Михаил Беляев
Низвергнутый 5: возвращение в Гелион

Глава 1. Багровый рассвет

Я застыл на месте, окруженный стеной радужного свечения Стеллариса. Из транспортного луча один за другим выходили боги, окружая меня плотным кольцом.

Нутро похолодело, я подобрался и окутался щитом, готовя новый энергетический удар. Уже было неважно, откуда они узнали, где я, и кто они такие: передовые силы Вседержителя, или же весь корпус Карателей, или штурмовой легион, защищающий следы.

Ясно одно – когда в одном месте собирается столько божеств, добра не жди.

Свечение потускнело, и я различил лица пришедших. Ниточки холода внутри меня превратились в увесистый кусок льда.

Старший бог Тарсис, глава шести миров. Богиня Вартия, член совета, рядом – три божества меньшего круга, боги Илиодас, Ревенатин, Венатес, Керивар… Почти два десятка богов, половина из которых старше меня минимум на пятьсот лет.

Властители миров. Божества в полном смысле слова. Они смотрели на меня строго, словно я снова попал на высший суд.

– Вот и ты, Гигас, – весомо и с нажимом пробасил Тарсис. Каждое его слово дышало силой старшего бога.

– Долго же вы меня искали. Ну и? – с вызовом бросил я, обводя взглядом обступивших меня богов. – Кто сунется первый?

– Назад, – за их спинами раздался знакомый елейный голос. Из-за спины богов показалась химера. Та, что спасла меня с Йор-61.

– Ты…

Она улыбнулась и подошла ко мне, миролюбиво поднимая ладони.

– Мы здесь не ради боя, Гигас. На это нет времени.

Я обвел взглядом серьёзные лица богов.

– Что случилось?

– Вседержитель сделал свой ход, – произнесла Вартия. – Он напал на след Мелитаны, сотни его ищеек уже идут за ней. Времени почти не осталось, Гигас, ты должен найти ее раньше.

– Мы задержим его, на сколько сможем, – кивнул Илиодас. – В Гелионе много наших союзников. Не согласных с войной Вседержителя любой ценой все больше. Мы устраиваем диверсии и тормозим производство. Армии магов стали активнее, они чувствуют подвох и тоже ищут следы богини. Мы задерживаем его всеми силами, но даже нам не под силу его остановить.

Химера кивнула.

– Мы выиграем тебе время, Гигас. Время, чтобы найти следы Мелитаны – и опередить Вседержителя.

Я снова посмотрел в их серьёзные, суровые лица. На лицо нехотя выползла улыбка.

– Вы серьёзно? Из всех божеств Гелиона, почему я? На кой черт вам сдался низвергнутый? Вседержитель так же использует меня, как может использовать любого из вас. И, спорю, все вы под колпаком. Так почему я? Только из-за моего обещания? А, химера?

Я вспомнил наш разговор в космосе над Йор-61.

Химера и Тарсис переглянулись: девушка подошла ко мне и тихо, чеканя слова, произнесла.

– Потому что такова была воля Мелитаны, когда она создала тебя.

Сердце споткнулось в груди. Подумав, что ослышался, я присмотрелся к ней: в глубине глаз химеры не было и тени обмана. Она говорила то, во что сама верила.

– Хочешь сказать, я…

– Нет времени, Гигас, – перебила она. – Ты – её создание, как и тысячи других. Но только в двоих она заложила особую связь с собой. Она знала, что придет время – и вы должны будете её найти.

– Погоди, я же не чертова химера?!

– А ты не задумывался, почему боги не рождаются, а появляются на черт знает где? – усмехнулся Тарсис. – Почему мы совершеннее любого человека, но не способны даже продолжить род? Откуда мы пришли, и кто был первым?

– Мелитана всю жизнь искала ответы на эти вопросы, – вставила химера. – И она нашла их.

Один из богов забеспокоился, прижав ладонь к шлему.

– Нам пора уходить. Мы больше не можем держать завесу, еще минута – и каратели увидят наш след.

Вот оно что. Теперь я заметил деталь, скрытую свечением транспортного луча. Они пришли сюда толпой не ради убедительности. Купол, способный закрыть их от обнаружения орденом Карателей, можно было поддерживать только силой нескольких богов.

– Собирайтесь, – кивнула химера. – Гигас, ты говорил, что напал на след Мелитаны. Мы сделаем все возможное, чтобы задержать Вседержителя и его ищеек, но не сможем выиграть тебе больше трех земных недель. Не теряй времени. Ты должен сделать чрезвычайные шаги, пока не стало слишком поздно.

– Понял, – кивнул я.

Боги обошли меня и снова собрались в круг. Только сейчас я заметил, как над ними дрожал энергокупол такой сложности и мощи, что даже вообразить было трудно. Обернувшись ко мне, химера смерила меня заинтересованным взглядом – и улыбнулась.

– Я жду от тебя добрых вестей, герой. Увидимся в Гелионе.

Группа богов окуталась нарастающим свечением, – луч Стеллариса наводился на их координаты, готовясь забрать с поверхности.

Ослепительная вспышка света на миг стерла всё перед глазами – а в следующую секунду яркий луч растаял в чернеющем небе среди звёзд.

***

Первые лучи солнца осветили выжженные холмы, теперь больше похожие на черную пустыню. Я шел по перепаханной земле, среди десятков трупов, засыпанных пеплом и землей, к высоте 413. В алых лучах рассвета её дымящаяся вершина казалась жерлом потухшего вулкана.

Кроваво-красное солнце вставало над землей. Багровый рассвет ознаменовал завершение жестокой битвы кланов.

Я поднялся на холм, сплошь усеянный трупами магов. Могами, Овада… присыпанные пеплом, они все выглядели одинаково. Смерть уравняла их всех, и сильных, и слабых.

В некоторых телах я узнавал своих ребят. Вот лежит тихоня Наганами, отец двоих детей, продавшийся за долги и ограбивший своего нанимателя. Рядом, в окружении семи трупов Овада – неукротимый верзила Ширацуки. Отчаянный и неистовый, он так и остался непобежденным. Боец даже погиб сидя, упершись грудью в клинок, вонзенный в него по самую рукоять.

Вдали виднелось тело моего верного помощника Хибики. В почерневшей руке был сжат обломанный клинок.

Они исполнили свой долг до конца. Ни один Могами не посмел бы их упрекнуть. В последнем своем бою они дотянулись до небес – и навечно стали легендами.

Гордость своих отцов. Память воинов всего клана.

А на вершине холма ветер трепал угольно-черный стяг на покосившемся древке. Наше знамя, чудом уцелевшее в последней атаке Овады.

Здесь сражался и погиб отряд "Мгла".

Правда, стоило мне подойти, как рядом раздался надсадный кашель, а из засыпанного землей окопа показалась голова одного из бойцов.

– Босс… жив!

– Куда ж я денусь, – усмехнулся я. – Сам-то как?

– Эй… Микано, ты что ли? – донеслось с другого конца. – Жив!..

Я с усталой улыбкой смотрел, как несколько бойцов приходили в себя. Но разделить радость с ними мне было не суждено – на фоне светлеющего неба показался летящий к нам вертолет в сопровождении целого роя беспилотников. Раскатистые звуки пропеллера потихоньку возвращали нас из оцепенения.

– Наконец-то все кончилось, Юи, – улыбнулся я, глядя на девушку, высунувшуюся из открытой створки. Едва вертолет сел, она спрыгнула на землю и бросилась через пепелище ко мне. Несмотря на свои раны она бросилась мне на шею и крепко обняла.

– Рэйджи!

– Ты справилась, девочка, – я обнял ее и крепко прижал к себе.

– Рэйджи…

В ухе раздался отрывистый треск – я коснулся наушника, – и тот упал на землю бесформенной кляксой из горелого пластика. Хрупкая электроника не выдержала накала боя.

– Да? – Юи тут же прижала палец к своему коммуникатору. – Поняла, Такеми! Наш основной отряд уже на подходе, пусть окажут помощь выжившим и вытащат всех ребят. Да, Рэйджи жив. Мы идем за Риккой.

Закончив со связью, она устало улыбнулась мне. Наконец-то она сбросила шелуху былой робкой школьницы, раскрывшись из бутона в прекрасный цветок. Непокорная, несгибаемая и сильная, как её мать. А ещё – желанная, как никогда.

Я взял её за руку и обернулся к холму, где виднелись силуэты моих бойцов.

– Я же сказал, они не подведут. Только вот всего четверо встретили рассвет. Они сражались как львы.

– Я знаю, – тихо ответила она. – Идём за сестрой, Рэйджи. Нам пора возвращаться.

***

– Насколько все плохо? – заботливо укрыв Рикку одеялом, Юи с тревогой посмотрела на врача. Пять минут назад они добрались до внутреннего зала старого особняка – и ужаснулись открывшейся картине.

Здесь словно прошелся ураган. Даже непосвященный заметил бы, насколько жестокая схватка здесь развернулась.

Рикку достали из-под груды обломков, избитую настолько, что она еле дышала. Рэйджи бережно взял ее на руки и уложил на каталку "скорой помощи".

– Множественные раны, ушибы и разрывы тканей. Нужно ее как следует обследовать и понять, что с ней ещё не так, – нахмурился врач, не сводя глаз с рогов своей израненной пациентки. Жуткие наросты с острыми алыми кончиками выглядели дико и жутко.

– Послушайте, моя сестра сегодня спасла нас всех, – Юи коснулась его руки и заглянула в глаза. – Мне плевать, сколько это будет стоить, но дайте ей лучший уход и лечение. Хорошо?

– Как скажете, госпожа, – кивнул он и жестом велел санитарам увозить раненую девушку.

Вся площадь снаружи особняка за считанные минуты превратилась в один большой госпиталь под открытым небом: всюду лежали раненые, носились врачи и медсестры, сверкали огнями машины скорой помощи. Найдя ближайший фургон, врач помог погрузить пациентку в салон и забрался следом.

– Едем, дружище! Вези в центральную клинику Могами!

Попетляв по узкой дороге, фургон быстро выехал из деревни на трассу и помчался в сторону города. Но едва они преодолели половину расстояния, машина замедлилась.

– В чем дело, друг? – врач обернулся к водителю – и в ту же секунду его обдало холодным воздухом из портала, открывшегося прямо в салоне.

Черная клякса перехода растянулась – и из нее вышел человек в сером комбинезоне и закрытой маской на все лицо. Три светящихся глаза-окуляра сверкнули голубым светом.

– Ваша остановка, доктор.

Коротким взмахом чужак вырубил врача и сидевшего рядом санитара. Уложив их на пол, он быстро сплел узор – кабина фургона окуталась зеленоватым туманом. Покачнувшись, водитель выровнял машину, едва не укатившуюся в кювет, и прибавил скорости. Плетение полного подчинения не оставило ему даже шанса подать сигнал тревоги.

Свернув на развилке, он повел фургон в сторону от города – к исследовательскому институту на берегу моря.

– Так-то лучше, – кивнул доктор Шварцен и склонился над хрупкой фигуркой с окровавленным значком, вложенным в руку. – Я же говорил, что мы снова встретимся, Ширасаги. Дай-ка я посмотрю на тебя…

Он провел ладонью по ее бледной щеке и коснулся рогов.

– Прекрасно. Мне не терпится узнать, как же ты изменилась за этим годы – и что ещё можешь дать мне.

Глава 2. Мирный договор

К полудню мы вернулись в резиденцию Могами – точнее, в то, что от нее осталось. Громадный двор перед особняком превратился в выжженное поле без единого целого деревца. С нескольких корпусов резиденции сорвало крышу, стоявшие рядом постройки догорали, чадя жиденьким дымом.

Однако, главный дом почти не пострадал, не считая выдавленных взрывом окон. О том, что тут произошло, я даже не спрашивал. Юи сражалась за жизнь – и победила, остальное было неважно.

В сопровождении охраны мы вышли из машины и пошли к дому, как навстречу вышли Такеми и моя взволнованная жрица. Увидев меня, она дернулась навстречу – и замерла.

– Рэйджи… – выдохнула она.

Конечно. Не узнала. Как и Юи, всю дорогу искоса смотревшая на меня.

Выстрел Овады уничтожил почти половину моего тела. И сфирот жизни достроил то, чего не хватало, воссоздавая облик Гигаса, а не Ямады Рэйджи. Прежние черты размылись, заместились новыми. Я стал выше, плечи расширились, изменилось лицо, цвет волос, глаза – практически всё, что делало меня похожим на моего хоста.

Черты Рэйджи еще проскакивали во внешности, но отныне я выглядел так же, как раньше – бог Гигас вернулся.

– Эй, не пугайся так, – я улыбнулся Юмэми. – Это всё ещё я.

Стоявший рядом Такеми с сомнением хмыкнул, но жрице этого был достаточно – она бросилась мне на грудь, позволив стиснуть её в объятьях. Прижавшись ко мне, она сбивчиво зашептала.

– Мой бог… как же я рада, что ты жив! Когда пропала связь, я думала…

– Давайте обсудим это позже, – напомнила Юи, жестом приглашая пройти за собой. – Нам нужно обсудить более важные вещи.

Она посмотрела на меня, давая понять, что важным было и то, что произошло после бегства Овады. Купол, поставленный богами, скрывал нас от обнаружения, но светящаяся сфера и портал Стеллариса выдавали сами себя.

Мы прошли в уцелевшую комнату для совещаний. Выжатые и измотанные за ночь, все участники еле держались на ногах. Юи была ранена, но настояла: сперва совещание, а первая помощь потом. В конце концов, неглубокие раны смертельными не были и могли подождать.

– Господин Такеми, вам слово, – устало сев на диван, Юи кивнула главе разведки.

Тот кивнул и начал доклад.

– В целом, сейчас ситуация стабильна. Наши отряды еще добивают мелкие группы эсперов Овады и его союзников на подступах. Все атаки на деревню Могами отбиты. Основная масса бойцов отступила на первоначальные рубежи. Новых попыток перейти в атаку мы не заметили.

– Потери?

– Потери… – Такеми покосился на меня и вздохнул. – Ужасающие, госпожа. С нашей стороны – не меньше трехсот человек, и то мы не всех посчитали. Больше полутысячи – в больницах и госпиталях. Но упротивника ситуация еще хуже. Точной цифры не знаю, но не меньше семисот человек. Плюс раненые…

Он снова мазнул по мне взглядом. Так, словно чувствовал себя виноватым.

– Да, деревню мы отбили, но огромной ценой. Ещё одной такой битвы мы не выдержим, госпожа. Нас спасла только тактика и то, что мы разгадали замысел врага.

– Не весь, – возразила Юмэми. – Вы же сами видели, когда они пошли в обход озера. Сколько наших людей там погибло? Рэйджи чуть не погиб там, где были подкрепления?

Такеми отвел взгляд и посмотрел на Юи. Та бесстрастно взирала на нас. словно говорила: выпутывайся сам.

– Они задержались на переходе. Но сейчас наши резервы заняли все ключевые точки вплоть до трассы к столице. Что касается Рэйджи… – Такеми покосился на меня. – Если бы я знал раньше… кхм. Прости, что не поверил тогда. Твои ребята… черт, они настоящие герои. Если бы не они, наши потери были бы куда больше.

– Похороните всех павших воинов отряда Мгла с почестями. – велела Юи. – Тех же, кто выжил, мы будем почитать как героев. Передай ребятам, что семьи ждут их домой.

– Слушаюсь, госпожа, – кивнул Такеми.

– Можешь идти, – она кивнула на дверь. – И отдохни как следует, но не давай нашим людям слишком расслабляться. Ничего еще не кончилось.

Кивнув, он вышел из комнаты. Мы остались втроем, устроившись на диванах возле широкого рабочего стола. Юи устало вздохнула.

– Нам тоже пора, – Юмэми поднялась и потянула меня за собой. – Я должна осмотреть твои раны. А ты расскажешь мне всё, что случилось.

– Погодите.

Юи привстала и, поморщившись, сбросила с себя плащ. На её истерзанном, грязном комбинезоне виднелись глубокие порезы и потемневшие пятна крови. Удивительно, как она держалась все это время.

– Хоо, – протянул я. – Смотрю, ты решила себя не щадить?

– Рэйджи. Расскажи мне всё, что там случилось.

Я поймал на себе пытливый взгляд Юмэми: её тоже интересовал этот вопрос. Что ж, вполне честно: скрывать мою сущность клан Могами больше не сможет, да и незачем. Они заслуживают знать правду.

– Вот что, – я подошел к ней и сел рядом. – Давай сперва осмотрим твои раны, а попутно я расскажу историю о богах и магах, которая и довела нас до этой ситуации. Идёт?

Куснув губу, она убрала руку от потемневшей раны на боку и кивнула.

– Итак, – кивнул я, расстегивая замок комбинезона на ее груди. – Все началось тысячи лет назад в далеком мире богов, который называется Гелион. Им правила великая богиня Мелитана, первая из вседержителей…

Юи и Юмэми завороженно слушали меня, пока я делал свое дело. Впрочем, осмотр ран не требовал много внимания: прикрыв веки, я погрузился в астрал и взглянул на свое тело.

Четыре сияющие звезды сфирот были полностью завершены. За тяжелый ночной бой я истратил почти все запасы сомы, но она понемногу восстанавливалась. Но главное – моя сома, направляемая четырьмя сфиротами, уже шла наверх и начала формировать крошечное пятнышко на самом дне зияющего чернотой провала.

Сфирот контроля. Пятый сфирот, раскрывающий самое важное для любого божества: манипуляцию энергией. Он позволяет придавать энергии нужную форму, подчинять себе сознание людей и животных, управлять пространством, вплоть до создания порталов и проходов в иные миры.

Вернув его, я верну себе дорогу к Гелиону. А ещё – к своему карманному миру, такому же, какой был у Региса и остальных богов.

Но пока крошечного блюдца из разрастающихся канальцев сомы хватит лишь на самое малое: залечить раны моей храброй Юи.

Наполнив руки энергией, я приложил их к худенькому боку девушки. Юи вздрогнула от растекающегося по телу тепла, энергия понемногу наполняла ее тело, запуская скрытые резервы.

– Что это? – прошептала она.

– Божественное благословение, – пояснил я, продолжая рассказ.

Наполненные энергией руки скользили по ее телу, обхватывая то порезы на руке, то нежную кожу живота, то бок. Божественная регенерация, которой я делился с ней, быстро заживляла раны.

– …у меня осталось три недели, – закончил я, убирая ладони от тела Юи. Девушка клевала носом: регенерация отнимала уйму сил у ее организма, и без того измотанного боем.

– Выходит, где-то здесь есть еще один бог? – уточнила Юмэми, весь рассказ сидевшая рядом. – Хозяин той девочки-химеры?

– Возможно. Так или иначе, ответ я узнаю только у неё. А она…

Меня прервала тревожная трель звонка.

– Это мне, – спохватилась Юи и, сбросив сонливость, прижала трубку к уху. – Да?

Она прислушалась к собеседнику – и на глазах из расслабленного её лицо стало напряженным и собранным.

– Поняла. Спасибо, я… – она запнулась и, положив трубку, отбросила телефон. – Рикка не доехала до больницы. Машина пропала.

Обхватив голову руками, она согнулась в беззвучном стоне.

– Сколько это будет продолжаться?.. Я даже не знаю, кто…

– Шварцен.

Она подняла взгляд на меня.

– Что?..

– Посуди сама. Ты слышала, что о нем рассказала Рикка. Эксперименты над детьми, гибридизация, евгеника и вивисекция… он из тех людей, кто не остановится ни перед чем ради удовлетворения любопытства. Он одержим наукой.

– Ты прав, но почему Рикка?

– У него уже есть твоя мать, – пояснил я. – Он обещал ей ядро магии. А теперь вспомни-ка, кому он уже пересаживал ядро? Думаешь. ему не интересно узнать, что стало с Риккой за эти годы? Подумай: бунт Ширасаги лишил его всей наработанной экспериментальной базы, ему пришлось вернуть всех подопытных, не получив ничего. А тут – живой и здоровый объект, в котором прижилось пересаженное ядро, да ещё и ставший нуэ.

Её брови поползли вверх.

– О, я понимаю. Он хочет изучить её и понять, что именно сработало в тот раз?

– Именно, – кивнул я. – Он выпотрошит её до последней клеточки, чтобы узнать правду.

– Так чего мы ждём? – она дернулась с места. – Надо спасать сестру!

– Погоди ты, – я усадил её на место. – Лучше остынь и подумай. Что сейчас важнее всего?

Юи закрыла глаза и, несколько раз глубоко вдохнув, кивнула.

– Ты прав, сперва нужно закончить начатое. Завтра утром я еду к Императору. Я должна остановить эту войну.

***

Дворец встретил нас так, словно мы собрались брать его штурмом. Императорский зал был заполнен охраной, даже среди придворных министров и членов других кланов виднелись люди, явно не чуждые воинскому делу. Стоило ли говорить, что их ауры полыхали как факелы в ночи.

Император перестраховывался. А значит, боялся новой неожиданности от юной Могами. Но отказать главе клана в аудиенции он не мог: после того, как клан меньшими силами нанес Оваде разгромное поражение, это будет выглядеть трусостью.

Мы втроем с Юи и Такеми стояли перед ним, в окружении охраны. Идя сюда, мы здорово рисковали – а потому я велел Юмэми найти себе убежище на случай неудачи и дал ей наказ – быть готовой уехать в любую минуту. Один из купленных нами храмов подошел бы для убежища, но упрямая жрица решила пока остаться в Махо-Кай, где её приняли как свою.

Громадный зал, в центре которого сидел Император, гудел от голосов собравшихся людей. Овада Изая стоял рядом с прадедом и буравил взглядом нашу троицу.

Я поправил значок с эмблемой Могами на лацкане роскошного пиджака новенького костюма-тройки и, усмехнувшись, смерил взглядом Оваду. Тот сжимал рукоять меча побелевшими пальцами.

