Путь в эзотерику, или Как понять, что я не схожу с ума
Екатерина Баранецкая

Редактор Екатерина Долгова

Корректор Елена Дубинина

Дизайнер обложки Клавдия Шильденко

© Екатерина Баранецкая, 2024

© Клавдия Шильденко, дизайн обложки, 2024

ISBN 978-5-0064-0184-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Приветствую всех! Меня зовут Екатерина Баранецкая, мне 36 лет, я жена, мама, бухгалтер по образованию, эзотерик, тета-практик, медиум по призванию, но так было не всегда.

Эту книгу я хочу посвятить истории о том, как я «искала себя и докатилась до такой жизни», какие события происходили со мной, начиная с детства и до сегодняшнего дня, и для чего. Максимально честно, как есть.

Думаю, это будет полезно многим людям, кто хотя бы раз задавался вопросом: «А что же нужно все-таки сделать, чтобы честно быть счастливым?». Или тем, кто устал от показного счастья в соцсетях, кому надоело подстраиваться и угождать и кто совсем не понимает, а как можно жить иначе. Или тем, кто ищет себя, свое предназначение, свой смысл жизни, кому кажется, что он познал эту жизнь «от и до», но так и не чувствует себя счастливым, кто отчаялся, смирился, искренне верит, что все в жизни уже давно предрешено и ничего невозможно изменить.

Добро пожаловать всем, устраивайтесь поудобнее, читайте, анализируйте! А я начну с самого начала, с детства.

Хочу обратить ваше внимание на то, что я пишу это не с целью поныть или сказать, как «плохо» я жила и какие все вокруг меня «плохие». Я пишу это с целью показать, как складывались те или иные установки, как могут жизненные сценарии влиять на всю жизнь, как я ощущала всю свою жизнь и к чему это все привело. И это совершенно не значит, что именно так и было на самом деле, ведь это было лишь мое восприятие.

Для начала давайте опишу некоторые понятия, которые очень часто будут встречаться в этой книге.

Установки / жизненные сценарии / убеждения – это определенный сценарий поведения, который каждый человек принимает для себя в результате взаимодействия с семьей или обществом, прохождения тех или иных жизненных ситуаций. Говоря простыми словами, «как мне нужно вести себя, чтобы что-то в жизни получить или чего-то избежать».

Например, очень распространенная установка: «Для того чтобы родители меня любили, необходимо вести себя хорошо!».

Установки принимаются в раннем детстве, когда детский мозг ребенка искренне верит во все происходящее, по-своему реагирует и формирует свою модель поведения и взаимодействия с этим миром. Причем, хочу заметить, не обязательно у ребенка должно быть истинно «тяжелое детство», физическое насилие либо какие-то еще тяжелые эмоциональные ситуации, в данном случае не так страшна ситуация, как реакция психики на нее. Все дело в том, насколько искренне ребенок поверил в то, что ему «показалось», то есть его мозг убежден в том, что происходило именно так! А раз ребенок поверил, мозг начинает потом действовать согласно записанному алгоритму.

Например, маленький ребенок, с которым произошло что-то не очень значительное (упал, уронил что-то, разбил что-то и т. п.), пугается, начинает плакать, звать на помощь маму, а маме физически некогда к нему подойти, она среагировала на его просьбу не сию секунду, а спустя несколько минут, но за то время, пока она «не шла», ребенок успел поверить в то, что мама его не любит. И вроде бы ситуация не критичная, а вот решение уже принято, и механизм действия «запущен», и после этого человек начинает жить с полным ощущением того, что мама его действительно не любит, и соответственно он будет находить этому тысячу подтверждений, обращая внимания на какие-то непонимания в общении и усиливая их. А еще на фоне такого убеждения ребенок формирует отношение к самому себе: «если мама меня не любит, значит, я какой-то не такой, я плохой, я не достоин, чтобы меня любили и т. п.». И вот так запускается жизненный сценарий – «меня никто не любит» (поскольку для маленького ребенка мама – это целый мир, то происходит перенос с отношений с мамой на мир, «не любит мама» = «не любит весь мир / вся жизнь»), «я не достоин любви», и согласно этому сценарию в жизни начинают происходить такие события, которые будут подтверждать человеку, что его действительно никто не любит и сам он какой-то не такой. И вся эта ситуация будет сопровождаться букетом тяжелых чувств, потому что никакому человеку неприятно понимать, что его не любят, к нему относятся не так, как ему хотелось бы, и почему-то поменять это никак не удается, даже если он прилагает все возможные усилия.

Давайте начну с себя: что происходило в моей жизни, как зарождались мои установки, по каким сценариям я жила и к чему все это приводило.

Часть 1

Глава 1. Детство

Как в условиях задачи, начну с того, что было мне «дано», сделаю это максимально подробно, позже вы поймете для чего.

Моя мама – умница, красавица, «хорошая девочка» во всем, комсомолка, отличница, родилась и выросла в небольшом поселке, ее родители оба дети войны, выросли без отцов, и у каждого была своя история. Мама была в семье четвертым ребенком, перед ней родилось трое братьев, двое из которых умерли в возрасте до семи лет. Если бы старшие братья не умерли, то моей мамы не было бы, она это всегда знала, потому что слышала от бабушки. Это было одним из бессознательных поводов всю жизнь быть «хорошей дочерью», не расстраивать маму, хоть как-то оправдать свое право на жизнь. Мама выросла в простой советской семье, ее отец работал экскаваторщиком, а мать – уборщицей. Бабушка была достаточно требовательна, трудолюбива, чего и хотела от моей мамы, дед – очень молчалив, замкнут, но очень любил маму и умел это выражать. Мама чувствовала себя достаточно комфортно в семье родителей, бабушка ею командовала и направляла, дед любил, поддерживал и сопереживал.

Бабушка по маме была старшей в семье из пяти детей, ей было 13 лет, когда началась война и отца забрали на фронт, оттуда он уже не вернулся, и вся забота о младших детях легла на ее плечи, потому что мать работала в колхозе с утра до позднего вечера. Выживали тяжело, голодали, питались чем придется, и поэтому не все дети пережили войну, двое младших умерло, и это оставило глубокий след в душе бабушки и незримое чувство вины за то, что не сберегла. У бабушки было только начальное образование, она окончила четыре класса, а после войны уже было не до учебы, рано начала работать, и вся работа была физическая, тяжелая. И так было всю жизнь, сначала в колхозе, потом на лесозаготовке, а в более старшем возрасте пошла работать уборщицей – сначала в школу, а потом в продуктовый магазин. Она была очень ответственной, порядочной, трудолюбивой. В доме у нее всегда был порядок, вязаные половики, скатерти, большие, вышитые крестиком картины и вкусные пироги.

Дедушка по маме – ссыльный поляк, когда ему было шесть лет, всю семью сослали в степи Казахстана, а после его отца отправили на Дальний Восток, в трудовой лагерь как «врага народа», оттуда он уже не вернулся. Дед с семьей жили в степи – в землянке, голодали, изощрялись изо всех сил, чтобы выжить, там они пробыли более 10 лет. Потом тайком бежали, чтобы вернуться на родину, но мой дед со своим братом остались в России, где он и познакомился с моей бабушкой. История со ссылкой наложила отпечаток на характер деда, он был замкнутым, молчаливым и очень часто повторял в своей семье: «Меньше говорите, не болтайте лишнего». Из образования у деда так же, как и у бабушки, была только начальная школа. Чтобы выживать, много работал физически, на лесозаготовках, где он и познакомился с моей бабушкой, а после освоил профессию экскаваторщика, кем и проработал большую часть жизни.

Мой папа – активный, веселый кудрявый красавец в брюках клеш, именно таким он был, когда они познакомились с мамой. Он рано стал самостоятельным, в 15 лет уехал из дома в Тюмень, учился, работал. Родом отец был из простой семьи и, как многие бы, наверное, сказали, «неблагополучной». Его родители жили в небольшом таежном поселке, много и тяжело работали, но при этом еще и пили, были в их жизни ссоры, запои, драки. Все дети (а их трое, отец старший и две сестры) были сытые и одетые, но не всегда чистые и ухоженные. Отец очень стеснялся своей семьи, у него не было контакта с родителями, дед его гонял и командовал, поэтому, окончив девять классов (а раньше это было восемь), он со всех ног пустился в свою новую, самостоятельную жизнь. Отношения в родительской семье оставили свой отпечаток на характере моего отца – он совсем не умел выражать свои искренние чувства, был вспыльчив и нетерпим. Совершенно не знал, что такое нормальные отношения в семье, и при этом всегда делал вид, что ему абсолютно не нужны любовь и забота.

Хочется отметить, что отец никогда не позволял себе говорить как-то плохо о своей семье, он, наоборот, всегда пытался рассказать о родителях с лучшей стороны либо просто молчал.

