Таня МаТаня
Горанос

Часть 1. Половинка торта

Глава 1. Мышиная планета и хвосты

Братья Микс и Макс – умные мышата, а вернее шымята. Максу восемнадцать с половиной шымолет, а Миксу девять с половиной. Они не просто серые, а просто абсолютно серые: серые ушки, серое брюшко, серый хвостик. Вот только нос черный, и все время принюхивается. Очень похожи с земными мышами, но на планете Горанос мыши абсолютно свободные и называют себя шымами, так как они ужасно шумные. Земные мыши тоже шумные, иначе коты не смогли бы их ловить на слух, но на Земле мышь считается воришкой, хотя по-другому этому серому малышу не выжить на суровой планете хищников. Мышь – это презрение человека, а шым – это мышь наоборот, то есть свободная и честная. А для тех кто считает, что жи-ши надо писать с буквой «и» сообщаем, что на Гораносе во всём свои правила. Чтобы читателю было понятнее, приведем все формы, образованные от шым:

шым – мыш взрослый самец

шымь – мышь взрослая самка

шымёнок, шымята, шымятки – мышонок, мышата, мышатки

шымыш – малыш

шымишка – мальчишка

шымка, шимочка – мышка, девочка

Как же появилось название планеты – Горанос. Читателю покажется, что надо произносить гора нос, но шымы делают ударение на второй слог. И хоть шыминая планета и похожа на шымь с носом из-за огромной единственной горы , но шымы назвали так свою планету по другой причине. По шыминой легенде, первый на планету прилетел шым Горан. Так как он жил один, а еды было много, то он все время ел и вырос таким огромным, что ему стало тяжело двигаться, и он со временем окаменел. Так появилась огромная гора, из-за которой планета начала вращаться вокруг этой горы. Поэтому шым считает, что обжорство – это очень плохо. Вращается планета Горанос вокруг звезды Пительгейзе. Прошу не путать её с Бетельгейзе! Пительгейзе размером с Солнце, и как положено шыминому солнцу у неё есть нос. Шыминая планета с носом вращается вокруг звезды с носом, вполне себе по-мышиному. К тому же Пительгейзе дальше звезды Бетельгейзе на девяносто с половиной световых лет.

А почему всё с половиной? Да потому, что шымы любят всё делить пополам и считать половинками.

До появления Гораноса на месте планеты была пустота. Одна планета, потом другая, ничего, ничего и потом ещё планета. Планеты, которые вращались вокруг Пительгейзы, решили, что одной планеты не хватает. Ведь в космосе всё на своих местах, и просто так пустых мест не бывает! В них обязательно должно что-то образоваться. Они стали внимательно всматриваться и ждать, что же станет с этой пустотой.

Вначале появился ледяной шарик именно на том месте, где ожидалось. Он стал разрастаться очень быстро. Шар так увеличился, что слишком близко приблизился к звезде и от этого стал нагреваться и таять. На ледяной планете появилась вода, которая собиралась в реки, моря и океаны.

Внутри планета нагрелась очень сильно и появилась раскаленная жидкая мантия. От ее жара часть воды начала испаряться. Образовалась атмосфера и облака. Воды на поверхности планеты стало меньше, и появились острова, а лед остался только на полюсах.

На островах появилась природа. Сначала выросли разные растения. Они были такие вкусные, что появились животные, которые с удовольствием их кушали. Шымы были первыми жителями планеты, потому что они самые шустрые. Шымы любили свою звезду Пительгейзе. Каждое утро они с восторгом и восхищением кричали: «Пи! Пи!» И так как любые длинные названия часто стремятся к сокращению, то длинное название Пительгейзе очень быстро сократилось у шымей до простого короткого Пи. На шымином языке два раза «Пи!Пи!» переводится как «Ура, солнце!» или «Доброе утро». И только астрономы и ученые называют имя шыминой звезды полностью – Пительгейзе. А так как автор этой книги живет на Земле со звездой Солнце, то для него проще называть звезду – Мышиное солнце. Поэтому если вы встретите в книге Пи, Пительгейз, Мышиное солнце – это все одно и тоже.

Шымам хорошо жилось на Гораносе – на планете не было хищников. Никто за ними не охотился, как на Земле, на которой, уж простите, люди развели столько котов, что совершенно невозможно жить спокойно обыкновенной шымке.

Из космоса шыминая планета казалась серой, потому что даже трава на ней серая. По весне она была еще серо-зеленая, а потом совсем серела. Деревья росли разные, но чаще встречались серые березы с черно-серыми стволами и серыми серебристыми листьями. Когда листья опадали, они чернели. Шымы засаживали поля любимыми зернами. Созревая, колосья становились серебристо-золотые, и, когда дул ветер, было непонятно, поле то ли серебрится, то ли золотится.

На Гораносе, как мы уже говорили, одна гора, но такая огромная, что из космоса она казалась шыминым носом. Называлась гора Питая, что на нашей планете означало бы Крутая.

Однажды Микс на мотоцикле с супербольшими колесами заехал на вершину горы и зацепил колесом острую её макушку, а так как он несся на огромной скорости, то колесо осталось на вершине. Не стоит носиться по острой макушке горы! Там так редко что-то происходит, что авария – важное событие в её истории. Возможно, гора сама помогла колесу оторваться. У каждой известной горы должна быть своя легенда.

На оставшемся колесе с криками: «АААААА!!!!» – Микс скатился вниз. С тех пор колесо застряло на вершине, и его видно даже из космоса, как кончик носа. Микс больше ни за что не захотел повторять такой заезд. Но это происшествие произойдет намного позже той истории, про которую мы пишем в этой книге. Не будем забегать вперед.

Вокруг Горанаса вращалась обыкновенная шарообразная Луна. Иногда автор для удобства называет её мышиная Луна или шыминая Луна.

Опишем для вас всю планетарную систему звезды Пительгейза.

Первая – планета Лепешек, 3 000 000 шымокилометров (кратко шык.) от Пительгейзы. Она плоская, как лепешка. Какое еще название ей бы подошло? Тем более на ней живут круглые существа, которые все время пекут лепешки и едят их и на завтрак, и на обед, и на ужин.

Вторая – планета Шариков, 18 000 000 шымокилометров от Пительгейзы. Она состоит из двух шариков: один крутится внутри другого. Это газообразная планета. Она необитаема, так как даже летающие существа не любят всегда летать, иногда им хочется сесть отдохнуть, а на газообразных планетах не на чем сидеть.

Третья планета – шыминая планета Горанос, 35 600 000 шымокилометров от Пительгейзы, про которую вы и читаете эту историю.

И самая удаленная планета – Гидрогеля, 90 000 000 шымокилометров от

Пительгейзы. Она состоит из множества шариков гидрогеля, которые постоянно крутятся. Шарики эти разного размера и цвета. На ней жить очень сложно, так как устоять на шариках невозможно, приходится перепрыгивать или перекатываться с одного на другой. Туристы с разных уголков космоса прилетают повеселиться на ней. Шымы тоже мечтают туда слетать. Но пока Макс ещё не изобрел ракету и скафандр.

Вы спросите, что такое шымокилометр?

Если шым вышел из дома и шёл обыкновенно, когда Пительгейза высунула только свой нос, то один шымокилометр он пройдет к тому моменту, когда солнце полностью вылезет из-за горизонта. А время это равно одному шымочасу. Шымы строят города и сёла через четыре шимочаса или четыре шымокилометра друг от друга, чтоб можно было выйти с утра и успеть дойти к обеду.

Потом для удобства поделили на 1000 маленьких отрезков и получили шымометр.

Очень удобно.

С весом шымы тоже все гораздо проще придумали. Один шымокиллограм – это вес новорожденного шымонка. Каждая шыма в своей жизни хоть раз держала новорожденного шымонка на руках. А килограмм? Каждый ли человек носил емкость, равную кубу объёма чистой воды. Где такие емкости можно достать?

Вернемся к нашим шымам Миксу и Максу. Ведь рассказ наш не про планету, а про то, как Микс и Макс живут на ней, вечно что-то изобретают и попадают в разные истории. Самая интересная история, это та, в которой что-нибудь происходит, а с Миксом и Максом ну просто всегда что-то да происходит. И всё потому что они везде суют не только свои носы, но и хвосты.

Шым не всегда может управлять своим хвостом, а вот хвосты шымом запросто. Вы думаете так не бывает? Еще как бывает! Человек, например, не всегда может управлять своим языком, а язык человеком очень даже может. Если язык согласится быть послушным, то он выполнит команду, но не надолго. Попробуйте дать команду своему языку – не трогать зубы. Он замрет на немного, а потом потихонечку потрогает, как будто хочет найти ответ на вопрос: «А почему нельзя?» Или твердо скомандуйте: «Не проболтаться!» А он по секрету все расскажет. Да, да, наш язык ведет себя как непослушный ребенок.

Вот и у шымей, вроде и хвост – это часть тела, а вроде он и сам по себе.

Хвосты у шымей – это индикатор настроения и отражение мысли.

Мысль сначала идет к хвосту. Тот принимает мысленно правильную форму. И по позе хвоста можно сразу понять, что твориться в голове у хозяина хвоста.

Интерес.

Хвост сразу вытягивается вдоль тела как струна. На нем даже можно играть, как на гитаре. И он никак не успокоится, пока не удовлетворит свой интерес или занятие интересное. У мышей забияк тоже хвост торчит, но он оттопыривается.

Переднее любопытство.

Хвост подглядывает из-за плеча, высматривая, что же там происходит под носом. Неудобно быть сзади, когда самое интересное не видно.

Возможно благодаря любопытству, длина шыминого хвоста выше плеча, но не достает до кончика носа.

Заднее любопытство.

От любого любопытства хвост загибается в сторону интересного. Когда самое интересное сзади, то хвост изгибается и становится похож на змею. При этом хвост чуть трогает голову шыма. Хозяин хвоста чувствует, что надо посмотреть назад, и редко когда не послушается хвоста и не обернется.

Страх.

Хвост замер и вытянулся стрункой под углом сорок пять градусов.

Строгость.

Хвост стоит стрункой вверх. Если отчитывает, то стукает по земле.

Стыд.

Хвост прячется между ног.

У спокойного шыма хвост волной.

Веселье.

Хвост принимает множество извилистых форм и не может остановиться.

Виляние хвостом означает дружелюбность или сейчас будем кушать что-нибудь вкусненькое.

Недовольство.

Очень редкое чувство для шымей, хвост ели заметно подергивается. Шымы никогда не виляют хвостом, как например коты, просто они всегда всем довольны и не умеют показывать недовольство, тем более хвостом.

Хитрость.

Хвост выглядывает с левой стороны шыма, он вроде и прячется, а вроде и чувствует смелость и уверенность, что все получится.

Задумчивость.

Хвост чешет затылок.

Хвосты могут общаться между собой с помощью движений. И хозяин даже не знает, что хвосты передали привет друг другу:

– Ну как твой? – качнулся слегка один хвост.

– Да грустный чего-то, – ответил другой хвост.

Грустный или усталый хвост волочится по земле и заставляет шыма наклонить голову.

Наша история начинается именно с хвоста.

Глава 2. Ум и солома

Шымы любят рыть себе норки. Такое жилище строить просто и быстро. Летом в норке приятная прохлада, а с наступлением холодов, в ней становится зябко. Особенно неприятны первые заморозки, когда мороз еще слаб, чтобы заморозить реку, но от скуки пытается морозить лужи и пробирается в шыминые норы. Снега ещё нет, нора становится холодным местечком.

Как-то утром Макс стал замерзать. Хвост так дрожал, что разбудил его. Макс очень любил поспать, и ему не хотелось, чтобы хвостик его будил. Тогда он засунул свой хвостик под Микса. Но хвост продолжал дрожать и щекотать Микса. Представьте себе, спишь спокойно, а тут под ребрами ерзает дрожащий хвост брата. Вот вы бы возмутились?! А если спросонья еще и не разберешь, что там тебя щекочет. Полусонный Микс схватил зубами щекочущий его хвост. А острые зубы, знаете ли, которые вонзаются тебе в хвост, будят посильнее холода. Макс подскочил, завизжал и, конечно, полностью проснулся.

– Ты чего кусаешься! – спросил Макс, хотя мог без разбора устроить драку-шымяку.

– Я думал, это блохи бегают и щекотят меня, – оправдывался Микс, который так проснулся от визга брата, что это можно назвать его окончательно проснувшимся.

– Я совсем замерз, хотел погреть хвостик, – жалобно дрожащим голосом прозвенел Макс.

– Да, что-то стало совсем холодно в норе, – потер Микс свой замерзший носик.

– Надо бороться с холодом, – решительно сказал Макс.

– А как с ним бороться? Я его никогда не встречал. Вот попадись он мне! Я ему показал бы, как без спросу ходить по норам и заставлять дрожать шыминые хвосты!

– Холод не ходит, и его не встретишь. – Макс любил такие моменты, когда он, как старший брат, мог объяснять и поучать. Он сразу становился очень важным. Нос почему-то задирался, грудь выпирала, левая нога важно выдвигалась вперед, усы разворачивались в струны. Но самым противным становился хвост, он как бы отстукивал поучительный ритм по полу, и было ощущение, что кто-то стучал тебе указкой по голове между ушей. – Это просто дни стали короткими, солнце греет меньше и температура вокруг стала низкой.

– Так и говори тогда, что надо бороться с температурой, а не с холодом, – возмутился Микс, ведь только возмущение останавливает поучение.

– И с температурой не поборешься. Она непоборима, как и холод. Это просто явление. – Макс с надменно смотрел на брата.

– Явилось это явление! Что нам теперь с ним делать?

Микс был возмущен. Он готов был вступить в сражение и победить обязательно, но побеждать было нечего. Обидно.

– Теперь ждать тепла, – спокойным тоном сказал Макс.

– А когда оно придет? – не успокаивался Микс.

– Не знаю, это тоже явление! Когда ему хочется, тогда и является, – ворчливо огрызнулся Макс, ему надоел этот разговор.

Мало того что не выспался, и абсолютно понятно, что выспаться теперь не удастся. Так еще и голод стал напоминать, раз проснулся – не забудь про меня. Согласитесь, что голод, холод, недосып и умные беседы совершенно несовместимы. Каждый бы на месте Макса заворчал, тем более под урчание живота и дрожь хвоста. Но Микс не собирался угомоняться.

– А может, мы тепло позовем? Оно ведь не знает, что надо прийти.

– Тепло не позовешь, его можно только нагреть или удержать!

И тут Макс остановился, лицо его стало думающим. Это лучше, чем серьезное лицо, потому что на нем еще виден интерес. А интерес шибко заразителен, так что Микс сразу заволновался оттого, что что-то придумывается в голове у Макса.

Но вот что? Микс как-то сразу понял, что свое любопытство лучше не выражать словами, а то спугнешь мысли, и ничего интересного не выйдет. Если словечко вылетит, тогда ему влетит от брата. Но это еще ладно. А вот если у Макса придумать не получится от этого неосторожного словечка, то тогда не произойдет чего-то важного, в чем Микс мог бы поучаствовать. Ведь без него Макс никак не будет ничего делать. Самому интересному делу всегда нужен помощник.

Макс вышел на улицу. Микс не отставал. Макс осмотрелся вокруг и почесал между ушами. Микс тоже остановился и тоже почесал между ушами. А так как рассвет уже решил поднять солнце, то две длинные тени тоже чесали между ушами. Макс уверенно пошел в сторону поля. Его передние и задние лапы шагали вместе, как у солдата. Микс тоже шагал твердо и ритмично в такт с Максом. Мордочка сама собой сделалась серьезное. Он не знал куда идет, но был уверен, что куда надо.

И вот два шыма и две их тени, маршируя, подошли к полю. Со стороны они выглядели, как захватчики, готовившиеся к атаке.

Шымы давно уже научились возделывать поле. Весной, которая на Гораносе называлась писна, они вспахивали небольшой участок, кидали зернышки, осенью, или пинью по шыминому, сгрызали верхние колоски и уносили себе в закрома, а солому оставляли на поле, она была им не нужна. И тут вдруг Макс стал собирать солому. Микс оцепенел. Сначала он решил, что Макс сошел с ума, но только не по-дурацки, а по-серьезному. Микс молча и удивленно наблюдал, как брат собирает солому.

– Что стоишь, помогай, – наконец сказал Макс.

– А что помогать то? Поле будем убирать, чтоб согреться?

– Нет, мы соберем солому и будем ею утепляться.

– А как?

– Солома внутри пустая. Если ее связать вместе в соломенные тюки, то они будут держать тепло. На них можно и спать, и укрываться.

«Какой же у меня умный брат!» – подумал про себя Микс и стал таскать солому к норе. Там они ее ровно сложили и связали. Работали они целый день, и к вечеру уже сделали много соломенных тюков и внесли их в норку.

Пока они трудились, другие шымы наблюдали, что это такое придумали эти неугомонные Макс и Микс, но никак не решались спросить. Только самый пронырливый шымёнок Втори подбежал, обнюхал солому и спросил:

– Солому, что ли, есть собрались?

– Нору утепляем, – пробурчал Макс.

Втори мигом побежал за соломой для себя, он тоже не хотел мерзнуть. И все шымы тоже побежали за соломой. Да так быстро она закончилась, что за последние соломинки были дракучки-потягучки.

В норке из соломенных тюков Макс сделал треугольный шалаш, в котором было удобно спать. Микс сделал себе квадратный домик. Снаружи нору тоже обложили соломой, и даже дверь прикрыли соломенным матом. Этой ночью шымята спали в теплой соломе, и Миксу снился сон, что он бегает по небу по созвездиям, которые соединялись соломинками.

Глава 3. Мама и самостоятельность

Теперь утром совсем не хотелось выбираться из своей норы. Тепло, уютно, хоть всю зиму нос не высовывай.

– Вставай Микс, нам пора идти.

– Куда? Отстань! Так хорошо закопался, мне и носа не хочется высовывать, даже за едой.

– Сегодня День рождения мамы. Собирается вся семья. – Макс выбрался из своего шалашика.

– Фу, не хочу. Не люблю эти семейные сборы, – сонно ответил Микс.

– А торт?

Мама делала великолепный сырный торт – тонкие ломтики сыра, промазанные творожным кремом с сухариками. Что еще вкуснее можно придумать! Сыр был в мелкую дырочку, и, если нажать, крем очень смешно вылезал длинными тонкими червечками. Но мама говорила не баловаться, поэтому все шымята делали так, когда мама отворачивалась и слизывали крем, пока она не видит.

– Иди мой уши! – строго сказал Макс.

– Ну вот, – выполз из своего шалашика Макс, – уши. А без ушей нельзя?

– Могу тебе их оторвать, раз они у тебя лишние, – шутливо сказал Макс.

Не мыть уши – это один из поводов, почему Микс живет у Макса, а не с братьями и сестрами в родительском доме, где за этим строго следят. Все мамы любят, когда дети причесаны, в выглаженной рубашке, с помытыми ушами и отчищенными зубами. Пока братья приводят себя в порядок, у нас есть время послушать, как Макс стал жить отдельно в своей норе.

Макс с детства был любознательным. Маме очень приятно, когда сына все хвалят за его ум, изобретательность и сообразительность. Тогда любая мама ходит гордо задрав нос. А уж шыминые носы самые гордые из всех задранных вверх носов в мире, но дома гордость исчезает и превращается в сплошное возмущение.

