Хайко Вольц
Стражи небес

Hеikо Wоlz

Fаlсоn Реаk – Wäсhtеr dеr Lüftе

Соvеr аnd insidе illustrаtiоns bу Frаukе Sсhnеidеr

Соругight © 2021 аrsEditiоn GmbH, Muniсh

аll rights rеsеrvеd

© Гордиенко В.С., перевод на русский язык, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Пролог

Туннель наполняется металлическим запахом крови.

Он вслепую пробирается вперёд. Повсюду холодный камень, руки расцарапаны об острые грани. Проход в стене. Теперь лечь на живот и ползти. Он выдыхает, чтобы поместиться в узком пространстве. Всё равно не получается, он застрял! Камень впивается в грудь, живот, спину. Он кусает губы, чтобы не позвать маму. Она никогда его не бросала. Почему же теперь оставила одного?

Его охватывает дрожь. Но дрожит не он. Вибрирует камень. Гора ревёт и трясётся. Громкий треск. В боку вспыхивает резкая боль. Гора бушует и гремит так, словно хочет разорвать барабанные перепонки. Кроме горы ревёт что-то ещё. Камень сдвигается. Он сжимается, подаётся вправо, пятится. Нечем дышать! В боку огнём полыхает боль. В темноте над ним проносится облако пыли. Он прижимается лицом к земле, пролетающие над головой мелкие камешки царапают шею, будто лезвия ножей. Надо ползти вперёд! Но тело не слушается. Он сворачивается калачиком. Пытается свернуться, будто ёж. Гора замирает, но скоро камни затрясутся снова. Неизбежно. И тогда его раздавит.

Он отчаянно хватает ртом воздух. Быстро, коротко вдыхает. И вот… дышит ровнее. Приятное тепло накатывает волнами. Колени больше не болят, в животе теплеет, как будто он сидит за столом с мамой и папой, а перед ним чашка какао. Он даже ощущает его вкус! Сладкий, чуть горьковатый, с нотками корицы.

Кончики пальцев лишь слегка покалывает, раненая рука больше не болит. Бок тоже в порядке. Он будто спит и бодрствует одновременно. Так по утрам иногда нежишься под одеялом и строишь планы на день. Грандиозные планы! Кажется, что всё тебе по плечу. Ты особенный.

Придумал! Если подтянуть ноги, то получится развернуться. И оказаться головой в ту сторону, откуда он пришёл. Туда, где мама. Он поползёт к ней. Может быть, и она пролезет в щель, в которую помогла протиснуться ему. Если же не получится, он поищет для неё другой путь! Он явственно ощущает вкус какао во рту и улыбается. Всё будет хорошо.

Он оглядывается через плечо. В полумраке светятся два глаза. Голодный взгляд. Существо за его спиной рвётся вперёд и…

…Кендрик внезапно проснулся.

Он сел на кровати, простыни липли к телу. Прерывисто дыша, он огляделся. В темноте постепенно проступили очертания окна, полки, старомодного открытого камина и письменного стола. Кошмар. Тот самый кошмар, если точнее.

Кендрик потянулся за смартфоном, но не нащупал его. Конечно, в новой комнате тумбочка стояла слева от кровати. Схватив телефон, он включил его: 2 часа 47 минут.

– Ну конечно! Иначе никак? – ругаясь, он снова уронил голову на подушку.

О сне не было и речи. Кендрик ужасно устал, но после кошмара никогда заснуть не удавалось. Дважды подряд разум не позволял ему испытывать смертельный страх. Дома он бы оделся и пробежался по знакомым улицам. Раз десять. В Лондоне тринадцатилетние подростки посреди ночи обычно такого не вытворяют. Но они с отцом живут не в центре, а в тихом пригороде. То есть раньше жили.

Конечно, Кендрик знал, что его отец был родом из Авельстона. И мама тоже. Кендрик и сам провёл детство в маленьком городке на реке Лэтфолд, расположенном между Белым и Чёрным горными пиками.

Но разве ощутил он, что возвращается домой, когда в самом конце пасхальных каникул они с отцом прогрохотали по каменному мосту в фургоне для перевозки мебели? Конечно нет. Он был слишком мал, когда они переехали, и не сохранил никаких воспоминаний о тех далёких годах. Только несколько фотографий, на которых он запечатлён с мамой, доказывают, что до переезда в шумную столицу ему жилось совсем иначе. И теперь он вернулся.

Через несколько часов в школе Маунт-Авельстон начинался летний семестр. Кендрик хотел бы сказать, что ко всему готов. В конце концов, ему не впервые менять школу. Однако на этот раз всё вышло по-другому.

Совсем иначе.

Глава 1

– Похоже, граф редко бывает на солнце.

Кендрик стоял перед новыми одноклассниками, засунув руки в карманы и стараясь выглядеть непринуждённо. Всё равно все наверняка заметили, как он сжимает кулаки.

Он мысленно посчитал до трёх. Во-первых, никакой он не граф. Его мать была графиней Бёрдширской, и отцу этот титул достался после свадьбы в порядке исключения, согласно старинному королевскому указу. В отличие от установившейся традиции, в их роду женщины передавали титул дочерям. До сих пор в семье рождались только девочки. Пока не появился Кендрик. Кроме того, дворянский титул мог носить только живой человек. Кендрик станет графом только после смерти отца. Что, как он надеялся, случится ещё очень нескоро.

A во-вторых, он бледный не потому, что сын дворянина и слишком высокого мнения о себе, чтобы выходить на улицу! Кендрик с удовольствием посмотрел бы на цвет лица того парня, с пучком-«репкой» на макушке, который пялился на него с последней парты, после такой ночи, какую пришлось пережить ему.

Почему все считают, что из-за происхождения Кендрик какой-то особенный? Он такой же, как остальные. В сущности, Найты – обычная семья. Если не считать того, что их всего двое – отец и сын. Но парень с «репкой» об этом знал. Да и другие знали.

Кендрик сжал кулак правой руки с такой силой, что хрустнули пальцы.

– Мистер Диппдейл, в нашей школе мы следуем принципам уважения и порядочности, – напомнила мисс Пигглз, учительница физики и математики. Как будто слов было недостаточно, женщина лет пятидесяти широко улыбнулась, словно выиграла в лотерею. Даже выговаривая ученикам, она расплывалась в улыбке.

– Прошу прощения, мисс Пигглз, – ответил парень и повесил голову в притворном раскаянии. – И вы простите меня, милорд.

Ученики справа и слева от него фыркнули.

С этим Диппдейлом он ещё натерпится, это уж точно, понял Кендрик. И парни с ним рядом явно шли у него на поводу. Они, вероятно, смеялись, даже когда Диппдейл шутил над ними.

Мисс Пигглз проигнорировала последнюю реплику и отошла от письменного стола. Когда она показала на окно, браслеты на её запястье зазвенели.

– Садитесь, мистер Найт. Место рядом с мисс Бонвилль как раз свободно. Mы рады вас приветствовать. Полагаю, вам будет легко на новом месте, ведь вы, так сказать, возвращаетесь домой. Если у вас будут какие-либо вопросы касательно учёбы, пожалуйста, обращайтесь ко мне в любое время.

Кендрик направился на указанное место.

– Привет, я Скарлетт, – встретила его соседка по парте. Она улыбнулась, и Кендрик заметил щель между её передними зубами. Светло-каштановые косы венком охватывали её голову. Скарлетт подвинула учебник на середину парты. – Можешь читать вместе со мной, пока не получишь свой. Кстати, мы все с нетерпением ждали сына нового…

– Пожалуйста, только не начинай об этом! – простонал Кендрик.

Скарлетт пожала плечами.

– Ну, тогда о физике. В прошлом семестре мы изучали термалы, то есть восходящие потоки, и то, что планеры используют их наилучшим образом. A сейчас повторяем.

– Угу. – Кендрик сделал вид, что смотрит на таблицу, которую показала Скарлетт. На самом деле он оглядывал класс.

– Хочешь, расскажу тебе обо всех? – прошептала Скарлетт. – Ну вот. С Кларенсом Диппдейлом ты уже познакомился. Он надо всеми подшучивает. Не обращай на него внимания. – Она указала на девушек за соседними партами. – Mы все из Белого крыла. Выбирай нашу сторону и не прогадаешь. Не то что с теми, другими, – пробормотала она, поджав губы: – из Чёрного крыла.

Как будто этого объяснения достаточно.

Антипатия между обитателями двух крыльев школы была ощутимой. Кендрику не хотелось в это вмешиваться. Только неприятностей наживёшь. A проблемы ему не нужны.

Кендрик посмотрел на учениц Белого крыла, отметив девушку с ярко-красными локонами за первой партой. Она с любопытством взглянула на Кендрика необычными голубыми глазами, когда он вошёл в класс. Теперь он смотрел на неё сзади. Мисс Пигглз тем временем читала лекцию о характеристиках полёта различных птиц. Странный урок физики.

Девушка за первой партой сидела прямо и внимательно слушала. Потом вдруг провела рукой по шее, как будто почувствовала взгляд Кендрика. И обернулась.

Кендрик улыбнулся. 3а соседней партой захихикали. Там, прижавшись друг к другу, шептались две девчонки. От их острых взглядов, похоже, ничто не ускользало.

Кендрик почувствовал, как запылали щёки. Чтобы отвлечься, он взглянул на смеявшихся. Чёрные крылья. Его внимание привлекла девушка, которая, казалось, не подозревала о существовании других цветов, кроме чёрного. Тени для век, губы – накрашена так мрачно, будто только что пришла с похорон. Девушка беспечно развалилась на стуле, словно объяснения мисс Пигглз её не касались.

Кендрика охватило похожее настроение. Он чувствовал себя здесь чужим. Пока мисс Пигглз сокрушалась об отсутствии тёплых воздушных потоков над большими водными поверхностями и связанной с этим опасностью для птиц, взгляд Кендрика устремился за окно.

Туман последних дней рассеялся. По небу плыли редкие облака. Солнце окрасило всё вокруг в насыщенные цвета. Даже воздух, казалось, сиял этим поздним апрельским утром.

Школьные здания были расположены на холме, к востоку от города. В Авельстоне каменные дома жались к реке Лэтфолд. Вдоль берега проходила железная дорога. Река и тропы, идущие с севера, отделяли леса и долины Белых пиков от покрытых мхом и вереском болот Чёрных пиков на западе. K югу от гор Лэтфолд сливается с рекой Трент, которая течёт через Мидленд к морю.

Вдалеке Кендрик разглядел мельницу Лэтфолд-Миллс. От Авельстона к средневековой мельнице вела тропинка, окаймлённая каменными стенами высотой по пояс. На лугах за стенами паслись овцы. Компанию им составляли гуси.

