Алекс Найт
Истинная в цепях, или Мы ещё поспорим, кто из нас попал!

Пролог

– Марина, я богатырь, – Никита насупил тёмные брови, ожидая моей реакции.

Я безвольно кивнула, чуть улыбнувшись в ожидании продолжения странной шутки. Не этого ждёшь, когда парень, с которым вы встречаетесь целых три месяца, заявляет: «Нам надо поговорить». По крайней мере за те пять минут, которые он собирался с мыслями, я успела передумать сотни вариантов и предполагала расставание, учитывая мои сложности со здоровьем. Признаться, я считала, он встречается со мной из благотворительности.

– Богатырь… – поторопила его я. – Ты хочешь пригласить меня в кино? – высказала предположение, вспомнив, что как раз вышла новинка на сказочную тематику.

– Нет же, я, правда, богатырь, – в подтверждение Никита выскочил из-за кухонного стола и сразу же подхватил его снизу под столешницу.

Обеденный предмет мебели без особых усилий со стороны моего здоровяка-парня поднялся вверх. Мне же оставалось только ловить покатившиеся на пол яблоки, апельсины и бананы. Последней понеслась вниз ваза. Её падение остановил сам Никита.

– Прости, я волнуюсь, – пробормотал он, возвращая стол на место.

– Никит, понимаешь, этот стол и я подниму, – я вернула фрукты на столешницу и устало опустилась на диванчик. Становилось ясным, что это не розыгрыш. – Если хочешь меня бросить, не надо придумывать глупости.

– Бросить? – опешил он, чуть не выронив многострадальную вазу.

Она и так вечно летает по кухне из-за моей некоторой криворукости на фоне слабости.

– Ну да. Я же всё понимаю, – краем глаза я поймала своё отражение в экране выключенного телевизора.

От былой красоты осталась только тень. Волосы потускнели, став из золотистых почти серыми, кожа шелушилась, щёки впали, под глазами пролегли тёмные круги. Одежда висела из-за резкой потери веса. И ведь ничего не предвещало беды. Всего два месяца назад я наслаждалась жизнью, каталась на велосипеде, валялась на пляже, а потом запас сил будто стал иссякать. Обследования велись, но медицина пока не могла найти причину недуга. А время ведь шло, пронеслось лето, наступила осень. Предстоял второй год учёбы в институте. Это когда мне сложно просто встать утром с постели.

– Ты не так поняла, я, правда, богатырь, Марин, – зелёные глаза Никиты наполнились беспокойством. – Не плачь, ты чего?

– Ничего, – подорвавшись с места, я рванула прочь из кухни.

Чуть не навернулась в коридоре от слабости и нырнула за дверь ванной. Там заперлась, подошла к зеркалу, рассматривая своё бледное отражение.

– Красавица, – фыркнула одновременно разозлённо и грустно.

Ладонь налетела на зеркальную поверхность. Я расстроенно выдохнула, опершись на раковину.

– Марина, открой, – в дверь забарабанил Никита.

– Подожди, – я судорожно вздохнула, вновь подняв взгляд к зеркалу и отшатнулась.

Вместо моего отражение из серой глубины на меня смотрели золотые глаза. Запястье вспыхнуло болью. Металлический скрежет окружил давящей какофонией.

– Что?! – моё запястье сковал голубоватый наручник, от которого медленно формировалась цепь и тянулась к зеркалу.

– Марина? – Никита выломал дверь.

Та ударила меня в спину, толкая вперёд. Всё, что я успела, это выругаться на неуклюжего парня. Следом цепь рванула меня прямо в зеркало. К этим золотым глазам…

Меня кидало из стороны в сторону, бросало в звенящем круговороте. Тошнота подобралась к горлу, я оглохла от гула и охрипла от крика, но это ужасное перемещение продолжалось. Приземление было не лучше: меня буквально припечатало к земле. И только потом этот ужас завершился. Наверное, полчаса я просто лежала, пытаясь привести дыхание и мысли в порядок, прежде чем сумела отыскать в себе силы, чтобы подняться. Тело ныло, голова продолжала кружиться. И, судя по всему, у меня случились галлюцинации. Потому что находилась я не в своей ванной, а в… пещере. Вокруг высились огромные клыки скал, тени играли в высоких сводах, свет поблёскивал в падающих вниз каплях воды. Золотистые лучи солнца спускались с самого потолка, пронзая тьму через узкие щели. Именно они позволяли в полной мере полюбоваться масштабом моих глюков. Похоже, вот и новый этап странной болезни. Не удивительно, что Никита решил меня бросить.

И тут реальность решила меня добить. Послышался пугающий рёв. Руку потянуло в сторону. Нет, она не ожила. Я только сейчас вспомнила про наручник и цепь. И этот странный аксессуар решил показать мне новую порцию ужасов. Безапелляционно! Я упиралась ногами, хваталась за попадающиеся на пути камни, но всё без толку. Меня тянуло цепью туда, где рычал и ревел странный зверь. А глюк был таким реальным… Я совершенно не хотела узнавать, что же ждёт там, за поворотом. Но цепь была неумолима. В какой-то момент меня резко дёрнуло и опрокинуло на каменистую землю. Потом по ней же протащило, расцарапывая колени. Я взвыла от боли… и цепь успокоилась!

– Хватит, пожалуйста, хватит, – взмолилась я, потому что и звуки затихли.

Зато на скалы упала крылатая тень. До слуха донёсся грохот шагов, сопровождаемый звяканьем цепи. Из-за скалы показалась пугающая рогатая морда с горящими на ней золотыми глазами. Следом в поле зрения появилось и остальное. Мне предстал настоящий дракон. Кожистые крылья за спиной, бритвенно-острые клыки, длинные рога, когтистые лапы, поблёскивающая алым с бирюзой чешуя. Полный комплект психологических проблем на всю жизнь. И пусть я понимала, что это не наяву, всё равно придушенно всхлипнула, подскочила на ноги и попыталась дать дёру. Только цепь натянулась. Я рухнула обратно на землю, теперь ушибив и попу. Сначала не поняла, что случилось, а потом осознала, что лапу ящера украшает такой же наручник, идущий цепью к моему.

– Меня приковало к дракону, – нервно усмехнулась я. – Как падать в обморок?

– Ты… – вдруг выдохнул зверь и склонил ко мне огромную голову.

Щеки коснулся горячий язык. И меня чуть не снесло его выдохом. Дыхание, надо сказать, отдавало далеко не мятной свежестью.

– Он ещё и говорящий… – пробормотала я, прикрыв нос ладошкой от запаха.

А этот ящер вдруг вздёрнул меня за цепь над землёй. Коготь ткнулся мне в живот, разворачивая меня к нему лицом. Я повисла перед его клыкастой и, как мне показалось, задумчивой мордой.

– Хилая какая-то. Болеет что ли? Мда… Но дарёной истинной под хвост не заглядывают, да? – философски изрёк он.

Как отключить этот глюк?!

Глава 1

/Марина/

– Оп-пуст-ти м-мен-ня, – тело начинало бить нервной дрожью.

К такому меня жизнь не готовила. Я вообще не знаю, кого могла подготовить. С подобными галлюцинациями можно и не проснуться, сразу умереть от сердечного приступа.

– Она ещё и заикается, – расстроенно вздохнул дракон, но просьбу выполнил.

Он аккуратно опустил меня на землю. Ещё и под попу поддержал, чтобы я не упала на слабых ногах.

– Уй-ди-ди, пож-жалус-ста, – проклацала я зубами и прикрыла рот ладошкой, потом и палец закусила, пытаясь успокоиться.

– Не могу. Мы скованы, разве не видишь? – он приподнял в ироничном выражении бровь, точнее бровную костяную дугу. – Она ещё и глупая, – пробормотал приглушённо, но я, само собой, услышала!

– Сам ты тупой!

– И невоспитанная, – качнул он головой.

Надо сказать, его поведение подействовало, я больше не дрожала от ужаса. Теперь меня распирало от ярости и обиды. Приглючился тут, ещё и оскорбляет. За кого он себя принимает вообще?

– Я невоспитанная? – процедила зло. – Это ты оскорбляешь незнакомую девушку. Тыкаешь в неё когтями и… хватаешь её за задницу, вот!

– Разве? – он вновь приподнял надбровные дуги в изумлении.

Только золотые глаза оставались ехидными и немного снисходительными.

– Да, – я гулко вздохнула, заставляя себя говорить ровно и не срываться на крик. – Впредь не прикасайся ко мне. В идеале вообще исчезни.

– К сожалению или к счастью, я не способен на такую магию. Мы связаны, – он приподнял скованную наручником лапу, отчего звонко напомнила о себе цепь.

– И кто из нас хилый? Возьми и порви, – я скрестила руки на груди, глядя на него с вызовом.

– Точно не умная, раз не понимаешь. Эта цепь привела тебя ко мне, связала нас. Думаешь, её так просто порвать? Она создана лесным царём. Волшебная, – пояснил проще, заметив моё недоумение.

– Как же я попала! – взвыла, схватившись за голову.

– Куда попала, имеешь в виду? – нахмурился он. – Ты в скалистом лесу на…

– Нет же, это выражение такое. Попала в неприятности. Попала, – объяснила я, помассировав виски. – Эта болезнь, теперь и слишком реальные глюки.

– Глюки? – вопреки моей просьбе, дракон вновь пытался меня коснуться.

На этот раз поддеть когтем волосы.

– Галлюцинации, – я отмахнулась от огромной лапы и отступила от ящера. Правда, цепь позволила отдалиться лишь на три метра. – Ты не настоящий, а плод моего воображения.

– Ненастоящий? – хохотнул он. – Почему ты пришла к таким выводам?

– Например, потому что драконов не существует? – саркастически улыбнулась я, но мой собеседник продолжал посмеиваться.

– Это из какой ты глуши, раз про драконов не слышала?

– Само собой глюк так скажет, – махнув на него рукой, я устало откинулась спиной на камень и присела прямо на землю.

Меня потряхивало после пережитых волнений, но странно, чувствовала я себя не так уж и плохо, хотя утром с трудом поднялась с кровати.

– Я не глюк, – оскорблённо фыркнул дракон. – Как можно считать это нереальным?

Кончик его хвоста опустился мне на макушку, а потом ещё и пронёсся пушистой кисточкой по лицу.

– Фу, что ты делаешь? – я замотала руками, пытаясь отбиться.

А дракон не сдавался, подхватил меня за талию, вновь вздёргивая в воздух, и куда-то понёс. Надеюсь, не кушать… Такого моё сердце точно не выдержит. Только наглый ящер не замечал моего испуга и упрямо шёл вперёд. Постепенно становилось светлее, пока солнце не начало слепить. Я часто заморгала, потёрла веки ладонями, пытаясь привыкнуть к новому освещению, а когда открыла глаза, обомлела. Передо мной в десятках километров внизу простиралась долина. В небо, пронзая пушистые облака, поднимались скалы, горы и необычайно высокие деревья. Среди них с громкими криками носились птицы и другие драконы. Только моему новому знакомому не удалось мне ничего доказать. Такой пейзаж можно увидеть разве что в фэнтезийных фильмах, на артах, но никак не в реальной жизни.

– Вон аспиды, воздушные ящеры. Они не умеют обращаться, но тоже наши дальние родичи. Почти драконы же. А ты говоришь, не существуют.

– Это невозможно. Драконы, такие высокие деревья. И людей не утягивает в зеркало из ванной.

Я, скорее, пыталась убедить себя, потому что кое в чём дракон был прав, происходящее слишком реально. Сны же, они всё равно расплывчатые, а тут я даже ощущаю полученные при перемещении синяки, хватку на талии, несвежее дыхание дракона. И почему-то совсем некстати вспомнилось признание Никиты:

«Марина, я богатырь».

– Я умерла, да? – уточнила расстроенно.

Выходит, жизнь после смерти всё же существует, но как же обидно умирать. А мама с папой, а сестрёнка? Как же они теперь?

– И точно глупая, – дракон откровенно закатил глаза.

Оказалось, что при свете солнца они не полностью золотые, а всё же пересечены чёрным узким зрачком. И лишь в темноте светятся.

– Ты жива. Цепь мне даровал лесной царь. Она привела тебя ко мне, – теперь он пояснял происходящее будто ребёнку. – Это сильная магия. Она перенесла тебя. Ты не умерла, это всё реально.