Вас бы обрадовал дома огромный паук, который сплел паутину на всю дверь? Для Макса это удача! Он с самого начала наблюдал, как паук делал свою ловушку. Он застыл, боясь пошелохнуться и спугнуть этого шустрого трудягу. Сколько Макс провел времени за наблюдением, сложно сказать, но даже мама уже стала беспокоиться. Дети и тишина сложно совместимы, а если происходит такое совпадения, то жди проблем.

– Мама! – кричит радостный Макс. – Я понял! Пауки плетут паутину по строгому алгоритму. Радиальные нити не липкие, а круговые липкие. Он передвигается на маленьких коготках, не задевая липкие нити.

– Отлично, Макс! Теперь я наконец могу убрать паутину и выгнать паука из дома.

Со времен открытия своей любознательности Макс все тащил в дом. Именно тащил, стаскивал и затаскивал. Полноры занимали «нужные штуки» Макса, в остальной половине ютилась шыминая семья.

Но материнское терпение закончилось с появлением Микса. У шымей много братьев и сестер. Мама мирилась с проделками Макса, с его увлечением, пока она была уверена, что он один такой. Но когда появился Микс, стало понятно, что двух любознательных шымей на одну нору слишком много.

А всего-то Макс и Микс испытывали порох. Но испытание оказалось не совсем удачным, и ожидаемая маленькая хлопушка создала оглушительный взрыв с разрушительными последствиями.

Решение тогда принялось быстро.

– Макс, ты большой и очень сообразительный и можешь вполне жить самостоятельно. Обычно шымы делают себе отдельную нору, когда создают шыминую семью. Но ты сможешь жить один. Ты самый самостоятельный из всех шымей, которых я знаю. Ты все умеешь. Я буду помогать тебе, приносить домашнюю стряпню, убирать нору. Там тебе будет больше места для твоих увлечений, а нам безопаснее и просторнее.

Макс обрадовался и после ремонта семейной норы, построил себе свою собственную. Сначала соседские шымы шушукались, где это видано, чтобы шымёнок жил один, сам по себе. Но среди них не было решительных, кто высказал бы возмущение открыто, и, с другой стороны, ни у кого не было другого решения. При таких обстоятельствах общее мнение примиряется с тем, которое уже не изменить.

Микс очень грустил по брату, в норе стало совсем пусто. Все «нужные штуки» Макс забрал с собой. А чтобы натаскать новые, нужно было время и разрешение мамы, которого добиться теперь было сложно. Это Максу можно было быть любознательным добытчиком. Поначалу ее даже радовали новые «штучки» и увлекательные объяснения к ним, ведь мама тогда не знала, чем это обернется. А теперь она точно знает, разреши принести одну «нужную штучку» – и все, конца-края этому не будет.

Микс стал целые дни проводить у брата. Потом выпросил разрешение разок переночевать. Потом возвращался домой только на выходные, чтоб собираться всей семьей. А потом и совсем переселился к Максу.

Макс хоть и ворчал, когда приходил Микс, но он привык жить в большой шумной тесноте, и одному ему было не очень уютно. Да и помощник для его затей нужен был постоянно. Микс был очень непоседливым, как все малыши. К тому же Максу нравилось воспитывать брата, так он чувствовал себя взрослым.

Ну вот, наши шымята при всем параде. Торжественному их виду не хватает только довольного лица. Ведь в красивом наряде, по закону вежливости, главное – улыбка.

Глава 4. Гололед или гололедица

Два носа высунулись из норы прочувствовать какой мороз. По шыминым меркам легкий мороз – это тот, который чувствуется кончиком хвоста, средний – носом, а сильный – ушами. Первый морозный денек бодрит и радует солнцем, в такую погоду неплохо и прогуляться.

«Хорошо, что выбрались из норы», – подумал Макс. Хотя это сложно, оставить комфортное нагретое местечко ради бодрящей прогулки. Покой не любит приободряться.

Шымы не носят одежду, всякие там штаны, рубашки и футболки. Вот кепка или картуз – это с удовольствием! Но по торжественным случаям, чтобы было понятно, что сегодня важное событие, шымы любили наряжаться.

Микс и Макс важно шли по дороге, ведь торжественный вид сразу придает значимость. Для спокойствия шымей, Макс сделал свой дом немного в отдалении от всех других шыминых нор, поэтому идти надо было через лес, и по дороге всегда успевалось придуматься что-то изобретательное. Сейчас Макс обдумывал идею простого транспорта, чтобы ездить в гости. Но как всегда его мыслям мешали восторженные восклицания брата.

– Ехууууууууууууу!!! Настоящий гололед! – И Микс уже катился по замерзшей луже. Надо сказать, Микс вовремя начал восторгаться, как раз, когда Макс занес ногу над лужей. Ему совсем не хотелось скользить и он осторожно обошел лёд по краю.

– Не удивительно, ведь уже пиябрь. Теперь часто будет примораживать.

Не забывайте, мы находимся на шыминой планете. Тут свой календарь, который шымы считают самым важным понятием в своей жизни, ведь он определяет порядок их жизни. А так как шымы любят говорить «пи-пи-пи», и месяцы календаря они повторяют так же часто, как и пищат, то для шымей совершенно естественно, что и весь календарь начинается с «пи».

На шыминой планете 400 дней в году. По 100 дней в каждом сезоне. В сезоне два месяца по 50 дней. Все названия очень похоже на земные:

Зима – пима.

Снежные месяцы: пинварь и пибраль.

Весна – писна.

Теплые месяцы: пипрель и пимай.

Лето – пито.

Жаркие месяцы: пиль и пист.

Осень – пинь.

Дождливые месяцы: пибрь и пиябрь.

Пинь назвали так потому, что пилили деревья на дрова, и оставались пни. Печи были не во всех норах. Дома у родителей Макса и Микса была печь. Мими всегда готовила в ней что-то вкусное для семьи. В доме всегда было тепло и пахло хлебом. У Макс не было печи, как у многих шымей. Он точно не стал бы в ней ничего готовить. Да и заготовка дров – очень волокитное занятие. Норы без печи выкапывали поглубже, затем их заносило сверху снегом и можно было перетерпеть пиму. А вот если стояла печь, то весь пибрь всей семьей занимались заготовкой дров.

Теперь Макс только помогает родителям и радуется, что не надо заготавливать для себя. Ведь для себя одного дров надо практически столько же, сколько и на большую семью.

Микс развеселился, и, конечно как любой веселящийся, он решил вовлечь всех окружающих в свое веселье, хотят этого окружающие или нет, не имеет значения.

– Макс, что ты обходишь гололед! Смотри, как классно кататься! Ура гололедица!

– Это не гололёд и не гололедица, – ворчал Макс. – Гололед это лед от выпадающих капель дождя или мороси. Изморозь на деревьях, кустарниках и проводах – тоже гололед! Гололед – это замерзшие осадки!

Тут Макс все-таки подскользнулся, но продолжил ворчать, катясь на задних лапах и удерживая равновесие хвостом:

– Гололедица – это лед на поверхностях, образовавшийся после оттепели или дождя в результате наступления похолодания.

Хвост помог вырулить и остановиться.

– И гололед, и гололедица – это природные явления! А это лёд, просто лёд, – возмущаясь парировал Макс, твердо поставив точку в этом вопросе. Но тут поскользнулся и упал.

– Скользи и не сопротивляйся своим ворчанием. Лёд не любит плохое настроение.

Макс посмотрел вперед – вся дорога блестела длинной лентой до самого дома. Он встал и заскользил, не чувствуя сопротивления. Больше лёд не хотел его ронять. Если нет сопротивляющегося настроения, то и нет сопротивления. И, докатившись до самого дома, они встали у дверей в полной торжественной форме: не только в отглаженных рубашках, но и с хорошим настроением.

Глава 5. Половинка торта

Мама в красивом розовом платье с кружевами и золотой отделкой встретила сыночков. Папа важно стоял в своем любимом черном жилете.

– Мими, – начал свое поздравление Макс.

Мими – это очень ласковое обращение у шымей к маме, а к папе – пипи.

– Поздравляю тебя с Днем рождения! Позволь я, – Макс очень волновался и стоял вытянувшись по струнке, – поздравлю тебя стихотворением, которое сочинил сам.

Мими расплылась в улыбке, она не ожидала, что Макс приготовит такое поздравление и немного смутилась.

Когда я был маленький шым,

Я говорил только пи-пи,

Ты самая заботливая шымь,

Моя любимая мими.

Пока Макс вдохновенно читал свой стих, Микс как-то быстро заскучал. Да к тому же он не мог оторвать свой нос от запаха сырного торта. Тот манил его и лишал рассудка. Торт тянул его как магнит. Он даже не заметил, как оказался к нему вплотную.

…

Не спя ночами,

Колыбель качала.

Сама не доедала,

А нас кормила и ласкала.

…

«Ничего страшного, если я отрежу маленький кусочек, совсем маленький, никто и не заметит», – подумал Микс, обнюхивая торт.

И убедив себя, что ничего страшного не произойдет, Микс отрезал совсем тоненький кусок и с наслаждением отправил его в рот. Но он так быстро растаял, что Микс засомневался, не слишком ли он перестарался в тонкости отрезанного кусочка. Стоит, пожалуй, отрезать нормально и уж съесть так съесть.

…

Своим теплом нас согревала

И песни напевала.

Сон шымят охраняла.

И всегда нас целовала.

…

Второй кусок он отрезал смелее и побольше. Торт был таким вкусным, что Микс захотел добавки. Он посмотрел на торт: «Отрежу еще кусок, последний, все равно видно, что кто-то ел, а так хоть наемся».

…

Мы шалили, мы скакали,

И тебя, мими, огорчали,

Но на всех любви твоей хватало,

Прости, что мы порой баловались.

…

Третий кусок был отрезан не думая – Микс уже не мог остановиться.

…

С Днем рождения, мими, тебя поздравляем,

Здоровья и счастья тебе желаем.

Макс закончил читать свою поэму, и тут кончик его хвоста подал ему тревожный знак. Микс стоял и держал Макса за хвост, когда они вошли. А теперь Маск понял, что хвост исчез вместе с Миксом. Это явный знак, что Микс уже что-то успел натворить. Но такой картины увидеть он не ожидал. Микс доедал очередной кусок торта с видом обожравшегося шыма, когда уже не получаешь удовольствия от еды, но остановиться не можешь.

«Миииииииииииииикс!!! – прозвучало в ушах так пронзительно, что Микс наконец остановился, он как будто пришел в себя, дожёвывая свой кусок. Что придало скорости Миксу, страх или отчаяние, но он вылетел в дверь со свистом.

Выскочив на улицу, Микс забыл, что там сплошной лед. Он не скользил, а летел с такой скоростью, что сам испугался. Он никак не мог остановиться, а уж управлять Микс и подавно. Поэтому когда дорога повернула, он не вписался в поворот и оказался в кустах.

Макс снял Микса с кустов, отчитывая его в это время.

– Как ты мог! Сложно было подождать? Разве так себя ведут в гостях? Надо всем вместе сесть за стол, порезать торт каждому по кусочку, чтобы всем досталось. И есть вместе! И только свой кусок.

Микс только всхлипывал. Он понимал, что так делать нельзя. Но не мог объяснить, какая неведомая сила была у сыра, и что он не мог ее победить. Теперь ему стало стыдно. Рубашка его испачкалась, да еще кусты его поцарапали (хотя поломанные кусты были возмущены не меньше!), и было очень больно. У Микса был вид оборванного грязного глупого шымёнка.

– Не ругай его, – сказала мама. Этот торт я сделала для вас двоих. Он съел только половину, а вторая тебе, Макс. Я знала, что вы соскучились по домашнему, поэтому приготовила два тортика. Для меня самый большой подарок – это то, что вы соскучились по маминой стряпне.

Она обняла Микса и вытерла его испачканную мордашку.

Все вернулись домой. Веселье было незабываемое. Шымята танцевали любимый танец Пипипоп.

Хвост сожми в пружину

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи попи.

Хоп поп поворот.

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи попи.

Разомнем сначала нос!

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи попи.

А теперь танцуют уши!

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи попи.

Теперь танцуют шымы!

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи попи.

А теперь танцует хвост!

Пипи попи пипи попи

Пипи попи пипи поп.

Но больше всего Максу и Миксу запомнилось в тот день чувство родного дома, которое они раньше не понимали.

И половинка сырного торта.

Часть 2. Как Микс и Макс строили корабль

Глава 1. Как переплыть реку?

Микс и Макс мечтали пересечь океан. Он им представлялся огромным. Про него птицы рассказывали много невероятных историй. В нем плавали такие странные существа, что представить невозможно. Например, медузы. Как можно вообразить шыма без головы и ног, с множеством хвостов и двигается он с помощью рта, который растет вокруг всего тела. На такое хочется посмотреть. Вдруг все это выдумки – и океан, и все его обитатели. Океан был далеко. Шымы не знали как до него добраться.

Рядом была река Тун. Она может и не такая огромная как океан, но так как шымята никогда его не видели, то река им казалась весьма внушительной. Океан – это когда берега не видно, и еще его кто-то сильно посолил. А у реки видно другой берег. Микс и Макс никогда не были на другом берегу, как и другие известные им шымы.

Как-то раз Макс и Микс гуляли вдоль реки.

– А как переплыть на другую сторону? – спросил Микс.

– Сами мы не сможем, река широкая, надо плыть на чём-нибудь, – ответил Макс.

– А на чём можно плыть?

– На том, что плавает.

– А что плавает?

– Всё, что легче воды.

– Например, перышко?

– На перышке не поплаваешь. Как только ты на него встанешь, ты сразу бултыхнешься и станешь мокрым шымом.

– Нет, мокрым шымом не хочу.

Микс вообще не любил купаться. Его принуждали мыть лапы, уши и хвост перед сном. Но полностью помыться заставить не могли.

– Надо, – говорит Макс, – что-то и легче воды и чтоб нас удерживало. Как-то раз я плыл на ветке, которая сломалась подо мной. Я чуть не утонул. Ветка была тонкая. Хорошо я упал в воду недалеко от берега.

– Так давай поплывем на толстой ветке!

– Нет, на ветке плохо, она круглая. Я пробовал на ветку в воде встать, а она как стала подо мной крутиться. Я бегом, а она от этого еще быстрее. Остановиться не мог!

И вдруг Макс сказал:

– А вот если взять плоскую доску…

Вы не знаете почему, если тебе нужна доска, то какая-нибудь просто так лежащая доска, обязательно оказывается рядом? Вот и сейчас на берегу как раз лежала подходящая.

Макс и Микс с торчащими хвостами бегом к ней. Схватили, ни о чем не думая, бросили доску в реку и забрались на нее. Это случилось так стремительно, что они ни слова не успели сказать друг другу, а уж тем более подумать, что из всего этого могло получиться.

Как только братья оказались в реке, доска быстро поплыла по течению. Ветер нагнал волн. Хоть и небольшой, но для шымят и такой ветер был достаточно сильный. Волны стали захлестывать доску, её качало и крутило. И самое страшное, она плыла, куда ей вздумается. Шымята не могли ей управлять.

Микс и Макс вцепились коготками в доску, вжались в нее. Их хвосты дрожали непонятно от чего больше: то ли от страха, то ли от мокрого холода. Но им повезло, в реку прямо по курсу упало дерево. Доска врезалась в него. Шымята вскарабкались по веткам на ствол и выбрались на берег.

Без сил от страха и борьбы за жизнь они свалились в траву.

Долго, молча и и тяжело дыша, лежали шымята, пока хвосты не перестали дрожать.

– Да, уж, – первым начал Микс, – вот и поплавали.

– Так совсем плохо плавать, – Макс сказал Миксу, – надо для плавания делать такое плавучее средство, чтобы оно было с высокими бортами, чтобы можно было управлять и грести.

– Но у шымей такого нет, – вздохнул Микс.

Для Макса эти слова всегда означали только одно.

– Значит, сделаем сами!

Глава 2. Чертеж

На следующий день Макс взял большой лист бумаги и начал на нем что-то чертить. Миксу было любопытно, что там чертится. Но не это заставляло напрягаться хвост Микса. Ему было обидно – почему без него?! Он тоже хотел придумывать. Микс сидел, смотрел, пыхтел и ждал, когда брат его позовет. Но Макс и не думал его звать.

И тогда Миксу надоело ждать. Наконец он твердо решил, что без него все делают неправильно, и это невозможно терпеть.

– Хм, что это ты тут изобразил?!

– Это мой корабль, – сказал Макс с гордостью, он почти его дорисовал.

– А что это он у тебя кривой какой-то, – стал смеяться Микс.

– Никакой он не кривой. Спереди нос корабля срезан под углом, чтобы он рассекал волну. А здесь будет руль, ему надо больше места, – не обращал внимания на насмешки брата Макс.

– А зачем полотенце здесь повесил, чтоб вытираться?

– Это парус. Он крепится к мачте. Парус использует ветер, чтоб корабль мог быстрее плыть.

– А зачем такие высокие стены по бокам, ничего же не видно.

– Это не стены, а борта. Они будут прикрывать от волн. Вспомни, ведь волны были выше тебя.

Микс хорошо запомнил те волны, аж хвостик дрогнул от воспоминания и изобразил волну.

– Откуда только берутся эти волны, – пробурчал Микс.

– Дедушка рассказывал, что есть водоросли-волнушки, которые могут так разволноваться, что вода в реке начинает раскачиваться и покрываться волнами. Но это все сказки. Волны образует ветер.

– Как же ветер? Он в небе, а волна на воде! Я в дедушкину историю больше верю.

– Это антинаучно!

– Зато интересно!

– Не мешай, – пробурчал Макс, он не готов был сейчас доказывать важность науки, – мне осталось совсем немного.

И вдруг Микс на чертежах Макса увидел одну штуковину. Она была кривообразной формы с ручкой и изогнутой трубкой, которая выходила за борт с двух сторон.

– А что это за штуковина? – поразился Микс.

Макс прищурился, покрутил кончик своего хвоста и хитро ответил:

– Это насос. Я решил, раз кругом вода, то было бы неплохо подстраховаться.

Микс стал с интересом рассматривать нанос. Увлеченный ребенок создает тишину, а тишина очень нужна для важных мыслей.

Поэтому Миксу удалось поработать в тишине, и наконец он сказал:

– Все, чертеж готов. Завтра начнем строительство.

Глава 3. Подходящее бревно

Только показались первые лучи солнца, Макс начал будить Микса:

– Вставай, пора.

Мик сразу отозвался:

– Я готов! Я и не сплю давно. А может и вообще не спал.

Он вскочил быстрее своего хвоста. Обычно хвост первым выглядывал из-под одеяла, а потом, зевая, медленно выползал шымёнок. Но сегодня Микс вскочил рано, ведь столько приключений впереди. Он пил молоко и готовил кучу вопросов, которыми будет забрасывать Макса. Но Макс, как будто знал об этом, сразу заявил:

– Работаем молча, чтобы было быстрее. Я буду говорить, что делать и показывать. Все вопросы потом, когда работа будет готова.

Вот те на. Микс так был удивлен, что чуть не поперхнулся молоком, и все вопросы выскочили из его головы. И в ответ он смог только кивнуть.

