Елена Зданович
Идущая по грани

Аннотация

Случалось ли с вами такое, что вы ощущали себя чужим в этом мире? Что бы вы ни делали – либо не получалось, либо, и вовсе, воспринималось окружающими в штыки. Рутина серой жизни стала нормой для Варвары. Плывя, как бумажный кораблик по волнам реки под названием «Жизнь», она и не подозревает, что не все так просто, и ее ищут и ждут

Сидя на обочине с разбитым лицом и разорванной одежде, Варя смотрела на куст, разросшийся вдоль дороги, пытаясь вспомнить – зачем она здесь. Отчаяние сменилось тупым безразличием к своей судьбе и что с ней происходит. А как может быть иначе, когда все в твоей жизни летит к черту …

Варя

Как приятно засыпать вечером и как не хочется вставать рано утром. Монотонный звук будильника настойчиво требовал на него обратить внимание, когда мое сознание хотело искренне поблагодарить телефон за пунктуальность и развернуться на другой бок под теплым одеялом, продолжив улучшать свое самочувствие негой сна. Но не все так просто. Один глаз против воли открылся в поисках источника сигнала. Определив направление – рука, потянулась к волнующемуся за хозяйку смартфону. Вот и конец сна. Тело по привычке начало подъем в вертикальное положение, хотя разум твердил о преимуществах горизонтальной позы. Ладно, все равно уже проснулась.

Восстанавливая зрительную функцию второго глаза, обратила внимание на едкий синий свет из окна… Инопланетный разум услышал мои стенания и решил вмешаться, эвакуировав с планеты Земля – передав в нежные и заботливые руки своего предводителя с внешностью ДиКаприо. Нет, просто, работники местного ЖЭСа нашли замену лампы перегоревшего фонаря на рефлектор Минина, изобретатель, которого искренне считал, что синий свет обладает болеутоляющим и бактерицидным эффектом. Скорее всего, цель осветить улицу совпала с желанием побороться с сезонными вирусами, атакующими население и портящие статистику здравоохранения. Мысленно похвалив работников хозяйства за рвение и энтузиазм, я встала с кровати, очарованная своим отражением в зеркале. Моя неотразимость и уникальность заключалась в прическе «аля-я-сошла-с ума», дополненная ореолом синего свечения. Ни дать не взять – утренняя фея. Побурчав про себя на нерадивое приспособление по унижению женского достоинства – я вяло поплелась на кухню. Не знаю, как кто, а осенне-зимний период для меня это вечная ночь: утро – темно, вечер – темно, день – офис с искусственным светом, где вообще время превращается в нечто абстрактное с границами от начала работы и до его конца. И так пока не наступит спасительная весна. Есть, конечно, свои плюсы и осени – яркие краски листвы, горячий кофе с корицей и прочие горячительные напитки … пожалуй, из плюсов все. Дальше идут в основном минусы, такие как: постоянные сумерки, ветер, дождь и слякоть. Ах да – сезонный грипп, как без него.

Мне всего 27 лет, а думаю, как старая бабка – все плохо, хочу ничего не делать (а что еще хуже – начинаешь думать о пенсии). Монотонность жизни указывала, что делать изо дня в день без креативной нотки. Работа, дом, уборка, готовка… Даже телевизор поглядывал на меня с укором на то, что избегаю его. Боже мой – никакой интриги. Режим работы не давал окунуться в романтические отношения, прописывая четкий план достижения заветного пенсионного стажа, а вот тогда – на здоровье романтики бери сколько хочешь. Иногда начинаешь думать: «А может ну его? Бросить это все и уехать куда глаза глядят?». А глядят они сейчас на чайник, который хотел подбодрить задорным свистом, сообщая о готовности напоить горячим кофе. Да! Не все так плохо. Сейчас энергетический напиток даст старт новому дню, который ждет, не дождется меня.

Четко отрепетированный сценарий по приготовлению завтрака не заставлял перенапрягать еще дремлющее сознание.

Изыски я не любила, предпочитая в своем меню полезную и сытную еду. Завтракала я, в основном, геркулесовой кашей и вареным яйцом на протяжении уже, наверное, лет пятнадцати. Апофеозом была ароматная чашечка кофе, как идеальное завершение трапезы, наполняя меня энергетическим потенциалом на весь рабочий день… ладно, пусть не на день, но на все рабочее утро – это точно.

Монотонность сборов позволяла обдумать ежедневные житейские проблемы.. Что-то я забыла? Ах, да! Найти шарф. Этот полосатый мерзавец, как по волшебству при приближении зимы испарялся и отчаянно не желал находиться. А ведь скоро холода, а у меня вечно шея голая. Так и заболеть не долго, а болезнь – роскошь, которую не хочется приобретать, даже по скидке.

Когда у меня простуда – я раскрываюсь, как аленький цветочек – становлюсь вся красная и пытаюсь опылить всех своим насморком и облагозвучить пространство каркающим кашлем. Зависть берет, наблюдая, как подростки и в дождь, и в ветер, демонстрируют степень закалки, предъявляя открытые части тела в виде с очень голого живота и декольте через расстегнутые куртки и пальто. Наверное, нынешняя молодежь обладает более крепким здоровьем. Поругав себя, что такими размышлениями я плавно отсекла себя от молодого поколения, причислив к рангу среднего возраста, продолжила сборы на службу.

Пройдя набор утренних ритуалов и приведя себя в допустимый для окружающих вид – замазав синяки под глазами, недавно купленным консилером я выпрыгнула из дома готовая к кардионагрузке, которая заключалась в бодром шаге на работу. Шагала я ежедневно и в любую погоду, свято веря в оздоровительные 10 000 шагов в день, а также свежему прохладному ветерку по пути в офис, развлекая себя обдумыванием всяких мелочей. Осень была в разгаре. Сегодняшнее октябрьское утро, порадовало романтическим настроем, окутав серой дымкой тумана дома и деревья. Уютно шурша листвой под ногами, слушала звонкие голоса школьников, торопящихся на свои уроки. Чувство одиночества сменилось причастностью к глобально-коллективному стремлению достичь своего пункта назначения – школы, работы, поликлиники и прочих жизненно-важных мест.

Не знаю, многие суеверны или нет, но я скорее – нет, чем да. Однако наученная мудростью еврейского мальчика из анекдота, который заявил, что отрекаться нельзя от того чего не можешь доказать – я увидела наглую кошку которая бежала мне на перерез, намереваясь подвалить негатива на день. Ускорив шаг с целью предотвратить эту несправедливость кошка, почуяв неладное, тоже ускорилась зыркнув на меня зеленым глазом и исполнила свою миссию, тормознув меня у невидимой черты своего маршрута. Оглянувшись по сторонам в поисках претендента на несчастья и не найдя у вселенной сочувствия поплевала через плечо, продолжила свой путь. Дорога на работу была выхожена годами и знакома. Отсутствие преступлений в нашем районе, а точнее, отсутствие информации о таковых, давало ощущение безопасности даже в темное время суток.

Акробатически, увернувшись от машины, задумавшей меня украсить в брызги яркой осенней грязи, а также собрав всю коллекцию светофоров с красным светом, я, наконец, финишировала, достигнув цели – неприметной роллетной двери банка, где работала уже восемь лет. Меня на работе все устраивало – и дружный женский коллектив (что сегодня редкость), и светлое небольшое помещение, которое было вторым домом, клиенты, которые в большинстве своем были не скандальными и благодушными. Начальник, Сергей Анатольевич, за спиной которого мы чувствовали себя уверенно, был одним из главных плюсов службы. Единственный момент не утешал гордое девичье самолюбие – это отсутствие какого-либо карьерного роста. Все решалось на верху, а тем – кто наверху, было глубоко плевать на тех – кто внизу.

Так и жили. Временами я тешила себя обещаниями взяться вплотную за себя в деловом плане и стать перспективным ценным кадром, какой-нибудь иностранной корпорации. Но это обещание становилось все прозрачнее и неисполнимее. Причина ясна как день – привычка и лень, что-либо менять, откладывая все на потом.

Из всего коллектива, только я одна обладала преимуществом отсутствия зависимости от общественного транспорта, поэтому пришла на работу первой и, естественно, дверь в банк еще была закрыта. Для меня это было нормально, быть первооткрывателем финансового учреждения. Достав ключи, приложила кнопку отключения сигнализации и … Красный глаз охраны вопросительно на меня смотрел, требуя пояснения своих действий и не думая отключаться. Я напряженно сверлила глазами это непотребство и решила применить знаменитый и проверенный способ реанимирования магнитного ключа, яростно потерев его об синтетическую поверхность перчаток. Этот метод проверен годами практики использования отечественной техники. Посмеявшись над наивностью охранной системы, что сломить опытного банковского работника таким саботажем нельзя. Красный глаз глумливо на меня смотрел и не думал отключаться. Махнув рукой на данную ситуацию, решила дождаться помощи коллег, которые должны потихоньку подтягиваться на работу. Заприметив хрупкую блондинку, нашего главного специалиста по окручиванию и завлечению физических лиц – Риту, приободрилась, мысленно угрожая охранной сигнализации скорой расправой.

То, что произошло дальше, начало пугать абсурдностью и нелогичностью. Подойдя, Рита вопросительно уставилась на меня и сообщила, что с клиентами банк начнет работу только через час, то есть с девяти утра.

– Рита, ты чего? Я знаю режим работы, вот только дверь не могу открыть. Кнопка не работает.

Внимательный взгляд на мое лицо Рита подкрепила фразой, что не очень понимает, что я хочу, развернулась ко мне спиной, открывая дверь, всем видом давая понять, что разговор окончен и продолжению не подлежит.

Я просто физически почувствовала, что от удивления мое лицо начинает вытягиваться, принимая нелепое выражение. Решив, что у коллеги день просто не задался и так она шутит, решила проследовать за ней в помещение. Однако к лицу чуть не присоединился разбитый нос, к которому стремительно приближалась входная дверь, упрямо не желая меня впускать внутрь. Закипая, думая, что шутки шутками, но травмирование моего лица не входят в репертуар сегодняшнего дня, решила разобраться с зарвавшейся сотрудницей, всунув ногу в проем двери. Рита, почувствовав помеху, развернулась, вопросительно подняв бровь.

– Девушка, я же вам сказала, когда мы начинаем работать. Куда вы?

– Рита, это уже не смешно!

– Я и не думала над вами смеяться. Попрошу не хулиганить или мне придется вызвать охрану!

Выражение лица показывало, что она не шутит. Сознание яростно пыталась найти оправдание сложившейся ситуации. Сделав вывод, что у сотрудницы поехала крыша, я приняла единственное разумное решение, чтобы не травмировать больную – дождаться начальство и тогда совместно решать, что делать. Повернувшись к выходу, я почувствовала напряженный взгляд девушки мне в спину. Ладно, главное не нервировать ее. Как жалко… Наверное, шизофрения. Я где-то слышала, что она вот так тихонько подкрадывается. Вроде с человеком все хорошо, а потом перестает людей узнавать или голоса в голове учат, что делать.

Меряя ширину входа и мысленно жалея Риту, дождалась прихода начальника Сергея Анатольевича. Средних лет мужчина, высокий и статный – это шаблон хорошего руководителя любого учреждения. Был требовательным, но добродушным и не злым. Так мы все коллективом на него уповали, благодаря вселенную, что не наградило нас каким-нибудь озабоченным самодуром, что часто встречалось на руководящих должностях.

Сергей, пытаясь проникнуть на территорию своей власти, столкнулся с непреодолимым препятствием в виде меня – перегородившей вход. Встретив его недоумевающий взгляд, червячок сомнения начал свое бодрое шествование в моем мозгу.

– Вы, что-то хотели?

– Сергей Анатольевич, доброе утро! У нас с Ритой беда!

– 

Какая беда? Кто Вы? – обеспокоено вглядываясь мне через плечо, начальник рассматривал Маргариту, которая занималась поливом офисных растений. Не заметив ничего странного, его взор возвратился ко мне.

– 

Она меня не узнает! Скорую надо бы.

– Да? А кем вы ей приходитесь?

Тут память вытянутого лица вернулась на свое место. Замолчав, я уперлась взглядом в глаза начальника в поисках смысла. Не найдя его там, мне стало как-то не по себе. Может это новая форма ковида? Из трех человек – двое поехали головой. Мне повезло больше. Я-то их узнаю, значит у меня все в порядке.

Заметив мое замешательство, Сергей, потоптавшись на месте, решил уточнить цель моего визита и записана ли я на встречу. Отрицательно покачав головой – сообщила, что работаю тут. Постепенно наличие круглых глаз перебралось на лицо мужчины, но ненадолго. Просияв, Сергей спросил:

– А, так вы на собеседование?

Ему явно полегчало, найдя объяснение с наименьшими потерями. Опять отрицательно помотала головой, сообщила ему, что работаю тут восемь лет.

Пожевав губу начальник, пригласил войти и разобраться на месте. Я вошла с видом победителя, окинув Риту снисходительным взглядом.

– Присаживайтесь, пожалуйста. Как я могу к вам обращаться?

– Варвара … Василевич.

Абсурдность ситуации начала руководить балом. Может это проверка на стрессоустойчивость? Интересные методы в банке… а почему с меня начали… слушайте, а какой актерский талант в нашем коллективе! Да нам выступать надо!

Приободрившись новым предположением о сложившейся ситуации, я более или менее облегченно вздохнула. Ну что же, хотят – получат! Отличное самообладание, креативное решение проблем и вообще супер-работник года. Да, такие слова уже витали у меня в голове, адаптируя самовосхищение, как я всех их раскусила.

Сергей Анатольевич, сев напротив меня предложил чашечку кофе и получив отказ, продолжил допрос с пристрастием соответствующим раннему утру, то есть – без напора и зевая.

– Так, Варвара, что привело Вас к нам?

Cepгeй Анатольевич

Сергею было 42 года и он отчаянно пытался бороться с навязчивым контроллингом родителей. Будучи не женатым, он давал простор действий, направленных пристроить незадачливое чадо в крепкие и надежные руки проверенных претенденток, которых находила мама. Никакие уговоры о самостоятельности в данном деле на нее не действовали. Поэтому с тихой обреченностью он ходил на смотрины и благополучно отдежурив их возвращался к себе.

Было конечно странно – ведь и фигура и лицо были выше среднего. Должность руководителя отделения банка тоже добавляла солидности к образу. Респектабельный вид завораживал, но ненадолго. Как только проявлялся характер застенчивого добряка – харизму, как рукой снимало. Такт и благодушие сыграли злую шутку – все девушки, которые нравились ему, предпочитали брутальных мужланов, а те, которые обращали на Сергея внимание – уже не нравились мужчине. Парадокс.

Однако, месяц назад на корпоративной вечеринке судьба решила все сама. Ведя беседу с начальником безопасности, подошла высокая брюнетка лет двадцати пяти и предложила пройти к служебному телефону, ссылаясь на срочность звонка. Повысив мне давление и ритмично виляя бедрами перед носом, задавая темп ходьбы, девушка провела меня в холл, где не видно было никакого телефона. Знак вопроса отразился на моем лице.

Девушка, плавно развернувшись и приняв кокетливую позу, продемонстрировав через разрез платья оголенную ножку, проявила однозначность своих намерений – взять меня в плен. И я сдался. А как можно не сдаться такому очаровательному личику, подкрепленному умопомрачительным телом? Я, конечно, надеялся, что не выгляжу как осёл, которого окрутить ничего не стоит.

– Карина, – тихо представилась девушка, обволакивая меня своим томным взглядом.– Извините, может вы меня угостите шампанским?

– 

Но Вы же говорили о срочном звонке…, – крутя головой я все же пытался найти переговорный объект, которым меня сюда выманили.

– 

Просто я решила увести вас, где нам не помешают, – кокетливо улыбнувшись, сообщила похитительница.

Медленно, но верно до меня дошел смысл сказанного. Все-таки рабочие вопросы и алкоголь немного притупляли сознание. А почему бы и нет? Девушка обладала красотой с перчинкой, которую сразу объяснить нельзя. Мощная артиллерия из всех орудий в виде макияжа, прически, парфюма и открытого платья подавляла инстинкт самосохранения пробудив инстинкт размножения. Соблазнительная фигура была обтянута платьем из тончайшей ткани золотого цвета, которое подчеркивало все плюсы молодого тела. Может это судьба?

Карина оказалась весьма противоречивой личностью. Каждый день поражал неоднозначностью. То она покладистая девочка и любит меня. На другой день могла и вылить кучу негатива с претензиями и послать куда подальше. Но всегда итог был один – крутой секс. Последний, извинял ей все, давая даже преимущества разбавляя рутину жизни. Нервная система, конечно, была против, но кто ее слушает, когда к тебе прижимается молодое красивое тело, дающее такие потрясающие ощущения.

Девушка, была настолько самоуверенна, что сама себе разрешила жить со мной, однажды попросив заехать за ней и продемонстрировав свою поклажу указывая на однозначность своих намерений. Я, конечно, намек понял и даже как-то обрадовался, отмечая, что отношения у нас движутся и развиваются в нужном направлении. Одно расстроило, что инициатором был не я, хотя надо было давно предложить съехаться.

Боже, как спать хочется… Всю ночь боролся с желанием скинуть с кровати лишнее тело, занимающее площадь – Карину. Я ее, конечно, люблю, но мои отдельные части тела, в виде ног, были категорически против ситуации, которая ограничивала пространство на матрасе. Поэтому о спокойном сне можно забыть – я ворочался с боку на бок, пока сам себя не вымотал, уснув от безысходности. А под утро вместо будильника услышал вопль прямо в ухо от того, что придавил копну волос любимой и ей, видимо, это не понравилось. Хотя, это как-то противоречит сказанному ею. Накануне во время любовных прелюдий – она умоляла сделать ей больно – утверждая, что любит боль. Значит врала.

