За секунду до… часть вторая
Боярова Мелина

Часть 1.

Темно-синий внедорожник остановился в самом конце глухой улочки у пахнущего свежим раствором высокого кирпичного забора. Я молча наблюдала, как Сэм резво вышел из машины, чтобы открыть мне дверцу.

– Как тебе? – спросил он, позволив немного осмотреться, – я старался, чтобы дом был в стороне, подальше от любопытных глаз. Этот подходит более всего.

– Ты прав, – вымучено улыбнувшись, согласилась с мужчиной, – лучшего варианта нам не найти.

– Пойдем! Покажу, что внутри. Там осталось немного доделать и будет вполне прилично, – оживившись, Сэм стал рассказывать о новшествах, призванных сделать мою жизнь в этом захолустье комфортной.

– Пройдемся? – оборвав на полуслове, взяла друга за руку и потянула в сторону виднеющейся среди разросшегося поодаль от забора бурьяна дорожки.

– Я догоню, – ответил Сэм, – только отдам несколько распоряжений.

Молча кивнув, побрела по тропинке. А за спиной уже слышались резкие, почти лающие, команды Седого. Это со мной он всегда мягкий и покладистый. Для всех остальных Седихин Эдуард Михайлович жесткий и деспотичный начальник. Впрочем, другому и не под силу удержать в своих руках огромную финансовую компанию. А если принять во внимание тот ад, через который мы с ним прошли вместе, то ничего удивительного. Любой бы изменился, оказавшись на волосок от гибели. И это отразилось бы на всем: образе жизни, друзьях и врагах. Последних, к слову, стало значительно больше.

Путаясь в густой траве, вышла к небольшому озерцу. Хотя слишком громкое название для лужицы, скопившейся на дне неглубокого овражка. Пустые пластиковые бутылки, остатки упаковки от какой-то еды быстрого приготовления, обрывки целлофана и прочий мусор только усугубляли внешний вид.

Убраться бы тут, облагородить. Неплохое, ведь, место получится, – пришла на ум полезная мысль. Все же молодой дубок, росший на пригорке и оголивший корни на размытом дождями склоне, смотрелся очень живописно.

– Я распоряжусь, – коротко ответил Сэм, стоило мне только заикнуться об этом. – Здесь получится прекрасное место для отдыха и уединения.

– Угу. Охрану под каждым кустом расставишь? – подколола друга.

– Ди, ты и сама понимаешь, что это необходимо. Мне придется часто оставлять тебя одну. Я должен быть уверен, что с тобой все в порядке.

– Сэм, когда мы с тобой обсуждали, что мне неплохо пожить вдали от общества, подразумевалось, что я не хочу привлекать внимания. Как думаешь, поселившаяся на отшибе деревни женщина с десятком телохранителей, не вызовет вопросов?

– У богатых свои причуды, – друг небрежно пожал плечами, – мало ли эксцентричных особ перебираются в глушь из крупных городов? Поболтают, посплетничают и привыкнут. К тому же ты всегда сможешь убедить их, что ничего необычного не происходит.

– Знаешь, меня иногда пугает, что ты находишь ответы на любые вопросы.

– Серьезно? – Сэм подавил смешок , – скажи еще, что боишься спать без света. После ужасов Дхаара нас с тобой сложно чем-то напугать.

– Ага, – подтвердила я, – бесполезное занятие. Ладно, пойдем обратно. Посмотрим, что там за дом.

Что же, если раньше тут и был простой деревянный домишко (так обозвал его Сэм, когда сообщил о новом приобретении), то теперь моему взору предстала настоящая крепость. От старого дома остался разве что фундамент, и то не весь. Не знаю, во сколько это обошлось, но в рекордные сроки построить все чуть ли не с нуля было практически невозможно.

Двухэтажное строение в форме вытянутой буквы «П», просторный двор, огороженный высоким забором, автоматические ворота, стоянка для автомобилей, цветник, разбитый во внутреннем дворике. Мощеные плиткой дорожки, облагороженные кустарники смородины и крыжовника, малинник, плодовые деревья.

– Неплохо, – оценила проделанную работу, – камер везде понатыкал?

– Их же не видно!

– Мне нравится! – поспешила заверить Сэма, – все предусмотрел, да?

– Разве что бассейна нет, – мужчина развел руками, – но тебе хватит джакузи? Или того озерца? Тут и речка местная имеется, так что…

– Хватит. Не беспокойся. И какую часть дома ты отвел нам?

– Среднюю. Ту, что с террасой. Внизу гостиная, если вдруг гостей надумаешь принимать, а над ней твоя спальня. В правом крыле комнаты для охраны и прислуги. Кухня и столовая. В левом первый этаж отведен под подсобные помещения и гостевые комнаты. Одну из них оснастили компьютером и игровыми приставками, на случай, ну… – Сэм запнулся. О моем старшем сыне старался не говорить. С тех самых пор, как Игорь заявил, что у него нет матери. – Кстати, пункт видеонаблюдения тоже там. А второй этаж обустроил для себя: кабинет, спальня, библиотека. Само собой, можешь всем этим пользоваться.

– И сколько человек буду здесь постоянно проживать? – спросила просто так, чтобы отвлечься от тоски, против воли сжавшей сердце, при упоминании об Игорьке.

– Ну, Марту ты знаешь.

Угу. Эту женщину я отыскала, чтобы поблагодарить. Она работала в той самой больнице для душевнобольных, где мне пришлось провести полтора года жизни. И была единственной, кто жалела меня и старалась хоть как-то облегчить существование. Как оказалось, успела я вовремя. После пожара больницу закрыли. Марта осталась без работы. Одинокая и никому не нужная.

Недолго думая, я предложила помощь. От денег женщина отказалась, от трудоустройства в другую клинику тоже. Видимо, сказалось разочарование в том, с какой легкостью ее вышвырнули на улицу после стольких лет безупречной службы. А вот на должность экономки согласилась с радостью. Признаться, первое время чувствовала неловкость оттого, что человек, к которому испытывала глубокую признательность, работает прислугой. Но видя, с какой радостью она готовит для нас с Сэмом, носится с уборкой, вытирая каждую пылинку, поняла, что так Марта ощущает себя нужной кому-то, полезной.

Отношения у нас за три месяца сложились, можно сказать, семейные. И пусть она была старше Сэма всего на каких-то семь лет, относилась она к нему, как к сыну, с любовью и невероятной заботой. Про меня и говорить нечего. Узнав о беременности, хлопотала надо мной, как наседка.

– Еще я нанял семейную пару. Анну и Михаила. Сейчас они проходят проверку у Марты.

– Зачем нам посторонние? – я недовольно нахмурилась, – чем меньше людей будут посвящены в подробности нашей жизни, тем лучше.

– Ди, ты же сама видишь, дом большой. Не так просто в нем прибраться. Готовить необходимо и на охранников тоже. Марте тяжеловато будет. Анна ей как раз поможет в этом. А ее муж человек работящий. За садом присмотреть, по хозяйству помочь. Лишние руки всегда пригодятся. Не ребят же к этому привлекать?

– Почему бы и нет? Работа тут не бей лежачего! И, конечно, ты понимаешь, с чем связано мое недоверие.

– Доверять им и не нужно. Уверен, дальше правого крыла Марта Анну не пустит. Ночевать будут в деревне. У них дом неподалеку. Хозяйство, опять же. Корова, куры. Так что парным молочком и прочими натур продуктами будешь обеспечена. А за всем остальным раз в неделю Егор в город съездит.

– Егор, говоришь? Ладно. Он-то как на роль моей няньки согласился? – риторический, конечно, вопрос. Парень много лет возглавлял службу безопасности Сэма, и поездкой за продуктами его не удивишь. За семь лет работы чего только не приходилось ему делать. Но вот проколов, как тогда, на дороге, еще не было. Автомобиль Седого не просто так потерял управление. Кто-то старательно над этим потрудился. Егор не мог знать, через что пришлось пройти его шефу, чтобы вернуться в наш мир. Одно то, что тот нашел начальника полностью седым, говорило о том, что он заглянул в глаза смерти.

Гостиная мне понравилась. В ней еще витал запах свежеструганных досок, отчего все помещение вкупе с лаконичной мебелью, вышитыми скатертями и кружевными салфетками сразу воспринималось каким-то родным, домашним. Утопленный в стену камин, стилизованный под русскую печь, плетеная мебель, пастельного оттенка текстиль – все подобрано с безупречным вкусом. Выбивался из общей картины только телевизор, но и его умелый дизайнер скрыл в нише за декоративными ставенками. Широкая деревянная лестница в левой части помещения была отгорожена резной решеткой, по которой пустили свои побеги живые растения.

Мои апартаменты были огромными. С помощью гипсовых колонн, дверных арок и стеклянных перегородок делились на несколько зон. В первой было что-то вроде маленькой гостиной. Пара кресел, столик, огромное зеркало, фигурный комод. Здесь можно было перекусить на скорую руку или же подождать, если хозяйка не готова выйти. Отсюда через арку можно попасть в спальню. Огромное окно во всю стену, которое при желании закрывалось плотными шторами. Впечатляющих размеров кровать. Туалетный столик. Пуфы. Изящная стойка для одежды, стильные бра на подставках в изголовье, скрытая в нише плазма.

Знал Сэм о моей слабости. Находясь дома, всегда включала телевизор. Работая на минимальной громкости, он создавал фон и ощущение присутствия.

К спальне примыкали еще три комнатки. В одной располагалась обещанная джакузи и санузел, во второй – гардеробная, ну а третья пока пустовала. Невольно улыбнулась.

Предусмотрел и то, что захочу обставить детскую по своему вкусу.

Раздвижная стеклянная дверь, которую вначале приняла за окно, давала возможность попасть на просторный открытый балкон.

Вот, поистине, самое лучшее место!

Из спальни Сэма тоже был выход на террасу. К слову, она утопала в зелени и цветах. Небольшой стол с плетеными стульями располагался как раз между нашими комнатами. Всегда можно было встретиться и посидеть за чашечкой чая. Чуть правее стояло новенькое кресло-качалка. Журнальный столик, навесные полки и расставленные на них разнокалиберные шкатулки, книги, так и манили заняться рукоделием. Или же просто почитать перед сном.

– Дианушка! Деточка, ты проголодалась? – налетел на меня вихрь по имени Марта, – я сейчас пироги разогрею. А если подождешь, то и свежих напеку. Или блинчиков хочешь? Анна сейчас молочка принесет. Парного, а?

– Марта! Я же так в дверь скоро не пройду! На убой кормишь. Я утром плотно позавтракала. До обеда всего ничего, подожду. Ты, лучше скажи, сама-то устроилась? Как тебе комната? Есть все необходимое?

– Да что там! – женщина махнула рукой, – много ли мне надо? Я и не рассматривала толком.

– Понятно. Тебе, наверное, сразу кухню подавай на досмотр.

– Да разве ж Эдюшка допустит, чтобы что-то не так было? – я хмыкнула, как Седой скривился от своего переиначенного имени. Грозный дядька, наводящий ужас на своих подчиненных, и вдруг «Эдюшка»! – Он же все с такой любовью, добром сделал, что грех на что-то жаловаться, – продолжила Марта, сев на любимый конек. Узнала, что мы не брат и сестра, вот и мечтала нас свести. А то ж дитятко без отца родится!

