Александр Акулов
Берёзовск-8. Эк-роман-лёт

Фрагменты и вырывы¹
из текста
Б-8 за А-26

эк-роман-лёт

(чтение для сверхчеловека)

60 из 7500012.

Редакция сверена 17. 06. 2024

© Акулов А. С. 2010 – 2024

…Пилеволе – главное в реальности. Умирающий начинает врать сам себе, на пару секунд погружается в галлюцинации о потустороннем мире. Но в пилеволе даже семь-девять атомов дления – почти вечность, а дурманные видéния – твёрдая действительность, что размножается, распрямляется, зудит, превращается в кватердециллионы одновременных жизней… Стоп! И обычное бытие до названных секунд – дорассветное мудрствование той же природы, обман, иллюзия, неправильная попытка постижения того не знаю чего – игры пилеволе в волепиле…

Всходит месяц обнаженный

При лазоревой луне

ПРОЛОГ-111

Всевозможных рукописей Михаила Ревякина осталось немало, хотя он и относился к писателям, еликие до первого приступа геморроя не пользуются туалетной бумагой. "А ведь хранил, хранил! Такую-то фигондерию!" – брезгливо воскликнул я. Кому она понадобится? Небось воображал, сулит великий дар культуре! Расплодилось горе-литераторов больше, чем крыс и воробьев. А бардак и пылища вокруг! Где взять Геракла, который очистит эту конюшню? Сюда бы Прометея с напалмом или Герострата с канистрой бензина. Но стоит ли мечтать? Довольно и спички у Мальчика-с-пальчика. Однако нет. Нужно средство иное. Я ударил кулаком в шкаф из фальшивого ореха и услышал звон металлической дверцы. Пришлось доставать связку с ключами. Их было штук семнадцать. Какой из них подходит? Для передыха сел в шезлонг и принялся размышлять о том о сем. И в первую очередь – о Михаиле.

– Мы с Сидоровым выпиваем по полтора литра водки – и ни в одном глазу, – когда-то бахвалился Ревякин в телефонную трубку.

– Хе-хе, друг! – спрашивал я его на следующий день. – Не ты написал статью о духовной наркотизации России? И приплел туда ни к селу ни к городу Мерло Понти?

– А что? Написал! – воскликнул Михаил и забубнил длинно и туманно о моральных проблемах церковной мыши.

– Вот тебе наркотизация! А сам говорил, полтора литра водяры выпиваешь, – перебил я его.

– Не я говорил, – скромно ответил Ревякин. – На писательские трудодни не проживешь и не напьешься. Подрядился маляром в музей Ивангорода и заодно в заграничный монастырь. Буду ходить по мосту через Нарву до эстонского автобуса.

После того не минуло десяти суток, как Ревякин употребил свои "фронтовые" литераторские полтора литра, но почему-то всосались они не совсем типично. Отправился радостно-наркотизированный Михаил в лучший мир, не доехав ни до крепости в Ивангороде, ни до монастыря вблизи Кохтла-Ярве.

Попробовав воткнуть ключ в несгораемый шкаф, я обнаружил в замочной скважине засохшую жевательную резинку. Не собираясь чистить, машинально повернул ручку. Стальной сезам открылся. А в нем – папки. Папки. Здоровенные, архивные. Внизу – ящики с картотекой. Желтые, но аккуратно расположенные куски картона. Да здесь не Михаил Ревякин трудился! Это дело его брата – выпускника Московского историко-архивного института… Что там Михаил сболтнул по пьяни? Де брат – полковник неких фантастических ДРД-войск. Работник спецслужбы Пи-3-дзет… (или, бзэт?). Слава богу, забыл точное название! Чем меньше знаешь – тем спокойнее. Про существование этой склизкой конторы ни один черт не ведает! Но я ухмыльнулся, отбрасывая в паутину папки с надписями: "М-ский треугольник", "Невидимые ракетопланы", "Плазменные НЛО". О-о! Заметил другие паперки! Ах ты, Митрохин номер два хренов – изменник у-родины! Интересненько поступал. Проносил копии документов в плавках через проходную! Накручивал на член и наверняка фольгой от плавленых сырков обертывал! Возникла лишь заморока: до Лондона не добрался! Пристукнули, по слухам, на Рязанском проспекте без суда и следствия. Но провести обыск у родственничков за пределами Московской области не догадались! А это? Якобы особо прочные магнитные диски фирмы "Барракуда". Э! Господа-товарищи! Разматывать глюковые терабайты можно всю оставшуюся жизнь – и времени не хватит! Нужно дополнительно сотню жизней подзанять! Ах, пэ-рэ-сэ-тэ! Еще окрашенный под орех шкаф! Не найти только щелкунчика с мощными челюстями, расколупать его оболочку.

