Артём Хламцов
Самодур, часть вторая. Part I

Предисловие

Роман Иланов? Высокомерный и эгоцентричный мальчишка, пытающийся прикрыть свои неудачи и слезы прошлого весьма выдающимся поведением, характерным только юнцам, не знающим горечи поражения…. Он пытается походить на мужественного бойца, и ставит себя чуть ли не выше каждого. Уверяет, что не хуже солдат элитных подразделений Российской Федерации....

Не мне судить, людей с длинным языком. За свою жизнь я видел достаточно похожих на Иланова парней. Так, что могу сказать только одно, – иногда, чтобы избежать проблем и напрасных жертв, таких выскочек лучше обходить стороной. Это я понял еще в июле две тысячи двенадцатого года, когда полковник Бакеева отправила его под моё командование. Практически за два месяца работы, эта мелочь успела меня вывести из себя. Ранее этого не удавалось никому. Он не принимал своё руководство всерьез. Никогда. Да и вообще, не относился серьезно к чему-либо. Он только дерзил, высмеивал, игнорировал и спорил. У меня не получилось сделать из него бойца, которым его хотела видеть Анастасия Леонидовна. Это было моим первым и единственным не выполненным заданием. Казалось бы… Нет ничего проще, чем сделать из повесы и оболтуса, прожившего детство в полной семье и роскоши, дисциплинированного солдата, которому можно поручить что-то важное.

У меня не получилось сделать из него рядового, строго марширующего по струнке, и начальница нашла другой способ сделать фигуранта полезным делу. Она увидела в этом мальчике что-то, что могла использовать. Ей особо не было дела до благополучия этого юноши, как в принципе и мне, но ее желание и возможный успех Иланова, ставил на смех не только моих бойцов, но и мое пребывание в Иерархии. И что самое печальное… У нее получилось. Роман Иланов оказался сообразительным и достаточно живучим отпрыском. Фортуна постоянно была на его стороне. Он столько раз должен был погибнуть, но ему всегда удавалось внезапно выйти сухим из воды. Там, где многих могла поджидать смерть, новая игрушка Бакеевой отделывалась только царапинами и переломами, но не более того.

Пацан работал в одиночку, и это именно то, в чем заключался якобы его успех. Некоторым людям просто комфортно работать одним. Солдат учат работать в команде и никак иначе; наемников следовать определенному плану. А этому же щенку, не нужен был строгий план и команда. Он успешно справлялся со всем сам… Хоть в этом и был свой изъян. Роман был хитер. Он сеял вокруг себя смерть и хаос. В бою, не стоит недооценивать этого мальчика. Он очень проворный и способный обманщик. Сейчас он безоружен, а через пару минут, в колчане за его спиной будет парочка стрел, которые он без жалости вырвет из тел убитых им же врагов.

Анастасия Леонидовна пока не замечает, какую именно угрозу несет с собой ее любимчик, но рано или поздно ей придется открыть свои глаза шире и осознать, что Иланов ничто иное, как обуза. Ахиллесова пята нашей великой империи.

Сегодня начальница вспомнила о нас. Она поручила нам, забрать ее наглого питомца обратно с территории Северного Кавказа, который оказался там не по своей воле. Нам не понадобилось много времени, чтобы застать этого пацана врасплох. Мы окружили его и посадили в вертолет, как и было задумано. По пути в город Сочи мы пересели на самолет, который прямиком должен был доставить нас в аэропорт города-миллионера Красноярска. От туда объект доставят конвоиры в Красный Острог, уже без моего участия.

Во время полета малец болтал без перерыва, даже с мешком на голове. В вертолете пришлось всадить в него ампулу мощного снотворного, которое мгновенно погрузило его в детский сон. Он меня так достал своим пустым трепом, что я просто не сдержался… Когда пацан очнется, он даже не поймет, почему отключился. Это именно то, чего заслужили мои ребята. Провести время полета в покое.

Он спал, как убитый, весь путь и не проснулся даже во время пересадок на самолет в Сочи и вертолет в Красноярске. Моему счастью не было предела.

Пускай я знал этого мальчика не так долго, но после нашей последней с ним встречи на Кавказе, одно я усвоил точно – эта самодовольная выскочка не способна измениться. Такие, как Иланов, не становятся достойными мужчинами, солдатоми и уж тем более порядочными и уважаемыми гражданинами своего государства. Я вижу в нем только слабость, которую он пытается прикрыть всезнанием и показухой. Его судьба – притворяться тем, кем он не является. И я вижу, что он обречен на это проклятье до конца своих дней. Типичный представитель двадцать первого века, не способный на великие вещи. Не способный жертвовать в принципе, ради счастливого будущего.

Ничто не заставит меня изменить мнение о Романе Иланове. Дерзкий сопляк и ничего из себя не представляющий обманщик, не заслуживающий к себе того отношения, которое он ото всех требует.

Глава I. Ослепляющая одержимость

24 апреля 2013 год

19:59

Роман Иланов

На протяжении трех последних месяцев я только и тренируюсь в спортивном зале Иерархии. Это хоть как-то помогает мне отвлечься от произошедшего в январе. Смерти лучшего друга. Гнусное чувство никуда не делось… Я все также чувствовал себя виноватым. Я должен был вразумить его тогда, но не смог. В какой-то момент, даже жалел, что его не отстранили от работы и не уволили.

Работа осталась прежняя, как и мои ночные увлечения. Грея свои кости в боевой экипировке разыскиваемого по всей стране самоуправца, я полностью погрузился в созданный мною мир насилия. Мир, в котором бандиты и преступники больше не боятся такую важную фигуру, как Карен Арутюнян. Тоже можно было сказать и о продажных слугах в погонах, большинство из которых все же удалось посадить за решетку. Остальные же, вину, которых до настоящего времени доказать не удалось, были уволены из ОВД.

Единственный, кого боялись преступные отбросы и дилеры, это Самодур. И то, в редких случаях, страх не останавливал их на пути к беспределу, который они творили в Красном Остроге. Каждым раз они придумывали различные уловки, чтобы меня обхитрить, вооружались серьезным оружием, привлекали больше людей для защиты территории. А на протяжении последнего месяца, преступная элита Острога и вовсе открыла на меня охоту на моей же собственной земле.

Многое изменилось после смерти Тиграна Арутюняна. Например, я стал полноценным сотрудником Иерархии на должности оперативного агента, с полноценной ставкой, отпуском и отсчетом пенсии. До этого, оказывается, у меня был испытательный срок. Вот дела! Не каждый способен пережить такие испытания. Теперь, я старался не перечить Бакеевой и выполнять все поставленные ею задачи. Такой приступ уважения, разумеется, был связан со смертью Никиты, отчего я по-прежнему не мог оправиться. Его убийца был все еще на свободе, а за эти три месяца, найти информацию на этого подонка нам не удалось. Элеонора, после смерти мужа, переехала к своим родителям в Санкт-Петербург, где родила двойняшек, мальчика и девочку. Контакт ни с кем из Красного Острога она поддерживать не стала. Она исчезла, словно пыль.

Под руководством Воронцова, который каждый день организовал мне просто невероятно сложные тренировки, я оттачивал свое мастерство по рукопашному бою и боевому самбо; изучал науку: «О тактики и стратегии на поле боя», которой руководствуются агенты Иерархии, ФСБ и иные военные службы быстрого реагирования. Также я продолжал усовершенствовать стрельбу из различного огнестрельного оружия, которое было на вооружении агентов Иерархии.

Стрельба из традиционного лука, на удивление была тем, с помощью чего я мог просто отвлечься от проблем, неудач и одержимости. Я еще никогда не испытывал такого ощущения при натяжении тетивы. Ощущение полного спокойствия. Это занятие, стало для меня разгрузочным. После всех изнуряющих нагрузок в этом зале, стрельба из лука помогала мне прийти в себя, и в конец не одичать.

И вот, последний на сегодня рывок. Надев колчан с девятью стрелами, я взял блочный лук в руки и встал перед мишенью. Крепко сжав рукоять, я сосредоточенно посмотрел на часы, которые находились слева от меня. Через десять секунд будет восемь часов вечера. Посмотрев в сторону мишени, которая находилась от меня на расстоянии десяти метров, я внимательно прислушался к тиканью секундной стрелки и стал отсчитывать секунды.

На десятую секунду, я ни о чем не думая, выхватил первую стрелу и выпустил ее в мишень, особо не отвлекаясь на то, куда она попала. Не успел услышать звук попадания снаряда в деревянную мишень, как моя рука уже выхватила вторую стрелу, затем я сразу же произвел второй выстрел. Так продолжалось до тех пор, пока все девять стрел не были выпущены.

Выпустив последний снаряд, я опустил руки и сразу же посмотрел на часы. Около семи секунд потребовались, чтобы выпустить все девять стрел в центр мишени. Кажется, что неделю назад результат был лучше. Я так увлекся стрельбой, что даже не услышал, как Леонидовна подошла ко мне со спины. Она привлекла мое внимание, громкими хлопками в ладоши.

– Если честно, я удивлена вашим результатам, – похвалила меня начальница. Взяв со столика одну из острых стрел, она продолжила. – С каждым днем вы становитесь все лучше и лучше.

– Не ты ли мне говорила, что успеха добивается только тот, кто способен трудится не покладая рук? – развернувшись в ее сторону, спросил я. Ей в принципе необязательно было подтверждать мои слова. Женщина лишь молча и загадочно посмотрела на наконечник стрелы, которую держала в руках.

– Ты что-то хотела? – повесив лук на свое плечо, спросил я.

Прокрутив несколько раз стрелу по своей оси, Анастасия Леонидовна положила ее обратно на столик, а затем сразу же взяла рядом лежащую папку, которой еще минуту назад здесь не было. Повернувшись ко мне, начальница уверенно пошла в мою сторону, держа в своих руках это не очень объемное розыскное дело в темном скоросшивателе.

– Да, – уверенно ответила Бакеева, протягивая мне дело.

– И что это, очередное задание?

– Думаю, вам будет это интересно! – Утешительно ответила она.

Открыв документ, я внимательно изучил каждую страницу материала, который был указан на листах. На первых страницах были фотографии, сделанные с камер видеонаблюдения в торговом центре «Красный Острог», в тот самый день, когда был убит Никита Васильев.

Уже слишком много раз я смотрел на эту фотографию, а сердце внутри сжимается, как в первый. Опознать личность убийцы все еще не удавалось, но я и не думал расстраиваться. Я был уверен, что есть способ найти этого выродка. Чем центр города мне нравится, так это тем, что на каждом углу присутствуют камеры видеонаблюдения. С помощью, которых, после похорон друга, я смог отследить разыскиваемого до автобусной остановки на улице Говорова, которая располагалась в микрорайоне «Покров». Именно там убийца зашел в подземный переход и исчез.

Даже после этого я пытался не унывать. И попросту выходил по ночам на улицы и давал Самодуру полную свободу, позволяя выбивать всю дурь из оставшихся отбросов преступного мира. Достаточно много костей я поломал, много кого изувечил, но так никто не смог опознать парня с уродской татуировкой на морде. Будто его и не существовало прежде. Кто же он такой?

Практически все, что было в этом материале, я собрал лично, поэтому я сначала и не понял, с какой целью Леонидовна вновь подняла эту тему. Едва ли я решился спросить у нее об этом, как последние страницы меня заинтересовали. Раньше их не было. На последних листах материала было много различных двоичных кодов и не понятных символов со схемами, нанесенных на карту Красного Острога. Кажется, в моем окружении было только два человека, которые были способны понять и расшифровать подобный бред. Денис Владимирович и Карина. У последней, вряд ли, теперь есть свободное время для этого. После похорон, я встречался со Слепцовой только, когда мне позарез была нужна ее помощь. А я был настолько одержим, что и забывал даже о банальном приветствии.

– Кажется, ты стала забывать, что различного рода уравнения мне в школе плохо давались, – саркастично ответил я Бакеевой.

– На этой карте, расположены места, где разыскиваемый использовал свой мобильный телефон. Судя по фотографии, он с кем-то говорил. Наши специалисты пытались выяснить, что именно использовал этот мужчина во время разговора, мобильную связь или какую-нибудь программу для переговоров.

– И как успехи? – продолжая пытаться вникнуть, спросил я.

– Сопоставив время, место и возможности наших спутников, удалось определить, что ни одна мобильная связь не использовалась им во время звонков, как и все существующие на данный момент мессенджеры. Но… – на секунду я отвлекся от материала и посмотрел на королеву Иерархии, в ожидании продолжения, – благодаря работе специалистов было установлено, что данное устройство подключалось ко всем зонам wi-fi, которые попадались на его пути, а оттуда, по всей видимости, он использовал ресурсы даркнета, для своих переговоров. Разумеется, людей, которые пользуются подобными технологиями найти не так просто.

– Значит, это очередной тупик!

– Не совсем, – обнадеживающе, произнесла Леонидовна после того, как она привлекла к себе еще больше внимания сказанным, начальница дождалась, пока я посмотрю в ее сторону, а только потом продолжила. – У нас во всем крае есть только один человек, который способен разработать систему, позволяющую за несколько секунд подключиться к любой закрытой сети, и не оставить следа при отключении.

Я открыл последние страницы материала, в котором находилось достаточно обширное досье на некого Максима Кондрашова, которого к своим тридцати годам уже судили по двадцати пяти эпизодам компьютерного мошенничества и взлома информационных баз данных.

– Максим Кондрашов! Он является единственным человеком в наших краях, который способен провернуть такой трюк. Также если верить слухам, все махинации на территории Российской Федерации, осуществляемые через Даркнет, не проходят без его внимания, – продолжала грациозная женщина.

По самым последним фотографиям, которые были сделаны в отделе полиции в две тысячи десятом году этот хакер, сильно отличался от убийцы Никиты. Только идиот подумает, что этот лохматый дистрофик с выражением лица ботаника из пятого класса, похож на того, кого мы ищем уже третий месяц.

– Тут даже нет смысла проводить экспертизу, тот, кого мы ищем не похож на Кондрашова, – пытаясь не отчаиваться, сказал я.

– Но наверняка он должен знать, кто пользуется его программами.

А ведь Бакеева, возможно, права. Продолжив изучать досье на Максима Кондрашова, я установил, что он является создателем многих хакерских примочек и программ, которые до сих пор облегчают жизнь некоторым преступникам. Он является создателем различных программ-шпионов, вирусов, способных бесследно проникнуть в программное обеспечение Министерства обороны, ФСБ, ФБР, Интерпола, можно до бесконечности перечислять его достижения, сути это не поменяет. Он был хорош в своем болоте, и по-прежнему оставался преступником. За одно лишь это он заслуживал встретиться с Самодуром.

Единственное, что было мне не понятно, это его дальнейшая судьба. За всю свою жизнь, он был приговорен только к трем годам лишения свободы, где он получил кличку «Шифр». Хотя я бы не сказал, что тюремное заключение пошло ему на вред. С таким прозвищем он, с большой вероятностью, должен был набить себе клиентскую базу.

По остальным его проделкам, было невозможно доказать его причастность ко всем установленным преступлениям, так как каждый раз находился тот, кто брал всю вину этого хмыря на себя. Этот парень был везунчиком… Найти его будет непросто, но проверить места его возможного пребывания, все-таки стоит.

– Это я оставлю себе! – воскликнул я, указав на папку.

– Куда-то собрались? – спросила у меня начальница.

– На работу.

– Кажется, что ваш рабочий день закончился, – продолжала расплывчато говорить глава Иерархии, намекая на то, что повышения к зарплате мне за дополнительные часы на работе не видать.

– У меня, возможно, – ответил я. – А вот у Самодура рабочий день только начался.

В досье было около двадцати адресов проживания Кондрашова. Проверить было необходимо все, поэтому было глупо, бегать по городу в костюме человека, которого желает убить каждый несостоявшийся бандит Острога. Это могло привлечь лишнее внимание. Но нужно быть готовым к любым обстоятельствам.

Собрав свою экипировку с наручами в спортивную сумку, я повесил ее на плечо и, усевшись на мотоцикл, находившийся в служебном гараже Иерархии, резко рванул вперед. Первая остановка была в Старой Роще, улица архиепископа Новгородского, дом тридцать. Квартира по данному адресу указана не была, возможно, это общежитие, которых в Старой роще навалом.

Поэтому адресу, разыскиваемый проживал с самого рождения, потому-то я и решил проверить это место первым. Что-то мне подсказывает, что человек с талантами Шифра, не стал бы продолжать жить в грязном, провонявшем паленым спиртом и аварийно-опасном общежитии, до которого властям нет абсолютно никакого дела. Но здесь могли остаться его дружки, которые могли предоставить мне полезную информацию.

Сменив гражданскую одежку на рабочую, я побеседовал с одним из проживающих в этой помойке жителей. Он, как раз вышел на балкон или правильнее будет назвать то, что от него осталось. Я выпустил из перчатки гарпун и, зацепив его ногу, подтянул этого парашютиста к себе на крышу. Долго этот наркоман сопротивляться не стал. Наркоманы вообще не сопротивляются, когда речь идет об их жизни. Он сразу мне выдал, что Кондрашов здесь больше не проживает, но в панике добавил мне, что слышал, что в последний раз он обитал, где-то в микрорайоне «Черёмуха». Затянув этого урода на крышу, я отцепил трос от его ноги и швырнул в сторону стены, в результате удара головой об стену, он упал на пол и отключился.

Тем временем, нужно было проверить указанный этим парнем адрес. В досье, которое мне предоставила Бакеева, нет ни одного места проживания Шифра в Черемухе. Хорошее прикрытие. Возможно, именно там он сейчас и проживает. Возможно, у друзей, коллег или родственников.

Микрорайон «Черёмуха» представляет собой что-то среднее между Новой и Старой рощей. Здесь было полно общежитий и жилых домов, но, как правило, проживали на этой территории работяги, которые работали и продолжают работать на заводах, расположенных на правом берегу. В принципе, этот район был бы немного лучше, если бы не старый детский дом. Большинство сирот проживающих в этом сиротском учреждение, самое что ни есть преступники, которых в будущем ждет судьба тех убийц, с которыми я борюсь каждую ночь. Что-то мне подсказывает, что в этом приюте, я смогу получить необходимые для поиска данные.

Прибыв на территорию детского дома, я сразу же проник внутрь. Ничего особенного, типичный приют с прогнившей деревянной дверью, обшарпанными стенами, сырыми коридорами и мрачной обстановкой. Плесень на потолке придавала коридору что-то поистине зловещее. Судя по всему, проживающие здесь дети, явно не по своему выбору становятся бандитами. Если управляющий сиротского приюта не в состоянии привести это здание в порядок, представляю, какое здесь питание. Неудивительно, что из всех преступлений, заявляемых в третий отдел полиции, который находился, как раз на территории данного микрорайона, большинство все-таки связано с этими сиротами, которые каждый день воруют еду из магазинов и грабят прохожих.

Практически все дети спали в своих комнатах, за исключением одной группы, которая веселилась в туалете. Тихо открыв дверь в задымленную куревом уборную, я зашел внутрь и увидел, как у окна сидит компания из четырех парней в возрасте примерно семнадцати лет. Они покуривали самодельные сигареты и общались друг с другом не совсем доброжелательно. Оказавшись у них на виду, один из сирот, держа в руках сигарету, набитую сухой травой, спросил:

– А это еще кто? – Видимо он здесь или самый главный, или самый тупой.

– Это же Самодур! – весело заявил второй из них, который стоял рядом с окном. – Ты, что ничего не слышал о нем. Этот парень легенда, – с насмешкой продолжал он.

– И что этой легенде здесь надо?

– Максим Кондрашов?! – спокойно произнес я, продолжая внимательно наблюдать за каждым движением этих парней. Может быть, они и были всего лишь детьми, но ожидать от них можно всего. – Где его найти?

– Кого? – громко заявил один из них.

Только я собрался ответить, как со спины по мне нанесли удар шваброй, после которого я слегка покачнулся вперед. Кажется, что одного я все же не заметил. Вернувшись в исходное положение, я развернулся и, схватив швабру, ударил головой в нос напавшего на меня сироту. Затем выхватив у него из рук швабру, я развернулся в сторону их лидера, который продолжал сидеть на подоконнике и покуривать свою дурь. Остальные недоноски напали на меня, будто стая трусливых гиен.

Перебив всех этих малолетних гиен шваброй, я развернулся в сторону последней сиротки, к которой у меня и были вопросы. Судя по всему, его мое присутствие по-прежнему не волновало. Ладно, нужно было показать, что я настроен серьезно. Я отбросил швабру в сторону, а он тем временем сделал одну затяжку и, посмотрев на меня, спросил:

– И что теперь будешь делать?

Не переживай, у меня найдется, что сделать. Быстро схватив его за шкирку, я разбил им стекло и высунул его на улицу, удерживая за его хлипкую ножку. Теперь его пофигизм сменился истерикой. Видимо, трава выветрилась из его организма, судя потому, что он в ужасе просит отпустить его. И не просто просит, а умоляет. Достав из своего кармана досье, я показал фотографию Кондрашова этой истеричке и грозно повторил свой вопрос:

– Где он?

– Шифр?! – удивленно спросил парнишка. – Я не знаю, – ответила малолетка на мой вопрос, со слезами на глазах.

– Ответ неправильный, – грозно проговорил я, слегка дернув рукой, чтобы создать имитацию того, что я его отпустил.

– Нет! Нет! Нет! – истерично дрыгаясь, орал малолетка.

Нужно было его заткнуть. Потянув его обратно внутрь, я ударил его об внешнюю стену здания, тем самым успокоив его. А затем вновь выпрямил свою руку, продолжая удерживать его в висячем состоянии.

– Где мне его найти?

– Богом клянусь, я не знаю. Знаю только, что наши чудики ходят к нему в игротеку, где частенько зависают, – напугано ответил информатор.

– Где мне найти эту игротеку?

Малец рассказал мне, что игровой клуб, в котором должен работать, Шифр находится где-то на улице Амурская, прямо напротив огромного мебельного центра «Материк». Я сразу понял, где это и, не задерживаясь среди этих накуренных уродов, обратно засунул любителя экстремальных прыжков из окон в туалет, где швырнул его в одну из кабинок. А после, выпрыгнул вниз из разбитого ранее мною окна. Хотел же не привлекать внимания!

Быстро усевшись на свой мотоцикл, я рванул в сторону мебельного центра «Материк», который находился на расстоянии двух километров от этого сиротского приюта.

Когда я остановился на дороге. Справа от меня был мебельный центр, по левой пятиэтажное жилое здание с магазинами на первых этажах. Среди которых должна быть и игротека.

Игровой клуб был расположен на углу здания в подвале, и называлась «Контра24», хотелось бы мне посмотреть на чудика, который придумал это название. Клуб был открыт и, судя по расписанию, работал круглосуточно. Когда я зашел внутрь, то увидел, заполненное помещение различными геймерами, среди которых были представители разных молодежных субкультур. С черными, как грязь синяками, они пялились в монитор и тыкали по клавиатуре, будто зомби. Они меня даже не заметили. Скажу больше. Им вообще было плевать. Единственное, что интересовало этих фанатиков – это игра.

Посмотрев на стойку администрации, которая была покрыта тонированным стеклом, я быстро достал из колчана стрелу и выпустил ее в сторону этой тонированной будки. О, Боже… звук разбивающегося стекла просто великолепен, и, вдобавок ко всему, прочему-то привлекает внимание всех присутствующих в помещении. Теперь

они меня заметили.

– Все на выход! – грозно выкрикнул я, вызвав у посетителей панику. – Живо!

После моей грозной команды, все присутствующие выбежали из клуба, сверкая пятками.

По пути к стойке администратора мне попался чудик с ирокезом и дешевыми сережками в носу, который при виде меня схватился за мобильный телефон. Пришлось его вырубить, ударив головой о компьютерный стол. Затем повернув свою голову влево, я увидел под столом своего клиента. Кондрашов прятался под столом и не издавал не единого звука. Мышь!

Перепрыгнув стойку, я, схватив его за воротник, достал этого дистрофика из-под стола и грубо прижал к стене.

– Не имеешь право! – противным и мерзким голоском заявил хакер.

– На твои права мне плевать! – швырнув его на стол, ответил я.

Шифр, словно мешок с картошкой, упал на стол и вместе с ним перевернулся на пол. Затем довольно проворно он перевернулся на бок и достал из своего кармана сотовый.

– Я сейчас вызову ментов.

Выпущенная мной стрела слегка порезала кисть, в которой уродец держал свой телефон. Он так испугался, что с криками выронил из своей слегка надрезанной руки устройство. Подбежав к Максиму, я крепко схватил его за воротник и рывком поднял на ноги.

– Что тебе от меня нужно? – испуганно спросил он.

Толкнув его в стену, я достал из кобуры пистолет и, сделав несколько выстрелов в пол, едва ли прикоснулся раскаленным стволом к его лицу, а затем устрашающе спросил:

– Три месяца назад, человек с тату на лице использовал твои технологии для переговоров в даркнете! Как мне его найти?

– Может мне еще делать копию паспортов своих клиентов! – дерзко ответила эта худая выскочка.

Прислонив раскаленный ствол к шее Кондрашова, он закричал так громко, что буквально через несколько секунд сорвал голос. Отпустив оружие, я вновь схватил его за шкирку и отшвырнул в сторону противоположной стены, грозно спросив у него:

– Как он на тебя вышел?

– Один мой знакомый дал ему мой номер, – ответил компьютерщик, прижавшись к стене и обхватив руками свои коленки. – Не трогай меня… Пожалуйста.

– Не могу тебе этого обещать!

Подняв с пола мобильный телефон Шифра, я схватил мошенника и, вытащив его на улицу, прижал к столбу, который располагался недалеко от игротеки. Развернув его лицом к себе, я вытянул из своей левой перчатки крюк с тросом и, плотно обмотав его ногу, выстрелил вверх, пригвоздив выпущенный из перчатки гарпун в верхнюю часть столба. Сила упругости, которая действует на трос, сыграла злую шутку, резко оторвав ногу хакера от земли и подтянув его тело вверх, заставив повиснуть, как боксерский мешок.

Полиция будет здесь через несколько минут. Уверен, что у них будет пару вопросов к этому маргиналу, а мне тут больше делать нечего. Нужно еще изучить детализацию звонков мобильного телефона. Развернувшись, я медленно и уверено пошел в сторону своего мотоцикла.

– Эй, куда ты собрался? – в панике спросил бедолага.

Ничего не ответив, я сел на мотоцикл и уехал. Остановившись на дороге, в метрах ста от висящего на столбе Кондрашова, я убедился, что сотрудники полиции успеют получить от меня подарок.

Когда полицейские начали пытаться снять этого нытика, я развернул мотоцикл и с ревом двигателя рванул вперед, до своего коттеджа. Дело было сделано…

Пятнадцатое января 2012 год

16:00

События, произошедшие зимой две тысячи десятого, заставили Артура Николаевича совершенно по-другому посмотреть на меня. Я перестал быть в его понимании бесполезным слабаком, неудачником и трусом. Он проводил больше времени в зале, пытаясь научить меня чему-то новому и действительно полезному.

За два года он вложил в меня немало усилий. Это было заметно по тому, как во время соревнований, он суетливо бегал за мной и давал советы. Правда у этой медали была и обратная сторона, бил он меня во время тренировок еще сильнее чем прежде, но за два то года, я к этому уже так привык, что просто перестал обращать внимание на боль. Если вечно бежать от боли, можно навсегда остаться слабаком. Так вроде он сказал перед моими первыми соревнованиями.

А сегодня что? Сегодня была обычная кардиотренировка, после которой наставник попросил меня остаться на двадцать минут. Такое происходит уже не в первый раз, возможно, знал бы я, зачем он попросил меня задержаться еще полгода назад, я бы сбежал от этого ужаса не оглядываясь. Но теперь, я вынужден быть его спарринг партнером. Раньше это было прерогативой Птицы, который просто рубился с ним, как на войне. Ну, а для меня, пару раз, это было очень болезненной тренировкой, после которой я ходил на обследования, чтобы убедиться, что у меня ничего не сломано. Теперь же, я вдоволь рублюсь с Артуром Николаевичем, наслаждаясь всем, чем только можно наслаждаться в кулачной рубке.

За два года, я смог не просто отточить свои удары, движения и бойцовский интеллект, но и развить координацию и реакцию до невероятного, для простого мальчишки, уровня. Благодаря этим навыкам, удары Ибрагимова были уже не такими быстрыми и страшными. Хотя мне и не стоит забывать, что и Артур Николаевич тоже не промах, он все еще способен принимать и терпеть удары оппонента. А потом, в неожиданный для тебя момент, при нанесении удара ногой в корпус, ухватиться за ногу противника, и молниеносно подсечь твою единственную оставшуюся опору, грубо швырнув тело соперника на спину. Да, именно так и начался наш игровой спарринг.

Лежать на спине во время драки, было для меня теперь не самым страшным и безнадежным. Я научился паре трюков, которые способны даже в таком положение заставить соперника не расслабляться, в лучшем случае – принести победу.

Быстро развернувшись в сторону ног тренера, я схватил его за ногу, а затем, оторвав свои ноги и таз от матов, я обхватил его корпус нижними конечностями и, повиснув на нем, повалил наставника на землю, продолжая удерживать оппонента в образованном мною замке.

