Надежда Скай
Старая измена. Сын мужа

Глава 1

Дисклеймер

Все события и персонажи, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными событиями и реальными людьми случайно. Эта книга содержит ненормативную лексику, рекомендована для чтения лицам, достигшим 16 лет. Альтернативная Россия относительно законов и Семейного кодекса РФ.

Катя

Нервно постукивая пальцами по рулю, ждала возвращения сына. Мы уже опаздывали и сегодня точно встанем в пробку. Настя смотрела на моём телефоне мультики и иногда хихикала в голос. А я уже кусала нижнюю губу, останавливая себя, чтобы не сорваться и не пойти за сыном. Учебник он забыл! «Как всегда», – мысленно закатила глаза.

– Всё! Взял, поехали, – выдохнул мой пятиклассник, виновато улыбаясь.

– Олеж, ну я же вчера просила ещё раз проверить школьный рюкзак.

Выехала со двора, останавливаясь на секунду, чтобы проверить, как закрылись автоматические ворота.

– Мам, я проверил…

– Не люблю, когда врут.

– Ну ладно, я забыл. Прости.

Пришлось сына первого закинуть в школу, еле успели до звонка. Пускай сам извиняется за опоздание. Я устала с ним нянькаться, пора становиться самостоятельным. «И пересадить на школьный автобус. Хватит жалеть». Большая школа нашего района вмещала в себя около двух тысяч учеников, а значит, спокойно подъехать в нужное время было проблематично, как и выехать.

Скрипя зубами я стояла в пробке, а навигатор, издеваясь, показывал красным километровую пробку до садика. Дочка точно опоздает на завтрак. Пусть скажет спасибо старшему брату.

– Настюш, дай мне телефон.

– Я ещё мультик не досмотрела, – дочка надула губы и с неохотой протянула гаджет.

– Мне надо позвонить твоей воспитательнице. И я сразу отдам.

На моё счастье, Валентина Юрьевна, или Валя в личных беседах, моего возраста женщина, с пониманием отнеслась к проблеме и заверила, что Настя не останется голодной. Хоть где-то повезло.

А уже в десять утра я была дома. Времени на «присесть» не было. Понедельник после выходных требовал от меня много времени и сил как на домашние дела, так и на мою онлайн работу. За что первое хвататься, не знала. Опустилась на пуф, оглядывая наш большой дом от прихожей, коридора, кухни и гостиной до деревянной лестницы на второй этаж.

– Дождусь тёть Машу и сяду за компьютер.

Наша давняя с мужем мечта – купить большой дом – сбылась три года назад. Мы вместе сделали мелкий ремонт, застройщик, по нашему вкусу, сам произвел отделку. Ну а озеленением двора занималась нанятая ландшафтная фирма с отличными рекомендациями. Я же просто следила за работами и координировала действия. И сейчас мы обладатели хорошего дома из жёлтого кирпича с большим прилегающим участком в пригороде Краснодара.

Переодевшись в домашние майку и штаны, завязала свои длинные волосы в пучок. Рома обожает мои волосы и всегда просит их носить распущенными, но это жуть как неудобно в домашних хлопотах. Он сейчас на работе и не увидит. Вскоре пришла наша обожаемая помощница по дому тётя Маша, женщина чуть за пятьдесят, и по традиции заварила чай. Я же достала из морозилки мясо и с удовольствием под вкусный травяной чай окунулась в работу на несколько часов.

– Катюш, там…

– Да, тёть Маш? Что там?

Мария Фёдоровна вытерла руки о небольшой фартук и кивнула на входную дверь, рядом с которой висел домофон с большим экраном.

– Мальчик какой-то. Спрашивает Романа.

– Интересно.

Возле большой кованой калитки стоял не мальчик, а довольно большой подросток и осматривал наш дом. Моё любопытство выворачивалось наизнанку, а в голове неслись кучи догадок. Но жуть как хотелось услышать от него, что ему нужно от моего мужа. Я пустила его во двор и пошла к двери.

– Слушаю.

– Я ищу Севастьянова Романа Михайловича.

– Его нет дома. Он на работе, – парень заглянул через моё плечо в дом, словно не поверил моим словам. – Ему что-то передать?

– Нет. Я его подожду.

Он нагло прошёл мимо меня, скинул обувь, огромную дорожную сумку и двинулся в большую и светлую гостиную, удобно устраиваясь на диване. Взяв в руки лежащий на рядом стоящей тумбе пульт от плазмы на стене, он молча стал переключать каналы, не обращая внимания на меня и тёть Машу. Вот это я понимаю, наглость!

– А ты кто, мальчик? – я встала рядом и скрестила руки на груди, пытаясь силой воли опустить взлетевшие вверх брови.

– Я его сын.

– Чего? – и всё же мне не удалось опустить брови. Они уже стремились к границе роста волос. – Какой ещё сын? У моего мужа, кроме наших детей, нет больше никого.

– Есть. Я.

– Таааак. Понятно. А откуда ты взялся? И как тебя зовут? – мне бы закончить этот абсурд, но я продолжала.

Этот «сын» закатил глаза на мои глупые для него вопросы, ещё несколько раз клацнул каналы и только потом обратил своё внимание на меня.

– Приехал из Ставрополя. Зовут Саша.

– Угу, хорошо. А с чего ты взял, что ты сын моего мужа?

Всё это время тёть Маша стояла за моей спиной и гладила по плечу, наблюдая сцену и то, как я начинаю нервничать. Вот честно, всё это напоминало мне начало какой-то мыльной оперы по второму каналу центрального телевидения. Вот только в моём доме и на моих глазах. И, конечно, я не верила! Рома не мог такое от меня скрыть, да и невозможно это!

– Мама рассказывала.

– О, так у тебя и мама есть. И где она?

– Уехала, – пожал плечами этот Саша и отвернулся к телевизору, – а меня отправила к отцу.

– Очень мило. Но я повторюсь: с чего ты взял и где доказательства, что мой муж – твой отец?

