Наталья Самошкина
Сказки волшебницы Найры. Дракончик Волли и большая звезда

© Н. Самошкина, текст, иллюстрации, 2024

© Издательство «Четыре», 2024

Здравствуй, друг мой! Меня зовут Найра, и я – волшебница.

Поэтому дружу с самыми необыкновенными существами на свете: с Драконами и поэтами, с гномами и кукольниками, с путешественниками и домоседами, с мастерами и подмастерьями, с бабушками и детьми, с деревьями и тропинками, с правдивыми историями и легкомысленными выдумками, с книгами и звёздами.

Все они настолько чудесны, что я решила написать сказку о твоём сверстнике и его друзьях. Правда, он совершенно не похож на тебя! На спине у него золотой гребень и крылья. Его родителям по тысяче лет – намного больше, чем твоим папе и маме. Живёт он в пещере среди далёких гор, и поэтому его соседи – волк Сильвер, белка Марфа, гномы и лесничий – дядюшка Леонтий. И всё же он такой же озорной фантазёр, как ты. Догадался, о ком я буду рассказывать? Верно! О Дракончике!

Дракончик и корзинка с имбирными пряниками

Он вылупился из золотого яйца и поэтому громко пискнул, глядя снизу вверх на маму:

– Здравствуй, курочка Ряба!

Мама, наклонившаяся над ним, улыбнулась и подумала: «Ох, не те сказки я читала до его рождения! Ох, не те!»

Так подумала, но не стала говорить вслух. Вместо этого она ласково погладила первенца по ажурному гребню и шепнула:

– Сынок, ты не крошечный цыплёнок. Ты – Дракон.

Малыш выбрался из остатков скорлупы, проковылял несколько шагов и снова задрал голову вверх.

– Др-р-рако-о-он? – обиженно переспросил он. – Когда я вырасту, не смогу взлетать на забор и будить своим криком людей и зверюшек? И никогда не найду среди зёрнышек жемчуг? И никогда-никогда обо мне не сложат сказки?

Дракончик ткнулся носом в тёплый мамин живот и захныкал. Мама достала из корзинки пряник и протянула его сыну:

– Попробуй, малыш. Это имбирный пряник – не мятный, не шоколадный, не лимонный. Нравится?

Дракончик шустро проглотил последний кусочек, кивнул и потянулся за добавкой. Но мама отодвинула корзинку:

– У меня их слишком мало.

– Я хочу! – завопил Дракончик. – Хочу! Дай!

– Нет, – отказала мама. – Но я могу принести тебе мятных пряников, или маковых сушек, или хлебных палочек. Вот их у меня в кладовой полным-полно!

Дракончик затопал ногами, захлопал крошечными крылышками и неожиданно выдохнул из себя огонь.

– Ого! – воскликнул он. – Куры так не умеют!

– Да, – согласилась мама. – Запомни, детка, в мире много существ, живущих большими стаями, стадами, селениями. Они чем-то напоминают хлебные палочки, которые можно насушить из любого хлеба: пшеничного, ржаного или заварного. Ими забавно хрустеть и окунать в суп!

Она достала из корзинки имбирный пряник:

– А бывают существа, которых очень мало: тигры, слоны, киты. И мы – Драконы.

– Ой! – восхищённо пискнул малыш.

– Мы летаем выше любой птицы и слышим, о чём шепчут звёзды. Собираем сокровища, но не роемся в куче мусора. Мы можем сражаться и слагать песни. К нам приходят волшебники и просят найти ответ на мудрёную загадку. Мы живём очень долго и видим, что за это время много-много раз рождаются и исчезают люди, звери, цветы, страны.

Она чмокнула Дракончика в макушку и засмеялась:

– Тебе по-прежнему хочется разбудить кого-то криком? Ты уже это сделал! В соседнем королевстве от него только что проснулась принцесса Весения, увидевшая тебя во сне.

Неуютно без имени

«Маму зовут мамой, – подумал Дракончик и уселся попой на песочный „куличик“. – А меня почему-то по-разному! Вчера мама назвала меня малышом, и я откликнулся. Сегодня, когда я ел овсяную кашу с черносливом, моё имя стало карапуз. Заходил в гости дядя Брунниг, похлопал меня по спине и пророкотал: „Нашего племени прибыло!“».

С потолка пещеры спустился рыжий паучок и устроился у Дракончика на носу. В носу тут же зачесалось, и раздалось громкое «апчхи!».

– Ну и громила! – возмутился паучок, упавший на каменные плиты. – Чуть меня не поломал!

«Ой, – подумал Дракончик. – Как же меня зовут? Малыш, карапуз, племя или громила? Совсем запутался».

Мама принесла большую пузатую чашку с какао и поставила её перед сыном.

– Пей и улыбайся, – посоветовала она. – Чем вкуснее живётся, тем больше радости ты приносишь другим. Понюхай, как пахнет какао!