Казалось бы, итог раунда и поединка в целом, был уже понятен, но увидев Алину, которая уже успела привести себя в порядок после тренировки и собрать вещи, я то ли отвлекся на ее умопомрачительный взгляд, то ли что… В общем ее отец, совсем неожиданным для меня образом, расслабил свои ноги, а затем качнув поясом в бок вырвался из замка и ударил меня свободной ногой в живот. Спасибо, что не ножом!

Удар был бы не таким болезненным, если бы я вовремя научился напрягать пресс. Отпустив его ногу, я, держась за живот отполз в противоположную сторону. А затем, когда боль вроде бы утихла, я поднялся на коленки и слегка отдышавшись посмотрел на победителя, который резво поднялся и, радостно подмигнув дочери, сказал:

– Тебе нужно было зайти на минутку пораньше. Теперь твой дружок будет думать, что почти одолел меня.

– Я даже не думал, так думать, – вполголоса проорал я.

Ибрагимов, подошел ко мне и, протянув свою руку, помог мне подняться. После чего я, слегка прихрамывая, подошел к лавочке, у которой стояла Алина со своей сумкой и полотенцем. Она кинула его мне в руки, не успел я сесть на скамейку.

– Неплохо поработал, теперь можно и отдохнуть! – гордо сказала девушка.

– Тут, как скажет тренер, – ответил я, повернувшись в сторону наставника, который в этот момент пил холодную воду из своей бутылки.

Наша игра в гляделки ему не понравилась и он, не до конца утолив свою жажду, опустил руку с бутылкой вниз и со слабо натянутой улыбкой, грубо ответил:

– Давай уже проваливай, пока у тебя еще остались здоровые места.

Когда я повернулся к подруге, мы мило улыбнулись друг другу. Прикоснувшись рукой к её талии, я прижал эту жгучую девушку к себе. Она же в ответ на это, нежно закинула свои руки мне на плечи и начала поглаживать мою голову.

– Куда сегодня пойдем? – мило улыбаясь, спросила Алина, затем едва ли я успел произнести слово, как она сама и ответила на свой вопрос. – Может быть в Сосновый Лог? Говорят, там сейчас просто красота.

Сосновый Лог, это туристическая база, расположенная в пяти километрах от Красного Острога. Именно там находится одна из самых крупных горнолыжных баз в Красноярском крае. В праздничные дни, это место превращается прямо в Новогоднюю сказку, где можно приятно провести время с семьей и друзьями. На территории этой базы было множество различных ярмарок, кафе и зон отдыха, которые скрасят досуг любого человека.

– Вообще-то, на сегодня у меня уже были планы, – ответил я.

– Какие?

– У одного моего друга, сегодня день рождения, – продолжая радостно смотреть в глаза прекрасной амазонки, ответил я. Если бы я знал, что Алина любит проводить свое время в клубах, я, наверное, из кожи вон лез, чтобы сделать все возможное, чтобы пойти туда одному. Мне не особо хотелось идти на праздник вместе с ней. – В клубе… – напряженно закончил я.

– Не люблю клубы, – быстро промолвила она.

– Уверен, что завтра мы наверстаем упущенное, – поглаживая девушку по спине, обрадовал я её.

Нежно опуская свои руки ниже, я поцеловал Алину. Наши поцелуи всегда были особенными. Каждый последующий раз был еще приятнее и нежнее. Иногда, я бы даже сказал, дерзким, что заводило меня до сумасшествия. Оторваться от нее было просто невозможно.

– Зал предназначен для тренировок! – дерзко возразил Артур Николаевич, прервав тем самым наш поцелуй. – А не для ваших обнимашек.

Посмотрев друг на друга, мы с Ибрагимовой посмеялись и вышли из зала. В коридоре мы еще раз обсудили завтрашний день, а именно нашу поездку в Сосновый Лог. Согласившись на все ее условия, я посмотрел на часы и шокировано заявил:

– Вот черт! Я же опаздываю!

Вновь поцеловал подружку и, мило попрощавшись с ней, я быстро пошел в душ. Не мог же я заявиться на день рождения своего друга потным; да еще и без подарка, который было необходимо где-то найти.

Приведя себя в порядок, я собрал форму и вернулся домой, где оставил сумку со спортивной формой. После чего, я внимательно подсчитал свои накопленные сбережения. Это, конечно, был не миллион, но думаю, что ему все равно должно быть приятно.

Пошатавшись около часа по торговым центрам, я так и не смог найти подходящий подарок, поэтому я решил сделать проще, как обычно большинство и поступает. Купить конвертик и вложить туда деньги, чтобы именинник смог сам распорядиться подаренными деньгами.

24 апреля 2013 год

10:00

Карина Слепцова

В последнее время я пропадаю на работе, и параллельно вкалываю на учебе ради красного диплома. Не так и просто, знаете ли, не теряться в рутине обыденной жизни. Казалось бы, все как у обычных людей, но даже с этим у меня иногда возникают сложности. Во-первых, ради должного результата, нужно заставить себя встать в шесть утра, после тяжелого рабочего дня, заканчивающегося чуть ли не на следующие сутки. Во-вторых, нужно было поесть, а для этого нужно было хоть что-то приготовить; умыться и привести себя в порядок перед новым рабочим днем. И, в-третьих, оставалось только с уверенным взглядом пойти на работу…

Все было бы гораздо проще, чем кажется на самом деле. Если бы не надо было, в перерыве между работой, приезжать на учебу: сдавать различные задания, рефераты, статьи, параллельно готовясь к зачетам, а потом забывая об законном обеде возвращаться на работу, где тебя ждет ни один десяток уголовных дел, по которым нужно было выполнить указания старшего следователя, прокурора и прочих зазнавшихся юристов; что-то распечатать; сделать опись и все подшить. Я вроде была так рада переводу на новое место, но вот новый руководитель грузил меня, никак полагается загружать помощника следователя, а как полноценного сотрудника, от которого всеми силами хотят избавиться. Он спрашивал с меня, как со всех остальных, а то и больше. Самые тяжелые и пустые уголовные дела были именно в моем распоряжении. С одной стороны, мне нравилось собирать все с самого начала, так было проще разобраться в этом бреде, но с другой стороны, потерпевшие и жулики оставляли желать лучшего… Это еще не самые сложные дела мне доверили.

И вот я смотрю на часы, и понимаю, что на все это у меня уйдет немало времени, может несколько часов. Может больше. А значит, дома я буду, как обычно, ближе к утру. Думаете так все просто? Как бы ни так… Уголовное дело не сильно собирается, когда потерпевший устал после работы и не в состояние приехать в отдел, а подозреваемый вдруг пропал. Хотя потом, когда его личико объявят в федеральный розыск и спустя какое-то время поймают, он будет утверждать, что он был дома и ждал звонка от следователя. В общем, я всегда буду виновата. Сроки в любом случае будут нарушены. Скандала и наказания не избежать. Хоть я и помощница следователя, наказать найдут кого. Например, тех, от чьих имен я все и собираю.

После всего этого ада пора собираться домой. Замученная и разбитая, я, не поужинав, падаю в кровать, едва ли успев снять с себя верхнюю одежду. И как же начать свой день правильно, спросите вы? В таком случае, очевидно, что никак. Я попробовала жить в таком ритме последние недели февраля, и меня, разумеется, такой образ жизни не устроил. Растрачивать свое время на одну только работу? Да катись оно все к черту.

Рома перестал делиться со мной своими секретными заданиями, потому моя жизнь стала значительно скучнее. Если быть честным, помогая ему, я как-то отвлекалась от всей этой рутины, которую большинство называют стабильностью. С ним я чувствовала себя реально нужной. А теперь, вынуждена держаться за место ради своего стабильного будущего. Иланов был так занят, что даже перезвонить и спросить, как у меня дела, не удосуживается?

Из-за своего нового образа жизни, я решила внести в свое расписание вечерние тренировки по боксу. И не соврать. Занятия хоть как-то помогли расслабляться после трудового рабства. По началу, было не просто заниматься с персональным тренером после десяти вечера, но вскоре я не просто привыкла, а научилась отдыхать, даже на самых изнуряющих тренировках. И вот спустя пару месяцев сумасшедшая физическая нагрузка вошла в привычку.

На вечерние занятия вместе со мной ходил парень по имени Иван. Высокий и загорелый брюнет. Этот красавчик, вдобавок ко всему, был еще и неплохо сложен. Прямо плачет по нему модельное агентство. Правда меня удивило, что я вдруг стала его объектом для наблюдения, во время занятий.

В первое время, все проходило вполне невинно, мы просто выполняли в парах то, что говорит нам тренер и без возражений выполняли его требования.

Позже он начал приглашать меня на кофе. Начал интересоваться моей жизнью, делать комплименты и неоднократно предлагал довезти меня до дома. Даже не знаю, почему я отказывалась от всего этого? Может, потому что нельзя вступать в отношения с атлетичными красавчиками? Так мне как-то сказала моя единственная подруга из Новосибирска, Александра. Но в последнее время, я так устала от одиночества, что чары Ивана все же начали на меня действовать, и я даже начала рассматривать его уже в качестве хорошего друга, а никак какого-то через чур самоуверенного парня с тренировки.

Сегодня, у каждого из нас был индивидуальный тренировочный план. Иван закачивался в тренажёрном зале, а я растягивалась, вдобавок ко всему в конце тренировки я работала на мешке.

Загорелый товарищ наблюдал за мной в перерыве между подходами и меня это немного смущало. Ему было интересно наблюдать за каждым моим движением, а мне это мешало работать на заданном инструктором темпе. Тренер уже ни один раз за сегодня меня подгонял, и все из-за него. Этот Ванька не дает мне полностью погрузиться в тренировочный процесс.

После занятий, я приняла душ, оделась и собрала спортивную форму в сумку. Попрощавшись с администрацией спортивного клуба, я покинула зал.

Наслаждаясь прогулкой на улице, я шла в сторону парковки, где была припаркована моя машина. Увидев среди припаркованных автомобилей свой, ускорилась и, вытащив из кармана ключи, сняла с сигнализации свою чудесную красотку и открыла заднюю дверь машины. Аккуратно положив спортивную сумку на сиденье, я прикрыла дверь и, развернувшись, увидела перед собой этого приставучего, но хорошо сложенного ухажера, который загадочно смотрел на меня своим пронизывающим взглядом.

– Ты сегодня неплохо поработала, – похвалил меня Ваня.

Схватившись за свое сердце, которое от страха чуть из груди не выскочило, от такого внезапного появления, я ответила ему:

– Хороший тренер, хороший и результат.

– Чем-то занималась раньше?

– Только если поеданием сладостей, – радостно ответила я.

Конечно же, я ничем не занималась, кроме как скупкой спортивной одежды, в которой я все никак не могла сходить на тренировку в зал или хотя бы на пробежку. Я была занята учебой и факультативами. Все пыталась стать безумной заучкой, к которой вечно клеились хулиганы в школе.

Посмеявшись над моим ответом, собеседник, ничего не ответив, спросил:

– Ты сейчас сильно спешишь?

– У меня завтра ответственное событие на работе, нужно успеть к нему подготовиться. А что?

– Хотел в очередной раз пригласить тебя на чашечку кофе, – улыбнувшись, ответил красавчик, продолжая строить мне глазки.

Сопротивляться я больше не могла, да уже и не хотела. Может это именно то, что мне было нужно? Хороший друг, которому можно выговориться…

– Когда? – сдалась я.

– Если ты завтра после работы будешь свободна, то можно завтра, – с искренней улыбкой на лице ответил таинственный ухажер. – Если хочешь, могу забрать с работы?

Открыв водительскую дверь своего автомобиля, я села внутрь и завела двигатель. Затем сделав вид, что раздумываю над предложением очередного кавалера, закрыла за собой дверь машины.

Разумеется, я хотела бы уже куда-нибудь выбраться и просто посидеть, да поговорить. А вот и шанс. Опустив дверное стекло, я сказала Ивану, что согласна. Мы не договорились, где именно проведем вечер, списав все на то, что разберемся завтра по обстоятельствам. Когда все было решено, парень мило помахал мне рукой, пожелав спокойной ночи и ушел, а я закрыла окно и уехала домой. Спать.

Проснувшись утром, я быстро загрузила стиральную машинку, приготовила себе на завтрак яичницу с сыром и тушеной курочкой, а затем, быстро позавтракав, собралась на работу и выбежала из дома сломя голову, как всегда, опаздывая. Еще и вещи после стирки забыла достать и развесить. За то, ровно в восемь утра я выехала на работу. Сегодня нужно было помочь провести три обыска, по кражам драгоценностей, которые Антон Дворкин похищал из ломбардов, угрожая самодельным огнестрельным оружием.

Жулик проходил по десяти эпизодам в свои двадцать лет. Местный самоуправец – Самодур, угомонил его пыл на одном из мест преступления, запустив ему стрелу в ногу. Если бы этого не произошло, воришка бы до сих пор продолжал грабить ломбарды, а может быть даже и кого-нибудь убил. Его адвокат – тот еще паразит. Воротягин! В последнее время, я очень часто с ним сталкиваюсь. Практически для всех своих подзащитных, ему удалось вымолить у судьи свободу. Этого я и не понимаю. Человек совершил преступление, но его защита, умудряется найти лазейку в уголовном, уголовно-процессуальном кодексе и подарить свободу в виде подписки о невыезде. Иногда мне кажется, что эти документы ошибочно назвали кодексом, как по мне больше похоже на развлекательные журналы, при прочтении которых можно весело провести время.

Помимо моей неприязни к Дворкину и его адвокату, у меня была работа. Может быть, и бесполезная, но уголовное дело, в котором фигурирует Антон, нужно было передать сегодня в прокуратуру. Уж очень сильно в последнее время прокуратура стала интересоваться делами, где фигурирует Самодур. Да еще и назойливый защитник прав жуликов не дает всем нам спокойно работать.

Все три обыска прошли не совсем так, как предполагали я, мой куратор и начальник. Во время процессуальных мероприятий, найти ничего не удалось. За что нас и взгрело руководство после возвращения. Оставалось только привести уголовное дело в порядок и передать в прокуратуру на растерзание.

К восьми часам вечера, я сдала дела и сообщила Ивану, что освободилась и готова встретиться с ним. Кафе «Лунный Вечер», он серьезно? Обычно в такие кафешки ходят влюбленные парочки. Вдобавок ко всему, он даже сообщения пишет таинственно. Не став, лишний раз сопротивляться, я выехала в кафе "Лунный вечер". Это же всего лишь дружеская встреча, и ничего больше.

Примерно через двадцать минут я подъехала к назначенному месту встречи. Неловко открыв дверь, я зашла внутрь полупустого заведения с приятной романтичной музыкой. Я внимательно осмотрелась и увидела за пятым столиком своего кавалера. Увидев меня, Ваня быстро встал и галантно пригласил меня к столу.

– Если честно, я думала, что мы будем пить кофе не в таком дорогом месте, – с улыбкой проворчала я.

– Не переживай, я из тех кто обычно платит, а не сбегает, – шутливо ответил он, таинственно продолжая смотреть в мою сторону. – Что будем заказывать?

Взяв в руки меню, я внимательно изучила его содержимое и заказала у официанта морской салат из раков и фирменное блюдо местного шев-повара – мясное ассорти. Иван заказал стейк из мраморной говядины, мясной салат и хачапури по-аджарски. Работник записал наши заказы и пожелания. Он сообщил, что заказ будет готов в течение десяти минут и удалился.

– Как прошел день? – заинтересованно спросил у меня Ваня.

– День прошел, как всегда. Одна сплошная проблема… – парень с любопытством продолжал выслушивать каждое мое слово.

Я объяснила чем занималась сегодня на работе, а именно про то, как безответственно мы собирались на обыски. Но самое интересное было, как раз не безответственность коллег, а то, что я была единственной кому было дело до того, чтобы привлечь преступника к установленной законом ответственности.

Присутствующие на обыске оперуполномоченные, только и делали, что продолжали сидеть в служебном автомобиле и собирать дневные бонусы в играх на телефоне, вместо того, чтобы оторвать свой зад и поработать. От них не много то и требовалось.

В результате, конечно же мне и моему куратору, старшему следователю Тетериной, пришлось работать сегодня за оперов и специалистов, которых даже не удосужились выделить на обыск. И потому, в результате слаженной работы подразделений доблестной полиции, мы освободились не в три часа дня, как планировалось, а только к восьми вечера. Разумеется, прокурору больше было нечего делать, как ждать уголовное дело в такое позднее время. Я была больше, чем уверена, что за это, во всех смыслах, дырявое дело, всех ждут серьезные проблемы.

Странно, но собеседник по-прежнему продолжал внимательно слушать мое нытье. Он был спокоен и мил, словно хорошо понимал о чем идет речь. Хотя на первый взгляд и нельзя сказать, что он как-то был связан с болотом под названием система. Уж слишком он сдержан и спокоен, что не характерно для сотрудников органов внутренних дел или органов следствия. Солдатом и пехотинцем он точно не был. Ваня был слишком начитан и умен для этого. Его кругозор и манера общения только притягивала к его загадочной личности, в отличии от моих коллег. Общаться с ним было одно удовольствие.

За три месяца общения с этим человеком, на какие только темы я с ним ни общалась. Он был хорош в анатомии, фармокалогии, достаточно хорошо знал историю и юриспруденцию. К нему было множество вопросов, но я все никак не могла найти подходящего момента для этого рокового момента. Когда нам принесли наш заказ, я решила отвлечься от своей работы и больше ее сегодня не вспоминать.

– Тебе уже надоело наверное слушать мое нытье? – шутливо спросила я, и не дав ответить кавалеру на мой вопрос, сразу же спросила. – А ты сегодня чем занимался? Был на тренировке?

– С чего ты так решила?

– Просто твои руки они… – его руки сводили меня с ума. К слову сказать белая рубашка с коротким рукавом, сильно подчеркивала его фигуру. На его руках была красивая сетка из вен, от которых я просто оторваться не могла. – Такие… – неловко продолжала я.

– Какие такие? – увлеченно спросил спортсмен.

– Накаченные и… – засмущавшись ответила я. – Не обращай внимание, я иногда несу всякую чушь…

И в правду, зачем я продолжаю говорить эту чушь? Сейчас сгорю со стыда. Иван нежно взял меня за руку, чего я, собственно, не ожидала совсем и расстерялась еще больше. Кажется, на дружеских встречах, такого себе никто не позволяет. Если бы не сообщение, которое прислал мне Рома, не знаю, чем бы закончилась эта невинная дружеская встреча.

– Мне нужно ответить, – на взводе произнесла я, убрав руки со стола.

Объявился наконец-то. Иланов ты мой спаситель. Быстро достав из сумочки мобильный телефон, я прочитала сообщение, в котором он просит ему помочь. Якобы был вопрос жизни и смерти. Не прошло и сто лет…

– Что-то случилось? – спросил Ваня.

Встревоженно посмотрев в горящие страстью глаза вот-вот брошенного красавца, я быстро солгала:

– Это отец. Просит, чтобы я забрала его с работы. Наверное, что-то серьезное раз он еще на работе, – неловко продолжала лгать я. – Извини, но мне нужно идти…

Быстро собрав вещи в сумочку, я суетливо поднялась со стула.

– Помощь не нужна? – с переживанием спросил спортсмен.

– Нет, я справлюсь. Спасибо… – развернувшись к выходу, я сразу же стремительно пошла в сторону двери.

Роман Иланов, ты мне теперь должен свидание!

Рома, как обычно был в своем коттедже, замученный бессонными ночами и просиживанием за компьютерами в поисках правды.

Он сидел за рабочим местом, как окаменелая свирепая горгулья ожидающая ночи. Услышав стук моих каблуков, он не пошевелил ни единым мускулом и продолжал озадаченно смотреть на монитор.

– Не оторвал ни от чего важного? – не отрываясь от экрана, спросил хозяин этого бардака.

– От поклонников если только…

Развернувшись в мою сторону, он удивленно спросил:

– От поклонников? Видимо я, как-то упустил это извиду…

– Ты, что ревнуешь? – издеваясь спросила я.

– Нет конечно, – кивнув головой в разные стороны, произнес Рома, а затем опустив свой печальный взгляд вниз, вновь развернулся к экрану компьютера, словно игроман. – Мы же вроде все решили.

– Да, решили, – спокойно промолвила я.

Видимо так называемая себя Бакеева, решила подарить своему работничку пару новеньких компьютеров. Еще две недели назад, здесь был только один старинный ноутбук, а теперь и Иланов, и несколько свеженьких компьютеров.

– Что у тебя за важный вопрос, который ты хотел со мной обсудить? – спросила я.

Роман грозно встал со стула и подошел ко мне с мобильным телефоном в руках. Протянув мне этот замусоленный мобильник, он напряженно пояснил:

– Этот телефон принадлежал человеку, с которым возможно связывался убийца Никиты.

Взяв устройство в свои руки, я нажала на центральную кнопку, активировав тем самым экран. Мобильник был на блокировке, но не на заводской. Такое, если честно, я вижу впервые. Кто-то сильно переживает за сохранность своих персональных данных на этом устройстве.

– И что мне с этим делать? – спросила я.

– Нужно получить детализацию с устройства и другие полезные для поиска сведения.

– Почему ты не мог попросить об этом своих супер секретных друзей?

– Не знаю… – опечаленно ответил мой друг. Развернувшись к столику со стрелами, он продолжил. – Леонова сейчас нет на месте, а прихвостням Бакеевой я не доверяю…

– Может все-таки стоит дать кому-нибудь там шанс проявить себя?

Едко ухмыльнувшись, Иланов подошел к столику и развернувшись в мою сторону, сел на поверхность стола, сложив руки друг на друга и спросил:

– Хочешь выйти из игры?

– А ты разве не этого добивался все эти три месяца?

Агент нахмурился. Он хотел, что-то сказать мне, но затем, задумавшись на мгновенье, просто отвел от меня свой грозный взгляд в сторону. Одним своим видом, он дал понять, что не понимает, о чем идет речь. Да уж… это уже не тот Рома, которого я знаю.

– Ты не замечал вокруг себя ничего кроме мести. И стоило мне всякий раз предложить тебе помощь или поддержку, как ты сбегал бить морды гопникам, абсолютно чихая на мои старания, – продолжала я.

– Я…

– Ты думал, что справишься один и чья либо помощь тебе не понадобится, – перебив Рому продолжала с упреком я. – А теперь, когда ты в очередной раз облажался, ты обращаешься ко мне за помощью?

– Да, – выкрикнул хозяин берлоги. – Да, я облажался. И да, мне нужна твоя помощь! Я не хочу, чтобы Бакеева или кто-либо еще из Иерархии, следил за каждым моим шагом. Так и до паранойи недалеко. – Успокоившись, Иланов виновато посмотрел на меня и продолжил. – Вот почему я не поддерживал с тобой связь. Я не хочу, чтобы и ты была под прицелом моего руководства, как я.

Роман будто сравнивал себя с диким животным, запертым в клетку, которое уже было неспособно вести обычный для хищника образ жизни; способное только к повиновению своим хозяевам. Эта Бакеева крепко держит поводок вокруг его шеи. Надо отдать ей должное.

– Что у тебя там? – спросила я, стремительно приблизившись к рабочему месту.

Усевшись за рабочее место, я подключила этот несчастный телефон к компьютеру и с помощью своих старых программ смогла скопировать абсолютно все данные с предоставленного самоуправцем устройства. Данные были зашифрованны, что создавало определенную сложность. Взломать подобные шифры было невозможно, если в запасе нет несколько десятков лет. Да и на самой сим-карте было полно ограничений. Ее невозможно было использовать на других мобильниках. Что было в принципе, лично для меня, в новинку.

Слегка поразмыслив, мне в голову пришла идея. Пусть телефон и сим-карта и были зашифрованы, но сигнал девять один один, возможно ввести с любого устройства, сколько не шифруй. А так, считывающие на компьютере утилиты Дениса Леонова, смогут зафиксировать абонентский номер, а заодно появится возможность получить полную детализацию звонков.

Пять минут и перед нами полная детализация звонков за весь две тысячи тринадцатый. Рома смотрел так, будто он удивлен. Словно в очередной раз проговаривал себе: "И как она это делает?".

Теперь остается не самое сложное, установить владельцев абонентских номеров, с которыми осуществлялись переговоры и переписка. Дело еще нескольких минут. Среди собеседников владельца этого сомнительного мобильника были: студенты, мошенники и один неустановленный номер, который, по всей видимости, нас и интересует.

Сим-карта не была зарегистрирована конкретно на кого-то, но с помощью утилит, которые используют в Иерархии можно установить местоположение телефона в момент звонков. Самый первый звонок, был осуществлен из аэропорта города Красноярска, и тут сразу же появилась необходимость взломать систему безопасности аэропорта и просмотреть архив камер безопасности. Всегда мечтала взломать систему безопасности аэропорта из подвала Самодура. Тем более, где еще я смогу использовать эти шпионские программки?

Внимательно изучив видео с камер видеонаблюдения, мы с напарником смогли установить того кто нам нужен. Ростовцев Геннадий Дмитриевич, судя по посадочному талону, билету и паспорту, которые были предоставлены для полета. Согласно информационной базе данных, Ростовцев находился в тюрьме за двойное убийство в две тысячи десятом. Да и по фотографии, каждый дурак смог бы понять, что это не наша цель. Но теперь у нас хотя бы была хорошая фотография лица разыскиваемого, по которой можно будет установить личность. Ну, или хотя бы попытаться. Если раньше этот красавец привлекался к уголовной ответственности, служил в армии, получал водительское удостоверение или паспорт, то это не должно составить никаких проблем.

Отправив фотографию по электронной почте коллеге Ромы, Воронцову Дмитрию, он тут же достал мобильный телефон и позвонил своему засекреченному дружку, попросив прогнать полученное фото через существующий у них на службе электронный архив.

Пока агенты работали над идентификацией личности по всем существующим базам, мне удалось выяснить, что год назад, Геннадий Ростовцев, находясь в своей камере покончил с собой. Боже, насколько же наш мир жалок, раз так просто можно летать из одного города в другой, используя данные мертвого серийного убийцы. Иланова полученная информация не сильно удивила, но и не обрадовала. Он был в замешательстве не меньше меня.

Через пару часов Дмитрий перезвонил и сказал, что он отослал данные обратно по электронной почте.

Открыв сообщение, в котором находилось некое досье, Иланов включил громкую связь, посмотрел на экран компьютера и положив телефон на стол, победоносно произнес:

– Кирилл Кран!

На единственной фотографии в досье, этот Кран еще суровее, чем в жизни. Фото было сделано пять лет назад, когда его лицо было менее изрисованным.

– Кто он? – не вникая в подробности спросила я.

– Кран был сотрудником федеральной службы, работал под прикрытием, – ответил Воронцов.

– До работы в федеральной службе, он служил в ГРУ и даже был бойцом отряда Беркут, – продолжил за своим коллегой Рома, изучая полученные данные.

– Никогда раньше не слышала об этом Беркуте, – заявила я.

– Это анти-террористический отряд, принимавший участие в ликвидации террористов в Беслане в две тысячи четвертом, – ответил Дмитрий Николаевич.

– Да он настоящий герой! – продолжая изучать досье Крана, произнесла я. – Интересно, что поспособствовало его нынешней судьбе?

– Неважно. Теперь он наш враг, – сурово заявил Самодур. – Нужно его найти… он всяко- разно поддерживает связь с кем-нибудь из своих сослуживцев. Справишься? – спросил у меня напарник.

– Ты меня наверное сюда не из-за красивых глазок позвал?! – игриво ответила я. Хотя прекрасно понимала, что и из-за них тоже.

После чего я сразу же принялась изучать предоставленное досье и заодно искала информацию на этого негодяя в сети интернет. Рома тем временем продолжал общаться со старшим товарищем по службе, параллельно упрашивая его, чтобы тот пока ничего не рассказывать начальнице.

Пятнадцатое января 2012 год

19:00

Роман Иланов

Пятнадцатое января, день рождения моего лучшего школьного друга, Никиты Васильева. Не видел его с момента, когда он окончил одиннадцатый класс. После того, как он выпустился, у меня в школе и друзей-то не осталось. Влад был увлечен учебой. Он хотел окончить школу с золотой медалью и поступить на юриста. Радовало только то, что мне оставалось учиться там последний год.

Звонок от Васильева неделю назад, был для меня удивлением, как и приглашение на день рождения. Он не стал особо рассказывать, в связи с чем, он пропадал в последнее время, но в ходе разговора многое меня шокировало. Казалось бы, еще в две тысячи десятом, мы подшучивали над девчонками в раздевалки во время соревнований, а сегодня он уже женатый человек с высокооплачиваемой работой, из-за которой нет времени даже на себя. Не говоря уже о том, чтобы позвонить старым товарищам и просто поговорить по душам.

День рождения Никита решил отпраздновать в диско баре "Фонарь". Не плохое он выбрал заведение, для тусовки. Среди приглашенной на праздник компании было много знакомых лиц. Практически весь его школьный поток присутствовал в баре. Да, помимо всего прочего, тут еще и были практически все мои одноклассники.

Встретившись с именинником, я пожал ему руку и поздравив с днем рождения, передал конверт с деньгами. Почему-то я посчитал, что нет лучше подарка, чем денежный конверт. Или мне просто не хотелось особо заморачиваться и тратить время на поиски идеального подарка?