О, как же хорошо я знал этот взгляд! Изая не привык проигрывать, а потому решительно пёр вперед, не опасаясь за то, что придется отвечать за сказанное. А наболтал он немало. Будущий Император обещал вассалам золотые горы, если они помогут победить Могами! А сам он притащит упрямую девчонку за волосы и, швырнув к ногам Императора, вынудит принять капитуляцию на своих условиях! Он уже предвкушал такую сладкую и желанную победу, как случилось то, чего никто не ожидал.

Мало того, что бездарь позволил себя обхитрить и продул битву, облажавшись везде, где мог, так ещё и прадед унизил его, вытащив из-под моего удара. Благо, кланы не знали об этом, но умные люди наверняка зададут вопрос – как он спасся?

Овада знал ответ. И это убивало остатки его уверенности в себе.

– Могами Юи, – пробасил Император, одним взглядом велев девушке выйти вперед. – Ты просила встречи ради мира между кланами – и я дал согласие. Вся Империя видела ваше столкновение с кланом Овада. Что клан Могами хотел предложить?

Девушка подошла ближе и остановилась в десяти шагах напротив Овады. Наследник замер на месте: на бледном, осунувшемся лице проявились красные пятна гнева. С прошлой встречи во дворе резиденции Могами он изменился до неузнаваемости: осунулся, понуро опустил плечи. Рядом с ним Юи выглядела хрупкой принцессой, но буквально излучала силу. Она держалась не как проигравшая, а как победительница.

– Мой повелитель, – она кивнула Императору и перевела взгляд на Изаю. – Господин Овада. Клан Могами многое пережил за последние годы. И всегда мы выступали за мир. Вчера мы пережили одну из самых страшных битв в нашей истории. Вся Империя была свидетелем: клан Могами не хотел вражды с Овада, но нам не оставили выбора.

Император качнул головой, соглашаясь с ее словами. Циничный старик приложил руку к тому, что случилось накануне. Только вот отданные на заклание Могами отчего-то никак не хотели сдаваться.

– Отец всегда говорил мне, что Империя признает только сильных. Проявишь слабость – и тебя сметут. Слабые проигрывают, – она мазнула взглядом по Оваде и дернула уголком рта. – Слабые не достойны править. Десять лет назад мой отец заключил договоренность с Вами: я выйду замуж за вашего наследника. Когда же господин Овада пришел требовать исполнения договора, я проявила упрямство. Оно и стало причиной этой войны.

Среди собравшихся поднялся приглушенный гул, все зашептались, косясь на молодых наследников.

Все в зале знали о договоре – и знали, что это полная чушь. Причиной была утратившая силу Фубуки – и желание кланов поживиться лакомым кусочком пирога, который держал клан Могами.

А Юи продолжила.

– Но война между нашими кланами делает Империю слабее. Мы не можем позволить этой войне продолжаться. Клан Могами не должен воевать. И не хочет.

Шепот в зале стих.

Юи брала на себя ответственность за судьбу всего клана, и не только его. Здесь и сейчас хрупкая первокурсница школы Махо-Кай решала судьбу сотен воинов императорской семьи.

Я усмехнулся, глядя на вытянувшееся лицо Овады и мгновенно посуровевшего Императора. Опытный политик, он сразу понял, к чему клонит Юи.

А вот Овада даже знака не подал. Даа, мелковат оказался наследничек! То ли еще будет.

Юи пошла вперед. Держа прямо стройную спину, с гордо вздернутой грудью и бесстрастным лицом. Шла так, словно готовилась по меньшей мере взойти на трон.

От одного ее вида по спине побежали приятные мурашки. Вот она, моя девочка! Давай, сделай то, что должна.

Девушка остановилась напротив наследника: Овада замер, на его скулах играли желваки.

– Изая Овада, – громко и четко произнесла она. – Как глава клана Могами, я принимаю условия, предложенные тобой до начала кровопролития, равно как и договоренность моего отца с Императором.

Юи опустилась на колени и, прижав сложенные ладони к полу, согнулась, касаясь лбом рук.

– Я согласна стать вашей невестой. Прошу устроить нашу свадьбу как можно скорее. Ради мира и процветания наших кланов – и всей Империи.

Все в зале буквально остолбенели, включая Оваду и Императора.

Выдержав несколько секунд, как велит этикет, Юи выпрямилась и поднялась на ноги.

Я с гордостью посмотрел на ее худенькую спину. Девушка всё сделала правильно. Не пристало главе клана, желающей породниться с Императором, вымаливать подачек. Это сделка между двумя взрослыми людьми.

Только вот Овада думал иначе.

Он буквально сжигал девушку взглядом, стиснув побелевшие кулаки. На искаженном от злобы лице отразилось всё, что он думал и о договоре, и о ее решении согласиться.

– Твой ответ, Овада? – не выдержал Император. Паузу тоже нельзя держать слишком долго.

Напряженный, как сжатая пружина, наследник шагнул вперед на негнущихся ногах. Застыл напротив Юи и, поджав губу, произнес.

– Твое предложение принято. Отныне ты, как и весь твой клан, – он выдавил кривую усмешку, – будут частью императорской семьи. Подтверди свою верность слову.

Он протянул ей ладонь. Кончики его пальцев подрагивали.

С достоинством выдержав его взгляд, Юи медленно опустилась на колено и коснулась губами его руки.

– Я верна слову, – она подняла голову.

– Принимаю, – сморщив нос, выдавил он – и поднял ее голову за подбородок. – Но это не конец, Юи.

Все в зале напряженно застыли, по толпе прокатился взволнованный ропот. Император единым движением откинул плащ с рукояти меча, а я придержал дернувшегося было Такеми. Овада позволил себе слишком многое даже по отношению к невесте, а не только к главе клана.

А наследник тихо заговорил, и лишь немногие могли прочитать по губам его слова.

– Думаешь, я позволю тебе обмануть меня и так просто всё закончить, соплячка? Ты украла у меня победу, но последнее слово за мной.

Наследник отпустил ее и, отступив на пару шагов, осклабился в торжествующей улыбке.

– Могами Юи, я вызываю тебя на дуэль.

Глава 3. Мечом и магией

Слова Овады, как гром среди ясного неба, эхом раскатились по залу.

– Изая! – одернул его Император.

– Я в своем праве, – возразил он.

Юи унизила его перед кланами, Императором – и перед собственными бойцами. А своим дерзким и выверенным шагом еще и лишала шанса на военную победу над соперницей в честном бою.

Более того, она сделала это на глазах у всей Империи. Изящно и красиво.

Во имя Мелитаны, как же я обожаю эту девчонку!

У Овады был один шанс избежать унижения: победить ее в дуэли, как воин, а не как проигравший, над кем смилостивилась глава более слабого клана.

Юи повернулась к Императору.

– Ваше Величество?

Он вопросительно приподнял бровь.

– Повлияет ли исход этой дуэли на наше родство и будущее положение?

– Нет, – помедлив, ответил он. – Вы были обручены еще в детстве. Своим согласием ты подтвердила клятву. Отныне твой клан – часть рода Овада. Даже проиграв, ты станешь его женой.

Ага, и будущей императрицей. Я не переставал улыбаться, на фоне кусающего ус Такеми.

– Вы даете слово? – уточнила она.

– При любом исходе дуэли ты – часть моей семьи. Даю слово.

Юи поправила выбившуюся прядку за ухо и сдержанно улыбнулась.

– Я принимаю твой вызов, Овада Изая. Когда тебе угодно провести дуэль, мой господин?

– Немедленно.

Он с шелестом вытащил клинок из ножен и вонзил его в древний дощатый пол. Вперед вышел советник Императора, привлекая внимание.

– По правилам Империи, магическая дуэль пройдет здесь же, под куполом барьера. Оружие – любое, на усмотрение соперников. Магия, мечи, кулаки. Мы готовы предоставить необходимое оружие, если его нет.

Один из помощников принес ножны с мечом и вручил их Юи. Девушка вытащила меч – прекрасный клинок, но сравниться с омни-мечом Овады он, конечно, не мог.

– Не дергайся, Такеми, шепнул я, придерживая дернувшегося спутника. Тот хоть и держал себя в руках, но был готов броситься на выручку молодой госпоже.

– Она неопытна с мечом! – горячо зашептал он, метнув в меня грозный взгляд. – По правилам, она может выбрать представителя вместо себя, я с радостью…

– Это ЕЁ бой, Такеми, – с нажимом ответил я. – Никто кроме неё не справится.

Тем временем Император поднял руку. Громадный купол барьера, мерцающий лиловыми разрядами, накрыл центр зала и отгородил дуэлянтов от всех присутствующих. Арена готова.

Дело за ними.

***

Юи сжала холодную рукоять меча. Она физически ощущала неприязнь Овады. Он ее ненавидел всем сердцем.

– Эй, Юи, – Изая поднял меч и ухмыльнулся. – Я отделаю тебя так же, как твою сестру. Пока ты не встанешь на колени…

– Что за мерзкий фетиш у тебя, Овада? – улыбнулась она, копируя надменность Рэйджи. – Тогда решим раз и навсегда: кто победит, тот будет править и семьёй, и Империей.

Улыбка сошла с его лица. Эспер нахмурился, сдвинул брови.

– Лучше сдайся сразу, стерва, – прошипел он и быстро начертил в воздухе плетение поддержки.

– А ты заставь, – ледяным голосом ответила она. – Если хватит сил.

На миг ему почудилось, что глаза девушки недобро блеснули алым. А рядом с ее головой взмахнула крыльями огненно-красная бабочка, тут же растаяв в воздухе.

Юи глубоко вдохнула, вспоминая наставления Рэйджи. Изая любит быстрые удары, он нетерпелив – и самоуверен. Одинаково хорош как с мечом, так и в магии. А значит, побеждать его надо тактикой.

Стиснув меч, она бросилась навстречу Оваде. Тот метнулся с места, мечи со звоном столкнулись. Первый же блок и контратака едва не сбили её с ног. Юи отпрянула и один за другим отбила три ураганных выпада.

Перехватив инициативу, Овада обрушил на нее град ударов. Его глаза светились торжеством, словно он уже победил. Именно это ей и было нужно!

Клинок Юи покрывался зазубринами, омни-меч неумолимо вгрызался в сталь, грозя выбить оружие из рук. Снова разорвав дистанцию, девушка перешла к быстрым жалящим атакам – и это дало результат.

Против мощи Овады она выставила свою скорость и ловкость. Не зря же они с Рэйджи и Риккой так долго отрабатывали именно уклонения! Гибкая и подвижная, Юи быстро поймала темп соперника и теперь уходила от его атак, наказывая его кончиком меча то в бок, то в плечо. Несильные удары не причиняли ран. Но вот бесили они знатно.

– Хватит играть со мной, сука! – рявкнул Овада, теряя терпение.

– Ты уже устал, милый? – улыбнулась она. – Так быстро?

Наследник проскрипел зубами. Гаденыш бурлил от гнева, но виду пока не подавал. Тряхнув мечом, он ринулся в новую атаку.

Её клинок уже едва сдерживал натиск врага. Острое лезвие едва не касалось тела, проходя в паре сантиметров от бедра. Уйдя в сторону, Юи контратаковала, чересчур высоко поднимая руку…

Овада тут же воспользовался этим. Описав восходящую дугу, омни-меч звонко ударил по её оружию, увлекая его по кругу и выворачивая девушке запястье. Миг – и подхваченный ударом клинок выскользнул из рук и улетел в сторону.

Сейчас!

Юи змеёй скользнула под удар Овады. Тонкие пальцы обхватили запястье его руки, держащей меч. Шаг за спину и легкий доворот, – теперь уже Изая с вывернутой рукой пошел за ней, как послушный пес. Взятая на болевой рука трещала в трех местах. Юи мягко уложила его на колено и довернула кисть.

Раздался влажный хруст, Овада заорал от боли и выронил меч, тут же улетевший в сторону от её пинка.

Поняв ошибку, Овада попытался достать девушку второй рукой, заряженной магией. Но дело было сделано: Юи быстро отпрянула на дистанцию, не дав себя задеть.

Поединок перешел в рукопашную схватку. И здесь Юи чувствовала себя куда свободнее. Легкий комбинезон не стеснял движений, разогретые мышцы двигались легко, а вбитые на тренировках рефлексы заработали в полную силу.

Регенерация мага быстро восстановила сустав – и эспер бросился в бой с удвоенной энергией. Стоило отдать должное, Изая дрался великолепно, его тяжелые джебы могли угробить её одним попаданием. Приходилось вертеться как уж на сковородке, тратя выносливость на уклонения и блоки. Только и Овада начал уставать: слив джеб в пустоту, он ударил левым хуком – но слишком медленно. Без труда увернувшись, Юи ушла в сторону – и взорвалась серией коротких, жалящих ударов. И все – в раненую в прошлом сражении руку.

Зашипев от боли, он отпрыгнул и вскинул здоровую руку, на ходу чертя узор. Ледяная магия, так же, как в битве с Рэйджи!

– Тень, сейчас! – шепнула она, на ходу творя стену огня.

В купол барьера вокруг них ударило морозное облако – и стену огня буквально сдуло мощнейшей волной ледяных глыб. Сверкающая всеми гранями лавина льда с ревом устремилась к ней, еще мгновение!..

Она вскинула руки – и упругая волна черного пламени хлестнула вперед. Раздался оглушительный хлопок, все окуталось облаком горячего пара.

А пламя столбом ударило по Оваде. В мгновение ока окутавшись барьером, он попятился: безумное давление магического инферно сжимало его щит – и раскаляло воздух.

Тяжело дыша, Юи остановила атаку. Сфера вокруг Овады сжалась так, что почти касалась его тела. Еще немного, и наследник зажарился бы до угольков.

– Сдавайся! – крикнула она.

Вместо ответа он рассмеялся – и вскинул руки.

– Уже выдохлась, дорогая? А я только начинаю!

Яркое свечение окутало его тело. Аура Овады вспыхнула факелом маны, словно изнутри бил фонтан чистейшей магии. Пробуждение Нуэ, готового броситься в решительную атаку.

В то же мгновение сжатый до предела луч чистейшего пламени вонзился в наследника. Пламя брызнуло в стороны, рикошетя от его барьера и стен их клетки сотнями мерцающих капель. Юи вытянула руки, с трудом держа бешеный поток энергии: контролировать его было куда сложнее, чем в ночь боя с Хирагой.

– Т-ты!.. стерва!

Овада едва держал щит. Бешеный поток тащи его назад, к стенке купола. На досках пола из черного дерева, которое не должно было гореть, плясали языки пламени. Но даже если они оба задохнутся, пока дуэль не окончена, купол не снимут – таковы правила.

Вложив все силы в линзу щита, он даже не видел соперницу за потоком плазмы. Их битва стала поединком на выносливость – и он знал, девчонка не выдержит, не сегодня!

Луч пламени ослаб и погас, оставив после себя затянутый едким дымом воздух. Едва держась на ногах, Овада снял щит. Его сердце бешено колотилось, по щекам катился пот, а губы пересохли и потрескались.

Девчонку не было видно за клубящимся паром. Наверняка она потеряла сознание, осталось добить. сглотнув. он опустил руки и шагнул вперед…

Как из густого тумана ему навстречу вылетел черный силуэт с занесенным кулаком.

***

Накачанный магией кулак с хрустом вонзился в ребра эспера. Точный удар под диафрагму – и воздух вышел из его легких. Овада захрипел и согнулся пополам, хватая ртом воздух.

– Тварь, – выдохнула она и, сжав острый кулачок, врезала ему по морде. Ещё, и ещё раз. Под ритмичный бой крови в ушах, она пинком перевернула эспера на спину – и в тот же момент купол барьера развеялся.

Пошатываясь от усталости, она подхватила отброшенный омни-меч наследника и подошла к нему.

– Ты отправил своего союзника убить мою сестру, – она взяла его за шиворот и медленно подняла на колени. – Ты убил моих родных и едва не убил моего любимого. Ради своего наследства ты велел отрезать головы членам моего клана – и отправил мне их в мешке, тварь. И я должна выйти за тебя замуж?

Она стиснула рукоять меча обеими руками и медленно подняла над головой.

Весь зал застыл. Даже Император замер, не отводя взгляда от девушки, окруженной клубящейся мглистой аурой.

– Могами, остановись! – взревел он.

Меч со свистом опустился на свою жертву.

Под дружный возглас толпы голова императорского наследника грохнулась на пол. Обезглавленное тело, подергиваясь и заливая всё вокруг кровью, рухнуло на пол.

Юи отбросила меч и, подняв за волосы отсеченную голову, швырнула её Императору.

– Дуэль окончена, мой Император.

Ошарашенный, он не сводил глаз с лежащей у его ног головы праправнука. Морщинистое лицо побледнело как мел.

– Как ты посмела…

– Слово Императора гласит, что я стала частью клана Овада и наследницей престола, – громко заявила Юи. – по закону, как член клана и первая в очереди на наследование, в случае гибели супруга я имею право через год выбрать себе нового мужа. Нового Императора. Того, кто обладает силой и мужеством управлять всей Империей.

***

Я не сдерживал широкой улыбки. Кто мог подумать, что Юи, эта невинная девочка, просчитала всё до последней детали!

Она с улыбкой обернулась ко мне – и продолжила.

– А до тех пор, мой Император, я сделаю всё, чтобы сделать Империю сильнее. Покончить с этой войной, возродить клан Ширасаги. Сделать так, чтобы эсперы из…

Звонкий голос девушки потонул в звоне открывающегося портала за ее спиной. Из черного провала выросла высокая фигура в плаще. Широкая ладонь накрыла лицо Юи и потянула назад, а вторая прижала к ее шее инъектор.

Меня обдало мощнейшей магической аурой. Архонт.

– Говорил же, я вернусь за тобой.

Зашипел инъектор – и, закатив глаза, девушка обмякла в его руках.

– Она твоя, Эйсин! – воскликнул Император и выхватил меч из ножен. – Убей бога, немедленно!

Я встретился взглядами с чужаком из портала. Холодные глаза, пылавшие магией. Архонт, не раз убивавший богов в бою.

Сома мгновенно вскипела во мне, бурным потоком устремляясь в сфироты. Десятки божественных щитов окружили архонта и гильотинами обрушились на него. Воздух наполнился гулом – и кольцо энергии ударило в стороны, оттесняя окруживших нас эсперов. Прижатые к стенам, они не могли вмешаться.

Я рванулся к Юи, накачивая руки магией.

– Не так быстро!

Сразу два барьера Императора преградили мне путь. Пробив первый, я протянул руку – подхваченный потоком энергии, в руку влетел отброшенный Юи омни-меч Овады.

Лезвие вспыхнуло золотым свечением – и клинок разнес вдребезги второй щит, прорубая мне путь. Император метнулся наперерез, занося свой меч.

Да пошел ты к черту!

Яростная волна энергии ударила в него. С треском выдирая из пола громадные куски вековых досок, удар смёл Императора как пушинку и швырнул в сторону. Я же рванулся к Юи – подонок-архонт отступал, затаскивая девушку в портал.

Моя единственная надежда вырвать из лап Шварцена Фубуки и Рикку буквально ускользала сквозь пальцы.

Тело скользнуло вперед – я занес меч, целясь между холодных, колючих глаз архонта. Удар.

Клинок с лязгом уперся в громадное лезвие меча. Передо мной выросла массивная фигура еще одного архонта – могучего здоровяка с задорным оскалом во всю рожу.

– Не спеши, божок! – огрызнулся он и хлестким ударом отбросил меня назад.

Упершись в доски пола, я вскинул руку с мечом – тут же по щиту могучим молотом ударило смертельное плетение "ведьминого клинка". Из-за спины громадного архонта вышла еще одна фигура, а следом за ней в воздухе стали сгущаться одна за другой новые воители.

Теневые порталы! Так вот почему я их не заметил!

Архонт, державший Юи, с издевательской ухмылкой шагнул назад – и растворился в портале.

– Тебе не сбежать, Гигас, – усмехнулся Император, поднимаясь с пола. – Убейте его!

Да как бы не так!

Нужно выбираться из смертельной ловушки. Окутавшись щитами, я метнулся к ближайшей стене и занес меч. Согласованный импульс энергии и удар клинка превратили толстенную стену в вулкан мелких щепок и осколков, а я рванулся в пролом. В щиты за моей спиной ударила целая вереница смертельных плетений.

Я ужом метнулся в сторону, ставя новый барьер – мимо мелькнуло сразу три молнии и разнесли в пыль громадную бронзовую статую. Я метнулся в густое облако пыли, сметая все на своем пути – а за мной уже гремели новые плетения архонтов.

Нужно бежать, но куда? Такеми остался внутри и ему уже не помочь, снаружи помощи тоже ждать не от кого. Я оказался буквально в логове врага. Забитый архонтами и архимагами улей Императорского Дворца рассерженно гудел десятками плетений. По земле от них не сбежать – все маги на километр вокруг уже знали, где я, и жаждали моей смерти. По воздуху – бесполезно, архонты мгновенно меня догонят.

Оставалось единственное решение. еще более рискованное, чем сражение с десятком разъяренных архонтов.

Даже самое тупое божество не рискнет открыть портал с едва проклюнувшимся сфиротом контроля, одна ошибка – и меня размажет слоем слизи по поверхности земли в радиусе километра. Никакая регенерация не спасет. Но выхода не было.

Отбросив бесполезный меч, лишь мешавший побегу, я сбил с ног опешившего стражника, выскочившего навстречу, и рванулся в длинный коридор. В его конце виднелось огромное окно наружу. Открытое пространство – то, что нужно!

В спину снова ударило плетение и смело практически все щиты. Плюнув на защиту, я бросился к окну. Вихрь божественной энергии ударил в стены, толкая меня вперед, а за спиной уже гремели голоса архонтов. Я затылком чувствовал, как двигаются их пальцы, складывая смертельные узоры. Еще секунда, и десяток молний пронзит тело, разорвет на атомы, сжигая дотла сфироты…

Подхваченный ураганом сомы, я вылетел из окна как пробка из бутылки. Оконный проем ударил в спину фонтаном щепок и кусков стены. А сзади грозно загудело: "молот ведьмы"! Сейчас!