– Хорошо, – сдержанно кивнула я. – Предположим, я верю.

Что мне ещё остаётся? Происходящее не спешит развеиваться, а его реальность сталкивает с необходимостью мириться с происходящим и подчиняться новым обстоятельствам. Если даже это глюк и послесмертие, тут всё очень даже ощутимо. Не хотелось бы снова чувствовать боль и ужас.

– Хоть что-то, – пробурчал дракон.

– Тогда выходит, я здесь по твоей вине. Зачем тебе подарили эту цепь? Почему притянуло меня?

– Ты обязана помочь мне снять проклятие с моего дома, – заявил этот несносный ящер. – Это великая честь стать освободителем властелинов неба, драконов. В награду я на тебе женюсь, – и он горделиво выпятил грудь, судя по всему, ожидая моих аплодисментов и громких слов благодарности.

Секунду я смотрела на дракона, а потом громко расхохоталась. Умеет же… Но ему удалось помочь мне окончательно прийти в себя.

– Шутка удалась, спасибо. Я успокоилась. А теперь правду.

Дракон чертыхнулся, оскорблённо приоткрыв пасть, напичканную острыми зубами.

– О, это она и была? – догадалась я, глупо усмехнувшись.

Мда, действительно попала…

– Что я сказал такого смешного? – почти обиженно насупился дракон.

– Как бы тебе объяснить? – я озадаченно почесала кончик носа. Правда, что ли не понимает? – Ты дракон!

– Это очевидно, – рыкнул он, ударив хвостом по земле.

– А я человек. Мы не… хм… стыкуемся, вот, – убеждённо заглянув в золотые глаза зверя, я постучала указательными пальцами друг об друга и сама же смутилась этого жеста.

Как-то не в ту степь понеслись мои пояснения. Вдруг ещё ринется доказывать…

– Что не делаем? – он начинал злиться, потому чересчур сильно стиснул мою талию лапой.

– Аккуратнее! – взвыла я, задёргавшись в хватке.

– Ещё и хрупкая, – досадливо фыркнув, этот наглый ящер опустил меня на землю.

И я на всякий случай отступила от обрыва. А то ноги не держат, вдруг сорвусь.

– Мы несовместимы. Это же очевидно. Большой ящер и маленький человек. Неужели непонятно?

– Это одна из моих форм. Я смогу превращаться в человека, когда… – он резко замолчал, недовольно стиснув челюсть.

– Когда, что? – поторопила его я, удивлённая его поведением.

– Неважно. Мы совместимы! – рыкнул он, снова позволяя мне оценить запах из его рта.

– И кто из нас ещё из глуши? Ты зубы сколько раз в год чистишь?

– Что ты имеешь в виду? – оскорбился он.

– Ну, как бы тебе сказать… – я зажала нос пальцами, красноречиво сообщая о его проблеме.

Мне показалось, чешуя на его щеках заалела, он подскочил на задние лапы, прорычав что-то нечленораздельно.

«Наверное, зря я злю дракона», – подумала про себя и попыталась нырнуть обратно в пещеру.

Но споткнулась о цепь под ногами. Хорошо хоть на этот раз обошлось без пересчитывания моих многострадальных косточек. Дракон подхватил меня раньше, чем я упала, и… сиганул с обрыва.

– А! – иных способов выражения эмоций не нашлось.

Ветер бил в лицо, дёргал растрёпанные волосы, забирался под домашнее платье, а скалы внизу приближались. Очень быстро! Но тут дракон распахнул крылья, и полёт пошёл по прямой. Но я так и застыла, вцепившись в огромный палец ящера, и мысленно прикидывала, сколько пережила микроинфарктов за это падение. А дракон стремительно нёсся дальше. Ещё и круги нарезал, видимо, пытаясь произвести впечатление.

– Я высоты боюсь! – взмолилась, когда наконец обрела дар речи.

– Ещё и ущербная, – пробурчал дракон, начиная снижение.

Хоть приземление прошло гладко. Он мягко опустился на берегу лесной речушки, обрамлённой с обеих сторон яркой зеленью и скалами.

– Больше. Никогда. Не смей! – я нервно выкарабкалась из лапы дракона и даже попыталась сбежать, но снова напомнила о себе цепь.

А этот странный зверь решил… почистить зубы! Он набрал полную пасть воды, с громким бульканьем прополоскал глотку, потом же отыскал среди травы бревно, разгрыз его и принялся натирать свои клыки размахрившейся частью. Это выглядело так странно, что я просто застыла на месте, наблюдая за действом. В завершении водных процедур дракон зажевал листья, снова прополоскал пасть и обернулся ко мне.

– Нет, – я выставила перед собой ладонь.

Да только этому воздушному гаду было всё равно. Он на меня дунул. Да так, что чуть не снёс с ног. Я как в мультиках боролась с потоками ветра, пока чешуйчатый гад не прекратил издеваться.

– Как теперь? – ехидно поинтересовался он.

– Ты… Ты…. Мы не просто несовместимы, мы полные противоположности, понял? Невозможный, противный, даже не представляю, кто решится выйти за тебя замуж! – пропыхтела я зло, пытаясь отдышаться. – Верни меня домой!

– Человечка, – проревел он, вновь поднявшись на задние лапы, отчего цепь натянулась и вынудила меня приблизиться, чтобы не рухнуть на землю. – Думаешь, ты мечта любого мужчины? Или считаешь, я сам рад связать свою жизнь с незнакомкой? Но пути назад нет. Цепь сделала свой выбор. Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие.

– А ну спустись вниз, – я дёрнула цепь, вынуждая дракона обратить на меня внимание. – Как тогда от неё избавиться? – поинтересовалась, указав на свой наручник.

– Возможно, она исчезнет, когда мы снимем проклятие, – он опустил свою попу на землю, глядя на меня задумчиво.

– Давай всё же попытаемся найти… сварочный аппарат, – предложила я, оценив крепость звеньев.

Металл отдавал голубым сиянием, а сами наручники были не просто кандалами, а вполне симпатичными браслетами с шипами. Носить такие к стильному наряду – круто, но даже не представляю, как в них спать. Так можно и без глаз остаться.

– Что найдём? Какая ты странная, – поморщился он. – Откуда ты?

– Думаю, о таких местах ты не слышал, – я меланхолично пронаблюдала, как над нами пронеслась стайка крылатых ящеров, больше похожих на динозавров. – А имя у тебя есть?

– Радагаст, – гордо объявил он.

– Рада… что? Тебе хоть самому нравится?

– Не запомнишь? – язвительно уточнил он.

– А я Горячёва Марина Евгеньевна. Надеюсь, запомнишь, – процедила сквозь стиснутые зубы.

– Марина, какое простое имя, – хмыкнул он. – Зато сама не забудешь, да?

– Вот твоё имечко сложное. А я же такая тупа-ая. Буду звать тебя Радион.

Радион Дуркович про себя. Уверена, мне всё это видится под наркозом в психбольнице. Никита хотел меня бросить, а я начала выдумывать про богатырей, драконов. Так и застолбила за собой место в местной лечебнице. Интересно, я тут единственная невеста дракона или есть и другие?

– Радагаст, – повторил он упрямо.

– Какая гадость, – пропела я и показала дракону язык. – Так как от цепи будем избавляться? – вернулась к главной проблеме.

– Говорю же, она создана лесным царём. Возможно, мы навсегда привязаны друг к другу, – страдальчески провыл он, обратив тоскливый взгляд к небу.

Артист…

– Мы же ещё не пробовали. Давай, ты вон какой большой, явно не слабак.

Смешно фыркнув, дракон схватился за цепь двумя лапами и рванул её в разные стороны. Она порвалась мгновенно. Несколько звеньев упало на землю, пролетев мимо моей радостной мордашки.

– Вот, я же говорила! – победно воскликнула, посмеиваясь над ошеломленной мордой дракона.

Только радость моя была недолгой. Порванные концы цепи засветились, потянулись друг к другу и мгновенно соединились.

– Ну ты что? Не давай им восстанавливаться. Ещё раз. И потом бежим в разные стороны, – подхватив цепь, чтобы не споткнуться, я приготовилась нестись прочь от дракона.

Пожав плечами, он вновь порвал наши путы. Я сорвалась на бег, он же так и остался сидеть, с интересом наблюдая за моим отступлением. Мне удалось радоваться свободе целых полминуты, потом цепь потянула назад. И вскоре меня отконвоировало обратно к дракону. Ладно хоть трава смягчила моё позорное возвращение.

– Она ещё и короче стала, – сообщил Радагаст, продемонстрировав мне сломанные звенья.

– А если их все повредить?

– Хватит, – повелительно взмахнул он лапой. – Мы найдём мою страну и снимем с неё проклятие. А ты…

– Давай ещё разок. Только на этот раз и ты попытаешься улететь? – предложила я, глупо улыбнувшись.

– Хорошо, – легко согласился он и тут же расплылся в ехидной улыбке-оскале. – Тебя так смешно тащит обратно по траве.

Вот гад!

***

– Тридцать сантиметров, – выдала я, грустно вздохнув.

– Что? – переспросил Радагаст, меланхолично глядя на темнеющее небо.

– Говорю, мы стали ближе на тридцать сантиметров, – я указала на повреждённые нашими стараниями звенья волшебной цепи.

Да, я была готова признать, что она волшебная! Вообще много чего признать, лишь бы вернуться домой, в тепло и уют.

– Какое стремительное сближение, – он смешно фыркнул и завозился, располагаясь удобнее на траве. Вот уж кому тепло и комфортно. – Что ты решила, Ма-ари-ина-а?

Ещё и акцент на имени делает, будто я ему разрешала так к себе обращаться.

– Нам нужен этот лесной царь. Пусть забирает свою цепь обратно. И возвращает меня домой.

– Ты ещё и сумасшедшая, – неодобрительно покачал он головой. – Кто в здравом уме будет злить столпа? Он и так смилостивился, подарив мне цепь.

– И обрёк меня на мучения! – расстроенно всплеснув руками, я откинулась на спину.

Острый камушек впился между лопаток. И это стало последней каплей. На глаза навернулись слёзы.

– Я неизвестно где, с дурацким драконом…

– Я не дурацкий, – оскорбился он.

– Всё болит, мне холодно, голодно и страшно. Во всём виноват ты! Не дурацкий. Совершенно ужасный!

Бедняга так растерялся, что я на секунду опешила, а потом заплакала ещё горше, наблюдая, как ящер откровенно паникует.

– Ты… это… Марина эта… Как её?!

– Евгеньевна! Он ещё и не запомнил! – взвыла я, схватившись за голову.

– Евгеньевна, не плачь. Не надо. Всё хорошо будет. Мы снимем страну, найдём проклятие, и я выйду за тебя замуж, – ящер с топотом засеменил вокруг меня. – Болит говоришь? Где болит? Я заклинания знаю.

Он поднял над моим телом засветившуюся лапу. Я икнула от ужаса, даже плакать перестала. Раздавит же. Только увернуться не успела. Лапу он опустил. Правда, так и не коснулся. Меня объяло золотистое сияние, прошедшее от его огромной конечности. Жар прошёл от макушки до самых пят. Стало так тепло и хорошо. Боль совершенно ушла. Да и слабость отступила.

– Ты ещё и лечебный? – моему удивлению не было предела. – А все болезни лечишь? Или хотя бы диагностируешь? – ухватилась за важное для себя.

– Что ты имеешь в виду? – отвечал с энтузиазмом, явно обрадованный тем, что слёзы прекратились.

– Три месяца меня мучает странный недуг. Врачи не могут определить, что это.

– Я был прав, ты ещё и больная, – качнул он головой. – Хотя… нет. Все повреждения, что нашёл, я уже исцелил, – он задумчиво почесал когтем подбородок.

– То есть я не болею? – прислушавшись к себе, поняла, что не ощущаю слабости.

Только это ничего не значило. Дракон-то ведь не подтвердил наличие недуга.

– Серьёзные болезни иногда идут от ауры, – нахмурился он. – Я проверю, если ты больше не будешь реветь.

– Не буду, – честно соврала я, скрестив пальчики на руках и даже ногах.

Реветь мне и самой не нравится, но его реакция бесценна.

– Давай посмотрим, – он прищурил золотые глаза, будто вглядываясь вглубь меня. – Твоя аура-а-а, – он поперхнулся воздухом будто от шока и замолк.