Но Дракончик отвернулся от лакомства.

– Тебя кто-то обидел? – спросила мама. – Или ты потерял в песке жёлтую пуговицу с шестью дырочками? Или у тебя болит живот? Ну же, детка.

– Вот-вот, – заканючил Дракончик. – Ещё и детка! Мама, у меня столько имён! И я не знаю, какое из них настоящее.

Мама обняла Дракончика, и он тут же успокоился.

– Понимаешь, сынок, – сказала мама, – по нашим драконьим законам настоящее имя ребёнку даёт отец. А наш папа задержался в пути. Поэтому у тебя до сих пор нет достойного имени.

Дракончик вздохнул, проглотил печально какао и поднял бровки «домиком».

– Неуютно без имени! Вырасту, стану громадным, как дядя Брунниг, а все вокруг будут называть меня карапузом. Ой-ой-ой!!!

Стены задрожали. С дальней полки свалились летучая мышь и три ломтика сыра. Вбежал мальчишка-оруженосец и заорал:

– Великий Авран прибывает!

– Прибивает? – поёжился Дракончик. – А кого? И к чему?

– «Прибывает» – значит просто шёл, шёл и, наконец, добрался, – объяснила мама. – Радуйся, малыш, твой отец уже на пороге. А с ним и твоё имя.

Золотой Дракон влетел в пещеру и сложил могучие крылья.

– Ну-ка, где тут мой наследник? – проревел он. – Подайте мне его на блюде!

«Ой! – подумал Дракончик. – Я же не копчёная колбаса, чтобы меня подавать на тарелке».

Он храбро выступил вперёд и пропищал:

– Не хочу на блюде! Я не колбаса!

– Ещё бы! – захохотал отец. – Вряд ли кто захочет сделать из Дракона груду сарделек! Ты мой сын! Дарую тебе имя настоящее – Волеслав. Славящий волю!

Вечером, засыпая у мамы на коленях, Дракончик прошептал:

– У меня вкусное имя, мама. Я улыбаюсь.

Оруженосец без рыцаря

– Зачем тебе оруженосец? – спросила Аглая. – Ты же не участвуешь в рыцарских турнирах, не владеешь копьём и мечом. Да и коня у тебя нет.

– Ты права, дорогая, – ответил Авран. – Оруженосец для Дракона всё равно что кружевная шляпа для мельницы. Я просто пожалел мальчишку, которого дубасил благородный господин. Отрок не отчистил до блеска доспехи, и хозяину пришлось сражаться со мной, помня о трёх грязных пятнах на спине.

– Наверняка сэр «Чистюля» обвинил в поражении слугу, а не самого себя, чванного и глупого? – улыбнулась Аглая.

– Конечно, – подтвердил Золотой Дракон. – Ты бы видела, что он вытворял! Тряс оруженосца, словно ожидал, когда из того посыплются яблоки. Драл за вихор, будто желал состряпать себе парик. Потом велел лечь в здоровенную лужу и утопиться! Тут я не выдержал!

– Неужели ты проглотил рыцаря вместе со шлемом и парой перчаток? – воскликнула Аглая.

– Нет, – ответил Авран.

– Сжёг его?

– Опять нет.

– Что же тогда? – удивилась Аглая.

– Я на него плюнул! – радостно поделился Авран. – И этим на веки вечные покрыл благородного господина несмываемым позором! Закинул мальчишку себе на спину и рванул в небо! Представляешь, он не испугался. Вцепился мне в гребень и стал горланить песни. Хорош, бродяга! Я решил, пусть у нашего сынишки будет товарищ. Весёлый, верный, честный. Дракон и человек вполне могут договориться, если захотят.

– Ты прав, дорогой! – кивнула Аглая. – Как зовут твоё новое «приобретение»?

– Он мне признался, что прежний господин звал его дуралеем или лоботрясом. По-моему, никто в мире не заслуживает, чтобы его изо дня в день лишали возможности стать лучше, – вздохнул Авран.

– Не зря говорят: «Если тебя постоянно называют ослом, ты когда-нибудь закричишь: „Иа-а-а!“», – сказала Аглая. – Посмотри на мальчишку и услышь его настоящее имя.

Золотой Дракон закрыл глаза и улыбнулся:

– У него чудесное имя. Ланселот! В древности я знавал одного рыцаря с таким же именем. Может быть, найдёныш – его потомок? Надо будет заглянуть в библиотеку и порыться в рукописях.

– Ройся, дорогой, ройся, – согласилась Аглая. – А я научу его читать и писать. Негоже мальчику быть неграмотным. Особенно, если умеешь сочинять интереснейшие истории.

Она достала из шкафа стопку толстых тетрадей и отправилась в детскую. Волли сидел на пухлой подушке и, раскрыв рот, слушал своего друга. Ланс, размахивая руками, оживлённо рассказывал историю о Драконе и его сердце.