Яркая золотая вспышка ударила по глазам – и передо мной разверзлась бездна портала. В нем отразилось зловещее алое свечение приближающихся молний – меня дернуло вперед, затягивая в портал.

***

Я вылетел из маслянисто-черной воронки метрах в десяти над землей. Успел лишь сгруппироваться – и приземлиться на ноги. Сила тяжести навалилась десятикратно, едва не насаживая меня грудью на свое же колено. Но всё же я удержался, встал – и огляделся.

Обшарпанные здания, нищие люди, разруха… какая удача, Нижний Город. Мне повезло, выброси меня портал спиной вперед – грохнулся бы на заплеванный асфальт как мешок картошки. И гарантированно бы сломал спину.

Отряхнувшись, я поспешил уйти с улицы и направился к центральным районам. Благо, местность была знакома – это здесь мы с Коёми преследовали химеру. Предусмотрительно скинув порванный пиджак, я хорошенько вымазал рубашку в пыли и взъерошил волосы – как раз сойду за местного. Не хватало еще поднять тревогу внешностью заблудшего мажора среди нищеты. Мне и так хватало проблем.

Дорога к центру заняла несколько часов. Но не успело солнце направиться к закату, как я ступил на порог кафешки со знакомой вывеской. Толкнув дверь, прошел внутрь – и привычно уселся на стул у дальнего конца бара.

– Бармен налей мне как обычно, – усмехнулся я старику за стойкой.

Старик Нобуро посмотрел на меня так, будто призрака увидел.

– Мать моя… господин Ямада?

– А кого ты ждал? – улыбнулся я. – Смотрю, дела идут в гору. Так что, дашь промочить горло?

Старик явно разволновался, зачем-то снял большую пивную кружку и, поглядывая на меня, стал примеряться к пивным кранам, но на помощь вовремя пришла Сачи. Сияющая от радости девчонка шустро налила громадную чашку кофе и поставила передо мной, не забыв стрельнуть глазками. В воздухе разлился аромат кофейных зерен и корицы.

– Специальный Сачи-капучино!

– Спасибо, красавица.

– Хих! – прыснула она и, качнув густым хвостом волос, побежала к клиентам. А я взял чашку и, хитро поглядывая на насупившегося деда, принялся за кофе.

– Ты, конечно, вроде как владелец заведения, – издалека начал он, сурово хмуря брови. – Но внучку мою…

– Нобуро, у тебя телефон есть? – перебил его я и последним глотком осушил чашку. – Дай позвонить. А то видишь, потрепало меня немного.

– Что, опять с бандитами сцепился? – съязвил он, скаля желтые зубы.

– С целым кланом якудза, – кивнул я. – Злобные подонки, знаешь ли. Так что с телефоном?

Задумчиво пожевав губу, он протянул мне старый засаленный сотовый. Экран был с трещиной, да и реагировал с трудом, но набрать знакомый номер это не помешало.

Всю дорогу сюда я продумывал дальнейший ход. Прежний план с треском провалился: Юи забрал архонт Эйсин, а Рикка и вовсе рисковала попасть под нож больного на всю голову вивисектора. А на меня и вовсе объявили охоту по всей Империи. Спорю, Император назначит за мою голову такую награду, что каждый захудалый адепт будет знать обо мне.

Действовать нужно немедленно. И раз уж я лишился Юи, делившей тело с Астральным Повелителем, придется работать в одиночку.

С огнем нужно бороться огнем, против безумца поможет только ещё больший безумец. Это я и собирался сделать.

Я набрал номер, послышались длинные гудки.

– Какого черта… кто это? – дерзко ответили на том конце.

Я улыбнулся, заслышав знакомый звонкий голос.

– Привет, Аманэ, скучала? Как насчет того, чтобы увидеться прямо сейчас?

Глава 4. Старший Ангел

Близился вечер. В парке зажглись фонари, осветив дорожки уютным желтым светом. В воздухе пахло свежестью после небольшого дождя и цветами от многочисленных клумб и засаженных зон. Дневная жара спала, так что всюду прогуливались парочки.

Парк находился на самом краю территории Махо-Кай. Этот сектор принадлежал банде "Ангелы", так что вполне логично было встретиться здесь, если бы не одно "но".

Услышав мой голос, Аманэ заметно занервничала. Учитывая то, как мы расстались последний раз, это было странно. Изменила свое мнение после сражения кланов? Или потеряла в нем кого-то важного?

Или догадалась, зачем я иду.

Я обвел взглядом ближайшие окрестности: эсперов тут было немного, да и силой похвастать они не могли. У входа в парк я заметил патруль "Ангелов" – трех девчонок, прикидывающихся подружками на отдыхе. Больше двух патрулей в парк не ходит, – а значит, либо у "Ангелов" намечалась серьезная стычка, требующая присутствие босса, либо…

Прищурившись, я заглянул глубже в парк. Укромные закоулки и лавочки у дальних фонтанов – лучшее место для разборок. Там-то и отразилась яркая аура будущего архимага Аманэ. Поправив черную рубашку с вышивкой, нашедшуюся у Нобуро, я направился к Аманэ.

Уже на полпути я заметил еще кое-что. Похоже, у бравой командирши намечалась очень интересная разборка.

Аманэ сидела в гордом одиночестве на лавочке у фонтана, под фонарем. В коротеньком зеленом платье, с маленькой сумочкой и в миниатюрных туфельках. Заметив меня издалека, она напряглась.

И, присмотревшись, удивленно округлила глаза.

– Ты… Рэйджи?!

– А кого ты ждала, Куроно?

Она густо покраснела.

Хоо, какая прелесть! Я подошел и, ощупав взглядом ее крепкие ножки, ухмыльнулся. Аманэ стиснула сумочку и, презрительно поджав подведенные губы, состроила сердитую физиономию.

– Вот и я, дорогая, – я нахально сел рядом и приобнял ее за плечо. – Какая ты сегодня красавица. Ммм… что это, духи? Ради меня?

– Прекрати, Рэйджи, – буркнула она, сбрасывая мою руку. – Какого черта? Что с тобой случилось? Ты выглядишь…

– Иначе, да. Ты тоже, кстати. Так вот какую красоту прятала наша ледяная королева Аманэ от остальных, мм…

Мой взгляд снова ощупал ее фигуру, вгоняя девушку в краску. Спорю, ей и так было неловко в непривычном для пацанки платье. И вдвойне неловко – показаться передо мной, боевым товарищем.

А третья причина неловкости еще себя не проявила. Чт ж, поможем.

Я приблизился к ней и, едва не касаясь губами порозовевшего уха, нарочито громко зашептал.

– Я скучал по тебе. Ещё на острове я заметил, как ты смотришь на меня.

Кусты позади скамейки качнулись, выдавая нетерпение свидетеля.

– И вот, наконец-то, ты решила отдаться своим чувствам. Только странно, зачем ты привела с собой того увальня?

Кусты замерли. Аманэ, за несколько секунд изменив с десяток выражений на лице, замерла – и, густо покраснев, гневно взметнула брови.

– Да выходи ты уже, он всё давно понял!

Кусты снова задрожали – и наружу, пыхтя от недовольства, вылез Куроно. Горе-ухажер, разодетый как на свидание, обошел скамейку и, буркнув что-то среднее между "привет" и "пошел к черту", уселся рядом с девушкой.

– Ну ты и засранец, Ямада… – вздохнула она.

Я подмигнул насупившемуся Куроно.

– Ты уж прости, что я прервал ваше милое свидание, но дело важное. Вспомни-ка, Аманэ, видела ли ты вот этого человека?

Я поднял руку – на открытой ладони задрожал воздух и сгустился в изображение, увиденное на экране телефона Котоно. В ту ночь, когда мы штурмовали особняк клана Мурано.

– Знакома?

Аманэ изменилась в лице. Удивление быстро сменилось тревогой.

– Что она опять натворила?

– Погоди, как ты это сделал? – всполошился Куроно. – Я же видел, ты и пальцем не шевельнул…

– Так значит, Котоно Айри тебе знакома, – кивнул я, сворачивая иллюзию. Но Аманэ уже завелась не на шутку.

– А ты-то её откуда знаешь?

– Да так, пару раз пересеклись на улице. Поцапались немного, она помогла спалить наш дом, а мы сожгли ей клуб, ну и потом…

– В смысле – спалить дом?! – едва не взвизгнул Куроно.

– Во имя магии, вы подрались? – взвилась Аманэ. – Ты сцепился с боевым архимагом Империи? Ты вообще в курсе, что она – магический снайпер и один из лучших бойцов армии?

Я присвистнул.

– Даже так. Неплохой прогресс, в её-то возрасте. Откуда ты её знаешь?

– Она… – Аманэ отвела взгляд, – моя предшественница. В смысле, она возглавляла "Ангелов" до меня. Айри взяла под свое крыло много девчонок с улиц, которым не повезло в жизни. Не каждому же дано стать архимагом, да и вообще – эспером. Она учила меня с детства, и в каком-то смысле стала мне как старшая сестра. Когда она ушла из "Ангелов" в армию, мы провожали ее всей бандой. Я не знаю более преданного и честного человека, Рэйджи. То, что ты сказал – полный бред, это не наша Айри.

– Тогда тебе лучше не знать, во что она вляпалась, – усмехнулся я. – Но, если хочешь увидеть её снова, скажи – где она живет.

– Сперва ты, – заупрямилась она. – Если у неё проблемы, я всю банду подниму. "Ангелы" своих не бросают.

– А вот этого не надо. Иначе рискуешь потерять вообще всех. Твоя наставница связалась с живодерами, которых прикрывает сам Император. Дай мне разобраться с этим. Ты же помнишь, что было на острове – такое не должно повториться с целым городом. Я знаю, что она скрывается, но ты должна знать, где сейчас Айри.

Мои зловещие слова заставили её побледнеть. Знала, я не шучу с такими вещами.

Она растерянно оглянулась на Куроно, ища поддержки.

– Аманэ, – я тронул её за руку. – Узнай, где она. Прямо сейчас, иначе будет поздно.

Куснув губу, девушка достала телефон и, набрав незнакомый номер, приложила к уху.

Её диалог с Айри был коротким и сухим, как армейские команды. Но за внешней скупостью чувствовалось бесконечное уважение Аманэ к старшей. Не каждый бог получал такое от своей паствы.

Закончив разговор, девушка быстро открыла карту, отметила точку на экране и показала мне.

– Она здесь.

– Прекрасно, – я поднялся и кивнул парочек. – Спасибо, Аманэ, до скорого.

Куроно облегченно выдохнул, но я повернулся и с ухмылкой окликнул его.

– Поласковее с ней, здоровяк! Если обидишь девчонку, я заберу её себе. Понял?

***

До дома оставалось минут пять пешком. Ходить девушке одной по темным улицам района, граничащего с Нижним Городом – рисковое занятие, но Айри, напротив, чувствовала себя свободно. Местные банды знали её и предусмотрительно не лезли к архимагу, а с чужаками она вполне могла справиться сама.

Впереди уже показались горящие светом окна обшарпанного домика, где её ждали больной отец и младший братишка. В руках у неё был пакет с лекарствами для отца и дынными лепешками из супермаркета – любимым лакомством брата. Обычно сдержанная и скупая на эмоции, она улыбнулась и прибавила шагу. Но тонкий слух уловил звук, моментально стерший улыбку с лица.

Она прибавила шаг и быстро сплела незавершенный узор, подвесив его на одном из пальцев – чтобы мгновенно ударить, если будет нужно.

Чужой голос – внутри дома.

Он рассмеялся, а следом раздался детский вскрик – её брат!

Пакет шлепнулся на землю, а Айри невесомой тенью метнулась к входной двери. Ключ в замок, дверь едва не слетела с петель, пропуская девушку. Она влетела в комнату, на ходу вскидывая руку завершить плетение – да так и застыла, не в силах двинуть пальцем.

Все трое сидели на диване в гостиной. Отец, позабыв про артрит и непрекращающуюся головную боль, показывал гостю старомодный альбом с фотографиями и улыбался. А брат с заливистым смехом повис у него на шее, словно тот был его отцом.

– Расскажи, что дальше было?

– А вот здесь она перед первой школьной поездкой, ей было семь лет…

В центре же сидел он. Чужак, – статный и плечистый, со светлыми, почти белыми волосами и хитро прищуренными голубыми глазами. Он поднял взгляд – и на красивом, неуловимо знакомом лице заиграла торжествующая улыбка.

Сердце в груди едва не остановилось, Айри сковал ледяной страх.

Откуда в её доме бог?! И что делать? Она не может ударить, пока рядом ее родные!

– Здравствуй, Котоно, – осклабился он и по-хозяйски кивнул на кресло, стоявшее напротив. – Мы тебя заждались.

***

Словно оглушенная, Айри медленно села в кресло. На напряженном лице аж венки вздулись. Спорю, думает сейчас, как ударить и не задеть родных.

– Папа, Йоши, вы можете оставить нас одних? – не дрогнув и мускулом на лице, ледяным голосом произнесла она. – Пожалуйста.

– Вот, а здесь её выпускной, – проигнорировав дочь, продолжил отец.

Ему едва ли исполнилось пятьдесят, но из-за микроинсульта и тяжелой болезни он выглядел глубоким стариком.

– Что ты с ними сделал?

Я с улыбкой пожал плечами. Пока что я был не в силах взять под контроль эспера вроде неё. Но подчинить себе разумы ребёнка и больного старика – запросто. Даже сотой части сфирота на это хватит с лихвой.

Она гневно взметнула брови, на лице проступили красные пятна.

– Если ты сделал с ними что-то… – угрожающе зашипела девушка.

– Не нервничай ты так. Разве похоже, что я хочу им навредить?

Она медленно выдохнула и расслабила напряженные пальцы. Я сразу заметил, что она держала наготове мощное плетение – предусмотрительная воительница была начеку.

Заметив ее жест, я кивнул и произнес.

– Господин Котоно, вы выглядите усталым. Может, приляжете отдохнуть? Йоши, поиграй наверху, я поговорю с твоей сестрой и помогу тебе собрать того робота.

Парнишка с радостным воплем побежал наверх, а старик поковылял в свою комнату, оставив нас наедине.

– А теперь давай поговорим.

– Мы уже встречались, да? – сощурилась она. – В доме Мурано. И до этого. Погоди, ты – Ямада?! То божество, что служит Могами?

– Рад, что вспомнила, – кивнул я. – Как понимаешь, однажды я тебя уже победил. В клубе "Питбуль". И потом еще раз, в доме Мурано. С тех пор я стал сильнее, так что обойдемся без твоих попыток поиграть в героиню. Возражения будут? Нет? Отлично. А теперь давай не будем тратить время и перейдем к сути. Я знаю, что ты работала на доктора Шварцена.

Котоно снова стиснула зубы и напряглась.

– Неправда, я работала на клан Мурано. Не понимаю, о чем ты.

Я заметил, как задрожала ее аура. Она знала Шварцена, иначе спросила бы, кто он. Всё ты понимаешь.

– Ты – хороший воин, Котоно. И как любой хороший воин, врешь ты ужасно. Я могу показать тебе запись с камер, где видно, как вы с подельниками насильно затаскиваете в фургон детей из Нижнего Города.

– Ты ошибаешься.

– …а лучше покажу её твоей подружке Аманэ, – я ехидно осклабился. – Ты бы видела её лицо, когда она говорила о тебе. Девчонка до сих пор почитает тебя, представляешь? Защитница и наставница, прям ангел! Интересно, что она скажет, когда узнает о твоих маленьких грешках?

Она нахмурила брови и язвительно огрызнулась.

– Ты решил меня шантажировать, подонок? Зачем тебе это?

– Среди тех детей была девчонка лет двенадцати, блондинка. Ты помнишь её?

– И что с того, если помню? – с вызовом ответила она.

– А то, что она сейчас у Шварцена. Как и все остальные. Ты же слышала о новых жертвах маньяка, которые стали появляться недавно в Нижнем Городе? Шварцен опять взялся за дело. Ему нужны новые объекты для опытов. Как те дети, что десять лет назад стали жертвами его экспериментов. Он убивал их сотнями, Айри. Вскрывал, вживлял им органы монстров, а потом наблюдал, во что они превратятся под действием их магии. Думаешь, я вру? Клан Ширасаги истребили именно потому, что этот вивисектор забрал их дочь и сделал с ней все это.

– Бред! – выпалила она.

– Скажи это Рикке Ширасаги. Я видел её тело, изуродованное десятками шрамов. Ей повезло вырваться только потому, что за ней стоял целый клан. А кто встанет за нищих и беспризорных детей с улиц, Айри? Где тот ангел, о котором говорила мне Аманэ? Как ты докатилась до пособничества садистам и детоубийцам?

Она побледнела, инстинктивно вжимая голову в плечи. Пальцы вцепились в подлокотник старенького кресла, сминая древесину.

Вот оно. Поплыла девчонка. Аманэ была права на сто процентов.

У Айри – обостренное чувство справедливости. И теперь, глядя на нее, я мог сказать это наверняка.

В детстве ее бросила мать, поэтому она осталась одна с отцом. Девчонка росла на улице, привыкла полагаться только на себя и давать сдачи, потому-то и подалась в банду "Ангелы". А когда стала эспером, то принялась защищать других. Таких же детей с улицы, переживших то же, что случилось с ней.

Но бунтарка не учла, что суровый мир эсперов живет по своим законам и плевать хотел на таких, как она.

– Я… – она опустила глаза и тяжело выдохнула. – Никакой я не ангел. Всё, что я хотела…

– …помочь семье, – я договорил за неё.

Айри шмыгнула носом и кивнула. Суровый архимаг, закаленный в жестоких боях, она не привыкла обнажать душу.

Только молчать тоже больше не могла. Сколь бы ни была она сильна духом, даже ей нужно было выговориться.

Она кивнула на соседнюю комнату и криво усмехнулась.

– Ты видел отца. Его можно вылечить, но лекарства и терапия стоят безумных денег. А Йоши мечтает поступить в столичную школу, он очень способный. Я – всё, что у них есть. Думала, в Императорской армии я обеспечу им безбедную жизнь, но таких денег там просто нет. Я мечтала попасть в экспедиционный корпус магов, как архонт Фубуки. Да вот не вышла родословной. И лицом тоже.

Она с усмешкой провела пальцем по тонкому шраму на щеке.

– Я трижды подавала запрос на зачисление в Корпус и трижды получала отказ. Что мне оставалось? Грабить банки? Пойти к якудза? Отец не выжил бы на скудные имперские пособия. Мне нужны были деньги, много и прямо сейчас. И когда клан Мурано предложил мне сделать кое-какую работёнку, я согласилась не думая, едва услышала сумму гонорара.

– Но стоило согласиться один раз, пути назад уже не было, – кивнул я. – Ты измазалась в грязи, от которой уже не отмыться.

– Верно… я больше не могла посмотреть в глаза Аманэ и другим девчонкам. Но у меня наконец-то были деньги. Так что да, когда я помогала им воровать детей с улиц, я думала о семье. Что завтра у Йоши будет любимая булочка к чаю, а у папы – его дорогие лекарства.

– И ты готова купить счастье своей семьи ценой жизней тех детей?

Котоно подняла голову и зажмурилась.

– Сразу видно, бог, – прошептала она. – Даже сейчас грузишь меня философией. А что я могу сделать-то? Штурмовать лабораторию Шварцена? Пойти и убиться, пытаясь спасти тех ребят? Тогда погибнет моя семья. И что же мне делать, бог?

Вот и всё. Она готова.

Я пристально посмотрел на неё – и заговорил.

– Тебе не нужно их спасать. Помоги мне. Шварцен похитил ту девчонку, и я должен её вернуть. А ещё у него в заложниках Рикка Ширасаги и Могами Фубуки.

Она уставилась на меня, приподнявшись в кресле.

– Архонт?..

– Она самая. Фубуки лишилась сил в битве с богом, и Шварцен пообещал вернуть ей силы. Что до Рикки – представь, что он с ней сделает, чтобы проверить, к чему привели его опыты над ней десять лет назад.

Её передернуло от отвращения. Девушка с недоверием посмотрела на меня.

– Ты – чертов бог… откуда мне знать, что ты не дуришь мне голову?

– Спроси у Могами, – улыбнулся я. – Фубуки лично испытывала меня. Кроме того, если я хотел бы убить кучу магов, к чему мне здесь распинаться перед тобой?

– Почем мне знать? – фыркнула она.

– Мне не нужна твоя жизнь, Айри. Только твоя вера. Так что, ты поможешь мне? Вернешь свое честное имя?

Было видно ,как ее терзают сомнения. Закусив губу, она то смотрела на меня, то косилась на лестницу к спальне брата.

– Хорошо, я помогу тебе, – тихо произнесла она. – Но не ради тебя, понял? Ради архонта Фубуки.

– По рукам.

Я протянул ей руку – помедлив, она вложила свою ладонь в мою и сжала. Сильная, по виду и не скажешь.

– Что мне нужно делать? И когда мы начинаем?

– Прямо сейчас, – я поднялся и пошел к выходу, на ходу доставая телефон. – Иди за мной.

Едва мы вышли наружу, как вдали мелькнул свет фар, а по улице разнесся низкий раскатистый рев мотора. Не прошло и минуты, как к дому подъехали два мотоцикла. Первым была видавший лучшие дни двухместный "Ямаха", принадлежавший ребятам из моей автомастерской.

А вот второй был особенным. Мощные широкие шины, низкий басовитый гул выдававшего огромную мощь мотора, массивные накладки на корпусе и брутальный сдвоенный глушитель. Один вид этого монстра, сверкавшего новенькой краской и ровными рядами ребер мотора, вызывал желание его оседлать. За рулем чудовища сидел глава моего автосервиса Сагара Джоске, он же Джо, собственной персоной.

При виде байка Айри аж присвистнула.

– Держи, босс, – осклабился Джо и слез с машины. – Как и договаривались, точно в срок.