* *

За три рейса я вывез нежданное богатство в Рощино. Легко догадаться, ваш покорный слуга оказался не таким уж трудоголиком, чтобы изучать предназначенное для HSIS, а то даже просто для MИ6 добро. И конечно, не стал звонить в контору на Литейном, 4. За отсутствием иных вариантов затеял наобум вытаскивать документы и соединять их в порядке, наиболее подобающем на первый взгляд.

* *

Добавить новую подробность? Опрокинули в омут заворотокишечного закосмического ужаса вовсе не угрозы деятелей ФСБ, ГРУ или внешней разведки. Не марсиане и не потусторонние силы из иных миров. Именно я начал угрожать себе. Вмиг допетрил: некоторые негосударственные, сугубо частные бумаги из секретных шкафов составил сам. Но когда? Ничего из описываемых в них событий не помнил, но вот изобретенные мною словечки, свою манеру выражаться постиг сразу. Не надо приглашать экспертов-матлингвистов! Однако провалами памяти я не страдал, зазоров или покрытых тайной стыков в биографии у меня не было. Прошлое обозримо как пять пальцев на правой руке. Даю левое яйцо на отсечение.

ПРОЛОГ-422

Сов. секретно

Записка подлежит немедленному уничтожению после прочтения

Подпись. /Л. А. Фотиева./

Феликс Эдмундович!

Простите любезно, милейший, но подтверждаю еще раз мое предыдущее распоряжение по этой теме. Признаюсь, Троцкий меня понял неверно, но все-таки гораздо лучше ваших чекистов! В первую очередь обратите внимание тт. Уншлихта и Агранова на религиозную сволочь среди философов и писателей, а равно на зараженных поповщиной ученых. Смотрите, как удобнее: поездом в Ригу или двумя пароходами из Петрограда. Главное – отправить лукобесов вон из страны.

Теперь о буржуазно-феодальных словесниках, логиках, махистах, прудонистах, агностиках, релятивистах и других рупорах светских измышлений. Интеллигентскую нечисть (профессора Борисова, Семковича, Кагатовского и проч.) арестовать, и только позволят обстоятельства, сослать на восток, куда-нибудь дальше Перми, а то и в Сибирь. Пожалуй, больше подходит Сугримск. Пусть живут там сибариты и нэпствуют, но под строгим присмотром красногвардейцев. И физическую трудовую повинность им часа по полтора в день помимо умствований и торговли! Хотя бы делать порох! Иначе не давать им конских колбас! Не забудьте, что я говорил о тунгусском случае. Благо, перепуганный царь сжег не все бумаги о взрыве. Вот заодно поселенцы поломают головы на досуге. Да охранять их как следует!

Председатель СНК В. Ульянов (Ленин)

21 мая 1922 г.

000….

УКАЗ

Президиума Верховного Совета РСФСР

"О переименовании автономного закрытого города Сугримск-4"

23 октября 1940 г.

Переименовать автономный закрытый город Сугримск-4 в Бериевск-6.

Председатель Президиума Верховного Совета РСФСР

А. Бадаев

Секретарь Президиума Верховного Совета РСФСР

П. Бахмуров

Москва, 23 октября 1940 г.

000….

УКАЗ

Президиума Верховного Совета СССР

о переименовании

автономного закрытого города Бериевск-6

27 августа 1953 г.

Переименовать автономный закрытый город Бериевск-6 в Березовск-8.

Председатель

Президиума Верховного Совета СССР

К. ВОРОШИЛОВ

Секретарь

Президиума Верховного Совета СССР

Н. ПЕГОВ

Москва, Кремль. 27 августа 1953 г.

Для П. я. 716/443-8

И. № 00 9764-Д

Москва.

Кремль. Секретариат Президента СССР

Рачинскому Г. Я

Уважаемый Григорий Яковлевич!

Ваши проекты мне на стол положили. Почитал и с удивлением узнал о еще одной злободневной вещи – проблеме раскупорки Березовска. А ведь многое мы без того легализовали. Но вопрос можно повернуть по-другому. Буду откровенен с вами: в Москве о диком фортеле никому не посмел бы сказать. Мы сломали Берлинскую стену. И на тебе – привет! Я почти уверен: стена восстановилась и потихоньку двигается в нашу сторону, уже готова разделить союзные, затем и автономные республики. Или уничтожить их. Европа, похоже, объединяется, а мы… Идет мощное давление. Но пусть люди разберутся.

Я думаю так: если раскупорим Березовск, не закупорится ли СССР? А не закупорим сами, то закупорят нас. Не вообразить всего, потенциально выходящего из закрытых гуманитарных НИИ и расползающегося по планете.

И разве Ваши референты не помнят об Арзамасе-26? Греметь тройным кольцом "ящиков"? Являть просвещенному миру? Я слышал, у вас могут воскрешать организмы. Воскресите лучше Менакера.

М. С. Горбачев

29 сентября 1991 г.

