минимализма. У Ланы определенно был вкус, и, как фотограф, я его оценила в полной мере.

Мы немного перекусили и поболтали еще, на этот раз о предстоящем вечере. Для меня это было очень волнительно, словно я собиралась на бал из сказки. В какой-то степени так и происходило.

– Располагайся, – гостеприимно предложила мне Лана и показала мою комнату. – И… Маш, у тебя платье есть?

В ее голосе почувствовалось смущение, и за него я ей была признательна. Однако насчет своего наряда на вечер я совершенно не переживала. Несколько месяцев работы на двух работах и шикарное вечернее платье от Carolina Herrera стало моим. Отсюда и ненавистная куртка – пришлось много экономить.

– Есть, – успокоила я Лану. – Обещаю, тебе понравится.

– Вот и замечательно, – расслабилась подруга. – А теперь отдыхай и будь, как дома.

Она отошла, а я осталась наедине со своими мыслями. Часы показывали половину четвертого. У меня оставалось от силы полтора часа на отдых. Перелет, нервы – все это меня утомило. На вечере показываться с усталыми морщинками и бледным видом не хотелось, поэтому я усилием воли заставила себя не думать ни о чем и погрузилась в хрупкую дремоту.

***

Конечно, полноценного сна у меня не получилось, но встала я гораздо более бодрая и готовая к покорению новых вершин.

– Проснулась? – Лана появилась в дверном проеме. – Марш в душ. Через сорок минут нас ждут в салоне красоты.

Я кивнула и шустро юркнула купаться. В груди вновь появилось немного тревожное, но в целом приятное чувство. Я отдраила себе на совесть – так будто месяц не мылась. Это все нервы. И, конечно, потратила слишком много времени.

– Киса, ты еще долго? – забеспокоилась подруга. – Я не верю, что ты настолько грязная…

– Я уже все! – прокричала я из-за двери, костеря себя на все корки. У нас же график. Отдых, душ, салон, вечер.

Я выскочила, потом Лана суматошно сушила мои длинные темно-каштановые волосы, а я натягивала джинсы и удобную рубашку.

– Маша, у тебя очень красивые волосы, – заметила моя гостеприимная приятельница. – Ему должно понравиться.

– Лана… – начала я и умолкла, краснея. А чего я, собственно, хотела?

– Да, брось, – отмахнулась она. – Гордеев мужик видный, я тебя понимаю. Ну а если он не клюнет, подцепишь кого-нибудь другого. С такими милыми кудряшками желающие точно найдутся!

– Лана! – теперь уже возмущенно воскликнула я. – Никого я цеплять не собираюсь. И Гордеева тоже.

Но подруга только коварно-понимающе улыбнулась и протянула мне куртку, но не мою.

– Примерь, мне маловата. Не обижайся, но твоя не годится даже для похода в салон.

Я не обиделась. Я все еще кипела из-за ее намеков. Но с другой стороны, а как все это выглядело на самом деле? Я неплохой пейзажный фотограф. Даже известный в некоторых кругах любителей природы. Мои работы продаются на разнообразных фотобанках, иногда даже с аукциона за неплохие деньги. Ну неплохие это для той провинции, где я с некоторых пор обитала на постоянной основе. А вот для чего-то большего моих заработков явно не хватало. Мне требовалось либо попасть в большой проект, либо найти заинтересованную в моей работе сторону. Вообще моей мечтой была большое путешествие по Сибири. Всегда мечтала узнать ее лучше. Походить вне туристических троп. Увидеть ее настоящую, живую и передать на своих фотографиях. Но для этого требовалась целая экспедиция. Чего уж там говорить, ведь даже до небезызвестных Ленских столбов невозможно добраться если ты не на вездеходе. А что говорить про менее известные места. А еще мне очень не хотелось, чтобы моим последним снимком стала пасть поедающего меня медведя, а ведь это на самом деле произошло с одним моим коллегой. И тут я узнала, что медиа-холдинг «Живая страна» запускает новый проект под названием «Первопроходец», где победители приобретали возможность совершить масштабную работу в рамках проекта. Четыре сессии ждали меня: зимняя, весенняя, летняя и осенняя. Это было то, что нужно! Конечно, я загорелась! Зарегистрировалась, отправила свои работы и стала ждать чуда. Но уже через месяц там было сто участников, и я поняла насколько малы мои шансы. Мне, действительно, требовалось чудо.