Макс стремительно вышел из дома, Микс бегом за ним. Брат так быстро шел, что Микс отставал. Как только видел середину хвоста Макса, ускорялся, чтоб идти вровень с грудью брата. Со стороны это выглядело так: идет один широко быстро шагающий шым и рядом с ним короткими перебежками передвигается шымёнок поменьше. Хорошо, что Макс не молчал, а рассказывал свои идеи по дороге:

– Я знаю одно упавшее дерево, здесь совсем недалеко. Помнишь, мы с тобой ходили в поле за соломой? Оно как раз рядом с полем. Дерево удачно треснуло пополам. Нам останется его немного доработать, и наша лодка будет почти готова.

Они дошли за 5 шымоминут, но Миксу казалось, что ну не меньше, чем за 6 шымочасов. По дороге ему все время что-то мешало: то камень, то кучка соломы, то ветка, то поворот. Сколько раз они ходили по этой дороге, а он и не замечал, что на ней столько препятствий. А когда они карабкались на холмик, ему показалось, что дороге не будет конца.

И вот наконец оно – дерево, ветвистое и сухое. Когда оно падало, ствол разломился пополам. И теперь, если посмотреть под определенным углом, оно было как с чертежа Макса. Только надо убрать лишние ветки.

Тут в голову Микса опять вернулись вопросы.

– А как мы уберем лишние ветки? А как мы дотащим до реки? А из чего мы сделаем мачту? А как ее прикрепим? А из чего сделаем парус? А из чего сделаем руль? – И пока он задавал свои вопросы, то носился по дереву не просто туда-сюда, а как-то по спирале. У Макса от такой суеты и беготни закружилась голова.

– Стоп! Остановись! – закричал ему Макс.

Микс застыл на краю тонкой ветки. А ветка не была готова к такой резкой остановке, поэтому она прогнулась и отпружинила. Микс полетел вперед носом. Хвост совершенно растерялся, он не знал как вести себя в полете. Прижаться? Торчать? Крутиться? В итоге решил, что в полете главное стройность и красота линий, поэтому вытянулся по струнке. А когда Микс свалился рядом с Максом – встал торчком.

Макс даже не обратил внимания, как охая и ахая, потирая себе спину, поднимался Микс. Макс увлеченно разводил руками, показывая, что надо делать:

– Мы перегрызем в одном месте ствол, и у нас получится кусок дерева, который мы сможем дотащить волоком до реки. Мы сейчас на холме, а река под холмом. Подтолкнем, и бревно само скатится. На реке живет бобер Хилли, у него есть инструменты. Попросим. Я думаю, он не откажет нам в помощи.

Они взялись за дело. Конечно, не так просто было перегрызть ствол, даже отломленный. Но вдвоем они все же справились, хоть и с большим трудом. Докатить бревно тоже оказалось непростой задачей. Оно цеплялось ветками, как будто нарочно сопротивлялось. Ведь БРЕВНО не понимало, что скоро будет КОРАБЛЁМ.

Глава 4. Помощники

Хилли занимался строительством хатки. Всегда есть, что подправить и улучшить. он относился к делу серьезно. Подходил к бревнам, проверял крепко ли они стоят. Может, где надо укрепить или заменить.

И тут вдруг он увидел, что с холма на него катится бревно. Причем как-то слишком стремительно и по непонятной траектории. Оно как будто виляло. Хилли не мог понять, в какую сторону бежать спасаться. Он нырнул в реку. По опыту он знал – в ней спасение было самым надежным.

И только его хвост скрылся в воде, как бревно прокатилось по тому месту, где он только что стоял. И по всем законам движения развернулось и снесло дом Хилли.

– Привет, Хилли! Ты где? – радостно стали искать хозяина шымята.

– Привет, – вынырнула недовольная голова Хилли.

– Что такой угрюмый? Мы к тебе за помощью! Мы будем строить корабль! Мы хотим переплыть реку. Правда классно мы придумали? – Микс скакал и не замечал, что Хилли сейчас разорвется от гнева.

– Вы что тут натворили?! Что это за бревно?

Тут Микс обернулся, увидел разрушенный домик бобра и остолбенел.

– Это не мы.

– А кто же?

– Это бревно! Оно само катилось! А мы просто пришли следом!

Микс лепетал и болтал первое, что придет в голову. Он так делал всегда, когда что-нибудь натворит. Макс посмотрел на бревно и разрушенный домик и понял, как им может помочь Хилли.

– Хилли, друг! Мы поможем тебе. С кем не бывает. Надо отпилить вон те ветки, и мы вместе свалим бревно с хатки. А потом починим дом.

Хилли почесал затылок, посмотрел на дом, подошел к бревну и задумчиво пробурчал:

– Да если вот эту пару веток отгрызть, то бревно можно сдвинуть.

И он своими острыми зубами, – а это самый лучший грызопилильный инструмент, который только придумала природа, – за несколько минут управился с ветками. Втроем они скинули бревно с хатки бобра. После чего шымята помогли поправить дом.

Теперь, с отгрызенными ветками, бревно стало практически готово. Ему требовалась совсем небольшая доработка.

– Ну, дальше я сам, спасибо, – сказал Хилли, когда домик принял прежний вид. – А что хотели то?

– Да мы хотели попросить у тебя инструменты, чтобы сделать плавающее средство. Ты вон умеешь плавать и можешь куда угодно плыть. А мы, шымы, не можем плавать. А так интересно переплыть реку и посмотреть, что на том берегу.

– Я куда угодно не плаваю! Только за материалами для своего домика, – серьезно сказал Хилли.

– И что, ты ни разу не плавал на ту сторону? Тебе неинтересно?

– Неинтересно, да и некогда. А из чего вы собрались делать плавучее средство?

– Да не знаю, – стал хитрить Макс, – может из этого бревна что получится? Оно как раз у реки. Его чуток обрезать и внутри выдолбить поглубже.

Хилли посмотрел на бревно.

– Да, неплохое бревно. Только неровное. Я такие не использую. Для дома я подбираю ветки одной толщины, чтоб они ровно друг на друга ложились. Как раз те ветки, которые я отгрыз от этого бревна, очень мне подходят. Не так-то просто найти нужный материал! Столько деревьев мне надо завалить, чтоб найти нужную ветку. Раз вы помогли мне с домом, я помогу вам с кораблем.

С бобром шымы очень быстро сделали корпус корабля. Шымы, конечно, грызуны, но с бобрами не сравнятся зубами. Вместе они даже сделали мачту из ветки дерева. Как раз нашлась подходящая, но вдвоем шымята ее бы не укрепили. Она должна была стоять ровно. Макс и Микс еле удерживали мачту, пока Хилли её закреплял.

– А из чего будем делать парус? – спросил Микс.

– Я еще не придумал, – задумчиво ответил Макс.

Микс удивился. Он думал, Макс все уже знает, что и из чего будет делать.

– А какой должен быть парус? – продолжал расспросы Микс.

– Парус должен быть легким и крепким, – разглаживая усы сказал Макс.

– Как мешок? – спросил Микс.

– Точно, мешковина! Микс, ты молодец! – обрадовался Макс.

Микс обалдел, он только что придумал парус. Такое с ним в первый раз. Обычно Макс все придумывает, а теперь он придумал. Это значит, он может придумывать! Сам! Это что же, он повзрослел? Теперь он гордо всем будет рассказывать, что это ОН ПРИДУМАЛ ПАРУС.

– А насос ты из чего будешь делать? – строго и важно спросил Микс.

– Насос я уже придумал. В бочке сделаем поршень и приделаем камышовые стволы. Они внутри полые. Этим займемся завтра, сегодня мы славно потрудились.

Глава 5. Приготовления

На строительство ушло времени больше, чем ожидалось. По крайне мере Миксу и его терпению казалось, что все должно быть быстрее, а Макс все ковырялся и ковырялся. Корабль уже был готов, а он все что-то конопатил, подвязывал, докручивал.

С того дня, как поставили парус, Микс каждое утро спрашивал:

– Что ты там делаешь, брат? Уже все готово! Пора отплывать.

– Погоди, – говорил Макс, – еще не все отрегулировал.

– Да что тут регулировать? Поплывем и отрегулируем. Корабль уже готов.

– Ты, – отвечал Макс, – опять кувыркнуться хочешь? Нет уж, лучше мы теперь будем ко всему готовы. Самое важное – управление! Корпус мы сделали быстро, а вот руль надо с умом наладить.

Пока Макс ковырялся, Микс вставал к штурвалу и крутил его. Он представлял огромные волны, которые пугались одного его грозного вида и разбегались в разные стороны.

Но тут его фантазии оборвал Макс:

– Что ты делаешь? Нет бы лучше помог, а то еще руль поломаешь.

– А что мне делать-то? Все ж готово, – развел лапами Микс.

– Как готово? А кто будет воду на борт таскать и еду. Чем мы будем питаться? Мы же в дальнее путешествие отправляемся. Так что давай, займись полезным делом.

Микс рванул домой за мешками с зерном и всякой всячиной. Два раза он бежал с мешками сломя голову. Но на третий стал носить спокойнее, с каждым разом носил все медленнее.

– Ты чего натаскал? Да мы потонем! Зачем нам все это?

Макс обалдел, когда увидел все, что притащил Микс.

– Ты же сказал на долгое путешествие, вот я и принес все, что надо.

– Да ты весь дом сюда притащил. Надеюсь, у соседей ничего не прихватил.

– Я взял у них флюгер. Повешу на мачту, чтобы понимать, дует ли ветер.

– Ветер ты и так почувствуешь, паруса покажут. Отнеси обратно! А дуршлаг? Ты что макароны варить будешь? Самокат? Ты где кататься собрался?

– Дуршлаг, это чтобы ловить медуз. А самокат мне починить надо. На корабле же много времени будет, вот и займусь.

– Не будет у тебя времени! Сам увидишь, что вдвоем управлять кораблем не так просто. Будем по очереди на вахте стоять, а там ни на что нельзя отвлекаться. А до медуз мы не доплывем. Мы только на тот берег и обратно. Это первое испытание. Может наш корабль вообще не поплывет? Кто знает.

– Как не поплывет! – поразился Микс. Это был удар, к которому он не был готов. – Обязательно поплывет!

Глава 6. Тот день

И вот настал тот день, когда Макса все окончательно устроило, и он объявил:

– Сегодня отправимся!

– Как сегодня? То никак, то сегодня! Ты почему вчера не сказал? – У Микса грустно обвис хвост.

– Потому что ты бы устроил ночную неспячку. Ты же сам хотел побыстрее. Вот и поплыли. Или у тебя планы на сегодня? Погода сегодня подходящая, если бы я вчера пообещал, а сегодня дождь и буря, ты бы вынес мне мозг сильнее любой бури.

– Но у меня нет фуражки((( – Микс так жалобно и искренне посмотрел на брата, что тот обомлел. – Я думал, успею…

Макс придумал корабль, сделал чертеж, ему казалось, что он все просчитал. Но только теперь, после слов Микса, он осознал, что конечно же все будут любоваться его кораблем. А им самим, создателем такой красоты? Только если он с важным видом будет стоять у штурвала. А какой важный вид без капитанской фуражки?!

– Что ж ты молчал? То говоришь все подряд, не понятно что без умолку, то самое главное про себя думаешь! – Макс не хотел ругать Микс, но получилось, что он его отчитывает.

– Самое главное – это мечтательное! А его не всегда можешь всем подряд рассказать. Мечту думаешь и представляешь. – Микс посмотрел в небо и лапами показывал куда-то далеко, туда где, только мечтательный взгляд мог разглядеть что-то вдали.

– Я не все подряд. Ладно! А где ты в своих мечтах достал фуражки? – смягчился Макс.

– Я хотел попросить у братьев Пых. Ну, у машинистов. Только они у них серые. Я хотел обвалять в муке, чтоб стали белыми. Но они не согласились. – Микс вздохнул и опустил нос.

– Так ты хотел попросить или попросил? – Макс строго посмотрел на брата.

– Попросил. А они в драку. – Микс сжал кулочки.

– Братья Пых в драку? Да они самые мирные шымы, которых я знаю. Рассказывай, как все было. – Макс вопросительно взглянул на брата.

– Я пришел. А они такие важные около своего паровоза, – Микс стоял лапы в боки, – я им говорю, чтоб не важничали. Мы вон какой корабль построили, и нам нужны их фуражки.

– Чувствую, что ты сократил и приукрасил. Ладно, пошли к братьям Пых.

– Не пойду! – Микс отвернулся нос и сложил лапы за спину.

– Пойдешь, как миленький, – Макс повернул нос Микса к своему, – и если надо, извинишься!

Братья Пых в это время чинили самовар. Он у них прохудился, и уже не в первый раз они его запаивали. Чайники братья не признавали, в них не было трубы. Вот самовар, почти как паровоз, – стоит важно и дымит через трубу.

– Здравствуйте! Смотрю, давно у вас не видно дыма, думаю не случилось ли что? – как можно приветливее поздоровался Макс.

– Здравствуй, Макс! Ты как раз кстати. Ты всегда, что-нибудь придумываешь. Никак не получается починить самовар.

– Давай посмотрю.

Самовар подтекал около крана. Макс внимательно все осмотрел.

– Для начала снять накипь. Обычный припой использовать нельзя, он со свинцом, надо паяльного флюса по меди.

– Спасибо, а я его как паровоз чиню. Вот недотепа. А что это у тебя как будто два хвоста?

Макс вспомнил про Микса, который так тихо затаился за спиной. И так как прятаться больше не было смысла, Микс вышел из-за спины брата, прошагал зачем-то пять кругов вокруг него, остановился и сказал:

– Здравствуйте!

Микс, конечно, от волнения стал опять накручивать круги практически на одном месте. Выглядело это со стороны как представление. Братья Пых начали смеяться.

– Ну Микс, ты, как всегда, смешишь нас. Что вы там за корабль построили? В прошлый раз нам тут Микс доказывал, что корабли лучше паровозов.

– Мы хотим переплыть на ту сторону. Даже сегодня собирались отплыть.

– Сегодня? Что ж вы никому не сказали? Такое событие должно быть торжественным. Чтобы все запомнили. Не каждый день у нас отплывают корабли, – сказал старший Пых.

– Надо собрать всех, чтобы они пожелали удачи. А главное оркестр, с трубами, – сказал младший Пых.

– С трубами обязательно! Корабль украсить флажками и фонариками. И вам нужна парадная форма.

– Вот формы-то у нас и нет, – перевел в нужное русло разговор Микс.

– Так вот зачем тебе нужны фуражки, – засмеялись братья Пых, – сейчас выдадим вам по фуражке.

– Спасибо! Тогда завтра будет торжественное отплытие.

Микс и Макс пошли домой в фуражках, шагая дружно, как на параде.

– Вот видишь, – сказал Микс, – надо объявлять заранее! А то собрался отплыть с бухты-барахты. А флажки у меня есть, сейчас украсим наш корабль, пусть все увидят, какой он красивый.

Глава 7. Шыминые мамы и любопытство

На берегу собралось столько шымей! Весть, что утром отплывает корабль, разнеслась молниеносно. А всего лишь братья Пых сказали одному шымёнку Втори, который везде успевал побывать за один день. Удивительно, как он не узнал про корабль раньше. Втори голову сломал, как ТАКОЕ построили под его носом, и он не заметил. А потом понял, что ему не к кому ходить на реку с вопросами, там шымы не любят селиться, слишком сыро. А с бобром Хилли не поговоришь, он вечно не находит время на разговоры.

Из всех нор собрались шымы да нарядились. Микс и Макс никогда и представить себе не могли, сколько здесь их живет. Шымы шуршат по своим норам. Конечно, встретишь случайно одну, ну две шымки в день. Но чтобы столько сразу.

– Макс, как ты мог ничего мне не рассказать? Почему я должна узнавать все от соседей, а не от родного сына?!

Мама и все многочисленное семейство обступило Микса и Макса.

– Мама, я хотел просто доплыть до другого берега. Туда и обратно. Тихонько сплавать и быстро вернуться.

– Просто сплавать?! Да шымы никогда раньше не плавали на другой берег. Что ты там забыл? Ты вечно что-то придумаешь! Шымы живут на одном месте, в своих норах. И нечего совать свой нос на другие берега!

– Мама, если бы шымы не совали бы нос, то не заселили бы всю планету. Ведь наша планета стала шыминой, только благодаря шыминому любопытству.

Хорошо, что подошел Хилли, Максу не хотелось продолжать этот вечный спор. Он понимал, что мама волнуется за него. Но ни одно любопытство в мире не удержишь материнским волнением.

– Макс, дружище, говорят на том берегу растет бамбук. У него прочные стебли. Если сможешь, привези его. Думаю он бы мне пригодился.

– Да ты сам можешь сплавать, – улыбнулся Макс.

– Нет, у меня дела. Да и плаваю я недалеко. А через такую широкую реку – да никогда! И помни, не плыви вдоль большой волны, только поперек. Путь так будет дальше, зато волна не перевернет тебя.

– Спасибо, Хилли! – Макс обнял бобра.

Макс и Микс взошли на корабль. Отсюда берег казался сплошь серым. Фуражки они вымазали в муке и теперь важно белели ими с корабля.

– Отдать швартовы, – скомандовал Макс.

Микс как будто всю жизнь был моряком, так быстро выполнял команды. Корабль был сделан отлично, он послушно плыл по волнам, которые с любопытством трогали корабль, как будто помогали ему плыть.

Глава 8. Поплыли, плыли, приплыли

Берег стал удаляться, и уже перестали слышаться шыминые голоса. Макс держал штурвал и гордо смотрел вперед. У него все получилось. Река с любопытством облизывала языками волн корабль, как будто хотела разобраться, что это такое неизвестное по ней плывет. Макс мысленно общался с рекой, улыбался ей. Мысли все были хвастливые и себяхвалебные. Самовосторг прервал голос Микса:

– Дай теперь я порулю!

– А ты сможешь? – строго спросил Макс.

– Ну ты же можешь! Что тут сложного? – Микс удивленно развел лапами.

– Когда я налаживал управление, ты не учился. Считал, что все просто. – Макс смотрел вдаль и слегка поворачивал штурвал.

– Я и сейчас так считаю. Что сложного? То направо повернул, то налево! Что тут уметь? Вот ты точно не умеешь. Нам надо плыть прямо, а ты плывешь как-то в сторону, – не отставал Микс.

– Ветер дует по левому борту, если я развернусь прямо, то встану поперек волны. Ветер нас опрокинет. Забыл, что советовал Хилли? – Макс спокойно посмотрел на брата.

– Ну дай порулить. Ты же говорил, что мы по очереди будем, – жалобно запросил Микс.

– Хорошо, вставай. Я пока отдохну. Сейчас погода спокойная, а вечером я тебя сменю.

Макс отдал штурвал Миксу. Не потому что его тронул жалостливый голосок брата. Просто он посчитал, что сейчас безопасно и можно спокойно доверить штурвал Миксу. Настроение у Макса было замечательное. Он перекусил мамиными плюшками, которые она собрала им в дорогу. Мамины всегда самые вкусные! Как давно он их не ел. Сколько труда надо для их приготовления. Сначала собрать зерна, отделить от колоска, перемолоть муку, замесить тесто, испечь. Он и зерно – то не отделяет от колоска, хранит целиком. А мама всегда ему говорит, что так оно занимает больше места. От сытых мыслей, о том, как он когда-нибудь послушает маму и станет хранить зерно правильно, и от легкой качки Макс уснул. Он спал с улыбкой, безмятежно.

