Максим Солт
Рэд. Возвращение

Глава 1

1

– Отлижи мне, мудозвон грёбаный!

– Э-э, может вы не будете мне грубить?

– Ты ещё будешь говорить мне, что делать?! Да я с-час приеду и задницу тебе надеру, понял?!

– Прошу вас, ус…

– И твоё прошу тебе в жопу запихаю! Ты, молокосос недоделанный! Фил! Иди сюда! Поговори с этим ушлёпком!

В трубке послышался хриплый мужской голос.

– Алло! Слышь, тебя как зовут?

– Компания Клин энд Фреш[1], меня зовут Рэд.

– Всё, что моя жена сказала, я щас повторю. Услышал меня, пень обдолбаный? Чтобы приехали и всё исправили, ты меня понял?!

– Я же уже сказал, что…

– Да пошёл ты на хер! Сосунок!

Вызов прервался. Рэд выдохнул и покачал головой. Как же его достали эти идиоты! Это им не так, то не эдак. Он посмотрел на часы. До конца рабочего дня оставалось сорок минут. Целых сорок. Грёбаных. Минут!

Как же он хотел сбежать из этого уродливого тесного офиса, по которому из угла в угол бегают тараканы, а в сортир вообще зайти страшно, не боясь подхватить какую-нибудь инфекцию. Он совершил огромнейшую ошибку, когда пошёл работать в эту унылую контору, но сюда его хотя бы взяли, а не развернули и направили к выходу, как в большинстве других компаний. Когда он вставал с утра пораньше, причёсывался, надевал неудобный костюм и приходил на очередное собеседование, его спрашивали, что он умеет. Ответить ему было нечего.

Оказалось, что в Браун-сити ценник на жильё бешеный. Им с Синди нужны были деньги, поэтому, когда директор сей убогой конторки, жирный визгливый раздолбай по имени Ларри Коллинз, взял его на работу, Рэд не стал воротить носом, и когда он материл его трижды в неделю, Рэд тоже никак не реагировал, хотя каждый раз ему хотелось активировать визор и расплавить его маленький бестолковый мозг.

На экране визора всплыло маленькое табло, на котором высветилась одна звёздочка и куча написанных с ошибками матерных слов – оценка его диалога. Рэд прекрасно понимал, что теперь ему снова придётся выслушивать всю ту канитель, которую ему обычно выговаривает Ларри. Причём канитель совершенно бессмысленную, потому что каждый раз он говорил одно и то же. Удивительно устроен мир – на высоких должностях всегда сидят те, кто в своей работе, как и в работе других, ничего не смыслит и, как водится, ни хрена не делает.

Поступил ещё один звонок. Рэд принял вызов, надеясь на то, что на этот раз попадётся кто-нибудь, в чьём словарном запасе хотя бы есть слово “здравствуйте”, а не “пошёл ты на хер” или “отсоси”. Ещё до того, как в наушниках послышался голос собеседника, он произнёс заученную шаблонную фразу, от которой его уже тошнило.

– Клин энд Фреш, меня зовут Рэд, я вас слушаю!

Когда на часах засветилось двадцать ноль-ноль, Рэд отключил программу, выключил визор и чуть ли не вприпрыжку рванул к выходу. Может, ему повезёт, и Ларри не успеет перехватить его, тогда разговор перенесётся на завтра в рабочее время. Отлынивая от работы, можно и глупые речи идиота-начальника послушать. Лишь бы не нытьё клиентов.

Рэд махнул рукой на прощание коллегам, которые на это, как и всегда, никак не отреагировали, что было, в общем-то, неудивительно, ведь эти самые коллеги каждую неделю менялись. Он уже коснулся картой-пропуском сенсорной панели, чтобы открыть дверь и выйти наружу, как вдруг услышал за спиной голос.

– Рэд!

Рэд замер, прикрыл глаза и беззвучно выругался. Он повернулся и встретился глазами с Ларри Коллинзом. Выглядел тот как всегда: недовольный и злой, в засаленной рубашке, с мокрыми подмышками и вываливающимся из широких жёлтых штанов пузом.

– Зайди на минутку.

Ларри отошёл с порога и кивнул Рэду в сторону своего кабинета. Сначала Рэд хотел что-нибудь придумать, чтобы любым способом сбежать и не тратить время, выслушивая бред Ларри, но в голову ничего не пришло. Пришлось подчиниться.

В кабинете было душно, воняло тушёной капустой и отбеливателем. На столе скопились хлебные крошки, в углу высилось заваленное смятыми алюминиевыми банками мусорное ведро, рядом с которым валялись скомканные бумажные шарики. На одном из трёх облезлых стульев лежала гора коробок из-под пиццы и только книги на полках выделялись из общего хаоса свой девственной чистотой. Сразу видно, что Ларри к ним ни разу не притрагивался.

Начальник решил не ходить вокруг да около, – Рэд был ему за это благодарен, – и сразу перешёл к делу.

– Одна звезда от клиентки с Лоу-стрит.

Рэд промолчал.

– Это что ещё за херня, Рэд? Ты совсем страх потерял или как? Если так пойдёт дальше, нашими услугами вообще никто пользоваться не будет! Сечёшь?

Рэд снова промолчал. Он всегда так делал. Когда он оказался в кабинете начальника впервые, то ещё пытался что-то отрицать и орудовал имеющимися в его распоряжении аргументами, а потом понял, что это бесполезно. Куда проще со всем соглашаться и обещать, что исправишься, даже если ты ни в чём не виноват. Тогда нахождение в кабинете начальства сокращается с двадцати минут до пяти.

– Ты должен делать свою работу хорошо, Рэд. Понимаешь?

Рэд кивнул.

– Ну вот и ладно! Ларри повысил голос. – Иди отсюда, и чтобы такой херни больше не было! Теперь он почти кричал.

Рэд поднялся со стула и направился к выходу.

– Эй! Окликнул Ларри.

Рэд замер у двери.

– Завтра приди пораньше. Анетта сегодня снова не вышла. Придётся тебе за неё поработать.

Рэд сжал зубы и едва сдержался от того, чтоб не послать начальника к чёрту. В уме он уже прокручивал сценарий, когда делает это, а потом активирует “зажигалку”, и начальник с криком падает на пол, начиная кататься по нему из стороны в сторону. Корчась от боли, пуская слюни и сопли. Умоляя Рэда прекратить.

– Приду, – ответил Рэд.

– А теперь проваливай из моего кабинета!

Уже сидя в машине, Рэд не выдержал. Когда он нажал на кнопку, чтобы завести двигатель, та не сработала. Он уже давно собирался её починить, но то не было времени, то денег. То и того, и другого.

– Заводись, ржавый кусок говна! Крикнул Рэд, и двигатель, наконец, затарахтел.

Держи себя в руках. Думай о Синди! Твердил себе Рэд, сложив руки на руле. Думай о Синди! Синди!

Рэд сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, и успокоился. Он знал, что однажды это снова перестанет помогать. Всегда так происходит, когда чаша терпения переполняется. Тогда он взорвётся. В такой момент лучше бы ему оказаться как можно дальше от работы, дома и от людей вообще.

Рэд переключил передачу и выехал на дорогу. Прежде чем возвращаться домой, ему нужно было заехать на заправку, а ещё Синди просила, чтобы он заскочил в магазин за молоком и едой для Ластика. Для этого маленького мохнатого засранца, содержание которого обходилось им обоим дороже, чем Рэд тратил на одежду, но очень уж Синди его любила, да и он, Рэд, успел к нему привыкнуть. Нравился он ему, хоть и как-то раз изодрал кроссовки. Тогда он его чуть не убил и убил бы, если бы не Синди.

На заправке у него загорелся “check engine”[2], что не обрадовало. Опять придётся ехать в мастерскую или тратить выходные, чтобы возиться самому. Ещё и денег наверняка потребуется. Какой-то мажор со смазливым дружком, проходя мимо, засмотрелся на гнилые пороги у машины Рэда и громко заржал, показывая на них пальцем. Рэд ехидно улыбнулся ему в ответ, представляя, как с удовольствием проехался бы по нему катком. Раньше. Но не сейчас. Сейчас у него другая жизнь. Сейчас Синди. Сейчас он, как это называет Синди: “пытается начать жить как все”. Он очень старался. Только у него не получалось.

В магазине на кассе столпилась очередь из-за того, что какой-то выряженный в костюм общипанной индейки нетрезвый мужчина устроил перепалку с кассиром по причине того, что ему не понравился вкус бананового коктейля “Дикерс”, на этикетке которого красовался облачённый в презерватив банан с пошлой улыбкой и раскосыми глазами – хит последнего лета. В итоге кассиру – пожилой женщине лет семидесяти, пришлось вызвать охрану, которая уволокла барахтающегося в костюме мужчину в чёрный фургон и увезла под громкий смех и улюлюканье собравшейся у входа шпаны. Рэду вся эта картина была отвратна. Всё, что он хотел, это просто забрать покупки и уйти. Случившаяся канитель заняла минут двадцать, и переступил порог своей маленькой конуры на окраине города он только в 21:44.

2

Рэд так замотался, что совсем забыл перекусить, а тех синтетических бургеров из забегаловки через дорогу от офиса, которые он запихал в себя во время двадцатипятиминутного обеда, едва хватило, чтобы доехать домой. Дома, как и следовало ожидать, ничего не было. Синди уже вернулась и сидела за телевизором, уплетая овощной салат и глядя передачу “Смешного Уизери”. Она даже не заметила, что Рэд вернулся.

– Опять жрать нечего, – пожаловался Рэд вслух, громко хлопая дверцей холодильника, после того, как поставил туда молоко.

– Покорми Ластика, – ответила Синди.

Рэд подошёл к миске и насыпал коту корма. Тот сразу же спрыгнул с подоконника и подбежал к кормушке, громко при этом урча. Рэд погладил любимца и подошёл к кровати. Сел. Пока он думал, что бы съесть, вспоминая скудные остатки на собственном счёту, по телевизору включилась реклама, и Синди побежала к раковине. Она поставила в неё тарелку, сполоснула и вернулась обратно, уткнувшись глазами в экран.

– Ты помнишь, что завтра у нас приём? Спросила девушка.

– А?

– У доктора Брэнсона.

– Что? Какой приём?

Синди повернула голову и только сейчас посмотрела на Рэда.

– У психолога! Ты что, забыл? Я две недели назад к нему записалась.

– Зачем это?

– Как это зачем, Рэд? Ты что, не понимаешь? Нам нужны нормальные, здоровые отношения! Ты же хочешь, чтобы всё было хорошо-о?

– Да, но…какого чёрта, Синди?!

– Не ори на меня!

– Да я не…блять, будто нам больше деньги девать некуда?

– Ты совсем на меня внимания не обращаешь!

– Я не…что?! Да я…я…да потому что я постоянно торчу на работе, в убогом офисе этого Ларри Коллинза! Чтобы этот дебил платил мне зарплату, на которую мы можем хоть как-то существовать! Компания Клин энд Фреш, меня зовут Рэд, слушаю вас!

– Я тоже работаю!

– Ну так и работай!

– Ну так и работаю! Вот видишь, да? Видишь?!

– Вижу что?!

– Видишь, почему нам нужен психолог?!

Синди тыкнула кнопку на пульте, вскочила с дивана, протопала в комнату и хлопнула дверью. В спальне громко зашумел телевизор. Реклама кончилась, и на экраны вернулось шоу Уизери.

– Пиздец… – прошептал Рэд.

Он встал с кровати и подошёл к балкону. Внимательно посмотрел на дверь в спальню, где заперлась Синди. По его предположению, в ближайшие полчаса, а то и больше, она оттуда точно не выйдет. Может дуться на него хоть всю ночь, а то и весь следующий день в придачу. Рэд прокрался на балкон и прикрыл за собой дверь так, чтобы Синди ничего не услышала. Он потянулся в карман, достал оттуда электронку, подкрутил крепость и затянулся.

Расслабление пронеслось волной по телу, и Рэд расплылся в улыбке. Все проблемы моментально вылетели из головы, и вообще, жизнь начала казаться не такой уж дерьмовой. Поглядывая через тонкое стекло на дверь в спальню, Рэд затянулся ещё раз, выпустил пар и спрятал сигарету. Нужно было возвращаться. Нельзя, чтобы его заметила Синди. Если увидит, такую истерику устроит, что мама не горюй!

Рэд знал, что курево ему не нужно. Он корил себя за то, что снова начал парить, но как по-другому?! Когда твоя жизнь превращается в день сурка, разве можно жить иначе?