Я подошла к нему, вырвала пульт из рук и выключила плазму. Я хочу знать ответы на свои вопросы и чтобы этот подросток смотрел мне в глаза.

– Мама всё рассказала. Показала его фотографии, мы с ним даже похоже. Рассказала, как они встречались…

Тут я впервые трезво рассмотрела парня. Он был чуть ниже мужа. А Рома у меня довольно высокий мужчина, я ему едва до плеча доставала. Тоже тёмный шатен с карими глазами. Но у мужа была особенность, как и у его покойного брата. У каждого из семейства Севастьяновых мизинцы на руках были слегка изогнутой формы и смотрели внутрь ладони, если выпрямить кисть. Наследство по отцовской линии. У моих детей это наследство вылезло у старшего сына. Дочь миновало. Но жить им эта особенность совсем не мешала.

– Вот как. Саша, а покажи свои руки, – у меня свой был тест ДНК.

Парень выставил вперёд руки и перевернул ладони вверх. Его мизинцы не были так искривлены, как у Ромы и моего сына, но лёгкий изъян всё же был. Но это ещё ничего не доказывает! Мотнув головой, вернулась мыслями к его маме.

– Вот так просто твоя мама отправила тебя к отцу, – на последнем слове сделала кавычки, – и уехала?

– Ну да.

– Что ж она за мать такая? – тихо у дверей сказала наша помощница.

– Нормальная. Ей предложили работу в Москве. А я давно хотел увидеть папу.

– Это какой-то кошмар…

– Ладно вам. У вас дом большой, на меня места хватит. Вы жена моего отца?

– Да… жена. В смысле большой? Ты и жить с нами собрался?

И я снова поразилась наглости этого пацана. Мне не нужен здесь, в моём любимом доме и спокойной семье, чужой ребёнок! Хватит, пора это прекращать!

– Знаешь, Саша, это вы с мамой красиво придумали. Но я ни капельки не поверила. Поэтому попрошу уйти, а я забуду обо всём и не стану вызывать полицию.

– Так я ничего не сделал плохого! А в дом вы меня сами пустили, – он откинулся на спинку дивана, скрестил руки и нагло улыбнулся улыбкой моего мужа. У меня чуть колени не подкосились, так похоже было.

– Да, впустила…

– Вот пусть папа придёт и сам меня выгонит. А я пока тут его подожду. Обещаю вести себя тихо.

– Наглости тебе не занимать.

Я представила, как вызову полицейских. Они приедут, начнут задавать вопросы, составлять протокол, вызвонят моего мужа. И не дай бог, всё это выплывет наружу! Потом столько проблем будет у всех! Рома только недавно выдвинулся в депутаты по Западному округу города, и сейчас такая шумиха ему совсем не нужна.

Ко мне подошла тётя Маша и тихо шепнула: не горячиться. Она права. В вспыльчивости, а сейчас я еле сдерживала себя, я могу много дров наломать. Кивнув, обратилась к «сыну» мужа:

– Хорошо. Жди. Но чтобы из этой комнаты не выходил. Иначе тебя заберёт полиция, и никто не поможет.

– Как скажете, тётя…

– И не тётя я тебе!

– А как мне тебя называть?

Я аж фыркнула! Он нагло перешёл на «ты». И всё же я не знала ответ на этот вопрос. Просто Катя для него было бы как с подружкой. А по имени-отчеству я сразу чувствую себя старухой! А мне только тридцать шесть.

– Пока никак. Сиди здесь и ни шагу.

– Понял. Не переживай.

Глава 2

Катя

– Это какой-то дурдом…

– Согласна. Катюша, тебе надо успокоиться и взять себя в руки.

– Легко сказать, тёть Маш! Не вы узнаёте по прошествии тринадцати лет брака и почти шестнадцати лет отношений, что у вашего мужа есть взрослый сын!

На кухне, упираясь ладонями в большой обеденный стол, я весь негатив вылила на бедную женщину. Тётя Маша молча подошла ко мне и по-матерински погладила по голове.

– Ты уже поверила этому мальчику, а ведь даже не поговорила с мужем.

– Да… Простите, меня немного накрыло.

Взрослая женщина с пониманием кивнула, а я стала судорожно соображать, где оставила свой телефон. Я обязана позвонить мужу.

Мой мобильный лежал возле ноута и мигал сообщениями и пропущенным от сына. Решив, что сын важнее, набрала сначала его.

– Мам, ну ты где? У меня уроки закончились.

– Почему так рано? – настенные часы показывали чуть больше двенадцати. У сына должен был быть ещё один урок.

– Физкультуру отменили.

– Ясно… Подожди меня во дворе школы, я собираюсь.

– Хорошо.

Пришлось снова переодеваться. Мужу позвоню из машины, так меня точно никто не услышит.

– Тёть Маш, я за Олегом. У него уроки раньше закончились, – вошла я в кухню, когда женщина уже резала мясо на мелкие кусочки. А я про него совсем забыла. – Ой! Обед…

– Беги, Катюш, я сама приготовлю. Мясное рагу нормально?

– Да, отлично! Присмотрите за этим, – мотнула головой в сторону гостиной, где всё также лениво на диване сидел незваный гость.

– Хорошо.

– Я постараюсь быстро. Господи, мне потом ещё в садик ехать, – глухо застонала и вышла, мимоходом заглядывая в гостиную.

Пацан махнул мне рукой, я лишь кивнула и выбежала из дома. Это же надо прийти в чужое жилище и вести себя словно дома! Не нужен он здесь. Моя небольшая иномарка стояла у гаража. В такие насыщенные дни я всегда оставляла её во дворе, чтобы не заморачиваться и не терять время. Сев в машину, сразу набрала мужа. Десять длинных гудков и мне говорит робот, что абонент не отвечает. Разве меня это остановит? У меня важное, и лучше Роме взять трубку!

– Да, родная.

– Наконец-то! Ром, ты можешь приехать домой пораньше?

Я начала издалека, чтобы прощупать настроение мужа. Утром он был сдержан, чего не скажешь про ночь, которая была ну очень страстной. Таких ночей у нас можно по пальцам насчитать. Но на всё есть причины. А сдержан он всегда перед работой, настраивается.