Микс сначала держал штурвал, как ему велел Макс, но вскоре ему надоело. Стоишь и держишься за штурвал, это разве управлять кораблем?! Он попробовал немного крутануть вправо, аккуратно и медленно. Потом потихоньку влево. Корабль послушно поворачивал. Микс осмелел. Стал быстрее и проворнее крутить штурвал туда-сюда. Корабль стал заворачивать, а потом не только поворачивать, но и наклоняться. А при следующем повороте выравнивался и наклонялся в другую сторону.

Миксу это так нравилось, что он сочинил рулевую песню:

Вправо, влево,

У руля капитан!

Я могу покорить океан.

Волны мне нипочём.

Поплыву куда захочу.

Микс пел и не смотрел вперед, не следил за изменившейся погодой, не слышал ничего вокруг, поэтому не почувствовал как усилился ветер, и волны стали выше. Если бы он хоть чуток опустил задранный нос, то увидел бы впереди по курсу отмель. Но Микс так самозабвенно горланил песни, что не заметил, как из воды показалась трава. Явный признак того, что туда плыть не надо.

И вот с веселым припевом Микс резко повернул в очередной раз руль и корабль остановился с таким рывком, что Микса подкинуло вверх и огромная волна окатила, прижав его к палубе.

Макс проснулся оттого, что его швырнуло о стену каюты. Он вскочил и рванул на палубу. Корабль стоял накренясь на левый борт. Микс держался за руль. Так как их развернуло поперек волны, то новая волна перепрыгивала через борт и омывала Микса с головы до ног. Он боялся, что его смоет. Макс заглянул за борт и понял, что они сели на мель. Он забежал в трюм, там сухо, значит корабль не поврежден. Палубу заливало, так как корабль стоял под наклоном и волны были высокие. Но до каюты вода не доставала. Макс схватил брата, пытаясь отодрать его от руля. Но тот вцепился мертвой хваткой и кричал:

– Мы погибнем!!!

– Отцепись и быстро в каюту! – Макс, что было силы дернул брата, и они кубарем покатились в сторону. И как раз очередная волна накрыла пустой штурвал и откатила назад с явным недовольством.

Макс и Микс забежали в каюту. Надо было быстро сообразить, что делать дальше.

– Мы сидим на мели. Но трюм сухой. Пробоины нет. Волны слишком большие, и пока мы не сможем сдвинуть корабль. Уже вечереет. Лучше переждать, когда волны утихнут. Но надо опустить парус, закрепить штурвал, чтоб его не болтало, и включить насос. Прицепимся веревками к каюте, чтоб не смыло. Пошли.

Они все делали дружно, быстро и слаженно, казалось они мысленно передавали друг другу сигналы. Волны, как будто испугались их серьезного вида, накатывали только тогда, когда шымята уходили с того места, где дела уже были закончены. Волны словно дразнили, высовывали длинные языки и говорили: «Бур, бур бури!», – но не нападали и не заставали врасплох.

Шымята вернулись в каюту мокрые и усталые. Слышно было, как насос ритмично откачивал воду на палубе и, как будто чувствуя свою важность, издавал звуки чванные и четкие.

– Ложись спать, Микс. Сейчас моя вахта. Надо следить за насосом. Да и мало ли что.

Микс не произнес ни слова, свернулся комочком и послушно попытался заснуть. Он был рад, что брат ни о чем не спрашивает. Что он мог рассказать(((. Первый раз он молчал с удовольствием.

Глава 9. Берег. Хоть и не тот

Утром Микс проснулся от стука. Сначала он сладко потянулся и хотел полениться и понежиться, но, вспомнив, что произошло, сразу вскочил и побежал на палубу.

– Доброе утро, Микс. Уже проснулся? Рано ты. Давай помогай, я решил пометить эту мель. Её трудно заметить с корабля особенно при вчерашних волнах. Я сделал поплавок из бутыля из-под воды и прикрепил к нему камень. Представляешь, он был в метре от корабля! Если бы на него наткнулись, точно была бы пробоина. Повезло. Давай сбросим вместе.

Братья взялись за камень и кинули его за борт. Тот пошел ко дну, натянул веревку, а бутыль, как поплавок, остался плавать на воде.

– Да, нам повезло, – продолжил Макс. – Если бы мы не сели на мель, то неизвестно, чтобы с нами стало. Волны вчера надуло огромные, хорошо насос справился. Если бы мы плыли, нас может быть и перевернуло. А так переждали бурю. Теперь надо придумать, как сняться с мели.

У Микса челюсть отвисала все больше при каждом слове. Макс такой довольный и счастливый. И все оказывается хорошо? А он думал ему сегодня зададут шымотрепку. Может и не рассказывать, как он беспечно распевал песенки и прошымарил большие волны и мель? Ведь он мог успеть все заметить и предупредить брата. Тогда они бы смогли что-то придумать.

– Ты что такой мрачный? Перепугался вчера?

И Микс не смог молчать. Ему было и стыдно, и обидно. И самое главное понятно даже без чьих-либо наставлений, что его вчерашняя беспечность могла привести к настоящей беде.

– Макс, я вчера так увлекся! Я крутил штурвалом туда-сюда, совсем не смотрел по сторонам. Даже не заметил, какие стали волны. Если бы я вел себя по-шыминому, то мы бы не сели на мель! Надо было быть внимательным! Вовремя разбудить тебя. Надо было…

– Да слышал я сквозь сон, как ты горланил свои песенки. И чувствовал, что ты рулем туда-сюда вилял. Но думал, пусть. Немного побалуешься и почувствуешь свободу. Никто не мог предсказать, что ветер так резко измениться и нагонит так быстро волны. Да и мели мы не знаем, никто до нас не плавал. Теперь мы отметили эту мель, и никто на нее не нарвется. А мы наберемся опыта, будем знать, что на воде всегда надо быть начеку.

Микс от таких слов бросился обнимать брата. Макс обалдел от такого порыва. Он не любил шыминых нежностей и хотел оказать сопротивление. Но тут что-то стукнуло о борт и их тряхнуло так, что они сами расцепились.

Глава 10. Оно вовремя

– Бревно?! Это оно вовремя к нам приплыло))), – радостно закричал Макс, – Мы снова плывем!!!))).

Сначала им, конечно, было не до смеха. Тряхнуло хорошенько и не сразу было понятно почему. Вскочив на ноги, братья побежали смотреть. И когда они поняли, что бревно врезалось в них и сняло корабль с мели – вот было радости!

– Скорей ставь парус, надо оторваться от этого бревна.

Макс встал к штурвалу и стал отдавать команды. Микс четко все выполнял. Он не просто понял, что надо слушать брата и управлять кораблем без баловства, но и почувствовал это на своей шыминой шкуре. А опыт – это самое лучшее воспитание.

Река была спокойная, ветер с легкостью наполнил паруса. Берег был не так далеко от них. Просто в темноте его не было видно. Сейчас шымы увидели, что при такой погоде они домчатся быстро.

Солнце грело самые макушки, а тень от мачты стала очень короткой. Скажем честно, больше всего Микса сейчас волновал обед. Ему хотелось доплыть поскорее, и вроде оставалось немного, а никак недоплывалось. И непонятны намерения брата! Он хочет доплыть и пообедать на берегу? Или он не чувствует голод? Мало ли что там. Может какие-то опасности, и им будет не до еды.

«Лучше здесь спокойно поесть, а потом и на берег сойти и на сытый желудок начать его исследовать. Ведь так? Ну конечно! Все мамины пирожки съели, хоть бы один остался. Остальные все припасы в сундуке, а он заперт. А зачем кстати сундук заперт?» – так, сам с собой ведя беседы, он набирался голоду и смелости, что было необходимо для разговора с братом. Микс со своим матросским послушанием, приобрел робость, что ему самому было удивительно. Но детям голод придает особую смелость. Хочу есть – это главный закон, с которым должны считаться беспрекословно все взрослые.

– Макс, а почему наш сундук с едой закрыт? У нас нет посторонних, от кого же прятать еду?

– Сундук я закрыл, на тот случай, если он окажется в воде, чтобы из него ничего не выпало. Я его сделал деревянным и хорошо законопатил щели. Представь, мы бы вчера оказались в воде, но спаслись и сундук с едой с собой прихватили. Ты бы захотел есть, а тут все как раз в сохранности.

– Как бы я его открыл в этих твоих “представь”?! И вообще, а если я сейчас есть хочу?

– Ну вон же берег, сейчас сойдем и пообедаем.

– А вдруг мы не сможем там пообедать. Мало ли что там на берегу!

– Хорошо, на тебе ключ, перекуси и закрой сундук. Я поем на берегу.

Миксу два раз повторять такие радостные вещи не надо.

Ключ. Каюта. Сундук. Еда.

Микс встал на краешек сундука и стал рыться в содержимом. Открыл первый кулек.

– Мука. Зачем ее класть сверху? Сверху надо что-нибудь перекусно-вкусное!!!

Микс трепеща от нетерпения, стал шариться дальше. И нашел сыр!

– О, то что надо!

И только он хотел запустить свои зубы, с намерением доказать голоду, что он не вечен, как послышался удивительно тревожно-восторженный голос Макса.

– Микс! Скорей сюда! Смотри!

Микс от неожиданности не удержался на краешке сундука и свалился, да прямо в муку. Он вскочил и бегом к брату. Понятно же – начинается что-то очень важное и, главное, интересное. А интерес, как известно, откладывает голод на неопределенное время.

– Смотри, кто-то бегает по берегу и машет нам. Не пойму, что за зверь, Он абсолютно… И ты….

– Белый! – закричали одновременно Макс и Микс.

Глава 11. Белый навсегда и не навсегда.

– Он белый! – закричал Микс.

– Ты белый! – закричал Макс.

– Я белый? – удивился Микс, посмотрел на себя и засмеялся. – Да я просто упал в муку.

– А что он там кричит? Он тоже упал в муку? А! – опомнился Микс. – Фуражку!!!

– Бинокль! – одновременно закричал Макс.

Оба рванули с места и ударились друг об друга, а затем развернулись и разбежались в разные стороны. Через минуту оба стояли в фуражках, и Макс важно рассматривал берег в бинокль.

– Еще не слышно, что он кричит, но по губам можно попробовать разобраться… Кажется … По-мо-гите. Он кричит: помогите!

Микс и Макс заволновались, но ускорить приближение к берегу они не могли. От этого нетерпение возросло. И вот начался доноситься голос белого шыминоподобного зверька. Ведь пока с уверенностью братья не могли сказать, что это точно шым. Все похоже: уши, нос и хвост, но таких шымей они не видели никогда. Макс решил, что раз они слышат, то может и их будет уже слышно.

– Что случило-о-ось? – громко и протяжно закричал Макс.

– Помогите… Джерри… Там, он застрял! – четко слышно было с берега.

Макс присмотрел удачно упавшее в реку дерево. Он искусно подплыл к нему, как будто для него это было просто и легко, и он всегда так делал. Микс спрыгнул на дерево, поймал канат от Макса и мастерски привязал его к дереву. Несомненно, со стороны они выглядели, как заправские опытные моряки.

– Приветствую! Меня зовут Макс! Я капитан корабля, а это мой юнга Микс, – важно представился Макс, когда они сошли на берег.

– Меня зовут Фреед. Помогите, я один не справлюсь. Такая удача, что вы приплыли. Джерри! Пойдемте, я расскажу всё по дороге, – частил Фреед. Он был очень взволнован.

– Вчера Джерри заснул в бамбуковой роще. Бамбук так быстро растет, что за ночь вырастает в непроходимую чащу. Вечером это маленькая травинка, и потом вдруг уже целое дерево. Он кричит, там внутри. А я его даже не вижу. Бамбук стоит стеной. Что там с ним, я даже не знаю. Такое в первый раз, раньше между стволами было расстояние, а теперь даже щелочки нет.

Все это время они поднимались на берег, который был достаточно крутым, и как только поднялись, то уперлись в высоченную зеленую стену. Макс и Микс открыли рот от удивления. Макс подошел и постучал по стволу. Раздался красивый глухой гул.

– Он внутри пустой? – спросил Макс.

– Да пустой. – и Фреед тоже стукнул по стволу.

И в ответ где-то послышался стук, как будто кто-то стучал в ответ.

– Это Джерри! Звук оттуда.

Шымы побежали на глухой стук, который раздавался совсем недалеко.

– Это где-то здесь!

Фреед стукнул три раза по стволу, а в ответ тоже послышался троекратный радостный стук.

– Он здесь! Но как к нему пробраться?

– Надо выпиливать проход. У тебя есть инструменты? – спросил Макс.

– У меня нет инструментов. Но если порыться дома, то, может, найдем что-нибудь полезное. Это здесь рядом.

Фреед отгрыз растущий небольшой бамбук и закричал в него как в рупор:

– Джерри, мы вернемся, мы скоро выручим тебя!

Зубами Фреед сделал метки на бамбуке, чтоб было понятно, куда возвращаться.

Дом Фрееда вызвал ещё одно удивление у Макса и Микса. Это была свалка сломанных вещей, которые висели на стенах, потолке и кучами лежали на полу. Даже у Макса столько не было. Макс почувствовал родственную душу.

– Я собираю ненужные никому вещи – у меня такое увлечение. Если у кого-то что-то сломалось или просто стало ненужным, то я тащу все к себе. Рассматриваю, разбираю, собираю. Даже не знаю для чего нужны некоторые вещи и я придумываю им назначение.

– Да, здесь чего только нет! Может мы и найдем что-то подходящее.

Они начали искать, рыться в куче железяк и непонятных устройств. И тут Микс закричал:

– Зернорубка!

– Что ты кричишь, Микс?

Макс взял зернорубку, покрутил ручку и сказал:

– Можно вкручивать в бамбук, только отверстия получатся маленькие.

– Тогда надо на кончик прикрепить что-то широкое, из какого-нибудь куска железа, здесь их полно. А, вот смотри – вентилятор. Лопасти из металла, давай его прикрепим.

– Назовем бамбукорубка, – гордо предложил Микс.

– Ну ты и выдумщик! – засмеялся Макс.

Макс и Микс принялись за дело. Когда все было готово, Фреед с удивлением стал рассматривать устройство:

– Ну вы ребята даете! Мне в жизни такое бы не придумать! У меня есть тележка, давайте на ней отвезем, а то она тяжелая получилась.

Когда они вернулись в бамбуковую рощу к метке, то там стоял непрерывный стук. Джерри уже потерял терпение и думал, что за ним не вернутся.

– Джерри, сейчас мы тебя выручим, – закричал в рупор Фреед, – тут ребята такое придумали!

– Запускаю бамбукорубку. Отойдите на безопасное расстояние, а то полетят мелкие куски, могут попасть в глаза.

Он начал крутить ручку и попробовал сверлить на первом бамбуке. Он сам удивился, с какой легкостью прорезал первую дырку. Отверстие получалось таким большим, что в него с легкостью можно было пролезть.

Макс так просверлил около десяти стволов. И вдруг в отверстие появилась чья-то огромная улыбка с толстыми коричневыми щеками и большими ушами и усами. Макс сначала подумал, что это хомяк, но только крупный. Но мордочка была явно шыминая, только большая и коричневая.

– Привет! Я Джерри!

– Я Макс. Давай выбирайся, после поговорим.

Джерри попытался пролезть в отверстие. Для Макса дырки были как раз по его размеру. Немного тесно, но можно было пролезть. Но для Джерри эти дырки были узкие. Он с трудом в них просовывался. Макс с трудом выталкивал его в каждое отверстие.

Когда они вылезли из последнего отверстия, Джерри с облегчением сказал:

– Ну наконец я выбрался. Почему такие маленькие дырки? Хорошо, что я сегодня ничего не ел, а то не пролез бы.

– А ты не очень-то благодарный, – возмутился Микс, – мы тебя тут спасли, а ему не нравиться как.

– Спасибо, ребята, – вмешался Фреед, – вы отлично придумали! Я бы долго ломал голову, как пробиться сквозь бамбук. Пробовал грызть ствол, но он толстый. Один может бы я бы кое-как и одолел, но их много и непонятно в какую сторону надо выбираться. Я даже пытался на него вскарабкаться. Залезу и потом скатываюсь вниз. Это он от голода. Сидел один там взаперти, вот от шока никак не оправится. Пошлите скорее, надо устроить праздничный ужин в честь освобождения Джерри.

– Спасибо, вам, это я… я, просто я…я…я… – стал запинаться Джерри, которому, конечно, стало стыдно, что он проявил такую невежливость.

Но он не успел договорить, как послышался треск. Подул сильный ветер и подпиленный бамбук стал падать и прямо на наших друзей. С невероятной резвостью шымы рванули с места и успели убежать. Бумбук звонко свалился на берег и покатился вниз. Но самое страшное, что бамбук упал на трубу, из которой фонтаном рванула вода.

– Что это? – спросил Микс.

– Это городской водопровод, – закричал Фреед, – скорее, надо чинить его, а то город останется без воды. Надо заменить сломанную трубу.

Шымы схватили один из упавших стволов и стали прикреплять его на место сломанного. Хорошо, что он подошел по размеру, и починка прошла успешно.

Мокрые шымы сидели на упавших бамбуковых стволах. И вдруг Фреед удивленно сказал:

–Так ты не белый?

Глава 12. Помощь бывает неожиданная

И тут Микс вспомнил, что он до сих пор не кушал.

– Я тебе говорил, – возмущенно сказал он Максу, – надо было поесть на всякий случай. И вот до сих пор я ГОЛОДНЫЙ!!!

Микс так выразительно произнес «голодный», что у Макса тоже заурчало в животе.

Как хорошо, что Фреед жил близко. Четверо шымей бегом помчались к нему.

Утолив первый голод и немного придя в себя, они стали расспрашивать Джерри, что с ним случилось. Как он попал в такую ловушку?

– Раньше бамбук у нас на холме не было, а рос только там, в яме, где влажно. А то на берегу очень жарко. Мне хотелось побольше тени. Повесить гамак между стволами и смотреть на реку. Любое дерево росло бы долго, а бамбук растет со скоростью одного метра в сутки. Поэтому я решил, что посажу сам бамбук, раз он не хочет расти. Я купил семена в городе. Продавец сказал, что это какой-то особый вид, растет с большой скоростью. И вчера я целый день сажал, и так устал, что уснул. А когда проснулся, то вокруг уже выросли непроходимые заросли. Ночью был хороший дождь, вот и семена сразу проросли, наверное.

– Хороший?! Да ваш «хороший» дождь такую «хорошую» бурю устроил, что мы из-за нее чуть не утонули. Хорошо, что на реке вашего «хорошего» дождя не было, – вздохнув, сказал Микс

– А зачем ты так много посадил? – удивленно спросил Фреед. – Для гамака достаточно было двух бамбуков.

– А вдруг бы не выросли. Да и куда было оставшиеся семена девать, я же купил целый мешок.

– А вы плыли через реку? А на чем? – спросил Джерри.