Кендрик впитывал увиденное. Так вот какие они – родные места. Он склонил голову, чтобы рассмотреть ещё одну деталь. Соколиный пик. Скалистая игла поднималась из леса и заканчивалась на возвышенности, на плато диаметром в несколько метров. Серый камень был неровным, острые края чередовались с гладкими поверхностями, то тут, то там из трещин проросла трава. При мысли о том, куда могут привести более глубокие расщелины на крутом склоне, у Кендрика закружилась голова.

– Мистер Найт?

Голос мисс Пигглз вернул его в класс.

– Да?

– Читайте, пожалуйста.

Скарлетт постучала по строчке в книге. Прошептав «спасибо», Кендрик начал читать вслух. Закончив, он поднял голову. Мисс Пигглз удовлетворённо повернулась к столу. Почему же Кендрик по-прежнему чувствовал, что за ним наблюдают?

Девушка с ярко-красными волосами снова обернулась. Её глаза сияли, как утреннее небо после звёздной ночи. Во взгляде застыл вопрос. Неужели она смотрела на него так с тех пор, как он взглянул на Соколиный пик? Однако Кендрику не хотелось снова веселить соседнюю парту. Он опустил голову. В любом случае пора сосредоточиться на физике.

– Дорогу!

Стайка младшеклассников протиснулась мимо Кендрика в проходе вдоль крепостной стены. Они вбежали в башню перед ними и с грохотом и смехом потопали вниз по ступенькам. Малыши знали здесь все ходы и выходы. A ведь это Кендрик был хозяином замка, а не они! В замке размещалась не только часть школы. Это была фамильная резиденция графинь Бёрдширских, пока отец Кендрика не отказался от всех прав. С тех пор школа заняла весь замок.

Где-то здесь должен быть кабинет биологии. Только где? Кендрик прислонился к парапету, выходящему во внутренний двор. Может, отыщется кто-нибудь, кому нужно на тот же урок? Скарлетт предложила подождать его с подругами. Он отказался. Не хотелось болтать с девчонками. Кто знает, о чём они говорят? Теперь он жалел, что не пошёл с ними.

Внизу, метрах в двадцати, царила суета. Ученики носились по квадратному дворику. Старшеклассники сидели вокруг фонтана в центре – внушительного бассейна, в котором сражались две каменные птицы. Одни делали домашнюю работу, другие подставляли лицо солнцу или болтали друг с другом. Ветер донёс их слова до Кендрика.

Другие школьники спешили пройти через арку. Каменный пол под их ногами ярко блестел, отполированный бесчисленными поколениями учеников. Вероятно, они опаздывали и не хотели нажить неприятностей.

– Вот гадство! – выругался Кендрик. Биология!

Не верилось, что учитель запишет ему замечание в первый же день. Но как знать? Он побежал и…

– Посмотрите-ка! Его светлость торопится!

Голос Кларенса Диппдейла Кендрик узнал с первого звука: парень сильно гнусавил – и неохотно повернулся. Кларенс ухмыльнулся мальчишкам, которые сидели с ним на физике. Они и теперь стояли рядом.

– У нас ещё пять минут, – сказал он. – Мистер Фикачу никогда не приходит вовремя. Это всем известно.

Всем. Кроме Кендрика. Откуда бы ему знать? И Кларенс несправедливо выставляет его из-за этого придурком. Кендрик пристально взглянул на нового одноклассника. В предыдущей школе Кендрика ученикам прививали любовь к самым разным видам спорта. Но с Маунт-Авельстон было не сравнить. Здесь в списке спортивных занятий на выбор значились скалолазание, регби, бег по пересечённой местности, азиатские боевые искусства. Исследуя сайт этой школы в интернете, Кендрик не мог сдержать изумления.

Вот только непонятно, как оказался здесь Кларенс. Он был не толстый. Скорее рыхлый. Тёмные пятна на школьной форме выдавали страсть к непомерному поеданию шоколада за завтраком. Его спутники куда больше походили на спортсменов. Матерчатые брюки натягивались на бёдрах. Под рубашками бугрились мышцы. Осанкой парни напоминали чёрных горилл. A выражением лиц – баранов. Кендрик подумал, что вряд ли они быстро соображают.

Сам он не мог похвастаться накачанными мускулами, но был в нормальной форме. По крайней мере, так говорил отец. Довольно высокий для своих лет, двигался он быстро. Его каштановые волосы, казалось, жили сами по себе, не заботясь о том, что Кендрик пытался им внушить с помощью щётки и геля. A тёмные глаза порой вспыхивали неукротимой яростью, и он знал об этом.

Кендрик угрожающе шагнул вперёд:

– Слушай, мне не нужны неприятности. Но и ты прекращай называть меня «милорд», ясно?

– Как пожелаете… – Кларенс театрально помедлил и добавил: – Милорд.

Кендрик сталкивался с такими парнями и раньше. В каждой школе. Шутникам следует сразу доходчиво объяснить, что их шутки вовсе не смешны. Кендрик подался вперёд. Прежде чем Диппдейл успел отреагировать, Кендрик схватил его за воротник. Притянул ближе и… какое-то движение внизу, во внутреннем дворике, привлекло его внимание. K сидевшим у фонтана ученикам подошёл мужчина, сказал что-то забавное, засмеялся и поднял голову. Кендрик оттолкнул Кларенса и отступил на шаг. Достаточно ли быстро? Не обращая внимания на Кларенса и его удивлённых товарищей, он поспешил к башне, где скрылись младшеклассники, и замер. Со стороны крепостная башня казалась больше. Внутри же напоминала консервную банку. Там едва хватило места для прохода на другую сторону и каменной винтовой лестницы, ведущей вниз!

Сердце Кендрика сильно забилось. Всего несколько шагов. Позади послышался раздражённый голос Кларенса:

– Убегать тоже надо уметь. Слишком разогнался, да? – В голосе звучали явно агрессивные нотки. – Наш разговор не окончен, милорд!

Опасности нет, ему просто кажется. Надо это понять. Но стены, казалось, подступали всё ближе. Холодные камни вот-вот выдавят воздух из лёгких и расплющат тело. Кендрик не мог шевельнуться. Он оказался в ловушке.

– Роб, Денни! – позвал Кларенс своих приспешников. Сам же остался на месте, у входа. – Ещё секунда – и Его Сиятельство увидит кузенов Колфилд в действии!

Застывший на месте Кендрик не мог поразить горилл скоростью передвижения. На самом деле он вряд ли мог сдвинуться с места. Голова шла кругом. Но он всё равно поднял сжатые кулаки. Пусть подходят.

Мимо уха что-то просвистело. Снаряд с громким шлепком ударил Кларенса в лицо. Брызнул красный сок и струйками потёк вниз. Кусочки помидора заляпали рубашку. Но основная часть прилипла ко лбу и алела, будто огромный воспалённый прыщ, который Кларенс только что выдавил.

– КТО… ЧТО?.. – закричал он.

Девушка с алыми локонами бросилась бежать вдоль крепостной стены на противоположной стороне галереи. Стоя у входа в башню, Кларенс её не видел. Он попытался пробиться мимо Колфилдов и Кендрика.

Кендрик перекрыл выход, чтобы дать девушке фору. Драки всё равно не избежать, а ей важна каждая секунда.

– КТО ЭТО БЫЛ? – прорычал Кларенс. – РОБ, ДЕННИ, С ДОРОГИ!

Колфилды оттолкнули Кендрика к винтовой лестнице. Кларенс промчался мимо, Колфилды последовали за ним. Сделав несколько шагов, Кларенс резко остановился и огляделся. Казалось, он сейчас почешет голову в задумчивости. Теперь оглянулся и Кендрик. С этой стороны проход вдоль крепостной стены заканчивался тупиком. Бежать было некуда. Если только не умеешь летать. Девочка исчезла без следа. Значит, она знала, как отсюда выбраться. Вот и хорошо.

Однако парень с «репкой» на голове не мог стоять так вечно, будто поражённый громом. Или помидором. Кендрику пришла пора воспользоваться подвернувшимся шансом. Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и с колотящимся сердцем пересёк площадку под сводом башни. Выйдя наружу, Кендрик побежал вдоль парапета туда, откуда пришёл, и вскоре добрался до главного крыла. Там он спустился по широкой каменной лестнице, свернул из прихожей в один коридор, потом в другой и прочитал таблички на дверях.

Надо срочно найти этот проклятый кабинет биологии! Где-то должен быть план здания, который поможет ему отыскать дорогу! Свернув бегом за угол, он с кем-то столкнулся. И сразу же ощутил знакомый запах лосьона после бритья.

– Привет, Кендрик, – сказал мужчина, которого он видел во внутреннем дворике.

Кендрик вздохнул:

– Привет, папа.

Глава 2

– Спасибо, мистер Фикачу. Я отправлю его к вам, как только мы закончим.

Отец Кендрика опустил трубку на телефонный аппарат и откинулся в кресле за столом. Кожаное кресло скрипнуло. Отец Кендрика молчал.

Так, теперь исполняем этот номер. С другими учениками, может, и сработает. Под пристальным взглядом учителя они начинали беспокоиться. Выбалтывали все подробности и сами клали голову под нож. Но если каждое утро видишь, как учитель в пижаме чистит зубы, многое можно стерпеть. Кендрик выдержал взгляд, не мигая.

Со дня их приезда отец, казалось, постарел. Морщины на его лбу пролегли глубже, чем в Лондоне. В каштановых волосах пробивались седые пряди. Может быть, новому директору школы-интерната просто полагалось выглядеть измотанным?

Отец сдался и перешёл к другой стратегии. Теперь он уставился на что-то у Кендрика за спиной.

– Странно возвращаться сюда, верно?

Кендрик сглотнул. Вопрос его удивил. Это было странно, именно так. Но что-то его зацепило. Ему не с чем было сравнивать. Время от времени казалось, что он узнаёт фрагменты прошлого. Но стоило к ним потянуться, и оставалось лишь зыбкое марево небытия. Небытия, в котором светилась пара глаз, будто два озера расплавленной стали.

Чтобы отогнать эту мысль, Кендрик посмотрел через большое окно на восточное крыло замка. Белое крыло. Несмотря на название, эта часть замка ничем не отличалась от остальных. Выложенная из массивных плит серого камня твердыня по-прежнему выглядела так, будто в ней можно было выдержать любую атаку. Зарешёченные окна придавали замку лишь отчасти дружелюбный вид.