И вот тогда мне на помощь пришла Лана, которой я пожаловалась на судьбу. Подруга предложила провести меня на предновогодний благотворительный вечер, где обязательно будет присутствовать Андрей Гордеев – вице-президент «Живой страны». На что я надеялась, соглашаясь? Наверное, это наивно и так провинциально, но я надеялась на красоту своих работ и… улыбки. В работы я верила, их признали сотни покупателей и ценителей прекрасного. В улыбке тоже не приходилось сомневаться. Я не собиралась соблазнять Гордеева, по правде сказать, к своим двадцать восьми годам я так и не научилась это делать. Но мне казалось, что если он увидит меня, какая я милая, красивая, умная и талантливая, он обязательно растает и включит меня в столь желанный проект. Он просто не сможет удержаться. Наивно. Я знаю. Но на большее я готова не была.

Отсюда и намеки Ланы. Поверить, что я собираюсь очаровать медиа магната при помощи одной только улыбки столичная штучка была просто не способна.

Я натянула новую куртку приятного фисташкового цвета, и мы вышли из квартиры. В салон поехали на машине Ланы.

Место, куда она привела меня, оказалось выше всяких похвал. Шикарное и дорогое. Здесь последовала программа по уходу за кожей и волосами, эпиляция всех приличных и неприличных мест (тут я сопротивлялась, но Лана осталась непреклонна, тая коварную искру в глубине прекрасных карих глаз), маникюр, педикюр, массаж, а потом укладка и макияж. Последний я настояла сделать как можно более натуральным. Никогда не любила ходить с нарисованным лицом. Мне и мое собственное нравится. Через два часа мы вернулись домой, чтобы переодеться и отправиться на долгожданный бал.

Мы с Ланой помогали друг другу одеваться. Она выбрала длинное платье в пол цвета слоновой кости с открытыми плечами. Оно идеально гармонировало с ее гладкими светлыми волосами и томными карими глазами. Дополнила наряд она парой гладких браслетов и длинными серьгами.

Потом пришла моя очередь. В салоне я подробно описала свое платье и мне сделали замысловатую прическу, которая с виду выглядела как очень красиво перекинутые на правое плечо волосы. Кудри мне кое-где подраспрямили, где-то уложили и закрепили. В общем волосы смотрелись естественно и очень красиво. Мне понравилось. И с платьем прическа сочеталась замечательно. Открытая почти до неприличия спина наряда таковой и осталась, показывая изящество линий моего тела. Очень соблазнительно. Длинное платье подчеркивало фигуру и мягко мерцало, когда я двигалась. Получилось со вкусом. И в меру скромно. Если смотреть спереди, конечно. К наряду я предпочла надеть серьги с зелеными камнями, от игры которых мои серо-зеленые глаза казались более насыщенного оттенка.

– Ты обольстительна, дорогая, – заключила Лана и добавила с небольшой ноткой зависти, – и платье шикарное.

И вот эта нотка сказала мне все. Образ удался.

***

В вестибюле Феномен-холла я сдала одолженный Ланой норковый полушубок в гардеробную, и в очередной раз про себя поблагодарила подругу за помощь. Явись я здесь даже в ее модной фисташковой куртке и платье от Carolina Herrera, меня бы никто не понял. Лана отдала портье наши приглашения, которые сама же где-то и достала неизвестными мне путями.

Затем мы с ней поднялись по широкой, богато украшенной, лестнице и попали в зал для приемов, в котором большая часть гостей уже собралась.

– Не вижу его, – сказала подруга, явно намекая на Гордеева. – Наверное, придет позже. Такие шишки, как он, считают для себя нормальным опоздания на подобные вечера. Но он придет, я уверена.

Я кивнула, стараясь не глазеть по сторонам. Конечно, на таких приемах я не присутствовала ни разу в жизни. Какие тут были женщины! А какие мужчины! Все в дорогущих платьях и костюмах, а блеск бриллиантов в часах и сережках меня периодически просто ослеплял. Гости мило беседовали, собравшись в группки и попивая шампанское из высоких фужеров. Зал был украшен с большим вкусом в новогодней тематике. Ведь бал, как никак предновогодний. В дальнем правом углу возвышалась красавица-ель вся в огоньках и игрушках.