Сердце Дракона

Он выглянул из пещеры. Всё как всегда. Горы, заросшие лесом. Солнце, выползающее из-за горизонта. Тучи. Тучи сегодня совсем не солидные. Мелкие и скучные! Он подбросил в лапе горстку монет. Не радуют!

«Уж не заболел ли я? – подумал Тарфин. – Где это видано, чтобы Дракон не радовался золоту?»

– А меня не радует, – с горечью сказал он вслух. – Копил-копил триста лет, берёг как зеницу ока. Специально забрался в такие дебри, где нет ни одной живой души. Даже дикие козы по скалам не скачут. Вот оно, золото! Лежит куча кучей. Ни тепла от него, ни внимания!

Тарфин улёгся на уступе и стал смотреть на далёкое солнце.

– Хорошо ему! Гуляет над землёй, всех видит, все ему радуются. Кричат: «Здравствуй, солнце!». А мне даже «доброе утро» никто не пожелает.

Внезапно он услышал слабый голос:

– А кому ты желаешь доброе утро? Чувствуешь ли, когда кому-то плохо?

Тарфин свесил голову с уступа, но никого не обнаружил. Заглянул в пещеру – никого.

– Ты кто? – озадаченно спросил он.

– Я – это ты, – тихо ответил голос. – Незаметный и крохотный. Тот, кого ты загнал глубоко в себя и даже забыл. Тот, кто хохотал над прыжками мартовских зайцев. Тот, кто поднимался высоко в небо и возвращался на землю со звёздной пылью на крыльях. Тот, кто умел любить.

Тарфин почувствовал щемящую боль в сердце.

– Да, – сказал голос. – Я в твоём сердце. Оно такое большое и переполненное счастьем и нежностью. Но ты выстроил вокруг него частокол из жажды наживы и тщеславия. И я уже триста лет сижу запертый на тысячу замков.

Боль пронзила грудь Дракона.

«Я умираю?» – со страхом подумал он.

– Нет! – с ликованием крикнул голос. – Ты оживаешь! Ломаются оковы и запоры. Ты свободен!

Спустя три дня гигантская тень Дракона накрыла собой базарную площадь города. Народ, спасаясь, разбежался в разные стороны. Фриголетта, торговка сластями, от ужаса замерла на месте и накрылась с головой цветастым передником.

– Тук-тук! – раздался басовитый голос.

И по прилавку постучали монетой.

Женщина открыла глаза и встретилась взглядом с Драконом.

– Я беру весь твой товар, – сказал Тарфин. – Будь добра, позови сюда ребятишек. У меня сегодня праздник. Я родился! Снова!

– Ух ты! – покачал головой Волли. – Как интересно! А откуда ты знаешь сказки о Драконах?

– Я их слышу, – откликнулся юный оруженосец. – Словно свежий ветерок, который возникает в ветках древнего дуба. Раньше мне частенько попадало от рыцаря Гордона, прозываемого «Честью королевства». Ему очень не нравилось, что я думаю. Он считал, что безродному мальчишке следует чистить хозяйские сапоги, драить от ржавчины меч и вовремя подавать кубок с вином. Многие говорили, что я отлично устроился.

– Устроился? – спросил любопытный Дракончик. – Ой! Странно выходит: ус-троился. Хорошо тому, у кого трое усов на лице?

Он слез с подушки и пощупал верхнюю губу Ланса.

– Э-э-э, – сказал Волли. – Да у тебя ни одной волосинки над губой нету. Значит, люди ошибались?

– Как ты забавно видишь смысл слов, – засмеялся его приятель. – Устроился – это когда за тебя решает кто-то другой. Что тебе есть и где тебе спать, что говорить или помалкивать, чем-то увлекаться или же быть сто второй копией своего господина.

– Понял, – выдохнул Дракончик. – Мне не нравится, когда из человека делают труса. Труса, готового за похлёбку отказаться от песен ветра.

Он подмигнул другу:

– Здорово всё-таки, что отец притащил тебя к нам в горы. Можешь сколько угодно думать и сочинять волшебные истории о Драконах. И не только о них.

Пляшущие буквы, или Как построить забор в тетради

– Сударыня, – замотал головой Ланселот, – не надобна мне эта грамота. От неё глупеют!

– Неужели? – удивилась Аглая. – Кто же тебя этому научил?

– Дьяк Авилла, – с гордостью ответил мальчуган. – Может, знаете его? На один глаз кривой. Ноги короткие, и левую он при ходьбе приволакивает. Ряса вечно в жирных пятнах и в крошках от табака.

– Да уж, – сказала Аглая. – Герой, внушающий своим видом уважение.

– И я о том же говорю! – радостно воскликнул Ланс. – Как-то он остановил меня во дворе замка, помотал перед моим носом толстым волосатым пальцем и сказал: «Не верь, что учение – это свет. Буквы складываются в слова, а из слов вылезает дурость человеческая. Посему никогда не бери в руки перо и бумагу».