Я одобрительно хлопнул его по плечу. Еще перед битвой за деревню Могами я выделил моим трудягам приличную сумму на доводку мотоцикла, что простаивал у них под ветошью в углу сервиса. К тому бою они не успели, да и не пригодился бы он там. Но сейчас суровая машина пришлась в самый раз.

– Передай парням мою благодарность, Джо. Клан Могами компенсирует все траты.

– Хах, траты! – усмехнулся он, усевшись позади пилота второго байка. – Ты, главное, целым его верни. А то знаю я тебя, хозяин Ямада!

Я надел шлем, сел на стального монстра и примерился к органам управления. Мотор зарычал, как тигр перед схваткой.

– Отлично. Нам пора, Котоно.

Айри скользнула оценивающим взглядом по мотоциклу, задержав внимание на мне.

– У богов и игрушки соответствующие, да? – криво улыбнулась она.

– Запрыгивай, – я кивнул на сиденье позади. – До логова Шварцена путь неблизкий.

Она ловко нацепила шлем, забралась на сиденье и прижалась к моей спине.

– Он не в Институте, бог. Когда мы забирали девчонку, то повезли её в другое место, подальше от любопытных глаз. Думаю, архонт Фубуки и остальные тоже там. Поехали, я покажу дорогу.

Глава 5. Эволюция

Я остановил свой байк неподалеку от входа в неприметное здание, притулившееся у седых скал. Сторонний глаз не обратил бы внимания на серые стены с темными окнами, сливавшиеся с камнями. Здание лаборатории не было похоже на громадные белоснежные больницы вроде той, где меня лечили, или одной из клиник Могами. Скорее, на захудалую гостиницу в горах.

Но первое впечатление было обманчиво.

Сама земля здесь источала такую ауру, что мои сфироты невольно дрожали. Сколько же магии собрано там, внизу, раз эхо ауры добивает даже до поверхности?

Вот сейчас и проверим.

Сбросив шлем, я пошел к раздвижной двери, за которой угадывался длинный холл. Створки с шипением разъехались, впуская внутрь. Зал оказался просторнее, чем выглядел снаружи. А еще навстречу вышли два охранника с автоматами наперевес. По мне скользнул яркий луч фонаря.

– Стоять! Кто такой? Покажи пропуск и пас…

Тяжеленная плита энергощита буквально расплющила говорившего о бетонный пол, в стороны ударили брызги крови и обломки оружия. Второй охранник выпучил глаза – и мгновенно бросился в сторону, на ходу открывая огонь.

Но не успел он нажать на спуск, как вторая плита ударила его и отбросила к стене. Заключив не в меру прыткого стража в сужающийся кокон, я пошел вглубь коридора – возиться с мелкотней времени нет. Тем более, меня уже заметили – три камеры у входа внимательно следили за обстановкой.

Я оказался прав – стоило пройти по длинному коридору к залу с лифтами на нижние уровни, как путь мне преградили с полдюжины людей в защитных комбинезонах и масках. Эдакие мини-Шварцены. Я с улыбкой поднял руку, формируя несколько острых кристаллов-пик, как хозяева синхронно подняли руки.

– Не нужно, – заговорил один сквозь маску. – Доктор велел пригласить вас к нему. Он ждет.

Прекрасно. Кивнув, я опустил руку и прошел за ними к большому грузовому лифту. Со мной поехали двое – едва двери лифта закрылись, мы довольно шустро поехали вниз, глубоко под землю. Очевидно, что работы Шварцена требовали больших лабораторий. И нет лучше места, чтобы спрятать все это богатство, чем под землей.

Когда двери раскрылись, я ожидал увидеть что угодно – от громадной операционной с десятками распотрошенных тел на столах и до пыточных камер вроде тех, что были в мирах Рестариона или Йор-61. Уходящие в темноту коридоры с сотнями клеток для узников, крики и плач, десятки охранников с силовыми копьями и магических ищеек.

Но вместо этого нас встретил светлый коридор – и высокая фигура в сером комбинезоне с маской на все лицо. Доктор Шварцен собственной персоной.

Лифт за спиной с шелестом закрылся: я ощутил, что сопровождающие остались внутри. Значит, только он и я.

Мое измененное магией зрение могло видеть ауры магов, но даже ему не поддавался комбинезон доктора, скрывающий её от наблюдения. Туманная аура мага пульсировала странно и непонятно, а ее сила была такой, что и архонт позавидовал бы. Доктор или нет, он был серьезным соперником даже для опытного бога.

Его костюм, частично скрытый под плащом, дышал непонятной силой, словно и сам был живым. Плотная маска, больше похожая на слепой шлем с двумя сенсорными полосами, закрывала все, не давая увидеть и миллиметра кожи. Под ней мог скрываться кто угодно, хоть сам Император, подделавший голос доктора. Кто бы там ни был, ясно было одно. Передо мной стояло настоящее чудовище, природу которого я был не в силах понять даже с тысячелетним опытом и четырьмя сфиротами.

Я ощутил себя дрессировщиком, сунувшимся в клетку к голодному льву. С той только разницей, что Шварцен был куда хитрее и более непредсказуемым, чем дикое животное.

– Признаюсь честно, не ожидал увидеть здесь гостей, – он склонил голову. – Ямада Рэйджи, верно? В прошлую нашу встречу я запомнил вас несколько… иным.

– Шварцен, – я криво усмехнулся. – Бои с эсперами и наследником Императора немного подправили лицо, знаете ли. Но я удивлен, что вы меня запомнили.

– Человек, защищавший мою подопечную Ширасаги, как не запомнить, – в его голосе послышался смешок. – Или не совсем человек. Полагаю, что догадываюсь, зачем вы пришли в мою лабораторию посреди ночи. Проделали такой путь, да и наверняка славно потрудились, чтобы узнать об этом месте. У вас наверняка веская причина, чтобы поговорить со мной. Настолько, что стоила жизни двум моим людям.

– Тогда не будем тянуть время, – я повел плечами.

– Зачем же спешить? Позвольте, я покажу, чем здесь занимаюсь. Спорю, мои исследования не оставят вас равнодушным. Я верю, что сама история творится в этих стенах, господин Ямада. Прошу за мной.

Не дожидаясь ответа, он пошел вдоль по светлому коридору.

Что ж, посмотрим. Он явно не идиот, так что понимает, этим он дает мне шанс изучить его. А значит, уверен в своей победе. Отлично, именно это мне и нужно.

Мельком глянув на часы, я пошел за Шварценом – он шел размашисто и довольно быстро. Пройдя коридор, мы спустились по лестнице на второй ярус к очередному лифту.

– Как считаете, господин Ямада, зачем человеку дана магия? – поинтересовался он. – Ради могущества? Власти над другими? Ради борьбы с богами, в конце концов?

– Я знал людей, которые именно так и считали. Магия пришла следом за богами – и уравновесила баланс сил.

– Противовес, значит, – кивнул он. – Природа не терпит неравенства, верно? Но посмотрите на это глубже. Жизнь всегда дает нам то, что помогает двигаться дальше, она требует развития. И неважно, сколько видов погибнет в процессе – вымирания сопровождали развитие жизни всё время. Эволюцию невозможно остановить, господин Ямада.

Дверь лифта открылась – и мы вышли в громадный зал с высокими потолками. Вдоль центральной дорожки тянулись длинные колбы в несколько человеческих ростов, внутри которых застыли мертвыми изваяниями всевозможные твари. Многих я видел раньше в иных мирах, были здесь и твари из Бездны, и с Земли. Зародыши и взрослые особи.

– Занимательный музей у вас тут подобрался – хмыкнул я.

– Правда? Только посмотрите, какие приспособления придумала жизнь для этих существ! – он подошел к одной из колб и пригляделся к твари, отдаленно похожей на гориллу с острыми длинными колючками и парой гибких жгутов-щупалец. Тварь с четвертого яруса Бездны.

– Это существо способно помещать свои личинки в жертву, после чего пеленает её и уносит в свое логово, пока потомство не выйдет на свет. Напоминает наших ос. Но как эволюции помогает появление магии? И как нам развить её дальше? Почему ядро магии за сотни лет осталось неизменным, притом, что у одних оно почти неразвито, а у архонтов достигает пика развития? И можно ли выйти за этот предел? Что для этого нужно?

Меня передернуло. Увлеченный своими рассуждениями, он производил впечатление полного безумца, поглощенного лишь одной целью. И теперь я понимал, зачем он делал все это.

– Иногда я прихожу, чтобы посмотреть на достижения природы, и понимаю, как же она слепа, – Шварцен оторвался от колбы и брезгливо вытер руки о плащ.

– Слепа?

– Да, именно. Слепа и неразумна. В отличие от нас, – он пошел дальше по коридору, к следующей зоне. – Скажите, Ямада, в чем смысл человеческой жизни? В слепом воспроизводстве собственных копий? В вялом развитии к следующей форме, отращивании более толстой кожи и густых волос в носу? Обреченном ожидании нового вымирания? Жизнь не знает, куда ей развиваться, а лишь реагирует на среду. Мы смогли подчинить магию, но можем упасть на ровном месте и, переломав кости, умереть от кровопотери. Я не согласен с таким ходом вещей.

Мы подошли к герметичной двери – доктор невесомо провел рукой перед сенсором. В ушах щелкнуло – створки расползлись в стороны, пропуская нас в просторное помещение, от одного вида которого у меня захватило дыхание.

Длинный зал, по обе стороны которого стояли громадные трубы с людьми. Заполненные жидкостью с вереницами пузырьков, они были как коконы для уснувших и совершенно точно – живых эсперов.

Детей. Подростков. Измененных, усеянных следами операций, свежими шрамами, утыканных трубками и проводами. Его лаборатория, его виварий, заполненный подопытными. Живыми, дышащими. Беспомощными.

Шварцен с гордостью обернулся ко мне и торжествующе окинул взглядом помещение.

– Я помогу жизни найти верный путь. Человечеству нужно помочь не вымереть в этом колесе судьбы. С помощью магии и генной инженерии. Годы исследований помогли мне проникнуть в недра ядра магии, понять, как оно устроено – и управлять процессом. Все эти дети стали ступенями, по которым человечество поднимется к вершине эволюции – и тогда люди станут равны богам.

– И сколько из них уже легли тебе под ноги, Шварцен? – едва сдерживая отвращение, я присмотрелся к людям в трубах. Многие из них с трудом дышали, кое-кто даже был в сознании и вяло трепыхался, бил по толстому стеклу, пытаясь вырваться из тугих ремней, окутавших обнаженное тело.

– А сколько людей погибло от эпидемий и войн? Скольких убили звери, болезни и яды? Скольких еще убьют? – он развернулся и пошел вдоль по коридору между труб, оглядывая свою "коллекцию". – В чем смысл их жизни? Воспроизвести свой геном в потомстве, в надежде на слепую эволюцию?

Мы прошли через еще одну шлюзовую дверь. Трубы остались позади, вокруг нас были светлые стены помещения со столами, лампы и тележки для пациентов. Лаборатория, ставшая операционной. Я заметил в полу по обеим сторонам прорезиненной дорожки, по которой мы шли, разомкнутые замки сдвижных секций. Шварцен, казалось, шел вслепую. Но его нога аккуратно перешагнула полосу на полу, где виднелся еще один замок.

Вот и конец нашей экскурсии. Я снова посмотрел на часы – моя помощница уже должна начать действовать. Мне не стоит отставать от неё.

Как я и думал, перешагнув полосу на полу, доктор остановился – и развернулся ко мне.

– Теперь ты понимаешь, Ямада? Я даю им смысл, и великую честь – стать фундаментом храма, в котором зародится новое человечество. И ты мне в этом поможешь.

За спиной раздался щелчок закрывшихся гермостворок. По обе стороны дорожки вверх скользнули прозрачные блистеры полукруглого канала – и сомкнулись над головой. Передо мной взвилась толстенная прозрачная стенка и уперлась в край трубы, замыкая ловушку.

Взметнув брови, я попятился – из-под пола с шипением вырвались струйки прозрачного газа, быстро заполняя ловушку. Споры паралитических грибов быстро заполнили легкие. Я закашлялся, нарочито закрыв рукавом лицо – пока все шло точно по плану. Нельзя дать ему усомниться.

– Какого черта, Шварцен?

Задержав дыхание, я бросился к прозрачной стенке и, накачав кулаки магией, ударил по ней. Та таже не вздрогнула.

– Бесполезно, Ямада! – послышался из динамиков под полом голос Шварцена. – Дыши глубже, это – блоки из магически усиленного сапфира. Даже архонту потребуется минут десять, чтобы справиться с ним. Но через десять минут ты уже…

Его голос потонул в шуме. Рассудок затуманился, а я ощутил, как упал на пол с угасающим сознанием.

***

Покрытая инеем решетка с хрустом упала на землю – но так и не коснулась бетонного пола, перехваченная ловкой рукой. Втащив её обратно, Котоно высунулась из вентиляционной шахты, осмотрелась – и бесшумно спрыгнула в темный коридор. Вокруг черного зева вентканала расползалась изморозь от магии, позволившей ей обломить застывшие до хрупкости стекла стальные болты.

Девушка хищной кошкой скользнула в тень: слабые лампы под потолком едва освещали коридор. Прижавшись к стене, прислушалась: шагов охранников не слышно. Только вялое шевеление за решетками и отдаленный плач, больше похожий на стон раненого зверя. От жуткого места по спине бежали мурашки.

Убедившись, что охраны нет, она бесшумно бросилась вдоль по коридору, останавливаясь у каждой камеры и заглядывая внутрь. Пустые клетки и стены, залитые темными пятнами полы, перевернутые койки… такое она видела впервые.

Прошедшая несколько войн с магами, Котоно не раз ходила в тыл, захватывала пленных и освобождала укрепления врага. Но негласный кодекс чести между эсперами соблюдался всегда. Раненых не трогали, пленных не пытали. Здесь же все было иначе.

Враг, куда ужаснее ее прошлых соперников, проник в её страну и творил зверства здесь, у них под носом. Если на миг допустить, что бог был прав, подобное творилось и в иных мирах. С куда большим размахом.

Миновав десятка два клеток, она глянула в следующую – и замерла. На полу, у перевернутой койки, лежала скрюченная детская фигурка со светлыми, потускневшими и скатавшимися волосами. На ней была только тонкая больничная сорочка. Одной ногой пленница была привязана к крюку, торчащему из стены. В месте, где нейлоновый шнур обхватывал тонкую лодыжку, виднелась вытертая, запекшаяся ссадина. Такие бывают от частого и долгого контакта с оковами.

В груди кольнуло. Она помнила, как их фургон поравнялся с бедно одетой девчонкой на улице Нижнего Города. Прогнав тяжелые мысли, Котоно прижала ладонь к замку и быстро начертила плетение. Ниточки инея быстро окутали замок, механизм затрещал, словно сминаемый тисками. Еще пара мгновений – и пышущий космическим холодом замок разлетелся на осколки от короткого удара кулаком.

Девчонка на полу подняла голову – и тут же отпрянула к стене. Перепуганная до полусмерти, она сжалась как зверек, поджав израненные ноги.

– Тише, – Айри прижала палец к губам. – Я от твоего бога.

Девчонка медленно опустила плечи, не веря своим ушам.

– Гигас?..

– Думаешь, он представился? – фыркнула Котоно и приблизилась. – Вытяни ногу и не дергайся.

Плетение расползлось ниточками по шнуру – он мгновенно заледенел и раскрошился прямо в руках. Уставившись на спасительницу, девчонка подтянула ногу и пощупала холодный огрызок шнурка.

– Уходим, – сверившись с часами, Котоно подняла ее на ноги и потянула из клетки. В запасе оставалось всего пара минут, нужно было спешить. Где-то наверху сейчас лопались и трещали толстенные медные жилы, разлетались, как пули, срезанные головки болтов.

Выскочив в коридор, она бросилась вглубь комплекса, к лестнице, идущей наверх.

– Погоди! – взвизгнула перепуганная девчонка и потянула её назад. – Там охрана, нельзя туда! Нам наружу надо!

– Снаружи сейчас будет жарче, чем внутри, – мрачно оскалилась она. – Ты же видела лаборатории, так? Где Шварцен держит архонта и всех остальных, знаешь?

Она мелко затрясла головой и боязливо обернулась – из глубины коридора послышался треск и шелест окончательно развалившегося замка.

– Наверху, в основных лабораториях.

– Тогда веди меня к архонту.

– Но там стражи…

– Им же хуже, – Котоно стиснула узкую ладонь пленницы. – Веди, пока Гигаса по стенке не размазали.

***

Во рту ощущался привкус металла и крови. Я открыл глаза.

Вокруг меня поднимались пузырьки воздуха в толще голубоватой жидкости, сквозь которую виднелись стенки толстой трубы. А за ней – лаборатория с сотнями других труб. Я в самом ее центре, внутри такого же сосуда, где Шварцен держал своих подопытных. Руки и ноги, конечно же, скованы. По вене струится холодный поток паралитика.

Основательно подготовился, подонок.

Сам Шварцен стоял рядом возле большого стола и готовил инструменты. Вокруг сновали помощники, подкатывая оборудование и настраивая свет вокруг операционного стола. Кого на нем будут оперировать, вопросов не возникало.

– Он проснулся, доктор. – различил я сквозь стекло и журчание раствора.

Он оторвался от инструментов и подошел ко мне.

– Невероятно, – Шварцен коснулся толстого стекла.– Ты удивительное существо, Ямада. Это снотворное свалит даже архонта на сутки, но ты пришел в себя через полчаса. И даже так, я успел провести первые сканирования и взять пробы.

Шварцен коснулся стекла. Его аура всколыхнулась так, словно он улыбался сквозь маску. Безумной, маниакальной улыбкой.

– Ты крайне любопытный экземпляр. В тебе сочетаются магическое ядро и сфироты божеств, и от обоих миров ты взял лучшее. Как бог, ты получил невероятно крепкое тело, устойчивое к ядам, повреждениям, невероятную регенерацию и силу. А от человека получил гибкость генома и манипуляции маной. Как тебе удается совмещать ману и сому, Ямада? У меня слишком много вопросов.

Доктор посмотрел на соседние трубы с эсперами и покачал головой.

– Никогда прежде мне так не везло. Я обнаружил столько потрясающих вещей! Ты не просто совмещаешь в себе магию и божественные силы – твое тело также сочетает черты бога и человека. Боги бесплодны, но ты способен к размножению, и чрезвычайно активен. Твои каналы маны едва выдерживают мощь магии, но регенерация бога не дает им перегореть. Гибрид бога и мага, кто мог вообще такое представить? Еще один вариант эволюции, совершенно иной, чем тот, который я себе представлял.

Он нажал кнопку на пульте в основании моей трубы – вода ушла в пол, оставив меня висеть в захватах. Я дернулся – захваты держали надежно. Но это – только пока.

– Ты ведь пришел сюда за Ширасаги, верно? – он оглянулся на одну из труб вдали. – Мне хочется своими глазами увидеть, как выросло ее ядро, но это может подождать. Ты куда интереснее неё. А ведь она смогла пробудить в себе нуэ так же, как парнишка, который был с ней десять лет назад. Но в отличие от неё, Изая Овада не был бракованным экземпляром, его ядро подошло идеально. Пришлось избавить её тело от всего лишнего, прежде чем ядро смогло нормально прижиться…

Всего лишнего, да? Он выпотрошил Рикку только ради идиотского эксперимента?

Довольно с меня этих игр в беспомощного пленника.

– Мы готовы, доктор, – кивнул помощник.

– Прекрасно, готовьте его к операции.

Раздался отдаленный гул – всю лабораторию тряхнуло, как от землетрясения. Свет мигнул – и погас, тут же загорелись аварийные красные огни.

– Что за?..

Пора.

Сома вскипела в каналах – я с хрустом выломал стальные оковы, державшие мои руки и ноги. Шварцен тут же обернулся ко мне, и едва успел закрыться от тысяч осколков трубы, разлетевшейся вдребезги под напором энергии. В его шлеме отразились мои глаза, сияющие в полутьме золотистым светом.

Глава 6. В темноте

Могучим броском я спрыгнул с основания трубы, преодолел разделявшие нас метры и обрушил сияющий кулак на застывшую фигуру доктора. С хрустом ломающегося пластика его швырнуло назад, на опешивших помощников. На пол брызнула серая жижа, Шварцен вскинул голову – вокруг него полукругом в воздухе зависли шары энергии, готовые к выстрелу.

Я сжал поднятый кулак – десятки лучей ударили в скрюченную на полу фигуру… и рикошетом разлетелась в стороны от мощнейшего щита. С потолка посыпались куски камня и горящие листы пластика, осыпая все вокруг, завеса пыли начала опускаться на поле боя. Я ударил снова – и с тем же результатом.

Барьер, окутавший доктора, зловеще светился, раскрываясь во все стороны и отгораживая меня от остальных. За моей спиной и с боков раскрывались такие же щиты. Подобие "цитадели архонта"? Откуда ну него столько сил на это?

Лаборатория снова содрогнулась до основания – электроподстанция на поверхности превратилась в пылающее облако обломков. Свет окончательно померк, остались лишь тусклые аварийные огни да светящиеся щиты магов.

Сияющий купол замкнулся вокруг меня, отгораживая от остальных. Сконцентрировав энергию, я ударил по щиту – фиолетовый луч полностью поглотился барьером, по нему тут же поползли трещины. Ещё несколько ударов – и он не выдержит!

– Что со светом? – бросил своим помощникам Шварцен, вставая на ноги. Между пластин его костюма сочилась серая жижа, он беспокойно оглядывался на подсвеченные красным трубы с эсперами.

– Весь комплекс обесточен! Основного питания нет, а аварийных генераторов не хватит на весь комплекс.

– Как тебе мой сюрприз, доктор? – осклабился я, посылая в барьер еще один заряд. – Бодрит, правда?