Спустя некоторое время прием перешел в более активную фазу – началась официальная часть. Всю это время Лана не отходила от меня, как мы и договаривались. Это был скучный процесс и если бы не подруга, которая то и дело вставляла колкие замечания насчет очередного оратора, я бы, наверное, умерла, свернув челюсть во время очередного неуместного зевка. А так даже удалось сохранить заинтересованное выражение на лице. Затем начался фуршет и, кажется, гости с не меньшим облегчением, чем я, вернулись к приятному времяпровождению, ведя светские беседы и закусывая разнообразными деликатесами.

– Ну все, Маш. Дальше сама, – провозгласила Лана и подмигнула мне, уже отходя.

Да, мы так и договаривались. У нее здесь были свои интересы, и она не обязана нянчиться со мной весь вечер. Так я осталась одна, никого здесь не зная. Решила перекусить немного в ожидании. Гордеев так и не появился. Кажется, все пошло не так, как я планировала.

Заиграла мелодичная музыка. Я взяла небольшую тарелочку и стала накладывать себе по-чуть-чуть разных вкусностей, названий которых я даже не представляла. Но без фанатизма. Ходить в облегающем платье с выпирающим пузом мне не улыбалось.

– Хорошо выглядишь, – вдруг раздалось сзади, и я была абсолютно уверена, что обращаются именно ко мне.

Я повернулась и чуть не выронила несчастную тарелку. Передо мной стоял Егор и уверенно улыбался. Егор – единственный мужчина, с которым у меня когда-то были серьезные отношения. Я сглотнула, понимая, что скрыть свое удивление уже не в силах. Хорош же он, прятался от меня весь вечер, чтобы застать врасплох, когда я решила подкрепиться. Очень в его духе.

Спустя миг, мой взгляд стал гораздо более трезвым, и я смогла ответить ему:

– Привет! – улыбнулась. – Не ожидала увидеть тебя здесь.

– Ну меня-то можно было ожидать здесь увидеть, – усмехнулся он. – Я же светский журналист – это моя работа, если ты не забыла.

Я не забыла. Но никак не могла предполагать, что злодейка судьба столкнет меня с бывшим здесь и сейчас. И именно с этим бывшим. И именно тогда, когда все мои помыслы были направлены в совершенно противоположную от него сторону.

– А ты что здесь делаешь, моя прелесть? – поинтересовался он и сделал небольшой глоток шампанского.

Есть мне расхотелось совершенно, и я поставила тарелку на стол. Мне вдруг показалось, что он намекает будто мне не место здесь. Я глянула в сторону, словно ища поддержки. И натолкнулась взглядом на огромное зеркало, в котором отражалась в полный рост. Да, этой обворожительной брюнеткой была я. И еще я заметила несколько заинтересованных мужских взглядов, что скользили по мне украдкой.

– У меня здесь дела, – уверенно заявила я и взяла бокал с подноса проходящего мимо официанта. – А ты уже отработал?

– Плюсы профессии, – заметил Егор, глядя мне в глаза. – Красивое платье.

– Благодарю, – снизошла я.

– Пройдемся? – мне предложили руку.

Я удивилась, но предпочла не отказываться. Выглядеть одинокой белой вороной мне не хотелось. Где же носит этого Гордеева? На официальной части от «Живой страны» выступил президент холдинга. Так может Андрей не появится? В таком случае делать здесь больше нечего.

– Чем занимаешься сейчас? – вежливо спросил Егор.

Я глянула на него. Он почти не изменился за последние пять лет. Кольца на пальце не появилось, значит с той… девушкой у него так и не сложилось. Егор был старше меня на три года, отличался презентабельной внешностью, его крепкие мускулы чувствовались даже через пиджак. При том, что я балансировала на десятисантиметровых шпильках, он возвышался надо мной почти на целую голову.

– Ты не знаешь, Гордеев появится? – решилась спросить я вместо ответа.