Рэд открыл дверь, переступил порог и прикрыл её. Он откашлялся и помахал рукой перед лицом, чтобы прогнать остатки аромата свежего лимона. Он специально выбрал такой вкус, чтобы от него не сильно пахло. Баллончики с жидкостью в устройстве можно было, конечно, менять, ибо когда Рэд был на работе, он нещадно парил на каждом перерыве, но запасного у него не было, а покупать сейчас было затратно.

Рэд ненавидел нищету. Он стал ненавидеть её ещё больше, чем раньше, после того, как пусть и короткое время, но пожил с деньгами, как нормальный человек. После этого такая жизнь, как сейчас, казалась ему настоящим адом. Он просыпался каждое утро с мыслью о том, что сегодня снова будет отвратительный день. С этой же мыслью он засыпал, и так оно и выходило. Он вставал с постели, завтракал, ехал на работу, возвращался домой и ложился спать. В выходные мог слоняться без дела, потому что ему ничего не хотелось. Иногда они с Синди ходили в кино, иногда просто валялись дома, глядя какой-нибудь из её любимых сериалов уже по третьему разу. Рэд мечтал о том дне, когда он сможет позволить себе приставку с VR[3] модулем Ту-Плэй, чтобы они могли проводить время за играми, но при этом прекрасно понимал, что если всё будет идти так, как идёт, этот день никогда не наступит.

Рэд ненавидел свою работу. Он терпеть не мог начальника и офис, в котором проводил почти всё своё время. Рэд ненавидел Браун-сити, который за те пять месяцев, что они с Синди здесь прожили, так плотно у него в печёнке засел, что описать невозможно. Он ненавидел дом, где они жили. Ненавидел эти тонкие картонные стены, из-за которых слышно каждый шорох. Ненавидел шпану на лестницах, хоть и после случившегося в Нове перестал её бояться. Он ненавидел эту чёртову рутинную унылость, из-за которой его тянуло блевать. Ничего скучнее такой жизни быть не могло, и дело было даже не в Синди или их отношениях, которые, по крайней мере, как считал сам Рэд, стали лучше. Не без ссор, конечно, но всё же. Нет, дело было не в этом. Дело было в том, что Рэд скучал по той жизни, которая у него была. По жизни, когда у него водились деньги, была любимая машина, которую идиот Блэк заставил загнать под пресс. Когда у него была цель. Когда были заказы, когда за спиной торчал пистолет. Когда на глазах был визор не для того, чтобы ответить на звонок очередного недовольно клиента компании Клин энд Фреш, а чтобы использовать имплант. Рэд скучал по всей той суете, в которой он варился, когда жил в Нове. Вот тогда было лучше. Тогда было интереснее. Тогда он чувствовал себя живым. А сейчас что? Тоска, хоть вешайся.

Конечно, Рэд никогда и ни за что не хотел бы снова оказаться в той ситуации, когда ему переломали ноги, и он думал, что скопытится в мусорном баке. Когда он проснулся в больнице и разговаривал с Клаусом, думая, что теперь его запрут в тюрячке до конца дней. Когда Блэк сидел перед ним, сжимая в руках садовые ножницы, лезвия которых грозили отрезать ему яйца. Нет. Такого ему не надо было.

Но всё же…всё же…

Рэд услышал странный звук. Он поглядел по сторонам, но ничего не заметил. Спустя несколько секунд он понял, что произошло.

– Ластик! Ну какого хрена?!

Кот навалил огромную кучу в углу на кухне и начал скрести по плитке мохнатой лапой, а когда Рэд хотел поймать его, втопил так, что когти по полу засвистели.

Рэд знал, что долго так не протянет. Знал, что однажды ему придётся поговорить о том, что царило у него на душе с Синди, и сказать ей, что он больше не может так жить. Наверное, им снова придётся расстаться, потому что Синди его не поймёт. Потому что он обещал ей. Обещал, что завяжет. Обещал, что остепенится и станет нормальным. Сделает это, потому что хочет, чтобы она была счастлива, и он хотел. Но он ошибался. Нет для него другой жизни. Нет, никогда не было и не будет.

Телевизор в спальне перестал работать. Скрипнула кровать. Синди легла спать.

3

– Иногда мне кажется, что его просто нет, при этом мы можем находиться в одной квартире, даже в одной комнате! Он может обнимать меня, но я…я чувствую такой холод внутри! Как будто прикоснулась к перилам или…ну там…к дверце шкафа. Но я люблю его! Так люблю, что очень хотела бы избавиться от этих дурацких ощущений!

– Продолжайте.

– Ощутить этот жар, тепло в груди. Ощутить эту дрожь по всему телу. Этот накал. Эту страсть!

Рэд сидел и пялился в одну точку на бледно-голубой стене, разглядывая картину, на которой были нарисованы цветы. Это были фиалки? Или анютины глазки? А это, случаем, не один и тот же цветок? Кто вообще придумывает название цветам? Если это анютины глазки, то почему именно Анютины? Почему это не могут быть глазки, например, Альфредо Туччини или Эльзы Берянской? На крайняк – зенки Деревязовского? Зенки Деревязовского. Вполне себе здоровское название для цветов. Почему нет?

– Теперь послушаем вас, Рэд.

Нет, Рэд совершенно не понимал, кому в голову пришло назвать эти цветы именно так. Это надо же! Анютины! А-НЮ-ТИ-НЫ! Вот кактус, например, нормально называется. Что непонятного? Кактус есть кактус. Но анютины глазки или же, например, гладиолусы, бред какой!

– Рэд?

Рэд отвёл глаза от картины и посмотрел на психолога. Перед ним сидел мужчина лет тридцати девяти с аккуратно стриженой бородкой и сединой на висках. На его идеально ровном тонком носу покоились очки в прямоугольной оправе, которые придавали ему умный вид, а цвет вязаной кофточки, серый, должен был вызывать доверие или что-то типа того. Как и мягкое велюровое кресло, в котором он сидел.

На кой чёрт я вообще согласился на это? Подумал Рэд.

– Есть ли вам что сказать, Рэд?

Синди пихнула Рэда в бок локтем, и он посмотрел на неё. Она глядела на него во все глаза с проблесками надежды и понимания.

– Я… – начал было Рэд. – …не знаю.

Повисло молчание, которое длилось около минуты.

– Что ж, всё в порядке, Рэд. Мы сможем поговорить об этом в другой раз.

Мужчина посмотрел на часы.

– На сегодня предлагаю закончить. В следующий раз жду вас в четверг ровно в девять.

– Мы придём, – ответила психологу Синди. – Оплату я вам уже перевела.

– Совершенно верно, Синди. Я всё получил.

Рэд снова уставился на стену. Он смотрел на эти картины целых полчаса, раз сеанс уже кончился. Смотрел, но так и не смог понять их смысл. Ту суть, которую в них пытался вложить художник. Хотя, разумеется, этого дешёвого, бездушного искусства никогда не касалась рука художника. Это была нейронка.

– Рэ-эд? Протянула Синди, стоя у дивана.

– Да…да, пойдём.

Рэд поднялся на ноги, и они с Синди дошли до дверей.

– Спасибо, доктор Брэнсон. Я очень рада, что вы помогаете нам в нашей непростой ситуации. Уверена, что Рэд всё поймёт и в следующий раз раскроется. Ему просто…просто нужно время, понимаете?

– Конечно, Синди. Конечно.

Рэд посмотрел на Синди, потом перевёл взгляд на доктора. Они разговаривали так, будто его здесь не было. Будто он был одной из тех искусственных картин на стене. Картин, которые ничего не видят, ничего не слышат и ничего не чувствуют.

– Спасибо вам огромное! До свидания!

– До свидания, Синди!

Доктор посмотрел на девушку с обаятельной улыбкой, и Рэд почувствовал укол ревности, будто под сердце кольнули иглой.

Мужчина перевёл взгляд на Рэда, и улыбка моментально слетела с его губ.

– До встречи, Рэд.

– Рэд! Шикнула на Рэда девушка.

– Да…да…э-э…доктор Брэнсон. До свидания

– Жду вас в четверг.

Кнопка запуска двигателя сработала только с третьего раза. Рэду захотелось выдрать эту чёртову кнопку из гнезда и выбросить её в окно, а потом проехаться по ней несколько раз, чтобы расплющить и превратить в маленькую чёрную точку на асфальте. При этом при всём Рэд не испытывал какой-то ненависти и даже не был раздражён. Он был абсолютно спокоен и рассудителен. Спокоен до такой степени, что даже сам удивился. Может, визиты к психологу и в самом деле помогают?

Когда они вернулись домой, их встретил резкий скисший запах. Ластик снова навалил кучу на кухне. Как ни странно, Рэда это никак не задело. Он молча убрал за котом и устроился на диване. Не отреагировал он и на замечание Синди о том, что ему нужно позволить себе говорить и раскрываться, иначе они ходят к психологу зря. Рэд ей не ответил, и она снова на него обозлилась. Снова заперлась в спальне, и через полчаса он услышал, как та сопит.

Он спать не пошёл. Сидел в полной темноте и думал. Мысли вертелись в голове, но он не мог сконцентрироваться ни на одной. Чувствовал себя настолько пустым и безжизненным, что загорись сейчас дом напротив, он бы даже бровью не повёл. Просто сидел бы и смотрел на то, как в небо валит столп густого дыма. Взял бы попкорн, устроился поудобнее и молча наблюдал за тем, как зажигаются и гаснут людские жизни, как рушатся чужие надежды и мечты. Но попкорна не было, как и желания глядеть на людские страдания.

Оказывается, у них с Синди “проблемы в отношениях”. Он даже не заметил, когда они начались. Упустил момент. Может, поэтому у них и проблемы, что он не замечает чего-то подобного? Но всё же, где они берут начало? Проблемы начались тогда, когда они ехали в Браун-сити или когда ещё не выехали? Или вчера, когда Синди напомнила ему о приёме психолога, а он сказал ей, что забыл? А может, начало проблем берёт отсчёт за два часа до приёма? Рэд не видел никаких проблем. Он полагал, что их нет, но Синди, как и доктор Брэнсон, видимо, думали иначе.

Рэд встал с дивана и подошёл к балкону. Он прислушался – Синди продолжала сопеть. Открыл дверь и вышел наружу. По дороге промчался автомобиль, двери которого дрожали от разрывающих колонки басов. Рэд выругался и прижал дверь всем телом, опасаясь, что Синди может проснуться. Он постоял так около минуты, потом достал электронку и впустил в лёгкие аромат свежего лимона. Рэд прикрыл глаза и облокотился на подоконник, наслаждаясь моментом. Каждый раз, когда он это проделывал, ему становилось легче. Спрашивается, зачем вообще ходить к психологу, когда все проблемы можно решить одной затяжкой?

Перед глазами всплыло утро, когда они с Синди покидали Нова-сити. Тогда всё было совсем по-другому. Они ехали радостные, надеясь начать новую жизнь. Надеясь на то, что теперь их отношения станут крепче.

Рэд вспомнил Блэка. Как тот обогнал их и заставил остановиться. Он вспомнил, как держал палец на курке, ожидая наёмников, которых послал Зэд, чтобы отомстить и покончить с ним раз и навсегда, но это был Блэк. Блэк, которого Зэд застрелил у Рэда на глазах. Блэк, который чуть не отрезал ему яйца. Блэк, который постоянно спорил и ругался. Блэк, который заплатил огромные деньги за то, чтобы ему, Рэду, вернули ноги. Блэк спас его, когда он был на волосок от гибели.

Рэд снова затянулся и выпустил пар. Свежий ночной воздух опьянял, усиливая эффект солей химозного никотина.

Он терпеть не мог этого раздолбая, но был безумно рад, когда увидел его живым. Тогда у них состоялся разговор. Разговор, о котором Рэд иногда вспоминал.

– Зэд будет продолжать вести свою игру, и мы должны ему помешать.

– Я не могу, Блэк.

– Можешь. Или мне показалось и тогда на складе я всё-таки отрезал тебе яйца?

– Иди ты!

– Да я с того света вернулся, чтобы надрать этому придурку задницу, а ты, мать твою, отлыниваешь?

– Всё не просто…

– Внимательно послушай, что я тебе сейчас скажу, усёк? Мы бросим все силы на то, чтобы остановить Зэда. Начнём на него охоту. Хрен там он сможет уйти от нас, понял? Не уйдёт!