Поцеловав пухлую щечку спящей красавицы – покинул свою квартиру, направившись на работу. День обещал быть таким же, как всегда: планерка, дележка планов, отчеты и прочая чепуха, наполняющая смыслом рутину дня.

Задумавшись, что надо бы порадовать любимую букетом цветов за придавленные волосы на подушке, я не обратил внимание, что возле офиса притаилась девушка, сверлящая меня взглядом. Чуть не споткнувшись об нее, остановился и поинтересовался целью визита.

Дальше спутанное утреннее сознание отказывалось переваривать информацию, в которой не находило смысла. Девушка утверждала, что наша сотрудница ее не узнает и нужна срочная медицинская помощь. Убедившись, что с Марго, которая занималась восстановлением питательной среды офисной флоры, все в порядке – я уставился на интриганку, которая напугала меня своим восклицанием.

Ничем не примечательная внешность, возраст около тридцати. Аккуратно одета. Но! Какая-то слишком возбужденная. Дедуктивный метод анализа личности ничего не дал.

Задав ряд наводящих вопросов о назначенной встрече или о найме я получил отрицательные ответы. Предложил пройти в помещение и разобраться, что данной особе нужно – прошел следом продумывая какой букет выбрать для Карины. Не придумав ничего банальнее роз, обратил внимание на гостью. Напротив меня сидела девушка с пуленепробиваемым выражением лица. Хотя, подождите. Она встретила меня фразой, что ее не узнает Маргарита. Возможно, Марго продвигает на должность свою знакомую. Мысли путались из-за недосыпа, но отчаянно выстраивались в логическую цепочку, успокаивая нервную систему.

Чтобы не ударить в грязь лицом и не выглядеть начальником-раздолбаем, который даже не знает, что у него в отделении творится – незаметно захожу на сайт нашего банка в раздел вакансии. Однако сайт показывал пустую страницу без вакантных должностей. Странно…

Подняв взгляд на посетительницу еще раз, отметил, что она явно знает что-то больше меня.

Варя

Покопавшись в компьютере, начальник поднял на меня странно-вопросительный взгляд. Однако через несколько секунд зрительной дуэли вздохнул и с дежурной улыбкой предложил рассказать о себе. Оригинально. Я даже поаплодировала находчивости начальства. Это, как продать ручку, только бывшего употребления. Ладно.

– 

Хочу представиться еще раз. Варвара Васильева. Специалист со стажем более восьми лет. Стрессоустойчива, прилежна, ответственная…

Прилагательные сыпались из меня, как из рога изобилия, покрывая меня позолотой, а местами и бриллиантами. В это время начальник кивал, поддерживая сказанное мной, как неоспоримую истину.

Моя тирада длилась не долго, так как перебил ее наглый звонок телефона, предлагающий помолчать мне и дать сказать – ему. Сергей Анатольевич ответил на звонок, переговариваясь общими фразами смысл, которых не возможно было уловить. В голове же у меня выстраивался план презентации самой себя с лучших сторон. Данный процесс был прерван деликатным покашливанием моего собеседника.

– Ну, что же, Варвара. Я вас выслушал. Оставьте номер телефона, и мы с вами свяжемся сразу, как будет принято решение.

Отчеканив рабочей фразой, означавшей – вы свободны, мужчина отвернулся.

Я, наверное, была похожа на рыбу, которую выбросило на берег. Рот открывался, но без звука, а глаза медленно увеличивались в размере.

Какой бред! Суть событий разворачивалась на сто восемьдесят градусов – меня, что уволили? Но как-то странно. Без пояснений, без всяких формальностей, которые сопровождают данный процесс. Желание добиться справедливости или хотя бы какого-то вразумительного объяснения я добиться не смогла, так как руководство встало и ушло в неизвестном мне направлении, оставив одну на стуле. Обида нахлынула вмести со слезами, застрявшими где-то в горле.

Надо позвонить Марии, нашему кадровику. Может, там разживусь информацией о происходящем. Сознание отказывалось верить в этот абсурд. Достав мобильный телефон, начала разыскивать сохранённый номер сотрудника отдела кадров. Найдя его и нажав на кнопку вызова – из телефона равнодушный голос сообщил, что связь отсутствует.

Зачем же так? Мои глаза поднялись к верху и немой вопрос, адресованный к силам свыше, остался без ответа. Не добившись толка от мобильного, пришлось признать, что делать тут нечего. Странные, конечно, методы избавления от сотрудников…

Что я могла такого сделать, из-за чего меня можно уволить? Эта мысль штурмовала мозг, пытаясь адаптировать информацию в голове. Но ничего не приходило на ум. Все было, как обычно. Я обычный рядовой сотрудник, не конфликтный, на больничные не хожу, детей нет… А может – это и есть причина? Возможно, девиз банка стал: <<Долой рядовых и серых сотрудников! Дорогу молодым и прогрессивным!»? Персонал медленно, но верно наполнял офис и на меня, абсолютно никто не обращал никакого внимания. Отчаяние затопило мой разум. Опустив глаза я медленно поплелась на выход. Слезы от несправедливости нашли, наконец-то выход и медленно потекли.

Выйдя из офиса меня встретил только холодный осенний ветерок, который подув успокоил, как лучший друг, говоря: «Не вешай нос! Раз они тебя не ценят – зачем тебе эта работа?». Стало полегче. Медленно подышав и посчитав до десяти – я успокоилась. Действительно, что не происходит – все к лучшему! Да! Вот только на что жить теперь? Денег я толком не откладывала, а помощи ждать не откуда. Шесть лет назад, оставшись сиротой, после гибели родителей в аварии, я родственниками не разжилась, то есть замуж не вышла, считая, что все должно произойти само собой, как в фильме – он на коне и с букетом цветов, а я такая растерянно-счастливая принимаю его в свои объятия. Но годы шли, а мужчины на лошадях ко мне не спешили.

Правда, я тоже пыталась взять инициативу в свои руки и использовать Интернет для борьбы за место под солнцем с любимым человеком. Чахлые попытки в виде регистрации на сайте знакомства, с разбором кандидатов на мою руку и сердце дополнились стрессом, который появился вместе с фотографиями моих поклонников, а точнее частей их тела. Нет, конечно, были и такие, которые хотели не только посмотреть, но и потрогать в живую, но без дальнейшего продолжения такого как – брак и дети. В результате у меня отбило желание вообще приобщаться к касте флиртующих и пресытившись переписками с пошлыми намеками, решила отпустить ситуацию и оставить все как есть. Может это судьба такая, а кто я, чтобы спорить с ней? Но бывают дни, когда хочется прижаться плечом к родному человеку и знать, как ты для него дорог.

Медленно шагая домой, одновременно обдумывая стратегию поиска работы, наслаждалась моментом свободы, когда ты никуда не спешишь и никому ничего не должен. Незаметно рассвело и вот, наконец, солнышко порадовало появившись на чистом голубом небе, обещая всем счастья. Пользуясь моментом я шла приятно жмурясь от робких лучиков, одновременно впитывая драгоценный витамин Д. Наверное, надо купить что-то безумно вредно-вкусное и порадовать себя! Осталось немного денег на коммунальные платежи с аванса, которые можно вложить в гастрономическую скорую помощь. Да, так и сделаю. С веселой мыслью о чревоугодии, зашла в магазин рядом со своим домом и раскошелившись на заветную копченую курицу и два пирожных, пошла домой – заедать стресс. Жила я на третьем этаже девятиэтажки «бывшевоенного» дома и подходя к подъезду заметила беззаботно болтающих двух девушек, стоящих у открытой двери. Буркнув в виде приветствия: «Доброе утро», прошмыгнула мимо и начала скоростной подъем на свой этаж, предвкушая, как проведу этот своеобразный выходной.

Остановившись у двери, напевая про себя незатейливую детскую песенку про солнышко, я пыталась попасть ключом в замочную скважину, но даже с третьей попытки замок держал оборону, намекая что либо меня не ждали, либо ключ не тот. Раскрыв свою ладонь, на которой разместился ключ, по возрасту, чуть ли не мой ровесник, поняла, что ключ-то тот, а вот замок не тот. Может это у меня сознание от перенапряжения нарушилось? Не тот подъезд? Не тот этаж? Отойдя на пару шагов назад для лучшего обозрения – Нет… все то, а дверь не та. Номер тот – 104. Но моя дверь была коричневая, а эта черная… потерла пальцем – может грязь? Ведь уходишь-приходишь в темноте – вот и не заметила, что обивку двери испачкали. От неожиданности – я прямо подскочила на месте, когда услышала детский голос за дверью с вопросом: «Кто Там? Мамы дома нет».

– Деточка, а ты кто и как там оказалась? – робкая попытка завести диалог с каким-то ребенком в моей квартире не удалось, оставив вопрос без ответа.

Что все это значит? Захват квартиры? Я где-то слышала о таком, но времени прошло около часа с момента ухода на работу и моим возвращением. Так быстро поменять дверь, да еще явно бывшую в употреблении не возможно. Может так удобнее следы заметать? Голова начала болеть, видно выжимая все соки на решение сложившейся ситуации. Что делать? Что? Постучав в соседнюю дверь тети Оли – услышала только тишину, что тоже очень странно. Тетя Оля у нас была, как местный участковый – всегда дома и все обо всех знает.

Достав мобильный, решила вызвать милицию. Надо разбираться на месте! Я домой хочу! И, что? Этот аппарат гнул свою линию – нет связи. Значит надо бежать в милицию, пока не поздно. Через два квартала была дежурная часть – я точно знала, проходя мимо него каждый день.

Государственные органы, должны меня защитить – вера не оставляла меня. Там люди опытные, всякое видели – они знают, что делать. Но, где-то на подкорке мозга, тот самый утренний червячок радостно улыбался, обещая, что это только начало.

Старшина Судаков

Алексей Судаков, сорокапятилетний мужчина, служивший в дежурной части ОВД, утром принял пост и готов целиком и полностью сегодня отдохнуть на рабочем месте, так как карты Таро приказали ничего не делать, а не ослушаться их – не разумно,

Будучи опытным работником милиции, старшина обладал репутацией, которой завидовал весь отдел. Не было ни одного случая, чтобы ему прилетел нагоняй от руководства или, какое-либо служебное нарушение. Он всегда знал, где и когда будет проверка. Никто бы ему не поверил, но астрологический прогноз на отрывном календаре был тем секретным оружием, которым пользовался Алексей Семенович вот уже тридцать лет. Четкое следование указаниям этого типографического продукта избавила, когда-то молодого работника милиции от головной боли суровых будней.

Прикрыв глаза, старшина начал понимать, что такое счастье – это тишина.

Долго в данном состоянии вселенная решила его не оставлять, а приобщить к суете в виде вбежавшей и запыхавшейся девушки, которая задыхалась от скорости бега в их отделение. Первая мысль – пожар! Так, если пожар – зачем сюда? Это к пожарникам! Убийство? Но карты не обещали напряженной работы.. Вихрем в голове начали проявляться образы возможных происшествий, который могли произойти с этой девицей. Фантазия у работника милиции работала хорошо и, поэтому он понял, что план отторжения всего негативного на сегодня провален.

Главное ее успокоить, а то еще инфаркт хватит. Она хоть и молодая, но по цвету лица – близка к исходу. – Спокойно, барышня. Четко и внятно – что случилось?

И тут ее понесло… как на работу пошла, кошка – бегает, машины – брызгаются, денег нет – купила поесть, квартиру украли… Каламбур какой-то.

Глубоко вздохнул и потребовал документ – паспорт. Наблюдая за гостьей, отметил, что вроде адекватная – пена изо рта не идет. Зрачки – не расширены, значит не наркоман, да и алкоголем не пахнет. Покопавшись в сумочке, девушка протянула паспорт в красной обложке. И сбивчиво начала говорить, что никого из родственников у нее нет, квартира осталась от родителей и ее сегодня кто-то занял.

Паспорт Варвара Ивановна Василевич, 1996 года рождения, г. Светлогорск. Место регистрации улица Кленовая дом 25 квартира 104. Смотрю в базе – нет такой. Пробиваю личный номер – опять отсутствие информации… Бред. Хотя… Может поддельный паспорт? Визуально документ подлинный – голограммы на месте, печати, подписи. Гляди ж ты – научились делать и не отличишь. Система выдавала информацию о том, что по этому адресу проживала чета Смирновых уже более 15 лет.

Поднимаю на нее взгляд растерянная девушка, видно, что в отчаянии. Но! Я ведь тоже не дурак мошенники люди без жалости и совести, а их актерскому таланту можно только позавидовать. Чего добивается? Вскрытия квартиры и ограбления? Надо бы ее на 15 суток до выяснения.

Высказав свои подозрения по поводу нее – у девушки разом вся кровь отхлынула с лица. Выхватив паспорт из моих рук рванула к двери. Я даже вскочить не успел, как раздался щелчок в пояснице и мое тело категорически отказалось преследовать мошенницу, требуя строгого соблюдения указаний карт Таро.

Пожевав губу – подумал, что оно и к лучшему. Цирк такой с нами не проходит, может, одумается – молодая еще и бросит преступную деятельность. Похвалив себя за профилактическое перевоспитание преступников (тем более таких молодых) – растянул поясницу в кресле, соблюдая все наставления астрологического прогноза.

Варя

Никогда не думала, что уроки физкультуры пригодятся в реальной жизни. Однако факт остается фактом – спринтерский забег из отделения милиции сопровождался нарастающей отдышкой и панической атакой. Чувствуя, приближение погони, организм проявил чудеса, лишая преследователей шанса на поимку хозяйки. Оглянувшись и не заметив наряда милиции, следующих за мной – ноги решили резко устать, налившись свинцовой тяжестью, а рот начал заглатывать воздух, восполняя недостаток кислорода. Предательски заболел бок, возвращая меня в школьные воспоминания о кроссе, который я так ненавидела, искренне считая, что я ни разу не спортсмен и это мне навряд ли пригодится, разве что от маньяков убегать. Отдышавшись, обратила внимание, что бодро добежала до центрального автовокзала нашего города – физрук точно бы мной гордился!

Народ на подъездной площадке даже не обратил на меня внимание, решив, что бежала на свой маршрут. Большое белое здание – зал ожидания, гостеприимно открыло свои двери, пригашая отдохнуть и продумать ход дальнейших действий. Конечно это не кафе с уютной атмосферой и мягкими креслами, но все же получить порцию отдыха можно, расположившись на приваренных к полу металлических стульях. Местные бродяги с очевидным неудовольствием наблюдали за новой посетительницей их территории, но вскоре тоже потеряли ко мне интерес, продолжив дремать.

Организм был явно расстроен такой спортивной атакой, проявляя свое недовольство двоящимся зрением. У меня, как у офисного работника, была норма – это когда хотя бы видишь что-то. Года сотрудничества с компьютером и искусственным освещением давали о себе знать мутностью и нечеткостью зрения, что воспринималось как естественное.

Хотя сегодняшнее зрительное недомогание касалось только людей, предметы оставались слегка нечеткими – как обычно, а люди – с каким-то ореолом, что ли. Махнув мысленно рукой – сейчас отдохну и все пройдет. Видно у глазного давления есть свои особенности.

Устроившись на сидении, я задалась главным вопросом дня – что делать? Если бандитская группировка купила милицию, то становится совсем грустно, так как разжиться связями в КГБ я не успела, а других органов власти я не знала. Нет, есть еще ГАИ, но сомневаюсь, что им есть дело до проблем граждан, не обладающих автомобилями.

Если подумать – все происходящее напоминало какой-то бред. Зачем у меня отбирать квартиру? Понятно, что недвижимость всегда в цене и проводя аналогию с детективными сериалами – не состыковки на лицо. Никто никогда не интересовался ни мной, ни моей жизнью. Не было подозрительных звонков и незнакомых личностей… Может это своеобразная лотерея «неудачи». У криминального мира фантазии не занимать и, чтобы разжечь интерес – берут первый попавшийся дом, а потом в барабан загружают бумажки с номерами квартир – какой вытянут – тому и «повезло». В этот раз повезло мне. Печальная улыбка отразилась на моем лице, предвещая скорую истерику – сколько было попыток выиграть в разные лотереи и вот она нашла меня – Госпожа «Неудача».

Погрузившись в раздумья не заметила, как меня внимательно изучают карие глазки маленькой цыганочки. Гадательный табор разместился у нас в городе именно в этом месте. Профессиональных проклинаторов и предсказателей я как-то побаивалась и избегала как могла, подпитывая свои страхи внушаемыми с детства стереотипами, что цыгане – это воры, мошенники и конокрады. Девочка, облаченная в несовместимые по смыслу одежды в виде шифоновой юбки и спортивной зимней куртки, шла в моем направлении с серьезным не по возрасту лицом.

– Что с тобой? – спросила девочка, подойдя ко мне.

– Ничего, все хорошо. – настороженность с моей стороны выглядела явно забавно, так как тело мое превратилось в тугую струну, ожидая от малышки нападения с ножами и вырыванием волос. Сознание подгоняло все наихудшие варианты происходящего, не помогая – а только накаливая атмосферу.

– А у тебя есть, что поесть? – не отступала девочка.