– Всё так плохо? – заволновалась я.

– Нет, истощена твоя аура, но повреждений нет. Восстановится, – кашлянув, пробормотал он, только смотрел как-то иначе.

– Что? – я села, обняв колени руками.

– Откуда ты, говоришь, прибыла?

– Из другого мира, – скорчила я гримасу и хихикнула над своей шуткой.

Мир-то этот существует только в моей голове. По крайней мере, это самое простое объяснение. Иначе придётся верить в параллельные миры, колдовство. А ещё это означает, что меня унесло из дома в неизвестном направлении. Родители будут в ужасе. Да и Никиту после его рассказа могут упечь в психушку вместо меня либо в тюрьму, обвинив в моём исчезновении.

– О, это многое объясняет, – серьёзно закивал дракон. – Я ощущал, что границы миров размыло.

– Вот и объяснение, – кисло улыбнулась я и снова расстроенно всхлипнула.

– Что опять? – Радагаст даже отступил от меня, будто в испуге.

– Холодно и есть хочу, – в подтверждение я обняла себя за плечи и следом потёрла урчащий живот.

В лёгком домашнем платье было зябко. Судя по мелькающим в кронах кустов цветным листьям, здесь тоже царила ранняя осень. А поесть не удалось. Мы только засели с Никитой за стол, когда он решил признаться… Божечки, он же может оказаться настоящим богатырём!

– Холодно, холодно, – забормотал дракон, озадаченно оглядываясь.

Он отошёл на длину цепи и выдохнул пламя себе под ноги, утрамбовывая лапами вспыхнувшую траву.

– Вот! – гордо объявил он. – Я согрел тебе землю.

– Ты издеваешься?!

– Нет, – кончики его губ дрогнули в ухмылке. – Драконы всегда так согреваются.

– Но я не дракон!

– Невеста дракона, – осклабился он.

– Ладно, – я поднялась и протопала к выжженному пятачку земли.

Осторожно поставила голую ногу. Не горячо, действительно тепло. Но вообще…

– Ты про походные костры не слышал?

– Я же отойти не могу. Цепь, – напомнил он. – Потому и охота не выйдет.

– Тут всё просто. Невесту надо посадить на шею. Все мужчины так делают, – убеждённо закивала я, но Радагаст отнёсся к моим словам со скепсисом.

– На шею садись, но только в прямом смысле, – он опустил передо мной свою огромную тушу. – Эх, давно на мне девушки верхом не скакали, – ехидно выдал он, стоило приблизиться.

– Ты ещё и извращенец? – садиться на него как-то резко расхотелось.

– Что ты там себе придумала? Кто из нас ещё извращенец? – он оскорблённо приоткрыл пасть.

Но я уже научилась читать эмоции по этой наглой морде. И видела, что он прикалывается. Только всё равно его заявление вылилось в яркий румянец на моих щеках.

– Не урони, – я забралась на его спину, устроилась на плечах, крепко схватившись за роговые наросты, тянущиеся вдоль позвоночника. – Вперёд, мой верный конь!

– Ножками крепче держись, – фыркнул он, аккуратно поднимаясь. – Так теплее, – хохотнул он, а я теперь покраснела до кончиков ушей, пониже натянув задравшуюся юбку.

Гад. Ещё и озабоченный!

Но решение было правильным. Так дракон перемещался быстро. Вскоре он собрал в пасть несколько крупных брёвен. Ещё и отыскал уютное место возле берега реки. Его окружали скалы и кусты, что обеспечивало хорошее укрытие от ветра и взглядов других ящеров. Вскоре я уже отогревалась у большого костра, а Радагаст копался в соседних кустах, временами ударяя лапой по воде.

– Снова зубы чистишь?

Наверное, зря я это сказала, потому что в меня полетела лягушка. Или даже жаба, учитывая размеры.

– Фу! – взвыла я, отталкивая от себя бессознательную зелёную тушку.

– Не фу, а кушать подано, – Радагаст гордо выскользнул из-за кустов.

С морды стекала вода, с рогов сползала тина, но выглядел он довольным.

– Лягушку кушать?!

– Жабу, – качнул он головой. – Приятного аппетита.

Как-то снова захотелось плакать…

/Радагаст/

– Ешь, говорю, – я подхватил жабку когтями и протянул её девчонке.

Она смешно выпучила карие глаза, закрыла рот ладошками и активно замотала головой, отчего серые пряди растрёпанных волос упали на её бледное лицо.

– Ешь, помрёшь ещё с голоду, – я искренне пытался не расхохотаться.

– Знаешь, я тут вспомнила, что на диете и вообще не ем после шести, – затараторила она, начав отползать от меня по траве. – А ты угощайся, – и с ожиданием вперила в меня взгляд.

Повезёт же с истинной… Про внешность лучше вообще не говорить, болезная она какая-то. Но и сама сообщила, что мучает её какой-то недуг. Я не столь силён в целительстве, потому отыскал лишь слабую прореху в ауре, которая уже восстанавливалась. Но внешность не главное, мне после тридцати лет в чешуе вообще все люди кажутся странными. Две ноги, две руки, ни когтей, ни клыков, ни рогов. Как выживают только? Признаться, воспоминания о жизни в иной ипостаси почти стёрлись. В конце концов, и я не умер на двух ногах да без когтей. А вот характер… Марина выводила из себя каждой фразой. В драконов не верит, но ладно, мы выяснили, почему. Девка из другого мира. И соответственно, драконов она не боготворит. Когда я сообщил о нашей скорой свадьбе, что она сделала? Расхохоталась! Сам Радагаст, наследный принц королевства Драко собирается взять её в жёны, а она смеётся. Могла бы хотя бы просто кивнуть из приличия, но нет… Никакого уважения. Только всё же есть в ней кое-что особенное. Её аура излучала золотой свет. Слабый из-за болезни. Похоже, ко мне притянуло последнюю жар-птицу. Но не скажу, что для меня это столь важно. Драконы и сами волшебные существа.

Лесной царь упоминал, что цепь поможет мне отыскать истинную. Может, имелось в виду что-то другое? Потому что наша с Мариной истинность вызывала сомнения. Она мне не нравилась, вот вообще. Даже волшебные перья жар-птицы не прельщали. Да и того, что писалось в книгах, не возникало. Где жар мгновенной любви, где притяжение невероятным ароматом, где идеальная совместимость, в конце концов? Нет, тут явно царь постарался. Видимо, Марина должна привести меня к истинной. Ну не верю я, что она станет спутницей моей, между прочим, очень длинной жизни. С такой женой сразу захочется вздёрнуться.

– Я мелочь не ем, – насмешливо фыркнул, отбросив прочь жабу. – Предпочитаю добычу покрупнее, – и плотоядно облизнулся, глядя на девушку. – Тебе ноги, кстати, очень нужны? Насколько часто пользуешься?

– Чувством юмора тебя обделили, как и чувством такта. А достоинства есть? – рыкнула она, пытаясь спрятать коленки под коротким подолом платья.

Если то, что было на ней, можно так назвать. Какая-то цветастая тряпочка, длиной чуть выше колен. Интересно, коленки у неё красивые? Раньше я любил женские коленки. И грудь. Приблизившись, я аккуратно поддел интересующую часть тела когтем.

– Извращенец! – Марина церемониться не стала, подлетела и залепила мне кулаком по носу.

– Можешь ещё и левее почесать, – лениво протянул я, нацелившись теперь на подол платья.

Не удивлюсь, если она и белья не носит. Это откуда же она свалилась, что девушки позволяют себе так срамно одеваться?

– Прекрати! – теперь мне чуть не досталось по глазу, еле успел прикрыть веко.

– Что с твоей одеждой? Куда смотрят твои родители?

– Что с моей одеждой? – озадачилась она.

– Короткая, руки открыты и грудь видно.

– Где там что видно? – она даже приоткрыла рот от удивления. – И вообще, странно слышать подобное от голого дракона.

– Голого? – настал мой черёд приоткрывать пасть.

– А какого ещё? Что-то не вижу на тебе трусов, – и эта заноза направилась в сторону моего хвоста. – Вот, голая жопа! – победно объявила она, похлопав меня по названной части тела.

– Я же в чешуе, невежда, – оторопел я от её наглости.

– И там чешуя? – ехидно улыбнулась она, указывая на зону под хвостом.

– Хочешь посмотреть? – широко улыбнулся я и развернулся, приподнимая задницу.

– Ой, нет! – она сразу прикрыла глаза, и была сбита с ног хвостом.

Девушка ойкнула, рухнув на траву.

– Нет там ничего, – закатил я глаза. – Мы в животной ипостаси не размножаемся.

– И не какаете что ли?

– О чём ты вообще? – зло потоптавшись на месте, я отошёл от этой недоистинной.

Ни чувства такта, ни воспитания. Как можно спрашивать о таком?

– Скоро узнаешь, – пробурчал я, опаляя кружки травы дыханием, чтобы удобно разместиться на ночлег. – Да и я тоже. Мы теперь вынуждены сблизиться, – язвительно напомнил, дёрнув цепь на себя.

И только поднявшаяся девушка пробежала вперёд, пока не налетела на мою подставленную лапу.

– Я и тебе подготовил, – указал на чёрный пятачок по другую сторону костра.

– Мне там спать? На голой земле, без одеяла? – она так расстроенно вздохнула, что я испугался нового сеанса слезотечения.

– Могу укрыть тебя хвостом.

– Ты зубы раз в год чистишь, а тут хвост, – пробурчала она, присаживаясь у костра.

Обняв плечи руками, она вытянула голые ступни к огню.

– На всякий случай, ты хладнокровный ящер или теплокровный?

– Что?

– Грудное вскармливание практикуете?

– Какая же ты странная, человечка, – удобно расположив голову под крылом, я прикрыл глаза.

И даже сумел заснуть, несмотря на сотни мыслей, роящихся в голове. Мне предстояло отыскать свою скрытую заклятием столпа родину, снять с неё проклятие. А перед этим уговорить эту несносную человечку на сотрудничество. Впрочем, не согласится, буду тащить силой. Я крупнее, могу нести её в лапе. Сама и будет виновата, раз не понимает, какую ей оказывают честь. Повелители неба, драконы готовы принять от неё помощь, а она артачится.

Разбудила меня какая-то возня под лапой и злое пыхтение.

– Что тебе надо? – провыл я, приоткрыв один глаз.

Совсем стемнело, судя по всему, костёр потух. А человечка решила меня разбудить.

– Дрова закончились. Мужчина, о девушке позаботиться не можешь, – пробурчала она, упрямо протиснувшись под крыло.

Она расположилась на моей лапе, прижав ступни к моему боку.

– Теплокровный, – выдохнула она счастливо и тихо засопела.

– Странная, – я лучше укутал её крылом и тоже заснул.

Разбудила меня тоже она, тянула мою лапу с наручником в сторону.

– Ты что делаешь?

– Мне надо в туалет, вытяни руку, – она ещё и по пальцу меня ударила. – Проснись уже! Очень надо. А цепь короткая.

Ну вот как она может быть моей истинной? Я уткнулся носом в живот девушки и глубоко вдохнул её запах. Пахнет, кстати, вкусно. Может, и не всё потеряно…

– Радион, ну же, – взмолилась она.

– Радагаст. Когда ты уже запомнишь? – пришлось вытянуть лапу, позволяя девушке сбежать в кусты.

Дальше лучше не принюхиваться.

Кажется, я снова ненадолго заснул, а когда проснулся, не обнаружил рядом Марину. Чертыхнувшись, огляделся, потом потянул цепь на себя. Передо мной сформировалось несколько метров магических пут, прежде чем я рванул на поиски. Нёсся, ориентируясь на цепь. С моим передвижением она укорачивалась, плутая через кусты, потом через равнину, пока не исчезла в небольшом пролеске.

– Ох, спасибо вам большое. А то мне достался самый ужасный из чешуйчатых, – донёсся до слуха голос Марины. – Только и делает, что язвит. Ещё и шутит про женитьбу. Будто кто-то в здравом уме пойдёт с ним под венец.

Я миновал сеть кустов и замер, наблюдая интересное зрелище. Девушка ела лесные ягоды, иногда угощая крутящегося в её ногах малыша огненного аспида. А рядом сидела, любуясь играющимися детьми, его мама. Воздушная змея растянула своё длинное чешуйчатое тело под лучами солнца и довольно щурилась.