– Ты боишься, что тебя назовут дураком? – спросила Драконесса и улыбнулась. – Обзывает других только тот, кто сам не особо умён. Обещаю, что ты никогда не услышишь от меня колючие и угловатые слова: бездарь, лоботряс или глупец. Даже если ты будешь писать как кура лапой и ошибаться, неправильно ставя ударение.

– А вы не станете надо мной смеяться?

– Я буду смеяться вместе с тобой, – сказала Аглая и погладила Ланса по голове.

Стол был слишком велик для маленького человека, и поэтому Аглая усадила ученика перед скамейкой Волли. Дракончик, радостно пофыркивая, шлёпнулся рядом и прошептал другу:

– Ты только чернила не пролей! А то какой же я буду Дракон с синим пятном на заду?

Ланс осторожно взял гусиное перо и провёл первую линию.

– Это не просто палочки, – сказала Аглая. – Они – прародители букв! А их потомки бывают печатными и прописными. Если фигура у буквы округлая, словно животик у Волли, значит, она прописная.

– Понял! – закричал бывший оруженосец. – Если буква похожа на рыцаря, закованного в латы, значит, она печатная.

– Молодец! – похвалила его Аглая.

Палочки, нарисованные Лансом, плясали и качались в разные стороны. Они никак не желали стоять ровно, чуть-чуть наклонившись вправо.

– Ой, – пропищал Волли. – Сюда бы ещё толстую полоску – вот такую – и получился бы забор.

– Похоже, что эдакий забор долго не простоит, – ответил Ланселот. – Развалюха, а не забор!

– Не переживай, – наклонилась над ним Драконесса. – Птица сразу после рождения не летает. И человек, впервые решивший что-то написать, видит на листе «шаткие заборы». Бери перо и пробуй снова!

Поиск сокровищ, или День рождения друга

Ланселот карябал кусочком угля по стене и не заметил, как Волли подкрался к нему.

– У-у-у! – выкрикнул Дракончик, желая напугать приятеля.

Напугать понарошку, потому что Волли меньше всего на свете хотел, чтобы его боялись. Но Ланс, занятый своим делом, не вздрогнул, не подскочил, не растерялся. Он даже не обернулся и не сказал Дракончику: «Ты что, с ума сошёл?»

Волли обиделся, поскольку привык, что вся жизнь крутится вокруг него. А тут – нате вам! – его, будущего грозного Дракона, не заметили. Он засопел, повернулся к Лансу хвостом, отошёл в сторону и притворился, что занят – очень, очень!!! – грандиозным строительством из разноцветных кубиков. Увидел на кубике букву «А», вспомнил слова, которые начинались на эту загогулину, и придумал два новых словечка с той же буковкой: «Азижук и Ашаплях».

– О-о-о! – восхитился он и решил поделиться своим открытием. – Эй, Ланс! – ткнул приятеля в спину. – Послушай, как здорово звучит! Азижук и Ашаплях!

Ланселот вытер испачканные углем ладони и переспросил:

– Что ещё за жук и плюх-плях?

– Азижук – такой друг, который не хочет больше дружить, – сказал Дракончик. – Ашаплях – он же, но после большой драки.

– Гм, – догадался Ланс. – Похоже, что этих «жуков и пляхов» ты примерил ко мне. Почему ты решил, что я плохой друг?

– Потому что! – выпалил Волли. – Настоящий товарищ несётся со всех ног, когда он нужен.

– Ага! – почесал затылок Ланс. – По-моему, ты говоришь не о настоящем друге, а о слуге. Когда я прислуживал рыцарю Гордону, мне приходилось подавать ему еду и питьё, хотя сам я был голоден. Вскакивать с постели ночью, чтобы отнести кому-то записку. Я нёсся со всех ног, но от этого не стал другом для своего господина.

– Как всё сложно! – задумался Дракончик.

Он подошёл к измазанной стене и обнаружил, что там появились рисунки. Вот летит, расправив крылья, Дракон. Рядышком смеётся проказливая рожица. Чуть подальше лает лохматая собака. Ещё рисунок, ещё и ещё…

– Они живые… – прошептал Волли.

Ланс смущённо улыбнулся:

– Надеюсь, леди Аглая не заставит меня оттирать наскальные росписи. Не хотелось бы в день рождения орудовать тряпкой!

– И ты молчал? – быстро проговорил Дракончик. – У моего единственного друга день рождения, а я ему ничего не подарил.

Он оглядел детскую. Пожалуй, здесь ничего не годилось для подарка.

«Подарок – это вещь, от которой захватывает дух», – подумал Дракончик.