– М-м.

Блэк посмотрел на машину, глядя на то, как оттуда во все глаза на него таращится Синди, сжимая в руках переноску с маленьким котёнком.

– Ага. Понял. То есть ты, Рэд, всё решил, да? Типа новая жизнь?

– Да.

– Уверен, что твоё?

– …

– А Зэд?

– Хрен с ним. Пусть сдохнет.

– Знаешь что?

На глазах Блэка появился визор.

– Я отправил тебе свой номер. Если передумаешь, звони.

Блэк даже не попрощался. Он сел в машину, завёл двигатель и помчался в обратную сторону. Так это было.

Тогда Рэд думал, что та самая “новая жизнь”, о которой они с Синди мечтали, окажется лучше. Он думал, что ходить каждый день на работу в задрипанный офис хоть и не очень весело, зато стабильно, надёжно и, в общем-то, не сложно. Он думал, что цены в Браун-сити меньше, думал, что городок спокойнее и в целом всё здесь лучше и по-другому. Думал, что здесь они с Синди будут счастливы. Что он здесь будет счастлив, когда поймёт, что жизнь может быть совсем другой. Что можно просыпаться, не переживая о завтрашнем дне и не думая о том, что тебе не хватит денег или негде жить, или что уже вечером тебе прострелят башку.

На деле же оказалось, что ходить на работу каждый день и проводить за ней время с утра до ночи не так-то просто, что цены куда выше ожидаемого и что бытовуха крайне скучное занятие, за которым Рэд постепенно прозябал, становясь тем, кем никогда не был. Тем, кем быть не хотел.

Рэд сделал ещё одну тяжку и выпустил пар, наблюдая за тем, как тот растворяется в воздухе. Он убрал электронку в карман, заглянул через окно в зал, чтобы проверить, не проснулась ли Синди, после чего осторожно открыл дверь и переступил порог. Он пошёл в ванную, умылся и, когда твёрдо убедился в том, что от него не пахнет, на цыпочках прокрался в спальню и лёг рядом с Синди. Наблюдая за тем, как та спит, он ответил себе на вопрос, который пришёл ему в голову, когда он глядел на себя в зеркало несколько минут назад: “для чего он всё это делает?”. Ответ был прост: “для неё”.

Машина с утра не завелась, и Рэду пришлось добираться до офиса на автобусе, который он прождал на остановке целых сорок минут и всё бы ничего, только по пути он встал в пробке. Из-за этого опоздал на полтора часа, и Ларри вынес ему мозг, едва он переступил порог офиса. Рэд совсем забыл о том, что обещал прийти пораньше, чтобы доделать кое-какую работу за Анетту. В итоге он выслушивал речь начальника долгих и мучительных девятнадцать минут, после чего тот отправил его работать и продлил на три часа, несмотря на то, что опоздал Рэд всего на полтора. Ещё пригрозил оставить после работы, чтобы он всё-таки разгрёб тот беспорядок, который после себя оставила Анетта.

Рэд, как и обычно, хотел послать этого придурка Ларри подальше, но не стал. Он снова заверил себя в том, что ему нужна эта работа, но тоненький голосок из глубин его сознания подсказывал ему, что он обманывает себя, и уже давно было пора показать Ларри средний палец, а то и засунуть его ему в одно место да поглубже. В конце концов, какого хрена он вообще должен слушаться этого жирного придурка?! Рэд знал наверняка, что сам Ларри едва ли выполнил бы работу лучше него. Он не был уверен, что тот вообще когда-нибудь занимался чем-то подобным, но Ларри был начальником, а Рэд не был. Вот и всё.

День прошёл хреново. Мало того, что двое клиентов снова поставили ему по единице, хотя он не имел ни малейшего отношения к тому, в чём они его обвиняли, так ещё и Ларри всё-таки оставил его после работы, продлив на два часа. При этом при всём снова вынес ему мозг по поводу двух единиц и снова попросил в следующий раз прийти на работу пораньше, так как ему, видите ли, захотелось заменить ещё одного ушедшего сотрудника, и на линию выйти некому, а Рэд с этой задачей справится на ура, так что в понедельник его ждала работа не как обычно – до восьми, а снова до десяти. Рэд слов не мог подобрать, чтобы описать свои ощущения от окатившего его водопадом дерьма.

Из-за того, что он вышел с работы слишком поздно, а идти пешком домой было далеко, пришлось воспользоваться услугами такси, что влетело ему в кругленькую сумму. Когда он вернулся, Синди уже спала, а Ластик снова навалил кучу на кухне. Рэд снова стоял на балконе и снова курил. Когда он вернулся с балкона в зал, то понял, что неплотно закрыл дверь, и по всей квартире теперь пахло лимоном. День был настолько дерьмовым, что он махнул на это рукой, пошёл в постель и лёг спать.

4

– Я же просила тебя купить кофе, Рэд! Ты опять забыл! Как я теперь на работу пойду? И Ластику есть нечего!

Так началось субботнее утро Рэда. Обычно по субботам он отдыхал, но сегодня снова нужно было заскочить в офис, чтобы разгрести бардак за Анеттой. Ларри тот ещё фрукт, но обещал сделать доплату за выходной день. Ещё нужно было вызвать эвакуатор, чтобы отвезти машину в мастерскую. Рэд понятия не имел, что с ней. Проблема была в том, что на эвакуатор ему не хватало. На работу снова пришлось ехать на автобусе.

Когда Рэд вернулся, Синди ещё не было. Она работала в построенной на американский лад закусочной “У Фредди”. Такое уже давно было не в моде, но, как ни странно, забегаловка была всегда полна посетителей, и Синди приходилось проводить весь день на ногах, вышагивая по залу на каблуках, в милом бело-красном платьице под стиль компании, улавливая на себе пошлые взгляды местных завсегдатаев. Радовало только одно – домой её всегда отправляли на такси, которое оплачивали, иначе бы Рэд с ума сошёл оставлять её там, так ещё и забирать после работы, едва успевая вернуться сам.

Он снова заперся на балконе и снова парил, вспоминая Блэка. Он нутром чувствовал, что больше так жить нельзя, что ещё неделю в сраном офисе Клин энд Фрэш он не протянет. Крышей поедет снова перерабатывать и снова выслушивать замечания тупого начальника. Так ещё бы нормально платили!

Блэк всё чаще всплывал перед глазами, и Рэд уже не единожды открывал свой тайник – второе дно в шкафу для одежды, где лежал его пистолет. Он брал его в руки, ощущая рукоять, сжимая её пальцами, и в такие моменты внутри него что-то загоралось. Нет, это было не просто “что-то”, это был настоящий пожар. Вспыхивающее в груди пламя, которое оживляло его. Оживляло так, что у него начинали дрожать ноги и руки, учащалось дыхание, и сердце начинало бешено стучать в груди, норовя вылететь оттуда. Он прятал пистолет обратно, так, чтобы Синди не нашла, и едва сдерживался, чтобы не позвонить Блэку.

В воскресенье вечером, когда Рэд вернулся домой на сделанной машине – пришлось солидно потратиться, и все те деньги, что он получил за работу в субботу, ушли на это дело, он вышел на балкон попарить. Синди пришла с работы на два часа раньше и застала его за “пахучим делом”. Поругались они так сильно, что Рэд только сейчас действительно осознал, что у них проблемы в отношениях, и теперь его уверенность послать всё на хер и сделать то, о чём он уже давно подумывал, становилась крепче.

– Ты же сказал, что бросил! Кричала Синди.

– Но я бросил!

– А это что?!

Она выхватила электронку из рук Рэда и покрутила ей у него перед носом.

– Это…не знаю!

Рэд не собирался включать дурака, просто сказал первое, что пришло на ум. Само вырвалось.

– Не знаешь? Не знаешь, Рэд?! Ты как маленький!

– Ты же видишь, что это!

– Да, Рэд, вижу! Ты снова куришь!

– Да, блять! Я снова курю!

– Но говорил, что бросил!

– Это было правдой!

– Опять начал!

– Да! Потому что меня всё это достало, Синди! Потому что это…это…

– Что, это?!

– Потому что я больше не могу так жить! Я не могу ходить на эту долбаную работу и слушать этого жирного придурка! Да я пашу, как конь, Синди! И всё для чего? Для того, чтобы мы не сдохли с голода? Чтобы нам едва хватало на съём этой убогой квартирки? Ты тоже пашешь! Думаешь, я не вижу, какая ты приходишь? Думаешь, не знаю, что ты устаёшь?!

– Да какая разница, что я устаю?! Я думала, что теперь мы сможем нормально жить! Как все люди! Что всё станет хорошо, Рэд!

– Не стало!

– Не стало!

Синди швырнула электронку на пол, прошагала в спальню и заперлась там, хлопнув дверью. Рэд понял, что сегодня ему придётся спать на диване в зале. Утром он проснётся не выспавшийся и снова пойдёт на работу, и опять всё по кругу. Снова и снова.

Утром Синди из спальни так и не показалась. Рэд выехал пораньше, чтобы приехать в офис вовремя. По дороге он задумался и влетел в яму, пробив колесо. Пока менял, опоздал на работу на двадцать минут. Он пытался объяснить Ларри, что он не специально и его вины в этом нет, но тот не слушал. Ему было плевать. Он сказал, что снова продлевает его час дополнительно к уже имеющимся двум. Рэд сдержался. Сдержался, но сильно хотел ему врезать. Сегодня это было по-настоящему. Ещё чуть-чуть, и он бы это сделал.

Он снова работал чуть ли не до ночи, а в обеденный перерыв не успел перекусить, потому что Ларри попросил его зайти к нему в кабинет и отчитаться за то, что ему снова поставили одну звезду.

– Одна звезда, Рэд! Опять! Какого хрена?!

Рэд сидел на стуле и смотрел на начальника. Сегодня он бесил его больше обычного. Сердце в его груди бешено колотилось, зубы были плотно сжаты, глаза налились кровью.

– Мы с тобой оба знаем, Рэд! Знаем, что за десять единиц я выписываю тебе штраф и вычитаю деньги из зарплаты! Слышишь, Рэд? Меня задолбало, что ты работаешь на отвали. Ещё столько же нарушений, и мне придётся тебя уволить! Таких раздолбаев, как ты, ещё надо поискать! А теперь проваливай из моего кабинета!

– Нет, – сквозь зубы проговорил Рэд. Он встал на ноги и почувствовал, как напряглись мышцы.

– Не понял?

– Это ты проваливай.

– Чего-о?

– Ты, долбаный говна кусок, слышал, что я сказал.

Ларри побледнел. Встал. Пузо его вывалилось из штанов и коснулось стола маслянистым пятнышком на заляпанной рубашке.

– А не много ли ты себе позволяешь?

– Катись к чёрту, Ларри. Видеть твою рожу больше не могу. Ты жирный и безмозглый кусок дерьма. Меня заколебало твоё высокомерие и твоя тупая рожа, и эта грёбаная рубашка, которую ты, баран, не в состоянии постирать, и эти твои жёлтые штаны. И твоя жирная жопа, и сраные усики. Пошёл на хер! Я увольняюсь.

Ларри побледнел сильнее. На лбу у него выступили капельки пота.

– Ты этого не сделаешь. Я…я тебе не позволю! Начальник вытянул руку и пальцем указал на Рэда. – Я…я…

– Я только что это сделал, Ларри. Завтра я приду за деньгами, и больше ноги моей здесь не будет. Ты понял?

– Завтра?! Но…

– Никаких но. Завтра, Ларри.

Рэд обошёл стол и подошёл к Ларри вплотную. От босса воняло сладкой жвачкой, луком и картошкой фри.

– Ты самый убогий начальник из всех, каких я знал. Я приду завтра и только попробуй меня кинуть!

Рэд развернулся и, не слушая невнятное мычание, сопение и бормотание начальника за спиной, вышел из кабинета, покинул здание, сел в машину и надо же! Она завелась с первого раза. Он переключил передачу и поехал домой.

Глава 2

1

Рэд не поехал домой. Время было ещё рано, да и не хотелось. Он впервые за последний месяц с работы направился не домой, на окраину Браун-сити, а в центр. Навернул там несколько кругов, бесцельно блуждая пустым взглядом по витринам магазинов и неоновым вывескам, щурясь от призывного блеска припаркованных на показ всем прямо у дороги люксовых автомобилей. Весь центр – копия Нова-сити, только в несколько раз меньше. Даже магазины те же. Рэд промчался мимо бутика под тем же брендом, в котором работала Синди в Нове. Он не знал, что он здесь есть. Странно. Почему она не пошла туда работать? Наверняка лучше, чем в той кафешке.