– Почему ты сбежала? – пророкотал я, выбираясь из кустов.

Марина подпрыгнула от неожиданности, а аспид прижался к её ногам. Только мать не шевелилась, лишь взглянула на меня с предупреждением.

– Я хотела есть, – девушка упрямо вскинула подбородок. – И ещё выяснила, что цепь удлиняется.

– Ещё раз сбежишь…

– Что ты сделаешь? – глядя с вызовом, она забросила в рот ягоды.

– Отшлёпаю, – рыкнул я.

– Только попробуй, – разъярилась она. – Ты и так моришь меня голодом и холодом. Злой драконище, – и показала мне язык, словно маленькая девочка.

Но её слова развеселили.

– Мне нужна нормальная еда. И обувь, – она продемонстрировала мне испачканные ноги. – И тёплая одежда. И одеяло. И гребень. И…

– Понял, я понял.

Сколько же с девушками проблем. То ли дело с аспидами. Принёс ей тушу посочнее, она и довольна. Как же жаль, что драконы не размножаются в животной ипостаси.

– Залезай на шею. Летим.

– Куда?

– Искать тебе гребень, – прошипел я сквозь стиснутые зубы.

– О, я озвучила не весь список, – погладив малыша по макушке, она поклонилась матери аспиду и поскакала ко мне. – Мне ещё надо и ванную тёплую, и кроватку.

– Не наглей. Надо попытаться раздобыть самое необходимое, – я опустился на землю, ожидая, когда она расположится на мне.

– Почему попытаться? Нельзя просто купить?

– На что? Людям нужны деньги.

– Разве у драконов нет сокровищниц?

– Есть, в нашей стране. Она под проклятием. Как только его снимем, покажу, – пробурчал я раздражённо.

– То есть ты ещё и нищий дополнительно к тому, что беспардонный и бесчувственный извращенец? – невинно поинтересовалась она.

– Я передумал, – схватил её за талию и тут же взмыл в небо, прорубаясь сквозь ветки деревьев. – Полетаешь так.

– Гад, да я тебе…

Хочу нормальную истинную, но выдали это недоразумение. А ведь царь наказал добиться её. Ещё и в животной ипостаси. Интересно, каким образом, по его мнению, можно заставить человеческую девушку полюбить дракона, зверя в её представлении? Как она там говорила? Попал. Жестоко попал на истинную.

Глава 2

/Марина/

– Опусти меня! Опусти меня сейчас же! – прокричала я, барабаня кулаками по чешуйчатому пальцу дракона.

Само собой, мне явно было больнее, чем ему. Бронированный бесчувственный гад! Он не дракон, он тролль!

– Мне холодно! Очень холодно!

Не врала, ветер бил так сильно, что продувал насквозь. Ещё и на высоте было не особо тепло ранним-то осенним утром. Солнце лишь лениво выглядывало из-за облаков, не спеша отогревать мою замёрзшую попу.

– Мы почти на месте! – проревел Радагаст.

Вот вроде грозный драконище с кучей зубов, но совсем не пугает, наоборот, хочется оттаскать его за хвост и пасть мылом вымыть, чтобы перестал язвить.

– Я больше не могу-у-у! – провыла расстроенно.

Слёзы лились из глаз. Из-за потоков бьющего в лицо ветра. Только дракон решил иначе и… полетел ещё быстрее.

– Зас-сра-ане-ец! – но рот пришлось резко прикрыть, когда мне в лоб прилетело жуком.

Хорошо, что не в глаз и не пониже. Я, конечно, голодная, но не до такой степени.

Полёт продолжался, и теперь приходилось ругаться про себя. К счастью, ещё через десять минут моих мучений, дракон пошёл на снижение.

– Т-ты н-не уж-жасен, т-ты, т-ы-ы, – проклацала я зубами от холода, когда он опустил меня на землю.

– Я думал, ты врёшь про холод, – он озадаченно почесал макушку. – Вы, люди, такие хрупкие.

Он вновь схватил меня, на этот раз обеими лапами. А потом дунул! Раскалённым воздухом! Согрелась я мгновенно. И испугалась лишиться всех волос на теле вместе с платьем.

– Ты не ужасен, у меня в лексиконе просто нет подходящего слова, чтобы описать твоё ехидное тугоумие, – я начала активно выкарабкиваться из его хватки в попытках спастись от возгорания.

Но он хоть не удерживал и перестал дуть. Я похлопала себя по лицу, проверила наличие бровей и присутствие волос на голове . Кажется, обошлось.

– Как только найду способ избавиться от цепи, убегу от тебя как можно дальше!

– Не убежишь, ты меня полюбишь, – выдал Радагаст, ухмыльнувшись, и мне даже стало весело.

– Полюблю тебя?! – зло расхохоталась я.

– Представь себе, – закивал он головой.

– У тебя ещё и ЧСВ зашкаливает.

– Что? – озадачился он.

– Чувство собственного величия, – припечатала я, опустив кулак на нос дракона.

Он отдёрнул голову и смешно чихнул, чуть не снеся меня с ног воздушной волной. Благо, из его рта пахло уже не так катастрофично, хотя и не мятной свежестью. Впрочем, и я сумела почистить зубы только пальцем.

До слуха донёсся стук молота. Только тогда я решила обратить внимание на то, что творится вокруг. Мы успели отдалиться от огромных деревьев и леса, перед нами поднималась стена гор, пересечённая самодельными тропами между уходящими во тьму шахтами. Возле одной из них как раз и стучал молотком мужчина, занимаясь починкой телеги.

– Люди, – от радости прижала ладони к груди и понеслась на поиски помощи.

– Нет же, – догнал меня наполненный насмешливым высокомерием голос дракона. – Стой, Марина.

Да только кто же его будет слушать на своём пути к спасению? Точно не я. Правда, бег мой был максимально медленным из-за камушков, впивающихся в ноги. Но я была упряма, вскоре отыскала тропу и начала по ней подъём, отметив краем глаза, что дракон остался внизу, а за мной тянется удлиняющаяся цепь. Отличное открытие, кстати. А всего лишь надо было пожелать отдалиться от дракона, чтобы уединённо сходить в туалет. И она послушалась. Потом я проверяла возможности отдаления от Радагаста. И там столкнулась с семейкой драконов. Сначала испугалась, но малыш прибежал поиграть, а мама не проявляла ко мне гастрономического интереса. Они же меня потом привели к ягодным кустам, позволившим хоть чем-то набить пустой желудок. Надеюсь, шахтёры тоже окажутся отзывчивыми к моим проблемам.

А шум молота приближался, я даже разогналась и чуть не вылетела к одинокому шахтёру у телеги.

– Помо… – фраза оборвалась, когда я рассмотрела мужчину.

Он был очень низким, в серой мешковатой одежде. Лицо морщинистое продолговатое, нос длинный и крючковатый, глаза маленькие и близко посаженные, уши большие и заострённые, голова лысая, а кожа вообще зеленоватая. На человека существо походило с натяжкой. Может, об этом и хотел мне рассказать Радагаст?

– Человек? – хрюкающе выдало существо, плотоядно меня оглядывая.

Но вообще нельзя же судить по внешности? Может, он в душе добрый?

– Мне нужна помощь. Я заблудилась. Мне бы одежду и еду. Пожалуйста, – проблеяла я, глядя в его глаза с мольбой.

– Эй, все сюды, тута потеряшка, – расхохотался он, сложив ладони рупором.

Из шахты выглянуло ещё трое монстриков. Скепсис на их мордах сменился радостью.

– Я… эм… наверное, пойду, – потоптавшись на месте, развернулась и попыталась дать дёру.

Даже камушки под ногами уже не беспокоили.

– Куда?! – расхохотались монстры и рванули за мной.

– Радион! – проревела я. – Спасай!

Жаль, его шея слишком огромная, чтобы придушить. Мог бы предупреждать и настойчивее.

– Эй, кого она зовёт? – послышалось за спиной.

– Радиона какого-то.

– Не Радион, Радагаст! – проревел дракон, подлетая в воздухе на уровень тропы.

И наш бег резко прекратился.

– Радион! – захрюкали от смеха зелёные существа, но замолкли от рыка дракона.

– Не Радагаст, а тролль, – резко остановившись, я обвиняюще указала на него пальцем. – Ты что меня не остановил?

– О, Радагаст, твоя что ль? – зелёный монстрик невинно пошаркал ножкой по земле. – Мы не тронули её.

– Не успели, – выдал другой и получил подзатыльник от собрата.

– Вы что, знакомы? – я устало прикрыла лицо ладонью.

За что мне всё это?

– А мы тебя не заметили, Радагаст, – гавкающе рассмеялся зелёный, наблюдая, как дракон приземляется на тропу за моей спиной. – Ты ж обычно к шахте подлетаешь.

Надо сказать, помещался он тут так себе и очень старался не сорваться с узкой тропы.

– Да девушка мёрзла, пришлось раньше приземлиться, – махнул лапой ящер, глядя на меня с укором.

– Конечно же, мёрзла, наверху холодно и ветер дует. А у меня нет чешуи, но в отличие от тебя, есть мозги, чтобы это понимать, – разъярённо выдала я. – Ещё и твои… друзья меня до смерти перепугали. Вы вообще чего за мной побежали?

Я так разошлась, что зелёные мужички даже как-то стушевались.

– Мы… это… познакомиться хотели, – пробормотал один из них, почесав лысую макушку.

– Так не знакомятся!

– Тише ты, – рассмеялся Радагаст, похлопав меня лапой по спине. – Гоблины людей недолюбливают, а люди их.

– Я пока недолюбливаю только тебя, – выдохнула рассерженно, отмахнувшись от его конечности. – Так, мне нужна одежда, еда. Для начала, – и строго посмотрела на гоблинов.

Те засуетились, не зная, как поступить.

– Накормите её? – усмехнулся Радагаст.

– Щас че-нить сварганим, – кивнул тот, что орудовал молотом.

И действительно сварганили. Нас проводили в находящуюся на уровень выше шахту. Тут была организована небольшая зона отдыха, скорее, поварской уголок и расположенные в небольшой самодельной галерее столы со стульями. Всё было рассчитано на коротконогих гоблинов, но хоть о мисках такого не скажешь. Мне наложили полную небольшую кастрюльку вполне съедобной похлёбки. И даже выделили вместо стула дощечку, что позволило есть за столом. А вот с остальными запросами возникли проблемы.

– Женской одежды нет, – развёл руками в стороны Гисли, один из наших знакомых. – Да и ежели была б, не подошла бы. Но есть несколько одеял.

– И грабли, – счастливо объявил Ворьти, которого отправили на поиски гребня.

– Грабли? – переспросила я, глядя, как он машет этим сельскохозяйственным инструментом.

– Черенок отломать, и будет вам гребень, – выдал он, продолжая горделиво демонстрировать свою находу.

Со стороны входа в шахту послышался смех Радагаста.

– Спасибо, Ворьти, ты очень находчивый, – кисло улыбнулась я. – Но зубья в земле, и… металл портит волосы.

– О, да? Жалько, – расстроился он. – А то болтается тут без дела, так бы пригодилась.

Понятно, мне хотели сбагрить ненужную вещь.

– Вы, кстати, откуда знаете Радагаста? – поинтересовалась я, уплетая похлёбку.

Гоблины предпочитали жирную еду и острую. Очень непривычную для меня, но голод брал своё.

– Он тута один дракон. Настоящий, – пожал плечами Гисли. – Все его знают. А нам он как-то подсобил. Тележка чуть с обрыва не сорвалась, а он мимо летел. Так и познакомились. Мы ему сладости возим, а он нам помогает с тяжестями.

– Надо же, он и что-то для других умеет делать? – пробормотала я про себя. – То есть других драконов нет? – спросила уже громко.

– Прокляты они. В своей стране закрыты. Может, кто и есть, но мы других не знаем, – пожал плечами Райко, самый молодой и компании.

Он подошёл ближе и поставил передо мной мешочек, внутри которого оказались цветные леденцы.

– Можешь взять одну. Любую, – великодушно разрешил он.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась ему.