В последний раз спрашиваю: "Куда там запропало подлинное тело Владимира Ильича?" Пришло время сообщить: пока я Президент СССР – не остановлюсь перед любыми мерами, чтобы это выяснить.

Часть первая

"ПЕРИСКОП"

Погружение-312

Левый угол стал постепенно оплывать. А настроишь зрение на близь – покажется: из темного нутра торчат сероватые гвоздики. При взгляде в самую даль делается совсем плохо и подташнивает. Нутро первореальности чуется гигантским, в нем свербит не черное, не мрачное – ни с чем не сходное. Стараюсь не дергаться. Можно считать: мы люди, которыми были… Я человек и не более. А всякие углы… Ну их! Фокусы хоро-медицины слишком обнажают невзрачную действительность. Окочурился бы и окочурился. Бублик от дырки. А здесь живи и бодрствуй. Хи-хи! Без левого нижнего угла! С кипящей в нем первотерией. Пардон! Какой инфантерией?! Едва не купился на академическую лажу. А это? Хо-хи-хи! Телефон позвонил. Чудеса в решете! Точнее, из-под решета!.. Нет разницы между сном и … Эх, припеки с наварами, пончо мать! Эх, тригонометрия японская! И несомненно, на том конце кто-то одушевленный. Но зачем мне? А решето в моем положении? А сон? Давно забыл о нем. Прежде спускались сон и сновидения. Даже поверить трудно. Так-таки вливались, словно живые. Бытие – воля и представление. Что представляешь – то и есть. А прогуляться? Вот, вельбот! Обычное выйти на улицу и пройти пару кварталов – никак нельзя. Потайная пружина втягивает назад. Иногда незримого трона-подиума нет. Это африканское претворение в интактного духа, возвращение сердцевинных истин дается не сразу, а рывками, по частям. Не требуется и голова профессора Доуэля. Фантасты догадались отпиливать голову. Отпиливать чисто воображаемое? Вечное, премудрое шествие из ниоткуда в никуда. Не надо его прятать. О! Зря подумал. Чую пузырение…

Погружение-814

В длинном дворе – старый деревянный дом и маленький домишко с террасой. На ней шумная компания. В главном доме три человека и собака.

– Что там? Что там?

– Там! Там! Да как назвать то, что там! До сих пор не понял. Пьеса только начинается. А начнется ли?

Он распрямил руки, вместе со стулом отодвинулся и зацепил стеклянную безделушку. Раздался звон, а вслед за звоном – тявканье выскочившей Ринки. Болонка зарычала громче, агрессивнее, выщеривая в качестве кукольной угрозы тонкие зубы. Стало звенеть в ушах.

– Еще не хватало. Всю жизнь о подобном мечтал…

– Хох! Сейчас на террасе узнают о твоем прибытии. Тогда поплачешь.

– Не плакал сто двадцать пять гармошкиных лет и сегодня не заплачу, но скверно, если узнают. Впрочем… Плохо будет не мне. Мне уже тутошнее не страшно.

Болонка почувствовала: может оказаться причиной чего-то ужасного, пискнула и замолкла. Она словно бы вспомнила то да сё похожее, но более мелкое по значению, и даже повела носом направо, потом налево. "Способна ли она отменить тяжелое, необоняемо склубившееся где-то высоко, выше лежащих на небе белых нестриженых пуделей?"

Георгий воззрился на лоб животины, но проникать в ее душу не хотелось: "Многое там скрывается, хватает иных забот". Он заходил по комнате. Его космы некрасиво сбились на один бок, разрушая форс четырехдневной щетины на щеках.

Мариэтта Петровна глянула в окно на летний домик. Оттуда доносились громкие голоса и смех. "Не пропустить бы, когда кому-то из веселящихся вздумается зайти сюда", – встревожилась она.

У другого окна сидел в меру упитанный флегматик и лениво произнес:

– Не нужно устраивать пе-ре-по-лох. Обнаружат. Сразу побегут докладывать?

– Какой ты, Семен, однако! – воскликнула Мариэтта Петровна.

– Был. Не был. Разница-то в чем? Мир поменялся.

– Но у вас не изменилось ничего, – сквозь зубы проговорил Георгий.

Свет бросил на пол изломанную тень его туловища, а внизу на стену у плинтуса – почти точный профиль лица.

Комната увешана картинами. В них звучало слабое эхо благополучно сгинувших "материковых" нонконформистов, но в целом впечатление оставалось ярче. Эта обстановка подчеркивала двусмысленность ситуации: картины будто собирались бежать.

– Куда теперь? – задала неотвязно нависший вопрос Мариэтта Петровна.

– Имеете в виду легально? Только в материал!

– Ха-ха-ха! – нервически выдавил из себя флегматик. – Зато пожили на славу! Рай и ад посмотрели. В отличие от андропод. Надо же… Всю вселенную насквозь! Не просто Солнечную систему!

– Попрыгунья Стрекоза… – пропел в тон Георгий.