– Что-то случилось? – голос мужа был тише на тон, чем обычно, а на заднем фоне я слышала мужские голоса. – Я до вечера буду в администрации.

– Вот именно «случилось». И лучше бы тебе уехать из администрации под любым предлогом раньше.

– Кать, скажи нормально. Мне некогда в угадайку играть.

– Легко, милый! – от жёсткого тона стало слегка обидно. Я тут с его якобы сыном разбираюсь, а ему некогда поговорить. И не то чтобы я была капризной женой, просто вся эта ситуация выводила на эмоции. – Тут твой сын объявился.

– Чего? Олег же в школе.

– А я не про нашего сына говорю, а про твоего! Взрослый парень сидит в нашей гостиной и нагло заявляет, что ты его отец и он будет жить у нас.

– Кать, что за бред? – голос мужа стал громче, а голоса на фоне исчезли. Точно вышел. – Ты шутишь? Не самое удачное время.

– А ты думаешь, я могу так шутить? Поверь, узнать, что у твоего мужа есть взрослый сын, – это совершенно не смешно! – прорычала в трубку и завела машину, вспомнив, что Олег ждёт у школы.

– Чёрт! Ни хрена не пойму, какой сын. Нет у меня детей! Клянусь.

– А вот клясться пока не надо. Приезжай, разберись с ним и тогда хоть на колени становись! Всё, мне пора!

Бросив телефон на пассажирское сиденье, с психом выехала со двора, чуть не сбив соседского кота. Нечего ходить под моим забором, когда я на взводе!

***

– Иди на кухню.

Сын снял обувь и по привычке хотел пройти в гостиную, чтобы немного посмотреть Ютьюб. Успела схватить его за руку и направить прямо. Но лучше бы он пошёл по привычке и я не мешала. С кухни доносились голоса тёти Маши и этого псевдосына.

– …обычно я не пью чай, только кофе. Но твой, тёть Маш, чаёк – просто кайф!

– Катенька и Рома тоже любят, – зарделась женщина, убирая со стола пустые чашки.

– Что он тут делает?

Я встала в дверном проёме, не пытаясь скрыть своего негодования. Мой сын пробовал всячески пролезть под рукой, но я не пускала, нутром чувствуя, что надо его максимального от этого самозванца оградить.

– Катюш, мальчик ничего не ел со вчерашнего вечера. Не могла его голодным оставить, – виновато опустила глаза тётя Маша, принимаясь запускать посудомоечную машину.

– Замечательно! Может, и комнату ему подготовите, чтобы малыш отдохнул?

– Мам, а это кто? – Олег всё же пролез и во все глаза смотрел на ухмыляющегося подростка, пока я кипела словно чайник.

– Никто, сынок. Папа придёт, и он уйдёт навсегда.

– Привет, братан. Я Саша. А ты?

Ну всё! Это перебор. Знакомиться и дружить точно не позволю. Вот чувствую, что он самозванец, хоть убейте.

– Отошёл от моего сына!.. – прошипела, загораживая Олежку. Но сын был явно против.

– Привет. Олег. А ты мне брат, что ли?

– Ага, по отцу.

– Мам, а это как?

– Так, Саша, иди-ка ты обратно и сиди тихо. Я ведь предупреждала. А ты, сынок, мой руки, кушай и в свою комнату. Я запрещаю тебе с ним общаться.

Странно, но Олег меня послушался. Он поджал губы и молча ушёл в небольшую ванную на первом этаже. Рукой указала недосыну моего мужа на гостиную, и тот тоже молча вышел, но окинул таким презрительным взглядом, словно это я у него семью отобрала. Гадёныш! Быстрее бы Рома приехал и выгнал его!

До вечера места себе не находила. Всё ходила-бродила по дому, контролируя, чтобы сын ни в коем случае не приближался к самозванцу. А именно так я его начала называть, ни капельки не веря в его историю. Да и какая история? Он сказал несколько банальных фраз. Так любой мог. И каждого усыновлять? В итоге я всё равно себя накрутила так, что работать не смогла, про обед забыла, а за дочкой ехала с мелким нарушением ПДД.

На обратном пути мы зашли в магазин, свежий хлеб никто не отменял. Настя жутко медленно выбирала себе и брату по конфете. А мне до чёртиков хотелось быстрее вернуться домой. Сердце каждый раз стучало быстрее, когда вспоминала, кто присутствует в моём доме.

– Приветик, как ты? – довольный голос Назаровой почему-то слегка подмыкнул. Но это точно мои тараканы. Лучшая подруга ни при чём.

– В двух словах: не очень. Привет.

– А в трёх словах?

– И даже в трёх. День ужасный, настроения нет… Насть, давай быстрее! – Инна хмыкнула в трубку, а я пока совершенно не хотела никому ничего говорить, до полного выяснения обстоятельств.

– Всему есть причина. Выкладывай.

– Тебе скучно и не с кем поговорить? – дочка, наконец, определилась со сладким, и мы двинулись к кассе. – Прости, говорю же, нет настроения.

– Проехали. Мы тут с Эдиком хотим в пятницу тихо посидеть под шашлычки, винишко и коньячок. И главное, без детей. Вас зовём.

– Хорошая идея. Надо с Ромой обсудить. Но я только за! Я бы прям сейчас с удовольствием махнула пару бокалов белого…

– Кать, в понедельник и алкоголь? Совсем на тебя не похоже. Может, скажешь?

– Если бы я сама точно знала… Всё нормально.

– Ясно. Но как надумаешь, звони. Поболтаем.

– Да. Обязательно. Целую. Оксанку поцелуй за меня.

– Угу, а ты мою Настюху, – я уже хотела скинуть звонок, но подруга резко вспомнила: – Стой. Эдик звонил в обед, сказал: Ромка на взводе. У вас всё нормально?

– Пока нормально. Ин, правда, давай потом. Нам пора.