– На корабле! – гордо сказал Макс.

– А где вы взяли корабль?

– Мы сами его построили.

Микс и Макс стали рассказывать про то, как они сделали корабль, и про шторм, который их чуть не утопил. Макс успел сказать только пару слов. Микс как-то незаметно перебил его и стал рассказывать с воодушевлением и небольшим приукрашиванием. В версии Микса – он все изобрел, все сделал, победил бурю, да и вообще был герой. Макс от таких подробностей путешествия, в котором он вообще-то тоже участвовал, открыл рот от удивления. Ему теперь казалось, что это совсем другая история, которая происходила не с ним. Что уж говорить про Фрееда и Джерри, они с замиранием сердца слушали Микса.

– Поэтому я и был белый, просто упал в муку. И совсем забыл про это, когда вы стали кричать о помощи, – наконец закончил свой рассказ Микс.

– Да, вы приехали вовремя. А долго ли вы собираетесь исследовать этот берег?

– Наша цель была протестировать корабль. Мы теперь знаем, что такое путешествие через реку возможно. Я думаю мы завтра вернемся, так как все волнуются за нас и не знают, что с ними случилось, – сказал Макс.

– И мы даже не поедем смотреть на город? – с тоской спросил Микс.

– Город здесь недалеко, пешком полдня, – сказал Фреед.

– Мы приплывем в следующий раз. Для первого путешествия мы узнали достаточно. Полдня туда, потом обратно, да там еще приключений найдем. Нет, мы поплывем домой. Теперь мы знаем, что можно путешествовать туда и обратно. Но прежде чем наладить постоянные рейсы, надо все тщательно продумать. Например, сделать причал. Хорошо, что нашлось подходящее дерево, без него было бы трудно подплыть к берегу.

– Отлично, мы сделаем причал. Когда вы приплывете снова, все будет готово.

– Ну, Макс, – завопил Микс. – Хоть одним глазком. Быстренько, туда и обратно.

Макс попробовал переубедить брата.

– Микс, подумай хорошенько. Когда мы уедем, Фреед и Джерри поедут в город и расскажут всем про наше путешествие. И когда мы приплывем в следующий раз, нас будет встречать на пристани весь город. Ты будешь стоять в фуражке на корабле и важно махать всем рукой.

У Микса в глазах так четко нарисовалась эта картина, что он от восторга раскрыл рот. В его мыслях он важно стоял у штурвала, а толпа ликовала на берегу, приветствуя его. Но вдруг он очнулся и спросил:

– А как они узнают, когда мы приплывем?

Да, Микса не так-то просто обшымарить, все-таки он сообразительный шымёнок.

Тут Макс задумался, стал ходить туда-сюда, почесывая за ухом. И его хвост тоже ходил туда-сюда как стрелки весов: как будто груз то положат, то сразу уберут.

– Можно как-то подать сигнал. Построить высокую башню и там разжечь огонь в день нашего отплытия.

– Да, но строительство башни – дело долгое, из-за этого ваше путешествие может отложиться на непонятный срок. Мы-то пристань быстро соорудим из бамбука.

– Да, время потребуется. А может просто приплывем на свой берег и повесим флаг, а в день отъезда его спустим?

– Огонь точно бы мы увидели на башне. А вот флаг для этого должен быть просто огромный.

– А если протянуть веревку? Мы привяжем ее к кораблю и перекинем через реку. Будем по ней передавать письма друг другу.

– Но где мы возьмем такую веревку? К тому же мы не знаем, какой она должна быть длины.

– Может тогда использовать бамбук, раз его столько наросло? Соединим стволы и как водопровод перекинем через реку.

– Возможно, со временем получится построить такой мост, но не так быстро.

И тут они услышали сзади тихий голос:

– Извините, что я вмешиваюсь.

Шымы оглянулись и с удивлением обнаружили, что в дверях стоит чайка.

– Извините, – стеснительно, перебирая лапами, как будто набираясь решимости, заговорила она. Для чаек стеснительность очень удивительна. Обычно они громкие и наглые. И от этого шымы совсем оторопели.

– Я давно слушаю ваш разговор, вернее, я давно наблюдаю за вами. Еще когда начали строить корабль. Никак не ожидала такой смелости от шымей. Меня зовут Люсси. Все путешествие я восхищалась, какие вы отчаянные. Мне было очень жаль, когда вы сели на мель, поэтому я подкинула вам бревно, надеюсь оно не очень повредило корабль. Я хотела помочь.

Макс вспомнил, как они обрадовались такой неожиданной помощи природы, а теперь оказывается, что это была не случайность. Тогда они были заняты и не поняли, что рядом кто-то был. Чайка – птица огромная, но не всегда замечаешь очевидное.

– О, вот это неожиданная новость. Спасибо огромное! Вы спасли нас! Мы бы застряли посреди реки надолго. Мы бы придумали как сойти с мели, но ваше вмешательство было так своевременно.

– Спасибо. – Люсси засмущалась и скромно продолжила: – Так вернемся к вашей беседе. Я бы могла предложить свою помощь. Я могу передавать сообщения. Мне очень просто перелетать с берега на берег. Я делаю это постоянно.

– Ура! – закричал Микс. – У нас будет связь! Мы будем передавать сообщения. А можно писать письма?

– Письма? – удивилась Люсси. – Надо подумать… Да, можно.

Вот так нашелся неожиданный помощник друзьям, а вернее помощница.

– Отлично. День был не из легких. Давайте ложиться отдыхать. Завтра отплываем обратно.

Глава 13. Возвращение

Утром все встали рано. Фреед собрал в дорогу припасы. Макс всю ночь думал про обещание бобру Хилли. Он с помощью Фрееда прикрепил к кораблю несколько бамбуковых стволов. Они хоть и легкие, но неизвестно, удастся ли с ними переплыть реку. Сомнения разрешила чайка, которая опять пришла на помощь, пообещав, что будет следить за бамбуковым плотом и поможет его отвязать в случае опасности. Микс наводил порядок на корабле, ведь после бури времени на уборку у них не было, и вещи валялись так, будто волны играли с ними в шымбол. К полудню все было готово. Макс и Микс стояли на палубе своего корабля, и хотя фуражки у них были уже не белые, но вид всё равно очень важный. Друзья договорились, что Фреед с Джерри начнут строить причал, а Макс и Микс придумают, как увеличить корабль, чтобы взять с собой ещё пару пассажиров.

Погода для путешествия по реке стояла отличная. Лучистое солнце, небольшие волны, легкий ветер, который быстро надул паруса – все радовало шымей. Корабль с легкостью отплыл от берега, как будто он тоже соскучился по дому и торопился успеть до темноты. Шымята очень быстро доплыли до мели и аккуратно её обогнули. Никаких происшествий больше не происходило, как будто река решила, что приключений для шымят было достаточно. Чайка летела над путешественниками, и это придавало уверенности. Река наполняла спокойствием и запахом свободы. Микс любовался красотой, он перебегал с одного борта на другой, то на нос корабля, то на корму, чтобы с разных сторон сравнить, как выглядят берега.

Родной берег был невысокий, виднелись поля и небольшие лесочки. Деревья росли у самой воды, среди камышей. А другой берег наоборот был очень высокий, поросший лесом до самой макушки, совсем не видно, что там за этими холмами.

– Я решил, что нашему берегу надо дать название Полевой, посмотри, сколько у нас полей и все тянутся далеко. Конечно, есть и леса, но они как защита для наших полей. А их берег назовем Лесной. Так не будет путаницы.

Макс, хоть и привык к чудачествам, которые постоянно исходили от Микса, но он вздрогнул, когда Микс начал рассуждать про названия берегов. Его мысли были уже очень далеко. Он делал расчеты, как разместить пассажиров, выдержит ли лодка, можно ли её увеличить или надо строить новый корабль.

– Да, пожалуй, для понимания нужны названия. Неудобно называть берега «наш – не наш» или «тот – этот». Действительно может выйти путаница.

Миксу было достаточно такого ответа. Он посчитал, что это практически похвала.

Уже стало темнеть. Течение относило лодку ниже по течению, и Макс понимал, что они причалят ниже того места, откуда отплывали. Микс встал за штурвал на свою вахту. Макс зажег корабельный фонарь и лег на палубе. Он хотел немного вздремнуть, но разве возможно заснуть с восхищенными глазами. Как их закрыть, когда перед тобой огромное качающееся звездное небо. На берегу звезды замершие и холодно наблюдают за тобой. А здесь они плавно двигаются и волнуются вместе с тобой. Река как будто усилила свечение каждой звезды. Они казались ярче, и их мерцание, как сигналы из далекого пространства, которые хочется прочитать. Ты чувствуешь, что тебе передают сообщение, нужно только понять язык звезд, и ты узнаешь что-то очень важное. Максу совсем не спалось, и он решил сменить Микса, тем более причаливать к берегу лучше ему самому. Он подошел и увидел умилительную картину. Микс сладко спал, повиснув на штурвале и плавно покачиваясь вправо-влево. Он осторожно снял брата и переложил спать в удобное место. «Всё-таки он еще шымёнок», – подумал Макс, вздохнул и встал за штурвал. Небо уже светилось предрассветной полосой. Шыминое солнце начинало задирать свой нос и с любопытством заглядывать, что тут произошло без него за ночь. Макс присмотрел бухточку для своего корабля, берег уже было хорошо видно.

«Никто и не знает, что мы приплыли. Все шымы сейчас видят свои серые сны, – подумал Макс, – не буду пока будить Микса, пусть спит до утра».

Корабельный якорь опустился на дно, Макс вышел на берег, и почувствовал его твердость. Первые шаги – всегда странное ощущение после долгого плавания. Ему показалась, что какая-то тень промелькнула на берегу.

– Макс, сынок, вернулся, с тобой всё в порядке?

– Мими?

От радости Макс бросился обнимать мими, хотя мы знаем, что он не любил шыминые нежности. Но в момент радости, объятия – это необдуманная нежность. Радость такая настоящая, что эмоции быстрее мысли.

– Как ты узнала, где мы причалим? – ну вот и пришла мысль, которая разрывает объятия, чтобы вернуть рациональность на свое законное место.

– Как вы уплыли, я так и сидела на берегу, смотрела, может вы покажитесь на своём корабле. А тут ночью на реке я увидела огонёк. Я сразу поняла, что ты зажег его для меня, чтобы я смогла найти вас.

– Конечно для тебя, мими. – Макс прижался к той, кто всегда чувствует его шымячью нежность и знает, но никогда не скажет, что он навсегда её малыш. Мысли больше не мешали Максу обниматься. Он дома.

Часть 3. Паромакс

Глава 1. Шыминая очередь

Корабль причалил достаточно далеко от дома, поэтому идти пришлось долго. Микс и Макс вернулись с корабля домой рано утром. Когда Пительгеза высунуло свой нос из-за горизонта, хвосты шымят только скрылись в норке. Усталые Микс и Макс завалились спать в своей норе.

Мама пошла к себе домой и по дороге встретила Втори. Этот любопытный шымёнок, каждый день вставал с первыми лучами солнца и бежал на берег. Он первым хотел встретить корабль. Ему было важно узнавать новости первым, а уж другие пусть все узнают уже от него.

– Вернулись!!! – закричал Втори, когда увидел мими Пилая.

Вы же помните, что шымы любят все, что нравиться начинать со слога Пи. У нас имя мими Пилая звучало как Милая.

Мими даже ничего не успела сказать, как Втори помчался в деревню с новостью. Он стучал в каждый дом, кричал «Вернулись!!!» и переполошил всех шымей. Когда шымы стали вылезать из своих домов, он рванул на реку искать корабль.

То расстояние от корабля, которое казалась уставшим Миксу и Максу огромным, для Втори пролетело под его ногами незаметно. Втори остолбенел, когда он увидел. КОРАБЛЬ. Он удивленно рассматривал его.

Корабль казался ему огромным.

Корабль казался ему живым.

Корабль казался ему чудом.

Паруса были и спущены, но ветер колыхал их, создавая музыку корабля и отбивая волнительный ритм. Якорь торчал в песке. Штурвал величественно возвышался. И казалось, что его еще никто не крутил никогда до тебя. И надо обязательно сделать резкий рывок, чтобы запустить его в движение.

Втори вскочил на корабль. Подбежал к мачте, стал дергать канаты. Забрался по веревочной лестнице до фонаря. Схватил бинокль, посмотрел в него на берег и увидел, как толпа шымей бежит к кораблю. Втори понял, что у него мало времени. Он забежал в каюту. Там был компас. Мгновение он заворожено смотрел на него, потом схватил и сунул в карман. Потом побежал к штурвалу, крутанул его вправо и влево. Огляделся вокруг и облегченно вздохнул. Успел.

Втори спокойно встал в позе капитана или даже адмирала, крепко держась за штурвал. Ему хотелось просто подержаться, пока есть еще немного времени. Стал слышен шум приближающейся толпы. Втори важно встал на трапе. Как только толпа приблизилась к кораблю, Втори сделал останавливающий жест рукой и громко закричал:

– Все стоп!!! Куда бежим! Собрались всей толпой на корабль? Зачем? чтобы потопить его?!

Шымы остолбенели, но любопытство толкает смелость вперед.

– А что это ты командуешь? Сам посмотрел, а нам?!

И толпа шымей шагнула вперед.

– Стоять! На корабле все не поместятся! Заходить по группам! Выстроились в очередь!

Шымы остановились, посмотрели друг на друга, и стали выстраиваться в очередь.

Втори с компасом в руках важно стоял у трапа и пропускал по трое на корабль.

– Один в каюту, второй к штурвалу, третий к мачте, потом меняться. Канаты не дергать, штурвал не крутить.

Втори торжествовал в душе. Все его слушались. Когда он еще будет таким важным?

Микс и Макс тем временем проснулись. Время уже было к полудню, когда солнце повернуло свой нос на другую половину дня. Мама принесла на обед своих вкусных пирожков и оставила их на столе. Микс и Макс спокойно поели и решили отправиться на корабль. Надо было забрать там все свои вещи и оставшуюся еду. Макс взял тачку, а Микс рюкзак.

Когда они спустились с пригорка, то увидели вдалеке серую толпящуюся очередь.

Микс и Макс удивленно пошли вдоль очереди к кораблю. Вдруг дорогу им перегородил огромный серый шым.

– А ну, в конец очереди!

– Нам не надо в очередь. Мы идем на корабль. – Макс попытался обойти стороной, но ему громила стал напирать на него.

– Здесь все на корабль, – угрожающий сказал шым.

Тут откуда ни возьмись возник шустрый пухлый шым.

– Успокойся Билли. Меня зовут Джонни, мы сейчас разберемся, – слащаво пропищал он. – Ребята, если вы хотите без очереди, то это стоит писыр.

– У нас нет писыра. И в очереди мы стоять не собираемся! Мы идем на свой корабль! Что здесь происходит? Я – Макс! Я построил этот корабль! И не собираюсь стоять в очереди! Джонни попятился назад и исчез в толпе. Билли растерянно улыбнулся большой шыминой улыбкой. Макс пошел вперед и плечом толкнул, как бы невзначай, громилу Билли.

Когда Микс и Макс пробрались через толпу к своему кораблю, то увидели Втори, уверенно командующего с компасом в руке:

– Следующие трое проходи, не задерживай.

Теперь Макс рассвирепел!

– Это кто разрешил входить на мой корабль?! Кто разрешил брать мой компас?! Втори! Ты что здесь устроил!

– Да я спасаю твой корабль. Если бы не я, толпа разнесла его в щепки или потопила!!! Ты должен благодарить меня, за то я сдерживаю пыл любопытных шымей, как могу.

Макс немного обмяк. Он конечно не мог не отдать должное смекалки Втори. Сам он и не подумал, что нельзя оставлять корабль без присмотра. Он посмотрел на всех и понял, что пока каждый шым не зайдет на корабль, никто не уйдет.

Макс обратился ко всем шымам:

– Извините, перерыв! Нам надо забрать свои вещи. После этого можно будет опять заходить на корабль. Втори назначаю старшим. Корабль открыт до вечера. Ночью запрещено посещать корабль. Так же запрещаю крутить штурвал, дергать за канаты и лазить по веревочной лестнице.

– А можно, я останусь ночевать на корабле? – спросил Втори. – Ведь здесь нужен сторож!

С мольбой он посмотрел на Макса. Подумав две шыминых минут, Макс согласился.

Макс и Микс погрузили необходимые вещи в тележку и рюкзак. Что не могли унести, заперли в сундуке. Втори с тоскою отдал компас и бинокль, теперь его вид был не такой важный. Глаза опустились, плечи поникли, рот вывернулся в грустный смайлик. Максу стало жалко его, и он одел на него свою фуражку. Втори сразу повеселел, с гордостью встал на свое прежнее место и опять начал руководить шыминой очередью.

Глава 2. Спасибо Макс!

Макс ворчал всю дорогу домой. Во-первых, надо было везти тяжелую тачку в горку, а она весила двадцать шымокилограмм, не меньше. Во-вторых, он был возмущен тем, что творилось на корабле. В-третьих, он просто устал и не выспался, а это самое главное. Микс весело бежал рядом. Он как раз и выспался, и все что произошло на корабле, и воспринималось, как новое приключение. А в горку ему было легко вбегать, ведь он нес легкий рюкзак. Вот так бывает, происходит одно и то же событие в одном и том же месте, а все зависит от того как ты выспался и от легкости твоей ноши.

Красный рюкзак Микс делал легким его настроение. Он сшил его себе сам. Красный материал – чтобы было легко найти в траве. Обычно шымы любят все серое, чтобы спрятать и быть незаметными. Микс, наоборот, хотел выделяться. Рюкзак был очень практичный, в нем было десять карманов и десять отделов. Он весь состоял из одних карманов. Каждая вещь была в своем отдельном кармане. Стоит отметить, что только Микс мог разобраться, где что лежит. Он считал каждую вещь важной. У него с собой всегда были консервы – вдруг неожиданный поход и надо перекусить. Один карман для самых красивых камней. Перочинный ножик, спички, лупа, гвоздь (ну и что, что погнут, пригодится), бутылка с водой, осколок зеркала, мыльные пузыри, мелки, гаечный ключ, ключ от неизвестно замка (а вдруг он найдет сокровища с сундуком, а ключ подойдет), носовой платок (мими положила), болтик с винтиком и гаечкой, кусок железяки, веревка и много вещей неизвестно как называющихся. Микс с корабля в рюкзак положил только компас, поэтому не особо почувствовал тяжесть.

Так, один припеваючи, другой ворча, пришли домой. А дома их ждала мими.

– Где вы были? Я давно уже жду? – любая мамы задают такой вопрос не для получения ответа, а для того, чтобы все поняли и почувствовали «что мама волновалась». А еще самое важное к исполнению начинается с безответных вопросов.

Не дожидаясь ответа, мама продолжила:

– Завтра оденьтесь чисто и парадно. Утром будет чествование вашего плавания. Соберутся все шымы, будете рассказывать про плавание.

– А что такое чесосавание? – спросил Микс.

– Чествование, это торжественная благодарность. Вам вручат медаль за смелость.

– Нам не нужна медаль, – сурово сказал Макс. – Нас кто-нибудь спросил, хотим ли мы торжеств. Мы просто сплавали на тот берег. Я не пойду, не люблю толпу. Мне сегодня хватило.