Получив один из ожидаемых вариантов требований, вспомнила об неудавшемся утреннем зажоре и предложила пирожное, как откуп от сглаза и прочих проклятий в мою сторону. Против моего ожидания, цыганочка, получив калорийный подарок, уходить не спешила. Откусив кусочек лакомства, внимательно меня рассматривала. Неужели потребует пальто?

– С тобой явно что-то случилось, – девочка скорее утверждала, чем спрашивала. – я вижу, но не понимаю, что именно – навряд ли хорошее. Вид у тебя потрепанный какой-то. Моя бабушка может помочь, если не решить проблему, то мудрым советом. К ней много, кто ходит, но она не с каждым разговаривает. А я за тебя попрошу – пирожное очень вкусное, – и красноречиво посмотрела на кулек, откуда появился источник радости и чревоугодия ребенка.

Ухмыльнувшись достала второе, предложив находчивой смуглянке. Потеряв бдительность меня потянули в сторону частных домов, граничащих с автомобильной стоянкой. Изба без окон стояла у дороги, слегка покосившись от времени. Темно-зеленый цвет фасадов напоминал о советских временах, когда такая краска была самая ходовая. Кривой забор ограждал двор, оснащенный поленницей и колодцем. Куча мелкого мусора раздражала глаз – о порядке никто явно не заморачивался. Из всего этого выделялся только колодец. Массивная каменная кладка, защищенная деревянной резной крышей, почерневшей от времени говорила об истинном хозяине этого места – источник воды был свят везде. Смотрелось на нем инородно только ржавое ведро.

Девочка по-хозяйски вбежала в приоткрытую дверь дома, показывая мне куда идти. Отсутствие освещения коридора, не давало рассмотреть его более детально видно было только впереди тусклый желтый свет, куда мы и направились.

Посреди большой комнаты с облезлыми обоями и выцветшими шторами стояло кресло-качалка, на котором восседала пожилая цыганка. Под потолком горела тусклая лампочка без абажура. Помещение было заставлено каким-то хламом и вещами, расположенными лишь бы как.

Вопреки стереотипам, цыганка выглядела достаточно просто – темная вязаная кофта и черная шерстяная юбка, большой цветастый платок, наброшенный на плечи. Подняв седую голову в нашу сторону ее глаза оставались неподвижны – она оказалась слепой. Плохое предчувствие заставило искать пути назад и я, даже, начала себя ругать за неосмотрительность. А, если тут живут каннибалы и завлекают к себе вот так – с помощью детей, а потом устраивают праздник живота со свежениной. Однако кроме нас троих тут никого не было и если, что – сбежать я могла.

– Не надо бежать, – негромкий голос женщины напугал меня. Небрежно махнув рукой – указала на топчан с наваленной на него одеждой.

Аккуратно сев на краешек кровати я уставилась в невидящие глаза хозяйки. Малышка устроилась с недоеденным пирожным рядом.

Покачиваясь на кресле, хозяйка закурила сигарету. Мерное поскрипывание качалки вводило в своеобразный транс и немного успокаивало.

– Я тебя не вижу, – сказала она. – ты есть, но тут тебя – нет.

– Не понимаю, – вяло промямлила я.

– Ты не отсюда, – затягиваясь сигаретой, повторила цыганка, медленно выдыхая дым, как будто задумалась о своем.

– Да, нет. Я тут родилась и прожила всю свою жизнь в этом городе, – печально сказала я, уже понимая, что история заготовленная для меня трещит по швам и хорошо, если мне скажут, что у меня есть дети и муж где-то там и прочее… Я даже расстроилась. А, чего ожидать?! А ожидала хоть какого-то спасательного круга в этом омуте событий.

– Не жила ты тут, – продолжила, слегка покачиваясь в кресле, монотонным голосом продолжила вещать. – Ты тут гость и, если, по хорошему – надо тебе возвращаться. А, в общем, это дело каждого – где быть. Раз ты тут – значит, места там для тебя нет.

Было ощущение, что мне загадывают загадки, но мое тугодумие не справляется и требует подсказки.

– Понимаю твое неверие, – ухмыльнувшись, продолжила говорить, – Девочка ты не глупая, но гибкости ума нет и поэтому сама не видишь – ты чужая в этом мире. Ничего странного вокруг не замечала?

– Да, сегодня все странное! Меня не узнают почему-то… да и квартиру забрали.

– Ничего у тебя не забирали.... глупости. Квартира твоя тоже не в этом мире.

– А где она? В каком мире? – голова начала болеть в висках требуя выйти на свежий воздух подальше от этой информации.

– Ты перешла в другой мир – то есть в наш. Он может и выглядит также. Даже люди могут быть похожи на ваших, но это другой мир! На вашем языке – параллельная реальность и попала ты, сюда пройдя линию запрета – грань. И как только умудрилась? Хотя … Возможно все. Кошки дорогу не перебегали?

– Какие еще коты, растерялась я. Только не говорите, что это все затеял наглый кот, который сегодня встретился мне. Но мне не в первый раз перебегали дорогу кошки, но такое случается впервые.– Это же суеверие! – безапелляционно заявила я.

– Если суеверие – тогда объясни, что ты тут делаешь и слушаешь меня? – вытянув шею цыганка ставилась на меня слепыми глазами.

Я призадумалась, если это не так, то как объяснить происходящее конечно, все смахивает на бред сумасшедшего и разум умолял уйти пока реально не свихнулся, но интуиция требовала узнать все более

детально.

– А как вернуться? Кота искать?

Цыганка, раскачиваясь в кресле, шептала себе под нос что-то непонятное, не обращая на меня внимание.

Девочка, встав с кровати, подошла к женщине и заискивающе погладила ее по руке, сказала:

– 

Бабушка, помоги – тяжело ей одной – пропадет. – Повернула кучерявую голову ко мне с лукаво улыбкой, подмигнув ободрила, что все будет хорошо.

– Ищи дорогу в монастырь в деревне Залешки, – там проводник есть. Узнаешь его по ворону на плече. Все – больше помочь нечем. Хотя, – почесав нос грязным ногтем, продолжила:

– Подумай еще раз – надо ли тебе туда? Ждут тебя там? И, если решилась вернуться – не тяни – время это не шутки.

Услышав эту фразу, цыганочка встала и, взяв меня за руку потянула на выход, не дав поблагодарить ее бабушку. Выведя меня на улицу – малышка исчезла, закрыв за мной дверь.

Оказавшись на улице все сказанное, казалось какой-то ерундой. Все было вокруг знакомо и люди обычные – хотя чего я ожидала? Крылатых грифонов или динозавров? Про себя посмеявшись на свою наивность, пошла на остановку, где стоял кофе-автомат. Мне срочно нужен был глоток кофе – иначе отказываюсь что-либо делать.

Расплатившись с машиной, наконец, получила свой любимый – эспрессо и смакуя насыщенный напиток призадумалась, как добраться до заветных Залешек. Начну с того, что раз я на автовокзале – разузнаю есть ли прямые маршруты туда в информационном окне.

Естественно, прямых маршрутов туда не было, а надо было добраться до ближайшего городка Залесье, и дальше на своих родненьких ножках идти всего-то восемь километров. Ноги, почуяв неладное начали напоминать о лимите физических нагрузок на сегодня тянущей болью и отсутствием желания сгибаться, да и вообще ходить. Маршрут до Залесья был только завтра, а это значило только одно – ночевать придется на месте.

Признаться за всю свою жизнь не была в подобных ситуациях. Ребенок я был домашний и тягот и невзгод не знала. Даже стирать белье руками не умела, считая стиральную машину обыденным явлением. А вот как сейчас приперло, что и умыться и поспать не где, никто не бежит спасать тебя и да вообще всем в принципе наплевать на тебя, первый раз столкнулась. Горько подумав, что в своей прошлой жизни видя бродяг или попрошаек не очень переживала за них и их быт. Что едят, где ночуют, а как лечатся? Это были риторические вопросы для меня, не требующие ответа. Жалко, конечно, бедолаг, но что поделать? Судьба такая – сами виноваты.

А вот как только это коснулось меня – проблема зацвела совсем другими красками грязи и холода и безнадеги. Как говориться от сумы и от тюрьмы не зарекаются. Слава Богу, тюрьмы я пока счастливо избежала, то есть убежала. Элементарно переодеться – уже проблема, так как все что на мне – это и есть тот не хитрый скарб, которым я обладала на сегодняшний день. Единственное утешало – курица в пакете, оставшаяся от прошлой жизни. С ней я решила расправиться незамедлительно, так как время обеда уже прошло и мне хотелось поесть. Благо рядом был буфет и, заказав стакан чая и слоеную булочку с творогом, приступила к поглощению калорий. Наевшись до сыта – в запасе осталось больше половины тушки птицы, что тоже неплохо.

Первый шаг

Варя

Поев и пригревшись у батареи на сидении зала ожидания, Варя не заметила, как провалилась в беспокойный сон. Сегодняшний стресс в комплекте с марафонским забегом дали о себе знать – приказав расслабиться и отдохнуть. Если бы ее глаза были открыты – она заметила бы двух парней, которые что-то обсуждали поглядывая на нее. Не сложно догадаться, что навряд ли они решали, как помочь бедной девушке. Тут обсуждались варианты от банального грабежа, до плотских утех. Судьба, явно решив, что достаточно для Варвары размеренной спокойной жизни – подвалить в самый сжатый промежуток времени все возможные пакости, закаляя ее натуру.

Проснувшись от тупой боли в шее, которая затекла так, что голова отказывалась повиноваться и смотрела туда, куда ей было удобно. Варя, не сразу поняла, где находится, временно позабыв все свои сегодняшние злоключения. На улице уже заметно потемнело. Расстроено вздохнув, помассировала онемевший участок тела. Железное сидение – это, конечно не родная постель, где можно уютно устроиться, обняв подушку и укрывшись пушистым одеялом. Правду говорят: «что имеем – не храним, потерявши – плачем». Ничего, я сделаю все, чтобы вернуть свою кровать, чайник и все причитающееся мне по праву!

Настроившись на героический лад, как назло, захотелось в туалет. Встав, оправив пальто и прихватив недоеденную курицу с ридикюлем, с гордым видом направилась на розыски местного клозета, не заметив, как за мной увязались двое парней, соблюдя небольшую дистанцию. Туалет вокзала, по замыслу прошлых архитекторов, находился за стоянкой рейсовых автобусов. Подойдя к двери с аббревиатурой WC, моему разочарованию не было предела, так как табличка «обед», однозначно говорила о недоступности вожделенного места. Как назло, почувствовав отсутствие допуска в нужное место организм начал торопить. Пританцовывая я вспомнила, что большой кустарник был как раз рядом. Это конечно безобразие, но что поделать, когда приперло? Сделав маневр по обходу здания с независимым видом добралась до цели, начав пробираться сквозь кусты для изоляции от посторонних взглядов. Увлекшись процессом – не заметила, как преследующий канвой, решил приступить к исполнению задуманного. Один из мрачных типов схватил за воротник и резко потянул на себя лишая меня равновесия. Шлепнувшись на пятую точку, я подняла взгляд на источник рукоприкладства, мешающих удовлетворению срочных нужд – два парня, один с синяком под глазом, а второй со сломанным носом. Нет уж! Если хотят по нужде, то в очередь – я первая нашла кусты!

Осложнения со зрением не помогали, раздваивая контур нападающих, дублируя их каким-то черным цветом, как будто обрамленные чадящим дымом. Принюхавшись – запаха гари не было. Наверное, у меня сотрясение, осложненное галлюцинациями.

– Слышь, ты! Снимай трусы! – прикрикнул на меня, тот что со сломанным носом.

– Зачем? – удивилась я, – я хочу сама и желательно без свидетелей закончить свои дела.

– 

Ишь разбежалась! Делай, что велят, пока при памяти! – подбоченился второй, осматривая мои ноги и начал расстегивать свои штаны.

Догадка чего хотят эти типы, меня ошарашила. Сердце начало танцевать Канн-Кан, требуя выпустить его наружу, а нога решившая отстоять честь хозяйки непроизвольно зарядила между ног ближайшего насильника. Парень подвывая согнулся, упав на колени начал баюкать атакованное место. Видно, что такой прыти от меня не ожидали и допустили промах. Второй нападающий решительно ударил меня кулаком по лицу, комментируя матерной лексикой.

Сознание начало уплывать, разглядывая хоровод появившихся звезд. Во рту появился соленый вкус крови, мысли затухали, погружая меня в спасительную тьму.

– 

Эй, дамочка.... Ты там, как? Жива?

Некто ритмично постукивал меня по голени. Сознание пыталось вернуться, пробираясь через темноту забытья. Что-то подсказывало – там, в бессознательном состоянии было лучше, чем прибывать в ясном уме и сражаться с жестокой реальностью. Зрение отказывалось помогать, являя нечто размытое передо мной, которое по хамски приводило меня в чувства. Неужели для изнасилования обязательно присутствие меня в сознании? А может я уже не жива… хотя, нет. Как больно… сжав зубы от болевого спазма, постаралась приподняться облокотившись на руки. Начав заваливаться назад, решила другим способом – на бок, а потом на четвереньки и встану.

– 

Что ты там ползаешь? Пьяная, что ли? – брезгливость в интонации зашкаливала.

– Нет – не пьяная. Помочь не желаете? – прохрипела я. Впервые столкнувшись с таким уровнем хамства в свою сторону, злость начала накатывать также бодро, как и тошнота.

Наконец, удалось сесть и осмотреться. Два насильника тихо постанывая валялись на земле, а передо мной стоял, вероятно, тот который их разбросал. Не хотелось в это верить, но это был мой спаситель. На рыцаря он был мало похож, скорее на бандита из лихих девяностых. Образ состоял из черной кожаной куртки, потертых джинс и, естественно, кроссовки Adidas. Как без них? Уже привычно, отцвечивался контур фигуры – приглушенно синий цвет обрамлял мужчину, интуитивно подсказывая некую безопасность, хотя как-то наивно уповать на свою зрительную аномалию, давая характеристику незнакомым людям. Поймав на себе безразличный взгляд, решила отблагодарить пусть и грубого, но спасителя:

– Спасибо, что помогли, – сказала, одновременно проверяя на себе наличие колготок и белья. Вроде все цело, а значит, пока я была в забытье меня изнасиловать не успели. Фух… как гора с плеч. Скинув тонну груза с сердца, которое сегодня приняло на себя и так уж очень много.

– На здоровье, – таким же ровным голосом ответил парень, – Ладно, валила бы отсюда, а то глядишь оклемаются и завершат начатое, – дельный совет прозвучал достаточно разумно.

Учтя сказанное, начала подниматься чуть не заплакав, так болел бок. Поискав глазами сумку, нашла ее затаившуюся в траве. Быстро похромав сквозь заросли куста – вырвалась наружу, наблюдая как дородная дама в спецовке направляется к туалету держа в руке здоровенный ключ. Это, видимо, была управляющая местным клозетом. Решив, что теперь туда надо попасть обязательно, хотя бы для того чтобы привести себя в надлежащий вид, а то глядишь еще местные бомжи примут за конкурента.

Потребовав от меня мзду за вход, вахтерша пропустила меня внутрь сопроводив недовольным: «Мда…»

Увидев себя в зеркале – чуть не разрыдалась. Выглядела, как боец смешенных единоборств только уже после спарринга. Лицо украшала ссадина, разместившись под глазом, а разбитая губа дополнила композицию живописно опухнув и налившись синевой. Кровавая дорожка стекала из уголка рта, угрожая продолжить свой путь украшая красным цветом верхнюю одежду. Прическа соответствовала образу на сто процентов, местами встав дыбом, декорированная пожухлыми листьями и землей. Завершался мой образ оторванным рукавом пальто, который держался на последних двух нитках, угрожая покинуть данный предмет одежды преобразуясь в самостоятельный аксессуар.

Умывшись и причесавшись, намочила носовой платок в холодной воде, для компресса пострадавшей губе. Может отек и не сойдет, но стало намного легче. Процитировав про себя короткое, но такое емкое «мда», решила, что надо добираться до загадочного проводника, как можно скорее, так как враждебность ко мне этого мира зашкаливала.

– 

Скажите, а у вас, случайно, нет нитки с иголкой? – заискивающе обратилась к властелинше ключей и естественно получив раздражительное «нет», обреченно села на бордюр, зависнув на несколько минут уставившись в одну точку – кустарник у входа в платный туалет наперекор осени отказывался менять цвет листвы, демонстрируя сочный зеленый цвет побегов, намекая что примкнул к хвойным, которые и зимой и летом – одним цветом. Отгадка крылась в теплотрассе пролегающей через посадку кустов и заботливо обогревающих насаждения.