– А я бы согласилась побывать Стрекозой! – заявила Мариэтта Петровна.

– То побывать! – усмехнулся Семен. – Лишь побывать и я бы не отказался.

– Кто мешает вам обоим отправиться в заведение Пафнутия? На триста процентов поприсутствуете.

– Терпеть не могу цирк, носовые платки, слюнявчики и скафандры, – прогудел Семен. – Где наблюдали стрекозу в скафандре?

– И с титановым канализационным коллектором между крылышек, – добавила Мариэтта Петровна.

…во флигеле:

"Ну, и? – спросила Полина, разглядывая себя в зеркале. И ответила: – Есть нужно меньше. Вернее, нужно не то есть. И тогда все будет хорошо. Иначе чуть-чуть не того – и станешь уродиной. А здесь выкладывают на стол пудинги с мальтозой".

Докатился новый взрыв хохота. "Богема несчастная! И у них – мальтоза! И еще мало! Сейчас направятся в «Сьерра-шараду!»"

– Полина! – донесся голос архитектора. – Куда запропала? Уходим.

– В «Шараду»?

– Очень нужно напрягаться. В «Неоновый»!

– А «Ву-а-ля» не надо?

– О-хо-хо! Не издевайся над престарелыми перестарками. Теперь это слово читают совсем по-другому. Совсем уморили каллиграфы. И мягкий знак у них родился, и второе "в"…

– Знаю. И меня к этим напиткам?

– Пусть в меру… – голоса стали тише, публика вывалила на улицу. В зеркале появилось изображение, и Полина не испугалась, когда плеча коснулся Тер:

– А давай, не пойдем в дурацкий "Сперматозоид"! Обойдутся и без нас!

По физиономии Полины поплыли, быстро сменяя друг друга изумительнейшие чувства. Она приоткрыла окошко и крикнула:

– Гуляйте, ребята без меня!

Завязка-предвязка

Привет, Галя! Это не кто-то, а именно я – Петя. Не обращай внимания на странный конверт. Или ты меня похоронила? Да не умер я, не умер. И в Африку-Америку меня не послали. Увы, не мог ничего говорить толком. Находился под надежным колпаком. У нас это умеют обустраивать.

А ныне я в России и все же вне ее. Есть такое удивительное местечко между Европой и Азией. Не значится ни на одной карте. Таки корова языком слизала. Со спутника нормально не сфотографировать. Чудеса науки и техники, какие Большой земле не снились. Одно покажут, другое спрячут – в итоге будто бы сплошная тайга. А на самом деле? Разоблачить несложно. Достаточно сравнить с дореволюционной картой Российской империи. Там место населенное, а ныне официально словно бы под землю провалилось.

Вместо кольцевых дорог – запретные зоны, номерные предприятия и черт знает что! Но в целом еще похоже на обычную жизнь, если, конечно, особо не присматриваться. Зато в центре, центре. Ух, ты! Вместо милиции разгуливают красногвардейцы, чаще бабы, в униформе чуть не двадцатого года. А власть – вовсе не рабочих и крестьян, как следовало бы ожидать. А потомков тех господ, что входили во Временное правительство, Учредительное собрание, колчаковские министерства. Но еще мало знаю, чтобы под этим подписаться. Только сегодня выяснил: на самом деле изначально всем заправляли, те, кого не отправили с каким-то там… философским пароходом. Бред какой-то. Надо будет проверить, походить по местным музеям.

И думать не думал, что здесь окажусь? Какие "черные дыры", какие полчища гнуса вечерами вращаются здесь вокруг каждого фонаря! А что за чудище я встретил в лесу позавчера? Какую-то парнокопытную рысь! Помесь рыси с антилопой! Да такого и не бывает, и быть не может! Подобное не сотворил бы и доктор Моро! Но я – видел! Правда, меня попытались осмеять старожилы. Говорили, это помрачение ума от болотных испарений. Болото де не совсем простое… Вот уж утки! Фигушки! Расскажите что иное! Раз видел – значит видел! Скорее можно усомниться в дважды два – четыре.

И вот еще фокус. О нем следовало бы промолчать. Да я переправлю письмо с оказией. Ну, а ты, я думаю, просто примешь к сведению, а разбалтывать никому не будешь. Где-то позавчера проходил мимо пруда или искусственного озера. Так себе озеро. Где-то с квадратный километр. А на нем – хи-хи! – подводные лодки! Да здоровущие. Северодвинск прямо или Полярный! А сверху озера, на высоте метров сорока, – настилы, всё, настилы… Это, понимаю, чтобы шито-крыто было для чужих спутников… Только не совсем ясно. Слышал, от самолетов-разведчиков и спутников-шпионов защищает кое-какая электромагнитная алхимия. Значит, настилы – или сохранились со старых времен, или – на пожарный случай, как говорила та старая дева, надевая презерватив на варежку: "Береженого бог бережет!" Но всё равно дико. Прямо в Страну Бармалеев попал. Под землей эти подводные лодки плавают? Или их на летающем блюдечке куда-нибудь в Индийский океан доставляют, чтобы мыть в его водах противогазы и бахилы?