Через луг от крыла к лесу вела тропинка. Хорошо протоптана. Похоже, по ней часто ходят. Кто же? Скарлетт и её друзья? И девушка с красными кудрями? Кендрик никак не мог выкинуть из головы её любопытный, настороженный взгляд. И таинственное исчезновение несколько минут назад.

Он оглядел отцовский кабинет. Справа на стене – герб школы. Стилизованная горная вершина, над ней голова хищной птицы, по бокам две башни, а снизу – изогнутые линии, изображающие холмы. Внизу готическими буквами написано: «Школа Маунт-Авельстон». Рядом со школьным гербом на стене список учителей с фотографиями. Рамку украшали искусно вырезанные из дерева птичьи головы. Под фотографией мистера Каннингема не было сказано, что он директор школы. Мисс Пигглз улыбалась так, словно её фотографировали в самый счастливый день жизни. Там же была фотография мистера Фикачу – толстяка с носом, похожим на свиной пятачок.

Кендрик перевёл взгляд на стол. Тёмная столешница завалена бумагами и папками. От стола ощутимо пахло полиролью. A вот компьютерный монитор и телефонная система тут выглядели неуместно. Скорее можно было ожидать перьевых ручек, чернильниц и почтовых голубей.

– Беспорядок, да? – спросил отец. – Представь, средства списывались со счетов по два-три раза. Вопросы оставались без ответа. Неудивительно, что всё меньше и меньше родителей хотели отдать детей в школу Маунт-Авельстон.

Кендрик с облегчением выдохнул. Отец, судя по всему, не заметил, что произошло на крепостной стене. Не похоже, чтобы он собирался ругать Кендрика и за опоздание на следующий урок. Скорее ему нужно было с кем-то поговорить.

– Поэтому тебя и попросили помочь? – спросил Кендрик.

Отец сжал виски пальцами.

– Учеников становилось всё меньше уже давно. Маунт-Авельстон конкурирует со школами по всей стране. Моему предшественнику не удалось продемонстрировать преимущества этого учебного заведения. Он попросту сбежал, прихватив собранную плату за обучение! Только вообрази! Надеюсь, полиция его найдёт, – вздохнул он. – Школьный совет несколько раз обращался ко мне: спрашивали, не хотел бы я занять эту должность, если она станет вакантной. Мисс Боксворт была совершенно уверена, что я, как бывший ученик и преподаватель, правильно возьмусь за дело.

Кендрик только что прочитал это имя. Он снова посмотрел на доску. Мисс Боксворт. Изобразительное искусство. Пожилая дама милостиво улыбалась. Даже на фотографии её светло-карие, почти янтарные глаза сияли тёплым светом. На ней было длинное платье из красноватого льна, а на голове тюрбан из замысловато обёрнутого шёлкового шарфа. На макушке седые волосы торчали, будто прутики из разорённого бурей гнезда.

Отец проследил за его взглядом.

– Эта достопочтенная дама может быть очень упрямой, когда чего-то добивается. Кстати, она всегда спрашивала о тебе. Совершенно потеряла голову, когда стало ясно, что у нас с твоей мамой будет сын.

Мама. У Кендрика до сих пор сжималось сердце, когда отец упоминал о ней. Или тянуло в глубине живота.

– Мисс Боксворт очень хочет увидеть тебя снова, – продолжал отец. – Прежде я отказывался брать на себя ответственность. Это казалось неправильным. Однако в сложившихся обстоятельствах выбора не осталось.

Он подался вперёд и сложил руки перед собой на столе. Кендрик встревоженно выпрямился.

– Как я уже сказал, странно здесь, не так ли? – спросил он.

– Да ничего, нормально, – неопределённо ответил Кендрик.

K чему это отец клонит?

– Вот и хорошо. Тебе необходимо взять себя в руки, несмотря на, гм, особые обстоятельства. Или именно благодаря этим обстоятельствам.

– Не понимаю.

– A я уверен, что ты всё прекрасно понимаешь, Кендрик. Господи боже, ты вцепился в горло тому мальчишке на крепостной стене! В первый же день! Что произошло?

Так и есть.

– Папа, он сам…

– Неважно, что сделал он! – перебил отец. – Даже если тебя провоцируют, не поддавайся. Сколько раз я тебе это объяснял? Интересно, ты вообще понимаешь, что это твой последний шанс? Или я недостаточно ясно выразился?

Он окинул Кендрика оценивающим взглядом. Порылся в документах на столе, выудил из кипы какой-то листок и протянул его сыну.

– Я не слишком высокого мнения об элитарных школах. Мне всегда хотелось, чтобы ты рос как обычный ребёнок. Но, быть может, школа-интернат Сент-Джозеф – то, что тебе нужно? Это заведение известно определённой, xм, строгостью. Там ты наконец сосредоточишься на учёбе и перестанешь ввязываться в драки. И все ученики там могут похвастаться тем же происхождением, что и ты.

Кендрик протянул руку за листком и вдруг ненадолго замер, прежде чем его пальцы коснулись бумаги. Отец ведь не всерьёз, правда? В этом и был весь смысл! Кендрик не хотел быть особенным! Именно поэтому он и полез в драку с Кларенсом. И с ребятами из других школ раньше. Теперь отец сам решил напомнить о его особом положении? Ученики школы Сент-Джозеф могут похвастаться тем же происхождением. Наверняка они все там самодовольные снобы.

– Ты хочешь меня отослать?

– Нет, не хочу. Но поставь себя на моё место. Мне нужно управлять школой. Какое впечатление создастся у совета директоров, когда они узнают, что мой сын, как никто другой, создаёт проблемы, потому что не в состоянии держать себя в руках?

Кендрик уставился на рекламную листовку, словно она обернулась отравленной стрелой.

– Школа Сент-Джозеф находится в Шотландии, – прочитал он. – Наверное, в ещё большей глуши школ-интернатов просто нет, верно? Хотя, говорят, в Узбекистане красиво.

– Не надо, Кендрик, зачем ты так? – в голосе отца звучала искренняя обида.

Кендрик с удовольствием продолжил бы. Просто боялся, что вместе со словами придут и слёзы. Стиснув зубы, он сглотнул подступивший к горлу ком.

– Ещё ничего не решено. – Отец отложил рекламный проспект.

– Это всего лишь один из возможных вариантов. Всегда есть шанс, что здесь ты будешь вести себя иначе, чем в предыдущих школах. – Он откинулся на спинку кресла. – Вот что я предлагаю. Mы пока не будем говорить о школе Сент-Джозеф, просто будем о ней помнить. Если всё пойдёт хорошо до Забега двух вершин, который запланирован на июль, – прекрасно. Тогда мы обо всём забудем. Но если к тому времени возникнут проблемы, вернёмся к этому разговору. Согласен?

Нет! Это шантаж. Кто на такое согласится? Но что было делать? И Кендрик кивнул.

Отец с облегчением улыбнулся.

– Кто был тот мальчик на крепостной стене? – спросил он.

Однако как быстро отец меняет тему! Кендрику понадобилось время, чтобы собраться с мыслями.

– Кларенс Диппдейл, – наконец ответил он.

– Диппдейл? Ax да, я знал его отца. Вероятно, парень пошёл бы по его стопам, если бы я не уехал из замка. Старый Теодор Диппдейл был лакеем в замке Авельстон, помнишь? И прежде чем ты засмеёшься, хочу напомнить, что это почтенная профессия с давними традициями! – Он кашлянул. – Может, этот Кларенс просто встал не с той ноги? Или ты что-то не так понял? Дай ему шанс! Быть может, у вас с ним найдётся что-то общее!

Это с «репкой»-то? Тогда действительно лучше бежать в Шотландию.

– Кто знает, – предположил отец Кендрика. – Возможно, вы ещё станете лучшими друзьями.

Похоже, он действительно верил в эту чушь. Кларенс Диппдейл и Кендрик – лучшие друзья. Рак на горе уже свистнул!

Кендрик почувствовал, что с него хватит.

– Это всё? – спросил он.

Отец кивнул.

– Хорошо, – выдавил Кендрик, сдерживая слёзы гнева и разочарования. – Биология ждёт. Я ведь не хочу неприятностей, правда?

Глава 3

У двери в Рыцарский зал аромат лазаньи щекотал нос. У Кендрика потекли слюнки. Первый день в школе, пусть и безумный, не лишил его аппетита. Даже скучнейший урок биологии не подействовал.

Перед аркой, ведущей в зал, образовался затор. Кендрик воспользовался случаем, чтобы осмотреть два доспеха, охранявших вход слева и справа. Они держали мечи лезвием вниз, на кирасе красовался герб графинь Бёрдширских.

Снова голова хищной птицы над Соколиным пиком, как на эмблеме школы. И ещё башни и Лэтфолд. Названия школы не было, но кольцо окружало эмблему, будто крепостная стена.

– Суперские, правда? – Из толпы вынырнула Скарлетт, за ней спешили две девушки, которые сидели за одной партой на первом уроке и хихикали, прижавшись друг к дружке. – Mы зовём их Ведро и Жестянка. – Она похлопала по шлему на левой броне и представила подруг: – Ты уже видел Беатрис и Келли на уроке физики. На биологии Беа всегда внимательно слушает мистера… мистера… – Она закрыла глаза, будто сражённая сном. И тут же с ворчанием проснулась. – Мистера Фикачу.

Кендрик удивлённо пригляделся: глаза девочек казались огромными. Возможно, у Беатрис такое впечатление создавалось из-за больших очков с золотой оправой. У Келли же был такой маленький нос, что остальные черты её лица казались слишком большими.

– A вот и Айви. – Скарлетт заметила ещё одну одноклассницу и помахала ей. Через несколько секунд перед Кендриком стояла девушка с красными локонами.

– Айви, – повторил он.

О боги, его голос прозвучал так, будто он вслух мечтал о любимом мороженом! Неудивительно, что Беатрис и Келли снова захихикали. K счастью, затор перед входом в зал начал рассасываться, и они быстро свернули в сторону. На месте осталась только Айви. Кендрику захотелось что-нибудь сказать. Что-нибудь потрясающее.

– Э-э…

Начало положено. Следующая попытка.

– M-м, да, спасибо за помощь. – Он поднял руку жестом подающего в крикете. – Точно в цель.

Айви пожала плечами.

– Не за что. Диппдейл всех достал.

– Но как ты исчезла? Практически растворилась в воздухе…

Глаза Айви округлились, и она покачала головой. Её друзья не услышали последнего вопроса, и, очевидно, Айви хотела, чтобы так и оставалось. Ладно, Кендрик её не выдаст. Однако любопытство не уходило. Он решил потом ещё раз подняться на крепостную стену. Забавно получится, если он так и не поймёт, каким путём ушла Айви.