Важно кивнул приятелю и потопал вглубь горы. За четвёртым поворотом перед ними предстала сокровищница Золотого Дракона. Чего тут только не было: груды монет и сверкающие драгоценные камни, королевские короны и несгораемые книги, волшебные палочки и сандалии-скороходы. Время от времени Великий Авран оборачивался человеком и отправлялся в путешествие. И тогда эти вещицы служили ему верой и правдой!

– Выбирай! – предложил Волли. – Что захочешь, то твоё.

– Нет, – попятился Ланс. – Зачем мне эта роскошь? Я же не важный лорд, а простой мальчишка. И волшебству сначала надо научиться, а уж потом размахивать чудо-палочкой.

Насупившись, Дракончик отправился к отцу.

– У друга день рождения, – пропищал Волли, – а я не смог его порадовать. Он отказался взять твои сокровища. Даже самую маленькую монетку!

«Не зря мне захотелось спасти мальчугана, – подумал огромный Дракон. – Он – человек чести».

– А скажи-ка мне, сынок, – гулким басом спросил Авран, – что больше всего любит делать твой товарищ?

– Много всего! – оживился Дракончик. – Придумывать сказки, собирать пятнистые камушки, купаться в речке, помогать нашей маме, строгать смешных зверюшек из коряги, громко петь, гукать в старый колодец, шептаться с деревьями, есть сливочный крем, драться со мной подушками, смотреть на огонь…

– Стоп-стоп-стоп, – остановил его отец. – А что ты скажешь о любви к рисованию?

– Ой! – захлопал крылышками Волли. – Верно! Значит, нужно подарить Лансу большую тачку с углем?

Авран захохотал:

– Пусть уголь лежит возле камина. А твоему другу мы подарим…

Вечером, когда приятели рвали на огороде красный и зелёный салат для ужина, к пещере подъехала телега. Возница, размахивая белым платком, заорал:

– Господин Дракон! Груз для господина Дракона!

Авран легко скользнул на поляну и склонился над человеком. Возница протянул ему квитанцию и попросил:

– Поставьте, пожалуйста, подпись. Вот здесь, где галочка!

Вскоре пустая телега загремела колёсами и покатила прочь. Перед пещерой осталась груда банок, бочонков, больших кистей и маленьких кисточек.

– С днём рождения тебя, Ланселот! – торжественно сказал Золотой Дракон. – Мы дарим тебе масляные краски. Рисуй жизнь так, как ты её видишь.

– Ура! – завопили именинник и его друг Дракончик.

Собака бывает кусачей…

Волли шёл впереди, раздвигая пузиком колючие кусты. Ланс топал за ним и тащил корзину с припасами. Их впервые отпустили так далеко в лес, посчитав, что они вполне могут справиться с неожиданностями и проблемами. Авран заранее осмотрел местность и решил, что сыну и его верному другу не помешает небольшое приключение. Договорился с егерем, дядюшкой Леонтием, чтобы тот предупредил охотников и обычных любителей долгих прогулок. Посовещался с бурым медведем Лонни, с вожаком волчьей стаи Сильвером и даже с престарелой белкой Марфой. Взрослые подобрали маршрут и начертили его на карте. Вечером, приглушив голос, Великий Дракон поведал мальчишкам о старинном кладе волшебника Сурокана, спрятанном в дупле дуба. Он разложил карту на столе, провёл когтем по линиям и прогудел:

– Это ужасная тайна! Сурокан владел серебряным жёлудем, который спасал своего владельца от любой неприятности.

– Жёлудем? – пропищал Волли. – Неужели волшебник был похож на бурундука?

Ланс хихикнул и прикрыл рот ладошкой.

– Нет, сынок, – спокойно ответил Дракон. – Сурокан был человеком. Но чародейские вещи могут выглядеть как угодно. Например, у меня есть медная иголка и моток белых ниток. Я не отдаю их твоей маме, хотя она ловко зашивает порванные штаны Ланселота. Мои же иголка с ниткой – это способ исправить несчастье, чтобы оно превратилось в счастье. За четыре года до твоего рождения я помог королю Милораду восстановить порядок в его стране.

– Ты пролетел над городами и сёлами со стр-р-рашным завыванием? – воскликнул Дракончик.

– Нет, мой хороший, – усмехнулся Золотой Дракон. – Я обернулся портняжкой и починил королевский выходной наряд. Конечно же, с помощью волшебной иглы и ниток. Когда у человека красивое платье и великолепное настроение, ему не захочется облачаться в скучный мундир и воевать со своим народом или же с другими государствами. Если правитель счастлив, то и все – от амбарного кота до звездочёта – тоже будут счастливы.

– Ого! – удивился Ланселот. – А я думал, что за счастье – даже самое малюсенькое – нужно сражаться и потом прятать его от завистников.

– Хи-хи, – захихикал Волли. – Поэтому человеки постоянно воюют друг с другом, что попрятали свои крошечные счастьица по дуплам и забыли, где они лежат. Вот и подозревают, что несчастны оттого, что их везение украл сосед. Раз Сурокану уже не надобен его серебряный жёлудь, мы с Лансом пойдём и отыщем дуб…

– А в нём – дупло! – продолжил приятель.