Гоблины не отличались щедростью, но оказались вполне добрыми, пытались собрать для меня вещи, хотя с этим возникали проблемы, ведь я в два раза выше каждого из них. Пусть и выглядели неотёсанными и грубыми, ругались периодически друг на друга, скалились и рычали, но их нельзя было назвать плохими. Скорее, самобытными, странными для обычного человека, который впервые видит подобных магических существ, но никак не злыми. Хотя, думаю, без протекции Радагаста, я бы могла не получить помощи, а нарваться на неприятности.

– Давай быстрее, – поторопил меня дракон.

– Ем же! – пригрозила ему ложкой, на что он покачал огромной головой. – А Радагаст, он какой? Хороший? – спросила шёпотом.

– Дракон же, – пожал плечами Гисли.

– Это ничего не объясняет, – забросив в рот новую порцию похлёбки, я запила её водой.

Язык горит. Как бы гастрит не заработать с такой острой едой на голодный желудок.

– Вот, собрали, что не жалко, – из глубины шахты показался ещё один новый знакомый, Верто.

Приблизившись, он бросил возле меня серый потёртый рюкзак, отчего изнутри послышалось металлическое звяканье.

– Огромное спасибо, – я чуть склонила голову, притянув к себе ближе обновы.

Гоблины смотрели на меня так, будто отрывали важное от сердца. Легко поделиться они могли разве что не востребованными при работе на шахте старыми граблями.

– Что у вас тут за посиделки? – раздалось хриплое ворчание, и в помещении показался другой гоблин.

Он был старше, судя по количеству морщин. И выглядел иначе, более представительно. В ушах блестело множество серёг. Сухощавая фигура терялась в мешковатой мантии из плотной ткани. На шее висела связка цепей с разными медальонами, украшенными разноцветными камнями. Один из них ярко засиял, обращая к себе внимание всех присутствующих.

– Евгеньевна, быстро! – потребовал Радагаст.

А старый гоблин подхватил один из медальонов и посмотрел на меня сквозь прозрачный плоский камень в его основании.

– Жар-птица! – воскликнул он в неверии и почему-то смотрел на меня.

– Эм, что? – я глупо усмехнулась, почувствовав себя неуютно под прицелом загоревшихся алчностью взглядов гоблинов.

– Марина…. – протянул Радагаст.

– Уже иду, – рассмеялась, прижав к груди рюкзак, словно пытаясь защититься от изменившейся в помещении атмосферы.

– Куда же ты, девочка? – расплылся в улыбке Гисли. – Не хочешь расплатиться за наше гостеприимство несколькими перьями?

– Вы явно что-то напута….А! – заорала я, когда меня резко рвануло за цепь в сторону выхода.

В ужасе успела только схватиться за дощечку под попой, но она, само собой, поехала вместе со мной. Гоблины рванули было следом, но затемпочему-то передумали и побежали в противоположном направлении. Потом стало ясно по какой причине. Радагаст распахнул огромную пасть, в глубине которой разгоралось алое пламя.

– Наелась? – драконище схватил меня за талию, во вторую лапу взял вывалившийся на землю рюкзак.

– Хоть одно перо, – раздалось из глубины шахты.

– Марина моя! И все её перья тоже мои! – прорычал Радагаст.

– Твоя? Перья? Что происходит вообще? – ко мне наконец вернулся дар речи.

– Потом, – дракон развернулся и взмыл в небо.

Снова я ехала не на шее…

На этот раз летели недолго. Возможно, всё дело в ядрёной похлёбке, но сильно замёрзнуть я не успела. Дракон приземлился на берегу речки. Похоже, всё той же, но здесь она была не столь полноводна.

– Проблемная ты у меня, – выдал он, аккуратно выпуская меня из лапы.

С рюкзаком он так не церемонился. Тот издал металлический треск, когда рухнул на землю возле моих ног.

– Нет, это ты моя огромная проблема, – поправляя платье и весьма растрёпанные волосы, я отошла от Радагаста. – Если бы не ты, меня бы сюда не перенесло. И мне не приходилось бы выживать в диких условиях и сбегать от гоблинов.

Подойдя ближе к воде, я с грустью оценила через отражение свой внешний вид. Можно подрабатывать огородным чучелом. Волосы в беспорядке, ещё немного и сваляются в колтуны. Платье помято и испачкано. В принципе, как я вся. На ступни лучше вообще не смотреть. Ещё и тепло похлёбки рассеивается, а ведь только ноги отогрелись.

– Зато какая награда в конце пути, – дракон приблизился ко мне со спины и тоже вгляделся в моё отражение.

– Награда?

– Ты снимешь проклятие с драконов.

– И стану твоей женой? Это не награда, а наказание, – поморщилась я, проигнорировав злобное ворчание Радагаста.

Присев на берег, я опустила ступни в воду, чтобы отмокла грязь. Нужно отмыться и потребовать, чтобы дракон нес меня к людям. Главное, не увлекаться, а то с моим везением есть вероятность наткнуться на плотоядную русалку.

– Драконы в плену уже тридцать лет. Они в каменном стазисе, почти мертвы.

– Вот не надо давить на жалость. Пока мне жалко только себя, – намочив ладони, я попыталась расчесать волосы пальцами. – Да и вообще некрасиво сваливать на меня чужие проблемы. Я, конечно, сочувствую, но не обязана кому-то помогать. Они твои родичи, не мои. И свадьба с тобой никакая не мотивация. Предложи что получше.

– Что, например? – прорычал он, явно недовольный моим равнодушием.

Но я не богатырша, не воительница, не гениальный учёный, чтобы создать из палок и грязи боевой костюм, я обычная девушка. Я напугана, истощена, расстроена и рискую схватить воспаление лёгких. Последние два месяца и так проходили с постоянным ожиданием подтверждения смертельного диагноза, а тут жизнь подкинула новую подлянку, ещё и оставила одну. Если есть возможность помочь драконам, то не имею ничего против. Только я не способна нестись сломя голову через сотни препятствий, преодолевать смертельные испытания и совершать подвиги во спасение неизвестных мне существ. Банально не осилю. Нужно быть реалистами. Наш тандем не способен даже себя прокормить, а дракон замахнулся на снятие целого проклятия.

– Возвращение домой. Если это всё правда, и я не ловлю глюки, то выходит, пропала в неизвестном направлении. У меня есть родители и сестра. Они там с ума сходят от волнения. И мой парень тоже наверняка жутко напуган. Меня утянуло в зеркало прямо на его глазах.

– Твой парень? Это как? – насторожился дракон.

– Мой молодой человек. Ну… почти любимый, вот. Да, кстати, я несвободна, чтобы меня замуж звать.

Радагаст прищурил глаза. Те вспыхнули золотым светом, и мне стало как-то не по себе. Потому я поспешила сменить тему. Тем более есть нечто очень важное, что стоит обсудить. Хоть и страшно.

– Почему гоблины так странно себя повели?

– Поняли, что ты жар-птица, – пояснил он, будто это очевиднейший факт.

Эх, а я надеялась, что мне всё это послышалась. Но моя шизофрения расширяется.

– Знаешь ли, я не похожа на жар-птицу.

– Может быть, – пожал он плечами. – Я до тебя не встречал жар-птиц. Считается, что они давно вымерли.

Задумчиво меня рассматривая, он попытался поддеть когтем подол моего платья. Опять он со своими извращенскими замашками.

– Ты что творишь?!

– Пытаюсь понять. Ты красивая, Марина?

– Ты издеваешься?

– Говорю же, пытаюсь разобраться. Жених у тебя есть, значит, кто-то хочет и в жёны взять. Так ты красивая?

– Давай вернёмся к важным вещам, – выдохнула я, пытаясь справиться с шоком.

Как вообще отвечать на такие вопросы? И причём тут моя красота, когда обсуждается насущный вопрос самоопределения?

– Я абсолютно точно человек. Никакая не жар-птица. Но реакция гоблинов меня напугала. Почему вы все решили, что я жар-птица?

– Аура сообщила, кто ты, – хмыкнул он. – Свою сущность сложно скрывать. А ты и не пытаешься.

– Я не птица. Вот же, руки, ноги, волосы, нос.

– Руки, ноги, волосы, нос. Я во второй ипостаси тоже всё это имею. Обратись, и сама увидишь.

– Ну нет, ты точно издеваешься, – махнув рукой, я вернулась к водным процедурам.

На некоторое время воцарилось молчание. Я быстро смыла грязь с тела, кое-как расчесала волосы и собрала их в косу. Правда, это временное решение, если не найти хотя бы верёвку. А дракон от скуки принялся перебирать собранные гоблинами припасы. Те действительно не отличались щедростью. В нашем распоряжении оказались потрёпанные многочисленными походами чайник, сковорода, миска, нечто среднее между вилкой и ложкой, ржавый нож и небольшая металлическая фляжка. Одеяла положить не успели либо забыли, значит, снова буду мёрзнуть. О более подходящей одежде и гребне оставалось только мечтать. Как и о ночлеге в тёплой кровати.

– За что драконов прокляли? – надо бы разузнать подробности, а то мы с Радагастом пока только ругаемся.

– Мы были сильнейшими покорителями неба, – гордо выпятил он грудь. – Могли перенять силу воздушного столпа мира.

– Столпа? Не забывай, что я вообще не в курсе ваших заморо… В смысле, особенностей вашего мира.

– Как бы объяснить, – он почесал когтем нос. – В мире должно быть три столпа. Это правило. Они поддерживают баланс. Баба Яга, Кощей и лесной царь. Их титулы переходят по наследству.

– Лесной царь подарил тебе цепь, – щёлкнула я пальцами, указав на нашу сияющую голубым светом проблему.

– Нет, это был его сын. Он перенял его титул. А его отец как раз проклял драконов. Катаклизмов опасался. И ведь мы могли стать новыми столпами мира, вернуть баланс. Он просто боялся, что мы станем сильнее.

– Ну да, всегда за баланс отвечали одни, а вы решили, что круче. Типичная история злодеев, – пробормотала я, подхватив с земли рюкзак. – Если все драконы такие самоуверенные гордецы как ты, зачем вас освобождать?

– О чём ты вообще говоришь? – прорычал он, мгновенно разозлившись.

– Со стороны выглядит именно так, – оценив все пришитые к сумке крепления, я пришла к выводу, что одно можно оторвать и приспособить под резинку для волос.

Оставалось только присесть на траву и немного поработать ножом. Тот хоть и был местами ржавым, но не успел окончательно затупиться. Подвязав серой тонкой тряпичной лентой косу, я довольно улыбнулась. А жизнь-то налаживается.

– Но это не так, – не унимался дракон. – Может, мы не идеальны, но это не повод проклинать целую страну. Там же женщины, старики, дети. Они тоже… злодеи, как ты говоришь?

– Моя логика проста. Если столпы должны соблюдать баланс, значит они что-то вроде богов. Их долг защищать мир. А вы ему, выходит, угрожали, раз лесной царь наложил проклятие.

– Но его сын дал мне цепь, чтобы я мог проклятие снять, – парировал он. Так разошёлся, что в глубине пасти запылало пламя и из неё повалил дым. – Мир открыт. Баланс восстанавливается. Драконы никому не угрожают.

– Возможно, – я принялась собирать утварь обратно в рюкзак. – Но всё это с твоих слов, а ты можешь мне банально врать. Мне нужен более достоверный источник данных.

– Что? – Радагаст опустил голову, чтобы заглянуть мне в глаза.

Кажется, искренне не понимал, что именно требует странная человечка.

– Говорю, мне необходим взгляд со стороны. Учёный там, книги, летописи. Чтобы удостовериться в том, что ты говоришь правду.

– Зачем мне врать? – его недоумение выглядело непритворным.

– Всё просто. Чтобы я по наивности спасла твою страну. А так не получится, – развела я руками в стороны. – Докажи мне, что драконы достойны спасения, пообещай за помощь возвращение домой. И тогда я подумаю.

Довольная своей речью, я скрестила руки на груди, ожидая его решения.

– Либо я могу сделать так, – он резко схватил меня лапой за талию, подняв на высоту своего роста. – И отнести туда, куда мне надо.

Сердце застучало как бешеное, но я старалась не выдавать своего страха. Тем более как-то попривыкла к выходкам этого чешуйчатого.

– Значит, я права, ты злодей, – изрекла, наблюдая, как пылает пламя в золотых глазах Радагаста. – С чего мне тебе помогать?

– Я не злодей! – проревел он яростно, ещё и выпустил в воздух струю огня.

