Станислав Лопатин
Проверка вентиляции

Глава 1. Странный попутчик

Вагон так неожиданно содрогнулся, что некоторые пассажиры в плацкарте стали протирать глаза и включать свет над своими полками. На часах было около часа ночи. По коридору прошла слегка заспанная и недовольная пожилая проводница в телогрейке.

– Что повскакивали, лунатики? Станция Грязи. Смена тепловоза – обычное здесь дело, – пояснила она вполголоса. – Стоянка долгая. Если не спится, можно подышать воздухом, – потрясывая пачкой сигарет, проводница вразвалочку направилась в тамбур к выходу.

Кто-то последовал ее примеру – внутри было душно, воняло китайской лапшой и заношенными носками. Но выходить из теплого вагона на ночной мартовский мороз – еще то удовольствие.

Снова тряхнуло, и Назар решил дождаться, когда железнодорожники завершат готовить состав к дальнейшему пути. В лежачем положении толчки раздражали сильнее. Он приподнялся и стал смотреть в окно, за которым курильщики на платформе смолили почем зря. В вагон дым почти не проникал. Хотя даже этого «почти» хватило, чтобы закашляться.

– Проблемы с дыхалкой? – с соседней нижней полки поднялся немного чудаковатый мужичок с недельной щетиной на лице, превращающейся в седую бородку.

– Ничего, сейчас пройдет.

– Да нее, не пройдет. Астма – это надолго, – мужичок, лыбясь, облокотился на вагонный столик и бесцеремонно уставился на Назара. – Ну, рассказывай.

– Да как бы нечего рассказывать. И вообще, меня с детства учили с незнакомыми не разговаривать.

– Это правильно. Молоток, уважаю твоих родителей, – не отставал сосед. – Елисеем меня зовут. Теперь мы почти знакомы. Осталось узнать, кто ты и куда едешь… Да чего ты все время пялишься в окно? Боишься? Это же обычный разговор в поезде. Просто хочу быть уверен, что еду с порядочным человеком.

– И сами задаете непорядочные вопросы, – Назар искоса бросил взгляд на Елисея, который два часа, как появился в вагоне, был обычным незаметным для всех пассажиром. – Будто допрос устраиваете. Если бы не вид, подумал бы, что вы из органов. Отстаньте, нет у меня желания каждому уделять внимание и говорить о себе. Я занят.

– Чем же?

– Своими мыслями. Не возражаете? – Назар достал из своей небольшой кожаной сумки документы и стал их пересматривать.

Из кипы вылетел железнодорожный билет, но пола не успел коснуться. Ловко пойманный он через секунду уже лежал на столике. Сосед с интересом заглянул в билет, прежде чем возмущенный такой наглостью Назар успел убрать его в сумку.

– А я все равно узнал про твою секретную конечную станцию. Видишь, как повезло, – насмешливо сказал Елисей. – Да ладно дрожать-то. И без твоих россказней уже многое понял. Ты из столицы. Работаешь, небось, в школе – выдает учительский тон. Скорее всего, преподаешь иностранный язык – в руках видел книжку, кажись, на английском. Для учителя ты слишком холеный – вероятно, ушел из института и не по своей воле. Проблем с правоохранителями пока не было – понятия не имеешь, что такое допросы в органах. Ничего, это вопрос времени. Думаю, сможешь выкрутиться и не один раз. Женат – кольцо на безымянном. На командировочного не похож. Значит, личное дело, раз жену не взял с собой. Возможно, намерен лечиться – там, куда едешь, хороший санаторий для таких больных. Но, сдается, есть более веская причина – вещей-то почти нет. Знать, собирался быстро, будто умер кто. Вижу-вижу по глазам, что почти все угадываю… Ждут тебя непростые испытания. Они, запомни, даются либо за кармические долги, либо подталкивают к чему-то… Знаешь, если все-таки хочешь лечиться, то советую Мертвое море. Там, говорят, отличный воздух. Тебе бы сменить…

Назар лег, накрывшись простыней с головой, и не стал вслушиваться в слова приставучего соседа. Знал бы этот старикан, какие проблемы обрушились за один день, молчал бы в тряпочку.