Рэд ни о чём не думал. Он по-прежнему остывал из-за того, что наговорил Ларри. Наверное, не стоило так поступать. Ведь он по-настоящему пытался измениться и терпел выходки этого чурбана очень долгое время, а тут на тебе раз. Сорвался. Хотя это всё равно когда-нибудь бы случилось. Рано или поздно. Нет, такая жизнь точно не по нему. Не его это, хоть убей! Так он и скажет Синди, когда вернётся и вообще, она сегодня тоже на работе, а так как ему нечего делать, заберёт он её, пожалуй, сам. Сделает хоть раз доброе дело, а то она всё на такси и на такси. Хрен знает с кем катается.

Рэд хотел перестроиться на соседнюю полосу и по ушам ударил клаксон автомобиля. Он выругался и крутанул рулём. Судя по звуку, рядом с ним ехал самосвал, но нет. Его обогнал старый тюнингованный и заниженный спорт кар. Из открытого, тонированного наглухо окна на него смотрел заимплантированный модник в тёмных очках, обругивая его всеми известными ему словами, а это всего несколькими, так как у таких орлов, как правило, словарный запас крайне скудный.

– Да-а-да-а, – протянул Рэд, махнув рукой моднику. Всё-таки он был виноват. Совсем в себя ушёл и в мысли эти дурацкие. За дорогой надо следить, а не думать о всяком, но как тут не думать, когда жизнь скатывается в говно? Или она уже давно такой стала, и он только сейчас это понял?

Рэд ещё долго мотался по городу. Заехал в ТЦ “Магистраль”, пошарился по торговым аллеям, наблюдая за тем, как куча людей бесцельно шатаются по торговым залам, выпил дешёвый синтетический кофе из автомата, а потом снова сел в машину и доехал до набережной, усевшись на бетонном заборчике, наблюдая за волнами от проплывающих мимо редких катеров и длиннющих богатых яхт.

Солнце медленно закатывалось за горизонт, когда Рэд посмотрел на часы и решил, что пора ехать за Синди. Странно ему так было, хорошо как-то на душе, что ли. Как будто освободился от чего-то ненужного, скинул тяжеленную ношу с плеч. Как оно дальше будет непонятно, но наверняка лучше, чем было. В конце концов, разве может быть хуже? Возвращаясь к воспоминаниям, Рэд понял, что да, хуже быть может, и ещё как. В этот момент у него зазудели имплантированные ноги, которые ему поставил Хэчиро. Стоило отдать старому японцу должное – импланты работали на ура. Иногда Рэд был даже рад, что они у него есть, ведь теперь с его ногами точно ничего не случится.

Настроение разгулялось, и Рэд, радуясь новообретённой свободе, заехал в цветочный магазин и купил Синди букет цветов. Уж что-что, а чего-то подобного он очень давно не делал. Пусть денег у него было кот наплакал, чёрт его знает, когда он вновь выкинет что-то подобное. Наверное, права Синди, и отношения их катятся в задницу. Может, это хоть как-то поможет поднять ей настроение. Пусть знает, что всё ещё можно исправить, что он действительно любит её и заботится о ней. Как умеет.

Рэд гнал на всех парах по пустой улице и остановился на парковке “У Фредди”. Судя по количеству машин и составленных в ряд рабочих грузовичков, посетителей сегодня снова было много. Наверняка Синди устала, наверняка у неё был тяжёлый день, и она валится с ног, – так думал Рэд, ощущая, как его распирает радость и гордость от того, что он приехал за ней сам, без просьбы с её стороны, да ещё и цветы привёз. Это же настоящий сюрприз! Он посмотрелся в зеркало, пригладил, как мог, волосы, улыбнулся сам себе, потом улыбнулся снова, так как первый раз получилось хреново, поправил воротник куртки и вышел из машины. Он хотел взять букет с собой, но решил, что пусть лучше лежит здесь, на заднем сиденье. Когда Синди сядет, то не заметит его, а он в один миг махнёт рукой и вытащит из ниоткуда цветы. То-то она обрадуется!

Рэд подошёл к кафе, прошёл мимо двух дымящих, как паровозы, сгрудившихся у входа небритых лысых мужчин, – они проводили его визорами на глазах. Наверное, пытались просканировать, только хрен им! Арм от Битокса никто не пробьёт. Они даже имени его не узнают.

Рэд вошёл в помещение, и звенящие колокольчики на электронной панели над головой бодро звякнули. Перед ним выгнутым нулём без палочки растянулся бар, уставленный прикрученными огромными болтами к выложенному бело-красной плиткой полу стульями. У бара на этих самых стульях устроилось человек восемь, никак не меньше, а то и больше. Над их головами блестели неоновые полосы с логотипом заведения. Одна из трубок нервно подрагивала, шумно при этом жужжа. Слева у бара то и дело дёргалась от движений персонала дверца с маленьким круглым окошком, через которое было видно кухню, у стойки за кассой стояла молодая девушка с ярко выкрашенными в красный губами, в белом фартуке, а по сплошь и рядом уставленному столами с мягкими скамейками залу расхаживала её напарница в коротком белом платьице с поясом и логотипом компании на колпаке, цокая при каждом шаге каблуками на высоченных шпильках.

От увиденного Рэд присвистнул. Он, конечно, слышал об этом кафе, и Синди не раз показывали ему фотографии, только на них этого всего не было. Однажды она показала ему её рабочую одежду – платье с туфельками, но он настолько был занят мыслями о работе, что не стал всматриваться, а просто поддержал её восторженное недовольство рабочей формой невнятным мычанием и кивками. Если бы он тогда посмотрел внимательнее, то ни за что бы не разрешил ей здесь работать.

Как только Рэд вошёл, сидящие ближе всего ко входу поморщились от ворвавшегося вместе с ним холодного потока воздуха, недовольно глядя на виновника, проклиная его и матеря, но Рэда это беспокоило мало. Он по-прежнему стоял столбом у входа, слушая играющую в автомате музыку времён рассвета США.

– Пройти дай, – пробурчали у Рэда за спиной, и он почувствовал, как его кто-то толкнул, – это был один из тех мужчин у входа. Следом за ним мимо Рэда протиснулся его друг, и они прошли в самый угол зала, пожирая жадными взглядами наклонившуюся у соседнего столика официантку.

Рэд спохватился и направился прямиком к бару, размышляя о том, что хорошо, что он не взял букет с собой. В этом скопище разномастного народа с таким подарком он бы выглядел полным идиотом. В особенности с учётом того, что подобные проявления романтики уже давно не в моде. Его бы просто засмеяли. Зато был бы шанс поймать на себя взгляды красавиц-официанток, – пискнуло ему в ответ собственное подсознание.

Рэд встал у барной стойки, прокашлялся и сказал:

– Привет, мне бы…

– Две колы, бургер “Цыпа”, две картошки фри и три хот-дога по-американски, красотка, – сказал здоровенный бугай, вставая рядом с Рэдом. Девушка за кассой улыбнулась ему, не обратив на Рэда ни малейшего внимания.

– Соус к картофелю?

– Да. Такой же красный, как твои губки, – промямлил в ответ девушке бугай, расплывшись в беззубой улыбке.

Рэда чуть не стошнило, а ещё он прямо-таки обалдел от поведения официантки. Та так рьяно и пошло улыбалась посетителю, будто хотела не продать ему соус, а вся в нём измазаться и наброситься на клиента. Разумеется, за дополнительную плату, наверняка превышающую цену за заказ раз в пять, а то и в десять, не меньше.

Какого хрена он позволил Синди здесь работать?! Кретин!

– Вам к столику или с собой?

– С тобой, – ответил бугай, и девушка подавила смешок, глупо потупив глазки, переминаясь с ножки на ножку. – Мы сядем за столик. Вон там, – ответил мужчина после того, как насладился ожидаемой реакцией на шутку.

– Будет готово через пять минут. По возможности постараемся быстрее, – ответила девушка, принимая оплату и высылая посетителю чек по воздуху на визор.

Продолжая нагло улыбаться, мужчина подмигнул девушке и направился за свой столик.

– Вам что? Спросила девушка, проводив посетителя жадными глазами, переключаясь на Рэда. В отличие от здоровяка, на Рэда она смотрела абсолютно обыденно, скучно и безвкусно. Никакой игры и кокетства по отношению к нему не было от слова “совсем”. Рэду даже стало немного обидно. Он расправил плечи, выпрямился и принял, насколько мог, серьёзный вид.

– Мне нужна Синди.

– Простите?

– Ну… – Рэд замялся, – …Синди. Работает у вас.

Девушка задумалась. Она отогнула бедро, положила на него руку и устремила глаза к потолку. В этот момент процессор её сознания сильно загудел.

Рэд подал признаки жизни, громко откашлявшись. Девушка легонько вздрогнула и ожила. Глаза её повеселели, на губах выросла улыбка.

– А-а! Глазова!

– Угу, – промычал в ответ Рэд.

– Так сегодня же не её смена!

– Что? В смысле? Опешил Рэд. Он прекрасно знал, что Синди сегодня на работе. Она же ему сама сказала! Значит, она здесь и нигде больше быть не могла.

– Ну я же понятно объяснила! Не её смена сегодня! Приходите завтра! И вообще, не ваше дело, где она и почему.

– А ты не… – вспылил Рэд, но тут же успокоился, – …я хотел сказать, кхм-кхм…извините…просто я её парень. Мы должны были встретиться.

Девушка оглядела Рэда с ног до головы, при этом брови её поползли вверх, а щёки чуть надулись. Было понятно, что на месте “её парня” она ожидала увидеть кого угодно, но только не Рэда, а желательно того самого бугая, который сейчас наблюдал её вид сзади с другого конца зала.

– Я не обязана отчитываться перед всякими там фанатами, – ответила девушка.

– Всё в порядке, Элла, я его знаю, – сказала кассиру показавшаяся с кухни девушка. Она подошла к стойке и посмотрела на Рэда. Когда они встретились глазами, и он смог её как следует рассмотреть, то понял, что понятия не имеет, откуда та его знает. Лично он её ни разу не видел.

– У Си сегодня смена в Сливках. Дни поменяли, поэтому она…

– Где?! Проорал Рэд.

Посетители побросали свои взгляды на Рэда со всех уголков зала, а двое, что сидели рядом у бара на стульях, от громкого крика отклонились в сторону. Один их них сматерился.

Девушка смотрела на Рэда удивлённо. Так, как будто сказала что-то обычное, а он повёл себя крайне неподобающим образом и так бы оно, наверное, и было, если бы не “Сливки”.

– Она в Сливках, – повторила девушка и вернулась на кухню.

Рэд ещё долго стоял на месте, словно прирос к полу, а потом вышел из кафе, кое-как доплёлся до машины и бухнулся на сиденье.

В “Сливках”?! Синди работает в Сливках?!

Сливки. Таун-бар в южной части города, на Слив-стрит. Название улицы говорило само за себя. Какие там располагаются заведения, все и так знали: секс-бары, бордели, стриптиз-клубы, салоны эротических, азиатских, бесконтактных, высокочувствительных и всяких других массажей, а ещё многое другое в подобном стиле. Рэд понятия не имел, что там забыла Синди, но от услышанного у него тряслись руки. В груди снежный ком, в ногах два ледяных штыря, челюсть словно вымочили в свежем растворе бетона, она отвисла и застыла, а в голове открылся тоннель, по которому сознание рвануло в необъятную пустоту.

Сливки. То самое место, куда мужчины в основном за сорок наведываются каждые выходные. То самое место, куда иногда заглядывают подростки младше восемнадцати, которых, разумеется, в обход системы и за отдельную плату пропускают администраторы. Сливки. То самое место, куда устраиваются в основном девочки с неблагополучным прошлым и те, кого больше никуда не берут. Или те, у кого кроме тела больше ничего нет.

Синди! Какого чёрта?! Орал Рэд в застенках сознания. К-а-к-о-г-о ч-ё-р-т-а?!

В конце концов, рассудок взял верх над ступором и вернул Рэда в реальность. Он плотно сжал зубы, завёл двигатель, переключил передачу и дал заднюю. Послышался громкий звук клаксона и скрип тормозов.