Бабушка по отцу родилась и выросла на Украине, в многодетной семье, всего их было семь или восемь детей. Еще до войны отец бабушки влюбился в другую даму и ушел из семьи, уехав за своей возлюбленной в Россию, в далекий таежный поселок, а его жена «благополучно» осталась одна воспитывать всех детей и вести большое хозяйство. Когда началась война, бабушке было 10 лет, территория, где жила ее семья, попала под оккупацию. Ее сестер забирали в плен и отправляли в Германию, бабушка чудом избежала этой участи. Как сложно переживали годы войны, остается только догадываться, одна из сестер вернулась из плена, но так и не вышла замуж, не создала свою семью. Был нанесен колоссальный урон для психики. Когда бабушке исполнилось лет 20, ее мама отправила из дома к отцу на ПМЖ, ссылаясь на то, что у дочери несносный характер, и «сил у нее больше нет на ее воспитание». Так бабушка начала жить с отцом и мачехой, не знаю достоверно, как складывались их отношения, но каким-то образом они все жили и взаимодействовали. Стоит предположить, что подобный переезд оставил свой отпечаток в душе. Насколько я запомнила бабушку, она была молчалива, не привередлива, но при этом имела свой характер и отстаивала его перед дедом. Она не гналась за званием «лучшая хозяйка года» и поэтому вела свой быт так, как получалось. Много работала на тяжелой физической работе, всегда был большой огород и домашние животные. Отношения с дедом были, как у кошки с собакой, но при этом они всю жизнь прожили вместе.

Дедушка по отцу уехал из дома, нет точных данных с какого возраста, но цифра на слуху – в 13—15 лет. Он родился и вырос в Беларуси, в те времена эта территория была не особо безопасная, несколько войн, разные события. Что случилось в жизни деда, никто не знал и уже не узнает, но после отъезда он ни разу в жизни больше не появился в своем родном селе и не видел родителей с тех пор. Сам дед не особо любил распространяться о подробностях своей личной жизни, поэтому о многом приходится лишь догадываться, собирать истории из маленьких фактов. Абсолютно точно знаем, что дед очень любил свою маму, отправлял ей деньги, свои фотографии с очень трогательными подписями, а вот с отцом, судя по всему, контакта не было, дед ни разу не вспоминал о нем. Только спустя годы, мой средний брат был на его родине, виделся с его родной младшей сестрой, из разговоров с которой было понятно, что их отец был достаточно суровым человеком, но достоверной истории о том, почему мой дед сбежал и никогда не возвращался, никто не смог рассказать. Не знаю, какое образование было у деда, но писать, считать и читать он умел, работал также на тяжелой физической работе, на заводах, лесоповале, также научился класть печки и был хорошим печником у себя в поселке. На каком-то этапе своей жизни он пристрастился к алкоголю и регулярно пил, что приводило к конфликтам в семье, дракам, побоям. При этом на работе он был ответственным человеком, всегда хорошо зарабатывал для тех лет.

Мои дедушки и бабушки родились до войны и были в подростковом возрасте, когда она началась. Все события военных лет наложили большой отпечаток на их судьбы и характеры. Все они не умели проявлять любовь понятным образом, очень много и тяжело работали, выживали как могли и искренне хотели, чтобы их дети жили легче. Если понимать этот факт, то нетрудно догадаться, откуда в семье все установки были связаны с тем, что нужно «тяжело трудиться», «выживать», «быть скромным и не высовываться», «быть сильным, терпеливым и не проявлять своих искренних чувств, потому что это слабость, и в таком состоянии другие легко могут обидеть и причинить вам боль».

Мои родители познакомились случайно – мама должна была стать свидетельницей на свадьбе у отца. Подруга (одноклассница) мамы познакомилась с моим отцом ну и имела на него виды. Спустя какое-то время она привезла его в поселок (где жила моя мама) познакомить со своими родителями, и мою маму пригласили на этот праздник-сватовство. Все бы хорошо и здорово, но вот отец увидел, что семья той девушки, да и она сама, не прочь выпить, а это для отца была самая «больная боль». Не для того он бежал из своей семьи, чтобы опять в подобное вляпаться. Естественно, сватовства не состоялось, но зато мои родители познакомились.

Моя мама своей правильностью очень-таки и подошла на роль жены. У них был красивый роман, отец писал письма, пел песни, рассказывал стихи, ходил пешком на свидания по 20 километров зимой. все было классно и сказочно, и в апреле 1980 года мои родители поженились. Жить они стали в мамином поселке, в одном доме с ее родителями. Семья у мамы была очень простая, но имела завидный для нее статус «благополучная», ведь ее родители не пили (хотя, если честно, дед пил, но, видимо, это было более прилично, без драк и запоев, и воспринималось как-то легче, чем в отцовской семье), много трудились, все были чистые, опрятные. И мама этим статусом не раз злоупотребляла, говоря и намекая, что она-то «девка видная, из хорошей семьи», и давала понять отцу, что он до нее не дотягивает.

В 1981 году родился мой старший брат, все были счастливы и довольны, у мамы была помощь и поддержка от родителей, они строили быт, получили свое жилье. Но в феврале 1983 года погиб дедушка, мамин отец, и с этих пор в их жизни все кардинально начинает меняться. Мама очень была привязана к своему отцу, она получала от него любовь, заботу и нежность, а с его смертью потеряла свою опору и защиту. Ну и мой отец начал менять свое отношение к маме и «возвращать» все то, что она себе позволяла лишнего, пока ее отец был жив. Все эти события в совокупности очень отразились на моральном состоянии мамы, она очень тяжело переживала потерю своего отца. Но все-таки рядом была мама, которая всегда помогала и поддерживала, и они вместе продолжали строить быт и правила новой семьи, нередко указывая моему отцу, как себя нужно вести.

Спустя полтора года, в конце 1984-го, родился мой средний брат. Он был очень болеющим ребенком, ну, оно и понятно на самом деле почему. Дети очень чувствуют состояние мамы, и чем оно тяжелее, тем сильнее они начинают ее «спасать», а делают это часто через болезни, капризы, еще какие-то форс-мажоры, потому как каждая (ответственная) мама в любом своем моральном состоянии забудет про себя, чтобы лечить ребенка, решать его проблемы и тем самым постепенно выходит из своего тяжелого состояния. Вот и мой средний брат спасал маму через свои частые болезни, а ей порой приходилось изобретать какие-то невероятные способы лечения, потому что в то время трудно было достать необходимое лекарство. Так мама была занята важным делом и постепенно пережила потерю отца и разногласия с мужем.

Вначале 1986 года у мамы случается третья беременность, не знаю, по каким соображениям, но она решает не рожать. Как бы логически не было обосновано это решение, ни одна женщина не бежит с радостью на аборт, всегда есть переживания, вина, стыд, набор тяжелых чувств, которые очень часто замалчиваются женщинами, но сильно меняют эмоциональный фон и отражаются на чьем-либо здоровье в семье. Так и моя мама со своим железобетонным устоем хорошей девочки решается на такой шаг. Все это привело к тому, что случились осложнения, и ей пришлось восстанавливаться после этого еще в течение полугода.

И вот наступает январь 1987 года, пришла пора мне появляться в эту жизнь. Я думаю, из рассказанного выше вам стало понятно, в каком состоянии и настроении была, на тот момент, вся моя семья. Но несмотря ни на что, это было для меня самое благоприятное время, я точно знала, что моя мама меня родит, учитывая прошлый опыт, она не рискнула бы на аборт, боясь за свою жизнь. А еще мама переживала о том, как она сообщит это моей бабушке. Бабушка, пережив много испытаний, хотела, чтобы ее дочь жила более легкой жизнью, меньше работала и была более сытой, а если детей будет много, то тут уж не до отдыха. Но, как говорится, «что сделано, то сделано», родители приняли новость о скором пополнении семьи, купили корову, много трудились летом и ждали осени и моего рождения.

За время беременности вела я себя в животе тихо, спокойно, мало шевелилась и уже старалась не доставлять дискомфорт своей маме. Мама всегда хотела девочку, но к моему появлению она как-то уже стала спокойнее, главным ее желанием было – лишь бы ребенок родился здоровым!

17 октября 1987 года. «Привет, МИР, а вот и Я!»

Родилась я в очень простой семье, в небольшом поселке Свердловской области. Папа работал на заводе, мама была продавцом. Обычная советская семья, много работали, мало зарабатывали, я стала третьим ребенком, и это было скорее вынужденное событие, нежели долгожданное. Позже мама рассказывала мне, как она переживала оттого, что беременна третьим ребенком и придется рожать, время-то было такое, что, как говорится, каждый рот на счету.

В общем и целом, никто из моих близких не был категорически против моего рождения, но вот все родовые страхи и сомнения в подобной ситуации обостряются, и дух будущего ребенка уже чувствует этот настрой и естественно все это принимает на свой счет.