Вместе они догнали остальных, и, пока двигались в очереди к стойке с едой, Кендрик восхищённо оглядывал исполинские дубовые столы, за которыми обедали ученики. Конечно, древесину доставили из лесов Белых пиков. A массивные угловые детали наверняка выковали в печах, которые топили торфом, добытым в болотах на склонах Чёрных пиков. Справа и слева витражные окна поднимались к сводчатому потолку. В вышине плыли облака, и казалось, что зал скользит по небу.

Зрелище поразило Кендрика в самое сердце. Тесных пространств он не любил, а вот к высоте у него было по меньшей мере двойственное отношение. Наверное, в лондонском Гайд-парке не осталось ни одного дерева, на которое он не забирался бы в детстве! Свобода – вот что он чувствовал, когда вокруг не было ничего, кроме пустого бескрайнего неба. Он очень старался не смотреть вниз. Неприятные ощущения, как при клаустрофобии, его не преследовали, но тревожное чувство оставалось. Это трудно описать. Как будто что-то тянуло его вниз. Казалось, если слишком долго смотреть в глубину, он исчезнет.

У Кендрика заурчало в животе. Желудок явно напоминал, что пустота ему не по нраву. И недвусмысленно требовал наполнения. Он взял поднос и пошёл догонять Айви. Девушка с макияжем в чёрной гамме, которую Кендрик видел на первом уроке, опередила его, хотя явилась с подругами из Чёрного крыла позже Кендрика. Она взглянула на него через плечо. В солнечном свете, падающем из окна, её тёмно-карие глаза лучились золотыми искорками. Будто осколки янтаря.

– Привет, я… – попытался представиться Кендрик, но девушка уже не обращала на него внимания. Она схватила последний кусочек сливового пудинга.

– Эй, это было моё! – Айви обернулась, улыбаясь во весь рот. Наверное, решила, что десерт взял Кендрик. И тут же нахмурилась, заметив свою ошибку. – Сиенна! – без капли радости прошипела она.

Девушка с чёрным макияжем тоже нахмурилась, глядя на пудинг с изюмом, который держала в руках.

– Смешно. Здесь не написано, что это твоё, Айви. K тому же ты прошла дальше. Откуда мне было знать, что ты передумаешь? – Говорившая с наслаждением впилась в сладкий десерт зубами.

– У тебя с головой всё в порядке? – поинтересовалась Айви.

– Могу я спросить, чем вы так сильно расстроены, мисс Баусман?

Нотки надвигающейся ссоры достигли ушей учительницы. Женщина лет тридцати ростом была едва ли выше девочек, но смотрела решительно. Она встала между мгновенно образовавшимися фронтами. Белое крыло против Чёрного крыла.

Вопреки всем правилам о школьной форме учительница была в джинсах, блузке и повседневном чёрном пиджаке с эмблемой школы. Прямо на спине! Как рисуют свои символы банды мотоциклистов. Короткие тёмные волосы дополняли образ своевольного байкера.

– Айви слишком медленно двигается. – Сиенна с ухмылкой снова поднесла пудинг ко рту.

Учительница приподняла брови. Сиенна опустила руку.

– Мисс Баусман?

– Я взяла его первая! Она должна уступить. – Глаза Айви сверкнули яростью. Она уставилась на Сиенну.

– Хочешь сказать, что ты быстрее меня?.. Мечтать не вредно! Сама увидишь на следующей вылазке.

– Мисс Баусман! – повысила голос учительница.

Едва заметным кивком она указала на Кендрика. Или ему показалось? Прежде чем он успел это осмыслить, учительница чуть слышно вздохнула. Она пробормотала что-то насчёт проблем, которых некоторым не хватает, и попросила официанта по ту сторону стола с десертами передать ей нож. Подавшись вперёд, она протянула нож Айви и Сиенне.

– Один делит, другой выбирает.

Девочки со стоном вздохнули.

– Mы уже не маленькие, – пробормотала Айви.

– По вашему поведению не заметно. Так что – действуйте.

Айви и Сиенна переглянулись. Сиенна кивнула. Айви взяла нож и разрезала пудинг пополам. Рука Сиенны задержалась над половинкой, от которой она не откусила. Учительница кашлянула. Сиенна взяла другую.

– A теперь по местам, – сказала учительница.

Сиенну, казалось, суровость учительницы ничуть не задела. Вместе со своими хихикающими подругами она направилась к столику у западной стены зала. 3а окном возвышались скалы Чёрных пиков. Айви, Скарлетт, Беа и Келли угрюмо поспешили к столикам у восточной стены.

Кендрик наполнил свою тарелку едой и последовал за ними.

– Кто это? – спросил он.

– Мисс Душечка. – Айви хлопнула подносом по столу с такой силой, что лазанья подпрыгнула на тарелке.

Кендрик нахмурился. Айви закатила глаза:

– Мисс Харт. Ведёт уроки истории и физкультуры.

Объяснять подробнее необходимости не было. Кендрик вспомнил, что видел это имя на регистрационной форме и записался на курс истории, который вела мисс Харт.

Мисс Харт заняла место за учительским столом. Среди учителей, как и среди учеников, было заметно чёткое разделение. Учительница истории и физкультуры подняла голову и через весь зал посмотрела прямо на Кендрика. Так смотрят на экзотическое животное в зоопарке. Или на незваного гостя.

Глава 4

Kендрик в третий раз прошёл по крепостной стене, начав от башни. Ничего. Ни единой двери, через которую Айви могла бы сбежать накануне. Нет даже ниши, в которой можно было бы спрятаться. Всё было как прежде: проход вдоль крепостной стены заканчивался тупиком. Он запрокинул голову. Стена возвышалась на метр-другой. Среди грубо обтёсанных камней виднелись небольшие углубления и выступы. Однако вскарабкаться здесь всего за несколько секунд мог лишь исключительно опытный скалолаз. A что потом? Куда она могла исчезнуть? Нет, этот путь тоже исключался.

Кендрик в недоумении облокотился на парапет и уставился вниз, во внутренний двор. Большинство учеников разошлись после уроков по домам. Те, кто жил в замке, отдыхали в комнатах. Снаружи бродил один Кендрик. Он закрыл глаза и попытался снова вспомнить, что произошло вчера. Парень с хвостиком-«репкой»; гориллы с овечьими лицами; помидор, который Айви бросила издалека; как он пытался задержать бросившихся к ней Кларенса с его прилипалами. На несколько секунд он потерял её из виду. Потом Айви пропала, и ему пришло в голову, что это могло быть возможно, только если она… Кендрик шлёпнул ладонью по деревянному брусу. Безумие какое-то! И правдоподобного объяснения он не видел.

Ветер посвежел и потрепал его по волосам. Потом погладил уши, как будто хотел пощекотать. Или дразнил, потому что Кендрик размышлял об Айви, вместо того чтобы играть с ним. Ещё одна странная мысль. Играть с ветром. Ну да, конечно. И всё же Кендрику казалось, что ветер что-то ему шепчет. Или он действительно слышал голоса? Он вытянулся над парапетом.

«Ну, давай же», – казалось, говорил ветер. Кендрик забрался на самую нижнюю балку и наклонился вперёд. И снова шёпот! Или ему кажется? Порыв ветра потрепал его одежду, погладил тонкие волоски на руках. Кендрик заворожённо смотрел в глубину. «Ещё чуть-чуть», – казалось, прошептал ветер. Кендрик закрыл глаза и прислушался. Безотчётно наклонился ещё дальше вперёд и…

– Мистер Найт!

Кендрик резко выпрямился. Ветер утих. Или сбежал, как Айви. Он спустился с парапета. K нему направлялись две учительницы. С одной из них он уже успел познакомиться. Мисс Харт. Она остановилась в нескольких шагах и смерила его взглядом, сложив руки на груди.

Вторая учительница подошла ближе:

– Мистер Найт. Наконец-то мы снова встретились. Вы меня не помните. Я…

– …Мисс Боксворт, я знаю.

Пожилая дама кивнула. Её улыбка стала ещё доброжелательнее. Как и на фотографии в кабинете директора, на ней было простое платье из грубого льна. На ногах – сандалии с ремешками. Голова обёрнута пёстрым шарфом, как у взбалмошной бабули.

Её внимательный взгляд метался между Кендриком и парапетом.

– Mы отвлекли вас, мистер Найт?

Кендрик непринуждённо пожал плечами.

– Я просто пытался получше рассмотреть крепость.

Мисс Боксворт повернулась к мисс Харт.

– Мистер Найт просто хотел осмотреться, Пенни. A вы что подумали?

Мисс Харт подняла брови и окинула Кендрика скептическим взглядом. Не очень-то любезным. Однако Кендрик знал, как её умаслить. Широко улыбаясь, он шагнул вперёд и протянул учительнице руку. Вполне воспитанный мальчик, каким его хотел видеть отец.

– Здравствуйте, мисс Харт. Я записался на ваш курс истории и очень этому рад.

На лице мисс Харт отразилось удивление. По крайней мере, уголки рта приподнялись в лёгкой улыбке. Она пожала руку Кендрика, но ответила, обращаясь к мисс Боксворт:

– Я ничего не подумала, Маргрет.

Мисс Боксворт открыла было рот, но мисс Харт уже развернулась и пружинистыми шагами направилась обратно к башне. Мисс Боксворт, нахмурившись, проводила её взглядом, а потом шагнула к парапету и посмотрела вниз. Кендрик заметил, что её глаза загадочно вспыхнули.

– Следуйте за своим сердцем, мистер Найт. И вы пойдёте правильным путём.

Что бы это значило?

– Поня-а-а-тно, – протянул Кендрик и осторожно указал на башню. – Сейчас сердце подсказывает, что мне пора направиться вон туда.

Улыбнувшись, мисс Боксворт отступила.

– Конечно, не буду вас задерживать. У нас ещё будет время поговорить. Надеюсь, это случится очень скоро. – Она похлопала его по плечу. – Вы многое унаследовали от матери, вам это известно? Больше, чем вам кажется, мистер Найт. Гораздо больше, чем вам кажется.

Глава 5

Неделю спустя, в среду утром Кендрик сидел в Бёрдшир-холле и писал сочинение о ранних завоевательных походах викингов. Особняк находился в добрых пятистах метрах к юго-востоку от замка, и в нём помимо прочего размещалась школьная библиотека. Сквозь разноцветные витражные окна Кендрик смотрел на гравийную дорожку и красный фасад флигеля, густо увитый плющом.

В библиотеке пахло пылью и старыми книгами. На полках из тёмного дерева, доходящих до потолка, стояли переплетённые в кожу фолианты.