Тут было шумно и весело. Именно в таких местах я проводил последнее время. Не знаю, почему мне вдруг стало нравиться проводить свой досуг подобным образом, но здесь, среди всех этих обычных людей мне было комфортно и самое главное, легко.

Может я просто хотел показать всем этим, окружающих меня выпендрёжникам, как я изменился. Из простого мальчика неудачника в крутого парня, способного решить любую проблему одним только хрустом кулака. И как оказалось, сверстницам нравились такие парни… Не знаю всегда ли я был таким или нет, но что-то в моем новом образе было знакомое и приятное. Я будто был случайно рожден в теле неудачника.

– С твоим днем дружище! – поздравил я школьного друга, гордо пожав имениннику руку. Он стоял у центрального стола в баре и принимал заслуженные поздравления. – А этот скромный презент от меня! – достав из нагрудного кармана рубашки конверт с подарком, я протянул его в сторону друга. – Старайся ни в чем себе не отказывать.

– Огромное спасибо… – дружески приобняв меня, заявил Васильев. Затем продолжая сжимать мою руку, он спросил. – Как твои дела?

– Вроде бы все в норме! – отметил я.

Именинник, довольно улыбнувшись, положил свою руку мне на плечо и развернул в сторону стойки, за которой стоял бармен. Вместе со мной он шел вперед под громкую музыку. В этом баре творилось настоящее безумие. Практически все наши общие знакомые просто напивались алкогольными коктейлями. Половина из них уже вела себя, как деградирующее стадо. Были среди этого обезумевшего стада и девушки, которые в данный момент чуть ли не в одном нижнем белье скакали по танцевальной площадке. Кажется, что завтра они явно проснуться от ужасной головной боли, в чужих кроватях. Я их в этом не виню. Это же двадцать первый век. Век саморазложения… Где примитивное веселье важнее будущей семьи.

Больше всего меня пугали девочки, которые сидели и наблюдали за своими перебравшими парнями и подругами. Вот, наверное, для них это зрелище. Собственно говоря, я не удивлюсь, если таким образом они собирают компромат на своих подруг и любовников.

Интересно, получится ли сегодня кого-нибудь здесь подцепить? Смотрю, здесь много скучающих девиц.

Мы с Никитой подходили к барной стойке, когда я загляделся на одну из посетительниц, в этой диско забегаловке. Я уже был готов заказать два Лонг-Айленда и решительно рвануть к этой очаровательной красотке, сидевшей в одиночестве за столиком.

– Ибрагимова знает про тебя с Григорьевой? – спросил именинник.

Ожидая от меня ответа, он взял в руки две рюмки со стойки, одну из которых поставил прямо передо мной.

– Нет! – взяв в руки рюмку, ответил я.

– Дам совет, – сказал Васильев. Приблизившись носом к рюмке, он словно принюхался к алкоголю, а затем залпом опустошил рюмку и, стукнув ею об столик, заявил. – Завязывай! Бабники долго не живут. Даже такие, как ты.

– Я это обязательно учту дружище…

Васильев уже просил у бармена еще две следующие рюмки. Нужно было не отставать от сегодняшней звезды. Быстро выпив содержимое первой партии, я, прикрыв глаза, поставил рюмку обратно на стойку. Вот бы закусить чем-нибудь. Господи, что это было? Ядреное бренди? Словно кислоту выпил. Только успел открыть глаза, а передо мной была уже следующая стопка этой обжигающей стенки желудка кислоты.

– День рождения вроде у меня, а главный подарок, по всей видимости, достанется тебе, – опустошив очередную рюмку, завистливо промолвил Никита.

– Что? О чем ты? – едва ли прикоснувшись к своей рюмке, спросил я.

Именинник, своими любопытными глазами, игриво смотрел на кого-то за моей спиной. Неужели, там стояла молодая Моника Беллуччи? Насколько я помню, он всегда тащился от этой актрисы, даже больше, он спал и видел, как будет срывать в порыве страсти с этой обжигающей красотки нижнее белье. Все его тетрадки в школе были изрисованы этой дамочкой.

Удивленно развернувшись, я посмотрел перед собой и пытался разглядеть, на что так упал взгляд школьного друга. За боковым столиком у окна, сидела девушка, блондинка. В темно-фиолетовой водолазке, черных брюках и маленьких сапожках. На вид, эта худенькая девочка была нашей ровесницей, может чуть старше. Ее волосы были идеально прямые. Пышные ресницы, золотая цепочка и крестик. Бросающиеся в глаза ярко фиолетовые ногти. Теперь понятно, что он имел в виду. При всем при этом, выглядела она очень просто. Никак эти разукрашенные кикиморы по телевидению. Эта девица с меня просто глаз не сводила. Что-то в ее чарующем взоре было мне знакомо. Словно, мы уже встречались раньше, причем очень давно. Когда незнакомка улыбнулся мне и подняла бокал с каким-то напитком, изящно начав пить его содержимое через разноцветную трубочку, мое сердце, словно мурашками покрылось.

Кажется, я узнаю этот озорной взгляд. Слепцова!? Не может быть. Спустя столько лет, она вернулась. Интересно, она узнала меня или я для нее очередное мимолетное развлечение? А вдруг я ошибаюсь!? За последний год, я стал настолько зависим от представительниц прекрасного пола, что просто не видел ни рамок приличия, ни тем более норм морали, о которых пытается донести нам наше общество.

Нужно было уже что-нибудь сделать, не стоять же здесь, как дураку. Неуверенно начав движение, я пошел в сторону столика, за которым сидела та самая девушка из моего далекого прошлого. Приблизившись к столу, я прикоснулся к его поверхности рукой и боязливо спросил:

– Карина?

– Да, Роман Иланов, а ты и вправду изменился! – улыбнувшись мне в ответ, ответила Кара. – Тебе пора сменить фотографию в своем профиле.

В голове аж помутнело. Сегодняшний день просто полон сюрпризов. Я даже не думал, что спустя столько лет увижу Слепцову вновь. Наверное, все нормальные люди забывают своих товарищей и друзей детства, но как оказалось, это было не совсем правдой. По крайней мере, в моем случае. Спустя столько лет я ее даже смог узнать. В моем сердце, словно кровь кипятилась. Я улыбнулся и, держась за столик, радостно сел напротив знакомой.

– Сто лет тебя не видел! – пытаясь перекричать музыку, выкрикнул я.

– Я этот город ровно столько же не видела, – с улыбкой добавила девушка. Сделав несколько глотков из своего бокала, она поставила практически пустой фужер на столик и загадочно продолжила. – Ты изменился…

– Ну, с последней нашей встречи, ты тоже похорошела, – колоритно ответил я.

– Это очень даже может быть! – выразительно удивившись, засмущалась Кара.

Я просто не верил своим глазам. Карина Слепцова сидит прямо передо мной. Девчонка, которая вместе со мной, в детстве, не боялась хулиганить, гулять по подземным гаражам и заброшенным зданиям, есть в сорокаградусный мороз мороженное и строить козни соседям. Вот было ведь время. Да, теперь передо мной не та хулиганка, а красивая девушка, которая явно не обделена мужским вниманием.

Внезапно появившийся именинник нарушил нашу атмосферу и, радостно усевшись за столик, неуклюже поставил две рюмки передо мной. Лукаво поглядывая по очереди, на каждого из нас, Никита повернулся ко мне и спросил:

– Не познакомишь именинника с этой милой дамой?

– Почему бы и нет, – сквозь зубы проговорил я. – Карина, это Никита. Никита, это Карина. Подруга детства…

– Очень приятно, – любезно проговорил Васильев, продолжая заглядываться на Кару.

– Мне тоже, – радостно ответила она.

– Может, выпьем? – неловко спросил друг.

– Я бы с удовольствием, но мне уже пора идти, – со смущенной улыбкой проговорила девушка.

Она продолжала смотреть на меня. Словно нас что-то по-прежнему связывало. Нечто большее, чем просто веселое детство. Поднявшись со стула, Слепцова взяла в руки свою красную сумочку и, надев ее на плечо, еще раз посмотрела на меня, улыбнулась и сказала:

– Была рада тебя увидеть Рома.

– Я тоже…

Девушка ушла. Но точно могу заверить, что ее взгляд, голос и парфюм, надолго засел у меня в голове. Ее появление, было для меня неожиданностью. Перебравший с алкоголем школьный товарищ продолжал сидеть за столом и потерянно смотреть по сторонам, словно выискивая таинственное сокровище.

– Может, все-таки выпьем? – спросил приятель.

Я взял одну из тех рюмок, которые принёс Никита. Мы чокнулись и сразу же выпили. На протяжении целого часа я сидел с этим забавным парнем за столиком, пока его друзья алкоголики развлекались в баре, просто ведрами заливая в себя алкоголь. Мне даже показалось, что это для них было важнее, чем сама идея этого праздника. Хотя кого я обманываю, я ведь сам сюда пришел только потому, что здесь была вероятность познакомиться с красивой девушкой. Но появление Карины, изменило внутри меня все. Полагаю, именно такие чувства испытывает человек, который спустя вечность встречает лучшую подругу, которая всегда была примером для подражания. Я моментально прокрутил у себя в голове все то, что произошло за последние пару лет. То, как относился к семье, друзьям, Алине, то, как я себя вёл, было, конечно подлым, и я это прекрасно знаю. Понять бы еще, в какой момент все вдруг пошло по накатанной…

Может, я наконец-то обзавелся уверенностью, а может, поменял жизненные приоритеты и моральные принципы, в связи с такими-то резкими переменами. Даже не знаю… Знаю только, что внезапное появление Кары помогло мне одуматься и разобраться в себе.

Никита под воздействием алкоголя оказался довольно сговорчив. Он рассказал мне, что устроился в какую-то крутую организацию, где занимает не последнее место, даже обещал замолвить словечко перед начальством за меня в будущем. Он всегда любил так делать, помогать своим друзьям. Васильев любил чувствовать себя значимым и нужным. Еще любит хвастаться. Именинник рассказал, что не так давно сделал предложение самой красивой женщине на земле. Правда я удивился, почему это была не Моника Беллуччи, но из рассказанного про эту удивительную девушку по имени Элеонора, я понял, что обворожительная итальянка, нервно может стоять и курить в сторонке.

В один прекрасный момент, товарищ загрустил и печально начал восхвалять меня. Говорить, что я его лучший друг, и что никто кроме меня его никогда не понимал. По его словам, я был его единственным другом, именно это меня и поражало. Он собрал здесь столько гостей, столько подарков получил, внимания, а оказалось, что единственный кому он захотел излить свою душу, был я – человеку, который последнее время не относиться ни к чему серьезно, даже к друзьям.

Я никогда не мог раньше похвастаться друзьями. Ведь для человека вроде меня, друзья были редким явлением. Никита был одним из первых моих настоящих школьных друзей, с которым мне, честно говоря, повезло. Точно так же, как и с Алиной в свое время. Правда, не могу сказать, что им повезло со мной.

Прервав плач именинника за столом, я поднялся и, похлопав его по плечу, сказал, что он хороший человек и хороший друг. Пояснил ему, что завтра у него будет новый день, а все, что было сегодня он даже и не вспомнит. Я поблагодарил друга за приглашение и праздник, а затем тихо удалился.

На улице было тепло. Снег не успевал падать на землю и таял прямо в воздухе. Мокрые снежинки приятно прикасались к моей коже на лице, давая ощущение некой свежести, чем в этом задымленном городе не всегда можно похвастаться. Закрыв глаза, я наслаждался приятным легким пронизывающим ветерком и тающим снегом. Какой же это кайф.

Громкая сигнализация во дворах спустила меня обратно на землю. Видимо, кто-то опять вскрывает автомобиль. Когда я повернулся обратно ко входу, со мной сразу же столкнулась Соня Леонтьева, моя одноклассница. Видимо, Никита решил позвать на свой день рождения не только своих сверстниц, но еще и моих одноклассниц. Соня вроде как была его первой и неразделенной любовью. Эта девчонка всегда была в центре внимания в школе и является таковой по сей день. Она была красивой и уж очень разговорчивой. Не сказать, что эта светленькая и не высокая девочка, была шибко умной, но найти себе собеседников ей труда не составляло, как среди девчонок, так и среди парней.

Меня же с этой девочкой объединяло только то, что изредка учителя пересаживали ее от ее сестры болтушки на единственное свободное место, граничащее со мной. Так вот мы с ней сговорились и сдружились. Кажется, я ей давал списывать математику, а она не давала новичку заработать плохую репутацию в новой школе. Правда, на репутацию мне было все равно. Я перестал гоняться за уважением сверстников, поскольку меня волновало признание только одного человека Артура Николаевича. Уважение сверстников добивалось дракой на школьном дворе, на которые у меня теперь не уходило и минуты. Кажется, единственный кто продержался дольше всех в бою со мной, был Игорь Вертняков, минута двадцать.

– Привет Соня! – с улыбкой на лице поздоровался я.

– Привет, – удивленно поздоровалась она в ответ.

– Тебя с сестрой тоже пригласила наша школьная знаменитость? – неловко оглянувшись по сторонам, спросил я.

– А как же еще… Моя сестра не пропустит ни одной вечеринки. И сделает все возможное, чтобы утащить меня с собой.

Одноклассница всегда так говорила. Она пыталась выглядеть смиренной и обычной; быть не похожей на свою сестру близняшку, которая практически все свободное время проводит на вечеринках или в подобных заведениях. Но, по правде сказать, сколько бы Соня не старалась казаться другой, желания всегда выдавали ее. Она жаждала мужского внимания. Какая девушка этого не желает?

– А ты чего тут слоняешься? – удивленно спросила девушка. – Вечеринка же в самом разгаре!

– Я слегка устал… – задумчиво ответил я. – столько всего навалилось в последнее время.

У нас с Леонтьевой были не те отношения, чтобы изливать друг другу душу. Да и я даже не знаю, как объяснить близким людям то, что происходит у меня на душе. Чего уж тут до глуповатой девчонки. Я словно чувствовал себя каким-то не полноценным. Мне чего-то не хватало, чего-то необычного. Возможно, это было связано с событиями, произошедшими пару лет назад, они что-то изменили во мне, заставили иначе смотреть на некоторые вещи. И, в конце концов, показали из чего я сделан. Я так долго пытался отвлечь себя от этих событий упорными тренировками. Хотелось забыться окончательно, но физическая нагрузка была лишь временным лекарством. Когда все установленные в секции рекорды были мною побиты, я вновь погрузился в эти темные воспоминания.

– Тебе нужно выпить, – заявила Соня.

Взяв меня за руку, она завела меня обратно внутрь диско бара. Мы уверенно прошли сквозь развлекающуюся толпу и остановились у барной стойкой, рядом с которой Кира – сестра Сони, на спор с нашими одноклассниками пыталась выпить какой-то срывающий крышу алкогольный коктейль.

Мы с Леонтьевой выпили не так много. Вообще я не люблю пить алкоголь. Я с детства пытался контролировать любую ситуацию. Всегда пытался держать все под контролем. Не видел я в алкоголе того, что видят мои сверстники, как по мне это враг человечества. Спиртное забирает у нас с трудом заработанные деньги, уничтожает наше здоровье и разрушает нашу же жизнь.

На пятый алкогольный коктейль, одноклассница уже начала прижиматься ко мне и ластиться. Я бы, конечно, не отказался записать ее в список своих достижений, но что-то останавливало меня до последнего. Но спустя еще две рюмки, желания оказались сильнее, особенно после того, как ластиться ко мне начала не только Соня, но уже и ее сестра, которая была горда тем, что смогла перепить всех парней, решивших с ней посоревноваться. Ладно, так повести может не каждый день. Особенно на дне рождения друга. Два трофея за одну ночь.

На этой ноте, я и ушел из диско бара, в обнимку с двумя подружками, которые пригласили меня на ночь в гости. Нельзя было отпускать этих двух, в таком критическом состоянии домой. Хотя, о чем я говорю. Меня же волнует совсем не то, как они доберутся, а как проведут ночь…

24 апреля 2013 год

23:45

Карина по-прежнему пыталась сделать все возможное, чтобы установить местоположение Кирилла Крана или хотя бы узнать все возможное, что приведет нас к этому поганцу. Напарница, не отрываясь от компьютера, на протяжении часа, сидела и сконцентрировано пыталась помочь мне. На последних минутах, она уже начала нервничать. Видимо Слепцова тоже не привыкла проигрывать, именно поэтому она грубо отбросила компьютерную мышку в сторону и, облокотившись на спинку стула, откатилась от стола на пару метров.

Я не хотел отвлекать подругу от работы, пусть даже у нее что-то и не получалось, ей было явно не до моих советов. У каждого человека должна быть своя атмосфера во время работы. Не знаю, может, был и не прав, но в большинстве своих случаев, я смог выжить и противостоять угрозе только будучи собранным, а такого можно добиться, только если ты один. Случай с Тиграном Арутюняном, сюда, разумеется, не входил. Может он и был лучше в каких-то аспектах, но у меня была возможность остановить его тогда в бизнес-центре «Армада» и положить всему конец. Просто это был не мой день.

Я сталкивался с более опасными противниками, которые были в разы сильнее и опаснее Тигра. Только вот у них не получалось залезть ко мне в голову, как это сделал брат Карена в нашу первую с ним встречу. Видимо я просто не смог смириться с тем, как легко он со мной разобрался в «ХолкКомпани». Конечно, я неоднократно бывал в ситуациях, в которых моя жизнь была под угрозой. Но каждый раз, я делал из этого выводы и чему-то учился. А в этот раз, выводов сделать никаких не смог, поскольку не ожидал, что меня можно опустить так низко…

В подвале была мертвая тишина. Я был собран и напряжен, как, собственно говоря, и Кара, которая фанатично продолжала искать мою цель. Она не знает, когда нужно остановиться. Видимо это у нас с ней общее. Эта черта нас очень объединила. Гробовую тишину в подвале прервал рингтон моего мобильного телефона.

– Черт… – растерявшись, произнес я.

Проверив каждый карман на своей одежде, я нащупал телефон в заднем кармане брюк и вытащил его. Мама звонит… интересно, что ей нужно от меня в такое позднее время? Вот черт! Сегодня же двадцать четвертое. Вся моя большая и дружелюбная семья решила собраться вместе, чтобы отметить приезд моего двоюродного брата в Красный Острог. Откуда у него только столько времени? Думаю, если и в этот раз я пропущу такое яркое событие, репутация в нашей семье у меня будет точно не лучшая. А тетя с дядей обо мне уже и так не лучшего мнения. Наверное, они считают меня неблагодарным по отношению к родителям и нашей огромной семье в целом. В каком-то смысле они были правы. Сынок из меня такой себе. Ничего, в следующем году, я обязательно буду присутствовать на этом семейном ужине. А сейчас есть дела важнее.

В семье меня всегда сравнивали с двоюродным братом. Всегда говорили, что я должен стремиться быть похожим на него, но проблема была в том, что у старшего брата не было в школе проблем, с которым столкнулся я. Он был золотым медалистом, но, что характерно, он не был ботаником или каким-то школьным заучкой. Напротив, он был популярен в гимназии и университете. Я же, в отличие от него, не был медалистом. Меня интересовало много чего другого, чего нет в копилке брата. Этим мой дед восхищался больше всего, моей разносторонностью. Хотя, я не исключаю, что это были лишь слова поддержки, в мой адрес. Дедушка, был единственным человеком в семействе, который не сравнивал своих внуков между собой. Каждого по-своему поддерживал в трудные времена. Он видел в нас абсолютно разных людей, каждый из которых был хорош по-своему.

Отключив на мобильном звук, я недовольно вздохнул и, прикрыв глаза, опустил голову вниз.

– Что-то случилось? – спросила Карина.

– Нет. Просто забыл, что сегодня у нас семейная вечеринка, – опечалено ответил я.

– Кажется, у тебя появился повод, чтобы провести время со своей семьей, – радостно отметила подруга. Строго посмотрев на свою напарницу, она развернулась обратно к компьютеру и мигом подкатилась на стуле к столу, не одобряя мое решение промолвив. – Хотя с другой стороны… – на несколько секунд замолчав, девушка уставилась в монитор.

Спустя мгновенье, она, радостно стукнув по столу, победоносно воскликнула:

– Шах и мат…

– Что-то нашла? – вскочив со стула, спросил я.

– Еще бы. Он вышел на связь пару минут назад.

– Где он? – остановившись в нескольких сантиметрах от рабочего места, спросил я.

– Заброшенный виадук, – радостно посмотрев на меня снизу вверх, ответила Слепцова.

Пора надевать наручи.

Промышленный район в нашем городе славился большим количеством виадуков, которые проходили над железными дорогами по всей территории правого берега. В мое детство, ребятня постоянно собиралась там. Почему-то раньше нам казалось, что бегать по железным дорогами и на перегонки взбираться по лестницам виадуков было очень веселым занятием. Теперь же дети стали другими. А в этих местах стали собираться только самоубийцы, которые не нашли ничего умнее чем спрыгнуть с наземного перехода через железную дорогу вниз или вообще лечь на рельсы, дожидаясь прибытия поезда.

В такое время суток, добраться до правого берега было не так сложно. Дороги пустые, как на левом берегу, так и на правом. Правда есть один минус, на противоположном берегу дороги были разбиты, как после бомбежки. Видимо, это связано с тем, что здесь часто ездят рабочие машины. Но даже в этом я не видел особых проблем. Опытный охотник не будет жаловаться на мороз и тем более бездорожье. Забравшись на указанный Слепцовой виадук, я сразу же увидел поезд, из которого выгружают какие-то контейнеры. Даже и разбираться не хотелось, что внутри ящиков. По грузчикам вооруженных АК-74 было и так ясно, что переносят они что-то не законное. Так просто разобраться с этими парнями не получится. Их тут не меньше человек двадцати. Посмотрим, что будет происходить дальше.

Внимательно изучив территорию, я насчитал, как минимум двадцать шесть вооруженных парней, которые переносят подозрительные ящики в грузовые автомобили, припаркованные на территории. Зафиксировав государственные номера грузовиков, я перекинул эти фотографии Каре, с целью установления владельцев машин с огромными прицепами. Вся происходящая здесь ситуация, меня сильно смущала. Очень сильно государственные номера были схожи друг с другом. Похоже, что они были зарегистрированы на какую-то фирму. Нужно было выяснить, что на самом деле здесь происходит, и каким боком со всем этим связан Кран.

– Я скинул тебе фотографии, нужно как можно быстрее установить владельцев большегрузов, – сказал я Слепцовой.

– Секундочку… – попросила подождать помощница.

Продолжая наблюдать за происходящим, я смог в этой суматохе обнаружить свою цель. Кирилл Кран разгуливал: в черной кожаной куртке, обычной классической шапке, черных штанах и ботинках. Он точно занимал здесь руководящую позицию, судя по тому, как ходил и командовал этими подонками.

– Так, готово! – спокойно промолвила Кара.

– Что там? – не отрывая своего взгляда от подонка, спросил я.

– Не может быть, – загадочно пробормотала Слепцова. Я уже хотел задать вопрос повторно, но собеседница будто поджидала удачной возможности, чтобы продолжить. – Номера принадлежат компании ООО «Вихрь». А Птица вообще знает, с кем дружит?

Эта новость меня будто парализовала. Вся жестокость и одержимость, которая подпитывала меня, до этого момента, вдруг сменилась на чувство пустоты. Каким образом Птица был связан с убийцей моего лучшего друга? Очередная загадка и секрет, бывшего соперника, который в данный момент не дает мне сосредоточиться и принять верное решение. Прямо, как и с Тиграном в свое время. Я растеряно продолжал наблюдать за тем, как эти гуманоиды погружают последние контейнеры в грузовик. Теперь, когда половина из этих парней уехала на первых трех грузовиках, противников осталось не совсем много. Появилась не плохая возможность отделать этих парней и прикончить этого разукрашенного упыря.

Кран сидел в своем комфортном мерседесе, когда я спрыгнул с виадука и выпустил стрелу в колесо его немецкого автомобиля. Далеко он теперь точно не уедет. Приземлившись на землю, я выпрямился и подстрелил одного вооруженного грузчика, который увидев стрелу, пробившую колесо иномарки, начал испугано смотреть по сторонам, держа свой автомат наготове.

От такого незапланированного визита, Кирилл вместе с несколькими своими уродцами, выскочил из машины. Посмотрев на пробитое стрелой колесо, Кран достал пистолет и грозно приказал своим дружкам убить меня. Сам же он пошел до водительской кабины грузовика, абсолютно не переживая за свою дальнейшую судьбу.

Дождавшись благоприятного момента, я заманил этих дармоедов в тень, где и разобрался с ними. Возможно, не самым гуманным способом, по мнению руководства. Разумеется, кто-нибудь из них обязательно бы открыл огонь, чем привлек внимание не только моей основной цели, но и оставшихся негодяев. Поэтому заканчивать общение с этим сбродом стоило гораздо быстрее. Не было времени на светские беседы. Разобравшись с пятью грузчиками, очевидно нанятых по объявлению, я поднял один из автоматов, который находился рядом с отключенным на земле наемником и побежал за разукрашенным выродком.

Бандит, гангстер или кем он там себя считает, после начавшейся стрельбы только ускорился. Неужели испугался поганец? Не дав ему открыть дверь в кабину и сесть за водительское место, я догнал Кирилла и пнул ногой в спину, от чего тот шлепнулся в грязь, выронив свой пистолетик из рук. Повернувшись на спину, объект с озлобленным хрипом поднялся на ноги. Видок у него был, конечно, не очень, а татуировка на морде была довольно реалистичной, ухоженной и устрашающей. Будто какой-то зверь разорвал ему левую часть лица. Хотелось мне сделать ее еще более реальной. Хотелось прижать раскаленный ствол автомата к его морде, и насладиться его дикими воплями.

– Мы тебя не ждали! – уверенно заявил враг.

– А стоило, – в ответ указал я на его ошибку, продолжая целиться прямо между глаз этому ушлёпку.

Кран сделал вид, что оценил мою шутку и слегка посмеявшись, поднял свои руки вверх. Продолжая смеяться, противник коварно пробормотал:

– А ты шутник…

Я начал подходить к нему все ближе и ближе, пока между стволом оружия и лбом этого разукрашенного не осталось пару миллиметров. Улыбка с его лица вдруг пропала и он, продолжая стоять на месте, спросил:

– Что тебе нужно?

– Три месяца назад, ты подстрелил моего друга, – свирепо прорычал я.

Я продолжал держать автомат своей левой рукой, прямо у лба этого без пяти секунд покойника. Нажать на спусковой крючок было так просто, но в этот раз мне нужно нечто большее, чем смерть очередного мешка с костями. По всей видимости, он был всего лишь наемником, второсортным звеном. Кто-то явно его нанял, чтобы убить Васильева. Уж слишком широкий у этого парня профиль: от убийства до личного участия в ограбление товарного поезда. И я должен был узнать кто стоит за этим недоноском. Не успел я задать ему свой вопрос, как размалеванный недомерок, насмехаясь надо мной, спросил:

– А, ты про того агента молокососа? Помню, помню. До сих пор не понимаю, откуда у этого юнца столько крови взялось.

Он прямо знал, что это меня разозлит. Я растерялся. Даже не знаю, что на меня нашло. Кран был чересчур спокоен, даже несмотря на то, что стоит передо мной в грязи под прицелом. По логике вещей, объект должен умолять меня пощадить его, но он лишь спокойно стоял и смотрел на меня, будто не он у меня под контролем, а я у него.

Застав меня врасплох, наемник отбил ствол оружия в сторону, а затем быстро ударил меня ногой в грудь. Удар был сильный и внезапный, от чего я не успел подготовиться и упал на спину.

– Как я и сказал, мы тебя не ждали.

Противник осмотрелся и, быстро подбежав к своему пистолету, который лежал в метре от него, схватил его и открыл по мне огонь. Слава Всевышнему, что я успел подняться и убежать в укрытие. Спрятавшись за заброшенный металлический гараж, Кирилл Кран перестал переводить патроны и просто внимательно пытался контролировать ситуацию в ожидании подкрепления, которое прибыло спустя несколько секунд после того, как я укрылся за этим ржавым гаражом.

– Убейте его! – завопило разрисованное животное.

Услышав шум от перемещений противника, я сделал вывод, что противников не двое и не трое. Их гораздо больше. Сейчас они окружают этот несчастный гараж. Нужно отдать должное этим парням – это был хороший план, загнать меня в ловушку и просто окружить. Прижавшись спиной к краю левой части гаража, я с нетерпением дожидался подонков. Нельзя было терять из виду правую сторону, ведь противник с вероятностью сто процентов будет и там. Собственно говоря, нужно было встать справа, там враг появится быстрее, судя по их приближающимся шагам. Швырнув дротик в сторону недруга, заряд внутри снаряда детонировал и произошел громкий хлопок, за которым последовал белый дым. Сейчас, нельзя было задерживаться на одном месте, необходимо двигаться. Пока такая возможность была.

Выбежав из укрытия, я сразу заметил очередного недомерка с оружием, который напряженно и испугано шел вперед. Ударом руки, я отвел от своего лица ствол автомат в сторону, сблизился с противником и ударил его головой в нос, оглушив его. Выхватив пистолет из его кобуры, я оттолкнул грузчика, начавшего считать наверху звездочки, ногой в грудь, а затем сразу же открыл огонь из оружия по двум подонкам, вставшим на моем пути.