– Макс, ну давай сходим, медаль она же блестящая, ее можно носить, – запищал Микс. – А нам одну медаль или каждому?

– Еще как пойдете! Такое событие без вас не пройдет. Вы кого спрашивали, когда отправлялись путешествовать? Вот и шымы не собираются вас спрашивать, награждать или нет! Так что завтра придете при параде, а вечером семейный праздничный ужин!!!

Макс обречено вздохнул.

– Ваш корабль теперь будет памятник и музей, так решили все шымы.

Тут Макс взорвался!!!

– Как они могли такое решить?! Мы сами его построили. Пускай себе свой строят! Корабль наш! Как шымы могут им распоряжаться!!! Ни за что его не отдам!!! Мы вообще-то еще хотим на нем плавать.

– Еще? – удивилась мими. – Зачем? Куда? Одного раза было недостаточно?

– Нет, недостаточно! Мы хотим наладить постоянные путешествия. Мы хотим доработать корабль для пассажиров. Чтобы можно было и другим плавать. Все кто хочет, может посмотреть на Лесной берег, а наши соседи приедут посмотреть на наш берег.

– Кто к нам приедет? Да ты с ума сошел. Зачем нам нужны эти гости. Пусть живут у себя на берегу и нос к нам не суют! Спасибо тебе, сынок, что подвергаешь нас стольким опасностям, которые придут к нам с другого берега!

Макс не ожидал, что кто-то может быть против. А если его мими испугана, то сколько шымей думают так же? И он только сейчас понял, что не так просто будет организовать новое путешествие. Завтра надо идти обязательно для того, чтобы объяснить шымам, что нет опасности, а наоборот много пользы, новых возможностей и интересных открытий.

Глава 3. Серая толпа

Макс всю ночь сочинял речь для завтрашнего дня. А Микс спокойно спал, и во сне ему снился новый большой корабль с трубой и дымом. Он плыл с большой скоростью. Там была огромная палуба. На ней было много шымей. Все веселились. Играл оркестр. Кто-то обедал, кто-то прогуливался по палубе, кто-то танцевал.

С раннего утра Микс и Макс отправились к реке. У корабля уже толпились шымы. Втори стоял у трапа, с видом шыма выполняющего важную миссию. И тут Макса озарила мысль, как неугомонную энергию вездесущего носа Втори повернуть в свою пользу.

– Втори, есть важный разговор, пошли на корабль.

Макс удивился своему ощущению, когда вошел на свой корабль. Он был как чужой, как будто Макс не был здесь целую вечность.

– Послушай, Втори, ты знаешь всех и конечно слышал, что думают шымы про наше путешествие?

– Да разное думают… Но уже столько небылиц напридумали. Что на том берегу живут громадные шымы, они наступят и раздавят нас как насекомых. Кто—то говорит, что там банда хулиганов, и они разорят наши поля. Да я вчера много тут наслушался разговоров в очереди. Им было скучно и начали тут истории сочинять, а вдруг…, а может быть…

– А кто придумывал истории?

– Да Джонни веселил толпу. Вон он на берегу что-то вынюхивает. Тот еще тип. Все думает, как кого обшымарить.

– Позови его сюда.

Втори помчался за Джонни.

– Сейчас я задам ему шымотрепку, – расхрабрился Микс.

– Не надо, Микс. Мы попробуем его заинтересовать.

Джонни вразвалочку поднялся на корабль.

– Приветствую храброго и отважного капитана Макса и его брата Микса. Извеняюсь за вчерашнюю неувязочку. Ошибочка вышла. Эта толпа шымей, сложно ее держать в порядке. Кто-нибудь норовит быть первым в обход других.

– А кто-то находит выгоду, там где ее не видят другие, – заулыбался Макс.

Джонни расплылся в коварной улыбке.

– Я бы хотел, чтобы вы увидели выгоду и в дальнейших путешествиях.. Посмотрите за борт, что мы привезли. Это уникальное растение бамбук. Он растет очень быстро, внутри полый, ствол очень крепкий. На том берегу мы видели, как из него построен водопровод. Из реки вода поступает в город. Это огромные возможности – изучить опыт других и применить его у себя.

У Джонни загорелись глаза. Он облизал свои усы, и всем видом показал свою заинтересованность. Микс свирепел и хотел схватить его за его усы. Макс строго посмотрел на него, и Микс от досада полез по канатам на мачту. Макс чувствовал, что Джонни может помочь ему благодаря своей расчетливости и продолжил.

– Вы вчера для увеселения, рассказывали истории, которые напугали многих.Теперь дальнейшее плавание, стоит под угрозой. Надо убедить шымей, что плавать безопасно.

– Я понял, Макс. Я скажу своим ребятам, какие истории им рассказывать в серой толпе, чтобы все захотели дальнейшего плавания. Но за мою помощь я попрошу Вас построить грузовой корабль для перевозки бамбука. Я заплачу Вам за его строительство столькими головками сыра, сколько поместиться на это корабль.

Тем временем Микс схватил корабельный фонарь, который висел на кончике мачты, и бросил его в Джонни. Хорошо Макс вовремя увидел и оттолкнул его, и фонарь угодил на хвост Джонни. Тот отчаянно подпрыгнул, завизжал от боли и побежал с корабля.

– Ой, извините, я случайно, – смеялся наверху Микс.

– Я прощаю случайность, но не забуду ее. Капитан Макс мы договорились?

– Да, – ответил Макс.

Потом он развернулся и строго посмотрел на Микса.

– А ну, слезай! У нас и так много проблем, еще ты мне добавляешь новых.

– Надо было проучить этого зазнайку. С таким прохвостом никаких дел не хочется иметь.

– Да, он тот еще типчик. Мы все равно будем строить корабль и все будем делать как нам удобно.

Собралось уже толпа шымей, и берег весь посерел. Макс не торопился начинать торжества, он пока убирался на корабле. Надо было дать Джонни время, чтобы он успел нарассказывать свои истории.

Глава 4. Шыминый оратор

Мими Пилая и пипи Хибри пробрались через толпу. Они были очень нарядно одеты, и шымы приветственно кланялись им. Самые уважаемые шымы стояли около корабля. Даже шыминая полиция появилась на берегу. Такое количество шымей очень редко собиралось в одном месте.

– Здравствуй, сынок, – поприветствовал Макса пипи, – я сначала скажу небольшую благодарственную речь, потом выступит наш старейший мудрый Парпи. Он вручит тебе медаль. Ну, пошли. Столько шымей собралось, уже все заждались.

Корабль сегодня превратился в трибуну. Микс, Макс, мими и пипи подошли к краю борта корабля. И как только шымы увидели их, все сталь хлопать, кричать и кидать цветы: «Смотрите, вот Макс – капитан!».

Пипи поднял руку, чтобы все притихли и начал торжественную речь:

– Спасибо всем, кто пришел посмотреть на корабль, который смог переплыть реку. Уважаемый Парпи, прошу подняться к нам на корабль. Для шымей сегодня важное событие. Шымы ещё раз доказали, что они смелы и отважны, и могут преодолевать любые препятствия.

Парпи поднялся на корабль, он шел медленно. Это был самый старый шым на полевых просторах. Поговаривали, что ему 180 шыминых лет. Но точно никто не знал. Его уважали за мудрость, и по всем сложным шыминым вопросам всегда обращались к нему. Это был единственный серый шым с бородой.

– Уважаемые собратья, – медленно начал свою речь Парпи. – Мы, шымы, спокойные жители. Но любопытство и проворность присуща и нам. Если бы все шымы не высовывали нос из своих нор, то эта планета не стала бы шыминой. Сегодня мы все восхищены нашим собратьями Миксом и Максом, которые отважились на путешествие через реку. И самое важное – они придумали средство передвижения по воде. Подойди Макс, я хочу вручить тебе медаль «За Отвагу и Храбрость» и всем шымам поставить тебя в пример. Также, я хотел бы поблагодарить твоих родителей, которые были примером для тебя. Твой пипи Хибри заслужил свое имя, имя храбреца, и теперь и ты стал таким же. Миксу, столь юному шымёнку, мы тоже вручаем медаль, в его возрасте особенно важно быть смелым.

Микс и Макс подошли к Парпи, и он надел на них медали. Макс очень волновался. Он делал корабль не для своей славы, а для интереса. И никак не ожидал получить за это медаль. Микс улыбался во все зубы, он уже представлял, как будет важно ходить с медалью и всем хвастаться.

– Спасибо, – начал свою речь Макс, взволнованным голосом, – мы с моим братом Миксом, создали это корабль, чтобы узнать, что находиться на том берегу. Нашу реку Тун не случайно называют в шутку Волнушкой. Высокие волны и ее неспокойное течение, мы почувствовали на себе. Наш корабль выдержал испытания. И показал, что нужно еще сделать, чтобы плавание было безопасным. На том берегу живут другие шымы. Там есть город, до которого мы не стали идти, так как первое путешествие проводили только для испытания корабля. На том берегу мы повстречали двух шымей, которые внешне немного отличаются от нас. Мы с ними подружились. Они такие же как мы, только другого цвета. Один коричневый, а другой белый.

Шымы молча переглянулись то ли с волнением, то ли с испугом. Макс продолжал:

– Сам берег отличается от нашего. Он высокий, с крутым обрывом и на нем много лесов. Мы привезли удивительное дерево бамбук. Нам про него рассказывал бобер Хилли. Оно вырастает очень быстро, за один день на полтора метра.

Макс показал небольшой кусок необычного дерева, крутя и рассматривая его:

– Внутри оно пустое. Из него сделан водопровод, который доставляет воду из реки в город. А мы не строим города и не можем селиться далеко от реки. У многих весной норы может затопляет паводок. Поэтому пример наших соседей стоит изучить и подумать, возможно нам это пригодится. Мой корабль вмещает только команду и двух пассажиров. Он хороший, но небольшой. Я считаю, что необходимо наладить регулярные путешествия между нашим Полевым и соседним Лесным берегом. Но для этого нужен другой корабль, побольше. Путешествия станут безопасными и полезными для нас!

Макс говорил спокойно, ровно. Шымы слушали его внимательно, лишь иногда в толпе пробегал шепоток, а на лицах появлялось удивление и немного страха. Макс почувствовал, что надо что-то добавить еще. Но ему было сложно понять, что именно. Он впервые стоял перед такой толпой. Он мог придумать все что угодно, но выступать с речью он не умел.

И тут неожиданно Макс услышал звонкий голос Микса.

– Шымы! Мы достигли того берега, Ура!

Все в ответ крикнули: Урааа!

– Мы, шымы, теперь можем жить лучше! Не надо таскать ведра, проложил трубу и течет она сама по себе. Кто хочет жить лучше? Все?!

– Все! – крикнули в ответ шымы.

– Представляете, сколько свободного времени теперь у нас будет, не надо таскать воду из реки!

– Да! – подтвердили хором шымы!

– И можно теперь в свободное время путешествовать!

– Ура!

– Вместе мы создадим самый лучший корабль!

– Да!

– Полевые шымы самые дружные!

– Да!

Макса переполняло чувство гордости за брата. Вот кто настоящий оратор.

– А как называется корабль? – кто-то выкрикнул из толпы.

– Парус Микса! Ведь это я, Микс, придумал из чего сделать парус!

А теперь и Микс чувствовал за себя гордость!

Глава 5. Подобралась команда

Шымы устроили веселье. Всю ночь шумели на берегу: пели песни, танцевали. Пир был славный. Съели 38 головок сыра! Все обещали помогать Максу в строительстве нового корабля.

Утром Макс проснулся в отличном настроении. Он уже мысленно нарисовал чертеж будущего корабля. Столько шымей обещали прийти. Большой корабль один не построишь. Здесь нужно много помощников.

Но утром пришел только один шымёнок Мэрпи. Это был самый честный шымёнок – выполнял всё, что обещал. Но у него была ещё одна слава. За что он не брался – все ломал.

– А ты, что, с нами собрался строить? – с издевкой спросил Микс.

– Да, я очень хочу научиться строить корабли.

– А что, ты против? – спросил строго Макс.

– Да он ничего не умеет. Все ломает. С ним проблем не оберешься! – Микс важно сложил руки на груди.

Макс в ответ тоже сложил руки на груди, да еще и начал стучать хостом.

– Посмотри, какой умелец. Если бы я тебя не учил, что бы ты умел? А его просто учить было некому. Нам нужна любая помощь!

– Да, я буду стараться! – умоляюще пропищал Мэрпи.

– Хорошо! Я верю в тебя. Но чтоб без опозданий, каждое утро, как солнце высовывает свой нос, чтоб ты был здесь.

– Привет, дружище! – к ним подошли бобер Хилли и хомяк.

– Это мой друг Милли. Мы вчера смотрели, как шыминая деревня праздновала ваше прибытие.

– Хилли привет, я сегодня собирался к тебе. Я привез тебе бамбук, как ты просил. Хотя это было непросто.

– Я слышал, ты собираешься построить большой корабль? – с явным интересом спросил Хилли.

– Да, мы познакомились на том берегу с другими шымами, они тоже хотят к нам в гости. А чтобы перевозить пассажиров, нужен большой и безопасный корабль. Мне понадобится твоя помощь, Хилли.

– Я так и подумал. Милли тоже хочет поучаствовать.

– Отличная у нас получается команда. Есть еще Джонни. Вчера он тоже рвался строить корабль.

– Этот прохвост! – засмеялся Хилли, – я слышал, что он решил со своими ребятами сделать свой корабль. Они думают, что это очень просто.

– Оно и к лучшему, – обрадовался Макс, – мне он неприятен. Не представляю, как бы я с ним вместе работал. Пусть строят, – Макс махнул рукой, – а нам надо много чего обсудить.

Вся дружная команда вошла в дом Макса. Хилии, Милли и Мэрпи с удивлением стали рассматривать мастерскую Макса. С виду там был порядок, но на бесконечном количестве полок и крючков столько всего лежало и висело, что за 100 шымолет не разберешься. Когда Макс делал свою нору и переносил все «железяки», как их называла мими, то он серьезно подошел к порядку в своей мастерской. Рядом с маленькой жилой норой он вырыл большую просторную мастерскую, правда, зимой в ней было прохладно, так как он ее не топил.

– Друзья, вовремя нашего с Миксом плавания, – начал Макс, – я обдумывал, как создать вместительный и хорошо управляемый корабль. И вот что я придумал. Мы создадим корабль на паровом двигателе.

– Плывучий паровоз! – восхищенно протянул Микс.

– Интересно, – сказал Хилли, задумчиво стуча по переднему зубу.

– Паровой двигатель, позволит плавать с большей скоростью, – продолжил Макс, – он сможет плыть против течения и против ветра. И сможет перевозить много пассажиров и грузов.

– Но паровозы очень тяжелые. Он утонет! – сказал Милли, – надо что-нибудь легкое.

– Сделать двигатель из бамбука? – предложил Микс.

– Нет, Микс, бамбук – это дерево. Паровой двигатель огнеопасный, корабль может загореться.

– Что же делать? – спросил Милли.

– Да, задачка, – еще сильнее застучал по зубу Хилли.

– Сам двигатель мы сделаем из металла, а корпус корабля будет деревянный и обшит.

– А чем обшит? – спросил Мэрпи и ему сразу показалось, что он сказал глупость.

– Металлом.

– Железо же ржавеет и тонет, – ой опять, смущаясь своих слов Мэрпи прижал ушки в ожидании, что над ним будут смеяться.

– Металлов много. Железо – это только один из них. А есть легкие металлы, которые к тому же не боятся воды.

– Где же ты возьмешь такой металл? – Мэрпи слушал с открытым ртом. Он почувствовал себя так, будто попал в сказочный мир. Такое ему даже во сне не могло присниться. Он сам участвует в строительстве корабля!

– Я поеду на на гору Питаю, в железнодорожные мастерские. Там я сделаю двигатель и привезу сюда вместе с необходимым металлом.

– А что мы будем делать? – спросил Хилли.

– Я сегодня засяду за чертежи. По ним вы сможете делать корпус корабля. Корабль будем строить на берегу, а потом спускать на воду. Он получится большим. Поэтому нужно построить верфь – место для строительства корабля с механизмом для спуска. Вы займетесь этим, пока я буду заниматься двигателем.

– Металлическая топка должна быть очень горячая, и чтобы она не остывала, её надо обложить камнем. Так она будет дольше держать тепло, – предложил Мэрпи.

Макс задумался.

– Да, камень, не будет ржаветь, а палуба всегда мокрая. Но камень тяжелый. Надо как-то сделать его тоньше.

– Надо поговорить с печником Пилли, – Мэрпи стал чувствовать себя увереннее, потому что к нему прислушиваются, – Я могу сходить поговорить с ним.

– Хорошо, – ответил Макс, – Мэрпи идет к печнику, Хилли и Милли ищут место для строительства. Это должна быть тихая заводь с хорошим пологим берегом и небольшим уклоном, подальше от деревни, чтоб не было любопытных. Я сажусь за чертежи.

– А я что буду делать? – спросил Микс с обидой. Даже Мерпи чем-то занят, а он нет!

Макс почесал затылок. Если не придумать Миксу какое-нибудь дело, то он всем будет мешать.

– Сходи к братьям Пых. Попроси их прийти. Они мне помогут с двигателем. У них большой в этом опыт.

Друзья спокойно разошлись по своим делам. Только Микс рванул на станцию, так как просто «пойти по делам» его не устраивало. Когда он примчался к братьям Пых, то с порога начал тараторить. Да так, что слова невозможно было разобрать.

– Мы пра…, а нам прийти, Макс там, у него, двигатель, а я , а он , и мы все, и вам…

Братья Пых стояли слушали обрывки фраз и удивленно смотрели на Микса.

– Сядь Микс, попей чайку. И самовар подоспел, а там и разберемся, что ты так растревожился.

Глава 6. Совет мудрецов

Макс начертил площадку, для строительства корабля. Он уже все продумал и поэтому работа давалась ему легко, тем более Микс не шнырял под ногами. Утром пришли Братья Пых и печник Пилли. Микс сначала очень обрадовался гостям, но когда началось обсуждение, то он стал грустить, потому что не мог вставить ни одного словечка. Он только стоял и переводил взгляд с одного собеседника на другого.

К тому же все склонились над столом и торчали только хвосты. Миксу ничего не было видно, что там рисуют на столе. Он слышал только обрывки фраз:

– Размер котла… температура в топке… давление пара… на паровозе много колес, а здесь что… высота трубы… он так перевернется… надо трубу делать шире и короче или несколько….

Миксу это надоело и он прокричал:

– А когда будете спускать, вода в трубу не попадет?

Все обернулись на него, и Макс задумчиво пробубнил.

– Да поднимется волна, корабль может захлестнуть, и вода попадет в трубу. Надо ее на момент спуска закрыть.

И все опять отвернулись к столу и опять перестали обращать внимание на Микса. Он разозлился и ушел:

– Ну и не надо, сами придумываете! Собрали совет мудрецов. Подумаешь!

Микс вышел из дома, и пошел куда глаза глядят. Он шел и бубнил и ворчал и размахивал руками. А так незаметно дошел до реки.

– Где же твой братец? – вдруг он услышал знакомый противный голос.