– Пока похож на злодея, – я скептически выгнула бровь, всеми силами пытаясь держаться и не броситься в увещевания о помиловании.

– Не злодей, – он резко захлопнул пасть, сквозь зубы повалил пар. – Правда, Марина, – и аккуратно опустил меня на ноги.

– Ты меня напугал, – я продолжала сверлить его хмурым взглядом.

– Это ты меня разозлила. Не стоит говорить плохо о моих родичах, – пропыхтел он, махая лапами, чтобы развеять дым. – Они нуждаются в помощи. Ты обязана помочь.

– Вот опять ты. Ничего я не обязана. Я посторонний для всех вас человек.

– Жар-птица, – перебил он меня.

– Никакая я…. – медленно выдохнула, пытаясь успокоиться. – В общем так, пока ты мне не организуешь нормальные условия, еду, одежду и тепло, даже речи быть не может о снятии никакого проклятия. Я человек, могу умереть от низких температур. Но и перед этим тебе ещё предстоит доказать, что драконы не злодеи, пытавшиеся когда-то давно поработить мир.

– Женщины, – Радагаст растерянно бухнулся на задницу, глядя на меня в замешательстве и неверии.

– Это ты ещё легко отделаешься, – пробурчала я. – Не забывай, что если получишь согласие, то после снятия проклятия должен будешь сделать всё, чтобы вернуть меня домой.

– А как же свадьба, драконята и любовь до гроба? – язвительно отозвался он.

– О, а можно ещё потребовать у тебя молчать? – фыркнула я, с трудом удержав себя от того, чтобы не показать ему язык. – И, кстати, ты не сказал, как должно сниматься проклятие. Если надо принести меня в жертву, то я заранее не согласна.

– Нет, ты просто должна появиться, – обратив несчастный взгляд к небу, он тяжело вздохнул. – За что мне это?

– Я могу предположить, за ужасный характер? – и невинно захлопала ресничками.

– Будто у тебя он замечательный, – Радагаст вновь взглянул на меня. – Нам всё равно нужно посетить мага для создания поискового артефакта. Он подтвердит, что я не вру. Может, и книги у него есть, но так быстро легенды в историю не вносятся. Тридцать лет же всего прошло.

– Кстати, да, вполне, – здесь я была готова согласиться.

Сомневаюсь, что у них настолько развито книгопечатание. Гоблины, конечно, не показатель, но что-то я не заметила в их распоряжении никаких приборов.

– Так с чего ты начнёшь? – поинтересовалась я.

– Разве не понимаешь? Я могу понести тебя на себе, идти долго, надо перейти гору. Это несколько недель подъёма. Быстрее перелететь. Но ты мёрзнешь на высоте. Мы в тупике. Хотя… – он хитро улыбнулся, взглянув на меня с ожиданием, – в перьях ты не замёрзнешь.

– Чего? – я даже задохнулась от неожиданности.

– Обратись. Ты зря опасаешься. Я не буду вырывать твой хвост.

– Мой… что? Нет у меня хвоста, и перьев тоже, – в подтверждение похлопала себя по бёдрам – Я совершенно обычный человек.

– Поверь мне, ты не человек. Я думал, ты просто скрываешь по привычке, потому не расспрашивал. А выходит, ты не знала. Но теперь же знаешь, – Радагаст продолжал улыбаться. – Обратись, птичка. Давай же, я ни разу не видел жар-птиц вживую.

– Я… не…

– Ты же можешь поверить и попробовать? Перья не дадут тебе замёрзнуть, я смогу долететь с тобой до города. А там… мда, – он снова погрустнел.

Наверное, вспомнил, что у нас нет денег, он вообще дракон, а я в коротком потрёпанном платье, которое явно не соответствует местной моде. Но проблемы надо решать по мере их поступления. Радагаст прав, мы не сможем полететь, если не придумаем, как защитить меня от холода.

– Ладно, давай я сделаю вид, что поверила. Как обращаться?

– Пожелай, – он вперил в меня загоревшийся взгляд. – Очень пожелай. Прямо очень сильно.

– Эм, ладно… Ты мне не помог.

Вернувшись к берегу, я оценила взглядом свой потрёпанный облик. Но выглядела хоть явно лучше, чем пятнадцать минут назад. Как он там сказал, очень захотеть? Я прикрыла глаза, но скепсис был слишком силён, потому ничего не выходило. Лишь на губы наползала улыбка от комичности ситуации. Пытаюсь превратиться в птицу, а в команде поддержки дракон.

– Не выходит. Я же говорила, – пожала плечами, обернувшись к Радагасту.

– Давай попробуем как с драконятами, – он приблизился, ткнул когтем мне между грудей. От него пошло тепло, кожу защипало сотней иголочек. – Прикрой глаза, представь, что рука это крыло.

Я послушалась. Закрыла глаза и попыталась ощутить свои руки иначе, будто они маленькие, лёгкие и покрыты перьями. Тем более сейчас это давалось проще, ведь тепло наполняло тело, отдаляя реальные ощущения.

– Так, молодец, дальше представь, что ноги… хмм, не ноги, а лапки.

– Ладно, – хихикнула я. – И что дальше? Клюнуть тебя по носу?

Я так ярко представила эту сцену, что подалась к нему, но плюхнулась на траву. Открыв глаза, часто заморгала. Дракон казался больше, как и мир вокруг. Так, нет, дело не в них, дело во мне. Это я стала ниже! Почуяв неладное, подошла к берегу, потом ещё приблизилась, потому что не сразу увидела отражение. Следом пространство пронзил мой вопль.

– Что ты со мной сделал?!

Из отражения на меня смотрела тщедушная птичка, покрытая золотистыми перьями. Какой-то цыплёнок переросток, но уж точно не жар-птица.

– Я курица!

– Мда, жар-птица из тебя тоже ущербная, – пробормотал дракон, подтолкнув меня когтем под попу. – Хвоста волшебного нет.

– Это правда я?! – хотелось плакать и просто орать от шока, но в этом теле не получалось.

– Правда. Видимо, ты права про болезнь. Надо будет уточнить у мага. Но всё же замечательно!

– Да? – с сомнением посмотрела в довольные глаза дракона.

– Конечно! Теперь мы сможем долететь до города. Но и это не всё.

– И что ещё?

– Такой ты мне нравишься больше! Ты только посмотри, какие коготки, крылья, клюв выдаёт породу. А пёрышки, – он почесал меня под подбородком. Забывшись, я прикрыла глаза от удовольствия, но тут же чертыхнулась и отпрянула. – Ты просто красавица! – заключил он. – Оставайся такой.

Плюхнувшись на траву, я приоткрыла в недоумении… клюв.

– И точно извращенец!

/Радагаст/

– Почему сразу извращенец? – вспылил я.

Как же с ней сложно! Комфорт обеспечь, очевидное докажи, ещё и молчи, когда она через фразу язвит. А мне, значит, нельзя?

– Ты находишь привлекательной курицу! – всплеснула она крыльями.

Марина действительно выглядела истощённой. Худенькая настолько, что, кажется, снесёт слабым порывом ветра. Перышки мягкие, пушистые, как у птенчиков. Ни хохолка, ни яркого хвоста, которые часто изображают на картинах, не наблюдалось. Но всё равно она к себе слишком строга. Не курица, очень милая птица. Зато вон какие когти острые, и ноги сильные, размах крыльев шикарный, осанка королевская, клюв хищный, ещё и золотом поблёскивает. Теперь я бы предпочёл держаться от неё подальше, если разозлится. Такой она может и чешую пробить. Волшебная же. А глаза! Большие, сияющие. Так что очень даже симпатичная хищница. Научить охотиться, и она ещё нас обоих прокормит. Красота же! А она… извращенец.

– Жар-птицу, – не согласился я. – Ты красивая. И этот облик практичный. Смотри, ты меньше, значит, и есть будешь не так много.

– Ты пока меня вообще ничем не кормишь, кроме лягушек.

– Жаб, – напомнил я.

– Ещё водишь по сомнительным заведениям, где меня пытаются ощипать.

– В округе больше и нет никого разумного, кроме гоблинов, – хмыкнул я. – Но ведь тебя накормили. Главное, результат. А ты вечно недовольна.

– Я не недовольна, – она начала расхаживать вдоль берега, смешно подёргивая коротким хвостом. – Я в бешенстве из-за свалившихся на мою голову неприятностей. И их становится только больше. Теперь выяснилось, что я ку… жар-птица. Доказывай теперь всем, что у меня нет волшебного хвоста.

– Думаю, это временно, отрастёт. Но лучше посоветуемся с магом.

– А если и маг захочет мой хвост?

– Такой вариант возможен, – согласился я, почесав подбородок. – Но и выбора нет. Сам я страну не отыщу.

– Нельзя просто найти карту? – замерев у густой травы, она насторожилась и резко рванула вперёд. А через секунду выскочила уже с мышкой в клюве. – Фу! Что это было?! – воскликнула в шоке, отбрасывая от себя перепуганную полёвку.

– Инстинкты, – губы расплылись в улыбке от умиления.

Хищница. Просто красотка! Марина считает кожаный облик более симпатичным, но почему-то извращенец я.

– Ужасные инстинкты, я только что…

– Охотилась. И удачно, – я продолжал улыбаться.

В таком варианте истинная мне нравится. Правда, так мы точно несовместимы. А жаль.

– Это ненормально, – пробормотала она, нервно вздыбив перья. – Так… о чём мы говорили? О карте! Нельзя просто посмотреть по карте?

– Можно, но к стране не подойти. Колдовство путает тропинки, ветер сбивает с курса, нужен поисковый артефакт.

– Плохо, – выдала она. – Ладно, полетели к городу. Чего время терять? Хочу быстрее вернуть прежний облик.

– Тебе так очень даже хорошо, – предпринял я попытку уговорить свою хищницу, но она теперь агрессивно взъерошила перья.

Глаза опасно блеснули. Стало не по себе. Заклюёт ведь.

– Ладно, полетели. Сама полетишь?

– Я же высоты боюсь, не помнишь что ли?

– Всё забываю, что ты ущербная, – закатил я глаза и потом был вынужден убегать.

Марина налетела на мой нос. Острые когти впились в чешую, а клюв больно стукнул в лоб. Кое-как отмахнувшись, я рванул прочь, потирая ушибленное место. А она попыталась ещё и на мой зад напасть. Хищница!

– Хватит, хватит! – попытался я её успокоить, нарезая круги по поляне. – Больно же!

– Ты бронированный, дай сбросить пар!

– А у тебя клюв волшебный! Больно!

– Да? – она остановилась, даже пёрышки пригладились. – Тогда больше не зли меня.

– Попрошу о том же, – я вернулся к ней и подставил лапу.

Она легко в неё впорхнула, крепко вцепившись когтями. Во вторую лапу я подхватил рюкзак, пихнув в него скромные подарки гоблинов.

– Лети, – повелительно кивнула она головой.

Мысленно попросив у неба даровать мне побольше моральных сил, я взмахнул крыльями, вертикально взмывая вверх. И устремился к горам, быстро набирая высоту. А про себя гадал, насколько высоко могут летать жар-птицы.

– И вправду, не холодно, – раздался снизу смех Марины. Хоть повеселела. – Совсем не холодо-о-а-а! А!

Чертыхнувшись я извернулся, но лапа была пуста. Даже на всякий случай проверил вторую. Только рюкзак. Я что, потерял свою истинную птичку?!

– Марина?! – заревел я, завертевшись в воздухе.

– Дурак! – раздалось сверху. Марина приземлилась мне на рог и больно клюнула в затылок. – Ты меня выпустил!

– Надо было лучше держаться, – прорычал я, выправляя полёт. – Зато летать тебя научил. В следующий раз ты меня несёшь.

– Не потяну, ты слишком толстый, – фыркнула она, прижимаясь к рогу.

Ветер трепал золотистые перья. Она мило щурилась, подёргивая шеей.

– Держись крепче, – наказал ей, начиная набирать скорость.

Теперь-то можно быстро перелететь через горы. За ними будет деревня. Там нужно попытаться раздобыть ей одежду, и что она ещё заказывала? Тепло и комфорт? Буду считать, что она имела в виду одеяло.

Полёт действительно сокращал время. Мы быстро взмыли к облакам, острые шпили гор проносились внизу. Марина осмелела и теперь путешествовала по моим рогам, с интересом оглядывая виды.