Письма отсюда, конечно, не доходят, но как сказал, найду способ отправить! Будь покойна! Обману всех. И передавай привет Сибкину, он в курсе моих дел. Не забудь про картофельное поле. Ну, ты там понимаешь, на что я намекаю!

"Письмо перехвачено УФСБ по Пермской области и переправлено с фельдъегерем в ЧК² Арзамаса-26"

ИНД 000-7654947569

/ Это второе из семи похожих писем./

ВЫДЕРЖКИ ИЗ РАЗРАБОТАННЫХ ОТВЕТОВ

(письма отправлены адресату)

Дорогой Петя!

Письмо получила. Очень хорошо! Но ведь ты сбежал! Сбежал! А теперь словно бы заманиваешь в сообщники. Правда, заманивал и раньше, до отъезда. Для чего?

Пишешь то и се, но местами невнятно. Да что за глупости? Я всё помню… Я же в своем уме. Отчего ты называешь Плащинского каким-то Сибкиным? Что за странная описка? Или ты решил меня специально проверить? А намеков не надо. Открытого текста у тебя предостаточно! Дальше некуда. Кромешных тайн уже ждать не приходится. Поэтому греть бумагу для проявления на огне, выискивать что-то между строк, не буду. Сам требуешь молчания и тут же просишь передать приветы. Как-нибудь разберись с собой.

Равно боюсь писать "До свидания" и "Прощай".

Целую. Бывшая твоя Галя.

P. S. Если многое разузнал, то наверняка сможешь перейти эти дурацкие кольца и заграды. Давай договоримся! Буду ждать тебя, скажем, а К-се или похожем месте. Ты запросто туда-сюда обернешься за пару часов. Да и выходные дни у вас там есть! Зачем эта вечная ссылка?

Что-то ты совсем разманюнился в своем малобабном Ф-секторе. Шатенкой я всегда была, шатенкой. А уж в каких там сновидениях ты брюнеток увидел, не знаю.

ИЗ ОТВЕТА АДРЕСАТА

Конечно, попробую осторожненько поинтересоваться. Местные многое знают. И всё-таки сомневаюсь. Переписка, сведения об озерах… свалились неожиданно. А дорога… Хм… Это – большой ребус. Слышал, можно передвигаться, минуя кольца. Неким сверхсовременным путем. Здесь попадают бог знает куда без старта с Земли и ракетоносителей. Увы, по службе далек от всего этого.

ИНД 000-76559647804

Трик-экспозиция

Из посадок выбежал молодой лось, скакнул перед бампером автобуса, оглянулся, то сё сообразил про себя и помчался к линии горизонта. "Километр в секунду! Был возле – и уже в иной дали!" – прикинул Николай.

– Быстрее самолета, – обронил водитель.

– Ровно артиллерийский снаряд. И представить трудно, – поддакнул Николай.

– Снаряд не снаряд, но… будем считать, искажаются восприятия на этих ясных просторах. Лошадь может показаться размером со слона.

Аэродром пропал из вида. Миновали длинный туннель, и дорога пошла через второе кольцо Арзамаса-26. Здесь Николая настигла мысль: возвращаться назад не придется. А ландшафт? Что за пейзаж? Гигантские застывшие, но еще переливающиеся языки пламени. Ими заполнено пространство вне дороги.

– Красная зона, – отозвался на недоумение водитель. – Подобных зон не счесть. Некоторые ныне пусты и относятся к Березовску, а не к Арзамасу. Пламя сделалось холодным, в нем есть тропинки для туристов. Используют вместо лабиринта.

"Да-а! – решил Николай. – Это вам не Златоуст-36, не Пенза-19 или Свердловск-44!"

Возникли напоминающие газоны луга. Над ними возвышались поставленные на попа большие и малые "дирижабли", собранные в сотни батарей. И рядом с шоссе – поле. Земля чернее антрацита, а в ней – неглубокие ямы-траншеи и согнутые, как при прополке, люди, но выдергивали они из антрацита не сорняки, а модели геометрических фигур: пирамиды, цилиндры, шары, кубы…

– Не заморачивайся, – молвил, поворачивая руль, Харон, – ничего из происходящего нет в природе. Слегка подтаявшие замороженные сновидения.

"Наконец-то дождался комментария!" – подумал Николай и проговорил вслух: – Не внутри ли коры головного мозга мы едем?

– Почти. Но кора вовсе не кора и не принадлежит конкретному субъекту. Не повторяй материковые бредни о коллективном бессознательном… Такого не существует.

– А наличное перед нами?