Некрасиво с моей стороны было так отшивать подругу. Она всегда меня поддерживала, а её муж был лучшим другом моего. Мы дружили семьями столько, сколько я помню себя рядом с Ромой.

– Мам, можно я завтра в садик возьму своего кота?

Я посмотрела на дочь и не сразу поняла, о чём и о ком речь. Как же хорошо быть маленьким! Ни тебе проблем, ни откуда-то взявшихся заблудных сыновей…

– Настюш, он же большой. И ты с ним спишь, – речь всё же шла о длинной мягкой игрушке, которая была самая любимая и самая необходимая для засыпания.

– Я хочу показать его всем…

– Нет, ягодка, его нельзя. Выбери другую игрушку.

Дочка надула губки и молча села в машину. Я сегодня просто супермать! Всем отказываю в прихоти и все на меня надувают губы. Супер!

Мы с мужем подъехали к дому почти одновременно. Он пропустил меня во двор первой, и я загнала машину в гараж. Следом он загнал свой внедорожник. Взяв дочку на руки, Рома поцеловал в губы.

– А теперь нормально объясни тот бред, который несла по телефону.

– Хм, вот это обидно! Пошли, милый, сам увидишь. И не забудь извиниться за свои слова.

Вздёрнув голову, я с пакетом прошествовала в дом и рукой показала на гостиную.

– Иди, знакомься.

Глава 3

Рома

Ненавижу понедельники! Хотя кто их любит? Выехал пораньше и всё равно встал в вечную пробку. Планов на сегодня у меня было море. Да чего там! Океан! Фирма, обед с замом главы города по благоустройству. И вишенкой будет вечерний отчёт главы города и всех его замом за квартал. Ненавидел, но и пропустить нельзя. Я ведь слуга народа, полгода назад выбранный депутат Западного округа столицы Краснодарского края.

Ухмыльнувшись тому, куда меня несут мысли, накрутил погромче свой любимый плейлист и медленно поплыл в разношёрстном потоке машин. Эдик, друг детства и мой зам по производственному процессу, уже отзвонился, вкратце обрисовав фронт работы.

– Привет. Что там? Гаврилов совсем на контакт не идёт? – начал сходу, стоило войти в небольшой офис.

– Козлина этот Гаврилов! Точно на руку хочет…

Эдик в своём репертуаре тихо выматерился, спасибо, на пол не плюнул. Ладно, решим. Сейчас не это важно.

– Давай езжай на объект. Почти сутки трансляция заморожена. После обеда хочу всех собрать по вчерашней поломке. Выяснил, почему в Яблоновском полетел наш модуль?

– Да, наши электросети снова впереди планеты всей. Перегруз сети, модуль сгорел.

– Заебись! – не сдержался, включая компьютер. А ведь дал себе слово держать матерные слова глубоко внутри. – Выставим им неустойку. Тоже разберись.

– Именно так. Ладно, я помчал. На связи.

Эдик махнул рукой, поправил рубашку и с кривым лицом надел жилет с эмблемой нашей фирмы «Электрон». У меня был принцип: все сотрудники на объектах должны быть в спецодежде. Только Эдику разрешалось немного отступать от правил.

Тяжёлые переговоры напрочь отбили аппетит. Да и компания была не очень, чтобы что-то лезло в горло. Ненавижу резко взлетевших чиновничков, которые чувствуют себя корольками. Обед им оплати, выслушай с улыбкой, так ещё на лапу дай с видом полного и счастливого дебила. Одни идиоты вокруг! И Катя, как назло, вовремя стала названивать. Пришлось прерваться. Жена по пустякам не звонит так настойчиво.

– Да, родная.

От дальнейшего разговора слегка прихерел. В начале подумал, что жена шутит, но по взвинченному голосу понял, что нет. Она просила приехать пораньше, а я бы сейчас с удовольствием всех на хер послал и сорвался бы, но не мог. До вечера голову ломал над загадкой, подкинутой женой, мысленно возвращаясь в прошлое, вспоминая всех женщин до Кати. Но каждый раз понимал, что невозможно такое. Не может быть у меня сына вне брака!

Первую часть заседания просидел, как порядочный новоизбранный депутат, внимательно слушая уважаемого мэра Берегова, и хлопал в ладоши вместе со всеми, совершенно не вникая в его речь. А когда очередь дошла до замов, тихо вышел из зала с диким желанием поскорее добраться домой.

Стоять в вечерних пробках не было никакого желания. Я хорошо знал родной город. Объездными путями, дворами и узкими улицами объехал заторы и вместе с женой одновременно подъехал к дому. Мне не терпелось нормально узнать всё о том, что Катя несла днём. Но я немного перегнул.

Дочка, как только вошли в дом, тут же слезла с рук и уже хотела ломануться в гостиную, по привычке сесть с братом рядом и во все глаза уставиться в большой телевизор. Но жена схватила её за ручку, развернула и отправила мыть руки, а потом на второй этаж к брату.

– Вперёд, Рома! Старшенький ждёт.

– Кать, перестань плеваться сарказмом.

– Я ещё не начинала! А вот твоё нежелание мне верить очень обижает, – стрельнув глазами, жена прошла мимо, кидая через плечо: – Если буду нужна. Хотя я сильно теперь сомневаюсь. Я на кухне.

– Катюх…

– Иди, Ром, и реши это уже довольно взрослое недоразумение.

И ведь правда, в гостиной сидел парень. При моём появлении он выключил телевизор и встал.

– Привет, папа. Я Саша, твой сын.

– Здравствуй, – жестом показал сесть обратно, взял мягкий стул и сам сел напротив него.

Первая мысль была: жена права, а я… Но потом я понял, что от неприятного удивления даже не знаю, как начать разговор. Сцепил кисти в замок и стал рассматривать новоявленного якобы сына. Внешне он был очень похож на меня и брата в детстве. Но на этом и всё. Этот Саша стойко выдержал моё пристальное внимание и молчание, глаз не отводил. Интересно, кто его надоумил верить в чушь про моё отцовство? Ряд вопросов стал выстраиваться цепочкой в голове.