– А тут красиво, – через некоторое время заключила она.

Хоть в чём-то мы были согласны.

– Подожди. Вот увидишь Драко.

– Твою страну?

– Да. Она прекрасна, – грустно улыбнулся я.

Внизу мелькнули отблески солнца на поверхности озера. Возле него и находилась деревня, потому я начал снижение. Только близко подлетать не стал. Приземлился у границы леса, рядом с возделываемым полем. Небольшим, местные жили в основном рыбной ловлей и продажей руды.

– Что дальше? – деловито уточнила Марина, спорхнув с рогов сначала на мой нос, а потом и на землю.

– На границе живёт знахарка. Попробуем попросить у неё помощи.

– Отлично, ой, а там что? – она развернулась, высматривая что-то в небе.

Я тоже вскинула голову. Тогда и разглядел, что к нам приближается аспид. Знакомая мать с малышом. Интересно, что им нужно так далеко от дома? Правда, приземляться она не стала, зависла над землёй перед нами и выпустила из когтей… человека. Молодого, крепкого, но в целом обычного. Волосы цвета пшеницы, глаза зелёные, две ноги, две руки, голова, нет когтей.

– Никита?! – Марина рванула к нему, на ходу обращаясь к своей не лучшей форме.

Парень весь дрожал от холода, но бросился навстречу. И через мгновение они крепко обнялись. Прямо у меня на глазах! Внутри заворочалась злость, моментально вскипятив кровь в жилах. Ещё одна проблема на мою голову…

– Марина, – довольно улыбнулся этот… этот будущий труп!

Недовольно выдохнув, я двинулся к парочке. Перекушу наглеца на двое, и нет проблемы. Хотя нет, ещё и пожую. А может, и проглочу. Решу по ходу дела.

Глава 3

/Марина/

Жизнь действительно налаживалась. Я уже решила, что плутать мне по миру с ехидным драконом, но мироздание не оставило меня одну. Аспид принесла Никиту. Когда увидела их, не поверила своим глазам. Но это действительно был он!

– Маринка! – он стиснул меня в объятиях так сильно, что затрещали рёбра.

Надо сказать, в ледяных объятиях. Полёт без перьев проходит совершенно некомфортно, я бы сказала, с риском обморожения.

– Откуда ты здесь? Как вообще? – я просто смеялась сквозь слёзы, обрадованная тем, что встретила в этом враждебном мире знакомого.

Казалось, вновь вернулась точка опоры, уверенность. Ведь теперь я не одна.

– Радион, смотри, это… А!

Дракон решил не просто посмотреть, но и попробовать на язык. Не успела я отойти от Никиты, как Радагаст его сцапал. Хам, и нет моего богатыря! Я впала в полнейший ступор, стук сердца оборвался от ужаса. За время столкновений с этим несносным ящером, совсем забылось, что он опасный и огромный хищник. Странный сон переходил в кошмарную стадию. Но если это не сон…

– Нет! – завопила я. – Что ты делаешь?!

Дракон не ответил. Стоял, выпучив глаза и упрямо стиснув челюсти. Но неудачно, та начала открываться, являя сопротивляющегося Никиту. Он упирался спиной в нёбо дракона, а ногами в его язык. И постепенно расширял зазор для побега. Мышцы на его руках бугрились, на шее выступили жилы, лицо побагровело от натуги. Кажется, он действительно богатырь! Но и Радагаст не сдавался, усиленно пытаясь захлопнуть пасть. Я и сама стояла в полнейшем напряжении, сжимала кулаки, проникнувшись усилиями Никиты.

– Радагаст, а ну прекрати! – взъярилась я. – Выплюнь его!

Жёлтые глаза посмотрели с возмущением. В глубине пасти запылало пламя. Кажется, Никита сейчас быстро согреется после полёта.

– Что же ты творишь?! – я так разозлилась, что мир снова уменьшился.

Точнее это я снова стала золотой боевой курочкой и ринулась на защиту своего парня. Радагаст придушенно заревел, когда я прыгнула на его голову и начала биться о его макушку. Он заметался на месте, пытаясь меня скинуть, но я не унималась.

– Отпусти его! Отпусти сейчас же! – кажется, у меня в роду отметились и дятлы, потому что я была неутомима.

И тут в нашу странную борьбу ворвался грозный рык. Маме-аспиду надоело наблюдать за этой вознёй. Меня сбросило с головы Радагаста ударом хвоста. А самого дракона опрокинуло на траву, и потом ему прилетело и по животу. Никита вылетел из его пасти, словно пробка из бутылки. Недовольно всхрапнув, грозная дракониха снова взревела и взлетела в небо, посчитав свой долг исполненным. Малыш помахал нам лапками и устремился за мамой. Вот это настоящая женщина.

Опомнившись, я подлетела к ошеломлённому Никите и встала перед ним, раскинув крылья в стороны.

– Не смей его кушать! – проклекотала требовательно.

– Я только немного пожую, – проревел дракон, вскакивая на все четыре лапы.

Золотые глаза опасно сверкали, из пасти валил дым.

– Ты дурак? – я на мгновение задохнулась от его заявления.

– Марина, осторожно, – Никита оправился от шока, вскочил на ноги и завис, разглядывая меня. – Ты курица?!

– Она прекрасная жар-птица, идиот! – припечатал Радагаст, и теперь зависла я.

– А, да, точно, – он сконфуженно усмехнулся, почесав затылок.

– Ты знал? – настала пора нового шока.

– Хотел тебе рассказать, ну, в тот день, когда признался, кто я, – глупо рассмеялся Никита. – Я просто иначе тебя представлял. С волшебным хвостом и…

– Хвост, хохолок и всё в Марине моё, – заявил дракон.

Я опомниться не успела, как меня обвило его хвостом и притянуло в загребущие лапы. Дракон заключил меня в капкан своих когтей и явно вознамерился улетать.

– С чего это твоё?! – возмутилась я и, вспомнив о дятлах в родственниках, начала долбить себе выход.

Дракон взревел от боли и выпустил меня на свободу. Даже летать перестала бояться. Вспорхнула на крыльях и зависла в двух метрах над землёй.

– Правильно, Марина моя, – Никита горделиво указал на свою грудь большим пальцем.

– И ты дурак! – спикировав вниз, я тюкнула его клювом по темечку.

Парень взвыл, схватившись за голову. Дракон рассмеялся. А я приземлилась подальше и попыталась обратиться. На этот раз выходило не так быстро.

– Кто он такой? – потребовал ответа Радагаст, развернувшись ко мне.

– Да, кто он, Марина? – и Никита весьма бескомпромиссно ожидал ответа.

– Вы что без меня познакомиться не можете? – я в полнейшей растерянности всплеснула руками.

Что это вообще было и что происходит теперь? Дракон ведёт себя словно ревнивый муж, да и Никита недалеко от него ушёл. Но хоть удалось избежать смертоубийства.

– Я Радагаст – наследный принц королевства Драко, – дракон гордо вскинул голову. – И она моя невеста.

– Чего? – кашлянула я от неожиданности.

– Марина? – Никита скрестил руки на груди, вопросительно вздёрнув бровь. – Когда ты успела обручиться с драконом и, главное, зачем?

– Не обручались мы, – пролепетала я, но уже снова начинала злиться. – И не обручимся. Он просто почуял, что я могу сбежать, вот и бесится.

– Не можешь, – фыркнул Радагаст, дёрнув цепь на себя, отчего я чуть не рухнула на попу.

– Ты мне не жених. Никита мой парень. Мы встречаемся. Я же говорила, что несвободна.

– Это было до судьбоносной встречи со мной, – насмешливо осклабился ящер. – Теперь Марина принадлежит мне. Цепь нас обручила.

– Цепь? – Никита только сейчас рассмотрел наш невесёлый аксессуар.

– Никого она не обручала, – закатила я глаза. – Хватит придумывать глупости. Уговор такой: ты мне комфорт, одежду, еду и подтверждённую правду о драконах. После я попытаюсь помочь с проклятием. И потом ты обязан обеспечить мне… выходит, что нам возвращение домой.

– О как, – Никита рассмеялся, растрепав чуть влажные от слюны дракона волосы.

Новая проблема, надо бы его помыть.

– Но… – Радагаст начал беспокойно расхаживать из стороны в сторону. – Уговора о нём не было.

– Теперь есть. Он со мной. Мы не разлучимы.

– Такого слова не существует, – буркнул дракон.

– Но суть ты уловил, – глупо улыбнулась я. Как же нервно, уже слова начала путать. – Он мой парень.

– Но хоть пожевать его можно? – прорычал обречённо Радагаст.

– Нет! У нас нет мыла, чтобы его отмыть, – я активно помотала головой, когда Никита попытался рвануть ко мне с обнимашками. – Ещё одна проблема, как его теперь отмыть от твоей слюны?

– Могу испарить влагу огнём, – дракон с грохотом опустил огромный кулак на землю, проделав в нём глубокую яму.

– Хватит пытаться его убить!

– Ты его любишь? – задал Радагаст внезапный вопрос.

Никита закивал головой, глядя на меня с надеждой.

– Не твоё дело, – выдохнула я.

О какой любви может идти речь, когда мы встречаемся всего три месяца? Да и вообще, я считала, что он просто меня жалеет, потому не бросает, из-за чего не позволяла себе слишком к нему проникнуться. Но в любом случае, есть ли разница, какие нас связывают чувства?

– Хорошо, – разулыбался дракон. – Когда он тебе совсем разонравится, можно будет его пожевать?

– Ты невозможен, – прикрыла я глаза ладонью. – Пойдёмте к озеру. Мыть богатыря. И чистить зубы дракону, – добавила ехидно.

Радагаст подскочил на задние лапы, громко дунул, принюхиваясь к запаху.

– Это от несвежей еды, – обвинил он, указав на Никиту.

Мой богатырь оскорбился, но украдкой принюхался к подмышкам. А я снова прикрыла лицо ладонью. За что мне всё это?

До озера пришлось идти пешком. Дракон ещё злился, и я побаивалась, что он скинет потом Никиту в полете. А парни теперь сцепились языками.

– Предложение ты ей уже сделал? Родители одобрили? – Радагаст смотрел на Никиту недобро, тот отвечал взаимностью.

Мне оставалось похлопывать ладонями по горящим щекам и периодически закатывать глаза.

– В нашем мире другие обычаи, – пояснил он. – Я… хм… ухаживаю за Мариной.

– А родители её знают, что ты без серьёзных намерений? – уточнил дракон, прищурив глаза.

– Так, хватит, – возмутилась я, вскинув руки в стороны. Хотелось каждого наградить подзатыльником, но я сдержалась. – У нас так принято, молодые люди общаются, проводят вместе время. И если нравятся друг другу, тогда и представляют родителям.

– Хорошо, – буркнул Радагаст, выпустив дымок из пасти. – Ты его родителям представила?

– Никиту они знают, – пожала я плечами.

Правда, представляла я их неофициально. До этого мы общались месяц, почти тайно. Никита прибежал ко мне в больницу, там был представлен моей матери. А она так радовалась, что возле меня появился верный защитник, не желающий бросать девушку в сложный для неё период, что всячески поддерживала наши отношения. Папа у меня строгий, особо ко мне парней не подпускал, но тут поддался давлению мамы. Я и обрадовалась, что меня больше не контролируют на каждом шагу. Но важную роль сыграла и репутация самого Никиты. Он из одной со мной школы, только на два года старше. Спортсмен, по пьянкам не гулял, девушек одну за другой не менял, хотя на внешность не жаловался. Он получил одобрение. Отец разрешил ему держать меня за руку. Так и пронеслись ещё два месяца в отношениях, перемежаемые посещениями врачей.

– Кстати, ты так и не рассказал, как здесь оказался? – припомнила я в желании сменить смущающую меня тему разговора.

В конце концов, нам ещё рано обсуждать серьёзность наших отношений. У нас дальше поцелуев и не заходило. Такими темпами и не зайдёт. Нет никакой уверенности в том, что от цепи можно избавиться. Из-за неё мы с драконом словно сиамские близнецы.

– Прыгнул за тобой в зеркало, конечно же, – заявил Никита, нахмурив светлые брови. – Только выбросило меня не возле тебя, а у реки. День ходил, тебя искал, а потом встретил дракониху. Она меня к вам и отнесла.