– А в дупле – белку! – пропищал Дракончик.

– А в белке – жёлудь! – вскочил на ноги Ланс.

– Нет, нет, – остановил их Авран. – Жёлудь сам по себе. Хотя белка вполне может быть где-то рядом.

Поутру друзья отправились в путешествие. От корзины с припасами за версту пахло вкуснейшей жареной курицей, сыром с тысячью дырочек и песочным печеньем. Леди Аглая помахала мальчишкам вслед, подозвала шустрого бельчонка Бим-Бома и приказала ему следовать за приятелями, не выдавая себя. Бельчонок прыгал с ветки на ветку и изредка спускался на землю, чтобы перебежать из одной тени в другую.

– Так, – задумчиво сказал Волли, – вдоль ручья мы прошли. Раскидистую черёмуху видели. Что там дальше?

Ланселот достал из-за пазухи карту:

– От черёмухи сто метров на север – до трёх большущих камней.

– А где север? – всполошился Дракончик. – Вдруг мы пойдём не в ту сторону и найдём не волшебный клад, а кучу мусора, оставленную туристами?

– Север там, где холоднее, – рассудил Ланс. – Гляди, на стволе осины полно пёстрых лишайников. Только вот тут они толпятся, словно хотят согреться, а дальше их почти нет. Значит, нам нужно идти в ту сторону, где пятен на дереве больше.

– Здорово! – обрадовался Волли.

Он повернул налево и устремился в заросли черники. Три камня с нарисованными на них человечками они увидели издали. Вскарабкались на вершину самого крупного и уселись на тёплую проплешину.

– Может, перекусим? – предложил Ланс.

– Ой, – отозвался Дракончик. – Я не хочу никого кусать!

– Да не кусать! – толкнул его в бок приятель. – А перекусывать. То есть нужно достать из корзинки курицу и съесть её.

Они разломали курицу на части и принялись её уплетать. Внезапно кто-то громко зарычал:

– И мне кусочек!

– Это в твоём животе урчит? – спросил Дракончик. – Странно! Ты же запихиваешь в себя куски, почти не разжёвывая!

– Нет, – откликнулся Ланс. – Это рычит… она!

И показал пальцем на грязную тощую собаку, подкравшуюся к ним. На шее дворняжки болтался обрывок верёвки.

– Незадача! – сказал Ланс. – Пока эта животина будет внизу, нам придётся отсиживаться наверху. Кто знает, что у неё в голове? Может, она злюка и кусака, которая из вредности сбежала от хозяина?

– Не знаю, что у неё в голове, – тихо ответил Волли, – но в животе точно пусто.

Он бросил куриную ножку, и собака тут же её схватила, проглотила и снова уставилась на друзей. Ланс скатил по боку камня горсть печений. Дворняжка их подобрала все до единого, уселась на хвост и широко улыбнулась:

– Спасибо!

Дракончик шлёпнулся на землю и спросил:

– Ты чья?

– Теперь ничья, – ответила собака, обнюхивая Волли. – Хозяин привязал меня в лесу, потому что купил себе породистого щенка. А я всего лишь дворняжка, у которой в роду нет овчарок, терьеров или спаниелей.

– Вот ты где, бездельница! – заорал толстый мужчина. – Упарился за тобой гоняться! А ну иди сюда, пока я не стукнул тебя палкой!

Ко мне!

Собака заскулила и спрятала хвост. Прижав уши к голове, она поползла к человеку.

– Эй! – крикнул Ланс и спрыгнул с камня. – Собака уже не ваша! Мы забираем её себе.

– Что? – грозно пробасил мужчина. – Кто ты такой, чтобы мне указывать? Глупый мальчишка! Подойди-ка поближе, я оборву тебе уши!

Дракончик почувствовал, что внутри него всё кипит от гнева. Он выступил вперёд, закрыв собой друга и несчастную собаку.

– Уходите! – велел он. – А не то пожалеете!

– Го-го-го! – захохотал мужчина. – ящерка-переросток! Сейчас оторву тебе хвост, и ничего мне за это не будет!

Огонь вырвался из пасти Дракончика и опалил наглеца. Ланс выхватил дубину и огрел горе-хозяина по спине. С воем тот пустился бежать. Собака прыгнула и укусила его за ногу.

– Мы победили!

Перед ужином они вернулись домой. Волли отдал отцу карту и сказал:

– Мы не исполнили твоё желание, папа. Не добрались до дуба и волшебного клада. Зато теперь у нас ещё один друг, собака-кусака по имени Булочка.

– За жёлудем мы сходим, – подтвердил Ланселот. – Как-нибудь потом.

– Пусть он лежит в дупле, – ответил Золотой Дракон.