Тихо подобрался вечер, обозначив свои права сумерками и промозглым ветром. Начал сгущаться туман и моросить небольшой дождик. В такую погоду хорошо сидеть дома в тепле с кружкой чего-нибудь горячего или горячительного. Всхлипнув от безнадеги, решила прекратить хандрить, так как предстояла бессонная ночь. Заснуть после такого происшествия у меня навряд ли получится, а тем более не хотелось искушать судьбу. Может кто-нибудь захочет покуситься на мой небольшой, но единственный оставшийся у меня скарб – ридикюль и… О боже! Провиант был утерян в суматохе моего неудавшегося изнасилования. Можно, конечно, вернуться на место преступления и поискать, но хорошо подумав, решила, что не стоит так рисковать. Тем более от голода я не умираю, а есть на ночь – вредно. Поднявшись с холодного бордюра, медленно направилась на постоялый двор зала ожидания, мысленно поблагодарив наше социальноориентированное государство за такую скромную, но актуальную помощь для таких как я – без крыши над головой. Прижав одной рукой оторванный рукав пальто, шла, стараясь не сильно светить своим преображенным видом. Бедная моя губа начала поддергиваться стремясь обозначить, что ей одной так досталось и требуя внимания и холодного компресса, который уже нагрелся и временное облегчение от мокрого платка прошло, милостиво уступая дорогу тянущей боли. Хочешь – не хочешь, а начинаешь себя чувствовать героем романа, которого проверяют на прочность жизненные передряги, а он встречает их неумолимым оптимизмом посмеиваясь над наивностью судьбы. Первая часть со мной совпадала, а вот – вторая. Сломить, конечно, пока не получилось, но истерика так просилась проявиться во всей своей красе – затяжным ревом, слезами и криками о такой дикой несправедливости. Живешь – никого не трогаешь, а тебе – на получите, распишитесь.

Будучи образованным человеком, мне слабо верилось в наличие этого самого проводника. Да и вообще все настолько странно и нелогично, что кажется как не странно правдой. Какая-то вывернутая женская логика, над которой потешаются абсолютно все юмористы. Ну и пусть! Уж лучше что-то делать, чем ничего.

Подбодрив себя, что делаю все правильно, нацелилась на уютное местечко около батареи, которая обещала согреть. Зал был почти пуст. Пятеро бездомных были единственными, кто заполнял это помещение. Мое присутствие, к моей радости, никто не обозначил, приняв за опоздавшего пассажира. Мысленно поблагодарив все святых, которые мне помогают – пусть с небольшой задержкой, но я все еще жива, а это важно.

Автобус мой был утром и дождаться его я намеривалась, обдумывая, как и что делать дальше. Но не тут то было, бодрое настрое сменилось тихой дремой – тепло исходившее от радиатора, неумолимо усыпляло и расслабляло. Только прикрыв глаза, почувствовала, что меня что-то или кто-то тревожит. Приоткрыв глаза увидела, как одна из местных бомж-дам пытается умыкнуть мою драгоценность, тихонечко тянув на себя мою сумку. Проснувшись от такого циничного посягательства на мое имущество в нос ударил запах нечистот, который почему-то во сне мне был не заметен. Схватив по крепче собственность, прикрикнула:

– Эй, что это вы себе позволяете? – возмущение зашкаливало, добавляя моему боевому лицу уверенности. Вопреки всему, дамочка не струхнула, а только больше налегла на свою цель, ехидно оскалившись беззубым ртом.

На нас персонал вокзала не обращал абсолютно никакого внимания, решив, что потасовки местных бомжей их мало волнуют, а может это происходит у них постоянно и смысл влезать в грязные драки отсутствовал. Поняв, что помощи ждать не откуда и это все-таки женская особь, я решила отстоять самостоятельно свою поклажу, уверенно дернув сумку на себя, прижав ее к груди, как младенца, намекая, что расстанусь с ней только через мой труп.

–Чего кипишуешь, коза? – фраза, присвоившая мне новый статус домашнего скота, меня не порадовала, так как обозначала, что для данной касты я где-то снизу и считаться со мной не хотят и не боятся, раз так в открытую нарываются на конфликт.

–Гони сумку, по хорошему, а то глядишь и без зубов останешься! – подкрепляя свои слова визуально продемонстрированным разбитым кулаком, бездомная начала медленное приближение. Гнилостный запах от данной особы вызывал тошноту такой силы, что не выдержав ужасного смрада – окатила нападающую эффектной струёй рвоты. Произведя впечатление своим секретным оружием, бездомная валькирия опешила, но не надолго, решив отомстить ударив меня в грудь уже продемонстрированным кулаком. Рука у нее оказалась тяжелая и боль остро прокатилась у меня по грудной клетке, как снаружи от удара, так и внутри от рвотного спазма. Стало так плохо, что я начала задыхаться, согнувшись пополам на сидении.

Кинув на меня взгляд победительницы, дамочка прихватила мою сумку, плюнув мне под ноги, медленно удаляясь к своему напарнику, который наблюдал за сценой издалека.

Не знаю, сколько просидела так в согнутом положении, но пока дыхание не выровнялось и смотреть смогла без слез – я не двигалась. Больше ко мне этой ночью никто не приставал, но это не уменьшало огорчения об утраченной вещи. Не знаю, как я только додумалась билет спрятать, в лучших традициях шпионских фильмов – в бюстгальтер. Такое решение было принято после нападения двух отморозков. Ведь чем черт не шутит, а может случится всякое – и выпасть, и порваться и еще кучу всего. Главное, как ни печально это звучит, что осталось – билет в один конец.

Проведя всю ночь, как на иголках, ожидая любой пакости от местных аборигенов, была измотана так, что уже ничего не хотелось, кроме одного чтобы это все по быстрей закончилось и желательно не моей смертью, что звучит не так абстрактно, а очень даже реально. Попасть в туалет возможности не было, так как последние деньги остались в нагло отобранной сумочке, а это означало, что приводить себя в порядок было негде.

Найдя свое отражение в витрине вокзального киоска – ужаснулась. Перекошенное лицо из-за опухшей губы восприятие отторгало, что это мое отображение. Оторванный рукав сполз на локоть, давая понять, что авангардизм в моем туалете имеет место быть. И самое страшное, что никому и дела нет, что у меня неприятности и я нуждаюсь в помощи, но никто – абсолютно никто не спешит ее предлагать. Проверив наличие билета в чашечке лифчика – пошла на стоянку дожидаться своего рейса.

На платформе людей оказалось не так много. Видно, что данный маршрут не пользовался спросом и ездили им явно из очень большой надобности.

Кидая на меня вопросительные взгляды, добропорядочные граждане недоумевали присутствие меня рядом с ними. Но потом и у них потух интерес к моей особе, приняв за местную сумасшедшую, которая шатается из праздного любопытства.

Утро задалось таким же хмурым, как и я – солнышко было закрыто плотной пеленой туч, промозглый ветер проверял на прочность остатки моего пальто, раздувая полы и проникая глубже под одежду. Задорно чихнув, случайно прикусила многострадальную губу, которая сразу же отозвалась тупой болью, мстя за неуклюжесть своей хозяйки. Живот грустно пробурчал, требуя еды. Кушать, конечно, хотелось, но потерпеть можно было. Как-то по ленте социальной сети видела интервью парня, который хвастался, что голодает уже тридцатый день. Правда, взгляд у него был такой странный, с ноткой безумия и что-то повторить его эксперимент я не очень хотела. Ничего, пару дней поста – это даже полезно. Очистим организм от шлаков, направив его на оздоровление и омоложение. Приободряя себя этим вялым бредом, стало по легче.

За всеми размышлениями незаметно приехал небольшой автобус приглашая пассажиров занять свои места. Предъявив водителю свой заветный билет – прошла на заднее сидение, где никого не было и что делало мое путешествие немного комфортнее.

Однообразие пейзажа, проносившегося в окне автобуса, странно успокаивало, давая минутку спокойствия. Ехать предстояло более семи часов и организм, как некстати, ощущая длительность данного процесса, затребовал еды и удовлетворения естественных нужд. Что поделать? Пришлось идти через весь автобус с просьбой остановки.

Я была бы польщена, если бы на меня обращали внимание так, как сейчас – выгляди я нормально, но в этот раз, когда мой вид вызывал брезгливость и осуждение, видя в моем образе опустившуюся личность, да и еще имеющую наглость затесаться в общество приличных людей, желание было только одно – провалиться сквозь землю. Ну или сквозь дно автобуса.

Поймав на себе примерно тот же взгляд уже у немолодого водителя, который услышав мою просьбу хмыкнул и сообщил, что стоянка будет через полчаса и придется обождать. Да еще через небольшую паузу затребовал предъявить билет, явно подозревая, что я прокралась сюда и еду зайцем. Вздохнув, мне пришлось исполнить его требование. Зачем нарываться на конфликт и навлекать лишние неприятности, когда оные стоят в очереди ко мне вереницей?

Время тянулось так медленно, что создавалось впечатление временной ямы и о вечных муках от ожидания долгожданной остановки. И вот, наконец, дождавшись заезда в небольшой хуторок под оптимистичным названием «Солнечный», я с реактивной скоростью помчалась исполнять прихоти своего многострадального организма.

Дорвавшись до благ цивилизации, пусть и не передовых технологий, но главные вопросы были решены. Побои на фоне таких переживаний уже не казались такими уж и ощутимыми, но выступив на первый план – вопрос о визуальном непотребстве стал, как никогда острым. Все-таки я девушка и такой вид не допустим для приличной барышни, к коей я все еще себя причисляла, наверное, по привычке. Гипнотизируя себя в зеркале, начала умывать лицо холодной водой, стараясь смыть пыль и усталость, навалившуюся на мои хрупкие плечи. Но только вода, набранная в ладони, коснулась моего лица, как по всему телу прокатилась сильная волна боли, как от разряда тока. Подскочив на месте, я испуганно начала осматривать пол туалета, пытаясь найти причину – открытую электропроводку. Не хватало умереть от разряда тока! Но на полу было сухо и оголенных проводов также не наблюдалось. Озадаченная, что причина удара током не обнаружена – обратила свой взор на ладони, которые светились зеленоватым светом. Облачко искрящейся пыльцы окружало мои пальцы и наконец, исчезло через пять секунд, оставляя легкое покалывание на коже. Переведя испуганный взгляд на отражение в зеркале – моя челюсть начала плавно открываться, выражая солидарность с эмоциональным состоянием – в отражении на меня смотрело испуганное лицо красивой молодой девушки с идеальной кожей лица, пухлыми губками и ясными глазами. Почему в моем отражении оказалась эта девица – я не очень понимала, но подняв руку к губам, которые недавно саднили от боли – отражение продублировало мои движения. Абсурдность ситуации зашкаливала – это была я. Конечно, сходство со мной есть, но разительно изменившееся в лучшую сторону. Отражение не давало поверить в увиденное. Решив, что у меня глюк на фоне стресса – я отошла от зеркала, сделав три вдоха и выдоха, как учил какой-то гуру и вернулась обратно, чтобы удостовериться, что все по прежнему и я такая же «красавица» с разбитым лицом. Но упрямое зеркало не собиралось сдаваться, явив снова образ преобразившейся меня. Другая может и радовалась бы такому повороту, а мне стало страшно, решив, что шизофрения все-таки меня настигла и теперь я вижу не только ауру людей, но и излечиваю от ран, превращая их недостатки в идеальную внешность.

Какой кошмар! Хорошо, что мои родители не видят свое чадо в таком состоянии. Растили – растили, а она сошла с ума – какая досада… для большей уверенности, что это не галлюцинации, мной было ощупано все лицо на признаки болевого спазма от ранее полученных травм, но похорошевшая кожа лица героически переносила все издевательства, стремясь отстоять неожиданно полученное улучшение.

Хмыкнув, я расстегнула пальто, чтобы убедиться, что тело все еще мое и изменению не подверглось. Зря, конечно я это сделала, так как только появились открытые участки тела – стало ясно, что лицо это было самое очевидное из всего, чего коснулась трансформация. Цвет кожи приобрел нежный персиковый оттенок, грудь приподнялась и округлилась. Проявился легкий рельеф тела от упругих мышц. Потрогав ранее вялый трицепс руки и не обнаружив на нем такого знакомого жирка, крайне удивилась, так как с ним я сражалась давно и долго, отчаянно отрабатывая в тренажерном зале упражнения по низведению не нужных объемов. Но такого эффекта никогда не могла достигнуть из-за ряда причин, начиная от подлого холодильника, который заманивал по вечерам, до нерегулярных тренировок, которые как назло совпадали с праздниками, больничными и прочими диверсиями по отношению к здоровому образу жизни.

Волнение начало подниматься в груди намекая на паническую атаку. Что происходит на самом деле? У меня открылся дар или это разовый эффект? Можно, конечно так долго стоять и биться лбом об зеркало, убеждая себя, что это все нереально, а лишь результат воспаления моего больного мозга.

Застегнув пальто, стараясь чтобы оторванный рукав оставался при мне, создавая иллюзию целостности композиции, рванула на улицу к автобусу, который благополучно уехал, бросив меня здесь.

Ну, что за черт! А чего ожидать? Водитель, наверно, рад был отделаться от такой вип-пассажирки дав по газам, как только я скрылась из поля зрения.

Матвей

Постояв на остановке возле вывески «Солнечный», закрепленной на пристройке стратегически-важного туалета, в ожидании попутки поняла, что мой автобус – это был час пик в движении по этому пути. Оглядевшись, увидела вдалеке верхушки крыш домиков, затаившихся в зарослях сухого бурьяна, щедро разросшегося в этом месте.

Есть хотелось нещадно и логично, что меня потянуло к людям в поисках сочувствия и пропитания. Настораживало отсутствие населения, зная о жизни в деревнях, что встают там рано для решения насущных проблем домашнего скота: кормежка, дойка, выгул. Все это было почерпнуто из познавательных телевизионных передач и различных сериалов. Сама я никогда не жила в сельской местности и поэтому ориентировалась на информацию, добытую из средств массовой информации.

Дорога по которой я шла, была обычной – не асфальтированной, с легкой посыпкой гравия, уводящая на единую улицу делящую два ряда избушек.

Солнышко, наконец, сжалилось и начало пригревать, даря некую эйфорию от небольшого тепла. Так неспешно шагая в сторону жилищных построек, заметила отсутствие естественного шума сельской местности. Собаки – не лаяли, петухи – не кукарекали. Стояла какая-то зловещая тишина, лишь разбавленная шелестом деревьев. Подойдя к первой избушке – стало ясно, что хуторок малообитаем. Этот домик, как и остальные оказались в заброшенном состоянии. Крыши покосились, фасады почернели, а в окнах отсутствовали стекла. Но, не смотря на отсутствие людей, было ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Страх, что нападут выпрыгнув из-за угла какого-нибудь домика начал нарастать, как снежный ком, напоминая о прошлом опыте хождения по не знакомым местам.

Оптимизм ушел на нет, когда что-то где-то упало, разнеся шум по окрестности. Теперь понятно значение фразы «зловещая тишина», когда хочется все бросить и бежать без оглядки, чувствуя что за тобой началась погоня не с целью расцеловать, а совсем наоборот – убить или еще хуже… Хотя, что может быть хуже смерти?

Ускорив шаг на максимум, я начала движение в конец улицы ближе к роще деревьев. Зачем мне понадобилось пересекать это страшное поселение, когда можно было повернуть назад и по шоссейной дороге двинуться вслед за автобусом, в голову так и не пришло. Наверное, все виной женская логика или ее полное отсутствие. Но задумавшись об этом, было поздно возвращаться, так как преодолев больше половины пути, желания идти добровольно в руки неизвестности совсем не было. Прошло минут десять, но на меня так никто и не напал, но и обнаруживать себя не спешил, а то что кто-то тут обитал – я знала точно. Может он боялся меня также, как и я его – переждать казалось правильным в ситуации, когда не знаешь с кем имеешь дело. Но одно дело, когда ты наблюдаешь, а другое когда за тобой наблюдают и поделать ты с этим ничего не можешь.

Забавно, что желание поесть разом куда-то исчезло, уступив место страху. Плюнув на налаживание контактов с местным населением, я двинула в сторону леса, надеясь что … Не знаю, на что надеялась, но когда страх выключает мозг – остается только инстинкт самосохранения, а он требовал уносить ноги и по скорее, желательно не возвращаться к этим мрачным домам.

– Эй, постой! – кто-то окликнул меня за спиной. Голос принадлежал молодому парню, которому на вид было не больше восемнадцати лет. Быстрым шагом он двигался в мою сторону. Среднего роста, очень худой с сутулыми плечами и обросшей русой копной волос на голове, напоминал какого-то волчонка. Одежда на нем выглядела ужасно изношенной, местами свисала лохмотьями. То, что он был один – это, наверное, единственный плюс из всего положения вещей. Я тоже была одна и где я находилась – не знала, а он был местный. Так что пока перевес был на его стороне.

Решив не искушать судьбу я дала деру, как только могла, ускоряясь в сторону ближайших кустов, которые слишком часто начали участвовать во всех неприятностях связанных со мной. Только далеко мне уйти не удалось, так как Маугли нагнал меня спустя пять секунд. Схватив меня за мой несчастный рукав, окончательно его оторвав – развернул меня к себе.

– Что тебе надо? – закономерный вопрос вырвался у меня достаточно резко.

– 

Встречный вопрос: а ты, что забыла в моем хуторе? – чёрные угольки глаз сверлили меня не моргая, ожидая исповеди и покаяния о покушении на его территорию.

– Я, то ничего не забыла, это меня тут забыли, – кивнув головой в сторону проезжей части указала на место моего прибытия, – автобус уехал, а я осталась. Вот, хотела разузнать, что да как тут, пока не смогу выбраться из «твоего» хутора, – закончила ответ с иронией, но расположения к себе явно не получила.

– Не понимаю, что ты несешь? Что за авто..бус, повозка что ли? – собеседник начинал злиться не понятно по какой причине.

Я, конечно, понимала, что движение транспорта тут очень ограниченное, но для таких вопросов у меня ответ застрял в горле. Какая такая повозка? То есть выбираться надо или на своих двоих или на повозке? Это уже ни в какие ворота не лезет. Так я застряну тут на долго и на нудно. Этот мир и так не очень рад моему присутствию, пытаясь изгнать или точнее уничтожить, чтобы зря время не терять на такую мелочь как я. Зависнув с этими размышлениями, я начала напрягать своего собеседника, который пытался обратить на себя внимание громким сопением.