– Я хочу получить живые тексты, – объявила мисс Харт. – Пусть прошлое воскреснет. Только тогда я смогу поставить вам хорошую оценку. A если вы будете получать хорошие отметки, вам не придётся потом работать школьной учительницей, как мне.

Все засмеялись.

Кендрик понимал, почему многие девочки относились к мисс Харт почти как к старшей сестре. Особенно те, кто жил под её опекой в Чёрном крыле. Сам он пока не решил, как к ней относиться, особенно после недавних встреч. С одной стороны, она действительно казалась душечкой. С другой – по-прежнему смотрела на Кендрика как на загадку, решение которой пока не могла найти.

– A что, если я хочу стать учительницей? – Кларенс Диппдейл сказал именно «учительницей», не «учителем».

Роб и Денни послушно закивали, а Скарлетт испустила стон. Она сидела с Беа и Келли недалеко от Кендрика. Как и рыжеволосая Айви. Кендрик держался незаметно, избегал любого противостояния с Кларенсом. И это было нелегко! Но если не хочешь ехать в Шотландию, выбора нет.

Кендрик посмотрел на Айви, оторвав взгляд от тетради. Для него Айви стала настоящей головоломкой. Она подняла голову. Казалось, Айви каждый раз чувствовала его взгляд. У Кендрика защекотало в груди. A если вот так? Он высоко вздёрнул брови. Глупо, конечно, но ничего лучше не придумалось. Айви рассмеялась. Её глаза сияли ярче, чем обычно.

В груди защекотало сильнее. Он будто пересёк финишную черту в важной гонке. Даже захотелось с ликованием вскинуть руки и издать победный клич. Вместо этого он молча наслаждался апельсиновым ароматом, исходящим от Айви.

Рядом с ним неожиданно появилась мисс Харт.

– Не уверена, что жители Уэссекса так же веселились, когда викинги сжигали их деревни, мисс Баусман.

Ой, это уже не старшая сестра.

– Всё из-за меня, – вмешался Кендрик. – Это я начал…

– Ваша попытка выгородить даму выдаёт в вас джентльмена, мистер Найт. Но отвлекаться или нет – решает исключительно мисс Баусман. Мисс Баусман нравится быть в центре внимания. Но пока, по крайней мере, она привлекает к себе внимание хорошими результатами работы, а не всякими глупостями.

Айви сузила глаза. Очевидно, что хлёсткий ответ был готов сорваться с её губ. И всё же она промолчала. Хоть это далось ей нелегко. Остаток часа Кендрик провёл, работая над сочинением. Он не раз и не два бросал взгляд на Айви, но она не реагировала.

Наконец мисс Харт отпустила класс отдыхать. 3а стенами Бёрдшир-холла Кендрика приветствовал солнечный свет. Свежий ветер доносил аромат цветущего вереска с Чёрных пиков. В начале мая склоны болотистого плоскогорья переливались яркими цветами – розовыми, белыми и красными.

Айви вместе со Скарлетт и остальными девочками из их крыла вышла из здания. Кендрик остановил её.

– Я не хотел, чтобы у тебя были неприятности. Извини.

Айви беспечно отмахнулась:

– Нестрашно. С ней ничего не поделаешь. Уж такая она – Душечка.

– Но почему она на тебя злится? Ты сделала что-то не так?

Скарлетт дёрнула Айви за рукав.

– Айви, нам ещё сегодня…

Она бросила короткий взгляд на Кендрика и замолчала.

Айви кивнула.

– Она больше злится на то, что произойдёт потом… – резко сказала она. И, стремительно развернувшись, поспешила следом за подругой в замок.

– Айви, подожди! – Она не остановилась.

Что же, снова довольствоваться загадочным ответом? Ещё раз? Кендрик был сыт по горло! Бесконечные секреты! Если Айви думает, что он оставит всё как есть после такого заявления, она просчиталась!

Через час Кендрик прятался неподалёку от стен Белого крыла. У девушек были на вечер какие-то планы, это ясно. И он узнает, что они задумали! Кендрик надел спортивные шорты и майку, в которых ходил на пробежку, чтобы оправдаться, если его обнаружат. Теперь он переминался с ноги на ногу в тонкой одежде. Днем светило солнце, но к вечеру довольно резко похолодало.

Спустя чуть ли не целую вечность задняя дверь корпуса распахнулась. Школьницы всех возрастов вышли наружу. Следуя за представительницей учеников в Школьном совете, восемнадцатилетней девушкой с развевающейся тёмно-каштановой гривой, они пошли по тропе, которую Кендрик заметил ещё из кабинета своего отца.

Он не ошибся! Шерлок Холмс по сравнению с ним – новичок в сыске! В толпе он различил красные волосы Айви рядом с аккуратно заплетёнными косами Скарлетт. Подождав минуту, он последовал за школьницами к живой изгороди из терновника. Подлесок, похоже, готовился превратить в кактус любого, кто посмеет приблизиться. Кендрик все же отвёл несколько веток и пробился сквозь заросли.

Почему девушки не шептались, как обычно? Как же идти за ними незаметно? Он остановился и прислушался. Даже шагов больше не было слышно! Лишь несколько птиц порхали вдали. Как же так? Куда они пропали?

Кендрик прибавил шагу и оказался в лесу. Над головой шелестели листья ясеня. Ещё несколько шагов, и деревья расступились, открывая долину. По каменистому руслу журчал ручей. На противоположном берегу метров на десять возвышалась почти отвесная скала. Снизу вверх, в гору, вела тропа.

Перебравшись через ручей по выступающим камням, Кендрик повернул по берегу налево. Воздух на этой стороне был заметно прохладнее. Кендрик быстро прошёл под деревьями и вдруг наткнулся на тропу, явно проложенную человеком. Тропу преграждал барьер из сухих деревянных балок, на котором висела табличка с надписью. Буквы заплясали перед глазами Кендрика.

«Соколиный пик».

«Проход запрещён!»

«Можно разбиться», – мысленно добавил Кендрик.

«Насмерть».

Вечерний холод пробрался под одежду. Ладони, однако, вспотели. Во рту пересохло. Разум кричал, что нужно бежать. Далеко-далеко, как можно дальше от горы. Здесь поджидала опасность. A девочки карабкались вверх в медленно наступающей темноте! Они что, сошли с ума?

Кендрик уставился на знак. И замер.

Голова закружилась, и буквы померкли перед глазами. В то же время он почувствовал, как в груди защемило. Что-то тянуло его вперёд, медленно, но верно отодвигая опасения на второй план.

Если подумать, тропа в гору казалась не такой уж опасной и вполне проходимой. Или нет? В любом случае, если что-то изменится, он просто повернёт назад. Кстати, с чего он взял, что девушки пойдут в гору до самой вершины? Быть может, он столкнётся с ними на следующем повороте?

С колотящимся сердцем Кендрик протиснулся за барьер. После долгого спуска тропинка повела его вверх по склону. Из-под ног начали выскальзывать камни, скатываясь вниз по склону слева от тропы.

Ладно, теперь можно и вернуться. В конце концов, он поскользнулся – его кроссовки были предназначены для бега, не для прогулок по горам – и растянул лодыжку. Никто не знает, где его искать. Он даже не взял с собой смартфон.

Ощутив какое-то движение справа, Кендрик обернулся. В воздухе между деревьями пронеслась тень. Потом повернула и направилась прямо к Кендрику!

– Что?.. – Кендрик пригнулся, успев заметить мелькнувшие когти.

Птица обогнула ствол вяза и повторила манёвр. Кендрик снова увидел рассекающие воздух когти. Как раз там, где он только что стоял! Птица нападала сверху, нацелившись когтями ему в лицо. Кендрик попятился и упёрся спиной в ствол дерева. Защищаясь, он рывком вскинул руки. Птица провела крылом по его пальцам, будто собираясь дружески пожать руку.

Кендрик молча следил взглядом за птицей, которая скользила над тропой к Соколиному пику. Только теперь он заметил и других пернатых. Они наблюдали за ним с деревьев. Он никогда не слышал, чтобы хищные птицы разных видов сбивались в стаю. A за последнюю неделю он узнал о птицах очень многое! С лёгкостью мог определить несколько видов, о которых раньше никогда не слышал. Некоторые учителя вплетали информацию о канюках, ястребах, совах и воробьях в каждый урок – независимо от того, что преподавали. Специалистом по птичьим повадкам Кендрик не был. В первой птице, однако, он узнал ястреба-тетеревятника, хоть красное оперение на голове и показалось необычным.

Две расположившиеся на ветке дуба птицы с огромными глазами, круглыми головами и выразительно торчащими, будто уши, перьями, должно быть, звались ушастыми совами. Они склонили друг к другу головы, как будто шептались о нём. Потом вспорхнули с ветки и медленно уплыли по воздуху в сторону пика.

Вскоре раздался громкий свист. Все птицы взмыли вверх и исчезли. Только ястреб по-прежнему парил над тропой. Казалось, он колебался, но вот развернулся в полёте и через несколько секунд исчез из виду. Жаль. Когда птица напала на него, Кендрик испугался. A теперь был бы рад последить за её полётом ещё немного. Как грациозно она парила, несмотря на грозный вид! Однако Кендрик пошёл в гору ради девушек – и, если ему не показалось, с вершины только что донеслись их голоса.

Ему всё так же не хотелось идти вперёд. Однако странное ощущение будто подталкивало, призывая не медлить. Он должен был подняться на вершину. Как будто невидимая сила тянула его вверх.

На последнем подъёме тропа шла вдоль узкого гребня. Кендрик старался не смотреть вниз. Камни снова и снова срывались у него из-под ног и с грохотом падали в глубину. Каждый раз требовалось бесконечно много времени, чтобы отзвук падения утих. Они долетали до земли, это точно. Разбивались в пыль о торчащие валуны. Так же, как разбился бы Кендрик, сделай хоть один неверный шаг.

Наконец он добрался до самого верха и заглянул через кромку, обливаясь потом. Плато, раскинувшееся в последних лучах вечернего солнца, оказалось больше, чем он ожидал. Кендрик отметил, что в диаметре эта площадка метров тридцати. По бокам росло несколько ясеней и клён, а впереди открывался вид на Чёрные пики. От острых вершин его отделяла пустота. Только теперь Кендрик ощутил огромную высоту заострённой скалы.

Несмотря на опасность, несколько школьниц сидели и стояли на краю обрыва, как будто отдыхали во дворе замка между уроками. Зрелище потрясло Кендрика. Он предпочёл сосредоточиться на плато. Трава, которую шевелил ветер, прорастала между могучими камнями, образующими странные формы. Девушки собрались группами по несколько человек. Алые кудри Айви, как всегда, сияли издалека. Скарлетт стояла с ней рядом. Вместе с Беа и Келли. Чуть подальше Кендрик разглядел Сиенну и светловолосую кудрявую девочку с пухлыми щёчками. A ещё поодаль стояли… мисс Пигглз и мисс Харт? Мисс Боксворт и другие учительницы? Что они здесь делали?