– Куда прёшь! Крикнул водитель автобуса с зажатой во рту сигаретой из приоткрытого окна. Ещё бы чуть-чуть, и он протаранил машину Рэда, но Рэд сейчас думал не об этом. Он дёрнул рычаг переключения передач, вывернул руль и под громкий свист жжёной резины рванул прямиком по улице. Он держал путь на Слив-стрит.

2

Рэд мчался не жалея ни двигатель, ни горючку, ни себя. Он не понимал, как ему удавалось чудом вписываться в повороты на высокой скорости, проскакивать на жёлтый и объезжать перестраивающихся без поворотника в самый последний момент чудил. Он ни о чём не думал и не очень-то следил за дорогой, но его тело, казалось, само знало, что ему делать и куда ехать. Он домчался до Слив-стрит за двадцать минут, не постояв ни в одной пробке и ни на одном светофоре. Он вообще не останавливался.

Бросив машину на парковке, – повезло, прямо перед тем, как он въехал на стоянку, освободилось место, – Рэд рванул по улице к Сливкам. В висках отбивало ритм беспокойное сердце, в груди пожар, на уме только одно – найти Синди и…, и что и? Рэд не знал, что тогда сделает. Силой утащит её оттуда? Выматерит? Они разойдутся, и их отношениям наступит конец? Неважно. Пока что единственной его целью было найти Синди.

Когда Рэд оказался у клуба и рванул было к дверям, его остановил громила в чёрном костюме и солнцезащитных очках.

– Э! Куда прёшь? Рявкнул громила.

Рэд на мгновение захотел достать пистолет и прострелить ему башку, даже рука было за спину потянулась, но вовремя остановился. К тому же пистолета у него всё равно не было. Ругаться с охранником сейчас было плохой идеей. Тот бы просто отмутузил его и пнул подальше от клуба, а ему край как нужно было попасть внутрь. Рэд встал по стойке смирно, вытянул руки в стороны и дал охраннику себя обыскать. Оружия у него с собой не было, он был абсолютно трезв, ничего не употреблял и, несмотря на спешку, старался вести себя культурно, так что никаких проблем возникнуть было не должно. Через минуту он уже стоял в клубе у стойки администратора.

– Синди! Где она? Спросил Рэд, впиваясь вспотевшими ладонями в стойку, вылупившись во все глаза на смазливую девчонку с голубыми волосами, наматывающую розовую жвачку на указательный палец.

– Простите? Спросила девушка. На глазах у неё был визор, так что Рэда она даже не видела, разве что была подключена к камерам.

– Синди…д-девушка, – от беспокойства Рэд начал заикаться, а из-за спешки ему стало невыносимо жарко, и на лбу выступили капельки пота. – …среднего роста, волосы…брюнетка. До плеч…

Администратор долго молчала, потом натянувшаяся до предела жвачка, наконец, порвалась, и она засунула её в рот, принявшись громко чавкать.

– А-а, – протянула девушка, – кажется, поняла, кто вам нужен. Сисси Вайс.

– Сисси Вайс?!

– Да-да. Она отлично подходит под ваше описание, но, боюсь, сейчас она занята, так что придётся подождать… – Девушка прижала палец к виску, дважды нажала на джойстик, – минуток двадцать.

– Двадцать?!

– Вы пока можете удобно устроиться в нашей зоне отдыха, – девушка указала рукой вправо, – выбрать услугу и посмотреть других девушек. Уверена, у нас наверняка найдётся для вас что-нибудь необычное. Как только кабинка освободится, я вас приглашу.

Рэд хлопнул кулаком по стойке.

– Чёрта с два, – прорычал он сквозь зубы.

Рэд обошёл ресепшен и рванул в коридор. Он не знал, где находятся кабинки, но предположил, что они там, судя по электронному табло над дверью, на котором было написано: “удовольствие здесь”.

– Э-эй! Куда вы? Туда нельзя! Возмутилась администратор.

– Синди! Крикнул Рэд. Он подошёл к кабинке с номером один, ударил по панели, но дверь не открылась. Он открыл визор, выбрал датчик на двери, взломал его, и только тогда она отъехала в сторону. Внутри сидел мужчина азиатской наружности, лет сорока пяти, в чёрном в полоску пиджаке и белой рубашке с галстуком. Воротник на рубашке был расстёгнут, а галстук закинут за плечо. В кабинке за стеклом танцевала девушка в латексном костюме, выпячивая пикантные части тела и прижимая их к стеклу. Под всё это дело играла расслабляющая эротичная музыка, вызывая у клиента возбуждение, что было заметно. Брюки у мужчины были спущены, а в руках он держал своё достоинство, всласть им забавляясь.

Когда дверь в кабинку открылась, мужчина перевёл взгляд на Рэда. На лице его отобразилось удивление, которое быстро переросло в недовольство. Мужчина схватился за края брюк и начал натягивать их на себя. При этом он, что-то ворча на своём родном языке, попытался встать и свалился со стула. В этот момент у него началась бурная эякуляция. Девушка за стеклом перестала танцевать и прислонилась к стеклу, разглядывая нарушителя покоя её драгоценного клиента, который теперь, что было наверняка, чаевые ей точно не оставит.

– Чёрт! Выругался Рэд. Он выбежал из кабинки и увидел перед собой девушку с голубыми волосами. Теперь на её глазах не было визора.

– Если вы немедленно не успокоитесь, я вызову охрану! Крикнула администратор.

– Где она?!

– Я же сказала, что девушка ещё занята! Пожалуйста, вернитесь в атриум и подождите в нашей комнате отдыха!

Рэд подошёл к кабинке с номером два, провернул тот же трюк со взломом, и дверь открылась. Внутри на одиноком стуле посреди комнаты в царящей полутьме сидела молодая женщина. Она сложила ногу на ногу и глядела перед собой на девушку за стеклом. Они, видимо, разговаривали, но когда на пороге показался Рэд, разговор прекратился.

– Синди! Крикнул Рэд, оказавшись внутри.

– Рэд? Послышался знакомый голос.

– Синди? Это ты? Синди! Рэд посмотрел на девушку за стеклом. – Какого хрена ты делаешь?!

– Я…я…Рэд! Синди взвизгнула и спрыгнула с подиума, скрывшись в небытии тёмного пространства.

Девушка на стуле глядела на Рэда с открытым ртом, но при этом ни слова не сказала.

– Я зову охрану! Сказала администратор и направилась в атриум.

– Эй-эй! Не надо охрану! Я уже ухожу! Крикнул ей вслед Рэд. Он только сейчас понял, что его ждёт, если тот здоровяк у входа решит почесать об него кулаки, а если вызовут полицию, ему каюк. Денег платить штраф у него не было, как и желания сидеть за решёткой.

Рэд мотанул следом за администратором, но когда оказался в атриуме, было уже поздно. На пороге стоял охранник. Когда он увидел Рэда, то взгляд его с нейтрально-безучастного изменился на полный ярости.

– Я сейчас всё объясню! Попытался объясниться Рэд, выставив перед собой руки ладонями вперёд.

– Рэд! Крикнула взявшаяся из ниоткуда Синди. Она уже была не в том костюме, в котором её увидел Рэд. На ней не было дурацкой маски, из-за которой Рэд её не узнал, была своя знакомая ему футболка, вот только чёрные туфли на каблуке а-ля японская школьница и полосатую юбку с рисунком розового сердечка она снять не успела. Выглядело всё это несуразно и даже глупо, но Рэду сейчас было не до оценки её внешнего вида.

– Синди! Крикнул Рэд, уставившись на девушку.

Охранник подошёл к Рэду, схватил его за горло и поднял над полом, прижав к стене.

– Синди! Натужно прохрипел Рэд.

– Отпусти его! Отпусти, пожалуйста! Крикнула Синди, рванувшись к охраннику и схватив его за руку. – Отпусти! Я сказала, отпусти! Надрывалась она.

Охранник нахмурил брови, отвёл назад руку для удара, – Рэд приготовился использовать имплант “зажигалка”, который подплавил бы здоровяку мозги, надеясь на то, что тот выдержит перегрузку и не окочурится, иначе тюрьмы точно не избежать.

– Хейн, отпусти его, – рявкнула администратор. Только тогда амбал отпустил Рэда, и тот, задыхаясь, мешком рухнул на пол. Отряхнув ладони, охранник посмотрел на Синди, потом перевёл взгляд на администратора.

– Иди. Дальше мы сами, – сказала администратор.

Здоровяк по имени Хейн насупился, промычал что-то недовольным тоном и вышел наружу. Двери за ними закрылись. Рэд поднялся на ноги, отдуваясь и пыхтя, а Синди замерла у стойки, с болью глядя на его муки. Она посмотрела на администратора и сказала:

– Линда, я сейчас всё тебе объясню.

3

Ехали домой молча. Рэд не спешил, и они каждый раз вставали на красный. Трижды ему сигналили, и он, матерясь, нырял обратно в ряд, выслушивая ругательства других водителей под их испытующими взглядами. Он не мог ни на чём сосредоточиться, у него болела шея, а в горле были такие ощущения, словно там поскребли когтями, из-за чего он периодически прокашливался, ощущая во рту привкус крови. Нужно было отдать охраннику Сливок должное, – он сжал Рэду шею так, что чуть не задушил. Наверняка останется след.

Объяснения заняли минут сорок, включая тройные извинения перед Хейном, вычет кругленькой суммы из зарплаты Синди и распиской от управляющей клубом, что претензий они не имеют. Рэду очень повезло, что администратор не вызвала копов и в разговоре с главной даже попыталась оправдать его. Ещё хорошо было то, что народу в клубе было немного, иначе бы так просто они не отделались. Рэд не мог объяснить тупости своего поступка себе, и уж тем более не мог объяснить его Синди. С другой стороны, ему ещё предстояло выслушать её объяснения по той причине, что: какого хрена она работает в этом чёртовом клубе?! Но это потом. Дома. Сейчас они оба не знали, что сказать друг другу.

Когда за их спинами закрылась дверь, на короткое мгновение в квартире повисла тишина, потом Синди включила свет, они оба глянули на угол в кухне, где Ластик снова навалил кучу, после чего девушка быстро сняла куртку и прошлёпала в комнату, хлопнув дверью, оставляя Рэда наедине с самим собой.

Рэд тяжело вздохнул, сбросил вещи и направился в сторону балкона. Синди теперь всё равно знала, что он парит, так что бояться было нечего. Пусть она только попробует хоть что-нибудь ему сказать по этому поводу после того, что он увидел сегодня. Рэд даже не стал прикрывать за собой дверь. Он сделал это нарочно. Может, тогда она сама выползет из комнаты и закатит истерику. Так будет проще сказать ей всё, о чём он думал и что чувствовал. Убежать от этого разговора всё равно не получится, как ни крути.

Рэд сделал две глубоких затяжки, после чего убрал электронку в карман. Ему почему-то совершенно не хотелось курить, зато внутри всё сильнее раздувался пылающий жаром шар, который вот-вот норовил взорваться. Нужно было что-то с этим делать. Рэд прибегнул к методике психолога и начал делать глубокие вдохи и выдохи, но на этот раз к нужному результату это не привело. Тогда он понял, что единственный выход в сложившейся ситуации – это пойти к Синди и поговорить начистоту.

Он не знал, с чего начать, что сказать и как сделать так, чтобы всё не закончилось очередной ссорой, но додумать не успел. Едва он закрыл балкон, как дверь в комнату распахнулась, и на пороге показалась Синди. В одной руке она сжимала сумочку, в другой держала за ручку огроменный розовый чемодан на колёсиках. Чемодан разрывался от вещей и вот-вот норовил лопнуть. Сверху из него торчал рукав одной из блузок Синди.

– Ты уходишь? Спросил Рэд, глядя на девушку.

– Да, – ответила дрожащим голосом Синди.

– Уходишь? Снова повторил вопрос Рэд, наблюдая за тем, как Синди прошагала в коридор и поставила чемодан на пороге.

– Да! На этот раз Синди не сдержалась, и голос её перешёл на крик.

Девушка начала надевать куртку, и тут Рэд понял, что если немедленно ничего не предпримет, она просто уйдёт и всё, оставив его со своими мыслями и проблемами. Хрен бы с ним, может, и правда их отношениям пришёл конец, но, видит Бог, он так просто этого не оставит. Он потребует от неё объяснений и извинений прямо сейчас!

– Ну уж нет, Синди, ни хрена! Проворчал Рэд. Он подошёл к входной двери и провёл ключ-картой по датчику, блокируя её изнутри. – Сейчас ты мне всё объяснишь! Крикнул Рэд, махнув указательным пальцем перед лицом девушки.