А сам подумал:

«У моего сына изменился голос. Он больше не пищит».

Рыбак рыбака видит издалека

Плотвичка, вспыхнув красными плавниками, сорвалась с крючка и плюхнулась обратно в воду. Рыбак, бурча что-то под нос, топнул ногой, обутой в кожаный сапог, и обернулся к компании, сидевшей за его спиной. Уже добрых полчаса Волли, Ланс и Булочка наблюдали за рыбной ловлей и комментировали увиденное. За это время в садок попали два окуня, подлещик и сопливый ёрш.

– О-о-о! – воскликнул Дракончик, проводив взглядом шуструю рыбку. – От вас, дяденька, удача отвернулась!

– Да, – согласился Ланс. – Я бы на вашем месте таку-у-ую рыбину отхватил – в сажень длиной. А тут плотвичка! Да и та хвостиком вильнула!

Булочка промолчала, поскольку поняла, что рыбак сердится. А с сердитыми людьми она предпочитала не связываться.

– Удача? – переспросил дядька. – Что вы, молокососы, знаете о рыбацкой удаче? Однажды я выудил сома. Здоровенного, что твоя корова!

– Как же вы его вытащили? – засмеялся Ланс. – Наверное, это было старое, заскорузлое бревно, а не живая рыба. Иначе сом уволок бы вас в реку, и вы сейчас сидели бы не на берегу, а в омуте. Там, где живёт Водяной!

– Вот я вас, насмешники! – пуще прежнего рассердился рыбак. – Всю рыбалку мне испортили! Пришли и айда болтать, языком трепать, слова на ветер бросать. А рыба тишину любит, от шума в глубину удирает. Зачем вы вообще возле меня пристроились?

– Так в старой пословице сказано: «Рыбак рыбака видит издалека», – пояснил Дракончик. – Поэтому мы мимо и не прошли.

– Молодо-зелено! – покачал головой дяденька. – У пословицы-то продолжение есть. «Рыбак рыбака видит издалека, потому стороной и обходит». Проваливайте-ка, сынки, и попробуйте сами хоть что-то поймать. Да на удочку, а не широкими штанами! Ни хвоста, ни чешуи!

«Странный дядька, – подумал Волли. – Мы к нему со всей душой, а он в ответ нам – „ни чешуи“. Назло ему поймаем щуку. Нет, лучше судака! Он вкуснее, а от щуки тиной пахнет».

– Решено! – уверенно сказал он друзьям. – Выловим рыбину, у которой каждый глаз размером с кулак Ланса.

Ланселот удивлённо посмотрел на свой кулак, а потом на Дракончика.

– По-моему, это не рыба, а чудище. Как бы оно нами не пообедало.

– Не дрейфь, дружище! – хвастливо сказал Волли. – Со мной не пропадёшь!

Ланс пробормотал: «Гм, гм», а Булочка опять промолчала, ибо понимала, что съесть можно лишь то, что уже лежит в миске, а не то, что бегает, плавает или летает.

Берег тянулся перед ними, то превращаясь в косогор, то сползая намытым песком к воде. Кое-где росли густые ивняки с поникшими кудрявыми ветками. Река журчала и текла куда-то сквозь туман, похожий на молоко, разбавленное клубничным сиропом. Над камышами летали стрекозы, треща зелёными и голубыми крылышками. Наконец друзья нашли своё место, где, как им показалось, рыбы будет полным-полно. Закинули удочки и замерли. Прошло пять минут. Поплавки сонно лежали на воде, слегка покачиваясь от ряби. Миновало ещё минут десять. Рыба не появлялась. Зато на ближайшую корягу вскарабкалась толстая лягушка и громко квакнула:

– Ква-а-а! Брэкс-кекс! Ква-а-ак!

– Тихо! – завопили хором друзья. – Рыбу нам распугаешь!

Лягушка ужаснулась, шлёпнулась в тину и притворилась камушком, позеленевшим от долгого лежания в воде. Туман поредел и стал похож на белые пёрышки, выпавшие из подушки.

– Может, это плохое место? – спросил шёпотом Ланс. – Может, тут одни водомерки с лягушками водятся?

– Рыба здесь есть! – ответил Дракончик, упорно не желающий топать дальше. – Только она хитрая – ждёт, чтобы мы ушли! А мы наберём воды в рот и…

– Ты думаешь, рыба примет нас за своих с водой во рту? – удивилась Булочка. – Вроде мы тоже рыбёшки, хоть и сидим на бережку?

Ланс хихикнул:

– «Набрать воду в рот» означает молчать, чтобы кого-то не вспугнуть. Иногда люди говорят ещё «повесить на рот замок», или «зашить губы ниткой», или «наложить на уста печать». Это слова-перевёртыши, и по-настоящему никто не станет орудовать иголкой, покупать на базаре замок или одалживать у чиновника большую круглую печать. Требуется лишь одно – соблюдать тишину.