В конце концов Егора я к своим врагам никогда не причисляла, хоть и расстались мы совсем не красиво. Как журналист, он мог знать о некоторых нюансах и быть в курсе интересующего меня момента.

– Так ты здесь из-за него? – его бровь знакомо изогнулась, и Егор остановился.

– Возможно, – улыбнулась я и отхлебнула из бокала.

– Ты изменилась, Маша, – глаза журналиста смягчились. – Стала такой… Совсем на себя не похожа.

Это мы уже проходили. Если это был комплимент, то я на него не поддалась. Егор глянул куда-то поверх головы, а я все еще ждала ответа на свой вопрос. Но вместо него услышала:

– Хочешь потанцевать?

Похоже, что он мне решил отомстить.

– Я не танцую.

– Очень жаль, – заметил бывший. И еще раз глянув поверх моей головы, добавил, – а вот и твой Гордеев.

Я обернулась, едва не расплескав шампанское на журналиста и действительно увидела в дверях знакомую по фотографиям широкоплечую фигуру вице-президента «Живой страны».

– Тише, тише, – пожурил меня Егор. – Это из-за «Первопроходца»?

Я кивнула, судорожно соображая, что же делать дальше.

– И что ты будешь делать дальше? – задался тем же вопросом въедливый журналист.

– Не знаю, – честно сказала я. – А ты с ним знаком?

– Знаком, – усмехнулся Егор, разом разгадав мой неоперившийся план. – Но это будет слишком просто.

– Ты готова с ним переспать? – следом огорошил меня бывший.

– Неет, – протянула я.

– Тогда не глазей на него, и сама ни в коем случае не подходи, – посоветовал Егор.

Мне почему-то показалось, что он говорил искренне. Будучи светским журналистом на протяжении многих лет, он наработал неплохой опыт по этой части. И почти наверняка этот опыт не всегда ограничивался чужими промахами.

– Что же по-твоему мне делать? – спросила я, изо всех сил стараясь не отслеживать Гордеева взглядом.

– Ничего. Наслаждайся вечером, – посоветовали мне. – И компанией.

Глаза Егора хитро блеснули. Он подхватил меня под руку и повел по залу. Мы стали подходить к разным группкам и ненадолго задерживаться около каждой. Егор представлял меня, как подающего большие надежды фотографа, работы которого разлетаются по Интернет-аукционам в считанные часы. В какой-то степени он даже ни разу не слукавил. Может, чуть-чуть преувеличил. Мне приветливо кивали, спрашивали, где можно увидеть мои фотографии, удивлялись и восхищались моим ремеслом. Затем мы отходили и продолжали хаотичное движение среди гостей. Гордеева я почти не видела, вероятно он все время находился где-то у меня за спиной.

И тут меня чуть было не разобрал хохот. Егор, что называется, показывал товар лицом. То есть самой соблазнительной моей частью, способной привлечь внимание такого человека, как Гордеев. Шикарное платье с обнаженной спиной привлекало внимание многих мужчин. Хитрый журналюга повернул меня так, чтобы магнату самому было интересно подойти ко мне, и вскоре план удался!

– Егор! – вдруг прозвучало совсем близко. – Познакомь меня со своей дамой.

Мы повернулись, и я впервые посмотрела в глаза Гордеева. Серые, даже стальные. Взгляд твердый, смотрит прямо в лицо собеседника. Я вдруг поняла, что по телу ползут мурашки.

Пока Егор представлял нас, я не отрываясь смотрела в лицо магната. Это было как-то даже неприлично, но ничего поделать с собой я не могла. Он будто загипнотизировал меня.

– Могу я пригласить вас на танец? – спросил Гордеев, награждая меня столь же пристальным взглядом.

– Мария сегодня не в духе и не танцует, – подколол бывший, за что я с трудом подавила глубокое желание отдавить ему ногу.

Вместо этого я мило улыбнулась и сказала:

– Егор шутит. Я с удовольствием потанцую с вами.

Моя рука утонула в широкой ладони магната, и мы пошли к месту, где плавно двигались танцующие пары. Рука Гордеева легла чуть выше моей талии, опалив обнаженную кожу на спине. Я вдруг почувствовала, что шикарное платье теперь играет против меня. От прикосновения магната кровь побежала быстрее, пробуждая сокровенные желания, в которых я сама себе не хотела признаваться.