Мисс Харт и мисс Боксворт яростно спорили. Мисс Боксворт завершила разговор резким взмахом руки. Мисс Харт заметно скрипнула зубами и отошла. Другие женщины и девушки, стоявшие поблизости, тоже шагнули в сторону. Кольцо вокруг мисс Боксворт разомкнулось.

Учительница вытянула руки, устремив взгляд на Кендрика!

– Добро пожаловать домой, мистер Найт, – сердечно произнесла она. – Нам уже сообщили, что вы придёте. У вас будет много вопросов. Авы на них ответят.

Глава 6

Kендрик был потрясён до глубины души. Откуда мисс Боксворт могла знать, что он придёт? В голове промелькнул образ двух улетающих сов, но он отогнал его.

– Подойдите поближе, – рассмеялась мисс Боксворт. – Не стесняйтесь. Mы не кусаемся. По большей части, во всяком случае.

Ученицы, стоящие рядом с ней, захихикали. Кендрик почувствовал, как жар приливает к щекам. Наверное, лицо у него пылает, как сигнальная ракета. Он расправил плечи и вытянул руки в стороны. Потом сделал нарочито глубокий выпад и покачался взад-вперёд.

– Я вышел на вечернюю пробежку и случайно оказался здесь.

– Оставьте объяснения. Подойдите сюда, чтобы все вас видели.

Кендрику хотелось пойти совсем в другую сторону. И не только потому, что на вершине ему было неуютно. Всё складывалось более чем странно. Но если сейчас сбежать, то с девушками ему больше говорить будет не о чем.

Взглядом он отыскал Айви. Она стояла позади мисс Боксворт, напряжённо выпрямившись. Внимательная, как на всех уроках, на которых её видел Кендрик. И всё же он заметил, как она ему улыбнулась.

– Итак, вы нашли дорогу сюда, – сказала мисс Боксворт.

– M-м, да. Это было не так уж сложно. Внизу есть указатели и…

– Вы нашли дорогу к нам, к авам, – добавила учительница.

Опять это слово – «авы». Кендрик раньше его не слышал. Он пожал плечами.

– С давних пор авы следят за Соколиным пиком то в птичьем, то в человеческом обличье, – многозначительно пояснила мисс Боксворт. – Mы хранители. Защитники и опекуны. A иногда и воительницы.

Кендрик огляделся с надеждой на помощь. Это, конечно, шутка. Мисс Боксворт обняла его. То в птичьем, то в человеческом обличье? Оборотни? Ну да, конечно. Это всё подстроено. Ритуал посвящения в школе Маунт-Авельстон. Новых учеников водят за нос и открывают правду, только когда те выставляют себя на посмешище. Отсюда и таинственность. Но неужели мисс Боксворт действительно ожидает, что он поверит в эту чушь?

– Вы считаете, это разумно, Маргрет? – Мисс Харт шагнула вперед. Тихо, но настойчиво она обратилась к мисс Боксворт: – Mы никогда не открываем тайну людям, помните? Вы действительно хотите нарушить наше правило? Кроме того, это невозможно, вы же знаете. Совершенно исключено.

В голосе мисс Боксворт прозвучали резкие нотки.

– Замолчи, Пенни. – По рядам девушек, сгрудившихся за спиной мисс Харт, пронёсся шёпот. Прежде чем она успела ответить, мисс Боксворт примирительно добавила: – Вы же сами всё видели. Все знаки. Как я и предполагала.

Мисс Харт, однако, убедить не удалось. Отведя коллегу на несколько шагов от Кендрика, она продолжила шептать:

– Я всего лишь видела мальчика на крепостной стене.

– A как же ветер?!.

– Ветер, конечно. В тот день он веял повсюду. Нельзя отказаться от всего, за что мы выступаем, из-за смутного подозрения, Маргрет.

Тон мисс Боксворт снова стал серьёзен:

– Что можно делать, а что нельзя, решать мне. Потому что я главная ава. И я не нарушаю никаких правил. Этот юноша перед нами – да, вы, мистер Найт! – не обычный человек.

До сих пор Кендрик считал себя самым обычным человеком. Если забыть о преследовавших его кошмарах и клаустрофобии. И теперь он особенно остро почувствовал себя обычным человеком, которому срочно надо бежать прочь со всех ног!

Мисс Боксворт невозмутимо продолжила:

– Вы можете измениться, мистер Найт. Кем же вы станете в новом обличье? Ястребом-перепелятником? Сапсаном? Что ж, мы это выясним.

– Отличная идея, – согласился с ней Кендрик.

Старушенция явно чокнулась. A его одноклассники только и ждали, чтобы посмеяться над ним. Придётся кое-кого разочаровать! Он отвернулся.

– Что ж, развлекайтесь, – бросил Кендрик.

– Вы идёте по стопам своей матери, – послышалось сзади.

Кендрик остановился, словно прикованный к месту. И очень медленно развернулся. Мисс Боксворт доброжелательно улыбнулась. Внутри у Кендрика всё сжалось. Старушка точно знает, как его удержать. Кендрику не нравилось, когда им пытались манипулировать.

– О чём вы говорите?

– Ваша мать была одной из нас, и вы тоже…

И вдруг, ни с того ни с сего, Кендрика охватил гнев:

– Хватит!

Его крик, наверное, слышали даже в Авельстоне. Ну и пусть! A ведь мисс Боксворт – учительница, и он должен относиться к ней с уважением. Но как она смеет говорить такое о маме? Вспоминать о ней именно здесь и сейчас! Шутки – это одно. Но всё зашло слишком далеко.

Ядовитые слова были готовы сорваться с его губ. Впрочем, ни одно из них не выразило бы того, что он чувствовал. Кендрик кипел от ярости. Ему было очень грустно. И в то же время хотелось смеяться. Он связался с кучкой сумасшедших! В Маунт-Авельстон набрали в учителя психов! Кендрик стремительно развернулся и, спотыкаясь, побрёл обратно. Никто его не остановил.

У него за спиной разгорелась жаркая дискуссия. Мисс Харт говорила громче всех. На этот раз она не собиралась отступать.

Кендрик побежал вниз по хребту. Всё быстрее и быстрее, пока не разогнался во всю прыть. Он нырнул в темнеющий лес и не остановился, даже услышав зов Айви:

– Подожди!

Чтобы она рассказала ему такую же безумную историю, как мисс Боксворт? Он помнил, как вспыхнули её глаза при словах сумасшедшей старухи! Очевидно, не только учителя в Маунт-Авельстоне страдали психическими заболеваниями. Айви догнала его.

– Ты, наверное, совсем растерялся. Я три дня не могла прийти в себя после первого превращения. A ты ещё даже не знаешь, каково это! И всё, что ты услышал, кажется безумием.

Кендрик остановился.

– Дай-ка подумать. Нет, конечно, вы здесь все крылатые супергероини. Когда я увидел тебя с подругами в первый раз, так и подумал: «Чёрт возьми, да они наверняка после уроков превращаются в птиц!» Спасибо, что приняли меня в свой клуб. Я свяжусь с вами, как только покроюсь перьями. A до тех пор оставьте меня в покое.

– Кендрик…

– Ну что Кендрик?! – проворчал он. – Я думал, что ты… Не знаю… То есть мне казалось, мы… Оx, просто уходи и оставь меня в покое, ладно?

Айви ошарашенно опустила голову. Прикусила нижнюю губу и открыла было рот. Но Кендрик устал слушать глупости. И прежде чем она успела что-то сказать, отвернулся и ушёл.

Глава 7

Толстые гобелены, покрывавшие стены на лестнице, скрадывали звук его шагов. Кендрик, однако, предпочёл бы, чтобы стены громыхали в ответ, но, к сожалению, сердито топать кроссовками на мягкой подошве он не мог.

Квартира директора школы находилась в главном крыле замка. Здесь были гостиная и столовая, кухня, кабинет для отца и на удивление маленькая ванная комната для них обоих. Честно говоря, это был самый обыкновенный чулан с туалетом, раковиной и душем, спрятанным за полиэтиленовой шторой, разрисованной цветами.

Из гостиной на второй этаж вела винтовая лестница из кованого железа. Из узкого коридора можно было попасть в четыре комнаты, отведённые семье директора школы.

Кендрик выбрал последнюю из комнат, потому что ему понравился вид из окна – на Чёрный и Белый пики.

– Кендрик! – позвал из кухни отец.

Должно быть, он всё-таки громко протопал по коридору. Кендрик замер на ступеньках винтовой лестницы.

– Что?

– Ты как раз вовремя. Ужин готов.

Отец показался в дверях, держа в руках кастрюлю с картофельным пюре и сковороду с шипящими в горячем жире сардельками.

Как ни странно, после так неожиданно закончившейся вылазки Кендрик не был голоден. С другой стороны, сардельки с картошкой он очень любил. Не долго думая, Кендрик спустился вниз. Он снял кроссовки, поставил их на лестницу и помог принести соус, две тарелки, столовые приборы, стаканы и воду.

3а едой отец поделился впечатлениями об учителях. Он начал посещать уроки, которые они вели. На Кендрика эта новость не произвела особого впечатления, и он выжидал подходящего момента, чтобы уйти.

– A что у тебя? – спросил отец. – Ты сегодня всё молчишь.

– Расскажи мне о маме, – решил воспользоваться удачно подвернувшимся шансом Кендрик. – Какая она была?

Ведь он ребёнок и хочет знать как можно больше о маме – отец никогда не отказывался о ней рассказать. Однако в последние годы они избегали этой темы.

Отец откинулся на спинку стула. Он удивлённо приподнял брови, но потом медленно кивнул.

– Она была особенная. Именно так большинство мужчин говорят о своих жёнах, верно? По крайней мере, должны бы так говорить. Но твоя мама была действительно необыкновенной. Она не только была дочерью тогдашней графини Бёрдширской, но и удивительной красавицей.

Он взглянул на Кендрика. Кендрик знал причину.

– У меня её глаза.

– И волосы такого же цвета, как у неё. Но потрясающей она была не только поэтому. Всё, что она делала, выходило таким естественным и элегантным. Иначе и не скажешь. Даже когда она просто сидела молча, на неё хотелось смотреть.

– Вы вместе учились в этой школе. Как вы познакомились?

Щёки его отца загорелись.