– Ну, Саша, рассказывай. Откуда ты? Сколько тебе лет? Где твоя мать? И с чего ты взял, что я твой отец?

– Твоя жена задавала те же вопросы.

– Уверен, их любой бы задал.

Пацан кивнул, достал свой мобильный и стал листать фотки в галерее. Я смиренно ждал, прислушиваясь к звукам на кухне, и мысленно говорил Катюше спасибо, что сейчас не лезет и даёт возможность наедине разобраться. Она у меня эмоциональная валькирия, никогда не знаешь, где и когда рванёт. Но за это я её и люблю до сих пор, хоть сейчас она и стала намного спокойнее.

– Мы с матерью жили в Ставрополе. Сейчас она уехала в Москву, а я решил приехать к тебе. Вот она, – Саша повернул гаджет экраном ко мне.

До чёртиков знакомое лицо с другой причёской и цветом волос улыбалось на фотографии. Я знал эту женщину раньше, но она не могла быть матерью моего сына. У нас с ней всё закончилось до встречи с Катей.

– Кто это? – кивнул на телефон. Хотел подтверждения своей догадки.

– Картавцева Марина, моя мать. Она сказала, что вы раньше любили друг друга.

– Допустим, хотя про любовь громко сказано.

Я всё так же сидел в той же позе и ждал подробный рассказ всей легенды о моём отцовстве.

– Мать много о тебе рассказала. Даже предупредила, что ты не поверишь. Вот, – он снова повернул ко мне свой телефон и показал фото, – она оцифровала ваше старое фото, чтобы ты точно её вспомнил.

– Ладно… Я вспомнил. Продолжай…

– Ну… В общем, я здесь. Хочу восполнить пробелы и жить с тобой.

– Так. Стоп. Желания у тебя замечательные. Но с чего ты взял, что я с ходу поверю и приму всю эту сказку за чистую монету? – я ухмыльнулся наглости пацана.

– Мать так и сказала, что ты не поверишь. Поэтому она попросила напомнить. Двадцать пятое октября. Бар «Бирка» и ночь после этого.

По моей спине поползли липкие мураши, а волоски на затылке встали дыбом. Твою ж мать! Мне не пришлось напрягать память, картинки далёкого прошлого сами всплыли в голове. Мы тогда полгода как с Катей встречались. Я только начал налаживать бизнес, отец с братом помогали. Работы было столько, хоть вешайся. Бывало, сутками пропадал. Катя тогда заканчивала ВУЗ, тоже на нервах, как и я. Уже не помню, из-за чего в пух и прах разругались. Жена, тогда ещё любимая девушка, на психах уехала к маме, а я решил напиться с братом. Пошли в этот бар и там Маринка. С бывшей не виделся почти год. Ну и слово за слово, виски рекой. Потом такси и утром проснулся у неё. Стыдно было жуть. А Маринка, словно кошка, мурлычет и ластится. Как мог, объяснился с ней и сбежал по-быстрому.

Вечером этого дня с дорогущим букетом цветов, тортом и бутылкой вина поехал мириться Катей. Забрал от родителей, и всю ночь мы примирялись так, словно у обоих десять лет секса не было. Про инцидент с бывшей промолчал. Не надо ей ничего знать, тем более портить отношения. Похоронил в памяти и жил спокойно, пока вот такой сюрприз из прошлого не догнал.

Потёр переносицу, давая себе время прийти в себя. Сейчас я совершенно не представлял, что мне делать. Чувствовал на себе его взгляд…

– Где она, говоришь?

– В Москве.

– Что она там делает? – я всё же взял себя в руки. Сейчас мне нужны хоть какие-то мелкие подробности и подтверждения, что этот пацан – тот, за кого себя выдаёт, и говорит правду. Правду, которой просто не может быть…

– Сказала: работать, – он пожал плечами и откинулся на спинку большого тёмного дивана. Расслаблен, ни капли волнения на лице. – А я столько времени хотел с тобой познакомиться. Она много о тебе рассказывала.

– Например.

– Как вы любили друг друга…

– Нет. Мы никогда не любили. Страсть была, использовали друг друга, – не стану же я его посвящать во все жаркие делишки с его матерью. – Но не любовь.

– Ты спросил, я ответил. Много рассказала о моих бабушке и дедушке… Бабушке Ире и деде Мише.

– Это мог узнать и из открытых источников, – и всё же я не мог пока верить. Мало, слишком всего мало.

– А то, что дед любил рыбачить под Молькино и вас с дядей постоянно с собой таскал, думая, что вы переймёте его хобби, – он показал пальцами кавычки.

Да, такое мало кто знал. А Маринка знала. Сам как-то ей жаловался. Сука! Ну не дебил же я, чтобы заделать ребёнка бывшей! Я умею контролировать себя. Всегда гордился этой особенностью.

– Жди здесь, – резко встал и вышел из комнаты.

У большой кухни замер. Я не знал, как сообщить жене то, что пацан пока останется в нашем доме. Меня словно большим булыжником ударили по голове, хорошенько оглушив, выбив почту из-под ног…

Глава 4

Катя

Как же меня подмывало тихо подкрасться к гостиной и послушать разговор мужа с гостем. Сцепляла зубы, хваталась за любую мелочь, вплоть до разводов на больших двух окнах, усердно их вытирая. Мне надо было отвлечься, не думать! Даже включила телевизор, но и это не помогло. Мысли возвращались в гостиную, а любопытство разрывало сознание.

Только уверенность, что это злая ошибка и муж быстро выпроводит наглеца из нашего дома, держала меня от глупого поступка. Рома точно будет недоволен детской выходкой. А то, что он мне всё обязательно расскажет, даже сомневаться не стоит. Всё же я включила чайник, выключила телевизор и принялась за мелкую готовку, настраивая себя на ужин.

– Кать…

– Он ушёл?

Рома мотнул головой и сел за стол, скрещивая руки под грудью. Я знала, что эта поза ничего хорошего не сулит. Было, плавали. Долгое молчание мужа прерывал только закипающий чайник. Меня же стало мучить плохое предчувствие. Схватив кухонное полотенце, села напротив Ромы и стала его крутить в руках. Так легче справиться с нервозностью.