– Здорово, – радостно вздохнула Булочка. – А то вдруг мне захотелось бы зевнуть – а-ха-ха – и вода сразу бы и вылилась. До последней капельки!

– Тш-ш-ш, – шикнул на них Волли. – Кажется, начинается.

Поплавок с красным пёрышком подпрыгнул, завалился на бок и нырнул. Леска натянулась и зазвенела.

– Тяни! – заорал Ланс. – Скорее! А то уйдёт!

Рывок. Добыча повисла в воздухе. На крючке болталась разбухшая старая шляпа.

– О-хо-хо!!! – повалился на песок Ланс. – Вот это улов – чудо-юдо-рыба-кит!

– Смейся, смейся, – сурово ответил Дракончик, стаскивая драную шляпу с крючка. – Посмотрим, что ты сам поймаешь!

Минуты опять поползли, словно улитки по садовой дорожке. Булочка успела вздремнуть, проснуться, почесать задней лапой за ухом, поймать острыми зубами зазевавшуюся муху и выплюнуть её.

– Тьфу, тьфу!

– Говорят, – произнёс Ланс, – если поплевать на червяка, насаженного на крючок, рыба точно клевать станет.

Он насадил свежего червяка вместо обглоданного и попросил Булочку:

– Плюнь, будь другом. А то у меня во рту пересохло.

Как известно, собака – друг человека, и поэтому Булочка не могла отказать своему приятелю. Собравшись с силами, она смачно плюнула, умудрившись заплевать не только розового червяка, но и колени Ланса.

– Извини, – потупилась она. – Не учла скорость ветра. Он оказался попутным, и теперь…

– Теперь Ланса самого можно окунать в воду вместо приманки! – рассмеялся Дракончик. – Где бы только раздобыть вел иканью удочку и здоровенный крюк?

– Очень смешно! – нахмурился Ланселот.

Поплавок с рыжим пёрышком вздрогнул и стремительно ухнул под волну. Глаза у Ланса разгорелись.

«Вот она – рыбацкая удача!» – успел подумать он.

Подсёк – и выволок на берег коричневый дырявый башмак, оскалившийся гвоздиками. Волли поставил его рядом со шляпой:

– Каши просит!

– А какой – пшённой или рисовой? – заволновалась Булочка.

– Когда обувь рвётся спереди, люди говорят, что она «каши просит», – ухмыльнулся Ланс. – При этом ей не достаётся ни ложки перловки или манки.

– Какие же вы мудрёные, люди, – вздохнула Булочка. – Говорите одно, а имеете в виду совсем другое.

– Зато так веселее жить, – отозвался Ланс. – Столько всего можно придумать, запутаться и найти разгадки!

Они совсем забыли о рыбной ловле, но река быстро напомнила им, грохнув чешуйчатым рыбьим хвостом. Удочка согнулась и едва не сломалась. Друзья втроём вцепились в неё, и… сражение началось. Кто-то незримый барахтался в глубине. Но кто? Внезапно леска ослабла, и рыбаки шлёпнулись на мокрый песок.

– Сорвалась, – простонал Ланс. – Как теперь докажем дяде Аврану, что рыбина была на крючке?

На поверхности воды появились тёмно-зелёные лохмы, покрытые ракушками. Потом – круглые глаза и крючковатый нос.

– Р-р-р, – испугавшись, зарычала Булочка и попятилась.

Чудище продолжало всплывать. Показался широкий подбородок, усеянный бородавками, шея и… на мелководье выбрался огромный, облепленный ряской и илом Водяной. Он подбоченился, воткнул морщинистые щупальца себе в бока и ласково спросил:

– А не прогуляться ли вам, мои милые, ко мне на дно? У меня там ужас как хорошо. Родники бьют ледяные. Раки бродят клешнястые. Да и пиявок пруд пруди – немерено!

И он дёрнул за леску.

Первой до дома добежала Булочка. И это понятно – у собаки целых четыре ноги, вернее лапы. Волли и Ланс финишировали одновременно – ноздря в ноздрю. Отдышавшись, они дружно оглянулись, не гонится ли за ними Водяной. Но речное чудище хохотало в омуте, обнявшись с усатым сомом.

Праздник непослушания, или День «Шиворот-навыворот»

Заклинание было заковыристым, словно деревянная головоломка, которую на днях принёс местный лесничий – дядюшка Леонтий. Из-за бессонницы он пристрастился вырезать из липы мелкие детальки, которые потом соединял в невероятные волшебные конструкции. Вдоволь наигравшись, лесник дарил головоломки всем желающим. Правда, перед этим менял части местами, и новому игроку приходилось долго корпеть над ними и пыхтеть от усердия. Волли собрал головоломку к вечеру, прочитал получившуюся надпись: «Если хочешь заблудиться, выбирай погуще лес» – и фыркнул:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.