Сколько себя помню (а я, кстати, далеко не все помню из детства, потому что память очень многое блокирует ради безопасности психики), мне всегда не нравилось в моей семье. Да, как бы грубо это ни звучало: с папой контакта нет, он вечно злой, орущий и не обращающий на меня внимания, мама, занятая постоянно бытом, хозяйством, руганью с отцом, самый старший брат (старше на шесть лет), не замечающий меня и открыто выражающий свое презрение в мой адрес, со средним братом (старше на три года) хоть как-то можно было контактировать, всегда пыталась увязаться за ним, подстроиться, угодить, чтоб только взял с собой поиграть. Благодаря этому у меня с детства сложилась привычка не стучать маме, не ныть, не бояться всего того, чего положено бояться девочке: жучки, паучки и т. п., максимально забыть про то, что я девочка, и быть с парнями наравне. Еще был такой момент, что у меня в округе практически не было девчонок, да и в принципе мало детей, а из них одни парни, от этого и закалка была соответствующая: несмотря на красивые длинные волосы, я была пацаненком с разодранными коленками и синяками.

Мое детство, как и многих детей того времени, прошло на улице, учились играть, прыгать через лужи, пускать кораблики, бросать ножик в цель, измерять глубину луж. Круг общения у меня был очень небольшой, детей в округе было мало. В детский сад я ходила недолго – его потом просто закрыли (это был 1992 или 1993 год, в то время все только разваливалось и закрывалось), я не отработала навык коммуникации с детьми и совсем не умела дружить.

Итак, что я имею очевидного за первые семь лет жизни: замкнутая, стеснительная, не умеющая контактировать с людьми, запретившая себе все проявления искренних чувств и слабости, искренне считающая, что меня точно никто не любит и я никому не нужна.

Давайте разберем этапы формирование жизненных сценариев:

1. Беременность мамы – восприятие мной, что я лишняя, я виновата в том, что прихожу в жизнь «не вовремя», доставляя маме неудобства и переживания, меня не любят, не ждут.

2. Мама – уставшая, измотанная, не понятая, недолюбленная, я только сейчас понимаю, насколько сильно я чувствовала ее состояние, и от этого мне было прямо «тяжело жить» с самого детства. Из-за такого ее состояния я все сильнее бессознательно ненавидела своего отца, потому что «это он же виноват, что мама себя так чувствует».

3. Папа – о, это просто был «центр зла» в моем детском подсознании. Папа всегда был очень эмоциональный, громко орал, не любил что-то объяснять и бесился, когда его о чем-то просили. Отсюда мои выводы: мужчины опасны! Нужно быть сильной, чтобы не обидели (это глядя на то, как папа морально подавлял мою маму, но при этом у нас в семье никогда не было насилия), проявлять себя опасно (каждый вопрос или свое желание, озвученное вслух, могли вызвать бурную реакцию со стороны отца, типа «вот бл..дь, херню какую-то опять выдумала, че, больше заняться нечем? Иди лучше делом полезным займись!»). А «полезное дело» – это то, что нужно родителям, соответственно, ВСЕ, что хочу и думаю я, это априори уже «херня какая-то», ну и зачем мечтать и думать, если это не сбывается, и даже заикаться об этом бывает не безопасно. Поэтому и с мечтами, и эмоциями я решила «попридержать», ну живу как есть, как родители скажут, значит, мне так и надо. И вообще быть ребенком – не безопасно, потому что любые яркие эмоции, игры, смех, чаще всего пресекались резким замечанием отца и советом «пойти заняться полезным делом». С детства я должна была быть удобной, послушной, мечтающей постоянно помогать родителям в «полезных делах» и не создающей проблем своим присутствием.

4. Братья – неоднозначные личности, но это лучше, чем без них)) иначе общаться было бы совсем не с кем. К ним я научилась подстраиваться, не замечать свои чувства, не быть собой, укреплять свою силу духа в вечных спорах и драках.

5. Я – Господи, да как я вообще попала в эту семейку? Это какая-то ОШИБКА! Все чужие! Вокруг одна опасность! НИКОМУ НЕЛЬЗЯ ДОВЕРЯТЬ!

Были ли эти выводы объективны и правдивы? Конечно НЕТ! Но не так страшна ситуация, как реакция психики на нее, вот и моя психика среагировала таким образом, и это заложило фундамент моей жизни.

И если закончить эту главу на этом, то у большинства может сложиться впечатление, что я «бедная несчастная, как мне «не повезло», и многие узнают в этих ощущениях себя, тем самым «сковырнут свою детскую боль». НО моя цель – показать ИСТИНУ, то, что на самом деле происходило, а для этого добавим сюда ясности.

Каждый из нас, приходя в эту жизнь, очень тщательно выбирает себе родителей и те условия, в которые прийти, даже если вам рассказывали, что «мама вышла замуж по залету», «ваше рождение – ошибка, случайность» или что-то еще, поверьте, вот именно ТАК, как случилось, – и было самым правильным и самым нужным вариантом. Некоторые, конечно, могут возмутиться, типа «АГА! Как я сам (а) для себя такое/таких выбрал (а)?», ведь у кого-то бывает поистине жестокое детство, кто-то живет без родителей совсем, кого-то в прямом смысле находят в каких-нибудь кустах, на обочине и т. п.

Так вот, все начинается еще до нашего рождения. Наша душа очень тщательно выбирает родителей и тот род, куда она придет, потому что основная цель души – получить опыт, а он измеряется не материальными благами, а положительными качествами: любовь, принятие, забота, прощение и т. д. Эти качества называются добродетелями и имеют высокую частоту вибрации энергии. Но чтобы приобрести эти качества, нужно порой пережить много каких-либо трудностей в реальной человеческой жизни. А все эти трудности формируются из-за тех или иных убеждений, искажений, обид и т. п. Давайте разбираться по порядку.

Убеждения – это какие-либо решения, принятые человеком, как правило, еще в возрасте до семи лет, это как программа действия. Ребенок искренне верит во что-то, мозг воспринимает это за истину, и вуаля, формируется реальность, не всегда, конечно, светлая и наполненная любовью. Все многоуровневые убеждения формируются на следующих уровнях:

1. Наше детство (на основании опыта этой жизни).

2. Наш род (сценарии жизни, каким нужно быть и как себя вести, чтобы выжить).

3. Опыт прошлых жизней (незаконченные истории из прошлых воплощений).

4. Опыт души (на этом уровне также может быть искаженный взгляд на многие вещи и события).

Кто-то может называть это другими словами, но суть всегда одна. Душа перед воплощением ставит определенные цели, чтобы пройти тот или иной урок, для этого нужно прожить, понять и трансформировать какие-либо программы, установки, тяжелые чувства. Именно поэтому тщательно выбирается род, потом также тщательно выбираются родители, и в назначенное время в назначенном месте мир встречает нового человека. И этот новый человек начинает жить, как-то себя чувствовать и активировать свои программы. Происходит в жизни какая-либо ситуация, ребенок себя в этом как-то чувствует и принимает какое-то, на тот момент единственно верное, решение, как ему дальше жить. НО! Эта сложившаяся ситуация – не ошибка судьбы, не «злой рок», а очень даже спланированное Духом событие. А иначе как погружаться в реальность этой жизни и проходить уроки? В самую первую очередь мы искренне должны поверить в то, что на самом деле было «так страшно, ужасно и несправедливо!».

Давайте сразу перейду к конкретным примерам, чтобы стал понятен сам механизм.

Одним из жизненных уроков моей души были доверие и женственность, коль уж я родилась в этой жизни девочкой. Чтобы к нему прийти, я должна проработать контроль, силу, желание подавлять и властвовать. Для осуществления своего плана я выбираю для начала род: мои прабабушки в годы войны обе остались без мужей, одна с пятью, другая с шестью детьми на руках, выживали как могли, сохраняли детей как могли, замуж больше не вышли. То есть произошло «искажение энергии», женщина перестала быть женщиной, она стала мужиком для себя и своих детей, и сформировалась родовая программа «женщина должна быть сильной!». На тот случай, если вдруг опять мужика на войну заберут, чтоб она в огонь и в воду и детей всех сберегла сама.

Окей, род мне подходит, «заверните пожалуйста», смотрим что там с родителями: ну, как вы поняли из моего рассказа выше, отец мой, хоть и рисовал из себя «бравого парня», был глубоко недолюбленным, не понятым, не умеющим проявлять свои чувства и эмоции. Вернее сказать, он пытался это делать с мамой в конфетно-букетный период, но ее желание «ткнуть в его боль пальцем» и указать на неблагополучность его семьи, привело к тому, что он закрылся и перестал это делать, «завел в себе» большую злую собаку (в виде криков, психов, агрессии), которая яростно охраняла его и кидалась на всех, кто хоть как-то пытался его обидеть или уличить в его боли. Ну и в период моего появления отец имел в семье уже свой авторитет, отыгрывался на маме за свою боль, подавляя ее морально. Моя мама была ответственной, порядочной, старалась жить «не хуже чем люди». Но при этом понятие «женственность» было просто словом, потому что работала она наравне с мужем, не умела просить для себя, не умела позволять что-то себе, все делала для семьи и детей, а сама для себя всегда была на последнем месте.

О! так это ведь самая подходящая для меня пара, все находятся в «нужном состоянии» и все подготовлено для моего появления на свет.