Знала бы она, кто его отец! Даже не заикнулась об этом.

А серьезный разговор на эту тему состоялся у нас после того, как прошел первый шок от известия о моей беременности. Сэм снял целый ресторан, создав для меня романтическую сказку с лепестками роз, живой музыкой и внушительным бриллиантом в атласной коробочке. Он ничего от меня не требовал, ничего не просил. Сказал только, что любит и больше ему никто не нужен. Если моему ребенку суждено появиться в этом мире, готов принять его, как родного. Кольцо взяла с условием, что воспользуюсь им в самом крайнем случае.

Но для окружающих скандальная помолвка состоялась. Пресса долго мусолила и осуждала наш будущий брак. Связь между родственниками (а поначалу все считали меня сводной сестрой Сэма) порицалась. И не важно, что родство условное. Сэм немало заплатил, чтобы замять поднявшуюся шумиху.

Как бы то ни было, Седой не мог не сделать мне предложения. В ситуации, когда на него стали охотиться потенциальные невесты, а меня допекать перспективные женихи, вариант брата и сестры не спасал от навязчивых претендентов.

Особенно досаждал господин Кайренский. Поначалу, он мне даже понравился. Статный мужчина с темно-русой шевелюрой и зелеными глазами был кумиром молоденьких (и не только) медсестер. К нему на прием записывались за полгода – год. И очень многих, судя по богатому ассортименту комплиментов и хитроумным уловкам, доктор осчастливил своим вниманием. Но испугало меня, по-настоящему, не это. Сергей слишком большое участие принял в моем выздоровлении, чтобы быть с ним грубой или невежливой. В ином случае, я без колебаний отшила бы ухажера.

Началось с того, что как врач, Кайренский стал замечать странности в моем поведении. Особо остро я реагировала на пищу, запахи. Безошибочно определяла, из каких ингредиентов состоит то или иное блюдо. Поварихи и сиделки давно бы взбунтовались от бесконечного количества придирок. Однако они спокойно уносили блюда, в которых были использованы несвежие продукты и готовили новые. Возможно, как люди подневольные, они и не имели права на возмущение. Но и за глаза не осуждали и не жаловались. С течением времени, мое влияние на сознание окружающих только усиливалось.

Как назло, Кайренский не только оказался устойчив к внушению, но еще и неплохо разбирался в этом вопросе. Он с восторгом отметил мою особенность и предложил пройти обучение, чтобы овладеть техниками. Отказа от меня никак не ожидал.

А тут еще моя подозрительная любовь к острой пище, которую предпочитала запивать сладким ликером. Сплошной вред для ребенка. А я чувствовала, что делаю все правильно. Потому и поспешила оборвать отношения, пока доктор не сложил все странности воедино и не сделал неправильных выводов.

Отправив Марту заниматься обедом, мы с Сэмом расположились на террасе. На столике уже появился графин с ликером и горячий чай, заваренный на травах. В вазочке аппетитно пахло свежее печенье, а на тарелке высилась горка тостов с большими кусками бекона, щедро смазанных острейшей горчицей.

– И как ты это ешь! – в который раз фыркнул Сэм, наблюдая, с каким удовольствием поглощаю бутерброды, – и, главное, куда в тебя столько влезает?

– Сама в шоке. Но ничего не могу поделать. Ему, – ласково погладила едва округлившийся живот, – это нравится. Ты ведь понимаешь, у меня будет не совсем обычный малыш. Точнее, вообще, не человек. И у него особенные потребности. Сэм… мне иногда становится так страшно.

– Ди, – мужчина накрыл мою ладонь своей, – мы справимся. Мои люди перерывают всевозможные архивы, пытаясь разыскать информацию. Это кропотливая работа, приходится отсеивать тонны лживых сведений.

– Нда, читала  я те отчеты, – скептически хмыкнула, – рождение моего ребенка здесь сочтут за приход Антихриста. А ведь если младенец унаследует хотя бы часть сил своего отца, то…

– Половина населения планеты захочет его уничтожить, а другая, возможно, станет поклоняться, – закончил за меня Сэм, – но ведь необязательно, что все будет именно так. Твой демон найдет способ забрать тебя. Как бы ни был жесток Дхаар, он сумеет защитить вас обоих.

– Он даже не знает, что я беременна! Может, он, вообще, забыл обо мне.

– Если бы знал, уже давно был здесь. А про то, что забыл, даже не думай. Демон крепко на тебя запал. Поверь, я знаю, о чем говорю.

Укоризненно посмотрела на Сэма, он постоянно твердил, что для Дайрона я больше, чем увлечение. А он ни разу даже намека не сделал, ни слова не сказал. Хотя некоторые поступки выбивались за грань нормальных. Для демона, конечно. Но уже одна метка на шее говорила о том, что хозяин выделил меня из многих. А регулярные семейные ужины? А тот раз, когда Аламат напился в моей компании? И от смерти спас дважды, поделившись с простой человечкой своей кровью. Все это дарило надежду, что Дайрон придет за мной. Этим утешала себя каждый раз, засыпая одна в постели.

– Ты побудешь со мной немного?

– Сегодня весь твой, – улыбнувшись, ответил Сэм, – но завтра к восьми мне необходимо быть в офисе. Так что на празднике выпивать не буду. Разве что немного.

– Празднике? Каком еще празднике?

– А разве у нас нет повода? Новое место, новый дом, новая жизнь! По-моему, есть что отметить.

– Ммм, звучит заманчиво. И что это будет? Затаримся спиртным, пригласим фотомоделей, стриптизеров и всю ночь будем колбаситься под ужасающий грохот попсы?

– Не-ет! – Сэм расхохотался, – всего лишь скромный семейный ужин. Никаких моделек! Но, если хочешь, стриптизеров, закажем!

– О! Поверь! После Ирса с Ресом меня никаким стриптизом не удивишь. Вот у них есть на что посмотреть! Сплошная экзотика!

– Кхе-кхем! И то верно. Признаться, рядом с демонятами невольно начинаешь задумываться о посещении спортзала.

– Угу! Наши модельки ребят на сувениры бы растащили.

– Думаю, они бы и сами недолго сопротивлялись.

Заболтавшись, не заметили, как наступило время обеда. Решив больше времени провести вместе, попросили Марту накрыть на террасе. Я, несмотря на недавний плотный перекус, с жадностью набросилась на еду. Особенно понравились стейки с кровью. Марта страшно переживала, что из-за плохо прожаренного мяса, я подцеплю что-нибудь ужасное и заболею. Приходилось каждый раз делать ей внушение, что подобная пища идет на пользу.

Это еще что! Я увидела по телевизору, как готовят кузнечиков и личинок. Захотела попробовать. Сэм повел меня в ресторан, где подавали подобные блюда. Весь ужин он сидел бледно-зеленый, шумно сглатывая каждый раз, когда я заказывала какую-нибудь новую диковину из меню. У дверей дежурила скорая, а весь персонал приходил посмотреть, как странная клиентка с аппетитом уничтожает весь ассортимент живых морских гадов и жареных насекомых.

Соглашусь, со стороны смотреть на это противно. Но стоит перебороть внутренний страх, как живая пища превращается в невероятное лакомство.

– О чем задумалась? – спросил Сэм.

– Я? С чего ты взял?

– С того, что ты уже полбанки горчицы съела, причем без хлеба или мяса. Водички?

– Не. Сладенького, – я потянулась к ликеру, – а задумалась потому, что вспомнила тот ресторанчик. Ммм.

Седой резко побледнел.

– Ди! Только не это! Я без содрогания вспоминать не могу.

– Жаль. А мне так понравилось. Как думаешь, Марта могла бы приготовить что-то подобное?

– Мы уже обсуждали этот вопрос. Не стоит доводить бедную женщину до инфаркта. Если хочешь, попробую найти повара.

– Так, ведь их днем с огнем! Это ж, сколько деньжищ платить придется?

– Поверь, мы можем себе это позволить. Только одно условие: пробовать не заставляй!

– Как скажешь, Сэм! – в предвкушении потерла руки, – буду есть в своей комнате и одна!

До ужина мы успели обойти весь дом. Я познакомилась с Анной и ее мужем. Типичная деревенская жительница: дородная, розовощекая, с лучиками морщинок на круглом лице и удивительно добрыми глазами. Михаил выглядел на десяток лет старше жены. Волосы уже убелила седина, но в осанке еще чувствовалась твердость. Мозолистые руки напоминали, что жизнь в деревне тяжелая и непростая.

Стол накрыли в большой гостиной на первом этаже. Анна с Мартой быстро нашли общий язык и порадовали нас разнообразием мясных блюд, гарниров и закусок. Сэм удивил гостей коллекционным виски. Егор, Михаил и двое ребят из охраны, Кирилл и Дима, оценили напиток по достоинству. Женщины, то есть Марта и Анна, дегустировали настоящее французское вино. Ну а я пила свой любимый ликер.

Еще засветло отправились во двор. Просторная беседка за домом вместила всю компанию. Мужчинам приспичило опробовать новый мангал, так что праздник живота продлился чуть ли не до полуночи.

Михаил рассказал, что в здешних лесах водятся зайцы, кабаны, дичь, и в сезон охоты сюда наезжают толпы любителей пострелять по живым мишеням.

– Через недельку и нагрянут. Так что осторожнее в лесу-то! – посоветовал он, – они по большей части у реки засидки устраивают. Раньше Дивка широкая была, а как обмельчала, остались озерца, да ручьи. Камышом все заросло. Человеку непросто пройти, а птице раздолье. Хорошо, что основная масса в Дивунах оседает. Но и к нам, в Озерки, приезжают.

– Егор! – Сэм выразительно посмотрел на начальника охраны.

– Понял. Одну никуда не пущу. Проконтролирую.

Я отвернулась, спрятав невольную усмешку.

Захочу уйти, никто не удержит. И не вспомнит, что видел. А то, что в лесу можно на шальную пулю нарваться, плохо. Как-то не предусмотрел Седой этот момент. А, может, все как раз наоборот. Вон как увлекся выяснением того, что необходимо для получения лицензии. Егор и Лешка с Ником, которых сменили на посту Кир и Пашка, светились от предвкушения грядущего развлечения.

Анна с Мартой уже давно делились друг с другом жизненными проблемами. Приятная компания и хорошее вино, чем не повод пооткровенничать? Тем более что судьба у обеих сложилась непростая.

Попрощавшись со всеми, отправилась к себе. Трезвый на празднике – шпион. На меня с некоторых пор спиртное действовало иначе. Раньше от такого количества ликера, что я поглощала, не смогла бы и слова внятного сказать. А так, легкое состояние эйфории и хорошего настроения. Даже до стадии бесшабашного веселья и любви ко всему миру ни разу не доходило.

Приняв душ, нацепила ночнушку, что приготовила Марта, и отправилась в кровать. Пощелкала пультом. Попила водички. Полистала книжку. А сон все не шел.

И как прикажете соблюдать режим?