С другой стороны, из дымовой завесы выбежали остальные работяги, не настроенные на дружеский лад. Я был под прицелом. Не раздумывая, я развернулся и с разворота ударил ногой по руке одного из этих агрессивных парней, сменив тем сам линию прицеливания. В результате, грузчик случайно застрелил своего менее везучего напарника, а я выпустил остатки обоймы в грудь стоявшего передо мной гангстера, не дав ему вновь навести на меня оружие.

Не успел я развернуться в сторону грузовика, как увидел уцелевшего гангстера. Шестой по счету. Он ударил меня кулаком по голове, а затем, схватив меня за экипировку, прижал к стенке гаража. Тут я увидел еще одного яростного отморозка, который с ножом бежал в нашу сторону. Я ударил коленом в пах шестого. Воспользовавшись слабиной этого борца, я смог выбраться из плотного захвата и увернуться от летящего в мою сторону ножа. Ударив головой в нос противника второй раз, боец полностью растерялся и отпустил меня. Не дав любителю дешевого холодного оружия достать из кобуры огнестрельное, я присел и ударил локтем по его бедру. Боль была такой сильной, что супостат закричал и опустился на колено, напрочь забыв о своем оружие.

Кувыркнувшись вперед, я оказался за спиной этих двоих, поднялся на ноги и подстрелил их стрелами, не дав явным подонкам ни единого шанса. Услышав рев мотора, я с разбегу забежал на крышу гараж и посмотрел на пылающий грузовик, внутри которого адским пламенем горели похищенные контейнеры. Кран стоял за стеной огня и смотрел на меня. С издевкой махнув мне рукой, я едва ли успел прикоснуться к стреле в колчане. Но, к несчастью, я был вынужден в очередной раз спрыгнуть вниз и броситься в укрытие, из-за внезапно появившихся трех автомобилей УАЗ Патриот, пассажиры которых открыли по мне сосредоточенный огонь.

Когда стрельба прекратилась, я выглянул из укрытия и увидел уезжающие машины. У меня еще был шанс. Развернувшись в сторону виадука, я стремительно рванул до служебного мотоцикла, который был припаркован на другой стороне. Что-то я погорячился на счет шанса. Пять минут потребовалось, чтобы добежать до транспорта. Разумеется, вероятности, что у меня получиться догнать и выпотрошить стрелами этих налетчиков, уже не было. Выехав с территории железной дороги на проезжую часть, найти автомобиль, на котором скрылся противник, я уже не смог.

06:32

– Кран сбежал? – спросил Воронцов, продолжая ошеломленно смотреть перед собой, будто в пустоту.

Я неуверенно кивнул ему в ответ, а затем медленным шагом подошел к его столу. Остановившись в паре сантиметров от его рабочего места, я сложил свои руки и, словно оправдываясь, ответил ему:

– Да. Их было… Много. Оружие, экипировка, расстановка, тактика – это не просто какие-то гангстеры, с которыми я боролся на протяжении последнего времени, а бойцы элитного подразделения.

Заместитель начальника взял в руки карандаш и, откинувшись на спинку стула, принялся нервно постукивать по столу, над чем-то раздумывая.

– Твои навыки должны были быть круче, – недовольно пробормотал Николаевич.

Не могу с ним не согласиться, но что-то пошло не так. Стоило поступить, как раньше. Убить Крана, а уж потом задавать вопросы.

– Ладно, с этим разберемся позже. Удалось установить, что было грузом? – спросил Дмитрий.

– Нет, – ответил я. – Три грузовика бесследно исчезли, четвертый был полностью уничтожен вместе с грузом груз. Кран явно не хотел, чтобы кто-нибудь узнал, что находиться внутри.

– А нам нужно узнать, что было предметом перевозки. Хочет он того или нет, – положив карандаш на стол, хмуро дал команду руководитель. – Любой ценой…

– А где Бакеева? – спросил я у собеседника, будто застав его своим вопросом врасплох.

– Уехала на какую-то встречу, – не раздумывая ответил Дима. – Сегодня должна вернуться. – Воронцов поднялся со стула так, будто вспомнил о каких-то важных делах, которые нужно было решить еще вчера.

Поправив свой костюм, руководитель дал мне еще одно задание на сегодня, которое явно не входило в мои планы.

– Встретишь ее сегодня из аэропорта, – приказал он. – Это было ее личным пожеланием…

– А мне что сейчас делать? – пробубнил я. Дима привел костюм в порядок, а затем стремительно пошел на выход. – Воронцов!?

Схватившись за дверную ручку, начальник развернулся в мою сторону и напряженно ответил:

– У тебя работы нет!?

Разумеется, работы у меня было навалом. Нужно было каким-то образом узнать, что находилось в тех контейнерах, а для этого нужно было установить маршрут передвижения Крана и его приятелей. На это уйдет точно ни один час. Возможно сутки. Если не больше. Ну, а вечером нужно встретить начальницу. Чувствую себя мальчиком на побегушках. Опустив свою голову, я ничего не стал отвечать.

– Вот и славно, – отметил агент напоследок.

С чего бы начать? Как отследить маршрут этих грузовиков, когда на правом берегу практически нет дорожных камер? Оставалось только, целыми днями просматривать дорожные камеры в других районах города, надеясь, что рано или поздно эти машины, где-нибудь засветятся. Это было не очень рентабельным планом. Хотя может, найдется и другой вариант. Автомобильные номера были зарегистрированы на ООО «Вихрь», а значит, Птица поможет мне с этим разобраться.

Достав мобильный телефон из кармана, я набрал номер Ромы. Дожидаясь от него ответа, я успел выйти из кабинета, закрыть за собой дверь и подойти к лифту.

– Алло! – ответил товарищ.

– Птица, привет. – поздоровался я в ответ, а затем нажав на кнопку вызова лифта, уверено заявил. – Нужно встретиться!

Мы договорились встретиться и попить кофе в восемь утра, в ООО «Вихрь». Ни один из нас, не любил обсуждать дела по телефону, так что мы быстро договорились о встречи.

Как и было запланировано. К восьми утра, я уже ворвался на территорию парковки, на своем байке. Припарковав мотоцикл, я снял мотоциклетный шлем и пошел к главному входу. Кажется, у Птицы новая секретарша, достаточно симпатичная, даже слишком, я бы сказал. Елена, если верить бейджику на ее груди. Девушка проводила меня до кабинета директора, расположенного на одиннадцатом этаже. Кажется, в прошлом году на этом этаже был ремонт. Теперь же, здесь было намного уютнее, чем на нижних этажах. Большие зеркальные двери и стены. Рома не любит быть рыбой в аквариуме и предпочитает работать, чтобы его никто не видел. Это объясняет его страсть к тонировке.

Постучавшись в дверь, Елена открыла дверь и любезно сказала:

– Роман Александрович, к вам посетитель!

Перешагнув через порог, я поздоровался с другом, который фривольно сидел за своим рабочим местом и строил глазки работнице. Кокетливо подмигнув ей, он сказал:

– Спасибо Леночка. Будь лапочкой, принеси две чашки кофе.

– Хорошо, – покорно сказала в ответ секретарша.

Может быть, Птица и не любил, чтоб за ним наблюдали посторонние во время работы, а вот наблюдать за своей молодой сотрудницей через эти блатные тонированные стены он видимо просто обожал. Кабинет Ромы удивил меня еще больше. Он кардинально подошел к новому интерьеру рабочего места. Новая темная мебель, новый потолок и стены из декоративного камня, картины на которых были нарисованы старинные замки. Здесь вроде бы стало комфортно, но одновременно и жутковато. Сам же владелец компании, своему стилю в одежде не изменяет: красная рубашка, черный пиджак, брюки и дорогие ботинки. Дождавшись пока Елена покинет кабинет своего начальника, я подошел к первой картине и, внимательно посмотрев на этот замок в готическом стиле, спросил:

– Ремонт тут сделал?

– Я подумал, а почему бы и нет!? – ярко ответил товарищ. – Давно не видел тебя дружище!

– Все мы при делах, – вполголоса промолвил я. Посмотрев в сторону друга, я пораженно сказал. – Твоя секретарша, просто огонь… Глаз от нее не мог отвести.

Остановившись у второй картины, на которой был изображена разрушенная крепость, Птица ехидно ответил:

– Это моя помощница!

Так и не насладившись мрачной картиной, я растеряно посмотрел на Рому. Интересно, чем она заслужила такую должность? Тут и к бабке ходить не нужно было, чтобы догадаться, что Птица спит с ней. Уж слишком долго они перестреливались тут глазами в моем присутствии. Повторный стук в дверь. И вот наша прекрасная Елена с подносом в руках, грациозно подходит к журнальному столику. Изящно наклонившись, фигуристая девушка поставила две кружки кофе, а затем, эффектно развернувшись к выходу, вышла из кабинета. Да уж… Я думал, такое только в фильмах бывает. Под впечатлением присев на диванчик, я улыбнулся и сквозь зубы сказал:

– Вот это да…

– Ты говорил, что у тебя, что-то срочное? – спросил Птица. Рома встал со своего рабочего места и подошел к креслу, которое также стояло напротив журнального столика. Усевшись напротив меня, собеседник продолжил. – Давай, чтобы не тратить время приступим, а то через пять минут важное совещание.

– Хорошо, – взяв в руку кружку, я сделал несколько глотков ароматного кофе. – Ты случайно, не терял грузовики?

– Что? – едва ли не поперхнувшись напитком, спросил директор компании.

Поставив кружку на стол, я фронтально развернулся к своему собеседнику и напряженно продолжил говорить:

– Говорят, что сегодня ночью, на правом берегу, была какая-то перестрелка, в которой были замечены служебные грузовики, принадлежащие твоей организации.

Птица внимательно выслушал меня, посмотрел на кружку кофе в своих руках, словно на рюмку с алкоголем и с отвращением поставив напиток на столик, спросил:

– Откуда ты все это знаешь?

– Друг из полиции сообщил, – пытаясь не вызывать подозрений, радостно ответил я. – Он ненароком проговорился про государственные номера, и тут я вспомнил, что как раз именно такие у всех твоих служебных автомобилей. Не скажешь, что они перевозили такого, что могло заинтересовать грабителей?

– Ну, вообще-то, это не твое дело! – ухмыльнувшись, проговорил товарищ. – Это вроде бы коммерческая тайна… Извини.

– Просто волнуюсь, – проговорил я. – Может у тебя с полицией будут какие-то проблемы из-за этого.

По поведению Ромы можно было определить, что он ни за что, особо-то и не переживал. Словно это все было в порядке вещей. Неужели он работал с Краном? Если это так, значит, мне было необходимо выяснить, над чем они работают. Птица поднялся на ноги и, поправив свой костюм, пошел до рабочего места, на котором лежал мобильный телефон и ключи от кабинета. Взяв мобильник в руки, он остановился рядом с окном.

– Не беспокойся о моих проблемах дружище, – сказал Роман, просматривая сообщения на своем телефоне.

На его столе, было несколько документов, рассортированных по папкам. Взяв кофе со стола, я поднялся на ноги и, тихо подкрадываясь к рабочему месту директора, попивал кофе. Остановившись рядом со столом, я аккуратно открыл зеленую папку, в которой были какие-то бухгалтерские отчеты. В синей папке была информация по закупкам, а вот в красной, возможно, было как раз именно то, что нужно. Доставка железнодорожными путями до Красного Острога. Оплата за доставку, груза именуемого, как «Камень». Думаю, Птица не сильно обидеться, если я это конфискую на время.

– Это все? – спросил товарищ. Резво схватив папку, я просунул ее под свою рубашку и продолжил самодовольно, как ни в чем не бывало, допивать горячий напиток. – А то мне пора на встречу!

– Я понимаю. Вкусный кофе, – отметил я.

Поставив кружку на край стола, я вместе с Ромой покинул кабинет. Птица проводил меня до лифта по одной простой причине, конференц-зал находился на несколько этажей ниже. Спустившись на нужный ему этаж, друг пожал мне руку и, пожелав удачного дня, вышел из кабины лифта.

Я спустился вниз и вышел из здания, а затем быстрым шагом сиганул на парковку. Остановившись в шаге от мотоцикла, вытащил из-под рубашки красную папку. Возможно, здесь была заключена информация, которая поможет выйти на Кирилла Крана.

На службе, я продолжил изучать данные, полученные из красной папки. Нужно привлечь к изучению Леонова. Думаю, ему будем интересно заняться этим. Ему вообще всегда нравиться заниматься подобной ерундой, разгадывать загадки и прочее. Правда, в последнее время этот дедуля редко появляется на работе.

Без стука, я залетел в лабораторию Дениса Владимировича. В помещение, где-то в центре, стоял странный автомобиль белого цвета, каких я раньше не видел. Он был похож на машину из времен СССР, правда, стиль ее не уступал большинству современных автомобилей. Вокруг этого чудо транспорта были разбросаны какие-то запчасти. Пытаясь найти в этом огромном помещении жизнерадостного дедулю, который, по всей видимости, и устроил тут такой беспорядок, я воскликнул:

– Нужна помощь!

Внимательно прислушиваясь к каждому шороху в помещении, я подошел к автомобилю и, посмотрев внутрь салона, удивился опрятному и ухоженному виду этой машины. Внутри было столько электроники, сколько не впихивают в современные иномарки и это действительно впечатляло. Кожаный черный, до блеска вымытый, салон радовал мои глаза. Интересно, где Леонов раздобыл такую тачку? На таком транспорте, я бы с удовольствием погонял.

– Я это предугадал! – ответил Владимирович, внезапно появившись за моей спиной.

Нельзя пугать человека, чье ремесло схоже с моим. Хотя, я бы не сказал, что сильно напугался. Но все же был на грани того, чтобы развернуться и включить инстинкт Самодура. Спокойно повернувшись к технологу, я посмотрел на радостного коллегу, который, по всей видимости, гордился тем, что застал меня врасплох.

Пожав друг другу руки, я вновь продолжил поглядывать на автомобиль позади меня.

– Оценили? – спросил Денис Владимирович. Прикоснувшись к поверхности транспортного средства, я начал проводить рукой по гладкой поверхности машины. – Это советский гоночный болид, именуемый, как «Москвич Г2». На удивление потрясающий аппарат.

Развернувшись к конструктору, я с любопытством спросил:

– На рыбалку собрались на этом ездить?

– Конечно, – с улыбкой ответил дедуля. – А бронированные стекла и железо, чтобы комары не добрались. Если честно, это мое хобби… Вам чем-то помочь Роман?

– Да. От помощи я бы не отказался, – протягивая красную папку, ответил я. – Я не силен во всех этих бумажных делах, так что решил довериться профессионалу.

Леонов с любопытством взял похищенные документы и принялся их изучать.

– Документ под грифом «секретно». «ООО «Вихрь»?» – удивленно спросил старец. – Вы же ее не… – неуверенно пытался продолжить коллега.

– Да, украл! – после не долгой паузы и критикующего взгляда, я продолжил. – Но я верну.

Владимирович развернулся и уверенно пошел до своего рабочего стола, за которым он тут же начал работать. Пока наш гений пытался получить нужную мне информацию, я продолжал наслаждаться этой четырехколесной красоткой. Как же мне было охота прокатиться на ней по ночному городу. Да и в деле, хотелось бы ее испытать. На таком аппарате можно особо и не переживать по поводу летящих пуль. Хотя не думаю, что такой шанс мне представиться.

После обеденного перерыва, я присоединился к Леонову. Пытался разобраться в том, что он так сосредоточенно выискивает на своих компьютерах. Его интересовало название неизвестного груза, именуемого, как «Камень». Что это за камень такой, который в больших количествах перевозят на поезде? И зачем он нужен был Крану? Неужели меня побил какой-то камне собиратель?

Ближе к четырем часам, Денис Владимирович начал рассуждать:

– Около года назад, между ООО «Вихрь» и неизвестной организацией, возможно зарубежной, была заключена сделка, вполне законная на первый взгляд, по поставке неизвестного объекта. Обычное обозначение для чего-то секретного.

– Нужно выяснить, что это! Мне уже хватило секретных патентов в прошлом году, – сосредоточено ответил я, пытаясь дать понять старцу, что ситуация серьезная.

Его не было на железнодорожной станции, а я был. И могу сказать точно, что подонок вроде Кирилла Крана не будет просто так участвовать в подобных мероприятиях, по перевозке груды камней. И он явно был на несколько шагов впереди, по одной простой причине – он знал, что это за груз. Какой смысл воровать что-то, когда ты не знаешь, что с этим делать?

Внимательно продолжая смотреть на различные документы, которые Леонову удалось раздобыть, я увидел нечто знакомое. Место отправление Ставрополь. Едва ли я развернулся, чтобы вспомнить о произошедших на Северном Кавказе событиях, как Владимирович, ярко воскликнул:

– Стойте! – Остановившись, я развернулся обратно в сторону коллеги и застыл в ожидании его ответа. – Это похоже на химический состав. – Откинувшись на спинку стула, инженер таинственно, спросил, словно у самого себя. – Руда?! – повернувшись на стуле в мою сторону, следующий свой вопрос он, адресовал мне. – Вихрь, разве занимается добычей руды?

– Думаю, это не совсем обычная руда, раз многомиллиардная компания решила затариться этим добром.

И в правду. Это была не совсем обычная руда…. По словам тех охотников за сокровищами, с которыми я когда-то столкнулся на Кавказе.

– Тут вы правы, – развернувшись обратно к компьютеру, промолвил Денис Владимирович. – Если верить заключению геологов то, семьдесят девять процентов этой руды нашей науке еще неизвестны.

– Неизвестны? – удивленно спросил я.

– Проще сказать, что не все химические элементы, присутствующие в этой руде, занесены в таблицу Менделеева, – более ясно ответил Леонов. – Да и по отчетам, которые вы позаимствовали у своего приятеля, можно сделать вывод, что это не единственная партия, которая была сюда отправлена.

– И как со всем этим связан Кран? – глядя в пол, тихо спросил я.

Владимирович вновь принялся работать за компьютером, чтобы хоть как-то ответить на мой вопрос. Ведь это действительно было странно, Птица никогда бы не стал сотрудничать с убийцами. Уж я-то его знаю. Да и сам Кран не сотрудничал с теми парнями на Кавказе. Но, так или иначе, он точно знал, что-то об этой руде чего не знали мы. Что-то тут было не чисто.

На протяжении десяти минут, я бродил по лаборатории и пытался выдвинуть логические теории, но все было бестолку. Неужели, Кирилл Кран решил податься в науку и получить ученую степень по геологии?

– У меня есть кое-что! – спустя еще десять минут доложил напарник.

Быстро подбежав к компьютеру, я уткнулся в экран компьютера и начал просматривать видео, которое смог найти Денис Владимирович. Это был маршрут грузовиков, которые выехали с территории ООО «Вихрь». Едва ли они успели заехать на территорию правого берега, как их перехватили те самые налетчики, на УАЗ Патриот. По всей видимости, эти парни не хотели оставлять свидетелей, потому застрелили водителей и угнали грузовики.

– Кажется, теперь мы точно знаем, что Крану никогда не стать заслуженным работником года ООО «Вихрь», – с досадой проговорил Леонов.

Продолжая пересматривать это видео снова и снова, яростно сжимая свои руки в кулаки, мне позвонил Воронцов. Не успел я даже слова вставить во время ответа, как Дима тут же сказал:

– Через сорок минут, у аэропорта!

– Понял, – ответил я.

Убрав свой телефон обратно в карман, я, продолжая свирепо смотреть на экран, попросил Владимировича, чтобы он попробовал отследить дальнейшие передвижения этих грузовиков. Я знал, что камер на правом берегу не густо, их там вообще практически нет, но может какая-нибудь камера, смогла бы зафиксировать хотя бы одну машину. А может даже при необходимости, эти болваны решили вернуться на левый берег.

Шестнадцатое января 2012 год

09:00

Голова раскалывается, мышцы стонут… Даже не знаю, что хуже, то, что я вчера перебрал с алкоголем или то, что проснулся в одной кровати с одноклассницами. Открыв глаза в первый раз, рассмотреть время на часах, которые висели на стене, прямо напротив меня я не смог. Часы троились в глаза и вдобавок ко всему расплывались и искажались. Единственное, что я смог рассмотреть, это двух близняшек, которые лежали по бокам в обнимку со мной.

Меня эта новость ничем не впечатлила, поэтому я просто уткнулся затылком в подушку и закрыл глаза. Казалось, что это просто дурной сон. Не прошло и пяти минут, как я резко открыл глаза и вскочил с кровати с тревожными мыслями. Ладно бы я переспал с одной только Соней, но я переспал еще и с ее сестрой. Вот это подстава! Поднявшись на ноги, я был уже достаточно бодр. На кровати в обнимку с подушкой лежала уже только Соня. Вот милашка, наверное, даже не представляет, как она забавно выглядит спящей.

Интересно, а где носит ее сестру? Присев на кровать, я прикрыл глаза руками и пытался вспомнить, какие у меня на сегодня были планы. Спящая девушка толкнула меня ногой так, что я свалился на пол. Поднявшись, я посмотрел на эту спящую амазонку, которая очевидно сражается во сне с огромной армией несуществующих существ или штурмует очередную крепость, сворачивая своей красотой шеи гоблинов. Развернувшись в сторону часов, я посмотрел на время и поднялся на ноги в поисках своей одежды. Разгуливать в чужой квартире голым, было не очень. Не хватало еще в таком виде, появиться перед отцом Киры и Сони. Думаю, что тогда для меня вообще все закончится не очень-то и многообещающе.

Надев всю найденную мною одежду, разбросанную по всей комнате, я поправил рубаху и, аккуратно приоткрыв дверь спальни, вышел в коридор. Нужно было сваливать из этого дурдома. Не могу сказать, что эта ночь не запомниться мне на всю жизнь, но эти сестрички славились своей нудной фигней про любовь и тому прочее. Спасибо американским фильмам, которые отравляют нашу молодежь по сей день. Хотя если быть более честным, что отравляет нашу молодежь больше американских фильмов, где есть хоть какой-то институт семьи и определение любви – это наши, советские фильмы, в которых иногда вообще невозможно отследить границы этих определений, и здравого смысла в принципе.

Продолжая тихо идти прямо по коридору, и, остановившись перед полочкой с обувью, я услышал голос Киры, которая с упреком спросила:

– Куда ты собрался?

Схватив свой ботинок, я повернулся направо, где располагалась кухня. Леонтьева сидела на подоконнике, в обвернутом полотенце и нервно покуривала сигарету. Сделав несколько шагов вперед, я остановился в дверном проеме и, ехидно посматривая на едва ли прикрытую полотенцем грудь одноклассницы, ответил:

– Домой! – после сразу спросил. – А что, хочешь что-то предложить?

Бросив сигарету в пепельницу, девушка спрыгнула с подоконника и с суровым взглядом подошла ко мне, словно ведьма.

– Предлагаю не разбивать сердце моей сестре, – нервно и сурово проговорила она.

Это даже как-то странно.

Кира оттолкнула меня назад и прошла через дверной проем в коридор, а затем, свернув налево, зашла в ванную. Встав напротив раковины, одноклассница начала смотреть на свое отражение в зеркале.

– А ты думала о сердце своей сестры, когда развлекалась вместе с нами сегодня ночью? – надменно, продолжая пялиться на девочку, проговорил я.

– Послушай ты, – угрожающе возразила Леонтьева.

Решительно развернувшись, она сделала пару шагов мне на встречу и, не выходя из ванной комнаты, остановившись в дверном проеме продолжила:

– В отличие от меня, Соне ты на удивление нравишься, даже несмотря на то, как ты поступил с Григорьевой…

– А что с Григорьевой?! – удивленно спросил я. – Насколько я понял, ей тоже понравилось. Но теперь я больше предпочитаю умненьких.

– Самовлюбленный эгоист! – ткнув пальцем мне в ключицу, вполголоса воскликнула Кира. – Я все знаю про тебя и твои штучки. Попробуй только обидеть мою сестру или разбить ей сердце, и тебе не поздоровиться. Это я тебе обещаю!

Кивнув пару раз головой вниз, я развернулся и, почесав затылок, медленным шагом пошел до прихожей. Я обулся и, сняв свою куртку с вешалки, надел ее на себя.

– Ты меня понял? – назойливо повторила эта злюка.

– Знаешь! – игриво воскликнул я. – Я тут вспомнил, что у меня уже есть девушка. – одноклассница вышла из ванной и грозно встала напротив меня. Еще не много и кажется, что она вмажет мне. Приподняв руки перед собой, я словно пытался сдержать ее. – Знаешь, на самом деле, я не смогу жить с той мыслью, что сестра моей девушки, гораздо горячее, чем моя девушка.

И вот ее глаза покраснели от злости и ярости. Она прямо, как бык, у которого вот-вот сорвет башню, и он начнет крушить все вокруг себя. Кажется, скоро случится неизбежное. Нужно было как-то ее успокоить. Только одно приходило на ум. Бежать!

– Будь славной девочкой. Объясни сестре, что у нее нет абсолютно никаких шансов по сравнению с тобой, – похвалил я Киру.

Леонтьева, разъяренно фыркнув, сделала несколько шагов мне на встречу, схватила длинную обувную ложку с комода и, замахнувшись своим оружием, словно сумасшедшая женщина-викинг, побежала в мою сторону. Мне только и оставалось: быстро повернуться, открыть входную дверь и выбежать из этого сумасшедшего дома.

25 апреля 2013 год

18:42

Значит, пока кто-то работает, начальство развлекается за границей. И зачем Леонидовне была нужна эта Куба? Как она вообще смогла так взять и исчезнуть? Эта всегда оставалось для меня загадкой. Знал бы, что она уедет, даже на такой короткий срок, я бы хоть удачи пожелал и не скорейшего возвращения. Хотя она, наверное, и так знает, как сильно я ее «люблю».

Дожидаясь свою любимую начальницу, в служебном автомобиле, я с любопытством наблюдал за обстановкой на парковке нашего маленького аэропорта, по-прежнему раздумывая над актуальной для меня проблемой. Я все никак не мог сообразить, кому потребовалась эта чертова руда! В Красном Остроге нет организаций, кроме ООО «Вихрь», которая в состоянии выделить деньги на изучение и переработку подобной руды. Может с этого и стоило начинать? По возвращению, нужно будет проверить организации в Новосибирске и Красноярске. Может там, что получиться обнаружить. Да и в принципе, осуществить проверку стоит по всему Сибирскому федеральному округу, чтобы ничего не прохлопать глазами. Водителю вообще было фиолетово на проблемы, которые нас окружали. Ему платят за то, чтобы он молча крутил баранку. Но этот важный человек, все равно являлся агентом Иерархии. Пистолет у него в кобуре тому доказательство. Знать бы только для чего?

А вот и Леонидовна вышла из центрального входа, в окружении своих пяти горилл. Интересно, мне было посмотреть на эту отчаянную банду в самолете. Наверняка перепугали всех во время полета. Слава Богу, Воронцов хоть выделил служебный микроавтобус, а то я просто не представляю, как бы мы все влезли в этот японский седан.

Одна из горилл Бакеевой, остановилась возле автомобиля и, открыв заднюю дверь, дождался пока начальница сядет в салон.

– Привет! – радостно воскликнул я.

Моя радость была такой наигранной, что Леонидовна тут же меня раскусила, изобразив достаточно удивленную женщину, которой приятно, что сотрудники так за нее беспокоятся. В прошлом, эта женщина могла бы стать не плохой артисткой. Когда все незваные гости расселись, согласно купленным билетам, водитель завел автомобиль и тронулся с места. Начальница положила свою дамскую сумочку рядом, пристегнулась ремнем безопасности и внимательно осмотрела меня, как обычно презренные лейтенанты осматривают солдат перед отбоем, а затем с интересом сказала:

– Судя по синякам на вашем лице, могу сделать вывод, что в мое отсутствие вы работали не покладая рук!

– Еще как. Ради такой-то премии в конце года, можно и постараться, – шутливо заявил я. – Как Куба?

– Вам же нет до этого дела? – подозрительно спросила Бакеева.

– Разумеется, – посматривая в окно, ответил я. – Просто рассчитывал на сувенир или какой-нибудь магнитик! Очевидно, что не в этот раз…

– Все тот же самовлюбленный эгоист, – с насмешкой сказала тетя Настя. – Как продвигается ваша работа?

– Прогресс идет. Правда пока только в области теории, – неловко ответил я, словно двоечник, который оправдывается за не выученную теорему Пифагора. – С практикой пока есть проблемы.

– Уже хоть что-то, – неохотно признала мой успех начальница. – В нашу первую встречу было наоборот. Вы ведь сначала любили косячить, а потом думать.

Как всегда, она была права!

Правда, в нашей работе было одно, но. Сколько бы время ты не сидел и не зубрил теорему Пифагора, времени на решение задачи может и не остаться. Наверное, это должен понимать каждый разумный человек. Артур Николаевич, всегда утверждал, что на войне нет времени думать. Он всегда учил соображать на ходу. Именно этому Ибрагимов и пытался научить всех своих учеников – импровизации. Пожалуй, единственное, где я смог отточить что-то похожее на этот талант или навык, был хоккей. В две тысячи одиннадцатом, я выполнил установленные наставником нормативы, которые были необходимы для вступления в его элиту.