Недоверие к своему отцу у меня сложилось еще с момента нахождения у мамы в животе, много раз возвращалась в тот период и чувствовала, как этот «тип» не вызывает у меня никаких трепетных чувств. А когда я стала подрастать и видеть, как отец подавляет маму, как часто орет так, будто ему кипятка на одно место налили (благо никто никого не бил! И на том спасибо!), я для себя решила, что Я ТАК ТОЧНО НЕ ХОЧУ! И приняла для себя решение быть сильной! Чтобы я смогла дать отпор, чтобы меня не обижали, чтобы у меня было право голоса. Вот, собственно, так активировалось мое убеждение, и я начала успешно в этом жить, а все женщины моего рода с подобными программами незримо начали меня поддерживать, и жизнь очень много раз подкидывала события, где мне действительно нужно было давать отпор, быть сильной, сильнее мужика, но об этом чуть позже.

Вот когда вы прочитали всю эту схему, надеюсь, поняли, что уже не должно оставаться мыслей о том, как будто кто-то в чем-то в нашей жизни виноват. Мой папа – мой выбор, его поведение и отношение к маме – это самый правильный сценарий для меня, так он помог мне войти в историю сильной и независимой и сделал это по предварительной договоренности наших душ, еще до прихода в эту жизнь, исключительно с самыми нежными чувствами и безусловной любовью ко мне.

И так происходит с КАЖДОЙ программой, абсолютно. Нам нужны в этой жизни уроки, мы не приходим сюда просто пожить, поиграть в телефоне, открыть для себя все социальные статусы (ребенок, партнер, родитель, коллега и т. п.). Мы являемся на свет для развития своей души, через наработку добродетелей.

Исходя из этого, можно подытожить: мог ли мой папа вести себя иначе в моем детстве? НЕТ! Могла ли моя мама любить меня иначе? НЕТ! Могло ли что-то быть иначе? НЕТ! Потому как только так я беру и прохожу свой путь, выбранный мною еще до прихода в эту жизнь. И понимая свое детство с этой точки зрения, я не чувствую необходимости обвинять кого-либо, считать себя «бедной, несчастной, недолюбленной, убогой, да какой угодно!», потому как весь этот сценарий написан мной, и все «актеры» подобраны очень тщательно и отменно играют свою роль, с любовью ко мне и мною выбранному пути.

И если вы хотите начать разбираться в своей жизни и что-то в ней менять, для начала предлагаю вам проанализировать жизнь своего рода, от родителей до прабабушек/прадедушек – это те поколения, которые наиболее сильно влияют на вашу жизнь. Как жили эти люди? Какими они были? О чем они мечтали? Насколько они были счастливы, поняты, любимы? Посмотрите на своих родителей глазами независимого эксперта, оцените, как складывалась их жизнь, какие были переживания и боль, получили ли они от своих родителей то, чего хотели? А что значит для ваших родителей проявлять любовь? В какие времена они жили, с какими трудностями столкнулись? Была ли у них поддержка, любовь и опора, о который вы, возможно, просите у них, знают ли они вообще, что это такое? Все это позволит вам принять их и понять, что ваши родители – это такие же люди, как и вы, они мечтали, любили, ошибались, обижались, были обиженными, что они любили вас ВСЕГДА, абсолютно ВСЕГДА, но по-своему, а так, как вам «надо», возможно, даже не умеют. Но они выживали, кормили, отказывали себе во многом, забывали про себя, много терпели и работали, чтобы каждый из нас сегодня был!

И даже если вы никогда не видели своих родителей, то это тоже самое лучшее, что они могли дать, потому что в таких ситуациях род настолько может быть «истощен», что максимум, что дают родители, – это жизнь, а воспитывает государство или приемная семья. Но все это, абсолютно ВСЕ, – ваш личный выбор и договоренность ваших душ, и все это сделано с безусловной любовью к вам и вашему жизненному опыту.

Все, выдыхаем, можно анализировать жизнь и плакать, а повод найдется. Потому что неожиданно для себя вы увидите столько любви от своих родителей, которой не замечали никогда. Наслаждайтесь, вся эта любовь ваша по праву рождения, просто так, потому что вы просто есть.

Глава 2. Школьные годы

1 сентября 1994 года – «первый раз в 1 класс», я, вроде как, ждала школу, но появляться в новом обществе с большим количеством незнакомых людей мне было очень страшно. По знаниям я была готова к учебе более чем, за что отдельное спасибо моему среднему брату, он был моим учителем. Брат пошел в школу на два года раньше меня и, приходя домой, всеми знаниями делился со мной, усаживал меня за стол, учил писать, считать, запоминать английский алфавит. А вот с социальной адаптацией было гораздо сложнее, и все началось с «великого разочарования».

За недолгое время моего хождения в детский сад я познакомилась с девочкой, ее звали как меня, и я придумала сама себе, что она моя лучшая подруга. Как же я была рада, что мы оказались с ней в одном классе! Но в первый учебный день, моя «лучшая подруга» Катька (Катюша, если ты вдруг это читаешь, большой и пламенный тебе привет и просто невероятная любовь за все!) вдруг берет и садится за одну парту с другой девочкой! Вы представляете мой шок?! Это словно гром среди ясного неба, не хватало только молний и траурной музыки! Вот сейчас пишу это и улыбаюсь, а тогда это было невероятно больно, как она так могла поступить? Она же предала меня самым подлым образом… Ну, естественно, я изо всех сил это не показывала, но очень переживала.

На самом деле, иметь ту самую лучшую подругу было для меня просто жизненно необходимо, чтобы кто-то, ну хоть кто-то дал мне понять, что я нужна, я бы залюбила эту подругу как могла и с нетерпением и ревностью ждала бы от нее того же самого… НО! Мои установки, что я «никому не нужна», «доверять никому нельзя» в очередной раз просто успешно проигрались и не более.

В начальной школе каких-то особых проблем и переживаний у меня не было, несмотря на мое задротство (под этим словом я понимаю совокупность качеств: стеснительность, боязнь как-то проявляться, не идейность, какая-то вечная усталость), у меня появились друзья: моя любимая Катька (хоть я на нее искренне и глубоко обиделась, но мы все равно дружили и общались все школьные годы) и два мальчика, у нас была «банда сыщиков», мы придумывали себе задания, ходили по поселку и искали какие-то улики, в общем и целом, было очень интересно. Я поняла, что школа – безопасное место, и очень даже мне нравилось там быть. Если б еще не ранний подъем и дорога длиной более двух км в одну сторону, я б, наверное, вообще была всем довольна, но это не точно.

Как показала успеваемость, я была сообразительным ребенком, все знания легко запоминались и усваивались в моей голове, и как подтверждение этому у меня есть три почетных грамоты за «отличное окончание первого, второго, третьего классов» (в моем детстве «началка» была с первого по третий класс, а потом сразу в пятый переходили) и благодарственное письмо родителям за «отличное воспитание дочери», в общем, маме было чем козырнуть, ведь ее дочь «в нее пошла и хорошо училась».

Только я в школе хорошо «прижилась» и освоилась, как закончилась начальная ступень, и нам из нашего «гнездышка» пришлось перейти в другую школу (благо они стояли рядом друг с другом и были соединены переходом), а там опять новый стресс – другие учителя, хождение по кабинетам и много народа (в том корпусе школы учились классы с пятого по одиннадцатый). С пятого класса у нас появился иностранный язык, и, как оказалось, у трех классов будет немецкий, а всего лишь у одного – английский. Я была в классе, где учили немецкий язык, но мою маму подобный расклад не устроил, потому что она считала английский более перспективным, к тому же я его уже учила с братом, и в конце первой четверти она перевела меня в другой класс.

Вот умом я совсем была не против, но что же делать с этими неприятными рефлексами в теле, чувством стеснения и страхом знакомиться с новыми людьми? Пока мы учились в «началке», я сдружилась только со своим классом, на параллели я даже смотреть боялась, поэтому в своем новом классе я не знала НИКОГО! А нет, вру! Знала ж одну девицу, ту самую «разлучницу», с которой когда-то моя любимая Катька мне «изменила», и этот факт меня, откровенно говоря, не радовал! Хоть я никогда открыто с ней не конфликтовала, но, как говорится, «осадочек-то остался»!

А знаете, в чем прикол? Забегая вперед, расскажу. Уже намного позже мы стали хорошо дружить с этой «разлучницей», и она рассказала мне, как я ее бесила и тоже из-за «любимой Катьки», и она просто мечтала уйти из нашего класса. В итоге она в пятом классе переходит в параллель, а во второй четверти – сюрпри-и-из – в этот же класс перехожу я собственной персоной! Ой, вспомнила и смеюсь от всей той ситуации… (Женя, дорогая, привет тебе! Люблю тебя всем сердцем и душой!)

Первое, с чем я столкнулась в новом классе, это с тем, что там многие ребята учились хорошо, были отличники и кроме меня, а в «началке» я-то ведь была одна в классе «богиня знаний», которая с отличием ее окончила. Этот факт, конечно, поскреб мое самолюбие и «корону на голове», но не критично.