– Скажи, а переночевать тут можно? – увидев вопросительно возмущенный взгляд парня, решила уточнить, – А потом я уйду и не буду тревожить тебя.

Я, конечно, не знала его, что он за человек и было сверхбезответсвенно просить помощи от незнакомца, но аура подсвечивала светло-розовым оттенком, успокаивая, что личность явно неопасная и склонна к романтизму. Какой еще вывод можно сделать, когда ассоциация с розовым цветом – кукла Барби и зефир?

Его взгляд медленно прошелся по мне сверху вниз, а потом, развернувшись спиной махнул рукой вперед указывая направление куда двигаться.

Ноги в отличие от меня совершенно не хотели туда идти превратившись в два полена, которые не гнулись, но я понимала, что к встрече с диким лесом я еще не готова. А тем более в темное время суток, когда осенью день быстро заканчивается и начинается затяжная ночь. В лесу, скорее всего, обитают дикие звери, которые чувствуют себя намного увереннее в розыске пропитания, которым я легко могу стать.

Мой новый знакомый шел легкой уверенной походкой, не оборачиваясь и не озираясь по сторонам, смотря только себе под ноги, отчего создавалось впечатление, что он что-то обдумывает или просто считает шаги.

Шли мы так не долго – минут пять, не больше, остановившись около избушки, которая ничем не отличалась от других домиков. Такая же ветхая, заросшая бурьяном с темными провалами глазниц окон. Обойдя строение по неприметной тропинке – увидела, что сзади дома есть пристройка, которая напоминала сарай, но из достаточно крепкой древесины. Возле входа стоял топор, устрашая своими размерами. Мысленно помолившись, что бы парень не был маньяком, который вот так просто прибьет меня этим холодным оружием, сглотнула и подошла к массивной двери с вычурными кованными элементами декора. Кленовые листики были так точно выкованы из темного металла, что я невольно залюбовалась ими, будучи падкой на такие дизайнерские детали. Выглядело очень мило, но почему-то инородно, так как все остальное не было столь вычурно. Дверь открывала вход в небольшое темное помещение, которое освещалось лишь светом от открытой двери. Окна вообще отсутствовали. Вся обстановка комнаты состояла из кровати застеленной лоскутным одеялом, стола и небольшой кирпичной печки в углу. Скудный набор посуды украшал грубый деревянный стол. Весь этот бытовой набор объяснял аскетические потребности холостяка. Почему холостяка? Да, потому что будь тут женщина, обязательно присутствовали мелочи, создающие уют и приятную атмосферу, даже в таком жилище.

– Ну, что стала? Заходи, раз напросилась, – пробурчал хозяин, развернувшись ко мне спиной и проходя в комнату.

Если честно, то ночевать с незнакомцем на такой маленькой территории было как-то неразумно. Мне бы любой покрутил у виска пальцем расскажи, что я добровольно – вот так сама напросилась к незнакомому мужчине, неизвестно где ночевать. Будь я девушкой легкого поведения – даже тогда осмотрительность не помешает, если конечно у меня не закат карьеры и закончить я ее хочу эффектно-расчлененной. Встряхнув головой, попыталась прогнать мрачные мысли и настроить себя на налаживание контакта с незнакомцем. Опыта в этом у меня было мало, но все таки я банковский работник и расположить к себе человека, думаю, смогу или хотя бы попытаюсь.

Чтобы пути срочной эвакуации были доступны я стратегически заняла место у входа присев на корточки у стены рядом с печкой. Начался процесс знакомства:

– Меня зовут, Варя, а тебя? – заискивающий тон пришлось убрать, потому что парень как-то странно реагировал на него кидая свирепые взгляды, чувствуя фальшь в голосе. Все-таки я не спецагент и не обладаю актерскими навыками перевоплощения.

– Матвей, – буркнул под нос паренек, усевшись на кровать уставился на меня.

– Что ж Матвей, очень приятно. А ты здесь один живешь? – задав риторический вопрос мне стало как-то душно. Воротник джемпера сдавил горло вызывая приступ кашля. Парень сидел и так же не сводя с меня своего взгляда, а его розовая аура начала приобретать кроваво-красный оттенок. Вот же влипла!

Матвей медленно поднялся с кровати и стал подходить ко мне не нарушая зрительного контакта. Но в отличие от него у меня с этим проблем не возникло и зажмурившись начала оттягивать ворот джемпера, который нестерпимо продолжал стягиваться не давая воздуху попасть в легкие. И как только я закрыла глаза сила напряжения начала спадать. Отчаянно хватая воздух ртом не заметила, как хозяин домика приблизившись схватил меня за шею и продолжил начатое только уже с помощью рук.

– 

Что ты тут делаешь? Говори! – шипение возле моего уха требовало ответы, которые дать я не могла по той простой причине, что начало темнеть в глазах и сознание начало угасать грозя выйти из строя, что и случилось – я погрузилась во тьму, игнорируя ряд вопросов шедших в мой адрес.

Пробуждение оказалось достаточно мучительным – горло нещадно саднило, как будто я несколько часов пропела в караоке. Хрип вперемешку с кашлем дал понять, что я пришла в себя и Матвею, который сидел рядом и не сводил с меня своего взгляда. Комната была тускло освещена каким-то огарком свечи, стоявшем на столе и понять который сейчас час не представлялось возможным. Испугавшись, что сейчас начнется повторное удушение я резко приподнялась на локти и начала отползать от мучителя.

– Зачем ты хотел меня убить? – вырвалось нечто на каркающем языке из моего горла.

– Если бы я хотел – ты бы уже давно умерла. Мне нужны ответы, – Матвей спокойно встал и подошел к столу, повернувшись ко мне – увидела у него в руках металлическую кружку, которую мне протянул, – пей.

– Отравить решил? – с вызовом спросила не став брать подачку.

– Как хочешь, – с толикой безразличия поставил на ее стол.

– Так ты будешь говорить правду или …? – страшная улыбка отразилась на молодом лице превратив в гримасу от которой волосы начали бодрый подъем, придавая прически пышность.

– Какую правду ты хочешь? Я же тебе сказала – я отстала от автобуса, а другого транспорта тут нет и уехать сразу не смогла.

– Что ты несешь? Опять из меня дурака делаешь? – аура начала приобретать рубиновый оттенок, ничего хорошего не обещая.

Вскочив на ноги я рванула к двери. К черту! Лучше сражаться с диким зверьем чем с этим ненормальным. Но, как и следовало ожидать – дверь была заперта. Медленно развернувшись к этому психопату решила, что так просто не сдамся и приложу все усилия, что бы и он получил максимальный ущерб.

– 

Послушай, ты! Еще шаг и я за себя не отвечаю! – решила начать с профилактической угрозы. Все-таки женщина очень опасна, если ее загнать в угол. Поймав на себе задумчивый взгляд садиста – поняла, что можно выиграть время пока он завис и продумать контратаку.

Встав в стойку – «не подходи – убью», приготовилась к нападению негодяя, но будучи нежным городским цветком и не участвуя ни в одной потасовке сверстников не была готова к такому, как подлый удар кулаком в глаз. Реакция и сноровка где-то дремали, а все остальное стойко приняло этот хук с широко раскрытыми глазами. Тихо ойкнув я осела на пол. Видать в этих местах не слышали, что женщин бить нельзя. Злость накрыла меня затмив на время мое сознание. Второй раз за двое суток получить удар в лицо – это уже слишком.

И тут что-то произошло. Мое тело подбросило и окатило волной холода, которая приобретя неоново- синий цвет начала исходить от меня двигаясь с большой скоростью к обидчику. Такого уже он не ожидал, потому что достигнув Матвея накрыло и начало впитываться в тело юноши придавая серо-синюшный оттенок. Гримаса ужаса застыла на его лице, а тело сковывать и потеряв равновесие рухнул около меня издав характерный звук падающего бревна.

Сколько я просидела с выпученными глазами, наблюдая все это светопреставление – не знаю, но придя в себя решила подойти и посмотреть, что с парнем, который лежал неподвижно. Жив или мертв было понять сложно. Потрогав его за руку – почувствовала холодок, но аура свечения от его тела ели-ели, но все-таки присутствовала значит, скорее жив. Что я с ним сделала – не знала и как это исправить – тоже. С другой стороны – уж лучше он чем я. Своя шкура дороже и с этим не поспоришь.

Так успокаивая себя и подумав, что эффект заморозки может отключиться в любой момент и тогда не знаешь, чем все закончится. Скорее всего мне не дадут шанса, поэтому надо как-то обезопасить себя – связав этого боксера. Найдя такой не хитрый, но действенный способ – обнаружила какую-то тряпку в углу комнаты и разорвав на продольные полоски, начала фиксирование конечностей. Процесс, конечно малоприятный и утомительный, да еще и на голодный желудок. Но что не сделаешь, когда жизнь под угрозой? Для верности добавила несколько оборотов при обматывании, мало ли, может ему ничего не стоит разорвать путы. Вспотев и окончательно выбившись из сил, решила немного отдохнуть. Недолго думая, всунула кляп в рот из оставшихся обрезков тряпья, допуская, что проклятиями придушить меня тоже можно. Закончив решать задачу по обездвиживанию, назрела новая – выйти на свежий воздух и найти пропитание.

Подойдя к двери и потянув ее на себя – ничего не произошло. Дверь стоически держала оборону не поддаваясь на мои манипуляции. Осмотрев ее по периметру на наличие скрытого механизма и ничего не найдя облокотилась на злосчастную дверь, которая со скрипом отворилась. Естественно я вылетела из домика, чуть не упав на пятую точку. Ну надо же быть такой дурой! Дверь открывалась наружу, а я ее дергала на себя. Если с такой проблемой, как открыть не запертую дверь я не могу справиться, то что со мной будет, когда появиться более серьезная проблема.

Попав на свежий воздух, стало ясно, что еще не совсем поздно, но уже и не день, а ближе к вечеру. Как можно жить в таких условиях не видя, что происходит снаружи? Посетовав на непрактичность постройки, пошла разыскать что-нибудь съестное. Наличие огородов в таких поселениях никто не отменял. Грядки, расположенные рядом с хибарой Матвея оказались, естественно, пусты. Кто бы ожидал другого? Как-то стало привычным, что судьба демонстрирует мне жирный кукиш чаще положенного и надеяться на такую халяву, как несобранный урожай было достаточно наивно с моей стороны. Но мало ли? С другой стороны, если есть хозяин и есть грядки, даже если они пустые, то значит, вывод напрашивается сам по себе – запасы где-то рядом. Просто надо найти, где их хранят. Ведомая логикой – что поближе, то удобнее, начала поиск склада с провизией, который был окончен с началом темноты. Обшарив все кусты, ямки и подозрительные места, случайно наступила ногой на какой-то деревянный люк в трех метрах от пристройки. Железная круглая ручка подсказывала, что я на верном пути и потянув ее на себя открыла вход в земляной погреб, который выглядел без освещения достаточно мрачно. Вспомнив, что неудавшийся убийца демонстрировал наличие огарка свечи – вернулась в дом, где этот огарок уже истлел, погрузив комнату в темноту. Что ж, будем действовать на ощупь. Есть хотелось нещадно и ноги сами повели обратно за провиантом.

Спускаясь по кривым и скользким ступенькам, обнаружила что глубина погреба оказалось больше моего роста с сырым тяжелым воздухом. Изучать содержимое склада было достаточно увлекательно тем более, когда мотивация берет бразды правления на себя. Сначала наткнулась на что-то большое в стеклянной таре, но из-за габаритов – вытащить наружу не смогу. Дальше были какие-то емкости с клубнями и угадав по форме морковку, взяла четыре штуки, чтобы незамедлительно приступить к утолению голода. Можно было, конечно еще побродить и поискать съестное, но и этим пока можно подкрепиться. А потом поискать свечу или фонарик – это как повезет и разжиться более калорийным запасом.

Выбравшись наружу, пока окончательно не стемнело, направилась в хижину проверить как там мой связанный арестант и обзавестись осветительным снаряжением. Войдя внутрь постройки увидела презабавную картину, как связанный по рукам и ногам Матвей изображая гусеницу пытался доползти до стола. Как я была права, что додумалась связать этого негодяя, а то глядишь лежала бы где-то в кустах испуская последний вздох. Хмыкнув, взялась за его ноги и начала тащить в противоположную сторону от цели, услышав возмущенное мычание. Не смотря на тщедушность фигуры, Матвей оказался тяжелым и

тащить, да и еще против его воли было затруднительно. Парень брыкался всем телом давая понять, что просто так сдаваться не намерен.

Плюнув бороться с ним, решила поискать чем осветить помещение, ведь оставаться с ним наедине в темноте, то еще удовольствие.

Подойдя к столу, попыталась поймать освещение от заходящего солнца проникающее в открытую дверь. Неприхотливость быта парня поражала: тарелка, ложка и кружка, которую, мне ранее предложил, не давала повода усомниться, что живет он тут один.

Огарок свечи был на фарфоровом блюдце, скорее всего ранее принадлежавшему сервизу, а теперь гордо неся службу осветительным прибором. На столе и под столом больше свечей не было. Понимая, что одной свечой не обойтись в зимний период, запас просто должен был быть – начала поиски под кроватью, где кроме пыли ничего не нашла. Дальше обойдя комнату, нашла какой-то странный сундук, которых в жизни не видела. Только в сказках для детей снятых в далекие советские времена. Он был большой и пузатый, отделанный кованными деталями и раскрашен красной эмалью, которая местами уже истерлась. Но все равно данный предмет мебели был красив своей аутентичностью. Еле подняв его крышку, обнаружила ворох ветхой одежды, которой явно дорожили. Пятьдесят оттенков серого – так можно назвать цветовой ряд одежды, преобладающий в гардеробе Матвея. Округлив глаза – я обнаружила двойника моего рукава от пальто, ранее покоившегося на двух нитках, но на мне. Тут же лежал большой моток шерстяных ниток со здоровенной цыганской иглой. Как кстати, подумалось мне и кинув взгляд на то место где ранее висел многострадальный рукав пальто увидела пропажу. Видать, ушлый хозяин решил расширить ассортимент тканевых обрезков моим кашемировым рукавом. Вот ведь ворюга! Должно быть прибрал его пока я валялась на полу без сознания.

Приятная находка для починки одежды подняло настроение, пока не убедилась, что и тут свечей нет. Посопев над мини-гардеробной аборигена, закрыла крышку и осмотрелась, где еще может находится свечной запас. Вспомнив про люк в огороде на ум пришла идея поискать аналогичный в полу. Уже почти стемнело и было плохо видно, но делая логическое умозаключение, что люк навряд ли под столом и под кроватью, а там я уже побывала, значит это где-то в центре комнаты. Опустившись на колени, начала ползать в поисках прорех, которые указывали бы на наличие тайника.

Что значит подкованный ум, воспитанный на детективных сериалах! Я его отыскала. Подковырнув его ложкой, вскрыла потайное место где, лежали мои заветные парафиновые свечи, ровненькие и гладенькие. Я так рада была находке, что не подумала, чем мне их поджигать.

За всей моей операцией мрачно наблюдал спеленованный Матвей. Бедный, у него чуть приступ не случился, когда увидел как я использую его драгоценную ложку, округлив глаза на максимум, начал брыкаться исполняя замысловатый танец брейк. Видать тут это была редкая вещь и испортив её, аналог уже вряд ли найдешь. Металл можно и выпрямить. Ничего страшного, немного погнула – но это не беда.

Парень чуть не заплакал, когда увидел деформацию своего столового прибора. Удостоверившись, что руки и ноги также крепко связаны, решила поискать чем разводит огонь хозяин, на минутку задумавшись – раз тут все так аномально, может взглядом поджигает или заклинанием… Нет, рот я ему открывать не хочу. Решив изучить нишу в полу более тщательно, обнаружила какие-то странные монеты, похожие на золото, стопку карт со странными рисунками и какие-то черные камушки, похожие на кусочки угля. Повертев в руках находку, решила испытать удачу и ударила камень о камень в надежде, что появится искра. Но камушки, как маленькие магниты не хотели даже соединятся усердно отталкиваясь друг от друга. Только случайно перевернув их другими гранями – соединились выдав сверху небольшое пламя. Я чуть не захлопала в ладоши от радости и преисполненная гордостью за собственную смекалку подожгла одну из свечей, заранее установив на специальном блюдце. Мягкое свечение залило комнатушку порадовав глаз пропавшей темноты.

Даже в таком месте, как этот закуток жилья приобрёл некий уют, конечно в стиле лофт.

Связанный парень лежал, уперев взгляд на меня ища сочувствия или мне это просто показалось. Возможно моё женское сердце просто не может долго держать зла, даже на того кто ещё недавно украсил меня новым синяком под глазом. Что ж, я конечно, не кисейная барышня, чтобы просто взглядом разжалобить, но понимала в таком положении Матвей долго не выдержит и надо что-то придумать.

Взяв одну морковку и протерев её от грязи, так как водопровода и в помине тут не водилось, вцепилась в неё зубами жадно глотая сладковатый сочный овощ.

Вот что значит голод. До этого момента я его не знала и те марафоны диет не сравняться с реальным чувством, когда плевать на все объёмы тела, которые казались лишними. Важно стало лишь одно – не протянуть ноги от нехватки калорий.