Он отошёл в сторону и прижался спиной к кухонному гарнитуру, глядя себе под ноги, стараясь не наступить на оставленную Ластиком мину. Кот в этот момент запрыгнул на подоконник и начал намывать лапу, причёсывая ею шерсть на голове.

Синди побледнела. Руки у неё пошли белыми пятнами. На них показались тоненькие паутинки вен.

– Рэд, – прожужжала Синди дрожащим голосом. Казалось, что она сейчас либо расплачется, либо взорвётся. Либо и то, и другое. – Пожалуйста, выпусти меня.

– Нет!

– Прошу тебя…Рэд…

– Сначала ты мне всё объяснишь, а потом можешь идти хоть на все четыре стороны! Поняла?

– Рэд… – голос у Синди начал так сильно дрожать, что становилось понятно – взрыва не миновать.

Рэд тяжело вздохнул и помотал головой.

– Я для тебя делал всё, слышишь? Вообще всё. Я правда хотел, чтобы мы начали нормально жить, понимаешь? Чтобы мы ни в чём не нуждались, чтобы просто ходили на работу, дарили друг другу…ну там не знаю, счастье…подарки какие-нибудь. Радовались жизни и жили так, как нам хочется.

– Рэд…

– Я вкалывал, чтобы добиться этого, и чтобы ты была спокойна.

– Рэд!

Рэд оттолкнулся от гарнитура и подался вперёд.

– Я изменился ради тебя! Терпел насмешки этого идиота Ларри и каждый день смотрел на то, как он унижает меня, подавляя соблазн начистить ему морду или поджарить “зажигалкой”, а ты, Синди! Ты!

– Рэд, хватит!

– Что сделала ты?! Соврала мне! Устроилась в Сливки!

– Замолчи, Рэд!

– В долбаные СЛИВ-КИ! Синди! Как ты мне можешь это объяснить?! Что ты на это скажешь? А?!

– Знаешь что, Рэд?

Лицо у Синди побагровело, в глазах встали слёзы.

– Иди к чёрту!

– Что?!

– Пошёл к чёрту, я сказала! Как же ты меня задолбал!

Синди бросила куртку, которую ей так и не удалось натянуть, на пол, пнула чемодан, – тот прокатился по плитке и распахнулся настежь, из него выпали розовые стринги.

Девушка вихрем пронеслась мимо Рэда. Он попытался перегородить ей дорогу, но не успел. Она прошлёпала через зал, вошла в комнату и захлопнула дверь. Рэд недовольно зарычал и пошёл к комнате, решив, что сейчас устроит ей настоящий мозговынос, что было, на его взгляд, абсолютно заслуженно, и добьётся ответов во что бы то ни стало. Не успел он дойти до двери, как та раскрылась, и на пороге показалась Синди. Из глаз у неё текли слёзы, тушь размазалась, щёки надулись, и сейчас она походила на разъярённого хомяка в приступе неконтролируемого бешенства.

– Хочешь знать, почему я работала в Сливках? Хочешь знать, что я делала в этом порнушном баре, где каждый второй мужик изменяет своей жене, надрачивая на проституток за стеклом? Это ты хочешь знать, да?

– Да! Крикнул Рэд.

– Потому что…потому что… – Синди подняла руки и замахала ими у головы, надуваясь, – …потому что меня задолбала эта грёбаная работа “У Фредди”, где от тебя требуют улыбаться этим пошлым ублюдкам, иначе ты вместо денег на чай получишь хер! Меня задолбало наряжаться в эту убогую униформу дорогой проститутки и вышагивать по залу, ощущая на спине, ай, просите, заднице, чужие взгляды! Меня тошнит от этих жирных раздолбаев, пускающих слюни, вылупившись на мою грудь, представляющих в своих пошлых мечтах, как ныряют в неё с языком! Мне! Это! Всё! Осточертело!

– И ты не придумала ничего лучше, как пойти работать в этот порно-салон? Серьёзно?! Ты говоришь, что тебя задолбали эти пошлые мудаки, а сама идёшь работать туда, куда только такие и ходят? Ещё и дрочат на тебя! Тебе это что, нравится? Тебе чего-то не хватает, а?!

– Иди ты, Рэд! Иди в задницу, понял?! Да! Мне не хватает! Не хватает тебя!

– Потому что я постоянно пашу на этого грёбаного Ларри!

– Я пошла работать в Сливки, потому что нам не хватает денег! Я хотела… – Синди уронила лицо в ладони, руки её затряслись ещё сильнее, и она начала рыдать.

– Синди…

Рёв становился громче.

– Синди…Си, я…

– Заткнись, Рэд! Сказала девушка, убрав ладони от лица. Она сильнее размазала косметику по щекам и стала походить на ведьму. – Я не хотела говорить тебе, потому что знала, как ты отреагируешь, но я не могла больше там работать! А когда пыталась сказать тебе, ты только кивал и молчал, и…не говорил ничего. Вот я и пошла в Сливки! Чтобы начать, наконец, зарабатывать и уйти с этой сраной кафешки! Я уже и заявление написала! Нашла бы работу получше, а это…это временно!

– Синди, ты…

– Помолчи, Рэд. Прошу тебя, помолчи. Синди ткнула Рэда в грудь указательным пальцем.

– Я думала…думала…не знаю…просто там за смену платили больше, чем “У Фредди” за неделю! И не было всех этих пошлых…мерзких…отвратительных уродов! Уродов, Рэд! Видел бы ты их глаза! Ты бы сразу понял, что я имею ввиду!

– Я…я видел, Синди… – прошептал Рэд.

– Я попробовала один раз…а потом ещё и…, и…это было куда проще, Рэд.

– Всегда проще торговать своим телом, Синди, но чтобы ты…

– Я не торговала своим телом!

– Ага, как же! А что же ты тогда делала?!

– Я была специалистом по заботе! Разговаривала с людьми, чтобы утешить их. Я никогда не раздевалась! Даже грудь не показывала!

– Даже!

– Да! Чтобы ты понимал, я общалась только с девушками! Понял? Ни один мужик ко мне ни разу не пришёл! Почему? Потому что я знала, что тебе это не понравится! Знала! Мне пришлось пересилить себя, чтобы вообще там работать, но эти деньги, Рэд! Деньги я хотела только для нас! Для нас, слышишь?!

– Да ты…ты… – Рэд не знал, что сказать. Он несколько раз вдохнул и выдохнул. Ему стало легче. Он вдруг почувствовал себя невероятно уставшим, как будто весь день таскал мешки с цементом, а потом ещё поехал разгружать вагоны. Ему захотелось упасть на пол, развалиться на нём и уснуть. Проспать несколько суток, а потом сесть на диван, сделать пару тяг электронки с лимонным сиропом и как следует подумать обо всём, что произошло за последнюю неделю в его жизни.

Вместо этого он посмотрел на Синди и расплылся в улыбке. Ему на мгновение показалось, что глаза его намокли от застывших в уголках слёз, и он быстро прокашлялся, чтобы сделать вид, что это из-за этого.

– Я сейчас приду, – сказал Рэд.

– Ч-что? Ты куда? Спросила Синди, глядя на то, как Рэд подходит к двери и обувается. – Но Рэд, я…

– Я сейчас вернусь. Подожди минуту, – ответил девушке Рэд, продолжая улыбаться. Он обулся, попытался открыть дверь, потом вспомнил, что карта у него в кармане, выругался, разблокировал датчик и, глядя на Синди, вышел из квартиры и пошёл по ступеням вниз к машине.

– Сейчас-сейчас…сейчас… – приговаривал Рэд про себя, спускаясь.

Может, всё вышло по-дурацки, может, это был не самый подходящий момент, а может, ждать подходящего момента было глупо, ибо таковой мог никогда не наступить, поэтому Рэд решил подарить Синди букет цветов, который он оставил в машине прямо сейчас. Из-за произошедшего он про него забыл, а вспыхнувшая ссора напомнила ему о подарке, который он приготовил. Даже он понимал, что цветы нужно поставить в вазу, иначе, если они всю ночь пролежат в машине, завянут.

Рэд подошёл к автомобилю, открыл его, взял цветы с заднего сиденья, оглядел букет, поправил пару лепестков, закрыл машину и пошёл обратно. Когда он уже подходил к подъезду, то обратил внимание на въезжающий во двор полицейский автомобиль. Наверняка кто-то из местных опять что-то натворил. Тут такое случается. А может, кто-то, как и Рэд с Синди, слишком громко ругался. Пьяный дебош, ссоры и драки считались нормой для этого района, так что вызов полиции не редкость. Редкостью было то, что полиция приехала.

Рэд переступил порог квартиры и заблокировал дверь.

– Синди? Позвал он, глядя на цветы. Вроде бы всё выглядело как надо. Может, цветочки маленько подвяли, но совсем чуть-чуть. Вода быстро решит эту проблему.

– Иди сюда, – сказал Рэд, разуваясь.

Рэд прислушался и понял, что Синди в душе. Он прошёл в зал, нашёл у них в шкафу единственную вазу, которая была покрыта таким слоем пыли, что Рэду пришлось положить букет сначала на стол, как следует протереть вазу тряпочкой, – он торопился, чтобы успеть, пока Синди не вышла из душа, – потом он наполнил вазу водой, разместил её на столе так, чтобы всё это дело выглядело максимально красиво, и поставил в неё букет цветов. Повернул визу одной стороной, потом другой. Отошёл на несколько шагов, наклонил голову, присмотрелся и решил, что выглядит отлично.

– Ну а ты чего смотришь? Иди отсюда! Шикнул Рэд на кота и хлопнул в ладоши. Ластик с недовольным видом соскочил с подоконника и, виляя хвостом, мягкой кошачьей поступью направился в спальню.

Капли воды перестали отбивать ритм о поверхность лакированной ванны, и через несколько минут в коридоре показалась Синди. Она была завёрнута в махровое полотенце цвета спелой черники. Увидев Рэда на кухне, она так странно на него посмотрела, будто бы он что-то замышлял и доля правды в этом была, ведь у него был для неё сюрприз.

– Та-дам! Воскликнул Рэд, насколько мог весело, но из-за боли в горле получилось не очень. Он захрипел и сильно закашлялся.

– Сюрприз! Произнёс он своим нормальным голосом, когда приступ минул.

– Рэ-эд? Удивлённо спросила Синди, пропорхав, как бабочка, с порога ванной комнаты до стола на кухне.

Девушка полными восторга глазами посмотрела на цветы, потом перевела взгляд на Рэда и улыбнулась так тепло и приятно, что Рэд почувствовал, как в груди у него загорелось.

Девушка подошла к цветам, поднесла к ним руку, пододвинула к себе поближе и понюхала.

– Ну вот можешь же, когда хочешь!

Девушка в одно движение оказалась рядом с Рэдом, закинула ему руки на шею, и полотенце скатилось по влажному телу на пол.

Синди прижалась к Рэду и поцеловала его так страстно, что он моментально почувствовал, как у него набухло внизу.

– Синди, я… – прошептал Рэд.

– Заткнись.

Продолжая прижиматься к Рэду, Синди пошла бочком, уводя его в сторону спальни.

– Синди…

– Сказала же, заткнись.

Поцелуи становились сильнее, объятия крепче, и Рэд уже не отдавал себе отчёт в том, что делает. Они добрались до кровати, Синди толкнула его, и он упал на мягкий матрас. Привстал на локтях, пожирая глазами всколыхнувшую в нём пламя страсти девушку. Синди засмущалась, прикрыла грудь руками и наклонила голову на бок, кокетливо улыбаясь. Она нажала на кнопку выключателя, погружая их во тьму, и села на Рэда сверху.

В дверь постучали.

– Мы кого-то ждём? Спросила Синди низким томным голосом, расстёгивая Рэду ширинку.

– Нет… – прохрипел в ответ Рэд.

Когда Синди, наконец, управилось с ширинкой на джинсах Рэда, – та, как назло, заедала, и получилось только с третьего раза, – постучались снова. На этот раз настойчивее.

Синди стянула с Рэда джинсы, бросила их на пол, потянулась к трусам и прижалась к нему разгорячённым телом, положив руки ему на бёдра.

Постучали снова.

– Чёрт бы их побрал…Си…надо открыть…

Девушка уткнулась лбом в грудь Рэду.

– Только давай быстрее, ладно?

– Обещаю.