Рассудив, что до утра меня никто не хватится, решила тайком прогуляться. Глупо, наверное, тащиться одной в лес. Однако внутреннее чутье говорило, что мне это необходимо.

Из подушек и одеяла создала видимость, что на кровати кто-то лежит. Это на случай если Сэм захочет проверить. Надела специальный костюм для прогулок. Из плотной немаркой ткани с множеством карманов и распиханными по ним мелочами вроде зажигалки или фонарика. Волосы стянула в хвост и накрыла платком, повязав его на манер банданы. Несмотря на то, что ночи в начале августа были довольно теплыми, взяла с собой еще ветровку и надела сапоги с высокими голенищами.

На секунду задержалась у столика, на котором стояла бутылочка с водой и штоф с ликером. Не в силах выбрать что-то одно, прихватила обе бутылки. Их вес здорово оттянул полы курточки.

Еще днем, когда мы с Сэмом осматривали дом, я приметила путь, по которому можно незаметно выбраться из поместья. У сарайчиков в дальней части участка высилась поленница. Парочка вкопанных столбов и крепкие веревки не давали ей рассыпаться. Зато по ней очень удобно было взобраться наверх, и оттуда на крышу сарая. А там, до забора рукой подать. Вдобавок снаружи рос ветвистый дуб. Несколько обрубленных толстых веток так и манили воспользоваться тем, чтобы перебраться на другую сторону и спокойно спуститься.

Кирилл с Димкой, игнорируя видеомониторы, резались в карты, здраво рассудив, что в первый день ничего особого не случится. Не могли же они предположить, что мне приспичит погулять среди ночи? Так что я со спокойной совестью прошмыгнула мимо камер и, преодолев забор, углубилась в лес.

Промелькнула мысль, что поступаю некрасиво, не предупредив никого о том, что ухожу. Но кто б меня тогда отпустил? И чего народ волновать, если вернусь через пару часов? Никто и ничего не узнает.

Ночной лес жил своей жизнью. Совсем рядом выводили песни цикады. Поодаль, от скрытых в чаще заболоченных просек, доносился нестройный хор лягушек. Ухала сова. Под ногами хрустел сушняк, и едва слышно шелестели ветви деревьев. Обломок луны, казавшийся нереально огромным на фоне мерцающего звездами неба, освещал все мягким серебристым светом.

Я неплохо видела в темноте, различая не только силуэты крупных стволов деревьев, но и их более мелкие ветви, и вырастающий на пути кустарник. В низинах стелился белесый туман. Это земля отдавала накопленное за день тепло. А в воздухе витала прохлада, напоенная запахами лесных трав и ягод.

Поначалу бездумная прогулка обрела цель. Я чувствовала, как по телу пробегают еле ощутимые разряды. Они усиливались, будто приближалась к невидимому источнику. Опасности я не ощущала. Наоборот, то, что влекло, должно было помочь.

Но чем? Как? – не знала.

Судя по начавшим гудеть мышцам, ушла я далеко. Стрелки на часах, причудливо светящихся в темноте, показывали, что времени прошло немало. А к конечной точке я так и не приблизилась. Наткнувшись на пенек, о который пребольно ушибла ногу, решила немного передохнуть. Хлебнула водички из бутылочки, потянулась.

Сейчас бы в кроватку! – мечтательно вспомнила о том, какой удобный матрас ждет дома. – А ведь еще возвращаться. И куда?

Оглядевшись, невольно поежилась. Темно. Тихо. И деревья. Много деревьев. Идея с прогулкой казалась уже откровенной глупостью. Особенно в свете того, что никого не предупредила, куда ушла. И телефон с собой не взяла. Сети, конечно, в глуши взяться неоткуда, а вот встроенный компас помог бы сориентироваться.

Итак, что лучше? Сидеть на месте, дожидаясь, пока обнаружат мою пропажу и кинутся на поиски? Или попробовать найти обратную дорогу самостоятельно?

Сэм точно прибьет! У него ж с утра собрание акционеров. Собирался уехать ни свет, ни заря. А тут я! Не-ет. Лучше самой вернуться. Они ж потом и шагу не дадут ступить спокойно.

Часть 2.

Когда-то слышала, что человек идет по лесу не по прямой. Всегда немного забирает вправо. Так что, если продолжить путь, то, теоретически, должна выйти к тому месту, откуда ушла.

Кхм, ну это обычный человек. А я? Обычной уже не назовешь. Придется положиться на интуицию. Только эта зараза именно сейчас молчала. Ладно. Долго на месте тоже не высижу, так что передохнула, и вперед!

Дав себе мысленного пинка, поднялась и, наобум выбрав направление, пошла дальше. Видимо, удача меня покинула. Лес будто стал гуще. Мне становилось все сложней продираться через ветви, стелящиеся под ногами травы и бурелом.

Небо уже стало светлеть, когда я, наткнувшись на полянку, повалилась без сил на сваленные в кучу ветки. Вырубилась моментально. Красочный сон, в который окунулась, едва сомкнулись веки, поразил своей реальностью. Прежде всего, удивило само место. Жуткое, страшное и очень горячее. Земля или камень под ногами – непонятно. Но поверхность явно накалена. Сквозь широкие поры мерцает алое пламя, в некоторых местах вырываясь наружу фонтанами лавы.

Странные деревья, словно живые, состоящие из струй жидкого огня. Веточки трепещут пламенем от малейшего дуновения, и листочки-иголочки меняют цвет от бордового до солнечно-рыжего. Безумно красиво. Столь же яркая трава, в которой виднеются алые бутоны цветов. Раскрываясь, такие цветочки плюются огнем. Небо слепящего оранжевого оттенка разбавлено кровавыми облаками. Воздух густой тяжелый, с неприятным запахом серы.

Мир живой. Какие же существа населяют его? – не успела подумать, увидела одного из обитателей. – Дхарг! Живой. Надо же! Эти демоны и в сон умудрились забраться. Хотя коричнево-оранжевая шерстка низшего вполне соответствовала месту. О! – пришла неожиданная догадка, – если в этом месте обитают дхарги – низшие демоны, то, возможно, это и есть Нижний демонический мир, о котором слышала на Дхааре.

– Кто ты? – раздавшийся позади вибрирующий голос, заставил подпрыгнуть, – у тебя человеческая аура, но пахнешь демоном. Кто-то из ледяных.

Резко обернувшись, увидела женщину. Смуглая кожа кирпично-красного оттенка. Крутые бедра, едва прикрыты коротенькой юбкой. Стройные ноги. Тонкая талия. Вызывающе – открытая грудь, минимум четвертого размера, подчеркнута лишь тонкими ремешками, к которым крепятся заплечные ножны для парных мечей. Белоснежные волосы заплетены в косу. Изящные рожки цвета слоновой кости и, разумеется, хвост с пушистой белой кисточкой. Сомнений, к какой расе принадлежит незнакомка, не было.

– А кровь, – она облизала пальцы, покрытые алой жидкостью, – говорит о том, что ты моя сестра.

Я попятилась. Даже во сне не хотела сталкиваться с демоницами. Слишком наслышана об их взрывных характерах, избалованности и непомерных амбициях.

– Подожди! – демоница ринулась ко мне, но замерла, не решаясь нарушить некую невидимую границу. – Я не причиню вреда! Клянусь! Просто… так необычно видеть кого-то оттуда, – она с тоской посмотрела на небо.

– А я оттуда? – я малость подвисла. На земле принято считать, что небо – место жительства богов, ну или на крайний случай инопланетян. И то, последним обязательно наличие летающей тарелки.

– А откуда ж еще? Как мне к тебе обращаться? – поинтересовалась незнакомка.

– Ди, – представилась я привычным сокращением имени, – а тебя как зовут?

– Таркмэдитестанельцверинат, – ни разу не запнувшись, выдала демоница.

– Эээ! А как-то покороче нельзя? Я ж ни в жизнь это не выговорю.

– Тара, – хмыкнув, выдала сокращенный вариант новая знакомая.

– Что ж, Тара! Рада познакомиться. Не подскажешь, что это за место? И как я сюда попала?

– А ты не знаешь? Но… я думала, ты пришла заключить сделку.

– Что? – я закашлялась.

Демоница вновь ринулась ко мне. Видимо, чтобы помочь. Ну, там по спине похлопать или еще что. Однако она вновь остановилась, не решаясь пересечь невидимый барьер, что отделал нас друг от друга.

– Объясни! – потребовала, как только смогла говорить.

– В твоем мире нас считают злом, человечка, – принялась охотно рассказывать Тара, – однако находятся смельчаки, что прорывают грань миров и вызывают нас. Глупцы готовы пожертвовать бессмертием ради каких-то желаний. А мы слишком жаждем вырваться из этого мира, что готовы ухватиться за любой шанс.

– Что-то это мне напоминает, – пробурчала я. Представить, что вера в дьявола имеет под собой реальное основание, непросто. – Это же… невероятно! Ну, людские мотивы я еще понять могу, но что это дает вам? Душу?

– Можно и так сказать, – усмехнулась демоница, – если хочешь, расскажу при следующей встрече.

– Считаешь, она состоится?

– Ты связана с нами больше, чем можешь представить.

– А что ты там упоминала про сестру?

– Старшая из нашего рода приняла тебя, сделав приемной дочерью. Значит, ты моя сестра.

– Вот сейчас совсем ничего не поняла? Какая старшая? Ты о ком?

– Элизтельнацверриалат, – сообщила Тара, вновь не запнувшись ни на одной букве.

– Погоди! По аналогии с твоим именем, вашу старшую зовут Элизтель? – предположила я.

– Эльзин!

– Эй! Ты что-то путаешь. Так зовут неккери. Они похожи на лошадей, а на самом деле демоны. Нижнего мира, – от внезапного открытия, подкосились ноги. Тихо осела на землю, – то есть она… как ты?

– Хм, вообще-то, это я как она, – поправила Тара.

– Эээ, а как же? А демоны знают? Они же обращаются с ними, как с животными! И кандалы эти! Ошейники. А Риль? Ты знаешь Риля? Тая?

– Тебе пора возвращаться, – вдруг посерьезнела Тара, – здесь время течет иначе, чем там. Нельзя к нам надолго.

– Но я же… Это ведь не сон? Как мне снова попасть сюда? У меня столько вопросов!

– Место, где сейчас твое тело, особенное. И кровь необязательно должна быть твоей. Сойдет и животное.

Последние слова Тары прозвучали как в тумане. Она сама стала какой-то блеклой, будто таяла в белесой дымке.

Может, это в глаза что-то попало? – крепко зажмурилась, потом часто заморгала. Однако вместо Нижнего мира увидела вполне симпатичную поляну в лесу. Солнце давно описало небосвод и теперь клонилось к закату.

Это же, сколько меня не было? Дома все с ума сошли от беспокойства!

С трудом приподнявшись, стала разминать отекшие мышцы. Мелкие ветки и травинки оставили отпечаток на коже. Растерла ладонями лицо.

– Это еще, откуда? – с удивлением обнаружила на руках кровь, да еще щека странно заныла, – неужели поранилась? – осторожно ощупала себя. Действительно, на скуле обнаружила глубокую царапину. – Что-то не припомню, чтобы где-то зацепилась.