Эта элита, была чем-то вроде общины его лучших учеников. Вместе мы ходили в походы, отмечали праздники и играли в хоккей. На удивление, хоккей был любимой игрой Артура Николаевича, как и моего деда. Жаль, что мой дедушка так и не увидел, как я взял в руки клюшку и встал на коньки. Он был бы этому рад.

Только начал вспоминать, об этих славненьких деньках на льду, как на полном ходу, в наш автомобиль всадился черный внедорожник с тонированными стеклами. Удар был настолько сильным, что наш микроавтобус несколько раз перевернулся и еще столько же и перевернулся бы, если бы не припаркованные у тротуара машины.

Хорошо, что я был пристегнут. Иначе меня бы ждал исход одного из телохранителей Леонидовны, который во время этих кульбитов сломал себе шею. Остальные чудом остались живы. Правда, один из агентов был выведен из строя, из-за открытого перелома правой руки. Так себе помощник… Главное, что начальница была в порядке. Да у нее слегка была разбита голова, но главное дышала. Остальное пустяки. Наверное, ей в лицо осколок отлетел во время столкновения. Она была в шоке и в легком ступоре, всё пыталась сообразить, что произошло, но не так-то просто после такого удара оправиться. Я-то знаю. Не раз мне так прилетало по голове.

Отстегнув ремень безопасности, я с трудом вылез из автомобиля. А вот такое было впервые, у меня словно все кости были раздроблены. Не плохо нас все же встряхнуло. Еле устояв на ногах, я облокотился на поверхность машины, чтобы лишний раз не тратить свои силы. Кровь попала мне в правый глаз. Видимо меня, как и Бакееву, тоже не плохо чем-то зацепило. Вытерев с лица кровь, я осмотрелся вокруг и увидел приближающихся со стороны трех вооруженных наемников, в военной экипировке, схожей с той, которую носили грузчики на железнодорожной станции. Достав из кобуры пистолет, я спрятался за автомобиль и дожидался благоприятного момента, ведь план в подобной ситуации, да еще и с такой головой, придумать было не так-то просто.

Когда на расстоянии вытянутой руки, предметы прекратили расплываться, я поднялся на ноги и обошел автомобиль. Остановившись прямо перед одним из врагов, незаметно приставил пистолет к виску первого попавшегося противника и выстрелил. Можно было в принципе и догадаться, что выстрел привлечет внимание двух других наемников. Но к счастью, они стояли достаточно близко к своему товарищу. Я ударил пистолетом по затылку второго налетчика. Оглушив очевидно не самого хорошего человека в Красном Остроге, я спрятался у него за спиной, достал из маленького кармашка кобуры Sеar-1, которые в последнее время довольно часто спасали мне жизнь, и проткнул насквозь этого товарища, этой совершенной во всех смыслах стрелой.

Третий сообразил достаточно быстро. Он успел развернуться и увидев меня за спиной своего приятеля, необдуманно выстрелил по своему напарнику из американского М14. После нескольких выстрелов, я, продолжая держать противника за шкирку, толкал тело убитого мною наемника вперед. Я рванул вперед на последнего бойца, прикрываясь телом наемника, параллельно стреляя по врагу из своего пистолета. Налетчик отходил назад и продолжал стрелять в нашу сторону. Прижавшись спиной к столбу, он слегка запаниковал, раз опустил свое оружие вниз и испуганно посмотрел назад. Очень удобно, чтобы всадить ему в грудь стрелу, которая по-прежнему продолжала торчать из тела его напарника. Отпустив рядом стоящего бедолагу, я сломал ему шею и, быстро прицелившись в кривляющегося от боли бойца, прижатого к столбу, выстрелил ему в голову.

Услышав звук попадания пули в автомобиль, пролетевшей в нескольких сантиметрах от меня, я, не раздумывая, забежал за машину и укрылся от предполагаемого снайпера. Надо же… Сейчас бы моими мозгами украсили эту прелестную улицу в стиле картин Айвазовского. Аккуратно выглядывая из укрытия, я смог обнаружить стрелка. Он также заметил меня и выстрелил повторно. К счастью, я вовремя успел сообразить и спрятаться обратно в укрытие. Так, нужно было что-то делать. Мы тут прямо, как на ладони. Перезарядив оружие, я мысленно перекрестился и выбежал из укрытия, стреляя в сторону врага, который находился на крыше здания. Разумеется, шанс попасть с такого расстояния из пистолета был невелик, но понервничать его это должно заставить.

Когда я добрался до здания, на крыше которого орудовал снайпер, то выбил деревянную дверь в подъезд и бегом поднялся на пятый этаж. Остановившись у лестницы на чердак, я перезарядил пистолет вновь и начал забираться по лестнице наверх. Оказавшись на крыше, я незаметно укрылся за бетонным блоком и оценил свои шансы на успешный исход. Противник находился на краю крыши и целился из винтовки в сторону служебного автомобиля. Прицелившись противнику в спину, я пытался слегка привести дыхание в норму и плавно на выдохе спустить спусковой крючок. Это необходимо, чтобы не промазать. Практически в одно и то же время, мы выстрелили, каждый в свою цель.

Слегка оступившись, налетчик выронил винтовку из рук. Развернувшись, он, не раздумывая, выхватил со своего пояса УЗИ, словно какой-то Джон Уэйн. Видимо, под одеждой этого дегенерата, был защитный слой из кевлара, раз он до сих пор стоял передо мной в добром здравии. Когда этот урод развернулся в мою сторону, я точно смог разглядеть его морду. Это был Кран! Я успел сделать еще пару выстрелов в сторону противника перед тем, как он открыл сосредоточенный огонь в мою сторону, заставив меня, в результате скрыться за бетонным блоком. Когда стрельба прекратилась, я аккуратно выглянул из укрытия и осмотрел территорию. Врага на горизонте уже не было. Что еще за фокусы? Он что вниз спрыгнул?

Поднявшись на ноги, я подбежал к лежачей, на краю крыше, снайперской винтовке и посмотрел в сторону перевернутого служебного автомобиля Иерархии. Рядом с машиной, лежала едва ли живая Леонидовна, которая пыталась прикрыть своей рукой рану в области ключицы. Все-таки подстрелил ее! Мерзавец! Это моя вина, нужно было сразу стрелять, а не восстанавливать дыхание. А, кажется вот, как он скрылся, спустился по пожарной лестнице вниз. Выходит, он не ниндзя вовсе, а обычный человек, с дешевой татуировкой на морде. Убрав пистолет в кобуру, я быстро спустился вниз по пожарной лестнице и побежал в сторону раненной Бакеевой.

Подбежав к ней, я проверил ее пульс. Еще жива. Это радовало. Правда кровь хлестала из ее раны в разные стороны, но она была еще в сознании. Посмотрев начальнице прямо в глаза, я сказал ей не отключаться и разговаривать со мной, что она, разумеется, и сделала, недовольно, повторяя:

– Пошел ты к черту Иланов! Я больше никогда не сяду с тобой в одну машину.

Абсолютно ничему не убедившись, я достал из кармана мобильный телефон и позвонил Воронцову, немедленно попросив подкрепление и помощь. Вкратце пояснив, что тут произошло, Николаевич тут же нервно заявил, чтобы я оставался с Анастасией Леонидовной и не отходил от нее, пока не приедет скорая помощь.

21:00

В конференц-зале, на огромном столе были разложены фотографии с места нападения. Было зафиксировано все до мельчайших подробностей, до каждой гильзы и капли крови. С одной стороны, ребята подготовились на славу. Знали, как застать нас врасплох. Помимо тех троих бедолаг, которых я прикончил и Крана, было еще четыре потенциальных противника, которые находились все время в автомобиле, который как раз с нами и столкнулся. Их смогла зафиксировать камера видеонаблюдения. После аварии, они скрылись за то самое пятиэтажное здание, на крыше которой находился снайпер.

Интересно, почему сбежавшие приятели не стали помогать своим покойным товарищам? Не уж-то, они думали, что все находящиеся в служебном автомобиле погибли? Возможно, целью был только один человек, и я сомневаюсь, что это был кто-нибудь из телохранителей или водителя. Оставалась Леонидовна и я. Хотели бы убить меня, Кран бы точно постарался закончить начатое на крыше. Если он наблюдал за тем, что я сделал при помощи стрелы с его людьми, тогда он точно знал, что я Самодур. Вопрос только в том, смог ли он разглядеть мое лицо?

Его целью была Бакеева. Видимо он подумал, что одного выстрела для нее будет достаточно, раз так быстро ускакал. Он точно плохо ее знает. Для этой женщины мало одной пули. Но кому потребовалось нападать на мою начальницу? Неужели Карен активизировался и решил отомстить? Это бы имело смысл. Возможно, наш разукрашенный работал на кого-то из братьев Арутюнян, раз уж он был в том торговом центре, где были установлены бомбы. Но, с другой стороны, теперь, у моего бывшего клиента нет средств, чтобы содержать бойцов, с такой элитной экипировкой, вооружением и техникой.

Продолжая разглядывать фотографии на столе, в кабинет зашел Воронцов и, подкинув новую порцию фотографий, на которых были зафиксированы личности убитых мною налетчиков, он вдруг сказал:

– Ты был прав! Аналогичная военная экипировка той, в которой были бойцы на железнодорожной станции, военное оружие, транспорт. – Словно соглашаясь со мной, Дима продолжил. – Ты прав! Это не просто банда с переулка.

– Их целью, явно была Бакеева! – взяв в руку пачку фотографий, уверенно заявил я.

– Думаешь это Черные Тигры? – спросил Николаевич.

– Нельзя это исключать! – бегло ответил я.

Не успел я просмотреть пару фотографий, как заместитель начальника в очередной раз упрекнул меня, что будущее в работе телохранителем мне точно не светит. В кабинет живее всех живых зашла Леонидовна. В нее, как будто и не стреляли вовсе. Другой бы с радостью в больнице пролежал после такого, но только не она.

– Как вы? – спросил Дмитрий.

Глава Иерархии ничего не ответила, пока не подошла к своему креслу, находившемуся рядом с окном, и ни присела.

– Пуля на вылет! – отрезала женщина. – К счастью для меня, снайпер оказался дилетантом, – величественно ответила Анастасия Леонидовна.

Положив руки на стол, тетя Настя нервно начала постукивать по столу, над чем-то размышляя. Спустя десять стуков, она, посмотрев в нашу сторону, спросила:

– Что известно о нападавших?

Она нервничала. Это было заметно по ее движениям, бегающим словам и выражению лица. Все было позади, но она по-прежнему чего-то боялась. Готов поставить свою годовую зарплату на то, что она точно знала, что по пути произойдет нечто подобное. Иначе, зачем было привлекать меня? Тем более, Леонидовна никогда бы не сказала ту чушь, которую проговорила про наемника, подстрелившего ее. Оказался дилетантом? Что за бред? Бакееву, которую я знаю, сравнила бы себя с божеством и намекнула бы на то, что от нее так просто не избавиться. О стрелке она даже и не вспомнила бы.

– Все нападавшие мертвы… – ответил Николаевич.

– Могли бы хоть одного пощадить? – с упреком спросила у меня начальница.

– Подходящей возможности не представилось!

Мой ответ особо и не интересовал эту важную женщину. Это было с ее стороны даже не вопросом, а скорее плохим и недовольным комментарием в мой адрес. Ну, хоть в кабинете, наконец-то, воцарилась тишина. Два особо важных начальника в конференц-зале были озадачены своими проблемами. Воронцов недовольно разглядывал документы на столе, словно пытался сосредоточиться на чем-то одном. На том, что ему по зубам. А Леонидовна разглядывала поверхность стены. У нее было специфичное выражение лица. Обычно именно такие эмоции на лице у людей, которые нервно грызут ногти: напряженное, безразличное и растерянное. Она была потрясена и замкнута, а этот кабинет, был для нее словно крепостью, в стенах которой она была уверена, что в безопасности.

Что-то не давало мне покоя. Именно поэтому я, рассмотрев все фотографии, представленные Николаевичем, все же решил спросить у начальницы:

– Ты же знала?

Наверняка знала! Иначе, зачем было просить меня сопровождать ее? Столько безмозглых горилл в ее распоряжении, а изучать законы физики во время кульбитов на дороге должен именно я.

– О чем вы? – сделав вид, что ничего не происходит, ответила Анастасия Леонидовна.

– О нападении! – Выражение лица Бакеевой абсолютно не изменилось, как бы я не старался. – Ты никогда не брала меня в свое сопровождение, а после нескольких часов, проведенных на побережье Кубы, вдруг решила перевести меня на низкооплачиваемую должность?

– Я вызвала тебя, только из-за нехватки персонала! – надменно улыбнувшись, ответила начальница.

Никогда в жизни не слышал такого бреда! Я воинственно продолжал смотреть на эту вредную грымзу, которая одним своим видом, пыталась показать, что ее проблемы, всяких там рабов не касаются. Да, она держалась молодцом, но за столько-то лет, я тоже много чему научился. Взгляд моей бесчувственной начальницы, был прямолинеен и грациозен. Она старалась смотреть на меня свысока, как и всегда, пытаясь психологически побороть. Но вот не задача, как бы величаво она не смотрела на меня, присмотревшись, можно было заметить, как ее уверенный взор, буквально на долю секунды, опускался вниз.

Значит я прав!

– А чего ты хотел? – встряв в дискуссию, спросил у меня зам начальника. – За последнее время, мы потеряли слишком много агентов!

– Но это не отменяет тот факт, что… – слегка повернув голову в сторону Воронцова, не глядя на него ответил я.

Стук в дверь, не дал мне договорить. Дверь открылась, и внутрь кабинета зашел какой-то стажер. Как же там его зовут? По-моему, Маркин, как-то так. Не успели из центрального холла убрать фотографию Никиты и других агентов, погибших в ту роковую ночь, как им уже нашли замену. Вячеслав Маркин, в будущем, претендовал на одну из руководящих должностей в организации. Чтобы я не думал об этом отслужившем несколько лет в армии старшем лейтенанте, его успехи действительно впечатляли, как и во время службы в армии, так и во время стажировки в Иерархии. Только я собрался продолжить свою мысль, как Леонидовна, не дав мне шанса продолжить, воскликнула:

– Спасибо! Факты потом, а сейчас вы свободны. У меня много работы.

Знаю, какая у нее работа. Сканировать отпечатки пальцев этого стажера специальным планшетом; занести их в базу, чтобы очередной новичок мог стать полноценным сотрудником с электрическим ошейником на шее. Он еще не знает куда пришел и что это за место, раз за пару месяцев, этот чудик так и не передумал сбежать отсюда. Тоже мне работа! Любой дурак, в Иерархии, управился бы с такой работенкой за две минута, будь у него доступ к этому планшету.

Между нами, явно осталось много не досказанного, как в принципе и всегда. Не вдаваясь в подробности бессмысленной дискуссии со своим уверенным начальством, я вместе с Николаевичем вышел из конференц-зала. Передвигаясь в сторону лифта, коллега сказал, что я могу быть на сегодня свободен. Прозвучало это так, будто меня отпустили раньше. Всегда мечтал уйти домой после девяти вечера.

Я не стал задерживаться в этом дурдоме, и ни на что не отвлекаясь вышел на улицу, сел на мотоцикл и рванул в единственное месте на земле, где я мог побыть наедине с собой. В коттедж дедушки. Разумеется, Карины здесь уже не было, оно и понятно. Зачем ей проводить свои вечера и ночи здесь в одиночестве? У нее есть своя жизнь: работа, учеба, которые у нее явно в приоритете, нежели все это.

Что же было в приоритете для меня, я пока еще не знал. Наверное, отомстить за смерть лучшего друга. Или что-нибудь другое? Над этим вопросом я и раздумывал сидя в подвале, напротив фотографии, на которой был запечатлен я с сестрой и братом, и дедушкой.

Шестнадцатое января 2012 год

17:01

После шести уроков и трех факультативов в школе я, не задерживаясь, рванул на тренировку. Директриса совсем сбрендила. Сказала, что посещение факультативов с этого года является обязательным условием обучения. Минимум десять факультативов в неделю. И это, когда на носу единая государственная аттестация.

Разумеется, директриса сегодня позвонит моим родителям и скажет, что я прогулял пару уроков и сбежал с одного факультатива. Ей же не объяснишь, что вчера я заснул с двумя ее любимицами. И уж тем более, невозможно было объяснить, что если я опоздаю хоть на минуту на тренировку, то тренер меня живьем съест. Что на счет родителей? Мне кажется, что сейчас им явно не до меня, они так разочаровались во мне, что стали больше времени уделять сестре. Ну и правильно, пусть лучше ее контролируют, чем меня. Может из нее выйдет что-то хорошее.

Прибежав на тренировку, даже почти вовремя, я бросил сумку на пол, чем привлек внимание Алины, разодетой в новый спортивный костюм с обтягивающим трико. Кажется, после тренировки нас ждет прогулка в Сосновом логу, уж чересчур у нее хорошее настроение. Радостно посмотрев на нее, я отправил ей воздушный поцелуй, подошел, обнял и шепотом на ушко сказал:

– Привет, родная!

– Как праздник? – посмотрев на меня, спросила она.

– В целом, нормально, – ответил я. Сделав пару шагов назад, держа подругу за руку, я смехотворно продолжил дурачиться. – Знаешь, я даже хотел тебе кусочек торта прихватить. Но утром, мое семейство не оставило бы торту ни единого шанса на выживание.

– Твоя семья явно заботиться о моей фигуре, – с улыбкой отметила Ибрагимова.

Нежно поцеловав меня, мы будто потеряли равновесие и прижались во время поцелуя к стене.

– Что-то не так? – спросила она, очевидно заметив, что я не совсем в данный момент в ее власти.

– Встретил старую подругу, – задумавшись, ответил я. – Больше десяти лет ее не видел.

– Ну, это срок! – прижимаясь ко мне, шутливо пошутила она.

– Это да… – неуверенно промолвил я.

Алина продолжала смотреть на меня, как, наверное, обычно смотрят ревнивые девушки, которые по уши любят и доверяют своим половинкам. Ей было интересно узнать про эту подругу. Я это словно прочитал по ее взгляду.

– Как сильно нас меняет время. Тогда на ее зубах были брекеты, а теперь ее фигура – это просто мечта каждого парня, – шутливо продолжил я изводить девушку.

– А за это, можно и в глаз получить! – игриво стукнув меня в грудь, проговорила Ибрагимова в ответ.

Дерзкая амазонка отошла от меня к скамейке, на которой лежала ее спортивная экипировка. Достав из сумки боксерские бинты, она присела и ловко начала наматывать их себе на запястья.

– Думаю, что твой отец, сделает это гораздо быстрее, – ехидно отметил я, вызвав на лице подруги улыбку.

Я, облокотившись на стену, продолжал наблюдать, как это темноволосая красотка с самой красивой улыбкой и взглядом, наматывает себе на запястья бинты. К слову сказать, я до сих пор любил ее. Она была моей силой и даже чем-то больше. Чем-то, что заставляло меня идти только вперед и стремиться к самым высоким вершинам.

Что заставило меня, вступить на скользкую дорожку обмана, я пока не знал. Может что-то внутри меня и в правду надломилось или даже прогнило. Некоторые старцы утверждают, что не все люди способны противостоять соблазнам и искушениям, после своих побед, которые принесли им величие, пускай и не большое. Очевидно, я пошел по наклонной после знакомства с Птицей. За время нашего с ним общения, я узнал его совершенно в другом свете. Роман Птенцов, был не просто тупым рубакой, сносящий своими кулаками абсолютно любого соперника, он также был довольно умен, целеустремлен и хитер. Может где-то внутри этот парень и был эгоистом, который всегда смотрел на всех свысока, как король на беспомощных рабов, но он всегда мог подсказать, помочь или дать совет товарищам. Как он говорил: «Эгоизм – Троянский конь чемпионов! Он же приносит победы. Он же и само поражение».

С Романом, мы стали часто общаться и видеться на хоккее. Это была традиция Ибрагимова. Он считал, что командная игра сближает игроков по духу. А хоккей, была единственной игрой, которую он считал проверкой на мужество. Артур Николаевич, каждое воскресенье собирал всех своих учеников, попавших в элиту, и гнал нас на хоккейный стадион, где мы знатно рубились за победу. Без Птицы, эта игра превратилась в скучное время провождение на льду. Ведь до своей травмы, он был главной звездой не только в нашем клубе, но и среди профессиональных хоккеистов, с которыми он иногда тренировался. Он мог в одиночку обыграть целую команду. Можно сказать, что Птица, стал моим наставником в этой игре, он давал мне советы и объяснял различные игровые финты, которыми пользовался сам. За целый год, мы перестали видеть друг в друге соперников. Рома был просто рад, передать кому-нибудь свои знания.

– Эй шакалёнок, – рявкнул тренер. Резко развернувшись в его сторону, я встал по стойке смирно и дожидался, пока наставник продолжит. – Кросс сам себя не пробежит.

Артур Николаевич накинул на себя легкую курточку, шапку и сказал, что будет ждать меня на улице. Я же, измученно посмотрев на его дочь, поднял сумку с пола и, поставив ее на скамейку, достал свой спортивный костюм. Алину мое настроение лишь забавляло. Ей нравилось, когда ее отец измывался надо мной. Закончив наматывать бинты, она резво встала и, подбежав ко мне со спины, ласково обняла и сказала мне на ушко:

– Пожелаю я тебе удачи! Сегодня, она тебе необходима…

Еще бы. Каждый так называемый кросс с ее батькой, всегда превращается в двойной марафон. Удача здесь была необходима.

25 апреля 2013 год

20:01

Карина Слепцова

Судя потому, что Рома после того, как уехал не звонил и не отвечал на мои звонки, я сделала вывод, что на сегодня, я была ему уже не нужна. Собравшись, я закрыла за собой коттедж и вышла на улицу. Быстрым шагом дошла до своего автомобиля, уселась внутрь и, посмотрев на время, рванула на тренировку.

Занятие прошло в обычном режиме. Ничего нового, фантастичного и за гранью вон выходящего. Работа над кардио, после которой шла работа на боксерских мешках. Двенадцать раундов вольного боя, до сих пор давались мне очень тяжело, особенно, когда инструктор не дает возможности где-нибудь передохнуть, а замечая, что я бью мешок чуточку слабее, он кричит на весь зал свою коронную фразочку:

– Быстрее улитки!

И вот последний раунд прошел. Плечи болят, кулаки болят, отдышка такая, что потребовалось выпить целую бутылку воды, чтобы хоть как-то устоять на ногах.

– Ты можешь и быстрее… – резво заявил Ваня.

Ох уж, этот Иван. Спрятался у меня за спиной, пытаясь разглядеть каждую часть моего тела. Развернувшись в его сторону, я сделала еще два глотка воды. Он поднял мои перчатки с матов и подошел ко мне. Протянув их в мою сторону, он душевно сказал:

– Пойдем, покажу тебе пару финтов, которые в будущем слегка облегчат твои тренировки.

– Пожалуй, на сегодня хватит, – взяв из рук этого красавчика перчатки, произнесла я. – Надо отдохнуть.

– Ладно, я не тренер, чтобы тебя мучить, – строя глазки, отрезал Ваня. – Но дам совет, вращай бедрами. Несмотря на их убийственную красоту, в них таится опасная сила. – лестно продолжал говорить товарищ.

Пока ухажер давал мне совет, я шла в сторону своей спортивной сумки. Присев на коленки, я сложила перчатки и убрала в карман сумки пустую бутылку, а затем, застегивая сумку, сделала вид, что внимательно слушаю его советы.

– Учту, – сказала я.

Быстро поднявшись на ноги, я схватила сумку и повернулась к выходу, наткнувшись, во время разворота, в сильный и накаченный торс Ивана. Его мышцы, словно скала. Я смогла одним только прикосновением, прощупать его рельеф, и просчитать все кубики пресса.

– Чуть не убила! – радостно, глядя мне в глаза произнес назойливый кавалер.

– Не переживай… – смущенно проворчала я, а затем посмотрев в сторону, продолжила. – Тебя я не убью.

Не знаю, к чему все это было с его стороны, но, пожалуй, после ресторана, он стал рассчитывать на большее, чем просто дружбу. С одной стороны, это здорово, что мужчина так в себе уверен, но с другой, он целую тренировку, не отводил от меня своего хищного взгляда, и это меня стало слегка настораживать.

23:43

Кирилл Кран

Не думал я, что в процесс моей работы влезет этот веселящий Красный Острог – Самодур. За три месяца работы, я нигде не засветился и не оставил следов. И вот, когда подходит момент завершения моей работы, появляется этот шут. Заказчик явно будет не доволен тем, что в его дела лезет этот самоуправец, возомнивший о себе достаточно многое, раз решил, что в состоянии помешать мне.

Как же он узнал про доставку груза на железнодорожную станцию? В прошлые четыре раза, все это прошло мимо него, а тут до него озарение дошло что ли? По крайней мере, я точно знаю, что Самодур знаком с одной из моих целей – полковником секретного подразделения Анастасией Бакеевой. А возможно, он даже работает на нее. Это ведь он был вместе с ней в той служебной развалюхе, запчасти которой, разлетелись по всей улице. Возможно, я даже и не узнал бы, не проткни он своей стрелой моих людей. Да… Так засветиться – это его главная ошибка.

Жаль, что я не смог разглядеть его лицо, чтобы опознать. Хотя некоторые особые приметы, разглядеть я все же смог. Думаю, что смогу раскрыть личность этого современного Робин Гуда и отправить его на заслуженный покой. Возможно даже, моему заказчику будет полезна эта информация. Разумеется, за отдельную плату.

Сегодня, у меня как раз была назначена встреча в центральном парке Красного Острога. Встреча с сотрудниками полиции, которые мне и помогут разоблачить этого жаждущего справедливости сопливого сторонника правосудия, и показать всем, что за этой разукрашенной горнолыжной маской скрывается, всего лишь на слово мошенник. Майор полиции Павел Кочубей, ранее работающий в пятом отделе полиции старшим оперуполномоченным, теперь же он несет службу обычным оперуполномоченным в Главном управлении. Он был одним из ответственных за расследования преступлений, в которых фигурирует этот разодетый клоун. Возможно, у этих умников, была полезная для меня информация.

Ребята из Главного управления знают, как явиться на встречу. На служебном автомобиле с мигалками, да еще и припарковаться на месте для инвалидов. Действительно похоже на сотрудников ГУ. Не так уж и сложно было купить этих выскочек, особенно после событий, произошедших в январе. Ведь огромная часть бюджета Министерства внутренних дел ушла на служебные проверки и расследования в отношении сотрудников. Четверть всех полицейских в городе сократили, практически половину из них посадили. Другую половину отстранили, и они продолжали ожидать своего приговора. Даже несмотря на все эти сокращения и маленькую зарплату, сотрудники полиции всегда искали заработок на стороне. Неважно какой, главное, чтобы деньги были. И чем больше, тем, разумеется, лучше.

Скажем так, заработок, связанный с крышеванием, всегда будет в приоритете у этих ребят. Тем более, когда им предлагают сумму, отличающуюся от их зарплаты в три раза. Ради таких денег, сотрудники полиции пойдут на все, лишь бы их карман не был пуст. Нет среди этих законников честных. Никогда и не было. Вопрос лишь в цифре. Вопрос всегда был лишь в цифре.

Открыв заднюю дверь автомобиля, я сел внутрь и закрыл за собой дверь. После недолго молчания, шмыгнув носом, произнес:

– Ну и?

– Это был лишь вопрос времени, когда Самодур объявится, – посмотрев в зеркало заднего вида, ответил Кочубей.

– У вас у полиции, что вообще никаких зацепок нет? – посмотрев в гордые и бегающие глазки этого опера, недовольно спросил я.

– Были только подозреваемые, – ответил сотрудник. Передав мне в руки копии допросов и объяснений подозреваемых, он продолжил. – Но их вину так и не удалось доказать.

Едко похохотав, я посмотрел в окно, в ожидании какой-нибудь мысли, которая должна была вот-вот появиться у меня в голове. Этого так и не произошло… Не удивительно. Ведь я не был готов к такому повороту событий. Встреча с Самодуром не входила в мои планы. Так утверждал мой заказчик. Он сказал, что позаботиться о нем сам.

– Вам платят солидные деньги поверх вашей нищенской зарплаты, – наклонившись к впереди стоящему сиденью, на котором сидел Кочубей, грозным голосом напомнил я. – Так что будьте добры, узнать об этом средневековом выродке все, что только можно. Вплоть до контактов его подружек. Его нужно устранить, как можно быстрее, пока он не сорвал наши планы.

– Так точно! – ответил майор.

– Я жду от вас информации в течение завтрашнего дня…

На этой ноте, я закончил разговор с товарищами в погонах и вышел из их машины, вместе с толстенькой папкой, в которой по словам опера, были копии допросов и объяснений подозреваемых, в совершении тяжких преступлений и убийствах, совершенных Самодуром.

Глава II. Пазл

28 апреля 2013 год

00:02

Дмитрий Воронцов

В январе, нам показали, что Иерархию очень легко вывести из строя. Насколько секретной и могущественной наша организация не была, никому не удавалось сделать то, что провернул брат Карена Арутюняна. Проникнуть на один из наших не функционирующих объектов невозможно. По крайней мере, все так считали.