– Помощница, – неприязненно проворчал Радагаст.

– Чем ты недоволен? – разозлилась я. – Никита к нам не привязан. Может спокойно войти в город. И одет он получше нас с тобой. Отмыть только надо.

Парень сконфуженно усмехнулся, поправив свою цветастую футболку, влажную от слюны дракона.

– Со мной тоже можно в город. Я… иллюзию могу наложить, – выдал дракон.

– Это как?

– Свой облик скрыть, – пояснил он. – Только… размеры останутся прежними, но меня будут видеть иначе.

– А цепь? Разве что превратишься в собачку, – хихикнула я. – Будто я тебя выгуливаю.

Радагаст злобно рыкнул, а Никита расхохотался. За что его и пихнуло хвостом в траву. Не понимаю, почему дракон так на него реагирует? И придумал ещё про невесту. Может, он темнит, и это одно из условий снятия проклятия? Хотя и не понимаю, в чём смысл. Но если мне надо выйти замуж за этого ехидного дракона, чтобы спасти его страну, то пусть не рассчитывает. Гробить свою жизнь за… сотни других жизней? Так, Марина, не думай об этом! Совесть, она такая, проснётся, обратно не усыпить. Я не обязана взваливать чужие проблемы на свои плечи. Ведь не обязана?

– А ты с чего Марину своей невестой назвал? – Никита поднялся с земли и отряхнул одежду, сверля дракона гневным взглядом.

– Чтобы тебе не отдавать, – огрызнулся Радагаст и упрямо сжал пасть, явно не намеренный развивать эту тему.

– Но Никита прав, брось свои собственнические замашки. Я не твоя, я своя собственная. Только мне решать, с кем встречаться и за кого выходить замуж. И встречаюсь я с Никитой. А нас с тобой связывает только цепь, – я с кривой улыбкой на губах продемонстрировала ему свой наручник.

Радагаст помрачнел, но хоть промолчал. Тем более мы дошли.

Озеро оказалось большим, обрамлённым по берегам густой травой, кустарниками и деревьями. Прозрачная вода позволяла рассмотреть дно на несколько метров вглубь. У берега плескались мальки. Спокойную водную гладь то и дело волновало играми рыб. Солнце за время нашего путешествия поднялось высоко и отогревало озябшее тело. Ветер доносил запахи полевых цветов. Глубоко вдохнув свежий аромат, я приблизилась к берегу, чтобы омыть лицо и руки. Мужчины тоже приступили к водным процедурам. Радагаст принялся чистить зубы. Поддавшись его примеру, и я прополоскала рот. И украдкой наблюдала за тем, как Никита раздевается. Занятия спортом не прошли даром, там было чем полюбоваться.

– Вот же бесстыдница, – Радагаст распахнул крыло, закрывая от моего взгляда Никиту, словно ширмой.

– Мы из другого мира, – закатила я глаза. – Уже не раз купались вместе.

– Что ещё вы делали? – моментально разозлился он.

– Слушай, хватит вести себя как ревнивый муж. Это выглядит глупо. Говорю же, мы с Никитой пара. А ты мне никто. И даже если мы умудримся подружиться, мы с тобой парой не станем.

– Почему это не станем? – он только сильнее распалялся, из пасти снова повалил дым.

– Для начала из-за твоего ужасного характера, завышенного чувства собственного величия и чешуи. Повторяю, мы вынуждены взаимодействовать только из-за цепи.

– Ты меня плохо знаешь, – он даже оскалился от злости.

– Ну-ка иди сюда, – подозвала его. Он озадаченно захлопал глазами, но приблизил свою голову. Отмахнувшись от дыма, я положила ладонь на его нос. – Вроде температуры нет. Лихорадка не беспокоит?

– Что за вопросы? Я здоров!

– Тогда с чего это всё? Невеста? Моя? Не понимаю. Точно! Дело в перьях, да? Ты говорил, что они твои. Фу, какой ты…

– Я дракон, моя чешуя такая же волшебная, как и твои перья.

– Тогда в чём дело, Радагаст? – я серьёзно посмотрела в его глаза.

– Цепь… – процедил он с неохотой. – Она должна была привести ко мне истинную.

– Что истинную?

И ведь он так обо мне и отозвался в нашу первую встречу, а я была так напугана, что не придала значения.

– Истинная пара, – выдохнул он, обдавая меня дыханием с ароматом свежескошенной травы.

– Я? – прижала ладонь к груди. Дракон кивнул, а я расхохоталась. – Дурак что ли?

– Это правда, – оскорбился он. – Таковы условия снятия проклятия. Я должен найти истинную пару. Лесной царь сказал, что цепь поможет мне в поисках.

– Ох, значит, с проклятием всё ещё сложнее. По-моему, обоим очевидно, что я тебе не пара. Вот ни разу. Я, конечно, не сильна в фэнтези и в законах вашего мира, но могу предположить, что истинные идеально совместимы. Так ведь?

– Да, и тянутся друг к другу, – мрачно кивнул он.

– Вот. А мы несовместимы, и нас не тянет друг к другу. Вообще не могу представить девушку… – дракон опасно прищурил золотые глаза, и я предпочла замолчать. – В общем, не надумывай глупостей. Мы не пара. А если бы и были, всё равно у меня своя жизнь, и в ней нет места для тебя. Я уже говорила, помогу с проклятием при выполнении моих условий, а потом ты поможешь уже нам с Никитой вернуться домой.

Радагаст резко отдёрнул голову и отвернулся. Обиделся что ли? Ничего, поворчит и успокоится, я ведь сказала правду. Истинная пара, я и этот дракон? Сотню раз «ха»!

– Я всё, только одежда мокрая, – объявил Никита.

– Сейчас высушу, – мрачно пробормотал Радагаст, направляясь к нему.

Крылатая ширма между нами исчезла, и мне предстал замёрзший богатырь. Влажная серая футболка и синие джинсы облепили подтянутое тело, он дрожал под порывами осеннего ветерка и растирал предплечья в попытках согреться.

– Так, нет, – воспротивилась я. – Опять ты пытаешься его убить.

– Ничего я не пытаюсь, – дракон злился и скалился.

Мне стало по-настоящему страшно за Никиту, да и он попятился назад от приближающегося Радагаста. Но тот стремительно преодолел расстояние между ними, схватил парня в лапы и дунул. Страхи отошли, когда обошлось без пламени, и я даже хихикнула над тем, как смешно раздуваются щёки Никиты. Через пару секунд дракон опустил его на землю. Сухого, со вздыбившимися волосами и чуть пошатывающегося.

– Жив твой… парень, – буркнул дракон и пронзил меня сердитым взглядом.

Ещё дуется. Но ничего, оттает. Главное, что мы пришли к согласию в отношении наших дальнейших планов.

– Садитесь, летим к знахарке, – Радагаст присел, подставив крыло, чтобы мы могли легко забраться на его спину.

– Тут недалеко, не замёрзнем? – уточнила я с опаской.

– Недалеко, – хмыкнул он.

– Прямо прогресс, – одобрительно закивала я головой. – Так у нас действительно что-нибудь получится.

Мне показалось, морда дракона просветлела от моих слов, но потом снова помрачнела, когда на него начал карабкаться Никита.

– Давай, Марин, садись передо мной, поддержку, – он с чарующей улыбкой на губах протянул мне руку.

Схватившись за неё, я забралась на спину Радагаста и устроилась между роговых наростов.

– Держитесь, – буркнул дракон и взмахнул крыльями, поднимаясь в небо.

Задержался только, чтобы подхватить рюкзак. Высоко взлетать не стал, поднялся метра на три и устремился вдоль берега к виднеющейся впереди деревне. Точнее, издали пока можно было разглядеть только поднимающийся из труб дым, но летели мы довольно бодро, так что через пятнадцать минут показался первый домик. Он стоял на отшибе, ближе к лесу. Одноэтажный, из добротного бруса, окружённый крепким забором. Чистые стеклянные окна обрамляло деревянное кружево. На крыльце сидел серый кот, настороженно наблюдая за приземлением дракона.

– Здесь живёт знахарка, – догадалась я.

– Да, – буркнул дракон.

До сих пор злился, так что захотелось его даже как-то подбодрить, ну там по носу похлопать, но я обругала себя за глупую мысль. Бесится он ведь из-за того, что обстоятельства складываются не так, как он планировал. Так что, больше ничего не сказав, я поднялась по ступеням крыльца, но наученная горьким опытом остановила себя от того, чтобы постучаться.

– Это точно не опасно? Меня там не ждут странные существа этого мира?

– Не опасно. Кария – обычная женщина, с чуточкой крови ведьм. Добрая. Даже мне разок помогла.

– В чём? – заинтересовалась я.

– Шип ядовитый из лапы вытащила.

– Значит, и нам поможет, – Никита решительно прошёл к крыльцу, оттеснил меня в сторону и постучал.

Кот перестал с опаской коситься на дракона, потёрся о мои ноги, и я с радостью почесала подставленную для ласки пушистую макушку.

– Кто? – раздалось за дверью.

– Радагаст, – объявил дракон. – Помощь нужна.

– Опять на колючку наступил, – насмешливо отозвалась женщина, отворяя дверь.

Знахаркой в моём представлении должна быть умудрённая опытом старушка с седыми волосами и обязательно сгорбленная возрастом. Но нам предстала моложавая женщина с толстой вороной косой, поблёскивающей тонкими нитями серебра. Рослая, бойкая на вид, с внимательным взглядом чёрных глаз в обрамлении густых ресниц. Тёмные дуги бровей приподнялись в лёгком изумлении, потом же она сердито насупилась, уперев руки в бока.

– Быстро в дом, околеешь же, девонька, – неодобрительно покачала она головой. – К печи, живо.

У меня не возникло даже мысли ослушаться. Я выпрямилась по стойке смирно и робко вошла в прихожую. Под потолком висели связки трав, наполняя помещение пряным ароматом. Следующая комната оказалась кухней с белоснежной печью в центре. Мельком оглядев заставленное деревянной мебелью помещение, я прошла к ней и блаженно протянула озябшие руки к источнику тепла.

– И что за новые неприятности? – прицокнула Кария языком, подтолкнув тянущуюся за мной цепь носком. – Почему вы осенью без одежды?

– Длинная история, – я устало заправила выбившиеся из косы волосы за ухо. – Меня зовут Марина. А это Никита.

– Мы из соседнего мира, – подключился к рассказу он.

– Марину привела цепь, – вставил своё слово и дракон.

Кот проявил к нему благосклонность и теперь тёрся о единственное, что Радагасту удалось протиснуть в дом через дверь, нос.

– Вижу, что волшебная она, – закивала женщина.

– Её мне дал лесной царь, она должна была привести ко мне истинную. Привела Марину, – вздохнул дракон. – А она полуголая. Ещё и с… придатком.

– Ты это про меня? – зло сузил глаза Никита.

– Про кого ещё? – фыркнул ящер. – Только решили проблему с перелётами, а тут ты приблудился.

– Понятно, – женщина покачала головой, поджав в неодобрении губы. – На улице посиди да дверь закрой. Холод в дом запускаешь.

– Ты поможешь? – как ни странно, с ней дракон не спорил.

– Помогу, куда ж деваться? Не на улицу же бедняжку выгонять.

– Спасибо, – глаза даже заслезились от облегчения.

Наконец нам встретился добрый человек. Точнее, немного ведьма, но не столь уж это и важно. Я сама вон жар-птица.

– Так, – она снова упёрла руки в бока. – Ты, Марина, руки мой, поможешь мне обед сготовить. А ты иди дрова наколи, богатырь, – усмехнулась она.

– О, вы знаете? – насторожилась я.

– Знаю, всё знаю, – на губах женщины появилась усмешка, но добрая. – За работу. Тунеядцам не помогаю.

Тунеядцами мы не были, так что быстро принялись помогать хозяйке дома. Даже дракону нашлась работа, он вызвался перенести из леса сухие брёвна. Никита с энтузиазмом взялся за колку дров, а я – за готовку. Только в тепле стало ясно, насколько я на самом деле замёрзла. Меня потряхивало, даже когда мы сели за стол. Домашняя еда наполняла теплом тело и спокойствием душу. Казалось, теперь-то всё будет хорошо. По крайней мере, ближайшие часы я не рискую свалиться с переохлаждением. А ещё Кария не скупилась на информацию о мире.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.