Умяв подряд две больших моркови – наконец, почувствовала полноту желудка. Но не все так просто. Один раз икнув поняла, что морковь не собирается оставаться в моем желудке и требует срочно выйти. Выбежав на улицу пришлось опустошить желудок. Слезы потекли из глаз ручьём. Что происходит? Есть хочется, а доступная пища не усваиваться. Неужели придётся готовить еду на печи или в печи, я уже не знала. В моем мире в любой незнакомой ситуации можно было загуглить вопрос, на который был целый ряд ответов. Выбирай, какой нравится. На сегодняшний день такой роскошью, как Интернет, я не располагала и поэтому единственный источник нужной информации валялся связанный на полу, сверля меня недобрым взглядом.

Взвесив все за и против, было принято решение вступить в диалог с лежачей стороной, но предварительно обезопасив себя каким-нибудь тяжелым аргументом и таковым я выбрала чугунную кочергу.

Если подумать, то топор выглядел более внушительнее, чем кочерга. Но я не убийца и не собиралась размахивать холодным оружием имея шанс довести дело до смерти паренька.

Прихватив увесистый чугунный аргумент, вернулась домой для налаживается партнёрских отношений.

Матвей скосил взгляд на меня, потом на ключевой аргумент в моих женских руках и сделал свой вывод – конец пришёл его недолгой жизни.

Протестующие замычал и начал двигаться в противоположную от меня сторону.

– 

Тише! Я хочу с тобой договориться. Если ты согласишься мне помочь я развяжу тебе ноги и рот. Если – нет, оставлю тебя тут связанным, а сама уйду.

Пауза была недолгой. Сдвинув густые брови ища подвох и что-то начал мычать, явно намекая на освобождение речевого аппарата.

– 

Имей в виду, если я вдруг почувствую, что ты мне угрожаешь – применю вот это. – и потрясла перед носом металлической палкой. – Кивни, если согласен.

Обречённо опустив глаза Матвей кивнул.

Мне было, конечно, страшно освобождать того, кто легко меня вырубил даже не чихнув. Стараясь избегать зрительного контакта начала снимать верёвки с ног. Заняло это намного меньше времени, чем завязывание, но только освободив конечности от пут, как ноги странно развалились в неестественном положении. Сообразив, что скорее всего они онемели – немного обрадовалась, так как боялась захвата ногами, как у монахов монастыря Шаолинь.

Подойдя к голове Матвея, аккуратно начала освобождать рот от так хорошо утрамбованных тряпок, еле успев убрать палец, который он чуть не прикусил. Неодобрительно цыкнув в сторону арестанта, отошла на небольшое расстояние наблюдая, что он будет делать.

Немного полежав на боку, юноша приподнявшись на локте сел у стены, разминая ноги вращая ступнями в разные стороны.

– 

Ты, наверное, ненормальная так издеваться над людьми. – первое сказанное им – меня порадовало, как если бы омоновец сказал ребёнку, что тот дико опасен для общества. – что ты хочешь от меня?

– 

Для начала мне нужна еда и вода. Где ты берёшь пропитание?

– 

Готовлю сам, а вода из ручья. Он тут не далеко протекает.

– 

Понятно. Надо что-то приготовить для нас двоих. Что предложишь?

Хмыкнув парень смерил меня ироническим взглядом.

– Это странно, когда женщина просит помочь приготовить еду.

Стереотипность мышления мужского населения была везде одинакова. Женщина – готовить, мужчина – добывать.

– А, что сама никак не сможешь? – насмешка уж очень явно граничила с презрением.

Но, если он думал, что мне зазорно попросить помощи, то зря. Я никогда не обладала завышенной самооценкой и знала, когда нужно попросить о помощи, а когда не стоит.

– Не смогу, поскольку не знаю, как топить печь. Да и с посудой у тебя туго.

Немного поразмыслив, наконец решил ответить, издав такой вздох, как будто я приставала с такой ерундой каждый день всей его долгой жизни.

– Что ж сходи за водой. Ведро за дверью у входа. Ручей протекает за огородом в метрах пятидесяти на прямую. Принесёшь воду – дальше поговорим.

– Э, нет! Ты теперь ходить можешь и поэтому идём со мной. Заодно и ведро поднесёшь. У тебя хоть руки и связаны, но хватать могут. А так, мне спокойней будет, когда ты в поле зрения.

Тяжело сопя Матвей начал подъем на ноги и чуть не упал. Наконец, твёрдо встав на две ноги, пошёл вперёд меня, гордо демонстрируя, что не боится и может, даже не смотреть, чем я там занимаюсь за его спиной.

Даже, как-то подрасстроившись, отсутствием должного опасения с его стороны – понуро двинулись вслед на поиски ведра.

Его не было видно только потому, что дверь отрываясь наружу, закрывала собой эту ёмкость и если ты сразу его не увидел, то становится загадкой чем черпать драгоценный ресурс по утолению жажды. Можно, конечно, и кружкой натаскать – но это уж слишком.

Гремя железным ведром мы двинулись в темноту на розыск того самого источника воды. Шли молча. Я от напряжения и ожидания подвоха от Матвея. А он, скорее всего, от нехорошего ко мне отношения. Ну не вышло у нас наладить доверительное отношения. Очень тяжело верить человеку, который вот так душит, а потом ещё избивает. Есть, конечно, женщины, любящие кое-что погорячее, но к ним я не отношусь. Я более традиционных взглядов. Мужчина, как минимум, должен быть учтив и галантен, с чувством юмора и… Ну так можно долго перечислять. Смотря на что претендуешь.

Так в молчании дошли до небольшого ручейка. Вручив заветное ведро мужчине направила ход действий – раз ты добытчик, тебе и добывать воду. Мне было не тяжело это сделать самой, но инстинкт самосохранения требовал держать этого персонажа в поле зрения.

Всё-таки даже тщедушный парень намного сильнее обычной женщины. Полное ведро воды в его руках казалось таким лёгким и не значимым, когда понимаешь, что там не меньше пятнадцати литров, а это достаточно серьёзная ноша.

Напрягшись ещё сильнее, старалась продумать план поведения с таким загадочным и оттого опасным для меня субъектом.

Дойдя до дома, Матвей аккуратно поставил ведро возле печи и кинул на меня вопросительный взгляд.

– 

Что? – выдала я, не понимая что он хочет.

– 

А, то! Дрова надо бы принести.

– 

Так в чем проблема – сходи и принеси. Я тут не местная и не в курсе, где дрова.

– 

Твоей наглости нет предела, тебе кто-нибудь говорил об этом?

– 

А, что ты предлагаешь? Я пойду за дровами, а ты дверь на засов и гуляй отсюда. А на дворе ночь и рисковать собой совсем не хочется.

– 

Считаешь, что я для тебя не достаточно опасен?

– 

Опасен. Я не спорю, но с тобой можно справится с помощью вот этой волшебной палочки, – и потрясла перед его физиономией кочергой.

Хмыкнув куда-то в сторону, Матвей двинулся на улицу, естественно в сопровождении меня.

– 

Ну, раз ты такая умная – на неси. Мне со связанными руками тяжело набрать нужное количество дров.

Разделив на равные части ношу, проследовали к печи.

Там уже пошло дело быстрее. Загрузив поленья внутрь печи, парень зажег угольками огонь и начал затапливать печь. Упустив из виду то что огонь может легко прожечь тряпичные путы я не заметила, как пленник освободился от веревок, резко развернувшись в мою сторону и поймав меня врасплох прижал локтем к стене.

– 

Вот теперь посмотрим, что ты можешь без своей волшебной палочки, – злорадство сочилось из его слов, словно тот ручей.

– 

А ты, я смотрю не учишься на своих ошибках… – кто-то прошипел холодным отстраненным голосом. Это был не мой голос, но произносился мной. Ощущение, что мое сознание наблюдало где-то рядом за происходящим.

Паренек как-то напрягся, но хватку не ослабил, а наоборот – усилил.

– 

Глупец… У тебя был шанс.

Произнеся последнее слово начался треск моих костей. Какая-то сила выходила, а скорее толчками начала выплескиваться из меня. Тугая волна силового поля оттолкнула Матвея, впечатав в соседнюю стену комнаты.

– 

Сдохни, тварь! – Услышала снова странный голос.

Увиденное меня потрясло до глубины души. Онемевший парень с перепуганным выражением лица смотрел не отрываясь, как луч света вышедший из моей ладони, полетел прямо ему в сердце. Тихий стон и обмякшее тело – это все, что осталось от заносчивого мальчишки.

Смерть Матвея для меня оказалась той самой последней каплей, которая сдвинула мою психику куда-то в бок. Ошарашено уставившись на неподвижное тело мальчишки, у меня еще теплилась надежда, что это был паралич, как в прошлый раз. Но где-то на подсознании я понимала, что это не так и парень просто умер. Ну, как просто – не просто, а из-за меня.

Приступ самобичевания подкатывал с разных сторон, но я ничего не могла с собой поделать стоя в ступоре и рассматривая результат неуправляемого дара, если так можно назвать нечто, контролирующее мои сверхъестественные способности. Сделав шаг вперед, осторожно присела на корточки развернув лицо Матвея к себе. Остекленевший взгляд разрешил все вопросы, связанные с его жизнью или точнее ее отсутствия. На всякий случай, проверив дыхание и не обнаружив его, все надежды разом рухнули.

Вот я и стала убийцей. Чувствуя себя опустошенной, мрачно посмотрела вокруг себя, ища способ отвлечься и чувствуя, что приступ паники где-то застрял на повороте и стремглав несется порадовать меня всей полнотой эмоций.

Сделав глубокий вдох и выдох, решила выйти из помещения, чтобы прийти в себя. Если честно, не думала, что после убийства можно так спокойно себя вести. Наверное, это было своеобразное проявление шока. Но несмотря на внешнюю невозмутимость внутри меня начинался пожар. Решив не пускать его дальше, постаралась отвлечься, рассматривая звездное небо над головой. Холодный ночной воздух обдувал лицо, холодя новый синяк на лице.

– 

Так скоро я привыкну к побоям. – горького усмехнувшись сказала вслух. Слова прозвучали как-то незнакомо и отчужденно, чем-то напоминая, тот самый голос, который исходил во время схватки с Матвеем. Прочистив горло, решила проверить правильность моих предположений, что и голос затронула моя трансформация.

– 

Когда же все это закончиться? – удивленно приподняв брови поняла, что от звонкого девичьего голоса мало, что осталось. Голос был с небольшой хрипотцой и более глубокий. Таким разговаривали роскошные дамы в триллерах, заманивая наивных мужчин в свое логово для скорой расправы. Темнота была настолько густой, что рассмотреть пространство вокруг себя было не реально. Но одно не осталось незамеченным. Проявился цвет моей ауры. Глубокий бирюзовый цвет, плавно переливающегося искорками. Взмахнув руками в воздухе, увидела небольшой шлейф зеленого оттенка который, ореолом сопровождал каждое движение. Искорки плавно отделялись от света, улетая как светлячки, даря загадочность и мистический настрой.

В кого же превращаюсь? Судя по наклонностям я, скорее всего, напоминала кикимору, но никак не фею. Пусть, внешность моя была достаточно приемлемой, но поступки начали напоминать о нечисти. Ладно, сложив положительный и отрицательный аспект, присвою себе статус ведьмы. Они бывают смазливыми, но вредными для жизни тех, кто их обижает. Ведьма Варя – забавно звучит.

Что теперь делать и куда двигаться – я не знала. Наименьшее из зол это двинуть пешком по шоссе, по направлению сбежавшего от меня автобуса.

Взяв кружку с водой решила перевести дух подышав свежим ночным воздухом на пороге дома.

Вдоволь надышавшись я начала подмерзать, все-таки не июль на дворе. Вернувшись в комнату, которая успела нагреться от растопленной печи, кинула взгляд на неподвижное тело Матвея. Что-то сильно сжалось в груди и горечь содеянного опять норовила взять бразды в свои руки и заставить впасть в истерику. Я, конечно, с удовольствием. Ведь выплеснуть эмоции нужное дело, но будучи достаточно рассудительной, решила повременить, а то тут можно застрять надолго, а мне этого вообще не хотелось. В этом хуторе все настораживало, было чужим и страшным. Адекватной причины этим ощущениям я найти никак не могла, но не доверять себе было бы глупо.

Взяв труп за ноги и поднатужившись, начала тянуть в сторону выхода, решив захоронить парнишку в огороде. Пока волокла Матвея в его последний путь, так и не придумала чем копать могилу. Взмокши и задыхаясь от непривычной работы, решила передохнуть и меня осенила гениальная, но не очень приличная мысль. Хотя, если я решила стать ведьмой, то идея казалось не такой уж неприличной для такой как я. Зачем горбатиться и изображать экскаватор, когда есть уже очень даже неплохое место в виде землянки с припасами. Вспомнив захоронения египетских фараонов с драгоценностями, слугами, едой и прочим, дадим Матвею шанс блеснуть на том свете, предоставив с собой в загробный мир, весь заготовленный им же провиант. Порадовавшись, что выходит даже очень неплохо и перед усопшим я как-бы загладила свою вину.

Однако бросать столько нужного для меня питательного пайка не хотелось. Надо бы изучить все тщательно и немного взять с собой в дорогу, а то мое второе я, которое так рьяно отстаивает мое право на жизнь, начнет охоту за крупным лесным зверем. А я к этому совсем не готова. Пока можно и вегетарианской пищей обойтись.

Кряхтя и отплевываясь от пота, который пытался охладить мой пыл, еле-еле дотащила бедного Матвея до места назначения. По хозяйски уперев руки в бока изображая самовар решила, что надо бы сходить за свечой для детального анализа припасов в погребе.

Оставив труп, отдохнуть от моего внимания у люка, сходила за огарком свечи, который тоже как бы намекал, что не вечен и скоро истлеет. Оперативно спустившись в хранилище пропитания уже при свете увидела мутную белую жидкость в большой прозрачной бутылке. Что там меня мало интересовало, так как располагала чистой водой, а прочая подозрительная субстанция была без надобности. Дальше шли стеллажи с корешками и пучками сухих трав, понюхав которые поняла, что это вроде ромашка и мята. Поодаль находились ящики с корнеплодами. Всунув свой любопытный нос, не увидела ничего нового: картофель, морковь и свекла, были самыми опознаваемыми из всего, что было собрано про запас. Были еще другие клубни, но такого я еще не видела и поэтому решила, что и первых трех популярных у нас овощей хватит для скромного пропитания.

Набрав по чуть-чуть овощей и прихватив по небольшому пучку мяты с ромашкой, решила подниматься наверх. Матвей пустыми глазами уставился на меня, которая грабила его будущее место захоронения.

– 

Ты, уж извини, но там еще много осталось. Тебе хватит, – ободряюще заверила мертвое тело. Равнодушный взгляд ничего не говорил, а значит и его все устраивало.

Разложив припасы на столе, решила вернуться и закончить процесс захоронения. Тащить вниз оказалось проще чем по горизонтали, как будто тело само хотело наконец отделаться от меня. Уложив его аккуратно вдоль полок закрыла глаза усопшему и вздохнув поднялась наверх, плотно закрыв крышку так называемого саркофага.

– 

Земля тебе пухом… – ничего умнее не придумав прошептала, стоя над захоронением и тяжело вздохнув вернулась в пристройку.

Предстояло заняться готовкой пропитания. Благо ведро воды осталось на месте и сварить изъятые овощи было пара пустяков. Здоровая кастрюля висела под потолком над печкой, до которой дотянутся была та еще задача. Если бы мой рост был выше ста шестидесяти пяти сантиметров, тогда другое дело. Но и это решаемо. Подтащив обеденный стол к печке и благополучно забравшись на него – кастрюля перестала быть вне зоны досягаемости. Взгромоздив ее на печь, положила туда все овощи, которые были в моем распоряжении. Сырыми есть их нельзя, а вот отварные можно потреблять на протяжении нескольких дней. Скорость моего передвижения к пункту назначения, я решила не предугадывать, так как мой случай был уникальный и анализу с прогнозированием не подлежал.

Пока варились овощи решила зря время не терять и подлатать многострадальное пальто. Зажгла новую свечу, приноровившись пользоваться этими странными угольками. Достала украденный у меня рукав и моток грубых шерстяных ниток. Изучив толщину оных я в восторг не пришла. Продеть их сквозь кашемировую ткань будет достаточно проблематично. Но трудности перестали меня пугать, махнув на них рукой, начала приделывать оторванную часть.

Закончив работу заметила, что длинна рукава стала меньше за счет моих рукодельных манипуляций. Конечно, выглядело не ахти и скорее смахивало на какой-то авангардный экземпляр коллекции новомодного кутюрье, но цель была достигнута «блудный сын» в виде рукава вернулся на законное место. Теперь холод не так страшен и поддувать не будет.

Недолго поразмыслив решила заняться мародерством в отношении свечек, угольков, да и деньги не помешают, даже такого странного вида. Может они вообще из ценных металлов, которые всегда были в цене. Вопрос заключался в другом куда это все сложить? Сумки нет, а и у хозяина ничего подобного не видела.