Причина обнаружилась в ветках. Та куча, на которую ночью меня угораздило свалиться, на самом деле прикрывала спрятанный от посторонних глаз плоский камень. Широкий. Больше метра в диаметре. С бурыми потеками и странными выдолбленными в нескольких местах канавками. Среди веток обнаружился обломок доски с торчащим в ней ржавым гвоздем. Судя по тому, что и гвоздь и доска были перепачканы чем-то красным, именно о них я приложилась ночью.

Глубокая, – определила по количеству крови, – если бы ни повышенная регенерация, могла и не проснуться.

Зеркальце, найденное в одном из кармашков одежды, подтвердило это. На месте царапины осталась лишь красная полоса шрама. Но и он очень скоро должен был исчезнуть.

Хм, мне повезло! Даже толика крови демона творила чудеса.

Воды у меня оставалось больше половины бутылки. Хватило, чтобы попить и умыться. Пустую тару примостила на ближайшем дереве, как знак, по которому могла опознать поляну. Хотя внутри крепла уверенность, что найду это место с закрытыми глазами. Внутренний компас после ночи, проведенной на камне, заработал в полную силу. Так, я безошибочно определила, в какой стороне деревня. На обратную дорогу ушло меньше часа. К дому вышла с противоположной стороны от той, куда уходила.

У открытых настежь ворот стояли четыре внедорожника. Возле них суетились люди в форме. Похоже, Сэм привлек к моим поискам чуть ли не армию. На мое появление никто не отреагировал. Я даже во двор зашла беспрепятственно. А там развернулся целый штаб. Прямо на улице под наспех сооруженным навесом стоял большой стол. Склонившись над ним, люди сосредоточенно рассматривали разложенную карту. Вокруг точки, обозначающей Озерки, красными флажками были отмечены места, где уже побывали люди Сэма. Это я поняла из обрывка разговора, который успела подслушать.

– Ее не могли вывезти из деревни незаметно. Она не ушла бы с посторонними. Значит, ее вынудили. Или оглушили. Они могли ей навредить.

– Это вряд ли, – буркнула я, – пусть бы только попробовали. Кого ищем?

Несколько пар мужских глаз уставились на меня.

– А вы, собственно, кто? – поинтересовался вояка с майорскими погонами на плечах.

– П-пропажа, наверное, – под испепеляющим взглядом Седого захотелось провалиться под землю, – я не хотела. Случайно получилось. П-прогуляться вышла и заблудилась немного.

Часть 3.

– Немного?! – взревел Сэм, – двое суток, по-твоему, немного? Да мы тут чуть с ума не сошли!

– Двое суток? Офигеть! А я думаю, что так жра… кушать хочется. Есть что-нибудь съестное?

– Ты…

Мужчина замахнулся, чтобы залепить пощечину. А я сжалась, и не думая уклоняться. Заслужила, ведь.

Двое суток! Кто бы мог подумать! Белобрысая могла бы предупредить, что ли.

Удара не последовало. Вместо этого, меня рванули к себе и с такой силой стиснули в объятиях, что я охнула.

– Идиотка безмозглая! – прошептал Сэм, – выпорю! Посажу под замок. Ты хоть представляешь, что мы все тут пережили? Марте скорую пришлось вызвать. У нее сердце слабое. Я на ребят сорвался, чуть не убил. Если бы это было возможно, поседел во второй раз.

– Так понимаю, это и есть Диана Седихина? – влез в разговор тот самый вояка, – позвольте узнать, вас кто-нибудь похищал? Увез силой? Угрожал?

– Нет. Вышла прогуляться и заблудилась. Сама виновата.

– Что ж, тогда, господин Седихин, нам стоит обсудить некоторые вопросы, – во взгляде мужчины читалось недовольство. Судя по всему, Сэму предстоял сложный разговор.

– Конечно. Я провожу Диану в дом, а после можем поговорить в моем кабинете.

Молча кивнув, вояка отправился к джипам. Отрывистыми приказами сообщил об отмене операции. Следом послышались хлопки закрывающихся дверей и гул взревевших моторов. Мы с Сэмом зашли в дом.

Внутри на меня обрушился поток объятий, слов и слез от Марты. Вцепившись мертвой хваткой, она проводила до комнаты и, взяв обещание никуда не выходить, помчалась на кухню. Сэм же, сдав меня с рук на руки, отправился в кабинет.

Пока я нежилась в ванной, Марта накрыла стол в маленькой гостиной, справедливо рассудив, что слушать громкий разговор мужчин, доносящийся из кабинета, мне не стоит. Все то время, что я ела, она сидела напротив, подперев голову кулаком, и смотрела на меня. Пусть на аппетит это не влияло, но под таким любящим взглядом было не по себе.

Мысленно внушала женщине спокойствие и ощущение того, что все позади. Всего лишь легкое волнение из-за того, что я припозднилась с прогулки. Так и объяснила Марте свое отсутствие. Поймала себя на том, что нехорошо поступила с человеком, который искренне ко мне привязался. Но иного выхода не видела. Сказать ей правду не могла.

А вот от Сэма скрывать ничего не собиралась. Спустя два часа, когда все посторонние убрались из дома, встретились с ним за чашечкой чая на веранде. Первым делом он поинтересовался, как мне удалось улизнуть с охраняемой территории.

– Нда, что-то такое и предполагал, – высказался Седой, узнав о причине, побудившей меня к действиям, – я одного понять не могу? Почему не оставила записки? Не предупредила меня, в конце концов? Я что, монстр? Думаешь, не пустил бы тебя на прогулку?

– Одну? Ночью? В лес? Не-а, – я скептически хмыкнула, – не пустил.

– Соображаешь, – подтвердил Сэм, – и где же ты была все это время?

– Не поверишь! В Нижнем демоническом мире! – насладившись эффектом разорвавшейся бомбы, продолжила, – поначалу я и не думала уходить далеко. А потом, будто что-то нашло. Меня потянуло к тому месту. И, как оказалось, не зря. Посмотри! – достала кулон, который не снимала с момента, как Седой передал мне его в больнице. – Видишь, камушки как будто светятся! Он заряжается! Сам! Если накопит достаточно энергии, как думаешь, сможет перенести обратно на Дхаар?

Обнаружила я это открытие недавно. В ванной. И теперь сама горела надеждой и строила предположения.

– Определенно… это твое приключение пошло на пользу, – вынужденно признал Седой, – но впредь не делай ничего, что может тебе навредить. Ты понятия не имеешь, сколько опасностей может подстерегать в лесу.

– Я не такая беспомощная, какой ты меня считаешь! – неожиданно для себя разозлилась. Тоном, каким Сэм меня отчитывал, разговаривали с непослушными детьми. А я давно не ребенок!

От хлопка и последующего за этим звона, вздрогнула. Стакан в моей руке лопнул, осыпавшись мелкими осколками. Часть из них вонзились в кожу.

– Дхарг! – поежилась от вида торчащих из ладони стекляшек, – я не специально! Оно само!

– Угу. Само, – буркнул Сэм, перехватив мою руку и осторожно вытаскивая блестящие кусочки из ранок, – вот так запросто, специальное небьющееся стекло взрывается. Ни с того, ни с сего! Ка-анешно!

– Хочешь сказать, это я сделала?

– Ну, не я же! Ты ведь что-то чувствовала? Или подумала о чем-то?

– Эээ… разозлилась. На то, что отчитываешь, как ребенка. А я взрослая женщина и сама могу принимать решения.

– Ди! Я же просто волновался. Это не потому, что считаю тебя слабой или неспособной за себя постоять. Ты дорога мне. Я хочу защитить. Неужели это так сложно понять?

– Ну, прости! Сколько еще мне извиняться? Обещаю, в следующий раз оставлю записку.

– Ди, – Сэм сжал мою ладонь, мелкие ранки на которой уже затянулись, – поклянись, что никуда не выйдешь из дома без охраны. И вот этого, – вложил в руку продолговатый кулон с мигающим внутри огоньком.

– Что это? Зачем?

– Это маячок, чтобы я мог найти тебя, где бы ты ни была.

– Но к чему такие меры? – насторожилась, отметив, как странно отводит взгляд Сэм. Будто, что скрывает. И еще куча военных, что собирались прочесывать лес. Не спасателей, а именно военных. Пусть, кроме майора, все были одеты в гражданскую одежду, но выправку ничем не скрыть. – Я чего-то не знаю? Ни о чем не хочешь рассказать?

– Ди, ты же помнишь, что позавчера я должен был попасть на собрание акционеров?

– Угу, – подтвердила, отметив, как странно Седой начал рассказ.

– Утром я зашел попрощаться и… в общем, не обнаружив тебя на месте, поднял тревогу. Мы просмотрели видео, и выяснили, что ты вышла из комнаты после полуночи. Через ворота или калитку не проходила, значит, покинула дом другим способом. Теперь знаем каким. Однако наружные камеры показали, что примерно в это время к дому подъезжала машина. Постояв около часа, она уехала. Номер рассмотреть не удалось, только марку, фольксваген-пассат, и то, что она темного цвета. Мы предположили, что на посту ГИБДД, в пяти километрах отсюда, вполне могли заметить автомобиль. Я отправил Егора разузнать.

– И? – в нетерпении подалась вперед. Ладно, я сама ушла из дома. А вот странные машины – это не к добру.

– В общем, автомобиль взорвался в километре отсюда. Егор в реанимации. Если бы я поехал, как и планировал раньше, от меня мокрого места не осталось. Заряд как раз под задними сиденьями был расположен. Повезло, что Егор забыл пристегнуться и ехал с открытым окном. Его выбросило из салона взрывной волной.

– Как он? – от неприятных новостей внутри все заледенело. Не вздумай я уйти, рыдала бы сейчас на могилке Сэма.

– Множественные переломы. Ожоги. Почти пятьдесят процентов. Шансов мало, – не стал скрывать Седой, – я поместил его в самый лучший ожоговый центр. Мог бы и за границу отправить, только нельзя пока. У него все: лучшие врачи, лекарства, оборудование.

– Я должна переварить информацию, – схватив бутылку с ликером, налила полный стакан. Выпила залпом, – это ведь покушение. Кто-то знал, что ты поедешь утром. И то, что сядешь сзади, чтобы поработать, просмотреть бумаги перед заседанием. В прошлый раз, когда тебя выкинуло на Дхаар, с машиной тоже что-то сделали? Ты сказал, что тормоза отказали, так? Может, это одни и те же люди? Сэм, кто они? Если я доберусь до них, порву голыми руками!

Последние слова прорычала, столько злости вдруг обнаружилось к тем, кто посмел покуситься на то, что было мне дорого. Посуда на столе треснула разом. Стаканы разлетелись на осколки, графин с ликером раскололся надвое, тарелки покрылись сетью трещин. Вдобавок к этому, одежда на Сэме странно задымилась. Именно в том месте, куда был направлен мой взгляд.

Седой аж подпрыгнул, когда понял, что горит. Чертыхаясь, стал хлопать руками по тлеющей ткани. Я подскочила и стала сдирать с него вещи. Он тоже сообразил, что проще затушить, если снять с себя и поспешил скинуть пиджак и рубашку.