– Доктор, если не подать питание на седьмую лабораторию, все наши наработки…

– Чего вы тогда ждёте? – рявкнул он. – Спасайте наши образцы! Я лично займусь питанием камер с биоматериалами. Нельзя их потерять, ясно? За мной.

Он поспешил по коридору к полуоткрытой гермостворке, ведущей в следующий зал. Вереница помощников бросилась за ним.

– И вот что, – он обернулся у двери и кивнул на меня. – Задержите его.

Двери закрылись, оставив половину помощников наедине со мной. Я же ударил снова – и барьер разлетелся мерцающими хлопьями энергии.

Гад всеми силами пытался меня задержать, чтобы выиграть время. Что ж, я все равно не собирался давать ему шанса на побег.

– Уходите, если хотите жить, – бросил я замершим людям в костюмах. Но те, словно сговорившись, синхронно подняли руки, творя плетения.

Ответ понятен, больше – никаких разговоров.

Я метнулся навстречу мерцающим плетениям, на ходу поднимая барьер. Один за другим по щиту забарабанили огненные шары и ветвистые молнии. Выстояв под первым ударом, я сделал ответный ход.

В воздухе вспыхнул десяток энергосфер, миг – и они пушечными ядрами разлетелись по залу, снося эсперов как пушинки. Мои соперники прикрылись щитами, но было поздно. Следом за сферами я врезался в их строй и, накачав тело энергией, обрушил на них ураган ударов вперемешку со смертоносными лезвиями-щитами.

Будь на их месте опытные воины, мне пришлось бы туго в замкнутом пространстве, но прихвостни Шварцена были посредственными бойцами. За минуту жестокой и жаркой схватки восемь из десяти остались лежать на полу бездыханными телами. Один, самый отчаянный, рванулся ко мне, на ходу сплетая узоры сразу двумя руками. Нырнув под первую молнию, я вонзил кулак ему в грудь – и эспер улетел в стену с переломанной грудиной, саданув второй молнией куда-то вдаль. Упав на землю, он попытался подняться, но тяжелый энергощит с лязгом вонзился в землю, навсегда успокоив беднягу.

Я повернулся к последнему уцелевшему сопернику. Рослый эспер с аурой, не дотягивающей до архимага, бросился к шлюзу, в котором исчез Шварцен. Из-за створок слышались шорохи и приглушенные удары, но перепуганный эспер плевал на осторожность. Выбив шлюз плетением, он рванулся в темные недра соседнего помещения.

Ринувшись за ним в искореженный проем, я оказался в еще одном зале, похожем на предыдущий. Те же трубы, аварийные лампы, полутьма и дорожки, ведущие к лифтам в самом конце зала. Только внутри труб для образцов виднелись не эсперы, а странные силуэты, даже близко не похожие на людей. Да и трубы размерами превосходили те, что остались в прошлом зале.

Каких еще тварей Шварцен пригрел в своих катакомбах? Не тех ли, ткани которых он использовал для вживления в ядра детей с целью создания гибридов?

Раздался сдавленный крик – из-за одной из труб на еле освещенную дорожку метнулся эспер-беглец. Не пробежав и пяти метров, он неловко взмахнул рукой и растянулся на дорожке и хрипло закашлялся.

– Нет, не… кха…

Нечто склизкое мелькнуло в темноте – и мужчина, издав влажный хрип, забился на полу. Я замер, вглядываясь в полутьму: над дорожкой поднялись несколько щупалец, подхвативших несчастного за ноги. Размахнувшись, они грохнули жертву о стальную дорожку, а из темноты между трубами на дорожку выползло громадное студенистое нечто. Я едва смог различить силуэт в полутьме, но по характерным щелчкам и свистящему дыханию опознал тварь мгновенно.

Керакант, медузоподобный хищник с пятого яруса Бездны. Нужно действовать быстро, пока он не сожрал жертву и не разросся!

Вереница огненных шаров, озарив зал, вгрызлась в студенистого монстра. Вспышки осветили тушу всего на долю секунды, но я успел различить в глубине его тела твердый шар – ядро твари. Следующим же залпом луч энергии пронзил тварь, оставив обожженную дыру.

Дернувшись, керакант ударился о громадную трубу и с шипением растекся лужей. Но тут же по всему залу послышался тонкий свист воздуха, выходящего из разгерметизированных труб, и щелчки запоров разблокированных замков.

– Внимание, – послышался механический голос системы оповещения. – Хранилище образцов магического материала обесточено. Сдерживающие поля отключены. Всему персоналу рекомендуется покинуть уровень. Повторяю…

– Этого еще не хватало, – прошептал я. – Во имя Мелитаны, каких еще тварей тебе удалось притащить сюда, больной ты ублюдок?

Ответ пришел практически мгновенно: в виде шорохов, скрежета когтей и низкого, утробного рыка. Трубы одна за другой со звоном разлетались под ударами монстров. На моих глазах одна из тварей Бездны, усеянная ядовитыми шипами, набросилась на чешуйчатого монстра в соседней колбе и, не дожидаясь, пока он проснется, вгрызлась в его шею.

Я покосился назад: в соседнем зале все еще были сотни плененных эсперов. Подростки и совсем маленькие дети, которые станут идеальной приманкой для всей этой живности. Просочиться мимо них незамеченным – не вариант. Даже если мне это удастся, за моей спиной – целый супермаркет с людьми в индивидуальной упаковке, настоящий подарок для едва проснувшихся чудовищ.

Если уйду, они устроят здесь настоящий пир.

Оглядев весь этот пробуждающийся зоопарк, я набрал побольше воздуха – и пронзительный свист разнесся среди пустеющих труб.

– С добрым утром, твари! Я немного спешу, так что собирайтесь все живенько в кучу и…

Смазанная тень метнулась ко мне, сверкнув крючковатыми когтями. Мгновенно вытянув руку, я стиснул горло продолговатого ящера. Заряженные магией пальцы до хруста сжали шею, ломая тонкие позвонки. Но упорный гад успел оцарапать руку когтями, – на пол закапала кровь из задымившейся раны. Отбросив обмякшее тело, я огляделся: запах крови учуяли все.

Оскалившись ,я окутался щитом и процедил.

– Налетай, уроды, кушать подано.

Перекрыв проход в соседний зал тяжеленной плитой энергощита, я рванулся навстречу гориллоподобному чудовищу с чешуйчатой кожей. Гад разогнался по дорожке и размахнулся пудовым кулачищем, грозя размозжить мне голову. Скользнув между толстенных ног подкатом, я подкинул его ударом щита и располосовал в воздухе веером лезвий.

Не успели его останки рухнуть на пол, как ему на смену бросились ещё несколько силуэтов. Я метнулся в сторону, уходя из-под шквала ядовитых шипов, и ударил по тени, метнувшейся наперерез. Где-то рядом с низким ревом громыхнула об пол тяжелая туша, раздался истошный визг: твари, одурев от голода и запаха крови, начали рвать друг друга.

В полумраке лаборатории воцарился настоящий хаос. Сквозь грохот и треск костей раздавались вскрики и вой, шипение кислоты, глухие удары и шлепки. Десятки существ рвали друг друга на части, круша все вокруг силой и магией. Я же был в самом центре невообразимого побоища.

Сома бурлила во мне, мощным потоком изливаясь через сфироты. Десятки лучей один за другим пронзали воздух, всякий раз находя свои цели, а я крушил любого, кто посмел неосторожно приблизиться. А желающих было хоть отбавляй: десятки тел устлали пол, влажный от крови и слизи, так что остальные лезли через них, порой скидывая друг друга и топча менее везучих сородичей.

Казалось, бешеная мясорубка тянулась уже полчаса: я едва успевал следить за мечущимися вокруг аурами и тенями. Прикончив очередного гада, едва не разорвавшего меня острыми плетьми-щупальцами, я вскинул голову – и едва успел закрыться щитом. Тяжеленная туша снесла меня с места и оттащила назад, придавливая к полу. Я мгновенно сфокусировал щит, прорезая тело – но энерголезвия даже не пробили шкуру, лишь отбросив его назад. Кувырком уйдя назад, я вскочил и начал чертить плетение из магического арсенала, наводясь на цель… уже мертвую. Туша даже не шевелилась.

Его использовали, чтобы сбить меня с ног? Но где тогда угроза?

Ответ пришел тут же. Громадная тень, шелестя волнами шипов, обрушилась на меня сверху и придавила к земле. Я заметил слепую морду с характерными отверстиями на ней – "болотный демон"!

Едва тварь раскрыла пасть, я уперся ладонью в его челюсть и сфокусировался: лишь бы он не успел ударить щупальцами! Придется рискнуть.

Влив в ладонь максимум силы, я направил сому в зачаток пятого сфирота контроля. Тварь замерла, издав низкий клокочущий рык. Мой разум коснулся дикой, хаотичной субстанции его сознания – и медленно проник в неё.

– Вот так, тише… а теперь отойди, назад.

Тряхнув толстой, покрытой ядовитыми иглами шеей, монстр попятился и с рыком развернулся – к нам на полных парах несся тяжелый, как носорог, зверь. Раскидывая гребнистыми отростками тела монстров в стороны, он пер на таран. Я вскинул руку – залп, еще один! Срикошетив от магического барьера чудовища, лучи ушли в потолок. А мы с болотным демоном, держа ментальную связь, отпрыгнули в стороны.

– Вместе, бьем!

Согласно рыкнув, подвижный монстр в три прыжка вскарабкался на обломок трубы. Изогнувшись, как кошка, он повернулся боком – и с гулкими хлопками целый рой игл истыкал незащищенный бок твари. Я ударил с другой стороны, полосуя второй бок чудовища щитами.

Свалив громадину, мы метнулись к уцелевшим тварям – и кровавая баня приблизилась к своему апогею. Действуя синхронно, мы гвоздили противников, обездвиживали и добивали, беспощадно разрывали на части. Воздух затянуло едким паром от кислоты из желез, ноги скользили по лужам крови.

Мы шли через живую стену монстров, на короткое мгновение становясь воплощением погибели. Мы были ею. Божественные силы, почти забытые с момента моего низвержения, возвращались.

Свалив последнего зверя, пытавшегося достать меня громадными ядовитыми когтями, я отбросил его грузное тело в сторону и обернулся, тяжело дыша. Мой спутник, потеряв в тяжелом бою почти все иглы, прихрамывал и сипло хрипел. Позади него волочились оборванные щупальца – его главное оружие. На поджаром боку виднелись три глубокие рваные раны, из которых толчками выходила кровь.

– Всё-таки достали они тебя, – вздохнул я, давая ему приблизиться. Разум зверя угасал. Он сослужил мне добрую службу. Коснувшись окровавленной морды, я провел пальцами по слипшейся шерсти, – и погрузил зверя в глубокий сон.

Грузное тело опустилось на пол, он сложил голову на толстые лапы, хриплое дыхание выровнялось. Проснуться ему уже было не суждено, но это лучше мучительной смерти от ран.

– Спи. Ты достойно сражался, – хлопнув его напоследок по шее, я поднялся и пошел к двери в конце зала – на табло мигала лампа аварийной сигнализации.

Конечно же, никакой реакции на нажатие – энергии-то нет. Не проблема. Сфокусировав энергию, я выдавил створки – толстый металл со скрежетом расползся на лоскуты и провалился внутрь.

За дверью оказалась шахта лифта. Естественно, без кабинки – она уехала наверх, вместе с доктором.

Оглянувшись на зал, превращенный в громадный могильник, я прыгнул в шахту. Энергия вихрем окутала мое тело – и повлекла вверх. Выстроив перед собой толстую линзу щита и окружив тело барьером на случай сюрпризов от Шварцена, я понеся вверх, к следующему уровню.

***

Двери лифта со скрипом разъехались в стороны, повинуясь мысленному приказу. Я выглянул наружу – коридор на этом уровне был неожиданно чистым и пустынным. Воздух, напитанный запахами лекарств и озона, еще хранил следы магии. Мутные, словно сплетенные из десятка аур, они тянулись шлейфом вдаль, за следующую гермостворку. Сквозь крошечное окно виднелся свет – там уже была энергия. А значит, и тот, кто ее включил.

Двери раскрылись – и я понял, что добрался до цели.

Просторный белый зал, заставленный наклонными капсулами с телами. Между ними – громадные, под потолок, холодильники с выдвижными секциями. Некоторые были открыты, обнажая рядки круглых гнезд. В таких хранился биоматериал, надежно запечатанный в герметичные стеклянные чашки. По ногам веяло холодом: из открытых шкафов выходил жиденький морозный туман, растекаясь по полу дымкой.

Зал перспективных образцов. Громадное хранилище биоматериала, тщательно отобранного за годы исследований. Плоды бесчеловечных экспериментов Шварцена хранились здесь – в этих холодильниках, и внутри тел людей, видневшихся за стеклом многочисленных капсул.

Я подошел к одной из них – внутри виднелся обнаженный эспер, юноша лет тринадцати. Во рту – толстая трубка для кислорода, на груди – свежий шов от операции. На щуплом теле виднелись заклеенные пластырями проколы и швы помельче. Таких, как он, здесь были десятки.

Дорожка между секциями хранилища тянулась далеко вперед, к мощной колонне у дальней стены зала. Возле нее виднелся силуэт в сером костюме – доктор Шварцен. Он лихорадочно вытаскивал из тележки светящиеся зеленоватым светом ячейки и вставлял их в гнезда в основании колонны. Всякий раз по полу пробегали светящиеся полосы света, подсвечивая целый сегмент капсул или холодильников.

Я узнал эту технологию: это не земная разработка, уж точно. Доктор менял ячейки питания биореактора, а такие использовались только в трех мирах, принадлежащих магам. Все три мне довелось штурмовать в прошлом.

Судя по всему, он не успевал заменить все: свет то и дело мерцал, грозя погаснуть. Малейший сбой питания – и образцы выйдут из стазиса, рискуя безнадежно испортиться.

Нет сомнений, он знал, что я здесь – стоило шагнуть по дорожке, как он вскинул руку. Луч энергии сорвался с его руки и тяжелым тараном ударил по моему щиту, растекаясь в стороны. Цыкнув, Шварцен поднялся.

– Вот же приставучий мелкий божок, – процедил он. – Из-за тебя труды десятков лет работы пропадают. Не смей мешать мне, отродье.

– Какой непостоянный, – усмехнулся я. – Не ты ли называл меня уникальным и расчудесным творением эдак с полчаса назад? Что случилось, Шварцен? Не любишь, когда все идет не по твоему сценарию?

– Ты так наивен, Ямада, – в его голосе слышалась насмешка. – С божественными силами приходит и бесконечное высокомерие? Я вижу тебя насквозь, низвергнутое дитя Гелиона. Думаешь, я не знал, что ты придешь за своими женщинами? Я лучше избавлюсь от бракованного образца, чем поставлю под удар все остальное.

Он кивнул на капсулу неподалеку – сквозь запотевшее стекло проступали знакомые черты. Стройное, изящное тело, белоснежная кожа и густые черные волосы, обрамляющие два тонких алых рога. Рикка.

Погруженная в сон девушка дергалась из стороны в сторону, – питание ее капсулы слабело. Даже с расстояния ее полыхающая аура давала понять – трансформация в нуэ была почти завершена, еще один шаг – и девушка окончательно трансформируется в чудовище.

Шварцен тоже понимал это – и потому не спешил отключать её от энергоснабжения.

Если питание пропадет, она пробудится, и тогда остановить её будет почти невозможно.

– Так что же теперь? – я улыбнулся, создавая в воздухе один за другим десяток энергосфер. – У тебя один заложник, у меня – вся твоя коллекция. Думаешь, меня остановит десяток-другой уже убитых тобой людей? Или снова закроешь меня под купол и сбежишь? Учти, я разобью его раньше, чем ты успеешь достать первую чашку с образцами.

– Сбежать? О нет, довольно бегать, Ямада, – он коснулся пальцами механизма на левой руке, отбивая странную дробь на устройстве. – Но, если думаешь, что ты уже победил, ты сильно ошибаешься. Настоящий бой даже не начинался.

Он шагнул назад, мановением руки открывая портал – из черного провала вышла высокая фигура, знакомая до ледяных мурашек.

Тяжелая волна магической ауры разлилась по залу, вызывая дрожь. Из портала, поблескивая лоснящимся в свете ламп комбинезоном, вышла женщина с роскошной фигурой и взглядом фиолетовых глаз, полным ледяной решимости. Архонт Фубуки, стиснув полыхающие магией кулаки, шагнула мне навстречу.

Глава 7. Плоды науки

Сферы энергии стянулись вокруг меня, охватывая непроходимым щитом. О новой атаке уже не приходилось думать – Шварцен перечеркнул весь мой план одним шагом.

Против меня был абсолютно аморальный ублюдок с непонятной силой, способной вернуть ядро даже архонту. А еще он знал, что я не смогу навредить Фубуки. Он понял, что для меня архонт, как и Рикка – свои. И это развязывало ему руки… и сковывало мне.

Шварцен контролировал её – это видно по её замутненным глазам и дрожащей ауре. Фубуки умела контролировать свою ману, чтобы не сжечь каналы от мощного потока. Но он заставлял её идти в бой и не жалеть себя. Плевать, выживет она или нет, лишь бы остановила меня.

Я замер в центре круга из вращающихся сфер, глядя на соперницу. Фубуки приближалась, не сводя с меня сочащихся холодной ненавистью глаз, и от этого взгляда становилось не по себе.

– В чем дело, божок? – усмехнулся доктор. – Не ты ли собирался разбить меня своей силой? Давай же. Нападай, не заставляй её ждать.

Прошлый план уже не годился. Я должен спасти Фубуки, не умерев от её же рук. Если буду биться в полную силу – мы оба можем не выжить. Любой исход такого боя лишь на руку Шварцену.

Любой из вариантов боя не годился. И как мне победить её, не угробив одного из нас? Как я могу ударить женщину, которой по праву восхищался, с кем преломил хлеб и стоял вместе в бою? Как могу убить ту, кому спас жизнь? Как смотреть в глаза её дочерям?..

Ледяной комок сгустился в животе, расползаясь ниточками холода по телу. Её я ни разу не побеждал прежде. Да, с прошлой нашей стычки я стал намного сильнее, но и она не стояла на месте. Аура архонта пульсировала так, что в ушах отдавалось громовыми раскатами. Что бы с ней ни сотворил Шварцен, она точно стала опаснее.

Фубуки не стала мешкать. Архонт бросилась вперед, взмахивая рукой – узор "копье ведьмы". Мощнейший разряд, сверкнув в воздухе, протянулся точно в меня…

Спасли рефлексы. Я машинально метнулся в сторону с линии удара, подставляя шары энергии. Ослепительная вспышка резанула по глазам, зал содрогнулся от грохота.

Уцелевший десяток шаров стянулся обратно ко мне и собрался плотным щитом. Я приготовился к новому удару, но Фубуки замерла, словно ждала команды.

Нужно достучаться до ее разума. Она наверняка все понимает. Архонт сильна духом, нужно лишь помочь ей сбросить контроль!

– Я смотрю, он не только вернул тебе силу, но и промыл мозги, – осторожно произнес я.

– О, ты ошибаешься, – подал голос Шварцен. – Она защищает то, что ей дорого. Ты же не забыл, кто здесь лежит?

Он кивнул на капсулу с Риккой и издал смешок.

Архонт даже мускулом не дрогнула, говорить она явно не собиралась. Вместо ответа её пальцы сплелись в несколько последовательных узоров – и в основании ладони вспыхнул шар бледно-голубого пламени.

Факел маны. Магия выходила из её тела, минуя формы плетений, напрямую. Огонек удлинился, принимая форму меча, и налился сиянием.

– Она прекрасна, правда? – голос доктора улыбался. – Я создал практически совершенное ядро! Сотни попыток, ошибок и слепых ходов окончились моей полной победой над эволюцией. Теперь я знаю, как укротить природу. И перед тобой – доказательство.

Меня скривило от отвращения.

– И сколько человек пришлось убить ради этого, больной ты психопат? Сто? Тысячу?

– Ты знаешь хоть одно великое достижение науки, не стоившее тысяч жизней? – усмехнулся он. – Жертвы неважны, если это двигает нас вперед.

Ну разумеется, плевать он хотел, даже если все его химеры погибнут – он всегда сможет сделать новых.

И Рикка, и Фубуки, да и все эти сотни эсперов в капсулах были лишь расходным материалом.

– Довольно слов. За дело, архонт!

Едва он произнес это, женщина подняла вторую руку, творя еще один узор – над нами сгустился, разрастаясь в стороны, громадный сверкающий купол "цитадели архонта". Энергетическая клетка! Не уклониться, не сбежать! Едва края громадного купола коснулись пола, Фубуки бросилась в атаку.

Даже уходя из-под удара, я невольно восхитился ее грацией. Сверкающий клинок вспорол щит шаров, едва не касаясь меня. Не замедляя шага, она ударила снова – пылающий маной клинок молнией вонзался в воздух, лишь чудом не пронзая меня насквозь.

– Хаа!

Полоса энергии с гудением вспорола воздух, пронзая последний шар. Прыжком назад я разорвал дистанцию, но женщина бросилась следом, метя очередным ударом в голову. Клинок уперся в щит, обдав озоном, и вильнул вниз. Разворот, еще атака – и снова мой щит затрещал под ее мечом, осыпая пол искрами.

От ее атак перехватывало дух. Я уходил из-под молниеносных выпадов меча лишь благодаря опыту тысяч прожитых боев. Выскальзывал из-под клинка, проходящего в миллиметрах от тела и сбегал рвущими жилы прыжками, порой забывая дышать. Напряжение было таким, что казалось, еще миг – и между нами будут бить разряды молний.

Бой длился уже три бесконечно долгих минуты. Это полная бессмыслица, я не смогу вечно уклоняться от ее атак! Да и сама Фубуки не выдержит – меч маны мог убить и бога, но держать его слишком долго невозможно, он дотла сожжет каналы и ядро. Если я не придумаю выход, она упадет замертво. Ну же, думай, Гигас!