– Наплав. Вернее, наплыв внутренних соков из человеческого древа, если выражаться фигурально.

– Тогда к чему шары, пара- и криволипепеды?

– Ха-ха! Должно, за ними ты сюда и приехал!

У Николая моментально угас интерес к самосущим объемным картинкам ни для кого.

Часть 22827

…дохнуло свежестью. Донеслись звуки, много раз бывшие в предыдущих снах. Словно пластмассой ударяли по пластмассе. Да какая пластмасса! Отчетливее послышалось: "Карр-лл!", "Кар-р-лл!", "Карр-лл!". Наваждения ушли, но остается их звон, их эхо. Но "Карр-лл!", "Карр-лл!", "Карр-лл!" летит через широкую форточку с Шахматной площади. Ясно представляются черные и белые квадраты из огромных искусственных минералов, бронзовые часы-фонтан в центре. Он не помнит фигуры, поддерживающие часы: амурчики не амурчики, ангелочки не ангелочки, "лели" не "лели"; всё единое бронзовое сооружение. Чуть не из позапрошлой жизни. Не исключено, звук "Карр-лл!", "Карр-лл!" производит не ворона. Куда ей, серой! То иная птица, черно-бело-шахматная с длинным хвостом, жуткий гибрид чайки, сойки и галки. Да! Больше в ней галки, но только крупной и длинной галки-кларки. Может ли она делать "Карр-лл!"? И догадаться сложно: прыгают по фигурам фонтана одни, а в стороне карлкают другие. Карл. Клары… Вот-вот! Где, где мои кораллы?! А в сновидении были шахматные пластиковые кораллы и стучали друг о друга.

Не сразу понял: нынешняя площадь напоминает рыночную. Ту самую с двумя купцами – основателями города Сугримска. Чем? Чем? Ни грана общего! Здесь если не оригинальность, то явно триестское, пражское, рижское. А там? Сотворенные из обручей абстрактные "Минин" и "Пожарский"! Плюс топоры да срубы, камни и кирки… Контур стогна аналогичный, но непохожи здания. Стоп! Еще рифма! Площадь Эрнста Маха с памятником³ Маху из спирального мебиусно свернутого сплюснутого бублика. Главная дырка внутри спирали специально увеличена, чтобы издалека не виделись меньшие просветы. Дырка в форме земного шара. Весь мир – дырка и ничего в придачу. Не сообразил: часы на Шахматной такие же… Имеющие форму маховской дырки. Мы далеко потопаем! Как всё подстроено – и ни слова в проспектах! Постигайте, пожалуйста! Хорошо! Пусть Мах. Пусть часы. Шахматы. А купцы при чем? При том! Вымостка тех же размеров, одинаковоугольная, по золотому сечению расчерченная; пешеходные дороги проходят в стороне или внизу.

Субпролог
минус 17819164 логопарсек (лп)

Купцы Фома Крыжак, сын Рогов, и Петр Скворица из земли Галицкой, в волости Пиштымской находясь и разговоры казаков Семенушиных проведав, остановица доле решиша у Пиштымки-реки, а оставшись до мисяца иулия, испросиша у Макария, дьяка, неприти на взробе рудники серебряны. Думав зело, да приняв в дар от купцов шесь жбанов вина монастырскаго, дозволе дьяк рудник почати между Пиштымкою и Сугримкою, но не захоте дать казаков и казачонков в помозь, вдругорядь три бадьи вина запросив. Тады ины поступиша Крыжак и Скворица, самоуправство чинити. Для того созвах Крыжак голытьбу из трех деревень Арашуских и рече: "Освободе кто желае от болярина, приходе сюды насовсем. Крепости нет на вас, не перед кем отчет держати. Пахати неча зря неудобь и бысть задаром чужими холопиами".

Но посла болярин Арашуский за казаками устьинскими – и притопе на сход ясаул из стана со казаками от Большой Пишты. По сем же пред беднотою вопрошати ясаул глаголя: "Аще ли будете из огни да в полымя, иттить в ново томительство?" Холопия, рты пораскрыв, на мисти своем соосташа.

Ясаул тот быв росту саженного, а ума слабого, трезвости не зна. В шинок зашед со кумпанией из Пишты. Бит бысь шкердами нещадно в оный же день. Премного пив после того, да захмелев гораздо, конёв потеря. Егда же пияница сей истребовати хуторских конев шед, пияный полезаша мимо броду в Сугримку и утонеша со двумя товарищи.

А Фома Крыжак и Петр Скворица основаша рудники разны медны и золоты и слобод создаша числом немало, и оные назваху гарадом Сугримским через осемнадцать годов.

Сектора и Рулетка Аполлона

– Там в СССР осталось всё буржуазное, а вернее, кулацкое. Архаические театры. Редакции. Издательства. Невнятные музеи. Чудовищные галереи. Академии. Куркулиное нечто. А то и вовсе феодальный социализм. Только начинка рабоче-крестьянская. А так – хуже некуда!