– Ром, пожалуйста… не молчи.

– Кать, ты только не кричи. И прими спокойно то, что я скажу.

Начало не очень. Я внимательно следила за мимикой мужа, всматривалась в любимые карие глаза, чтобы увидеть в них всё что угодно, только не горькую правду! Правду, которая может перевернуть мою жизнь и разделить её на до и после.

– Ром… пожалуйста, – выдавила и кивнула.

– Он пока поживёт у нас.

Одна жёсткая фраза – и произошло то, чего я боялась. Значит, правда. Злая правда.

– Он твой сын… – я не спрашивала уже.

– Возможно. Поэтому он поживёт здесь…

– Здесь? Ты не можешь даже выговорить «в нашем доме»!

– Могу. А ты уже повышаешь голос. Кать, успокойся. Не надо, чтобы нас слышали дети.

– Особенно твой самый первый и взрослый! – не смогла сидеть. Кинула полотенце на стол и отошла к рабочей зоне, упираясь руками в столешницу.

– Не важно. Сама подумай. Мы не можем выгнать ребёнка на улицу в ночь.

– Можем… Он чужой! Пусть идёт туда, откуда пришёл.

Муж встал рядом, обхватил плечи и повернул к себе. В глазах я всё также наблюдала жёсткость принятого решения, а на губах играла натянутая улыбка.

– Ты это говоришь в гневе и на эмоциях. Но ты добрая и мудрая женщина, я знаю, и не допустишь плохого.

– Нет, милый, ты плохо меня знаешь! Этот мальчик – угроза нашей семье. Я нутром это чувствую.

– Ему всего пятнадцать лет. Какая он угроза?

Я дёрнула плечами и высвободилась. Как он не понимает? Но тут до меня дошло, что я ничего не знаю. Лишь кидаю в лицо мужа свои опасения и догадки. Закрыла дверь и снова села за стол, показывая мужу сделать то же самое.

– О чём вы говорили?

Рома взъерошил свои тёмные волосы пятернёй, тянул время, а меня уже подрывало.

– Я задавал вопросы, а он на них уверенно отвечал.

– Так… И?

– По его ответам выходит, что я мог быть его отцом.

Сердце больно кольнуло. Я ведь тоже не дура, считать умею! Если этому Саше пятнадцать, значит, всё случилось почти на год раньше. Тогда, когда мы с мужем только встречались. Так, стоп. Мне надо дослушать и не делать поспешных выводов.

– Мог… Но ты сомневаешься, так?

– Да, я сомневаюсь. Поэтому он должен пожить у нас, пока я всё не выясню.

– Рома, мне этого мало. Не кидай мне отрывки. Расскажи, как ты мог стать отцом и не знать об этом столько лет.

Говорю и словно слышу себя со стороны. Мой голос от напряжения слегка сел. Руки снова дрожат, сжала их под столом. Но я прямо смотрю в лицо мужу, чтобы не упустить ни единой эмоции.

– Кать, тебе будет неприятно это слышать. Поверь.

– А наблюдать твоего бастарда мне приятно? – выплюнула в лицо, подаваясь вперёд.

– И всё же я надеялся на твоё понимание и помощь.

– Ты сейчас шутишь? Ром, как я могу принять то, что у моего мужа есть взрослый сын от другой? И он будет жить с нами? Ты бы смог принять такое с моей стороны?

– Не говори ерунды! – глаза Ромы опасно сузились. Значит, зацепило, неприятно. А мне тогда каково?

– Почему же? Ты же просишь без объяснений понять и принять. Вот я хочу, чтобы ты на себе это почувствовал, представив.

– Даже не буду, – буркнул муж, подаваясь, как и я, вперёд. – Я расскажу чёртову правду, слушай.

Затаила дыхание, уже не уверенная, хочу ли я слушать. Но то, что я услышу, точно причинит боль.

– Помнишь нашу самую первую и серьёзную ссору, когда ты послала меня и уехала к родителям? – начал муж. Я кивнула. Помнила, как несколько дней ревела и думала, что мы расстались навсегда. – Тогда мы с Владом пошли в бар. Он напиться и подцепить себе деваху на ночь, я же просто напиться. Там гуляла с подругами Марина.

– Твоя бывшая…

– В точку, – Рома щёлкнул пальцами. – Она подсела к нам, Влад слинял, а мы с ней долго и много пили. А потом… Утром я проснулся у неё с больной головой и полной амнезией. Вот она вся правда. Катя, я не помню: был у нас секс или нет, но она убедила пацана, что именно от той ночи он появился.

– Получается, что ты…

– Я не хотел.

Я мотнула головой, проглатывая горький ком в горле, чтобы произнести самое ужасное слово в мире:

– Ты мне тогда изменил.

– Кать, – муж попытался дотянуться до моей руки, которая со сжатым кулаком лежала на столе, потом остановился, – я ничего не помню, правда. И больше я с ней не встречался.

– А ребёнок остался… Почему ты мне не рассказал… тогда?

Я не могла поверить, что мужчина, любовь всей моей жизни, тот, без которого я жить не могу, изменил мне в самом начале наших отношений! Он предал меня ещё тогда и спокойно все эти годы жил рядом, врал про честность и крепкую семью, а сам… Тут меня прибила мысль, что если он смог тогда так поступить, то что ему мешает это делать сейчас? Может, Рома всё время мне изменяет, а я, как дура последняя, верю каждому ему слову и, главное, его верности.

– Не считал нужным.

– Рома! Ты себя слышишь? Ты мне изменил, скрывал столько лет, а сейчас у нас в доме твой сын!

Как же это мерзко и тошно признавать, что тебя предали. Пусть это и было давно.

– Кать, давай тише. Ты уже почти кричишь.

– Да мне материться в голос хочется! А ты сидишь так спокойно и указываешь мне только на то, что я кричу…

Я хотела продолжить. Мне многое надо было сказать, узнать. Но дверь открылась, и вошёл Олег с этим Сашей. Мы с мужем синхронно повернули головы.