Прыгнув назад в очередном уклонении, я краем глаза заметил, как пол вспыхнул ореолом маны. Из плиты, где через миг должна была встать моя нога, вверх ударил острый шип, усеянный лезвиями. Едва удержав равновесие, я прыгнул – и, перелетев ловушку, приземлился у капсулы с эспером. Распоротый рукав куртки медленно сполз с локтя – всё же задел краем.

– Смотри в оба, Ямада, – произнес Шварцен. – Яд на этих шипах синтезирован так, чтобы причинять максимальную боль. Он разъедает плоть не хуже кислоты.

Да уж, порадовал! Я мельком оглянулся на доктора – и тут же отпрыгнул от еще одного шипа. Навстречу мне метнулась Фубуки, меч свистнул над головой, едва не срезая прядку упрямо торчащих волос. Подкат, на ноги, еще шипы!

Будь у меня сфирот контроля, я бы смог и сражаться с архонтом, и придумать план… стоп.

Я замер, едва не пропустив очередной удар. Из-под пола тут же ударили шипы аж с трех направлений, но разлетелись о пыхнувший энергией щит сомы.

Верно, контроль – Шварцен тоже контролирует Фубуки. Мой единственный шанс на победу – прервать связь. Одной мощной атакой пробить купол архонта и ударить по доктору.

Словно поняв мой план, архонт обрушилась на меня ураганом ударов. Пылающий маной меч дрожал и мерцал, – она теряла контроль над ним и теснила меня к капсулам. Туда, где мерцала стена купола, где я не смогу увернуться. И где наверняка меня ждет новая ловушка доктора.

Если это их план, подыграю. Бросая навстречу сопернице один щит за другим, я прыжками уходил назад, к ряду сверкающих белым пластиком капсул. Я старался не думать о том, что случайный удар может прикончить тех, кто внутри. Самому бы выжить.

Фубуки теряла контроль, её аура хаотично мерцала и шла вразнос. Взмахнув мечом в очередной раз, она вскинула руку – еще одно плетение! На меня обрушился град стальных копий. Одно за другим они вонзались в пол, где я был миг назад, тесня к стене. Перекатившись через капсулу, я на миг увидел доктора – он вытаскивал из громадного холодильника прозрачные пластины с фрагментами спинного мозга и пульсирующими шарами. Зародыши ядер магии, еще живые, и судя по размеру – детские.

Краем сознания я содрогнулся от отвращения. Насколько же нужно потерять остатки человечности, чтобы творить такое?

Но сейчас – идеальный момент, пока он занят спасением своих образцов. Я мельком увидел Фубуки в отражении капсулы – она взвилась в прыжке, занося меч для решающего удара. Но теперь бить буду я.

Повинуясь божественной воле, сома взвилась по сфиротам тугой струей – я раскинул руки, формируя сжатые до предела барьеры. Первый с хрустом уперся в стену купола и, как таран, пробил его насквозь. Второй же принял на себя удар меча. По ушам ударил страшный грохот энергетического разрыва, купол с треском рассыпался, а Фубуки, пронзив преграду, рывком метнулась ко мне, направляя лезвие точно в сердце.

Сжав зубы, я повернулся к бреши, пробитой в куполе, за которой виднелся силуэт доктора. Почуяв неладное, он медленно оборачивался к нам. Уклонюсь сейчас – упущу, возможно, единственный шанс ударить по Шварцену. Этот удар придется принять.

С обреченностью гладиатора я вскинул руку – вся моя сома сжалась в один нестерпимо яркий сгусток на кончиках пальцев. Сейчас!

Неизвестным чувством я ощущал, как позади меня меч архонта пронзает тугой воздух, приближаясь к спине. Сгусток в моей ладони вспыхнул – и ударил ослепительным лучом в фигуру доктора.

Точно в центр груди – в ядро магии.

Поток пронзил щит вокруг доктора, пыхнувший голубоватым светом, – и прошел сквозь его тело как нож сквозь масло.

В отражении стоявшей рядом капсулы мелькнуло лицо Фубуки и ее меч. Еще мгновение…

По затылку прокатилась волна холода – и с громким треском сзади вырос целый торос синеватого льда. Острие клинка вильнуло в сторону, обжигая руку. На пол закапала кровь, я отшатнулся и замер, не веря своим глазам.

В проеме коридора в конце зала стояла Котоно Айри. Запыхавшись от бега, она держала за руку дрожащую Химеру, а второй держала под прицелом Фубуки, остановленную неожиданной преградой. Архонт с заледеневшими по колено ногами дернулась, но лед держал крепко – в этом элементе Котоно не было равных.

– Цел, Гигас? – крикнула она.

– Ублюдок… – зашипел Шварцен, заставляя нас обернуться.

Он медленно вставал, даже не пытаясь закрыть оплавленную дыру в груди. Внутри что-то шевелилось, из раны сочилась слизь пополам со сгустками черной жижи, но и капли крови не было.

– Да что ты вообще такое? – с отвращением произнес я.

– Это ядро Лили, хорошая была девочка, – пошатнувшись, он с усмешкой поднял руку и коснулся раны. – Мечтала стать балериной, когда вылечится. Она хорошо послужила мне. Жаль, недолго.

Обрамленная каплями слизи, рана медленно затянулась. Я же не поверил словим глазам: его аура, слепленная из десятков разноцветных лоскутов, потеряла один цвет.

– Что за… дерьмо здесь происходит?..

Я обернулся – голос Фубуки! Архонт, погасив пламя клинка, обхватила руками голову. На её лице отразилась тяжесть недельного похмелья. Какое же облегчение – видеть такое её лицо!

Стены "цитадели архонта" вокруг нас замерцали и начали растворяться, плетение сходило на нет. Но Шварцен не спешил просто так отпускать удобную куклу.

– Фубуки, ты же знаешь, кто твой враг! – воскликнул он, неуловимо плетя новые узоры. – Убей этого бога, пока он не убил всех!

Тонкие нити магической связи снова протянулись и оплели ауру архонта липкой паутиной. Теперь я четко видел, как подонок контролировал её – через ядро, связанное с ним магическими потоками. Он буквально мог прикрыть ее магические силы, иссушить Фубуки – или же напротив, затопить ее. Архонт дернулась, борясь с путами доктора, но устоять перед столь сильным влиянием не смогла.

Проскрежетав зубами, архонт снова подняла голову – и изо всех сил рванулась, разбивая прочные ледяные оковы.

– Чёрт! – Котоно метнула в нее глыбу льда, но ловкая Фубуки быстро выстроила щит. Глыба разбилась о преграду сотнями сверкающих обломков, густо осыпая стоящие повсюду капсулы.

Воздух наполнился голубыми струйками газа из перебитых проводов, воздух пахнул сладковатым травянистым запахом химикатов.

В повисшей дымке разлилось пульсирующее эхо концентрации маны. Я видел такое раньше, но лишь в самых жестоких и беспощадных битвах с магами. Воздух сперло в груди. Сглотнув тугой комок, я воскликнул.

– Котоно, она будет бить по площади!

– Поняла! Я задержу её, иди за ним!

В стелющемся тумане я разглядел застывшую фигурку Химеры. Девчонка буквально остолбенела, слепо глядя на нарастающее пульсирующее свечение вокруг Фубуки. Её создатель не удосужился не только дать ей нормальное тело, но и научить выживанию в бою.

– Мелкая, прячься!

Химера словно по команде сорвалась с места и быстро спряталась за рядом капсул. И вовремя – наэлектризованный воздух вспыхнул ослепительной коронарной дугой – и на нас обрушился настоящий дождь молний.

Я вскинул щит, как тут же из земли ударила целая волна шипов. Проклятье, Шварцен!..

Спешно выставив щит над головой, я метнулся к нему под градом жесточайших разрядов. Ослепительные ветвистые молнии разносили к чертям капсулы, пронизывали и раскалывали ледяные преграды, облизывали щит, грозя добраться до меня. Я мчался среди капсул, уворачиваясь и перепрыгивая могильные клыки шипов, покрытых ядом, с каждым мигом приближаясь к доктору.

Яростный крик раздался за моей спиной – Котоно и Фубуки схватились в жестокой битве. Архимаг знала, что она ей не ровня, но Айри и не собиралась побеждать.

Держись, мамаша ангелов! Подари мне еще минуту, да хоть полминуты, мне хватит добраться до него!

Шварцен понял мой план – и буквально рассек разделявшие нас метры целой стеной из шипов.

Не сбавляя скорости, я прыгнул и взмыл над острыми гребнями в невероятном кувырке. Краем глаза заметил движение – шипы, словно живые, удлинились, пытаясь достать меня. Черт!

Струя энергии ударила вниз, сметая ядовитый частокол, а я кувыркнулся и прокатился по полу, едва не врезаясь в капсулу. Плечо обожгла ослепительная боль, расползаясь огненным потоком по всему телу. Всё же зацепил!

Но теперь это не имело значения – я был в пяти метрах от подонка, нас разделял лишь один ряд капсул. Но едва я бросился с места для последней атаки, как ветвистая молния грохнула в потолок над нами. Зловещая фиолетовая ветвь полоснула по стене, оставляя подпалину, и грянула в основание разделявшей нас капсулы.

Панель управления вспыхнула как гирлянда, разлетаясь разноцветным фейерверком, капсула с металлическим скрежетом накренилась и гулко ударилась о пол. Вокруг ударили струи пара, я закашлялся от острого запаха жженого металла и озона.

В неистовом гуле и грохоте раздался неистовый крик, в котором я едва узнал скрывающийся голос Фубуки.

– РИККА!!!

Шварцен замер, – мы оба уставились на капсулу, полыхнувшую голубым свечением.

Громадный зал содрогнулся до основания от мощнейшего выброса магии. Капсулу буквально разорвало в клочья сумасшедшим потоком чистейшей маны. Прозрачная крышка, вырванная с места, смела доктора, приложив его о стену, а в высокий потолок ударил ослепительный столб чистейшей энергии.

Меня едва не снесло с места ураганным ветром. Вцепившись в торчащую из пола опору, я уперся ногами в пол, прикрыл рукой лицо и посмотрел наверх. Сквозь свечение магического пожара в колонне света виднелся силуэт девушки, охваченной огнем маны.

То, чего я больше всего опасался, случилось прямо на моих глазах.

Пробуждение Нуэ.

Тело Ширасаги содрогалось от магии, исторгаемой её ядром. Безумный шторм, пробив потолок, крышу и черт знает сколько метров камня над нами, поднялся в черное ночное небо. На пол вокруг нас начал рушиться потолок, громадные куски рушили капсулы и холодильники, погребая по собой все плоды многолетней работы изувера Шварцена.

Но его, похоже, это не волновало. Отбросив придавившую его панель, он поднялся и с видом полнейшего восторга воздел руки к крутящемуся шторму маны.

Среди гула и грохота раздался торжествующий голос Шварцена.

– Давай, моя девочка! Пусть и неполноценная, но ты сможешь завершить трансформацию! Позволь же магии стереть твое уродство!

Бушующее пламя маны, едва не продавившее мой щит, угасло. Колонна энергии истаяла и парящая фигурка упала на колени. Обнаженная девушка подняла голову – и открыла горящие голубым огнем глаза.

Нуэ… её трансформация завершилась.

– Рикка! – снова раздался отчаянный крик Фубуки.

Глава 8. До предела

Глаза нуэ, как две голубые звезды ледяного космоса, смотрели прямо на меня. Нутро скрутило от предчувствия неминуемого боя. Как тысячу лет назад, в битве при Атараксии. Нас было два десятка отборных бойцов, гордости Гелиона, против двух нуэ. Выжили лишь семеро.

Сейчас же мы были один на один.

– Рикка, – я осторожно поднял ладони. – Я – Рэйджи, узнаешь?

В ответ раздался смех Шварцена.

– Думаешь, она тебя слышит? Ей управляет магия, бог!

Её взгляд изменился, густые брови сдвинулись. Она неестественно широко открыла рот, обнажая заостренные зубы, и с яростным воплем бросилась ко мне. Объятая магическим пламенем рука взметнулась – и полоснула по божественному барьеру. Я уперся руками в еле держащуюся преграду – напор нуэ сдвинул меня вместе со щитом назад. Вот это мощь!

– Давай, нуэ! – крикнул доктор. – Убей его ради меня!

С животным ревом она ударила по щиту обеими руками. Меня едва не вмяло в землю, я отпрыгнул – щит вонзился в плиты пола и разлетелся под напором волны магии. Фиолетовое пламя ударило по полу, сметая капсулы вокруг меня.

Я отпрыгнул на капсулу сзади и метнулся дальше, прыгая по прозрачным крышкам капсул. Рикка метнулась за мной, круша все на пути. От адреналина я даже забыл про боль от яда.

Перед глазами снова пронеслась молния, разнося потолок: совсем рядом шла битва Котоно и Фубуки. А Рикка, поймав боевой запал, неслась за мной по пятам как метеор.

Спрыгнув с капсулы, я развернулся. Девушка прыгнула, занося сияющие магией когтистые руки. Еще миг, сейчас! Окутавшись барьером, я скользнул навстречу, припал к земле – и мощным пинком швырнул её за спину, в доктора. Физику не обманешь, даже с силой нуэ она все еще была легкой!

Стоило броситься к ним, как я едва не напоролся на удар шипами. Шварцен укрылся щитом и контратаковал, ядовитые клыки один за другим били из-под земли, тесня меня назад. Рикка же, улетев в стену, извернулась как кошка, встала на пол и метнулась в бой, едва не задевая отравленные колья.

– Давай же, божок, пляши, пока ноги целы! – хохотал доктор. – Думаешь, продержишься долго? Мой яд работает не сразу, но скоро ты почувствуешь его.

– Твой яд – дерьмо, Шварцен, – фыркнул я, уходя кувырком от молниеносного выпада Рикки. – Я его уже подавил!

Я блефовал, от боли хотелось выть волком. Но раскачать доктора было важнее. Перепрыгнув новую стену шипов, я крутанулся вокруг капсулы, уцепившись за край – и со всего маху сбил с ног Рикку, летевшую навстречу. Удар швырнул нуэ назад, но девчонка успела вцепиться в мою ногу. Тонкие пальцы стиснули лодыжку так, что едва не хрустнули кости, и рванули на себя.

Столкнувшись в падении, мы кубарем рухнули на пол и врезались в стойку капсулы. Та накренилась, обдавая нас паром, а Рикка с грацией разъяренной пантеры запрыгнула на меня и принялась молотить злыми острыми кулачками. От первых же ударов щит затрещал как ореховая скорлупа. Извернувшись, я скинул девчонку с себя и швырнул в сторону, но та с неописуемой ловкостью облетела меня и едва не вонзила обе руки мне в спину.

На одном дыхании я сбросил ее на землю и точечным ударом перебил каналы маны в предплечьях. Лишившись сил на несколько секунд, она издала жуткий крик и задергалась так, словно была одержима.

– Да очнись же, Рикка!.. – я нещадно затряс ее, понимая, что это не поможет. После трансформации ее разум подчинен одной цели – убивать богов. Теперь это – в ее крови. Нуэ будут сражаться магией и грубой силой, даже с переломанными руками и ногами. Даже при смерти, они готовы вцепиться зубами в горло врагу и задушить его, прежде чем умереть самим.

Но я знал, что это случится. Именно поэтому каждую тренировку с Риккой я внедрял в сознание девушки императив подчинения и возвращения. Резервную копию её сознания, способную вернуть Ширасаги из пожара нуэ.

Нужно лишь сказать три кодовых фразы.

Её последний шанс теперь напрямую зависел, удастся ли мне произнести их.

– Слушай, – я прижал ее руки к полу и приблизился. – Слушай меня, Рикка! Горный шторм на рассвете… Ахх!

Тяжелейший удар в бок, словно таран, отбросил меня в сторону. Перелетев через капсулу, я остановился и, оградившись щитом, скосил глаза: из бока торчал обломок шипа.

– Что теперь, Ямада? – торжествовал Шварцен. – Всё ещё слабо? У меня еще есть в запасе яд. созданный специально против богов. Он сжигает сому и разъедает ваши сфироты, один за другим.

Я вытащил обломок из раны и, сцепив зубы, направил всю энергию на лечение. Едкий дым поднялся от раны, сквозь шипение крови я услышал нарастающий гул – и, зажав рану ладонью, прыгнул в сторону.

Хлопок – и мощный взрыв разворотил мое укрытие как консервную банку. По полу застучали обломки, а я бросился навстречу вспыхнувшему за дымной завесой огоньку. Если нуэ перешла к обстрелу магией, она всё тут разнесет.

Но она словно ждала этого. Стоило вырваться из завесы, девушка метнулась мне навстречу с торжествующим криком. Мы сцепились в ближнем бою, едва не сбивая друг друга с ног. Короткий клинч, я поймал разъяренную фурию на встречном ударе и, молясь чтобы не переломать ей все кости, швырнул через опорную ногу. Едва она коснулась земли, я прижал ее спину коленом и придавил к полу. Зарычав не хуже зверя, она дернулась встать, равнодушно выламывая свои руки – пришлось придавить и их. Нас тут же накрыл купол барьера, а я снова заговорил.

– Горный шторм на рассвете! Рыба-сокол на звездной сети! Черт возьми, приди ты в себя! Не я твой враг, а тот ублюдок, что пытал тебя, твоих друзей и всех этих людей!

Беспомощно трепыхаясь, она замотала головой и заорала так, что заложило уши. Бесполезно! Она просто не услышит моих слов!

А в следующий миг на нас обрушился целый град из отравленных шипов. Каменным дождем они вонзались в настил пола, шипя кислотой и разъедая все на своем пути. Зал быстро заволокло едкими испарениями. Закашлявшись, я на миг упустил контроль – и Рикка вырвалась. Но вместо новой атаки она растворилась в едком тумане, из которого донесся голос Шварцена.

– Ты еще не понял, бог? Это я избавил ее от уродства и сделал совершенством. Она в своем первородном состоянии нуэ. Для нее боги – естественные враги, так кого же по-твоему она хочет убить? Как может бог, проживший тысячи лет, быть таким наивным?

Сквозь опадающий туман я увидел силуэт доктора – и стоящую рядом Рикку. Её обнаженное тело, покрытое светящимися прожилками, тускло мерцало. Он положил ладонь на ее плечо и рассмеялся.

– Идиот, – утерев сочащуюся изо рта кровь, усмехнулся я. – Ты так кичишься тем, что смог вживить ей в тело это дерьмо, сделавшее её чудовищем. Но ты ничерта не знаешь о ней, Шварцен.

– Хоо, – в его голосе послышалась надменность. – И это мне говорит один из тех, для кого смертные – расходный материал. Это вы, боги, ради прихоти убивали людей миллионами! Эволюция создала магов как ответ на вашу тиранию, и ты смеешь учить меня понимать людей?!

– Посмотри на себя, Шварцен. Между богами и магами вообще нет разницы. Мы все делаем одно и то же.

Он поднял голову Рикки и провел пальцем по ее губам. Я заметил, как она инстинктивно стиснула кулаки, застывшее в оцепенении тело задрожало.

– Это ли не здорово, бог? Иметь создание, что готово умереть за тебя, исполняя твою волю. Тебе ведь знакомо это, верно?

Он повернул голову – и, словно отпущенная с поводка, Рикка рванулась ко мне, окутываясь пламенем маны.

Яд начал влиять на легкие, сердце и мышцы. Больше нельзя сдерживаться. Пора использовать все ресурсы, до конца.

Все четыре сфирота запульсировали во мне, исторгая накопленные силы. Я развернул ладонь навстречу Рикке, летящей в меня как метеор – и рука девушки вонзилась в мощный шестигранник барьера. Удерживая щит вместе с ней, я перекинул ее за спину – и выставил вторую. Ослепительный луч света ударил в новую линзу сомы, брызги голубого пламени ударили в стороны, обтекая щит.

– Давай, Шварцен! – крикнул я, отбрасывая щит с завязшей нуэ. – Покажи мне всё, подонок!

Десятки энергосфер снова окутали меня и закружились в сияющем хороводе, чтобы через мгновение встать непроходимой преградой. Оглушительный грохот сотряс зал, утонувший в разноцветных вспышках магии.

***

Ледяной торос разлетелся мириадами острых брызг, царапая щеки. Котоно перекатом скрылась за капсулой, уходя от новой ветвистой молнии, и хотела ударить в ответ, как зал озарился нестерпимым светом.

Жестокая битва бога с нуэ и безумным доктором набирала обороты, грозя превратить весь огромный зал в дымящиеся руины. Но это ее волновало меньше всего.

– Ты выбрала не ту сторону! – раздался крик Фубуки.

Где она? За вторым рядом капсул?

– Ошибаешься, Могами. Посмотри вокруг! Что он с тобой сделал, если ты не понимаешь очевидного?

Осторожно высунувшись из укрытия, Айри заметила силуэт в десятке метров – и не мешкая бросилась к ней. Пальцы привычно сложились в узор. Вперед ударил ледяной торос, прыжок – и, скользнув по гладкому льду, она взмыла над головой архонта.

На миг они встретились взглядами – холодная, как лед, ярость в глазах Фубуки приводила в благоговейный трепет. Но стоило ей коснуться земли, магическая дуэль разгорелась с новой силой. Лед вздыбливался громадными столбами, тут же разлетаясь в снежную пыль от бешеных атак архонта, но Айри неутомимо выкладывалась в новых плетениях, подбираясь ближе.

Очередной торос разлетелся волной ледяных шипов. Фубуки тут же начала плести новый удар, как из сверкающего облака вылетела Айри. Её пальцы сложились – и мощная воздушная волна швырнула архонта в гору ледяных обломков.

Едва спина коснулась пола, Айри обрушилась на не сверху, но вместо неистовой атаки девушка прижала ее руки к полу и закричала.

– Да приди ты в себя, архонт Могами!!!

Та изогнула сильное, тренированное тело, подбрасывая оседлавшую ее эспершу, и взвилась на ноги.