И тут только он заметил Джонни. Тот стоял с насмешливой улыбочкой.

– А тебе какое дело? Слышал я, что вы решили сами построить корабль?

– Да, без вашего Макса обойдусь. Мои ребята сами построят корабль. Что тут сложного?

– Ну-ну. Стройте.

Миксу стало очень обидно, что все строят, а он нет. Он грустный вернулся в дом, зашел в мастерскую и решил собрать кораблик для себя. Он стал подбирать из железяк что-нибудь подходящее, чтобы собрать маленький кораблик.

Когда все разошлись Макс, заглянул в мастерскую, и с умилением посмотрел на Микса. Он даже не знал, какая обида была у брата. Микс казался веселым и увлеченным.

«Пусть поиграет, ведь он еще шымёнок. А мне надо подумать, где разместить лопасти? Сзади гребные колеса – это очень удобно, они толкают пароход вперед. И нужно только одно колесо. Но как тогда перевозить бамбук? Я к кораблю привязал его как плот, и он сам доплыл. Вдруг еще понадобиться что-то так же перевозить. Наверно придется делать два гребных колеса по бокам. Это добавит кораблю устойчивости и будет удобно поворачивать. Но выступающие колеса – это сопротивление. Если они не работают, то будут тормозить корабль?

А если закончится топливо или двигатель сломается, что делать? Допустим поставили паруса, а лопасти поперек корабля, как плыть? Вода с лопастей не должна попадать на палубу, а то с двух сторон будет брызгать на пассажиров. А если разместить гребное колесо под кораблем? Но такое большое колесо под кораблем никак не поместится(((.» – вот такие мысли крутились в голове Макса. И он не заметил, как заснул за своими чертежами. А Микс в это время заснул в обнимку со своим построенным корабликом.

Глава 7. Всегда надо внимательно относится к тому, что придумывают дети.

Утром Макс проснулся от щекочущего луча солнца. Он зашел в мастерскую, где сладко спал Микс. Какие шымята милые, когда спят. Микс немного приоткрыл рот и посапывал. Лицо его было умелительным. Макс осторожно взял, то что было у брата в лапах.

Он стал рассматривать кораблик и удивленно воскликнул:

– Микс! Как ты здорово придумал!

Микс тут же проснулся и спросонья проворчал:

– Я сделал иллюминаторы, а то не хватает окон в каюте.

– Я не про это, хотя идея отличная. Я про винт. Ты поставил вниз винт. Я всю ночь думал как разместить гребные колеса. Но винт – это же гениально! Да всегда надо внимательно относится к тому, что придумывают дети.

Микс вскочил и стал быстро тараторить, он хотел рассказать все, что он придумал:

– Это модель корабля, она еще не доделанная. Корабль будет многоэтажный, на корабле будут бассейны. У корабля будет: 300 окон, вернее иллюминаторов, по 150 с каждой стороны в три этажа. Все каюты будут разбиты на три класса. У пассажиров первого класса по вечерам будут концерты в отдельном большом зале. У пассажиров второго класса будет отдельная столовая, но без концертов. Третий класс, это для тех кому не нужны развлечения там всякие, а просто переплыл в каюте и все дела. Зато у них в иллюминаторе будет видно волны.

Макс удивился какие интересные у брата идеи, но с небольшой иронией в голосе сказал:

– Вот ты выдумщик!. Это корабль мечта. Корабль будущего. Да и наша речка мелковата для трех этажей.

– Знаю, – вздохнул Микс, – но если не мечтать, то в будущем никто не поверит, что все возможно – и не построят. А если один мечтатель придумает, то другой обязательно сделает. На мечту нужно время, все обдумать. Я своими идеями подарю время, тому кто будет делать. Ему останется только реализовать.

– Спасибо Микс, за идею. Сначала мы построим маленький корабль, пассажиров на десять, больше смельчаков и желающих плавать мы все равно не найдем. Сегодня я засяду за чертежи. Я возьму твою идею с винтом, и теперь у нас получиться отличный корабль. Ты пока достраивай свою модель и мне показывай, что получается. Вдруг что-то еще мне пригодиться. Твой макет будет испытательный, так что делай его хорошенько, чтобы он смог плавать. И никому его не показывай, пока не построим корабль.

Микс кивнул. Он вспомнил жадные глаза Джонни, если тот что пронюхает, так точно хорошего ничего не выйдет. Макс ушел, он даже не подозревал, как был важен этот разговор для Микса. Микс почувствовал вдохновение, желание сделать что-то очень большое и важное. Теперь он смотрел на кораблик не как на ненужную игрушку для забавы, а как на макет. А это означало, что он уже инженер-изобретатель.

Глава 8. Хилли и маленькие помощники

Макс долго просидел над чертежами. Нужно было все изобразить подробно, чтобы без него можно было разобраться. Поэтому к чертежам он делал еще и описание.

В это время Хилли, как ему было поручено, искал место для строительства и спуска корабля. Он знал реку как свои 5 пальцев. Он обплавал весь полевой берег, но всегда выбирал низкие и мелкие берега, чтобы можно делать запруды. Теперь же ему надо было наоборот найти холмистое и глубокое место и с пологим спуском. Хилли придирчиво осматривая берег, наконец, нашел то, что нужно. Хилли обрадовался и помчался к Максу.

Милли торопился делать запасы в пиме. Ведь пока строиться корабль, ему будет не до этого. Зима на нашей планета Земля, бывает такая же суровая как на Гораносе.

Макс очень обрадовался Хилли. Чертежи были готовы, и он с нетерпением ждал своего друга. Хилли внимательно все рассмотрел, расспросил подробности и остался очень доволен. Он радовался, что скоро ему предстоит такая интересная работа. Раньше он строил одни только платины, а здесь новое необычное строительство, которому позавидовал бы любой бобер.

Хили завернул чертеж в непромокаемую сумку и поплыл. Он не любил передвигаться по берегу, река его друг. Он гордился, что может спокойно по ней плавать. Вот шымы не умеют и им приходиться что-то строить для этого. Да и строить без его советов шымы не могут. Поэтому бобер чувствовал себя очень важным. От своей важности он чуть не проплыл мимо примеченного места. Хорошо холм был большой и рядом росло очень высокое дерево. Хилли казалось, что оно похоже на шымь, стоящую на своем хвосте.

Как приплыли Хилли сразу принялся за работу. Первым делом он сделал рабочий стол с навесом. Получилось удобное место для работы и отдыха. На столе разложил чертежи, долго их рассматривал, думал с чего начать.

«Эх, мне бы хороших помощников. Я бы заготавливал бревна, а они сразу тоскали, – думал Хилли, – как маленький шымонок и большой хомяк будут тащить бревно, не представляю. Пока я заготовлю бревна, а потом придумаем как их перенести.

Хилли так и сделал. Повалил десять отличных ровных стволов, потом позвал помощников. Когда Хилли увидел, что из-за бревна торчали только одни уши Мэрпи, он понял, что таскать придется только ему с Милли.

– А если положить два бревна, а остальные скатывать по ним. Так будет быстрее? – предложил Мэрпи.

Хилли не знал про Мэрпи ничего. И про его славу, »все ломать и разрушать». Да и если бы знал, то, как серьезный бобер, он решил бы, что с каждым может случиться всякое. У него тоже были неудачи. Первый его дом рухнул. Только со временем и опытом он научился строить надежно. Хилли вспомнил, как катилось бревно на его дом.

– Давай попробуем. Но внизу надо поставить уловители бревен. Вкопаем колья.

Первое бревно скатилось успешно. Его ровно поставили на два бревна, одновременно Хилли и Милли под команду Мэрпи отпустили его. Оно ровно покатилось по склону и уперлось во вкопанные колья. Это был первый удачный опыт Мэрпи. Просто детские идеи требуют руководства опытного наставника, тогда все проходит успешно.

Милли отлично копал норки и кладовые для себя. Ему теперь предстояло вырыть ямы для столбов, которые будут опорой верфи для строительства и спуска корабля.

Но только он начал копать яму, его стал кто-то кусать. Милли издал отчаянный визг.

– Ты что, Милли? – забеспокоился Хилли.

– Муравьи, будь они прокляты.

– Здесь муравейник! – закричала королева Муравьев, – и будьте вы вообще-то прокляты! Кто позволил ломать наш дом!!!

Оказывается холм был занят муравьями. Хилли, живущий на воде, и не беспокоился, что холм может вырасти не просто так и быть чьим-то домом. Милли, оторванный от сбора урожая, очень торопился и то же не рассмотрел хорошенько, что это за холм.

– Мы здесь ведем важное строительство, и я рекомендую переселиться вам с этого холма! – важно сказал Милли.

– Вы думаете, так просто построить новый муравейник для моих 5 миллионов подданных. Да потом перенести все запасы, яйца в другое место. Нет уж. Это наше место! Сотни лет здесь стоит муравейник! Уже не одно поколение наших муравьиных предков жили здесь и мы будем бороться за свое место.

Пока королева говорила, сзади нее начало выстраиваться целое муравьиное войско.

Бобер остолбенел. Никогда он не думал, что столько муравьев может быть в одном муравейнике. А они все выползали и выползали. Хилли понял, что силы неравные.

– Давай зальем их водой, прошептал ему на ухо Милли.

Но Хилли решил, что лучше попробовать договориться.

– Уважаемая, королева муравьев.

– Меня зовут Лизи, – важные персоны всегда любят, когда к ним уважительно относятся.

Она снисходительно решила послушать Хилли. Тем более ее войско успеет построиться для атаки, если в таковой будет необходимость.

– Многоуважаемая Лизи, великая королева муравьев! – Хилли старался говорить наиболее уважительным тоном, – мы не предполагали, что этот холм Ваш дом и проявили невежливость. Простите нас!

Королева глазами показала, что бобер может продолжать свою речь. Все важные особы используют речь только для команды и приказов, для остальных случаев им достаточно выражения лица, позы и жестов. Они рождаются с таким умением, поэтому королевами нельзя стать, ей можно только родиться. Научиться навыку безмолвного общения практически невозможно.

– Мне поручено построить корабль, для этого нужен холм с пологим скатом. Строительство должно быть на берегу, а потом корабль необходимо спустить в реку. Он тяжелый и нужен правильный уклон, чтобы тяжелое судно плавно скатилось под своим весом в реку. Я оплыл весь берег в поисках удобного места, но только это место подходит для строительства. Вы муравьи великие строители и должны понимать, как сложно найти правильное место для стройки. Я прошу вас стать нам помощниками. Нам надо вырыть ямы для опорных столбов. Если вы будете знать место, где мы будем рыть, то сможете только в этих местах перестроить ваше жилище. Кроме того, наша верфь, будет для Вас дополнительным прикрытием, ведь вы не случайно строитесь под деревом, как я смог заметить. А это будет отличный навес, вашему дому.

Королева приняла заинтересованную позу.

– Прошу ознакомиться с нашими чертежами.

Хилли протянул свою лапу, королева важно перешла на нее, и бобер перенес ее на стол. Он долго показывал ей чертежи, объяснял, отвечал на вопросы.

Когда королеве стало все понятно, она огласила свое решение. Королевы быстро принимают решение, потому что они ни с кем не советуются.

– Вы должны изменить свой чертеж. У вас слишком толстые столбы. Мне сложно будет под них делать перестройку. Я пришлю вам своих инженеров, они все переделают. Для того, чтобы ускорить строительство я выделяю вам столько муравьев сколько нужно. Я хочу, чтобы вы быстрее закончили и оставили этот холм.

Хилли вынужден был согласиться. Он решил, что от муравьев будет мало толку, но пусть бегают, лишь бы не мешали.

Но когда муравьи взялись за дело, то Хилли изменил свое мнение. Маленькие, но дружные трудяги выполняли все команды точно и оказались отличными помощниками. Они таскали брёвна во много раз превышающие их рост и вес. Когда они несли огромное бревно, то казалось, что оно само передвигается.

В результате Хилли все построил в два раза быстрее, чем планировал. Милли иногда прибегал, когда нужна была его помощь. Больше всего Милли нравилось командовать муравьями. Командовать всегда лучше, чем работать. Но для командирства нужна привычка. А Милли сам любил работать. Поэтому он прибегал, немного командовал для важности и убегал собирать урожай.

Мэрпи очень старался. Приходил вовремя и выполнял все, что ему скажут. Мэрпи сам забыл, что у него слава непоседливого шамёнка, который все ломает. Никто не ждал, что у Мэрпи не получится и у него получалось. Да были моменты, когда он что-то делал не так. Но Хилли терпеливо ему объяснял и не забывал хвалить. Хотя похвала эта больше походила на строгость. Но для Мэрпи это означало, что с ним считаются. Так Мэрпи становился потихоньку ловким и умелым.

Глава 9. Важные дела перед отъездом.

– Нет, ты останешься с мими! – бескомпромиссно сказал Макс.

– Ни за что! Я поеду с тобой, – обиженно, но твердо заявил Микс. – Когда еще я смогу побывать на Железной горе и увижу как делают паровозы?

– У меня там много дел и будет совсем не до тебя, – Макс и слушать не хотел и делал вид, что занят.

– Я буду вести себя как тихая шымка. Буду только смотреть и учиться, – Микс сделал такую милую мордашку, что Макс мог бы растаять, если бы он не знал, что тихих шымят не бывает. И что как только они тронуться в путь, этот «тихий шыменок» превратиться в шустрика с любопытным хвостом.

–Ты там будешь везде совать свой нос, а там опасно! Я не буду успевать за тобой следить.

– Ты! Ты! Ты говоришь как мими! – захныкал Микс.

При этих словах, Макс оторопел. И правда, звучало очень назидательно. Когда мими с ним говорила объяснительным тоном, ему всегда хотелось сделать наоборот.

– Ладно, – сам не ожидая от себя, сдался Макс, – Но только одно замечание и пойдешь пешком обратно.

Как только он произнес эту фразу, внутри него сразу что-то клёкнуло, екнуло и сжалось. Он почувствовал, что говорит как «все эти взрослые». А он всегда думал, что когда повзрослеет, то будет совсем другим. А теперь получается, он говорит те же слова и тем же тоном, который всегда обиден шыматам.

Но Микс и не думал обижаться. Он обрадовался и подпрыгнул. Но вспомнил о своем обещании, прижал хвост, опустил ушки и умилительно-послушательно сказал:

– Чем тебе помочь, чтобы ускорить сборы.

С этого момента Микс был как шелковый, он выполнял свое обещание «быть тихим». Надолго ли его хватит? Пружину энергичности долго удержать никому не удавалось, это Макс точно усвоил. Когда наступит момент – пружина сорвется. Будет взрыв энергии. Он даже задумался, может специально устраивать разгрузки, чтоб потом не рванула в неожиданный момент и Макс не устроил такие разрушения, последствия которых непредсказуемы.

Но заботы перекрывают вовремя пришедшую полезную мысль. Эх если бы умные мысли не только приходили вовремя, но и реализовывались.

В эти размышления и в дом Микса и Макса вторгся Втори.

– Привет, Макс! Слышал вы собираетесь уехать и поторопился. Вы должны знать, что затеял этот Джонни.

Втори был обеспокоенный, это удивило Макса. Обычно, если Втори приносил новости, он был счастлив от того, что их знает, и важничал. Сейчас, что-то происходит такое, что даже Втори встревожен и ему не до выкрутасов.

– Этот прохвост, строит свой корабль. Он собрал шымей, наобещал с три короба и заявил, что они доплывут до того берега раньше вас. Нарубят бамбука сколько пожелают. Что каждый может брать на том берегу, все что захочет, ведь там у шымей нет корабля и они не смогут их поймать.

Только теперь Макс понял, о какой опасности путешествий говорила мими. Он судил обо всем глазами исследователя. Но есть опасные взгляды, тех кто живет не любопытством и любознательностью, а коростью и надувательством.

– Надо, чтобы Люсси сообщила новости, и предупредила соседей.

Макс незамедлительно пошел на берег, где Люсси устроила себе гнездо. Это было недалеко. Каждый день она узнавала новости у Макса и летала на тот берег. С лесного берега приходили новости, каждый раз одни и те же: «Мы завтра начнем строить причал.» Макс сначала расстраивался, но так как корабль еще не строится, то и он не торопил строительство на Лесном берегу.

Люсси выслушила тревожные вести и спокойно спросила:

–Ты уверен, что у них получится?

Макс задумался:

– Мы не можем на это надеяться. Инженера или изобретателя у них нет. Опыта плавания тоже нет. У них может получиться случайно.

– Я буду наблюдать за их строительство. Хорошо, что никто не знает о моей помощи, так что никто не обратит на меня внимание. Тем более шымы не обращают внимание на каких-то чаек. Но пока эти вести передавать не буду. Как только плавание станет реально возможным, тогда я сообщу. Такие новости могут только навредить и посеять панику.

Макс согласился с Люсси и пошел с грустными мыслями, ничего не замечая вокруг. Ноги сами привели его к родному дому. Оттуда пахло сыром. «Мими опять делает сыр,» – подумал Макс. Этот запах уводил его в далекое в детство. Сколько он себя помнит, в доме всегда был сыр. Это удивительно, ведь многие шымы видели его только по праздникам.

Мими делала сыр из древесного молока дерева мопико. На шыминой планете росло много молочных деревьев, которые похожи на наши баобабы: толстые, крепкие и внутри у них накапливается сок. Этот сок как молоко. Коровы были на Гораносе, но подоить её шымы не могли. Они даже боялись к ним приближаться, чтобы не оказаться под копытом.

Из молочного дерева не просто было доставать молоко. В нём необходимо сделать отверстие. Так как дерево растёт, отверстие со временем поднимается. Когда становится неудобно до него дотягиваться, то используют две лебедки. На одной сидит шымёнок, который открывает и закрывает отверстие. Привязывают бидон к стволу, и второй шымёнок снизу поднимает и опускает его. Когда становится совсем неудобно, то делают новое отверстие пониже, а старое заделывают. В одном дереве можно было сверлить только одно отверстие и наливать молока только для одной головки сыра, иначе дерево могло погибнуть. Именно поэтому размер сыра был всегда одинаковый. Пимой от холода молоко в отверстии замерзает, поэтому сыр заготавливали впрок.

Ветки дерева мопико врастают обратно в одной точке на макушке, в самой середине. Сердцевина полая, она-то и наполняется молочной жидкостью. В каждой ветке циркулирует молоко. Корни берут влагу из земли. Когда для молока не хватает места, то дерево вынуждено было расти. Во время дождей если влаги поступало много, то дерево могло создать новую ветку или быстрее вырасти. Шымы собирают больше молока, чтоб дерево не так быстро росло. Когда начнет расти новая ветка приходится ждать, когда она врастёт в макушку, молоко не набирают, дерево может погибнуть. Чем старше дерево, тем больше ветвистых петель у него на макушке, и оно выглядит как гигантский кудрявый цветок.

Строжайше запрещено ломать и рубить ветки монико, иначе дерево истечёт молоком и погибнет. За одним деревом мопико следит одна семья, чтобы молоко брать из дерева равномерно. Если семья большая, то они успевают следить за несколькими деревьями. Раз в год в центре дерева мопико вырастает огромный цветок с длинными лепестками. У лепестка половинка фиолетового цвета, а другая красного. Когда созревает семя, шымы высаживают его и вырастает новое дерево. Во время цветения мопико молоко собирать тоже нельзя.