– Прости! Прости, – бормотала, понимая, что сама спровоцировала все это, – я не знала, что могу так. Этого никогда не было. Я не контролирую. Я так разозлилась. Прости.

Под конец разрыдалась на груди у друга. Столько новостей и событий в один день! От каждого волосы становились дыбом. А тут еще все вокруг взрывается и загорается!

– Эй! Ну, что ты! – Сэм подхватил на руки и отнес в мою комнату. Усадил на кровать и подал салфетку, – не нужно так расстраиваться. Тебе вредно волноваться. Все обошлось.

– Я чуть не потеряла тебя, – всхлипнув, разревелась еще сильнее.

Устроившись рядом, Седой прижал к себе и стал гладить по голове, как ребенка.

– Ну, все. Все, Ди! Успокойся. Все будет хорошо. Мы справимся.

Сколько так просидели, не помню. Сэм что-то говорил, успокаивал, рассказывал какие-то истории из прошлого. Я не запомнила. Главное – это его поддержка и крепкое плечо. Рядом с этим человеком было тепло и надежно. Сама не заметила, как задремала.

Этой ночью мне впервые приснился Аламат. Выглядел он уставшим, как тогда, когда истратил силы на проверку обитателей поместья. Демон также сидел в кабинете, склонившись над бумагами. Потускневшие волосы, щетина, круги под глазами свидетельствовали о крайней степени усталости. Несвежая рубашка, пятна на столе и неубранный поднос с чашками говорили о том, что, заработавшись, Дайрон совсем позабыл о времени.

Бедненький! – пожалела его, – совсем некому позаботится. Куда крела Мати смотрит?

Как раз в этот момент кто-то постучал в дверь. Дайрон поднял невидящий взгляд, что-то резко ответил. Потом схватил пустую чашку и с силой запустил в стену. Бессильно откинувшись на спинку кресла, сжал пальцами виски. На миг лицо изменилось. На коже проступили льдисто-синие роговые пластины, превращая человека в страшного демона.

Не сдержав сорвавшегося с губ крика, проснулась. Тело бил озноб. Виной тому сползшее на пол одеяло. Замерзла. Не Дайрона ведь испугалась? Он демон, и мне об этом известно. Как и то, что у него есть боевая форма. О ней же говорил Ирс? Или Рес? Неважно.

Закутавшись в одеяло, встала с кровати. Рядом, на тумбочке, стояла вода. Но мне нужно кое-что покрепче. В гостиной разыскала графин с ликером. Прихватив его с собой, вернулась в постель. Первый бокал выпила, даже не почувствовав вкуса. Второй уже смаковала по глоточку. Внутренняя дрожь ушла. Теперь я могла вздохнуть спокойно.

Он тоже скучает! – я погладила животик, – ему также одиноко и плохо без нас. Но мы ведь найдем способ, правда? Папочка еще не знает, что у него есть ты, малыш. Обещаю, я сделаю все, чтобы мы были вместе. Ты заметил? Его взгляд? Он смотрел прямо на нас. За секунду до того как я проснулась. Быть может, у нас получится поговорить с ним, как с Тарой? Тогда я тоже спала. Не знаю. Но обязательно попробую.

Мысленный диалог с малышом принес удовлетворение. Отчего-то казалось, что он (или она) понимает меня. Во всяком случае, допив содержимое бокала, я легла на подушку и легко заснула, глупо улыбаясь непонятно чему.

Часть 4.

Утро началось со странного стука и какой-то возни во дворе. Накинув халат, вышла на террасу. Несколько мужчин в рабочих робах монтировали кованые решетки на окна первого этажа. Еще двое в спецовках устанавливали спутниковую тарелку.

К чему нам еще одна? Да еще такая здоровая?

В распахнутые ворота как раз въезжал фургон с эмблемой фирмы по грузоперевозкам. Сэма нигде не было видно. Только десяток вооруженных людей в форме охранников. Обилие оружия вызвало тревогу.

Это дом за городом? Или форт Нокс? Что здесь происходит?

Поспешила умыться, переоделась в удобные льняные брючки с просторной туникой и спустилась.

– Дианушка! – встретила Марта, – доброе утро! Разбудили тебя, ироды! Давай-ка, садись, – указала на широкий кухонный стол, – раз уж спустилась, тут и поешь. Там, на террасе сейчас тоже решетку буду устанавливать.

Послушно усевшись на диванчик, уставилась голодным взглядом на женщину. Любопытство любопытством, а нам с малышом прежде поесть нужно.

– Что тут творится-то, расскажешь? – спросила, щедро намазав на блинчик горчички и отправив лакомство в рот.

– Страсть, какой ужас! – всплеснув руками, ответила Марта, – Эдюшка с утра в город собрался. Время-то раннее было, не рассвело еще. Я ему яишенки, да тостов сделала. Не тяжело ведь. И проводила за ворота. Назад и шагу ступить не успела, слышу – хлопки! Один, другой, а потом как зачастят. Кирушка с Пашей бегут. Пистолеты достали, стреляют. Жуть! Думала, помру со страху-то!

– Что? – надкушенный блинчик застрял в горле, – здесь была перестрелка? А Сэм? Он жив? Ранен? Что с ним? – подскочив к Марте, вцепилась в ее руку, – почему меня не разбудили?

– В порядке Эдюшка. Полиция заявилась быстро. Он с ними-то и укатил. А потом эти, – кивнула в сторону маячившего в окне рабочего, – понаехали. Гремят, стучат, мусорят, дом уродуют. Ну, к чему эти железяки?

– Что ж за дела творятся, если средь бела дня, то есть утра, убивать решились? – тревога разрасталась с каждой минутой. Теперь из дому свободно не выйдешь, и внутри покоя не будет. И еще каждый раз переживать, когда Седой куда-то уезжает. Тут ведь на пороге едва не застрелили. А в городе? Там же масса возможностей!

Приехавшего только к обеду Сэма готова была растерзать.

– Где ты был? Что так долго? Почему телефон не отвечает? – накинулась на него с порога.

– У следователя. Ди, ты чего? – Сэм подошел к разрыдавшейся мне, – переволновалась? Все ж хорошо! Что ты!

– Представляешь, сколько ужасов я передумала, пока тебя не было? Что происходит? Можешь объяснить нормально? Кто хочет тебя убить? Зачем? Кому ты перешел дорогу?

– Вижу, понимаешь, каково это беспокоиться о близких, – Сэм обнял и крепко прижал к себе. – Это не минутный разговор. Давай сначала закончим с делами. Мне работу принять нужно, рассчитаться. Пообедать, опять же. А вечерком и поговорим.

– Я до вечера с ума сойду от любопытства! Или от скуки сдохну!

– О! Скучать не придется. Я тут полный отчет по фирме привез. За последние три года. Его проверить бы!

– Кхм. Да тут же одним днем не обойдешься! Месяца не хватит, если все досконально проверять! – навскидку прикинула объем работы.

– Я и не тороплю. Ты пока просмотри бумаги, с чего в первую очередь начать, а что на потом отложить. Завтра как раз всю оргтехнику привезут и установят. Я что мог важное из кабинета забрал. Решил тут поработать какое-то время. А руководить и по телефону можно. Или скайпу.

– С чего вдруг ты проверку затеял? Или есть повод подозревать кого-то?

– Ди! Все вечером! – отмахнулся от вопросов Сэм. Однако по мелькнувшему на лице раздражению, поняла, что в делах последнее время не все так благополучно, как он хочет показать.

С бумагами, сложенными в три больших коробки, я могла просидеть очень долго, просто сортируя по видам и назначению документов. Кто-то очень не хотел, чтобы данные попали в чьи-то руки, поэтому бессовестно смешал папки, предварительно изъяв описи и классификаторы. Для того чтобы разобраться, следовало просмотреть и переложить каждый листик. Чем я и занялась, совершенно выпав из времени до тех пор, пока в кабинет не заглянула Марта, чтобы позвать на ужин.

Атмосфера за столом была напряженной. Марта дулась на Эдюшку, что он наводнил дом рабочими и вояками. Первые затоптали клумбу во дворе и жутко намусорили. А последние так и норовили сунуть свой нос во все дела. На кухне женщина справедливо считала себя полноправной хозяйкой, и любое поползновение воспринимала в штыки. Удивляюсь, как она смогла найти общий язык с Анной. Возможно, смирилась с фактом, что самой везде не успеть. Да и отдать должное, Анна тихая женщина, не скандальная и трудолюбивая. Марта жалела ее. А как иначе? Несчастной и так досталось. Дочка ее, восемнадцати лет, была неизлечимо больна. Синдром Дауна. Видела ее мельком, крупная некрасивая девица. Единственным украшением служила длинная русая коса, да искренняя улыбка на круглом лице. Не будь этой болезни, кто знает, как бы она выглядела. Судя по матери, была бы весьма симпатичной девушкой.

Седой не выпускал из рук телефон, умудряясь жевать и отдавать распоряжения одновременно. Залегшая над переносицей глубокая складка, хмурый взгляд и стальная интонация говорили о том, что Сэм включил режим начальника-тирана и к нему лучше не приближаться.

Не нравилось мне это. Судя по разговору, из-за последних событий сорвалась крупная сделка. Партнер по бизнесу, с которым сейчас и беседовал Сэм, был весьма недоволен этим.

– Это Александр? – уточнила, когда Седой, наконец, отложил телефон в сторону.

– Он, – мужчина, скривившись, кивнул, – Марта, подготовь гостевые комнаты. Брагин с женой приедет к нам на выходные.

– Зачем это? – я чуть не поперхнулась. Мало того что тут и так не протолкнуться, так еще и гости. Если общаться с охраной я могла по своему усмотрению, то с нашими компаньонами этот фокус не пройдет. – Ты сказал, с женой? Она же где-то в Европе, путешествует? Разве не так?

– Приехала, значит, – процедил Сэм.

– Вижу, ты не очень-то рад.

– Ты поела? – получив мое подтверждение, Седой поднялся, отставляя почти полную тарелку, – тогда идем!

Недоуменно переглянувшись с Мартой, я последовала за мужчиной. Слишком уж серьезно и обеспокоенно он выглядел. Видимо, разговор предстоял сложный. В кабинете я удобно расположилась в кресле, поставив на подлокотник прихваченную тарелку с пирожками. Графин с моим любимым ликером Сэм молча достал из бара. Налил мне полный бокал. Себе плеснул виски. Выпил залпом.

Ого! Давненько разговор не начинался таким образом!

Поднявшись, подошла к Седому, обняла за талию, прижавшись лбом к его груди.

– Все так плохо? Сэм, ты можешь рассказать мне. Ты же знаешь!

– У меня нет доказательств, – ответил он глухим голосом, – и вряд ли они когда-нибудь появятся. Мы можем потерять компанию.

– Сэм! Это всего лишь деньги! Много они тебе помогли, когда ты попал на Дхаар? Принесли ли счастье здесь, на Земле? Я бы отдала все до копейки, если бы это могло вернуть мне отца. Твоя, моя, наши жизни важнее. Мы можем уехать куда-нибудь, где нас никто не найдет.