– У вас лучше?..

– У нас наоборот и сразу – формальный пролеткульт, но с дворянско-буржуазным содержанием и модернистским вывертом. Жаль, у нас не было контактов с Латинской Америкой, Испанией и Францией.

– Понял. Будь этот контакт. Произошла бы романо-русская мировая революция. Но не слишком ли всё это однообразно и под одну гребенку?

– Забываете рулетку. Она враг всякого ведущего стиля, скоротечной моды, подражания и глупой тусовки. Партийности, как вы называли. Сверх того, пунктирно сохраняем рецессивное. Из нетей то одно выныривает, то другое.

– …?

– Что не проходит – в архив. А архивы не уничтожают, ставят на рулетку. И отвергнутое имеет еще шанс выйти в свет и не раз.

– Что-то не впечатляет такое протирание нафталина.

– А зачем университеты?

– И зачем университеты?

– Там и есть те самые Недостающие сектора. Каждые пять-десять лет на планете существуют только 1/1000 возможных направлений искусства и литературы, философии. Остальные 999/1000 в малых, но достаточных количествах синтезируются здесь. Привлекаем даже студентов. Есть все методики.

– Байпас рулетки?

– Не сказал бы. Недостающие сектора ни от кого не скрывают. Многое сразу же идет в дело.

– А как с одурением, с провалом в бесконечность?

– …есть многое, Горацио, на свете

ВНЕ ПАПОК

Обе сестрички любили мотать деньги и как-то незаметно свалили на меня свои финансовые дела. А затем и многие прочие. Уходя, выслушал от Агнии массу слов о бумажках с водяными знаками и просьбу купить какой-нибудь приемник для… кошки. Торопился и не придал последней фразе значения, но по дороге ее вспомнил. М-мм… Случалось, Агния оставляла для животного музыку. Так и продолжала бы дальше. Но радиоприемник? Что же кошка должна лапами нажимать на его кнопки? Или приснился весь разговор?

"Алло! Ты говорила про…"

Да не буду звонить. Еще чего!

..............................

………………………

Обстановка в магазине неприятная: масса моделей, но почти все убогие, допотопные, с переменным конденсатором. Выискивать нечего. Сейчас продавец начнет "консультировать" и наверняка или что-то сморозит, или скажет пакость.

– Ищите приемник? Какой вам надо? – спросил безбровый казчик.

– Для кошки.

– Красный или лимонный?

У-у… Вдруг кошка его куда-то заткнет, будет трудно искать…

– Лимонный!

Казчик взял с полки коробочку, вытащил из нее что-то вроде будильника. Похоже, ничего дальше не делал или просто надавил на корпус, но загорелся индикатор. Послышались звуки, нечеловечьи, некошачьи…

– Всё работает! Выписывать чек?

Я вернулся. Продавец уже упаковал покупку:

– Если кошка не разберется, первый раз нажмете кнопку сами. А если нажать два раза подряд – у нее появится телефон для связи с прочими кошками. Некоторые просто фырчат, некоторые… А впрочем, почитаете инструкцию.

ИЗ ПОДСЛУШАННЫХ
ДИАЛОГОВ

* *

– Утечка информации? Утечка технологий?

– Что такое?

– А вот поглядите сообщение:

Странное событие в городке К. Дочка стала дудочкой. Теперь она живет в мобильном телефоне и рассылает оттуда СМС…

– Хи-хи-хи! А какое это отношение?

– Вы что не понимаете? Дудочка – это душа.

– А мы здесь причем?

– Читайте дальше:

Убийство – всегда на высоком уровне, это совокупность поломок. А если поломок нет? Так называемые физические объекты – всего лишь изображения. Изображениями (аутоиллюзиями) являются молекулы, атомы, элементарные частицы. Преобразования на изначальном уровне поломками не считаются.

А вот и уточнение обстоятельств:

Из дальнейших допросов подозреваемого

Я попросил ее забрать одежду с собой. Мало ли что. Ушло лишние 4 квт электроэнергии…

– Ху-хм! Теперь и одежда превратилась в душу? Фи! Да не дудочкой она стала, а дурочкой!

А ПАША

– А Паша куда лучше преступной дудочки! Он вполне легально поселился в компьютере, живет там полнокровной жизнью, всемирной, всекосмической. И никакие СМС ему не требуются. Он давно про них забыл.

– …?

– Куда дели его бренные останки? На такие вопросы мы не отвечаем и отвечать не собираемся. Мало ли куда дели… Обществу от этого только польза.

– …?

– Вы совсем …? Какой еще мясокомбинат? Даже о производстве биопрепаратов не может быть речи! Просто многие еще не готовы к восприятию правдивой информации. Новое противоречит их архаическим обычаям. Вам не кажется, что представления о кладбищах, захоронениях, кремации и тому подобному устарели?

– …?