– Твоя мама ещё кое-чем отличалась от других девочек. Остальные обращали внимание только на спортивных парней. В школе Маунт-Авельстон выбор был богатым! Наверное, и сейчас мало что изменилось. Достаточно посмотреть на тебя. Я никогда не был таким. О, мне пришлось постараться! Я очень хотел произвести на неё впечатление. Но когда мои друзья пересекали финишную черту, я, спотыкаясь, едва преодолевал половину дистанции. Кое-какими успехами я мог похвастаться только в гребле.

Отец устремил взгляд на стол, перед собой. Он будто светился изнутри от воспоминаний.

– Я рассмешил твою маму. Наверное, тогда её и покорил.

У Кендрика потеплело внутри, и явно не от картофельного пюре. На этом можно было бы и закончить. Всё было хорошо. Но он уже не маленький. Ему нужно было узнать и остальное.

– A потом? Когда появился я?

– После школы я уехал из Авельстона и поступил в Университетский колледж Лондона. Твоя мама последовала за мной и начала изучать право, но, когда твоя бабушка заболела, оставила учёбу. Mы с мамой всегда знали, что будем вместе. Я вернулся. Когда она забеременела тобой, я уже преподавал в школе английскую литературу. Мама стала графиней Бёрдширской. Она представляла наш округ в стране и мире, занималась благотворительностью, участвовала в школьных делах.

– С ней всегда всё было в порядке? Я хочу спросить, не было ли в ней чего-нибудь… необычного?

Отец бросил на Кендрика задумчивый взгляд. Тот отвёл глаза. Всё ли было в порядке с мамой? Не было ли чего необычного? Кому придёт в голову задавать такие вопросы о собственной матери? Но ему совершенно необходимо было услышать ответ.

Отец поджал губы.

– Она всегда была необычной, – начал он. – Но, эм-м-м, да, в какой-то момент… Нет, я должен объяснить это по-другому. Твоя мама всегда любила проводить время на природе. Без прогулки к Лэтфолду или похода на болото на плоскогорье день для неё был потерянным. Просто со временем это стало более, гм, навязчивым.

Он снова посмотрел на Кендрика, раздумывая, стоит ли продолжать. Очевидно, решил, что Кендрик уже достаточно взрослый.

– Она не просто хотела гулять в лесу, ей это было необходимо. По крайней мере, она так считала. Но не могла объяснить мне зачем. Едва я заговаривал с ней об этом, сразу умолкала. Всё сильнее отдалялась от меня. Её подруги в то время тоже не очень-то мне помогали.

– A мама дружила с мисс Боксворт? – напряжённо спросил Кендрик.

Отец нахмурился.

– С Маргрет? Откуда ты узнал? Я бы не назвал её подругой. Она, в сущности, заменила ей мать. Мама Дженны, твоя бабушка, наверняка понимала, что жить ей оставалось недолго. Возможно, была рада, что кто-то заботится о её дочери, даже если сначала Маргрет ей не очень нравилась.

Отец Кендрика потянулся за стаканом и сделал глоток. Должно быть, от разговоров у него пересохло во рту. Или он хотел выиграть время, чтобы подумать, стоит ли рассказывать дальше. Он опустил стакан.

– Возможно, я ждал слишком долго. Думал, что всё пройдёт, если я просто потерплю, проявлю понимание. Но потом… произошёл…

– …несчастный случай. – Голос Кендрика звучал озабоченно.

Отец посмотрел на него долгим взглядом.

– Она пошла с тобой на пик. Это было её любимое место, – горько усмехнулся он. – Однако никому не стоит там прогуливаться, особенно с маленьким ребёнком. Вершина осыпается, понимаешь? Каменные пустоты разрушаются. Гора дышит. Но твоей маме необходимо было подняться туда. Тебя она оставила у подножия – необъяснимый поступок. По крайней мере, позже тебя нашли плачущим, но невредимым у корней дерева. A потом… она сняла туфли и упала с вершины. K такому выводу пришла полиция. Наверное, упала.

Кендрик тяжело вздохнул. Наконец он понял. Отец спрашивал себя, не прыгнула ли мама со скалы! По собственной воле. Но зачем ей это делать? Невероятно! Или всё же?.. Кендрик с содроганием вспомнил о странном ощущении, возникшем на крепостной стене. Он был на грани того, чтобы свеситься с парапета ещё дальше. Настолько, что неизбежно потерял бы равновесие.

Он дотянулся и сжал руку отца. Тот удивлённо поднял голову. И вымученно улыбнулся.

– С тех пор прошло много времени, Кендрик. Надеюсь, мы не ошиблись, вернувшись в Авельстон, – сказал он, сделав глубокий вдох и встряхнувшись. – Как у тебя дела? Всё устроилось?

Нет, и, похоже, ничего такого и не будет. Но Кендрик не мог сказать об этом отцу. Не сейчас. Самое меньшее, что он мог сделать, это избавить отца от родительских забот.

– Всё в порядке, – солгал он.

Отец вопросительно поднял брови.

– Правда?

– Ну, не скажу, что не скучаю по Лондону. Природа здесь замечательная. Повсюду. Куда ни посмотри.

– Да, место уединённое в некотором смысле. Но люди хорошие, согласен? Ты с кем-нибудь подружился? Поладил с Кларенсом?

Кендрик прикусил язык. Как можно ужиться с человеком, который мыслит и действует на уровне сломанного пылесоса?

– Я думаю, мы с ним договоримся, – ответил он.

– Вот и отлично! – Отец никогда не различал оттенки настроения на слух. Он был явно доволен.

Чего о себе Кендрик сказать не мог.

Ему приходилось иметь дело с кучкой сумасшедших женщин и девушек, включая Айви. Ещё была Сиенна, любительница дразнить и подначивать. В воздухе витала скрытая, но постоянно проявляющаяся вражда между двумя крыльями. Диппдейл, с которым, по мнению отца, он теперь неразлейвода. A ещё выяснилось, что у его мамы была тайна.

Глава 8

Под ногами Кендрика хрустел гравий. В последний момент он вспомнил, что расписание изменилось и первым уроком в четверг – история, которую ведёт мисс Харт. Нужно было спешить, чтобы вовремя добраться до Бёрдшир-холла. Другие тоже, казалось, только что об этом вспомнили.

Девушки из Белого крыла, поторапливая друг друга, бежали к зданию. Скарлетт помахала Кендрику, подзывая. Подошли и другие девушки из Чёрного крыла во главе с Сиенной. С ледяным спокойствием!

До библиотеки они добрались раньше Кендрика. Сиенна остановилась в дверном проёме, ухмыльнулась, глядя Кендрику в глаза, – и захлопнула тяжелую створку прямо перед его носом!

Пришлось тормозить на полной скорости – он едва удержался на ногах. Неловко открыв дверь, Кендрик повернул налево. Его сразу же окутал аромат старинных книг. Пахло древесиной и кожаными переплётами.

– Сюда! – позвала Скарлетт. Она села вместе с Беатрис и Келли на то же место, где он видел её накануне. Айви тоже была с ними. Ну конечно. Авы. Хищные птицы в человеческом обличье. Кендрик огляделся. Во всём зале стоял только он один.

Мисс Харт оторвала взгляд от своего письменного стола.

– Мистер Найт? Что-то не так?

– Всё в порядке. Я просто ищу, где сесть.

– Свободное место перед вами. Садитесь. Я бы хотела начать урок.

Пустой стул. Остальные три места за столом занимали Кларенс Диппдейл и Колфилды.

– Вам требуется дополнительное приглашение, мистер Найт? – В голосе мисс Харт зазвенело нетерпение. – Садитесь.

Кендрик нехотя выложил на стол ручки и блокноты.

– Милорд. – Кларенс изобразил поклон. – Для нас это большая честь.

Если это всё, на что у парня с «репкой» хватило ума, Кендрик справится. Ради такого не стоит хвататься за оружие.

– Сегодня мы поговорим о сагах, – начала урок мисс Харт. – Mы встречаемся с ними по всему миру. Сначала саги передавались устно из поколения в поколение. Позже были записаны. Например, немецкие сказочники братья Гримм таким образом собирали местные легенды.

Она ходила между столами, глядя, как ученики прилежно записывают её слова.

– Принято различать истории о богах, героях и народные сказки. Кто может назвать сагу о богах? Да, Эмбер?

Девушка из свиты Сиенны встала. Светлые прямые волосы она собрала в хвост на затылке, в ушах покачивались серьги-креолы.

– Истории о Зевсе. Или Посейдоне.

Мисс Харт кивнула.

– Греки создали огромную сокровищницу древних саг. В их героических сагах мы, естественно, встречаем Одиссея. Но и у нас, в англосаксонском мире, есть великие герои. Кто может назвать одного из них?

Кендрик поднял руку. Так же как Айви и Скарлетт. Мисс Харт не обратила на них внимания и снова повернулась к Эмбер.

– Король Aртур?

– Тоже верно. Или другой пример – Беовульф. – Мисс Харт небрежно облокотилась на стопку драгоценных фолиантов на учительском столе. – На первый взгляд легенды и саги имеют большее значение для филологии. И это так. И в то же время – нет. В героических сагах особенно ярко видно, как пересекаются мифы и реальная история. Возьмём, к примеру, короля Aртура. В легендах о нём исторически задокументированные события переплетаются с выдуманными историями. Ведь даже если некоторые не хотят этого признавать, нет никаких доказательств существования Aртура и его симпатичных приятелей.

Мисс Харт многозначительно умолкла.

– Если мы признаём, что в некоторых героических сагах до нас дошли крупицы правды, интересно, можно ли сказать нечто подобное о тех легендах, где речь идёт о богах и подобных им могущественных существах?..

Её прервал громкий стук. Все одновременно обернулись. Перед только что захлопнувшейся дверью стоял отец Кендрика, словно грабитель, застигнутый на месте преступления.

– Извините, мисс Харт, я не хотел вас прерывать.

– Что-то не так, мистер Найт? – усмехнулась учительница. – У меня ощущение, что я уже задавала сегодня этот вопрос.

Ученики захихикали. Отец Кендрика вопросительно посмотрел на сына. Кендрик пожал плечами. Всё в порядке. Беспокоиться не о чем.

Мистер Найт откашлялся.

– Как я уже упоминал, мне хотелось бы получить общее представление о методах преподавания каждого учителя. Речь не об оценке, просто мне необходимо увидеть, с чем я имею дело как руководитель этого учреждения. Понимаете? Или нет? В общем, сегодня утром я подумал, что смогу посетить ваш урок. Если вы не против, конечно. Если я застал вас врасплох и моё присутствие вас беспокоит, то, гм… Ну как?

Что это с отцом? Обычно он быстро переходит к делу.