Мы закружились в медленном танце. И хотя между нами оставалось вполне приличное расстояние, я чувствовала каменную крепость его руки, которой он почти нежно придерживал меня. И по рецепторам ударил аромат его дорогого парфюма. Гордеев был ниже Егора, но все равно достаточно высок, чтобы возвышаться надо мной на полголовы. Поэтому его губы оказались напротив моих глаз, и я имела возможность изучить их четко очерченную форму и размер, и унестись мыслями куда-то очень далеко, где эти губы отчего-то играли какую-то важную роль…

– Вы хорошо танцуете, – неожиданная похвала магната вдруг оторвала меня от непрошенных фантазий.

– Благодарю вас, – произнесла я в надежде, что голос не выдает чувств, обуревающих меня.

– Расскажите немного о себе. Я никогда прежде не видел вас на подобных мероприятиях.

Я смутилась. Никогда не знала, что отвечать на такие вопросы.

– Вы знаете, господин Гордеев…

– Андрей, – прервал меня он.

– Андрей, – кивнула я. – Я не знаю, что вам сказать. Когда задают подобный вопрос, очень сложно соблюсти грань между чересчур личным ответом и чересчур официальным.

Губы Гордеева тронула едва заметная улыбка.

– Как же мне тогда узнать о вас что-нибудь?

– А вы спрашивайте конкретнее, – посоветовала я.

– Вы замужем? – совсем неожиданно он коснулся темы, с которой я бы и не подумала начинать ответ. – Или это слишком личное?

На этот раз его губы оставались серьезными, а вот в глазах затаилась смешинка.

– Нет, – отчего-то смущаясь ответила я.

– А чем занимаетесь, Мария?

– Я фотограф, – ответила я и прямо посмотрела магнату в глаза, чтобы заметить, как смешинка из них пропала.

Он ненадолго замолк, а затем сказал, низко склонившись к моему уху:

– Так значит, я угодил в хитро расставленную ловушку?

От этого поступка я вся замерла, пытаясь совладать с чувствами. Андрей и без того волновал меня, его энергия словно окутывала меня. В Гордееве чувствовался очень сильный человек. Волевой и принципиальный. И в момент, когда он склонялся ко мне, медленно приближаясь, а потом шептал на ухо эти слова, я словно не их слышала. Я больше чувствовала, что между нами остается совсем неприличное расстояние, и я уже совершенно не уверена кто же из нас угодил в эту ловушку?

– Вам не понравилось? – спросила, наконец, я, хорошо понимая, что ложь скорее всего разобьет и без того призрачную надежду на удачное завершение дела в дребезги.

Магнат снова едва заметно улыбнулся.

– Я пока не решил. И чем можете похвастаться?

– У меня несколько направлений. «Живая вода», «Маленькая жизнь», «Природные силы», – покорно стала перечислять я.

– Кажется, о «Природных силах» я что-то слышал, – задумчиво сказал он. – Приходите завтра в офис в одиннадцать. Устроит?

Я ошарашено кивнула. Дальше мы танцевали молча, а вскоре мелодия закончилась. Андрей поцеловал мою руку и вежливо раскланялся. А мне почему-то было очень неудобно, хотя по идее я должна была прыгать от восторга. Ведь это лучшее на что я могла рассчитывать.

Достала телефон из маленькой сумочки, что все это время болталась на запястье, и вызвала такси по приложению. Оставаться здесь дальше у меня не было никаких сил. Я оказалась выжата и морально, и физически.

– Ну, как все прошло? – в поле зрения нарисовался Егор.

– Лучше, чем можно представить, – ответила я немного устало и от этого совсем не радостно. – Он назначил мне встречу у него в офисе завтра в одиннадцать. Спасибо тебе. Если бы не ты со своими финтами, ничего бы не вышло.

– Да, брось, – Егор махнул рукой, но ему стало приятно от моих слов. – Друзей в беде не бросают.

Тут он вдруг посерьезнел, а я решила, что сейчас лучший момент, чтобы попрощаться:

– Мне пора. Уже поздно. Еще раз спасибо тебе.