Наметанный глаз прошелся по всей комнате зафиксировав кровать, где спокойно, никого не трогая лежала дохленькая подушка. Она была настолько истощена, что ее не сразу заметила. Подойдя к виновнице моего интереса и рассмотрев тот чехольчик, который исполнял функцию наволочки, поняла, что шоппер из него не очень прочный получится и тащить в нем достаточно увесистый провиант будет проблематично. А вот сама подушка была сшита из крепкой льняной ткани. Не долго думая я ее разорвала по шву и выпотрошила скудный пуховой наполнитель на кровать. Такой кавардак еще не видела эта комнатушка. Я же не сильно заморачивалась на такие мелочи, как порядок, поскольку возвращаться сюда не планировала, да и вряд ли кто-то захочет наведаться в засекреченное место жительство одинокого парня. Приладив две ручки, сделанные из бывшей наволочки к бывшей подушке, получила в результате неплохую котомку в стиле шестнадцатого века.

Пока я мастерила, овощи успели свариться и наполнить небольшое помещение ароматом пищи. Так захотелось есть, что не передать словами. Рот моментально наполнился слюной и требовал своей доли.

Не став экспериментировать, в первую очередь пошла картошка. Питательный крахмалистый клубень для меня был вроде амброзии. Медленно пережевывая ее, наслаждению не было предела. И даже ключевая вода была лучше всех напитков, испитые мной за всю жизнь.

Желудок благодарно наполнился и успокоился, дав минутку счастья на фоне всех катаклизмов произошедших со мной за такой короткий промежуток времени.

Откинув одеяло на кровати, решила немного вздремнуть. Ведь утро еще не скоро, а все поставленные на вечер задачи были выполнены. Ложе, конечно, не отличалось ни удобством, ни наличием ортопедического матраса, но было все-равно приятно лечь и вытянуть ноги, даже на такое. Не передать словами, все блаженство принятого положения. И где та постоянна бессонница, которой я страдала тогда еще – в своей уютной кроватке, ворочаясь с боку на бок в поисках удобной позы для сна. Растянувшись на этой доске, обтянутой мешковиной я моментально провалилась в глубокий сон.

Снились мне молодые папа и мама, играющие со мной на лужайке большого поля. Было лето, воздух наполнен ароматами трав и луговых цветов. Бабочки весело порхали с цветка на цветок, радуя многокрасочной расцветкой крылышек. В душе поселилась радость и спокойствие. И тут резко все поменялось, стало холодно. Тучи закрыли солнце, а родители замерли смотря куда-то вдаль. Вдруг мама развернулась ко мне и говорит в ее глазах была темнота.

– 

Убийца! – закричала она, – ты не моя дочь! Моя дочь не может быть убийцей! Убирайся отсюда! Прочь!

Отец молча стоял, даже не повернувшись ко мне.

– 

Нет, мама, это не я.. Не я… Я не хотела… – меня охватило отчаяние. Упав на колени я горько зарыдала. Ведь так тяжело остаться одной, никому не нужной, даже своим родителям.

Вскочив в постели меня продолжали душить слезы. Это был сон, просто сон. Но даже там мне не было места. Стало так тяжело на душе, что не хотелось вообще ничего. Ни идти куда-то, ни искать того самого проводника.

Посидев еще немного, приходя в себя после такого сновидения, решила сходить на ручей освежиться, заодно развеяться от тяжелых мыслей, которые как плотный ком уселись в голове и не собирались покидать.

Удивительно, но создалось впечатление, что именно эта местность нагнетала. Унылость пейзажа, заброшенные дома, отсутствие вообще каких либо животных. Я не про домашний скот, но хотя бы собаки, кошки и даже крысы должны были быть. Пройдя уже знакомой тропой к ручью, попутно расчесывая свои волосы рукой – других вариантов на данный момент у меня не было. Покойный Матвей, судя по его шевелюре, не очень заморачивался по этому поводу, а моя расческа была похищена с сумкой. В век высоких технологий и искусственного интеллекта в угол загоняет такая мелочь как отсутствие приспособления для приведения волос в порядок. Вот тебе и бессилие современных людей. Летаем в космос, а расчесываться нечем.

Изобразив на голове творческий беспорядок, который хотя бы был зачесан в одном направлении, решила приняться за водные процедуры.

Потрогав опухший глаз, который как-то отошел на второй план из-за отсутствия зеркал – приуныла. Не зная, как получилось в прошлый раз избавиться от ушибов, решила повторить ритуал шаг за шагом с надеждой на удачу.

Наклонившись над потоком воды и зачерпнув немного ладонями, начала умывать лицо. Но никакого электрического разряда не почувствовала.

Проверив наличие синяка и удостоверившись, что он все еще со мной, печально вздохнула. Как эта регенеративная магия действовала – я не знала.

Если честно, то после всего произошедшего меня стало мало волновать наличие синяков, главное -

остаться в живых.

Правда, хотелось бы знать как управлять той загадочной энергией, которая появляться сама по себе.

Закончив с гигиеническими процедурами и тяжело вздохнув, вспоминая свою беленькую ванную, наполненную ароматной пеной и теплой водой, и та

нега, растекающаяся по телу расслабляя каждую частичку тела. Зависнув, как зомби уставившись в одну точку, утонув в воспоминания и те ощущения,

которые были доступны всегда, а теперь по иронии судьбы из всего доступного есть только этот ручеек. И на том спасибо. А, если допустить, что и его бы не было? Так что я еще очень даже не плохо устроилась.

Взбодрившись, решила заварить тонизирующий напиток из реквизированных трав и заодно немного подкрепиться, перед дорогой.

Паленья за ночь успели истлеть и поэтому пришлось заново проводить ритуал растопки. Благо это не так тяжело, когда один раз уже видел процесс.

Получился приятный терпкий напиток, который придавал сил не хуже моей любимой арабики. Позавтракав, почувствовала себя на выше среднего и готовой встречать новый день в полном вооружении.

Собрав свой нехитрый скарб вышла на улицу. Наполненная энергией, пошла в сторону шоссе. Идти по знакомому пути было намного приятнее, чем убегать от незнакомых неприятностей и поэтому дорога не казалась такой мрачной, как вчера. Вот уже и дошла до знакомых зарослей пожухлых сорняков, а вот и она – моя дорога, по которой опустив голову, шагал мальчишка в куртке и спортивных штанах, по размеру больше его самого, наверное на три размера.

Торчащие белые волосы придавали мальчишке задиристый вид.

– 

Привет! – крикнула ему предполагая, что скорее всего он местный и поможет выбраться.

Мальчишка остановился и, как-то испуганно на меня уставился.

– Здравствуй! Я тут немного заблудилась. Не подскажешь, как добраться до Залешек? – придавая максимум мягкости в моем новом голосе и стараясь не спугнуть расписным лицом так удачно встретившегося мне паренька. На вид ему было не больше десяти лет и меня успокаивало хотя бы то, что вроде бы опасности не представлял. Хотя кто его знает. Все тут шиворот-навыворот

– 

Залешки… Залешки… Не знаю такой деревни, – неуверенно произнес мальчишка.

– 

А сам ты откуда? – задав закономерный вопрос я будучи взрослой и озадаченной, что делает возле нежилого хутора ребенок да и еще один.

– 

С хутора, откуда же еще? – ответил с возмущением мальчик. – "Солнечный" и махнул вдоль дороги рукой, явно намекая направление, где располагался оный.

Тут уже я начала потихоньку тормозить:

– 

Как "Солнечный" там? А это тогда, что? – и головой махнув в то селение, откуда недавно еле живой выбралась вопросительно посмотрела на паренька.

– 

Откуда? – протянул вытягивая голову пытаясь разглядеть на что я указываю. – Так, там лес. В лесу нет хутора. – тихо ответил мне.

– 

Но там дома и остановка тут.

– 

Какие дома? Там пустошь и лес, а домов там в помине не было. – Опять махнув в сторону дороги указал паренек. Обернувшись и удостоверившись, что крыши домов видно и отсюда, озадаченно уставилась на пацаненка, который уже рассматривал меня.

– 

Ладно, – не стала спорить с потенциальным провожатым, – Можешь отвести в свой хутор? Мне помощь нужна, что бы добраться до Залешек.

– 

Идем, все-равно мне туда. Вместе веселее, заодно расскажешь кто тебе фингал поставил, – задорно подытожив зашагал вперед по дороге.

Кинув последний взгляд на место нешуточных страстей, последовала За мальчишкой, надеясь, что все беды уже позади или, хотя бы, у них будет небольшой перерыв.

В пути до хутора мальчишка, которого звали Иваном, развлекался расспрашивая меня про разное-интересное, что только может интересовать в таком возрасте, то есть про все. От того "кто меня украсил синяком под глазом", до "почему солнце светит". Конечно на уровне взрослый-ребенок я объяснить могла все, но когда начинали заваливать уточнениями – пасовала. Откуда ж я знаю? Молекулярный ряд частиц в веществе и прочая подобная информация пряталась у меня глубоко в мозгу, а возможно ее там и не было вовсе. Но все равно не хотелось ударить лицом в грязь перед пацаненком и с умным видом начинала витиевато объяснять с включением непонятных терминов. Со стороны звучало довольно убедительно.

– 

Ну, вот мы и пришли, – сообщил Ваня, указывая на селение с тремя домами.

Выдохнув с облегчением, так как мозговой штурм устроенный мальчишкой меня изрядно вымотал, оглядела место назначения, заметила обширное хозяйство с коровами, козами и свиньями, которые каждая на свой лад издавали приветствие или, возможно, требовали еды. Курочки по деловому прогуливались разыскивая что-то в земле, гуси лежали в кустах у ограды и внимательно наблюдали за пришедшими, вытянув свои длинные шеи. Громкий крик петуха, огласил все вокруг и стало как-то уютно и по домашнему. Местная суета затягивала. Хотелось как-то пригодится и делать что-то полезное. Дайте мне веник, грабли или мотыгу и я вас не подведу!! Неужели мой стресс начал принимать такие странные формы? Ведь будучи абсолютно городским человеком и ни разу не прикоснувшись к лопате, странно чувствовать такое рвение. Наверное, это инстинкты. Есть же инстинкт самосохранения, а у меня инстинкт земледелия. Да! Наверное это так.

На порог дома вышла высокая стройная женщина в толстовке и джинсах, что было довольно странно, ожидая увидеть харизматичную даму в халате и с платком на голове. Что значит стереотипное мышление. Раз сельская местность – всем по платку и валенкам.

Женщина сощурившись вглядывалась кого привел домой паренек. Иван был, скорее всего, сыном хозяйки.

– 

Ванька, ты где шляешься? Сколько можно ждать тебя? – зычный громкий голос перекричал весь гомон стоящий от домашних животных.

Опасливо поглядывая на меня, хозяйка ожидала на крыльце.

– 

Добрый день! Меня зовут Варвара и хотела попросить помощи у Вас.

Смерив меня безликим взглядом, женщина пригласила в дом. Жилище оказалось большим и просторным. Без лишнего, все только необходимое. В большой комнате, куда меня пригласили был большой стол из цельного дерева и как в сказках вместо стульев были лавки. Но выглядело все естественно, как это должно быть, а не по старинному. Большие окна были украшены кружевными занавесками. Цветы в горшках придавали уют жилью. Почему-то захотелось остаться и никуда больше не ходить так тут было хорошо.

– 

Ну, что ж, меня зовут Настей. Чем же я вам могу помочь? – и кинув строгий взгляд на Ивана, дала ему ряд заданий по кормлению кур и коз. Мальчишка быстро удалился, спеша исполнять поручения.

Рассмотрев женщину вблизи увидела, что она не на много старше меня, может ей лет тридцать. Лицо было симпатичным, с тонкой сеточкой морщинок у глаз, которая говорила об улыбчивости. Крепкое стройное тело также многое поведало, что хозяйка она настоящая и работает много.

– 

Понимаете, я отстала от автобуса. Вышла на остановке, а он уехал не дождавшись. Когда будет следующий я не знаю, но задерживаться тоже не могу, а мне надо в Залешки.

– 

Залешки? Брови Насти полезли вверх, так это полдня пути. Кто-же вас повезет? Муж мой уехал по делам и машины сейчас нет. Автобус, как вы верно заметили редкий зверь и не балует своим присутствием. Ну, не пешком же вам добираться… рассмеялась хозяйка, но увидев упрямое выражение моего лица, как-то сразу осеклась. – Вы, наверное шутите, – напряженно повторила она, так срочно надо?

Кивнув в ответ, Анастасия встала и начала постукивать ногой от напряженного мыслительного процесса.

– 

Ну, есть один вариант. Просто, не знаю… – кинула на меня вопросительный взгляд и продолжила. – Согласитесь ли вы? Есть у нас сосед. Тут не далеко в двух километрах, дед Семён. Так у него есть мотоцикл Урал. Знаете такую модель?

Название говорило само за себя, то что это мотоцикл отечественного производства и явно не этого десятилетия. Выбор был не велик, а сроки поджимали. Уверенно кивнув головой, что согласна на все и получив в ответ обреченный вздох, хозяйка поднялась и подошла к тумбочке у входе, где стоял телефон. Такого я не видела лет так двадцать это точно. Он был дисковый! Я, конечно не ханжа, но не думала, что кто-то еще такими пользуется. Набрав номер телефона, Настя ожидала ответа с другой стороны. Подождав около минуты, ее лицо заметно оживилось, услышав ответ.

– Добрый день, дед Семен! Как спина? Ааа… Ясно, надо лечить иначе будет худо совсем. Да, Дима уехал. Нет, не знаю, – обрывки разговора долетали до меня, но обо мне пока ничего никто не говорил. Видно соблюдался регламент соседских отношений и неприлично было просить о чем-то, не поинтересовавшись проблемами собеседника.

– 

Тут такое дело, дед Семен. У нас в гостях девушка, которая отстала от автобуса и уехать не на чем – только на тебя надежда, что поможешь. – немного помолчав, добавила, – далеко, до Залешек надо. Да, спасибо.

После небольшой паузы Настя улыбнулась и подмигнула мне, ободряя, что все будет хорошо.

– Ну, что ж, Семен согласен, но не сегодня. Завтра он подъедет к нам, и тогда уже вы будете на его попечении, а пока располагайтесь – в беде мы вас не оставим.

Приведя меня на кухню, Настя, усадила за стол и поставила передо мной нарезанный хлеб, явно собственного производства, украшенный колосками. Запах от него был настолько аппетитным, что рот моментально наполнился слюной. Учтя, то что я недавно перекусила, организм требовал пополнение запасов на случай чрезвычайной ситуации и перебоев с провизией. Следующим искушением стала большая тарелка супа, настолько густого, что мог сойти как и за первое блюдо, так и за второе. Сметана, свежие овощи заполнили стол передо мной и финальным аккордом стала кружка чая из липового сбора, о коем я догадалась по удивительному аромату, заполнившему все пространство.

Было жутко неудобно, что меня, вот так, незнакомую девушку с улицы, да и еще подозрительно выглядевшею, угощают как родного человека. А может я ненормальная или больная и так рисковать? Конечно, доверия к людям у меня было мало, зная, сколько есть проходимцев, которые только и ждут как нажиться за чужой счет, плевав на все моральные устои. И будь ты пожилой человек или инвалид – им плевать, главное собственное обогащение. Поразившись беспечности хозяйки – я с благодарностью посмотрела в ее глаза, найдя лишь искреннюю заботу и легкое любопытство. Конечно, я понимала, что от меня ждут как минимум рассказа о себе, но вслух ничего подобного я не услышала. Неужели черная полоса неудач закончилась? Я доберусь до проводника и, наконец, вернусь домой. Все складывалось поразительно гладко. Это и настораживало, так как по жизни мне не очень везло и все приходилось добывать упорным трудом и то звезд с неба не хватала, но и на том спасибо.

– Кушай, на здоровье. – Хозяйка улыбнувшись вышла из кухни, чтобы не смущать меня пока я ем.

Мне не приходилось два раза повторять и принявшись пополнять запас калорий, почувствовала себя неимоверно счастливой. За последнее время мне казалось, что удовольствие и чувство счастья я начинаю испытывать только от еды. Так и до лишнего веса можно дойти, но на тот момент мне было не так важно думать о килограммах на боках, потому что опыт голодовки уже имелся. Он был не большой, но достаточный, что бы понимать как это тяжело.

Быстро поев, решила прибрать за собой. Не хотелось показаться неблагодарной свиньей, которая мало того все слопала, так еще и грязную посуду оставила. Тут, слава всевышнему, оказался водопровод и можно было не искать ведро, источник воды и хозяйственное мыло. Все было достаточно цивилизованным. Но первоначально увидев такой телефон – я на минуту призадумалась, что и тут явно обходятся без благ цивилизации.

Закончив приводить порядок за собой – вышла в гостиную, которая оказалась пуста и только толстый рыжий кот, развалившись на подоконнике, кинул на меня мало-заинтересованный взгляд, лишь констатировал, что я тут есть, а дальше мне не очень интересно.

– Вот из-за такого как ты я здесь и оказалась… – печально сказала я, почесав кота за ухом. Тот приятно заурчал, предлагая не останавливаться и продолжать начатое.

За мной тихо наблюдала Настя. Удивительно, но цвет ауры этой женщины был каким-то не заметным, а точнее ее окутывал неяркий солнечный свет.

– Может отдохнуть хотите? Я могу постелить вам в гостевой спальне. У нас имеется комната для приезжих родственников. – предложила хозяйка стараясь угодить нежданной гостье.

– Да, нет, спасибо. – сказала я в ответ. Мне уже стало совсем неудобно. Люди явно заняты делом целый день, а тут я мешаюсь.

– Может я пока помогу вам чем-нибудь по хозяйству?

Видя одобрение в глазах Насти, мне предложили подмести пол в конюшне, составив компанию Ване, который сражался с навозом лошадей. Работа была не тяжелой и скорее всего она была предложена мне, что бы отделаться и занять чем-то.