Кора мопико очень толстая. Раньше шымы прогрызали отверстие, и чтобы молоко не выливалось, делали затычки.

Одним из первых изобретений Макса было сверло, чтобы делать отверстия в молочном дереве. И его семье было проще чем другим шымам добывать молоко. Молоко возили в тачках. Перевозкой занималась вся семья. Дети очень любили ходить за молоком и надо было заслужить везти тачку.

Головку сыра называли писыр. Еще делали маленькие сырики размером с ладошку, их называли пибуль. Один писыр можно было разделить на 1000 пибулей. Такие пибули удобно было брать с собой и кушать. Они были очень сытные. Все равно, что съесть 100 семян. Поэтому можно было поменять мешочек из 100 семян на 1 пибуль.

Если кого-то приглашали на помощь, сделать вместе общее дело, то было заведено накормить в благодарность. Шымы кушали пять раз в день. Сколько трудиться помощник – столько и пибулей готовь на угощение.

Пибули и писыры со временем стали использовать для обмена. Печет пекарь например булочки, сколько времени он на это потратил, столько пибулей он с тебя и возьмет.

Денег на шыминой планете не было, но если сравнить наши деньги с обменом с сыром, то можно описать следующим образом:

пибуль – круглая размером с лапку шымки монета из сыра как 1 рубль;

писыр – большая головка сыра, как 1000 рублей;

пикоп – это мешочек семян зерна, в нем 100 семян, 1 семя равено 1 копейки.

Но не путайте писыри и пибули с деньгами. Деньги надо всегда куда-то деть, они от слова «день». Голову сломаешь пока придумаешь, куда лучше деть деньги. А пибуль всегда знаешь куда деть: съел и готово.

Когда Макс зашел в дом, мими заметила, что он очень грустный. И так хорошо, что вместо тревожного: «Что случилось?», мими искренне спрашивает: «Как твои дела?»

От этих слов всегда есть надежда, что все хорошо.

А если тебе сложно сказать, ты просто вздыхаешь, и мими наливает тебе чай… и отрезает кусочек сырного пирога. И ты сам рассказываешь свои новости, и твоя оценка «грустно» и «плохо», сразу меняется на «все наладится».

– А главное, чтобы построить двигатель, который я хочу, надо много часов работы. А день работы – это писыр, и то большой головки на день может и мало будет. Никто не согласиться работать голодным.

– Так тебе нужен писыр? – удивилась мими, – так возьми у нас.

– А у тебя есть запасы писыра?

– Ну, конечно. Когда ты изобрел сверло для молочного дерева, молока стало столько, что я всегда делала сыр с запасом. Тем более зимой молоко в дереве застывает, а семья большая и хочется вас баловать круглый год. Поэтому пипи давно вырыл погребок. Сначала небольшой, а потом он все увеличивался и увеличивался. Вы в него просто никогда не ходили, я его запираю, а то есть такие любители, которых туда нельзя допускать.

– А где же этот погребок?

– Вы его не замечали, потому что он замаскирован. Я повесила таз на место входа.

– Так вот почему ты никогда не снимаешь этот таз! – Макс забыл обо всех печалях, – А теперь ты можешь показать мне это погребок?

– Конечно, пошли.

Мими отодвинула таз, за ним был узкий проход размером с головку сыра, но для шустрой шымки пролезть было нормально. Тоннель был не очень длинный, потом он расширился и перед Максом открылась огромная длинная стена из сыра. Головки писыра были плотно уложены друг к другу. К верхней полке была приставлена лестница.

– Писыр надо брать сверху, чтобы ничего не упало. Сколько тебе надо? – спросила мими.

– Я не знаю, – растерялся Макс.

– Ты возьми на неделю, потом напишешь сколько надо, и мы отправим тебе на поезде. – А где Микс? – спросила мими.

Макс только сейчас очнулся и понял, что рядом нет Микса. Куда он делся?

Глава 10. А тем временем Микс…

А Микс как только услышал, что затеял Джонни, сразу решил устроить ему словесную драчку. Когда Макс отвлекся, он тут же сбежал вслед за Втори. Надо было узнать, где Джонни строит свой корабль. Микс быстро догнал Втори:

– Втори, скажи где Джонни строит корабль?

– Зачем это тебе?

– Я хочу устроить словесную драчку, чтоб он и не думал, что так просто построить корабль.

– А если ты сболтнешь, что-нибудь лишнее? Джонни хитрый, ты не сможешь победить в такой драке.

– Ах, так! Тогда я сам найду.

Втори понял, что Микса не остановить.

– Давай лучше пошпионим. Проберемся тайком и замаскируемся. Вдруг услышим что-то важное.

Микс, слегка подумав, согласился. Вот только как пробраться незамеченными на стройку Джонни. Они нацепили на себя ветки и спрятались в кустах. Но им было ничего не видно и не слышно.

– Это неудачный план. Как нам пробраться поближе. Смотри там около дерева есть доски, давай спрячемся в них.

И короткими перебежками от куста к кусту Микс и Втори удачно добрались до досок.

– Мы будем делать лодку из досок, это лучше чем бревно, – услышали голос Джонни и замерли, – одно бревно – это пять досок. Это дешевле и проще. Плот будет ровным, плоским и большим.

– Но между досками будут щели, – ответил незнакомый голос.

– Пусть вода сквозь них будет утекать обратно.. Зато наш корабль можно будет сделать большой, чтобы в него могла поместиться вся моя шайка.

Когда Джонни ушел, Микс и Втори выбрались из досок и помчались к Максу, который уже шел к реке их искать.

– Ты куда пропал? Надеюсь ты не успел что-нибудь натворить.

– Макс, мы узнали такое. Джонни решил построить большой корабль, чтоб поместилась вся его шайка. Его корабль будет из досок плоский и большой.

– Как вы это узнали?

– Мы пробрались по-шпионски, он нас не видел!

– Вот видишь как плохо болтать языкам, всегда найдеться кто-то кто тебя услышит. И хуже всего, если этот кто-то не должен знать, что ты там болтаешь.

– Я ничего никому не болтал, – обиделся Микс.

– Больше чтоб не шлялся на стройку Джонни. Сегодня тебе повезло, но дважды может не повезти.

Глава 11. Поехали!

Микс по-прежнему умел казаться послушным. Он сжался в маленький комочек и сидел на сыре, который погрузили в вагон. Раньше он бы носился по перрону, котал головки сыра как мячики. Но ему так хотелось поехать, что никакая сила детской шалости не могла расхулиганить его.

Макс уезжал с беспокойным сердцем. Все чертежи Макс подготовил. Хилли уже начал стройку. Втори охранял корабль. Но что ждать от хитрого Джонни пока Макса не будет – неизвестно. Чайка Люсси обещала в случае срочных бед прилететь и предупредить Макса.

«Что будет, то будет», – Макс вздохнул и сел в вагон. Поезда были только грузовые с одним пассажирским вагоном. Шымы не любили путешествовать и покидать свои норы. Паровоз нужен был только для того, чтобы привозить с Железной горы полезные товары, которые там делали искусные мастера. А обратно отправляли сыр и зерно, так как на железной горе их было не вырастить. Обычных шымей туда не пускали, и нужно было разрешение старейших. Максу дали такое разрешение, и он уже не в первый раз туда ездил. Его изобретения, иногда приходилось делать только в специальных цехах Железной горы. В первый раз он был там с пипи, когда Макс придумал сверло для молочного дерева. Его можно было сделать только на специальных станках. Заготовку сверла нужно было нагреть до 1000 градусов, затем она проходила через винтовые вальцы. Тогда еще не было железной дороги, и Макс с пипи ходили на гору пешком. Сверло Макса очень понравилось на Железной горе и горные шымы начали его применять в своих целях.

Именно тогда Макс придумал сделать паровоз. Когда он стал с серьезным видом рассуждать, что нужна машина, которая будет перевозить грузы. А так как груз тяжелый, то дорогу лучше сделать на ровных металлических основах, чтобы машина могла везти тяжелый груз, надо поставить двигатель, который паром будет давить на поршень и крутить механизм колес. Горные шымы посмеивались над забавным шымёнком, и пипи, смущаясь, говорил:

– Что только не придумают дети!

Хорошо мастер Бронди услышал Макса и всерьез стал расспрашивать его. Потом он отвел его к инженерам.

Если ребенок будет услышанным, то начинаются серьезные изменения.

Только дети видят, что мир стоит сделать удобнее. Взрослые приспосабливаются, и живут по привычке.

Горные инженеры давно думали, как перевозить тяжелые грузы. Идея Макса , что машину надо поставить на металлическую основу и двигать колеса паром, была очень своевременной. Через год горные инженеры создали паровоз и проложили рельсы. И теперь Макс едет по ним, и опять с идеей парового двигателя, но только уже для корабля.

С тех пор Макс приезжал, если не мог в деревне сделать свои изобретения, и был всегда желанным гостем на горе.

До Железной горы на поезде было не так далеко. Утром Макс выехал, а к вечеру она была уже видна. В дороге Макс рассматривал свои чертежи. Микс сначало сидел тихонько, но потом стал расспрашивать, а почему так, да эдак, а не по-другому. Макс все объяснял спокойно, для него вопросы были как проверка его решений. Макс в душе радовался, что Микс такой наблюдательный.

– А почему дым идет из трубы вверх?

– А куда он должен идти?

– Обратно в топку, он же горячий, зачем терять столько тепла? Или в реку.

– В реку?

– Конечно, тогда газы помогали двигать корабль.

– Мн, да, —задумался Макс, – подумаю над твоим предложением. Что-то в этом есть. Но надо делать расчеты и решать как такое сделать. Нужно проводить испытания. Пока надеюсь получиться как я начертил.

За разговорами время пролетело быстро, вот и показалась гора Питая, что на нашей планете звучало бы как Крутая. Еще ее звали Железная гора, так как в ней добывали разные металлы. Микс видел ее в первый раз.

– Вот это она огромная! – удивился Микс, когда за поворотом закончились деревья и открылся вид на гору.

Он всегда пытался представить себе, как выглядит гора, когда Макс про нее рассказывал. Но увидев ее воочию, Микс конечно не ожидал, что она такая величественная.

Любая гора начинает дразнить зрение, когда ты к ней подъезжаешь. Сначало ты ее видишь во всю высоту и кажется, что она близко, и ты быстро к ней подъедешь. Но ехать до неё оказывается еще долго. Когда ты приблизился к ней, то она начинает исчезать. Становиться невозможно увидеть её вершину.

На платформе их ждали. Братья Пых уже уведомили в прошлую поездку, что Макса приедет с новым изобретением. На горе было много мастеров, которые справятся с любой задачей. Мастер он может сделать все, что только пожелаешь. Но придумать может только фантомастер – мастер с фантазией. А таких очень мало. Любому мастеру всегда интересно создавать, что-то новое. Поэтому если придумка появилась, то сделать ее хочется побыстрее, чтоб она заработала.

Макс поздоровался со всеми, помахав из вагона, и когда спустился направился к Бронди. Казалось, он не изменился. Старость не меняется, просто взрослеешь и смотришь на нее не снизу вверх, а сверху вниз.

– Как ты вырос, – сказал Бронди.

– А вы совсем не изменились! Давненько я у Вас не был.

– Что тогда, я был стар, что сейчас. Старость не меняется внешне, она только внутри тебя грызет, как вкусный кусок сыра. Почувствовать ее можно только изнутри. А это твой брат? У него такие же любознательные глаза, как у тебя.

– Меня зовут Микс, – осмелев после похвалы, Микс вышел смелее вперед и перестал прятаться за спиной у Макса …..

Похвала очень сильно дает смелости.

– Ну что ты на этот раз придумал?

– Хочу сделать корабль с паровым двигателем. Мы с Миксом попробовали сплавать через реку Тун на корабле из бревна, который нам помог сделать бобер Хилли. Когда мы возвращались, то я подумал, что если поставить двигатель, то плыть можно быстрее и перевозить грузы и пассажиров.

– Интересная идея, давай посмотрим твои чертежи.

Горные шымы рыли норы в горе. Внизу были общие норы для мастерских и складов. Для жилья маленькие норки рыли выше. Они располагали входы не друг над другом, а в шахматном порядке. Переходы были протоптаны по диагонали. Склон смотрелся как рассеченный на ромбы лоскут. Была отдельная нора для совещаний. Чтобы сделать даже простую вещь, чертежи в горных мастерских обсуждали долго. Миксу стало скучно. Но он обещал быть тихим. Как совместить скуку, тишину и маленького любопытного шымёнка? Он придумал себе занятие, пройти сто кругов вокруг стола, где заседали Бронди, Макс и инженеры. Сделал 100 кругов быстрее чем ожидалось, хоть он старался делать это медленно. Надо было найти еще какое-то дело, чтоб никому не мешать, не шуметь и при этом быть занятым.

Если любой шымёнок занимает себя сам, то из этого почему-то всегда получается шалость. Микс не мог шалить, хоть ему и очень хотелось. Он решил побродить по окрестности.

Микс вышел из норы, где Макс обсуждал проект. Он огляделся вокруг и увидел гору, о которой так много слышал. Конечно самое притягательное – это неизведанное! Ноги сами понесли Микса на гору.

Глава 12. Внутри горы

Гора была близко и казалось, что ты просто идешь по тропинке, которая поднимается вверх. Склон внизу был пологий и по нему можно было легко подниматься. Крутой подъем начинался гораздо выше. Пока ты не посмотришь вниз, не чувствуешь, как высоко ты забрался.

Микс рассматривал все вокруг. Больше всего ему нравились необычайно интересные камни.

Ни один ребенок не пройдет мимо красивого камешка.

Многие он встречал впервые. Все камни были разные. Один камушек был с мелкими вкраплениями, которые блестели. Другой камень был создан из разноцветных слоев, как они держались было непонятно. Каким клеем пользуется природа? Микс сначала собирал все подряд. Потом он стал выбирать только самые красивые и необычные. Хорошо у него был с собой его любимый рюкзачок. В нем хранилось много полезных вещиц, особенно для таких прогулок. И в него могло поместиться много камней.

Так шаг за шагом он все дальше и дальше поднимался в гору. Так как путь для него был не знаком, то он решил делать метки, чтобы не заблудиться. Хорошо у него в одном из кармашков были гвозди. Он вбивал их и привязывал кусок веревки, чтоб было заметнее. И когда у него закончились все гвозди, он решил, что на сегодня хватит и пора возвращаться, чтобы Макс не ругал его. Но тут он увел щелочку.

Ни один шым на свете не уйдет от щелочки, пока в нее не влезет и не узнает, что там.

Щель была размером с голову Микса, поэтому нос в нее замечательно пролазил. А если нос куда-то залез, то любопытство остановить невозможно.

Микс решил, что вполне можно расширить щель и сделать лаз, достаточный, чтобы пролезть целиком. Хвост шыма – это инструмент движения любопытства вперед. Ведь хвосту всегда обидно, что нос уже там побывал, а он нет.

Хорошо у шымей всегда есть чем копать. Их маленькие лапки способны очень быстро рыть там, где человеку нужна какая-то там лопата.

И вот Микс прорыл хороший лаз, и уже было видно, что скоро будет что-то интересное, за чем стоило сюда стремиться. Он нашел крепкую ветку намотал сухой травы, получился факел. Микс полез в расширенную щель и скоро оказался в пещере. Спички всегда были в рюкзаке в одном и том же кармашке. Он их быстро нашел на ощупь и зажег факел.

Когда факел осветил пещеру, то все вокруг заблестело невероятным светом. Огонь факела отражался от стен, они как будто засветились. Микс от неожиданности испугался. Не устроил ли он пожар? Микс присмотрелся и успокоился. Все в порядке. Это стены отражали своими камнями свет факела, и цвет стен казался огненным. Камни в пещере были очень красивые. Микс поторопился собрать что смог. Факел догорал, надо было вылезать из пещеры. Трава горит быстро и хорошо успеть найти лаз, чтобы не искать его в темноте. Микс выбрался наружу и стал рассматривать свои находки. Таких камней он никогда не встречал.

«Хорошо я ставил метки на пути, надо будет сделать хорошие факелы и вернуться исследовать получше пещеру.« – подумал Микс.

С хорошим настроением Микс сложил все в свой рюкзак и поторопился обратно.

Путь обратно всегда кажется короче. Но рюкзак стал намного тяжелее и хоть Микс торопился, быстро идти он не мог. Несколько раз ему приходила мысль остановиться и отдохнуть. Но Микс твердо решил идти, так как знал, стоит ему остановиться, он начнет рассматривать камешки.

Если начинаешь заниматься чем-то увлекательным, время останавливается у тебя в голове, а вокруг продолжает идти. Микс уже попадал в такие парадоксы времени, когда кажется, что прошло по ощущениям пять минут, но на самом деле часы отсчитали намного больше. А прибор измеряющий внутреннее время не придумали. Ведь очевидно, что оно разное и не совпадает с наружным.

Глава 13. Хвост для возмущения

Микс торопился, уже темнело. Он боялся не этого, а того что его уже искали. Когда он подошел к норе, где заседал Макс с инженерами, то он никого не встретил.

«Неужели они меня ищут и здесь никого нет?»– тревожно подумал Микс.

Микс поднялся по железной лестнице на второй этаж, и всех кого он оставил в комнате с Максом были на том же самом месте.

Микс зашел, снял рюкзак и тихонько подошел к Максу.

Макс оглянулся на него и отвернулся, продолжая слушать очень важного шыма, который через слово говорил: «Не получится!»

Миксу стало даже обидно. Он так торопился, думал, что его будут ругать за то, что он неизвестно где шлялся. Но никто даже не заметил его отсутствие. Оказывается приятнее, когда тебя замечают, даже если ты шалишь. И хорошо успеть нашалить и вернуться до того как тебя кинутся искать. Но обида почему-то комом встала в горле. Долгое невнимание, когда хочешь внимания, сложно пережить.

«Ну взрослые!!! В своих делах могут забыть про шымят! А вдруг со мной что-нибудь случилось?» – возмущенно думал Микс .

– Макс! – строго сказал, рассерженный невниманием, Микс – вы долго тут еще?

– А что, ты есть хочешь?

– Уже ночь на дворе. И есть, и спать. Вы тут уже засиделись!

– Да, мы что-то правда долго уже обсуждаем. Пора сделать перерыв, отдохнуть. Вдруг придут новые идеи на свежую голову. А ты где был?

– Ты только заметил, что меня не было?! – с обидой сказал Микс и по деловому скрестил руки на груди, стуча хвостом по полу. Хорошо иметь хвост, когда руки выражают недовольство, а хвост в это время может отчитывать. Это очень удобно и вдвойне выразительнее. У кого нет хвоста, тот не может делать эти два действия одновременно.

– Главное, что ты нашел себе занятие и не мешал нам. Я тебя с этим условием и взял. Я не смогу быть тебе здесь нянькой.

«А если бы со мной что-нибудь случилось,» – хотел выпалить Микс, но остановился. Доверие и свобода показались ему важнее обиды. Про него забыли, зато за ним не было контроля. Просто надо привыкнуть к самостоятельности. Ответственное поведение появляется, когда ты сам за себя отвечаешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.