– Мам, мы хотим кушать.

– Что Настя делает? – спокойно спросил Рома, сменив положение тела на расслабленное.

А я, наоборот, напряглась, когда карие, такого же цвета, как у мужа, глаза пронзили меня злорадством. Пацан всё понял и явно торжествовал.

– Она играет в комнате. Я звал её.

– Кушать хотите? А вот папа вас сейчас и накормит! У меня много других дел.

Я вылетела из кухни, ненамеренно задев плечом Сашу, который даже не двинулся, чтобы меня пропустить. Его точно не учили манерам! Пусть Рома его обслуживает. Раз смог зачать, так и с ужином справится. К чужим детям я в мамки не нанималась.

Взлетев на второй этаж, прямиком пошла в комнату дочери. Мне нужно, просто необходимо, чтобы кто-то меня обнял, подарил тепло. Я вообще очень тактильный человек. Мне нужны обнимашки и ласки. Рома знает это. Всегда щедро отсыпал объятия, но не сегодня. Сам не стал, да и я сейчас этого не хочу. А Настюшка вся в меня. Хлебом не корми, дай пообниматься.

– Ягодка, во что играешь? – упала рядом с дочкой на пушистый ковёр и изобразила на лице заинтересованность.

– В школу. Мишка ленивый и не выучил стишок.

– А ты учитель?

– Да. А вот киска – умничка, всё знает, – Настя показала на ряд выложенных игрушек и доску, где были нарисованы цветочки и бабочки.

Я кивнула, погладила дочку по голове, а потом притянула её к себе. Настя тут же обвила маленькими ручками мою шею, поцеловала в щёку.

– Мамуль, у тебя голова болит?

– Угу… и сердце немножко.

– Тогда надо принять таблетку.

– Обязательно. Но лучше всего мне помогает, когда ты меня крепко обнимаешь, – Настя стала гладить по голове, веря, что так вылечит меня. Я же просто закрыла глаза, выбросила все мысли из головы и наслаждалась.

***

Мы с дочкой лежали в нашей спальне и смотрели мультфильмы, когда вошёл муж. Рома прилёг со стороны дочки, поцеловал в макушку и взъерошил ей волосы.

– Твои любимые принцессы? Не надоело, Настюш?

– Нет, пап. Это новые серии.

– А. Вот оно что… А ты не хочешь посмотреть в комнате брата? Нам с мамой надо поговорить.

Настя сморщила носик, а мне совершенно не хотелось оставаться с мужем наедине. Я только-только восстановила контроль над эмоциями.

– Насте пора купаться. Потом поговорим.

– Кать, не делай так.

– Как? У меня есть домашние заботы. Их никто не отменял.

Дочка уже слезла с кровати и направилась к двери. Я же смотрела ей вслед и мысленно умоляла не оставлять меня одну. Не могу пока. Нервы бьют, как вспомню наш разговор на кухне.

– Насть, мама сейчас придёт. Ты пока сама раздевайся, – муж послал дочке воздушный поцелуй, сел ровно и полностью поглотил меня взглядом. – Кать, надо Саше приготовить маленькую комнату.

– Хм… Ещё будут приказы?

– Ну, перестань. Ты же не думаешь, что он будет некоторое время жить на диване в гостиной?

– Я? Да я вообще думаю, что ему не место в нашем доме! Если он твой сын, бери его и вези хоть куда, но лишь бы не здесь! Не рядом с нашими детьми.

Рома покачал головой, словно говорил с маленьким ребёнком. А мне плевать. Я не скрываю своё мнение и нормальные желания.

– Почему? Он прекрасно нашёл общий язык с Олегом. Думаю, и с Настей всё у них сложится.

– Нет! Рома, я не позволю! Тем более ты сам сказал, что не уверен насчёт отцовства.

– Да. Я помню. Но не отгонять же их друг от друга?

Я встала с кровати. Мне надо что-то делать, иначе снова сорвусь.

– Ты себя слышишь? Ты уже решил детей подружить? Не торопишься?

– Я ничего не делал. Они сами. Катя, послушай меня. Я сейчас скажу очень важные вещи, о которых ты явно не догадалась сама в своих обидах, – Рома встал напротив и взял за плечи, жёстко сжимая, чтобы не дёрнулась. – Мне сейчас шумиха и проблемы не нужны. Мой депутатский мандат чист как стёклышко, и марать его я не хочу. А история с выгнанным на улицу сыном-подростком покроет чёрным саваном мои начинания в политике. Сама знаешь: людей хлебом не корми, дай обмусолить грязные сплетни и окунуть в дерьмо.

– Вот, значит, как?! Представь, родной, я думала о таких вещах! И поэтому он сидел в нашей гостиной! – мой контроль лопнул. – А тебе думать надо было раньше, когда свою пипиську в бывшую опускал…

– Я же всё честно рассказал.

– Да, возможно. Вот только у меня теперь нет доверия к тебе. Может, ты всё это время мне изменяешь? И у нас тут скоро будет дом, полный твоих незаконнорождённых отпрысков!

И меня понесло. Где-то глубоко я понимала, что муж говорит серьёзные вещи. Что поступи он сейчас по-другому, и вся грязь выльется на него помойным ведром. И тогда конец первым шагам в политике. Но остановиться не могла. Мне было больно, я себя чувствовала обманутой.

– Нет, родная. Я тебе никогда не изменял, клянусь нашими детьми.

– Много клянёшься, Севастьянов! А твой взрослый сын у нас дома.

– Кать, прости. Да, я виноват. Но уже поздно посыпать голову пеплом. Надо решать проблему.

В комнату вошла Настя в одних трусиках. Рома тут же меня отпустил и присел, открывая для неё объятия.

– Пошли, моя принцесса, я сам тебя искупаю, пока мама для меня сделает небольшое дело.