До Тиграна, не было еще человека, который в одиночку, смог бы проникнуть на один из наших объектов и полностью вывести систему безопасности. Таких людей в истории, попросту, не существовало. Ему не просто удалось вывести нас из строя, пускай и временно, но еще и обыграть нас в нашей же собственной игре. Мы недооценили своего врага, а в результате этой оплошности практически случилось непоправимое. Треть территории центрального района, могли превратиться в руины.

Это многому нас научило. Анастасия Леонидовна, после случившегося стала параноиком. Она даже попросила выделить дополнительные средства из бюджета, чтобы модернизировать систему безопасности, на всех объектах Иерархии.

Почему же Красный Острог? Почему столь важная и могущественная организация находится в обычном сибирском городке, так далеко от столицы? Все очень просто, во-первых, на территории Восточной части страны располагались: секретные бункеры, объекты и части, в которых хранились советские технологии, секретное оружие, оставшееся со времен СССР и наши новейшие разработки на случай возникновения третьем мировой войны. Все данные, находившиеся на объектах, под специальным грифом секретности были закреплены за нашей организацией. Другими словами, мы были ответственными за все, что происходит, хранится и списывается, на территории этих сооружений. Территориально бункеры находились, начиная от республики Коми и до самой Иркутской области, и республики Якутии. Бывшие правители государства считали, чем дальше такие разработки от границы, тем лучше. Руководством страны было решено, что контролировать безопасность объектов, будет проще с территории Красноярского края. Действительно, была разница, откуда посылать немедленную группу реагирования и ликвидации в случае нападения, с Москвы или Красноярского края. Сталин, в свое время, размещал на территории Сибири эти сооружения, специально подальше от границы, чтобы в случае войны, советские войска успели подготовиться к контрнаступлению. Правда, использовать эти объекты во время Великой Отечественной войны, к счастью, никому не удалось. Немцы попросту не смогли добраться до центральной части Советского союза. Да и кто бы мог знать, что произошло бы, если до арсенала добрались фашисты?

Еще одной главной особенностью нашего далекого расположения от Москвы, являлась наша сложная иерархическая структура управления. Мы должны существовать, не привлекая внимание Государственной Думы, министров и прочих политиков, которые не имели специального допуска, но имели право возражать, когда их крепили наши агенты за преступления против государства. В столице, вообще только несколько человек знали о существовании нашей организации – сам Президент, министр обороны и его заместитель по особо важным делам, который курировал только нашу службу. В общем, последний был нашей занозой, который с особым пристрастием любил критиковать, командовать, проверять, да наказывать. Любил делать все то, что уничтожает любое желание трудиться добросовестно. Типичный начальник.

Бакеева не всегда просвещала в детали работы свое московское руководство. Ей было проще оставлять некоторые нюансы своей деятельности в секрете от всех. Хорошо, когда начальник замечает результат работы своих подчиненных, но каким способом достигается этот результат ему знать не положено. Так она всегда говорила. министр знал, что у нас есть агент Иланов, занимающийся розыскной деятельностью, но он понятия не имел, что Самодур – является одним из наших сотрудников. Руководство знает о группе «Эскадра», но он понятия не имеет, что некоторую часть этой группы, составляют опаснейшие террористы планеты, которых мы держим на тугом поводке и наморднике. Когда-нибудь нам это аукнется!

Мы тесно сотрудничали с сотрудниками Федеральной службы, но только с теми, кто имел специальный допуск секретности «Нуль». Наверное, на пару сотен сотрудников ФСБ, такой допуск имел только один человек, и разумеется это был кто-то из начальников. Также, Иерархия тесно сотрудничала с Главным управлением генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации.

Сотрудники полиции и других ведомств, не просвещенных в нашем существовании, ничего не знали. Ходили лишь слухи, но все сплетни были схожи со сказками о нашем Президенте, у которого на счетах храниться денег на десять веков вперед. В общем, Иерархия существовала, как корабль-призрак, которая появляется, когда было необходимо стране и тут же пропадает из виду.

Новая система безопасности была практически готова. Неделю назад она прошла проверку, и мы сразу же приступили к ее установке. Большинство объектов, складов, засекреченных тюрем и казарм, были перенесены, а некоторые и вовсе ликвидированы. О каждой точке знал только определенный круг сотрудников, который обладал специальным доступом к этому секретному учреждению, позволяющий пройти ему на место службы. Усиленное видеонаблюдение с системой искусственного интеллекта; усиленная охрана; дотошные проверяющие, придирающиеся до каждого пустяка, в том числе и внешнего вида. Чтобы попасть на работу, теперь было мало просто показать пропуск и свое измученное личико на контрольно-пропускном пункте. Теперь нужно было обязательно быть в списке. Если во время твоего выходного тебя не было внесено в электронную разнарядку, то на работу попросту было невозможно попасть. Отпечаток пальца на панели контрольного пропускного пункта, было обязательным условием. Помимо всего прочего, нужно дождаться, пока дежурный на объекте идентифицирует личность работника, чтобы пропустить его на объект.

В коридорах не осталось ни одного свободного места, где можно было просто постоять и побездельничать. Везде были камеры, оборудованные аудиосистемой. В лифтах была специально разработанная панель, если в базе Иерархии нет твоего отпечатка пальца, воспользоваться лифтом ты не сможешь. По аналогичной системе, нельзя было попасть в коридор, где расположен конференц-зал, в котором проходили утренние планерки. Каждый служебный телефон прослушивался; все служебные автомобили отслеживались, как и банковские счета сотрудников. Бакеева хотела, чтобы каждый ее подчиненный был на виду.

Помимо слежки за сотрудниками и безопасности объектов, была принята мера к сохранности информации. Теперь все электронные данные хранились на виртуальном жестком диске, доступ к которому имели только: суточный дежурный, наш уважаемый министра со своим заместителем бездельником, Анастасия Леонидовна и ее зам, то есть я. Из сотрудников, только по одобрению Насти, можно было воспользоваться этой информацией. Не так просто агент Иерархии мог получить доступ к этим секретным базам. А если доступ был получен, то сотрудник, в течение двадцати четырех часов, должен был предоставить рапорт, в котором подробно указана причина использования баз и информации, хранившейся на виртуальном диске. Все наши секреты хранились в секции номер три. Взломать охранную систему тайной комнаты было невозможно, по крайней так уверил подрядчик. Система разработана на новейшей платформе, специально для нас. Умельцев способных взломать подобное программное обеспечение пока еще не было.

Я принимал непосредственное участие к внедрению режима безопасности. Специалисты уверяли, что подобные работы займут около трех дней. Они не обманули, и обещали все сделать в срок. Завтра работники приступят к последнему этапу и Иерархия, наконец-то будет как за каменной стеной, которая скрывает нас от реального мира.

– Все! – залетев в кабинет Анастасии Леонидовны, с восторгом заявил я. – Завтра, система безопасности будет запущена.

– Потрясающе, – пробормотала начальница, что-то помечая в своем блокноте.

Спешить уже было не куда, я и так потерял абсолютно все, чем можно было заняться в заслуженные выходные. Присев за ее новенький диванчик, я продолжал наблюдать за этой таинственной женщиной, которая с момента возвращения с Кубы, сильно изменилась. Она по-прежнему, что-то помечала в своем дневничке, а затем, словно поставив точку, положила ручку на стол и посмотрев в мою сторону, сказала:

– Десять минут назад, от осведомителей, агент Маркин получил информацию о местонахождении одного из вербовщиков Аль-Каиды, Рустама Рапирова. По полученным данным он с прошлого года находиться на территории Красного Острога.

Этот Маркин не плохо себя показал во время стажировки. Завел себе осведомителей и со всей ответственностью подходит к службе. Прямо точная копия меня. Такой же наивный, страстный, да и в добавок ко всему выполняет самую кропотливую работу, еще и с положительным результатом. Как бы на мое место не претендовал.

– Что от меня требуется? – спросил я.

– Нужно срочно ликвидировать этого товарища! – требовательно ответила Настя. – «Эскадрон» будет готов в течение десяти минут. Ты будешь лично координировать их. Это наша возможность подняться в глазах заместителя министра.

Ну разумеется, как же иначе… Знала бы она, что невозможно подняться в глазах этого щенка.

– Что-то еще Анастасия Леонидовна?

– Да, – кивая головой, ответила Бакеева. – Как закончите, доставьте группу «Эскадрон» на объект «ЮГ». Теперь все свои операции, они будут проводить оттуда.

– Принял! – поднявшись с дивана, четко ответил я. – Разрешите идти?

– Разрешаю!

Недовольно развернувшись, я вышел из кабинета и сразу же позвонил в дежурную часть, чтобы узнать необходимую информацию поэтому Рапирову. По словам осведомителя, цель находилась на улице Мемориальной. Указанная улица находилась в западной части Промышленного района. Частный сектор, половина домов, в котором заброшенные. Улица Мемориальная была своего рода целым районом, в котором помимо Мемориальной, были еще улицы: вторая и третья Мемориальная. По площади территории, этот сектор вполне бы сравнился с площадью Подгорного или Дачного.

Группа или как теперь ее называла Настя, «Эскадра» или «Эскадрон», в состав которой входила, наша гордость и просто верные питомцы – Анальгин и Дюйма, уже поджидали своего рокового момента. По словам дежурного, они уже дожидались меня в фургоне, а это значит, что мне нужно, как можно быстрее подготовиться.

Интересно, чего это Бакеева решила меня отправить на ликвидацию этого чудика Рапирова, а не своего красавчика Иланова? Отсутствие результата в поимке Крана, не дает ему никакого освобождения от работы. Выдерну-ка, я его из теплой кроватки на работу, пусть поработает со всеми нами.

27 апреля 2013 год

23:35

Роман Иланов

Не думал я, что отслеживание пропавших грузовых машин, такое скучное занятие. Целый день, не смыкая глаз, занимаюсь поисками тех пропавших грузовиков, на которых Кран скрылся, похитив какую-то неизвестную науке руду. Не отрываясь от компьютеров, я перепроверял работу Карины и Дениса Владимировича, на сотый раз просматривая городские камеры, в надежде зацепиться за хоть что-нибудь. Но в результате найти что-то полезное для расследования мне так и не удалось.

Леонов, был выдернут на службу, по указаниям Леонидовны, для исполнения своих обязанностей. Это было связано с новым протоколом безопасности. Бакеева просто не могла, а может и не хотела рисковать своей репутацией и должностью, объясняя каким-то министрам, что потеряла контроль над одним из своих сотрудников, который перевоплощается ночью из невнимательного и рассеянного агента в самоуправца, тирана и убийцу; вдобавок ко всему, за появление которого ответственна сама тетя Настя. Было лучше держать такого монстра, как я в неведение. Подальше от высокомерных московских руководителей в безвкусных костюмах, завешанных медалями «За отвагу». Какая еще отвага в наше-то время? За что их вообще награждать? За добросовестное поедание столовской стряпни или может здоровый сон на рабочем месте?

Не успела новость о появление загадочного линчевателя облететь страну, как депутаты и им подобные тут же нашли в этом угрозу. А с появлением этого прозвища – Самодур, на Запад обрушилась самая настоящая паника. Как так? Почему власти Красноярского края ничего не предпринимают и позволяют преступнику разгуливать на свободе, продолжая кромсать жуликов и их недобросовестных коллег? Действительно. Один только Бог знает, зачем Бакеева плетет настолько сложные интриги.

Как бы мне сильно не хотелось аннулировать наш с Леонидовной договор, заключенный в начале года. И не потому, что мне не нравится эта работа, а потому, что сам факт существования этого договора, сильно ограничивает меня. Я будто чувствую себя каким-то смазливым пнём, который боится сделать выбор во время очередного задания. Все эти правила, и прочая ерунда только усугубляет ситуацию на улицах, поскольку за каждое неверно принятое решение, придется отчитываться головой. Даже мне.

Кажется, я отвлекся! Много чего со мной интересного произошло за последний месяц или даже два. Пожалуй, пропустим все эти формальности. Я бы с радостью рассказал, в красках, сколько я поломал людей, и тем более с каким удовольствием, если бы в этом был смысл! А смысла во всех этих расправах было не много. Ведь должного результата они мне не принесли. Только время было зря потеряно. Единственное, что было важно – это настоящее…

Денис Владимирович, по указанию, разумеется, своего назойливого руководства, оборудовал мой подвал в коттедже. Установил электронные замки по всему дому, с доступом только для меня, Воронцова, Бакеевой ну и его самого, разумеется. В гараже находился мой служебный мотоцикл с квадром. В подвале, костюм, наручи, различная экипировка и оружие, которое я использую во время заданий. Также в каждой комнате был спрятан сейф, в котором хранилось оружие, на особый случай. В общем, этот дом – моя крепость. Леонидовна решила, что все связанное с Самодуром не должно храниться на объекте. Ведь один только наконечник стрелы, мог вызвать у проверяющих из Москвы много вопросов. А тетушке Насте это было не нужно.

Ближе к вечеру, в коттедж приехала Слепцова. Для нее-то доступа сюда нет, но уверен, что для нее не составит труда запомнить пароль от кодовых замков. Она, судя по всему, опять была на тренировке. Я сделал такой вывод, когда разглядел на ее плечах и руках маленькие подтеки. Я хотел задать ей вопрос, на счет ее глупого времяпровождения, но Кара опередила меня чем-то более важным на ее взгляд. По словам подруги, в городской отдел полиции обратился представитель компании ООО «Вихрь», с заявлением, в котором было указано, что в ночь с двадцать четвертого на двадцать пятое апреля, были похищены четыре служебных грузовика с грузом, доставленным на железнодорожный вокзал. Разумеется, представитель не стал акцентировать внимание на то, что это был за груз, а значит, отсюда можно было сделать выводы о его законности. Вместе с заявлением, представитель предоставил информацию, полученную от технарей, работающих в компании, которым удалось отследить по GPS датчику, установленных в грузовиках, местоположение служебных машин. Даже не буду спрашивать, как Каре, это удалось… В последнее время, она научилась удивлять.

Нужно было добраться до места обнаружения грузовиков раньше полиции. Может получиться изъять что-нибудь важное во время осмотра территории. Быстро снарядившись в рабочий костюм, я запрыгнул на мотоцикл и рванул по указанным Кариной координатам. Добравшись до указанного места, заглушил мотоцикл и осмотрительно шел вперед. Активировав специальную связь, я сказал помощнице:

– Тут ничего нет!

– Странно, – ответила девушка. – Если верить GPS. Ты стоишь, прямо на устройстве.

Задумавшись, я осмотрелся по сторонам, прислушиваясь к окружающим звукам. Кажется, я тут был не один. Я слышал где-то неподалеку разговоры. Посмотрев вниз, сделал один шаг назад и увидел что-то, втоптанное в землю. Опустившись на колено, я раскопал находку и обнаружил устройство, сильно напоминающее устройство GPS. Взяв его в руку, пристально разглядывая маленький прибор, заявил:

– Видимо мы не единственные, кто знали об этих устройствах слежения!

Поднявшись на ноги, я бросил устройство на землю и стремительно пошел на шум, который продолжал доноситься откуда-то с Юга. Остановившись у обрыва, высотой примерно метра три, может четыре, я посмотрел перед собой и увидел сотрудников полиции, которые работали по заявлению представителя компании ООО «Вихрь». Они осматривали и описывали три перевернутых грузовика, брошенных в этой глуши.

Кажется, в очередной раз тупик! Грузовики были пусты. Из-за сотрудников, изучить местность и имущество компании не представляется возможным. Осмотрев прилегающую территорию, обнаружить следы дальнейших передвижений налетчиков мне не удалось. Я опоздал.

Вернувшись обратно в коттедж. Я припарковал мотоцикл в гараже, а затем угрюмый спустился в подвал. Леонов нашел время и вернулся в коттедж, чтобы завершить работу, связанную с безопасностью дома, в котором хранится имущество Иерархии. Я снял наручи и озадаченно бросил их на стол. Карины нигде не было. Денис Владимирович сказал, что она отлучилась на часик, но обещала вернуться.

– Это тупик! – с разочарованием заявил я.

– Не стоит раньше времени разочаровываться Роман, – успокоил мой нервный пыл инженер.

Осмотревшись вокруг, я подошел к компьютерному столику и, усевшись за рабочее место, принялся лично изучать данные, которые Карине удалось найти. Наверняка, если представитель предоставил точные координаты грузовиков. Значит, где-то должны быть пути передвижения этих машин. Но пользы от этой информации не так много, как бы мне хотелось. После железнодорожного вокзала, они намеренно уехали за территорию города, до того самого места, где сейчас находятся машины.

Услышав шум, похожий на стук каблуков, я развернулся в сторону лестницы и увидел Слепцову, которая с телефоном в руках спускалась по лестнице вниз. Почему она еще не уехала домой? Спустившись вниз, Кара радостно посмотрела на меня и сказала:

– Ну и шум от твоего байка!

– Тоже заметили? – спросил Леонов. Развернувшись ко мне, Владимирович посмотрел на меня, как на плохого хозяина транспорта, который не в состоянии обслуживать свои игрушки и вновь задал следующий вопрос. – Когда вы последний раз были на тех обслуживании?

Неужели только мне есть дело до того, что происходит в городе? Закатив от недовольства свои глаза вверх, я положил руку на стол и, тяжело вздохнув пару раз, нервно стукнул пальцами по поверхности стола, а после, посмотрев на Карину, я спросил у нее:

– Где ты была?

Таинственно продолжив смотреть на меня, словно я что-то подозреваю, она достаточно уверенно ответила:

– На тренировке!

Уж сильно она спокойна. Не ужели для нее это в порядке вещей? Я не хотел устраивать разборки перед посторонними, и не потому, что Леонов старше и мог заступиться за девушку, как мужчина, а по той причине, что это было не его делом. Повернувшись к коллеге, который напряженно смотрел то на меня, то на Слепцову, я попросил его оставить нас на несколько минут. Согласившись на просьбу, Денис Владимирович покинул подвал и поднялся наверх в гостиную.

– Ты слишком напряжен, – отметила Кара. – Видимо, это последствия того, что ты три месяца нормально не спал!

Поднявшись со стула, я сделал несколько шагов навстречу напарнице и остановился в метрах четырех от нее. Я смотрел вниз, не зная, как правильно сформулировать свои мысли. Да и я хотел, чтобы наша с ней беседа была похожа на дружеский разговор Ромы с Кариной, а не на агрессивный допрос Самодура и подозреваемого. Я три месяца не вылезал из костюма, поэтому уже и забыл, как это общаться с человеком.

– Я все понимаю, – разведя руками и посмотрев на собеседницу, промолвил я. – У нас у всех есть своя жизнь, но какая-то до зубов вооруженная банда творит в моем городе черт-те что. – Кажется, меня начало заносить, а этот разговор перестал быть дружелюбным и спокойным. – Пока ты ходишь на свиданки и свои ненормальные тренировки, – возмущенно продолжал я. Показав рукой на плечо напарницы, на котором был синяк, – с которых ты уходишь с синяками!

– Что ты этим хочешь сказать? – сложив руки, спросила Кара.

– Что ты мне нужна здесь, а не где-то там! – недовольно воскликнул я. – Если мы этим занимаемся вместе, значит, я должен рассчитывать и полагаться на тебя. А если ты не хочешь помогать, тогда просто скажи мне и на этой ноте мы разойдемся!

Наступила пауза. Слепцова внимательно обдумывала, что мне ответить, а я пытался успокоиться и остыть. Повернувшись в сторону тренировочной стенки с мишенями, я наблюдал за одной единственной стрелой, всаженной в центральную мишень.

– Рома… – спокойно произнесла девушка.

Я продолжал смотреть на мишень, поскольку знал, что посмотри я на помощницу и начни ее слушать, я бы в любом случае не согласился с ней и не дал бы договорить, а в результате все это бы закончилось спором. Как и всегда.

– Последние три месяца ты начинаешь перегибать, продолжала она. – За все это время, я видела тебя только днем и то спящим… А в последнюю нашу встречу, в марте, ты четко дал понять, что помощь тебе здесь не нужна. Но даже несмотря на все это, я по-прежнему всегда рядом. Но это не означает, что я должна бегать вокруг тебя, как какая-то глупая болонка!

Приблизившись ко мне на расстояние вытянутой руки, она остановилась и, переживая, спросила:

– Когда ты дома был последний раз?

– Не знаю… – не раздумывая над этим вопросом, ответил я. – Мне нужно найти Крана!

Я медленно пошел в сторону мишеней. Остановившись рядом с одной из них, я вырвал стрелу и сосредоточено стал разглядывать ее деформированный наконечник. Разумеется, мне не было до этого этой железки дела, я просто хотел отвлечься от этого разговора. В последнее время, что-то внутри меня словно вырывается наружу, какой-то демон, который живет по законам силы, хаоса и насилия, не оставляя Роману Иланову шанса на выживание в этом теле. Меня это уже начинало напрягать.

– Дело ведь не просто в поимки этого человека? – спросила Слепцова. Она была права. Просто поймать и отдать в руки правосудия, этого мне было мало. – Ты хочешь убить его!

– Да… – опустив руку со стрелой вниз, воскликнул я. – Я три месяца пытался его найти…, и я не упущу эту возможность.

– Сейчас ты говоришь, как человек, которого я встретила после возвращения в Красный Острог. Полного пороков и грехов. Напомнить, чем все закончилось тогда? В кого это тебя превратило? – не дождавшись от меня ответа, Слепцова продолжила попрекать меня. – Чем больше ты кормишь монстра внутри себя, тем меньше ты думаешь о последствиях!

Не воспринимая слова подруги всерьез, я старался стоять на своем. Развернувшись к своей Каре, я уверенно проговорил, как охотник, который уверен в том, что убийство тигра людоеда, мучащего деревню, это лишь необходимая жертва для спасения жителей поселения:

– После всего, что мы узнали о Кране за последние пару дней, лишь доказывает, что война еще не закончена. Поэтому советую сделать выводы.

Карина продолжала смотреть на меня в надежде на то, что я изменю свое отношение к своим ночным увлечениям. Но, как бы мне самому этого не хотелось, снисходительных мер по отношению к подонкам Острога не произойдет. Никогда! Пока существуют люди, схожие с Тиграном Арутюняном, Ковалькевичем или Краном, я должен делать все возможное, чтобы удержать доминантную позицию в городе.

Положив стрелу на столик, в моем кармане завибрировал мобильный телефон. Слепцова молчала. Наверное, поняла, что до меня бесполезно было пытаться достучаться. Если бы она пережила хотя бы половину из того, что пришлось пережить мне, возможно, она бы поняла, что зло – это единственное, что способно противостоять другому злу.

Достав мобильник из кармана, я прочитал сообщение от зама начальника. Опять им что-то от меня нужно. Когда же это уже прекратиться? Убрав телефон обратно, я резво схватил со стола свои наручи, надел их на руки и стремительно пошел в сторону лестницы.

– Что-то случилось? – спросила девушка.

– У Воронцова есть для меня какое-то задание! – не разворачиваясь в ее сторону, ответил я, продолжая спокойно и уверенно идти в сторону выхода.

– Надолго?

– Без понятия! – вполголоса, со злобой проговорил я.

Двадцать пятое апреля 2012 год

18:00

Кто бы знал, что в среду, вместо отработки боксерской базы, мы группой бежим кросс? Наверное, Артуру Николаевичу стало скучно, раз он вот так издевается над нами. Может это для него некий способ развлечься, а может способ посоревноваться с молодежью и показать, что он чего-то еще стоит, несмотря на свой возраст.

Наставник бежал во главе нашей группы с рюкзаком, который на обратном пути висел уже на моих плечах. Пока мы выполняли на одной из локации, заданное им упражнение – бой с тенью, он как раз и отлучился с этим портфелем куда-то вглубь леса. Вернувшись, он передал сумку мне и сказал, что если я не хочу получить по шее, то мне нужно быть аккуратнее на обратном пути.

Лучше бы этот рюкзак был пустым. Интересно, что он туда нагрузил, камней? На втором километре, я уже начал уставать из-за незапланированного груза за моей спиной. Единственное, что меня останавливало от того, чтобы сбросить эту сумку вниз и нагло воспротивиться Ибрагимову – это он сам… Не хотел бы я огрести от этого человека по шеи, в этой Богом забытой глуши. Силы в данный момент, явно не в мою пользу, из-за этого мешка, который с каждым шагом высасывал из меня все больше и больше сил.

Я уже давно должен был рухнуть на одном из этих крутых подъемов, но этого так и не произошло. Наверное, это и называется – воля. Прибежав самым последним к дому тренера, я облокотился на рядом стоящее дерево, чтобы не упасть и отдышаться. Ноги тряслись, как у какого-то цыпленка или, как у этих маленьких и тощих карманных собачек, которые при виде человека начинают верещать и скалиться.

Сняв рюкзак с плеч, я зашел в дом и небрежно бросил груз на пол. Услышав звук падения сумки, Артур Николаевич выглянул из тренерской. В его руках был йогурт, который он черпал из упаковки ложкой и с наслаждением ел, глядя на меня. Его верный пес сидел рядом с ним и будто с осуждением смотрел на меня.

– На последней дистанции сдох! Досадное зрелище, – едко глазея на меня, отрезал наставник.

– Я не рассчитывал, что обратно побегу с этим, – оправдался я, показывая рукой на валяющийся на полу рюкзак.

Артур Николаевич, посмеявшись надо мной, поставил свой недоеденный йогурт на столик и, продолжая улыбаться, быстро подошел к сумке. Очевидно, мое ворчание его сегодня больше радовало, чем злило.

– Что вы вообще туда положили? – спросил я.

– Нечто очень опасное… – промолвил тренер.

Расстегнув свой рюкзак, мужчина показал мне его содержимое. Динамит!? Внутри сумки была целая связка динамита. В данный момент, я просто молча сидел и смотрел на эту связку взрывчатки. Очень удобно, наверное, повесить на плечи подростка динамит, который в случае чего и мокрого места бы от меня не оставил. Если это месть за отношения с его дочерью, тогда я боюсь представить, что будет, когда мы с Алиной обручимся.

– Динамит!? – удивленно, сквозь зубы промолвил я. – Вы его в лесу купили?

– Нет! – закрыв рюкзак, ответил Артур Николаевич. – Это уже не первая вещица, которую я нахожу в лесу, после устроенного тобой фейерверка в лагере Мюллера.

Посмотрев на меня, Ибрагимов на протяжении нескольких секунд, сурово глядел в мою сторону, а затем, резко захохотав, сказал:

– Кто же знал, что Мюллер фанат запретной рыбалки! – Приблизившись ко мне, тренер растормошил мне волосы на голове и вместе с рюкзаком, ушел в свою комнату, проговорив напоследок. – Иди домой!

На часах было уже девять часов вечера. Никого кроме Артура Николаевича в доме уже не было, даже Алины. Очевидно, я отстал от остальных во время кросса примерно на минут тридцать, может чуть больше.

После такой тренировки, оставаться здесь желания не было. Сняв с себя спортивный костюм, я комком кинул его в сумку. Я был так расстроен тем, что прибежал последним, что даже лицо умывать не стал, прям так надел на себя свои вещи и, схватив свой баул, вышел из дома, а затем прямиком пошел на автобусную остановку.

На следующий день, я проснулся от неприятной боли в ногах и пояснице. Давненько у меня не болели мышцы после тренировки. Поднявшись с кровати, я пошел на кухню, чтобы что-нибудь перекусить. На кухне, в спешке завтракала вся семья. Мама всех подгоняла, поясняя, что они опаздывают на работу, а сестра в школу. Ничего обычного. Стандартная ситуация в этом доме. Взяв из холодильника хлеб, сыр и колбаски, я сделал себе пару бутербродов и налил чай.

– Ты помнишь, что тебе сегодня нужно съездить в университет и узнать, какие экзамены ты должен сдавать для поступления? – спросила мама.

– Да, – развернувшись в ее сторону, уверенно ответил я.

Черт! Еще ехать в университет после уроков. Хотя, почему бы не сделать это раньше? Получится даже пару уроков прогулять. Что я совсем дурак что ли, чтобы в самый час-пик ездить в центр города? Да, к черту математику! Съезжу лучше до хваленного дядей университета.

Дождавшись, пока вся семья разъедется, я быстро сходил в душ, а затем, достав из шкафа более приличную и подходящую для ВУЗа одежду, в которой будет не стыдно показаться в Сибирском государственном университете Красного Острога, оделся и вышел из дома. Я никуда не спешил и в развалку передвигался в сторону остановки. Как бы мне хотелось передвигаться еще медленней… Но, очевидно, за все то время, которое тренировался у Ибрагимова, я на подсознательном уровне перестал быть пожилой черепахой.

В общем, за тридцать минут я доехал до остановки «Сибирский Университет Красного Острога», которая находилась буквально в нескольких шагах от самого университета на правом берегу. Нужно был как можно быстрее решить тут все дела и посидеть в какой-нибудь столовке.

Переговорив с деканом факультета, связанного с экономикой, я сделал все необходимые пометки в блокноте по поводу экзаменов и проходного балла, необходимого для поступления. Ничего себе, практически двести девяносто баллов, нужно набрать для поступления на экономическую специальность. Кажется, мне это точно не светит, с моим-то посещением школы. Поднявшись на пятый этаж, где находился факультет машиноведения и мехатроники, я так же записал баллы для поступления на каждую из специальностей в свой блокнот. Кажется, что тут вероятность поступить гораздо выше. Требуется, всего лишь от ста восьмидесяти до двух ста баллов, а сдать нужно математику, физику и русский язык. В принципе, не вижу ничего невозможного! Сюда, любой дурак поступит.