– Тем более! Речь не идет об умершем человеке!

– …?

– Вы еще об энтелехии, об энтелехии поговорите!

J/ю

КРАЕВЕДЧЕСКИЙ МУЗЕЙ

Да ничего там особенного. Везде – такое же. Но… Немало уникального.

Повеяло энергией и странным ужасом от транспарантов 20-х годов:

ДОЛОЙ РЕЛИГИЮ И АТЕИЗМ!

ДОЛОЙ ИДЕОЛОГИЮ И ФИЛОСОФИЮ!

ПСИХОЛОГОВ – НА ГИЛЬОЬТИНУ

ВМЕСТЕ С ПОПАМИ!

ПОДДЕРЖИМ В. В. АДОРАТСКОГО

Сороковые годы?

С февраля 1942 по сентябрь 1944 года приходилось делиться продуктами с Советами. И больше, чем надо! И больше, чем отрывала от себя целая губерния! Откуда всё бралось? И всё же рестораны в городе нормально функционировали. В их меню значились продукты (взглянем на обрывок бумаги с меню):

Сучье вымя

Собачья нога

Козий потрох…

А если здесь корейцы-владельцы? Не исключено, этот раритет – для хамского отвода глаз. Оленина и юкола были основным продуктом питания. Даже из учебников это можно вычислить.

В 1942-м Арзамас пытались обвинить в промышленном саботаже: не всё дает, кое-что утаивает. Обвинение не прошло: собственных рудников не так много, внешние поставки сырья оказались недостаточными. Зато с середины сорок третьего в Союз пошел стратегический продукт АГ-14. Документация по нему до сих пор закрыта.

Прозрачна история с задержкой и неотправкой полка добровольцев из Березовска: и внешний НКВД, и местный ЧК всячески препятствовали этой разлагающей советских людей дикой идее.

У-217

Расставание было долгим. Странно, ведь Федор не уезжал за пределы Старого сектора и выехать из него было невозможно, и все же женщины-Хеуки плакали. Да! Жить в меблированной комнате после гостеприимного дома непросто. Но зато не на кампусе! Не Россия, но и не заграница! И не вечно же быть учеником р.....го училища. Нужно поступать в М…диевский институт, а проучившись в нем пару лет, попытаться перейти в университет. И какие-то вольные работы до того найти. Эти работы уже нашли для него Хеуки – на другом конце мегаполиса.

Федор прохаживался по цеху близ помещения конторы. Начальника все не было. Неудобно как-то здесь прохаживаться. Может, зайти в контору, поговорить с мастерами и учетчицами, порасспросить о том о сем. Ведь все они по русскому обычаю сейчас бездельничают и ничем связанным с работой не занимаются. Федор двинулся в сторону распахнутой двери. Это движение каким-то чудом было замечено. А может и нет: произошло какое-то совпадение. Из проема высунулась молодая розовощекая блондинка и потянула ручку двери на себя. Дверь захлопнулась. Вот так! Федор опять начал прохаживаться вдоль стены, ожидая пропавшего начальника цеха. Минут через пять это ему надоело. Он подошел к двери, раскрыл ее и нагло спросил у сидящих в конторе:

– Можно я у вас тут побуду?

Конторщицы переглянулись между собой. Сидящая в углу розовощекая блондинка едва не прыснула.

– Побудьте, побудьте, – улыбаясь, разрешила старшая. – Что, студент? Будете работать день через три? (Федор кивнул.) У нас Кира тоже студент, кивнула старшая на смешливую блондинку, учится на дизайнера.

Был конец смены. Две дамы собрались, поторчали у зеркала и покинули помещение. В конторе осталось трое, не считая Федора. Ему налили кактусовый напиток и предложили гречневые сухарики с марципанами. Федор сидел между Кирой и двумя остальными. Эти двое Лена и Софья занялись разговором между собой. Федор, сделал пару глотков и с выразительным шепотом обратился к Кире:

– Почему вы захлопнули дверь у меня перед носом?

– Хм… Потому что разбежалась, чтобы захлопнуть и не могла уже остановиться.

– Сквозняком потянуло?

– Может, и сквозняком, но больше краской. А если чем-то иным… – Кира, нисколько не стесняясь, состроила глазки.

– И чем же иным?

– Сам догадайся. Но не очень-то! Я обманывать люблю. Признаюсь сразу.

– Обмани еще раз!

– А я обману без обмана.

– Ну, без обмана.

– Глянь наверх!

Федор задрал голову и обомлел: вверху конторы не было потолка, там простиралось еще метров десять свободного пространства…

– Ух, ты!

– Ах, ты!

– А окно наверху какое огромное, в несколько этажей!

– Его недавно сделали и пока оно не нужно. В действительности мы находимся внутри бывшего холодильника, а с этой стороны – вовсе не лестницы – это трубки его системы, но я-то использую их именно вместо лестницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.