Следующим ярким моментом моей адаптации в новом коллективе было то, что меня – отличницу, умницу и хорошую девочку – посадили за одну парту с самым «отбитым» мальчиком (это значит он был очень энергичный, много дрался, со всеми заедался, не особо хорошо учился, и порой с ним не справлялись даже учителя). Господи, за что мне такое «счастье» привалило, я, честно, не понимала, но пойти и открыто выразить свое недовольство учителю я не могла, это было слишком страшно, ведь навык проявлять и защищать свои интересы был успешно «дезактивирован» отцом.

Спустя какое-то время, когда в очередной раз мой сосед по парте «страдал фигней на уроке» и изо всех сил мешал мне и отвлекал, я что-то такое сделала, что выбила стул из-под него, и он упал на пол прямо во время урока, после этого нас рассадили! УРА! Но, видимо, ему еще не ясно было, и на каком-то из уроков он сидел за мной и успешно тыкал мне в спину ручкой (вот тут-то мне и пригодились навыки братско-уличного воспитания). Прямо на уроке я развернулась и ка-а-ак «втащила» ему, что обалдели все, в том числе и учитель, но зато вопрос с этим человеком был решен раз и навсегда, он очень доходчиво понял, что меня трогать НЕ НАДО!

Самое удивительное, после это не переросло в конфликт и годы мести, мы хорошо общались до одиннадцатого класса, шутили, а спустя годы после окончания школы мы как-то встретились и смеялись до слез над этими событиями, а еще я услышала такую фразу: «Катюха, вот тебя я в школе уважал! И ты единственная, кто осмелился мне так доходчиво объяснить, что к тебе нужно с уважением!».

Если с перечисленными выше моментами я справлялась достаточно легко, то дальше произошло событие, к которому жизнь меня точно не готовила в мои десять лет, – мне понравился в новом классе мальчик! Боже, что это такое со мной происходит? Как-то так приятно внутри и непривычно?! Не понимая, что со мной творится, я гордо для себя решила, что это «ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ!», а вот что с ней делать, я совершенно не знала. Проявлять и принимать чувства я просто не умела, я ведь в своей семье ни разу такого чувствовала, даже к маме, ну единственное что-то приятное было внутри, когда гладила кошку или собаку и обнималась с ними, но тут ведь совсем другое. А самое страшное было то, что случилось это все взаимно! Мы переглядывались, улыбались, подмигивали, писали какие-то записки друг другу, все это было так забавно, жутко неловко, но очень как-то приятно было от этого внутри. А еще, мне кажется, весь класс это заметил, периодически говорили об этом вслух, и все это стало «достоянием общественности».

Дома я рассказала об этом маме, и тут понеслось: это стало обсуждаться, меня расспрашивали, начались какие-то подколы, устное «сватовство в десять лет», обсуждение, кто из какой семьи, и что мы знаем про его семью и т. п. Блин, сказать, что мне было больно, – это не сказать ничего, я ведь рассказала не с целью, «чтобы в это все тыкали своим грязным пальцем и пересказывали, как анекдот», я просто хотела поделиться. Все мои родственники, сами того не подозревая, конечно, очень опошлили все эти приятные чувства внутри меня, и я никак не могла остановить весь этот бред. Я злилась, обижалась, ничего больше не говорила, изо всех сил пыталась делать вид, что меня это не ранит. И в результате таких душевных терзаний я приняла для себя решение закрыться, ведь любовь – это боль. А зачем она нужна? Лучше было без нее. И вы знаете, мое тело странным образом среагировало на все это: вместо чего-то такого приятного внутри, я стала чувствовать стыд по отношению к этому мальчику, красивого романа не сложилось, но вот осадок остался очень сильный и неприятный, из такой невинной детской симпатии.

Со временем я подавила все возможные чувства и всем своим видом пыталась показать, что ничего даже подобного и не было, вам всем показалось! Вот если в общем оценить всю мою школьную жизнь, пожалуй, это было самое тяжелое для меня. Знаете, сложилось впечатление, что окружающие люди просто надругались над моей симпатией и искренностью. Хотя, если быть объективной, ничего подобного не происходило, вернее, такой цели ни у кого даже не было, но это все воспринялось вот так и на долгие годы осталось больной, закрытой темой в моей душе.

За время обсуждения этой темы кем-либо, а на слуху она была, наверное, пятый и шестой класс, я в очередной раз для себя убедилась, насколько я не люблю свою семью, я ее не просто не люблю, я ее так стыжусь, что просто не передать словами. Хоть на нее и вешали статус благополучной, но меня выворачивало от стыда, что именно эти люди – мои родители. На чем это было основано, я до сих пор не понимаю, но чувство было слишком сильное и тяжелое. Я, наверное, никогда не смогу объяснить себе логически свое тягостное чувство по отношению к семье, весь этот комплекс негативных чувств, но, видимо, так проявлялись различного рода программы, и пережить их было настоящим испытанием для моей души.

А то, что произошло дальше, очень больно и очень страшно, об этой истории я запрещала себе вспоминать более двадцати лет, лишь в прошлом году она впервые всплыла на сессии, когда со мной работала практик, и она стала первым человеком, услышавшим это. В этом году я рассказала эту историю мужу и старшему брату, а сейчас готова рассказать это всем вам, но поверьте, это достаточно непросто.

По воспоминаниям, мне было лет одиннадцать. Что тогда происходило в семье в общем, не помню, но мое внутреннее состояние достигло своего дна, это был эмоциональный перебор, я ощущала себя просто полнейшим ничтожеством в своей семье и жизни в целом. Я не могла это обсудить с кем-либо, я не знала, что с этим делать, и единственное на то время решение, которое пришло мне в голову, – я решила умереть, добровольно и самостоятельно. Я нашла веревку, залезла на сеновал, как-то там ее прикрутила и даже засунула голову в петлю и начала как-то давить шеей на веревку, и в этот момент мне в голову пришла мысль: «Так, окей, я умерла, значит, ко мне на похороны придет мой класс, чтобы проститься, и придут они ко мне домой, ну и наверняка придет тот самый мальчик, который когда-то мне понравился, и увидит, как мы живем, увидит, какая на самом деле у меня семья и условия жизни». И в этот момент меня охватил неописуемой силы стыд за свою семью, за свой дом, за все, что с этим связано, представляете?! Он был настолько сильный и жгучий, что я не смогла его вынести даже в мыслях уже якобы «после моей смерти»… И благодаря этому мальчику и своему стыду перед ним я передумала делать то, что решила, и осталась жива… У меня на шее даже был след от веревки-бечевки, но, как ни странно, никто его не заметил, даже мама.

Понимаете, насколько бывает важно простое присутствие того или иного человека, даже в мыслях. У меня не было планов на этого мальчика, у меня не было какой-то суперлюбви, которая «снесла мне голову», но сам факт знакомства с ним в прямом смысле спас мне жизнь. И я очень благодарна этому человеку, хотя он, конечно, и не подозревает обо всем этом, за то, что все произошло именно так! Я жива! Я выбираю жить дальше!

А сейчас давайте я сразу сделаю пару отступлений от темы и объясню эту ситуацию. С самого детства я была очень чувствительным ребенком, я могла ощущать чувства других людей, но совершенно не понимала, что они не мои, потому как разницы-то нет, если чувствуешь чью-либо боль, то она такая, как будто я сама ее и переживаю. А так как в нашем доме было очень много обид, боли, непонимания и совершенно не было диалога, все это мертвым грузом висело в пространстве, и именно поэтому я так плохо чувствовала себя там, а еще и в силу того, что была маленькая, не окрепшая телом и духом, это в разы было тяжелее. Поэтому я очень любила ходить по гостям, куда-то ездить, быть где угодно, только не дома, видимо, так интуитивно я себя спасала.

К этой ситуации я вернулась совсем недавно в работе над собой, видимо, почувствовала, что не все там «закрыто», и мне почему-то стало интересно, кто же из духов моих предков помог мне выжить, кто подкинул такие мысли в голову, которые меня спасли? И я увидела рядом с той маленькой девочкой, которая отчаянно предпринимала попытки свести счеты с жизнью, своего дедушку и прадедушку по маме, они были рядом, переживали и делали все, чтобы этого не допустить. Я никогда не видела их в жизни, ведь оба погибли еще до моего рождения, но они всегда со мной в моем поле, в моем ДНК, они всегда рядом, и когда надо, я точно знаю, что они сделают все возможное, чтобы мне помочь. И это дает дополнительное тепло и понимание, что на самом деле я никогда не была и не буду одинокой, со мной мой великий, сильный Род. Даже если я не знала их лично, они все знают меня и помогают мне во всем, а тогда было еще слишком рано, и они наверняка знали, что у меня очень большие планы на жизнь, чтобы просто так взять и закончить ее в одиннадцать лет.

По этой ситуации у меня все, проревелась в очередной раз, хвалю себя за смелость и открытость, двигаемся дальше.

Хочу сказать всем тем, кому сейчас очень плохо и кто, возможно, думает о таком отчаянном шаге, как я в детстве: я не буду вас умолять передумать, у вас есть выбор, и вы можете, конечно, поставить эту жизнь «на стоп», но я хочу вам сказать, что все проходит, и даже самый страшный пи@дец когда-то закончится, и вы будете счастливы, любимы, в жизни может быть еще очень много ярких и интересных, моментов, но все это получится лишь тогда, когда вы захотите ЖИТЬ!