Глава 2. Бедовое утро

Утро началось до восхода солнца со «скорой». Она потребовалась Катюше. Из-за адских болей в животе медики без разговоров повезли жену в больницу с подозрением на гнойный аппендицит. Оставалось только надеяться на благополучный исход операции. Их, конечно, делают немало. И все же успех никто до конца не гарантирует. К сожалению, не всех пациентов удается спасти хирургам.

Назар знал про то, что беда никогда не приходят одна, и морально готовился к новому удару. Судьба любит наносить его внезапно, когда не ждешь. От этого тошно и тревожно на душе. Возможно, поэтому завтрак получился так себе, как и сборы на работу. Обычно Катерина завязывала галстук на удачу. У самого же сноровка была не та. Резкое финишное затягивание узла слегка сдавило горло, но откашливаться пришлось минут пять.

Какая-то непонятная возня на подоконнике за окном остановила, когда уже собирался выходить из дома. Пятнистый бело-серый голубь пытался влететь в квартиру, словно не видел перед собой преграды из стекла. Назар приоткрыл створку и хотел рукой шугануть глупую птицу. Та отпрянула, но не улетела. Голубь внимательно изучал человека светло-каштановым глазом, помогая себе крыльями удерживаться на узком подоконнике.

– А ну, кыш отсюда, пернатый! – в ход пошла тяжелая артиллерия – против веника у голубя не было никаких шансов.

Птица взлетела, сделала небольшой круг возле окна и метнулась с четвертого этажа куда-то вниз, во двор. У Назара защемило сердце. На секунду показалось, что голубь бился неспроста. Вскоре это чувство затерялось в дебрях мыслей о работе.

На удивление в школе как никогда очень гладко прошли все пять уроков. Не покидало ощущение некоего аванса от судьбы за будущие неприятности. Факультативные занятия пришлось отменить, чтобы успеть заполнить полагающиеся классному руководителю отчеты и потом бежать в больницу.

По расчетам, с кучей документов можно было разобраться за полтора часа. Однако зазвонивший телефон вырвал его из рабочего распорядка дня и расстроил все планы. Причем полностью.

– Заря, здравствуй, это ты, дорогой? – уточнила пожилая женщина. – Извини, что сообщаю плохие вести. Мамка твоя скончалась. Приезжай скорее.

– Как скончалась? Когда? Кто это говорит? Что за ерунду несете, я вчера разговаривал с матерью! – печальное известие настолько шокировало Назара, что он отказывался верить сказанному.

– Кто говорит? Мелисса Трофимовна, соседка ваша с нижнего этажа. Ой, как жалко Валентину. Всего-то 69 лет, – причитая, женщина всхлипнула и положила трубку.

Назару показалось, что галстук душит его все сильнее и сильнее. Он поскорее его развязал – мог начаться приступ – и, недолго думая, выбросил в мусорную корзину. Сзади хлопнула дверь, и в кабинет вошла директор Каменюка, как ее называли школьники.

– Как успехи на трудовом фронте, молодой человек?

– Даже не знаю, что сказать и с чего начать, – растерянно ответил учитель, стараясь не давать волю эмоциям.

– Ты, Назар Зарубин, со своим английским совсем родную речь позабыл. От тебя требуется сказать: «Хорошо». Хотя нет, хорошисты мне не нужны. Значит, «отлично». Да, кстати, когда переведешь мою статью для журнала? Или ты ее до сих пор не написал? – нахмурилась Наталья Каменная, скрестив перед собой руки – верные для работника признаки предстоящей выволочки.

– Да, не писал, потому что некогда. Сплошные отчеты – даже факультатив отменил, – усталым голосом признался Назар. – Послушайте, у меня жена в больнице и мама умерла…

– Все равно отчеты надо вовремя заполнять. Понятно? Вам все компьютеризировали, так сказать, облегчили работу. А еще нужно сайт сделать про жизнь класса и регулярно вести его. С отдела образования звонили, сказали, хотят видеть цифровизацию в деле.

– Не подскажите, когда детей учить?

– Ничего, жизнь их научит.

– Вам что важнее, человек или цифра?

– Ох, «англичанин», не зря тебя турнули из вуза. А я, дура, еще в свою элитную школу взяла. Хорошо, у нас общество современное, продвинутое. Таких изгоев, как ты, глядишь, скоро станут призывать к ответу за цифровой нигилизм.

– Зачем тогда каждый отчет нужно распечатывать?

– Для надежности. Вдруг пропадет свет… А, поняла, это был провокационный вопрос.