С этими словами я двинулась в сторону выхода и вскоре добралась до гардеробной. Ланы я уже давно не видела, из чего сделала вывод, что подруга давно укатила, и скорее всего не одна. Я не беспокоилась об этом, поскольку Лана заранее снабдила меня ключами от своей квартиры.

И уже на выходе меня неожиданно догнал Егор.

– Маш, подожди, – как-то скомкано попросил он.

Я удивленно уставилась на него. Телефон пиликнул – приехало такси. И, действительно, у Феномен-холла остановилась ярко-желтая машина.

– Давай я подвезу тебя, – предложил он.

– Меня ждет такси, – отказалась я и похвалила себя за своевременный вызов машины. Продолжать вечер в компании бывшего у меня не было никакого желания, не смотря на все его заслуги сегодня. Весьма неожиданные, кстати.

– Послушай, я тут понял, что скучал по тебе все это время…, – вдруг сказал он.

Я не знала, что ответить. Он меня просто огорошил, и я, как дура, стояла молча. Скажи он это три, даже два года назад, я была бы на седьмом небе от счастья. Но я давно переболела им, и не собиралась наступать на эти грабли во второй раз.

И тут меня разобрала злость. Я вдруг вспомнила, как у нас все было. Его измену. Его насмешливый тон при расставании. Мои горькие слезы… Я любила его. И никогда не желала ничего плохого, наоборот только счастья. И простила я его почти сразу, наивно оправдав, что, наверное, он ее любит, так пусть же будет счастлив.

Но тут поняла, что вот он – мой час пробил и понадобилось для этого всего лишь фешенебельное платье, адская диета при работе на двух работах на протяжении нескольких месяцев и появление на светском рауте. Ах да, еще танец с Гордеевым.

И в ход пошло непривычное для меня женское коварство. Моя маленькая, но очень сладкая месть.

Я сделала шаг на встречу Егору. Мое лицо оставалось бесстрастным. Я приблизилась вплотную, а затем и вовсе томно прижалась к высокому журналисту всеми своими соблазнительными выпуклостями. Почувствовала, как он напрягся, как неосознанно подался ко мне навстречу. Грациозным, почти кошачьим движением я скользнула своей щекой вдоль его гладко выбритой щеки, и мои губы оказались в интимной близости от его уха.

– Посмотри на меня, Егор, – шепнула я, щекоча дыханием шею бывшего. Это подло, я знаю, просто он всегда балдел, когда я так делала. – Я все та же Маша. Студентка из соседней общаги, которую ты бросил, сменив на одноразовую модель с очередной светской вечеринки. И во мне ничего не изменилось с тех пор. Совсем ничего.

После я поцеловала окаменевшего Егора в щеку, коснувшись его мягкими, теплыми губами. Затем отстранилась, глядя ему в глаза, медленно развернулась, и, сохраняя достоинство, двинулась к такси. И уже на подходе краем глаза заметила, стоявшего неподалеку, Гордеева, который имел «счастье» наблюдать мое представление. Я чуть было не споткнулась, садясь в машину, благо помог шофер. Он же закрыл дверь, словно отгородив меня от всех проблем. Автомобиль тронулся, и я выбросила из головы свои переживания. Сейчас мне хотелось только одного – спать.

А Гордеев в это время подошел к застывшему Егору и, положив тому руку на плечо, спросил:

– Что это было?

– Месть, – последовал ответ журналиста, провожающего женскую фигурку тяжелым взглядом.

***

Пальцы скользят по рельефным очертаниям твоих мышц. Я вижу твою спину, мощную шею, широкие плечи. Я нежно глажу тебя, твою кожу, едва касаясь и словно считывая силу, в тебе заложенную. Она вызывает во мне трепет, пока не ясный, но нарастающий. Трепет плоти.

Моим губам захотелось коснуться тебя. Нежно отметить каждый позвонок, задержаться у основания шеи, чтобы потом подобно кошке изогнуться и, прося ласки, томно потереться головой, а затем и спиной, и боком о твое, замершее в ожидании, тело. Такое красивое, скульптурное, совершенное. И уловить его каждый изгиб, прочувствовать грядущие перемены, впитать резкий мускусный запах и едва не сойти с ума от накативших эмоций.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.