Вот и я выбрала жизнь, успокоилась и нашла себе новые подростковые интересы и переживания. У меня наступил новый этап под названием «когда же наконец-то вырастет моя грудь и я стану взрослой?!». Девочки, кому такое знакомо? Начиная класса с шестого, я прямо очень этого ждала, когда мои формы округлятся. Я это представляла, гладила грудь ладошками, ела капусту, но все как-то было мимо! А еще я просто достала свою маму, и она купила мне лифчик нулевого размера с максимальным пуш-апом, и у меня была возможность стать счастливой обладательницей «почти груди». Я очень ждала и караулила, когда все «вырастет», но все формы начали появляться только в тринадцать-четырнадцать лет, и, к моему удивлению, это кардинально не изменило мою жизнь, у меня только выросла грудь и началась менструация. Да уж, опять подстава… что еще должно было случиться в моей жизни, чтобы наверняка она как-то изменилась в сторону любви и счастья, я совершенно не понимала.

Знаете, самая большая моя мечта была – поскорее окончить школу и НАКОНЕЦ-ТО уехать от своих родителей. Очень часто перед сном мне представлялась картинка, как я в свадебном платье (почему-то с коляской) бегу навстречу своему жениху, и мы женимся! (По сути, почти так и вышло в жизни, но об этом намного позже.) А эти десять школьных лет были просто бесконечно долгой историей, благо школа стала для меня в какой-то степени отдушиной, ребята в классе были очень хорошие, у нас не было каких-то сильных «терок, стрелок» и т. п., а еще к тому же я всегда хорошо училась, и это было поводом услышать очередной приятный комплимент от учителей, так как в семье мне этого очень не хватало.

Особенно я наслаждалась общением с учительницей истории и обществознания. Моя дорогая и любимая Валентина Геннадьевна, как же она умела хвалить! Это было просто шедеврально, она подчеркивала мои сильные стороны, хвалила при классе, гордилась моим умением «красиво говорить» и уверенно держаться на публике. Валентина Геннадьевна оставила в моей душе самые теплые и любящие воспоминания, я всегда стремилась встретиться с ней и после окончания школы, я провожала ее в «последний путь», и когда я бываю в своем поселке, я захожу к ней на могилку просто «поболтать» с большим уважением и любовью за все тепло и веру в меня, которые на тот период мне были так необходимы.

Сейчас я знаю и понимаю, что люди и общение – это мой большой ресурс, а тогда я делала это интуитивно, хотела где-то быть, с кем-то просто говорить. Секций в поселке было немного, и все – спортивные, а я была из тех людей, кто «с утра встала и уже устала», я не любила бегать, прыгать, соревноваться на время, никогда, ни под каким предлогом. Но зато я, постепенно переборов свой страх, примерно к восьмому классу, все чаще стала выступать в каких-то мероприятиях, сценках, в старших классах играла на утренниках у малышей и т. п. Я заметила, что в кругу «своих», когда я всех более или менее знала, я раскрывалась достаточно ярко и активно. Думаю, если попросить моих одноклассников дать мне характеристику, никто из них не скажет, что я была тихоней или открыто чего-то боялась, стеснялась, хотя внутри, сами уже понимаете, было все с точностью наоборот.

Когда я окончила девять классов, мне было четырнадцать лет, мой средний брат окончил школу и уехал учиться и жить в Екатеринбург. С этого периода на «арене моей жизни» появился старший брат, он уже успел отучиться в техникуме и вернулся в поселок. Как же общение с ним было для меня важно, он стал «психологом» не только для меня, но и для некоторых моих подруг, мы всегда очень любили обсудить разные темы, взрослые, серьезные, любые, брат слышал меня, слушал и многое объяснял. Брат заменил мне в то время всех: друзей, родителей, учителей, я получала столько внимания и информации, это было просто невероятно здорово, я впервые узнала, какой у меня интересный, грамотный и разносторонний старший брат, ведь до этого периода мы совсем не общались. Благодаря ему мой переходный возраст прошел без особых закидонов.

Время шло, и неизбежно приближалось самое долгожданное событие – окончание школы. Экзамены и прочая суета меня не интересовали, так как учеба мне давалась всегда легко и училась я хорошо, а вот кем я хочу быть и куда пойти учиться – это прямо была целая головоломка. Чтобы вы понимали, у меня совсем не было контакта с собой, что-то придумать было проблемой, если бы мне тогда задали вопрос: «а чего ТЫ хочешь на самом деле?», то могли бы довести этим до истерики, потому как я не смогла бы на него ответить. Я понимала, что мне нравится английский язык, мне нравится актерское мастерство, а еще меня почему-то привлекали морги, хотя я понимала точно, что медицина – не мое, я не понимала совсем химию и даже не хотела в ней разбираться. И вот как по этим интересам можно было понять, что мне выбрать? Что вообще творилось в моей голове? «Лебедь рак и щука» просто отдыхают, в моей голове минимум был «совет двенадцати», причем все персонажи из двенадцати были абсолютно разные, и каждый день их мнение менялось… К-А-Р-А-У-Л!

Что касается отношений с семьей в это время, я стала более борзая и лет с тринадцати активно «зубатилась» с мамой, всячески отстаивая свое мнение. Мамины попытки сделать из меня «хорошую и послушную дочь» с каждым разом все больше трещали по швам. Это не значит, что я была оторвой или позволяла себе непристойное поведение, нет, я просто просила, а точнее ТРЕБОВАЛА, от нее уважения моего мнения и интересов.

Отец стал для меня уже не таким «злом», я даже могла с ним общаться, конечно, с замиранием внутри, но все же было такое, что мама через меня с ним о чем-то договаривалась, и он меня слушал.

Братья. Между нами случилась любовь, очень хорошие все ж таки оказались ребята, мы учились общаться друг с другом, обниматься, давать нежность, заботу и внимание.

Школьные годы в старших классах я проживала достаточно комфортно, у меня было несколько подружек, не было врагов, я много с кем общалась, мы тусили, ржали, пробовали курить и пить пиво, и это было весело. Большой и чистой любви с кем-либо у меня так и не случилось, но справедливости ради стоит сказать, что класса с восьмого у меня был хороший друг, который в меня был влюблен, и я это знала, но уж как-то внутри меня не случилось того самого «волшебства» и взаимности, в этом я была всегда честна, чтобы не пудрить ему голову. Мы просто гуляли, он провожал меня до дома и был моим «телохранителем». Так как я не влюбчивая особа, то если и было от кого-то внимание, я это особо не воспринимала, но при этом продолжала чувствовать себя одинокой, ненужной и очень сильно жаждущей большой, светлой и взаимной любви!

Но все эти переживания не отменяли тот факт, что уже отзвенел «последний звонок», прошли экзамены, отплясали выпускной, и впереди меня ждала долгожданная свобода, моя новая взрослая, почти самостоятельная жизнь. УРА!

Давайте разберем этапы формирование жизненных сценариев:

1. Школа – новое, незнакомое общество. Мои установки «проявляться – опасно», «доверять – опасно» очень часто вводили меня в предобморочное состояние, заставляли бояться и в каких-то случаях вообще никак не проявлять свои истинные интересы. Эта установка родовая, и сформировалась она во времена ссылки моего деда: он был поляком по национальности и плотником по профессии, у него была большая семья, хозяйство, все как полагается, у прадеда был родной брат – активист, идейный и т. п., участвовал в каких-то собраниях политических, а на дворе был 1937 год, очень неспокойное время, когда ссылали каждого второго за что угодно. На брата прадеда завели уголовное дело по политической статье – заговор против советской власти, ну и в повестке написали просто фамилию, не указав имя, в итоге брат прадеда бежал в Польшу, а чтобы кого-то арестовать, пришли в семью к моим, сильно разбираться не стали, сослали всех в Казахстан. Прадед, его жена, шесть детей и седьмым прабабушка была беременна. В ноябре 1937 года их высадили в степях Казахстана, в условиях не особо пригодных для жизни. На этом дело не закончилось, спустя какое-то время прадеда сослали в трудовой лагерь на Дальний Восток, на десять лет, оттуда он уже не вернулся. Деду моему было тогда шесть лет, он видел состояние своей мамы и понимал, как все это было несправедливо, но доказать они никому ничего не смогли. Дед, когда вырос, был очень замкнут и молчалив, и часто говорил моей маме: «Не болтайте лишнего!»

Для него и его семьи это была вынужденная модель поведения, чтобы выжить в прямом смысле слова. Эта программа очень тяжелая, она сильно искажает судьбу и жизнь человека. Она просто «повисла» в родовой системе и имела влияние на тех членов рода, кому необходимо было с этим справиться. А у меня, кроме рода, эта программа была еще от одного из прошлых воплощений, когда я была целителем и, чтобы выжить (в истории часто бывало, когда целителей преследовали и убивали), уходила с семьей в лес, в маленькую общину, где только среди «своих» могла заниматься своим делом. Программа есть, род выбран правильно, там тоже есть подобное, семья, а точнее – мой отец идеально сыграл свою роль и активировал во мне все это «добро». И самое интересное, что даже в детстве, когда я еще ничего не понимала, я замечала, что как только окружающие меня люди, коллектив становятся для меня своими и безопасными, я проявлялась во всей красе и изо всех сил привлекала внимание, но все чужие люди и новые места – это был «страшный страх» для меня.