– Знаешь, иногда мне этого очень хочется! Я просто… не могу поверить, что за всем стоит именно она.

– Она? Ты про кого?

– Про Ольгу. Мою бывшую жену.

– Кхе-кхем! Вот так новость! Ты не говорил, что был женат.

– Не говорил. Потому что хотел забыть о ней, как о страшном сне. Вычеркнуть из жизни. Однако эта женщина – мой вечный кошмар.

– Ты так ее любил? – предположила я.

По тому, как Сэм вздрогнул, а потом закаменел, поняла, что попала в точку.

– Не то слово. Боготворил.

– Мне жаль, – погладила его по широким плечам, – ты хоть немного был счастлив?

– Пока не узнал, какая она сука, да. И она, и Сашка были моими самыми близкими друзьями. Я ведь детдомовский, не так просто с людьми схожусь. Побывал в нескольких семьях, пока рос. Но ни с кем так и не смог построить отношений.

На минуту Сэм задумался. Я чувствовала, как нелегко ему вспоминать, и, тем более, делиться этими воспоминаниями. Поэтому молчала.

– С Санькой познакомился на первом курсе института. Богатенький мальчик, мажор, которого предки заставляли учиться. И я, нищий студент, но с тягой к знаниям и мозгами. Я ведь, чтобы поступить, ночей не спал, зубрил, старался. А этот, все те же ночи кутил, лекции прогуливал, девиц менял как перчатки.

– И как же вы сошлись?

– Все просто! Ему нужны были курсовые и контрольные. Мне – практика на фирме его отца и подработка. И потом, Сашка помешан на здоровом образе жизни и тяге к красивым вещам и людям. Всегда окружал себя самыми эффектными девушками. Парни тоже должны были соответствовать. А я, может, и не качок, но постоять за себя мог. Так и затесался в компанию мажоров.

– Ольга была одной из девиц твоего друга?

– Не совсем, – Сэм налил себе еще виски, выпил, неторопливо съел пирожок и лишь после этого продолжил, – она была его сводной сестрой. Отец Сашкин периодически менял жен, выбирая все моложе и моложе. А в этот раз увлекся женщиной постарше. Впрочем, выглядела Карина Павловна ровесницей своей дочери, разве что роскошнее и ухоженней. Но и Ольга выросла красавицей. Я познакомился с ней на Сашкином дне рождении, и уже не смог выкинуть из головы.

– А она?

– Ей нравилось внимание. Нравились дорогие подарки и вечеринки в клубах. Шмотки. Драгоценности.

– Нда, – я искренне посочувствовала, – а бедному студенту все это не по карману.

– Именно! Ольга заявила прямо, что пока у меня нет денег, отношения между нами невозможны.

– Кхм, полагаю, это дало толчок к твоему росту? Ты ведь женился на ней. Значит, смог добиться ее.

– Да! Не без Сашкиной помощи, конечно. И его отца. Петр Андреевич давно понял, что сын не сможет удержать фирму на должном уровне. А тут я. Знающий. Умный. Готовый носом землю рыть, чтобы добиться успеха. Руководящая должность, практика за границей, несколько удачных сделок. Тогда я считал себя счастливчиком. От простого менеджера до исполнительного директора за каких-то пять лет? Головокружительная карьера. У меня появились деньги. Возможности. На мое предложение Ольга ответила согласием.

– И когда же все пошло не так? – осторожно поинтересовалась я. Действительно, успех Седого на самом деле невероятен. Но если судить по тому, сколько труда и упорства он приложил к этому, то закономерен.

– С самого первого дня. Представляешь, в первую брачную ночь я обнаружил в своей спальне не горячо любимую жену, а ее мать. Где пропадала Ольга, узнал  через несколько лет. А вот Карина Павловна, оказывается, все время, что я посещал их дом, жаждала оказаться в моей постели. Я, конечно, не святой. Девушки у меня были. Но такого позволить себе не мог.

– Мда-а, непростая ситуация. Дочке даром не нужен, мамаша из трусов выпрыгивает, чтобы тебя заполучить, а тесть может и убить, если обо всем узнает. Я так понимаю, ты возглавил компанию после его смерти? Кстати, а как твоя жена объяснила свое отсутствие во время брачной ночи?

– Испугалась. Первый раз и все такое.

– Ой! Не смеши! Скажи еще, что она была девственницей.

– Нет. Но я поверил. У нас все случилось позже. И Ольга сыграла все очень убедительно. Со слезами, стонами и кровью на простынях. А я, дурак неопытный, повелся на спектакль. Носился с ней, как с фарфоровой. Берег. Баловал.

– И как же все выяснилось?

– Банально. Вернулся из командировки на сутки раньше и застукал жену в постели с братом.

– Эмм, ну… любовник ведь не приходился ей кровным родственником?

Хм, теперь понятно, откуда взялась идея про брата и сестру, и почему вызвала такой резонанс в обществе.

– Это да. Но сам факт! Они же дурили всем голову с самого начала. Никто не подозревал, какие отношения связывают этих двоих. К тому же Сашке такой расклад на руку. Пока Ольга замужем, не сможет претендовать на его свободу. Как руководитель я всех устраивал. Дела фирмы пошли в гору.

– Полагаю, ты не стал плясать под их дудку?

– Нет, конечно. С Ольгой мы развелись. А вот фирму бросить не смог. Дал Петру Андреевичу слово, что не оставлю пост, чтобы не случилось. Он, видимо, уже тогда подозревал неладное. Недаром, незадолго до смерти, развелся с Кариной. Сашке тоже контрольный пакет не оставил. Как знал, что сынок развалит все, что с таким трудом создавал долгие годы.

– А что твой бывший друг? Как он объяснил все это?

– Никак! У Сашки дар оказываться в щекотливых ситуациях. И также из них выкручиваться. Он не прошибаем. По сей день звонит, как ни в чем не бывало. Отказать ему сложно.

– Значит, завтра мы будем принимать не только твоего компаньона, но и бывшего друга с бывшей женой? Занятно! А почему ты думаешь, что Ольга причастна к последним покушениям?

Часть 5.

– Я смог вывести свои активы. Слияние с Дианеей и несколькими другими фирмами, дало возможность разделить капиталы. У меня нет наследников. Поэтому в случае моей смерти все отошло бы Брагиным. В какой-то мере, я сам спровоцировал покушения. Слияние фирм потребовало вложения средств. А Сашка с Ольгой привыкли жить, ни в чем себе не отказывая. А тут резкая нехватка наличности. И вроде бы младенцу понятно, нужно немного потерпеть и прибыль окупит любые вложения с лихвой. Но…

– В целом мне все ясно, – прервала очередную грозившуюся затянуться паузу, – завтра прибудет весьма опасная парочка. Про них мог бы и раньше рассказать. Александр не понравился мне еще в первую встречу. Ты прав, его обаяние зашкаливает. Сложно ему в чем-то отказать. Я просто не предполагала, что все настолько запущено.

– Я не хотел, чтобы ты испачкалась в этой грязи. Думал, переедешь, и проблема с Брагиным решится сама. Я же видел, как он подбивал к тебе клинья.

– Сэм! – я не сдержала смешка, – когда же перестанешь во мне сомневаться и считать беспомощным ребенком? Думаешь, я не поняла, что ему нужно? Поверь, нашу последнюю встречу он запомнил. Уверена, на месяц лишила его желания распускать руки.

– Он приставал к тебе? – Седой вскипел, – почему мне не сказала?

– Зачем? Ты и так, взвинченный был. От моего коронного удара в пах еще ни один любитель распускать руки не ушел. Знаешь ли, у меня особое отношение к похотливым кобелям.

– Да уж! – мужчина хмыкнул, – вот еще что… Ты постарайся не волноваться. Ни к чему Брагиным знать о твоих способностях. Как и о том, что ждешь ребенка. Благо, пока это незаметно и можно спокойно скрыть от окружающих.

– Сэм! Я же не контролирую это. Понятия не имею, как все происходит!

– Ну, почему же? Ты ведь сама сказала, что разозлилась.

– Вот дхарг! Оно же само! Ты ведь понимаешь, что у беременных настроение скачет постоянно. Может, успокоительного попить?

– Не употребляй это слово, – попросил Седой, – это мы с тобой знаем, что оно означает. А у окружающих могут возникнуть вопросы. А насчет успокоительного, верное решение. Скажу Роману, чтобы привез пару упаковок самого сильнодействующего.

– Роману? Это новый начальник охраны? – уточнила я, услышав новое имя.

– Да. Прислали на замену Егору. Знающий мужик, опытный, – подтвердил Седой.

– Слышу неуверенность в голосе. Не доверяешь ему?

– Не то чтобы нет. Я его не знаю. Егор со мной уже очень давно. Может, и не такой матерый, как Роман, но честный. С принципами. Я таких людей уважаю.

– Согласна. Егор внушает доверие. Кстати, как он там? Есть новости?

– Перевели в палату интенсивной терапии. Жить будет, – с облегчением в голосе поведал Сэм.

– Ну, и, слава богу! Было бы жаль потерять такого человека. Главное – выкарабкался. А там, поможем всем, чем можем. Так ведь?

– Ты еще сомневаешься? – хмыкнул Сэм, – пойдем, что ли, чайку попьем?

– Может, чего посущественней? – предложила я, – за ужином-то не съел ничего. Марте только намекнуть, весь стол продуктами завалит.

– Ладно, уговорила. Пойду, попрошу накрыть нам на террасе.

– И мяска мне! С кровью! – крикнула вдогонку выходящему из кабинета мужчине. Кому как, а поесть я завсегда первая. Вернее, не я, а мы.

Куда только что девалось? При том количестве пищи, что я употребляла, за все время поправилась на килограмм или два.

За поздним ужином на террасе, мы обсудили стратегию поведения с Брагиными. Для общества мы считались женихом и невестой. Нужно было соответствовать.

– Как считаешь, у них возникнут вопросы, если мы будем спать в разных спальнях? – спросила Сэма первой. Сам бы он ни за что не поднял этот вопрос.

– Мне плевать, какие вопросы у них возникнут. Моя личная жизнь их не касается. И, вообще, общие спальни – пережиток. Так пишут в женских журналах.

– Сэм, ты читаешь женские журналы? – я хихикнула, представив себе эту картину.

– Нет. Ольга читала. И это ее слова. Так что беспокоиться не о чем.

– Я бы хотела еще раз сходить на то место, – затронула действительно волнующую тему, – Тара должна ответить на мои вопросы.

Сэм засопел, уткнувшись в свою тарелку. С минуту или две молчал, пожевывая нижнюю губу.

– Ты действительно хочешь вернуться на Дхаар? Впрочем, о чем я? Конечно, хочешь. Я просто… не хочу тебя потерять.

– Сэм, я тоже. Но ты ведь с самого начала знал, что так будет. Я люблю Дайрона. Но и ты мне небезразличен. Я желаю тебе счастья. Ты, как никто, заслуживаешь этого.

– Спасибо, Ди. Если хочешь, прогуляемся завтра утром. Думаю, до приезда гостей успеем. С собой что-нибудь нужно взять?

– Эээ, да! Тара сказала, что нужна кровь. Животного, не моя, – поспешила успокоить Седого, который в лице изменился после моих слов.