Кларенс кивком подозвал Колфилдов поближе. Однако произнёс достаточно громко, чтобы расслышал и Кендрик.

– Старого графа больше интересует мисс Харт, чем её уроки, вот что я вам скажу.

Кендрик тяжело вздохнул. Кларенс явно пытался его спровоцировать. Надеялся, что Кендрик совершит необдуманный поступок на глазах у отца. K сожалению, в чём-то Кларенс прав. Похоже, отец положил глаз на мисс Харт!

Надо признать, отец вёл себя очень странно. A мисс Харт выглядела вполне привлекательно – насколько Кендрик мог судить о взрослой женщине! У неё была спортивная фигура, красивое лицо и дерзкие манеры. Когда она усмехнулась в ответ на слова отца, её глубокие голубые глаза вспыхнули.

Подождите-ка, мисс Харт что, флиртует с ним? Да это же… отвратительно! Мистер Найт слегка передвинул письменный стол. Деревянные ножки оглушительно проскрежетали по дощатому полу.

Кендрик закрыл лицо руками. Отец что, специально? Может, ещё и чечётку спляшет, чтобы выставить себя дураком – и Кендрика заодно?

Глаза мисс Харт сверкнули, и она постучала по стопке книг.

– Давайте продолжим. Мисс Эпплвайт? Пожалуйста, раздайте книги на передние парты. Прошу открыть отмеченные страницы и внимательно рассмотреть иллюстрации. После этого передайте тома дальше.

Беатрис водрузила очки на нос и выполнила просьбу учительницы.

– В местных легендах мы сталкиваемся с литературной формой, в которой сочетаются сказания о богах, героях и народные сказки. В книге говорится, что задолго до появления Авельстона в лесах обитало некое существо. Зверь. Когда люди поселились в этих местах, он стал на них охотиться. Убивал без разбора мужчин, женщин, детей.

В голосе мисс Харт зазвучали гипнотические нотки. Библиотека, казалось, растаяла вдали. Кендрику почудилось, что он слышит крики жертв.

– Чудовище с могучими крыльями бороздило небеса, высматривая добычу. Никто так и не узнал, откуда взялась его ненависть к людям. Но эта ненависть была последним, что видели жертвы в его пылающих глазах, когда монстр на них набрасывался.

Одна из книг оказалась на столе, за которым сидел Кендрик. Кларенс схватил её и вместе с Колфилдами просмотрел иллюстрации. Или посмеялся над изображениями.

– Однако Зверь был не единственным существом, способным подниматься в небо, – продолжала мисс Харт. – Две птицы, сёстры, пожалели людей и сразились с чудовищем. Они победили. Но опасность осталась. Зло выжило, спрятавшись в глубине, и потомки сестёр по сей день стоят на страже.

Что-то в её последних словах показалось Кендрику неприятно знакомым. Вроде бы мисс Боксворт говорила о стражах?

Мисс Харт закончила лекцию и объявила время для самостоятельной работы. Ученикам предстояло отыскать даты сообщений о Звере. A потом сравнить, обращались ли к сагам в трудные годы чаще, чем в обычное время.

– Диппдейл, – прошипел Кендрик, прождав понапрасну. – Передай книгу. Ты достаточно её рассматриваешь.

– Мистер Найт? – Мисс Харт подняла голову. – Не хочу спрашивать в третий раз, но, может быть, что-то не так?

Да. И это «не так» сидело прямо напротив Кендрика. Но под пристальным взглядом отца он не мог выдать своего якобы лучшего друга.

– Всё в порядке. Я просто заметил кое-что интересное.

– О? – скептически отозвалась мисс Харт. – Как насчёт того, чтобы поделиться этим наблюдением со всем классом? Сделаете доклад в конце семестра? О Звере и его значении для региона?

Кендрику стало трудно дышать. Это несправедливо! Он оглянулся через плечо в поисках помощи.

– Я знаю, что ваш отец с нами, – доверительно сообщила мисс Харт. – Если полагаете, что это вам поможет, то ошибаетесь. Я просила работать в тишине. Вы не подчинились. Я с нетерпением жду вашего доклада. Все свободны, можете идти.

Кендрик собрал бумаги и засунул в рюкзак. Он опустил глаза, чтобы ни на кого не смотреть. Не видеть ни глупо ухмыляющегося Кларенса, ни отца. Ни Айви, которая, вероятно, прекрасно понимала, что он чувствовал. Но никто не знал, что происходит у него внутри!

Отец привёз его из Лондона в эту дыру. Отдал в школу, где преподают сумасшедшие учителя. Большинство одноклассниц тоже не в себе. Из мальчишек, с которыми он вынужден ходить почти на все уроки, один – хитрая репа, а двое других – помесь горилл с баранами. A отец ко всему прочему влюбился в учительницу, которая совсем не против! Куда уж хуже?!

Взгляд Кендрика упал на фолиант. Внимание привлекли иллюстрации на желтоватых страницах. Некоторые рисунки казались детскими и грубыми, другие подробно показывали, как художник представлял себе Зверя. Однако кое-что на всех изображениях было одинаковым. Глаза. Два озера расплавленной стали. Глаза из снов Кендрика.

Кендрик оторвался от книги и, пошатываясь, направился к двери. Интересно, раньше столы тоже стояли так близко друг к другу? Как здесь пройти, не наткнувшись на что-нибудь?

Могучие полки, казалось, прогибались и падали навстречу Кендрику. Дверь с каждым шагом отодвигалась всё дальше. Чёрные точки запрыгали перед глазами в дикой пляске. Издалека донёсся голос.

– Кендрик, с тобой всё в порядке?

Кендрик оттолкнул руку отца. Ему необходимо выйти на воздух! Иначе книги, стены и потолок завалят его. Похоронят. И он окажется в ловушке. Один.

Нет, не один. Там будет пара голодных глаз. Рот наполнился слюной. Стало горько от желчи.

Прозвучал второй голос. Кендрик покачнулся. Кто-то положил руки ему на плечи. Кендрик попытался стряхнуть иx, но его развернули в противоположную сторону. Чёрные точки перед глазами расплылись в огромные кляксы. Обеспокоенное лицо мисс Харт растаяло в полной темноте…

Глава 9

Mоргнув, Кендрик открыл глаза. Солнце выглянуло из-за Белых пиков и направило лучи в его комнату. Блестящие пылинки танцевали перед камином, будто лениво падающие снежинки. С момента приступа прошло, наверное, совсем немного времени.

Кендрик вздохнул. Так плохо ему не бывало уже давно. И всё из-за пары глупых картинок. Свалиться из-за этого так быстро было, ну да, глупо. И все, конечно же, видели, как отец перенёс его из Бёрдшир-холла в замок. Кендрик с нетерпением ждал комментариев Диппдейла. Он осторожно потянулся и сел.

– Не торопись. – От двери к нему уже спешил отец, поставив поднос со свежим мятным чаем и поджаренными тостами прямо на пол.

Кендрик почувствовал, как просел под отцом матрас, когда тот устроился у изножья кровати.

– Ты меня здорово напугал. И Пенни тоже.

Пенни, ага.

– Выглядело, наверное, более драматично, чем было на самом деле, – пробормотал Кендрик.

– «Драматично» здесь совсем не к месту! Глаза у тебя закатились, остались только белые полоски. Ты свалился как мешок. – Отец протянул руку и смахнул волосы Кендрика со лба. – Это снова был приступ? Я думал, они остались в прошлом.

Кендрик быстро покачал головой.

– Ничего страшного. Я просто переусердствовал с тренировками в последние несколько дней, – сказал Кендрик, хотя почти забросил бег с тех пор, как приехал в Авельстон. На самом деле ему следовало бы бегать чаще, если он хотел не отстать на Забеге двух вершин в конце семестра. Приходилось врать, чтобы отец не разволновался.

Должно сработать. Иначе его отправят к психологу. Кендрик через это уже прошёл. Изменилось ли что-нибудь после тех бесед к лучшему? Нет. В какой-то момент Кендрик просто заявил, что чудовище больше не является ему во сне, не преследует.

Теперь чудовище заявилось среди бела дня. По крайней мере, его мозг хотел, чтобы он в это поверил. Правда заключалась в следующем: с самого приезда в Авельстон он пытался вызвать воспоминания из детства, прилежно учиться, думал об Айви, о сумасшедших учителях. Неудивительно, что у него в голове всё перепуталось! Дурацкие сны сплелись с картинками из старинных книг – и Кендрик хлопнулся в обморок. Лучше не бывает.

– Не спеши, – сказал отец. – И всегда говори, если тебе нездоровится. Ты – всё, что у меня есть, Кендрик. Ты для меня важнее всего.

«A как же Пенни?» – пронеслось в голове Кендрика. Но это было несправедливо. Он не мог выбирать за отца, кто должен ему нравиться, а кто – нет. K сожалению.

Отец, казалось, удовлетворился кивком Кендрика.

– На сегодня ты освобождён от занятий. Mы поговорим об этом завтра за ужином, – сказал он с неуверенным видом. – Если хочешь, я побуду с тобой, отменю все встречи. Это не проблема. Должны же быть в должности директора свои преимущества!

– Глупости. – Кендрик потянулся к своему смартфону на тумбочке. – Если что, я позвоню. Не беспокойся.

Отец рассмеялся.

– Я твой отец. Беспокоиться о тебе – моя работа.

Он поцеловал Кендрика в лоб и ушёл. И хорошо. Кендрику нужно было отдохнуть. При мысли о гравюрах в старинных фолиантах у него до сих пор сводило живот. Надо бы отвлечься.

Он открыл на смартфоне несколько каналов, клипы с которых обычно его смешили. Сегодня они вызывали у него лишь болезненную усмешку. Неужели в Сети всегда публиковали такие глупости? С таким же успехом он мог бы смотреть в потолок. Или спать.

Однако его организм был против. Господи, его буквально скрутило изнутри!!

– Эй, притормози, – проговорил он, подражая отцу.

Но притормозить не получалось! Разве не полезнее стимулировать кровообращение? Он не собирается бежать марафон, но почему бы не прогуляться?

Он сел. Ни головокружения, ни тяжести в груди, ни одышки. Вот так. A ещё хотелось есть. Он схватил тост и целиком запихнул его в рот. С трудом жуя, открыл приложение для сообщений и коснулся фотографии отца. Но что, если он не разрешит ему выходить? Лучше не рисковать. Он снял школьную форму и влез в джинсы и майку с длинными рукавами. Потом схватил кроссовки, сбежал по винтовой лестнице и оставил записку на обеденном столе. «Вышел подышать свежим воздухом. Скоро вернусь!»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.