Глава 5

Катя

Муж с дочкой на руках вышел из комнаты, а ему вслед полетела маленькая диванная подушка. Так я выразила своё недовольство его приказом. Да, именно за приказ я приняла его слова. Меня поражало, как он спокойно отнёсся к ситуации, к старой измене! Мол, было и было, что теперь поделаешь. А мне жить с этим…

Опустившись на кровать, сжала голову руками, чтобы попытаться унять разрастающуюся боль. И ведь если бы я могла большую часть эмоций и чувств не держать в себе, такого не случилось. Своим признанием Рома перечеркнул всё то доброе и светлое, что было в прошлом. А главное, он сам дал мне усомниться в нём и начать не доверять. А как с таким раскладом теперь жить дальше?

Всё это мне предстояло решить в ближайшем будущем.

Ноги внезапно ослабели от мысли, что мне придётся идти и налаживать минимальный быт новоиспечённому сыну мужа. Кому расскажешь такое – не поверят! А у меня случилось. И пока придётся, сегодня точно, с этим жить. Еле поднявшись, подошла к большому платиновому шкафу и достала самое старое постельное белье. Не новое же ему выдавать? Много чести! Пусть радуется тому, что он здесь остался.

Улыбнувшись мелкой пакости, вышла в коридор и стала спускаться по лестнице на первый этаж. Из гостиной раздавались голоса сына и этого Саши. Мой ребёнок был в восторге, я сразу уловила по интонации. Это задело. Нет, я хороший человек, и будь этот Саша роднёй, например, племянником, то вела бы себя совершенно по-другому. А так я не могу. Ещё эти его насмешливые, наглые и иногда надменные взгляды в мою сторону точно говорили, что никакого дружелюбия от него именно мне ждать не стоит. А мне и не надо. Пусть держится подальше.

– Олег, иди к себе. Скоро спать ложиться.

– Ну, мам. Саша такую интересную историю рассказывает, – сын улыбнулся парню и заговорщически подмигнул.

– А ты уроки сделал?

– Ну конечно, – закатил глаза и встал. – Ладно, я пошёл. Предки сегодня не в духе.

– Олег! Что за слова?

– Нормальные слова… Сань, до завтра.

Я до боли в костяшках сжала постельное на доверительное от сына «Сань». Значит, уже все в курсе, что он остаётся. Замечательно.

– Пошли за мной, покажу твою комнату.

– Спасибо, тётя Катя… Или можно просто Катя?

– Нет, не можно. Екатерина Андреевна.

– Не, так долго. Я бы хотел искупаться, – кинул мне в спину, когда проходили мимо санузла на первом этаже.

– Вот тут и туалет, и душ. Чистое полотенце в шкафчике, сам возьмёшь. А это постельное бельё, которое ты тоже себе постелешь сам. Надеюсь, не маленький и мама элементарным вещам успела научить.

– Разберусь. Я тебе не нравлюсь? – он встал в дверях, перекрывая выход из небольшой комнаты, находящейся сразу за кухней. Муж планировал в ней сделать свой кабинет.

Я кинула бельё на небольшой раскладывающийся диван и замерла, ощущая себя в ловушке. Пацан нагло улыбался, засунув руки в карманы джинсов, и ждал ответа.

– Тебе так важно моё мнение о себе?

– А почему бы и да? Я слышал часть вашего разговора с отцом.

– Быстро же ты стал моего мужа звать папой, – выплюнула я, попытавшись протиснуться, но Саша даже не двинулся.

– Да ничего сложного. Он ведь и есть мой отец.

– Со слов матери…

– Я ей верю.

– Пропусти. Меня дочка ждёт, пора её спать укладывать.

Он отошёл в сторону, продолжая нахально улыбаться. А его взгляд мне напомнил взгляд хищника, преследующего свою добычу.

– Конечно. Уверен, что у нас ещё будет время вернуться к этому разговору.

– Ошибаешься. Нам с тобой разговаривать не о чем.

– Как скажешь, тёть Кать.

Фу! Меня аж передёрнуло. Чуть не прошла кухню, в последний момент вспомнив, что надо подогреть Насте молоко и взять пару печенек. Обязательный ритуал перед сном.

***

Но самой пыткой для меня стало лечь в нашу с мужем большую и такую мягкую кровать. Мозгом понимала, что, по сути, ничего не изменилось. По глазам мужа видела, что не врал насчёт других женщин, и верила. Но сейчас не могла. Как ни крути, муж меня предал, а у предательства нет срока давности.

Простояв в душе с добрых полчаса, всё же вышла и натянула на себя самый закрытый ночной костюмчик. Майку и шорты по колено, такое а-ля сороковые. Рома уже лежал в кровати и хмуро что-то смотрел в телефоне.

– Назаровы ждут нас в пятницу к себе, – отложив телефон, он по привычке потянулся ко мне.

Я демонстративно отодвинула свою подушку на край и села к нему спиной, подхватив с тумбочки крем для рук. Это был уже мой ежевечерний ритуал.

– Да, Инна мне уже звонила. Всех детей с собой возьмём? – хотя уговор был приехать одним.

– Родная, хватит ехидничать.

– А может, хватит мне говорить, что делать? – убрала обратно крем и легла на максимально дальнее расстояние от него. И всё же я обидчивая дама.

– Ты сама сейчас всё портишь.

– Прости, что?

– Говорю, – Рома кивнул на расстояние между нами, – ведёшь себя по-детски.

– Зато открыто и честно! Не вру тебе все эти годы.

– Я не врал, Кать. А просто не стал говорить и забыл.

Я привстала на локтях, заглядывая в его глаза. И ведь правду сейчас говорит. Вот только не легче. Извинений я так и не услышала, как и горьких раскаяний.

– Да, ты сделал, как тебе лучше и проще. Вот только мне сейчас плохо… больно. Ром, просто объясни: неужели ты настолько сильно меня любил, что не смог сдержаться?

– Я тебя до сих пор безумно люблю. Кать, я не могу на это ответить. Я просто ни черта не помню.

– Решай эту проблему и побыстрее, иначе вся наша жизнь и «мы» испаримся, – сказала и сама не поверила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.