Сделав необходимые записи, я развернулся и пошел обратно в сторону лестницы. Спустившись обратно на первый этаж, где располагались кафедры, непосредственно связанные с экономической сферой, я осмотрел каждую студентку, которая была в коридоре. Какие же они здесь красивые, не то, что наверху. Это именно тот случай, когда я бы не хотел подниматься по карьерной лестнице. Наверное, все-таки стоит рискнут и подать документы сюда тоже. Вдруг повезет.

Я не выходил на улицу, до тех пор, пока не налюбовался каждой студенткой в коридоре. И когда оказался на улице, сделал для себя выбор, связанный с поступлением, и внимательно осмотрел прилегающую к территории университета столовую. Мне приглянулась столовка «Все, как в СССР», которая находилась на улице через дорогу. Это заведение славилось у всех студентов образовательного учреждения, ведь там реально готовили вкусные: супы, салаты, картошку, но самое главное блюдо здесь были пельмени, приготовленные по специальному ГОСТу. Оказавшись внутри столовой, я взял поднос, сделал заказ. Пожалуй, нечего нарушать традиции этого чудесного заведения, все сюда ходят только за пельменями, поэтому закажу-ка их. Я взял тарелку с двадцатью сочными пельмешками, расплатился на кассе и, увидев свободный столик у окна, стремительно пошел до него. Усевшись по удобнее, достал телефон и положил его рядом, а затем принялся с удовольствием есть эти расхваленные на весь город пельмешки.

Не успел насладиться вкусом первой сочной пельмешки, как напротив меня села какая-та красотка. Я не мог определить, насколько эта дива была красивой, так как в этот момент был занят содержимым своей тарелки. Но, когда я все же поднял свой взгляд на девушку, то распознал в ней Карину Слепцову. Она сидела напротив меня и улыбалась в своем темно красном костюмчике и аккуратно собранными волосами.

– Привет Рома! – так и не дождавшись от меня ни единого слова, поздоровалась знакомая.

Опять Карина? От удивления я не мог даже дожевать еду. Она что, с января решила преследовать меня? К слову сказать, после той встречи с ней на дне рождение Васильева, она просто не уходила из моей головы. Дело в том, что Кара для меня всегда была образцом правильности, что ли. По крайней мере, если верить социальным сетям, в которых она зарегистрирована и глядя на нее сейчас, я точно уверен, что она такой и осталась. Видимо это каким-то образом затронуло меня. Положив ложку на поднос, я все-таки прожевал эту несчастную мясную пельмешку и радостно ответил на приветствие Слепцовой:

– Привет! Ты здесь каким судьбами?

– Я учусь рядом, – мило заглядываясь на меня, ответила девушка напротив. – На факультете уголовно исполнительной деятельности.

Только этого не хватало. Не удивлюсь, если Кира, Соня или Григорьева будут учиться в этом же университете. Порадовавшись за старую подругу, я пару раз кивнул головой и, быстро схватив ложку обратно в руку, принялся доедать еду, которая уже была не такой горячей.

На протяжении минут двадцати мы сидели друг напротив друга. Между нами было напряжение. С моей стороны точно. С ее не факт. Больше всего Кара рассказывала о себе: где училась, с кем общалась, какие у нее планы на жизнь. Больше всего она хвасталась тем, что скоро будет проходить практику в прокуратуре. И если она сдаст производственную практику на отлично, то сможет претендовать на строчку помощника следователя. Слепцова просто не прекращая говорила о своей жизни. Это, собственно говоря, и было моей тактикой. Мне всегда было проще задавать вопросы и внимательно изучать своего собеседника, нежели хвастаться своими результатами. Хотя, о чем это я? Не было у меня никаких результатов и тем более достижений. По сравнению с успехом этой девушки, я просто пыль. Я далеко не золотой медалист, за моими плечами нет никаких научных работ, а про специальность, которую я выбрал, я вообще молчу.

Карина поступила в университет Красного Острога еще осенью, и, судя по всему, ей до сих пор было сложно привыкнуть к переезду, даже несмотря на то, что она стремилась вернуться в родные края. Это была ее мечта, вернуться обратно в родной Острог и посвятить себя работе на благо своего родного города. В детстве из уст этой девочки, всегда можно было услышать, как она пророчит себя защитником этого города. Глупая шутка, ставшая явью.

На часах уже чуть больше половины одиннадцатого, Слепцова уже утомилась отвечать на мои вопросы, ей стало скучно и будто одиноко. Отодвинув пустую тарелку в сторону, я сложил руки на стол и радостно сказал ей:

– Если вдруг ты почувствуешь, что тебе одиноко или скучно, можешь сходить к нам на тренировку. Это на много лучше кинотеатра, поверь! Там всегда, что-нибудь да происходит.

Мы с Карой в детстве были близки по духу, помогали друг другу, но всегда при этом оставались одиночками. Видимо это нас и привлекало тогда. Разница, между нами, сейчас лишь в том, что я нашел людей, которые смогли изменить мою жизнь и подарить какую-то цель, а Карина нет. Поэтому я и хотел, чтобы она нашла близких себе по духу людей, как я когда-то. Может я конечно и на что-то рассчитывал, по отношению к ней. Сказать было трудно.

Карина приняла всю информацию, которую я до нее донес, а затем вдруг спросила:

– У тебя есть девушка?

– Да, – слегка колеблясь, ответил я.

Она словно поняла, что я был не уверен в своих же собственных словах.

– И как я полагаю, на вечеринке в баре ее не было!? – словно пытаясь заставить меня почувствовать угрызение совести, игриво сказала знакомая.

– Я и забыл, какая ты умная… – радостно кивая головой, промолвил я.

– Видишь, не я одна изменилась за столько лет! – как-то опечалено и в тоже время гордо, подметил будущий юрист.

Мне стало стыдно. И не за то, что я в каком-то смысле предал Алину и скрывал свой проступок от нее, а за то, что я до сих пор даже не мог этого сам признать. Я видел в этом лишь игру. Она по-прежнему мне доверяет, а я лишь использую любовь и веру. Вот за это мне действительно было стыдно. Ибрагимова вложила в меня достаточно много времени и сил, гораздо больше, чем ее отец, а я этого всего и не заслуживаю вовсе. А тут еще и Карина. В самую последнюю очередь, мне хотелось, чтобы Кара думала, что я изменщик, который может только похвастаться своим послужным списком, одураченных и доверившихся мне понапрасну девушек.

Задумавшись, я посмотрел на Слепцову и, словно оправдываясь, заявил:

– Все сложно! Время показало нам, что мы стоим на самом деле.

– Что же время показало тебе?

– Что я не такой хороший, как многие считали! – без угрызения совести ответил я, будто это и вправду было в порядке вещей.

– Помниться, когда твой дед забирал нас на выходные, ты говорил, что никогда не будешь плохим!

Она помнит все, надо же. Воспоминания ее словно не отпускали. Она сидела и смотрела на меня, как призрак из прошлого, пытаясь заставить меня почувствовать чувство вины. Интересно, это я нарушил обещание, данное в детстве, или Кара недальновидно делает выводы? Как можно сравнивать ребенка, который, не зная жизни дал обещание с человеком, который испытал на себе всю небесную кару от издевательств в школе до смерти человека, которого всегда ставил в пример.

– Тогда мы были детьми… – пробубнил я.

– Ты прав, – согласилась девушка, а затем в очередной раз, продолжила грузить меня. – Тогда тебе следует задать вопрос… Гордился бы тобой сейчас твой дедушка, узнай он, как ты относишься к людям, и в первую очередь к девушкам.

Случайно посмотрев на время, Слепцова сказала, что ей пора на пару. Поднявшись на ноги и повесив свою сумочку на плечо, она мило улыбнулась мне и сказала, что подумает на счет тренировки. А затем, оставив меня в замешательстве, развернулась и вышла из столовой.

Интересно, если она согласится, как я об этом узнаю? Посмотрев в окно, я продолжил наблюдать за Кариной, которая у пешеходного перехода, развернулась в мою сторону и помахала мне правой рукой, держа во второй руке мобильный телефон. Когда я почувствовал вибрацию в кармане брюк, то достал свой мобильник и прочитал сообщение от абонентского номера, которого не было в списке моих контактов.

«Я подумала. Пожалуй, соглашусь!», – именно так и было написано в сообщении.

Улыбнувшись, я посмотрел через окно на улицу, но подруги детства уже не увидел. Она потерялась в той толпе студентов, которые переходили дорогу. Обратно посмотрев на свой телефон, я написал ей, что тренировка будет завтра. Указал в сообщение время, место и что было нужно иметь при себе спортивную форму.

«Я заеду за тобой завтра в пять вечера. Ты же не поменял свое место жительства?», – в ответ написала Слепцова.

У Кары уже была машина? Я был несколько этому удивлен. Я ответил, что все также проживаю в Новой Роще, и убрал телефон обратно в карман. Затем поднялся на ноги, надел куртку и вышел из столовой, не спеша передвигаясь в сторону автобусной остановки.

28 апреля 2013 год

01:34

Дмитрий Воронцов

Улица Мемориальная, дом тридцать четыре. Именно здесь, по словам осведомителя, находился разыскиваемый вербовщик Рустам Рапиров. К половине второго мы уже были на месте и наблюдали за обстановкой в доме тридцать четыре. Свет внутри горел только в одной комнате. Предположительно это была гостиная или веранда. За время наблюдения, движений замечено не было. Даже Анальгин, находящийся на установленной позиции, не заметил абсолютно ничего.

Ладно, нужно было что-то уже предпринимать. Промедление могло стоить множество жизней. Именно это и повторял Маркин, который по приказу Бакеевой остался в дежурной и был с нами на связи, информируя нашу группу. Таким образом, она, видимо, хотела проверить на что способен ее новый сотрудник. А заодно и пощекотать мои нервы.

Надев защитную каску, я достал из кобуры служебный пистолет и, приведя его в боеготовность, отдал своим бойцам приказ на ликвидацию террориста в доме. В ту же секунду, девять опытных бойцов элитного подразделения выбежали из грузового служебного автомобиля, вместе со мной. Надеюсь, что Иланов, где-то рядом, и мы можем рассчитывать на него. В крайнем случае, на Анальгина.

За двадцать секунд мы заняли удобные для наблюдения позиции у частного дома. Несколько бойцов, аккуратно пробирались к крыльцу, два бойца обошли дом и заняли позиции у окон; за окнами, выходящими на улицу Мемориальную, наблюдал наш снайпер, от этого хладнокровного киллера никто не смог бы уйти далеко. По моей команде, бойцы закинули дымовые шашки в окна, а боец, который держал в руках таран, выбил входную дверь. После чего мы немедля проникли в дом и принялись обыскивать его в поисках вербовщика и его ближайших сообщников.

Внутри дома, словно не было не единой души, ни единого звука и даже писка. Анальгин также подтвердил, что не видит ничего подозрительного. В доме было пусто. Единственное, что мы смогли обнаружить – это оружие, гранаты, ингредиенты, которые вполне могли бы пригодиться для разработки какой-нибудь взрывчатки.

– Кажется, я кое-что обнаружил! – воскликнул один из бойцов, находившихся в доме.

Быстро ринувшись прямо по коридору, я подошел к агенту, который держал за ручку настежь открытую дверь и смотрел перед собой. Видимо это была кладовка или чердак, не суть важно. Важно было лишь содержимое. Остановившись рядом с ним, я повернул голову в сторону кладовки и увидел тело человека, повешенное на ремне, со множеством колотых ран. Рапиров! Можно было и без судмедэкспертов сделать вывод, что он висит тут не меньше недели. Кажется, что наша операция закончилась вполне удачно. В каком-то смысле, объект был ликвидирован, а мы при этом не потратили ни единого патрона. Но даже несмотря на это, у нашего начальства точно возникнут вопросы, относительно смерти террориста. Бакеева никогда в жизни не поверит, что мужик с множественными колотыми и рваными ранами по всему телу, смог бы повеситься.

Действуя согласно инструкциям, Маркин вызвал сотрудников Федеральной службы, которые должны были в дальнейшем взять дело под свой личный контроль. Мы в свою очередь изъяли только оружие и найденный мобильный телефон, который, возможно, принадлежал террористу.

Дождавшись ответственного сотрудника ФСБ, мы с бойцами покинули территорию дома, сели обратно в служебную машину и поехали забирать Анальгина. Когда группа была в полном составе, мы, как ни в чем не, бывало, словно солдаты удачи, поехали обратно на объект. Иланов, разумеется, также был предупрежден. Наверное, после такой радостной новости, он тут же помчался отпрашиваться у Насти домой.

Около пятнадцати минут потребовались, чтобы добраться до объекта «ЮГ», расположенного также на правом берегу, на границе Промышленного района и микрорайона «Черёмуха». Объект «ЮГ» представлял собой некую секретную тюрьму, которая была расположена под землей, на месте заброшенного строения, еще со времен СССР. Масштабы этого строения просто впечатляли, наверняка здесь могло быть, что-то вроде правительственного здания КПСС. Никто так и не захотел выкупать у государства это место, а чиновники так и не смогли придумать, что сделать с этим огромным строением. Зато Бакеева с помощью одного лишь звонка, приняла в свои владения этот недострой. Теперь это был секретный штаб Иерархии, квалифицирующийся на особой оперативной работе. Помимо всего прочего, это место еще было и тюрьмой, для таких людей как Иван Вукович или, как его уже было принято называть, Анальгина, его поехавшей напарницы Дюймы и многих других отморозков, чье содержание в тюрьме опасно, а на службе полезно.

До поворота к шлагбауму оставалось примерно метров двадцать, как откуда не возьмись, водитель неспокойно проговорил:

– Это еще кто?

Его вопрос, разумеется, привлек мое внимание и я, посмотрев через лобовое стекло вперед, увидел наемника, перегородившего наш путь. Он был разодет в черное обмундирование, а в его руках был американский М14. Он словно ждал приказа, чтобы открыть по нам огонь.

– Дави! – не сомневаясь, приказал я.

Водитель тут же вдавил педаль газа в пол и прямиком рванул прямо в сторону бойца, который тут же открыл огонь по служебной машине. Оставалось, наверное, метра три до потенциально размазанного по асфальту подонка, если бы не снаряд, который влетел в левый бок нашего транспорта. Прогремел взрыв. Автомобиль после взрыва отлетел в сторону жилого здания, полностью разрушив собой стену.

Не знаю, насколько я отрубился после произошедшего. Ненадолго, наверное, раз был еще жив, а не застрелен тем налетчиком с винтовкой в руках. Хорошо, что все коллеги внутри были пристегнуты, так бы мы точно переломали бы себе все кости. Отстегнув ремень, я свалился на пол и чуть снова не отключился. Чувство тошноты не покидало меня, дышать было трудно, как будто я был на вершине Эвереста. А ведь я там действительно был, и знаю, о чем говорю. Опустив голову вниз, я прикрыл глаза и пытался восстановиться, чтобы дать отпор напавшим на нас.

Вдруг, я почувствовал опасность. У меня словно чуйка появилась. Не знаю, как это объяснить. Да и что тут объяснять? Рано или поздно, кто-нибудь откроет дверь в автомобиль и накормит всех нас свинцом. Необходимо сделать все возможное, чтобы этого избежать. Пытаясь нащупать свою кобуру, я расстегнул застежку и достал пистолет. Затем быстро поднял голову и посмотрел на распахивающуюся дверь, позади которой стоял, возможно, тот самый налетчик, решивший, что он лучше всех.

Все происходило так медленно, а мои движения были еще медленней. Противник уже успел прицелиться в меня, а я только приготовил оружие к выстрелу. Солдат уже должен был нажать на спусковой крючок и пристрелить меня, если бы не Вукович, который находился в салоне пристегнутый ремнем безопасности. Он пустил в расход весь магазин служебного пистолета лейтенанта Мальцева, который находился без сознания и помимо всего прочего, ближе всех к Анальгину. Противник замертво упал на спину, успев сделать во время падения несколько выстрелов вверх.

После падения тела врага, я повернулся в сторону своего спасителя, который с едкой ухмылкой спросил у меня:

– Ну и долго ты будешь тут пыль собой вытирать?

Поднявшись на ноги и пошатываясь в разные стороны, словно потерявшись в пространстве, я пошел в сторону Вуковича, который не мог отстегнуть ремень и выбраться. Видимо замок заело. Дернув за ремень, я вырвал его вместе с этим замком.

Отстегнув всех бойцов, находившихся внутри, мы с Иваном выбрались из машины, чтобы осмотреть территорию и занять выгодные позиции. Не успели мы выбраться на улицу, как один из противников с РПГ на плече, прицелился в нашу сторону и выпустил снаряд. Анальгин взбудоражено оттолкнул меня в сторону. Своими действиями он вновь спас меня, только теперь от летящего снаряда. После спасения, сам боец поднял с земли М14. Воспользоваться оружием снайпер не успел, из-за подорвавшего автомобиль снаряда. Взрывная волна оттолкнула его в сторону. В этот раз, взрыв меня не оглушил, и я без особых проблем смог подняться на ноги и укрыться за мусорным баком.

Продолжая выглядывать из укрытия, я наблюдал за горящим служебным автомобилем, в котором находились мои бойцы. Обнаружив противника с РПГ, я даже прицелиться не успел, как Анальгин моментально оборвал его жизнь, выстрелив в голову из дешево приобретенного М14, затем Вукович выстрелил еще несколько раз, по внезапно появившимся на улице противникам.

Кран! Вместе со своими прихвостнями он вышел из узкого переулка между жилыми домами, и не дожидаясь пока, Иван развернется в его сторону и прикончит, прицелился в него из УЗИ и выстрелил очередью. Попадания были не смертельные, раз снайпер смог бросить автомат и скрыться.

– Воронцов мой! – яро воскликнул один из налетчиков, тем самым дав понять своим дружкам, чтобы они прикончили моего напарника.

Четыре без хребетных бойца, привели оружие в боеготовность и пошли по кровавым следам снайпера, а Кран, развернувшись в сторону мусорного бака, за которым я укрывался, начал поочередно палить из своего УЗИ. Чем больше я здесь отсиживался, тем больше давал шансов этому подонку. Нужно было прикончить его. Быстро поднявшись на ноги, я выглянул из укрытия и сразу же прицелился перед собой, предполагая, что противник где-то за мусорным баком. Он словно испарился. Я не мог найти его до тех пор, пока он не взвел курок где-то справа. Едва ли успел развернуться, как налетчик с разукрашенной рожей выстрелил в меня из револьвера, прострелив мне область верхней части груди. Упав на спину, я уполз в сторону и укрылся от него за мусорным баком. Кровь хлестала фонтаном. Даже когда я прикрыл рану рукой, кровь продолжала сочиться сквозь пальцы, не думая останавливаться. Правой рукой шевелить было достаточно больно. Я не врач, но, кажется, пуля попала кость, а может и вообще размолотила ее вдребезги.

На секунду я закрыл глаза и был уже готов принять неизбежное, как вдруг за мусорным баком открылась стрельба из УЗИ. Кран вновь открыл огонь из своего оружия, но на сей раз пули явно летели не в мою сторону. Подонок стрелял по кому-то другому. Выглянув из укрытия, я увидел, как Самодур избивает своими металлическими руками разукрашенного. Даже несмотря на то, что удары Иланова были быстрыми и сильными, этот отбитый на всю голову дегенерат продолжал стоять на ногах и сопротивляться. Наемник словно выждал момент и удачно увернулся от мощного хука в исполнение Ромы. Он оказался за спиной агента, схватил за спину и бросил самоуправца прогибом. Самодур тут же вскочил на ноги и пнул своего врага стопой в живот, оттолкнув его от себя. А затем присев на колено, достал из колчана стрелу и выпустил ее из своего ручного лука в плечо мерзавца.

Наемник, закрыв от боли глаза, сделал несколько шагов назад. Затем посмотрев на торчащую из плеча стрелу, обломил ее и бросил обломанную часть снаряда на землю. Едко ухмыльнувшись Самодуру, агент потянулся за второй стрелой, но прицелиться в противника не успел, из-за внезапно открывших огонь налетчиков, целью которых был Роман. Развернувшись, Иланов выпустил стрелу в горло одному из тех четверых солдат, которых Кран отправил ликвидировать Вуковича.

Поднявшись на обе ноги, самоуправец побежал в сторону вооруженных громил, укрываясь за различными столбами и автомобилями от выстрелов. Нельзя было упускать этого размалеванного. Подняв пистолет с асфальта, я прицелился в Кирилла Крана, который при виде меня, ехидно улыбнулся мне и бросил на землю дымовую шашку, исчезнув в образовавшейся дымовой завесе.

Самодур, по-прежнему, продолжал приближаться к наемникам, которые вели по нему сосредоточенный огонь. Перепрыгнув один из автомобилей, который отделял его от подонков, Рома ударил ногой в ключицу одного из нападавших, который находился к нему ближе всего. Приземлившись на колени, агент достал из колчана стрелу и кувырком сблизился со вторым, поразив его ахиллово сухожилие острой стрелой, пригвоздив его ногу к земле. Поднявшись на ноги, Иланов свернул шею кричащему во все горло подонку, тем самым прекратив его страдания. Выхватив у мертвеца из кобуры на ремне пистолет, юнец развернулся и три раза выстрелил в грудь противнику, который пытался встать на ноги.

Внезапно, линчеватель запустил оружие в сторону третьего. Затем отшвырнул тело второго мертвеца в сторону и побежал на третьего оппонента, который удачно прикрыв лицо от летящего пистолета, был готов ко встрече с противником. Удачно заблокировав все удары Иланова, наемник схватил Самодура за экипировку и, слегка оторвав его от земли, прижал к автомобилю, нанося ему по корпусу сильные удары. Словно, чтобы передохнуть, боец ударил Рому головой, а затем замахнулся рукой, для нанесения сокрушительного удара локтем в голову. Удар и в правду был бы сокрушительным, но коллега был обучен, и точно знал, что нужно предпринять.

Лучник быстро ударил стопой по коленке противника, а затем, ткнув ладонью в горло, схватил его за одежду и ударил головой в ответ. Наемник словно падая на спину, сделал несколько быстрых шагов назад. Еле удержавшись на ногах, налетчик достал пистолет и прицелился в Иланова. Выстрел! Наемник, с пулевым ранением в затылке, выронил оружие из рук и замертво завалился на бок. Выбежавший из укрытия Анальгин, резво произнес в адрес своего соперника (в прошлом):

– Отплатишь как-нибудь потом!

Долго не церемонясь друг с другом, бойцы развернулись в сторону дымовой завесы и подбежали ко мне. Ряженые агенты вызвали подмогу и находились рядом до тех пор, пока медики не доставили меня в госпиталь на объекте «ЮГ».

03:02

Роман Иланов

– Как Николаевич? – после непродолжительной паузы, образовавшейся после полного отчета Маркина, спросила начальница.

Новенький заслуживает похвалы. Так сильно хотеть работать ночью. На такое способен далеко не каждый. Это было даже как-то обидно, видеть на должности Никиты этого выпендрёжника, но нужно отдать должное, парень и в правду был хорош.

– Пуля не повредила жизненно важных органов. Врачи говорят, что ему необходимо отлежаться на больничном, – важно ответил агент. – Я подготовлю отчет к утру Анастасия Леонидовна.

Он как будто за ранее речь подготовил. Этот парень обладал всеми важными качествами, которым и должен обладать агент столь важной организации или проще сказать помощник Бакеевой. Он знал, как выкрутиться из любой экстренной ситуации в этих стенах; как правильно преподнести плохую информацию и тем более словно знал, что нужно отвечать нашей зубастой и кровожадной начальнице.

Пора бы и мне вмешаться!

– Они знали наш маршрут! – с трепетом заявил я.

– К чему вы ведете Роман? – слепо полагаясь на безопасность стен Иерархии, спросила Бакеева.

– Кто-то слил Крану месторасположение объекта «ЮГ». – спокойно ответил я. – Видимо он думал, что застанет в служебной машине тебя и закончит начатое.

– Про маршрут и место расположение объекта информацию ему слили, а про то, что я не участвую в ликвидации террористов и перевозки группы «Эскадрон», упомянуть забыли? – с каким-то своеобразным подколом спросила Леонидовна.

Действительно, по меньшей мере, это более чем странно. Если Кирилл Кран каким-то образом подкинул в руки Бакеевой данные о местонахождении Рапирова, с целью выманить главу Иерархии и ликвидировать, он должен был знать, что затея эта неудачная. Директор секретной организации точно не станет ездить на ликвидацию террориста. Это, как минимум глупо. Значит, есть вероятность, что ему слили информацию о местоположении засекреченной базы «ЮГ», и все что ему оставалось – это дожидаться момента, чтобы напасть. Не думаю, что Кран настолько глуп, чтобы пойти на такое, не будучи уверенным, что в машине не будет нужной ему цели.

В этот раз целью была точно не Леонидовна, как бы мне этого не хотелось. Похоже, что теперь, целью был зам начальника.

– Кран охотиться на руководство Иерархии!? – неуверенно проговорил я, словно пытаясь понять намерения террориста.

– Зачем ему это? – быстро обдумав мои слова, удивленно спросил Маркин.

– Не важно, – не обращая внимания на новичка, ответил я. Опустив голову вниз, я задумчиво продолжил свой ответ. – Важно то, что он нас побеждает!

– Нет! – возразила Леонидовна. – Он побеждает вас. И все это происходит только потому, что вы не собраны.

– Решила сделать меня козлом отпущения? – недовольно рыкнул я.

Ее тон, взгляд, даже отношение к делу мне и вправду не нравилось. После январской бойни, она словно захотела повесить на меня всё, что только можно повесить на подчиненного. Начальница вспомнила каждую ошибку, которую я совершил по ее вине, и предъявляла их в мой адрес. Ведь это из-за меня погибло столько агентов, которых они на пару с Воронцовым внедрили в картель. Это я виноват, что погибла жена Карена, погиб Никита, а теперь я еще и был виноват в том, что Кран отстреливает агентов. Расскажи эта высокомерная выдра мне всю правду, я бы его уже давно поймал. Но нет, параллельно мне нужно поручать ликвидацию пустоголовых вербовщиков и мелких дилеров, с которыми спокойно в состоянии разобраться даже горе полицейские.

Ведь Иерархии нужно повышать статус. Потому начальство пихает нас куда только можно, а агентов благодаря мне не хватает. Ведь это, наверное, именно я вручил им билет в один конец.

– Позвольте вам напомнить, что вы на службе, – свысока ответила Леонидовна, словно у меня не было выбора. Словно одно лишь слово служба, должно что-то для меня значить. А затем случилось просто что-то невероятное. В Бакеевой, которую я знаю, проснулось чудище. Она поднялась со своего стула и в гневе, яростно критикуя меня, будто какого-то слабовольного школьника, продолжила. – Кран наемник и убийца, а значит остановить его в состоянии только ему же подобный, а не мямля, которой не хватило трех месяцев, чтобы оправиться от последствия своей же собственной ошибки. Советую подумать на досуге.

Это точно Леонидовна передо мной? Я еще никогда не видел подобного животного в ее обличье. Даже не знаю с кем сравнить ее из дикой природы. Наверное, с медоедом, который всегда спокоен, а проголодавшийся, всегда представляет опасность, вызывая у любой своей добычи страх.

Надеюсь, Маркин поймет, что не стоит доводить свою начальницу до такого состояния, если он хочет быстрого карьерного роста. Агент стоял в стороне в ошеломленном состояние, поди рассчитывал, что попал на работу мечты. Теперь ему, наверное, придется придумывать новый план, а может даже на всякий случай и подлизнуть своему любимому начальнику.

– Я думаю, что все делаю правильно! – сдержанно, заявил я в ответ недоразвитой Горгоне, ошибочно попавшей на место директора.

– Ваша работа не думать, а выполнять приказы, которые перед вами ставит начальник! – требовательно заявила злобная женщина. – Делайте то, что от вас требуется. Ликвидируйте этого психопата, а думать у нас есть кому и без вас.

Не хотел задерживаться в этом цирке, где главным гостем программы является высокомерная дамочка, которая настолько боготворит себя, что считает каждое свое решение, даже самое глупое и не логичное, каких большинство, единственным и верным.

Двадцать седьмое апреля 2012 год

17:05

Очередная тренировка, закончившаяся моим избиением. Давненько я не попадал в такую ситуацию. Даже не знаю, что со мной происходило. Я словно был не собран. Да, и желания драться и кому-либо что-то доказывать у меня не было. Единственное, над чем я в данный момент продолжал думать, во время спарринга с тренером, так это над словами Карины, которая спустя столько лет продолжала видеть во мне нечто хорошее. Она видела хорошее там, где его абсолютно не было, а я видел кулак Ибрагимова, который летит прямо мне в глаз.

Удачно увернувшись от удара Артура Николаевича, я зашел ему за спину и, встав в боевую стойку, сосредоточился и уже был готов атаковать. Еще немного и я упал бы в глухой нокаут.

– Ты точно готов? – спросил у меня оппонент.