– Пошла к чер…

Её голос потонул в грохоте взрыва, обе женщины едва успели закрыться от нестерпимой вспышки. Ударная волна швырнула обеих на покосившуюся капсулу. Айри успела различить силуэт доктора, отброшенного богом в стену, как ударилась о край капсулы так, что искры из глаз посыпались.

Шипя от боли, она лихорадочно вскочила – ошарашенная Фубуки, которой досталось сильнее, трясла головой, – и буквально вморозила руки соперницы в толстенную ледяную плиту.

– Посмотри туда, Могами!

Она повернула ее голову к мечущейся среди вспышек магии фигурке Рикки. Обезумевшая нуэ крушила все вокруг, пытаясь достать бога, равнодушно сметая капсулы с людьми, перегородки и все, что попадалось на пути.

Та замерла, в ее затуманенных глазах словно рассеялась пелена.

– Рикка?..

– Твоя дочь стала чудовищем из-за Шварцена, как ты не поймешь? Посмотри же! Разве не этот бог служил твоей семье?

– Гигас, – Фубуки дернулась, пытаясь подняться. – Гигас! Да чертов лёд, выпусти меня, ты!..

– Не выпущу! – выпалила она. – Ты не слушала меня, когда я рвалась в твою команду, так послушай сейчас, Фубуки! Шварцен вернул тебе силы, но он же отнимает жизни у других у сотен эсперов, у детей! Я помогала ему похищать их с улиц, но даже не знала, какой кошмар их здесь ждал! Вспомни, как вы с Рюэном спасали Рикку! Гигас мне все рассказал… да черт возьми, я знала, что он – чудовище!

Фубуки скосила глаза на фигурку ,высунувшуюся из-за капсулы у дальней стены. Девчонка в рваной, испятнанной рубахе, в ссадинах… и с большими перепуганными глазами.

Как у Рикки в ту ночь, когда её клана не стало.

– Шварцен вернул тебе силы только чтобы использовать тебя. Как и твою дочь, он без раздумий бросил ее против бога, Могами! Она выжила в детстве, но сейчас он не оставляет ей шансов! Он и есть твой враг!

– Знаю… – она стиснула зубы и зажмурилась. – Сними чертов лед, пока я его не разбила.

– Эм…

– Я в порядке, черт бы тебя побрал! – вскрикнула она. – Он больше не контролирует мое ядро!

Айри неуверенно оглянулась, но Фубуки рывком разбила ледяные оковы и встала на ноги. Опешившая архимаг подняла руки, готовая к бою, но Могами даже не взглянула на неё.

Её налитые кровью глаза смотрели только на силуэты мечущихся людей. Новая вспышка озарила пол-зала, мощный взрыв разметал несколько капсул, обломки которых разлетелись на десяток метров. Дымящийся кусок обшивки долетел до неё – и срикошетил от вспыхнувшей линзы щита, окутавшей архонта.

– Ни одна тварь, божественная или магическая, не смеет вредить моей семье, – она стиснула кулаки, подернувшиеся жутким свечением. – Ты идёшь со мной, архимаг?

Котоно встала рядом и коротко кивнула, хотя в душе улыбалась во весь рот, как ребенок. Слова, о которых она мечтала, эхом отдавались в голове.

– Плечом к плечу – до конца, – произнесла она девиз экспедиционного корпуса.

– Вперёд.

***

Воительницы направились в центр зала – эпицентр магического шторма, где рубились бог, нуэ и доктор. Вокруг них пылало все, что вообще могло гореть, воздух лихорадочно трясся, земля содрогалась и стонала. Среди дьявольского голубого пламени зловеще чернели силуэты десятков капсул, окутанных холодным паром.

Архонт решительно пошла в море адского пламени. Котоно поспешила за ней, но ее остановили обхватившие сзади детские руки.

– Зря ты вышла, сейчас жарко будет. Лучше спрячься, – бросила она прицепившейся белобрысой девчонке и попыталась стряхнуть ее руки. Но та держала крепко.

– Лучше я с тобой, чем одна. Не хочу больше прятаться…

Упрямый и слишком уж взрослый взгляд малявки напомнил ей Аманэ.

– Учти, если будешь нам мешать, или поймаешь шальной узор, я тебя спасать не буду.

– Не поймаю, – хладнокровно ответила она. – Гигас не позволит, я уверена.

Котоно едва сдержала усмешку. Дожила! Еще недавно рвалась воевать с богами, а теперь – спасает одну из их племени. А девчонка явно непростая, от неё даже веет силой. Не магической, другой. Она словно сосуд, переполненный до краев.

– Тогда не отставай, выручим мы твоего друга.

Они поспешили за Фубуки, остановившейся на краю пылающего моря: поток магии огибал ее барьер как вода – громадный светящийся зонт.

– Он мне не друг, – буркнула девчонка.

– А кто ж тогда? – усмехнулась Айри.

Девушка высунулась из-за ее ноги и посмотрела в центр битвы: Гигас полыхал сомой как Сверхновая, сжигая все свои запасы. Бой с нуэ она видела впервые – её создатель избегал сражений, не рискуя приближаться к скоплениям магов. С момента сотворения Создателем она скиталась с ним по всей Земле, прячась от людей, и привыкла полагаться на себя, не ожидая милости от других.

Она знала: чужие боги хотят лишь отнять её драгоценную сому. Но Гигас вел себя так, что она недоумевала – как можно так разбрасываться силой? Зачем спасать её, обреченную и полуживую? Почему не сбежать, как Создатель, и тихонько копить силы, не рискуя все потерять в один момент?

Создатель умирал без её сомы, и время уходило, каждая минута могла стоить жизни ему – а значит, и ей. Так почему вместо бегства она глаз не может оторвать от этого боя?..

– Он рискует жизнью ради тебя, – фыркнула Айри, закрываясь щитом. – Хотела бы я, чтобы хоть один из моих товарищей так за меня бился.

– Ты готова, архимаг? – крикнула Фубуки, готовясь броситься в гущу сражения.

Та обернулась к химере и улыбнулась.

– Удачи нам всем, девчонка.

***

Я едва успевал менять бешено крутящиеся щиты и отбивал атаку за атакой, порой забывая дышать. Миг, удар сердца – в просвете между щитами мерцают глаза нуэ. Рикка пронзила хрупкий барьер и разорвала защиту. Тут же я схватил ее за руку и, вкладывая всю сому, раскрутил в такт щитам, чтоб к следующему удару сердца она с гулом улетела в стену.

Не сбавляя оборотов, я развернулся к Шварцену – и едва не лишился головы. Безумный столб света сдул щиты вместе с клоком волос, пройдя в миллиметрах от виска. Это не доктор, а чертова орудийная батарея линкора Гелиона!

Скользнув навстречу так, словно за миг научился выживать в смертоносном потоке, я врезался в него всем весом и утащил за собой в горящую стену. Брызги пламени и раскаленного металла осыпали нас, в нос ударило вонью жженых волос и плоти. Охваченные боевым безумием, мы сцепились, гвоздя соперника кулаками. Мимо меня пучками разлетались отравленные иглы, в ушах гремел рокочущий крик доктора. Стиснув его за горло, я удар за ударом вколачивал пламенеющие кулаки в его маску.

Но едва на ней показалась глубокая трещина, в бой вернулась разъяренная нуэ. С воплями дикой кошки она снесла меня с доктора и, прокатившись по полу, прытко набросилась в новой атаке.

Усиленное магией тело нуэ скрутило меня как анаконда – буйвола, я отчетливо услышал хруст суставов. Ну уж нет, не раздавишь! Мои сферы одна за другой окутали нас и швырнули в воздух, как под нами пол разверзся десятками изогнутых, как клыки дракона, шипов. Шварцен с радостью пожертвует Риккой, если одним ударом убьет и меня!

Я рванулся прочь, сбрасывая цепкие руки девчонки. Наши щиты уперлись друг в друга, воздух задрожал от высокого гула и треска бьющих в пол разрядов. Рикка уперлась пальцами в мой щит так, словно хотела порвать его голыми руками. По преграде поползли трещины – и тут же краем зрения я заметил нарастающее сияние очередного залпа.

– НАЗАД! – заорал я, мигом перенося щит. Рикка ураганом налетела на меня и швырнула мощным ударом в стену. В тот же миг между нам протянулась смертоносная колонна чистой энергии.

Ослепленный и оглушенный, я врезался во что-то, перекатился в сторону и, закрываясь всем, на что еще хватало сомы, открыл глаза.

В затухающем остаточном сиянии залпа я различил обломки капсул с кипящей в них жижей. А за ними, у дальнего конца стены, куда вел боковой коридор, раскрылись двери неприметного лифта. Из него выскочили трое, толкавшие перед собой тележку, и со всех ног бросились к выходу у противоположной стены. На миг я различил содержимое куба – бесформенное нечто, дрожащее и явно живое. Сквозь рев пламени послышался почти человеческий плач.

– Идиоты, уходите быстрее! – прогремел голос Шварцена. – Я же сказал, вывозите её через нижние залы!

– Да там пройти невозможно! Все шлюзы нижних ярусов закрыты из-за перебоев с энергией, остался только путь на поверхность!

Я взвился на ноги, лихорадочно соображая, как использовать это. Что внутри куба? Слабость Шварцена? Эксперимент? Однозначно оно ценное.

В подтверждение доктор метнулся между нами, закрывая собой беглецов с ценным грузом. В его руках засияли багровые нити – и мне наперерез метнулась нуэ.

Словно таран, она смяла меня и свалила с ног. Над головой сверкнули пылающие маной кулаки.

– Спасайте её, не стойте! – раздался голос доктора.

– Не так быстро, Шварцен!

От звенящего голоса Фубуки даже Рикка перестала рвать мои окровавленные руки и замерла, водя взглядом. Выходит, у Котоно получилось ее образумить. Шанс!

Я стиснул нуэ дымящимися от регенерации руками и отшвырнул её, добавив ускорения ударом энергощита. От боли в глазах поплыли круги, но мне было плевать на боль. Я бросился вдогонку убегающим помощникам и их грузу. Шварцен отвлекся на архонта, подарив мне пару драгоценных секунд.

– Не смей лезть в будущее всего человечества, архонт, – прогремел он, поднимая окутанные разрядами руки. – Мы уйдем, или вы все умрете.

Да что не так с этой слизью, раз он бросает все остальное ради неё? Не она ли была ключевой деталью его замысла с ядрами магии?.. На ум сразу пришли сотни капсул, разбросанных по залу. Меня едва не скрутило: это кричащее желе – живой инкубатор ядер магии?!

А мои союзницы, не теряя времени, слаженными зарядами льда и молнии обрушили свод последнего коридора, куда так рвались беглецы.

– Чертов садист, у кого ты вырезал ядро, что пересадил мне? Сколько людей погибло, чтобы я вернула магию?! Отвечай, ты!..

– Довольно.

Низкий гул его голоса раскатился по залу. Капсулы, разбросанные по залу, словно ожили. Из щелей ударили струйки пара, растрескавшиеся крышки с хлопками отходили, раскрывая темные чрева сосудов. А из них поднимались жуткие силуэты. Армия полуживых эсперов под контролем их мучителя развернулась к нам. Их глаза горели слабым светом. Словно по команде, они бросились на нас, окутываясь радужным светом магии.

– Гигас, за ним! Я задержу их!..

Могла бы и не говорить, мамаша! Выйдя из ступора, я перепрыгнул ближайшего эспера и, прыгая с капсулы на капсулу, помчался за Шварценом. Подонок подхватил куб с живым желе и бросился прочь.

Воздух здесь был настолько напитан магией, что уйти из комплекса порталом было невозможно. Лифты разрушены или перекрыты, единственный путь – пролом в потолке, пробитый Риккой, сквозь который виднелся свет звезд. Но уйти туда я ему не позволю.

Зал наполнился отблесками вспышек магии, криками и грохотом – сзади разгорался новый бой. Перемахивая по несколько метров рвущими жилы прыжками, я стремительно нагонял Шварцена, закрывшегося щитами. Оставалось два-три прыжка, как сзади меня настиг сокрушительной мощи удар в спину.

Неистовая сила сбила меня в прыжке и впечатала в землю, усыпанную обломками и каплями расплавленного железа. Я едва успел вскочить, как на меня разъяренной львицей набросилась нуэ. Боя с ней и доктором я не выдержу, нужно заканчивать здесь и сейчас.

Приняв тяжелый удар ее кулака, я перехватил руку девушки и вывел ее на болевой, заходя за спину. Она взвыла и замолотила меня по боку второй, но и её я перехватил, завершая блокирующий замок. С трудом дыша от боли, я прижал девчонку к себе и заговорил.

– Рикка, наши тренировки! Вспоминай, наша программа! Строка первая: Горный шторм на рассвете.

Её мелко затрясло: фраза, снимающая первый ментальный блок, сработала. Почуяв это, нуэ взревела и рванулась так, что едва хватало сил ее удержать.

– Строка вторая! Рыба-сокол на звездной сети!

Её рёв перерос в жуткое клокотание, магическое чудовище рывком выбило себе руку из сустава, освобождая одну кисть. Мгновенно выкрутившись из захвата, она изогнулась и ударила меня головой. Длинные тонкие рога с хрустом вошли мне в живот.

От боли потемнело в глазах. Собрав всю волю и сому, я обхватил Рикку снова и упёрся головой в ее щеку.

– Строка третья… Звездная нить, что ведет в Гелион… – произнес я, глотая кровь. – Ямада Рикка.

Её голос затих, слепящее сияние пожара маны медленно начало таять. Замерев, она медленно подалась назад.

Не в силах держаться, я разжал хватку. Сквозь дрожащую пелену белесого пара и шипение ран, я увидел её льдисто-голубые глаза, полные слёз.

– Р-рэйджи…

За ее спиной вспыхнула яркая багровая звездочка – луч "клинка ведьмы" протянулся от силуэта, возносящегося к провалу в потолке.

Сома, барьер, скорее!..

Божественный щит вспыхнул тонкой пленкой, закрывая нас от узора – и тут же погас.

Моя сома. Её не осталось.

Глава 9. К истокам

Я прижал к себе Рикку и закрыл собой.

Прости, девочка, но на этот раз мне нечем тебя защитить, кроме своего тела.

Багровый луч "клинка ведьмы" не оставляет шансов. Плетение, созданное для убийства богов, можно отразить только щитом сомы. Но свой запас я исчерпал досуха.

Все эмоции стерлись в один миг. Я много раз был на пороге гибели, смотрел смерти в глаза. И всегда упирался всем своим существом, цепляясь за жизнь. Но сейчас… будь у меня хоть капля сомы, я оттолкнул бы девчонку до выстрела.

Зависнув между полом и громадным проломом в потолке, доктор сжал кулак.

В миг выстрела зал осветился багровым светом. Я сжал дрожащую Ширасаги, глядя в алое око скорой смерти…

Из пролома в потолке вырвалась белая вспышка стали и молнией ударила по силуэту Шварцена. Она отсекла руку Шварцена, но в тот же миг багровый луч вспорол воздух в сантиметре от моей головы. Колонная энергии ушла по друге в сторону, сминая и плавя до белых брызг стальные балки, капсулы и все на своем пути.

Я с замиранием сердца смотрел, как из провала вырвались лучи света, а следом спустились несколько тросов. По ним, подсвечивая дорогу фонарями, один за другим спускались люди в черной форме и с эмблемами клана.

Выпустив куб, доктор рухнул на землю. А навстречу поднялся, взмахнув клинком, архимаг в расшитой хакама. Рюэн Могами!

Откуда? Где? Как он узнал?

– Второй отряд – помогите Фубуки, – распорядился он, чертя узор. – Остальные – со мной!

– Ты поплатишься, Могами, – доктор поднялся и, пятясь к кубу с живой субстанцией, поднял сочащийся слизью обрубок.

Бойцы клана бросились в атаку – им навстречу ударила сокрушительная волна шипов. Прорубая преграду мечами, они один за другим метали в Шварцена отборные боевые узоры. Перенасыщенный магией воздух вновь озарился вспышками пламени и ветвистыми молниями. Я завороженно смотрел на разгорающийся бой, когда раздался окрик Фубуки.

– Ямада, уходи!

Она и Котоно рубились в самой гуще осаждающих их эсперов. Им не пробиться сквозь десятки обезумевших магических зомби к нам на помощь, а Рикка, пробывшая нуэ слишком долго, была выжата до капли и сама едва держалась.

– Держись, выберемся, – шепнул я ей и, накинув на плечи нагой девчонки свою куртку, поднял на руки, как сзади сквозь шум боя послышался торопливый топоток.

Проскользнув между капсул, к нам выбежала Химера.

– Гигас!

– Мелкая! Какого черта ты еще не сбежала?

Малявка подскочила к нам и замерла в шаге, вглядываясь в мое тело.

– Пустой…

Я покосился на Шварцена и Рюэна с бойцами: их дела были плохи, даже после боя со мной сил у этого чудовища будто и не убавилось. Из десятка бойцов осталось шесть, у многих были тяжелые раны, а воздух вокруг них светился от ядовитых газов.

– Вот что, – я опустил Рикку на по ли вложил ее руку в ладонь химеры. – Бери её и выводи отсюда, поняла? Я разберусь с этим психопатом.

– Ничего не выйдет, – она покосилась на Шварцена. – Пока он жив, нам не уйти, ты же знаешь.

– Не спорь и беги, хотя бы выиграю вам время.

– Не с такими ранами, – она закусила губу и потянулась к моей руке. – Без сомы тебе не выжить.

Тонкие прохладные пальцы сжали мою ладонь. Я вздрогнул: мягкое тепло наполнило меня, разливаясь по всему телу. Золотистый свет окутал наши руки.

– Постой, твоя сома…

Изможденная пленом, грязная и заплаканная, Химера улыбнулась мне.

– Ты не раз спасал мне жизнь. Как я посмотрю в глаза Создателю, если не отплачу тебе тем же?

Дурёха. Знала ведь, что без сомы она умрет следом за ним. Тогда и я потеряю ниточку к Мелитане.

Нужно закончить всё быстро.

Горячая, отборная сома уже заполнила мои сфироты, но Химера не отнимала руки, заполняя меня до краёв. Исчерпав себя, она убрала руку.

– В теле Шварцена – десятки ядер магии. Его не победить, пока цело хоть одно.

– Разберусь. Присмотри за Риккой, – я поднялся. – Закончу – верну всё до капли.

Ответа химеры я не расслышал. Ноги сами понесли меня в сердце битвы, которая уже приняла драматический оборот.

Над полем боя стоял жидкий туман, в носу засвербило от смрада паленой плоти. От гвардии Могами остались два воина. Отброшенные очередной атакой, Рюэн с товарищем пропахали усыпанный телами пол. Доктор же, не отходя от куба со своим сокровищем, поднял руку – на открытой ладони засияло плетение "молот ведьмы".

Решил покончить с обоими одним ударом.

В его мутной ауре я разглядел засиявший маной сгусток – ядро магии, точно под плечом. Попался.

Все мышцы в моем теле натянулись, как пружина, сома огненным потоком побежала по жилам, собираясь в одну точку. Вдох – пропитанный вонью воздух влился в легкие, замирая на миг.

Тонкий луч энергии ударил в его тело, пронзая насквозь ядро. Багровое облачко пара ударило из раны, заготовленное плетение распалось, а Шварцен пошатнулся, разворачиваясь ко мне.

– Снова ты грязный…

– Заткнись, – сжав зубы от боли, я проделал вторым выстрелом обожженную дыру в его груди и шагнул дальше. – Рюэн, давай!

Словно ждав этого, архимаг взмыл в прыжке, занося сияющий магией меч. У меня перехватило дыхание: прочертив сверкающую дугу, клинок вонзился в окутавший доктора щит – и мой новый выстрел разбил барьер на осколки. Клинок Рюэна завершил дугу и начисто отсек вторую руку.

Шварцен метнул в Рюэна волну шипов, стремясь уменьшить число соперников, но опытный боец Могами уже отпрыгнул, закрываясь барьером. Отрубленная рука тут же вспыхнула и задергалась, пожираемая слепящим золотистым пламенем.

– Может, ты и сильнейший из эсперов, нашпигованный ядрами магии, – произнес я, снося новым залпом спешно возвращенный щит. – Но сколь бы сильными ни были твои плетения, даже ты не можешь применить больше одного за раз.

Он застыл, глядя на меня свозь растрескавшийся шлем. Впервые я ощутил леденящую волну страха, идущую от него.

Чуждая, нечеловеческая эмоция не походила ни на что, с чем я сталкивался раньше. Уродливое подобие чувства вызвало отвращение и лишь подтвердило мои догадки.

– Даже тебе не обмануть законы природы, Шварцен. Никакой ты не человек, даже если и был им когда-то.

Страх сменился злостью, его силуэт окутался энергошарами. Отбросив всякую маскировку, доктор поднялся в воздух, на глазах отращивая отсеченные конечности. От ужасного запаха паленой слизи в его ранах выворачивало наизнанку.

– Сейчас, Рэйджи! – вскрикнул Рюэн.

Мы оба ударили одновременно: шквал магических зарядов очередью прошил его щиты и подставленные сферы. Я метнулся в центр пылающего шара, вытянув руку.

– Рюэн, меч!

Тот мгновенно метнул оружие – кувыркнувшись, клинок точно лег в мою руку. Ощутив приятную тяжесть стали, я вложил всю сому в отточенное лезвие – и рубанул по сияющему магией силуэт.

Окутанный сомой клинок с усилием вспорол армированный комбинезон и тело под ним, равнодушно разрубая плоть и кости. Рассеченный надвое, доктор рухнул на землю. Но едва половины его тела грузно упали, как между ними протянулись тягучие серые плети и начали стягивать тело обратно.

– Ну уж нет, тварь! – Рюэн подхватил меч убитого товарища, подскочил и вонзил клинок в эспера. Мы вдвоем гвоздили его тело, пылающее энергией как лесной пожар всякий раз, как лезвие пронзало очередное ядро магии.

Наконец, изуродованное до неузнаваемости, тело затихло. Рюэн устало опустил меч.