Синди слезла с Рэда и села на кровати, прижав руки к телу, закрывая интимные части. Рэд вскочил, натянул джинсы, попытался застегнуть ширинку, но ту заело. Он выругался матом, бросил это дело и рванул в коридор.

– Кто там? Спросил он, стоя у двери. Ему никто не ответил.

Матерясь про себя, Рэд открыл дверь и выглянул наружу. На пороге стояли двое полицейских в полном обмундировании. Рэд поправил джинсы и выпрямился.

– Рэд? Спросил один из полицейских. Тот, что повыше и поздоровее.

– Да, – машинально ответил Рэд. В этот момент он подумал, что надо было соврать.

– Рэд? Кто там? Послышался голос Синди из комнаты.

– Синди…тебе…э-э…тебе лучше одеться! Крикнул Рэд в ответ. Он услышал, как Синди спрыгнула с кровати и начала одеваться.

– Я чем-то могу вам помочь, офицер? Спросил Рэд. У одного из копов в этот момент на глазах появился визор.

– Не могу просканировать, но по фото точно он, – сказал полисмен напарнику. – Берём.

– Именем полиции Браун-сити, вы арестованы. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вы так же имеете право на адвоката и…

– Заканчивай проповедь, – сказал напарник. Он рванулся вперёд, схватил Рэда и уложил его на пол. Скрутил ему руки за спиной и начал надевать наручники.

В этот момент в зал вбежала Синди.

– Рэд? Рэд! Крикнула она. – Что вы делаете?! Отпустите его! Немедленно отпустите!

Синди подбежала к сотруднику, но тот, вовремя управившись с наручниками, встал и оттолкнул её.

– Не подходите!

– Синди! Синди, успокойся! Всё нормально! Мы во всё разберёмся! Кричал Рэд, пытаясь защитить девушку.

– Отпусти его, слышишь ты? Козёл! Не унималась Синди, снова набросившись на полицейского.

– Успокой её! Крикнул полицейский напарнику, и тот достал наэлектризованную дубинку. Синди с криком отскочила и, прижав руку ко рту, молча наблюдала за происходящим.

Полицейский поставил Рэда на ноги и вывел за порог.

– Офицер, я ни в чём не виноват! Здесь какая-то ошибка! Крикнул Рэд.

– Пошёл! Прикрикнул на Рэда полицейский.

– Всё будет хорошо, Синди! Успел крикнуть Рэд перед тем, как его вывели на лестницу и повели к патрульному автомобилю.

Глава 3

1

Рэд сидел в допросной, разминая затёкшие в наручниках руки. Из решетчатого, распахнутого настежь окна за спиной сильно задувало. Рэд поморщился от холода и отодвинулся на край скамьи. Пока его везли в участок, ему не удалось выяснить что, кто, зачем и почему. На вопросы полицейские не отвечали, а когда Рэд пригрозил своим адвокатом, которого у него, конечно же, не было, один из полицейских дал ему под дых. Больше Рэд вопросов не задавал.

В участке на его бесчисленные вопросы тоже никто не ответил. Его бросили в одиночку, где он дожидался следователя, который обещал рассказать ему о том, в чём его обвиняли, кто обвинял, почему и как так вообще получилось. Рэд прокручивал в голове десятки сценариев, в каждом из которых следователь обвинял его в чём-то новом, приправляя обвинения всякими мелкими штрафами, выдумками и всей прочей шелухой, которую на него наверняка уже успели навешать, как на козла отпущения.

Из всего, что пришло Рэду в голову, самым реалистичным сценарием казался тот, где следователь выдвигал ему обвинения от директора компании Клин энд Фреш Ларри Коллинза за угрозы на рабочем месте. Это максимум. Ничего другого здесь быть не могло. Но чем дальше шли размышления, тем больше Рэд понимал, что здесь что-то другое. Ларри хоть и туп, но ни за что не пошёл бы в полицию. Рэду было известно, что он всячески уклоняется от налогов под разными предлогами, так что обвинений в адрес Рэда с его стороны ждать не стоило, но кто тогда? С управляющей в Сливках они договорились, ничем незаконным он давно не занимался. Может, проскочил где на красный и не заметил или припарковался там, где запрещено? Чёрт его знает. Если полиция теперь занимается такими мелочами, то того гляди, и за убийства нормально возьмутся. Мир лучше станет. Безопаснее. Спокойнее.

Датчик пискнул, и дверь отъехала в сторону. На пороге показался здоровенный чёрный парень с причёской под ёжик. На ногах у сотрудника полиции были дорогие лакированные туфли, на плечах серое пальто из натуральной шерсти, на шее болтается карточка-пропуск, в руках голо-планшет.

Мужчина сел напротив Рэда, положил планшет на стол и разложил его. Засветился экран-голограмма, на котором мерцал сайт крупнейшего новостного агентства в городе. Мужчина посмотрел на экран и громко втянул носом воздух. Он пролистнул страницу вниз и пробежался по ней глазами. Отвлёкся от планшета и откинулся на спинку стула.

– Рэд, – сказал мужчина, глядя на задержанного. – Меня зовут детектив Лиам Саммерс.

Рэд промолчал.

– Ты обвиняешься в серьёзном нарушении, – продолжал детектив. – С таким чистым из воды не выходят.

Рэд снова промолчал.

– Так что либо у тебя охрененный адвокат, либо ты охрененно богат. Другого варианта я здесь не вижу.

Когда Рэд снова не ответил, детектив пододвинулся к столу и сложил на нём руки, уставившись на Рэда чуть ли не в упор.

– А ты из неразговорчивых, а?

Саммерс потянулся рукой в карман и достал пачку Вимолла, – настоящих сигарет, на которые простой детектив из задрипанного городишки типа Браун-сити точно заработать не мог. Как и на такие дорогие туфли, и пальто.

Детектив закурил и выпустил дым к потолку.

– Что вы от меня хотите? Прохрипел Рэд, – горло сдавило, словно рука охранника из Сливок оказалась у него на шее, во рту появился привкус крови.

– Ничего, Рэд. Сижу и смотрю на тебя, как на утопающего в реке пьяного придурка, который сам туда кинулся, а теперь ждёт, что кто-то бросится его вытаскивать. Только вот что-то спасать тебя никто в очередь не становится. Понимаешь, о чём я?

– Нет, не понимаю, детектив, – честно ответил Рэд. Он до сих пор понятия не имел, за что его повязали, и происходящее начинало его раздражать.

– Так как на тебе и так уже условный срок висит, светит тебе лет восемь в колонии строгого режима минимум, как раз для таких извращенцев, как ты. Будешь сидеть с педофилами, маньяками и насильниками.

– Что?! Опешил Рэд. Глаза его широко раскрылись, и он уставился на детектива.

– Я же сказал, легко ты не отделаешься. Прокурор будет тебя валить и потребует двенадцать лет. Если договоримся, будет тебе восемь.

– Какого хрена?! Я никого не насиловал, ни к кому не приставал. Даже пальцем никого не трогал! Вам что, больше взяться не за кого? Теперь всех подряд хватаете и вешаете всё, что есть?

Детектив невесело усмехнулся и сделал сильную затяжку. Пепел с сигареты песочком посыпался на стол, но он на него даже не взглянул. Просто смахнул его на пол и выпустил дым в лицо Рэду. От табачного дыма Рэду начало драть горло, и он сильно закашлялся.

– Да что…вам…от меня…нужно?! Просипел Рэд через кашель, поворачивая голову к окну, вдыхая пусть и холодный, но свежий воздух.

Детектив уставился на планшет и начал медленно, по слогам, как будто Рэд был откровенным дебилом, читать.

– Сегодня в 19:32 в клубе Сливки… – когда детектив упомянул про Сливки, Рэд закрыл глаза и беззвучно выругался сквозь зубы. Знал он, что это добром не кончится. Но они же взяли расписку! Управляющая заверила их, что никаких проблем не будет!

– …некто очень уж похожий на тебя, Рэд, – детектив поднял глаза и посмотрел на Рэда, – ворвался в клуб и устроил дебош. Воспользовался запрещённым имплантом, дай угадаю, – детектив снова посмотрел на Рэда, – взломщик, а? После чего взломал две кабинки, чем нарушил конфиденциальность, которую предоставляет клуб, и сорвал два дорогостоящих сеанса.

Рэд тихо рассмеялся. Детектив продолжал.

– Присутствующий в кабинке некий… – Саммерс присмотрелся, – …Чин Хуэн, чёрт бы побрал этих китаёз, который является вип-членом клуба, а также его акционером, был шокирован происходящим. Цитирую: “Я никогда ещё не видел ничего подобного! Это нарушение моей свободы и свободы граждан, которые пользуются услугами клуба. Чем дорожат Сливки, так это репутацией и конфиденциальностью, а сегодня это правило было нарушено каким-то проходимцем. За такое нужно сажать в тюрьму!”.

Детектив пролистнул страницу вниз.

– Управляющая клубом Мелисса Коул согласилась с мистером Чин Хуэном и выразила беспокойство по поводу произошедшего. Она заявила, что проблема с нарушителем уже решена. Было написано заявление в полицию и востребована солидная денежная компенсация, которая поможет покрыть ремонт испорченного оборудования, смыть пятно с репутации клуба и выплатить возмещение гостям. Она уверена, что подобный инцидент больше не повторится и впредь интим-клуб Сливки обещает заботиться о безопасности и неприкосновенности своих клиентов наилучшим образом.

Детектив повернул планшет и пододвинул к Рэду. Рэд уставился на страницу сайта и увидел на ней видеоролик с ним в главной роли. На видео было показано, как он врывается в кабинку к мистеру Чин Хуэну и тот падает со стула, подтягивая брюки к коленям. Кадр увеличивался на том моменте, когда достоинство мистера Чин Хуэна начинало эякулировать и прерывался. Лицо самого мистера Чин Хуэна было замазано, зато Рэда было видно.

– Хреново… – прошептал Рэд вслух скорее сам себе, нежели детективу.

– Ещё как хреново, Рэд. Как вопрос решать будем? Детектив сложил планшет и убрал в карман.

Рэд молчал. Он понятия не имел, что сказать. Мог ли он выпутаться из сложившейся ситуации? Вряд ли. Даже если бы у него были деньги на хорошего адвоката, как и сказал детектив, ему бы светило не меньше восьми лет. Если бы денег у него было очень уж много, то можно было бы выехать на четыре года условно дополнительно к уже имеющимся трём с половиной, плюс огроменный штраф. Проблема была лишь в том, что Рэду едва хватало на то, чтобы залить полный бак и доехать до офиса Клин энд Фреш, чтобы вытрясти с Ларри свои копейки. Этот жирдяй наверняка обрадуется, когда узнает, что Рэда упекли в тюрьму. За деньгами-то теперь он приехать не сможет.

– И сколько они хотят штрафа? Спросил Рэд, безнадёжно глядя на блестящую поверхность стола.

– Шестьсот тысяч за моральный ущерб и двести на восстановление дверных датчиков.

– Сколько?!

– В общей сумме восемьсот тысяч, Рэд.

– Двести за датчики?! Да они и двадцатки не стоят!

Детектив пожал плечами.

– Как скажешь. Только твоего мнения никто не спрашивал.

– Восемьсот кусков!

– Именно так.

– Где я столько возьму?

– Да мне, честно говоря, насрать. Ты либо их найдёшь и договоришься с управляющей этого ссаного клуба, после чего тебе ещё нужно будет договориться со мной, а потом мы вместе заглянем к прокурору, чтобы ты договорился с ним, либо ты сядешь. Ну и без солидного адвоката не обойтись. Короче, оставляю тебя наедине. Тут есть над чем подумать.

Детектив встал и подошёл к двери.

– Я зайду к тебе утром, и мне нужно будет знать, что ты решил.

Детектив поднёс пропуск к датчику и вышел. Рэд сидел в шоке, глядя на стену перед собой, размышляя о том, что ему, скорее всего, понадобится куда больше, чем восемьсот тысяч, чтобы всех умаслить и это при том, что он всё равно сядет на восемь лет. Рэд вдруг понял, что он в полной заднице.

– Чёрт! Чёрт! Чёрт! Грёбаный город! Грёбаные люди и грёбаное всё! Крикнул Рэд и долбанул кулаками по столу. На душе у него скребли кошки.

2

Синди пришла к нему ровно в восемь утра, если верить электронным часам на стене. Рэд бы посмотрел время на визоре, но не мог. У него на затылке стоял блокиратор. Если бы он попытался, рисковал выжечь себе мозги и вырубиться, а то и подпалить импланты и само устройство, что ему ни разу не надо было. Синди выглядела плохо. Глаза опухшие, рукава кофты натянуты до кончиков пальцев, волосы собраны в пучок на затылке, ногти обгрызаны, косметика нарисована на скорую руку.