– Спрошу у Михаила. Какого-нибудь цыпленка или кролика будет достаточно?

– Хочешь сказать, что придется убить беззащитное существо? – меня передернуло от отвращения.

– Вот так та-ак! – Сэм усмехнулся, – железная Ди, выпотрошившая трех ублюдков, расправившаяся с озерным монстром и победившая первого дактора огненных демонов боится свернуть шею кролику?

– Тьфу на тебя! Я же серьезно!

– А кто тут шутит? Ладно. Если боишься, сделаю сам. А кровь солью в банку. Так устроит?

– Устроит, – буркнула в ответ, – пойду-ка я спать. Во сколько завтра пойдем?

– Сразу после завтрака. Я же не пущу тебя в лес голодной? Спокойной ночи! – Сэм подошел и поцеловал меня в лоб. После отправился к себе.

Засыпая, вновь думала об Аламате.

Как он там? Как Ланни? Эльзин? Соскучилась по ним невероятно. Интересно, как малышка воспримет, что у нее будет братик или сестричка?

Затем мысли невольно переключились на старшего сына. Поймет ли он когда-нибудь, как ошибался? В его возрасте любая проблема воспринимается, как мировая катастрофа. Как Игорек отреагирует на известие о беременности? Маленький, он часто просил братика. Будет ли рад теперь?

Дайрона я все же увидела. Но он был так далеко, что едва узнала. Недоступный, холодный и такой родной. Кажется, он злился, что-то кричал. Но на таком расстоянии я его совершенно не понимала.

Утром встала совершенно разбитой и раздраженной. Дикое, до слез, желание оказаться рядом с Аламатом изводило больше всего. И эти сны, в которых могла видеть своего демона, только усугубляли чувство одиночества. Единственное, что не давало погрузиться в уныние, предвкушение новой встречи с Тарой. К ней было столько вопросов! Столько тем, которые больше не с кем обсудить. Вот только…

В прошлую встречу мы разговаривали не более получаса. А на Земле прошло почти двое суток. Сэму не понравится, если буду валяться на том камне несколько часов подряд. Да и нет у нас этих часов.

Дхарг бы побрал незваных гостей!

Значит, у меня будет не больше минуты. О чем же спросить в первую очередь?

Этим вопросом озадачилась надолго. Размышляла, пока умывалась и принимала душ. Во время завтрака, бездумно поглощая все, что Марта положила на тарелку. Даже Сэм обратил внимание на мою задумчивость.

– Что тебя тревожит? – поинтересовался он, улучив момент, когда Марта отвлеклась, чтобы собрать нам еды в дорогу.

Мы же просто обязаны проголодаться, гуляя по лесу!

– Я не знаю, о чем спросить Тару. Времени у нас ведь будет очень мало, – честно призналась другу.

– Вот и узнай, есть ли способ общаться, не проливая ничью кровь и не валяясь сутками на холодном камне!

– Камень, между прочим, теплый, – буркнула в ответ, – но ты прав. Тара что-то говорила про сделку. И о том, что любой демон мечтает вырваться из Нижнего мира.

– Чтобы она не сказала, не соглашайся, не посоветовавшись со мной! Пообещай! – потребовал разволновавшийся Сэм. После того как мне пригрозили, вообще, никуда не пускать, я поклялась не принимать серьезных решений в одиночку. – Вот и договорились, – немного успокоился он.

– Ты достал то, о чем я тебя просила? – вспомнила об одной важной детали, без которой свидание с демоном невозможно.

– А как же! – Седой хмыкнул, – с утра пораньше занялся этим вопросом. Кстати, сегодня на обед будет крольчатина.

– Нда? – я на секунду зависла, соображая, беспокоит меня тот факт, что друг собственноручно зарезал несчастное животное, чтобы достать необходимой для ритуала крови. Оказалось, что нет. И предстоящий обед из того же убиенного кролика ничуть не смущал.

– Вижу, ты не пополнишь ряды защитников животных, – с долей сарказма в голосе заметил друг.

– Нет, – я пожала плечами, – мы регулярно употребляем в пищу мясо и совершенно не задумываемся над тем фактом, как оно попадает к нам на стол. Животные – часть пищевой цепочки. Так что, о чем жалеть? Я против убийства ради самого убийства. Или забавы. Жестокости. Издевательств.

– Как и я, – поддержал Сэм, – так что? Пойдем? Ты готова?

– Конечно!

Еще перед завтраком натянула привычный костюм для прогулок. Оставалось только надеть ботинки с широкой прорезиненной подошвой, да прихватить корзину для пикника, на который мы якобы собрались.

Это объяснение придумали для Марты, которой было непонятно, с чего это мы с утра пораньше решили отправиться в лес.

Часть 6.

На этот раз путь на знакомую поляну показался еще короче. Может, это оттого, что я так спешила на встречу, что мчалась, продираясь сквозь кусты и норовящие вцепиться в одежду и волосы ветки? Сэм молча пыхтел позади, неслышно чертыхаясь, когда те самые ветки все же хлестали по лицу или телу.

– Это здесь! – я обрадовалась, заметив всунутую мной в расщелину дерева бутылочку.

Пока я бодро скидывала листву и сушняк с камня, Сэм осматривался, придирчиво исследуя окрестности возле поляны.

– Не верится, что ты пролежала здесь столько времени, и никто на тебя не наткнулся, – наконец, заговорил он, – даже следов животных не видно. А тут, по словам местных жителей, их водится немало.

– Возможно, так влияет камень? Смотри! – выудила из-за пазухи кулон. Завальцованные в металл камешки светились едва заметным на солнце желтым цветом.

– Амулет зарядится, когда камни в нем покраснеют, – пробормотал Сэм, – я вспомнил! Точно! Это сказал Дайрон, перед тем, как отдать мне кулон. Я не придал тогда этому значения. Выходит…

– Это мой билет обратно! – стиснула потеплевший диск в руке, – но как он работает? Что нужно сделать или сказать? Или, может, нужно вернуться на то место, откуда я перенеслась?

– Не знаю. Демон не объяснил. Может, он и не рассчитывал, что мы найдем возможность его зарядить?

– Спрошу у Тары! Поспешим! У нас не так много времени. Поговорить сможем и дома, – мне не терпелось увидеть демоницу.

– Что мне сделать? – друг достал из внутреннего кармана ветровки непрозрачную бутыль.

– Ну… эээ, – я немного растерялась, – в прошлый раз я просто свалилась от усталости на кучу веток, при этом случайно расцарапав кожу гвоздем. Давай, я лягу, а ты выльешь кровь на камень.

– Что ж! Иного варианта у нас нет. Так что, ложись, – Сэм заботливо расстелил прихваченный из дома плед.

– Хм, все удобства! Как тут устоять? – немного волнуясь, расположилась на камне. Чтобы сосредоточиться, прикрыла глаза, – лей кровь!

Когда упали первый капли, я не слышала. Зато почувствовала, какой вибрацией отозвался камень. Он будто иссушенный жаждой путник впитал драгоценную жидкость. Нотки металла, казалось, проникли и внутрь меня вместе с воздухом. Неожиданностью было почувствовать, как отозвалось собственное тело. Нечто темное, глубинное всколыхнуло инстинкты охотника. Почему-то явственно вспомнилась кровавая сцена расправы над насильниками. Затем момент, когда всадила нож дактору, и на лицо попали тягуче – сладкие капли.

– Еще! – облизав пересохшие губы, потребовала я.

На то, как низко и вибрирующе прозвучал собственный голос, не обратила внимания. Зато на то, что к моей просьбе отнеслись без внимания, разозлилась. Я ведь чувствовала кровь. Много. И совсем рядом. Желание заполучить ее стало нестерпимым. Тут же меня оросило целым потоком драгоценных брызг. Из горла вырвался ликующий рык. Одновременно с этим сознание затуманилось, проваливаясь в пустоту сна.

– Ты быстро вернулась, – знакомый голос вернул к действительности.

– Тара? – распахнув глаза, с радостью отметила, что попала туда, куда так стремилась, – мне нужно спросить тебя о стольких вещах! Но времени, к сожалению, мало.

– Понимаю, – демоница снисходительно улыбнулась, – о чем же ты пришла спросить?

– Эмм. Ну, прежде всего, о том, есть ли способ общаться с тобой, не прибегая к кровавым ритуалам?

– Способ есть. Но вот без кровавого ритуала там как раз и не обойдется. Хотя… если хочешь, могу прямо сейчас сделать это.

– Что? – совершенно не поняла, о чем говорит Тара.

– Чтобы попасть в ваш мир мне всего лишь нужно тело. И проводник.

– Кхм. Не сочти за дуру. Но не могла бы ты объяснить понятнее, – попросила я.

– А что тут непонятного? Здесь, – Тара обвела рукой пространство вокруг, – мы и живем, и нет одновременно. В основном, потому что не имеем физической оболочки.

– То есть, ты не такая, какой я вижу тебя сейчас?

– Это лишь образ, который я могу поддерживать. И то, потому что ты поделилась силой. Пролитая на алтарь кровь, служит источником. В другое время я лишь сгусток сознания.

– А как…

– Послушай! – перебила демоница, – на этот раз у нас действительно мало времени. В прошлый раз ты использовала свою кровь. Потому мы смогли говорить так долго. Если хочешь заключить сделку, согласна на любые условия. Умоляю, поторопись. Жертва вот-вот умрет, и тогда я не смогу вселиться.

– Жертва? Какая жертва? Это была лишь кровь кролика… – я испуганно замерла, припоминая последние мгновения перед переносом. – Хочешь сказать, человек, что был со мной, сейчас умирает?

– Ну, да! А разве ты не привела его специально для этого?

– Нет! – я рванулась обратно.

– Я буду ждать! – донесся отчаянный крик Тары.

Вынырнув из сна, резко подскочила. В глазах потемнело, а затекшие мышцы отозвались болью. Со стоном опустилась обратно.

Не время рассиживаться! – приказала себе.

Стиснув зубы, и не обращая внимания на жутко неприятные ощущения, встала на колени. Ощупала пространство вокруг себя. Сразу же наткнулась на Сэма.

Дхарг! Какой же он холодный!

Засохшая на слипшихся ресницах кровь не давала открыть глаза. Вспомнив, что где-то поблизости должна находиться корзина, спустилась с камня и стала обшаривать землю, стараясь не отдаляться. Когда наткнулась на искомое, чуть не завизжала от радости. С минуту яростно терла глаза, отмывая их от крови. Когда же мне удалось разлепить веки, чуть не взвыла от ужаса. Сэм был без сознания. Он лежал на камне, раскинув руки и ноги в стороны. А из ровных надрезов на запястьях и шее тонкими ручейками стекала кровь. Причем попадала она точно в специальные желобки, выдолбленные в камне. Куда девалась жидкость дальше, непонятно. Во всяком случае, на земле не было ни капли.

Бросившись к другу, первым делом стащила его на землю. Затем, вывалив содержимое корзины, вцепилась в хлопчатобумажное полотенце. Надрывая зубами края, порвала его на несколько полос. Как могла, перевязала раны, которые продолжали кровоточить.