– Давно мечтал отправить тебя в ад, чертов ты урод. Что ты вообще такое?

– Вот и посмотрим, – я нагнулся и, сжав его маску, раздавил её как тонкую скорлупу. Осколки разлетелись по полу, а нам открылась картина, заставившая Рюэна в ужасе отшатнуться.

Омерзительно правдоподобное лицо было слеплено из тысяч насекомых. Даже глаза – жуткие стекловидные сферы, – были сложены из множества прозрачных зеленоватых брюшек тварей, живущих в стеблях дурман-цветов. Это они усыпляли своим запахом исследователей, заманивая в середину поляны бледных цветов, где их и пожирали плотоядные насекомые.

Доктор буквально вышел из Бездны.

Ужасающая гримаса исказилась, задергав серыми веками, на лице открылась щель, кишащая сотнями тварей. Раздался леденящий душу, скрипучий механический голос.

– Это тело больше мне не нужно… магия, я вижу твое ядро…

Щель на образине расползлась в страшной улыбке от уха до уха. Его тело дернулось – и десятки склизких щупалец ринулись ко мне.

– Назад!

Я отпрянул раньше – серая жижа растеклась по щиту сомы, разъедая барьер как кислота. Удушливая едкая вонь ударила в нос. Сморщившись, я направил энергию – и щупальца вспыхнули ярким пламенем, треская и шипя.

Слизь стянулась обратно к телу и начала сползать с белесых костей давно погибшего доктора, начисто обглоданных жуками. На полу осталась опустевшая шкура-комбинезон да скелет.

Дернувшись к Рюэну, колония, похожая на громадную амебу, быстрыми рывками переползла к кубу и, облепив его угол, начала обхватывать клетку с живым существом внутри.

– Томоо… дай мне еще ядро магии… еще одно!..

– Спали эту тварь, Рэйджи! – воскликнул Рюэн, не рискуя приблизиться.

– Убей его! – крикнула Химера.

– Он сказал Томо! – встрепенулась Рикка. – Не трогайте её! Она была моей подругой, она была ребенком!.. Умоляю, не смейте!

Существо внутри было живым, у него было сознание. Я чувствовал его страдания и страх. Но глядя, как тягучие серые нити просачиваются сквозь отверстия куба и обтекают дрожащее нечто, я понял – существо не спасти.

Никакие божественные силы это не изменят. Я мог сделать лишь одно – подарить ей быструю смерть.

– Прости, Рикка… – прошептал я, сжимая кулаки так ,что ногти впились в кожу. Ураганные потоки сомы поднялись по моим сфиротам, воплощаясь в чистую энергию – и с торжествующим ревом пламя охватило окутанный слизью куб с Томо.

Меня обдало жаром, колонна зеленовато-золотого огня столбом ударила в потолок, уходя в пролом. Оглушительный вой пламени затмил и голоса, рвущиеся из куба, на глазах превращавшегося с плазму, и отчаянный, полный боли крик Ширасаги.

***

– …не будите его пока, пусть отдохнет. Парень вырубился сразу, как мы вышли наружу.

Я открыл глаза. Ну конечно, опять больница. Все тот же белый потолок, запах лекарств и чистых простыней. А ещё скребущий голод, желание смыть с себя всю грязь и уединиться с женщиной, а лучше – двумя-тремя. Божественный аппетит – это не только про еду. Затекшее от долгого сна тело требовало активности и давало понятные сигналы.

Вокруг – элитная палата с личным душем и удобствами, на стене – картина с эмблемой Могами. Куда же ещё меня могли привезти. За дверью голоса медсестёр, но первый голос точно принадлежал Фубуки. Нам стоило обсудить кое-что важное, но сперва займусь собой.

Приняв горячий душ, я вышел и с удовлетворением обнаружил возле кушетки тележку с горячим обедом. От запаха аж закружилась голова. Вот это я понимаю, сервис! Может, позвать пару симпатичных медсестер, скрасить мой обед? В конце концов, их пациент спас клан Могами. Я не против благодарности.

Но на этот раз обошлось без приятных бонусов к сочному стейку и парным овощам. Закончив с обедом, я накинул свою одежду и вышел из палаты, чтобы столкнуться с Фубуки и Рюэном. Оба как раз шли к моей палате.

– Смотрю, ты уже очнулся.

– Долго я спал?

Они переглянулись.

– Двое суток, – ответил мужчина. – Наши врачи тебя обследовали. В твоей крови был яд, но нам удалось ввести антидот вовремя, иначе кто знает…

Он беззлобно усмехнулся мне.

– Правда, непохоже, что тебе он вообще навредил, – скептически заметила Фубуки. – Смотрю, ты полон сил.

– Да, и не собираюсь тут отсиживаться, – кивнул я. – Лучше скажи, как ты нас нашел?

– Скажи спасибо своей матери, – улыбнулся он. – Госпожа Юмэми подняла половину нашей службы безопасности, чтобы они вытащили меня из имперской больницы. Она рассказала мне всё, что произошло, а дальше мы с Такеми разобрались с проблемой.

– Ясно, – кивнул я. – Со мной была белобрысая девчонка, где она?

– Ты о химере? – сощурилась Фубуки.

Всё-то она уже пронюхала, зараза. Что ещё ей удалось узнать из записей доктора? Её тайное логово? Мои планы насчет Гелиона? Может, сразу местоположение Мелитаны?

– Эм, насчет девчонки, – Рюэн натянул кислую улыбку. – Она сбежала сразу, как мы в город вернулись. Всю дорогу от тебя не отлипала, а как доехали – растворилась, будто и не было её.

– Она приходила пару часов назад, – добавила Фубуки. – Ей был нужен ты. Я хотела пригласить ее на обследование, но она тут же сбежала, даже не дождавшись ответа.

Я строго посмотрел на обоих.

– Найдите мне её как можно быстрее. Я должен с ней встретиться, это не шутки. Не представляете, как много сейчас от этого зависит.

– Я займусь, – кивнул Рюэн и поспешил к лифту, оставив нас с Фубуки вдвоем.

– Химера не единственная, с кем тебе стоит поговорить. Рикка сама не своя с самого возвращения. Я знаю, что вы многое пережили вместе, тебя она точно послушает. У меня сердце устало болеть за дочерей. Я уже знаю, что произошло у Императора… и чем это закончилось.

Её взгляд налился тяжестью, архонт негромко и угрожающе добавила.

– Эйсин пожалеет об этом.

–Что насчет тебя?

Она приподняла бровь.

– В смысле?

– Ты знаешь, – я указал пальцем на ее грудь. – Твои силы архонта.

– Я… – она запнулась. – Не знаю, что будет дальше. Император, котором я служила, предал меня. Так же, как мой друг, с которым я проливала кровь и делила пищу. Гигас, "орден архонтов" – это не просто отряд сильнейших эсперов, это братство. Мы клялись быть на одной стороне.

– И как, понравилось тебе на той стороне? – усмехнулся я. – Скажу одно: я не знаю такой клятвы, что люди не нарушили бы ради своих личных целей. В этом и боги, и маги одинаковы. Жизни миллионов ничего не стоят, если положить их ради высшей цели.

Она отвела взгляд, касаясь своей груди.

– Нам удалось достать документы из лаборатории Шварцена. Там было всё, вплоть до имён и семей его жертв. Я даже знаю, у кого он вырезал моё ядро. Ты не представляешь, каково это – смотреть на фото ребёнка, часть которого сейчас в тебе.

Я сжал её ладонь.

– Вот и помни его всегда. Теперь это не только твоя жизнь и твоя магия. Пока в тебе это ядро, бейся до конца. Не за императора, а за Империю. За людей.

– Я… – женщина куснула губу. – Да, ты прав. Рикка в конце коридора, палата десять. Она ждет тебя.

Оставив её одну, я поспешил в палату к новоиспеченной нуэ. Фубуки, да и остальным, не следовало слушать наш разговор.

Войдя в палату, я быстро повернул замок и подошел к постели. Ширасаги отрешенно лежала, закрыв глаза рукой, натянув одеяло чуть не до подбородка. Её тонкие, острые рога упирались в подушку.

Рядом с постелью стоял нетронутый обед, исходя ароматным паром.

– Знаешь, что я первым делом подумал, когда увидел тебя в той лаборатории?

Она чуть повернула голову. Я привлек ее внимание.

– Я подумал: черт возьми, как же мне хочется почаще видеть тебя голышом! И, между прочим, в местный душ легко входят двое.

Рикка отвернулась обратно, но я заметил, как дернулся уголок ее губы. Тоже мне, королева драмы.

Я сел на край ее постели и, подхватив с блюда спелую виноградину, отправил ее в рот.

– Так чего ты расстраиваешься? Из-за рожек? На мой вкус, они придают тебе пикантности и…

– Хватит, – бесцветным голосом ответила девушка. – Я снова стала его игрушкой. Позволила захватить себя, хотя клялась, что больше никогда не буду плясать под его дудку. Я едва не убила тебя, Рэйджи. Если бы я знала раньше, что он продолжает творить эту мерзость, я!..

– Что? Спасла бы всех раньше? – перебил я. – С ним даже я не справился бы.

Она убрала руку, открывая покрасневшие льдисто-голубые глаза. Она села на постели и посмотрела на свои исцарапанные руки.

– Я и не хотела… только спасти Томо.

То живое желе в кубе, Шварцен тоже звал его Томо. Её подруга из детства.

– Она всегда защищала меня. Мы держались друг за дружку, я должна была раньше прийти к ней на помощь! Я должна была спасти её, Рэйджи!

По ее щекам побежали слёзы. Вцепившись в голову, она болезненно застонала.

– Как я могла поддаться ему снова?! Позволить сотворить с собой такое?! Посмотри на меня! Я – чудовище, Рэйджи! Он изуродовал и изнасиловал мое тело, превратив в монстра, а я!..

Она стиснула свои рога и в отчаянии рванула их в стороны. Тонкие рожки обломились у основания, из открытых ран потекли струйки крови.

Рикка с дрожью посмотрела на обломки в своих руках – и зарыдала во весь голос.

Быстро сдернув полотенце из-под тарелки с обедом, я прижал его к окровавленной голове девушки и замотал. Но хлещущая кровь ее, похоже, не волновала – Рикка обхватила меня и уткнулась в грудь.

– Я никого не могу спасти! Просто стояла и смотрела, я!..

– Тише, – прижав её к себе, я погладил девушку по голове. – Поплачь. Вот так, говори, расскажи мне всё.

Она шептала раскаяния сквозь слезы, кляла себя, а я мягко гладил её окровавленные волосы. Она и не заметила, как её раны подсветились золотым свечением, зарастая на глазах. Как сома окутала её тело, успокаивая боль.

Не прошло и пяти минут, как Рикка замолчала, высказав всё до конца, и теперь лишь шмыгала носом. Обломанные рожки лежали рядом, оставив на белоснежных простынях алые пятна.

– Вот и всё – я обнял её голову и стер слезы большими пальцами. – А теперь послушай меня. Томо погибла, но у нас не было возможности её спасти. Её душа, заточенная в том теле, должна была освободиться. Не случись этого, нашелся бы другой ублюдок, который использовал бы ее в новых опытах. Она спасла тебя, а ты – спасла её. Прими это и живи дальше. Всё это теперь позади. Шварцена больше нет, этот кошмар закончился, и тебе пора проснуться, моя маленькая воительница.

Сглотнув тугой комок, Рикка выдавила улыбку и кивнула.

– Рэйджи… прости, что причинила тебе так много боли.

Я прижал палец к ее губам и покачал головой.

– Ты жива, это главное. А вот то, что обрезала себе волосы и лишила меня возможности ласкать твои рожки, я тебе никогда не прощу.

Рикка стыдливо схватила обломки – так, словно хотела приставить их к голове и проверить, прирастут ли они обратно. На щеках выступил румянец.

– У меня что-то ещё выросло кроме них, когда я стала Нуэ? Ну, хвост там, или…

– Нет, но я могу раздеть тебя и проверить всё тело. Тщательно, сантиметр за сантиметром.

Она натянула одеяло повыше и отвела взгляд. Смешная, будто я не вижу, как запылали её уши. Но дело было сделано, я вернул её в чувство и убедился, что её разум не поврежден после такой трансформации.

Не уверен, что во второй раз мне удастся вернуть её невредимой.

Раздался стук ,из-за двери послышался голос медсестры.

– Господин Ямада, господин Могами просил передать, что он нашел девушку.

Вот оно. То, ради чего мы все прошли через ад. Пора закончить эти гонки со смертью и узнать истину.

Рикка коснулась моей руки и посмотрела так, что сердце ёкнуло.

– Тебе пора идти, да?

Я мягко высвободил руку и поднялся с постели.

– Ненадолго, только улажу одно дело и сразу вернусь. Первым делом, нам нужно спасти твою сестру. А потом ещё и восстановить клан Ширасаги. Я ведь обещал тебе.

– Это было глупой прихотью. Даже если я верну себе поместье и клан, то все равно так и останусь последней Ширасаги, – она прижала руку к животу. – У меня же нет того, что нужно.

– А это мы ещё посмотрим, – лукаво улыбнулся я, поворачивая вертушку замка. – Тоже мне, нашла проблему. Ты не забыла, что я бог?

Рикка медленно подняла глаза, не веря своим ушам. Я почти физически ощутил, как меня окутал поток её нежной сомы, полной надежды.

– Но… почему?

Я улыбнулся ей напоследок.

– Ты нужна мне, Рикка. Приходи в себя, я скоро вернусь.

***

Бронированный джип клана остановился на окраине Среднего Города, у парка с большим заброшенным кладбищем. Сюда никто не ходил, даже тропинки и мощеные камнем дорожки почти заросли травой. Идеальное место, если хочешь что-то спрятать.

Мы с Химерой оставили машину у дороги и быстро скрылись в темноте. Тускло освещенная луной, дорожка среди травы вела вглубь зарослей к полуразрушенной церквушке, неизвестно как оказавшейся здесь.

– Гигас, ты обещал, что вернешь всё до капли, помнишь?

– Конечно, – кивнул я, глядя на худенькую спинку Химеры. Девчонка где-то раздобыла потасканную школьную форму, точно такую же, как и в первую нашу встречу. Она была молчалива и заметно нервничала, постоянно озираясь по сторонам.

Мы прошли через заросли и вышли к неприметному холмику, оказавшемуся заросшим склепом. Я заметил, что кто-то специально маскировал его под обычный холм, и это вышло довольно искусно.

Девчонка подошла к торчащему камню, густо обросшему ползучими растениями, и сдвинула завесу в сторону. А за ней оказался узкий лаз.

– Сюда, – негромко произнесла Химера и юркнула внутрь.

С трудом втиснув крепкое тело в щель между камнями, я прошёл за ней. Буквально через метр проход расширился, превратившись в коридор. Химера повернула выключатель – и проход осветился тусклыми лампами.

– Никто не должен узнать об этом месте. И помни, ты обещал…

Она беспокойно посмотрела на меня, кусая губы от волнения. Помедлив, девчонка подошла к стене и что-то нажала – перед нами раскрылись створки лифта.

– За мной.

Мы втиснулись в узкую кабинку. Двери сомкнулись и она с тихим шелестом пошла вниз.

– Мой Создатель внизу. Ты – первый, кто его увидит за последние пятьдесят лет. И учти, если ты задумал неладное, я…

– Волнуешься?

Она замолкла на полуслове, уставившись на меня расширенными глазами.

– …да. Я не была здесь больше месяца. Никогда еще я не уходила так надолго, но вернуться с пустыми руками я не могла.

Лифт опускался вниз, оставив над нами несколько десятков метров. Что бы там ни было, это уже не походило на обычное убежище беглецов. Я покосился на спутницу: она нервно теребила рукав.

– Раз уж мы зашли так далеко, можешь теперь сказать имя своего создателя?

Пожевав губу, она коротко кивнула.

– Да. Он говорил мне, что другие боги дали ему имя…

Её прервал шорох лифта. Кабинка замерла и створки медленно поехали в стороны.

Первый низвергнутый на землю бог ждал меня за этой дверью.

Глава 10. Низвергнутые

Двери открылись – и перед нами оказалась низкая, тускло освещенная комната. Это был не склеп, как показалось поначалу, а, скорее, операционная.

– Я вернулась, господин! – взволнованно пискнула Химера и выбежала из лифта. – Я привела гостя, он поможет вам!

Она строго зыркнула на меня.

– Подожди, я сейчас.

Шмыгнув носом, девчонка бросилась к большой конструкции в центре комнаты, похожей на саркофаг.

Я вышел за ней и неспешно огляделся по сторонам. Вдоль стены выстроились шкафы с дорогим оборудованием, перемигивавшимся сотнями огней, шумели насосы и вентиляторы. А на стене напротив висели обломки доспеха, в котором я узнал редчайшую броню Гелиона. Потускневший золотистый металл был искорежен, прожжен и пробит в нескольких местах. Тут же висели и обломки копья из энергоплатины.

Доспех гранд-легата. Предводителя одного из пяти звездных легионов, гвардии Мелитаны…

Кто бы ни лежал в саркофаге, это был как минимум один из старших богов.

– Гигас, что-то не так! – взволнованная Химера замерла у края саркофага.

С замирающим сердцем я приблизился к нему и заглянул внутрь.

В нише лежал высокий, некогда крепкий мужчина с белыми волосами и светлыми, словно выцветшими, глазами. Когда-то они были ярко-зелеными, теперь же походили на пожухлую траву. На практически нагом теле была лишь набедренная повязка из грубой ткани.

Бледная кожа была покрыта черными пятнами, тело едва не разлагалось заживо. Но запаха гниения не было, а это значило лишь одно.

– Плохо дело… его сфироты отравлены.

– Знаю, – кивнула Химера, закусывая губу. – Очень давно его ранили маги в тяжелой битве. Он сказал, что для лечения ему нужно много сомы, но сколько бы я ни приносила, лучше не становилось! Гигас, ты можешь ему помочь?

Я посмотрел в открытые глаза: бог явно спал. Из его рта выходила трубка для воздуха, на шее и руках – датчики, подключенные к приборам. Если Химера собрала это все в одиночку, ей пришлось проделать грандиозную работу.

Я прикрыл веки, погружаясь в астрал.

Тело бога тускло светилось на фоне звездной черноты пространства. Мутная, дрожащая, аура с едва заметными пятнышками сфирот.

Их осталось всего три.

Седьмой сфирот был выжжен, как мой, наверняка еще при низвержении. Три следующих – Защиты, Контроля и Разума, – едва держались от истощения. Я взглянул ниже и содрогнулся.

На месте второго сфирота было уродливое черное нечто, изъеденное язвами и ссохшееся, как курага. Вся сфера напоминала обглоданный червями гриб, и страшная зараза вовсю пожирала соседние сфироты.

– Это эрозия сомы, – я открыл глаза. – Страшная чума, изобретенная не то магами, не то падшими богами для медленного и мучительного убийства. С ней можно бороться, если уцелел хоть один фрагмент сфирота жизни, я могу попробовать…

– Уже поздно.

Низкий, глубокий голос разнесся по залу, вызвав мурашки по всей спине.

– Хозяин! Простите, что пришла так поздно! Я…

– Ты не виновата, – он даже не открывал рта, голос звучал по всей комнате, словно его издавал сам воздух. Бог слабо улыбнулся и скосил глаза на меня.

– Не думал, что увижу тебя вот так, Гигас…

Меня словно молния пронзила.

– Откуда ты знаешь меня?

– Хозяин, берегите силы! Сейчас я передам вам его сому, и вам станет легче. Дай руку, Гигас, чего ты встал?

Я нахмурился, глядя в астрал.

– Сома ему уже не поможет, Химера. Он прав.

– Ложь… – девчонка отшатнулась, бледнея как мел. – Ты бесстыжий лжец! Ты же обещал мне! Отдай ее, всю, мне плевать, выживешь ты или нет, я!..

– Успокойся, – одно его слово заставило девчонку испуганно замереть и закрыть рот. – Эрозия уже пожрала мой сфирот жизни. Теперь лечение – это пустая трата сомы.

– Н-нет…

Она рухнула на колени, обхватив голову.

– Я опоздала… Простите, я опоздала, это моя вина…

Химера тихо причитала, роняя слезы на пол. Слова Создателя были приговором и для нее.

Я не знал ни одного живого существа, даже химеру, которая не хотела бы жить.

А голос загудел снова.

– У меня мало времени, Гигас. Подойди ближе.

Я знал, чего хочет древний бог. Его истощенное тело едва держалось и могло в любой момент погибнуть. Но мы должны были поговорить.

Мы должны были соприкоснуться разумами, чтобы продолжить беседу без слов.

Встав рядом с саркофагом, я положил ладонь на его сухой, холодный лоб и прикрыл веки, погружаясь в астрал. Короткая вспышка света пронеслась перед глазами, а следом загремел его голос.

– Теперь мы можем поговорить спокойно, Гигас.

В одно мгновение я оказался посреди огромной зеленой поляны. Мягкая трава под ногами, теплый ветер, яркое бледно-оранжевое солнце, так непохожее на почти красную звезду Гелиона. Ментальная проекция, созданная старшим богом, почти не отличалась от реальности, хоть и существовала только пока наши разумы соединены.

Сам же бог стоял передо мной, облаченный в сияющий золотом доспех. Высокий и крепкий, он сжимал в руках световое копьё. На суровом лице проявилась сдержанная улыбка.

– Кто ты?.. – выдохнул я. – Откуда знаешь моё имя? Я не помню тебя в Совете богов.

– Зато я хорошо помню тебя, Гигас, потому что видел, как тебя создала Мелитана.

Я застыл, не в силах выдохнуть ни слова.

Мелитана… что?!

Видя мой ступор, бог беззлобно улыбнулся и заговорил.

– Моё имя – Иссас, гранд-легат Совета и правая рука Вседержителя Мелитаны. По крайней мере, был им, пока её не вынудили передать власть нынешнему Вседержителю.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.