– Знаете, не вижу смысла продолжать эту тему. Меня сейчас другое беспокоит, – Назар переключился на свою проблему. – Мне надо мать похоронить. В другом городе…

– Три дня, – холодно отозвалась директриса, понимая, к чему клонит ее учитель.

– Серьезно? Этого мало.

– Больше не дам.

– Тогда я напишу «за собственный счет»! – возмутившись, сорвался Назар.

– Тогда лучше «по собственному желанию»! И не пытайся меня разжалобить своим якобы приступом – задыхается он. Ингалятор надо носить с собой и не стесняться пользоваться, – Каменная, в очередной раз оправдав свое прозвище, вышла из кабинета, нарочито громко хлопнув дверью, чтобы все слышали и знали, кто впал в немилость.

Глава 3. Родной дом

Яркое южное солнце, как в детстве, подняло без будильника. Назар глянул на часы и стал быстро собираться – поезд приближался к его станции. Назойливого мужичка уже не было. Сдав постельное белье, Зарубин поинтересовался у проводницы, куда делся его назойливый сосед.

– А где тот старик, судьбовед доморощенный, который рядом со мной ехал?

– Честно, не знаю. Ночью никто не выходил… Погодите, а кто же там мог ехать? У меня это место отмечено как свободное, – заволновалась она – за постороннего могло влететь. – Вы что-то путаете, гражданин, – включилась защитная реакция. – Ничего не употребляли?

Спорить было некогда – показался небольшой двухэтажный вокзал из белого кирпича и знакомый баннер: «Добро пожаловать в город замечательных людей». Назар вышел на перрон, держа под мышкой куртку, – на улице было тепло, глаз радовала пробивавшаяся повсюду зелень. Все портил противный запах протухших яиц, который напомнил о заводских выбросах.

Вскоре таксист, поссорившийся с коллегами из-за пассажира, мчал Зарубина к дому матери. Правда, выйти пришлось раньше – проехать помешал вырытый котлован с трубами.

– Извини, у нас тут у каждого своя «скважина», – съехидничал таксист.

– Ничего не изменилось с прошлого лета, – понимающе отреагировал Назар.

– Трубы все меняют… или трупы, – поежился водитель. – Говорят, кости там какие-то нашли. Возможно, братская могила.

Возле сетевого магазинчика вприпрыжку подбежали две молодые цыганки в кожаных куртках и с большими золотыми кольцами в ушах. Они заглядывали в глаза, протягивая ладони:

– Красивый, помоги, чем можешь.

Не обращая на них внимания, Зарубин ускорил шаг. Сокращая путь, он прошел через детскую площадку с выломанными качелями. Возле подъезда своей девятиэтажки ему встретился высокий пьяный парень в серой заводской робе.

– Не пущ-щу. Ты не здеш-шний, – на его землистом лице промелькнула злобная ухмылка. – Ща, слышь, полицию вызову.

– Еще как пустишь. У меня квартира на восьмом этаже… Погоди, а ты не Веничек часом? Сосед, ты, кажется, в седьмом классе учился, когда я уехал. Потом ни разу тебя не встречал.

– А-а, это вы, дядя Назар, – заметно расстроился Веничек. – Конечно, не видели. Отдыхал я, – изобразил он пальцами решетку.

– Ты никак высматриваешь кого?

– Да одного залетного ищут в нашем микрорайоне. Менты по своим каналам награду нехилую обещали – сто штук. Вы, если увидите кого не из местных, мне свистите – деньги очень нужны… А давайте вас до квартиры провожу… Заодно удостоверюсь, вы или не вы…

Шатавшийся сопровожатый напрягал. Он шел сзади, как конвоир, и внимательно следил за всеми действиями Зарубина. В лифте демонстративно нажал кнопку восьмого этажа, наблюдая за реакцией гостя. Но тот был невозмутим. Подойдя к квартире, Назар достал ключи и несколько секунд подержал их над собой, чтобы хорошо было видно. Изнутри послышался стук.

– Не понял, там кто-то есть? – насторожился Зарубин и поскорее стал открывать замок.

– Как я сразу не вкурил, это же у вас мать умерла, – Веничек хлопнул себя по лбу. – Вы того… не забудьте позвать, когда будете проставляться, ну, это… отмечать, короче, справлять поминки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.