С парнишкой явно сильно не церемонились и для своих лет он выполнял достаточно тяжелую работу. Или мне так показалось. Сегодня принято трястись над детьми, не давая им лишних поручений, что бы не нарушить их святые границы личности и не нанести, не дай бог, детской травмы. Тут же вполне себе нормальный ребенок, смешливый да и еще работящий. Конечно, ему бы хотелось и побездельничать и поиграть, но мальчик понимал, что есть работа, которая никого ждать не будет и это казалось на столько естественным и правильным в его понимании, что все вопросы про хочу-не хочу не возникали.

Пока я старательно выметала от мелкого мусора дощатый пол конюшни, Ваня не упустил возможности провести дополнительный расспрос продолжая штудировать меня на дополнительную информацию о мире, жизни и тому подобным. Стараясь обезопасить свое психологическое здоровье от такой информационной нагрузки – решила повернуть ситуацию на сто восемьдесят градусов, расспросив о хуторской жизни.

Иван, обрадовавшись, начал заваливать всей информацией какой только владел, даже не ожидая от меня уточняющих вопросов. Как недавно свинья опоросилась, какие породы кур они недавно закупили, сколько надо сена для каждого питомца, где достать и куда отнести. Поток сведений был похож на лавину, которая была встречена мной со всей ответственностью. Я пыталась по максимуму все запомнить, предполагая, что в принципе в жизни все может пригодиться, а обладая хотя бы теоретическим знанием об обустройстве хозяйства было еще одним плюсом в моей характеристике.

И тут, вспомнив одну вещь, я решила уточнить, дабы развеять смутные сомнения, где же я все-таки побывала прошлой ночью.

– Ваня, скажи, а возле остановки никогда деревни не было или ты там просто не был? – надежда теплилась на том, что просто я выше парнишки и мне были видны верхушки крыш, а ему – нет.

– Не знаю, мне отец туда запретил ходить. Место там плохое. – лошади смирно стояли, приятно пофыркивая, пока мальчуган шустро отчищал их стойбище.

– А почему запретили? – не сдавалась я.

– Говорят, что там люди пропадают. – заговорческим шепотом произнес, вглядываясь мне в глаза, намекая что это большая тайна и громко о таком говорить не следует. – Еще давно, когда папа был маленьким, один мальчик пошел с ребятами за ягодами и не вернулся. Вроде, Мотькой его звали. А ягоды они собирали как раз там, где начинался лес. Но про деревню я ничего не слышал.

Я стала, как вкопанная услышав, то что совсем не укладывалось в голове. Я значит гуляла по какому-то Бермудскому треугольнику из которого еще и выбраться нельзя было? Меня окатило холодом страха. Значит, Матвей был тем самым мальчиком, который застрял в месте, которое даже и не видят люди. Мамочки, а если бы и я там обосновалась и ходила одичавшей сумасшедшей по ее окрестностям, выживая как смогу. Теперь все стало ясно: и отсутствие благ цивилизации, и одичалый вид Матвея. Бедный мальчик. Он же маленьким пропал и вырос в полном одиночестве. Конечно, после такой изоляции, увидев меня нашел одно решение – прибить меня, пока не прибила его. Хотя, вышло как раз так, как он предполагал. Сожаление и досада поселилась в моей душе. Если бы я только знала эту информацию, то возможно все сложилось бы по другому. А если, честно, то навряд ли я бы туда сунулась, зная что это место гиблое, где люди пропадают и сидел бы Матвей до конца своих дней один. Но постойте, если мальчик пропал тогда, когда папа Вани был маленьким, то ему уже было бы около тридцати или сорока лет, а ему больше восемнадцати не дашь. Возможно там какая-то аномальная временная дыра. Но как же я выбралась? А он, получается, не мог так легко покинуть это место.

Раздумывая о всей этой абре-кадабре незаметно закончила порученную мне работу. К моему удивлению, я даже не устала. Ища глазами Ваню, который затаился в конце конюшни, тихо подошла и увидела лежащую кобылу, которую гладил мальчик тихо приговаривая, что с ней все будет хорошо. И тут я заметила, что он плакал над лошадью.

– Ваня, что случилось? Почему ты плачешь? – забеспокоилась я.

– Ничего… Просто Майка, заболела и папа решил ее на мясо сдать. А я ее очень люблю и не хочу, что бы он с ней так. Но меня, все равно не послушают. – сквозь слезы его слова казались неразборчивыми, но смысл я уже поняла.

Встав рядом с лошадкой и протянув к ней руку, тихо заговорила:

– Бедная Мая, больно тебе? – сказав эти слова я вновь ощутила это легкое покалывание на кончиках пальцев руки, которой погладила лошадку. Покалывание сменилось теплом, которое я ощущала идущим от меня к животному. Лошадка испуганно смотрела своими карими глазами на меня, но не двигалась. Я как будто онемела. Переходящий поток тепла от меня был настолько ощутим, что казалось еще чуть-чуть и я упаду в обморок. Приложив усилие, что бы убрать руку от лошадки – без сил упала на колени. Началась отдышка с сильным сердцебиением. Подняв взгляд на Ваню, который ошарашено наблюдал происходящее, поняла, что меня ожидает новый виток вопросов.

Лошадь же фыркнув – встряхнулась и спокойно встала сначала на передние, а потом и на задние ноги. Не спеша подойдя ко мне – погладила своим мягким носом мой затылок, после чего по деловому развернувшись, пошла есть свое сено.

– Как ты это сделала? – мальчика аж распирало. Счастье вперемешку с восторгом читались на его опухшем от слез лице. – Она не могла встать уже несколько дней. Врач сказал, что у нее паралич и это не лечится…. Ты волшебница?

– Что ты такое говоришь? Какая волшебница? – стала вяло протестовать. Встать я пока не могла – весь умятый мной каллораж от супа мигом испарился, преобразовавшись в живительную силу для несчастного животного. На фингал энергии значит не хватило, зато животинка выздоровела. Порадовавшись про себя, что и от меня есть польза на этом свете, начала стараться встать на ноги. Ваня услужливо подставил свое плечико и помог подняться.

– Мама не поверит! – восторженно заверил, намекая, что подробный отчет будет доставлен в кратчайшие сроки.

– Ваня, не стоит. Зачем говорить, то чего сам не знаешь? Я просто погладила ее, а она сама встала, – мои доводы были разбиты непроницаемой уверенностью в увиденное.

– Ну, как у вас дела тут? – веселый голос хозяйки, резко умолк где-то рядом. Сейчас начнется допрос с пристрастием подумалось мне, ожидая чего угодно от впечатлительного мальчугана.

– Ваня, что это? Майя – встала? – Настя, будучи в шоке от увиденного, – Столько времени и денег было потрачено на ветеринара и препараты, и наконец, она пошла на поправку, хотя Дима сказал, что все без толку и надо сдавать на мясо.

Как жестоко это не звучало, но в хозяйствах все очень просто – если не приносишь пользу, значит надо избавляться. Дармоеды не нужны.

– Мама, это Варя ее вылечила! Я сам видел! – выдал мальчик, думая, что этой информацией возвеличивает меня в глазах матери и не хочет, что бы слава меня обошла стороной.

Мне же стало не по себе. Сама знаю, что люди не склонны верить во всякую волшебную чепуху и нечисть, а тут малознакомая девица дорвалась до домашнего скота и давай экспериментировать. Может, это так проявляется бешенство у лошадей. Вот пристрелят и меня и ее что бы другим не повадно было лезть, куда не надо.

Кинув на меня недоверчивый взгляд, подошла к кобылке – проверила задние ноги, а заодно и передние. Погладив по спинке, дойдя до головы – внимательно осмотрела глаза и десна лошадки. Сомнений не было – она была здоровой молодой лошадкой.

– Чудо какое-то… – резюмировала женщина. – надо Филимона позвать, пусть посмотрит этот коновал, кому диагнозы свои ставит. Здоровое животное чуть на мясо не пустили.

Ваня радостно кинулся в объятие мамы и они весело закружились на месте смеясь от нежданного сюрприза. Лошадка же жуя сено перетаптывалась на месте, пробуя восстановленные функции в движении. Кинув косой взгляд в мою сторону, как мне показалось – благодаря за сделанное. Я сама чуть не заплакала, так стало хорошо. Ну, какая же я ведьма? Не такой уж и плохой человек. Ну, убила случайно. Так это была самооборона, а тут животину на ноги поставила. Считай, выровняла карму.

Наблюдая за радостью мамы с сыном от неожиданного выздоровления их любимицы, не заметила, как начала проваливаться в темноту. Не выдержав такого сильного истощения, благополучно решила хлопнуться в обморок. Вот

чего-чего, а этого мне и не хватало. Хотелось же избежать лишнего внимания и вопросов, а тут такое.

В забытье мне снился странный реалистичный сон. Вокруг было темно, скорее всего, наступил вечер. Сидя в высоком мягком кресле, я рассматривала в камине игру пламени. Жар приятно согревал. Очаг был внушительных размеров, декорированный камнем с деревянной полкой сверху, где разместились антикварные безделушки, вроде статуэток, которые рассмотреть не получалось из-за полумрака царившего в комнате. Укутавшись теплым пледом и поджав под себя ноги, я не замечала ничего, наслаждаясь тишиной и уютом. В этот момент безмятежность и спокойствие были моими компаньонами. Все казалось привычным и знакомым.

– Скучаешь? – произнес мягкий бархатистый мужской голос где-то за спиной.

Улыбнувшись про себя, ответила не оборачиваясь:

– С тобой мне не скучно никогда… – кто-то положил мне на плечи руки мягко приобняв. Поцелуй в шею был настолько невесом и приятен, что стая мурашек пробежали по всему телу, отзываясь на нежность.

– Люблю тебя.. – донесся еле уловимый шепот.

Проснулась я также неожиданно. Первое что увидела – бревенчатый потолок, который опасно кружился намекая, что сознание не готово вернуться в такую агрессивную для моего здоровья среду. Плотно закрыв глаза и вспоминая еще недавние приятные ощущения от поцелуя незнакомца, почувствовала небольшое разочарование из-за прерванного блаженства. Немного обождав – предприняла новую попытку, приоткрыв один глаз. Стало, как-то по легче. Потолок перестал кружиться и вводить в своеобразный транс. Мысли путались, ведь я не понимала, кто мне снился. Этого человека был не знаком, но по ощущениям этого не скажешь. И голос и прикосновения были какими-то родными.

Я лежала большой мягкой кровати под шерстяным одеялом, переодетая в белую ночную рубашку. Уже было утро и за окном светило яркое солнышко. Где-то недалеко слышалась трель птички, которую прервал своим криком наглый петух. Повернув голову набок – получила порцию дикой мигрени вперемешку с приступом тошноты.

Злость взяла, что я стала какой-то кисейной барышней, отмечавшая обмороком каждое значимое и не значимое событие. Полежав немного без движения, боль начала потихоньку уходить, дав осмотреться, где я находилась. Уютная маленькая спальня с добротной деревянной мебелью: шкаф, стул и небольшой прикроватный столик, на котором стояла вазочка с осенними хризантемами, дарившими нежный аромат и придавали уют. Тут же стоял большой стакан с водой, который я решила незамедлительно выпить, обнаружив во рту пересохший язык. Конечно, не обошлось без коварной тошноты, которая напомнила о себе, объявившись после такого резкого подъема, но жажда была сильнее любых недомоганий. Выпив почти всю воду и привыкнув немного к вертикальному положению, услышала тихий стук в дверь, которая скрипнув и приоткрывшись явила голову Ивана.

Увидев меня живой и даже в сознании – мальчик очень обрадовался и с криком – "Мама, она встала!", рванул куда-то, скорее всего, за подмогой.

Наверное, из-за плохого самочувствия было как-то безразлично, что скорее всего, возникнут вопросы, на которые надо отвечать, понимая, что нельзя обижать хозяйку тупым молчанием и только пользоваться ее радушием. Так можно обидится и выставить вон лишний груз, который отвлекает от хозяйских дел.

Взволнованная Настя появилась в двери.

– Боже, мой! Варвара вы меня так сильно напугали. Скажите, как себя чувствуете? Болит что-то?

– 

Спасибо. Но не стоит так переживать. – выдавила из себя, ослабевшим голосом. – Сейчас соберусь и не буду вам докучать. Так неудобно вышло. Я…

– Вы, что? Пока вам плохо – надо полежать. Пульс был слабый, кровь пошла носом да и вообще вы были такая бледная… Я очень испугалась. – взволнованная Настя тараторила явно успокаивая себя.

Я же молча лежала и не знала, что сказать. Хотелось увести тему разговора от себя.

– Как там Майя? – тихо прошептала я.

– О! Это просто чудо! Майя пошла на поправку. – засмеявшись Настя продолжила, – видели бы лицо ветеринара, когда он осматривал мою лошадку. Он, наверное, целый час возле нее прыгал, пытаясь найти объяснение своей ошибки. В итоге выдав, что это мистика и такое не возможно.

– Ветеринар был тут? – спросила я стараясь принять сидячее положение. Хозяйка услужливо подложила мне подушку под спину.

– Да! Он должен был прийти на вакцинацию поросят вечером и увидев вас в обмороке, сделал какой-то укол и помог перенести в спальню. Все таки тяжело, когда мужчины нет дома, – печально вздохнув, продолжила, – Дима скоро должен приехать и тогда будет по легче.

И тут в комнату зашел Ваня, важно неся перед собой поднос с большой тарелкой манной каши в середине, которой красиво лежало разрезанное пополам вареное яйцо. Также была кружка чая и слоеная булочка. Ласково улыбнувшись заботливому мальчику с благодарностью приняла явно тяжелый для него поднос.

– Помощник, мой! – ласково приобняв сынишку, чмокнула его в щечку. – Собирайся в школу, а то опоздаешь.

– Не буду мешать. Ах, да. Я позволила себе постирать ваши вещи, а то они испачкались, когда вам стало плохо. – улыбнувшись встала со стула, покинула комнату.

Какая она все таки милая и деликатная, подумалось мне. Было жутко неудобно, что человек так заботиться обо мне. Ведь состояние моих вещей было достаточно плачевно после всех перипетий, что произошли, а не из-за того, что я упала в обморок. Настя оставила меня наедине с аппетитным завтраком, решая домоуправительские вопросы. Сразу раздался шум пылесоса. Все были заняты чем-то кроме меня. Тошнота стояла в горле и не давала приняться за завтрак. Есть очень хотелось, но эта аномалия тормозила все попытки угоститься. Решив начать с конца, приступила с чая и дело пошло лучше. Сладкий черный чай был с добавлением каких-то не знакомых мне трав и придавал сил не хуже, чем кофе. Тепло разошлось по телу потихоньку доходя до пальчиков ног. Слабость и недомогание уходили, даря возможность приступить к более значимому блюду – к моей любимой каше.

Еле осилив половину тарелки поняла, что больше не смогу съесть. Чувствовала себя уже достаточно сносно, чтобы попробовать встать. Спустив ноги на мягкий ковер – ноги предательски задрожали. Боясь упасть – оперлась за спинку кровати и тихонько поднялась. Немного постояв решила, что в принципе силы возвращаются и постояв на месте – сделала несколько шагов вдоль стены комнаты. Пол уходил из-под ног, как во время качки на море. Вестибулярный аппарат решил пошалить и подарить ощущения пребывания на яхте. Спасибо, конечно, но без этого было бы лучше. Сделав еще ряд попыток, через небольшие паузы отдыха сидя на кровати я, наконец, смогла уверенно пройти десять шагов. Порадовавшись за себя подумала, что неплохо бы умыться. Одета я была в одну ночную сорочку, явно с плеча Насти, которая была длиннее положенного. Но длиннее – не короче! Выглянув из комнаты – увидела, что Настя моет пол в коридоре и заприметив меня, обеспокоено подошла.

– Что-то случилось? Вам плохо? – засуетилась девушка.

– Нет, что вы? Мне просто надо в уборную.

– Да, конечно, – приоткрыв дверь напротив моей комнаты указала, куда можно пройти.

Поблагодарив Анастасию, прошла в ванную. Горячие струи воды приятно окутывали мое многострадальное тело, смывая усталость и напряжение. У нас с Настей оказались схожие вкусы на косметические средства. Гель для душа приятно пах миндальным маслом, а шампунь весенними цветами. Помывшись, решила разглядеть себя более тщательно. Проведя рукой по запотевшему зеркалу увидела себя. Безобразный синяк плавно преображался и сегодня выглядел устрашающе желтым с красными вкраплениями, придавая какой-то безумный вид. Из плохого – это было все. Дальше я любовалась собой. Благо, большое зеркало позволяло увидеть отражение хоть и не сверху до низу, но мне хватило увиденного.

Бледность кожи от слабости была даже к лицу, а румянец от горячей воды придавал этакий образ рафинированной девушки. Упругое подтянутое тело радовало глаз, укоряя за то что без магической силы век мне не видать такого. Благодаря хозяйскому фену я, наконец-то, смогла привести свои волосы в порядок. Те, в свою очередь, обрели густоту и объем, который позволял даже при помощи простой сушки сделать великолепную укладку. Плавные локоны легли на плечи, радуя глаз здоровым блеском. Решив посмотреть, как прическа выглядит сзади заметила какое-то покраснение, выглядывавшее из под распущенных волос. Что это такое я не очень поняла, но потрогав рукой раздраженное место, ощутила зуд и небольшую боль, как от ожога. Что-то я не припомню, чтобы я прикасалась к горячему.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.