2. Четко закрепилось убеждение «любовь – боль», и активировался запрет на чувства и их проявление. Это мне перепала установка со стороны отца, он любил своих родителей и хотел быть ими любимым, но вышло так, как вышло. Принятие и проявление любви всегда очень важный навык в жизни, порой бывает, что это одна из основных целей души. Ситуация из моего детства показала, что внутри меня может быть что-то такое «эдакое», очень даже приятное, но мне потребовались годы, чтобы не бояться это чувствовать, проявлять и отдавать.

3. Закрепились убеждения – «я в долгу за свою жизнь», «я должна искупить чувство вины за свою жизнь», в этом мне помогала моя мама, выше описана история ее рождения. Мама всю жизнь чувствовала себя «должной и виноватой», что «ради ее жизни братьям пришлось умереть» (понимаю, звучит странновато, но подсознанием это считалось именно так). А мне моя мама это активировала через посыл: «я на вас всю жизнь положила», «я-то вот свою маму любила и слушалась, а ты…», «я-то свою маму берегла, а ты..» и т. п. Из-за этого у меня сложилось стойкое ощущение, что я действительно «должна за свою жизнь», и этот «долг» нужно отдавать поведением, вниманием, помощью, послушанием и т. п.

4. Ну и установки «не быть собой», «чтобы меня любили и принимали, мне нужно подстраиваться и угождать», «я должна заслуживать любовь» – позволяли мне, конечно, коммуницировать с разными людьми, но сильно отстраняли от самой себя, что очень мешало в понимании, «а что же я хочу на самом деле?», какую профессию выбрать, куда пойти учиться и т. п. Ну и соответственно в тот период в моей жизни были люди, которые «лучше меня знали, что мне надо», и я чаще жила их выбором и мнением, так себе история, я вам скажу, не из приятных.

5. Ребенок начинает «проигрывать» свои программы уже ближе к переходному возрасту, точного момента никто не скажет, конечно, но +/– четырнадцать лет, а все, что происходит до, это отражение состояния родителей. Если дети болеют в детстве или ведут себя как-то «не так», это отражение состояния родителей, их проблем и уроки для них. Если ребенок воспитывается в приемной семье, то он все равно находится в едином поле со всеми членами семьи и «подключается» к программам и урокам для своих приемных родителей.

В заключение этой главы и периода жизни в родительском доме, мне хотелось бы подвести общие итоги:

В детстве я считала себя искренне и честно глубоко несчастным ребенком, нелюбимой дочерью, некрасивой девочкой и т. п. Моя психика сделала эти выводы на основании тех или иных событий моей жизни, я сформировала для себя свою модель поведения и начала путь своей души под названием «Жизнь Кати». Но давайте разберемся в объективности всего: на одну и ту же ситуацию каждый человек смотрит по-своему, и когда, по нашему мнению, случается что-то тяжелое, мы поскорее хотим это прожить и забыть, как страшный сон. Но вы хоть раз думали, а чему хорошему вас научило то или иное «плохое, тяжелое» событие вашей жизни? Объясню все на своих примерах.

Мои братья: в детстве благодаря тому, что все было именно ТАК в нашем общении, я стала более смелой, самостоятельной, могла за себя постоять в прямом смысле слова, училась радоваться мелочам, ходить в походы, любить природу и животных, потому как весь этот опыт проходили вместе. Средний брат подготавливал меня к школе, дружил со мной, брал с собой в разные места, помогал в каких-то делах. Старший брат помогал маме с нами, «выносил горшки» (за что он и начал нас ненавидеть, ха-ха-ха) и проявился в моей жизни в переходном возрасте, это было самое лучшее время, он стал для меня целым миром и своей заботой и поддержкой уберег меня от возможных глупостей. Мои братья – это просто мои два крыла, они всегда рядом со мной, с рождения и до сегодняшнего дня, каждый по-своему, и это очень ценно для меня. Поскольку у меня не было контакта с отцом, они показали мне на своем примере, что мужчины могут быть другими (не вели себя, как отец), это не «инопланетные объекты», которых стоит бояться и обходить стороной, а мужчины, которые могут любить, помогать и заботиться.

Мое окружение: вокруг меня всегда были люди, которые помогали. Да, у нас есть цель «прожить и трансформировать» какие-то тяжелые чувства и программы, но это ведь не значит, что вся жизнь будет состоять только из этого, всегда найдутся люди, которые проявят любовь и поддержат, главное – это заметить, хотя бы спустя время.

Моя любимая подруга Катька: да, у меня случилась на нее обида за «предательство», но это было очень правильно для моей души, и при этом мы очень много с ней общались, дружили, ходили друг к другу в гости и ночевать, у нее прекрасные родители, которые меня любили и очень хорошо принимали, именно она меня учила дружить и показывала, что может быть классно, весело, интересно.

Моя «первая любовь»: – можно рассматривать как драму, трагедию, горе, но в этом есть невероятный плюс, эта ситуация активировала во мне приятное чувство, а вся эта история привела к тому, что я захотела жить, и не случилось той трагедии в одиннадцать лет.

Моя любимая учительница: она так в меня верила, гордилась и поддерживала, что это давало невероятные силы не сдаваться, раскрывать себя и двигаться дальше.

Все мальчики, которые оказывали мне внимание, а я, кстати, только сейчас поняла, что они были, не такая я уж была одинокая и никому не нужная, я просто не могла принять эту заботу и внимание, но оно было.

Ну и, конечно, мои дорогие и любимые родители – это не «исчадие ада», как порой мне хотелось думать, это самые любящие и близкие люди. Представьте, насколько нас любят наши родители, если они берут на себя такую роль – помочь нам пройти свой жизненный путь, при этом их души понимали, что все это будет через боль, слезы, непонимание, даже ненависть со стороны детей. Дети не всегда заметят и поймут, да и они сами не помнят об этой истинной договоренности душ, но действуют интуитивно и, как оказывается, очень правильно, даже когда бывает больно и несправедливо для ребенка.

Здесь почему-то пришла ассоциация с хирургом – если он будет плакать над пациентами и жалеть, так делу не поможет, ему нужно быть максимально сдержанным, хладнокровным, может, даже строгим, но ему нужно сделать операцию, а его пациент через боль, страх, период восстановления станет здоров! Так и родители, через спектр разных чувств, очень часто негативных, учат нас чему-то хорошему и светлому, тому, что нам искренне необходимо.

Так вот, благодаря тому, что мой папа в моем детстве был именно «ТАКОЙ», я поняла, что я хочу к себе другого отношения, нежели у родителей, я поняла, как важно, когда обнимают (я очень люблю обниматься с мужем и детьми), я поняла, что я не позволю кому-то относиться ко мне плохо (видя их пример), что в своей семье я хочу любви и уважения. Так как я очень хотела поскорее стать взрослой, уехать из дома, то благодаря такому поведению отца я уехала из поселка почти в семнадцать лет и туда уже не возвращалась. И мне не было страшно куда-то ехать и начинать новую жизнь, жить за тысячу километров от родного дома, быть самостоятельной, рассчитывать на себя, принимать решения, и ведь ВСЕ это благодаря тому, что в родительском доме мне не нравилось и я не хотела там жить!

Благодаря тому, что моя Мама любила меня именно ТАК, я научилась говорить «люблю» своим детям, именно говорить и обсуждать чувства, а не просто показывать это на деле. Я научилась слушать и слышать своих детей, по мере возможности (этот навык постоянно должен обновляться, ведь дети растут, и нужно учиться принимать их новые интересы и, возможно, «неудобные» темы для разговоров), я бесконечно стремилась к тем отношениям, где меня будут любить и мне будет комфортно. Я учусь не приносить себя в жертву своему мужу и детям, а развиваюсь сама и ищу в жизни что-то интересное, только мое и для меня.

И я думаю, так можно перечислять до бесконечности, что хорошего и прекрасного вышло из моего «тяжелого и несчастного» детства, и ведь у каждого из вас точно так же! Посмотрите на какую-то свою «больную» ситуацию с другой стороны и найдите в этом что-то хорошее, вы удивитесь, что оно вообще там есть, да еще и так много. И вот когда мы просто меняем взгляд на одну и ту же ситуацию, тогда мы видим благо, любовь и пользу всего, что было, тогда есть принятие ситуации, что все было правильно, с безусловной любовью к себе и для себя.

Если бы мои родители любили меня той любовью, которая была нужна мне, по моему мнению, то я даже бы никуда не уехала из своего поселка, я, зная себя, понимаю, что я села бы «возле маминой юбки» и смотрела, как жизнь проходит мимо, а я в ней просто взрослею, а не живу.