– Рэд… – с трудом проговорила она его имя севшим голосом. Так, будто обращалась к безнадёжно потерянному человеку. Она положила руки на стол и протянула их к Рэду, коснувшись его ладоней. – Мы…мы что-нибудь придумаем, да? Наверняка мы сможем это как-то решить. Я поговорю с девочками, и они меня поддержат. Знаешь, Рэд, а ведь это…

– Перестань нести херню, Си, – сказал Рэд. – Тут и так всё понятно. На кой хрен я вообще туда поплёлся? Что уж теперь. Сидеть мне лет десять, не меньше.

– Рэд…

– Хватит.

Рэд убрал руки со стола, и глаза Синди покраснели. На них выступили слёзы.

– Я…я виновата…Рэд…

– Да какая уже разница. Это я дебил, Си, что не подумал, прежде чем что-то делать. У меня всегда всё через задницу, а разгребать теперь некому. Хрен там я достану бабки, чтобы откупиться. Меня завалят по полной. Короче, задница, Си. Я не знаю… – Рэд тяжело вздохнул, – …что делать. Забирай машину, собирай вещи и езжай в Нову. Здесь тебе больше делать нечего. И не устраивайся больше ни в какие Сливки, ты поняла? Я тебе больше не нужен. Найди себе нормальную работу и…и парня найди. Может, получится, наконец, отыскать кого-то подходящего, а не такого дебила, как я. Того, с кем ты сможешь нормально жить, не шляясь по всяким психологам, не плача по ночам и не оказываясь в таких вот ситуациях. К чёрту такую жизнь, Си. Ты достойна лучшего.

Синди заплакала. Она прижала рукава кофты к глазам и продолжала рыдать до тех пор, пока в дверь не постучался охранник.

– Две минуты и на выход, – заявил он.

Синди коротко всхлипнула, вытерла слёзы, размазав косметику, и уставилась на блестящую поверхность стола.

– Иди, Синди. Не хватало ещё, чтобы тебя по какой-нибудь выдуманной причине повязали. Этим, – Рэд кивнул в сторону двери, за которой туда-сюда расхаживал охранник, – только повод дай. Заняться будто нечем. Тысячи нераскрытых убийств, преступлений, а они всякую хрень вешают… – последние слова Рэд прошептал.

Синди начала водить закутанными в рукав пальцами по столу.

– А если…если… – начала говорить она срывающимся голосом.

– Одна минута! Крикнул охранник и стукнул кулаком в дверь.

– Вот же мразь… – прохрипел Рэд. – Синди, иди. Не нарывайся. Я…не приходи на суд, прошу тебя. Не хочу, чтобы ты видела…

– Время вышло! Крикнул охранник, и дверь открылась. Он переступил порог и уставился на Синди. – На выход!

– Всё будет хорошо, Рэд, – прошептала Синди, даже не шелохнувшись под испытующим взглядом охранника. Она продолжала водить пальцами по столу.

– Си, иди! Слышишь? Повысил голос Рэд, наклонившись к столу, заглядывая девушке в глаза.

– Всё будет хорошо… – снова сказала Синди, не замечая взгляда Рэда.

– Эй! Я долго тут стоять буду? На выход, сказал! Всполошился охранник. Рука его потянулась к дубинке на поясе.

– Си! Крикнул Рэд.

Девушка будто бы проснулась. Она быстро подняла голову, посмотрела на Рэда, проморгалась, и на лице её выросла улыбка.

– Всё будет хорошо!

Она вскочила со стула и встала перед охранником. Тот качнул головой, убрал руку от пояса, где у него висела дубинка, и отошёл с прохода.

Синди махнула Рэду рукой на прощание и вышла. Охранник проводил её пошлым взглядом, заглядываясь на виляющую походку. Переминаясь с пятки на носок, он довольно хохотнул, а после того, как девушка скрылась за углом, вышел следом и закрыл за собой дверь.

– Не будет, Синди, не будет… – прошептал Рэд.

Он знал, что ему конец.

3

Через три дня состоялся суд. Рэд, как мог, оспаривал все обвинения в свой адрес, поддакивая выделенному ему бестолковому бесплатному адвокату, который за время заседания по большей части то и делал, что ковырял в носу и пялился на пришедших на разбирательство всем скопом смазливых девчонок из Сливок в рабочих костюмах, которые, видимо, были призваны отвлечь внимание от дела. Рэд предоставил как доказательство своей невиновности расписку, полученную им от управляющей, но та всё отрицала, и каким-то чудесным образом момент, где она эту самую расписку писала, исчез с камер наблюдения, и подтвердить её действия не удалось. Так как других свидетелей написания сей расписки, кроме Синди, которую тоже пригласили на суд, не было, а она являлась зависимым, доказательство Рэда сочли недействительным.

Рэд был вне себя от злости, но к подобному исходу был готов. Крыть ему было нечем и несмотря на то, что Синди пыталась всячески его выгораживать, и ей, видимо, удалось подговорить девочек с работы, которые тоже разом выступили в защиту Рэда, ему это никак не помогло. Прокурор был непреклонен, и из восемнадцати востребованных им лет судья дал Рэду тринадцать.

Спустя несколько часов после суда, сидя в изоляторе, Рэд ожидал полицейского, который должен был выдать ему специальные бумаги на подпись, тюремную форму и сопроводить на автобус, который отвезёт его и других новоиспечённых заключённых в тюрьму.

Рэду было тошно от себя и противно. Противно, потому что на этот раз он действительно пытался жить как все: не влезал в неприятности, никого не трогал, не использовал импланты, забыл, как держать пистолет и даже почти перестал ругаться матом, но его всё равно взяли за шкирку и загребли. Как будто представителям закона и в самом деле нечем заняться. Кругом одни проблемы: шпана, убийцы, насильники и маньяки, а они гребут за то, что он ворвался в порно-клуб и открыл там пару дверей.

Тринадцать лет! Срок такой, как будто он банк ограбил или убил кого. Судья точно был купленный, а детективу после этого дела, которое он так удачно и быстро закрыл, наверняка премию выпишут, на которую он прикупит себе новенький шарфик под пальто или ремень для брюк со стразами. Мудило.

– Эй! Рэд! Послышался крик охранника за дверью. – К тебе посетитель!

Кого ещё принесло? Подумал Рэд. Если это была Синди, то он совершенно не хотел её видеть. То есть, видеть он её хотел, но не при сложившихся обстоятельствах. Ему было чертовски стыдно за то, что он натворил, и за то, как поступил с ней. За то, что оставил её одну. За то, что так и не смог измениться. За то, что он снова в полной заднице.

– Угу… – промычал Рэд охраннику, хотя тот его наверняка не слышал. Ещё это чёртово окно, из которого постоянно тянет холодом! Задолбало!

Датчик пискнул, и на пороге показался мужчина. Мужчина подождал, когда дверь за ним закроется, подошёл к стулу, отодвинул его, громко скрипнув по бетонному полу металлическими ножками, сел и закинул ноги на стол.

– У вас пять минут, – крикнул охранник за дверью.

– Сам разберусь, сколько, мудозвон. Усёк? Ответил ему мужчина.

Рэд оторвал взгляд от разглядывания собственных рук и уставился на нежданного гостя.

– Блэк? Прошептал он севшим от удивления голосом. – Это ты?

– А кто ещё, мать твою? Думал, что я брошу твою сраную задницу? Хрена бы ты вообще без меня делал, а?

– Какого чёрта ты здесь делаешь?

– Тебя вытаскиваю, идиот. Чтобы приехать сюда и заставить этих ушлёпков, – Блэк кивнул за плечо, – не увозить тебя в очень неприятное заведение, в котором бы тебе совсем не понравилось, пришлось встать с утра пораньше и вдавить педаль газа в пол. Я завтрак на работе пропустил, сечёшь? И обед, а он у нас вкусный.

– Но…

– Автобус ушёл час назад.

– Значит, я не еду в тюрьму?

Блэк помотал головой.

– Сегодня нет.

– Сегодня? Хочешь сказать…

– Я сказал, что в тюрьму ты сегодня не поедешь, но завтра очень даже может быть.

– Ты пришёл сюда, чтобы поиздеваться надо мной?

Блэк убрал ноги со стола, положил на него руки и пододвинулся к Рэду поближе.

– Если бы я хотел над тобой поиздеваться, я бы принёс садовые ножницы. Они, кстати, до сих пор у меня где-то валяются. Хак-фака бы ещё пригласил, но, как видишь, – Блэк откинулся на стуле и развёл руки в стороны, – ни того ни другого здесь нет.

– И каков твой план?

– План такой, Рэд, что ты возвращаешься в Нова-сити.

– Нет! Не вернусь. Ни за что.

– Ещё как есть за что!

– Нет!

– Нехер было заваливаться в Сливки и устраивать там дебош. Откуда я, по-твоему, узнал, что ты в заднице? От Господа Бога?

– Откуда мне знать?

– Стоило бы иногда напрягать мозги!

– Иди ты!

– Мне позвонила Синди.

– Что?!

Челюсть у Рэда чуть не отвалилась, глаза превратились в два огромных светофора.

– Не что, а кто. Девчонка твоя. Я тогда ещё понял, что она нормальная баба, просто вы э-э, малость не в ладах типа.

– Синди… – прохрипел Рэд. – Позвонила?! Тебе?!

– Да. Сказала, что ты в заднице и тебя надо вытаскивать. Только после этого я зашёл на сайт этого вашего агентства новостей, показал Хак-факу статью, а потом мы всем отделом смотрели видео, где ты, Рэд, заваливаешься в кабинку к Чин Хуэну, и он разбрызгивает во все стороны своих не родившихся детей.

Рэд хотел было что-то сказать, рот у него открылся, потом закрылся, потом снова открылся. От переполняющего его стыда и злости он покраснел и стал похож на варёного рака.

– Короче так, Рэд. Слушай, что я тебе сейчас скажу. Зэд продолжает сеять хаос, но до последнего времени не всплывал на радарах, а тут вдруг появился. Мы взяли след, и теперь осталось дело за малым. Мы должны найти его и схватить за яйца, понял?

– Зачем тебе для этого я?

– За тем, Рэд, что у тебя это отлично получается. Хватать кого-нибудь за яйца. Любишь ты это дело.

– У тебя целый отдел или…отряд, или…ну что там у тебя? Неужели нет подходящего человека, который прищучил бы этого мудака? Обязательно нужен я?

Блэк сложил руки на груди.

– Значит, тебе это не нужно. Так, значит?

– Так.

– И тебя не трясет при упоминании имени этого козла?

– Нет… – Рэд почувствовал укол внутри, вспоминая лицо Зэда. Его холодные глаза. То, как он чуть не убил Блэка. Как чуть не убил его. Как его амбалы ломали ему ноги, как он заново учился ходить. Но он завязал с прошлой жизнью. Бросил. Перестал так жить.

– Я бы всадил в него обойму из автомата, а потом поджарил бы зажигалкой, – проговорил Рэд сквозь зубы. – А потом бы всадил ещё обойму и закидал бы гранатами, чтобы части его тела разлетелись по Нова-сити и разукрасили город.

– То-то же.

– Я начал новую жизнь, Блэк, – продолжал говорить Рэд. – Жизнь, в которой нет места…

– Да хватит уже. Заткнись. Я же вижу, как тебе живётся. Может, вспомним про Ларри Коллинза? Он как раз сейчас сидит в своём офисе и радуется, что тебя бросили в тюрячку и теперь не надо выплачивать обещанные деньги. Уже думает, куда их потратить. Прокутить в клубешнике или просадить на наркоту. Или продрочить, кстати говоря, в тех же Сливках.

– Что?!

– Ты не знал, что твой босс, о, прости, поправочка, бывший босс, ходит в Сливки?

– Понятия не имел!

– Теперь ты знаешь, но от этого не легче, да? Скажу сразу, с Синди он дел не имел, успокойся.

– Откуда ты об этом знаешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

“Clean & Fresh” – Чисто и свежо.

Вернуться

2

Check engine (от англ.) – лампочка на приборной панели автомобиля, информирующая о неисправности.

Вернуться

3

VR (от англ.) – сокращение от Virtual Reality, что в переводе означает: виртуальная реальность.

Вернуться