– Да, – неловко ответил я. – А что?

– Видок у тебя не очень…

Словно введя меня в замешательство, опытный соперник внезапно, рывком приблизился со мной и ударил мне кулаком по лицу, сопроводив свой мощный джеб, ударом колена в грудь.

– Чего это ты? – удивленно спросил тренер, рассчитывая на то, что я должен был предвидеть его грязный трюк.

Вся наша команда сидела на матах и смотрела наш с ним бой. На удивление даже Слепцова наблюдала за этим позором. Я вообще-то рассчитывал на то, что она будет заниматься со снарядами и общаться с остальными девчонками, а не смотреть на то, как меня с пристрастием отделывает тренер, который по совместительству еще является отцом для моей девушки. И зачем я только ее сюда привел?

Продолжая присматриваться к движениям Ибрагимова, я пытался взглядом разыскать среди сидящей на матах толпы Алину. Ее взгляд всегда подсказывал мне, что нужно делать, а в поединке с ее отцом, мне это просто необходимо. Конечно, такому человеку было не стыдно проиграть. Ни один находившийся в этом зале парень, так и не смог победить его. Да что победить, даже приблизиться к победе были не в состоянии. Единственный в ком Артур Николаевич видел конкуренцию это во мне. Я единственный, кто был к победе над ним ближе всех остальных. Может именно поэтому мне и не хотелось проигрывать на глазах этих неудачников.

Оппонент, был спокоен и собран, как и всегда. Его трудно было застать врасплох, даже практически невозможно. Сделав резкий рывок вперед, я, наверное, рассчитывал, как раз именно на то, что хоть в этот раз тренер запаникует, но этого так и не произошло. Напротив, он даже мне подыграл, чтобы побыстрее поймать меня на свой крючок. Подставившись под мой удар, Ибрагимов довольно ловко увернулся от моей пролетающей, как молния, ноги, а затем, не дав мне закончить удар, сблизился со мной и подсек мою опорную ногу, уложив меня на землю. В этот раз, он сделал это довольно безболезненно.

– Не собран! – осуждающе подчеркнул мужчина. – Ты пришел на тренировку или куда?

Развернувшись на бок, я посмотрел на Карину, которая стояла рядом со снарядом и испуганно смотрела в мою сторону, в окружении других девчонок. Для нее это точно было в новинку. Вряд ли в Новосибирске был тренер, который так избивал и орал на своих учеников, как этот. Она даже не представляла, что это было самым безобидным, что Артур Николаевич со мной делал.

Поднявшись на ноги, я встал напротив оппонента, на удобную для меня дистанцию. Принял боевую стойку и, сосредоточившись, но недостаточно уверенно ответил:

– На тренировку!

– Тогда соберись, – выкрикнул отец Алины.

Не сказал бы я, что в этот раз наше с ним противостояние было таким же удачным, как предыдущее. Из трех раундов он, наверное, выиграл абсолютно все. Он доминировал в каждом раунде. Самая легкая победа. Ему даже делать-то ничего не пришлось. Только ловить меня на моих же ошибках. В третьем раунде, наставник мне поддавался, но я не мог с уверенностью сказать, что раунд был за мной.

Присев на скамейку, после, наверное, самого тяжелого поражения в этом месте, я, схватившись за голову пытался разобраться с причиной своего провала. Раньше может, я и проигрывал, но всегда вставал и продолжал бороться. В этот раз, такого не произошло. Я словно знал, что проиграю и как типичный неудачник сдался раньше времени.

Алина села рядом со мной и держа меня за плечо, пыталась привести в чувство после спарринга, нежно поглаживая мою руку. Артур Николаевич, поблагодарив всех за тренировку, распустил народ и, пройдя мимо нас, с ухмылкой сказал дочери:

– Сдулся красавчик!

Продолжая радоваться моему провалу, тренер с улыбкой на своем лице ушел в свою комнату и заперся там.

Ибрагимова продолжала сидеть рядом, и пыталась как-то развеселить меня. Говорила, чтобы я не отчаивался. Что это поражение ничего не значит, и я по-прежнему лучший. Она ластилась ко мне и обнимала так, как, наверное, обнимают только любимых. Но мне не было до этого дела. Меня волновало только позорное поражение. После всех этих мучительных тренировок и пыток, такого не должно было произойти.

Вдруг подруга достала из-под скамейки подарочную упаковку, длиной почти в полтора метра и подтолкнула ее мне.

– Это тебе! – радостно воскликнула Алина. – Тебе должно понравиться.

Взяв некий сюрприз из ее рук, я сразу же принялся распаковывать упаковку. Оказалось, что внутри была хоккейная клюшка, которая принадлежала моему деду. Эта клюшка была для него своего рода трофеем. И не потому, что на ней был автограф известного в его время хоккеиста Сергея Федорова, все было намного серьезнее. Мой дедушка, по молодости, играл в одной из городских хоккейных команд, именно на одной из этих игр он и познакомился с моей бабушкой. На одну из их годовщин знакомства, бабушка подарила ему эту клюшку с автографом. Она как знала, что такой подарок с автографом уважаемой спортивной звезды СССР ему понравится. Возможно, именно поэтому дед так и любил эту вещь. Чуть ли пылинки с нее не сдувал.

Только вот я дурак вместо того, чтобы купить клюшку специально для игры в хоккей, тайком стащил единственную память, которая осталась у моей бабушки. На тот момент, я и не знал, что это какая-то особенная вещь. Разумеется, в первой же игре, клюшка сломалась, и мне пришлось рассказать о случившемся бабушке, которая и рассказала мне историю об этой клюшке. Мне было стыдно, что мой эгоизм и ветреность уничтожили нечто ценное и важное для моей бабушки, но она отреагировала достаточно спокойно, пояснив, что это всего лишь клюшка.

Я, как дурак, хранил обломки этой памятной вещи у себя дома. Пока вдруг Алина эти обломки не обнаружила. Она своими чарами, выудила из меня всё до мельчайших подробностей рассказанной бабушкой истории. Восхищаясь настоящей любовью моих родственников, она уверила меня, что я поступил правильно, не избавившись от этих обломков.

– В отличие от вещи, память починить нельзя, – так говорила Ибрагимова.

Спустя несколько месяцев, она забрала у меня обломки клюшки и пообещала, что реставрирует ее.

И вот. Этот день настал. Клюшка была как новой. Это было просто невероятно. Обычно никто не берется ремонтировать и собирать по кусочкам сломанный спортивный инвентарь, в этом не было смысла. Играть уже такой клюшкой точно не получится.

– Как? – спросил я.

– Неважно, – радостно ответила мне девушка. – Память о любимых, всегда должна быть рядом.

Не знаю как, но кто-то явно постарался, чтобы придать этой клюшке первозданный вид. Я уже почти пришел в себя и даже хотел повернуться к любимой, чтобы поцеловать, как вдруг напротив нас встала Слепцова и мило сообщила:

– Рома, я, наверное, пойду собираться, – когда она привлекла к себе наше с Алиной внимание, подруга детства неловко спросила. – Тебя ждать?

– Нет, спасибо! – положив клюшку сбоку от себя, с улыбкой ответил я.

Развернувшись обратно в сторону Ибрагимовой, я посмотрел в ее яркие глаза и, нежно обхватив за талию, поцеловал. Из всех девушек, с которыми я был, только эта целовала меня так безумно. Рядом с ней в этом деле никто и не сравнился бы. Она была вне конкуренции. Этот поцелуй должен был продолжаться вечно, но Алина, оторвав свои губы от моих, вдруг спросила:

– Кто это?

– Это Карина. Я тебе про нее рассказывал! – задумчиво ответил я. Моя амазонка никогда не давала повода для ревности. Она будто не видела конкуренции в окружающих меня девушках. Но вот в этот раз, по ее взгляду можно было определить, что она была словно сокрушена и чем-то озадачена. – Тебе, не о чем беспокоиться.

Несмотря на то, что Карина и Алина обладали естественной красотой, о которой большинство могут только мечтать, они были абсолютно разные. Ибрагимова была более волевой, сильной, как физически, так и ментально. Она мотивировала меня и придавала силы, с ней я чувствовал себя важным. Слепцова была абсолютно не такой. Конечно, многое изменилось с нашей последней встречи, но за последние несколько дней я сделал некоторые выводы. Кара одним своим взглядом умудряется спускать меня на землю. Она была обычной, ничем не приметной девушкой. Разумеется, поддерживаю я с ней контакт не потому, что, на что-то рассчитываю… Возможно, из-за своей простоты мне и хотелось, чтобы человек вроде нее был рядом. В последнее время мне это было необходимо.

– Тогда поговорим о тебе, – переживая, сказала подруга. Обхватив мою шею руками, она посмотрела мне в глаза и, поглаживая меня, спросила. – Что случилось с тобой?

– Не важно, – пытаясь отвести от нее свой взгляд, ответил я.

– Нет важно! – воскликнула она. Нежно прикоснувшись к моему лицу, она повернула мою голову в свою сторону. – Рома?!

Алина посмотрела на меня своими сверкающими, словно бриллианты, глазками и в очередной раз пыталась прочитать меня, как любимую книгу перед сном.

– Просто не выспался.

– Врать ты не сильно умеешь, – с улыбкой прокомментировала Ибрагимова, продолжая согревать мою душу своим взглядом. – Ты же прекрасно знаешь, что ты можешь мне все рассказать.

– Мне кажется, что я совершил ошибку и не одну, – с дрожью прикоснувшись к рукам прекрасного ангела, которые удерживали мою голову, я опустил свою голову вниз.

Я не боялся рассказать ей правду об измене. Рано или поздно, она все равно будет вынуждена узнать. Больше всего мне было страшно смотреть в глаза, полные любви и надежды после таких проступков. В моей жизни еще не было человека, который так сильно меня любит и верит. Поэтому я до последнего ходил вокруг да около, пытаясь как-то выкрутиться.

– Узнав, ты будешь сильно разочарована, – продолжил я.

– О чем ты?

– Если я скажу, то сделаю тебе очень больно, – шмыгая носом, ответил я. Вновь посмотрев в ее очаровательные глазки, мы опустили свои руки вниз. – Иногда мне кажется, что ты совершила ошибку, приведя сюда мальчишку неудачника.

– Я привела сюда не мальчишку неудачника, а человека, который, несмотря на свои возможности, хотел добиться чего-то праведного…

– В этом и проблема, – вполголоса произнес я. – Ты до сих пор считаешь меня таким… Добрым и заботливым… Целеустремленным.

– Ты такой и есть. Ничуть не изменился, – пыталась подбодрить меня Ибрагимова.

Она по-прежнему улыбалась и, казалось, что до сих пор стояла за мной горой, словно ангел покровитель. Только вот после содеянного, я не заслуживаю к себе такого отношения. Вряд ли я вообще что-то заслуживал.

– Тогда как такой человек, может причинять боль тем, кого любит? – упрекая самого себя, спросил я.

Алина, ненадолго задумавшись, осмотрелась по сторонам в поиске ответа, а затем пододвинувшись ко мне по ближе, взяла меня за руку и, прислонив ее к своему лицу, нежно провела по своей коже. Подруга, прикоснувшись своими губами к моей ладони, поцеловала ее. Крепко удерживая мою кисть в своих руках, она медленно опустила ее вниз и сказала:

– У каждого есть темная сторона. Чем больше ты ее кормишь, тем сильнее она становится. – Во время паузы, Ибрагимова заметила, что я расстроился и, вновь прикоснувшись своей теплой и нежной рукой к лицу, продолжила. – Эй! Ничто не превратит тебя в того, кем ты не являешься!

– Значит, я всегда был таким! – отметил я.

Всегда ли я был лживым и фальшивым?

Любимая опустила свою руку и, словно подозревая что-то не ладное, сомнительно продолжила смотреть на меня. Наверное, прокрутив в своей голове ни один подходящий вопрос, возникший у нее в голове, она осторожно спросила:

– Каким?

28 апреля 2013 год

06:54

Приняв в свой адрес критику начальства, я спустился в отдел Леонова. До семи утра я работал с навороченными компьютерами и многофункциональными базами Иерархии. Глупо просто уйти домой, после подобной словесной перепалки с Бакеевой. Со стороны это было бы похоже на бегство никчемной болонки, которая после драки с доберманом, убежала прочь, поджав свой хвост. Так убегать не в моих правилах.

До самого утра, я по несколько раз просматривал камеры видеонаблюдения. Всматривался в каждую деталь. И если с камер на объекте «ЮГ» и был хоть какой-то толк, то от городских его не было вообще. Он словно знал расположение всех городских камер, и знал, как остаться не замеченным. От номеров его автомобилей толку не было. Такие регистрационные знаки на территории России не зарегистрированы. От найденного оружия толку столько же, сколько и от погибших налетчиков. Установить их личность и получить полезные сведения невозможно.

Во время работы, я так переутомился, что глаза просто разрывало от неприятной боли. Смотреть в монитор становилось больнее с каждым разом. Такое ощущение, что мне прыснули солевой раствор в глаза. Я еще никогда не был таким сломленным. Попросту я не представлял, что мне делать.

В семь утра, в отдел спустился Владимирович. Заметив мое измученное состояние, он вместо того, чтобы пойти на планерку, решил остаться и помочь мне. Усевшись за свое рабочее место, старец принялся делать ровно тоже, что делал и я с момента возвращения в Иерархию. Затем, он загрузил какую-то утилиту и принялся ждать пока пройдет загрузка. Поднявшись со своего рабочего места, коллега стремительно рванул до компьютерной консоли, которая находилась рядом с открытым сейфом. Данная консоль представляла собой планшет, по размерам сравнимой с маленьким комодом, на верхней поверхности которого находился сенсорный экран. С левой стороны устройства были провода, с помощью которых можно подключить различные устройства, электронные накопители и дискеты. Кажется, это штука предназначена для дешифровки различных приспособлений или мобильных устройств; копирования и передачи данных; взлома и не только.

Преимущество данного аппарата заключалось в том, что оно являлось более функциональным и продвинутым. Леонидовна вообще решила кардинально изменить имидж своей организации. Помимо какой-то новой и навороченной системы безопасности, она так же снабдила своих сотрудников высококлассным вооружением и защитой, выделила финансирование на новые транспортные средства, также она не хило прокачала информационную составляющую: новые компьютеры, которые были гораздо мощнее старых; новые утилиты; противовирусные программы. Ну, прям, лучший начальник года. Давало бы это все результат.

Теперь мы могли без особых трудностей восстановить все данные на мобильном телефоне или компьютере, даже если они были удалены, скрыты или зашифрованы. Если восстановить или просмотреть скрытую информацию не составляло труда и раньше, то вот с зашифрованными сведениями все еще были проблемы. Последнее время мы сталкивались с какой-то мудреной шифровкой, которая не позволяла копировать данные или просмотреть их, без риска потери. А вот это устройство, разработанное нашими программистами совместно с американскими умами, позволяло просматривать любые данные находящиеся даже на другом конце города, без копирования и передачи на основное устройство. Я не особо силен в этих хакерских заморочках. Может я что-то и перепутал, и соврал, пока пересказывал то, что мне рассказал один из гениев Иерархии, находившийся со мной в одном помещении. Главное, чтобы это работало и давало необходимый результат.

Конечно же, это был лишь вопрос времени, когда хакеры и тут нас обойдут. На каждую крепость найдется свой завоеватель, а на каждую защиту – найдется свой лом. Так что, нужно использовать все возможные ресурсы. Пока это еще было возможно. Леонов ловко запустил свое новенькое оборудование, которое получило название RadeonXL-341. Как он мне пояснил, эта электронная машина, дешифровало защищенные данные на телефоне. Нашей основной целью была программа, которую использовал Кран на протяжении всего времени пребывания в Красном Остроге.

Денис Владимирович, поработав за консолью несколько минут, с серьезной харизмой, отключил один из электронных накопителей от оборудования и пошел обратно до своего компьютера. Усевшись за свое кресло, он подключил к компьютеру накопитель и вновь принялся что-то делать, быстро тыкая по клавиатуре. Он работал просто с сумасшедшей скоростью; наоткрывал множество окон и панелей; одновременно что-то записывал в электронных блокнотах, словно писал какой-то код или даже программу. Понимал бы я хоть что-то, что сейчас делает этот дедуля.

Коллега с такой скоростью работал на компьютере, что я даже не успевал бы записывать все его действия в лекционную тетрадку. Ладно. Не время было восхищаться. Главное, чтобы это принесло результат.

– Есть прогресс? – спросил я.

– Да, – победно ответил Леонов. – Кажется, я только что дешифровал программу, которую использовали ваши дружки с опасными связями.

– Как ты это сделал? – удивленно спросил я. – Мне казалось это невозможно!

– Вы же прекрасно понимаете, что в нашем мире нет ничего невозможного, – гордо заявил старец.

Просматривая некую информацию на компьютерном мониторе, которую нашему седому гению удалось получить. Будь у меня в распоряжении вечность, я все равно не смог бы разобраться в полученных данных, потому смиренно ждал, когда коллега скажет мне уже то, что приведет меня к моей цели. Этого так и не произошло. Владимирович лишь молчаливо продолжал изучать какие-то коды, расписанные в электронных блокнотах.

– И как это должно помочь мне?

– А вы как себе представляли сложную дешифровку данных? – с удивлением спросил Денис Владимирович. Наверное, насладившись моей беспомощностью в данной науке, как коварный преподаватель на экзамене, программист развернулся обратно в сторону экрана и продолжил свою работу. – Это, что-то типа зашифрованного исходного кода, в котором скрыты сообщения всех людей, которые ранее использовали программку Кондрашова.

– Как это возможно?

– Его телефон подключен к электронному облаку. Что-то типа электронного хранилища. Теперь у нас есть к нему доступ.

– Значит Кран у нас в кармане?

– На счет этого не уверен. Чтобы отследить устройство, подключенное к этому самому облаку, необходимо время. И то гарантия не стопроцентная, – задумчиво продолжал отвечать Леонов. – Но я постараюсь разобраться с этим так быстро, как только возможно. Вам бы кстати поспать.

– Как много потребуется времени? – спросил я.

– Этого я вам сказать не могу! – ответил помощник. – Как только у меня что-нибудь появиться, я вам сразу же сообщу.

Не думаю, что он будет перебирать все эти коды вручную. Скорее всего, Денис Владимирович воспользуется очередной утилитой, которая значительно упростит ему работу. А если у него каким-то образом получиться установить местоположение Крана, это будет просто замечательно. Пока старец работает, я, пожалуй, воспользуюсь его советом и посплю. В любом случае, мне тут делать нечего. По крайней мере, до тех пор, пока не подтяну информатику. Желательно за пятый и шестой класс включительно.

18:56

Карина Слепцова

Сегодняшняя тренировка запомниться мне надолго. Инструктор не пришел на занятие, и, в связи с этим, Иван решил взять на себя тренерскую инициативу. Скажем, в начале у него это получилось не плохо. Он давал наставления новичкам и внимательно следил за выполнением всех упражнений, как мне показалось, очень фанатично. Когда надоедливый ухажер решил переключиться на меня, вот тогда-то все и началось. Мне даже показалось, что он хочет использовать свое сегодняшнее положение, только чтобы полностью облапать меня вдоль и поперек. Этот парень, абсолютно не стесняясь, прикасался к таким местам, к которым разумный и культурный человек никогда, наверное, и не притронулся бы.

Почувствовав, что я ничего не смогу противопоставить наглецу в ответ, Ваня пользовался моей слабостью; ни на секунду не отходил от меня и не отрывал своего взгляда. Постоянно корректировал мои движения, прикасаясь ко мне. Под конец занятий, я начала испытывать истинное отвращение к этому человеку. Как же мне хотелось врезать этому самоуверенному мальчику и стереть с его лица эту заносчивую ухмылку. Но в данный момент силы были явно не в мою пользу.

Нужно отдать ему должное, он был напорист. Правда, до Ромы ему точно далеко. Не думаю, что в мире есть хоть один человек, который смог бы соревноваться с Илановым в надоедливости.

Когда тренировка была закончена, Иван остался в зале, чтобы поработать на боксерском мешке. Мне нужно было отплатить ему за сегодняшний урок, как следует. Я одела свои перчатки и, встав позади уверенного в себе эгоиста, серьезно заявила, что хочу поработать с ним в паре. Ваня развернулся, удивленно посмотрел на меня и, коварно улыбнувшись, надел перчатки. Он смотрел на меня так, словно продолжал на что-то рассчитывал. Я, как и он, тоже на кое-что рассчитывала. Например, загонять его тут до смерти и отвесить ему пару подзатыльников, за его похабное поведение. Но не тут-то было. Оппонент был ловок, он без особых сложностей уворачивался от моих, может недостаточно грозных и сокрушительных, но техничных ударов.

– Расслабься! – со смешком воскликнул спортсмен.

Не успела я отдышаться после очередной неудачной комбинации, как боксер тут же, просто забавляясь со мной, быстро прикоснулся к моей макушке сымитировав удар. Затем еще быстрее прикоснулся ладонью к моему животу, показав удар по корпусу. Меня это только выводило из себя и, забыв о технике, я просто продолжала наносить удары по воздуху, в надежде, что хоть один из этих размашистых ударов сотрет с его лица эту ухмылку.

И как только Рома справляется с этой злостью? Как ему удается держать себя в руках на такой работе?

Иван нырнул под один из моих ударов и, будто, испарившись, ехидно начал хохотать, за моей спиной. Сделав пару вдохов, я оперлась о свои колени и огорченно сказала:

– Я не такая быстрая!

– Нужно просто расслабиться… – шлепнув меня по ягодицам, с насмешкой подметил оппонент.

Тут меня словно заклинило. Я еще никому не позволяла с собой так обращаться. Быстро развернувшись, я сосредоточилась на его голове, словно снайпер на своей цели, и ничего не осознавая замахнулась ногой, для дальнейшего удара в голову. Несмотря на то, что Ваня явно не ожидал такого развития событий, он, не сделав ни шагу назад, схватил мою стопу в нескольких сантиметрах от своего удивленного личика, тем самым предотвратив попадание в голову. Очень жаль. Я вложила в это движение все свои силы. Думаю, что я заставила его хотя бы понервничать.

– У нас тут вроде бокс, милашка! – с забавой напомнил неуловимый и неугомонный жеребец.

Продолжая стоять на опорной ноге, я сделала вращательное движение корпусом вокруг своей оси и освободилась из захвата. Этого от меня Иван точно не ожидал. Ведь не он меня этому научил. Помниться, впервые подобный финт я увидела в исполнении тренера Иланова, когда таким образом он освободился из его захвата. Я встала в боевую стойку и быстро приблизилась к оппоненту с целью провести сокрушительную ударную серию, но и в этот раз, атака не увенчалась успехом. Я только и успела, что нанести два удара по корпусу. Ваня, ничего не почувствовав, просто подловил меня, в момент, когда я меняла линию атаки, и оттолкнул назад.

– В следующий раз, заходи за мою переднюю руку, чтобы избежать подобной ошибки, – продолжал давать наставления боксер.

Вновь поднявшись на ноги, я встала в боевую стойку, в надежде на удачный исход. В этот раз, я слегка решила изменить свою тактику, и пыталась вынудить его атаковать меня, выкидывая слабые удары передней рукой в воздух. Кажется, клюнул! Ухажер уверенно сделал несколько шагов мне на встречу. Видимо, он чересчур самоуверен, раз идет вперед, не прикрывая лицо. Приблизившись ко мне на нужную дистанцию, я вновь обрушила на него град своих ударов. Ловко уворачиваясь от каждой моей подачи, он продолжал сближаться со мной, подпирая к стене. А затем, когда один из моих ударов зацепил его точно в челюсть, боксер схватил меня за руки и крепко удерживая, прижал меня к стене.

– А это по-боксёрски? – удивленно спросила я.

– Теперь мы квиты…

Кажется, он имел в виду тот самый удар с ноги, на который я рассчитывала больше всего. Девочкам все можно, кому как не ему знать об этом? Я продолжала смотреть в его гордые глаза и одновременно с этим пыталась выбраться, но парень был чересчур тяжелый и сильный. Вдруг между нами случилось, что-то не поправимое. Не знаю, может он как-то неправильно понял, что здесь произошло, и ему был не понятен мотив этого противостояния, но после неловкой и молчаливой паузы, он вдруг поцеловал меня. Отпустив мои руки, Ваня схватился за мою талию и словно вампир впился в мои губы.

Признаю. На секунду, я дала слабину, но потом видимо рассудок вернулся обратно, и я очнулась. Прикоснувшись одной рукой к его лицу, другой к корпусу, я пыталась оттолкнуть его от себя, но это было бесполезно. Невозможно было оттолкнуть от себя эту скалу. Удар в пах, был самым эффективным в данной ситуации решением. Ему еще повезло, что я не вложилась в этот удар, как в тот прорезающий воздух хайкик. Настырный оппонент тут же убрал от меня свои руки и, сморщившись, отошел от меня на пару шагов назад.

– Прости, – с трепетом заявила я.

– Ничего! – опираясь на стену, промолвил Иван.

Воспользовавшись ситуацией, я тут же добежала до своей спортивной сумки, подняла ее с полу. А затем, повторно извинившись, убежала в раздевалку. Зачем я все время извиняюсь?

Быстро приведя себя в порядок после очень напряженной тренировки, я переоделась и вышла из зала, стараясь не попадаться на глаза темноволосого боксера. Не знаю, к счастью или нет, но не в борцовском зале, не в фитнес зоне его уже не было.

Я вышла на улицу и подошла к своему автомобилю, небрежно бросила сумку на заднее сиденье и села за водительское кресло. Вставив ключ в замок зажигания, я завела машину и схватилась двумя руками за руль, прокручивая у себя в голове все то, что произошло сегодня на тренировке. Хватит уже думать о всяких самоуверенных извращенцах. Они того не стоят.

Интересно, как там Рома. Сегодня от него ни слуху, ни духу. Я так заигралась на своих занятиях, что и в правду совсем забыла о нем. Сделав пару звонков на его мобильный, я так и не смогла до него дозвониться. Он или был на очередном задании, либо был в своем коттедже. Хотя я, конечно, не исключаю и другие варианты. Например, если вспомнить ситуацию с Доктором или Тигром. Самодур мог в очередной раз переоценить свои возможности и нарваться на серьезную фигуру. Нужно было проверить… Кто спасет Иланова, если не я?

С этими мыслями, я и поехала в коттедж. По дороге, я все никак не могла перестать думать о сегодняшнем занятии. Это недоразумение просто не выходило из моей головы.

– Что же с тобой происходит, Кариночка? – повторяла я себе, наверное, каждые два километра. – Неужели ты влюбилась в этого придурка?

Подъехав к коттеджу, я припарковала машину у ворот. Не было времени и желания для того, чтобы откинуться на сиденье и поразмышлять о жизни, так что я сразу вытащила ключи и вышла на улицу. Мысли об Иване не покидали меня до тех пор, пока я не спустилась в подвал. Я будто была запрограммирована. Каким-то образом Ваня залез мне в голову и не покидал ее. Неужели у этой выскочки получилось меня охмурить?

Как я и говорила… Иланов был в подвале в костюме своего альтер эго. Только сегодня он не бродил, нахмурившись по своей берлоге, в надежде на то, что ему в голову придет очередной план, который поможет разыскать очередного негодяя. Рома спал, на одном из кресел. Довел все-таки себя… Не буду, пожалуй, его будить.

Аккуратно прокравшись к компьютеру, я уселась за рабочее место и принялась просматривать последние операции, которые осуществлялись на этом ПК. Нужно понять, что вообще происходит. Над чем Иланов сейчас работает. Похоже, что он застрял на том же самом месте… Вот что бывает, когда работаешь один.

Ближе к девяти вечера, Рому разбудил мобильный телефон, который лежал на полу, рядом с его левой ногой. Развернувшись на стуле в его сторону, я смотрела за тем, как эта соня поднимает свой мобильник и отвечает на звонок. Он не сказал ни единого слова, и, качнув своей головой, согласившись со своим собеседником, убрал аппарат от уха и, шатаясь, встал с кресла. Развернувшись в мою сторону, хозяин вроде бы удивился. Но за его каменным и безэмоциональным лицом это было незаметно. Только взгляд выдавал его.

– Если честно, я не думала, что увижу тебя здесь спящим… – пытаясь разрядить неловкое, между нами, молчание, сказала я. – Что-то случилось?

– Леонов нашел способ найти Крана, – сжимая свой мобильный телефон, ответил Роман. – Сказал, что у него есть новости.

Затем вновь воцарилось неловкое молчание. В подвале просто невероятное напряжение. Мы не могли ничего сказать друг другу, как обычно бывает между друзьями, которые словно предали доверие друг друга. Все выглядело так, будто мы теперь чужие. Ладно. Все придется делать самой. Даже налаживать контакт:

– Ты уж прости, но прошлую нашу встречу охота забыть.

– Нет, ты прости. Я не имел права грубить тебе и тем более осуждать. Ты здесь по собственной воле и, разумеется, не обязана жить здесь, как я.

Я думала, наше примирение займет больше времени. Вот мы вроде бы и расставили все точки над i, как, между нами, вновь образовалась пауза. На этот раз, агент опустил свою голову вниз и огорченно, словно с позором проигравший, начал смотреть в пол, продолжая сжимать мобильное устройство в левой руке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.