В процессе написания этой главы я впервые для себя увидела, сколько же на самом деле в моем детстве, вокруг меня было любви, сколько классных и замечательных людей было рядом, как они поддерживали меня по-своему и помогали, как же от этого тепло и приятно. И вы знаете, на что я обратила внимание? Вокруг меня никогда не было откровенно плохих людей, жестокости и прочего, мои ангелы-хранители меня от этого, видимо, очень берегли, а моя несокрушимая вера «в светлое будущее» всегда посылала мне хороших людей в мое окружение.

И мы не повернем время вспять и не перепроживем свое детство с сегодняшним опытом, но всегда можем найти в нем что-то хорошее, светлое, любящее, понять, для чего так было, и тем самым простить всех тех, на кого когда-то обиделись. Все это даст невероятно классный результат, и ваша жизнь обязательно изменится к лучшему, я проверяла это на себе. Ведь наша реальность так устроена – на чем мы концентрируемся, то мы и притягиваем в свою жизнь, обиды всплывают в памяти не для того, чтобы в очередной раз «сделать больно», а просто для того, чтобы человек уже «прожил это и отпустил». А это возможно лишь тогда, когда вы хотя бы допустите мысль, что это ваш выбор, и все ситуации хотят научить вас замечать и принимать что-то хорошее.

Чтобы пройти жизненный опыт, сознанию человека необходимо искренне поверить в происходящее, на своей шкуре ощутить боль, обиду, разочарование, для этого вокруг все происходит именно ТАК! Но лишь поняв суть происходящего, мы сможем ощутить истинную любовь, благость и наслаждение, они будут такими «вкусными, теплыми и заботливыми», что в этот момент душа будет петь и ликовать. Не отказывайте себе в этом удовольствии, найдите смелость увидеть в своей жизни любовь или хотя бы допустите, что она есть во всем, что вас окружает!

Думаю, это основное, на что хочется обратить внимание в этой главе, но вы понимаете, что программ и сценариев было очень и очень много, и это было заметно по моему истинному внутреннему состоянию.

Глава 3. Студенческая жизнь

Ну что, вот она, долгожданная свобода, как же долго я ждала этот момент! Все бы ничего, но вот кем быть и куда дальше двигаться, совсем было не ясно. Поступать на учителя английского языка я струсила, актерское мастерство даже не рассматривала (это ж не серьезное дело), в итоге мама отправила меня в Екатеринбург, в техникум, где у меня учился средний брат, это, видимо, и предопределило выбор. Но, к своему удивлению, я плохо сдала вступительные экзамены, а договор у нас с мамой был такой, что я еду в Екатеринбург, только если поступаю на бюджет.

В итоге нам пришлось ехать в Тюмень и поступать там, что меня совсем не радовало. С самого приезда туда я была недовольна всем, «не тот город», «не те люди», «не те улицы», в общем, все «не то»! Не знаю даже, как моя мама вытерпела меня в таком состоянии, и мы не поругались. Поступать было решено в Тюменский политехнический колледж, на отделение «бухгалтерский учет, анализ и аудит».

Выбор будущей профессии был основан на практичности, мама сказала: «Че дурью-то маяться, вон их сейчас сколько всяких профессий непонятных, выучишься и куда потом? Тетя Валя вон у нас бухгалтером всю жизнь работает, работа есть всегда, туда пойдешь, хоть на кусок хлеба сможешь заработать!».

Ну, собственно, это был «приговор», который не подлежал никакому обжалованию. Несмотря на то, что я сдала вступительные экзамены на отлично, поступила учиться на платной основе (не было бюджетных мест), и родители платили реально «из последних денег», сказать что-то против я совсем не могла, отказаться от этого или бросить учебу было смерти подобно.

Поэтому первые две недели я сидела на парах с одним только чувством: как бы не расплакаться и не убежать отсюда.

Как обычно, меня спасли люди, группа моя была очень хорошая (48уБ, привет ВСЕМ!), почти одни девочки и два парня. Очень скоро у меня в группе появилась подруга и жизнь наладилась. Сама учеба, как правило, не напрягала, я и тут училась хорошо, просто у меня даже не было понимания профессии, кто такой этот бухгалтер и что он вообще делает?

Так как я была иногородняя, мне дали место в общежитии, оно было только женское, и меня подселили к двум девочкам, которые уже год там жили. При заселении в общагу был очень смешной случай: я очень переживала за то, как меня примут, и не будет ли у меня проблем. И когда показали комнату, там стояло две панцирные кровати, и комендант сказала, что можно либо еще кровать поставить, либо раскладушку дать, на что я подумала, что на раскладушке спать «не по понятиям!», типа девочки между собой сдружились, я тут новенькая, да еще и на раскладушке, ага, «лохушку нашли, что ли!». Нам в комнату приперли еще одну кровать, поставили их в ряд, иначе места не было, а промежуток между кроватями позволял только ноги протиснуть, но это неважно, главное ведь «не потерять авторитет!». А девочки-то мои в комнате оказались такие прекрасные, честно, простые, веселые, мои дорогие Танюшки-хохотушки.

Мы быстро нашли общий язык, и у нас никогда не было ссор и конфликтов. А спустя год я уже не боялась потерять свой авторитет и взяла себе раскладушку, и она оказалась такая крутая, с очень широким мягким матрасом, новая, в итоге я на ней так кайфовала, да и места в комнате стало больше.

Студенческий период мне доставлял удовольствие, потому что мы много веселились и ржали. Да, именно ржали. Знаете, это когда текут слезы ручьем, возможны и сопли, начинаешь уже подхрюкивать от смеха, но не можешь остановиться, это имело невероятный эффект для меня после того, как проржешься, аж «жизнь становилась легче».

Учебный процесс запущен, группа у меня была классная, в общаге здорово, но как обычно было одно большое и важное НО! Вы же помните, что самая важная моя цель была – найти большую и светлую любовь, наконец-то встретить своего принца и быть им «залюбленной». А вот с принцами-то как раз был дефицит. Я уже было смирилась с мыслью, что не встретила принца в своем поселке, оправданием этому было: «Ой, поселок маленький, выбирать не из кого!», но вот когда я приеду в город, как только покажу всю свою красоту миру, так все прЫнцы просто в очередь выстроятся передо мной.

Но на деле ни один город не преклонил колени перед моей красотой, а из принцев были только «не русские» (так пишу, потому как не знаю точно их национальностей, никого не хочу обидеть этим выражением) ребята, которые работали на вещевых рынках, и когда туда приходили за покупками, то вот они-то совсем не скупились на приятные слова, мне кажется, можно было даже ничего не покупать, а просто ходить по рынку, чтобы слушать: «Эй, красавица-а-а!».

Новых знакомых парней у меня появилось много за время студенчества, я умела с ними смеяться, общаться, шутить, бухать, но никто из них так и не торопился быть моим «принцем». С каждым из новых приятелей я знакомилась со скрытым ожиданием, что, может, это именно ОН, тот самый!? Но у меня ни с кем не было даже отношений.

А еще был один неприятный, неожиданный момент в жизни, который очень сильно подрывал мою и без того низкую самооценку: только за первый год студенчества я набрала семнадцать килограммов! Выражение «растет как на дрожжах» я в прямом смысле прочувствовала своим телом, мы много не ели, не было дошираков и фастфуда, а килограммы все добавлялись и добавлялись. У меня неожиданно появилась грудь почти пятого размера (блин, видимо, все ожидания и поедание капусты с шестого класса только «догнали»), у меня появились красно-бордовые растяжки на груди и ногах. Я вообще не понимала, что с этим всем «добром» делать и как все остановить. Ощущение, скажу вам, так себе. Полное отвращение и непринятие своего тела, я до последнего делала вид, что поправилась совсем немного, ведь весов у меня не было, но когда мы пошли на медосмотр в конце первого года, то весы показали семьдесят семь килограммов (при росте 163 сантиметра), хотя перед окончанием школы я весила до шестидесяти килограммов. При этом мама подливала масло в огонь, говоря, что «я в нее же пошла, вот и полная», что мне совсем не хотелось признавать. Ведь отец мой всегда был худым, женский род по отцу – некрупные, да и по маме тоже крупных не было, только она одна, ну и я, видимо, в нее.

К концу первого курса я неожиданно и случайно для себя познакомилась с парнем, он был старше меня на несколько лет, уже работал, был очень самостоятельным. Как-то невзначай завязалось общение и симпатия. Мы жили в разных городах, часто и много звонили друг другу, общались, а при редких встречах гуляли долго и даже целовались. Все это мне казалось очень милым, и я с гордостью за себя, думала, что у меня есть парень. Отношения с этим парнем продлились полгода, чаще это было общение по телефону, иногда мы встречались, и даже у меня с ним был мой первый сексуальный опыт (об этом расскажу позже, более подробно). А закончились они также неожиданно, как и начались, вдруг откуда ни возьмись образовалась бывшая девушка, беременная от него, и это стало неоспоримым аргументов для прекращения общения. Каких-то истерик и слез с моей стороны не было. Да, было неприятно, но терпимо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.