Сколько же он крови потерял? – на эту тему даже думать боялась, – я же не прощу себе, если он…

Стянула с себя ветровку и подложила Сэму под голову. Под ноги, которые следовало приподнять вверх (спасибо курсу оказания первой помощи!), подложила перевернутую вверх дном корзину. Седой был очень слаб и бледен настолько, что мне становилось плохо от одного только взгляда. Слишком уж походил на покойника. Однако слабый пульс и едва слышно бьющееся сердце говорили о том, что лучший друг все еще жив.

В бутылку с водой налила немного крепкого виски, что Сэм прихватил с собой. Попробовала напоить его этим. Однако получилось влить всего два – три глотка.

Что же делать? – я с сомнением уставилась на телефон. Но колебалась недолго. В конце концов, объяснения, почему у человека располосованы запястья и шея, придумаю потом. Сейчас главное – попасть домой, где Сэму окажут необходимую помощь. Решительно набрала номер.

– Роман? Это Диана. Ты срочно нужен. Эдуард Михайлович ранен. Вызывай скорую, а сам с ребятами беги сюда. Надеюсь, по маячку вы быстро нас найдете?

Дожидаясь охрану, я спешно уничтожала следы «преступления». Закидала ветками алтарь. Отмыла, как могла, кровь с лица и рук. Сложила разбросанные продукты в корзину. Сэма оттащила на самый край поляны, расположив его на сложенном вчетверо пледе с максимально возможным в этой ситуации комфортом. В сознание он не приходил. Только стонал, когда я неосторожными действиями причиняла боль. А еще он был таким холодным, что интуитивное желание согреть заставило сесть рядом и прижаться к нему всем телом. Прильнув к его груди, сомкнула руки за его спиной. Стараясь не давить весом, закинула одну ногу на его бедро.

Холодный!

На его фоне потеплевший еще во время ритуала кулон казался огненным.

А что если… – сняла вещицу с себя и надела Сэму на шею.

Показалось, или с его губ сорвался стон? – заправила подвеску под одежду, – вещь наделена магией. Кто знает, какие свойства в ней скрыты? Вдруг поможет?

До прихода ребят я держалась, старательно прислушиваясь к сердцебиению, которое, казалось, становилось ровнее. Однако стоило им появиться, как вся решимость улетучилась. Глядя, как все еще недвижное тело укладывают на носилки, расплакалась.

– Что произошло? – задал ожидаемый вопрос Роман. Я заметила, что от его взгляда не укрылось ни мое испуганное лицо, ни перепачканная в крови одежда, ни замаскированный на поляне алтарь, возле которого виднелись наши с Сэмом следы и примятая дорожка травы, ведущая к тому месту, где мы их ждали.

– Я… не могу говорить об этом. Может, позже? – уставилась на него умоляющим, полным слез, взглядом. К сожалению, Роман был из тех редких личностей, на которых внушение практически не действовало. Оставалось надеяться на то, что мужчина поведется на мою игру. Тем более притворяться, что расстроена и дико переживаю за Седого не пришлось.

Всю дорогу держала Сэма за руку. Казалось важным, чтобы он чувствовал мое присутствие. И самой так было спокойнее. Периодически проверяла тонкую жилку пульса. То, как размеренно она билась, говорило о том, что с другом все будет хорошо.

Когда мы подошли к дому, у ворот уже поджидала скорая. Седого положили в машину, где к нему сразу подключили кучу датчиков. Мы с Романом, не сговариваясь, пролезли внутрь, чтобы быть в курсе всего, что там будут делать. Последовали экспресс-тесты, измерение давления, забор крови и куча других манипуляций. Затем настал черед осмотра. Каково же было удивление, когда на месте порезов, которые видели раньше, обнаружили лишь тонкие полоски шрамов. Взгляд начальника охраны выразил настолько искреннее изумление, что впору было рассмеяться. Мне пришлось постараться, чтобы ничем не выдать своей радости.

Кулон все-таки помог! – заметила, что камешки на нем вновь стали безжизненного белесого цвета. – Ну и пусть! – расстраиваться из-за того, что с таким трудом добытая энергия израсходовалась, не собиралась. Жизнь Сэма много дороже.

– Постельный режим, усиленное питание, витамины, – выдал свое заключение доктор, – еще вот это, – протянул написанные на листочке наименования препаратов, – десять дней внутримышечно. Дозировку указал. После рекомендую пройти обследование.

– Все сделаем, не волнуйтесь! – заверила мужчину, который в ответ иронично хмыкнул, давая понять, что как бы и не собирался этого делать.

Очнувшегося к этому времени Сэма подхватили охранники и, поддерживая с двух сторон, повели в дом. Я пошла следом, краем глаза отметив, как Роман что-то положил в карман доктору.

– Что на этот раз стряслось? – встретила обеспокоенная Марта.

– Все в порядке! Сэму стало плохо. А я перепугалась и запаниковала. Знаешь, – склонилась к женщине и заговорщически прошептала, – доктор сказал, что необходимо усиленное питание. Давление упало, гемоглобин низкий – в общем, сама знаешь, что необходимо пациенту в таких случаях.

Марта с видом истинного заговорщика огляделась по сторонам, кивнула и кинулась на кухню.

Ох! Не завидую Сэму! Марта теперь будет усиленно пичкать Эдюшку полезной и здоровой пищей.

– Диана Михайловна! – от окрика Романа чуть не подпрыгнула.

– Чего орешь? Напугал.

– Там гости пожаловали.

Часть 7.

Сжав руки в кулаки, несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула.

Как они не вовремя! Что прикажешь с ними делать?

– Пошли кого-нибудь предупредить Эдуарда Михайловича. Я сама их встречу.

– Диана Михайловна, – Роман нерешительно преградил мне путь, – вы бы это… кровь смыли. Переоделись.

– Ты прав, – придирчиво себя оглядела, – не стоит пугать своим видом. Встреть их сам. Проводи в комнаты. Пусть освежатся с дороги. Скажи, что мы только с прогулки вернулись и скоро выйдем. Пусть Марта накроет в большой гостиной.

Отправив Романа к гостям, бросилась в свою комнату. Одного взгляда в зеркало хватило, чтобы понять, как начальник охраны оказался прав. Выглядела я ужасно. Растрепанные волосы, зареванные глаза. Пыльная одежда, заляпанная бурыми пятнами.

Мда, красавица. И как только Марта ничего не сказала? Наверное, за Эдюшку переволновалась.

Справедливо решив, что уж полчаса у меня точно есть, отправилась в душ. Торопилась я зря. Потому как в гостиную спустилась первой. Ждать долго не пришлось. Однако за те пять минут, что мерила помещение шагами, растеряла былую уверенность.

Какая она, бывшая жена Сэма? Как себя с ней вести? О чем говорить? Одного Александра было непросто переносить. А на пару с новоиспеченной женушкой?

– Диана Михайловна, – едва появившись на пороге, расплылся в улыбке Брагин, – вы все хорошеете.

Приблизившись, мужчина завладел моей рукой, оставляя на коже трепетный поцелуй.

– Александр Петрович, – изобразила вежливую улыбку в ответ, – такой сюрприз! Рада вас видеть.

– А уж я-то как рад! – взгляд серо-зеленых глаз уверенно пробежался по моей фигуре, затянутой в дизайнерский костюм-двойку цвета слоновой кости. Специально выбрала этот наряд. В нем хоть на деловую встречу, хоть в ресторан. Дорого и пристойно. – Признаться, когда узнал, что вы переехали в провинцию, был удивлен. Вам бы блистать в обществе. Но сейчас вижу, деревенский воздух только на пользу. У вас удивительный цвет лица и очень нежная кожа, – ловелас придал голосу томности и погладил пальцами мою ладонь, которую так и не выпустил из рук.

– Благодарю, – скромно опустила глаза. Пусть думает, что повелась на его уловки. Посмотрим, чего добивается, – я ничуть не жалею. Мне здесь очень нравится.

– Вот и моя жена захотела вкусить сельской жизни. А то все Париж, да Милан…

– Как я ее понимаю! Суета больших городов быстро надоедает.

– Что вы! Вовсе нет, – появление нового собеседника, вернее, собеседницы, пропустила, – я просто люблю перемены, ощущение новизны.

Развернувшись на голос, встретилась с насмешливым взглядом Ольги. Несколько секунд мы пристально друг друга изучали.

Что сказать? Красивая. За такими мужики толпами бегают. Точеные черты, пухленькие губы. И, скорее всего, свои, а не накачанные. Рост небольшой, но фигурка что надо. И объем верхних девяносто приличный. Во внешности проскальзывает что-то неуловимо-восточное. Быть может, разрез глаз? Хотя правильный макияж делает взгляд открытым и чуточку хищным. Или жгучая чернота волос? Их густоте и блеску можно позавидовать.

– Дорогая! – Александр живо переместился к жене и точно так же поцеловал ей ручку. Хм, отработанный жест. – Ты ведь еще незнакома с Дианой? Позволь представить: Диана Михайловна Седихина. А это, – уже мне, – моя горячо любимая супруга Ольга Климентьевна.

– Пусик! – меня чуть не вырвало, когда она так обратилась к мужу, – конечно, официально мы не представлены. Но наш город не такой большой. Я много слышала про невесту Эдика.

– Надеюсь, хорошего? – вскинула бровь. Общение с Брагиными забавляло. Интересно, насколько хватит моего терпения?

– Конечно, карриссима миа, – ослепительная улыбка украсила лицо красотки, – ох! Простите! Две недели в Милане. Еще не отвыкла. Вставляю иной раз иностранные словечки.

– Не страшно! Я прекрасно вас поняла. – Мы тоже не лыком шиты. И итальянский знаем, и в Милане бывали. И деловые переговоры вели. – Присядем? – приглашающим жестом указала на ломящийся от кулинарных изысков стол.

– А как же Эдик? Неприлично садиться обедать в отсутствие хозяина, – не преминула возмутиться Ольга.

Кхм, а вот и первый камешек.

– Дело в том… – замялась, придумывая, как бы потактичней объяснить, что хозяина за столом, вообще, сегодня не предвидится.

– Я задержался и потому попросил невесту предупредить, чтобы начинали без меня, – спас положение неожиданно появившийся Сэм.

Я во все глаза уставилась на него, выискивая признаки недавнего недомогания. Однако за исключением излишней бледности выглядел он хорошо. А вот тенниска в тон моему костюму, так удачно подчеркивающая загар, и обычные джинсы говорили о неформальности встречи. На его фоне декольтированное платье Ольги и костюм Алекса смотрелись вызывающе.

– Эдик! – бывшая жена уставилась на моего друга, поедая его тренированное тело глазами. Несомненно, Александр внешне намного привлекательнее Сэма. И рельефы фигуры свидетельствовали о том, что он регулярно посещает спортзал. Однако не было в нем той грубой мужественности, которой веяло от Седого. Аура власти и какой-то жесткости выигрывали на фоне слащавой правильности и голливудской показушности. – А ты изменился, – проворковала она, подбираясь ближе. – Дай-ка рассмотреть тебя! Поседел, – притворно вздохнула, – слишком много потрясений в твоей жизни, да?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.